Экватор

#1. Хрусталь

Яхта улепётывала во все паруса от барка. Вдоль Экватора. Узлов двадцать. Под зеленой Луной. Пролетая сквозь тени от облаков, что повыше. Отбрасывая тени на те, что пониже. Далеко внизу под килем плыли поросшие лесом холмы, утесы, речушки, проплешины, снова холмы. Сшивая все это, змеилась одинокая дорога. Езженная, город был не так далеко. Но земли дикие - всё же далеко.

— На подъём! — хрипло гаркнул одноглазый Йухтен. Капитан стоял на носу своего пиратского барка и разглядывал человека на корме яхты. В шляпе. Погоня затянулась и нужно было менять тактику. Иначе уйдут.

Перехватил поудобнее ружье. Достал кривую ручку из самого нижнего кармашка своей перевязи. Приладил к ружью и накрутил с характерным «вжжжж». Пока в колбе, встроенной в приклад, не появился еле видимый тлеющий синий огонек. И никаких тебе курков, полок или взводящих механизмов. Щёлкаешь спусковым крючком — синий огонёк воспламеняет порох, порох устремляет пулю в цель. Кто-то падает. И опять: накрутил синий огонек, зарядил ружье, щелкнул, выстрелил, падает. Надо только подойти на расстояние выстрела. Это ружьё он раздобыл недавно. Из него их и убьет. Поставил подле себя прикладом на палубу. Приказ отдан, ко всему остальному он приготовился.

Боковые гики, как и положено, торчали по бортам, как раскинутые в стороны руки. А вот грот-мачта, которая под килем должна уходить шпилем вниз, была обрубком. Аккурат посередине. Такелаж пришлось срезать и половина парусов улетела. С ними реи и кусок мачты. С пиратским флагом на кончике шпиля. Новым флагом. Только вчера повесили. Сам рисовал на нем черный квадрат.

Перестреляю, — хрипло подумал капитан, он даже думать привык с хрипотцой, — лишь бы наверху был ветер.

Барк набирал высоту. Команда торчала на вантах. Они собрали паруса на гиках, чтобы быстрее подняться. Замерли в надежде, что на новой высоте будет ветер. Верховые всё ещё посыпали водоросли солью, чтобы те отдавали влагу, становились легче и тянули за собой корабль.

— Барк уходит выше, — выкрикнул торговец Вьерн с кормы яхты, которая спасалась бегством. Он был пассажиром, но понимал возможно больше, чем все остальные на этом судне всю опасность этого маневра. Глубокие морщины, изрезанное ветром лицо, жилистые руки и привычка держаться за что-нибудь, выдавали в нём если не облачного волка, то давнего путешественника. Образ подкрепляла и древняя, потёртая, кожаная шляпа с широкими полями, пристегнутыми с правой стороны огромной блестящей серебряной застёжкой. Под застёжку было воткнуто несколько вороньих перьев. Возможно в стародавние времена там было перо какой-нибудь экзотической птицы, но где сейчас найдешь таких птиц? Да и кожаные шляпы были редкостью.

Капитан пиратов действует верно, думал торговец, рассматривая фигуру на носу барка. Скорее тень, но отменное зрение Вьерна различало её в изумрудном свете Луны. Капитан конечно не уверен в успехе, но ветер наверху есть — это Вьерн знал наверняка. Значит барк уже получил преимущество.

— Может все-таки дотянем до города? — раздался голос из под киля с мачты. Яхта была маленькая и мачта была одна. Даже не так. Яхта была настолько маленькая, что груз Вьерна не уместился на палубе. Висел, привязанный к мачте.

Выглядела конструкция нелепой гирляндой. Большой стог скрученных водорослей, ниже — неожиданно мелкая прогулочная яхта, от яхты вниз тянется мачта с парусами, а к ней, свисающей каплей привязан огромный мешок, перетянутый сетью канатов. У судна было содрано все, что не было нужно для движения, выкинуто все вооружение. Оставлена одна только сигнальная пушка. Трюм они тоже забили водорослями до отказа, чтобы увеличить подъемную силу. И судно летело, и стоило в пять раз дешевле, чем доставка торговым караваном. При этом все риски на себя взяли перевозчики. В случае потери груза они возместят всю стоимость. Подписанный договор, скрепленный гильдейским нотариусом был у Вьерна в нагрудном кармане и грел сердце.

Управляли этим чудом кустарного применения науки два брата. Сату и Юп. Молодые толстяки-коротышки. Братья выглядели одинаково, но не были близнецами. Мало того, несколько лет разницы. Юп признался, что он старше. Сату признался, что он больше, но для Вьерна они были одинаково огромны. Существует, наверно, какая-то граница, за которой все большие люди одинаково большие. Их прогулочная яхта называлась «Три толстяка».

— Не дотянем, — догадался Вьерн, поправил шляпу, но вслух не сказал. Огни города должны уже скоро показаться. Но до них теперь не успеть. Если яхта не поднимется, то не ускорится. А подняться выше, туда где ветер посильнее, у них уже не получится. Водоросли были перенасыщены солью. И тот стог, на котором они висели и те, что были в трюме. Это предел их возможности. Теперь точно не уйти.

— Не дотянем, — подтвердил догадку Сату с мостика, он добросовестно держал штурвал, а точнее был поставлен там Юпом, чтобы ненароком не улетел за борт или не оборвал парус, или еще чего не натворил, — свежий ветер, идем узлов двадцать и если бы погоня продолжилась, то скоро мы бы подали сигналы, их разглядели бы из города и прислали Охотников. Но если там наверху есть ветер, то он сильный или даже крепкий, это гарантированные двадцать пять узлов. Облака выше, по ним не сказать, но влажность и ветер в кронах внизу позволяют прикинуть градиент ускорения по высоте. Уверен, что ветер там есть.

— Вы хотите сбросить груз? — аккуратно поинтересовался торговец.

— Надо подумать,- сказали браться в унисон. Вьерн поежился.

После этих слов в прошлый раз они взяли сигнальную пушку, забили её пятикратно порохом. Затолкали как-то ядро. Прикрутили к палубе и обложили всем, чем смогли. Долго примерялись маневрируя яхтой. Жахнули. Пушка и не догадывалась, что может так стрелять. Ещё об этом не догадывались пираты, которые выскочили на них из облаков и стремительно нагоняли на своем барке. В списке тех, кто ещё удивился были Вьерн, сами братья и грот-мачта барка где-то посередине. В результате на палубе яхты зияла дыра, за борт отправилась куча вещей, пушке разворотило ствол, грот-мачта переломилась и пиратам сбило скорость. Скоротечный налет превратился в затяжную шестичасовую погоню с неясным финалом.

— Может все-таки сбросим? — настороженно поинтересовался торговец у ловко взлетевшего по такелажу на палубу Юпа. То, что этот толстяк обладал неожиданной обезьяньей ловкостью Вьерна не удивляло. Он видел и не такое. А вот то, что у Сату ловкость напрочь отсутствовала, было необычным. Как могут два настолько похожих человека так отличаться?

— Дай нам минутку, — буркнул Юп, уже о чем-то раздумывая.

— Расправляй паруса! — Йухтен оскалился ветру. Это был сильный ветер, все двадцать пять узлов, — им хана.

Барк расправил паруса. Рангоут пошёл скрипом, впитывая мощь ветра и судно дёрнулось, резко набирая ход. Ещё немного и можно будет стрелять. Нет, не из пушек. Они же не хотят спалить эту яхту или позвать Охотников на праздник. Из ружья.

После достаточно продолжительного совещания с попутными размахиваниями руками и рассчетами братья подошли на корму к Вьенну, который с волнением смотрел, как набирает скорость пиратский барк:

— Мы пойдём по Экватору! — сказал Сату.

— Это самоубийство! — выдохнул удивление Вьерн. По правую руку от них огромная хрустальная стена Экватора уходила куда-то вверх. Исследователи замерзали раньше, чем добирались до этого верха. Никто и никогда не пересекал эту стену, — там всё по другому, у неё своя роза ветров. Даже опытные...

Одноглазый капитан пробежался пальцами по кармашкам перевязи, ткнул в третий. Достал скрутку, откусил, засыпал порох в ствол. Немного пристукнул прикладом о палубу, бросив взгляд на фигуры на яхте. Загнал шомполом бумажку от скрутки как пыж.

-... для этого нужен колоссальный опыт, сноровка и невероятное везение, а вы впервые в пути, — закончил свой возмущенный монолог о невозможном торговец.

— Мы всё рассчитали, — безапелляционно заявил Юп, — вон там по облакам видно направление восходящего потока, потом...

Пират достал пулю. Это не был шарик. Бочонок с гранями по кругу. Ружье было нарезным и грани четко подошли к нарезке в стволе. Подкручивая шомпол, затолкал пулю до самого пыжа.

-... у самого города найдём нисходящий поток и вынырнем, — закончил Сату показывая на бумажке план с кучей цифр, векторов, расчётов и тремя пустыми последними пунктами.

На корме яхты что-то блеснуло. Йухтен вскинул ружьё. Мгновение на то, чтобы прицелиться в неясном зелёном свете Луны. Выстрел.

Что-то громыхнуло и Вьерн дернулся. Как от удара по голове. Неуклюже перевалился за борт. Полетел вниз. Юп отреагировал мгновенно. Промчался мимо брата. Не глядя закинул руку вслед улетающему торговцу. Сам при этом ныряя за борт всем корпусом. Каким-то чудом умудрился при этом сунуть ногу в Сату. Это не Сату поймал брата за ногу, это нога Юпа поймала себя руками неуклюжего брата. Сату взвыл от натуги, вытаскивая брата из-за борта. В руках Юпа была только шляпа.

— Улетел, я видел, — грустно сказал он.

— С такой высоты у него нет шансов, — вздохнул Сату.

— Может спустимся за ним? — запоздало задал вопрос Юп и понял, что ему только что уже дали ответ, слишком настоящий ответ, — ты прав.

Братья посмотрели друг на друга. Сату забрал шляпу у Юпа, потеребил её в руках. Набравшись решимости надел.

— Оставим ему его груз, — скорее не спросил, а утвердительно сказал тот брат, что был побольше.

— В память о нем, — кивнул тот брат, что был постарше.

Юп буквально скатился вниз по мачте, успевая только выбрасывать цепкие руки в объятья такелажа. Взмах ножом, перерезанный трос. Капля груза медленно полетела вниз, вслед за хозяином. В память о нем.

Йухтен успел перезарядиться и ещё несколько раз выстрелил, но тот, который метался по рангоуту был слишком быстр, а тот, что надел шляпу — слишком везуч.

Освободившись от груза, яхта резко пошла вверх, в тот поток, где до этого дамокловым мечом нависал над ними пиратский барк.

— Не придётся идти на Экватор, — крикнул после очередного выстрела из под киля Юп.

— Не придётся, — с какой-то легкой грустью в голосе подтвердил Сату, — нет смысла даже сворачивать паруса, мы теперь и быстрее, и легче.

Одноглазый капитан все понял. Они уйдут. Они сломали ему грот-мачту, оборвали новый флаг, мотали его пол ночи по этим облакам. Он видел, как они начали разворачиваться к Экватору и сейчас жалел, что они туда не пошли. Одна ошибка и хрустальная стена впитала бы их, или вывернула бы наизнанку их уродливое корыто во встречных ветрах и воздушных ямах. Они вместо этого сбросили груз! Практически его груз! Тяжелый, наверняка ценный груз!

— На правый борт! — скомандовал он.

— Капитан!!? — выкрикнуло сразу несколько матросов.

— Залп сразу увидят из города, — сказал кто-то особо прыткий.

— Мы ещё можем собрать их груз, — поддакнули из тени.

— Молчать! — хрипло оборвал Йухтен, — один успеем, до города далеко!

— Они поворачиваются правым бортом, — подбросил плохих новостей по пути с водорослей наверху на мачту внизу один из братьев.

— Если они выстрелят, город увидит и вышлет Охотников, — ответил другой, удерживая судно на ветру.

— Если они попадут, Охотники нас не спасут, — спешно собирая паруса возразил Юп.

— Вероятность пятьдесят процентов на критические повреждения, — прикинул вслух Сату.

— Либо попадут, либо не попадут? — выкрикнул снизу брат и грустно улыбнулся, ловко используя свой вес чтобы притянуть парус к рее.

— Нет, я посчитал, — не понял сарказма брат, — потом придёшь, подержишь штурвал.

Барк довернулся правым бортом, поджав паруса и продолжая двигаться по траектории. Яхта тоже успела втянуть свои паруса. Но было понятно, что залп сметёт их. Да если даже пара ядер попадёт, этого хватит, чтобы добраться до этих толстяков. Капитану уже не был нужен корабль. Он жаждал их уничтожить.

— Смотрите! Что он делает? — воскликнул кто-то из канониров. Один из толстяков. Тот, который в шляпе. Встал на корме, лицом к ним и раскинул руки в стороны.

— Спорим я собью с него шляпу?

— Вместе с головой?

— К залпу товсь! — проорал капитан. — Залп!

Оранжевый свет залпа сделал изумрудный свет Луны грязно зеленым. Дым. Пока он рассеивался, корабль выходил обратно на курс. Команда делала все слаженно и четко. Плохие люди зачастую бывают искуснее хороших. Паруса расправлялись, рули удерживали в потоке.

Дым рассеялся. Яхта была прямо по курсу.

— Что это?

— Как?

— Мы не попали ни разу?

— Да нет, вон есть попадания.

— Разве это попадания?

— Они даже не замедлились!

— Он что, колдун?

— Ты видел как он раскинул руки?

— Пули не берут его, — и вот она последняя капля чьим-то гнусавым голоском, — даже капитан с его нового ружья попасть по ним не может...

— Молчаааать! — растянуто взревел капитан, да так громко, что браться оторвались от своих дел и оба улыбаясь посмотрели на барк, — На левый борт!

Барк повинуясь команде начал свое смертоносное движение.

— Сату, они опять поворачиваются бортом.

— Да вижу я.

— Они совсем не боятся Охотников?

— Времени у них ещё на один залп и уйти.

— Но они не успеют собрать груз.

— Кажется, у нас появился враг, — подытожил Сату, — уничтожить нас ему важнее груза.

— Похоже на то.

Юп снова подменил брата на мостике. Искал глазами на горизонте огни Охотников. Если они действительно нажили себе врага, то пираты могут дать и третий залп. Удача, конечно благоволит брату, но на то она и удача, что бывает переменчива. Он бы его не пустил туда, но разве Сату будет слушать?

Сату рассматривал шляпу. Пуля попала в серебряную застежку. Вмятина и трещины. Вороньи перья ударом выбило, поломало. Дырки в шляпе не было. Значит её хозяин может был жив, когда полетел вниз. Он не знал, хорошо это или плохо. С одной стороны это ужасная смерть. С другой, может выжил?

Стоп. Завтра будем об этом думать. Сегодня нам надо выбраться из этой переделки. Не хотелось говорить брату, но вероятности стали сильно хуже. Слишком уж сильно их ненавидели и боялись на барке. Плохие предчувствия.

Йухтен видел, как один их этих толстяков стоял на корме и рассматривал шляпу. Мог бы выстрелить уже сейчас. Но он должен доказать себе и своей команде, что сильнее. Сейчас этот везучий лоботряс раскинет руки в стороны и вот тогда. Одноглазый капитан покажет всё своё умение. Не обязательно в голову. Надо только попасть. Можно и в тело. Тело то огромное, как в него не попасть.

Барк повернулся левым бортом. Дальше случилось сразу несколько событий. Сат раскинул руки. Одноглазый капитан выстрелил. Может всё же в голову? Прогремел пушечный залп. Но вороны. Да, вороны. Стая ворон летела куда-то по своим ночным делам и прошла чёрными тряпками через барк сверху вниз. Задевая всё, что можно задеть, испуганно шарахаясь и крича от всего происходящего.

А самое главное, Юп увидел Охотников. Они шли на своих разношёрстных кораблях выше, в обратном потоке. Шли слаженно, хорошо и быстро. Это большой город, Юп насчитал пол десятка Охотников. Наверняка среди них есть и стража, и вольные стрелки, и торговцы. Кто не хочет награду за Охоту? Теперь пиратам понадобится всё их умение, чтобы уйти. Даже не так. Они должны срочно полезть на Экватор, чтобы унести отсюда ноги. Юп знал, что пираты могут и достаточно отважны чтобы это проделать. Но эти пираты всю ночь в аврале, у них не хватает одной мачты и они расстроены тем, что не настигли жертву — им будет очень сложно.

Дым начал рассеиваться.

— Охотники! — выкрикнуло сразу несколько голосов.

— Уходим!

— Ха!!!

— Яхта замедлила ход!

— Мы всё равно их не достанем, — хрипло подумал Йухтен,- Охотники прилетят быстрее.

— А этого, который руки раскидывал, нету!

— Слава капитану!!!

— Сбил с него спесь!!!

— Никакой он не колдун.

— По местам, — скомандовал капитан.

Уходить не хотелось, ещё один залп и это корыто встретится с землёй, но проклятые охотники — их слишком много. Он и так потешил свою гордыню сегодня, правда это стоило ему груза, но теперь это можно оставить в прошлом.

— Уходим, — принял решение капитан. А как известно, Йухтен своих решений не менял.

— Ура капитану! — вскричала команда, им предстояла ещё одна погоня, теперь уже за ними.

Юп оторвал взгляд от Охотников. Почувствовал какую-то неприятную тишину. Сату молчал. Осмотрелся. Сату полусидел, привалившись спиной к борту, шляпа валялась рядом.

— Что с тобой? — подскочил к брату Юп.

— Смотри, — Сату показал на многострадальную застежку, которую окончательно смяло, кусок отлетел, — она спасла сегодня двоих.

— Ты как? — беглый осмотр брата выявил огромную шишку на голове.

— Голова болит.

— Дырки нет, и то хорошо, — улыбнулся Юп, но как-то испуганно, — пойду паруса расправлять.

Капитан уже примерялся, где зайти в восходящий поток, чтобы пойти по Экватору, когда услышал ропот в команде. Он проследил за их взглядами, метнулся к борту и посмотрел на остатки от прогулочной яхты. Один толстяк расправлял паруса, второй стоял у штурвала. В шляпе!

— Я вас найду!- взревел капитан на все небо. А, как известно, Йухтен своих решений не менял.

Оба брата уже были в курсе, что у них появился враг, по этому просто кивнули, занимаясь своими делами. Ночь заканчивалась. Зелень Луны уступала место рассветным лучам Солнца. Хрусталь Экватора давал блики переливами. День наступал по обе стороны от этой прозрачной стены. Потрепанная яхта «Три толстяка» уходила на всех парусах навстречу Охотникам. Братья Юп и Сату Оймены наблюдали, как по ту сторону от стены все привычно движется задом наперед. Привычно, но все равно неестественно.

#2. К лицу

Братья Оймены умудрились задолжать городу еще до того, как до него добрались. После залпа яхта, что называется, дала течь. Сорвало канаты и большую часть стога водорослей разметало. Начали падать. Юп может и успел бы спасти водоросли, но он тушил пожар, который так же внезапно разгорелся на палубе. Сату утверждал, что он не виноват. После пожара рули окончательно заклинило и судно начало кидать по ветру. Неуправляемый дрейф с неожиданными вывертами. И они услышали. Протяжный хруст, похожий то ли на плач, то ли на вой. Мачта дала трещину.

Пираты ушли от погони. Виноваты в этом были все понемногу. Сами братья, яхту которых пришлось ловить нескольким Охотникам, чтобы не грохнулась оземь. Искусность пиратов — шериф потом рассказал, что это был Йухтен, а он второй по старшинству, злобности и коварству капитан в крупной флотилии пиратов, которая терроризируют местные города. Виноват был Экватор, по которому пираты умчались, умудрившись напоследок дать еще один залп и пустить к земле одного из преследователей. И сами Охотники, которые не решились оставшимся числом гоняться за Йухтеном по Экватору, где он чувствовал себя, как шомпол в стволе.

Закончилось все тем, что шхуна шерифа взяла на буксир «Трех толстяков». Скребя мачтой о землю, их приволокли в город. Водрузили сразу на верфь и разошлись по своим ежедневным делам. Солнце уже подходило к полудню и зависло над Экватором. Кто-то утверждает, что в этот момент блики от хрусталя стены самые яркие. Думаю, все зависит от того, откуда смотреть.

— Что теперь будем делать? — спросил Юп ближе к вечеру, выбираясь из под одеяла, которым укрывался с головой прямо на палубе.

— Добрый день, — ответил ему Сату и почувствовал, что голова все еще помнит вчерашний бой, — уффф.

— Предлагаю сходить к торговцам и рассказать, что случилось с Вьеном.

— Денег это нам не прибавит, а мы должны за буксир местной страже, потому что согласились, чтобы нас сюда приволокли, — напомнил Сату, — а еще мы обязаны оплатить Охоту, потому что пираты ушли, с них не спросишь. И ремонт того неудачника, что получил полный залп от Йухтена.

— Я не понимаю, как можно было поймать все ядра и сразу пойти к земле с порванными парусами, сломанными рулями и пожаром на борту? — возмутился Юп.

— Так же как и мы, только после первого залпа, а не второго, — парировал Сату.

— Насчет того, что наш пожар был результатом залпа, я до сих пор не уверен,- поднырнул под парирование Юп и все же уколол брата, хотя и дружески.

— Ладно, идем к торговцам.

Еще до заката все стало хуже. Братья Оймены брели по вечерней улице спиной к Солнцу.

— Подумать только,- Сату неудачно пнул камень и больно ушиб палец, — это их реликвия!

— Зря мы туда пошли, — Юп проследил как камень скакнул пару раз по мостовой и угодил в окно какого-то полуподвального помещения. По стеклу побежали трещинки. Уже готов был крикнуть, чтобы записали на их счет и зайтись саркастическим смехом, но никто не выбежал и не потребовал. Никого не было вокруг, даже брат не увидел. Решил тоже не замечать.

— Торгаши! — Сату выплюнул это слово себе под ноги, как ругательство, замахнулся на очередной камешек, но брат ловко успел пнуть его первым, — им оказалась безразлична судьба Вьена, зато у них есть копия нашего обязательства по грузу. Мы еще и им должны. Полную стоимость!

— Они дали нам десять дней, — грустно улыбнулся Юп, не решившись демонстрировать сарказм. Брат все равно не поймет, а настроение испортится.

— Даже если кто-то выкупит «Трех толстяков», нам не хватит денег перекрыть долги, — попробовал отпугнуть мысль о потере яхты Сату.

— Даже если ее не выкупят, — придержал мысль о потере от бегства Яп, надо привыкать, — стоимость ее ремонта больше стоимости того, что от нее осталось.

— И вишенкой на торте эта реликвия! — никак не успокаивался брат, и все таки пнул очередной камешек, попал ушибленным пальцем и сморщился, — кто бы мог подумать?

— Далась она тебе? — проследил за камешком Юп. Камешек влетел в канализационную решетку и оттуда кто-то пискнул, — она тебе даже не идет.

— Я к ней привык, — закусил губу Сату.

— Кто же знал, что этой шляпе три сотни лет и она их символ? По очереди носят всей гильдией и готовы объявить нам вендетту, если мы ее не починим и не вернем завтра. Даже пираты, говорят, возвращают, если каким-то случайным, — на этом слове Юп все же дал волю сарказму, — образом она к ним попадет.

— Да никто уже не носит кожаных шляп! — продолжил закипать Сату. Фонарный столб на их пути пару раз моргнул и погас, — уже лет триста как странствующие шляпники не ходят вдоль Экватора.

— Вдоль Экватора может и не ходят, — Юп легонько стукнул столб проходя мимо и тот проморгавшись снова загорелся, — ты наверно не заметил, но тут целый город в шляпах. Все, кого мы встретили ходят в шляпах. И в отличии от других городов они косятся на меня, который без шляпы, а не на тебя, который в шляпе.

— Заметил, — гаркнул Сату,

— Так давай найдем шляпника, который наверняка здесь есть.

— За следующим поворотом.

— Откуда знаешь?

— Спросил у местных, пока ты получал уведомление от шерифа о том, что город выставляет нашу яхту на торги, — гнев Сату достиг апогея, он наступил на крышку люка и громыхнуло так, что со всех щелей брызнули кошки и крысы, удивляясь наличию друг друга так близко.

— Песчаная лисица, — прочитал Юп на кованной шляпе над маленькой дверцей в мастерскую, — купим тебе другую.

— Мне нравится эта!

— Где этот бездельник? — послышалось с улицы и в дверь ввалился, точнее вкатился Сату. Обида и гнев превратили его из просто неуклюжего разрушенца в чудовищно неуклюжее бедствие. Он еще только начал свое деструктивное шествие, но уже успел сломать перила той небольшой лестницы по которой катился, провалил ступеньку, закрутился в половичок и наступил в ведро. В ведре было мокро. Все эти па слона-эквилибриста не помешали ему продолжать говорить, хотя и с перерывами на события, — мне нуж...но по...чин...ить шляп..

«У» он не договорил. Хотя уже сидел на сломанной нижней ступеньке, замотанный в полосатую ковровую дорожку с ногой в ведре. Молоточек прилетел точнехонько в голову, точнехонько маленьким бойком, совершив ровно три оборота. Тюк. Сату качнулся назад, вперед, снова назад. Большое пузо уравновесили увесистые тылы и он остался сидеть, внезапно устав. Рядом со старой боевой шишкой на голове начала заметно расти новая.

— Извините моего брата, — вслед за братом пригибаясь вошел Юп. Он был расторопнее, особенно на фоне родственника и успел проследить тот самый полёт молоточка, особенно в заключительной его фазе. Сморщившись, воскликнул, — уффф.

— Секунду, — предупредительно поднял руки Юп в ожидании новых летающих предметов. Предметов не последовало. Осмотрел брата, сделал вывод, что еще немного и Сату сможет участвовать в корриде. Не в роли тореадора. Поднял молоточек и протянул хозяину, — нас сильно потрепали пираты на подходе, и он еще не успел прийти в себя. Хотя, полагаю, с этим стало сложнее.

Волосы шляпника были завязаны узлом на затылке и все равно перепачканы. Вроде брюнет. Лицо тоже вымазано. Как бывает вымазано лицо художника, который увлекся работой. Только краски не такие пестрые. Фартук, нарукавники в том же боевом раскрасе художника, в котором он может прятаться на фоне своих картин. Худощавый, с фигурой что-то не так. Сидит все еще скрючившись и зажав шляпу в какой-то недоступной для простых смертных позе. Но явно на любимом, многократно чиненном табурете.

— Жирдяй, — не понятно, к кому из них двоих обращаясь, зато с некоторым высокомерием, несвойственным подобным мастерам произнес, погодите-ка, произнесла. Девушка? Голос-то женский. Юп допонял это вот прямо сейчас, когда она встала и забрала протянутый ей молоточек. Он понял, что было не так с фигурой. Эта каморка ей явно мала. Даже он пригнулся, когда входил. А сейчас она, после того как развязалась из этого невообразимого человеческого узла, практически упиралась головой в потолок.

— Нам бы шляпу, — подобрал сбитую с брата шляпу и тоже протянул ее шляпнице.

— Изуверы, — она посмотрела на застежку.

— Это не мы, — рефлекторно начал оправдываться он.

— Кто?

— Пираты, — перешел вслед за ней на укороченную форму общения Юп.

Шляпница промолчала. Она как-то сумела промолчать так, что ему стало жалко пиратов.

— Голова болит, — донеслось откуда то снизу. Началось кряхтение и доставание ноги из ведра. С громыханием.

— Надо починить, — сказала она, не обращая внимания на борца с ведром. Это был не вопрос, говорила она скорее себе.

Юп кивнул на всякий случай.

— Завтра поговорим, — закончила она.

Есть люди, которые заканчивают разговор прощанием, а есть те, кому не нужно указывать вам на дверь. Вы сами начинаете ее искать, когда они все сказали. Юп поднял Сату, снял с него ведро, опер на себя и вывел. Ночевать было негде и они пошли на свою многострадальную яхту.

Утро встретило Сату острой болью. Он все еще просыпался под какой-то чудовищный грохот. Стучали как будто по голове. Сразу в двух местах. Тра-та-та-та... Настойчиво и не прекращая. Или это рога пробиваются ростками из его черепа? Он разодрал глаза. Даже не так. Он открыл глаза руками, потому что сила воли не справилась.

— Что вам нужно? — спросил голос Юпа, и пока он спрашивал, свеже-открытые глаза нашли его стоящим у трапа и разговаривающего с кем-то. Сату перевел глаза на этого кого-то и сфокусировался. Рога при этом немного подросли по ощущениям.

— Вы принесли шляпу? — спросил он, узнав шляпницу. Закутался в полосатый коврик потеплее. Откуда у него коврик, не решился вспоминать.

Она была в брюках для верховой езды, элегантном пончо, с тростью и конечно в шляпе. На лице у нее была татуировка песчаной лисицы. Точнее с лица татуировка начиналась. К щеке лисица прислонилась мордочкой, вокруг шеи обернулась, дальше по ключицам. Наверно на плечо. Из под закатанного рукава на правой руке свисал хвост.

— Уже вернула хозяину, — сказала девушка и одернула трость от борта яхты, стало понятно она явно стучала чтобы всех разбудить и добилась своего. Посмотрела на Сату и добавила, — эта шляпа тебе не к лицу.

— Вы хотите потребовать денег? — настороженно спросил Юп.

— У вас их нет, — немного резче обычного ответила шляпница, но показалось, что не специально, — я выкупила это барахло с парусами.

Она подвинула тростью Юпа и вступила на борт:

— Почему три толстяка?

#3. Судно

Маленькая Энн снова сбежала от няни Вьюм. Няня упустила ее где-то между обедом и учебой. Пока Вьюм думала, что ребенок спит послеобеденным сном в пижаме с оборочками, набираясь сил для занятий языками, чертенок со светло карими глазами вышел на карниз, добрался до водосточной трубы, забрался на крышу и скатился с обратной стороны на террасу. В этот раз няня забрала платьице, чтобы не в чем было слинять. И сандалики. И закрыла дверь на замок. С дверью Вьюм конечно была не права, но она и представить не могла, что шестилетний ребенок способен пройти по карнизу на высоте четвертого этажа, вскарабкаться по трубе и бесшумно спрыгнуть в террасе. Энн осмотрелась.

- Сегодня мы покажем вам порт, - сказал папа, сидя спиной к открытой двери на террасу за огромным обеденным столом. Время детей закончилось и теперь обедали взрослые.

- Как интересно, - подхватила какая-то дальняя родственница, имени которой Энн даже не пыталась запомнить. Родственники очень любили гостить в их доме и даже организовали что-то вроде живой очереди.

- Прибывает гильдейская бригантина, - не без гордости заявил отец, которому принадлежала пятая доля груза, - очень красивый корабль.

- Шйен Айота, вы просто хотите взглянуть на разгрузку, - покачала головой мама.

- Одним глазком в самом начале, - почти смутившись ответил отец.

Дальше Энн уже не слышала. Бригантина! Сегодня в порту! Наверняка будет куча пассажиров. Нужно раздобыть одежду. Девочка юркнула за кактусом в кадке, прошмыгнула за креслом, под стол, пробралась среди леса ног и вынырнула с другого конца из под отцовского стула. Лестницей вниз вместе с котом. Третья дверь по коридору направо, приоткрыть. Без скрипа. Храп. Это няня. А вот и платье, но это не удобно. Бриджи и сандалики. Шарфик, пальтишко. Перчатки она не нашла, вязаная шапка ей не нравилась. Няня всхрапнула. Урока языков не будет, зато будут ругать. Ну и пусть, вчера тоже ругали. Бригантина! Пассажиры!

Судно причалило. Вьерн одним из первых спустился по трапу. Гильдейская шляпа, сегодня была на нем. Его черёд носить. Он называл её городской шляпой. Потому что кожаная шляпа в городе была только одна. Эта. Торговцы носили её по разному, кто-то как дань уважения предкам, кто-то стеснялся, кто-то одевал по важным случаям в поездке. Вьерн носил её как шляпу, то есть всегда и привычно.

- Вьерн, привет дружище! - поймал подручного за руку Шйен, буквально выхватив из потока, - как добрался?

- Снова встречаете груз в порту? - улыбнулся Вьерн, - добрались без происшествий, воздушных ям не было, ветер попутный, узлов пятнадцать, без спешки, пиратов видели разок, издалека.

- Пиратов?

- Они промчались по Экватору, охотники из каравана не решились нырять за ними, - пояснил Вьерн. Взглянув на стоящую неподалеку свиту родственников, спросил, - а где маленькая Энн?

- Она вчера распорола мамины кожаные сапоги, - хмыкнул Шйен, тоже взглянув на свою свиту, - и теперь наказана усиленным изучением языков.

- Бедный ребенок, - согласился Вьерн.

Узнав последние новости и передав все положенные документы прямо здесь, Вьерн раскланялся и нырнул обратно в поток. Уже на выходе с порта он все же увидел её. Энн сложно было не заметить, если знать куда смотреть.

Энн стояла в порту, ожидая очередной парусник. Сегодня она не прогуливала уроки, не сбегала от няни и не влезла на забор, чтобы смотреть на головы пассажиров. Ей одиннадцать. Она уже перестала быть ребенком. Точнее, совсем ребенком. Но непослушной быть не перестала. Все ее сверстницы поступили в гимназию для молодых девиц. С Энн в гимназии договориться не смогли. После того, как гимназия чуть не сгорела сразу после того, как её затопило, отец оплатил очередной ремонт и нанял учителей на дом. Мать смогла уговорить девочку на занятия дома, но только в первой половине дня и по нечетным числам. Не более. Сверстницы в гимназии изучали литературу и этикет, занимались сервировкой и вышиванием, посещали танцы. Энн предпочитала инженерию и языки, закупала кожу, строила лекала, выкраивала и сшивала, а вместо танцев ходила встречать корабли и рассматривала пассажиров.

А вот, кстати, и они. Разношерстная публика спускается по трапу. Шляп снова нет. Разве что, в город вернулась торговая шляпа гильдии, в этот раз на Вьерне.

- Сегодня не будет шляп, я в дороге всех рассмотрел, - сказал он, подходя.

- Вижу, - ответила девочка.

- Ты же знаешь, какая это редкость, - Вьерн протянул ей руку, - идем, отведу тебя домой.

