Экстремальная психотерапия. Легионер Иллюзий

Глава 1

Уже потом, после произошедшего, я для себя сделал вывод: печати, накладываемые на астральное тело, и уж тем более процесс их снятия — зло. Но в моменте мне было совсем не до этого.

Всё тело начало нещадно ломить. Казалось, будто кто-то одновременно бьёт по мне кувалдой, обжигает лазером и стреляет разрывными, а я в ответ мгновенно «исцеляю» повреждения, испытывая из-за этого ни с чем не сравнимый зуд.

Суставы ломило и выворачивало. Мышечные спазмы искусственно блокировались созданным плетением, не позволяя мне переломать все кости, вовремя гася нервные импульсы. Пространство ощущалось по-странному знакомо — будто что-то нематериальное всеми силами пыталось повлиять на реальность.

С трудом разлепив на мгновение глаза, я увидел, как синяя энергия, которую я часто видел во время создания плетений, окутывала моё тело, начав в бешеном потоке смешиваться с зелёной, уже куда более «печально знакомой», то проникая внутрь тела, то вырываясь из него протуберанцами.

Казалось, будто я одновременно оказался в центре землетрясения, шторма, вулкана и на дне океана — столь противоречивые, но нестерпимо яркие ощущения заполняли сознание, стремясь вытолкнуть то из головы навсегда.

А затем, после короткого затишья, внутри будто бы что-то треснуло. А мой череп пронзило десятки игл, которые начали скрести изнутри, нещадно атакуя мозг.

Я взвыл, крепко сжав челюсти, и упал, осев на пол комнаты, на саму печать. Ощущения лишь продолжали нарастать. Казалось, будто бы каждая косточка моего тела пыталась сместиться и занять другое место, другую позицию. На короткий миг даже почудилось, будто я увидел собственную душу, причём не в метафорическом, а в прямом смысле: неизвестная мне материя появилась на короткий миг, исказив при этом пространственные ощущения.

«Надо будет потом спросить, что это за чертовщина…» — подумал я в короткий период передышки, а после на место чудовищной боли пришло ощущение блаженства, которое ударило ещё сильнее, нежели скребущие в черепе иглы.

Я будто бы вновь задышал полной грудью, размял затёкшую конечность, проснулся полностью выспавшись и без боли, насытил кровь кислородом… В общем, в один миг я будто бы ощутил вообще все приятные ощущения, какие только можно было представить. Было трудно описать происходящее по той простой причине, что каждая клеточка тела начала сигнализировать о том, что всё в порядке. Более того, что всё — просто прекрасно.

Вот только одно дело, когда подобное происходит с рукой, или с ногой, или щекой, но когда об этом сигнализирует весь мир, действуя на организм максимально ярко, да ещё и делая это раз за разом, кажется, будто ты тонешь в этих ощущениях. На короткий миг я будто бы отключился, потеряв, ради разнообразия, сознание не от боли, а от того, что впервые за долгое время ощутил абсолютное спокойствие, полное… единство с миром? Или со своей душой?

Было трудно понять, как долго продлилось моё состояние: думать, да и воспринимать реальность не хотелось. Хотелось раствориться в этом спокойствии. Кажется, в моём мире это называл дзеном?..

Вот только у Системы были другие планы: всплывающие уведомления пробудили меня от дрёмы, да ещё и сделали это максимально нагло и агрессивно. Почти всё доступное пространство зрения заполонили различные сообщения о повышениях характеристик, спонтанных мутациях в результате взаимодействия энергий, об изменениях, повышениях уровня навыков.

А после с новой силой вернулись ощущения, на этот раз не плохие и не хорошие. Организм взбесился, будто бы решив устроить эволюционную вечеринку. Не знаю, откуда появилось это понимание, но физическое тело начало с бешенной скоростью, по меркам природы и самой логики, меняться, не собираясь останавливаться ни на миг. Адаптируясь, пытаясь подстроиться под захлестнувший его океан энергии жизни, щедро смешанный с непонятно откуда взявшейся маной.

Я менялся. Каждая клетка моего тела бесилась, пытаясь стать лучше и использовать появившиеся ресурсы на полную. Мозг, другие органы, мышцы, кости — казалось, все они не хотели сидеть на месте, отрываясь на всю катушку, жадно поглощая энергию, которая казалась бесконечной.

Иногда казалось, а иногда и было очевидно, что вот-вот что-то пойдёт не так: вспышки боли; ощущения некроза в тканях, знакомого по заклинаниям одной рыжеволосой ведьмы; потеря чувствительности в органах, а то и вовсе возвращения волн блаженства, атакующих разум, но уже неправильных.

Но автоматика, в виде вспыхивающих тут и там рунных цепочек в те моменты, когда я ощущал подобные неправильности, довольно наглядно демонстрировала свою работу. В момент, когда очередной орган «ошибался», ярко вспыхивала очередная рунная вязь, тут же сгорая, но впитываясь в повреждённый участок, исправляя нанесённый урон. Иногда вместе с ними активировались и какие-то приборы, то ли поддерживая магию, то ли фиксируя изменения.

Комната, как и обещал мне Док, стабилизировала процесс. Помогала мне и моему астральному телу справиться, нивелировала ошибки, а то и вовсе исправляла вредные и опасные мутации.

Я, в моменты, когда удавалось справиться с сенсорным штормом, который разразился в моём сознании, мельком подмечал некоторые изменения: временами на теле появлялись обширные гематомы, а пару раз и гнойники и раны.

Иногда участок кожи мутировал, вмиг приобретая подобие чешуи или ороговевшей брони. Конечности, на короткий миг, удлинялись, после возвращая свой размер, пальцы «игрались» с количеством фаланг, ногти превращались в настоящие отливающие сталью когти, а органы восприятия, будь это слух, обоняние или зрение, будто бы соревновались в том, как перегрузить мой бедный мозг, вырубив меня вновь. Тот в долгу не оставался — и отбрыкивался, ища всё новые способы быстрой и эффективной обработки информации. Правда, в ответ больно ударяя по самому сознанию.

Пять минут. Бесконечно долгие пять минут снятия печати, как я потом посмотрел по логам, превратились в бесконечные мгновения, наполненные в равной доле страданием, удовольствием и полным раздраем в голове, во время которых весь мир отошёл на второй план. Осталось лишь моё тело, которое бесконечно и неустанно изменялось. Как я мог надеяться в микронные мгновения передышки — в лучшую сторону.

Если именно так выглядит и ощущается Возвышение, я, чёрт возьми, буду одновременно бояться и ждать эту процедуру всем своим сердцем.

Произошедшее было трудно описать словами, даже не по той причине, что событий и ощущений было слишком много, но по той, что, казалось, ещё несколько шагов — и я приближусь к пределу того, кого можно назвать человеком. Став чем-то большим, чем-то более совершенным, и, вместе с тем, чуждым этому миру. Созданием? Полубогом? Ошибкой реальности?

Организм, пусть и с гигантским трудом, адаптировался к энергиям, к уже ушедшему океану, который, как оказалось, хранила в себе печать. Да, я, наконец, под самое окончание «процедуры» смог понять, откуда конкретно исходит эта сила.

Печать. Она накапливала не только жизненную энергию, не только блокировала тот чрезмерно поглощённый запас, что разрушал моё тело, но и накапливала магическую энергию, вырабатываемую ядром, для того чтобы после выплеснуть её в один момент, дав старт искусственной эволюции астрального тела.

Я сидел в центре значительно разрушенной комнаты, на печати, глубоко и быстро выдыхая. Раскалившийся до ряби воздух будто бы осторожно, в страхе, облетал густые облачка энергий, что вырвались за пределы моего тела, и залетал в мои лёгкие, которые не обращали ни малейшего внимания на температуру, ведь само тело было раскалено до… не знаю, но пар не переставал подниматься от меня. Я хотел было напрячься, но никаких негативных ощущений от подобного не испытывал.

На стенах виднелись погасшие и потрескавшиеся вязи рун, уже не сияющие силой, а также искрящиеся и неизвестные устройства, потрескивающие в оглушительной, по сравнению с только что испытанным, тишине. Да что уж там — сейчас в комнате время от времени искрил сам воздух.

Источником же искр была дымка энергий, а также я сам. В тишине по комнате пронёсся ещё один разряд, вырвавшийся из моего плеча, устремляясь в стену и впитываясь в руну на стене, заставляя ту оплавиться.

Дышу. Пытаюсь прийти в себя, с силой проталкивая какой-то слишком уж вязкий воздух. Происходящее казалось странным по многим причиной, и пережитый сенсорный шок долгие, действительно долгие секунды не давал понять, что конкретно не так. Ясность внесла дверь-панель, которая через некоторое время отъехала в сторону. Вот только сделала она это раз в десять медленнее, чем когда я заходил в комнату.

А заговоривший, не заходя в помещение, Док, окончательно прояснил ситуацию: его слова были растянуты, будто бы кто-то замедлил воспроизведение видеозаписи.

— Пси-и-и… — пока мужчина начал говорить, я уже успел рассмотреть ворсинки на его лабораторном костюме.

Поднимаю руку и несколько раз показываю специальный, заранее оговорённый жест — символ того, что восприятие деформировалось. Делаю это максимально медленно и несколько раз, но, кажется, со стороны всё это выглядит как черёд быстрых ударов рукой. Доктор, ме-едле-е-енно кивнув, также медленно отходит в сторону, складывая руки в знак «По готовности» и приглашая в кресло.

Я же… Я же просто замираю в некоторой готовности, пытаясь не делать лишних движений и, вместе с тем, анализировать ощущения тела. Поменялось многое, но даже слишком активное наблюдение, казалось, может привести к неожиданным последствиям, так что я старался быть осторожным и не мешать происходящим процессам. Перестройка организма всё ещё продолжалась, пусть это и были финальные стадии, своеобразная «полировка» или настройка внесённых изменений.

Всё, что я мог — мельком глядеть на системные уведомления, всё сильнее поражаясь происходящему и укрепляясь в уверенности, что не всё так просто с этой печатью. Слишком… Опасный и, вместе с тем, могущественный механизм попал в мои руки.

Мутаций было не просто много — их было очень много. Когда я, наконец, зашёл в Древо, впервые за долгое время, то поразился тому, как «расцвели» его ветви, открыв до этого не обозначенные изменения относительно «эталонного» варианта. Всё это следовало тщательно обдумать: понять, что конкретно произошло, с чем мне придётся мириться и чего ждать.

Этим я и занялся, рассматривая мутации, часть из которых пока что даже не отображалась правильно — на месте описаний и даже описаний стояли вопросительные знаки и известно было лишь место, в котором произошли изменения.

Наконец, когда субъективное восприятие слегка успокоилось, из-за чего я двигался и воспринимал мир лишь, навскидку, в два раза быстрее человека, я решился, используя Систему, облачиться в обычный комплект больничной одежды и последовать совету Дока, зайдя в подготовленную заранее комнату отдыха и максимально аккуратно устроившись в удобное кресло.

Именно здесь мне предстояло провести ещё какое-то время. Ритуал, очевидно, завершился успехом, но делать что-либо, даже, пока что, говорить, было довольно опасно. Казалось, что стоит мне пошевелить лишний раз пальцем, как спонтанно сформированный конструкт наделает шуму — магия была не просто чувствительна к моим желаниям, она пыталась угадать их. Хотя это ощущение быстро пропадало, становясь слабее с каждой проведённой в кресле секундой.

Вокруг с осторожностью сновали меддроны и редкий персонал, продолжая анализировать чуть подуспокоившуюся магию и делая замеры, периодически хмуря брови и переговариваясь с Доком.

Тот почти сразу после меня упал в кресло напротив и начал говорить лишь после моего подтверждающего кивка, дождавшись, когда время вновь вернёт свой привычный ход.

— Ну что, голубчик, — протянул специалист с отчётливой слышимой радостью и даже оттенками гордости в голосе, — Могу вас поздравить! Знали бы вы, какие проблемы доставила бы нам процедура, не решись я подключить запасные хранилища энергии. Вы чуть не перегрузили всю систему!

Мужчина, казалось, несмотря на смысл реплики, нисколько мне не журил, а говорил скорее с восхищением. Радость же, звучащая в его голосе, исключала любые намёки на то, что он недоволен ситуацией.

А вот следующая реплика чуть не заставила меня сесть, несмотря на то, что я уже находился в кресле:

— Могу поздравить вас с одним из самых эталонных случаев частичного Возвышения на моей практике!

От сказанного я не то что удивился. Я натуральным образом ошалел, чуть поддавшись вперёд, отчего подлокотники кресла протестующие заскрипели и послышался треск.

— Чёрт! Погодите, док, вы… О чём вы?

— Ну, раньше я вам сказать не мог, из чистоты эксперимента, — начал объяснять мужчина, — Но ситуация выглядит следующим образом.

Что-то открыв на планшете, Док начал объяснять произошедшее:

— Дело в том, что в случае быстрого развития в двух направлениях — под направлением мы, конечно же, имеем в виду энергию, которая чужда обычному пулу способностей носителя системы, — может произойти спонтанная мутация крайне высокого уровня, когда энергии ассимилируются душой во что-то большее, нежели их сумма.

Мужчина говорил поспешно и, кажется, совсем не старался упростить термины, будучи слишком вдохновлённым и довольным произошедшим:

— В вашем конкретном случае подобное произошло с магической энергией, а если быть конкретнее, — специалист не останавливался, не упустив возможности сыпануть каким-то медицинским термином, цифрами и буквами обозначив конкретный подвид магической энергии, что бурлила вовне, — А также жизненной энергией… — и вновь сложная цифробуквенная структура, от которой я даже растерялся — Результатом стала эволюция этих субстанций во что-то большее!

С каждым словом энтузиазм учёного-врача разгорался, а темп речи ускорялся: на последней реплике он практически подскочил, вдруг став походить на безумного учёного, вдохновлённого важным прорывом.

— А если более понятным языком? — пытаясь собрать мозги в кучу, попросил я.

Док, кажется, увидел моё смятение и, помолчав, продолжил более спокойно:

— Если более понятным языком, теперь вы можете — в теории, я повторюсь, в теории, — использовать жизненные силы поверженных врагов, поглощая их с помощью одного из ваших умений, которое, впрочем, вам пока недоступно без специальных ритуалов, и используя её для увеличения вашего магического потенциала, и наоборот. Также школу Лечения вам будет куда проще, независимо от особенностей… самой магической системы.

Открытие… Радовало. На первый взгляд. Правда, и пугало в той же степени — последствия неразумного поглощения чужих душ аукались мне до сих пор. Но, вместе с тем, это выглядело, как идеальный вариант набрать «жиру», столь желанные силы, в короткий срок.

