Экспансия: Катаклизм. Том 3

Глава 1

Нью-Кембелл

Перун

— На вашем месте, я бы не спешил с присвоением титула патриарха Дугальду, — произнёс я вполголоса, обращаясь к сидящей рядом госпоже Син.

Мы располагались в небольшом, ярко освещённом зале. Из-за малых размеров здесь стоял постоянный гул от работающего оборудования и переговаривающихся меж собой людей. Но особенно много шума исходило из дальнего угла, где сейчас молодой Кембелл принимал доклады.

Не проходило и пяти минут, чтобы какой-нибудь посыльный, пробившись сквозь охрану у дверей и растолкав толпу, скопившуюся перед столом, принялся зачитывать очередное донесение.

— Считаете, что Льялл и стоящие за ней игроки проявят себя в ближайшее время? — стоило только Паучихе повести плечами, как на неё тут же опустилось тонкое, но точно тёплое покрывало. Стоящие позади нас охранники не дремали.

— Уверен, если бы Перун не выкинул очередной фортель, здесь бы уже были гости, — я посмотрел на часы.

С момента атаки на донжон и непонятного явления в атмосфере планеты прошло шесть часов, и на востоке уже должно было подниматься солнце. Вот только небо по-прежнему оставалось фиолетово-алым, окрашивая мир в причудливые оттенки. Впрочем, каких-либо других изменений, помимо исчезновения остальной Вселенной, замечено не было.

В животе заурчало, и я достал из кармана комбинезона батончик. Был он отвратительным на вкус и твёрдым будто резина, зато питательным. Сняв обёртку, разломил пополам и протянул госпоже Син. Та с удивлением посмотрела, но, прежде чем я успел убрать его, ловко выхватила из рук.

— Столько лет прошло, а на вкус по-прежнему как дерьмо бахита. В детстве вообще думала, что из него эту дрянь и делают, — с трудом прожевав и проглотив свою часть, пожаловалась Паучиха.

Я лишь хмыкнул, пытаясь вспомнить, что за бахиты такие и где они водятся. Не вспомнил. Впрочем, почему-то сомневаюсь, что отходы их жизнедеятельности могли поспорить с вкусовыми ощущениями от батончика.

— Дугальд совершил глупость, убив отца, — продолжил я, развивать мысль. Мои люди сейчас собирали трофеи и готовились к отправке в Исаевск, так что время поболтать имелось. Тем более именно с Паучихой нужно было вести диалог, а не Кембеллом. — Останься Дуглас жив, план Льялл окончательно бы накрылся медным тазом. Но теперь Волчица сможет оспорить в суде право наследования. А с учётом вмешательства вас и ваших бойцов…

— Нам тоже будет что предъявить, так что за этим будет интересно наблюдать, — лёгкое пламя азарта разгоралось в жёлтых глазах Паучихи.

Я покачал головой. Похоже, старуху только могила исправит. Как вернусь домой, начну искать лопату поострее.

— Получен запрос на открытие Восточных врат. Идентификатор Потапова подтверждён, — прозвучал в наушнике голос Нью. А вот и блудный Мишутка вернулся.

— Отворяй врата. Пускай направляется к нашим и дожидается меня. Скоро буду, — отдал я распоряжение и стал наблюдать за ажиотажем, воцарившимся в зале, после того, как система города вроде бы как самостоятельно стала открывать врата.

Основной вычислительный блок, установленный у Южных врат, самоуничтожился ещё четыре часа назад, но пару надпрограмм я все же оставил.

Ничего серьёзного, но этого хватит, чтобы заставить Кембелла и Син ходить и оглядываться ближайшие пару недель, пока они не переустановят всю систему целиком. Чем бы враг ни маялся, лишь бы не скучал.

— Это мои прибыли, — поднявшись со стула, громко произнёс я, привлекая внимание суетящихся и, кажется, начавших слегка паниковать людей Дугальда. — Засим позвольте откланяться. Думаю, соседские обязательства я выполнил в полной мере, пора бы и о собственном доме побеспокоится

Поднявшийся из-за стола Дугальд вроде бы собирался что-то сказать, но лишь молча кивнул и, сев обратно, жестом приказал очередному посыльному продолжить доклад по состоянию убежищ.

У него и без разборок со мной проблем сейчас выше крыши. Только попытка объяснить приходящим в себя после усыпления подданным убийство патриарха и побег Льялл с детьми чего стоит.

Волчицу, как и её отпрысков, тут многие любили так, что скоро тут может возникнуть маленькая гражданская война. Хотя, зная изворотливость Син, она без сомнения сможет промах внука обернуть себе на пользу.