- Какие шляпы ты видел? - спросила Энн, поворачивая к дому.

- Что же ты так сразу? А спросить меня, как я добрался? А рассказать, как поживает моя кузина Вьюм?

- Шляпы!

- Ладно, слушай...

Энн еще несколько лет потратила на шляпы. Первыми покупателями были знакомые отца. Это был такой хитрый ход с их стороны, они вроде благодарили его, но при этом поддерживали непослушную дочь. Отец долго не мешал этой игре. К моменту, когда все поняли, что Шйен Айота любит свою дочь и гордится ею, шляпы начали мелькать в городе.

Вьерн сошел с корабля, показывая какому-то торговцу на ратушу. Вверх по холму от порта. Проходя мимо пятнадцатилетней Энн, он резко остановился.

- Это наша достопримечательность, - сказал и подмигнул Энн, - она научила шить шляпы всех местных мастеров.

- Надо же, - заинтересовался торговец, - а можете сшить мне?

- Сможет, - перехватил ответ Вьерн, - у нее правда много заказов, но мы обязательно зайдем завтра.

- Три месяца ждать, - все-таки сказала девочка, - заказов полно.

Другие торговцы подхватили идею и появилось еще несколько шляпных дел мастеров. Все они учились у Энн и работали по ее лекалам. Отец умел договариваться и имел долю в остальных мастерских. Шляпы начали разлетаться по каналам торговой гильдии.

Теперь с кораблей в порту сходили люди в ее шляпах. Конечно не каждый встречный и не так часто. Но новых шляп не было. Она поняла, почему шляпники раньше путешествовали.

- Буду странствующей шляпницей, - заявила она матери.

- Я не дам тебе денег на дорогу, - через несколько дней сказал ей отец, уже после того, как успокоил жену, попытался договориться, снова успокоил жену, няню, смирился сам и дал время смириться остальным, - это задержит тебя дома еще на какое-то время.

- На дорогу у меня есть, - ответила Энн, - я собираю на корабль.

- Собственное судно? - удивился отец, - тогда у нас есть пара десятков лет.

- Заранее предупредила.

Завтра Энн исполнится двадцать один. Последняя из сверстниц удачно вышла замуж, первая из них не менее удачно развелась. Обе были в ее шляпах, когда происходили эти важные для них события. В остальном шляпный бум закончился. Энн так и не съехала из своей каморки, которую подарил ей отец в двенадцать. Сидела, как всегда, перепачканная, в терпком, чуть горьковатом запахе кожи, с заколотыми на макушке волосами и в фартуке. Няня Вьюм впервые заглянула в дверь мастерской.

- Здравствуй, девочка моя, - как обычно глубоко произнесла няня.

- Привет, - слегка удивилась Энн.

- Я знаю, что в тебе живет дух путешественника.

- Еще не собрала денег.

- В моей семье есть поверье, что у путешественника должен быть оберег, который охраняет его в пути. Сегодня единственный день, когда этот оберег можно сделать, - издалека начала Вьюм.

На званный ужин в честь собственного двадцатиоднолетия, с трудом произносится, Уэйна Айота явилась с оберегом.

- Почему лисица-то? - спросил отец уже после того, как разошлись все гости, разбежались женихи, после того уложил спать жену и сам немного пришел в себя.

- Спонтанно, - пожала плечами Энн, - почувствовала, осознала.

- На тебя не похоже, - рассмеялся отец, - чтобы ты что-то сделала спонтанно?!

#4. Морской узел

Энн подвинула тростью Юпа и вступила на борт.

— Почему три толстяка?

— Третьего съели, — в унисон ответили братья Оймены.

— Теперь это «Песчаная лисица», — безапелляционно заявила девушка.

— Ваше судно, ваше дело, — согласился Юп. Сату не стал усиливать свою головную боль речами, поэтому просто кивнул.

— Хочу сделать быстрый ремонт, — заявила Энн, подразумевая минимальные вложения, денег после покупки яхты у нее осталось немного, — и двинуться в путь.

— Ваше судно, ваше дело, — повторил Юп, снимая с брата половичок и отдавая его хозяйке. Сату поежился и получил взамен старое одеяло.

— Что нужно починить, чтобы выйти из порта?

— Ваше судно, ваше дело, — в третий раз повторил Юп, покидая вместе с братом корабль.

— Они просто ушли, — возмущалась Энн шерифу, который вместе со стражниками подрядился ей помочь. Она не знала, что подрядился он по просьбе отца. Хотя и без просьбы он взялся бы помочь, но тогда и без стражников. Увальни не бесплатны.

— Это ваше судно, — сказал седой шериф, пожимая плечами.

— Мне уже сказали.

Стражники выпотрошили все водоросли из каюты и сейчас заносили туда убранство мастерской. Она не знала, насколько ценны водоросли, по этому трюм потрошить не решилась. Места в каюте было еще меньше, но мастерскую она уже продала. По сути у нее теперь была только яхта.

— Аккуратнее, — скомандовала Энн стражникам которые пытались протолкнуть в дверь каюты комод.

— Пойду поищу портового распорядителя, узнать сколько стоит ремонт, — ретировался шериф, понимая, что не хочет быть тем, кто скажет этой молодой особе, что комод туда не влезет.

Юп положил брата в сторонке досыпать, накрыл старым одеялом и отправился в порт. Как раз прибыл парусник. Не большой, но груженый чем-то тяжелым. Юп встал в толпу грузчиков у трапа. С третьей попытки опытный зазывала-наёмщик ткнул в него.

— И ты, один медяк.

— Три, — все обернулись на Юпа и немного расступились.

— Хорошо, три, — также монотонно произнес зазывала.

Он закончил работу и пожелал свои кровные. Зазывала отвел его в сторону. Не смог вспомнить, что обещал три. Настаивал, что один. Сошлись на двух медяках и обещании больше никогда не брать на работу. Сату проснулся и сидел укутавшись одеялом. Голова почти перестала болеть, если не трогать рога.

— Идем, — подхватил его Юп и показал ему медяки.

— На рынок? — уточнил Сату.

— Начнем вон с той подворотни, — брат показал на угол дома, у которого толпились грузчики, другие портовые работяги и праздные зеваки, — им как раз выплатили за труды.

Энн присела на край комода и смотрела в список.

— Это, если ничего не добавлять, а починить что есть, — сказал распорядитель, привычным жестом вытирая ладони о пузо.

— Это больше чем она стоила, — заглянул в список шериф.

— И пушку? — недобро удивилась Энн.

— Сигнальную, — уточнил мастер и ткнул пальцем в нечто с развороченным дулом, рядом с огромной дырой в палубе.

— Зачем она мне?

— Это же копейки, — развел руками мастер, но продолжил, поняв что все серьезно, — требование закона об Охоте. На каждом судне должна быть хотя бы одна такая пушка.

— А что не сломано? — осмотрелась Энн.

— Комод, — ткнул пальцем распорядитель, — хотя, нет, у него вот ручка оторвана.

Оймены подошли к толпе и увидели, что кому-то уже приглянулся заработок портовых работяг и он организовал крысиные бега. Ставки текли рекой, правда медной. Юп незаметно дал пинка мусорному баку. Несколько крыс метнулось из под него. Одной из них он ловко наступил на хвост. Перехватил ее так, чтобы не откусила пальцы и поднял высоко над головой. Настолько, насколько позволял его рост.

— Три медяка и своя крыса! — выкрикнул он. Толпа расступилась и дала пройти.

— Деньги покажи, — прогнусавил букмекер.

— Вот, — открыл ладонь Сату и показал два медяка.

— Тут два, — прищурился букмекер.

— Кто-же в подворотне все деньги показывает? — улыбнулся Сату.

— Да, мы видели, его брат их только что заработал, — выкрикнул из толпы какой-то грузчик.

— Три за раз? — не унимался гнусавый.

— Ага, хромой ему говорит, один медяк, а этот хромому — нет, три.

— Ладно, давай твою крысу сюда.

— Я оплачу, — раздался из-за спины голос отца, — посчитайте еще паруса на гиках и...

— Нет, — отрезала Энн.

— Уэйна, я знаю, что у тебя не хватит денег на нормальный ремонт, — сразу выложил все козыри Шйем.

— Нет.

— Ты все равно улетишь и я это знаю, дай мне сделать тебе корабль, чтобы мама не переживала, что ты пойдешь к земле, как только выйдешь из порта.

— Нет.

— Хорошо, ремонт сделаешь сама, но хотя бы боковые паруса на гиках?

— Нет.

— Там пираты!

— Нет.

— В подарок!

— Нет.

— В долг?

— Нет.

— Сату, нам надо уходить, — полушепотом, полукивками намекал Юп.

— Давайте еще разок, — заявил Сату.

Они победили в крысиных бегах, побелили снова, еще раз и еще. Сату хотел играть дальше, но Юп видел взгляды и продал крысу. Он знал, как только крыса побежит в следующем забеге, дорога для них в эту подворотню будет закрыта навсегда. И лучше, чтобы закрылась она после того, как они отсюда уйдут. Брата он утащил волоком.

Потом они играли в наперстки на рынке, Сату наугад тыкал и раздел напёрсточников до ногтей. Они, конечно пытались мухлевать, но Юп был на чеку, а скопившаяся толпа вокруг злорадствовала и не давала напёрсточникам просто так уйти. Сату играл бы бесконечно, но у них кончились деньги. Юп подозревал, что это был годовой гонорар. Ходить после этого около рынка Юп бы не решился, да и не около рынка начал оглядываться.

Сейчас был карточный стол в местной таверне. Сату так везло, что местные наверняка видели в нем шулера. Доказать не могли, но по напряжению было понятно, что скоро этого и не понадобится.

— Всем эля за наш счет! — крикнул Юп, и на волне всеобщего восторга, отточенным резким движением ткнул брата локтем в бок. Когда тот согнулся, придержал его за голову, да так неудачно, что задел обе шишки одновременно. Сату взвыл. Уже на пороге. Все решили, что он попрощался.

— Куда теперь? — поинтересовался Сату, утаскиваемый от таверны.

— Есть еще куриные бои, тараканьи бега, блошиный цирк, но он нам не нужен, и две таверны, — ответил Юп, который уже прознал про все злачные места в этом городе, — этого хватит еще на завтра, а потом работать.

— Как обычно.

— А сейчас в торговую гильдию, — Юп резко повернул брата на перекрестке. Заметил странных типов дальше по улице, — отдадим долг, пока удача не изменила тебе и ты их не проиграл.

С отцом Энн поссорилась. Шериф со стражей перенесли все из мастерской. Каюта была битком. Распорядитель ушел, договорившись о работе на завтра. Денег ей хватило только на новую мачту. Комод остался стоять на палубе. Уже было сильно позже полудня. Пришло время сменить роль капитана на роль шляпных дел мастера. На ближайшие лет пять.

Холл в торговой гильдии был огромен и светел. Столы, скамьи, торговые агенты, бар и стойка с клерками.

— Братья Оймены, — представился Сату клерку, — пришли возвратить часть долга.

— Братья Оймены, — записал себе клерк и ушел к огромному стеллажу с гроссбухами.

— Вы ничего им не должны, — послышался сзади знакомый голос, в котором добавилось хрипотцы.

— Вьерн! — братья обернулись синхронно, Сату при этом смахнул чернильницу, — жив!

— Простудился немного, — торговец кашлянул и поправил шляпу, — молодцы что сбросили груз, он даже не рассыпался.

— Ты жив! — повторили браться и оба отклонились размахиваясь объятиями.

— Я не знаю, чем вы так насолили Йухтену, но я оценил, что он потратил все это время на вас, а не на сбор груза. Йаа, — прикрякнул Вьерн, когда оба брата с размаху обняли его, — ну все, все... Я оплатил доставку найденного груза до города и к вам претензий не имею.

— Братья Оймены ничего не должны торговой гильдии, — проговорил из-за спины клерк, и тихонечко вскрикнул, — ой ё!

— Идем в таверну за углом, я угощаю! — улыбнулся Вьерн.

— Давайте лучше в другую, — быстро проговорил Юп.

Энн потратила остаток дня, чтобы хоть как-то распределить вещи по каюте. Места катастрофически не хватало. Даже если бы в дверь протиснулся комод, здесь бы он не поместился. Уснула она поздно, закончив очередной заказ. Корабельные гамаки были совсем не тем, к чему она привыкла.

Еще в трактире Оймены рассказали все Вьерну. Они ожидали услышать соболезнования, но с каждым шагом истории торговец все больше радовался. Эля он не пил, поэтому они не понимали почему.

— Как бы вам сказать, — начал свое объяснение Вьерн, — она злая, но хорошая.

— Как это? — удивился Сату.

— У нее свои жесткие правила, — попробовал с другой стороны зайти торговец, — вот она пришла и начала вами командовать. Не со зла. Это она так общается.

— На злую версию мамы похоже, — улыбнулся Юп, прихлебывая эль.

— Я видел вас в деле, — задумчиво сказал Вьерн, — ее безумие вам понравится.

— Ладно, дадим ей шанс, — согласились братья.

К тому богатству, что Оймены обрели сегодня добавилась та часть денег, что не потребовалась для уплаты долга гильдии с продажи яхты. Не сказать, чтобы это были большие деньги, но спали братья уже в комнатах при таверне. Потратиться на гостиницу они все-таки не решились.

Энн встала пораньше и сразу принялась за работу. Скоро в каюту постучался портовый распорядитель. Это было только начало. Стучали весь день, иногда кричали и раскачивали яхту. Потом все смолкло, распорядитель зашел, забрал деньги.

— Когда приходить в следующий раз? — спросил он.

— Через год, — ответила Энн.

Но на палубу вышла только вечером, села с чашкой крепкого кофе и смотрела, как алый закат бликует на хрустале Экватора.

— Привет, Энн, — послышался голос Вьерна, я нашел нам команду.

— Дезертиры, — прожгла взглядом толстяков-коротышек девушка.

— Они лучше всех знают это судно, — хрипло возразил Вьерн.

— Приходите через пять лет.

— Мы уже в курсе, — торговец не остановился у трапа, а прошел на палубу, — я хочу заключить с тобой сделку.

— Мне не нужны подачки, — отрезала Энн.

— Дело не в тебе, — спокойно продолжил Вьерн, — я хочу выкупить у тебя часть судна, на эти средства ты сможешь закончить ремонт.

— Отец уже предлагал деньги.

— Как раз о твоем отце. Я, как ты знаешь, проработал на него всю жизнь. У меня нет своего корабля и я не могу стать независимым торговым агентом гильдии.

— Хочешь быть сам по себе? — взвесила мысль Энн.

— Да, я скопил денег на первый взнос в гильдию, но скопить на корабль мне не хватит жизни.

— Какую часть ты хочешь купить?

— Я смогу купить восьмую часть, — честно ответил торговец, — остальные деньги я отдам на взнос.

— На что ты купишь груз?

— Это уже мои проблемы.

— Хорошо, — кивнула Энн, потом перевела взгляд на братьев, — а эти тут при чем?

— Нам нечего делать в этом городе, — смахнул куриное перо с брата Юп, — разве что работать грузчиками или плотникам.

— Тогда уж проще работать под парусами, чем гнить среди камней города, — поддакнул Сату.

— Они заменят вам целую команду, — вставил свой медяк в разговор Вьерн Бьёрн.

— Хотите купить часть корабля? — недоверчиво прищурилась Энн.

— Мы уже нашли, куда потратить деньги, — ответил Сату.

— Ладно, — согласилась Энн.

— По каютам! — воскликнул Юп.

— Нет, — отрезала Энн, — каюта занята.

— Но это же каюта на восемь человек.

— Теперь это мастерская капитана, — закончила разговор Энн.

Прошла неделя плотницких работ Юпа и Сату. Они починили рули, залатали дыры в корпусе, на новые паруса денег не было, поэтому зашили старые. Всю неделю на корабле воняло водорослями. Это от экономии. Сушили сами. Благо водорослей в каждом пруду полным полно.

Энн спешно заканчивала все заказы и практически не вылезала из мастерской капитана. На третий день обнаружила, что у корабля появились боковые паруса на гиках. Портовый распорядитель утверждал, что не при делах. Братья Оймены умудрялись растворяться при ее появлении. Вьерн, вообще, отдал ей деньги и куда-то пропал с самого начала.

— У них нет сигнальных пушек! — возмущалась Энн.

— В смысле нет? — переспросил Вьерн, который появился за день до вылета.

— Нет в наличии, — ответил портовый распорядитель.

— Сделать? — поинтересовался Вьерн.

— В нашем городе не делают.

— Заказать в соседнем? — предложила Энн.

— Можете не утруждать себя, — крикнул с правого гика Юп, — в соседних городах тоже нет.

— Откуда знаешь? — вскинула бровь Энн.

— Брат заметил, что ближайший город, где льют сигнальные пушки, находится очень далеко отсюда, — они настолько редко используются, что в год, дай бог, одну продают в городе. Очень непопулярный товар. Хоть и дешевый.

— По этому я их все и скупил, — подтвердил сату, — теперь у меня есть три сотни сигнальных пушек. В этом городе, например, девять.

— Шантажисты! — с каким-то то ли возмущением, то ли восхищением воскликнул Вьерн.

— Чего хотите? — поинтересовалась Энн, но уже догадывалась чего.

— Одну восьмую.

— Нет.

Договорились через три дня. На одну восьмую, без оплаты братьям за работу командой корабля, с ненавистью и требованием не появляться на глаза до следующего города. Не спасло даже то, что братья занесли комод в мастерскую капитана.

Еще через пару дней яхта «Песчаная лисица», если верить левому борту, «Три толстяка» — если правому, отправилась в путь. Перед этим все родственники распрощались с Энн. Папа так и не признался про боковые паруса на гиках. Вьерн всю ночь перед отлетом грузил груз в трюм. Братья пальнули по традиции, но из девяти сигнальных пушек. В путь!

#5. Ворон

Из-за всех этих проволочек с сигнальными пушками, новых договоренностей и долгих прощаний они не успели примкнуть к каравану. Не успели буквально на пару дней. Следующий караван был через пару недель, но Энн наотрез отказалась его дожидаться.

— Нагоним, — сказала она, стоя на носу и рассматривая облака в подзорную трубу. Второй день дул попутный свежий ветер. Шли узлов пятнадцать. На ней красовалась сильно заранее сшитая капитанская треуголка. Было обидно, что никто этого не замечал.

— Только в следующем порту, — поправил Вьерн. Он давно заметил, что треуголка ей очень шла, но остерегался лишних слов, когда она в гневе.

— Не уверен, — с сомнением произнес откуда-то Сату, он тоже хотел такую треуголку, но сейчас братья были в опале.

— Тебя не спрашивали! — показала мелкие зубки Энн.

— Долго еще будешь на них злиться? — спросил торговый агент.

Будем называть его теперь агентом торговой гильдии или торговым агентом гильдии. Не важно. Важно, что ему очень льстит, когда про него так говорят. Вьерн Бьёрн оплатил взнос и тем же днем сделал соответствующую татуировку. На шее. Череп в котелке с золотой монетой в правой глазнице. Есть татуировки, которые лучше скрывать, а есть те, которые приятно демонстрировать. Мог бы на лбу — так делали практически все. Но сделал на шее, немного сбоку и пониже. Если подтянуть шнуровку на рубахе — видно не будет, если отпустить — уголок заметен. Чтобы показать полностью, достаточно немного оттянуть ворот. Кто-то накалывает татуировки для демонстрации, а такие, как Вьерн Бьёрн используют их, как инструменты.

— Всегда, — отрезала Энн.

Братья очень хорошо знали судно и умудрялись не попадаться на глаза разгневанной девушке, когда она выходила на палубу. Хотя это случалось редко. Сразу после вылета она засела в мастерской капитана и взялась за ворох заказов для следующего города. Её не устраивало, что четверть корабля принадлежит другим людям.

— Почему не убрали старое название? — обернулась и спросила она пространство, где по её представлениям должны были быть братья.

— Не успели, — соврал откуда-то сверху Сату. Все поняли что соврал, но сделал он это без издевки и немного обиженно. Он не просто не успел, а даже немного подкрасил.

— Когда?

— В следующем городе, — соврал откуда-то из под киля Юп, но тут уже заметно не было, врал он лучше.

Энн еще немного постояла на носу, наслаждаясь ветром и облаками. Вернула подзорную трубу агенту Вьерну и спустилась в мастерскую капитана. Ее ждали два котелка и широкополая шляпа с серебряной заколкой, для стрельбы.

Вы же знаете, что широкие поля подкалывают, чтобы дым после выстрела не задерживался, искры от поджига не рикошетили в лицо, шпаги и сабли не цеплялись за них? А ее капитанская треуголка выглядят так, потому что стрельба с двух рук из пистолей создает больше дыма и искр, капитан должен еще больше видеть и лучше владеть шпагой. Хотя из всего перечисленного она пока умела только видеть.

— Барк по правому борту! — взревел Юп. — Пираты!

— Йухтен, — ответил ему сразу Вьерн.

Он знал, что пиратские соглядатаи следили за кораблем в городе. Судя по тому, что рассказали ему братья, они здорово насолили капитану пиратов. Йухтен такое не прощал. Да и не мог простить. Его авторитет перед командой строился на успехе. Их встреча была лишь вопросом времени. Пиратский барк лихо мчался по Экватору. Он оседлал какой-то дикий поток в тридцать узлов. Вьерн мог поклясться, что слышит, как скрипит рангоут и хлопают паруса, когда судно резко ныряет вниз за потоком или выскакивает вверх на гребне ветра.

— На подъем! — скомандовал Сату, и добавил, показывая пальцем на хрустальную стену где-то впереди и выше, — они выйдут с Экватора вон там.

Крепкий ветер гнал барк под треск рангоута и хлопанье парусов. Капитан держался обеими руками за штурвал. По Экватору он вел сам. Стена не прощает ошибок и если суждено, то лучше пусть это будет его ошибка. Сейчас будет самое сложное. Чтобы выскочить из потока, нужно будет сложить паруса. Одновременно все и быстро. Если этого не сделать, то разница скорости ветра сломает мачты. Если сделать неправильно, то их закрутит и вмажет в Экватор. Если сделать раньше времени, то корабль потеряет управляемость. Опять же, с размаху в стену хрусталя. Он еще не встречал людей, которые способны вести судно по Экватору без парусов. Это невозможно.

— Собрать паруса! — скомандовал Йухтен.

— Собрать паруса! — разнеслось эхом голосов. Сильный шум ветра. Без этого эха приказ угас бы на первом встречном. Команда заметалась по вантам.

— Скоро вынырнут, — прокомментировал Вьерн слаженные действия на барке.

— Не успеем, — задумчиво произнес Сату, взвешивая вероятности.

— Не успеем, — согласился Юп, он уже собрал паруса для подъема,- подняться успеем, но набрать скорость — нет.

— Поднимемся еще выше, — сказал Вьерн.

— Там обратный поток, — покачал головой Юп, — и очень быстрый.

— Развернуться почти невозможно, — подтвердил Сату, — а если это получится, мы пройдем прямо над ними.

— Ничто не помешает им сделать залп нам по днищу, — закончил мысль брата Юп, — заодно превратить в щепы рангоут и порвать паруса.

— Других вариантов нет, — настаивал Вьерн.

— Сигнальные пушки? — переспросил Сату.

— Вам ответят настоящие, вы уже в радиусе их огня, — оставить как есть, значит погибнуть.

— Поднимайтесь выше! — скомандовала Энн. Она все это время наблюдала за Вьерном в споре. Он был уверен и на что-то надеялся. Слишком уверен для человека, который принимает поспешное решение. И слишком надеялся, для того кто предлагает неожиданное спасение.

— Но залп, — попробовал запротестовать Сату, Юп промолчал.

— Капитан здесь я! — взгляд Энн прожег Сату, благо тот теперь стоял на виду у штурвала. Братьям не понравилось это командование. Но тон был уверенным. Она понимала что-то, чего не понимали они.

— Залп им еще надо будет сделать, — добавил Вьерн.

Йухтен крутанул штурвал и барк со сложенными парусам вывалился из потока. Что они творят? Яхта продолжила набирать высоту. И сейчас выполняла сложнейший маневр по развороту. Два толстяка успевали за целую команду. Но как они будут спускать паруса на боковых гиках? Надо синхронно, а их всего двое и один за штурвалом. Девчонку-то они не додумаются за штурвал поставить. Но это все не важно. Они вошли в обратный поток! Вместо того, чтобы улепетывать и затягивать погоню они идут на сближение. Скоро пройдут прямо над барком.

— На подъем! — скомандовал он. Распускать паруса не было смысла. Они просто поднимутся в обратный поток прямо здесь. Заодно сделают залп. Команда верховых начала посыпать солью водоросли.

— Вьерн, мне нужна твоя помощь, — позвал Юп, парусов стало больше и он сдался успевать везде один.

Энн видела, как Вьерн синхронно с Юпом распускали паруса на гиках. Эти двое никогда не работали в команде. Они были абсолютно разные: толстый коротышка Юп в распущенной рубахе с засученными рукавами и Вьерн, который на её памяти не то, что ворот рубахи не расшнуровывал, никогда даже рукавов не засучил. Они не смотрели друг на друга, но паруса раскрывались так синхронно будто птица расправляла крылья.

— Что я могу сделать? — спросила она Сату уже без всякого командования. Как человек, который готов делать то, что нужно.

Неожиданно. Сату задумался, заговорщицки улыбнулся, сунул ей штурвал и побежал на корму.

— Главное, слушай меня, — крикнул он ей оттуда, выкатывая сигнальную пушку, — я буду говорить сколько оборотов и куда крутить, перекрутишь на две ручки — мы пропали.

На яхте засуетились. Йухтен видел как у штурвала поставили девицу. Скривился. Увидел, как этот толстяк начал готовить сигнальную пушку. Скривился еще больше. Он вот только поставил свежую мачту вместо того обрубка, что остался после их прошлого общения. Теперь у яхты было больше парусов и если они снова срубят грот-мачту, догнать их будет невозможно.

— На правый борт!- скомандовал он и добавил, — канонира ко мне.

— Чего хотел, Йухтен? — пробасил пришедший великан-канонир. Славился он не только тем, что был меток, но и тем, что мог в одиночку переносить пушки с борта на борт.

— Придержи одну пушку в залпе. Они могут преподнести сюрприз. Мне нужно, чтобы ты лично сбил им грот-мачту, когда дым рассеется.

— Понял, — зловеще улыбнулся канонир, у него были свои счеты к этой яхте, которая не пошла к земле после двух его бортовых залпов, — месть.

— Они готовятся к залпу, — Вьерн распустил паруса.

— Подпустят поближе и сделают залп с правого борта, — произнес Сату для Энн, которая могла не знать всего этого.

— Потом посмотрят, что от нас останется, и будут выбирать: доворачивать в погоню за нами или дать нам вслед залп с левого борта, — закончил лекцию за брата Юп.

— Надо, чтобы погнались, — сказал Вьерн, и Энн опять услышала эту надежду и уверенность в его голосе.

— А если после залпа мы пойдем к земле? — уточнила Энн.

— Это самый вероятный исход, — недобро улыбнулся Юп. — Нас возьмут на абордаж.

— Вас вернут отцу за выкуп, — успокоил Вьерн. Он еще не мог этого знать, но скоро никакой выкуп Йухтену будет не нужен за голову капитана этой яхты.

— К залпу товсь! — скомандовал Йухтен.

Барк медленно поднимался поперек движения яхты. Капитан пиратов уже мог дать залп, но надо еще чуть подождать. Ему надо было сделать всего один точный залп. С такого ракурса и расстояния шансов у яхты не было. А если они что-то придумали со своими сигнальными пушками, лазутчики донесли, что там их девять, на это случай есть канонир — без грот-мачты они далеко не уйдут. Еще подождать. Еще чуть-чуть. Еще. Сейчас!

Йухтен уже собирался скомандовать. Поджиги потянулись к пушкам. Вдруг стая ворон пронеслась сквозь корабль. Снова стая ворон? На этот раз очень злых ворон. Они сталкивались с командой, выбивали поджиги из рук, царапались и клевались. Больше всего досталось капитану, который стоял у штурвала. Его буквально смело стаей.

— Залп, — продираясь сквозь поток птиц, крикнул капитан.

На яхте слышали команды Йухтена и гомон пиратов — так близко были корабли. Видели дуло пушек и поджиги в руках команды. Юп попытался заткнуть Энн в каюту, но не смог. Она вернулась за штурвал. Перед самым залпом стая ворон буквально впилась в корабль. Было видно, как смело капитана пиратов со штурвала, штурвал крутануло и корабль дал доворот на правый борт. Запоздалая команда «Залп» и все ядра ушли стороной. Все. Ни одно не попало. Дым начал рассеиваться. Барк, оказывается, довернул полностью и встал по их курсу.

— Первый залп пережили, — сказал Вьерн.

— Второго не будет, — сказал Сату и поджег фитиль сигнальной пушки.

Стая так же внезапно исчезла, как и появилась. Дым начал рассеиваться.

— Куда вороны делись? — спросил кто-то из команды.

— Улетели?

— Так нету нигде.

— Оберег, — сказал кто-то из команды.

— Я про них только в легендах слышал.

— То легенды и есть.

— Значит колдовство.

— Смотри, целый!

— Весь залп мимо!

— Даже в паруса не попали!

— В раскрытые паруса!

— Колдун на том корабле.

— На левый борт! — скомандовал Йухтен и метнулся к штурвалу.

Прогремело сразу два выстрела. Дуплетом. Ба-ба-х. Капитан посмотрел на своего великана-канонира. Тот улыбался злорадной улыбкой, отнимая поджиг от пушки. Послышался хруст рангоута. Йухтен поднял глаза и увидел, что перебитая грот-мачта повисла на такелаже яхты. Две фигуры метнулись обрубить канаты, чтобы выровнить судно, — Теперь не уйдут!

Но что это? Штурвал не слушался его. Они шли прямо. И тут он понял. Бало два выстрела. Хруст рангоута был слышен не только с яхты. Опять эта их сигнальная пушка. Они повредили рули.

— Повреждены рули, — послышалось из под киля.

— Команду на ванты! — скомандовал капитан. У него была очень опытная команда. Они смогут подруливать боковыми гиками. Поворачивая их, складывая и распуская паруса. Для поворота на борт и залпа этого не хватит. Даже между потоками переходить. Вот только если яхта будет маневрировать, то барку придется постоянно играть парусами и его корабль потеряет в скорости. Но ведь их и не надо догонять прямо сейчас.

— Сколько времени на починку? — спросил Йухтен

— Часа два.

— У вас час!

— Действительно не будет, — согласился Вьерн, когда они вернулись после того, как срезали грот-мачту. Парус они умудрились спасти.

— Очень опытные, придется маневрировать, — сказал Сату и сразу дал крен влево. Энн была не готова. Еще не привыкла держаться за что-нибудь на палубе. Вьерн выставил рефлекторно руку на траектории ее падения, но Юп раньше поймал ее и дал уцепиться за перила. Она ничего не сказала, но посмотрела на Сату, так, что он решил предупреждать ее перед тем, как совершать маневры.

— Они скоро починятся, — сказал Юп, — мы не успеем вернуться в город.

— Я сломаю им еще что-нибудь, — пожал плечами Сату.

— Не сломаешь, — рассматривая в трубу преследователей, сказал Вьерн, — вон видишь, на носу барка стоит Капитан. Он только что зарядил свое ружье. Знаешь почему он не стреляет? Чтобы не перезаряжать, когда ты появишься со своей сигнальной пушкой. На этот раз он не промажет.

— Не промажет, — согласился Сату.

— Мы можем уйти по Экватору! — вспомнил Юп, Сату начал искать глазами вход на поток.

— Мы пойдем, как идем, — с нажимом сказал торговый агент. И Энн снова почувствовала, что за этой уверенностью что-то есть.

— Так и сделаем! — заявила она, не давая братьям вставить слова.

— Я на всякий случай приготовлю пушку, — сказал Сату.

— И рассчитаем вход в поток, — поддержал его Юп.

— Это были твоя стая ворон? — спросила Энн напрямую.

— Воронов, — поправил ее Вьерн, и закатал рукав. Все увидели татуировку. Стая воронов кружила от запястья и поднимались выше под рукав, — в отличии от твоей лисицы, моя стая — это оберег.

#6. Так держать!

Яхта рыскала в поисках лучшего ветра в потоке. Понемногу отрываясь от преследователей. Юп и Вьерн умудрялись выжимать из парусов максимум. Гики постоянно доворавичали по ветру. Оставшийся парус на грот-мачте вертелся вслед за гиками. Галс постоянно менялся. Барк понемногу отставал.

— Облака, — сказал Сату, и показал на поток выше, где были большие плотные кучевые облака, — мы будем петлять от них через облака.

— Но в облаках влажно, и мы будем тратить много соли, — начал было Вьерн, и задумался.

— Они тоже, — закончила за него Энн.

— Да, — заговорщицки улыбнулся Юп, — за этот час мы выскребем весь наш запас соли. Если они не хотят нас упустить, то соли у них тоже поубавится.

— Будем надеяться, что у нас соли больше, — закончил мысль Сату.

— Больше, — заявила Энн, и испытующе посмотрела на Вьерна, — я видела накладные.

— Да, в накладных написано, что я везу соль, — сознался Вьерн, — но это не совсем так, то есть так, но соли там немного.

Теперь все испытующе посмотрели на Вьерна.

— Соль там только для таможни, — начал объяснять торговый агент, — у меня не осталось денег на груз и я...

— Стоп, — поднял ладони вверх Юп, его любопытство ночной погрузкой уже дало ему этот ответ и он не хотел, впутывать остальных, — нас интересует соль.

— Две бочки, может три.

— Это еще треть часа, — подытожил Сату, — тоже неплохо.

— Если нас поймают, — вставил свой медяк Юп, — какая разница с солью или без?

— Это хорошая идея, — согласился Вьерн и Энн снова почувствовала за этими словами больше чем уверенность. Как будто Вьерн сверялся с каким-то внутренним планом. Она было подумала, что это относится к трюку с птицами. Но Вьерн им признался, что снова птиц сможет позвать на помощь не скоро. То есть птиц нет, а уверенность осталась.