— Также, учитывая ваши обстоятельства, — здесь доктор картинно взмахнул руками, но видя непонимание на моём лице, пояснил: — Я имею в виду ваше стремление к обретению нескольких конструктов-тел. Так вот, учитывая ваши обстоятельства, думаю, вам теперь будет проще достичь подобного. По той простой причине, что вы уже использовали жизненную энергию для таких манипуляций, насколько мы можем судить.

А дальше Док решил меня добить. Вернее, не он, а сама Система:

— В общем, хочу вас поздравить! Ваши старания и труды, пусть и несколько более усердные, нежели того следовало, окупились, если верить нашим анализаторам. И ещё кое-что… — на этом моменте мужчина почему-то с нетерпением и плохо скрываемым интересом во взгляде улыбнулся, — Пси, загляните в статистику уровня, пожалуйста. Данная информация закрыта, но, кажется, там нас ждёт некоторый сюрприз.

«Пум-пум-пум…» — только и мог мысленно протянуть я, не зря обратив внимание на интерес исследователя.

В графе «Уровень» вместо привычной картины виднелись сразу два числа.

Глава 2

— Какого?! — от неожиданности всё же сминаю подлокотники, но Док, казалось, вообще не обратил внимания на эту оплошность.

Персонал, видимо, получив приказ, быстро исчез из комнаты. Даже медботы куда-то вылетели.

Целитель же улыбнулся во весь рот и вскинулся куда-то к камерам:

— А, Элерий! Я же тебе говорил? Ну всё, спор за мной, — и, будто опомнившись, кхекнул и повернулся ко мне: — Простите мой непрофессионализм, Пси. Просто подобное редкое случается. Подскажите, пожалуйста…

Прежде чем Док продолжил, передо мной, да и перед ним, судя по всему, выскочило уведомление Системы. Камеры, все как одна, «отрубились», понурив объективы, да и я сам ощутил, что кроме Дока на меня сейчас никто не смотрит.

«Специалист запрашивает личную информацию о следующих полях:

Уровень носителя

Разрешить доступ к корневым данным?»

Даю разрешение мысленное разрешение, по привычке кивая в знак согласия. Док же не спешит, хмурясь и вчитываясь во всплывающее уведомление, но через несколько секунд также кивает, мысленно «подписывая» затребованный Системой документ.

— Да… — слегка расстроенно тянет он, — Ну, значит Элирию не судьба во всём этом участвовать.

Видя интерес в моём взгляде, он поясняет:

— Степень секретности проекта резко повысилась. Такие уведомления получил не только я, но и другие сотрудники. Те, у кого не хватило «уровня» выбывают, на их место пришлют более опытных сотрудников. Мне же пришлось ещё пару клятв на себя взять, всё же иногда исследовательский зуд мне аукается, — ухмыляется специалист, — Но не волнуйтесь, никто кроме меня ваш конкретный уровень знать не будет. Так что вы увидели?

— 302 уровень, что меня и так удивило — как-то отвык от постоянного заглядывания в статистику. Но в скобках, как вы догадались, есть второе число — 610.

— Пресвятая Система! — Док, казалось, был одновременно встревожен, обескуражен и опечален, находясь при этом в огромном предвкушении.

— Да уж… Надо позвонить жене и сказать, что увидимся мы не раньше, чем через пару недель.

— Неужели всё настолько серьёзно? У меня проблемы?

— Нет, что вы! — вскинул руки специалист, — Просто пытаюсь осознать объём данных, который нам удалось с вас «снять». Понимаете, Пси… Изначально печать, которую мы вам установили, предназначалась для взрывного развития астрального тела. Один из сотен экспериментов Системы.

Учёный вновь обратился к помощи планшета, начав выстраивать информативные иллюзии:

— Иначе говоря, она культивировала способности своего обладателя, вбирая в себя как его, так и разлитую в пространстве энергию. При этом само развитие замедлялось и стабилизировалось. Заклинания и приёмы давались сложнее, а сами они становились «дороже». Но зато все эти «излишки» впоследствии шли на создание направленных, эффективных и крайне мощных мутаций в организме. Всё для того, чтобы самостоятельно вывести тот на новый уровень без помощи Системы.

— Возвышение… — прошептал я, начиная понимать.

— Верно. Но у подобной печати, — продолжил Док, вздохнув, — Были и существенные минусы. В первую очередь, для её установки и стабильной работы требовался огромный запас энергии.

Тут он красноречиво кивнул в мою сторону.

— Что уже ставило крест на её применении для новичков. У начинающего мага ядро не развито, а искусственно влить океан маны… Эксперименты были, — помрачнел Док, — Но удачных исходов, насколько мне известно, не наблюдали.

— Но зато такие случаи, как мой — практически идеальная «стартовая площадка», — киваю сам себе, сложив руки на груди и задумчиво глядя в потолок, — Вот и думаю, всё ли произошедшее случайность.

Шалящее ощущение пространства постепенно успокаивалось. Я чувствовал людей и роботов там, где стены не экранировались, причём временами морщась от накатывающих ощущений — казалось, будто я могу разглядеть даже течение крови по их сосудам.

— Теорий много, — не спешит защищать Систему Док, пожимая плечами, — Но почти все разбиваются о факт простого масштаба. Стражей — десятки, если не сотни тысяч, точное число засекречено. Вот только в масштабах таких же сотен тысяч миров и реальностей они вынуждены окунаться в пекло едва ли не каждый день. Немудрено, что такие случаи, как ваш, не так уж редки.

Промочив горло стоящим на столе стаканом с водой, специалист продолжил:

— Но вы правы. Примерно тогда мы поняли, что печать можно использовать для стабилизации людей с перегруженной энергетикой. Есть ещё пара не менее малочисленных групп, к которым применима эта… технология-ритуал, но там всё ещё сложнее.

— Так, выходит, печать не особо-то и лечебная?

— Нет, что вы! Печать, несомненно, является лечебной. Более того, именно благодаря её работе мы и уберегли ваше астральное тело от неминуемого растворения в агрессивной среде, от которого даже Система не факт, что спасла бы. Просто её основной эффект стал, скажем так, побочным в этой ситуации. И он же дал неожиданно мощный результат благодаря вашему маниакальному, не побоюсь этого слова, трудолюбию.

— Я думал, все Стражи слегка… помешаны на прокачке.

На эту реплику Док ухмыльнулся во все тридцать два и покачал головой:

— Человек… Вернее, разумные в целом — твари такие, что ко всему привыкают. Вот вы когда в последний раз в статистику заглядывали? А в Древо навыков?

— Ваша правда… Как-то начинаешь воспринимать Систему как данность, когда твоя победа не зависит от разницы в пару-тройку очков характеристик.

— Именно! — всплеснул руками Док, выглядя даже как-то разочаровано, — Нормальность. Даже самые безумные события в какой-то момент становятся нормой, а сознание, следуя вложенной в него программе, начинает экономить силы. Иначе говоря, лениться.

— Хотите сказать, моя… паранойя и тревога помогли мне совершить частичное Возвышение?..

— Ну, — отвёл глаза Док, — Я бы назвал это запасами энергии и самоотверженностью, с которой вы подошли к спасению сразу двух, по сути, миров. События в первом позволили без проблем установить печать, а упорство во втором — пробудить потенциал ритуала.

Открыв какие-то таблицы, учёный продолжил:

— Той «дури», которую вы притащили из похитившего вас мира, хватило, для того чтобы сразу снять первые две печати. Ну, тогда, когда пришло время, конечно. А сверхнасыщенный магический фон во втором мире дал необычный результат, усилив и «уплотнив» и без того неплохие запасы энергии. Для души оно ведь как — всё одно, что мана, что прана. Чую, в случае с Маэрилом без вмешательства Системы и её «идей» не обошлось… Но!

То ли в попытке сменить тему, то ли в порыве искренней радости и энтузиазма, Док вдруг едва ли не вскочил, затянув длинную шарманку. Он описывал как то, что уже со мной произошло, так и загадывал, что может случиться с моим астральным телом в перспективе.

Среди перечисленного было: улучшение как имеющихся способностей и апгрейдов, установленных в тело; закалка, то есть улучшение энергиями существующих имплантов; а также возможные эволюции способности в нечто новое и более мощное.

Чем «плотнее» моя энергетика, тем сильнее становятся все те «апгрейды», что я себе ставлю через Древо Умений и бравых эскулапов. В обычном случае это не сильно заметно, но имея под рукой возможность усиливать себя (пусть и в перспективе, из-за печатей) с помощью чужих душ…

Я постепенно всё лучше осознавал, что в очередной раз стал экспериментом Системы.

Собственно, исходя из размышлений на Форуме, разговоров с Гномом и другими ребятами, я уже давно понял, что абсолютно всё происходящее так или иначе идёт на пользу Системе. Сбор и анализ данных, создание спонтанных Мутаций, попытки исказить развитие в удобный ей или просто случайный вектор для того, чтобы получить новые, доселе не виданные, неизвестные данные о развитии души.

«Вот истинная цель существования Стражей…»

Хотя, конечно, я утрирую и таких целей несколько, но иногда казалось, что именно над этим Система корпит сильнее всего и поощряет удобное ей развитие событий.

— Многие Стражи, — начал Док, — Довольно долгое время думают, что уровень — нечто вроде абсолютного значения. На деле же эта цифра, пусть и с некоторыми поправками, отображает степень готовности вашего астрального тела к Возвышению. Именно поэтому для начала процесса нужен тысячный уровень.

— И именно поэтому в последние двадцать или тридцать уровней, если я правильно помню, Система не начисляет уровни?..

— Да. На финальной стадии требуется дополнительная «стабилизация» всей структуры души. Чем выше уровень — тем выше целостность, сложность и структурированность физического и астрального тела. Чем выше ваш уровень, тем сильнее вы отличаетесь от обычного человека, тем совершеннее вы с точки зрения эволюции. И тем ближе вы к выходу на новый уровень, ближе к перестройке самой Сути.

— А что насчёт вас? И «крафтеров»?

— Мы… — замялся профессор, — Тут всё несколько сложнее. Иногда за высшую точку считается освоение всех доступных у Системы знаний.

— Но это ведь… Слишком? Едва ли человеку под силу такое.

— Слишком, — согласился собеседник, — Поэтому обычно выбирается определённый показатель, выведенный через множество коэффициентов и отвечающий требованиям и Её задумке. Думаю, ваш опыт выживания в мире с заблокированной Системой показал вам, что ваши навыки не спешат исчезать и не особо поддаются грубому подсчёту в очках.

Дождавшись моего кивка, учёный продолжил:

— По сути, никаких чисел опыта, очков навыков или даже самих уровней нет. Есть лишь сложность вашей души, измеренная в тяжёлой и крайне комплексной метрике мироздания, созданная и отпечатанная в реальности самой Системой. Как для вашего удобства и понимания, а также мотивации, так и для оценки потенциала каждого Стража. А на поздних уровнях и в некоторых мирах — и для оценки возможных противников.

— Что-то подобное я и предполагал, да и мой товарищ упоминал, что Очки Навыков — это, на самом деле, конвертированная сила душ побеждённых противников.

— На первых порах — да, — согласился специалист, — В Чистилище это, по сути, единственный способ прокачаться. Но вот уже дальше возможны другие варианты: артефакты, благословения богов, перестраивающие душу с разрешения Системы и… В общем, вариантов много. Что касается вашего уровня, думаю, вы уже догадались, что первое число — ваша актуальная сложность астрального тела, в то время как вторая — текущий потенциал после снятия всех печатей. И я почти уверен, что расти будут оба числа.

В голове, с одной стороны, многое прояснилось. С другой же — вопросов стало едва ли не больше. И, кажется, мой собеседник это заметил: чуть помолчав, Док тяжело выдохнул и произнёс:

— Думаю, мне стоит ответить на некоторые ваши вопросы.

И я, не будь дураком воспользовался этой возможностью, опровергая или подтверждая некоторые свои догадки.

Диалог вышел долгим. По итогу, что парадоксально, с одной стороны для меня изменилось многое, а с другой — ничего. Я был крайне удивлён незаметно выросшему уровню. И уж тем более не ожидал, что так сильно «одурею с прикормки» в виде печати. Это требовало некоторого обмозговывания, но уже после.

Чистилище или Линию Фронта не зря назывался «яслями». Попадая туда, ты находился практически в тепличных условиях: тебя прикрывали, тебя «кормили» духовным супом врагов, давая первые уровни, в то время как хитрая Система прикидывала, какой путь развития (читай — эксперимент) подойдёт тебе лучше всего. Как расплывчато обмолвился Док, учитывались даже обязательные приёмы у психотерапевта, на основе которых «выбирался» подходящий класс и возможные его вариации.

И уже когда Система примерно определяла подходящий путь, также (вот уж совпадение!) становилась возможность отправиться в другие реальности на Миссии, где ты сталкивался с действительно сильными и опасными противниками.

Там же, учитывая многообразие миров мультивселенной, можно было найти что-то новое для покровительницы — пройти испытания, расширяющие твой жизненный опыт или меняющие направление развития, или даже саму душу в значительной степени.

Но, опять же, как объяснил не Док, подобные изменения, зачастую, требуют присмотра Системы, хотя бы минимального. Без него наши тела, склонные к мутациям, крайне нестабильны и без специальных препаратов и процедур достаточно быстро можно слететь с нарезки, превратившись в настоящее биологическое оружие.

Самый простой исход — начать адаптироваться, используя уже накопленные способности и энергию для спонтанной эволюции, зачастую приводящей к разрушению всего вокруг или взрыву чудовищной силы. Как оказалось, души тоже могут взрываться, причём сильно. Если бы не специальная камера, в которую меня сунули перед снятием печати — что-то подобное вполне могло произойти и со мной.

В общем-то, по этой причине, а не только из-за необходимости поддержания структуры Системы и сохранения её целостности, существовали отряды Инквизиции, уничтожающие Стражей, которые вышли из-под контроля.

Они оставляли после себя лишь пустые оболочки с сошедшей с ума локальной Системой, стремящейся к бесконечному развитию и склонной к искажению, как и любой другой астральный конструкт, работающий на достаточно глубоком уровне и глубоко интегрирующийся в человеческий разум.

— Я, надеюсь, — сказал при этом Док, — Мне не стоит напоминать о том, что подобная информация не должна быть распространена в слишком широкие круги. Не то чтобы это могло как-то навредить репутации Системы… Но, скажем так, лучше некоторым не знать, что происходит, если забраться слишком далеко, или совершить определённые поступки.

— Я понимаю, — мрачно киваю в ответ, ещё сильнее осознавая своё положение.

«За всё и всегда есть своя цена. Что ж, и до этого Система не выглядела как генератор роялей, а уж теперь…»

А дальше, удовлетворив моё любопытство, мы продолжили осмотр. Всё происходило будто бы во сне, по той простой причине, что, как и в первый раз, я был вынужден постоянно контролировать себя, своё восприятие, своё тело, свою магию, свою жизненную энергию, прикладывая все усилия, чтобы не натворить делов.