— До скорых встреч, господин Исаев, надеюсь, она состоится в ближайшее время, — произнесла Паучиха, поднявшись со стула и слегка поклонившись.

— Думаю, каждому из нас понадобится время, чтобы подготовиться к следующей партии, так что советую не торопиться, — ответил я, ограничившись лёгким кивком.

После, подхватив шлем подпалённый Льялл, направился вниз. С донжона уже давно вынесли трупы налётчиков, но сами помещения требовали капитального ремонта. Что ж, тоже неплохо. Чем больше соседям придётся тратиться на восстановление, тем больше у меня время подготовиться к очередной встрече.

На улице меня ждала колонна, в которой теперь помимо БТРов, присутствовали затрофеенные грузовики, которыми так и не успели воспользоваться налётчики, а также глайдер Жилиных, позаимствованный на время.

Правда, посмотрев на него, я задался неутешительным вопросом, что выйдет дешевле, отремонтировать или купить Ивану новый.

Опустившийся на три покорёженные опоры, глайдер угрожающе накренился на правый борт, и лишь подпёрший его БТР не давал ему завалиться окончательно.

Но чёрт с ними, с этими опорами, корпус машины выглядел куда хуже. Многочисленные пробоины, вмятины, даже пара сквозных дыр в районе двигателей.

Купол кабины был покрыт сетью трещин, но, судя по тому, что сейчас он был непроницаемо-чёрным, его начинка уцелела. Похоже, поездка у парней вышла весёлой.

Раздался скрежет, и в хвостовой части аппарата с трудом открылась небольшая дверца. Обычно пассажиры глайдера спускались по выдвигающемуся трапу, но, судя по зияющему на его месте отверстию, Мишутка решил, что это лишняя часть аппарата.

Спрыгнув на землю, Потапов по привычке оглянулся и бегом направился ко мне.

— Игорь Владиславович… — едва добежав до меня, начал он, но я жестом прервал мужчину.

— Все живые-целые?

— Так точно. Мы…

— Успеешь рассказать. Глайдер своим ходом до дома дотянет? — я опять остановил Потапова, и, увидев, как тот утвердительно кивнул, повернулся к стоящему рядом сержанту. — Командуй сбор. Выдвигаемся через десять минут.

Отдав распоряжение, направился в сторону глайдера. Остановившись перед отсутствующим трапом, помянул добрым словом Потапова, подпрыгнул и, подтянувшись, втянулся во чрево аппарата.

— Угадай кто? — услышал я женский голос и почувствовал, как что-то мягкое опустилось мне на голову, закрывая глаза.

— Убийца? Интриганка? Предательница? — несмотря на полную потерю зрения, я уверенно шёл вперёд, чувствуя, как меня мягко подталкивают то с одной, то с другой стороны, не давая споткнуться в узком проходе. — Сразу так и не выбрать.

— Фу, как грубо, Игорь, — совершенно не обидевшись, рассмеялась Агаши. Её косы-змеи ласково скользнули по моим щекам и, заструившись по полу, потянулись обратно к хозяйке. — Я, можно сказать, тебе жизнь доверила, а ты…

Расположившаяся в широком пассажирском кресле девушка подалась вперёд. Тонкий серебристый комбинезон от движений Агаши натянулся, соблазнительно обрисовывая средних размеров грудь. И даже кровавое пятно в районе сердца совершенно не портило вид.

— У тебя не было выбора, красивая, — произнёс я, усаживаясь на место пилота.

Забравшийся следом за мной в глайдер Потапов неуверенно мялся у входа в кабину, не решаясь встревать в диалог. Да и, судя по всему, ему было совсем некомфортно находится рядом с внучкой Син. Неужто медведи змей боятся?

Так что, не желая сильно травмировать и так немало пережившего за эту ночь бойца, отпустил его к товарищам, уже занявшим места в грузовиках.

Едва услышав приказ, мужчина тут же выпрыгнул из глайдера, на прощанье сделав предостерегающий жест.

Я же, запустив все системы машины, почувствовал, как она оторвалась от земли и, подёргиваясь, застыла на высоте в пару метров.

— А теперь серьёзно, — щёлкнув тумблером, я повернулся к девушке. До выхода оставалось ещё минут пять-семь, так что можно было и поговорить. — Наш договор состоялся. Но, как понимаю, ты хочешь от меня что-то ещё, раз настояла на встрече.

— И что, ты даже не извинишься перед Леди за разбитое сердце? — девушка вновь подалась вперёд, проведя вниз рукой по груди.

Невидимая молния скользнула вслед за её пальцами, обнажая бледную кожу и давая мне в очередной раз убедится, что Леди всё так же предпочитает разгуливать без нижнего белья.