— На подъем! — Погромче прокричала Энн, чтобы на барке услышали. Она чувствовала, что капитан пиратов ершится каждый раз при виде ее за штурвалом. На барке все равно быстро отреагируют и тоже начнут подниматься, а так заодно Йухтен скрипнет зубами. Считай, свредничала. Братья это поняли и переглягулись. Улыбнулся даже Вьерн.

— Так точно! — громко отрапортавали все трое.

Йухтен скрипнул зубами, когда услышал этот девичий голосок. Кто бы мог подумать? Эти четверо на яхте умудряются конкурировать с его командой в умелости. При том, что за штурвалом у них сухопутная крыса, которая впервые в походе. Люди годами учатся управлять судном, а эта пигалица полчаса назад каталась по палубе при каждом маневре, а сейчас уже командует. И они ее слушают! Увидел, как на яхте метнулись собирать паруса, сплюнул с досады, и тоже скомандовал. Погромче, чтобы она услышала:

— На подъем!

Он уже давно зарядил ружье. Синий огонек мерцал в колбе. Пару раз готов был выстрелить. Но видел, как команда ждет этого, проверяет его. Промахнись он сейчас, и завтра половина из них будет требовать увеличить долю, а особо ретивые додумаются претендовать на капитанское место. Ну уж нет. Через час рули починят, паруса расправят и тогда... У капитана есть не только ружья и пушки, чтобы расправляться с врагами!

Они вышли из свежего ветра и зашли в сильный. Не больше двадцати пяти узлов на этой высоте. Пришлось говорить громче из-за шума, создаваемого кораблем. Рангоут еще не трещал, но поскрипывал. Паруса периодически хлопали, добавился постоянный шелест от стога водорослей и легкий присвист от такелажа.

— Сначала заведи нас вон в то облако, в нем возьмешь левее, как выйдешь, сразу доворачивай еще левее и заходи вон в то, — объяснил Сату. Поначалу он сам вставал для маневров за штурвал, но со временем и Энн освоилась.

К тому же теперь нужен был верховой. Юп с Вьерном метались по вантам и Сату решил взять роль верхового на себя. Тем более он знал про свою неуклюжесть. Топтаться с солью по стогу сена в его случае было безопаснее, чем карабкаться по канатам.

«Ах вы проклятые трусы», — со злорадством подумал Йухтен, но вслух не сказал, когда яхта нырнула в облака.

Он знал этот жест отчаяния. Они решили поиграть с солью. Так поступала самая умная добыча. Те, кто умудрился выкрутиться, захваченный врасплох пиратами, вышел из под всех залпов и смог навязать затяжную погоню. К этому Йухтен был готов.

— Достаю запасную соль из трюма? — Поинтересовался помощник, недобро улыбаясь.

— Сделаешь это в облаке, — Йухтент тоже позволил себе улыбнуться, — чтобы они не видели.

— Сделаю, капитан, — помощник понял издевку.

Маневрируя в потоке и используя облака, яхта уже значительно оторвалась. Юп и Вьерн умудрились приладить парус со сломанной грот-мачты. Растянули его на снастях, ведущих наверх к стогу водорослей. Конструкция периодически хлопала и добавила неудобства для перемещения, но сейчас было важно все, что дает прирост скорости. Энн приноровилась к штурвалу и уже сама выбирала путь. У Сату закончилась соль.

— Соль кончилась, — крикнул он сверху, — несите из трюма.

— Они починились, — с грустью сказал Вьерн, рассматривая барк через подзорную трубу, — набирают скорость.

— Это плохо, — резюмировал Сату, спустившись сверху, — скоро мы будем у них в радиусе обстрела.

— Им даже не надо в нас стрелять, — покачал головой Юп, вытаскивая бочку соли из трюма, — они просто догонят нас.

— И с солью у них хуже не стало, — заметила вслух Энн.

— Что будем делать? — Спросил Юп.

— Я могу безнаказанно разрядить в них свои пушки, троекратно нагрузив их порохом, — сказал Сату. — Мы в недосягаемости от их огня.

— Лезь обратно, — как-то хитро прищурившись сказал Вьерн, — нашей соли хватит еще на два облака.

— Ты хочешь бегать от них до последнего? — Спросил Юп.

«Вот оно, сейчас мы узнаем откуда такая уверенность», — подумала Энн, но вслух не сказала.

— Посмотри вооон туда, — протянул ему подзорную трубу агент торговой гильдии Вьерн Бьёрн, как следует называть его в такие минуты.

— Корабли, — расхохотался Юп.

— Ты все знал! — Подначила Энн.

— Да, — ох уж это умение Вьерна как-то просто признаваться в невообразимом. Даже скучно.

— Рассказывай! — В унисон потребовали браться.

«Как будто он бы сам не рассказал», — подумала Энн и опять промолчала.

— Ваш отец, — обратился к ней Вьерн, — он знал, что Йухтен не отступится. Мне кажется, у него есть шпионы среди пиратов. Они донесли, что капитан поклялся пустить к земле эту яхту. Он от своих слов не отступает. Мы знали что и в городе есть шпионы пиратов, и они все про вас докладывают. Но мы не знали, кто шпионит. Поэтому Шйем до последнего скрывал, а когда мы выдвинулись, оплатил Охоту. Вышел вслед за нами с флотилией Охотников. От меня требовалось развернуть нас обратно при встрече с пиратами. Если Охота будет успешной, он даже заработает на этом.

— Отец всегда умел на мне заработать, — постаралась гневно сказать Энн, но все поняли, что в этом гневе слишком много благодарности.

— Тогда поднимаемся еще выше? — предложил Сату. — Пиратам будет сложнее развернуться и сбежать при встрече с Охотниками.

— Но ветер там крепкий, это не меньше тридцати узлов, — взвесил Вьерн. — Можем и не справиться.

— Можем, — согласился Юп, — но там и они будут заняты, может не сразу заметят Охотников.

Появилось оцепенение. Момент, когда все понимают, что их ждет безумие. Но еще можно отказаться.

— На подъем! — скомандовала Энн.

Все посмотрели на нее.

— Они сломали мою мачту! Твою шляпу! И ваш корабль! — Она ткнула пальцем во всех присутствующих по очереди, таких длинных воодушевляющих своим гневом речей она еще не произносила и уже спокойнее добавила: — Когда корабль был вашим.

— На подъем! — хрипло гаркнул Йухтен.

Если они хотят помериться силами в крепком ветре при тридцати узлах, можно и так. Правда он сомневался, что вчетвером они справятся с яхтой, но это уже их дело. Пойдут к земле — ему легче. Да и тратить на них ядра смысла не было. Подождать лишний час и при абордаже побросать всех за борт. Только девицу оставить для выкупа. Как в тот раз, когда они пиратской стаей гоняли туристическую бригантину. Ох и заработали они тогда. С одних только выкупов он смог купить этот барк. Нахлынули воспоминания, Йухтен вспомнил, как он стал одноглазым. Как потом стал капитаном. Решено. Треуголку этой девчонки он оставит себе. Будет похож на пиратских капитанов из старых книжек. Читать он умел, но картинки ему всегда нравились больше. Вот только ноги его устраивали обе, и с птицами у него последнее время не ладилось. Он на всякий случай оглянулся высматривая воронью стаю. Смотровых пираты не держали, надо будет организовать после этого похода должность смотрового на всякий случай.

Пираты постепенно накатывали. Рангоут взвывал. Импровизированный парус пришлось убрать. Сату загнали на обрубок грот-мачты. Он тратил все усилия на то, чтобы сосредоточиться и не устроить бедствие своей неуклюжестью. Юп с Вьерном успевали и на парусах, и солью посыпать, и водой полить. В таком потоке нужно было ходить по волнам ветра, опытные рулевые умели заскакивать на гребни. Требования были, конечно, не как на Экваторе, но новичков к штурвалу в крепком ветре уже не пускали. Юп не сразу осознал, что Сату под килем возится с оставшимся парусом и ему не до управления судном. Энн вела сама. Не без шероховатостей, конечно, но поток держала, по волнам прыгала, даже на гребни ветра иногда заскакивала. Может это собственная речь ее так воодушевила? Или... тут он вспомнил, как тогда в мастерской она отреагировала на то, что пираты испортили гильдейскую шляпу. А Вьерн же говорил, что это первая шляпа, которую ей доверили починить. Девочке семь лет было. У других детей тряпичные куклы, а у этой гильдейский раритет. Одноглазый совершил ошибку, когда обидел ее любимую игрушку. Страшный она человек, и глаза вон как горят. Юп поежился.

«Аааааааа! Кайф! Как же это круто!!! Я сама рулю целым кораблем!!! Я настоящий Капитан!!!» — думала Энн. Про шляпу Юп догадался тоже верно, но: — «Йуууууухуууу!!! Левее!!! Они же сыпят соль? Ага, сыпят. Значит левее и выше! Вот она, нащупала!!! Аааааааа, как же это класссно!!!»

Йухтен слишком поздно увидел Охотников. Точнее, он бы не увидел, если бы парочка самых рьяных из них не занырнула на Экватор. Флотилия Охотников шла во встречном потоке сильно ниже, и за облаками их практически не было. Но у Экватора своя роза ветров. И эти двое резко взметнулись вверх. Один из них при этом не справился с управлением. Закрутился волчком, сделал несколько оборотов и вывалился обратно из потока. Ему сломало рангоут, порвало паруса, разметало стог водорослей. И он пошел к земле. Но это можно было назвать везением. Вмажься он в стену — Экватор впитал бы его.

Йухтен понял, что яхта с самого начала тянула и заманивала его в эту ловушку. Они всё знали! Но почему тогда его шпионы не рассказали ему об этом? Проклятая яхта! Он даже залп по ним дать не успеет. Может перестрелять их из ружья? Стоп, если он сейчас пойдет стрелять из ружья, команда точно взбунтуется. Проклятье! Нет даже времени на месть! Даже на мечты о мести! Развернуться он тоже не успеет. Слишком сильно надо спуститься до встречного потока. Даже если будет снижаться с раскрытыми парусами на свой страх и риск. Значит на Экватор. Он присмотрелся и разглядел, что часть потока ниже втягивается в розу ветров Экватора. Вон там, как раз за облаком. Это вход. Туда ему и надо. А уже по Экватору он будет волен лететь, куда захочет.

— Снижаемся!

— Он заметил Охотников, — прокомментировал снижение пиратского барка Вьерн, подойдя к штурвалу.

— Он уйдет? — спросила Энн.

— Да, вон там вход на Экватор, — показал пальцем торговый агент. — По Экватору идет всего один охотник, он немного меньше барка и уж точно не такой опытный.

— Снижаемся за пиратами.

— Ты уверена? — переспросил торговый агент, пытаясь понять этот блеск в глазах.

— Да, передай братьям.

— Хорошо, капитан, — Вьерн не был уверен, что готов схватиться с пиратами, но снижение это еще не схватка. Может там внизу получится успокоить Энн? Тем более в их парусах уже столько времени крепкий ветер. С непривычки Вьерн устал.

Яхта тоже начала снижаться. Он не понимал, что они задумали. Возможно, просто устали держать тридцать узлов. Поняли, что пиратское судно собирается уходить по Экватору и расслабились?

— Рано вы расслабились, — осклабился Йухтен.

— Что, капитан? — переспросил пират, что был поближе.

— Сходи и без лишнего шума скажи, чтобы канонир приготовил залп по правому борту.

— Хотите пустить их к земле напоследок? — спросил пират, посмотрел на капитана и поправился, — По ветру!

Они собрали паруса и Сату с огромным облегчением вылез из под киля.

— Мы собираемся дать по ним прощальный залп? — спросил он, обращаясь к остальным.

— Да, — кровожадно улыбнулась Энн. Остальные выглядели устало. Было видно, что за этим безумием что-то есть и остальные с этим согластны.

— Что будем делать? — спросил он.

Пираты все делали как по часам. Первой в облако зашла яхта. Как только они скрылись, часть команды слезла с вантов и принялась выкатывать пушки. Уже внутри облака собрали паруса и начали разворот правым бортом, чтобы на выходе сразу дать залп. Не важно, куда из облака выйдет яхта, они довернут и шарахнут, потом снова распустят паруса и уйдут по потоку на Экватор.

— На правый борт! — Полушепотом, чтобы не спугнуть удачу, приказал Йухтен.

Команда замерла, прислушиваясь. Тишину нарушали периодические поскрипывания, покашливания и шипение на тех, кто кашлял.

Начал всматриваться вперед, впереди стало светлеть. Сейчас они выйдут из облака.

— К залпу товсь! — Скомандовал он еще тише и приготовился доворачивать.

Барк вывалился из облака со сложенными парусами, двигаясь по инерции.

— Их нет!

— Куда они делись?

— Где яхта?

— Может у них кончилась соль и они пошли к земле?

— Колдуны!

— Капитан?

Яхта никуда не делась. Прямо сейчас вся четверка команды яхты висела на вантах самой нижней реи обрубка грот-мачты. Паруса были убраны.

— Сверху! — закричал кто-то со стога водорослей.

И в этот момент барк окатило водой. Это был залп. Залп воды. Сразу четыре бочки, потом еще четыре, и еще. На яхте капитально приготовились к встрече.

— Теряем высоту!

— Падаем!

— Помогите!

— Молчаааать! — взревел пунцовый от гнева Йухтен. — Раскрыть паруса!

У них был еще шанс, если все сделать правильно. Мстить он будет потом. Даже думать о мести! Никаких выкупов! Он побросает их всех за борт в следующий раз! Они никогда не смогут улететь из этого проклятого города! Он найдет их и в городе. Передушит по одному. Стоп! Сейчас надо спасаться. Бегством.

Барк забыл про яхту и начал уносить ноги. Пираты сосредоточились настолько, что даже Юп с Вьерном позавидовали их слаженности.

— Уйдут, — сказал Юп.

— Уйдут, — согласился Вьерн.

— На правый борт! — Услышали они возглас Энн, которая уже стояла у штурвала. Это было очередное безумие. Но правильное безумие. Она делала тот последний шаг, который превращает любую историю в легенду. Голос звенел сталью, ненавистью и решимостью.

Братья переглянулись. Командует. Безумие. Но это работает. С водой-то получилось. Юп подумал, что не зря он тогда пожалел пиратов. Настал час расплаты.

— Так точно, капитан! — высказал он общую мысль.

— Одолжите мне вашу счастливую шляпу, торговый агент, — попросил Сату, излишне официально, как показалось Вьерну, но приятно.

На барке тоже услышал этот приказ.

— Серьезно?

— Они дадут по нему залп?

— Девять сигнальных пушек!

— В руках этих чудовищ?

— Да они разнесут мне весь корабль.

Вся команда повернулась к Йухтену. Он пихнул на штурвал помощника и сам побежал на корму.

— С такого расстояния я его пристрелю с первого выстрела!

С первого выстрела не пристрелил. Охотники уже подошли настолько близко, что видели все в мельчайших деталях. Это не помешало им переврать все детали в городской легенде о дуэли двухместного шлюпа с семимачтовым пиратским фрегатом. В одном версии сходились. Залпа не было. Сату стрелял из пушек по очереди и каждое ядро попадало в цель. Бабах — мачта, Бабах — правый гик, бабах — рули, бабах — мостик... Йухтен отвечал выстрелом на каждый выстрел и ни одна пуля в цель не попала. В конце концов, как утверждали легенды, Йухтен в гневе бросил в Сату ружье и попал прикладом прямо в голову.

Разбитый барк с заклинившими рулями все-таки вполз по инерции на Экватор. Сделать с этим пираты уже ничего не смогли. Его закрутило и растерзало. Рангоут вывернуло грудой бревен, паруса разметало, корпус затрещал. Самое страшное — судно бросило на стену. Корабль начал тонуть в хрустале, как если бы тонул в море. Экватор медленно впитывал пиратский барк.

На свой страх и риск Охотник, что шел по Экватору, подошел к погибающему кораблю, и часть пиратов смогла спастись.

Сату узнал об этом позже, когда пришел в себя после встречи с ружьем. Да, легенды не соврали, Йухтен размотал волчком ружье и выкинул в сторону яхты. Так близко они были.

— Уходим, — коротко скомандовала Энн.

— Даже не поговорите с отцом? — Спросил Вьерн, поправив шляпу.

— Нет, — она серьезно откозыряла самому большому кораблю, на котором наверняка был ее отец. Весь корабль откозырял ей в ответ. Отец осмотрелся и улыбнулся всем этим людям, которые проявили уважение его дочери. Он знал, что она не будет ждать и уже тем более возвращаться.

— Так держать! — Пожелал он своей Уэйне.

#7. Фанат

До следующего города приключений не было. Яхту щадили и шли в умеренном ветре. Не больше пятнадцати узлов. Энн шила шляпы. На палубу выходила рано утром, чтобы встретить солнце и поздно вечером, чтобы его проводить. Сату, Вьерн и Юп устроили вахту в три по восемь, поэтому Энн каждый раз встречала кого-то нового из них за штурвалом. Вместе с Сату она училась находить волны в потоке. В умеренном ветре они слабо различались, и определить их было очень сложно. Юп учил её стрелять из нового ружья. Он быстро разобрался с зарядом в колбе и нарезным стволом. Если Сату был докой в пушках, то Юп оказался знатоком ружей. Был счастлив пострелять сам и поучить кого-нибудь. Каждый раз после его уроков Энн возвращалась перепачканная черным порохом и нахватавшись огненных вспышек. Долго еще считала цветные пятна, закрывая глаза.

Один раз им встретился караван на встречном потоке. На сопровождающих Охотниках выстроились команды и замерли, отдавая честь «Трем толстякам». С правого борта яхта носила это название. На палубе были все, кроме Юпа, который спал на корме. Выстроились втроем для ответного приветствия.

— Быстро вести разносятся, — сказал Сату, выпячивая грудь в импровизированной шеренге из трех человек.

— Думаю, мы уже в черном списке у всех пиратов, — откликнулся Вьерн, грудь он не выпячивал.

— Их проблемы, — сказала Энн и поправила шляпу.

— Надо бы отсалютовать из сигнальной пушки!

— Стреляй, — дружно улыбнулись остальные.

Ближе к городу Энн закончила все заказы. Сату начистил до блеска все свои сигнальные пушки. Юп расстрелял весь порох. А Вьерн попросил высадить его. Немного в стороне от дороги. Вместе с грузом. Сказал, что в городе нагонит.

В город вошли утром. Энн опасалась, что в порту их будет ждать толпа с флагами и транспарантами. Порадовалась, что никому они нужны не были. Один только старичок в остроконечной шляпе по левому борту. Шляпу ему сделала она, по этому знала, что это профессор Эйшенхольд. Знала только имя из бланка заказа и мерки головы. небольшая для такого умного человека голова.

— Девушка, — обратился к ней Эйшенхольд, — вы не встречали по пути яхту «Три толстяка», владельцами которой числятся Оймены?

— Что они натворили? — насторожилась Энн.

— Оймены написали кучу трактатов о космических телах, их движении, свойствах и составе. Они первыми предположили, что на других планетах Экваторов нет. И сейчас доказывают это. Изучили несколько древних артефактов.

— Братья? — С недоверием переспросила девушка.

— Ой нет, — поправил старичок свою шляпу, чем порадовал её, — Венера и Марс Оймены, а братья — это, наверно, их мальчики. Юпитер и Сатурн. Я их видел совсем крохами. Наверно сейчас они подросли.

— Юп! — крикнула она вниз, — тут фанат вашей семьи.

— Профессор Эйшенхольд, — донеслось откуда-то из под киля, — это фанат науки.

Догадаться, что это именно он, Юпу не составило труда, профессор прожил здесь всю жизнь и на всех своих трактатах ставил клеймо любимого города. В основном занимался переводом древних книг. Как и любой ученый — понемногу всем остальным.

— Значит фанат науки, — подтвердила Энн.

— А вы кем приходитесь Ойменам? — поинтересовался старик.

— Юпитер и Сатурн, — фыркнула Энн и пошла заниматься своими делами.

— Здравствуйте профессор, родители рассказывали про вас, — вынырнул Юп, который сворачивал паруса, — сейчас разбужу Сату, вон он спит на корме.

Энн сходила в холл местной торговой гильдии, отчиталась за доставку соли, которую Вьерн как раз сейчас продавал где-то за городом. Получила вознаграждение за Охоту. Отказалась от денег отца, которые тот приложил к вознаграждению. Оплатила новую мачту. На яхте объявила, что в этом городе они задержатся на пару дней. Сняла себе номер в гостинице, потому что мастерская капитана была уж слишком мала. Нанятые стражники спешно вынесли все из каюты. Совсем все, оставив только пустой комод. Энн растворилась, с заявлением, что будет гулять по городу, посещать балы и просиживать обеды в ресторанах. На самом деле пошла шить, знали братья. Как догадались и о том, что она взяла кредит на покупку новой мачты в торговой гильдии.

— Как поживают Марс и Венера? — Спросил профессор, попивая кофе за комодом за неимением стола.

— Когда мы уходили, мама с папой дописывали трактат о том, что Экватор Сатурна на самом деле является его кольцами изо льда и пыли, — начал Юп.

— Собирались организовать научную экспедицию к древним руинам, — продолжил Сату, — мы тоже хотели пойти с ними в морозные пустоши к этим руинам.

— Но они сказали, что пока нам следует попутешествовать вдоль Экватора, — расстроенно сказал Юп, — наукой мы еще успеем заняться.

— Это они подарили вам этот люгер? — Спросил профессор, имея в виду яхту.

— Не совсем, — как-то осторожно ответил Сату, — они подарили нам барк.

— Потом была бригантина, — продолжил Юп, — потом шхуна.

— В конце концов у нас нет команды, за то есть этот люгер, — закончил повествование Сату.

— Одна восьмая этого люгера, — поправил его Юп.

— Случается, — развел руками профессор, — про научную экспедицию я слышал. И даже знаю последние новости. Ваши родители недавно вернулись. Это оказался телескоп Райдийо. Древний, но не совсем руины. Сейчас они пытаются расшифровать найденные там документы и хотят запустить его. Правда, на телескоп он совсем не похож.

— Это они умеют! — Улыбнулся Юп. — Открытия и экспедиции были всегда, сколько я себя помню.

— А меня никакие экспедиции не ждут, — пожаловался им Эйшенхольд.

— Почему?

— Одному в экспедицию не пойти, а все отказываются идти со мной, даже за деньги, — расстроенно сказал он, — даже на моем старом куттере, даже ради науки!

— Мы согласны, — сразу и вместе кивнули братья.

— Завтра поставят мачту, — заявил Юп, — пойдем на «Трех толстяках».

— Пару дней на экспедицию нам хватит? — спросил Сату.

— Должно хватить, — расцвел профессор.

— Выходим завтра с утра, — постановил Сату, — деньги вперед.

— Выплатим один кредит, — заговорщицки подмигнул брату Юп.

— И никому ничего не скажем, — согласился тот.

Пока устанавливали мачту, братья перетаскивали в каюту различные исследовательские приборы. В основном колбы и ящики. Профессор хотел произвести сбор материала. На большее за два дня рассчитывать не приходилось, но и это было величайшим даром для него. Последний раз он выходил на исследование лет десять назад.

Переночевали в доме профессора. Он владел целым зданием. Часть сдавал в аренду, а во второй части расположились лаборатории, небольшой музей и профессорская гордость — библиотека. Он долго рассказывал, как взялся изучать древние книги, в которых рассказывалось про ориентирование по звездам. Только закончил писать «Трактат о Созвездиях». Сейчас этот трактат был абсолютно бесполезен, потому что ориентироваться можно по Экватору. Раньше, как утверждал профессор, цены бы ему не было. С этими словами подарил по одному экземпляру первого тиража каждому из братьев.

Вышли утром пораньше. Еще ночью Эйшенхольд обложился картами и запланировал несложный маршрут: день пути от Экватора, день пути обратно. Не до изысков и глубоких походов в морозную пустошь. Из доступных ориентиров пара древних развалин: сломанная пополам вышка и какой-то памятник, точнее ноги от памятника. Дальше немного самого интересного вглубь морозной пустоши. Крайняя точка пути — разрушенный мост. Набрали побольше теплой одежды и угля, взяли переносной камин.

Камин потребовался очень скоро. Через пол дня пути прошли второй ориентир, начался снегопад, видимость резко снизилась. Ветер здесь был капризным и частенько сменялся. Сату начал учитывать галс, а Юп постоянно перестраивал паруса.

— Вон там пожалуйста остановитесь, — показал куда-то левее профессор, — вижу мох.

— Какой огромный камень он облепил!

— Это руины древнего здания, здесь таких полно, — пояснил профессор. — Если бы у нас было время, мы могли бы исследовать внутри.

— Как мох выживает в таком климате?

— Во-первых, здесь не всегда идет снег, — сказал профессор обвязавшись колбочками и водружая на Юпа пару ящиков, — во- вторых, внутри руин может быть тепло. У древних были разные источники энергии. Если бы у нас было больше времени, мы бы могли исследовать и их тоже.

— Спускаемся!

Юп обвязал профессора веревкой и очень нежно спустил на землю. Сам по той же веревке спустился за ним.

— Здесь только мох?

— Нет, и мы здесь не только из-за мха, вокруг должны быть помет, кости, чешуя, волосы разных существ.

— А сами существа могут быть? — Юп стал двигаться осторожнее и больше осматриваться.

— Сейчас снегопад, — спокойно ответил Эйшенхольд, — наверняка все попрятались.

— Бегом на борт! — Завопил сверху Сату.

Юп не спрашивал. Спрашивать потом. Побросал ящики, сгреб профессора и метнулся обратно к веревке. Как только вцепился в нее, Сату сразу рванул яхту с места. Не успел.

Огромная тень метнулась к судну. Корабль вздрогнул и рванул, нарушая все законы ветров, куда-то вверх и в сторону.

— Что это? — Крикнул наверх Юп.

— Какой-то дракон, — ответил Сату.

— А искорки синие по нему пробегают? — спросил профессор.

— Да!

— Йлектра Драйко, — объяснил Эйшенхольд, — взрослый экземпляр.

— Он яхту в лапы схватил, — продолжил Юп. — Что мне делать?

— Ждать, когда в гнездо отнесет, — предположил профессор.

— Вытаскивай нас отсюда! — закричал Юп.

Сату начал тащить их из под киля. Еще немного. Дотянувшись до грот-мачты Юп перехватился и вскарабкался на борт. Профессора он при этом не отпускал.

— Далеко его гнездо? — Спросил Сату, заглянул через борт и понял, что это уже не важно.

Снизу в них летел червь. Стрелой. Настолько длинный, что половина его уже вынырнула из под земли, а вторая еще нет. При этом он пролетел уже большую часть пути. Сату оттолкнулся от борта, собрал в полете брата с профессором и прижал их к двери в каюту. Удар.

— Что это? — спросил Юп, наблюдая как огромный червь с полным ртом клыков, весь в слизи и грязи обвивается вокруг дракона сминая ему крылья.

— Йабрикус Тейристикс, — ответил Эйшенхольд.

— А чего такой большой?

— Где-то рядом особый древний источник энергии, — невозмутимо продолжил профессор, — такое случается.

Червь-переросток обвился вокруг дракона, корабля, снова дракона. Начал сжимать. Дракон бился током, червь душил. Раздался треск.

— Правый гик, — сказал Сату.

Раздался еще один.

— Левый, — грустно ответил Юп.

Червь побеждал. Дракону скрутило крылья и оба этих огромных тела повисли на яхте. Дракон пытался отцепиться от яхты, но червь скрутил ему и ноги — не давал размокнуть когти. Пошли к земле.

— Конец нам, — посмотрел на остальных Юп.

— Быстро падаем, — согласился Сату.

Вдруг падение замедлилось. Остановилось. Червь начал отпускать хватку и куда-то сползать. Когти придушенного дракона начали подрагивать.

— Приходит в себя, — отметил профессор.

Юп подобрался к борту и выглянул.

— Вы не поверите, — заявил он, — червь пытается закопаться обратно, а какая-то колючая лиана пружиной растет вокруг него с огромной скоростью.

— Почему же не поверим? — Удивился профессор. — Это Полийанта Некрофоса Роза. Почти как обычная плетистая роза в горшке у домохозяек, только дикая. Сильнейший хищник в морозной пустоши.

— Большая по той же причине?

— Да, надо будет отметить тут мощный древний источник энергии, возможно частично функционирующий.

— Некрофоса?

— Да, ядовитые шипы. Сейчас начнет протыкать корпус. Я видел комод в каюте, идемте сядем на него.

Дальше они только слышали. Дракон пришел в себя, сорвался и улетел подальше от опасности. Шипы какое-то время протыкали корпус судна. То тут, то там. Как будто ощупывали. Судьбу червя они не знали. Юп уже хотел было спросить, стоит ли растопить камин и начать готовить ужин, как вдруг появилась мелкая вибрация. Братья повернулись и посмотрели на профессора в ожидании ответов.

— Йептинотарса Десемлиньйетта, — пожал плечами тот, — жаль, что от Латыни только название языка осталось. Все наименования с того времени наверняка переврали. В простонародии — колорадский жук. Этот просто питается растениями. Почему колорадский, я не знаю.

— Быстро он его съест?

— Не съест, — успокоил Эйшенхольд, — корни-то останутся.

— А нас?

— Мы не растения, — улыбнулся старик.

Братья сидели, поджав ноги с двух концов комода. Между их спинами, свесив ноги, сидел профессор.

— Энн нас убьет, — сказал Сату.

— Никуда мы не вылетим через два дня, — согласился Юп, — придется опять обходить все злачные места этого города.

— Злачные места? — переспросил профессор.

— Не знаю как на латыни, — ответил Сату, — место, где люди предаются разным пагубным забавам.

— Что такое злачные места я знаю, — рассмеялся старик, — вам туда зачем?

— Деньги зарабатывать.

— Понятно что не тратить,- еще больше рассмеялся старик,- вы же...

— А почему шипы инеем покрываются? — Перебил его Юп.

— Бегом топить камин! — Подскочил профессор. — И держитесь за что-нибудь.

Сначала была слышна только вьюга за дверью. Усиливалась. Они успели хорошенько протопить камин. Было уже жарко, но профессор требовал топить еще. Профессор был прав. Еще он потребовал закрепить все в каюте, включая самих себя. Обломав все колючки вокруг, братья сделали, как он сказал. Началось внезапно. Корабль подхватило и начало вертеть и бросать в разные стороны. Сначала трясло и вертело как ребенок погремушку. Потом вращение наладилось. Их просто прижимало к борту.

— Мы в морозном торнадо, — сказал Эйшенхольд, — будет тяжело.

Прошло много времени. Иногда их крутило равномерно, иногда начинало взбалтывать. Холод очень быстро вымораживал каюту и приходилось постоянно топить камин. Постоянно что-то ломалось, трещало и скрипело. Они перестали разговаривать, даже обмениваться взглядами и подбадривающими фразами. Усталость и бесконечное ожидание, чем это безумие закончится.

Внезапно все прекратилось. Измотанные, они вышли из каюты. Небо прояснилось. Было неимоверно красиво. Сполохи зеленовато-красного цвета с переливами до самого горизонта.

— Это я знаю, — сказал Сату, задрав голову и медленно покачиваясь, — раньше это называлось Полярным Сиянием.

— Сейчас называется просто Сиянием, — добавил Юп, поставив локти на борт, точнее на кусок борта.

— А вооон там, видите, вихрь кружится? — показал профессор не отнимая подзорную трубу, — это наш торнадо, он пробивает из верхних слоев атмосферы до земли, очень быстрый.

— Нас наверно далеко занесло, — предположил Сату.

— Мы потерялись, — согласился Юп.

— А та книга, что я вам подарил, с вами? — Спросил профессор.

— Эта? — Сату достал из-за пазухи Трактат о Созвездиях.

Юп осмотрел корабль и попробовал починить хоть что-нибудь. Сломано было все. Рангоут в щепы. Те паруса что остались, стали ветошью. Остатки такелажа проще срезать, чем распутать. Гиков просто не было. Грот-мачта дала несколько трещин. Рули завязало узлом. Удивительным образом не разметало стог сена. Он каким-то чудом держался на остатках снастей. Первым делом Юп укрепил его. Хоть как-то.

У Сату и Эйшенхольда тоже шло с трудом.

— Да уж, — посетовал профессор, — одно дело ковыряться в книгах и совсем другое смотреть на звездное небо.

— Ковш большой медведицы вон там, — снова начал определяться на местности Сату.

— Вы это слышите? — Спросил Юп и подошел к борту.

— Что?

— Тсссссс, — навострил он уши, — вот, снова.

— Флейта? — Сату тоже перевалился через борт, кусок борта.

Маленький мальчик ехал мимо на огромном белом медведе с оленьими рогами и играл на флейте. Оленьи рога, кажется, медведю не принадлежали.

— О! Местные аборигены! — Обрадовался профессор. — Я изучал их язык по книгам.

С этого момента братья потеряли профессора. Он забылся в исследованиях. Поняли, что пока лучше не мешать. Им показывали дорогу, и то хорошо. Ребенок ехал на медведе и играл на флейте. Вслед за ним шли Сату и Юп. Они тянули за собой на привязи корабль. Останки корабля. Профессор выпросил у Сату «Трактат о Созвездиях», пообещав выдать другой, когда они доберутся до дома. Почему-то с правками. Что-то показывал на нем мальчику и расспрашивал, записывал, зарисовывал, снова расспрашивал. Через несколько привалов и день пути, проводник вывел их к Экватору. Точнее к дальнему из ориентиров. Профессор попрощался с аборигеном, подарил ему на память «Трактат и Созвездиях». Абориген подошел к Сату и внезапно отдал ему флейту. Ушел.

Устроили привал, чтобы перевести дух и осознать, что впереди теперь была дорога домой. Ноги гудели, плечи ломило, руки отрывались. Хотелось есть, спать и тепла.

— Это просто замечательно! — Взорвался профессор, когда сделал последнюю запись в своем дневнике. — Я во всем был не прав! Оказывается аборигены знают о созвездиях больше чем древние книги. До сих пор пользуются ими...

Профессор все переврал в своем трактате и теперь понял как исправить. Это был не ребенок, а такой же старик как и он. Его племя живет чуть дальше в морозной пустоши. Ребенок-старик — хранитель мудрости. Это как профессор, только у аборигенов.

— Мы договорились встретиться здесь, когда вот эта звезда, — профессор ткнул в небо, — будет вот здесь. Это даже не звезда, оказывается, а спутник. Как Луна, но маленький и не зеленый.