Тело слишком уж активно откликалось, слишком уж ярко давало понять о том, что вокруг происходит. Иногда казалось, что я начал чувствовать даже микробы на собственной коже, но я надеялся, что это лишь разбушевавшаяся фантазия наряду с брыкающимся восприятием. Всё же пережитый шквал ощущений нехило так дал по котелку и требовалось время, чтобы прийти в себя.

Поэтому в тот день мы с ребятами, к сожалению, не встретились. Впрочем, Гнома я предупредил о возможности подобного исхода, и мы разместили ребят в одной из гостиниц, а товарищ любезно согласился продолжить экскурсию на следующий день, закрывая вообще все возможные гештальты. Ну насколько это можно сделать за считаные дни в условиях существования сотни миров, переплетённых в сложный пространственный клубок реальности.

Я же за оставшийся день прошёл детальный повторный осмотр, который выявил отсутствие значимых отклонений и ещё несколько отразившихся мутаций, отразившихся в интерфейсе.

Как оказалось, без должного оборудования даже сама Система не всегда может выявить всё. Мне прописали курс укрепляющих зелий и инъекций, помимо того чемоданчика, чтобы выдал мне Док, скорректировали дальнейшее восстановление, установили уровень допустимых нагрузок, который на этот раз контролировался Системой. Контроль этот был предусмотрен лишь в последующий месяц, а дальше я мог вернуться к комфортному для меня темпу.

Как бы то ни было, устав, я погрузился в сон, находясь в регенерационной капсуле, которая следила за моим состоянием и продолжала сбор статистики.

Случай, произошедший со мной, слишком уж заинтересовал специалистов, которые не были готовы расстаться со столь ценным исследовательским экземпляром. И Система, могу поспорить, лишь потакала их желаниям. Наверняка выдала целую кипу квестов и вознаградив денежной премией, а то и дополнительными очками навыков, взамен на не меньшую кипу различных документов и клятв.

Из реабилитационного центра я вышел только через три дня. Ребята уже «слегка» заждались и начали волноваться, а Саманта, несмотря на возможность переговорить со мной через связь, через Гнома, была крайне рада меня видеть, тут же кинувшись и заобнимав меня так, что, казалось, даже усиленное тело затрещало.

— А ты задержался, — с интересом протянул Гном, которого я не слишком посвящал в случившееся.

— Ну, как оказалось, — неопределённо пожал я плечами, улыбаясь, — Слишком долго сидеть за учебниками вредно, особенно когда у тебя вкачана Сила.

— Не знаю, что с тобой там произошло, но я рад, что ты в порядке, друг, — он протянул руку, я его крепко пожал её.

А дальше мы не отказали себе в удовольствии залипнуть в его компании ещё на пару дней.

Сходили в любимое мною кафе, один раз даже посетили Центр виртуальной реальности, пройдя по пропускам Стражей. Существование подобных технологий невероятно удивило ребят, которые, конечно, сталкивались с магией иллюзий, но уж точно не на таком уровне.

Вкусная еда, захватывающие аттракционы, интересные достопримечательности. Дименсиум будто бы стремился показать себя с наилучшей стороны, подкидывая ребятам необычных случайных попутчиков, планируя, подстраивая всё так, чтобы гости получили возможность увидеть город ста миров с лучшей стороны.

Конечно, возможно, это все мои фантазии, но, казалось, это место благоволило и оберегало, будто бы пытаясь услужить мне.

«Нет, бред. Наверное, я просто ещё не до конца пришёл в себя после снятия печати…»

Сам я размышлял о том, что происходит. Мне определённо не хотелось стать тем, за кем выйдет инквизиция, поэтому в очередной раз пришлось пересматривать определённые вектора развития, продумать программу, да и в целом, я осматривал арсенал открывшихся мне способностей и испытывал смешанные чувства, по той простой причине, что вернувшиеся силы, по сути, меняли все.

Ведь теперь мне вновь было доступно «Усиление выстрелов» — по сути, самый «вкачанный» мой перк.

Возвращение домой прошло даже как-то буднично. Переполненные впечатлениями друзья решили на пару дней остаться в особняке, за которым присматривал Маркус.

Они наперебой делились впечатлениями, вспоминали самые яркие моменты нашего путешествия, отчего друга даже пришлось научить фразе «без спойлеров!», правда, на объяснение того, что же такое этот спойлер ушло какое-то время.

Каору ворковала на кухне, не только готовя нам чай, но и, как оказалось, записывая в свою поваренную книгу несколько новых рецептов, которые она выпросила у владельцев посещённых кафе. Те не сумели отказать очаровательной девушке и даже помогли с адаптацией под имеющиеся в этом мире продукты.

К моему удивлению, милая и спокойная, даже несколько кроткая девушка, попадая в родную стихию, становилась настоящей фурией. И чего я не ожидал, так уж точно того, что девушка буквально выпытывает у владельца ресторана «Привет из Потусторонья» рецепт десерта, который так ей понравился. А я напомню, что он, на минуточку, являлся духом.

Кажется, помимо заказа одежды и всяких мелочей, теперь вся компания через Торговую площадку будет заказывать ещё и какое-то количество еды… Надеюсь, мы сможем договориться с Системой о стоимости подобного. Но я совру, если скажу, что был не рад подобному развитию событий.

Я же прилагал все усилия для того, чтобы вернуть привычный распорядок жизни и вернуться к обычному состоянию.

После восстановления части арсенала и, естественно, усиления физических и магических показателей, было откровенно боязно тренироваться по той простой причине, что первый же выпущенный фаербол чуть не снёс ограждение.

Тренировки временно пришлось перенести на полигон Академии, который был защищён куда лучше, чем наш особняк и наспех возведённая Фалько защитная структура.

Маркус, кстати, пообещал решить эту проблему, пригласив специалистов, которые бы усилили нашу тренировочную площадку, да и я, в скором времени, надеюсь, смогу вернуть контроль над маной на привычный уровень.

Пока же я активно исследовал вернувшиеся способности, а также ломал дверные ручки, стулья и другие предметы мебели, пару раз даже пробив межкомнатную перегородку, неудачно потянувшись. Даром, что та была зачарована на прочность и звукоизоляцию.

Глава 3

Взрыв. Затем ещё один, прозвучавший на юге. Уже шестой по счёту. Где-то под ногами послышались панические крики, решительные и громкие команды стражей правопорядка, но я лишь мимоходом отметил это в сознании, продолжая вспоминать критические узлы и корпуса Академии, прикидывая, что и где могло рвануть. Глядя на всполохи пламени и редкие вспышки заклинаний вдалеке, сомневаться в наличии противников — неважно, со стороны или в лице взбесившихся зверушек — не приходилось.

Сейчас меня интересовали только корпусы Академии и их состояние — тряхнуло сильно, так что сейчас там, в самый разгар учебного дня, наверняка нехилый переполох. И это мягко сказано… Надеюсь, защитные системы смогли уберечь учеников и преподавателей от сильных травм и дали время организоваться. Да и артефакты никто не отменял. Но чую, без крови не обойдётся.

Что касается других мест… Судя по тому, что я видел — это лишь отвлекающие манёвры. Дежурные маги, как и дружинники, скорее всего, разберутся с этим довольно быстро. Или, как минимум, не дадут пламени распространиться слишком далеко. Но вот Академия… Слишком серьёзные угрозы обитают в корпусах Химерологии и других не слишком «светлых» с точки зрения морали зданиях. И вот уже они могли представлять нешуточную опасность как для самих магов, так и, тем более, для мирняка.

«И как только эти твари смогли организовать столь масштабную диверсию…»

Всё же по себе знаю: установить даже один заряд достаточной мощи под боком у довольно собранных на фоне происходящего магов — задача со звёздочкой. А тут — такое, да ещё и без подозрительных всплесков эманаций Хаоса «на радаре»…

А ведь день начинался так хорошо! Но отстроенной под новый уровень сил и зачарованной по самые уши тренировочной площадкой я воспользоваться успел от силы пару раз — как раз третью тренировку прервала первая канонада взрывов, раздавшаяся в районе Академии.

«Саманта! Ребята!» — пока в голове проносились мысли о возможных пострадавших, тело действовало на автомате: извлечь из инвентаря доспех и винтовку, проверить разгрузку.

Заранее проинструктированные на этот случай девочки, возглавляемые Лилит, лишь решительно кивнули, отправившись активировать стационарную защиту на особняке. На последней настоял Маркус, закономерно опасаясь провокаций со стороны враждебно настроенных государств в мою сторону. И за это я ему был сейчас крайне благодарен — хотя бы за часть «своих» я был спокоен.

С ним, к слову, связаться не получалось — в пространстве чувствовалось что-то странное, будто кто-то «пролил» плетение, настолько тонкое, что даже я ощущал его с трудом. Но местные «магофоны» буквально окирпичились, отказываясь связывать меня с кем-либо и даже впервые на моей памяти «играли» изображением, которое шло рябью и периодически гасло.

Поэтому к Академии я спешил не только ради помощи, но и ради информации. У меня были некоторые инструкции от того же Маркуса на подобный случай, но они как раз предписывали получение точных указаний от местных, по той причине, что у них оперативной информации всё же было поболее. Ну и давали право действовать «по обстоятельствам», если того потребует ситуация: спасать невиновных, втаптывать в грязь агрессоров.

Сейчас же, несясь по улицам столицы, я ясно видел две «соперничающие» картины. В последнее время, наплевав на реакцию со стороны других государства, Весперум начал вести политику «мирного вооружения», обосновывая это растущим количеством ячеек культистов и различных происшествий, на которые как раз нас с Фалько часто отправляли.

Так что отряды дружинников активно набирались, штат стражей и других представителей правопорядка бодро так рос и, что ещё важнее, снабжался артефактами и дежурными магами. И как раз последнее нас сейчас выручало — взрывы были явно непростыми и с крыш, даже мельком, я прекрасно видел зарево алхимического огня в нескольких районах, как и подозрительные облака. Кажется, подрывали не только и не столько взрывчатку.

По улицам спешили люди — кто-то бежал в панике; кто-то пытался сохранять спокойствие, помогать другим или следить за своей семьёй; а кто-то вовсе проявил мужество, спасая от стоп толпы упавших бедолаг, помогая потерянным детям или просто тем, кто из-за паники не знал, что делать.

В то же время некоторых районах, которые я пересекал, ситуация была получше: дружина и стражи старались координировать толпу, отводить людей в безопасные места, эвакуировать пылающие районы и организовывать пространство для магомобилей пожарной службы. Всё же магов воды на всех не напасёшься, так что прибегали и к таким методам с артефактной техникой, спешащей к очагам возгорания. Но как раз до них ещё надо было добраться.

Добравшись до наспех разбитого кордона, я спрыгнул с крыши — не хватало ещё поймать шальной залп боевых магов, которые заметили подозрительную личность, шастающую по карнизам.

Благо, спрыгнул я достаточно далеко от их позиции и приблизился спешным шагом, предварительно деактивировав шлем, так что на металлическую броню и странную «руническую» винтовку явно из другого мира пусть и косились, но посохи не наставляли. Во всяком случае, не больше положенного по регламенту.

— Какова ситуация? — без приветствий спрашиваю незнакомого боевика, если верить нашивкам на кожаной артефактной броне, демонстрируя печать СБ короля и нашивку академии.

Тот дёргает бровью, рассматривая меня и документ, а после, пожевав усы и сверив специальным плетением подлинность, отдаёт местную «честь», ударив кулаком по центру груди, где находится магическое ядро.

— Несколько взрывов на территории академии. Точно подтверждён подрыв «Химерки» и «Мертвянки», — на этих словах я не сдержался и выматерился, — Основная масса учеников эвакуирована в общежития, защитный контур сбоит, но что-то да выдаёт, сдерживая толпу. Прорывы вроде оградили барьером, сейчас перемалывают «опыты». Диверсанты не найдены, но есть как минимум одно подтверждение самоподрыва.

— Связь есть?

— Через зеркала — глушат. Резерв заблокировали каким-то неизвестным конструктом с примесью Хаоса. Общаемся менталом и парой хитрых заклинаний. «Нить Немфиса» известна?

— Нет, — скривился я, сделав в уме зарубку спросить у Маркуса про это заклинание, — Где нужна помощь? Химеры?

— Да. Отряды пока сдерживают, но Страж, — выделил он слово, видимо, поняв, кто я, — Там точно не помешает. Во всяком случае, оттуда больше всего раненных.

— Как со студентами? — внутренне замирая, боясь услышать ответ.

Стражник же качает головой и, вздохнув, отвечает:

— Не могу знать. Видел, что выносили пару десятков ребят, но вроде как ничего критичного. Иначе «Академики» уже подняли защиту на максимум и выступали куда активнее в бою. Видимо, всё в пределах…

— Понял. Я на позицию. Это — тяжело раненым для стабилизации, — мимоходом вытаскиваю четыре ампулы слабого раствора лечения и протягиваю бойцу. — «Слёзы Системы», регламент знаете. Если не используете — сдадите через СБ обратно мне.

Система на такие выходки во время боевой обстановки смотрит сквозь пальцы, внимательно детектируя выдачу «на фоне» и запоминая, кому и что я выдал. Хотя нагоняй мне, в теории, прилететь может, но всё же некоторых из присутствующих я мельком видел на территории Академии, да и хотелось минимизировать смерти среди военных.

Мужчина, увидев ампулы, посмурнел, но принял. Для него они — и шанс на спасение, и куча головной боли, поскольку в любом случае придётся писать кучу бумажек, поминутно описывая, что, где и как. Когда дело касается таких технологий, то всё серьёзно — Система ошибок и «списаний» не прощает и всегда отправляет своих людей проверять, действительно ли в крови конкретного разумного есть специальные вещества-маркеры.

Но лучше так, чем потерять нескольких тренированных бойцов. Да, именно бойцов. К сожалению, это математика войны — в предстоящем конфликте с Хаосом один тренированный солдат стоит десятка гражданских. По той простой причине, что он сможет потенциально спасти сотню простых людей, просто убив среднего импа или химеру, не дав той разнести деревню или квартал. Даже не маг, снабжённый артефактами и прошедший подготовку — достаточно грозный противник. Тем более, в отличие от отрядов «боевиков», у них нет под боком штатного лекаря, а до территории Академии ещё надо донести раненных.

Но всё равно противно это…

Наконец, вновь переместившись на крыши, я в десяток мощных прыжков добрался до территории Академии и её корпусов. Но даже когда те ещё не были в поле зрения обычных глаз, я уже слышал и чувствовал через восприятие магии, что всё… Ну, не паршиво, но определённо серьёзно.

В воздухе витали эманации Хаоса. Едва заметные, но от того ещё более опасные — обычно эта материя действует наглее. И если она едва чувствуется, значит, выступает в роли катализатора чего-то более паршивого.