Её тонкие пальцы остановились меж грудей, касаясь тонкого, едва заметного шрама, оставленного Аспидом.

— Агаши, когда я сказал “серьёзно”, я имел в виду именно это слово, — не поддаваясь на обольстительную позу и улыбку девушки, ответил я. — Прикройся и расскажи, чего ты хочешь.

— Спокойной жизни, почувствовать себя защищённой, полюбить и быть любимой… — с грустью в голосе начала Агаши, но, увидев скепсис на моем лице, обиженно замолчала, надув губки. — И почему никто не верит, когда говоришь правду?

— Потому что это неправда. По крайней мере ты сама в это не веришь. Но хватит психоанализа на сегодня. Последний раз спрашиваю, что ты хочешь? — я демонстративно потянулся за клипсой передатчика, брошенной на приборную панель. — Думаю, твоя бабуля оценит финт с твоим воскрешением. По крайней мере, мне это точно зачтётся.

— Стой! Я больше не буду, — испуга в голосе девушки не было. Скорее, это звучало, как “я просто должна была попробовать”. — Просьба банальна. Забери меня с собой и предоставь убежище, пока не появится возможность добраться до столицы.

— Ты же вроде как планировала остаться в Нью-Кембелле? — причины, побудившие Агаши сменить планы, были понятны, но лучше было это услышать от неё. Глядишь, что-нибудь лишнее сболтнёт.

— Из-за предательства Льялл и убийства патриарха Дугальд и бабушка, — последнее слово Син произнесла так, будто выплюнула что-то отвратительное, — начнут проводить массовые чистки для выявления недовольных, и в городе попросту будет не укрыться.

— Да уж, сама того не желая, Волчица спасла Паучиху от Змеи. Какая ирония… — покачал я головой. — Не проще ли было договориться с Льялл, чтобы избавиться от старухи, а не плести интриги. Она бы наверняка согласилась сотрудничать.

— Ты плохо знаешь отношения между родами Кэмбеллов и Син. Точнее, Льялл и Син. Она бы никогда не пошла на такую сделку — поправилась девушка. — Когда-то патриарх Син имел виды на Волчицу, правда, в то время она была обычным волчонком, пускай и очень красивым.

— Мы готовы выдвигаться, Игорь Владиславович, — прервала Леди рация.

— Тогда предупредите диспетчерскую Нью-Кембелла и трогаемся, — ответил я, устраиваясь в пилотском кресле поудобнее.

Пускай до Исаевска было не слишком далеко, но колонна получилась не маленькая, а гружённые под завязку трофеями грузовики - чертовски неповоротливыми. Так что ехать мы будем долго.

— Можешь продолжать, — сказал я Агаши, заняв место в середине колонны.

— Там на самом деле такая романтическая история… Всё… Всё, поняла, про романтику больше ни слова, — вскинула руки девушка, усевшаяся в соседнее кресло. — В общем, в те времена Дуглас Кембелл не был такой размазнёй и сумел отбить Льялл у патриарха Син. Да ещё при этом и Лан, младшую дочь патриарха, увести сумел.

— Увёл, или ему помогли? — покосился я на девушку.

Глайдер пускай и трясся, но курс держал, так что за дорогой можно было сильно не следить. Ещё бы кофе, и вообще расслабляющая поездка бы получилась.

— Отличный вопрос! — Агаши захлопала в ладоши. — Я точно знаю, что Лан была одной из нас, внучек Паучихи. Потом произошло печально известное нападение, в котором погибла Лан, а Льялл едва не потеряла ребёнка. Малышку Кенну, если быть точной.

— И в этот момент на пороге появляется госпожа Син, предлагая свою помощь?

— Может, сам тогда продолжишь, раз всё знаешь? Я тут ему семейные тайны рассказываю, пытаюсь цену набить, а он… — волосы на голове девушки возмущённо закачались из стороны в сторону.

— Если хочешь, могу высадить, пока город не покинули. Я пока не услышал ничего интересного, ради чего тебя стоило бы везти к себе домой, — осадил я Агаши, тем не менее с интересом наблюдая за ней.

Всё же обтягивающий комбинезон, который она, естественно совершенно случайно, забыла застегнуть до конца, мало что скрывал. Девушка остановила “собачку” ровно на той границе, за которой начинает работать фантазия.

— Лжец, — с лёгкой ухмылкой произнесла девушка. — Пускай мы и провели не так много времени, но, мне кажется, я хорошо тебя изучила. Ты не убил меня, когда была возможность, хотя получил информацию до заключения договора. Так что и сейчас не оставишь в Нью-Кембелле на верную смерть.