— Это хорошо, — коротко ответил Сату, он действительно был рад, но очень устал.

— Это хорошо, — согласился Юп и тоже заснул.

— Теперь я смогу своими силами постоянно ходить в научные экспедиции! Смогу изучать Аборигенов! Пустошь! И звезды!

Корабль рухнул у следующего ориентира. Как ни пытался Юп подвязывать стог водорослей, такелаж постоянно рвался, путался и срывался. Корабль просто упал. Разбился вдребезги. Даже корпус. Грот-мачта сломалась, проткнула судно насквозь и с грохотом упала, проломив правый борт. Братьям повезло, что они тащили судно волоком и были на земле. Профессор шел рядом и воодушевленно пересказывал полученные знания о созвездиях Сату.

— Вот и все, — сказал Юп.

— Это случилось раньше, — ответил Сату, — просто мы до сих пор не верили.

— Прощайте, «Три толстяка».

Целым остался только комод. Чудовищно живучий комод. Профессор собрал найденные образцы, разбросанные среди останков яхты. Соскрёб, выковырял, сколол и срезал образцы с самих останков яхты. Рассовал их по баночкам и ящичкам. Братья сложили все в комод и понесли в город. Им предстояла встреча с Энн.

#8. Смотритель

ИЕ-Р0 ожил. Вышел из станции обслуживания и потянулся. Сервоприводы зажужжали, небольшой щелчок в крайнем левом пальце. Он закрыл глаза. Не так. Глаза на его лице потухли, он переключился на экран внутренней диагностики. Он бы мог смешать экраны, сделать удобный интерфейс поверх картинки из глаз, или организовать дополненную реальность с данными на стенах вместо картин. Но он не понимал, зачем это нужно. За всю свою жизнь ни разу не воспользовался этими возможностями. Просто переключился на экран диагностики на черном фоне выключенных глаз. Никаких картинок, строчки текста. Скучного белого текста на черном фоне. Все было «В порядке», кроме «Верхняя конечность номер два, палец номер пять неисправен» и еще «Следуйте на станцию обслуживания». ИЕ-Р0 потряс левой рукой. Четыре четко отмеренных движения заданной амплитуды с нарастанием, а последнее с поворотом на тридцать два градуса вокруг оси против часовой стрелки. Обычно это помогало. Крайний палец на левой руке снова щелкнул. Теперь все было в порядке, следовать никуда не требовалось.

Шы проснулся рядом с мусорным баком, среди крыс и вони помоев. Описывать его нет смысла, потом поймете, почему. Осмотрелся. Подворотня. Всё тот же город, всё те же каменные стены и ливневая канава вдоль мостовой. Вот только какой из городов? Он решил, что именно это вспоминать бессмысленно. Зачем, если у этого города нет будущего? Солнце висело практически над головой и било в затылок. Там, за спиной, стена. Та самая стена, за которой все двигались задом наперед. Болела голова. Ломило под ребрами, в плече и ухо. Значит вчера еще и подрался. Шы сел. Судя по тому, что в канаве была лишь грязная вода, а запах доносился только от мусорки рядом, это был верхний город. Тот, что выше местного порта. Он осмотрел себя. Одежда порванная, но приличная. Сумы или подсумка нет, но это не удивительно. В целом выглядел он неплохо, хоть и потрепано. Что это? На голове шляпа. Обычный котелок. Ах да, тут в соседнем городе какая-то барышня восстановила старую традицию со шляпами. Спустя триста лет. Надо понять, куда идти не надо.

Смотритель ИЕ-Р0 шел по длинному коридору. Лента освещения вела над ним свет. Местами лента выгорела и свет моргал. Четкими движениями он наступал между отделочной плиткой, которая отвалилась от потолка под собственным весом. Перешагивал гранитные настенные панели, что отвалились от стен. Раз за разом он проделывал этот маршрут. Каждый день он наступал на одни и те же следы на полу. Это были не просто следы в пыли, он стёр мрамор. За очередным поворотом в левой стене был ряд дверей. Следы вели к одной из них. Рядом терминал.

Память начала постепенно возвращаться к Шы. Последним местом, куда он ввалился с кучей новых друзей, был трактир «Усью». Он был изрядно навеселе и вывеска расплывалась. Закрыл глаза и сквозь головную боль попытался вспомнить подробнее: — Ты прокутил весь задаток! — Говорит ему, стоя в дверях, какой-то молодой торговец. — Остынь, дружище, вот, — Шы протягивает ему свою кружку, — хлебни эля! Молодой торговец выбивает кружку из рук и рывком притягивается к его уху: — Ты, верно, забыл, кто я такой!

ИЕ-Р0 подошел к двери. На стекле терминала была трещина. Если бы он мог вздохнуть, он бы вздохнул. Приложил левую ладонь к терминалу. — Пользователь не опознан, — проговорила дверь приятным женским голосом. Отдернул ладонь. Переставил чуть пальцы. Приложил еще раз. Не опознан. Отдернул, переставил — не опознан. Еще. Не опознан. Прошел час. — Добро пожаловать, — сказала дверь и вокруг нее загорелся зеленый свет. — Случайность, — сказал вслух ИЕ-Р0, мог бы не говорить, но сказал. — Запасной обслуживающий модуль «ИЕ», дополнительной серии «Р», версии ноль, — закончила дверь голосом девушки. — Смотритель Иеро, — поправил её ИЕ-Р0, но дверь ничего не ответила. Открыл, зашел внутрь. В абсолютной темноте сел в кресло с высокой спинкой. Устроился поудобнее. Посидел немного в темноте и тишине. Действительно, максимально удобно. Попытался понять, что он чувствует. Никаких эмоций. Ничего особенного. Готов к работе, неуверенность в крайнем левом пальце. Как они могут бояться тишины в темноте? — Запустить резервную систему наблюдения, третий сектор, четвертый квадрант. Экраны включились. Древние панели голограмм, спроецированные между ним и стеной напротив. У системы были и более современные визоры, проецирующие изображение на сетчатку. ИЕ-Р0 вообще был способен просто подключиться к системе и получить изображение в голову набором окон. Но все это сломалось. Осталась только эта комната. Можно было перейти в следующий сектор и воспользоваться его системами. Но ИЕ-Р0 не видел смысла в этом, пока не изношены все системы этого сектора. На экраны спроецировало молодого мужчину, сидящего рядом с мусорником около канавы с закрытыми глазами и кожаной шляпой в руке. Описывать его нет смысла, скоро вы это поймете.

Шы открыл глаза. Посмотрел на небо. Еще раз похлопал себя по карманам и не обнаружил заветный предмет. Где он мог его забыть? Надо вспоминать. Зажмурился. В следующем воспоминании молодой торговец выволок его из таверны «Усью», надпись опять расплывается. Втащил в подворотню, где уже стояло несколько молодчиков. — Быстро ты, — пробурчал Шы, — первый день транжирю твои деньги, а ты уже и меня разыскал и молодчиков нанял. Дальше была драка. Точнее его пару раз ударили. При этом Шы не особо сопротивлялся и выкрикивал какие-то гадости. Тут его обшарили. — Что это у нас? — Носитель шляпы рассматривал какую-то коробочку. Шы резким движением сбил одного из молодчиков, вышиб дух из другого и попытался выхватить коробочку обратно. Но на этом его возможности иссякли, а молодчики нет. Он получил пару тумаков и был прижат к мостовой. — Завтра выполнишь что обещал! — Торговец повертел перед его носом коробочкой. — Я не знаю что это и не буду туда заглядывать... до завтра. Сильный удар, всполох боли в затылке, воспоминание оборвалось.

ИЕ-Р0 посмотрел немного на Перебежчика. Так он решил его называть для себя. У Перебежчика было имя. Шыым Юйзлаур. Но это наскучило много лет назад и по имени ИЕ-Р0 его больше не называл. Шыым был для него Носителем, Переносчиком, Юй, Бегуном, Ходоком, Шы, Маятником, Путешественником. Сейчас вот Перебежчик. Дальше снова станет Носителем. Хоть какое-то разнообразие. Перебежчик был на том месте, где ИЕ-Р0 оставил его прошлой ночью. Он умудрился потерять тот предмет, из-за которого у смотрителя к нему был интерес. Но он и раньше терял его. — Следить за объектом, — дал команду ИЕ-Р0, после чего сильно уменьшил изображение и засунул его в дальний правый угол. — Обзор событий в третьем секторе, первом квадранте за период с прошлого запроса, — скомандовал он и получил калейдоскоп мелких картинок, каждая из которых показывала свой сюжет.

Шы встал и вышел из подворотни на улицу. «У Сью»: — прочитал он. — О! Приятель! — Из соседней подворотни к нему приближался какой-то помятый тип. — Угостишь сегодня? — Нет, — резко ответил Перебежчик, отчего бы и нам его так не называть, ИЕ-Р0 же называет его Шы. Качаясь, Перебежчик зашел в таверну и сел в угол. Подальше от солнечного света. У окна сидел какой-то жлоб и несколько у барной стойки. Завсегдатаи. — За счет заведения, — принес ему кружку хозяин таверны. Наверно Сью. Неплохо он вчера тут погулял, если его так хорошо запомнили. Теперь необходимо ответить на второй вопрос. Где? Шы откинулся на кресле и попытался порыться в памяти. Этот торговец знал его, значит и он должен знать кто это. Попробовал припомнить про торговую гильдию. Никаких связей. Может какой-нибудь ростовщик? Ничего. Задаток? За что он взял задаток? Не за предмет. За какую-то работу. Достать каких-то жуков. Жуков? На пике напряжения он вывалился из цепи воспоминаний, дернулся от неожиданности и вскрикнул от боли. Да кто он такой, что ему заказывают жуков, дают задаток и так настаивают на выполнении заказа? Рытье памяти исчерпало себя. Он знал что больше из нее ничего не вытащить. Придется старыми методами. Он поставил пустую кружку на стол и, к расстройству хозяина, вышел из таверны. Из всего произошедшего был один отличный вывод. Спрятаться невозможно, значит ходить можно везде. Пошел вниз по улице.

Вот кошка срывается с карниза, в последний момент хватается когтями за него, подтягивается и идет дальше. Еще несколько событий из калейдоскопа. Девушка шьет шляпу в гостиничном номере, откладывает в сторону инструмент, встает и делает круг по комнате. Будто это огромное поле для нее. Видимо она раньше в бочке жила. ИЕ-Р0 посмотрел, где до этого жила девушка. Действительно, маленькое помещение, уставленное оборудованием и заваленное разными материалами. Кто-то умудрился туда еще и комод засунуть. Смотритель вернулся в настоящее и в город. Вот хозяйка разливает молоко, выскакивает из комнаты. Еще пара проходных историй. Несколько молодых людей пытаются сбросить с моста связанное тело, на них налетает стая ворон, они все же бросают тело вниз, но вторая стая ворон подхватывает его, и пока молодые люди отбиваются от первой, вороны незаметно заносят тело под мост, не давая ему упасть в воду. С этого моста часто скидывают. Откуда в людях столько агрессии? Его они бы забросали камнями просто за внешний вид? Опять кошка. Спрыгивает с подоконника, начинает лакать молоко, возвращается с тряпкой хозяйка, видит кошку, подбоченившись ждет. ИЕ-Р0 задумался, что бы эта хозяйка сказала, если бы вместо кошки увидела у себя на кухне его? Кинула в него тряпкой? Пара толстяков-коротышек несут комод, рядом идет старичок. Тот самый комод. О! Старичка он знает, это очень умный человек, Профессор Эйшенхольд. Интересно что с ними произошло? ИЕ-Р0 быстро пробежался вглубь по этой истории. Дракон, червь, растение, жуки, торнадо. А пошли бы они за ним, если бы он появился вместо аборигена на медведе? Он не был уверен даже в профессоре.

Шы свернул в подворотню, выскочил из нее на следующую улицу и дождался там соглядатая. Он знал, что за ним присматривали. За все это время у него появилось чутьё на присмотр. Сидя утром рядом с мусоркой он четко ощутил, когда Смотритель начал за ним наблюдать. А этот неудачник ждал в таверне. Он так и сидел у окна и просматривал выход из переулка, когда Шы вошел. Сейчас неудачник ловко перемахнул через каменный забор вслед за ним. И получил несколько выверенных ударов. Потерял опору, равновесие и пару зубов. — Кто тебя послал? — Сразу перешел к делу Шы. — Ты сдурел? — Немного присвистывая при разговоре обиделся соглядатай. — Айуж сказал присмотреть за тобой. Или ты думал, что он тебя в покое оставит? — Где он? — В смысле где? — Удивился увалень. — У себя. — Отведи меня. — Шы, тебе память отшибло? — Отшибло, — перебежчик демонстративно почесал затылок, — нечего было меня вчера мутузить.

ИЕ-Р0 мельком посмотрел, как Шы идет в логово городской воровской шайки. Почему у воров нет своей гильдии, как у торговцев? Это же логично, когда в мире все структурировано. Вернулся к кошке. Эта история ему сегодня больше всего понравилась, и он решил следить за ней. Кошка была бездомная и столовалась в нескольких квартирах сразу. Сейчас она вылизывалась на крыше. Сидела на самом коньке и, растопырив подушечки на задней лапе, что-то усердно выгрызала.

— Что я должен делать? — спросил Шы напрямую у Айужа. Он прикинул все «за» и «против» и пока решил играть по правилам этих ребят. Пусть он случайно попал в эту переделку, но его сокровище было в надежных руках. Это его устраивало. Пока он нашел, как покинуть этот город. — Тебе память отшибло? — спросил Айуж. — Отшибли, — возмутился Шы. — Так и ты раньше никогда так не куролесил. — Ну теперь-то я не вспомню, чего я еще раньше не делал. — Меня хоть помнишь? — Очень плохо. Мы родственники? — Нет. — Так что надо сделать? — Украсть жуков, — на втором слове главарь шайки сделал ударение, но перебежчика больше интересовало первое. — Где украсть? — И правда память отшибло, — Айуж уже начал жалеть, что устроил вчера взбучку. — У профессора в музее. Он несколько дней назад куда-то улетел. — Зачем жуки? — Решил, если уж узнать, то все сразу Шы. — Из них зелье варится, дорого ценится, от бесплодия. — Помогает? — Удивился перебежчик. — Мне то откуда знать? — Увиделся главарь шайки. — Нам жуков заказали.

Кошка нашла место на солнышке и отошла ко сну. ИЕ-Р0 наблюдал. Прислушался к своим ощущениям. Никаких эмоций. Он читал документацию. В ней было написано, что запасной обслуживающий модуль «ИЕ», дополнительной серии «Р» способен к самообучению. Для этого в нем заложены любознательность, функция рассуждения и эмоции. Любознательность и функцию рассуждения он легко в себе обнаруживал. Но эмоции. Он наблюдал за людьми и изучил все доступные эмоции. Записал в память самые разные их проявления. Знал, какие эмоции и где случаются. Смотря на спящую под лучами светила кошку, он должен был умилиться. Вывел случаи с кошками и умилением у людей. Кровяное давление, пульс, набор выбрасываемых в кровь веществ, мимика, сигналы в синапсах, вся карта эмоции «умиление», даже задействованные нервные окончания при поглаживании. Все это он знал. Но как это применить к себе?

Узнав адрес, Шы решил не тянуть с работой. Ближе к вечеру пробрался в дом через соседнюю крышу. Благо улочки здесь были маленькие. По водосточной трубе, карниз, окно. Второй этаж. Заперто на какой-то мелкий крючок. Музей совсем не популярен. Он быстро нашел жуков. Старые и высохшие. Какая-то разновидность колорадских. Шы сильно сомневался, что зелье из них способно оказывать благотворное действие. Наверняка, еще и отравятся. Не его дело. Куда бы их сложить? Шы решил поискать вокруг, заодно прогуляться по музею и посмотреть экспонаты. В основном были представлены экспонаты из морозной пустоши. Пара бережно развешанных на проволочках скелетов. Гербарии растений под стеклами. Чешуйки, когти, клыки, шипы, банка со слизью, волосы, просто зубы, сушеный мох. Всякое такое. Несколько предметов утвари аборигенов. Это видимо была большая редкость, потому что всего одна витрина: расколотая тарелка, глиняная колба, маленький барабан, обтянутый потрескавшейся от старости кожей и палочка к нему с набалдашником из тряпицы. Взял колбу и ссыпал в нее жуков. Шы собирался уйти, но любопытство взяло врех. Заглянул в соседнюю комнату и обнаружил библиотеку.

Наступил вечер. Кошка проснулась и пошла обходить квартиры в поиске ужина. Перебежчик уселся читать в библиотеке профессора. ИЕ-Р0 так и не смог найти, как примерить на себя умиление. Глаза потухли и Смотритель произвел диагностику. Все было «В порядке», кроме «Верхняя конечность номер два, палец номер пять неисправен», «Предупреждение, низкий заряд батареи» «Следуйте на станцию обслуживания». Выключил оборудование и двинулся в обратный путь. — До свидания, — сказала дверь, голосом девушки, когда он покинул комнату. — До завтра, — сказал вслух ИЕ-Р0, мог бы не говорить, но сказал. — Запасной обслуживающий модуль «ИЕ», дополнительной серии «Р», версии ноль, — закончила дверь. — Смотритель Иеро! Он прошел тем же коридором, перешагивал ту же плитку и панели, что и в прошлый раз. Следы его обратного пути располагались рядом с тем, что привели его сюда, образовывая единую вереницу. Достиг станции обслуживания. Отключился.

Шы зачитался «Трактатом о Созвездиях». Труд должен был быть научным, но в нем было столько ошибок, что скорее это было увеселительное чтиво. В двери скрипнул ключ, она отворилась и вошел профессор. — Дошли, — прошелестел он. — Дошли, — усталым эхом откликнулись браться Оймеры, внося комод, и опытались положить его прямо в прихожей. — Нет, нет, — давайте сразу отнесем в лабораторию, вяло запротестовал Эйшенхольд. Братья послушно поперли комод вглубь дома.

Перебежчик был настолько увлечен чтением, что не заметил как мимо него братья несут комод. А братья его заметили. Юп умудрился аккуратно поставить свой угол комода на пол и кинуться на Шы. На все это у него ушло пара мгновений. Противник оказался проворнее. Юп получил встречный удар ногой в грудь. Используя инерцию, Перебежчик опрокинул кресло, перекатился из него кубарем и нырнул в окно. Выбив его и ставни, которые запирал маленький крючок. Ныряния Юп не видел, потому что в него летел вращаясь толстенный «Трактат о Созвездиях». Юп поймал книгу и подбежал к окну. На мостовой лежало тело. Вор разбился. — Не повезло, — выдохнул Юп. — Не повезло, — подтвердил подошедший Сату.

#9. Давление

Вьерну снился мерзкий сон. Как будто он лежит, связанный по рукам и ногам где-то среди камней в зеленых лучах Луны. Его голодные птицы пытаются вернуться в него. Не могут. Он хочет их впустить, но какая-то пелена не пускает их. Они рвут, клюют и скребут эту пелену, но их сил не хватает. Пелена постепенно стягивается. Вытесняет его из тела. Шаг за шагом прогоняет. Он держался сколько мог, но в конце концов проиграл — отдал тело пелене.

Оймены стояли над телом вора. Местный шериф опрашивал их. — Что он делал, когда вы на него наткнулись? — спросил шериф. — Читал, — ответил Юп. — Читал? — Переспросил слуга закона. — Да, — подтвердил Сату и протянул «Трактат о Созвездиях», — вот эту книгу. Правда в ней куча ошибок и неясностей. — В книге профессора Эйшенхольд? — Опять переспросил слуга закона. — Да, в моей книге, — подтвердил профессор, который вот только подошел. — Кажется, — предположил Сату, — преступник знал об ошибках, потому что читал книгу и посмеивался. — Прекратите меня дурить, — мотнул головой шериф, — это Лысый Чей, по шляпе даже можно догадаться. А уж я то его знаю. Столько раз ловил. Он не то чтобы в трактатах разбирался, он читать никогда не умел. — Может картинки рассматривал? — Подсказал Сату. Шериф открыл трактат. Все картинки были схемами созвездий и картами неба. То есть белые точки на черном фоне. Или черные на белом. — Здесь нет ничего смешного, — произнес вслух явный факт шериф. — Ууууу, вы просто не знаете, какие наиглупейшие ошибки я совершил! — Попытался объясниться профессор. — Стоп, — шериф ткнул пальцем в Юпа, выбрав того, кто еще не пытался его запутать, — говорить будешь ты. — Хорошо. — Вы его выкинули из окна? — Нет, он сам выпрыгнул. — При нем я нашел вот эту банку с какими-то жуками. — Йептинотарса Десемлиньйетта, — заглянул в банку и влез в разговор Сату. — Что это? — Шериф игнорировал Сату и переспросил у Юпа. — Жук колорадский. А глиняная колба, судя по угловатому орнаменту на ней, принадлежит аборигенам. Видели недавно одного. На медведе. На рогах у медведя такой же орнамент был. — Это из моего музея, — добавил Профессор. — Сорок лет назад я с родителями этих юношей ходил в научную экспедицию... — Стоп! — Оборвал Шериф попытку снова запутать его. — Вор пытался украсть экспонат из музея, неудачно прыгнул в окно и разбился? — Да, — ответили остальные единогласно. — Дело закрыто, труп сейчас уберем, кривая дорожка до добра не довела, — он протянул глиняную колбу Профессору. — Это ваше. Профессор принял обратно колбу очень бережно, как будто она была из тончайшего хрусталя, а он был в каменных рукавицах. — Кто-нибудь еще пострадал? — Спросил слуга закона. — Он меня ударил, когда выпрыгивал, — пожал плечами Юп. Шериф посмотрел на тело, на Юпа, что-то прикинул, снова на тело. Снял с Чея шляпу. Чей действительно оказался лысым. Отряхнул ее, осмотрел и надел на Юпа. — Компенсация, — прокомментировал свой поступок. — Ему все равно не пригодится, в городе это слишком известная шляпа, а вы все равно скоро улетите.

В поисках спасения Вьерн обратился к своей стае. И стая приняла его. Начал кружить вместе с воронами над мостом. Далеко внизу лежало его тело. Он знал, что тело было живо, но его связали по рукам и ногам. Он знал, что во рту был кляп. На голове мешок. Вьерн начал прислушиваться к птицам. Если хочешь чтобы услышали тебя, начни слушать сам. Птицы хотели домой. Они пресытились и искали как вернуться, но какая-то пелена не пускала их внутрь. Гнев, страх и злоба, вот что правило сейчас его птицами. Всей стаей. Вьерн ничего не нашел лучше, чем спеть колыбельную из своего детства. Мама всегда его так успокаивала. Он спел ее трижды, пока птицы начали прислушиваться к нему. Теперь он слышал каждую из них. У его птиц были имена. Не те имена, которые можно произнести, а те, по которым он их различал. Если бы он мог это воспроизвести, получились бы гортанные звуки. Для вашего уха это было бы обычное «Кар», произносимое раз за разом. И теперь птицы вспомнили эти имена. Прошло еще немного времени и птицы начали слушаться его. Он стал стаей. Попытался добраться до своего тела. Вонь от мешка не подпускала. Вот откуда эта пелена. Птицам не вернуться, ему не спастись. Нужна помощь, понял он.

Профессор с братьями вернулись в дом. Усталость начала брать верх. Но профессор провел их перед сном в лабораторию. — Я не усну, если не буду знать как мы поделим богатства, — сказал он, показывая на колбочки, ящики, коробки, свертки, и просто предметы, наваленные вокруг комода. — Мне отсюда ничего не нужно, — пожал плечами Юп. Оба посмотрели на Сату. Сату задумался. — Я бы взял вот этот коготь, — ткнул он в один из отломанных когтей дракона, которые профессор наковырял из останков яхты. — Хорошо, — согласился профессор, и отложил коготь в сторону. — Немного слизи червя. — Тут на всех хватит, — профессор откуда-то выудил склянку, и с одобрительного кивка Сату отлил в нее немного слизи. Юп помог, хотя не понимал, зачем это может понадобиться. — Семь шипов розы среднего размера, — профессор послушно отобрал из общего числа шипов семь штук и завернул в тряпицу. — Помет колорадских жуков. — Может самих жуков? — Уточнил профессор. — В народе верят, что они помогают от бесплодия. — Нет, помёт, — отрезал Сату. Помёта оказалось много, профессор насобирал его целый мешок. Юп недобро посмотрел на профессора, когда узнал что все это время пёр целый мешок помета. — Можно, мы оставим флейту себе? — Спросил Сату. — Да, — неохотно ответил профессор. — И клык червя, — Юп решил, что тоже что-нибудь унесет. Он видел как профессор добыл такой из обломков грот-мачты. — Клык червя? — обиженно переспросил профессор. Юп кивнул. Профессор неохотно полез за клыком. — Нет, — остановил его Сату, — клык не нужен. Юп хотел возмутиться, но брат внезапно пошел в музей. Все пошли за ним. Долго ходил по музею, прислушиваясь к своим ощущениям, в конце концов сдался. — Понадобится еще что-то, но я не могу понять что. — Утро вечера мудренее, — заявил профессор. Братья вернулись в лабораторию и начали укладывать выбранные предметы обратно в комод. В нижний ящик. — Утром пойдем к Энн, — понурил голову Юп. — Все расскажем, — согласился Сату. Профессор к этому моменту уже ушел спать. Пошли спать и братья.

Вьерн пытался достучаться до Энн. Она спала в гостинице. Стая билась в окно, скреблась, клевала. Но Энн только накрылась подушкой и натянула одеяло поверх головы. Наверно сильно устала, подумал Вьерн и полетел искать братьев Оймен. Корабля не было в порту. Люди шарахались от стаи, а стая шарахалась по ночным улицам в поисках Сату и Юпа. Вьерн их не нашел. Очень устал. Пришлось вернуться к телу. Он попытался вернуться в себя. Не смог. До самого утра, стая ютилась вокруг тела. Вьерн уже понял, что это не сон. И если он не найдет, как себя спасти, то эта вонючая гадость убьет его.

Сату и Юп проснулись рано. Усталость еще не отпустила их, но не сделанное дело задушило сон. Профессор умудрился встать раньше и уже во всю перебирал свои трофеи, записывал, зарисовывал, измерял и постоянно перекладывал. — А может и не ложился? — Предположил Сату. — Комод пока тут оставим, — сказал Юп, продирая глаза. — Пойдем налегке, — серьезно согласился Сату, как будто им предстояла война в которой они не рассчитывали победить. В таких войнах приятно осознавать, что ты можешь сбежать. Даже если не собираешься использовать такую возможность.

На какое-то время Вьерн потерял себя. Беспамятство — так это называется. Он потратил много времени на колыбельную. Привел в чувства и собрал стаю. Он понимал, что это его последний вылет. Надо их найти.

Братья Оймены стояли у входа в номер Энн. Заранее потупив взгляд. Как будто что-то давило на них. Они долго не решались постучаться. В конце концов, проходящий мимо коридорный сделал это за них. — Кто там? — Раздался изнутри голос Энн. — Два джентльмена, невысокого роста, очень широкие в плечах, — почти не слукавил коридорный. Дверь тут же открылась. Энн смотрела на них злыми, не выспавшимися глазами. Если бы гнев мог оказывать давление по всей площади вины, их бы сейчас расплющило. И всю гостиницу. И город. — Где. Моя. Яхта? — разделяя слова, медленно спросила Энн. — Разбилась, — начала издалека Юп. — Её больше нет, — проделал весь путь из этого далека в самый эпицентр взрыва Сату. Дверь захлопнулась. Юп было поднял руку чтобы постучаться, но испуганный коридорный, который не успел отбежать от эпицентра, покачал головой.

Вьерн летал уже долго и отчаяние начало пробираться в его стаю. Птицы начали хуже слушаться, злиться и отвлекаться. Заметил Ойменов на выходе из гостиницы. Начал кружить над ними. Братья шли понурые, уперевшись взглядом в землю и не замечали его. Он приземлил всю стаю на их пути. Они чуть ли не передавили его птиц. Не заметили. Юп одного ворона даже отпихнул ногой. Правда аккуратно. Время Вьерна заканчивалось. Нужны решительные действия. — Что происходит? — Вскричал Юп, когда стая ворон налетела на них с братом и начала бить крыльями, клевать и невообразимо галдеть. — Эти вороны совсем озверели, — вскричал Сату, отбиваясь от птиц и пытаясь перейти на бег. — Как будто натравил кто, — сказал Юп и вдруг остановился. Сату сделал еще пару шагов, обернулся и посмотрел на брата. — Вьерн! — Как заклятье произнес тот. Вороны мгновенно отстали от них. Шелест крыльев и галдеж смолк. Стая расселась вокруг. Братья замерли. — Они тебя поняли, — осторожно сказал Сату. — Птицы Вьерна, — скорее, чтобы окончательно поверить в это, сказал Юп. — Они прилетели к нам, — сделал еще один шаг к разгадке Сату. — Значит с Вьерном беда, — закончил брат. — Где Вьерн? — Спросили одновременно оба. И птицы повели их. Вьерн вел их стаей, рассаживая птиц по направлению, кружа впереди. Как только вышли к мосту, птицы метнулись к телу. Браться кубарем скатились под мост. Юп содрал мешок с головы Вьерна и вытащил кляп. Сату в это время развязал все веревки. Вьерн попытался вернуться в тело, но не смог. Пелена. Туда не попасть. Не помогло. — Без сознания, — сказал Сату, пощупав пульс, поднял веко и прильнул ухом к губам. Дыхание Вьерна было слабым. Но таким зловонным, что Сату отшатнулся. Воняло, как от того мешка, — пульс не прощупывается, дыхание слабое. — К профессору, — приказал Юп.

Когда надо бежать, братья бегут. К профессору они влетели, чуть не сорвав дверь. Птицы влетели вслед за ними. И сразу расселись везде по дому. — Профессор, — окликнул Сату, когда они пробегали музей. — Профессор! — Позвал Юп, когда они пробегали библиотеку. — Профессор?! — Воскликнули оба, когда обнаружили его на полу в лаборатории. Сату оставил Вьерна на попечение Юпа и осмотрел профессора. — Жив, — сказал после осмотра Сату, — кто-то очень ловко вырубил его, ударив сзади по шее. Тут даже синяк остался. — Надо найти резко-пахнущую жидкость, — добавил он и начал аккуратно проверять колбочки в лаборатории на запах. Юп положил Вьерна, подошел к Эйшенхольду и врезал ему пощечину. Вторую. Третью. — Ап-ап-ап-ап, — то ли завелся, то ли пришел в себя старик. — Как вы себя чувствуете? — Спросил Юп, придерживая его. — Странно, я только что перебирал шипы Полийанта Некрофоса Роза, — сказал удивленный профессор, — как вдруг вы меня бьете по лицу. — Согласен, последний раз был лишним, — извинился Юп. — Профессор, нам нужна ваша помощь, — и Сату коротко рассказал о случившимся. — Это как раз и есть действие яда Полийанта Некрофоса Роза, — сказал Эйшенхольд, принюхавшись к Вьерну. — Яд здесь в маленькой дозировке, но он принимал его очень долго. Я удивлен его воле к жизни. Эти птицы? — Да, у него татуировка-оберег, — Юп расстегнул рубашку и все увидели что все тело покрыто татуировкой стаи воронов. — У меня где-то был древний фолиант по шаманизму, — с этими словами старик убежал в соседнюю комнату. Раздался грохот передвигаемой лестницы. Грохот, скрип. Несколько перепуганных птиц вылетели из библиотеки с клубом пыли. Эйшенхольд вернулся с фолиантом в руках. Уже на пути начал перематывать его на нужное место. — Покажи флейту, — обратился он к Сату. Они приложили флейту к рисунку на фолианте и это была та самая флейта. — Сейчас, — и профессор с фолиантом убежал в сторону музея, вернулся и показал маленький барабан поверх картинки на фолианте, — вот, только перетянуть по новой надо. — Наверно его я там почувствовал, — кивнул Сату. — Вы уже сходили к Энн? — Спросил он братьев. — Да, — ответил Юп. — Она нас выгнала. — Идите еще раз, — ткнул в них барабаном профессор.

На этот раз они не стояли перед дверью, и не ждали. В дверь забарабанили сразу две руки. — Кто там? — Энн отозвалась устало, рассерженно, обижено, зло, этот список можно продолжать долго, но времени нет. — Вьерн умирает, — сказал сразу Сату, устроив на этот раз эпицентр взрыва сам. Дверь мгновенно открылась. Энн еще никогда так быстро не шила. Барабан был готов быстрее, чем коридорный прибежал вдогонку за братьями Ойменами, чтобы не пустить, хотя теперь уже наверно выгнать их из гостиницы. Как от него потребовала Энн после их предыдущего визита.

— Я буду играть на флейте, — сказал профессор, ткнул в Энн — ты будешь звать его по имени, дуть в ухо и щекотать перышком. Дайте мне кто-нибудь перо! Один из воронов вырвал у другого перо и сунул в руку профессора. Тот кивнул, как будто к птицам и обращался. — Ты, — он сунул барабан Юпу, — будешь играть на барабане. — А я? — Спросил Сату. — Не мешай, — перебил его профессор, — трам-пам-пам, трам-пам-пам — такой ритм будешь играть на барабане, понял? — Это же вальс, — снова встрял Сату. — Да какая разница, что играть!? — Вскипел Эйшенхольд. — Я только вальс на флейте умею. Начали... И они начали. Профессор неплохо играл на флейте, Юп быстро подстроился отбивать вальсовый такт на маленьком барабане палочкой. Энн дула, называла по имени и щекотала вороновым пером, иногда меняла последовательность. Сату смотрел на птиц. Птицы смотрели на Сату. Ничего не происходило. — Что-то мы не так делаем, — сказал профессор и остановился. — Суетимся, — отозвался Сату, образовалась тишина. Он закрыл глаза. И запел. Колыбельную. Голос у него не был красивым, но он пел, как пела ему мама. Очень по домашнему и уютно. Юп подхватил. Мелодия была медленнее и лиричнее. Эйшенхольд постепенно смог вплести флейту. Он снова играл вальс, но слушался он как-то правильно и размеренно. Энн делала все тоже самое, только вместо имени подпевала мотив. Эту колыбельную она не знала, мама пела ей другую. Но все колыбельные похожи.