И я, кажется, знаю чего. Едва заметный флёр Хаоса перебивал смрад некроэнергии, щедро разлитый в пространстве. И дело явно не в прорыве, как её назвал стражник, «Мертвянки»… Насколько я мог чувствовать, кто-то явно либо провёл ритуал, либо разлил некромутаген, вызвав спонтанное изменение уже существующих химер.

Всё это я отмечал в голове на автомате, как и состояние защитных конструктов Академии — половина не работала, но не столько из-за повреждений, сколько из-за «разрядки». Наверняка приняли на себя основную энергию взрывов.

Теперь же, оказавшись на территории, я мог полностью осознать текущий масштаб событий. Четыре корпуса дымились — один из основных, где располагалась столовая, плюс корпуса Химерологии, Некромантии и Демонологии. Виднелись в колебаниях пространства ещё пара «взрывов», полностью «съеденных» охранной системой.

«Ну конечно!» — внутренне кипя от гнева, вновь срываюсь на бег, становясь едва различимой тенью, — «Мало подорвать всяких тварей, нужно ударить куда-нибудь попакостнее…»

Уж не знаю, кто опустился до подобного, но… Думаю, Фалько не откажет мне в чести нанести пару визитов вежливости смельчакам.

Чем мне нравилась программа Академии — так это достаточно суровой муштрой. Дисциплина начинала вбиваться на первых занятиях и всех, даже лекарей, готовили к возможным конфликтам. В результате получались недо-вояки — не профессиональные воины, способные оценивать ситуацию на поле боя, но уже и не гражданские, цепенеющие от любого взрыва.

Обломки и шрапнель от взрывов оставили следы по всей территории. Большинство студентов уже убрались в общежития, в безопасное место, если верить мерцанию конструктов над соответствующими зданиями.

Преподаватели и добровольцы — как со старших, так и с младших курсов, практически все щеголяли отметинами — ссадинами, лёгкими ранами, кровотечение которых магически остановили — там и тут виднелись «заплатки» из энергии и последствия наспех накастованных заклинаний в виде грубо зарубцевавшихся ран. Кто-то помогал с транспортировкой пострадавших, другие искали возможных жертв случайного взрыва.

Но большинство, конечно же, держало барьеры вокруг «опасных» корпусов, подпитывая их своей магией и не позволяя вырывающимся химерами и порождениям некромагии вырваться, оставляя лишь относительно небольшой коридор, в котором боевые маги методично расправлялись с противниками.

«Твою мать! Лиз!» — вырываюсь вперёд, но одёргиваю себя: у девушки за плечами несколько десятков вылазок, да и недооценивать артефактора на складе с его же артефактами — полная глупость. Да и, если подумать хотя бы немного, она как раз могла быть лишь в паре мест с высокой вероятностью — либо в кафетерии, где уже всех, судя по тому, что я видел, эвакуировали, либо в своей мастерской.

Учитывая степень защиты, которую она, подгоняемая моей паранойей, дополнительно усилила в последние месяцы, час-два у неё точно есть, пока «батарейки» охранного контура не сядут. Сейчас она наверняка сидит, не отсвечивая, судя по тому, какая масса тварей беснуется под барьером около её корпуса.

Я ещё раз осмотрел последний — боевые маги методично перемалывали тварей, уверенно проводя ротацию. Студентам, которые держали барьер, приходилось хуже — всё же поддерживать конструкт, даже заранее созданный, таким количеством народа и с таким потоком маны — занятие тяжкое. Но ребята также держались.

Рядом сновали работники и преподаватели — контролировали обстановку, помогали, где это необходимо, следили за возможными неприятелями и новыми диверсиями. Сейчас нельзя было до конца сказать, кто друг, а кто враг. Меня спасал только снятый шлем — лицо за прошедшее время примелькалось, так что на мой необычный облик не обращали внимания, поглощённые ситуацией.

А значит… Сосредотачиваюсь на ощущении пространства, «раскидывая» его и вгрызаясь в поблёкшие защитные конструкты и обходя их. Вот толпа тварей-химер беснуется в тупике коридора — сцепились между собой за, видимо аппетитное, тело товарки. Вот сидит Лиз, вцепившись пальцами в посох и внимательно вглядываясь в показатели защиты на техномагическом терминале, раскладывая что-то рядом с собой. Как я и думал, защитный контур сдержал взрыв, пусть и просев в заряде, и укрыл девушку от монстров. Завихрения пространства, помехи от магии, странные эманации разлитой маны…

Не то… Не то…

— Поляна перед четыреста пятой, двое раненых под завалом! — кричу проходящей в десятке метров двойке магов из корпуса охраны, на что те кивают и срываются на бег, поняв ориентир.

В голове, наконец, выстраивается чёткая картина пространства, сформированная в том числе с помощью имплантов: перемещение и личности (вернее, Школы) окружающих магов, местоположение химер, трёхмерный план окружающей территории.

— Фонтан у входа в шестой корпус, тяжелораненый под обломком в воде, требуется реанимация! В кустах у главной аллеи… Под завалом у южной стены «Основы»…

Так, позиция за позицией, минута за минутой, перечисляю всё, что вижу — такой массив данных, учитывая летящие конструкты и общий бедлам, держать трудно. На автомате вытираю струйку крови из носа. «Адаптация» сейчас затянет возникшие в сосудах микроразрывы и выровняет скакнувшее давление, так что пустяк. Да и времени нет — уже приметил две группы, которые нуждаются в помощи. Если не вмешаюсь сейчас — от них через пять минут уже ничего не останется.

— Пси, ситуация… — встречает меня у «входа» к барьеру с тварями глава охраны, но я перебиваю мужчину:

— Я внутрь, там нужна помощь.

Не успевает мужчина ответить, как я в один прыжок перемахиваю как отряд боевых магов, так и наседающих тварей, появившись у входа в корпус. Пустить очередь в спину химерам не решился — ещё задену своих, так что, ускорившись и не обращая внимания на рёв и клёкот химер вокруг, бегу к студентам, которые отбиваются на пределе.

Чувствую где-то вдалеке, у «некрокорпуса», погасший огонёк жизни. Если снаружи я, кого мог, перечислил, то вот спасти таких же бедолаг от нападения порождений некроса внутри другого корпуса я неспособен — разорваться надвое не могу, а посылать внутрь боевиков пока слишком опасно. Вот только даже если не смогу спасти всех, я приложу все усилия, чтобы увеличить этот «счётчик» как можно сильнее.

Глава 4

Привычные коридоры в этот раз пестрели следами прорыва. Пол точно придётся восстанавливать, причём наверняка вручную — весь испещрённый следами когтей и, местами, кислоты, он представлял собой печальное зрелище. А магическая природа бритвенно острых «царапок» у большинства тварей наверняка сведёт на «нет» большинство привычных способов реставрации.

Подпалины. Сколы у ещё пару часов назад величественных колонн. Даже у усиленных магией стен и предметов антуража были свои пределы. А орда тварей, что вырвалась из подземелий факультета Химерологии этот предел не то что превзошла, а залихватски его перепрыгнула.

Я нёсся к своей цели, стараясь не поскользнуться на тушах и жидкостях химер, которые не смогли поладить со своими «сородичами» — к одной из аудиторий артефакторики, которую застолбила Лиз для внеурочной деятельности. Ребята явно знали, куда бежать — там располагался малый контур защиты, по большей части демонстрационный. Вот только в этом и была проблема — защитить от достаточной опасности он не мог.

Когда я вылетел из-за угла, мой противник уже лениво отмахивался от смазливого блондина, который вышел вперёд, чтобы выиграть хоть каплю времени для своих подруг, поддерживающих парня из-за спины заковыристыми заклинаниями неизвестной мне школы.

«Смело, но опрометчиво…» — напряжённо подмечаю, едва успевая выстрелом снести одну из морд, что решила закусить наглецом. И про «одну из морд» я уточнил не случайно…

— Эй, кис-кис… Как тебя звать-то, чудо?.. — бормочу больше про себя, чтобы отвлечь шалящие нервы.

Работать с гражданскими — то ещё испытание.

На «кис-кис» тварь не отозвалась. Зато куда охотнее отреагировала на выстрел, щедро снабжённый энергией «пробивания». Как же я скучал по этому чувству… Снятие печати крайне благотворно повлияло на меня (но не на дверные ручки дома) и арсенал, который теперь явно придётся адаптировать под новые «магические» реалии, заставлял в душе петь, несмотря на ситуацию. А может, это адреналино-дофаминовый инъектор, имплантированный под сердце, вмешался, реагируя на опасность.

Мой противник, развернувшись, наконец показал себя во всей своей извращённой красе. Три головы, обезображенные полосками швов и следами уколов и непонятно чего ещё. Одна, судя по зеленоватому свечению и знакомому строению, вот-вот плюнёт чем-то. Ага… Спасибо за демонстрацию и расплавленный пол, сволочь… Мне нравился узор этой плитки.

На шипение камня потянула носом вторая голова, больше похожая на плод любви медузы горгоны и… легендарной финки НКВД?.. Знать не хочу, как так вышло, но острые и живущие своей жизнью и отростки знатно нервировали, перетягивая на себя внимание металлическими бликами.

Последний же котелок, больше походящий на творение Гигера (десять раз пожалел, что пришёл на выставку его работ в своё время), издавал какие-то инфернальные звуки.

«Ну, погнали!» — в единое движение делаю выстрел из винтовки, одновременно с этим намораживая на входе в аудиторию глыбу льда, перед этим затолкнув слабым воздушным тараном пацана внутрь. Нечего ему тут делать.

Тварь на удивление резво мечется вперёд, но тут же натыкается на горячо любимую мною катану. Бок распорот, явив окружающим мешанину из органов, которые явно «не в своей тарелке», будто бы закинутые как попало безумный творцом.

Едва успеваю нырнуть ниже, пропуская несколько «щелчков» змей-финок над собой (они ещё и кусаются?!), выхватывая винтовку и усиленным выстрелом отвечая на подобную дерзость.

«Бах!» — и голова с отростками уже не противник — едва держится на остатках шеи. Вот только её «орущая» товарка залилась ещё сильнее и явно что-то готовит, судя по колебаниям Хаоса вокруг. Впрочем, «кислота» тоже не дремлет…

Миг — и мне приходится проявлять чудеса акробатики, отпрыгивая от залпа кислоты. Нет чтобы плюнуть одним шаром, надо «кашлянуть» по площади...

Мой ответ не заставил себя ждать — быстрая очередь из трёх последовательных выстрелов. Один — в глаз. Два других — в, предположительно, железы на шее, которые обычно создают кислоту. Посмотрим, сработает ли в этот раз…

— Да заткнись ты! — в глазах мутнеет несмотря на всё сопротивление подобным воздействиям и опыт.

Две головы — минус, но к последней даже подобраться трудно — крик будто стал осязаемым. С этим надо заканчивать, пока студенты не откинулись от такого выступления… К счастью, подходить мне и не надо — ещё два выстрела надёжно повреждают связки, заставляя создание буквально подавиться своим криком.

Раз. Два. Три. Чувство жизни вновь отлично себя показывает, подсвечивая «сердца» твари, что активно плавали по туше, быстро перемещаясь. Издав невнятное бульканье из-за резкой «инъекции» свинца, тварь падает, так и не добравшись до своей добычи.

На всякий случай делаю ещё несколько «контрольных» — по всему подозрительному, где жизнь «исчезала» с неохотой. Подхожу к ребятам, всё ещё мельком контролируя тварь, с каждой секундой убеждаясь в её смерти.

— Все целы?

— Д-да… — из аудитории доносится всхлипы девушек и дрогнувший голос парня.

— Сидите тут, скоро всё закончится. Я постараюсь вас спрятать, времени нет.

Наращиваю слой льда, а также трансмутирую его в одну достаточно плотную породу с резким, неприятным запахом — может, химерам хватит этой обманки. А если и нет — в округе я не чувствовал противников. Как они эту-то тварь к себе подманили?..

Голова всё ещё шумела несмотря на защиту шлема, которую я активировал перед боем — видимо, что-то из магии ментала, так как моя броня, в которой я провёл не один десяток пусть и относительно коротких, но Миссий, до этого не подводила. Но устойчивостью к магии она, по крайней мере пока, похвастаться не могла.

Противников поблизости я не чувствовал. Но зато чувствовал, как вторая группа, ещё живая и относительно резвая, кое-как отбиваясь от наседающей биомассы. Поднажмём…

Вновь коридоры, вновь следы прорыва химер. Некогда красивые павильоны и классы, ощущаемые чувством пространства, теперь разгромлены. Где-то виднеются следы борьбы, где-то, к сожалению и злости, что придавала силы, тела тех бедолаг, что не успели эвакуироваться до прорыва основной массы тварей. Привычная картина, которую я замечал не в одном и не в двух мирах, но пробирающая где-то на отголосках сознания до печёнок.

— Ну вы, блин, и придумали… — этих, я, кажется, знал.

Группа из пяти парней, которые прикрывают тройку девчушек. Те, к слову, не жмутся по углам в страхе и не отстают отстают, заливая пространство странной дымкой и кастуя втроём одно заклинание. Туман, будто живой, проникает в ещё стоящих на ногах монстров и явно причиняет им сильную боль, заставляя порыкивать и периодически подёргиваться, будто от спазмов.

Но, что важнее, он то ли парализует, то ли высасывает силы — двигались твари куда медленнее, чем те, кто наседал на барьер у выхода из корпуса.

«А девчата-то молодцом…»

Парни же давили грубой силой, посылая одно заклинание за другим, при этом кое-как отбиваясь от прямых атак.

— Бам! Бам! — выстрелы, испугавшие студентов, которые едва не сбиваются с каста, сливаются в единую канонаду.

Но зато уже спустя несколько секунд большая часть противников валяется на полу. Чувство жизни в таких ситуациях — настоящий чит.

— Так… — не успеваю прислушаться к ощущению пространства, чтобы сообразить, куда бежать дальше, как чувство неправильности начинает ломить виски.

«Да что такое-то! Не слишком ли высокая концентрация событий на минуту боя?!» — одно дело валить наседающий на тебя поток тварей, регулируемый Системой, но здесь-то ситуация иная. Откуда столько Химер? Или парни с факультета имели двойной «неучтённый» запас экспериментов?!

Посередине зала, где отбивались ребята, пространство начинает корёжить. Скол, другой — и вот уже в полутора метрах от пола появляется фиолетово-красная дымка, что стреляет во все стороны короткими молниями. Воздух дрожит, а пол под, очевидно, порталом, начинает трескаться.

— Какого…

— Чёрт! Я же говорила, что это добром не кончится… — вдруг выкрикивает одна из девушек, и все трое спешно развеивают заклинание, виновато глядя в мою сторону.