— Говоришь, что знаешь меня? — щёлкнув тумблерами, дал указание глайдеру держаться за грузовиком и повернулся к девушке. — А ты знаешь, сколько погибло людей, думавших точно так же?

Прежде чем Агаши успела осознать нависшую опасность, я схватил её за подбородок, заставив перегнуться через разделяющую нас консоль.

Жёлтые глаза Син оказались напротив моих, и в них я увидел отражение собственного силуэта, вспыхнувшего алым пламенем.

В воздухе кабины поплыл запах опалённой обшивки сидения, вспыхнувшего подо мной.

— Игорь…— девушка даже попыталась изобразить улыбку, но на лице все отчётливее проступал страх.

— Никогда не недооценивай противника, Леди, особенно, когда ты в его полной власти, — с угрозой произнёс я, слегка ослабляя хватку.

— Я поняла, господин Исаев, и приму это к сведению… А сейчас, раз, как ты сказал, я в твоей полной власти, то неси ответственность за все мои поступки, — девушка подалась вперёд, одной рукой полностью расстёгивая комбинезон, а в её глаза испуг сменился вожделением.

- Ответственность… Кто я такой, чтобы её избегать? — успел пробормотать я, прежде чем наши губы сомкнулись.

Опрокинувшись на широкое кресло, увлёк за собой Агаши, при этом успев щёлкнуть ногой тумблер автопилота. Судя по карте, до входа в тоннель времени ещё было предостаточно.

***

— Игорь Владиславович, приближаемся к переходу, — вернул меня к реальности голос бойца из головной машины.

— Принято, передайте коды и готовьтесь к переходу, — ответил я, одновременно с этим аккуратно тормоша свернувшуюся на мне калачиком девушку. — Проснись, красивая.

— А я и не сплю. Просто было так уютно, что даже шевелиться не хотелось, — волосы девушки, укрывшие нас, подобно огромному, но чрезвычайно лёгкому одеялу, стали уменьшаться. — Уютно и тепло.

Девушка потёрлась макушкой о мою грудь, словно котёнок, а её волосы с каждым тактом становились всё короче, обнажая утончённую фигурку хозяйки. Я непроизвольно принялся сравнивать Агаши с Настей и Крис.

Да уж, тяжело нам патриархам, столько красивых девушек вокруг. И при этом у каждой свои тараканы в голове.

— Чего ты головой качаешь? — с подозрением спросила Леди, усаживаясь на меня сверху. — Что-то было не так?

— Нет, просто гадаю, попыталась ты меня отравить в этот раз или нет? — придерживая девушку за талию, перешёл из полулежачего положения в сидячее.

— Ой, да сколько ты будешь это вспоминать? — Агаши завертелась на мне, будто бы ища комбинезон, но, мне кажется, у неё были совершенно другие планы. По крайней мере, она опять начала на меня заваливаться.

— Держи, — прежде чем мы бы зашли на очередной круг, я сунул в руки девушки одежду. — Пора привести себя в порядок.

На экране появилась череда сообщений из Исаевска, привлёкших моё внимание, так что я согнал с колен Агаши и принялся их читать. Не забывая одеваться, конечно же.

Дома все было в порядке. Мои люди за ночь даже успели восстановить линии связи с Торре и Магнитогорском, городом-базой Жилиных.

У последних возникли какие-то проблемы, но паники в сообщениях вроде бы не было, так что как доберусь до Исаевска буду решать, как поступить.

— Знаешь, когда-нибудь я, определённо, захочу последовать за тобой, — произнесла Агаши, поправляя одежду и устраиваясь на соседнем кресле

— И я приму тебя, — кивнул я, застёгивая ворот комбинезона, — но с одним условием.

— И каким же? Я способна на многое, ты знаешь, — вновь подавшись вперёд, прошептала девушка мне на ухо.

— Всё очень просто. Принеси мне голову своего патриарха…

***

Исаевск

Перун

— Ты выглядишь чересчур довольным, — с подозрением произнёс Иваныч, стоявший рядом со мной.

Он успел вернуться в город раньше меня и даже подготовил отряд, который должен был отправиться к Жилиным на помощь. Чёрт его знает, что там в их подземельях творилось, но стоило только буре прекратиться, а небу окраситься в фиолетовый, как снизу “постучали”.

Так что, едва дело запахло жаренным, Иван не стал выкобениваться, а просто запросил помощи, на всякий случай.

Валентино ещё латал дыры в обороне города, Кембеллам тоже было не до помощи, по вполне очевидным причинам, так что выбор, кто поедет помогать, был понятен.