Птицы вокруг начали редеть. Не растворяться, не улетать, не прятаться, и не исчезать с хлопком. Их просто становилось меньше. Постепенно они все ушли. Вьерн вздрогнул. Открыл глаза. Попытался глотнуть воздуха, но что-то сдавливало грудь. Не продохнуть. — Это из-за яда, — пояснил профессор, — пока ты можешь только моргать нормально. — Долго он так пролежит? — Без моего снадобья он бы лежал неделю, со снадобьем — за день управимся, — улыбнулся Эйшенхольд и принялся что-то варить-переливать в колбочках. Выглядело зловеще.

Энн встала, собралась уходить, но потом повернулась. — Рассказывайте. Пока профессор готовил снадобье, братья пересказали все перипетии научной экспедиции. Энн молчала. Особенно подчеркнули, как выносили комод с сокровищами с поля боя. Энн молчала. Показали свою долю сокровищ в нижнем ящике комода. Энн молчала. Пообещали работать не покладая рук, пока не возместят её долю яхты. Энн нехотя кивнула.

Она была удивлена, почему их еще на размазало давлением вины. Когда она на второй день, закончив все заказы, пришла на пирс, и не обнаружила яхты — это было неприятно. Когда она узнала, что эти оболтусы, без ее ведома вышли из порта с профессором, она сильно расстроилась. К моменту, когда через пять дней они явились к ее номеру в гостинице, она была в гневе. Сейчас она не хотела портить настроение Вьерну. Он и так плох. Но как только они выплатят ей долг, она их убьет.

— Я чувствую свою вину за это пришествие, — вмешался в ее раздумья профессор. Энн перевела на него взгляд, и кажется, он догадался о ее планах. — У меня есть старый куттер, он приблизительно такой же, как ваш люггер, — предложил профессор, вливая снадобье во Вьерна, — мы завтра пойдем в торговую гильдию и у вас снова будет корабль. «И тогда я смогу их убить», — чуть не проговорилась Энн. Профессор Эйшенхольд укоризненно покачал головой. — Я продал оружие очень плохим людям, — чуть слышно проговорил Вьерн.

#10. Выбор

ИЕ-Р0 ожил. Дальше, как обычно. Вышел из станции обслуживания и потянулся. Сервоприводы зажужжали, небольшой щелчок в крайнем левом пальце. Глаза потухли, провел диагностику. Все было «В порядке», кроме «Верхняя конечность номер два, палец номер пять неисправен» и «Следуйте на станцию обслуживания».

Потряс левой рукой. Четыре четко отмеренных движения заданной амплитуды с нарастанием, а последнее с поворотом на тридцать два градуса вокруг оси против часовой стрелки. Крайний палец на левой руке щелкнул. Сработало.

Добрался до двери. Воспользовался терминалом. На этот раз ему потребовалось меньше времени. Дверь открылась с третьей попытки. Сел в кресло, запустил систему.

Перебежчик потерял тело. Предупреждение об этом висело посередине, большими буквами: «Предупреждение: Перебежчик потерял тело!». ИЕ-Р0 сам разработал предупреждение, чтобы в приоритете выполнять эту задачу. Использовал задачник по событию. Даже настроил периодическое изменение имени в этом предупреждении. Для всего этого не требовалось административного доступа. Хватало и его пользовательского.

Система предложила выбрать из доступных тел. Оптимальнее всего его было переместить ближе к предмету из-за которого он представлял интерес для Смотрителя.

Шы очнулся в середине разговора. Знакомая комната. Здесь он разговаривал с Айужем. Его собеседник не Айуж, значит Айуж — это он. Теперь он главарь местной банды воров.

— ... Почему ты до сих пор не сделал зелье? — Наседал на него собеседник.

Ага, это тот, которому надо зелье из жуков. Серьезная, видать, шишка, если позволяет себе наседать на Айужа. Только одет странно. Богато, но пестро. И движения слишком скудные. И встал слишком удобно.

— Зелье от бесплодия? — Переспросил Шы. Мы будем называть его Шы, но помнить, что он в теле Айужа.

— Какое бесплодие? — Взревел гость. — Ты пообещал отравить их этим зельем!

— Я неудачно пошутил, — сдал назад Шы, поняв, что надо быть осторожнее. Описывать его текущую внешность нет смысла, теперь вы понимаете почему.

— Мы свою часть договора выполнили, — сказал уже тише, но с остаточной хрипотцой гость, — как хочешь, но будь готов этой ночью выполнить свою. А теперь мне пора.

Собеседник замер в ожидании. Шы лихорадочно начал вспоминать, как в прошлый раз с ним прощался Айуж.

— Проводите гостя! — Крикнул он в сторону двери. — До свидания.

Пришел старый вор, исполняющий роль привратника. Гость ушел молча. За дверью снова появились шепоты, разговоры, игральные кости и остальные звуки воровской жизни. Значит у Айужа нет от них секретов. Построил свою шайку по принципам братства. Опять до всего догадываться и нащупывать ответы.

Шы сам выбрал этот образ жизни. Все эти новые тела, переселения, постоянные угадывания, чужие воспоминания. Когда-то он совершил самый мерзкий поступок в своей жизни, чтобы подтвердить этот выбор.

ИЕ-Р0 следил за кошкой. Она перебежала через мостовую, уселась рядом с дверью в таверну. Да, в ту самую таверну. Начала ждать. Когда очередной посетитель распахнул дверь, юркнула внутрь. В таверне обежала ноги столов, скамей и посетителей. Потерлась о хозяина таверны.

— А, пришла, — сказал довольный Сью, — идем, лиса.

Они пришли к задней двери. Справа лаз в погреб. Небольшая дверь, за ней крутая лестница вниз. Сью приоткрыл дверь и кошка юркнула внутрь. Освещение изменилось. Не для ИЕ-Р0, для лисы. Из приоткрытой двери сзади доносился слабый свет и шум. Кошка крадучись начала спускаться по лестнице.

— Ты пришла на охоту, — высказал догадку вслух ИЕ-Р0, хотя мог бы не говорить.

Удовлетворение от догадки. Вот что он сейчас должен чувствовать. Он выключил глаза и проверил свои показатели. Удовлетворения не было.

Шы сел за стол. Запрокинул голову и закрыл глаза. Надо заглянуть в память Айужа. Куда Айуж его положил? Он начал представлять как выглядит предмет поиска — небольшая коробочка с крышкой. Ага, есть что-то такое в воспоминаниях. Если открыть, в нижней части выпуклая полусфера, в верхней впадина под нее. А вот этого нету. Неужели не открывал? Ладно, вернемся к закрытому варианту.

— Я положил ее где-то здесь, — задумчиво пробурчал Шы и начал с закрытыми глазами медленно вертеть головой, как бы осматриваясь. — О!

Шы открыл глаза. На стене перед ним висела картина. Встал, прошел. Открыл как ставню. Под ней сейф. Сейф? Сходил за стулом. Поставил напротив. Сел и снова закрыл глаза. Напрягся.

Нет. Куда и как поворачивать ручки он не вспомнил. Попробовал повертеть. Мышечная память может быть и сработала бы, но он сомневался в каждом движении и слишком много об этом думал. Сейф не маленький. Незаметно из стены не выковорить. А как он его потом вытащит мимо целой армии воров? Проще научиться взламывать замки. Странно, что он до сих пор этого не умеет. Или...

— Весельчак! — вспомнил он сходу кличку привратника, видимо Айуж часто к нему обращался. Имя не вспомнил.

Дверь открылась и старый вор посмотрел на него, не входя в комнату.

— Кто по твоему у нас лучший по сейфам?

— Ты.

Значит умею, но мне от этого не легче.

— Это я знаю, — соврал Шы, — а кто лучший после меня?

— Я.

— Ну-ка, иди покажи на моем сейфе.

— Не открою, — даже не сдвинулся с места Весельчак.

— Да не бойся, я знаю что ты уже пробовал, пока меня не было, — сделал еще одну попытку Шы.

— Ты бы не поставил сейф, — лукаво улыбнулся старик, — который я сумею открыть.

«Резонно», — подумал Шы. Если ты в банде воров, то сейф у тебя будет лучший, а они не признаются что научились его открывать. Значит придется научиться. Нужно много времени.

Кошка охотилась. Точнее замерла в ожидании около бочонков с элем. Здесь начиналась длинная, разветвленная нора. ИЕ-Р0 видел как далеко в этой норе были мыши. Парочка спала в одном из карманов. Одна сидела в другом конце норы на заднем дворе таверны. Несколько мышей бежали куда-то внутри норы по своим делам. Кто из них сегодня пойдет в погреб? Азарта не было, интерес присутствовал. Как какой-то встроенный рефлекс. Он отвлекся на мгновение посмотреть на Шы. Тот куда-то шел по городу. Вернулся к кошке.

В этот раз Шы аккуратно проник через дверь. Благо, днем ее не запирали. Дома был только профессор. Увлеченный своими делами возился в самой дальней комнате. Перебежчик подкрался и четким движением вырубил его. Мог бы не делать этого, но решил лишний раз не рисковать. Библиотеку прошел, стараясь не смотреть на выбитое окно. Глиняная колба лежала на месте. Собрал жуков. Это были новые, свежие жуки. Профессор обновил экспозицию, догадался он. Направился было к выходу. В дверь внизу ворвался какой-то ураган и полетел по комнатам. Громко топоча, каркая, хлопая крыльями и быстро приближаясь. Шы метнулся из музея в библиотеку.

— Профессор, — закричал кто-то уже из музея.

Перебежчик сиганул в то самое окно. На этот раз выламывать ничего было не нужно. Никакой маленький крючочек не запирал ставни. Ничто не замедлило его вращения. Приземлился, перекатился и пошел, как ни в чем не было.

Шы высыпал на стол жуков и позвал привратника.

— Что это такое? — спросил он.

— Сушеные жуки.

— Что мы хотели с ними сделать?

— Отравить стражу.

— Как мы хотели отравить стражу?

— Этого я не знаю.

И то хорошо. Теперь Шы знал, что Айуж хотел отравить стражу. Гость говорил про ночь. Значит моя часть договора — отравить ночью стражу. Осталось узнать, как это сделать, кто такой гость, и в чем его часть договора. То, что его, как Айужа хотят обмануть — это наверняка. Вопрос в том, что глава всех местных воров по этому поводу придумал.

— Давай готовить яды, кто у нас по ядам?

— Лысый Чей.

— Давай его сюда.

— Он вчера разбился, — как-то сразу вжался Весельчак.

Ага, вот кем я вчера был. Вот почему за мной так присматривали. Ши посмотрел на привратника и понял, что должен сейчас взорваться. От него ждут гнева.

— Подлецы! — Ударил он по столу. — Почему сразу не сказали?

Было видно, что Весельчак выдохнул. Значит ожидал, чего-то более серьезного. Может его ударить? Где-то за стенкой снова начали болтать и играть в кости. Странно было бы, если бы не подслушивали.

— Ты как-то сразу ушел, сам, вот, их принес. — Он показал на сушеных жуков на столе. — Я подумал, знаешь уже.

— Подумал? — Шы ударил старика наотмашь, старик стерпел, за стенкой притихли. — Кого нашел по ядам на замену?

— По ядам не нашел, — сказал старик и быстро продолжил, — но есть книжка.

— Продолжай, — сказал Шы, не зная, умел ли читать Айуж.

— Толкователь прочтет рецепт, и мы сделаем, как он скажет.

«Как же все сложно-то», — подумал Перебежчик.

— Давай сюда толкователя.

— К нему надо идти.

«А нет, вот теперь сложно».

Толкователь оказался одним из местных лавочников. Видимо Айуж его уважал, потому что лавочник его не боялся и потребовал деньги вперед. Шы заплатил ему половину. Сунул книгу.

— Запоминай слова, — с чувством произнес толкователь, открыл книгу и начал читать по слогам, шевеля губами и ведя пальцем по строчке. Дочитывая, произносил слово вслух.

Шы прочел все написанное сразу и теперь ждал, когда лавочник дочитает. Ничего сложного в рецепте не было: смешать с кислотой, еще пару ингредиентов, варить, добавить соли по вкусу. Немного яда усыпит, много отравит. В шутку называется «зельем от бесплодия». Из-за одного случая.

Использовала это снотворное жена одного городничего лет пятьсот назад. Хотела забеременеть без ведома отца ребенка. Чтобы сделать бесплодному городничему наследника на стороне. Вскрылось все, когда ребенок оказался похож не на того мужчину. Как можно было выбрать в неосознанные отцы лопоухого, с огромным носом, родимым пятном на пол лица и размером обуви вдвое больше обычного?

Как только лавочник дочитал рецепт, Шы прервал его. Времени нет, чтобы с такой скоростью чтения узнавать про лопоухих и большеносых. Забрал книгу. Скрипя сердцем, заплатил вторую половину обещанного. Какой-же благородный был этот Айуж. Если задержится в этом теле, разберется со всем этим благородством.

Мыши были очень осторожны. Та мышь, что сидела в норе у заднего двора таверны несколько раз порывалась выбежать, но кто-то постоянно ходил, что-то гремело. В конце концов жена Сью вышла на задний двор принялась возиться по хозяйству. Мышь повернулась и направилась обратно в нору. Это будет она, понял ИЕ-Р0, но не испытал никакой тревоги или волнения. Это он проверил.

Пока в соседней комнате варили яд, строго придерживаясь рецепта, Шы возился с сейфом. Медленно поворачивал ручки и прислушивался к своим ощущениям. Если Айуж это умел, значит скоро и он приноровится. Память главаря воров еще не потускнела и если постараться, обучение будет лёгким.

— Все готово, — отрапортовал привратник, стукнув разок для проформы и без приглашения войдя внутрь, — сварили.

— В следующий раз жди, когда разрешу войти, — сидя за столом сказал ему Шы. Он успел сделать это в последнее мгновение и надеялся, что створка картины сейчас не распахнулась у него за спиной.

Весельчак кивнул, потупив взор. По нему было видно, что и Айуж требовал от него того же самого. Но он постоянно забывал.

— На ком проверили? — спросил Шы.

— Нет, — в этом выдохе сразу были слышны и испуг, и восхищение, и ожидание, и любопытство.

Точно, лавочник не прочитал им про то, насколько малая должна быть дозировка. Это было после истории про жену городничего.

— Идем, — зло улыбнулся Перебежчик от лица Айужа.

Развели немного яда. Шы проследил, чтобы дозировка была мизерной. На пару часов сна.

Тянули короткую соломинку. Вытянул какой-то мелкий карманник. Парнишка метнулся к выходу, но был схвачен и притащен к миске. Под зловещий хохот окружающих в него влили яд. Заснул мгновенно. И очень крепко.

— Может отрежем ему палец для проверки? — Спросил кто-то с задних рядов.

— Кто это там спросил с лишними пальцами? — коварно прищурившись, поинтересовался Шы, чем вызвал бурных хохот и прекратил споры про зверства.

Кошка поймала мышь, ту самую с заднего двора. ИЕ-Р0 еще какое-то время, наблюдал, как хищник играет с мышью. Должен был что-то чувствовать. Вариантов было несколько: отвращение, жалость, восхищение, любопытство. Знал, что чувствует любопытство, потому что ему было интересно наблюдать. Но как он его чувствует? Не знал.

Отвлекся посмотреть, что там делает Шы. Увидел, как тот пляшет вокруг сейфа, пытаясь его открыть. Проанализировал механизм. Выставить три на левой ручке, шесть на центральной, пять на правой, повернуть верхний рычаг. Семь, четыре, ноль, повернуть средний рычаг. Девять, пять, шесть, нижний рычаг. И дверь откроется. Попробовал передать эту информацию Шы, но сейф был хорошего качества и звук не пропускал.

Перебежчик продолжил ковыряться с первой частью этой головоломки, а Смотритель вернулся к кошке. Та уже выбиралась из погреба, довольная и сытая.

У Шы получалось бы лучше и быстрее с сейфом, если бы его постоянно не отвлекали разными вопросами подчиненные. Дело у Айужа было поставлено на широкую ногу. Лавочники платили ему дань, воры несли часть награбленного, карманники, наперсточники, шулера, даже бандиты с большой дороги. Пару раз приходили таможенники, договориться о грузе. Пришел посыльный из местного банка и выплатил кругленькую сумму за то, чтобы рядом с его банком не было происшествий. Несколько представителей торговой гильдии заглядывали, чтобы обсудить те же грузы, что и таможенники до них. Айуж, получается, был не только главарем местной банды, но видным участником местного криминального сообщества. Шы пожалел, что не наорал в ответ на того хлыща, что приходил утром и требовал яду. Но тогда он еще не знал, в чьей шкуре находился.

Людей приводили к нему самыми разными ходами и переулками. Свернув с базара в подворотню и пнув ногой попрошайку, можно оказаться у Айужа через пять минут. Или заглянув в лавку с тканями, выйдя через заднюю дверь и повернув несколько раз маленькими переулками. Сам дом находился в верхнем городе, но всеми сторонами смотрел на подворотни. При этом остальные дома как бы отвернулись от него. Шы подозревал, что дом этот и был построен с целью организовать в нем воровское логово.

— К вам посетитель, — раздалось за дверью.

— Кто?

— Йохустен, — почему-то шепотом сказал привратник.

Имя это Шы знал. Глава одного из самых сильных пиратских кланов. О его кровожадности ходили легенды. У него еще был брат Йухтен, которого на днях какая-то девка умудрилась утопить в Экваторе. Что Йохустену здесь нужно?

— Зови, — закрыл картину, встал рядом со столом и постарался как можно спокойнее сказать Шы.

«Ох ты ж ё». — Подумал он, когда в комнату зашел пират. — «Ему нужен яд».

Это был его утренний гость. И Перебежчик решил, что он правильно поступил, что не стал кричать на этого человека с утра.

— Яд готов, — сразу предпочел разобраться со всеми делами Шы и показал на мешочек с ядом у себя на столе, — мы его проверили.

— Ужин у стражи в девять, — начал прикидывать Йохустен, — когда они будут мертвы?

— Сразу, — ответил Перебежчик в теле Айужа. Теперь он понял, что тут игра по крупному.

— Тогда моя флотилия высадится десантом тоже в девять.

Айуж кивнул.

— Это для суматохи, — заговорщицки улыбнулся пират, — так то мы уже в городе и при оружии.

— А из-за тебя, олуха, — он так резко перешел на крик, что Шы рефлекторно повернул ногу для отскока в сторону, — они второй день маринуются в городе без дела!

— Вечером все будет устроено, — постарался как можно спокойнее ответить Перебежчик.

— Поскорей бы, — пират так же резко вернулся на дружеский тон, — а то мои молодчики уже устали обходить стороной местные таверны.

Шы счел уместным промолчать.

— Ладно, потом пограбят, — совсем успокоился Йохустен. — Пойду, мне еще надо успеть на свой корабль.

— Проводи гостя, — крикнул в сторону двери Шы и дождался пока гость уйдет.

Перебежчик посмотрел на банку с ядом. Завтра тут будет ад, подумал он. Они разнесут весь город. Пока отреагируют соседние города и пришлют охотников, тут камня на камне не останется. Пиратов и след простынет. Но пугало его не это.

Шы точно знал, что вместе с пиратами должен будет испариться и он. Куда хотел исчезнуть Айуж, когда получит от пиратов деньги? Нет. Не так. В этом сейфе уже лежит задаток от пиратов. Остальных денег Айуж и не собирался получать. Получается, времени у Шы осталось ровно до девяти и немного после. Пока пираты будут добивать оставшихся Охотников и захватывать город. Надо что-то придумать.

Кошка закончила умываться. ИЕ-Р0 проводил ее ко сну на любимой крыше. Посмотрел, как Шы разговаривает с капитаном пиратов. Вывел калейдоскоп текущих событий в городе.

Стал свидетелем внесистемного перемещения разума между телами. Точнее, возвращения в собственное тело. Чаще всего это выглядело, как обряд. С помощью музыкальных инструментов и голосов группа людей создала ритмичный резонанс. Они использовали активацию тактильных и слуховых сенсоров. Собственные эмоции, которые сгруппировали по нескольким признакам. Эта технология работала. Из-за участия в ней эмоций, ИЕ-Р0 не мог её до конца осознать. Проанализировать мог, а осознать — нет.

У него не было разрешения, чтобы покопаться в системе, которой он пользовался. Его пользовательского доступа было не достаточно. Но если система переносит разум по схожей технологии, то она тоже использует эмоции. Осознано использует эмоции или их аналог! Почему тогда он этого не может?! Вот здесь он должен быть возмущен. Выключил глаза, произвел диагностику. Возмущен он не был.

#11. Сердиться

— Я продал оружие очень плохим людям, — чуть слышно проговорил Вьерн.

Все собрались вокруг него.

— Не спеши, — сказал профессор, — ты все сможешь сказать, только говори по три слова, старайся на выдохе.

— Пираты, — торговому агенту хватило одного выдоха, чтобы все задумались.

— Когда мы выгрузили твою контрабанду под стенами города, ты думал, что продаёшь товар каким-нибудь Охотникам, — начал рассуждение Сату.

— А прилетели пираты, — закончил Юп.

— Пришли, — и снова Вьерну хватило одного слова.

— Тогда зачем они назначили встречу под стенами города, если им пришлось бросить корабль и добираться пешком? Город — это же оплот Охотников? — Юп помотал головой.

— Они бросили его под мост по эту сторону от стен города, — напомнил Сату,

— Значит они из города, — сделал вывод профессор.

— Пираты с оружием в городе, — подытожила Энн.

— Это точно были пираты? — переспросил Сату.

— Йохустен, — этого одного слова хватило, чтобы все вздрогнули.

— Надо идти к шерифу, — сказал профессор. — Энн, останешься с Вьерном? Будешь давать ему по три капли снадобья каждые пол часа.

Энн кивнула, остальные засобирались. Только теперь Юп заметил, что Энн периодически раздраженно посматривает на шляпу Лысого Чейя на нем.

— Откуда она у тебя? — спросила шляпница.

— Вор пытался ограбить профессора и выбросился в окно, — сказал Юп. — Это была его шляпа.

— Заказчик не был вором! — рассердилась Энн.

— Скорее Лысый Чей не был твоим заказчиком, — покачал головой Сату. — Я надеюсь, он просто украл эту шляпу.

— Тебе не идет, — как обычно прямо, коротко и понятно закончила разговор Энн.

ИЕ-Р0 досмотрел пробуждение Вьерна. Проверил состояние пиратов в городе. Их было много. Они сидели по подвалам и кучковались по подворотням. По разговорам было понятно, что они злы и недовольны тем, что уже второй день торчат по углам и пьют только воду.

Кошка спала. Он переключился на Шы. Тот сидел в центре общей комнаты. Вся шайка смотрела на него.

— Вы всё слышали, — сказал он, — в девять пираты будут в городе.

— Начинаем? — спросил Весельчак.

Шы кивнул. Весельчак выхватил клинок и проткнул одного из воров в первом ряду. ИЕ-Р0 проанализировал ситуацию.

— Все ясно, — сказал он вслух, хотя мог бы и не говорить. Переключился назад на кошку, которая мирно спала.

Когда братья с профессором ушли, Энн вспомнила рассказ про вора, про жуков, про то как профессора кто-то оглушил. Все выглядело слишком связанно. Она сходила в музей и обнаружила, что глиняную колбу и жуков все-же похитили. Она никому этого не расскажет, пока не встретит снова эту глиняную колбу, правда уже без жуков. А пока слишком много всего происходит, и она не считает важным тратить на этот рассказ времени.

Перебежчик дал себе время освоиться с неожиданностью. Молча смотрел на Весельчака.

— Ты сказал найти и нейтрализовать пиратского шпиона, когда мы начнем, — не выдержал тот.

— Убивать не обязательно, если хочешь нейтрализовать, — спокойно сказал Шы и внутренне порадовался возможности уцепиться за это внезапное несоответствие.

— Так ведь наверняка, — пожал плечами Весельчак.

Шы заметил какую-то скованность. Весельчак что-то скрывал. Даже подозревал что знает, что скрывает Весельчак.

— Давайте все еще раз повторим, — воспользовался ситуацией Шы, чтобы узнать план, — дабы такого не возникало.

— Ты сказал, что я пойду с тобой, — ответил Весельчак.

За ним посыпались реплики из банды.

— А мы пойдем в банк.

— Нам его пираты отдали.

— Захватим банк.

— Да, разграбим его.

— Потом через нору уходим из города.

Шы задумался. Тактика Айужа до этого момента была ясна. Он придумал очень простой план, как загнать себя в ловушку, и продал его пиратам через шпиона. Сейчас Айуж должен был поменять план, поступить иначе. Наверное, они бы сразу рванули к выходу из города со всем своим добром. Но это собирался сделать Айуж. А он — Шы, и у него свои интересы.

— Где мы сходимся после дела, все помнят? — спросил он.

— У норы, — ответила хором шайка.

— А пираты знают про нору? — хитро прищурившись, продолжил расспрашивать Шы.

— Да, — ответил Весельчак, — я их сам водил за стену через нору недавно. Как ты приказал. Они одного контрабандиста потом еще под мост скинули.

— Вооот, — протянул Шы, — там они нас и перебьют.

— Перебьют, — согласились в шайке через одного. Кто был поумнее и понимал в ситуации, согласились ожидаемо, кто-то удивился, кто-то воспринял как обычную новость от главаря.

— А как мы еще можем покинуть город? — спросил Перебежчик, многозначительно посмотрел на Весельчака.

— Есть другая нора, — сказал он под удивленные взгляды и шёпот шайки.

«Я так и знал!» — молча возликовал Шы. Это был блеф чистой воды, и если бы запасного выхода не оказалось... Пришлось рискнуть.

— Из конюшен под северной стеной, — победно произнес старый вор, и достал рисунок, — вот здесь, прямо под носом у стражи.

— Я не понимаю карту, — честно признался один из воров.

— Три пальца, Косой и Зелень знают где это, — уточнил Весельчак и все посмотрели на этих троих, — если кому по картинке не понятно...

Шы выхватил клинок и мгновенно ткнул насмерть в одного из тройки. Ему было не важно в кого. Важно было, чтобы сразу замолчал. Вор сразу замолчал и осел вдоль стены. Гробовая тишина. Кто-то из шайки качнулся назад от неожиданности.

— Пираты знают, где этот лаз, — спокойно сказал Шы, вытирая клинок куртку покойника, — он был пиратским шпионом.

— Косой?

— Да не может быть!

— Продался.

— Только вчера с ним торговца одного щипали.

— Крыса!

Из всего шёпота вокруг Перебежчик понял две вещи: кличку Косому дали не за косоглазие, и что никто не удивился убийству, совершенному Айужем. Нравы здесь жестокие.

— Что теперь делать? — спросил Весельчак.

Все затихли и посмотрели на Шы. Он хитро улыбнулся.

Теперь Юпу было неудобно в его шляпе. Казалось, что по дороге все пялились на него.

Братья Оймены и профессор Эйшенхольд сидели в кабинете шерифа на втором этаже. Над казармами. Если бы не профессор, их вообще никто не стал бы слушать. Но и у профессора была репутация шального затворника, который годами может не вылезать из своей библиотеки. Всех вместе в глазах шерифа их объединяло то, что они ушли в морозную пустошь на яхте, а пришли с комодом. Тем же вечером выкинули из окна вора, который пытался украсть у них жуков. Шериф конечно не имел ничего против выбрасывания воров. Но в то, что Лысый Чей мог по собственной воле сигануть в окно и пролететь несколько этажей, верилось с трудом. Да и жуков воровать ему было непонятно зачем.

— В моем городе пираты? — переспросил шериф.

— Во главе с Йохустеном, — ответил профессор.

— Стража патрулирует город. Если бы их было много, они бы выдали себя. А у нас даже в тавернах не сезон, потому что ваш караван ушел неделю назад, а встречный придет только завтра.

— Они спрятались, — предположил Юп

— А где тогда их корабли?

— За городом, — ответил Сату.

— Охотники патрулируют Экватор, на стенах стража с подзорными трубами. Мы увидим их задолго до того, как они подойдут.

— Значит и корабли спрятали, — предположил Юп.

— Хорошо, пусть в городе есть какое-то количество пиратов, но без пушек, или хотя бы ружей, они не опасны, — высказал свои сомнения Шериф.

— Они вооружены, — начал было профессор.

— Вы-то откуда знаете? — хмыкнул шериф.

— Просто знаем, — соврал Юп, пока остальные не успели ничего сказать. Сообразил, что признаваться в перевозке контрабанды лично шерифу — это не лучшее решение.

Остальные промолчали. Стало понятно, что им не верят. Даже если они принесут сюда Вьерна, и он все расскажет, им не поверят.

— Выскажу свое предположение, — шериф положил ладони на стол. Была бы его воля, он их уже гнал бы отсюда пинками, но решил, что не будет обижать старика и простит ему этих двоих баламутов. — Вы увидели нескольких пиратов на улице, возможно они были легко вооружены.

Профессор что-то хотел сказать, но братья придержали его.

— В нашем городе их может интересовать холл торговой гильдии или банк, — продолжил Шериф. — Я усилю там стражу.

— И порт, — сказал Сату и многозначительно посмотрел на остальных. Профессор и Юп кивнули. Сату был уверен, что должен был это сказать.

— Хорошо и порт, — нехотя согласился служитель закона.

В присутствии гостей он выслал по одному патрулю в каждое из трех мест. После этого все церемонно раскланялись. Шериф поблагодарил гостей за бдительность, они его за содействие. Никто не добился, чего хотел. На том и разошлись.

Воцарилась тишина. Все смотрели на него и ждали ответа. Шы любил такие моменты. Жаль что они столь скоротечны.

— Мы выйдем через главные ворота! — сказал он.

— Но как?

— Они закрыты!

— Там охрана.

— Когда в городе поднимется суматоха, — продолжил Перебежчик, — стражникам будет не до ворот.

— А ведь он прав.

— Подкрепление мы отравим.

— Там всего один патруль.

— Человек пять.

— Перебьем и выйдем!

— Да сами разбегутся.

Шы удовлетворенно заметил, что все приняли новый план. План был неплохой. Половину из шайки перебьют пираты, пытаясь зажать их в здании банка. Те, кто останется, побегут к главным воротам и погибнут там. Сам он тоже погибнет. Но это все не важно. Главное, что он добился своей цели уже сейчас. Теперь нужно, чтобы план сработал.

Кошка спала. ИЕ-Р0 отвлекся и переключился на Шы. Он был в кабинете главаря банды. Куда-то собирался. Складывал в суму вещи, оружие и банку с ядами. Остальная банда тоже к чему-то готовилась в соседней комнате.

— В следующий раз, — вдруг заговорил Перебежчик, — перенесешь меня в новое тело, когда сейф будет открыт.

«Как он меня чувствует?» — снова задался вопросом ИЕ-Р0. Он уже много раз пытался это понять, провел кучу исследований и столько раз анализировал. Непонятно.

— В тело, которое будет ближе всего к предмету, который ты так ценишь, — договорил Перебежчик.

ИЕ-Р0 снова проанализировал и не нашел ответа. Зато нашел отдаленную эмоцию презрения. Раньше этой эмоции в их общении не было.

По дороге домой Юп постоянно украдкой оглядывался. Профессор это заметил. Сату это заметил еще по пути к шерифу. Сначала он думал, что Юпу не комфортно в шляпе, которая ему не идет. Но сейчас он понял, что дело не только в этом.

— За нами следят, — сказал Юп, когда они зашли за очередной поворот. Вначале у него было ощущение, что на него пялятся все, а потом он заметил, что не все и не совсем пялятся.

— Та парочка, что идет по другой стороне улицы, — ответил Сату, у которого тоже было время оценить обстановку, — одеты слишком пестро, чтобы их не заметить.

— Это пираты? — спросил Эйшенхольд.

— Да, — кивнул Юп.

— Думаешь, они догадались, что мы догадались, что они здесь? — как-то запутанно сказал профессор, наверно от волнения.

— Я вспомнил их, — сказал Юп и снова поправил шляпу Лысого Чейя, которая, признаемся себе, ему совсем не шла, — они мелькали у нас на пути, когда мы к Энн в первый раз шли.

— Значит дело не в нашей догадке, — продолжил мысль Сату, — про пиратов мы позже догадались.

— Мне это не нравится, — закончил мысль профессор.

— По дороге заберем мое ружье из мастерской, — предложил Юп, украдкой наблюдая как парочка соглядатаев вывернула из-за угла, — надо было еще перед экспедицией забрать.

— Пристрелил бы дракона, — согласился Сату, — не потеряли бы яхту.

— Но и не встретили бы хранителя мудрости, — задумавшись ответил профессор.

Последние напутствия были закончены, и Шы вместе с Весельчаком пошли выполнять свою часть задания. В этом месте его дороги с шайкой расходились. Он их уже предал, но они этого еще не знали.

Патруль шел вдоль рынка по тихой улочке. Обычно патруль здесь не ходил, но их направили охранять банк. Решили срезать.

— И тут пираты поднимают голову, а эти на них сверху из бочек льют воду, — что-то рассказывал один второму.

— Ха, это они им водоросли намочили! — догадался второй, — Хитро.

В этот момент из подворотни выскочили две тени. Напали со спины. Два быстрых удара, и тела стражников уволокли обратно в подворотню.

— Можешь не спешить, — переодеваясь в одежду стражника сказал Шы, — у нас еще полно времени до девяти.

Солнце уже давно перевалило за полдень. Хрусталь Экватора дал блик. Угодил прямо в морду кошке. Кошка поморщилась и открыла глаза. Потянулась. Послеобеденный сон закончился. ИЕ-Р0 смотрел за ней с того момента, как Шы рассказал ему, при каких условиях его перенести в новое тело в следующий раз. Кошка спрыгнула с крыши на карниз, легко прошлась и заглянула к хозяйке в поиске еды. Хозяйка помешивала суп и как раз смотрела в окно, когда в нем появилась кошка.

— Уууу, лиса, пришла? — обрадовалась хозяйка, — смотри что я тебе приготовила!

Кошке перепал рыбий хвост. Чищеный и свежий. Пока кошка усиленно грызла хвост, хозяйка умиленно смотрела на кошку. ИЕ-Р0 даже без анализа мог назвать спектр эмоций, которые были у хозяйки. Спектр эмоций, которые должны были быть у него, он тоже мог бы назвать. Но знал, что их не было. Ничего, кроме любопытства. Видимо это какая-то первичная эмоция для упрощения обучающего процесса.