«Видимо, побочка от каста… Хотя логично — куда-то высасываемой энергии нужно было деваться. А учитывая наличие Хаоса… Твою чёртову…»

Тем временем портал буквально исторгает из себя очередное порождение. И тут я не берусь судить, чего — Некромантии или Химерологии.

Высокое, почти до потолка, но тонкое туловище. Костлявые ноги обтянуты рваными мышцами с фиолетовыми прожилками. На концах — когти как косы. А может, и «пальцы». Или как это у птиц называется?..

Мерзкая, деформированная грудь-зоб твари раздувается, чуть ли не оглушая нас при каждом вдохе, ведь тот, казалось, тянет воздух практически со всего коридора, издавая противный, противоестественный звук. И при каждом таком вдохе в воздух поднимаются капельки и целые ручейки крови, устремляясь к клюву «журавля». Хотя это животное с трудом угадывалось в силуэте, но автор этой нечисти явно вдохновлялся «птичкой».

Но долго любоваться на себя противник мне не дал. Будто марионетка, притянутая кукловодом, тварь взмывает в воздух, делая взмах крыльями, а после обрушивает свои лапы на меня, пытаясь поделить когтями-саблями на кучу маленьких Стражиков.

При этом, гадюка такая, даже попыталась проткнуть клювом ближайшего студента, что собирался подойти ко мне, видимо, поблагодарить за помощь. Тот успевает отпрыгнуть (хвала Системе!), а я уже не даю противнику отвлечься.

Оставить иллюзию, чтобы слегка выиграть время. «Клона» рвёт на лоскуты, а каменные плиты пола раскалываются, будто растаявшее масло принимая в себя когти монстра, но сдаваясь под массой. Этой птичке бы на диету, без магии она точно летать не сможет.

Быстрая «молния» из школы «боевиков» — не более, чем попытка ослепить и запутать. Тварь, всё же имеющая физическую природу, инстинктивно отшатывается, сбиваясь с атаки.

«Повезло… Значит всё же голем плоти!»

Ситуация была бы куда хуже, если бы тварюжку забросило от Некров. А тут — налицо инстинкты животного-исходника. Такое слишком долго вычищать, вот и остаётся. Боевики этим часто пользуются, повезло и мне. Резкий выпад — и тварь лишается головы вместе с куском тонкой шеи.

Вот только…

— Да вашу… — резко отпрыгиваю, отталкивая тараном воздуха студентов.

Тварь, наплевав на все законы природы, вовсю пользуется ситуацией — кровавые щупальца, в которых мелькают жилы и сухожилия, хлещут по залу, пытаясь найти хоть кого-нибудь. И ведь находят — тела поверженных нами монстров на глазах иссыхают.

Я же вновь отдаюсь чувству пространства. Две усиленные пули в сустав лапы, отчего ту отрывают, и тварь заваливается набок, тут же восстанавливая равновесие частью щупалец.

— Огнём её! — командую замершим у стен зала студентам. Без головы тварь может и не понять, откуда атака.

В химеру тут же летят огненные шары, а комнату начинает жарить стена пламени, кастуемая дружными студентками. Специально тренировались, что ли?

Щупальца, как я и рассчитывал, пытаются избежать пламени, извиваясь и корчась от температуры.

Я же в этом потоке энергии всеми силами пытаюсь рассмотреть ядро. У таких монстров оно должно быть, иначе функционировать они неспособны. Вернее, не на таком «уровне» исполнения.

Но мой ход оборачивается против меня же — буйство энергий окончательно «замыливает» восприятие, не позволяя мне разглядеть нужную точку.

«Ну, можно и по-другому» — мысленно вздыхая, делая рывок, полагаясь на показатели защиты брони.

Ребята заблаговременно выставили слабенькие ветровые щиты, спасающие их от температуры. А то ведь помещение уже нагрелось градусов до трёхсот, не меньше. А вблизи у твари и того выше.

Та всё ещё хлещет всем подряд в округе, пытаясь добраться до пылающих туш. Знатно мы ей кормёжку подпортили… Реагируя на движение, химера тянет свои лапы-ложноножки-щупы ко мне, но натыкается на закономерный ответ в виде катаны. Увернуться, поднырнуть под особо толстую (и откуда взяла материю?) мясную «ветку» — и прыжок.

«Мля!» — отлетаю, откинутый волной звука-воздуха. А я-то думаю, чего ты так зашевелилась вся в районе шеи…

Извернуться в воздухе, оттолкнуться от материальной иллюзии, которая тут же трещит под силой толчка — и вторая попытка.

Время будто замедлилось, а сам я тщательно анализировать строение твари. Волна воздуха откинула и пламя, и энергию, разлитую вокруг. И уже благодаря этому равномерному фону мне удалось найти нужное.

Наполненная энергией взрыва (как я скучал по тебе, товарищ!) катана, вернее одна из её «дешёвых» реплик, пробивает грудь журавля, протыкая одно из сердец и вгрызаясь в ядро. Казалось, что вот-вот, но лезвие трескается, на что я лишь ухмыляюсь.

Рывок назад — и тело твари буквально испаряется, пусть и не полностью. Энергии в удар я вложил знатно, решив не бодаться с противников-регенератором. Ребят едва успеваю прикрыть щитом от всего, что разлетается по округе.

«Да уж… Тут явно нужен клининг…»

Хотя надёжнее всё же загрунтовать и по новой… Какие-то «кровавые обои» получились. Всё же зверушку разметало будь здоров. Ну или магов воды там пригласить…

«Да дадут мне додумать, или нет!» — в некотором бешенстве оборачиваюсь к тому самому порталу, который и не думал пропадать. Теперь же, заставив группу студентов замереть в испуге и, отчасти, готовности, оттуда полезла совсем уже хтоническая дрянь — туман.

Холодный туман стелился по коридору. Свет маголамп, отреагировав, значительно тускнеет, будто бы кто-то высасывает из них всю энергию. А ведь даже заклинание ребят так себя не вело.

Студенты инстинктивно жмутся к стенам — даже меня проняло, как только туман коснулся стыков доспеха, пытаясь проникнуть внутрь, но натыкаясь на систему герметизации.

Наконец, из тумана появляется призрачный балахон. Аморфная фигура, что лишь пытается походить на человека в плаще из дыма начала медленно приближаться к нам, протягивая щупальца (снова!), на этот раз из тумана.

Вот только здесь её не ждало ничего хорошего:

— А вот и нет, — вскидываю винтовку, делая ровно три выстрела.

Костлявые туманные пальцы, что уже вовсю шерудили из призрачного молока, как и странный шёпот на грани слышимости тут же пропадают, сменившись невнятным бульканьем.

А на растрескавшийся пол, уже успевший покрыться инеем даже несмотря на стоявшую мгновение назад жару, со странным звуком падают три белёсых ядрышка размером не больше монеты.

Выстрелы, пробившие их по центру, что ощущался едва заметным «привкусом» жизни, так и не смогли нарушить их физическую структуру. Зато они полностью выбили духовную сущность, что была к ним привязана. Нет уж, я учёл ошибки сражения с такими тварями, пусть, вероятно, и не полностью.

— Ну, я надеюсь, этот зерг-раш подошёл к концу?.. — говорю в пустоту помещения, надеясь, что мне не ответят и прислушиваясь к ощущениям.

«Оставь надежды, и далее по списку…» — словно издеваясь надо мной, где-то в глубине коридоров послышались тяжёлые шаги, будто валуны бьют друг о друга. И, что самое паскудное, то, что их издавало, никак не ощущалось «зрением жизни». А значит, вероятнее всего, этой жизни в нём не было от слова совсем.

«Кажется, не только у нас открылись эти странные порталы» — думаю, перезаряжая винтовку и проверяя разгрузку.

Отдыхать буду потом. Сейчас стоит зачистить эту зверушку и топать к корпусу её предполагаемых создателей. Не уверен, но вдруг у Некросов всё же кто-то дождётся меня?..

Глава 5

«Против лома нет приёма», как любил говорить один мой знакомый с производства. Знал бы он, насколько эта фраза универсальная… Магия, к которой я питал слабость и изучением которой горел, всё же уступила место грубой, куда более привычной силе — свинцу и его товарищам.

Рефлексам. Сверхсовременной броне с замкнутым циклом дыхания, а также привычному арсеналу, который, благодаря использованию клонов, стал моим естеством. Магия отошла на второй план, но не исчезла из арсенала полностью. Просто в запале боя… Скажем, над рефлексами надо продолжать работать.

Зато привычный арсенал пока справлялся с моими потребностями на этот бой. Всё же одно дело переть на мертвяка с мечом, пусть и трижды серебряным. И совсем другое — запускать в него вольфрамовую смерть с десятками, если не сотнями килоджоулей в придачу. Да ещё и «для вишенки» приправленную Разрывными патронами, что создаёт эффект стенобитного орудия. А как всем известно по невероятно «достоверным» RPG: дробящее оружие против скелетов — имба.

Вот и проверим. Стоило разобраться с чёртовым аистом (или журавлём?..), да отвести студентов в безопасное, по моему мнению, место, как я не только почувствовал, но и услышал приближение твари, непонятно откуда взявшейся в моём корпусе. Нестабильные порталы? Диверсия? Скрытый эксперимент? Хаос, в конце концов? Чёрт его знает, но некро конструкты я рассчитывал встретить в совсем другом месте. А гляди-ка — прёт из-за угла, как танк.

«Да ещё и со своим звуковым сопровождением» — подумал я, морщась от противного звука. Тяжёлый, грубый скрежет десятков костей, что трутся и перемалываются друг о друга.

— Нет, без Хаоса тут точно не обошлось… — бормочу себе под нос, перехватывая винтовку поудобнее и примеряясь к противнику.

Десятки, если не сотни скелетов различных существ, до упомянутого скрежета слепленных между собой. Живая костная масса, в которой с трудом угадываются отдельные элементы: причудливые конечности из трёх плечевых суставов, будто бы раздробленные и слепленные воедино; позвонки, что выступаю бронепластинами, а также выпяченная грудь, в которой защитой выступали смятые, покрытые какой-то коростой черепа.

Здоровенная образина, почти до потолка ростом, переваливалась с одной неуклюжей, но массивной ноги на другую. В каждой руке — по обломку кости. Одна как дубина, в то время как вторая больше походила на рапиру. Ну или арматурину, если не льстить этому порождению Хаоса. И «оружие» это постоянно, пусть и медленно, меняло форму: удлинялось, утончалось или вовсе норовило превратиться во что-то иное.

И, как неприятный бонус — сотни неприкаянных костяных осколков самой разной, но зачастую острой формы, что как смерть вращаются вокруг создания, реагируя на каждое его действие.

«Надеюсь, вся магия ушла в эту костяную тучку и никаких сюрпризов он мне не преподнесёт…»

Преподнёс. Пусть и не столь критичные, как я думал.

Колосс шёл неспешно, но лишь до определённого момента. Стоило ему опознать во мне живое существо (что не так легко сделать, учитывая броню), как он устремился вперёд, замахиваясь одной из дубин и в ярости замахиваясь на колонну по пути. Укреплённый магией камень от удара рассыпался, как песочный замок, осыпая меня шрапнелью. Вот только меня в том месте уже не было — и слава Системе.

Ведь эта тварь, то ли инстинктивно, то ли имея зачатки интеллекта, решила схитрить. Вихрь осколков, под прикрытием облака каменной были, как наждачка прошёлся по тому месту, где я только что стоял.

Более крупные, будто залп из пращи или лука, устремились дальше, ещё сильнее разгоняясь и вынуждая меня инстинктивно поставить щит из камня, трасмутируя окружающие обломки во что-то относительно крепкое. Вижу, как по конструкции идут трещины, но пару секунд у меня есть, да и энергию атаки стена почти поглотила. К тому же я «пропал с радаров», а значит…

Создаю собственную копию, накидывая на себя невидимость. Спадёт сразу после атаки, но зато лишняя секунда и, возможно, отвлечение врага на фантома — у меня в кармане.

Мы вылетаем из-за стены одним движением. Я — влево, припадая к земле для большей стабильности и концентрируя внутри себя энергию. Фантом — вправо, будто бы делая рывок в сторону большого обломка другой колонны.

«Купился!» — колосс, делая рывок к фантому, замахивается, двигаясь всем телом и открывая мне коленное сочленение. Выстрел винтовки, даже щедро снабжённые Энергией, создаёт замкнутый взрыв, а ударная волна выплёскивается через костяные прорехи, заставляя меня присвистнуть:

— Насколько же ты крепкая тварь…

Выдержать взрыв, по сути, внутри тела — это… Мощно. Хотя, если присмотреться, бесследно для колосса это не прошло. Кости, напитанные некроэнергией, будто бы поблёкли и пожелтели, потеряв часть заряда.

А потом тварь взревела. И я понятия не имею, чем она это сделала…

Мгновенный — особенно для такой туши, — рывок в мою сторону — и пол трескается, оставляя здоровенную вмятину от удара туши. А я чуть не оказываюсь проткнутым «рапирой». А мгновением позже — ещё одно «чуть»: тварь, не достав меня, попросту выстреливает своим оружием, которые я лишь чудом успеваю отбить извлечённой из инвентаря катаной. Та просто раскалывается от силы удара, зато я не становлюсь обладателем лишних отверстий в теле.

Перекат, затем ещё один — тварь наседает, продолжая проявлять неожиданную прыть, пока я отстреливаюсь в удобные моменты револьвером Гнома. Надо прикупить что-то более мощное, а лучше сделать самому — кажется, физический урон этой твари — как слону дробина.

Быстрый каст «молнии» как возможность проверить эту теорию — и разряд бьёт в сустав руки с дубиной, заставляя тварь неловко дёрнуться. «Ага, значит, напитка у тебя реагирует!»

Как же хорошо, когда ты не прогуливаешь лекции… Особенно если это лекции по боевой магии.

Бой разгорается с новой силой, пока я пытаюсь припомнить сведения об «отпечатках сути», как их тут называют. Это свойства исходных материалов, которые, как куски астрального тела, остаются на магонасыщенных предметах: костях, крови существ, редких растениях. Некроманты годами бьются над навыком «сохранения сути с уничтожением лишнего», чтобы их костяные порождения не имели проблем с рефлексами исходников.

А эта тварюшка, очевидно, «слиплась» сама. Потому как, выражусь привычным термином, тот же Рыцарь Смерти едва ли отреагировал на удар молнии.

А вот эту сволочь мои заклинания явно нервировали. Иначе объяснить яростный крик, а после смерч из костей, отправленный в мою сторону, я не мог. Окружаю себя огненным барьером, «смешивая» заклинания ауры ветра со стихией огня. Трудно, часть резерв теряется, но концентрации хватает. Крупные осколки костей, чья магия не «плавится» под воздействием моей силы, отбиваю катаной.