Но сам я решил туда не ехать, хватит мне пострелушек за последние сутки. Есть младшие командиры, вот пусть они и тянут лямку.

— Интересная ночка вышла, познавательная, — ответил я, провожая взглядом глайдер.

Сейчас им управлял Потапов, одной рукой держась за руль, а вторую, я уверен, положив на детонатор. Один щелчок, и голова Агаши Син превратится в кровавое облако.

Но это так, излишняя мера предосторожность. Я был абсолютно уверен, что глупостей девушка делать не будет. Просто так будет спокойнее Потапову и Жилину, которому я о гостье только намекнул.

Прятать Син у себя или у Валентино было опасно, так что пришлось отправить в скальную цитадель. Будем надеяться, что Иван предоставит девушке пускай и каменную, но комфортную камеру.

— У Валентино всё нормально? — перед тем как усесться в джип, уточнил я Леонова. — Утроба ещё не завоняла?

— Сойдёт. Я только троих наших парней, что охраняли родню патриарха, оставил на всякий случай. С остальным справятся люди Феррите. Тем более, когда мы уходили, Кембелл прислал сообщение, что в знак добрых намерений передаёт арту Валентино, — недовольно закончил Федор Иванович.

Похоже, старый планировал себе её экспроприировать, но Дугальд, или, скорее, Син, успели сориентироваться, и всучить самоходку Валентино. Хотя им, как никому, теперь придётся некоторое время кланяться каждому встречному.

— Ладно, раз всё относительно спокойно, то принимай привезённые трофеи и через час приходи в кабинет, будем решать, что делать с этим, — я ткнул пальцем в небо, а после укатил в сторону своего кабинета. Интересно, Чакровати уже там, или я всё же смогу побыть хоть пару часов в тишине?

***

Владения Кравцовых

Перун

— Госпожа Льялл, рад видеть, что вы и ваши дети добрались в целости и сохранности, — молодой патриарх Константин Кравцов, ослепительно улыбаясь, бегом спустился по широкой резной лестнице гостевого крыла своей недавно отстроенной крепости.

Правда, в фиолетовом освещении, пробивавшемся сквозь большие окна, его белоснежная улыбка отдавала мертвенной синевой, и даже до сих пор горящее ночное освещение не могло этого исправить.

— А где ваш сын, Ивар? — задав вопрос, Константин схватил протянутую руку Льялл и приложился к ней губами. — Мне сообщали, что Нью-Кембелл покинули все ваши дети.

— Ему стало плохо во время дороги, и он потерял сознание, поэтому его сразу отнесли в покои, — поджав губы, ответила Льялл, не став уточнять, что сама лично вколола сыну успокоительное, едва тот узнал о её планах.

— Как жаль, а я так хотел познакомиться с ним поближе. Но да ладно, время ещё будет, — даже не скрывая усмешки, произнёс Кравцов. Несомненно, ему уже сообщили об истинных причинах отсутствия Ивара. — А теперь, уважаемая Льялл, я хотел бы переговорить с вами с глазу на глаз, обсудить некоторые моменты, произошедшие у вас дома.

— Если есть такая возможность, я бы сначала хотела отдохнуть и провести некоторое время с семьёй. Нам самим сейчас есть что обсудить, — произнесла Волчица.

— Ваши дочери могут быть свободны, но вы пойдёте со мной. Есть дела, которые нужно решать, — с нажимом, переходящим чуть ли не в приказ, произнёс Кравцов, глядя на женщину.

И, к его радости, Волчица сдалась, кивнув и шагнув патриарху навстречу, признавая своё поражение

После побега из Нью-Кембелла она стала будто бы другим человеком. Бледная, тихая, разом постаревшая на два десятка лет.

Но даже так, стоящая позади матери Кенна, нет-нет, да замечала плотоядные взгляды Кравцова, которые тот бросал на Льялл.

— Какая же ты - мерзость, — в очередной раз пронеслось в голове девушки. — Это он должен стать будущим мужем мне или сёстрам? Что же ты наделала, мама?

Глава 2

Исаевск

Перун

После отправки конвоя к Жилину я направился в мэрию, где меня уже поджидала подпрыгивающая от нетерпения Чакравати. С грустью посмотрев на завал из накопившихся документов, я потребовал себе термос с крепким кофе и беспокоить только при пожаре.

Усевшись за стол, со вздохом открыл первый документ, но, прежде чем успел вникнуть в смысл написанного, на экране появилась надпись о входящем вызове от Валентино.

Приняв вызов, не смог сдержать улыбки. Стол молодого патриарха выглядел точной копией моего, то есть его было почти не видно под грудой бумаг.