— Может они уже есть, я просто не знаю, что это они? — спросил себя вслух ИЕ-Р0, хотя мог бы и не спрашивать.

Кошка доела хвост. ИЕ-Р0 перестал думать об эмоциях. Вместе двинулись к следующей хозяйке.

Они пришли в дом к профессору. На этот раз Юп закрыл дверь. Огонек в колбе его ружья горел синим пламенем. В мастерской сделали удобную новую ручку и перевязь. Там же он засыпал порох и затолкал пулю. Ношение огнестрельного оружия в городе не поощрялось, но и не запрещалось законопослушным гражданам.

— Они следят за нами с самого утра, — сказал Юп сразу, как только вошел в лабораторию.

— Она тебе не идет, — раздраженно проговорила Энн. Вас бы тоже раздражало, когда что-то чем вы занимаетесь выглядит так извращенно. Это выглядело даже хуже, чем гильдейская шляпа на Сату. Намного хуже!

Юп все понял. Снял шляпу и не глядя надел на брата. Энн кивнула.

— Да не может быть! — удивился Юп и посмотрел на брата. Шляпа действительно ему шла.

— Но ведь они похожи, как две капли воды, — высказал свое недоумение Вьерн, — как так-то?

— Жирдяй, — произнесла шляпница.

Прозвучало это коротко, на удивление безобидно и понятно. Теперь Юп догадался, к кому это относилось при первой их встрече. Она единственная, кроме них самих, видела эту разницу в братьях.

— Но мы отвлеклись, — вмешался в мысли Юпа профессор, — зачем вы нужны пиратам?

— Йухтен? — предположила Энн, точнее она предположила раньше, но сначала надо было решить шляпный вопрос.

— Йохустен хочет отомстить нам за брата? — спросил Юп.

— Тогда почему он еще этого не сделал? — продолжил задавать вопросы Сату.

— У него есть цель поважнее, — сказал профессор.

Сату вдруг просветлел, снял свою новую шляпу и посмотрел на нее. Повертел и снова надел.

— У меня есть план! — заявил он. — Мы заставим их на нас напасть!

— Как? — тут даже Юп не был готов закончить мысль брата.

— Сядем на яхту профессора и выйдем из порта, — на одном дыхании выпалил Сату.

— Нет! — начала закипать Энн.

— Йохустен увидит, что мы уходим и проявит себя, — все еще продолжал свою мысль Сату.

— Нет! — окончательно рассердилась девушка.

— Мы все сделаем правильно, — поддержал брата Юп, — яхта не пострадает.

— Нет! - отрезала Энн. Желание переубивать этих двоих резко усилилось.

— У вас нет выбора, — аккуратно произнес профессор.

— Почему? — все еще зло, но уже настороженно спросила Энн.

— Йохустен уверен, что вы никуда не денетесь, — объяснил процессор, — но еще он уверен, что никуда не денется сам.

— Цель, которая важнее нас, — начал догадываться Сату.

— Если бы они хотели ограбить банк или торговую гильдию, — продолжил профессор, — то им бы пришлось убегать после ограбления.

— Но Йохустен не собирается убегать, — закончил догадку Юп.

— Город? — не веря своему собственному голосу спросил Вьерн.

— Они хотят захватить город, — подтвердил Эйшенхольд.

— Хорошо, — согласилась Энн сразу со всеми планами.

— В девять мы должны выйти из порта! — начал воплощать свой план Сату.

#12. Влюбленный

Город стоял на холме. Со стороны Экватора холм обрывался отвесным утесом. К стене утеса прилип порт. Причалы в несколько ярусов по всей высоте стены. Как строительные леса, только причалы. И сейчас они спускались вниз по этим строительным лесам причалов. Ярус за ярусом. Прихватив с собой комод и положив на него Вьерна. Все оглядывались на них.

Вокруг кипела жизнь. Грузчики что-то разгружали на верхнем ярусе. Мелкий и крупный ремонт, стирка. Кухонные запахи доносились с разных сторон. Бродячие музыканты играли где-то в стороне на бочках. Люди сновали по мосткам вдоль причала.

Многие владельцы предпочитают жить на своих кораблях. Причалы выглядят как улицы. Улицы, ярусами прижатые к стене. С очень необычными домами, которые стоят друг над другом со свернутыми парусами. Напротив причалов, прямо в стене утеса склады, гостиницы, таверны. Но в основном склады. В верхнем городе все дорого, в нижнем все дешего. Здесь таверны и гостиницы были другими. Чужим будет стоить втридорога, своим, случается, бесплатно. Здесь живут Охотники, странствующие путешественники и облачные волки. Население постоянно обновляется. Люди прилетают и улетают. Ощущение вольного братства остается. Город в городе, одним словом. Хорошо, двумя.

— Пришли, — профессор остановился напротив очередного причала. Причал торчал шпилькой из стены утеса, — третья слева.

— Это моя яхта? — остолбенела Энн.

— Наш куттер, — поправил Сату, понял что зря, потупил взор.

— Он меньше! — сказала Энн то, что было и так видно.

— Зато быстрее и прочнее, — вставил Юп, заранее рассматривая мааааленький сучок в доске на пирсе.

— У него меньше парусов!

— Они косые и лучше настраиваются по верту, — попробовал возразить Сату и снова понял, что зря.

— Каюта меньше!

— Да, — просто сказал Юп.

— Мы сохранили комод, — добавил Сату.

— Он туда не пролезет!

Братья молча переглянулись.

— Хорошо, вернете мне разницу в цене.

— Эта яхта немного дороже, — тут наступил черед профессора почувствовать себя неуютно.

— Дороже?

— Каюта отделана серебром, — уточнил профессор.

— Ваша доля выросла? — прищурилась Энн и посмотрела на братьев.

— Нет, — дружно подняли руки ладонями вперед братья, отталкивая от себя эту губительную мысль.

— Чтобы не было споров, — вклинился профессор, — разницу стоимости вы можете отдать мне позже.

— Но мы не продаем яхту, — ответил за всех Сату, — нам нечем выплатить.

— Оставьте мне пока долю от яхты, — пожал плечами Эйшенхольд, — потом пришлете выкуп.

— Нет! — возмутилась шляпница.

— Потом отдадите, Энн, — предложил еще раз профессор, заглянув в глаза девушки.

— Снимайте серебро, — потребовала она.

— Мы не успеем.

— Нет! — закончила разговор Энн.

Весельчак и Шы подошли к казармам. Здание было стояло у главных ворот, прислонившись к высокой стене вокруг города. Гарнизон в городе был в сотню человек. Часть патрулировала, часть спала, часть занималась своими делами. Уничтожить всех цели не было. Ослабить, внести суматоху, создать панику. Остальное доделают пираты. Одежда стражи позволяла проходить везде, где угодно. Чем они и собирались воспользоваться.

— Надо попасть на кухню, — предупредил Шы.

— Что будем травить? — заинтересованно спросил Весельчак

— Тише ты! — пришикнул на него Перебежчик.

Зашли с главного входа. Шы уверенно шел в сторону кухни. Об этом Весельчак догадался по нарастающему запаху. Но уж очень точно они поворачивали.

— Откуда ты знаешь дорогу? — поинтересовался он.

— Гулял тут ночью, — ответил Перебежчик. Не признаешься же, что в одном из тел отработал стражником несколько лет. Казармы конечно не копия тех, но сильно не отличаются.

Пришли на кухню. На удивление Весельчака проскочили через нее в маленький дворик. Прошмыгнули в погреб, у которого был свой отдельный вход со двора.

— Мы же шли на кухню? — спросил Весельчак.

— Как ты собираешься отравить гарнизон? — вопросом на вопрос ответил Шы.

— Ну, Еду.

— Едят не все сразу, — покачал головой Шы, — один стражник съест первым, упадет, остальные все поймут.

— Воду?

— Где ты видел, чтобы стражники за столом воду пили?

— Вино! — догадался старый вор.

— Воооот, — протянул Шы, доставая банку с ядом, — присмотри за дверью, пока я тут с пробками и бочками возиться буду.

Весельчак присмотрел. Во внутреннем дворе было достаточно людно. Но все занимались своими делами. Несколько бойцов стреляли по мишеням, пара ковыряла мешки с сеном в ближнем бою, один колол дрова, несколько стиралось. Никому не было до парочки стражников, которые вышли из кухни и нырнули в погреб. Краем уха он слышал, как главарь откупоривает бочки. Журчание яда, закупоривает обратно.

— Готово, — подошел к двери Шы и отодвинул Весельчака чтобы посмотреть на двор.

— А как с едой не получится? — Весельчак понимал, что Ауйж, а он видел перед собой Айужа, знает какую-то хитрость, знает, но не рассказывает, — один выпьет, остальный поймут!

— У стражников есть традиция, — злорадно улыбнулся Шы, — за вечерней трапезой в гарнизон приедет Шериф. Он поднимет тост за мир. И они дружно выпьют. Все стражники, кроме тех, кто в патруле.

Традиция была. Но Шы не ждал, что она соблюдается во всех гарнизонах. Шерифы устраивают гарнизоны больше по своему желанию, чем по общим правилам. А вот вопроса она ждал. Старый вор должен был сначала убедиться во всем. Быстрый удар под лопатку сзади. Шы мог бы отреагировать на шелест плаща и спаси себе жизнь. Проще. Мог бы не поворачиваться спиной к убийце. Но у него были другие планы. Он ожидал этого действия после этого вопроса. Здесь Шы сделал все как надо и его жизнь должна закончиться.

— Скажи мне пароль от сейфа! — прошипел сзади Весельчак.

— Сам взломаешь, — зло ответил главарь, но почему-то старому вору послышалась надежда в этих словах. Он хотел было что-то спросить, но тело Айужа всем своим весом повисло на его руках. Умер. Весельчак оттащил его вглубь за бочки. Обыскал. Ничего толкового не нашел. Уселся рядом. Достал свою флягу стражника, отпил. Действительно, стражники воду не пьют.

— Жаль, что так получилось, — сказал он на прощание и ушел.

Хозяйки закончились. Как, впрочем, и лакомства. Кошка вылизывалась на крыше. Кошачий распорядок повторялся второй день с небольшими изменениями. Вам бы надоело. ИЕ-Р0 не переключался. Если бы он был человеком, ему бы нравилось. Даже был бы влюблен. Ведь люди любят своих домашних питомцев. ИЕ-Р0 проверил диагностику и обнаружил, что не испытывает эмоций. В правом нижнем углу экрана убили Шы. Выключил глаза и провел еще раз диагностику — не испытывает. Закрепил окно за сейфом. Для события «Открытие сейфа» создал себе предупреждение: «Предупреждение, перенеси Перебежчика в тело, которое будет ближе всего к предмету, который я так ценю.»

После некоторых споров под присмотром зевак вопрос про яхту оставили открытым. Энн согласилась перенести вещи из гостиницы в каюту мастера.

— Надо нанять грузчиков, — начала осматриваться Сату.

— Уважаемый, — повернулся к ближайшему зеваке Юп. Интересующихся вокруг них набралось много. Это были самые разные люди. Кто-то просто шел мимо и остановился, кто-то целенаправленно пришел с другой стороны порта, — что в нас особенного?

— Она, — ближайший зевака ткнул в Энн, — это ведь она потопила в Экваторе Йухтена?

— Интереееесно, — протянул Сату вместо ответа.

— Новый план? — спросил Юп.

— Корректировка старого, — улыбнулся Сату, повернулся к толпе. — Здесь ведь не любят пиратов?

Очень скоро Сату договорился с местными на перенос вещей Энн. Они хотели бесплатно, Энн все равно заплатила. Грузчики больше были похожи на опытных рубак, чем на грузчиков. Ну кто таскает грузы с ружьями за спиной? Это Сату перестраховался.

Юп прегнал куттер «Большая медведица» на самый верхний ярус. Считай, почти в город. Сату сказал, что так удобнее. Но Юп понял, оттуда пиратам виднее. Действительно, пара соглядатаев в порт не сунулась, но за яхтой присматривала из подворотни между складами.

Профессор по просьбе Сату ушел в торговую гильдию. У Сату в этом городе было семь сигнальных пушек. Нужно было договориться и забрать.

Зеваки разошлись после того, как Юп встал на бочку на мостках верхнего яруса. Чтобы было лучше видно. Заодно и пиратам. Коротко, но очень красочно пересказал историю с Йухтеном.

Сату подошел к яхте. Он переговорил с капитанами Охотников в местной таверне, пока брат перегонял Яхту. Юп стоял и поглядывал то на комод, то на дверной проем в каюту.

— Не влезет, — сказал какой-то наблюдатель с соседнего корабля.

— Нееее, — подтвердил мимо проходящий грузчик, — не влезет.

— Проще выбросить, — согласился третий.

— Что дальше? — спросил Юп, когда подошел брат.

— Теперь у нас есть маленькая флотилия, — начал Сату.

— Взялись, — скомандовал Юп и братья взялись за комод.

— Надо сходить оплатить Охоту, тогда и корабли шерифа тоже будут в полной готовности.

— Понесли?

— Левее бери.

— Если мы ошибаемся, то просто потеряем деньги.

— Нежнее...

— Поверни, — скомандовал Юп, — ещё.

— Если не ошибаемся, то не потеряем жизни.

— Осторожно, ступеньки!

— Ставь к стене, — предложил Сату.

— Давай ближе к ступенькам,- они сделали пару шагов в сторону, — ага, вот так.

— Аккуратненько...

— Ставь, — поставили комод. Вышли.

— Да как так-то? — все еще не веря своим глазам, произнес наблюдатель.

— С Йухтеном вы также? — почему-то шепотом спросил грузчик.

Третий просто молча ретировался.

— Нам хватит денег, полученных за экспедицию от профессора на оплату Охоты? — уточнил Юп.

Сату кивнул.

Пиратская флотилия подходила к городу как можно выше. Йохустен когда-то был шерифом и неплохо разбирался в том, как правильно организовать построение для боя и что потом со всем этим делать. Шли в три эскадры. В каждой эскадре по одному основному кораблю побольше и мелочь в сопровождении. Корвет впереди, его фрегат со своей мелочью в середине и пара бригов замыкающими. Всего флотилия насчитывала шестнадцать кораблей. Из них действительно кораблей было два — корвет и фрегат, пара бригов претендовало на звание кораблей, потому что им поставили гики по бортам, остальное — любимая пиратами мелочевка.

Этого должно хватить. Главное, чтобы бой не затянулся. Дерзко и быстро. Ближе к девяти наблюдатели должны нас заметить в свои трубы, начнется суета на стенах. Если они доберутся до пушек, мы обречены. Но в городе есть десант. Его задача — как раз эти пушки. Атаковать и продержаться, пока мы не зайдем в город. Совсем немного времени.

Стражи будет немного. Его человек позаботится об этом. Нет, не Айуж — этого он не знал. Весельчак Ий. Был когда-то его пиратом, а потом осел в этом городе. Собственно, с него все и началось. Они случайно встретились в таверне нижнего города и придумали это дельце.

Все местное ворье было направлено на банк. Самое укрепленное здание в городе. Когда банда пообломает об него свои кости, пираты придут и разберутся. И с банком, и с бандой. Айуж, конечно не дурак, и может сбежать с теми деньгами, которые ему уже уплачены. Пусть попробует, может ему повезет. Лишь бы свою часть договора выполнил.

Удача сопутствовала Йохустену. В город пришла эта ведьма в треуголке. Он до сих пор не понимал, как она потопила его брата? Это Йухтен сегодня должен был идти впереди на корвете. В место этого сгинул в Экваторе. Но ничего. За ведьмой следят. Свой корабль они умудрились потерять. Никуда теперь не денутся. Он строго настрого приказал не упустить.

— Просимофорь остальным, что мы еще выше берем, — сказал он и запахнул в тулуп потеплее, — будем нырять сквозь облака.

Весельчак вернулся за сейфом. Он очень хотел бы, чтобы Айуж был прав и он смог бы его вскрыть. Не умел. Много раз пробовал, но так и не нашел комбинацию. Вроде, простой сейф, но пружины не скрипят, механизм не щелкает, шестеренки не перескакивают. Или он постарел и потерял чувствительность в пальцах. Попробовал еще раз. Вдруг повезет? Не повезло. Плюнул и начал выковыривать сейф из стены. Будет, конечно, тяжело. Но далеко тащить не нужно. Перепрятать. Самому затаиться, пока все не утихнет. Это сейф стоил того, чтобы Айуж предал целый город, а он предал Айужа.

Энн очень быстро собралась. Она умела. Позволила себе заказать чашку чая в номер. Напоследок. Пила медленно и с удовольствием. Без сахара. Не любила, не понимала. Зачем пытаться сделать все сладким? Почему не оставить разным? Солнце заходило на закат. Разноцветная черепица давала оттенки огненному следу. По левую руку вдаль уходила стена Экватора. Когда они двинутся дальше, закат всегда будет оставаться сзади. Раньше для нее восход был где-то на востоке. А теперь будет всегда где-то впереди. Её устраивало.

У корабля ее уже ждали браться с профессором, которые закончили свои дела.

— Я вспомнил, что ношу шляпу, сделанную вами, — Эйшенхольд церемонно поклонился и протянул ей книгу, — заглянул в свою библиотеку по дороге.

— Мемуары шляпных дел мастера Рэйу Пы, — прочитала Энн, сразу открыла и начала листать.

— Рэйу Пы пролетел от воды до воды вдоль Экватора, — прокомментировал профессор, улыбнулся, — у него неплохой слог для шляпника.

Энн метнула в него колкий взгляд, но была слишком довольна для того, чтобы воспринять это на свой счет.

— Шучу, — ретировался он на всякий случай, — тут есть несколько моделей шляп, надеюсь вы еще не знаете о них.

— Одна восьмая, — согласилась Энн, — но право выкупа только у меня.

— Конечно, Энн, — кивнул Эйшенхольд.

— Вы полетите с нами, профессор? — спросил Сату. Хотя знал ответ.

— Нет, я уже предупредил всех жильцов моего дома, что сегодня нападут пираты, — ответил старый ученый в остроконечной шляпе, — запремся и будем защищать музей. Потом у меня назначена встреча с мастером-хранителем. Полно дел, как видите.

Попрощались с профессором. Вьерн был еще слаб, профессор попрощался с ним в каюте. Выдал запас зелья случаев на сто вперед. Вьерн подозревал, что он столько даже с зельем профессора не переживет. Барабан остался у Юпа, Флейту вернули Сату. Профессор скорее из уважения к Вьерну оставил все необходимое для обряда. Хотел отдать фолиант по шаманизму, но Вьерн уже его прочел, пока лежал в лаборатории.

Погрузили вещи Энн в каюту. Девушка встала у штурвала и скомандовала

— Отдать концы!

ИЕ-Р0 наблюдал за кошкой. Она вылизалась, после прогулки. Обошла территорию в несколько крыш. Пошипелась с каким-то котом на окраине. Поохотилась на бабочку около плетущегося по стене дикого винограда. Не поймала. Долго смотрела через открытое окно на мелкую, но упитанную собачонку. Собачонка заливалась лаем. Изводила соседей, пока не пришла хозяйка с работы, не закрыла окно. Удовлетворенная этим, кошка вернулась на любимую крышу. Вылизалась перед сном, потопталась, свернулась клубочком, сладко зевнула и закрыла глаза.

Дальше произошло сразу много всего. Шериф произнес: «Мир нашему дому!» и все стражники дружно опрокинули кружки. В порту группа головорезов напала на яхту «Большая медведица» с выстрелами и криками. На улицу повалили пираты из всех щелей. Действовали слаженно. Заслышав крики предыдущей шайки из очередной подворотни выскакивала следующая. Начинали кричать и действовать. У каждой группы была цель. В основном бежали к стене. Начал бить колокол. Дозорные подумали, что на город нападают извне и начали пристально вглядываться в подзорные трубы. Один из них решил посмотреть в сторону морозной пустоши и обнаружил пиратскую флотилию. Шла высоко, сквозь облака, не жалея столи. Раздались выстрелы сигнальных пушек.

Обнаружил это все ИЕ-Р0, когда его кошка подпрыгнула от неожиданности и заметалась по крышам. Он решил понять, почему. Его кошка? ИЕ-Р0 провел диагностику. Не обнаружил, что любит животное.

Еще из диагностики он узнал, что все «В порядке», кроме «Верхняя конечность номер два, палец номер пять неисправен», «Предупреждение, низкий заряд батареи» «Следуйте на станцию обслуживания». Выключил оборудование и двинулся в обратный путь.

— До свидания, — сказала дверь, голосом девушки, когда он покинул комнату.

— До завтра, — сказал вслух ИЕ-Р0, мог бы не говорить, но сказал.

— Запасной обслуживающий модуль «ИЕ», дополнительной серии «Р», версии ноль, — закончила дверь.

— Смотритель Иеро!

#13. Крыши

— Отдать концы! — дала команду Энн.

Сразу из двух подворотен вывалились шайки головорезов. Первый ряд встал на колено и произвел залп. Нападающих окутал дым, из которого вынырнули пираты с обнаженными клинками и яростью наперевес.

— Поооберегииись, — послышался голос Сату из под борта.

Бабах. Сразу две сигнальные пушки дали шрапнелью по набегающим. Волна нападающих запнулась. Но не остановилась.

И тут со всех сторон выскочили Охотники. Одетые так же пестро, как пираты. Вооруженные так же разномастно. Их отличали только белые повязки на правом рукаве. Точнее просто повязки. В зеленом свете Луны белыми повязки не были. И блеск в глазах скорее был азартом, чем гневом. Больше всех кричали Сату и Юп, которые выскочили, точнее выкатились через борт куттера. Как два подпрыгивающих шара начали вминать пиратов в землю.

Их техника сильно разнилась. Юп действовал точными выверенными уколами, парировал атаки, выбивал из равновесия, уверенно менял позицию. Похоже на танец. В действиях Сату невозможно было проследить логику. Казалось, он наотмашь лупит врагов, постоянно теряет равновесие. Его куда-то заносило и он хватался за противников, чтобы не упасть. Умудрился уронить шляпу и половину боя поднимал ее. Какая-то неуклюжая возня. Юп старался держаться от брата подальше.

Энн не успела опомниться, дым еще не развеялся, а бой был закончен. На ратуши зазвенел колокол. Из-за утеса начали подниматься яхты. Послышались первые доклады:

— Вижу драку у ратуши.

— На восточной стене, пираты.

— Похоже на рейд!

— Много пиратов по северной стене.

— Какая-то возня у банка.

— Ух, повеселимся сегодня!

— Давно про рейды не слышал.

— Помогайте на стенах,- выкрикнул Эжу. Команду начали передавать дальше по кораблям. — Не давайте им добраться до пушек.

Если бы у Охотников был свой адмирал, это был бы Эжу. Его барк водил караваны. Когда его корабль стоял в порту какого- нибудь города, он становился негластным лидером местных Охотников. Даже если были коробли побольше. Холодный рассчет и смелость — эти два качества редко встречаются в людях одновременно. Когда братья Оймеры рассказали про пиратов, он был первым, кто поверил им.

На поле боя остался лежать десяток пиратов. Раненых, точнее оглушенных, было мало. Пираты не сдавались, а Охотники не брали в плен. Это очень давняя вражда. Охотники подготовились к нападению. Здесь были почти все их бойцы. Около сорока клинков. У нападавших не было шансов.

Сейчас эти сорок клинков разбегались по своим кораблям, которые поднимались от порта и расходились для помощи на стенах города.

В порту было два больших корабля. Барк Эжу ожидал в городе завтрашнего каравана. Сейчас был в строю. Фрегат, принадлежащий городу, был без капитана. Даже после оплаты Охоты, шериф загнал на него только половину команды. Самого шерифа не было. Фрегат не сдвинулся с места.

— Всё как планировали, — сказал Эжу с борта своего трехмачтового корабля, поднимающегося вдоль дальнего борта яхты, — дальше никаких планов нет.

— Как-то легко они выманились, — задумчиво сказал Сату.

— Вы слышите, как сразу посыпались доклады о нападениях?

— Их много, — предположил Сату, — и они не боятся.

— Организованы, — Эжу показал на место боя, где складывали тела у стенки, — нас было больше, они угодили в ловушку, мы оглушили их залпом. Но они все равно забрали пятерых наших.

— Не простые пираты, — согласился Сату, — их дисциплина лучше, чем у стражи.

— Отборный десант, — подтвердил Юп, — значит где-то есть те, из которых их отобрали.

— Держитесь моего барка, — сказал Эжу, — пираты очень злы на вас.

Братья посмотрели на Энн.

— Нет, — отрезала Энн.

Братья кивнули. Они не то, чтобы пренебрегали гостеприимством. Но быть привязанными к большому барку, когда у тебя такой маневренный корабль им не хотелось.

— Доброй охоты, — пожелал Эжу.

— Доброй охоты, — откликнулись с яхты.

«Большая медведица» быстро поднялась и пошла к северной стене. К той, что дальняя от Экватора. Там больше всего было столкновений. Пираты прорывались к пушкам. Некоторые орудия уже были развернуты против Охотников и периодически давали залпы. Но большая часть еще держалась.

— Юп, дай мне твое ружье, — сказал Вьерн, выбираясь из мастерской капитана, — и бочонок пороха.

— Ты еще слаб, — отозвался Сату.

— Я достаточно силен, чтобы сидеть у борта и отстреливать этих попугаев, — настаивал Вьерн.

Юп помог добраться торговому агенту до борта. Тот сел. Нехотя отдал ему мешочек с пулями. Сату припер и поставил рядом бочонок с порохом.

— Смотри старик, — улыбнулся Юп, — чтобы тебя гиком не сшибло, когда мы будем менять галс.

— Сам смотри за борт не укатись, остряк, — улыбнулся торговый агент, вскинул ружье и выстрелил.

— Промазал, — проследил направление Юп.

— Погоди, — сказал Вьерн, накручивая новый заряд ручкой.

Двое пиратов на ступеньках жали одного стражника. У него было преимущество. Он стоял выше. Но движения уже были замедленными. Явно устал.

— Сейчас, — как-будто скомандовал Вьерн, засыпая порох в ствол.

Один из пиратов сделал выпад вперед. При этом наступил на следующую ступеньку. Деревянная ступенька подломилась под ним и он оступился. Стражнику хватило этого чтобы ткнуть. Пират покатился по лестнице и сшиб своего напарника.

— Если бы дал мне больше пуль, — сказал Вьерн, подстукивая ружье прикладом о палубу, — мне бы не пришлось так фантазировать.

— Лево руля, — крикнула Энн.

Юп кинулся выставить паруса, чтобы не потерять в скорости. Теперь не нужно было метаться по рангоуту, чтобы повернуть, все делалось с бортов. Даже парус собирался у мачты, а не на вантах. Правда теперь бегучий такелаж одному быстро не потягать. У Энн оказалась железная хватка. Попробуйте шить с детства шляпы из кожи.

Она еще не до конца разобралась с названиями и работой с парусами, Поэтому, если Юп после команды к маневру хватался за трос, надо было ему помочь, иначе слишком долго возится. И надо успеть раньше Сату, иначе может произойти что-нибудь нехорошее.

— Правый борт к залпу товсь! — скомандовал Сату.

И Юп, только успев с помощью Энн закрепить последний трос, кинулся к своей пушке.

— Залп! — скомандовал Сату.

Пираты не успели довернуть пушку на стене за маневренной яхтой. Зато яхта, не снижая скорости, накрыла залпом весь расчет пиратов. Сигнальные пушки были удобнее. Не так. В руках братьев Ойменов сигнальные пушки были удобнее. Они их просто перетаскивали, когда было нужно и куда было нужно. Ставили и стреляли.

— Право руля, — скомандовала Энн.

Юп оставил пушку на попечение брата и побежал выставлять паруса вместе с Энн.

— Левый борт к залпу товсь! — скомандовал Сату.

— Да вы меня загоняли, — взмолился Юп.

Капитан Эжу кружил на своем барке над вершиной большого плоского холма города. Ратушу отбили быстро. Большому кораблю еще не было настоящей работы. Канониры вышибали залпами пиратов, захвативших пушки на стене. Абордажная команда сидела под бортом и ждала.

— Капитан, — обратился к нему старпом, — они все еще штурмуют банк.

— И зачем им сейчас банк? — подивился Эжу.

Посмотрел в подзорную трубу. Действительно, все еще штурмуют. Не похоже, чтобы это были пираты. Очень неправильно они все делают. Защитники банка укрылись в здании и отстреливаются. Нападающие устроили баррикады напротив и ввязались в перестрелку. Это уже был не штурм, скорее осада.

— Это не пиратский десант, — заключил неназванный адмирал Охотников, — какие-то мародеры.

— Вспугнем? — спросил старпом.

— Разгоним, — ответил капитан, — зови канонира, у меня для него есть интересная задачка.

Охотничий барк медленно довернул правым бортом. Дал время канониру навести нужные пушки. Залп!

Ядра легли точно по баррикадам. Повредили брусчатку, немного досталось одной стене здания. В целом все прошло лучше, чем ожидал капитан.

— Молодец, — крикнул Эжу канониру.

— Рад стараться, — откликнулся канонир и снова занялся пушками.

Воры засели во всех подворотнях вокруг банка. Пираты начали раньше девяти. Заслышав выстрелы, банкиры очень бойко закрыли тяжелые ставни и заняли оборону. Банде воров под предводительством сутулого и гнусавого Зелени не повезло. Они окружили здание, выстроили баррикады. К мелким невезениям они были готовы. Разворотили бомбами одну створку. Уже готовились ворваться в здание. Как вдруг им не повезло второй раз. Уже по крупному. Барк, что торчал над центром города, дал по ним залп. Их сразу осталось четверо.

Это даже нельзя назвать отступлением. Оглушенные и раненые они с трудом выползли из под огня банкиров. Банкиры погнались было за ними, но если воры дошли до подворотни, где теперь те воры?

«Большая медведица» и еще несколько Охотников петляли вдоль северной стены и давали залпы. Пираты быстро приноровились, и выковыривать их с занятых позиций становилось все сложнее. Мало того, пираты огрызались пушечными выстрелами с занятых расчетов.

Один из Охотников получил случайное ядро в крюйт-камеру. Пороховой склад детонировал. Взрыв! Всполох огня поглатил яхту. Когда взрыв сошел, все увидели, что корабль раскололся надвое. Его горящие остатки повисли на собственных сушеных водорослях. Всем известно, что водоросли не горят. Но все остальное в корабле горит. Пылающий корабль начал подниматься в небо, осыпаясь углями и горящими головнями. Всё ускоряясь. Никто не выжил. На «Большой медведице» все сняли шляпы и проводили союзника в последний путь. У Юпа шляпы не было, но были слезы.

Вдруг с восточной стены выстрелили трассером. В сторону морозной пустоши.

— Пираты! — воскликнул Сату, проследив направление снаряда в подзорную трубу.

Пираты как раз выскочили из очередного облака. Очень высоко. Скоро они подойдут на расстояние выстрела. Теперь стало понятно, почему дальнюю от Экватора северную стену так облюбовал пиратский десант.

— А шериф их ждал от Экватора, — покачал головой Юп.

— Кстати, где его Фрегат? — поинтересовался Сату и все посмотрели в сторону порта. Сейчас шериф уже должен был поднимать его.

— Что-то случилось, — пожал плечами Вьерн.

— Если его не будет, то у пиратов слишком большое преимущество, — оценил ситуацию Юп.

— Сату задумался.

Луна светила сегодня в полную силу. Пойди они у самой земли, их бы уже заметили. Облака хорошо прятали, хоть и приходилось тратить много соли. В остальном все пошло не совсем по плану. Десант не дождался девяти. Совсем немного, но не дождался. С этим он разберется потом. Сейчас Йохустен смотрел, как Охотники начали стягиваться и набирать высоту после трассера, выпущенного в его сторону. Его флотилию заметили. Даже успеют дать залп с северной стены. Но только один и не всеми орудиями. А дальше высадится основной десант и пушки на стенах города замолкнут. Из двух больших кораблей в городе, о которых докладывали шпионы, он видел только трехмачтовый барк Охотников. Значит Айуж выполнил свою часть договора. Стражи в городе нет.

— Эскадре замыкающих заходить на Охотничий барк! — скомандовал Йохустен и пара бригов со своей мелочевкой взяла чуть левее. Вслед за барком, который набирал высоту, смещаясь к восточной стене. Не хочет вести бой над городом, понял он.

— Снижаемся, — скомандовал Йохустен для остальных, — паруса не собирать.

Сложный маневр осилили не все. Одно мелкое судно не справилось с парусами. Пошло к земле, хлопая рваниной на реях. Без парусов не повоюешь. Йохустен спешил проскочить линию огня и как можно быстрее высадить на стену десант. Город стоит на холме и если он навяжет бой у самой земли, пушки с других стен поостерегутся перекидывать ядра вслепую через холм в гущу воздушного боя.

В приграничных городах, где рейды все еще случаются, в центре города на вершине холма обычно стоит гарнизон с пушками на вышках. Здесь угрозы не было. На шапке холма располагался самый престижный район. Виллы, скверы, дорогие гостиницы, рестораны и закрытые клубы для местной знати, банк, ратуша и здание торговой гильдии. Отчасти, по этому Йохустен устроил рейд. Зайти так далеко от границы было сложно. Долгие переходы вдоль морозной пустоши с ее монстрами и холодом. Зато после того, как перебрались, уже разобрали несколько караванов и вот теперь, почти безнаказанно разграбят город. Пока соседние города вышлют подмогу, его уже и след простынет. При том уходить он собрался далеко. Туда, где при упоминании его имени, людей еще не начинает бить дрожь. Туда, где есть города без гарнизона в центре, а лучше чтобы и стен у них не было. Здесь оставаться нет смысла.

Когда его корабли вышли на расстояние выстрела из тяжелых пушек на стенах, прогремел залп. Йохустен ожидал его. Выстрелила только половина стены. Десант почти справился с задачей. Стреляли по корвету. Повреждения были незначительными.

Охотники на своих суденышках почти поднялись на их высоту. Еще немного и их орудия тоже дадут залп по его флотилии. Эти не стража, эти попадут. Слишком много уверенности. Надо сбить спесь.

— Правый борт, к залпу товсь! — решился Капитан. Это был риск, но если все сделают правильно, то и залп успеют дать и десант высадить.