И колоссу это не нравится. Не сумев поймать меня или стереть осколками, он, конечно же, решает перейти «во вторую фазу».

— Чёртов Хаос! — наблюдаю за тем, как тварь с противным и особо громким треском начинает перестраивать тело. «Голова», в которой наверняка содержится ядро, опускается ближе, практически утопая в грудных пластинах. Рёбра обхватывают «грудные» черепа, а часть из них подозрительно начинают смотреть в мою сторону. Руки же разделяются, вместе с тем меняя своё содержимое. Вместо дубины и рапиры тварь «пробует» связку из двух дубин и двух палашей — длинных костяных мечей, непонятно как созданных. Несмотря на деформации и вмятины, лезвия подозрительно поблёскивали в полумраке корпуса, намекая на свою остроту.

Вот только кто бы ему дал принять новую форму. Ага, ищите дураков…

Ещё только тварь взревела, начав свои подозрительные шевеления, как я сорвался с места. Нацеленные на меня рёбра со странным звуком выстрелили, работая по площади и пытаясь зацепить хотя бы немного. Мощным прыжком сначала оказываюсь на одно из стен, оставляя металлическими ботинками вмятину в кладке, а после — выбрасываю себя в сторону колосса, облетая тем самым его залп.

Мгновение — и я оказываюсь на плече у твари, что довольно ловко, но недостаточно быстро отмахивается изменившимися руками-палашами, пытаясь при этом схватить мои ноги самой костной массой, действуя словно зыбучие пески. Вот только силушки у меня также прибавилось.

Винтовка, извлечённая из инвентаря, тремя усиленными выстрелами обрушивается на череп-«ядро», что подозрительно поблёскивает в полумраке магических светильников и всполохах огня с улицы, выглядывая из мощной груди твари. Череп трещит, но держится — ускоренные и заряженные пули застревают в плотном коконе энергии, которой тварь отвратительно хорошо управляет для существа с отсутствующим мозгом.

Тонкие полоски-трещины на черепе светятся от переполняющей их энергии. А я вновь вынужден проявлять чудеса акробатики, мысленно радуясь подвижным сочленениям брони, которая почти не стеснялась движения.

Тварь яростно трясёт плечами, сменив тактику и пытаясь не поймать, а скинуть меня, заодно бессильно скребя о защитные латы брони в районе икр, издавая чёрт знает какой по счёту противный звук — дикую смесь из скрежета и визга.

— А как тебе понравится это? — вместо тактики с разрывными выстрелами извлекаю новую катану, напитывая ту силой Энергией пронзания, делая лезвие ещё острее. Дополнительно подаю ману в небольшую рунную цепочку, что слегка усиливала режущие свойства магией ветра.

Твари «это» не понравилось. Удары, пусть и достаточно короткие, без замаха, из-за динамики боя и клинча, и резали, и рубили неподатливые «связки» костей, что удерживали правые руки.

— Сволочь! — успеваю отпрыгнуть в сторону, но не полностью — тварь всем весом обрушивается правой стороной, тем плечом, где я находился, на стену, пытаясь раздавить меня. Подпрыгиваю, но левая нога взрывается сильной болью — грубая мощь заставляет доспех трещать, а костям внутри явно весело.

— Хаосово отродье! — шиплю от боли, с яростью наблюдая, как трещины на черепе пытаются затянуться.

«Ну уж нет!»

Инъекторы уже делают свою работу, а я, в порыве эмоций, делаю ещё один рывок — прямо на противника.

«Это уже становится отдельным приёмом…» — мозг, несмотря на шквал эмоций, подмечает забавный факт, в то время как я наблюдаю за катаной.

Та, напитанная всем, чем можно, с трудом входит в череп монстра. А в следующий раз её остриё взрывается. «Разрывные патроны», навык, что со мной с самого начала пути, уже давно стал чем-то большим, выручая меня в очередной раз.

Развороченная голова тварь визжит, но напрасно: вскинув винтовку, я повторяю свои три выстрела, окончательно пронзая ядро и упокаивая нечисть, чтобы после несколько неуклюже, из-за раскуроченной ноги, отпрыгнуть в сторону.

Колосс же с грохотом падает на пол, вызывая ощутимую дрожь. Сотни костей, будто потеряв невидимые нити, осыпаются, становясь простым мусором.

— Какая же ты крепкая дрянь… — пытаюсь отдышаться и борюсь с желанием пнуть одну из костей.

Трижды проверить, нет ли рядом противников. Отозвать секцию брони до левого колена, чтобы та не мешала регенерации конечности. Смотрится странно, но плевать. Активировать необходимые инъекторы, плюс потратить часть резерва на заготовленный артефакт-регенератор, выданный заботливой Лиз. Времени на передышку я себе дал немного.

Вот только судя по тому, что я чувствовал, инцидент подходил к концу.

Ковыляя к выходу из здания, я чувствовал группки студентов, что попрятались по корпусу. Поток тварей на выходе иссяк, и отряды магов восстанавливали силы.

Командующий заслоном, поглядев на мою размочаленную в хлам ногу, что активно возвращала «опрятный» вид, предложил помощь, но я в ответ лишь начал перечислять местонахождение студентов. Работа была ещё не окончена.

Будто бы в такт мыслям раздались новые взрывы. Сначала где-то вдалеке, даже не на территории академии. Но второй…

— В укрытие! — крик одного из магов лишь подтверждает очевидное, когда прямо в воздухе, из пространственных разломов, формируется несколько плетений.

Мгновение — и канонада раздаются прямо над нашими головами.

«Твою мать!» — меня спасает защитный шлем, но тело откидывает в сторону, будто пушинку.

Остальные… Что ж, среагировать успели не все. Каждый взрыв, а их было не меньше десятка, был по-своему коварным. Где-то — обычная ударная волна, где-то — поток ветвистых молний, что находили свои цели, поджаривая их. Каменная и ледяная шрапнель, потоки магмы — неизвестные били всерьёз.

Защита Академии, вышедшая на полную мощность, поглотила большую часть магии, значительно ослабив силу плетений, но полностью избавиться от них почему-то не смогла.

«Нога почти цела» — отмечаю про себя хорошую работу стимуляторов, вместе с тем на пределе сил вновь сканируя пространства, — «Грех отлынивать от работы. Твари…»

Переломы и ссадины — меньшее, с чем мы по итогу столкнулись. Многие из магов поставили щиты, которые смогли «срезать» и без того ослабленную атаку, пусть даже и не полностью. Но повезло не всем.

Завалы, на разборку которых приходилось тратить время. Пожар в Алхимическом корпусе, который маги гасили с особым усердием. Ожоги, травмы слизистой, необходимость выстраивать коридоры из щитов воздуха, чтобы пробиться к раненым и вынести их из задымлённых помещений.

Остатки химер и умертвий, которые нет-нет, да вылезали буквально из ниоткуда, от которых я скорее отмахивался, чем действительно сражался. Резерв почти показывал дно, а тело ныло от препаратов и интенсивного движения. Но я продолжал раз за разом вытаскивать тех, кому не повезло оказаться слишком близко к тварям или взрывам.

Я уже не глядел, в каких количествах трачу стабилизаторы и ослабленные инъекторы лечения. Запасы исчезали на глазах, но это позволяло пусть и не вылечить, но стабилизировать раненых. Многих ребят я знал лично, многие узнавали меня. Но всё быстро превратилось в калейдоскоп из травмированных магов и препятствий на пути к ним.

Минуты превратились в часы, пока в какой-то момент я просто не осознал, что целей больше нет. Пожар локализован. Барьер пусть и отключён, но уже был не нужен, а над всеми ранеными склонились ребята из Школы Жизни.

Важнее то, что всех «своих» я уже почувствовал. Саманта и ребята отделались лёгким испугом — общежития почти не пострадали, а именно там они решили провести время после занятий, работая над каким-то проектом. Лиз же, почти сразу после того, как я ворвался в корпус, а поток монстров спал, приступила к помощи с разбором завалов. Да и в целом — чем дальше, тем больше магов прибывало в Академию из дома или с отдыха. Занятия только недавно закончились, так что далеко они уйти не успели.

— Ты как? — Элизабет каким-то образом нашла меня рядом с корпусом Жизни, где я, сидя на чудом уцелевшей, но покрытой каменной пылью лавке, банально «откисал», восстанавливая силы.

— Жить буду. Ты, я вижу, цела?

— Да, спасибо за помощь с химерами, — Лиз не улыбнулась, но сосредоточенно кивнула, витая в мыслях, — Ребята также передавали благодарность.

Внутри сплеталась странная смесь из ярости и злости, тревоги и печали по тем, кому повезло меньше. Потери были, пусть и не столь катастрофичны, как можно ожидать от столь большого происшествия. Раненых вылечат, нескольких даже смогли вытащить с того света.

— Известно что-то о зачинщиках? — с некоторым трудом встаю, ощущая неприятное жжение в мышцах из-за отходняка стимуляторов.

— Я потому и подошла, — кивнула девушка в сторону корпуса, — Пойдём, Маркус уже ждёт у главного корпуса. Меня, как преподавателя и логиста. И тебя. Правда, не сказал в какой роли.

— Маркус? Не Ректорат?

— В том-то и дело. Служба Безопасности уже уточняет последствия, но… Это явно не обида к магам, а что-то большее.

— Чую проблемы, — после боя я явно не был эталоном ораторского искусства.

Требовалось отдохнуть, но этого, кажется мне сделать это в ближайшее время не получится.

— Я тоже, Пси, я тоже. Маркус сказал, что это не долго — нужно собрать показания по свежим следам. А вот уже завтра, думаю, будет другое собрание. Но это лишь моё предположение…

Над Академией поднимались редкие клубы дыма. Пройдёт немного времени, чтобы отстроить всё заново, но последствия диверсии в самом обществе устранить будет куда сложнее…

Глава 6

Солнце клонилось к горизонту, так что равномерно сверкающий купол защитной системы, развёрнутый над территорией Академии, в подступающих сумерках был ясно виден. И, судя по его свечению, питание всего плетения уже вернулось к норме. Никто не спешил отменять тревогу — впереди предстояло много работы.

Последствия нападения быстро устранялись, но даже маги не всесильны. К тому же необходимо было не только восстановить разрушенное и помочь раненым, но и разобраться в том, что произошло. Понять хронологию событий, найти виновных или улики, указывающие на них, понять, что конкретно руководило нападающими и достигли ли они своих целей. В общем, требовалось провести полноценное расследование, помочь раненым, разгрести завалы и ликвидировать все последствия произошедшего.

Поэтому академия напоминала разворошённый улей. Туда-сюда сновали десятки, если не сотни, людей: маги, стража, служба безопасности короля, даже обычные мирные жители из круга доверенных лиц, выполняющие роль обычных помощников: медбратьев и медсестёр, координаторов и посыльных, а то и просто носильщиков. Рук катастрофически не хватало.

Логистику усложняли проверки: дежурные маги проверяли специальными плетениями не только тех, кто входил, но и тех, кто покидал это место. А неприметно стоящие неподалёку менталисты, я уверен, по-настоящему контролировали ситуацию. Зацепки. Контроль. Безопасность. Не знаю, обоснованы ли были эти действия, но в чужой монастырь, как говорится…

К тому же помощь требовалась не только в самой Академии, но и в городе. В некоторых районах всё ещё бушевало пламя, и многие маги буквально разрывались на части, пытаясь помочь мирным жителям, пострадавшим от отвлекающих манёвров-диверсий. По доносившимся до меня обрывка разговоров я понял, что им уже спешат на помощь, но контроль над основным комплексом зданий не спешат ослаблять, опасаясь повторного нападения или других происшествий.

Я же, скрепя сердце, попросту сидел, восстанавливая силы. Забавно, но никто даже не бросил косой взгляд, ведь, как я заметил уже вставая, на соседних скамейках, а то и просто привалившись к уцелевшим деревьям или стенам комплексов, сидели другие маги. Кто просто прикрыв глаза, кто в полноценной медитации, судя по позе — силы и магические резервы требовали восстановления, а работа на износ быстро приводила к «сгоранию» мага. Иногда — необратимо.

А видок у меня был соответствующий пережитому. Я, закопав подальше паранойю, через Инвентарь сменил боевую броню на привычное кожаное облачение мага. Впрочем, его также быстро пришлось скинуть, оставшись в простой рубашке с короткими рукавами и свободных штанах по причине банальной жары.

Когда адреналин стих, а стимуляторы, по большей части, вышли из организма, я наконец обратил внимание на руки. Они, да и всё остальное тело, буквально исходили паром: раскрасневшиеся, с обширными гематомами лопающихся от жара сосудов. На фоне алой кожи белёсые рытвины шрамов от случая с избытком жизненной силы выделялись особенно ярко. Думаю, замерь я температуру, на градуснике выскочила бы цифра далеко за сорок.

Но, что интересно, чувствовал я себя… сносно, для таких «визуальных эффектов». Боль, конечно, блуждала по телу, постоянно покусывая то или иное место, а сердце колотилось в ушах, но после всего пережитого это был почти… комфортный?.. уровень боли и неприятных ощущений. Неправильное, но подходящее слово.

Магическое ядро горело, всё тело ныло от постоянного процесса Адаптации. Но оно и не удивительно. Скорость, которую я показывал при открытии печатей, оказалась не то чтобы временным эффектом, но, скажем так, сразу после снятия очередных ограничений организм оказывался на пике. Этим и обосновывалась моя неспособность контролировать силу, как и выросшие в разы показатели, которые я демонстрировал тем же Фалько с Маркусом. Об этом Док предупреждал.

Когда же всё приходило в норму, а я восстанавливал контроль над телом и приходил в себя, большая часть этих резервов уходила куда-то вглубь: затаивалось в физическом и астральном теле, отпечатывалось в душе. Чтобы после, в критический момент, дать дополнительный запас сил и энергии, когда от этого зависит жизнь

То самое второе, а то и третье дыхание. вновь оказывалось мне недоступным. Поэтому, хотя после открытия печати моя скорость возросла и я был на уровне сильных магов этого мира, мне всё ещё требовалось время, чтобы вернуть форму. Требовались полноценные тренировки, чтобы восстановить привычный мне арсенал в той мере, насколько это сейчас возможно. А тут, как назло — это. Организм всё ещё не пришёл в себя, не хотел работать на износ по-настоящему.

Поэтому сейчас всё нещадно ныло: как физическое, так астральное тело после затраченной энергии «матерились» на меня ощущениям. А я лишь благосклонно принимал их гнев. Проще говоря, сидел и терпел боль, ожидая, когда организм адаптируется.

В запале боя этого не чувствовалось, но каждый пропущенный через себя выстрел или Энергия Пронзания и Разрыва — всё это приводило к микротравмам астрального и физического тела. Док, к слову, о подобном меня предупреждал.