А спустя пару секунд позвонил и Жилин, на чьём суровом лице проступила вся скорбь человеческая. Вот же совпадение какое…

Обменявшись приветствиями и пожаловавшись друг другу на нелёгкую судьбинушку, приступили к работе, периодически советуясь по тем или иным вопросам. Одна голова хорошо, а три уже мутант.

— Каковы шансы, что эта канитель с небом продлится чересчур долго? — спустя полчаса всё же озвучил самую животрепещущую тему на данный момент Жилин, тем не менее не отрывая взгляд от документов, лежащих на столе.

Война войной, но жизнь на подведомственных нам территориях в даже в самые смутные периоды лишь затаивалась, но полностью не останавливалась, а следовательно, копились и обычные, жизненные, проблемы.

— Вряд ли долго… — всё же поднял голову Валентино, и тут же его изображение на экране посыпалось квадратиками.

Опять что-то с передатчиками. То ли переизбыток эфира в атмосфере Перуна, то ли тварь какая решила необычный столбик пометить и закоротила его.

Что-то последнее время слишком часто нас связь подводит. Как бы ни пришлось вспоминать допотопные времена и переходить на проводную.

— … зверьё ведёт себя так, будто ничего необычного не произошло, — вновь появилось изображение патриарха Феррите. — Так что, думаю, что пару дней максимум.

— Давно провидцем стал? Планета любит преподносить сюрпризы и, как правило, не самые приятные, — едва не обрушив стопку бумаг, я положил перед собой отчёт об ущербе, причинённом городу бурей. — Печаль… Вал, есть лишняя пара тон гидроксида натрия?

— Поищу. Только начали восстанавливать порушенное производство, но наскребём по сусекам, если надо, — кивнул Валентино, сверившись с одной из многочисленных записных книжек, — И всё же насчёт вопроса Ивана. Мне кажется, ты излишне пессимистичен для человека, пережившего два сражения за сутки и оставшегося не то, что живым, но ещё и в плюсе.

— На самом деле, за исключением трофеев, эти самые плюсы отсутствуют, — покачал я головой, пытаясь понять, куда из сводок пропала информация по поводу теплиц, которые разворачивали перед самой бурей. Не уж-то смыло?.. — Да, Кембеллов эта ночь существенно ослабила, но тем самым мы ослабили свои рубежи, которые в скором времени будут пробовать на зуб Кравцовы с Пугачёвыми.

— Откуда такая уверенность, что идея налёта на Нью-Кембелл исходила от них? — оживился Жилин.

— Птичка на хвосте принесла, точнее, медведь, — хмыкнул я. — Кстати, когда увидишь состояние глайдера, сильно не удивляйся. Ну и в багажный отсек загляни, прежде чем за сердце хвататься, я пару гостинцев закинул. Думаю, их хватит, чтобы возместить стоимость ремонта.

— С ним всё настолько плохо?..

— Ну, могло бы быть и хуже. Парням изрядно пришлось покружить по кембелловским территориям, пару раз даже нарвались на одарённых тварей. Но рисковали они не зря, — я, сдвинув кипу бумаг со стола, извлёк на свет божий клавиатуру и, запустив ролик у себя, предоставил к нему доступ другим патриархам.

Вначале казалось, что на экране была лишь чернота, но это было обманчивое впечатление. Стоило только Потапову включить инфракрасную подсветку, как на картинке стали проступать очертания холмов.

Камера пришла в движение, это разведчики, оставив глайдер в укрытии, стали подниматься вверх по склону. Едва они достигли вершины, как картинка приобрела чёткость, и мы увидели разбитый в ложбине меж холмов лагерь.

— Все-таки действительно Кравцов. Да он привёл человек пятьсот, не меньше, — присвистнул Валентино, разглядывая крохотные фигурки, суетящиеся возле машин.

Большая часть транспорта была стандартной, но на некоторых можно было заметить герб в виде горного пика.

— Ну, гулять ночью во время бури меньшим составом всё же глупо, — я начал перематывать видео.

Мои бойцы наблюдали довольно долго, но самое интересное, как обычно, произошло в конце.

Общий план походного лагеря Кравцовых сменился картинкой от первого лица. Это Потапов, здраво рассудив, что доброжелатели в такое время суток сидят дома, всё же решил подтащить приманиватель как можно ближе к центру “стойбища” оленей непуганых.

По крайней мере других сравнений, глядя на то, как Мишутка, таща на себе сорокакилограммовый куб, умудряется пройти сквозь все рубежи охраны, проскальзывая под носом у часовых, я подобрать не смог.