Фрегат Шерифа так и не появился. Значит преимущество у пиратов. Слишком большое преимущество для такого маленького города.

— Спускаемся, — сказал Сату после залпа со стены.

— Зачем? — поинтересовался Юп, уже подходя к мачте, чтобы собрать паруса.

— Мне нужна большая пушка, — ответил Сату, карабкаясь на стог водорослей, чтобы полить его, — до того, как пираты захватят эту стену.

— Эй там, внизу, — крикнула Энн расчету, — я вас забираю.

Внизу удивились, но сказано было решительно. Спорить не стали. Яхте пришлось встать вровень со стеной. Сату как-то хитро привязал орудие к такелажу стога водорослей. Перекинув через мачту трос в двенадцать рук, короткими рывками они втащили громадину на палубу. Точнее подсунули под нее корабль. Расчет начал таскать ядра и порох.

— У вас тут слишком короткая палуба, чтобы откатиться пушке, — прикинул вслух канонир.

— Крепи ее к палубе, — ответил Сату.

— Нас не перевернет? — насторожился канонир.

— Я все рассчитал, — успокоил его Сату.

Канонир промолчал и начал крепить прямо к палубе. Но было видно, что сомневается.

— Энн, надо все закрепить в мастерской капитана, — сказал Сату, вспоминая про комод со своими драгоценностями, — нас будет немного болтать при выстрелах.

— Закрепила перед боем, — Энн так презрительно посмотрела на Сату, что канонир, увидевший это краем глаза начал быстрее крепить пушку.

— Куда дальше? — последним запрыгнул на борт Юп и не останавливаясь полез на стог водорослей.

— Навстречу пиратам, — ответил Сату, — пройдем у них под днищем.

Все посмотрели на него. Расчет придвинулся ближе к борту, готовясь спрыгнуть на стену.

— Следующий залп пираты дадут в Охотников, — пояснил Сату, — им будет на до нас.

— Мы сможем зайти им в спину, — догадался Юп.

— Правый борт, залп! — скомандовал Йохустен. Цвет пламени смешался с зеленым ночным светом Луны и сменился дымом. Пираты все еще были выше, поэтому дали залп первыми. Фрегат сразу начал поворачиваться обратно на курс.

Охотники ждали выстрелов и шли встречным курсом. Только когда ядра пролетели вся разномастная мелочевка Охотников начала поворачиваться бортом, чтобы дать свой залп.

Поворачивались не все. Одной яхте пиратским залпом повредило рули, и она пыталась выйти из боя, пара яхт получила критические повреждения и на них тушили пожары.

Еще одна яхта шла над самой землей встречным курсом. Конечно, никто не будет отвлекаться на трусливого охотника, который предал своих.

— Трус, — перегнулся через борт и крикнул вниз Йохустен.

— Сам ты трус! — ответил женский голос.

«Еще и женщина корабле», — подумал капитан пиратов, — «Погодите ка, а не та ли это Уэйна Айота, которая потопила Йухтена?»

Он посмотрел в подзорную трубу, вслед «Большой медведице».

— Проклятье, — гневно прохрипел Йохустен, увидев у штурвала удаляющегося куттера девушку в треуголке, — стрелков ко мне!

Стрелки появились если не мгновенно, то очень быстро.

— Огонь по капитану уходящей лодки.

— Товсь! — скомандовал капитан стрелков.

Стрелки вскинули ружья, метясь в цель. В этот момент между ними и целью встал толстяк в котелке. Он раскинул руки и замер.

— Что это? — удивился Йохустен.

— Пли! — отдал команду капитан.

Сату чем-то занимался на корме, когда вдруг встал и раскинул руки.

— Юп! — коротко крикнул он.

Юп все сразу понял. В один прыжок перелетел всю палубу и смел Энн от штурвала. Умудрившийся при этом придержать его ногой, чтобы яхту резко не развернуло. Прогремел ружейный залп. Было слышно, как пули прошили паруса, дали барабанную дробь по палубе. Все стихло. Прогремел еще один выстрел. Это Вьерн подгадал момент. Капитан стрелков согнулся и полетел за борт.

— Я ему покажу! — возмущенный Сату пронесся к пушке, перешагнув через Энн, потом через Юпа.

— Левый борт! — зло, но негромко и только Юпу скомандовала Энн, поднимаясь к штурвалу.

— Ага, — ответил он и метнулся к парусам.

Расчет зарядил пушку сразу как закрепил, и теперь Сату только выставлял наклон.

— Все на стог! — скомандовал Сату, посмотрел на Вьерна, который знал что сейчас произойдет и спешно привязывал себя веревкой к борту, — держись.

— С ума сошли! — ворча себе под нос еще и торговый агент еще бочонок с порохом обнял.

Фрегат только начал доворачивать на курс и сейчас стоял на во всю длину борта перед яхтой.

Сату не стал дожидаться, когда яхта довернется левым бортом. Рули уже были в области поражения. Вплелся в такелаж. Потянулся. Поднес поджиг.

Стрелки перезаряжались. Успеют еще разок выстрелить.

— Собираешься дать залп? — удивился было Йохустен, когда яхта начала поворачиваться, но присмотревшись увидел огромное чудовище, которое стояло посередине палубы. — Вас же вытряхнет из лодки!

Яхта довернула и Йохустен увидел, как команда карабкается на стол. Они действительно собрались влупить по ним из осадной пушки.

— По толстяку в колпаке! Пли! — скомандовал он стрелкам в надежде, что они убьют коротышку с запалом.

Не убили. Орудие раскатисто гаркнуло на все небо. Раздался хруст дерева. Фрегат задрожал, получив повреждения.

Инерцией огромного орудия корпус яхты подбросило как ребенка на качелях. Паруса встали горизонтально земле. Яхта практически легла на бок в верхней точке. Оттягивая за собой стог, на котором закрепилась команда. Потом маятником качнулась обратно, еще раз и еще. Никто из нее не высыпался.

Йохутсен перевалился через борт и посмотрел повреждения.

— Рули заклинило! — крикнул старпом.

Не просто заклинило. Одного рулевого паруса вовсе не было.

— Мы потеряли рулевой парус, — поправился он.

— Все на ванты, — скомандовал капитан. Надо повернуть корабль на курс, иначе они получат полный залп от Охотников по всей длине борта.

Пираты спешили. Без рулей было тяжело. Когда прогремели первые залпы Охотников они успели повернуть только на три четверти. Хорошо, хоть паруса собрали.

Охотники отстрелялись и начали поворачиваться обратно на курс. Их напугал корвет, который доворачивал на левый борт, чтобы дать залп. Фрегат изрядно потрепали. Йохутсен понял, что корабль не успеет добраться раньше второго залпа со стены. А с такими повреждениями не очень нужен в бою. Надо выводить его из боя.

— На подъем! — скомандовал он.

Пираты попрыгали на мелкие суда и ушли догонять корвет. На корабле остался десяток команды, чтобы вывести его из боя.

Йохустен выбросил из головы месть. Отдал команду не отвекаться на куттер. Он знал, что девка со своими коротышками еще вернется. Не сразу конечно, им еще развернуться надо. Вот тогда и поговорим, а сейчас есть другие дела.

— А неплохо они по нам жахнули, — пихнул он старпома в бок локтем, уже стоя на двухмачтовым люгере.

— Неплохо, — согласился старпом, — нам бы таких отчаянных.

— Мы собираемся их преследовать? — спросил Юп, спускаясь со стога.

— Из этой пушки по мелочи неудобно стрелять, — ответил Сату, выпутываясь и такелажа, — а к корвету мы не подберемся, вокруг него стая мелочи.

— Мы захватим фрегат, — решительно сказала Энн, и все посмотрели на нее.

#14. Отбивать удары

Как только на горизонте появились пираты, Эжу приказал уходить на восток. Он не хотел драться над городом. Восточная стена была меньше всего захвачена врагами. Вся мелочевка пиратов отвлечется на эту батарею, чтобы дать пространство для маневра своим бригам. Стало быть, против него в воздушном бою будут только два корабля.

— Мы победим, когда на часах ратуши пробьет шесть утра, — сказал Эжу всем, — нам нужно продержаться до шести!

Пока охотничий барк набирал высоту и оттягивал пиратов на восток, команда делала ставки. Старпом ходил со шлемом по палубе. Да, в бою многие носят шлемы. У Эжу был свой, и в него сейчас собирали ставки.

— Я тебе говорю, они драпают, — бросил свой медяк в шлем кто-то из команды.

— Будут драться, — сказал Эжу и закинул горсть серебра.

— Эти не сбегут, — поддержал кто-то.

— Подобрали на стене пушку.

— Издалека расстреливать будут.

— Мелковаты они для такой пушки.

— Стряхнет их с палубы.

— При первом выстреле.

— Зачем они тогда ее взяли?

— Продадут.

— Сбегут, — еще горсть медяков упала в шлем.

— Одного пиратского брата уже потопили,- подзадорил Эжу, — сейчас второго угробят!

— Ставлю, что будут драться.

— Да что они сделают фрегату?

— Одним залпом их сметет.

— У фрегата нет на это времени, если он хочет успеть до второго залпа со стены, — вставил канонир и бросил горсть медяков в шляпу, — если выживут, то не сбегут!

— Не выживут.

— Из ружей расстреляют их.

— Слишком близко идут.

— Может кто-то и останется, — высказал надежду Эжу.

— Ты смотри, фрегат бортом поворачивается.

— Рисковый, — сказал канонир, — может и не успеть обратно на курс встать.

— Получит залп от наших, потом со стены его добьют.

— Один залп успеет, — уверенно сказал Эжу, — опытный он.

— Хана «Большой медведице»!

— Не будет он ядра тратить в одну цель.

— По нашим сейчас вжарит.

— А может и с двух бортов пальнуть.

— Харош! — прокричал старпом. — Кончились ставки.

Пиратский фрегат дал залп только с правого борта и пара Охотников вышла из боя. Остальные начали поворачиваться на борт, чтобы дать ответный. Но уже не так слаженно и с какой-то опаской.

— Точно бьет, — расстроился старпом.

— Напугал он их, — подтвердил Эжу.

— На фрегате стрелки строятся.

— Я же говорил, расстреляют.

— Не стали ядра тратить.

— Не проскочили.

— Возвращай деньги.

Прозвучал ружейный залп. Эжу зажмурился и стал отсчитывать секунды.

«Раз».

— Все попадали.

«Два».

— Не все.

— Один стоит на корме.

«Три»

— Руки раскинул.

«Четыре».

— Остальные встают, вроде.

«Пять», — капитан открыл глаза. — «Хватило пяти».

— Обошлось, — улыбаясь сказал старпом, глядя на него.

— Возня какая-то.

— Они поворачивают на борт.

— Серьезно?

— Стрелять собрались?

— Теперь их точно пристрелят!

— Я же говорил, что не трусы!

— Гони мои деньги!

— Ха-ха, деньги на бочку!

— Зря не верил!

— Сейчас они вжарят в упор.

— Всего одно ядро!

— Зато под брюхом.

— И посыпятся с палубы.

— Зато вжарят!

— Смотри, привязываются к стогу.

— Эти опять ружья вскинули.

— Теперь точно пристрелят.

Раздалось подряд два залпа. Сначала ружейный, потом пушечный. На этот раз Эжу не считал. Он смотрел в трубу и наслаждался зрелищем. Стрелки пытались попасть в канонира, но он дотянулся и жахнул. Яхту так подбросило инерцией, что парус развернуло вдоль земли. Никто не посыпался. Эжу быстро изучил пиратский фрегат. Одного рулевого паруса не было. Второй повредило. Было слышно, как на кораблях ликуют Охотники.

— Еще одна легенда будет, — улыбнулся капитан.

— Ты знал, — понял канонир, — они уже так делали?

— Они сделали так с Йухтеном, — отозвался Эжу, — я их расспрашивал.

— Откуда у них была осадная пушка?

— В прошлый раз стреляли из сигнальной.

Канонир уважительно закивал. Отдать должное мастерству пиратов — фрегат почти успел довернуть на курс. Но Охотники, воодушевленные поступком «Большой медведицы», отстрелялись очень хорошо.

— Будут выводить из боя, — подвел итог Эжу, — эти отчаянные головы сделали то, что должен был сделать фрегат шерифа.

— Вернули нам надежду на успех, — согласился старпом.

— Теперь нас ждет свой бой, — Эжу посмотрел на ратушу, было десять.

Почти все Охотники успели довернуться на курс перед залпом корвета. Почти. Небольшая яхта потеряла единственную мачту и команда решила снижаться, чтобы высадиться среди крыш города.

Йохустен отметил про себя, что раньше они бы начали набирать высоту, чтобы постараться выйти из боя на дрейфе. Но предпочли спуститься в город и продолжить бой против его десанта. Девчонка вселила в них надежду. В следующий раз ее надо будет демонстративно убить, тогда они не будут столь самоуверенны.

Когда эскадра фрегата заходила в город, корвет уже перевалил через стену и высадил десант. Второй залп по корвету батарея со стены дать уже не могла. Не успевали повернуть орудия. Поэтому отстрелялись по подходящей мелочевке Йохустена. Вразнобой. Неуверенно. Повредили один мелкий корабль. Ядро прошило насквозь корпус, переборки не выдержали и корабль сложило пополам.

— Весь десант с фрегата на восточную стену! — скомандовал капитан пиратов.

Вся мелочевка, что шла с ним от фрегата, не снижая скорости устремилась к восточной стене. Сам он сошел на корвет. Посмотрел назад, чтобы убедиться, что «Большая медведица» развернулась. Яхта заканчивала разворот. Какие прилипчивые. Хорошо, у них нет фрегата.

Охотничий барк завис практически над самой стеной, помогая батарее отстреливаться от десанта. После второго залпа один десантный корабль нахватал ядер и начал бочком ковылять из боя.

Пиратские бриги выждали, когда батарея на стене повернет пушки в сторону десанта, и сейчас двинулись к барку.

— Поприветствуем их, — сказал Эжу, — канонира ко мне!

Оба брига еще только подходили и дальность была максимальной. Когда он начал поворачиваться для залпа, они на всякий случай сложили паруса. Если не знаешь противника, лучше перестрахуйся.

— Правый борт! Залп! — скомандовал канонир и корабль качнулся от полного бортового залпа. Попаданий не было. В основном ядра попросту не долетели.

— На подъем, — скомандовал Эжу. Он не стал поворачивать судно обратно.

Капитанам на бригах предстояло решить: подойти ближе, или дать залп. Они могли бы сейчас довернуться и влупить по нему два полных бортовых залпа. По всей длине его борта. Но он только что показал им, насколько это далеко.

Воодушевленные пустым залпом с барка, они решили подниматься вслед за ним. Теперь он ждал ошибку.

Насколько они нетерпеливы? Их сила не в дальности. Когда они смогут подойти достаточно близко, то начнут стрелять по очереди. Один подходит, пока второй стреляет. И если Эжу захочет ответить, то всегда будет получать полный залп в борт. Ему придется спасаться бегством и ловить ядра рулями. Паруса на бригах начали распускаться. Капитаны хотели быстрее сократить дистанцию. Вот она, эта ошибка. Слишком спешат. Теперь бриги порвут паруса, если попытаются быстро сменить маневр, а у него паруса сложены.

— Быстрый спуск! — скомандовал он.

— Тройную соль на водоросли, — послышалось сверху.

Бриги наверняка поняли его маневр, но отреагировать не успевали. Надеялись проскочить, рассчитывая, что и второй залп не попадет. Эжу оказался под брюхом у противника.

— Правый борт — услышал он от канонира.- Залп!

В первый раз канонир не попал, потому что не хотел. Пираты не знали возможностей барка в дальности и точности. Эжу попросил канонира засыпать меньше пороху в пушки и промазать. Сейчас канонир хотел попасть и попал.

Один из бригов принял в себя полный бортовой залп. Двенадцать ядер. Канонир не пытался попасть в паруса и мачты. Все ядра вошли в корпус, сминая перегородки, круша остов корабля. Раздался чудовищный хруст, корабль выломился и просел в середине. Ему сломали хребет.

— Зачем нам фрегат? — спросил Вьерн.

— Много пушек! — загорелись глаза у Сату.

— Им придется пустить к земле собственный корабль, — добавил Юп, — если он зайдет в бой.

— Но на этом корабле будем мы, — возразил Вьерн.

— Сожжем, — внезапно предложила Энн. Ей очень не понравилось, что в нее дали целый ружейный залп. Такое она прощать была не намерена.

Все снова посмотрели на нее.

— Ну, если просто поджечь, — аккуратно прикинул Вьерн, — то можно.

— Можно и сжечь, — согласились братья.

Расчет спорить не стал. Канонир здраво рассудил, что лучше уж абордаж, крепкий бой и твердая палуба, чем пережить еще один выстрел из осадной пушки.

Разворот они сделали на той же высоте. Резко начали подниматься. Юп не жадничал с солью. Поднимались прямо под днищем фрегата.

На фрегате не сразу, но заметили. Попытались отстреливаться. Но после того, как Вьерн сбил двоих из ружья, высовываться перестали.

— Когда я скажу, опрокинешь вон ту бочку, иначе врежемся в них, — сказал Юп шляпнице.

Сату стоял у штурвала. Нужно было втиснуться между двух мачт движущегося фрегата. Пусть фрегат не мог поворачивать, но даже так это было на грани. Энн на удивление легко отдала штурвал. Юп научил ее стрелять. Эжу выдал ей два пистолета и показал как заряжать.

Вся команда яхты сидела на водорослях и готовилась к абордажу. Даже Вьерн залез. Прыгать по палубе он не собирался, но второго пирата он убил уже со стога.

— Давай! — Энн разлила дальнюю бочку. Юп ту, что была у него рядом. Куттер замер, втиснувшись между мачтами фрегата. Сверху послышались команды. Юп вовремя закрепил яхту между мачтами. Пираты решили смять их и начали резкое снижение. Тросы затрещали, но выдержали.

Юп полетел вверх вдоль мачты как хорошо откормленный паук. Стражники переглянулись и тоже полезли. Сату влез на стог.

— Охраняйте яхту, — уже перепрыгивая на мачту фрегата сказал он.

— Жирдяй! — огрызнулась Энн и полезла вслед за ним.

— Сумасшедшие, — сказал им вслед торговый агент, сидя на стоге водорослей под килем фрегата и высматривая в прицел пиратов, — ну и я с вами тоже.

Когда Энн залезла на палубу, уже вовсю бушевала схватка. Она выхватила пистолеты и начала целиться. Первого в ее прицеле пирата заколол Юп. Нашла следующего. Почти нажала на курок, как вдруг мимо ее врага перевалился Сату и забрал его куда-то с собой. Она аж притопнула от возмущения. Переключилась на врагов стражников. Одного из стражников ранили и двое других сдерживали нападающих, спасая жизнь товарищу. Пираты видели ее и старались встать так, чтобы она не могла в них выстрелить. Это их и сгубило. Размахивая руками их сгреб в кучу Сату. Он умудрился при этом споткнуться и кинуть их в борт так неловко, что один из них перевалился улетел. Двое других были как на ладони. Она прицелилась в одного, то тут подскочил Юп и загородил его спиной. Прицелилась во второго, но он стоял слишком близко к борту. Раздался выстрел откуда-то снизу.

— И ты туда же?! — крикнула она Вьерну.

Энн стояла посередине палубы фрегата с двумя пистолетами наперевес. Враги кончились.

— Как мы их! — огляделся Юп.

— О, Энн, а ты что здесь делаешь? — спросил Сату, вставая и осматриваясь в поисках утерянного башмака.

— Да вы издеваетесь! — вспылила она и демонстративно разрядила пистолеты в воздух.

— Ааааааааа, — раздался крик сверху и мимо пролетел последний пират.

— Точно издеваетесь! — проводила его взглядом Энн.

Весельчак Ий все еще выковыривал сейф, когда пришли Зелень, Три Пальца и еще пара воров.

— Что это ты делаешь? — прогнусавил Зелень.

— А ты можешь его открыть? — встретил его вопросом Ий.

— Нет.

— Вот и я не умею, — развел он руками и продолжил ковырять, — план Айужа был в том, чтобы забрать все из сейфа и встретиться с вами у главных ворот.

— А где он сам? — настороженно спросил Три Пальца.

— А где вся банда? — снова вопросом на вопрос встретил его Ий.

— Погибли.

— Вот и Айуж погиб.

— Как?

— В погребе гарнизона, — честно ответил Весельчак, — а вас где так?

— У банка залпом накрыло, — расстроенно сказал Три Пальца, — мы почти его взяли.

— Надо выбираться.

— Через главные ворота не пройдем, — сказал Зелень.

— Значит пойдем вторым лазом.

— Про него же пираты знают? — демонстративно насторожился Ий.

— Пиратам сейчас не до нас.

— Кто-то поднял на уши Охотников.

— У них там драка.

— Хорошо, — согласился Весельчак, — только давайте сначала выковырим сейф.

Йохустен смотрел, как «Большая медведица» взяла на абордаж его фрегат.

— Теперь у них есть фрегат! — прорычал Йохустен. Наблюдая, как небрежно эта ведьма пристрелила его последнего пирата.

— Они все равно ничего не смогут сделать, — аккуратно предположил старпом.

— В прошлый раз я уже думал, что они не смогут.

— Их сносит на восток, — продолжил старпом, — они не придумают, как развернуть целый фрегат, чтобы ввязаться с нами в бой.

— В прошлый раз я уже думал, что они не придумают, — уже спокойнее ответил капитан. Добавил, — Йухтен тоже недооценил ее и поплатился за это!

Старпом кивнул, соглашаясь.

— Вышлите два корабля поддержки на перехват фрегата, — скомандовал он, — никаких пленных, убить всех!

Пара яхт ушла наперерез фрегату. Йохустен прикинул, где они встретятся. Как раз недалеко от барка с бригами. Значит потом помогут. Он еще раз посмотрел на бриг с переломанным хребтом. Поморщился.

— Эжу хорош, — сказал старпом.

— Это Фьё плох, — возразил капитан пиратов, — он думал, что загоняет лису, а влез в засаду ко льву. Почему сложно проявить уважение к человеку, который единственный смог отбить у нас караван? Понятно же, что схватка с ним простой не будет.

Корвет как раз довернул.

— Правый борт! Залп! — скомандовал канонир. Двенадцать пушек разом шарахнули в какого-то несчастного Охотника. Корабль до этого нахватался ядер от пиратской батареи на северной стене и мелочи и был уже не так быстр. Это его и сгубило. Команда приняла решение подниматься. Бегут с поля боя. Это уже хорошо, страшно им.

— Левый борт! Поворот! — скомандовал Йохустен, чтобы повернуть корабль кормой на время перезарядки пушек.

Десяток кораблей охотников сгруппировались вокруг ратуши и отстреливались с самой верхней точки над холмом. Борт — выстрел — разворот, борт — выстрел — разворот, и по новой. Огрызались они слаженно, по этому до сих пор и продержались.

Капитан пиратов посмотрел на часы на ратуше. У него еще было время подождать, чем закончится бой Охотничьего барка с его бригами. Заодно и его десант захватит восточную стену. Тогда корабли освободятся. Все вместе они смогут выбить всю эту мелочевку с вершины холма. А пока ждали — вяло перестреливались, стараясь не подставлять борт.

Бриг, которому сломали хребет двигаться уже не мог. Ветер наполнил бы его паруса и окончательно переломил бы. Но стрелять он все еще был способен. Тем более по цели, которая стояла к нему всем бортом. Команда начала собирать поруса и доворачивать судно для залпа. Второй бриг шел полным ходом, чтобы получить самую выгодную позицию.

— На ванты! — скомандовал Эжу. Он не успевал развернуться к бригам кормой или носом, чтобы получить меньше урона. Решил воспользоваться ветром. Три мачты барка выдернут его из под залпа. Нужно только угадать, когда дать команду.

«Раз», — начал считать капитан. Переломанный бриг начал доворачиваться. «Два». Доворачивается. «Три». Ждать. «Четыре». Терпеть... «Десять»

— Развернуть паруса! — скомандовал Эжу.

Барк даже дернуло, когда паруса наполнились ветром. Угадал. Залп опоздал за кораблем. Одно ядро попало в корпус. Не критично.

Надо уходить. Тогда следующим залпом он уже не достанет. Остался второй пиратский бриг. Он залез в поток выше. Имел преимущество в скорости. Барк только разгонялся и всё еще шел к нему бортом. Отличная мишень. Отличное расстояние. Никаких неожиданностей. Капитан брига конечно понимает, что Эжу с тремя мачтами скоро наберет скорость и уйдет от его двухмачтового корабля. Даже с той разницей, что давал бригу поток выше. Эжу ждал, когда преследователь начнет собирать паруса и доворачиваться на залп. И он начал.

Барку предстояло выплатить риском за то, что он потопил один из бригов. Эжу сделал все, чтобы уменьшить этот риск. Он не стал разворачиваться под залпом бесхребетного. Вовремя расправил паруса. Если переживет этот залп, то сможет снова провернуть какой-нибудь маневр. В бою побеждает не тот, кто хорошо отстрелялся, а тот в кого отстрелялись плохо.

Вражеский бриг собрал паруса, довернулся на борт и дал залп. Иногда даже лучшим не везет. Одно из ядер попало в пороховой запас. Взорвалось. Часть палубы превратило в щепы и разметало во все стороны. Огонь вырвался из трюма через все доступные ходы, щели и дыры. Расплескался по палубе создавая пожары.

На часах ратуши пробило двенадцать.

#15. Шлем

С пиратского корвета увидели, как вспыхнул Охотничий барк.

— Кончилась его удача, — проговорил старпом, сейчас будут рвать охапками водоросли и прыгать вниз.

— Это была удача барка, — возразил Йохустен, — а не его команды. Сейчас они попрыгают на стену. Сколько их там осталось?

— Человек сто пятьдесят.

— Когда все они попрыгают вниз, наш десант на восточной стене захлебнется.

— Но у нас над стеной два брига.

— На ходу только один.

Корабль преследователей снова начал распускать паруса и выходить на курс. Пираты хотели сблизиться и добить барк залпом в упор.

— Куда спешить? — внезапно закричал Йохустен. — Перед ними раненый лев. Сейчас он опаснее, чем был прежде!

Старпом промолчал, зная, что в такие моменты лучше не влезать. Горящий барк вдруг собрал паруса. И начал разворачиваться встречным курсом на бриг.

— Они же должны тушить пожары, — удивился старпом, всё же забыв о том, что капитан в ярости.

— Надо уважать противника! — вскипел Йохустен и наотмашь ударил старпома. — Учись! У меня только что стало на одного капитана меньше. Даже если он переживет абордаж, я его расстреляю!

Пират посмотрел на второй бриг, который стоял бортом и не делал залп. Барк прикрывался его союзником. Ему бы сместиться, но он не мог. А все потому, что по глупости его капитана у корабля сломан хребет.

— Второго тоже!

Это были не все плохие новости.

— Еще и эта ведьма загнала фрегат в облако, — уже спокойнее сказал он.

— Мы знаем ее траекторию и понимаем где она выйдет.

— Видишь, вон те два корабля? — Йохустен показал на двух преследователей фрегата. — Их ждут неожиданности. Я не знаю какие. Очень надеюсь, что они не растеряются.

Команда верила ему, а он верил противнику. Когда ты начинаешь понимать врагов, им надо верить. Разгромивший его бриг сейчас спешно пытался собрать паруса и уйти с их курса. Он совершил одну и ту же ошибку дважды. Капитан брига поспешил убить их. Первый раз за ошибку расплатился его союзник. Сейчас расплатится он.

— Друзья, — обратился Эжу к команде, — когда мы подойдем к ним борт-в-борт и наши кошки полетят стянуть корабли, они дадут залп. Тогда мы начнем. Многие из нас оступятся и останутся навсегда в этом бою. Остальные должны прорваться. Мне нужна суматоха на их корабле!

— Прорвемся!

— Не впервой!

— Сметем их!

— Мы не спасаем свой корабль, — продолжил Эжу, — но и не будем драться за бриг.

Команда притихла.

— Мы его взорвем! — хрипло сказал канонир, — залпа с нашей стороны не будет. Вместо этого мои ребята закидают их бомбами и пустят на воздух.

В команде зашепталась. Слишком много вопросов и неожиданностей. Кто-то опытный хохотнул.

— Мы обманем их! — продолжил Эжу. — Их второй корабль будет ждать исхода боя. Если мы заберем бриг, даст залп. Поэтому мы не будем его забирать.

— Обманем?

— Неплохо!

— А сами куда?

— За борт! — широко улыбнулся старпом, и все посмотрели на него. — Когда услышите команду «Полундра». Мы делали так, когда потеряли фрегат в прошлый раз.

В команде зашептались, это старые вояки рассказывали новым, в чем суть.

— Попрыгаем десантом и отобьем батарею на восточной стене! — крикнул Эжу. — Наша цель — батарея!

Команда отклинулась эхом криков, хохота, подбадриваний и свиста.

— Отобьем!

— За капитаном!

— Да здравствует капитан!

— Обманем бездарей!

— Как в прошлый раз!

— Где тут порох, — спросила Энн, когда они захватили фрегат. Ей не терпелось его сжечь.

— На нас натравили две яхты! — крикнул снизу Вьерн.

— Натравили, — проговорил задумавшись Сату.

— Давайте поспешим, — крикнул Юп и скрылся в люке трюма.

— Поспешим? — сам у себя спросил Сату, вскинул подзорную трубу и принялся рассматривать те два корабля, что шли им наперерез.

— Катайте их в середину, — Юп вывалил бочонок пороха из трюма на палубу и полез за следующим.

— Жирдяй! — возмутилась Энн бездействием Сату, перекатывая мимо него бочку.

— Жирдяяяяй, — нараспев повторил тот, доставая листочек и начиная какие-то расчеты.

Раненый стражник сидел у борта с перевязанной ногой. Остальные двое помогали таскать бочки и складывать в центре корабля.

— Стойте! — вскричал Сату, — мы его сожжем!

— Мы и собираемся, — пожал плечами Юп, начиная рассыпать дорожку из пороха. Нужна подлиннее, чтобы успеть сбежать.

— Да ты не понял, сожжем в конце.

— Это конец! — остановилась напротив него Энн и уперла руки в бока.

Сату заговорил. Сначала ему поверил Юп, потом согласились стражники.

— Это безумие, — сказал Вьерн, — но у нас такое получается.

— Сжечь мы его всегда успеем, а тут у нас есть враги,- привел последний довод Сату, глядя на шляпницу, — которые от нас никуда не денутся.

— Покажи расчеты, — потребовала Энн.

Сату протянул ей рассчеты. Идея ей понравилась — как ее собственная, когда они полили водой водоросли Йухтена. Братьев часто осеняло. Еще раз покрутила их, посмотрела план, этапы, углы, расстояния. Чего-то не хватало.

— Они не купятся дважды, — она зачеркнула вторую половину расчета, — в конце надо по-другому.

— Значит не только в конце, — начал придумывать на лету Сату, и чертить поверх планов. — Сюда?

— Или сюда, — предложил Юп.

— Сюда, — ткнул пальцем Вьерн и все посмотрели на него, как на безумца, — не, ну а что?

— А потом? — спросила Энн, уже зная ответ.

— Тогда уж сюда, — поставил точку в рассуждениях Сату.

— Это безумие, — расхохотался Юп, — если повезет.

— Вперед! — скомандовала Энн под одобрительные кивки команды.

Братья переглянулись. Им хватало ума и сноровки, аферизма и безбашенности, наглости и оптимизма, чтобы ввязаться в любую историю. Но им не хватало довести свое решение до безумия и решимости последовать этому решению.

— Да, капитан! — улыбаясь в унисон ответили они.

Капитан пиратов рассматривал в подзорную трубу пару яхт, которые выстроились у входа с облака так, чтобы взять на абордаж выходящий фрегат. Или, хотя бы, дать по нему залп. Облако было вытянутое и большое. Они действовали по всем правилам. У фрегата не было рулей, чтобы уйти со своей траектории. Если он возьмет выше или ниже, то вывалится из облака, и они скорректируются на новую цель. На яхтах побаивались ведьму с ее командой и держались поближе друг к другу. Фрегат уже должен был появиться, но задерживался.

Неужели эта девчонка со своими толстяками струсила, собрала паруса и отсиживается? Охотники над ратушей тоже следят за этим облаком. Они только что видели, как загорелся барк. Эжу, конечно успеет зайти на абордаж, но если он захватит корабль, его расстреляет второй бриг. Там все вопросы были решены. Если проклятая ведьма сейчас проиграет, то и этот вопрос закроется. Охотники над ратушей точно падут духом. Он уже готов был отдать команду атаковать.

Фрегат появился. Шел на всех парусах. Яхта тащилась за ним на привязи со сложенными парусами. Корабль вышел не там, где его ждали преследователи. И даже не там, где смел предположить Йохустен. Фрегат появился между яхтами. Наверно хотели зайти к яхтам с другой стороны. «Не дотянули, — подумал капитан пиратов, — не повезло». Но даже такое отклонение от курса было неправдоподобным.

На яхтах не ожидали такой удачи, но не растерялись. У них был только один шанс зайти на абордаж. Они им воспользовались. Начали сразу сближаться. Тем более, что уже стояли по направлению. Даже доворачивать не пришлось. Подходили борт-в-борт. Что-то здесь не так. Борт в борт? И тут он все понял.

— Назад! — закричал Йохустен, пытаясь докричаться до своих. Он еще не знал, как они это провернули. Но знал, что они придумали. Его, конечно, никто не услышал. Только старпом, который стоял рядом, по привычке вжал голову.

— Если бы у меня был их лоцман или канонир, — уже спокойнее сказал капитан пиратов, — я бы побеждал в каждом бою.

Он еще не знал, что это один и тот же человек.

Сату поджег длиннющий фитиль и лег, покрепче закрепившись на палубе подальше от выходов из трюма и складов пороха на корабле. Огонек побежал. Сначала у него была одна дорожка. Огонек добрался до развилки и раздвоился. Один огонек устремился к левому борту, второй по правому.

Они потратили много усилий, чтобы все получилось. Но главное, что они сделали — поверили в Сату. Даже Энн. Он командовал кому куда лезть, что тянуть, где держать и когда заряжать. У всех ныли руки, болели ноги и отваливалась спина. В яхту они перебрались в последний момент. Все, кроме Сату. Вьерн выдал ему гильдейскую шляпу с требованием вернуть, когда все будет закончено.