Более того, он, пусть и с ворохом «но», поддерживал подобное использование сил. Насколько я помню, сказал он тогда что-то следующее:

— Понимайте, Пси, естественно, официальная наука, официальное здравоохранение, к которому вы, возможно, привыкли в вашем мире, работает несколько иначе. Они стараются беречь пациента. Система же, и, соответственно, наш отдел поощряет… эксперименты над собственной душой, астральным и физическим телом. Ради этого, во много, всё и затевалось. Чем сильнее вы, грубо говоря, рвёте жилы, тем больше результатов вы получаете, тем больше ваша душа адаптируется, тем больше по правилам этого мира и этой мультивселенной вы становитесь сильнее.

Тогда я сидел и слушал, внутри переживая целую бурю эмоций, как из-за снятия печати и сопутствующих «ощущений», так и из-за подобных откровений. А Док, не замечая этого, окрылённый полученными данными, продолжал:

— Условно говоря, кровь, пот и боль вознаграждаются. Во многом, благодаря механике работы Системы, которая правильно использует ваши усилия. Ваши Жертвы, — выделил он по-особенному слово.

Так что, хоть что-то во мне и было против подобного, все полученные раны, по сути, шли мне на пользу. Думать не хочу, как бы я выглядел в случае, если бы Система не устраняла большую часть повреждений без образования шрамов и рубцов.

«Хотя...» — я задумчиво посмотрел на испещрённое тело, на кожу, испещрённую разрывами, — «Временами и она "халтурит", если перестараться…»

Постепенно мне становилось лучше. А поскольку выглядел я как рак, причём не варёный, а буквально кипящий в кастрюле, никаких вопросов к моему отлыниванию у окружающих не возникало. Таким меня и застала Лиз. Если и обратила внимание, то не подала виду. А может просто была слишком погружена в обдумывание произошедшего.

Пока я отсиживался на лавке, а после болтал с Лиз, восстановилась связь. Поэтому, топая в сторону здания Администрации, где расположили оперативный штаб, я успел убедиться, что всё в порядке. Короткий разговор с Лилит убедил меня в том, что в особняке всё спокойно, а девушки уже отправились помогать пострадавшим в округе.

Столь же короткий, но экспрессивный разговор со слегка напуганной Самантой меня немного успокоил — девушка действительно отделалась синяками и ссадинами, а вот «лёгкий испуг» у одного из наших выглядел куда интереснее. Сильнее всех досталось Сайласу, который принял на себя удар увесистым обломком. Тот знатно повредил парню руки, превратив их в неприятно выглядящее месиво, и сломал несколько рёбер напоследок. И это несмотря на выставленный на автомате щит.

Но девочки, благо, оперативно среагировали, а рядом оказавшийся целитель стабилизировал мага. Так ждал теперь парня курс интенсивного магического лечения. Не заметил я этих повреждений как раз из-за того, что на таком расстоянии магические «заплатки» маскировали повреждения, а всматриваться у меня времени и сил попросту не было.

— Мне пора, Сэм. Нужно разгрести всё это. Сайласу передавай похвалу и угрозы одновременно. Поговорим ещё с ним потом.

— Он помочь хотел! — вскинулась было девушка, но тут же, вздохнув, продолжила, — Забудь, я понимаю. Я приглашу ребят на ужин, ты не против? — девушка знатно приободрилась после того, как я её выслушал.

И, что было приятно, она понимала цейтнот, потому её рассказ вышел хоть и экспрессивным, но сжатым и содержательным.

— Конечно! Маркуса я, думаю, сам встречу и приглашу.

— Отлично! Береги себя, до связи!

На деле мне, естественно, было не до ужинов. Но стоило поддержать девушку, сохраняя вокруг неё видимость нормально обстановки. Думаю, они с компанией попросту продержат работу над проектом, пытаясь отвлечься от происходящего.

А Сайласу я устрою взбучку… Надо же было додуматься вылезать из безопасного места. Герой, мать его… Ещё и остальных за собой потащил. Хотя, по словам Сэм, именно благодаря его быстрой реакции парочка первокурсниц отделалась испугом и, наверняка, моральной травмой. Но всё же опасность, которой они себя подвергли…

— Всё будет хорошо, — идущая рядом Лиз, что мониторила обстановку, шлёпнула мне ладонью по плечу, выводя из мыслей, но тут же одёрнула руку, — Ауч! Горяченный…

— Я настолько читаем?

— Нет, — потрусила руку девушка, даже подув на неё, — Но я слышала разговор. Было нетрудно предположить, что у тебя в голове.

Лиз слегка грустно улыбнулась, но быстро встрепенулась, прерывая разговор и вглядываясь в побитое здание Администрации.

На удивление его задело не так сильно, но необходимость перенаправить энергию защитного контура на более проблемные места, а также вторая волна взрывов сказались на облике этого места.

Языки алхимического огня с прогорклым отзвуком Хаоса по-особому лизнули стены здания, оставив противные, противоестественные узоры, что одновременно притягивали взгляд и вызывали липкое чувство в груди. Такие я уже видел в нескольких местах и маги старательно «выжигали» эти следы уже нормальным пламенем. Выбитые окна и несколько сколов на стенах дополняли картину.

— В любом случае, надо сосредоточиться на деле… — пробурчал я самому себе, отгоняя мысли о возможных потерях Академии.

Прежде чем мы попали внутрь, пришлось пройти проверку несколькими заклинаниями, а также печатями подтвердить личность. И то, нас пропустили в этом место лишь по прямому приглашению — остальной персонал сейчас помогал восстанавливать академгородок, но даже при желании они не могли войти.

У стен стояла охрана — как маги, так и элитные стражи короля и специалисты СБ. Некоторых я даже знал, кивнув в знак приветствия, но большую часть просто чувствовал — сильные ребята. Наверняка усиленные магически, даже обычные люди. Это чувствовалось по изменённым мышцам, укреплённым костям и дополнительным органам. Ну и по куда более интенсивному свечению в восприятии жизни, конечно.

— Нам сюда, — потянула меня Лиз, видимо уже знакомая с процедурами действия в таких случаях.

Вместо того, чтобы подняться на второй этаж в переговорный кабинет, мы спускались в подвал. Причём сразу на минус второй этаж, на глубину не меньше десяти метров.

Впрочем, ощущения запертости или мрачных подземелий не возникло — коридоры ярко освещались магическими светильниками, а само место, в силу своей укрепленности и дополнительному контуру защиты, не пострадало.

На дверях не было табличек, но само их количество впечатляло — видимо, под здание выстроили сразу несколько полноценных подземных этажей. Вероятно, сюда, в случае опасности, эвакуируют и всю верхушку власти, как в самое защищённое место. Учитывая количество магов, на роль последнего оплота Академия подходит лучше всего.

В случае нападения на столицу именно это место станет центральным звеном в системе координации. Даже мана здесь ощущалась… гуще и тяжелее, отчего моё тело начало восстанавливаться ещё быстрее, чем прежде.

Мы шли по коридору, а Лиз, видимо, пыталась понять, куда конкретно нам нужно, но вскоре необходимость отпала:

— Мисс Фэрокс, Пси, прошу сюда, — мужчина в боевом облачении мага с короткой бородкой высунулся из дверного проёма, махнув рукой, и тут же исчез.

Последовав за ним, я с трудом сдержал удивление. Хотя, видимо, что-то всё же отразилось на лице, поскольку встречающий нас маг кивнул:

— В некоторые концепции нас посвятило ваше… руководство. Морис Хартон, один из координаторов СБ Академии, приятно познакомиться. У нас тут аврал, так что позволю себе опустить любезности.

Пояснение мужчина дал по той причине, что облик помещения больше напоминал смесь из опенспейс-офиса и координационного центра космодрома. Множество рабочих мест располагалось полукругом у центральной голограммы, на которую выводилось множество данных — иллюзии академгородка, маячки передвигающихся разумных. Думаю, не ошибусь, если скажу, что именно отсюда управлялся защитный контур Академии. Совершенно нетипичная планировка и стиль для этого мира…

По помещению сновали маги. Кто-то вглядывался в главный экран, что-то колдуя; кто-то возился с артефактами и стационарными версиями зеркал. При этом гомона не было — хитрое плетение отсекало весь лишний шум и, похоже, было умным: Хартон по пути без проблем дозвался до неизвестного мне мага, который в ответ лишь кивнул, глядя на нас, и вернулся к делу.

Дикий контраст между практически классическим фэнтези с магией и каким-то техномаго-сай-фаем слегка выбивал из колеи.

Всё это я подмечал на автомате, давая себе на размышления не больше пары секунд.

— Нужно что-то конкретное? — постарался вернуться я к разговору, боясь упустить время.

— Помощь, — кивнул маг, — Но это уже завтра. Сейчас я попрошу вас дать показания. Вне очереди, вне протокола. Элизабет была в гуще событий. Вы, Пси, оказали большую помощь в поиске пострадавших.

Говоря всё это, Морис провёл нас к своему столу и активировал знакомый мне артефакт записи. Полезная штука, чтобы ничего не забыть и не упустить — делает копию не только разговора, но и всего окружающего пространства, позволяя отследить мимику и язык тела говорящих.

— Дамы вперёд?.. — вопросительно взглянул я на Лиз, на что девушка ухмыльнулась и начала рассказывать.

Ничего сверхценного девушке услышать и увидеть в начале произошедшего не удалось. Банально по той причине, что такая мечтательная натура, как мой преподаватель артефакторики, всегда уходит в работу с головой. Она даже первый взрыв не услышала, выпав из творческого транса лишь тогда, когда защитный контур лаборатории подал сигнал тревоги. Зато потом, уже после произошедшего, она успела даже проглядеть некоторые показания своих диагностических артефактов. Всё же слегка (или не слегка) параноидальный маг — живой маг, так что подобное быстро входило в привычку.

— …странно, но защитный контур самого корпуса пробит не был. Не похоже на проникновение. Кто-то активировал артефакт внутри?.. Или ритуал? Я потом ещё соберу данные с датчиков, может что-то они, да уловили. Пока рассматриваю вариант с дробным ритуалом. Принесли в несколько заходов, слепили всё воедино и уже внутри активировали. Вариантов… много, но это… бред. Я бы так сказала, — нахмурилась девушка, — Если бы мы тут не травили хаоситов.

Некоторое время девушка живо обсуждала некоторые подробности с Хартоном, который явно понимал в теоретических материях и специфических показаниях куда больше моего. Я, конечно, улавливал знакомые термины, но вот связать воедино плотность магии с нюансами её резонанса не мог.

— Спасибо. Данные…

— Обязательно скину! Я могу идти? — оживилась Лиз, решительно глядя на нас, — Появилась пара… идей. Как закончу, принесу всё. Лично.

— У вас, — Хартон поглядел на одну из голограмм, показывающую время, — Три часа. Следующая планёрка по итогам первичного анализа будет в девять тридцать.

Кивнув, девушка буквально упорхнула, вцепившись в свою теорию, а маг перевёл внимание на меня:

— Теперь с вами. Вы подтверждаете сказанной Элизабет Фэрокс?

— Полностью. Во всяком случае, во всех эпизодах, где мы пересекались и где я её ясно чувствовал. Вы, думаю, в курсе про особенности моего восприятия, но вынужден признать — сам фокус моего внимания не безграничен.

— Понимаю. Тогда давайте начнём с вашего появления…

Меня Морис расспрашивал куда подробнее. К сожалению, просто так передать мои воспоминания не получалось — слишком «формат» всенаправленного восприятия пространства отличался от шаблонов заклинания, от чего плетение банально выгорало.

Пришлось, привлекая помощников, практически поминутно воспроизвести всё, что я смог чётко запомнить: положение знакомых магов, точки взрывов, количество и тип противников, ощущаемые возмущения. Мы сидели практически до той самой планёрки, о которой упоминал маг, пока меня, наконец, не отпустили. И то лишь потому, что требовалось сопоставить всё воедино и по горячим следам выйти на возможных зачинщиков.

Тут я, к сожалению, мало чем мог помочь. Профессия дознавателя — отдельная, тонкая наука, в которой компетенций у меня не больше, чем в цирковом ремесле.

Впрочем, я утешал себя утренним собранием:

— Мы ждём вас к десяти, Пси. Думаю, черновой план ответного укола обсуждать будем там. А уже после… Впрочём, — раздражённо выдохнул через нос маг, — Это дело бессонной ночи, а то и двух. И… Спасибо, что выручили девчат в «Химерке». Одна из студенток — моя племянница.

— Без проблем, — киваю, наконец поняв, откуда черты Хартон мне кажутся слегка знакомыми, — Тогда продуктивной работы, Морис.

На том и распрощались. Восстановившись, я всё ещё не мог успокоиться, практически до полуночи разбирая завалы и помогая в ликвидации последствий теракта. Вразумить меня на поздний ужин смогла лишь Сэм в кооперации с девушками, что уникальной смесью заискивания, приказа и тревоги попросили вернуться домой и наконец отдохнуть. Очнувшись от странного транса, я был вынужден согласиться с близкими — завтрашний день обещал быть насыщенным. Надеюсь, его «насыщенность» будет не такой, как сегодня.

Глава 7

Ликвидация последствий. Пожалуй, так можно было описать происходящее в Столице на следующий день. Маги работали не покладая рук, но этих самых рук всё равно не хватало. Впрочем, на производительность этих ребят грех было жаловаться — город стремительно преображался, возвращая себе привычный облик.

Но напряжение в воздухе всё же читалось. И по дороге на собрание я отдельно уделил внимание атмосфере вокруг.

Над несколькими районами висели полупрозрачные защитные купола энергии — там, насколько я мог понять, исходя из своих знаний, проводились работы по разминированию. СБ искала остатки диверсий и все подозрительные места опечатывались и накрывались куполом. Чтобы при взрыве не пострадали соседние районы. Мало ли что в «начинке» этой взрывчатки. Прошедшие события показали, что наши противники горазды на пакости.

На улицах то и дело встречались патрули обычной стражи и отряды снующих туда-сюда магов. Некоторых я даже знал — ребята подходили, благодарили за помощь или просто кивали издалека, не отвлекаясь от своих задач.

Неожиданным элементом антуража стали летающие дроны, идею которых как-то подхватила у меня Лиз и начала работу над ними в качестве побочного проекта. Что поделать — девушка увлечённая и, несмотря на занятость, готовая к новым вызовам. Не думал, что Академия решится так скоро показать их публике. Но видимо, рук действительно не хватало. Скорее всего, так, учитывая наличие и призрачных маунтов-духов, которые также помогали в поисках возможных «подарочков».