— Я, конечно, не рабовладелец, но готов выкупить у тебя этого человека, — прокомментировал Жилин прогулку Потапова, на что я лишь отрицательно покачал головой. Такие люди самому нужны.

Тем временем в лагере началась суета. Из машин стали выскакивать люди, в спешке хватая экипировку и уносясь куда-то в темноту.

Камера вернулась на вершину холма к оставшимся бойцам, и с этого ракурса стало видно, как к лагерю мчатся две машины. Точно такие же, что захватили мои бойцы у подножия донжона.

— А теперь внимание, самое интересное, — ещё немного промотав ролик вперёд, я поставил его на паузу.

На застывшем фрагменте стало видно, как из остановившегося в центре лагеря грузовика выбираются два человека.

Первый в армейском доспехе, а второй, точнее, вторая, в лёгкой броне, украшенной меховыми вставками. Льялл собственной персоной.

— Откуда ты вообще знал, что там будут Кравцовы? — задал резонный вопрос Жилин, с интересом разглядывая стоп-кадр. — У тебя была информация о сговоре между Кравцовыми и Льялл ещё до начала бури?!

— Не совсем. Просто подумал, что буря - слишком хорошая возможность провернуть какие-нибудь грязные делишки. Но буду откровенен, подставы я ожидал от Дугальда. Чёрт! — потянувшись за кофе, я всё же задел одну из “башен”, и она с шумом развалилась на мелкие части.

— Давно бы секретаршу завёл, — рассмеялся Валентино.

— Да есть у меня эта самая… — не слезая с кресла, нагнулся и принялся собирать бумаги. Сперва пробовал в том же порядке, в котором они были, но поняв, что это гиблая затея, просто сгрёб в кучу. — Но звать я её сейчас, естественно, не буду, а то ещё больше бумаг принесёт…

— И что мы с этим делать будем? — кивнул в сторону экрана Жилин. — Просто спустим с рук? По мне за подобное поведение стоит наказывать, причём публично.

— Хочешь лично наказать, или это можно расценивать, как предложение организовать союз? — уже серьёзно спросил я. — Де-факто твой род и так все связывают с нашими, но если перевести всё де-юре, то готовься к большим проблемам. И я сейчас не про Кравцовых с Пугачёвыми.

— А то я сам не понимаю, что, чтобы провернуть подобную операцию, за Кравцовыми должен кто-то стоять, — едва не фыркнул Иван, но сдержался. — С другой стороны, я лучше рискну и обрету союзников, которым можно будет доверить спину, чем протяну на пару лет дольше, глядя, как вас медленно, но верно давят со всех сторон, а потом принимаются за меня.

— Э-э-э, вот сейчас обидно было, — совсем по-ребячески протянул Валентино. — Кто сказал, что мы позволим себе проиграть?

— Ну, тогда тем более для меня будет выгодно заключить союз, — с улыбкой произнёс Жилин. — Раз поражение в вашем плане даже не рассматривается. Кстати, так какой он всё же, этот план?

— На данный момент простой и очевидный, как математическая модель вселенной, — начал я. — Укрепляем оборону по максимуму и увеличиваем запасы продовольствия любыми способами. Охота, выращивание, собирательство. Будем исходить из предположения, что мы можем оказаться отрезаны от Орбитала на длительный период. А, следовательно, возможно нападение со стороны родов, у кого возникнут проблемы с припасами.

— А они по-любому возникнут, — согласился Феррите. — Я последние дни мониторил биржу переселенцев. Некоторые рода скупали людей в огромном количестве. Явно большем, чем их земли способны прокормить, даже при должном развитии.

— Следовательно, меньше чем через месяц, если обстановка не изменится, начнётся грызня меж соседями, — закончил за Вала Иван.

— Именно. А может, и раньше. Наша удалённость в этот раз сыграла нам на руку, так что фора, в отличие от многих, у нас есть. Поэтому мы должны по максимуму сосредоточиться на повышении собственной автономности, — согласился я с ними. — Ну и стены ещё выше возвести, само собой.

— Ну, с этим проблем не будет. Сейчас разберёмся с дрянью в шахтах, и я вас рудой завалю, — произнёс Иван. — Единственное, запчастей для оборудования мало. Дирижабль Хиго, который должен был доставить их, добраться не успел. Так что боюсь, их мы больше не увидим.

— Скинь мне координаты, где их засекли в последний раз. Если не слишком далеко, попробуем добраться, сейчас любые ресурсы будут важны, — увидев, как Жилин утвердительно кивнул, я продолжил. — Ну а теперь самое главное — люди. В ближайшее время среди них начнётся брожение, тут без вариантов. У многих на Орбитале остались дети, и, к сожалению, в таких случаях большинство отцов и матерей думают чем угодно, кроме мозга.