Огоньки синхронно добежали до первых пушек. Началось. Двадцать орудий. На каждом борту. В обе стороны синхронно.

«Бабах» — громыхнули первые орудия по обоим бортам.

— Они снова перехитрили нас, — сказал Йохунстен.

«Бабах», — сдвоенно взревели вторые орудия. Охотники над ратушей навели свои трубы на фрегат в зеленом свете полной луны.

«Бабах» — продолжили третьи. Старпом снял с Эжу шлем и побежал собирать ставки. Плевать, что тушат пожар и скоро абордаж. Такое пропускать нельзя!

«Бабах» — четвертые. Огоньки побежали дальше.

— Четыре! — облизнул губы Эжу, не отрываясь от подзорной трубы. Даже не заметил, что с него сняли шлем.

«Бабах» — поспешили за остальными пятые.

— Фрегат пустит их к земле, — расстроенно сказал Фьё, капитан бесхребетного брига.

«Бабах» — шестые. Канонир на втором бриге очень хотел бы также отстреляться перед абордажем.

«Бабах» — седьмые ядра.

— Растерялись? — сам у себя спросил Йохустен.

Обе яхты запоздало, но дали ответный залп. Пушки начали стрелять. Не так слаженно и одновременно. Зато с обеих сторон сразу. Канониры стреляли в корпус. С такого расстояние ядра рвали корабль на части. Прошивая судно насквозь. Вырывая куски бортов. Ломая ребра и внутренние перекладины. Палуба бугрилась от ударов изнутри.

Сату лежал вверх лицом и смотрел на луну. Сегодня она была полная. Очень светло. Рядом с ним выломало палубу. Кусок фальш-борта пролетел над ним. Откуда-то прикатилось ядро. Завертелось волчком рядом. Горячее. Запахло жженым деревом.

Вражеский залп закончился. Сату сел. Осмотрелся. Пожаров не было. Когда он встал, с него посыпались щепки. Посмотрел на «Большую медведицу». Юп умудрился показать ему большой палец вверх, то ли падая, то ли спускаясь со стога водорослей первым.

«Бабах» — восемнадцатые, если Сату не обсчитался.

— Ставки окончены! — выкрикнул старпом. — Ставок больше нет!

«Бабах» — грянул девятнадцатый выстрел и одна из яхт полыхнула как спичка.

— Покинуть судно! — только и успел скомандовать капитан пиратского корабля.

«Бабах» — двадцатый выстрел был завершающим. Второй корабль преследователей получил серьезные повреждения, но держался. Хотя сильно замедлил ход, потеряв одну мачту. Фрегат уходил, но привязанная к нему яхта была еще достижима. Это был их шанс.

— К абордажу! — скомандовал капитан. — Товсь!

— Заткнись! — послышался грубый ответ Энн с «Большой медведицы» — Левый борт, Залп!

У Юпа с пушками получалось не так хорошо как у Сату, но у него было семь сигнальных пушек и целый пушечный расчет. Вторая мачта превратилась в труху.

Пираты уже разматывали кошки. Еще немного и дотянулись бы. Но Вьерн точным выстрелом выбил капитана. Падая, тот крутанул штурвал и пиратская яхта потратила инерцию чтобы уйти в другую сторону. Пираты сориентировались развернулись бортом и сделали прощальный залп в спину. Из десятка ядер только два угодили в «Большую медведицу». Ущерб был нанесен лишь самолюбию пиратов, когда Энн высказалась по поводу их попадания в ее яхту.

Фрегат нырнул в следующее облако.

— По местам! — скомандовал Сату. И все разбежались выполнять свои обязанности.

— Может сохраним корабль? — не выдержал Вьерн.

— Они не купятся дважды, — напомнил Юп.

— Нас возьмут измором, когда мы вывалимся из облака в следующий раз, — пояснил Сату, впереди куча пиратской мелочи и пара бригов.

— А мы не вывалимся.

— Нашей маневренности не хватит, чтобы сидеть здесь вечно.

— Сжечь! — зло посмотрела на него Энн.

— Сжечь, — согласился Вьерн.

— Теперь они примутся за побитый бриг, — заключил Йохустен, оценив облако, в которое влетел фрегат.

— Бриг не яхта, и на нем полная команда, — рассудил старпом , - пока они дадут один залп, он даст два.

— Посчитай корабли, — предложил Йохустен, — и посмотри на время.

— Два часа ночи, — начал от обратного старпом, — кораблей у нас поровну.

— Если они пустят к земле один бриг и захватят второй, то получат преимущество. На восточной стене. Преимущество получат не те овечки, которых мы пасем над ратушей, а ведьма и лев. А мы должны были их смять еще в двенадцать, — спокойно, с расстановками пояснил капитан пиратов.

— Левый борт! Залп! — послышалась команда канонира.

Прогремел залп. Над холмом один корабль охотников стал чуть медленнее. Но в такой перестрелке при равных возможностях и силы заканчиваются вровень.

— Правый борт! — дал команду Йохустен. — Поворот!

Барк заходил на абордаж. Старпом раздал выигрыш. Победили те, кто ставил на фрегат. Шлем вернули капитану. Взмокшая абордажная команда сидела наготове. Канонир со своими ребятами стояли как можно дальше. Спиной к врагу. Оберегая собой бомбы, которые держали в руках. Все было сказано и все ждали начала.

— На Абордаж! — закричал Эжу. Крючья полетели, команда начала слаженно подтаскивать горящий барк к врагу. Огонь они тушили, но полностью победить пламя не удалось да и не надо уже было.

— Залп! — послышалось с брига.

Прогремел залп. Кого-то смело с палубы, кто-то упал. На их место встали другие.

— Ааааааааа, — первая волна абордажной команды полетела на палубу врага.

Смять и дать дорогу основной массе.

Эжу со старпомом пошли со второй волной — стрелками. За ними шли пушкари с ядрами.

Первого заколол старпом. Второго капитан встретил клинком в клинок и разрядил в него пистолет. Они не первый раз были в бою и работали слаженно. Старпом поднырнул под локоть Эжу и выкинул руку с клинком вперед, протыкая очередного врага. Двигались равномерно вперед. Давая отстреляться стрелкам. Ружейный залп прогремел только раз. Дальше никаких ружей. Пистолеты. Потом клинки. Заряжать нет времени. Не останавливаясь. Плечом к плечу.

Они были в середине палубы вражеского корабля, когда первая волна все так же, не останавливаясь, начала высыпаться за борт. Они просто шли напролом прыгали вниз как Йемминги. Пираты были шокированы.

Охотники выхватывали из карманов, мешков и кошелей соль и сыпали себе за пазуху. Заранее обмотали себя водорослями и намочили их. Сейчас соль превращала их в парящие пузыри.

— Это мужицкий дождь, — улыбнулся старпом выскакивая откуда-то из-за плеча.

— Дождь из мужиков, — согласился капитан.

Охотники плавно опускались десантом на стену сразу вступая в новый бой. Опытные стрелки умудрялись перезаряжаться и стрелять в полете. Пара охотников прихватила с собой сигнальную пушку. Еще пара летела с сундуком. Очень запасливый десант.

Несчастье случилось, когда они уже дошли до борта. Старпом запустил руку в карман, чтобы достать соль. Увидел, что Эжу оступился. Как-то неуклюже. Неграмотно. Кто-то из пиратов мимоходом выстрелил в спину прыгающим и попал в капитана. Пуля прошла навылет. На груди начало расплываться темное пятно крови.

— Капитан! — подхватил его старпом и хотел было прыгнуть с ним вниз.

— Стой, Юйша, — остановил его Эжу. Откашлялся. Договорил, — я остаюсь в этом бою.

Охотники, что бежали рядом, обступили капитана и держали натиск. Их сменяли следующие охотники. Давки не было. Но каждый из них улетал вниз все понимая. Нехотя. Стараясь напоследок обернуться. Запомнить.

— Но, капитан!

— Возьми мой шлем, — кашель, — пусть команда видит, что я отдал его тебе крепкой рукой.

Юйша аккуратно взял шлем.

— Смотри, а она молодец, — смотря куда-то назад, улыбнулся Эжу.

Старпом проследил за его взглядом и увидел фрегат, который вывалился из облака в зеленом свете Луны. Когда он снова посмотрел на капитана, тот был уже мертв.

#16. Компас

Оперевшись спиной о борт фрегата, сидел раненый стражник. В одной руке у него были карманные часы, в другой листок с записями.

— Два двадцать, — выкрикнул он время. — Тридцать градусов, левый борт.

Энн крутанула и закрепила штурвал на «Большой медведице». Побежала помогать Вьерну и стражникам развернуть парус. Яхту крепко прикрепили к галеону и использовали ее паруса как рулевые. Этого не хватало, поэтому Юп и Сату обвязали оставшийся от их бомбардировки сломанный руль новыми растяжками и сейчас со скрипом и треском поворачивали его.

Вьерн еще не набрался сил после отравления и помочь мог слабо. Энн не чувствовала рук и спины. Стражники вымотались. Эжу говорил в самом начале, что не надо лезть на рожон. Надо продержаться до шести. Осталось совсем немного. Больше, чем это немного продержаться будет очень сложно.

— Два двадцать пять, — выкрикнул снова стражник время. — Встаем на курс.

Зато братья носились по фрегату, как ни в чем не бывало. Они выставили рулевой парус по направлению. Закрепили. Побежали заряжать пушки. Смысла в этом было мало. Но Сату хотел еще раз стрельнуть. Юп не смог отказать брату. Когда еще получится сделать сдвоенный залп с двух бортов фрегата? Правда, после стычки с пиратскими яхтами в строю осталось меньше половины пушек. Но это было уже не важно.

— Готово, — отрапортовал Сату, закрепляя фитиль к последней пушке.

— Два тридцать, — выкрикнул снова стражник время. — Тут написано, сжечь.

— Сжечь, — согласился Сату и торжественно поджег фитиль.

Этот фитиль был еще длиннее и заковыристее. Целый лабиринт из фитиля по кораблю.

Братья подхватили раненого и прыгнули с ним через борт на свой куттер.

— Спасибо тебе, фрегат, — тихонечко, чтобы никто не слышал, но вслух попрощался с кораблем Вьерн. Фрегаты ему нравились. Если бы он владел кораблем, то таким.

— Палундра! — прокричал откуда-то сзади канонир. Старпом не сдвинулся с места. Последние Охотники прыгали через него за борт, а он сидел и смотрел на капитана. Кто-то резко дернул его и выбросил, сыпанув за пазуху соли. Он падал спиной назад и видел как пара охотников подхватили тело Эжу. Прыгнули вслед за ним.

«Правильно, — где-то вдалеке сознания, вместо Юйшы подумал кто-то, — это не его корабль».

Корабль Эжу сейчас догорал. Пираты обрубили связывающие их тросы и пытались оттолкнуть от себя пожар. Они еще не знали, что это тщетно. Последние канониры попрыгали вниз, волна Йеммингов иссякла. Первые из них уже приземлялись на стену, около стены, под стену, на пиратские яхты и шлюпы.

Старпом, он знал что теперь капитан, но все еще думал о себе как о старпоме, снова повернулся лицом к фрегату. Как жаль, что Эжу не мог договориться с Энн и ее командой. Они бы пригнали фрегат и все могли бы пересесть с горящего барка на него. Тогда капитан остался бы жив.

Где-то далеко на фрегате пара огоньков добралась до первых пушек по обоим бортам. Началась канонада. Фрегат стрелял ядрами в пустоту. Зачем? Похоже на прощальный салют его капитану. Неизвестно почему, но Юйша был благодарен им за этото залп.

На бесхребетном бриге ждали, чем закончится абордаж, чтобы понять, что делать. Они уже стояли бортом и были готовы дать залп по союзнику, если вдруг его захватят Охотники. Капитан Фьё смотрел в подзорную трубу, что происходило на палубе. Пытался понять зачем они прыгают и что происходит. Поэтому не сразу увидел фрегат.

Кто-то одернул его и показал в сторону новой цели.

— Встать по курсу на фрегат! — скомандовал Фьё, помня, что этот фрегат сотворил с яхтами.

Пока они доворачивались, фрегат начал фонтанировать ядрами по оба борта. Просто так, в воздух. Чтобы это значило? Для Фьё это означало, что на фрегате нет угрозы.

— Левый борт, поворот! — скомадовал он повернуть корабль обратно бортом к абордажному бою.

— Пять, — сказал вслух после пятого выстрела Сату. — Развернуть паруса!

— Я уверен, что ты все правильно рассчитал, — похлопал по плечу брата Юп, когда паруса наполнились ветром и яхта начала набирать скорость.

— Скоро все узнаем, — улыбнулся Сату.

Команда начала обмениваться. Энн отдали командование. Сату вернул гильдейскую шляпу Вьерну. Юп отдал колпак Лысого Чейя брату и перестал бесить Энн. Вьерн отдал ружье Юпу. Стражники никому ничего не отдали, потому что не были должны. Поэтому и сохранились листы расчетов Сату. Раненый стражник хотел передать их в музей профессора Эйшенхольда. Жаль, что музей сгорел. Тогда он передал его городу. Восемь листов расчетов, включая те зачеркнутые, что забраковала Энн. Каждый из них теперь висит в отдельной рамочке в ратуше.

Старпом Юйша все еще падал. Высыпал за шиворот соль, что была у него в кармане и теперь опускался еще медленнее. Не хотел чтобы время продолжалось. Хотел остаться в прошлом. Вместе с капитаном. Мир забежал немного вперед, Юйше нужно было очень много принять и решить. Понять, что произошло. Но он не хотел всего этого. Не для него.

Начали взрываться бомбы на пиратском бриге. Канонир и его команда отменно выполнили свою работу. Взрывы были частые и подряд. Корабль охватило пламя. Не как на их барке перед этим, когда взорвалось и начало медленно выедать корабль. Пламя было сильное, устойчивое во многих местах. Разгоралось. Пираты даже не пытались бороться за корабль. Лезли на стог, чтобы прыгнуть с охапкой водорослей вниз. Они хотели спастись. Но были обречены. Эжу, наверно, сполна оплатил свою смерть. Но он бы этому не радовался. Не радовался и его старпом.

Сначала капитан бесхребетного брига не понял что произошло. Только что его союзник отбил абордаж. Ну, как сказать отбил. Враги попросту пробежали сквозь него и попрыгали с другого борта. Видимо, они хотели чтобы в суматохе огонь перескочил с их корабля. Но пираты вовремя успели срезать кошки и оттолкнуть от себя этот костер. Когда последний охотник спрыгнул, на корабле начали раздаваться взрывы. Фьё даже показалось, что это шальное ядро с фрегата попало в корабль. Но взрывов было много и они были разрушительными. Столько случайностей одновременно произойти не могло. Корабль быстро охватило пламенем. Получается, что охотники и не пытались захватить его. Все завершилось одиним мощный взрывом. Это рванул пороховой погреб. Корабль ненадолго превратился в шар огня. Когда огонь отступил, от корабля остались лишь невнятные куски на остатках такелажа. Погребальный костер поднимался в небо.

Сразу стало тихо. Фьё заставил себя оторваться от этого печального зрелища и осмотреть горизонт. Из облака вывалилась «Большая медведица». Он уже собирался дать команду довернуть на левый борт и расстрелять куттер. Как вдруг на фрегате, который уже закончил свой бессмысленный салют, раздались новые взрывы. Капитан бесхребетного брига повернулся посмотреть и увидел, что над водорослями взрываются бочки с солью. Фрегат начал резко снижаться. Последний взрыв произошел в районе рулевого паруса. И фрегат начал доворачивать на них. Фьё даже не поверил. Но быстро взял себя в руки.

— Правый борт! Поворот! — скомандовал он, чтобы довернуться бортом.

— По фрегату! Огонь!

Пушки разрядились залпом. Ядра полетели в цель.

Старпом Юйша был уже почти над землей, когда Куттер появился из облака.

«Не во время вы появились, — подумал все тот же его чужой голос на границе сознания, — сейчас оставшийся бриг, который так и не разрядил свой борт, лупанет по вам».

Но на фрегате вдруг снова что-то начало грохотать и он увидел, что фрегат снижается и выцеливает этот самый оставшийся бриг.

«Таран? — голос в его голове как будто шел к нему издалека. — Они еще собираются и таран устроить напоследок?»

Бриг повернулся бортом и выдал залп. Отличный получился залп. Ядра попали в корпус, прошили паруса и снесли одну мачту. Но это не остановило фрегат. Подняться бриг с переломанным хребтом уже не успевал и пираты воспользовались последним шансом. Они распустили паруса и попробовали тронуться с места. Не все и очень аккуратно. Чтобы выйти из под тарана. И у них получилось! Корабль медленно начал отползать.

«Не попадёт», — голос уже был рядом. Но было еще сложно понять, радуется этот голос их успеху или переживает, что они ушли.

Где-то на куттере «Большая медведица» Вьерн молча протянул Сату гильдейскую шляпу. Сату снял колпак Лысого Чейя и надел ее. Этот факт никак не мог повлиять на дальнейшие события. Но его стоит упомянуть, так как в одной из таверн Юп расскажет его за кружкой эля. Факт случайным образом вплетётся во все варианты местных легенд про этот бой. И станет единственным достоверным.

Пиратский бриг подвела собственная точность. Фрегат переломился пополам. Дал доворот на борт. И снова вышел на траекторию тарана.

— Распустить все паруса! — скомандовал Фьё в отчаянии.

Бриг дернулся и окончательно переломился пополам. Замер как вкопанный.

— Покинуть судно! — проорал Фьё, чем спас много жизней. Многие пираты успели добраться до стога, нарвать себе охапку водорослей и спрыгнуть вниз. Пираты в основном упали под стеной и не могли снова вернуться в город. Они разбрелись, спрятались или сбежали. Говорят, сам Фьё поступил на службу стражником и со временем стал шерифом, но это уже совсем другая история.

— Сжечь, — блеснула глазами Энн.

Последние огоньки достигли своих зарядов. Раздались взрывы и фрегат загорелся.

— Как они это сделали? — восхитился Юйша.

Голос добрался в центр сознания и занял свое место. Восхищение дало толчок. Старпом начал догонять время. Он все ждал, что сейчас с фрегата кто-то выпрыгнет, но этого так и не случилось.

— Они все рассчитали перед тем, как зайти в облако! — догадался он.

Горящий фрегат настиг свою цель. Не совсем так, как хотел Сату. И совсем не так, как хотели бы пираты. Огонь еще некоторое время ел корабли, пока не добрался до порохового погреба бесхребетного брига. Взрыв. После чего останки кораблей еще долго догорали и поднимались в небо. Благодаря Фьё этот бриг не забрал с собой свою команду.

— Такие усилия не должны пропасть даром! — Юйша не знал, сказал ли он это про капитана или про фрегат, а может про барк, или оба брига. Скорее всего, он сказал это про себя. Посмотрел на шлем в руке. Он никогда не носил шлемов. И был уверен, что после этого боя не будет. Но сейчас надел. Он нужен людям. Им еще предстоит отбить батарею. Запустил руку под рубаху, вырвал и выбросил часть водорослей, чтобы приземлиться точно на восточную стену. Внизу его уже видели и ждали Охотники.

— За капитана! — прокричал он приземлившись и сразу побежал вдоль стены к захваченному оружию, увлекая своих людей за собой.

— Вперед!!!

— Покажем им!

— За капитана!

— Ааааааааа!!!

— За Эжу!

Абордажу с бомбами Йохустен удивился. Но у него был большой опыт и он разгадал, что происходит, когда первые охотники начали сыпаться с противоположного борта брига. Был он бы на месте капитана брига, он бы сразу скомандовал людям уходить. Когда людям нечего терять, драться с ними бесполезно. Другое дело, он бы не допустил абордажа. Но его там не было, как не было теперь и брига.

Тарану Йохустен тоже не удивился. Он уже видел, что может команда «Большой медведицы». Догадывался, что они использовали куттер, чтобы разворачивать в облаке фрегат. Догадался, что обвязали фитилями все, что должно сработать. И все сработало вовремя. Фьё почти ушел от тарана, но тут уже его подкачало везение. Если бы у Фьё хватило уважения к противникам, он бы поднялся выше, как только фрегат вышел из облака. Но фрегат успел подойти слишком близко.

Йохустен точно знал как будет убивать эту ведьму, толстяков и торговца. Он потопит их на Экваторе. Проследит, чтобы никто не пришел их спасать. Будет наблюдать, как Экватор впитает их. Болезненно. Безысходно.

Все это капитан пиратов продумал наперед, поэтому смог сделать свой ход. Пока Охотники отвлеклись на таран, его эскадра пошла в атаку.

Мелочевка над ратушей конечно была начеку, но они все же отвлеклись. Совсем немного. Этого хватило, чтобы атака пиратов была внезапной. И сейчас Йохустен старался эту внезапность закрепить.

— Правый борт! Поворот! — скомандовал он, и корвет начал собирать паруса и доворачиваться, чтобы дать залп.

Если он все сделает правильно, и его маневр вовремя поддержат остатки пиратских кораблей с восточной стены, то охотники обречены. Над ратушей осталось всего пятеро охотников. И только один из них был с двумя мачтами. Остальные в лучшем случае полуторники.

Две пиратских яхты, что осталось в его эскадре, повторили маневр корвета и тоже начали доворачивать бортом для залпа.

— Правый борт! Залп! — услышал он от канонира.

— Вернуться на курс! — скомандовал Йохустен.

Из шести кораблей на восточной стене, половина была занята поддержкой десанта. Три остальных корабля все поняли и по уши в атаку на холм.

— Они обречены, — сказал старпом.

Йохустен промолчал.

На «Большой медведице» тоже проморгали, когда пираты пошли в атаку на холм. Но быстро спохватились и начали наверстывать. Юп и Сату только и успевали менять галс, чтобы угнаться за пиратами. Подходили к стене.

— Не вижу Эжу, — сказал Вьерн, рассматривая охотников.

— Ими руководит старпом, — Юп показал на организованную группу охотников, которая бежала по стене к очередной пушке батареи, чтобы отбить ее.

— Эй, где Эжу? — спросил Сату у очень медленно летящего стрелка, которой с этой позиции расстреливал пиратов.

— Убили Эжу, — сказал тот, досылая пулю в ствол.

— Когда? — вырвалось Вьерна.

— Еще на борту брига, — стрелок прицелился, — в спину кто-то пальнул.

Раздался выстрел и где-то внизу взмахнул руками пират, который как раз собирался дать залп из пушки по ним. В этот момент ворвалась команда во главе с Юйшей. Пушка так и не выстрелила. Часть охотников начала ее разворачивать, остальная побежала дальше. Охотники все еще сыпались с неба.

В ушах звенел выстрел.

— Как убили? — переспросил Сату куда-то в пустоту.

— В спину, — как-то без ругани, но очень сильно выругалась Энн, посмотрев на свои пистолеты.

Они как раз пролетели стену и были уже над городом.

— Наш бой здесь, — попытался вразумить остальных Юп. Он видел, что пираты далеко впереди. Они уже практически ворвались на этот злосчастный холм. Из пятерки обороняющихся выбили единственную яхту с двумя мачтами. Остальным четверым уже сейчас нужна помощь. Их шанс организовать помощь здесь, у Восточной стены. Под прикрытием батареи. — Нам есть чем заняться.

Сату молча пошел настраивать пушку. Вьерн выкатил пушку с порохом. Расчет притих.

— Левый борт, — как-то слишком спокойно проговорила Энн,- поворот.

— Так точно, — согласился Юп.

Не погнались — уже хорошо. Начал сворачивать паруса. Подошла помогать Энн. Она явно была измотана, но понимать он это научился только по сосредоточенному взгляду и тонко-сжатым губам. Даже сутулости не появилось.

Они привязались, как в прошлый раз. Прогремел выстрел. С той лишь разницей, что Сату зарядил двойную порцию пороха. Это много. Куттер крутанулся вокруг собственного стога водорослей.

Сату стряхнуло с борта. Он даже не понял как оказался в полете. Помнил, что долго целился, потом закрепился в такелаже, поправил гильдейскую шляпу, потянулся запалом, раздался выстрел. Его оглушило. Дальше он летел, катился по какой-то черепичной крыше, закрутился по пути в какую-то Полийанта Роза, то есть плетущуюся розу. С кучей мелких шипов, которые больно впились по всему телу. Где-то в середине полета вдоль высоченный стены, длина плетей розы резко закончилась, шипы еще больнее впились. Дернули его, останавливая падение. До брусчатки Сату так и не долетел. Между ним и брусчаткой оказался кто-то с очень странным, гнусавым голосом. Настолько гнусавым, что Сату смог это понять по короткому вскрику. Остальные успели отскочить, судя по звуку.

— Извините, — сказал Сату, слезая с тела и пытаясь выпутаться из розы. Когда он поднял глаза в него уже летел клинок. В голову.

Вынув сейф из стены, они собрали в своем старом логове, все что могли унести ценного. Оказалось мало. На всякий случай еще раз обыскали кабинет главаря, но больше ничего не нашли. Зелень переживал, что нельзя унести стол. Большой, дубовый, с чугунными ножками. Айуж все искал комод от этого стола. Наверно, такой-же тяжелый и необъятный.

Три пальца несколько раз выбирался на крышу и приносил вести о том, что пираты с потерями, но жмут охотников. Что происходило за восточной стеной, он сказать не мог, но за стену дрались. С одной стороны местные жители со стражниками, с другой десант пиратов при поддержке нескольких кораблей. В последний раз он пришел с известием, что из-за стены сыпятся охотники и слету вступают в бой. А пираты пошли в атаку на тех, кто над ратушей. Весельчак решил, что самое время уходить. Около четырех, скоро начнется рассвет. Он не сомневался, что пираты победят. Йохустену нужно было успеть до шести. Старый вор знал его. Если этот все еще в деле, значит успевает. Старый пират точно знает, когда и чего может добиться.

Ий взял командование остатками воровской банды на себя и повел всех ко второму лазу. Как раз выходили из переулка. Сначала раздался оглушительный взрыв, а потом сверху прилетело связанное по рукам и ногам тело. Упало на Зелень. Весельчак был уверен, что если упасть связанным с крыши, то выжить невозможно.

— Извините, — сказало тело. Короткое, но очень большое тело.

— Что за? — один из воров не раздумывая выхватил клинок и рубанул. После такого точно не выживают. Но удар пришелся в какую-то заколку на шляпе. Послышался металлический приглушенный стук. Тело качнулось от удара и не устояло, потому что ноги все еще были запутаны.

— Да умри ты, — пират поспешил нанести еще один удар вдогонку.

— Сату! — сверху прилетело еще одно тело. Оно не просто прилетело, оно спустилось. Не так. Прибежало по стене. Почему-то на нем был колпак Лысого Чейя. Смотрелось ужасно. Это новое тело в последний момент блокировало удар своим клинком. При этом направило Сату за сейф и, схватив всего за одну плеть, распутало брата. Да, эти двое были братьями. Похожими друг на друга как две капли воды.

Ий выхватил ножи и растолкал остальных. Кинулся на Юпа. Здесь на улицах он был лучшим бойцом. Сату вывалился с другой стороны из-за сейфа, споткнувшись при этом и впечатав в стену второго вора. Три Пальца отскочил и тоже схватился за оружие.

Юп понял, кто его враг. Ножи он не любил, потому что это оружие подлецов и негодяев. Первым выпад сделал он. Ий отскочил, а на руке Юпа появился нелубокий порез.

Яхта вот только закончила качаться. Вьерн видел, как Сату вывалился из такелажа и полетел вниз. Видел как Юп отстегнулся и сиганул за братом. Он так не умел, поэтому сейчас поливал водоросли, чтобы снизиться. Энн спускалась вниз по мачте с пистолетами за поясом. Стражники спускались вслед за ней.

Весельчак не любил атаковать. Во-первых его враг моложе и в атаке с ним опаснее. Во-вторых его ножи смазаны ядом. Яд не убивает, но этот увалень станет медленнее. Этого хватит. Хороший яд не убивает, хороший яд помогает убивать.

Юп сделал еще один выпад и понял, что враг стал быстрее. На его руках было уже два пореза. Наверно это усталость. Он начал отходить к стене, пятиться, чтобы выиграть время. Сосредоточиться.

Впечатанный неуклюжим Сату в стену вор уже не смог прийти в себя. Зато тот, что уже атаковал Сату первым, снова прыгнул на него. Сату попытался красиво уйти в сторону, но сделал слишком большой рывок. Вор понял, что промазал. Но никак не ожидал, что противник умудрится так неуклюже отскочить. Да еще и его с собой прихватит. Очень неудачно упали. Сату на спину, вор на свой клинок.

Энн уже спустилась вместе со стражниками, когда Вьерн выглянул через борт. Он бы выглянул раньше, но ходил за ружьем, которое Юп убрал в трюм.

— Это он! — крикнул он Сату, целясь в Весельчака.

— Это я, — Весельчак узнал голос Вьерна. Преимущество было и на его стороне, и нет. Этого раненого врага он добьет. Но спустилось еще трое и этот наверху. Наверняка с ружьем сейчас целится в него. — Они меня заставили.

— Вы знакомы? — Юп еще отошел и оперся на стену.

— Это с ним я договорился на поставку контрабанды. Здесь через него и его босса такие дела проворачиваются, — пояснил сверху Вьерн, — только он пришел с пиратами.

— Я был только проводником.

— Я слышал, как ты обсуждал с Йохустеном, что предал свою банду.

— Ты не мог такого слышать, — вырвалось у Весельчака. Он точно помнил, что Вьерн уже был в отключке.

— Ты должен был зарезать Айужа в казармах, — подбросил факт Вьерн. — Зарезал?

«Всё пропало, — глаза Весельчака забегали,- Сейчас до остальных воров дойдет, что он их предал. Надо срочно что-то предпринять».

Сату вставал, смотря на вора, который умудрился заколоть себя. Как можно быть таким неуклюжим? Юп уперся получше спиной в стенку, готовый толкнуться в любой момент. Он знал куда и когда кидаться.

Драка свернулась так же быстро, как началась. Она только за пистолеты схватилась. К чему все эти разговоры? Энн аж губу прикусила. «Но погодите. Сейчас этот предатель вскроется. Дружки-то, вон как на него посмотрели. Ему только в драку. Я тут — самая легкая цель. И стою рядом с его сейфом. Дорогой сейф. Как у папы. Что-то ценное в нем. И смотрит он на меня».

Все эти мысли пролетели в голове Энн очень быстро. Она не стала дожидаться, когда на нее нападут, а сразу выхватила пистолеты.

Ий думал, что рассчитал все правильно. Девчонка была самой простой целью. У нее даже клинка не было. Пистолеты надо еще достать. Тогда воры снова будут вынуждены драться. А там посмотрим. Он кинулся мгновенно. Кинулся и удивился. Не тому, что Юп попытался толкнуться ему наперерез от стены и не смог. Точнее смог, но очень медленно. Он не успел. Весельчак удивился тому, что девка выхватила пистолеты еще до того как он метнулся.

— Ведь...!- прогремело два выстрело и падающий Весельчак уже с хрипом закончил свою последнюю догадку, — ...ма.

Сату понял, что с Юпом что-то не так и повернулся к тому, что стоял поодаль и еще в драку толком не успел.

— Потише, — поднял руки Три Пальца. По одной из рук было понятно, почему его так называют, — вы не головорезы.

— Предлагай, — сказал Сату.

— Мы вашему другу, — он показал пальцем вверх, — ничего не сделали. Мы только что узнали, что нас предали.

Он осмотрел свою команду. Зелень еще не пришел в себя. Весельчак и неуклюжий вор были мертвы. Тот, которого впечатали только начал немного шевелиться. Теперь они никуда не денутся. Им некуда бежать. Проще спрятаться.

— Мы уходим, — продолжил он, — сейф...

— Зачем таскаете с собой сейф? — внезапно перебила Энн.

Если он и хотел как-то забрать сейф, но тут понял, что жизнь важнее.

— В нем все деньги банды, — честно сознался Три пальца, — мы не можем его открыть.

— Йобшер, — сказал Сату, воспользовался перемирием и подошел к Весельчаку.

— Что Йобшер? — спросил Три Пальца.

— Мастерская Йобшера, — Сату взял нож понюхал лезвие, — там сейф сделали.

— Крутой сейф, — сказал Юп. В этот момент к нему подошел Сату, снял с брата шляпу и сунул ему жевать ее.

— Мы не можем открыть.

— Жачэм? — пережевывая шляпу спросил Юп.

Энн нехорошо посмотрела в их сторону.

— Парализующий яд на ножах, кожа его нейтрализует, — пояснил Сату, посмотрел на Энн и добавил, — кусать и глотать не обязательно.

— У папы такой есть, — сказала Энн, заправив пистолеты за пояс. Как показалось Юпу, немного демонстративно. Хотя он был под действием ядов, ему простительно и ошибаться.

Энн взяла второй нож у Ийя. Подошла к сейфу, начала медленно скрести по задней стенке сейфа и выставлять комбинации. Знаете, такой противный звук.

— Цзсыыыыыыыыыыыыыы, — три на левой ручке, шесть на центральной, пять на правой.

— Что ты делаешь? — спросил сверху Вьерн. Его вороны разгалделись внутри от этого противного звука.

— Мне было скучно и много времени, — сказала шляпница, повернула верхний рычаг.

— Цзсыыыыыыыыыыыыыы, — скрипнул нож в новом месте. Энн подобрала семь, четыре и ноль на втором ряду ручек

— Из-за профессии у меня очень чувствительные пальцы, — она повернула средний рычаг.

— Цзсыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы, — дольше первых двух раз скрипнул нож и Энн выставила девять, пять, шесть в последнем ряду ручек

— Если просто, то не почувствуешь, — сказала она и повернула последний рычаг, открывать не стала.

— Но я обнаружила, — она достала пистолет и начала его заряжать, — что если создать вибрацию...

Энн замолчала и все ждали, пока она зарядит оба пистолета.

— Можно почувствовать как срабатывают защелки на механизме, — с этими словами она навела на Три Пальца один пистолет. Тот подтянул поднятые руки выше. Второй сунула за пояс, — дальше дело техники.

Энн открыла сейф. Набит деньгами. На одной из полок лежал Компас.