«Нехорошо…» — проходя мимо местной больницы, я сжал губы, оглядывая длинную выстроившуюся очередь гражданских. Их было много. Непозволительно много. Впрочем, всех «срочных», как я узнал ещё вчера, уже взяли в работу. Сейчас у входа стояли легкораненые. Мужчины, женщины, иногда дети. Вон девочка баюкала руку, кожа которой взбугрилась, будто от попадания на неё кипятка. Её за плечи приобнимает отец, сурово оглядываясь по сторонам и периодически морщась от боли в перебинтованных и уже покрасневших руках. Ожоги там и тут намекали, что он либо находился рядом с одним из взрывов, либо помогал разбираться с последствиями.

Нехорошо. Не должно так быть. И не привык я глядеть на последствия… Слишком часто Стражи работают по принципу «ударил и отошёл». А там — уже не важно, что дальше.

О том, что атаковали не только Академию, но и весь город, намекало многое: почерневшие стены, разрушения некоторых зданий. На мостовой, по которой мы с Сэм частой прогуливались в нашу любимую кондитерскую, сейчас виднелись следы пламени Хаоса — отвратительные, противные самому миру узоры оплавленного камня.

Впрочем, город постепенно излечивался от этих мерзких ран. На некоторых улицах уже вовсю трудились магостроители, устанавливая артефактные ремонтные каркасы. Работу одного из них я видел на подступах к Академии — медленно, словно в замедленной и инвертированной съёмке, обломки дома взлетали в воздух, собираясь, словно пазл, в готовое здание. Там, где материала не хватало в силу его уничтожения, он брался из запасов артефакта. Думаю, пройду я сутками позже мимо здания, и от прежнего отличить смогу с трудом.

И люди это видели. Не изнеженные современным (моим) обществом без войн гражданские, видя происходящие изменения и неустанную работу магов, постепенно, как и город, приходили в себя. Торговцы открывали лавки и магазины, люди спешили на работу и по своим делам.

Конечно, про пожары и взрывы не забыли. Я видел мрачного паренька, глядящего на разрушенный дом, который явно для него многое значил. Видел и ожесточённо спорящих мужчин, что пытались выторговать друг у друга и у третьего товарища подробности произошедшего. Даже той минуты, что я проходил мимо, мне хватило, чтобы услышать обрывки фраз: «Это точно война, вот увидишь…»; «Говорят, не химеры это были!»; «А кто, по-твоему? Демоны Ха… Нечисти?». Люди искали ответы. Думаю, службы Короля уже готовят, говоря привычным мне языком, пресс-релиз.

Впрочем, работа с населением велась уже сейчас: там и тут висели иллюзорные объявления и баннеры с просьбами сохранять спокойствие, адресами и номерами аварийных служб, сообщения о потерянных и найденных гражданских, а также объявления о наборе добровольцев — как в дружину, так и в волонтёры для помощи в восстановлении города.

Причём, что парадоксально для меня — это работало. Они не казались антиутопичным проявлением власти, что пыталась задавить панику. Скорее, интерактивной новостной лентой, которая помогала разрушить неизвестность, по обычаю стягивающую сердца простого народа. Возможно, дело в попадающихся иллюзиях с отчётами о проделанной работе, благодарностями некоторым особо инициативным гражданам и фотографиями работающих «точек помощи».

По крайней мере, с этой стороны власти Столицы работают на совесть.

Большинство иллюзий пропало, стоило мне подойти к территории Академии. На воротах стояла усиленная охрана, возможно, со вчерашнего дня. Разве что караул сменился: двойные контуры защиты, магические сканеры, артефакты подавления Хаоса, неприятно скребущие саму душу. С последними наверняка подсуетилась Система — не помню, чтобы у местных была такая технология.

Я прошёл без проверки, просто предъявив документы и сняв маскировку с ауры — некоторые артефакты и импланты в моём теле подделать было почти невозможно.

Академия почти оправилась от последствий, но результатом стали группы усталых, но собранных магов. Студентов я почти не видел, только старшекурсников. Наверняка остальные либо отсиживались в силу неопытности, либо помогали в самом городе, где защита попроще.

Несколько раз обменявшись приветствиями со знакомыми, я вошёл в здание администрации, которое почти не изменилось со вчерашнего дня.

А вот координационный центр за ночь будто бы стал больше. Я пригляделся — и действительно. Тонкое, сложное плетение будто бы «расширило» и без того большое пространство, обеспечив дополнительные рабочие места и визуально «отделив» центральный сектор от остальных. Появившиеся за ночь проекторы щита, которые я, после практики у Лиз ни с чем не спутаю, намекали на способ защиты конфиденциальности.

В центре помещения, окружив главную проекцию, на которой сейчас виднелся шар-голограмма этого мира, стоял большой стол на пару десятков с лишним мест, каждое из которых было снабжено своим терминалом.

Думаю, что-то подобное наверняка я бы увидел где-нибудь в Пентагоне — самые современные технологии, скрытые от глаз простого народа.

Защиту явно усилили — светлый камень стен помещения испещряли рунические панели, а окна даже на вид стали толще раза в два. Осадный режим? Или просто поспешное укрепление имеющимися средствами?

Вокруг кипела работа — на окраинах центра, за десятками терминалов, как и вчера, бесшумно шевеля губами, работали десятки магов разведки. Плетения, как поделился Маркус на досуге, когда я задал логичный вопрос, не только отсекали звук, но и маскировали движения губ. Сбор информации и анализ обстановки шёл полным ходом.

А за столом уже собиралось руководство. Вот махнул рукой упомянутый Маркус, выглядящий неважно — на лице читалась усталость и раздражение, но парень держал концентрацию, вчитываясь в очередной доклад.

Ливил, глава отдела аналитики, разбирал какую-то магическую структуру, вертя в руках иллюзию и меняя конфигурацию плетения раз за разом.

Отдел артефакторики во главе с непосредственным начальством Лиз… Не вспомню имя, но контроль над нашими поделками у него строгий. Не вспомню, потому что этот жук принципиально меняет его каждую неделю в целях защиты данных.

Представителя короля, некоторые ребята с разведки, естественно, руководство Академии, которое возглавляла магистр Эльмира. Кажется, даже Инквизиция была на месте. И, судя по тщательно сдерживаемому довольству, как минимум одного крота им удалось найти.

Хартон, которого, видимо, прикрепили ко мне в качестве координатора, протянул мне руку в качестве приветствия уже спустя двадцать секунд после того, как я появился на пороге:

— Отлично, Пси. Прошу к столу. Собрание скоро начнётся, а я, если не против, попросил бы подмахнуть пару бумаг, — он поморщился и подал практически обычный планшет с защёлкой для листов, — Бюрократия неизбежна.

Я лишь кивнул, беря в руку магическое перо и, вчитываясь в краткую сводку вчерашнего отчёта, заметил:

— Помещение изменилось. Щит в центре?

— Самое защищённое место в самом защищённом месте, — пожал плечами привычный к этому мужчина, — Боевой протокол, тоже Система подсказала. Всего не знаю, но активировали его всего три раза на моей памяти. Хотя я бы задался вопросом, если бы после произошедшего центр остался в стандартной формации.

Уже скоро мы разошлись по своим делам. Я занял место за столом, по правую руку от Маркуса, а Хартон ушёл, как он сказал, «дальше возиться с бумажками». Кажется, он слегка преуменьшил роль бюрократии во всём этом.

С другой стороны, отчёт я прочитал — всё трактуется однозначно, информация сжата и практична, а факты выделены и имеют перекрёстные ссылки на другие документы. Собирать подобные отчёты в единую систему данных, должно быть, одно удовольствие. Разведка тут штаны точно не просиживала.

На меня поглядывали, но без огонька — все присутствующие, уверен, уже успели изучить моё дело, а то и не одно. Да и многие догадывались, в каком ключе мне предстоит впрягаться во весь этот балаган, и я в том числе. Но пока предстояло послушать вводные.

Собрание началось точно в назначенный срок и все места были заняты. Стол окружила чёрная непроницаемая сфера, почти сразу же превращаясь во что-то похожее на матовое стекло. Внешнее пространство теперь виднелось очень размыто, но и нас, я уверен, едва ли можно было разглядеть. А голограмма вывела все оперативные данные по происшествию: число жертв, активные операции, улики и другие важные сведения.

Ливил, как глава отдела аналитики, стартовал с краткой сводки произошедшего: когда, как, сколько взрывов, предполагаемые исполнители. На пробелы в информации указывал прямо, оставляя зарубки там, где агенты сейчас активно рыли и, возможно, вскоре эти пробелы исчезнут.

— По нашим данным, часть взрывчатки точно была доставлена два месяца назад по компонентам. Другая часть и вовсе являлась стандартными реактивами алхимиков и химерологов, смешанных в пропорциях, которые мы сейчас выясняем. Мотивы противника очевидны — прощупать оборону Столицы и, отдельно, ослабить Академию.

— Откуда Хаос? — задал вопрос хмурый мужчина военной выправки. Кажется, командор Кайрен, представитель от королевской стражи. Обычной, не службы безопасности. Его бойцы сейчас вовсю разгребали остатки завалов и наверняка несколько раненых будут лечиться от Скверны Хаоса ещё долго.

— Уточняем. Основная версия — сложный ритуал на стыке алхимии и артефакторики. Бомбы сами по себе не содержали эманаций. Ни осквернённых камней, ни материи проклятий, — взял слово отдел артефакторики, — Насколько удалось выяснить из данных системы наблюдения, конструкт не относится к Хаосу, но его работа дестабилизирует пространство, открывая к нему путь. Поэтому детекторы и молчали.

— Просчёт, — нахмурился вояка, постукивая пальцами по столу, — Никак не отследить?

— Работаем над этим. Сейчас вносим в систему отдельный триггер на специфические паттерны. Отдел ритуалистики рвёт и мечет, пришлось поднять архивы, но к вечеру, думаю, большую часть такой пакости мы отследить сможем.

— Проблема в том, что плетений Хаоса — сотни, — решаюсь внести ремарку, памятуя об уже встреченных Сквернах и их паскудном разнообразии.

— Верно. Мы уже запросили у Системы нужную информацию, цена согласуется.

— Я составлю отчёт по тому, что уже встречал на вылазках.

— Мы будем благодарны. Продолжим. В результате диверсии пострадали восемь корпусов, а также следующие районы…

«Количество пострадавших в пределах допустимого…», «Четырнадцать оригиналов украдены из первой секции Библиотеки…», «Девять студентов пропали без вести, их сигнатуры пришли в движение ещё до теракта…»

Просидели мы долго — до самого обеда, больше пяти часов. Кромсали лоскутное одеяло данных, причём лоскуты иногда приносили прямо в процессе общения. Разные отделы органично работали друг с другом, что меня поражало — ещё ни разу не видел, чтобы кто-то вне Системы так органично работал вместе, не перетягивая одеяло на себя. Думаю, хотя бы за тыл можно не переживать. Эти — подготовятся.

За эти часы нам почти удалось проследить цепочку, по которой заряды попали в Столицу. От предполагаемых исполнителей до маршрутов транспорта и содержимого — маги пахали как проклятые, восстанавливая как репутацию, так и готовя ответку.

Пару диверсантов поймали и сейчас допрашивали в застенках Академии. Правда, спустя пятнадцать минут с момента, как посыльный передал эту информацию, он же прибежал второй раз — печать Хаоса вскипятила одному из «языков» мозги и технику допроса пришлось менять, отчего неприметный дядька с абсолютно серым лицом, которого я даже восприятием пространства с трудом ощущал, встал из-за стола и, незаметно для остальных, отправился работать лично.

Пропавшие тома содержали в себе способы борьбы с Хаосом и некоторыми другими «противными» школами. Предсказуемо, но с самого начала беседы все присутствующие понимали — цель противника не в этом.

Нас проверяли. Разрушения, жертвы — лишь сопутствующий урон репутации. На деле, я уверен, Академию ждёт чистка. Как от возможных жучков и конструктов, так и от шпионов, которые не выдали себя. Затаились, собирают сейчас информацию, смотрят на реакцию и ждут.

Противник проверял нас: защитные контуры, время реакции, систему координации и алгоритм ответных действий. Всё это пришлось показать, ибо просто смотреть на раненых и полыхающие здания никто не собирался. А вот дать ответку — очень даже.

Вопрос нашей реакции подняли под конец собрания, когда обед уже давно наступил.

— Мы рассчитываем на вашу помощь, Пси, — произнесла магистр Эльмира, сложа руки вместе на столе, — Отряды диверсий будут сформированы, но… Ваши навыки и покровительство, а также опыт работы позволят нам повысить результативность если не в разы, то на десятки процентов. И закрыть самые опасные направления.

— Спасибо за честность, — с улыбкой отвечаю, машинально поглаживая рваные шрамы на левом предплечье, — Естественно, я в деле. Происходящее мне не нравится от слова «совсем». А уж учитывая качество вашей работы и оперативность… Думаю, работа будет — одно удовольствие.

«Если, конечно, не учитывать того факта, что придётся убивать, причём много…» — думал я, разглядывая карту.

Там горели уже известные «плохие» места государств-противников — ритуальные храмы; места, пропитанные Хаосом; производства противника и множество других целей для диверсии. Проблема в том, что большинство из них находилось в глубине стран, а противник едва ли забил на укрепление границ…

— Спасибо, — серьёзно кивнула магистр и подвела итоги: — Я думаю, всем ясно, что произошедшее — только начало. Боюсь, вчера мы начали полномасштабную войну с другими государствами, что пригрели на груди Изменчивого. Выбора у нас нет — либо мы отстоим грань между мирами, либо… Либо остаётся надеяться хотя бы на перерождение. Фронт работ определён, всех, кроме разведки и Стража я благодарю за внимание.

Люди начали расходиться. Кто-то — торопливо, стремясь скорее приступить к выполнению задачи или записать мысль. Кто-то — слегка сонно, наверняка подумывая раздать приказы и прикорнуть часок-другой. Люди оставались людьми, в конце концов.

Маркус, как мой извечный координатор и потенциальная цель для устранения, ушёл — некоторые вещи ему знать не следовало для его же безопасности.

А я… Я готовился ко второму раунду работы. Эльмира и ребята из разведки, в том числе чины «пожиже», заполонили стол. Предстояло разработать план атак, определить векторы диверсий и, что самое важное, определить точные возможности друг друга — ни у меня, ни у Академии ресурсы не бесконечны. Работа продолжала кипеть.

Я извлёк зелёный стимулятор и, не обращая внимания на окружающих, активировал пистолет прямо через одежду, приложив тот к левой ключице. Короткий зачарованный шприц пробил плоть, за секунды впрыснув «жидкую концентрацию» в кровеносную систему, заставив меня сделать несколько быстрых глубоких вдохов, чтобы снабдить кислородом заработавший активнее мозг.

Пришлось прибегнуть к этому, поскольку перед глазами, стоило первой части собрания закончиться, появилось сообщение Системы:

«Получено задание: Проект "Познание мира"

[Раскрыть подробности]»