Я заметил, как Валентино пытался скрыть улыбку, но удавалось это ему с трудом. Всё же он вовремя решил перевезти в Торре мать с сестрой.

У Жилина вроде тоже никого на Орбитале не оставалось, так что я - единственный из нас троих, кто остался без семьи. Но я почему-то был уверен на все сто, что с ними будет всё в порядке. Осталось только эту мысль донести до своих поданных.

— Этим стоит заняться прежде всего, пока какие-нибудь подстрекатели не выползли. Но и палку не перегибайте, — подытожил я.

Обсуждение этой проблемы, ну и десятка других, у нас отняло почти час, за который я успел разгрести почти все бумаги и ознакомиться с общим состоянием города.

На данный момент население Исаевска совсем чуть-чуть не дотягивало до пятисот человек, четыреста семьдесят один, если быть точным.

Штейн я тоже посчитал для внушительности, пусть она и была целым матриархом другого рода, правда, с одним единственным поданным.

В общем, это был самый печальный результат, даже по сравнению с Жилиными и Феррите. У первых, несмотря на то, что мало кто соглашался жить в огромной пещере окружённой аномалиями, насчитывалось порядка семисот человек.

Ну а самый молодой из нашего союза оказался и самым прытким. Всё же многие оказались готовы рискнуть и встать у истоков нового рода, несмотря на молодость патриарха и не такие уж и большие территории, принадлежащие ему. В общем, этот паршивец успел перевалить за тысячу поданных. И когда только успел?

Зато сам город у меня вышел куда больше, чем у остальных. И теперь из-за этого причинял лишнюю головную боль. Я-то рассчитывал в ближайшее время заселить пустующие здания и застроить заводами, а тут вон как оно вышло.

— Игорь Владиславович, к вам посетитель. Настойчивый, — услышал я по интеркому возмущённый голос Гиты, но, прежде чем она успела закончить, дверь резко распахнулась, и в кабинет влетела Шпилька собственной персоной.

За ней, вцепившись в руку Крис, тащилась Чакравати, пытаясь хоть так задержать девушку. Правда, безуспешно. Андерсон весила немного, но и Гита была куда меньше её и сейчас чуть ли не болталась на чем-то взбешённой Шпильке.

— Да отцепись ты от меня! Не собираюсь я убивать твоего дорогого патриарха. По крайней мере не сразу, — Крис в грязном рабочем комбинезоне со взъерошенными волосами напоминала фурию, вылезшую из какой-то мазутной ямы и которая вот-вот проглотит крохотную Гиту.

— Можешь быть свободна, — сказал я секретарю, и та, бросив на Андерсон укоризненный взгляд, отцепилась от девушки, а после опять исчезла, не забыв закрыть за собой дверь. И опять никаких признаков эфира.

Ладно, потом узнаю, как она это делает. Должно же быть какое-то рациональное объяснение этому феномену.

— Что за поведение, Андерсон? — я откинулся на спинку кресла и посмотрел на девушку. — У тебя минута, чтобы убедить меня в важности своего визита, иначе…

— Вот, — девушка достала из одного из многочисленных карманов длинный цилиндр и кинула на стол. Железяка, пару раз звонко подскочив, встала на основание. Однако ловко это у неё вышло.

— Тридцать секунд.

— Это единственная целая деталь в одном из штурмовых доспехов. С остальными та же беда. Там в какой узел ни ткни, либо ремонтировать, либо под замену! — непонятно пояснила Шпилька.

— И? Ты теперь мне будешь высказывать за каждую царапину на доспехах? Мы эти сутки не на курорте провели, между прочим, — я ощутил, как в груди начинает подниматься волна раздражения.

За последние двое суток я если и спал, то не больше часов шести, и это в совокупности. Мне бы поскорее покончить с делами да баиньки, а тут какая-то малявка пришла и начинает наезжать без причины.

— Я знаю! Знаю, что там было опасно, парни рассказывали. Но, когда я подала запрос Черри на использование фабрикаторов Черепахи, она ответила отказом. Сказала, что это ваш личный приказ… — голос у девушки был до крайности возмущённым.

— Можно было просто отправить запрос. На крайний случай позвонить и уточнить причину вместо того, чтобы врываться в мой кабинет.

— Так это…

— Ну-ка, Игорь, соберись, — сказал я сам себе, ещё раз внимательно вглядываясь в облокотившуюся о стол девушку. — Покрасневшие глаза, поджатые губы, складки на лбу. Пальцы непроизвольно выбивают дробь на столешнице, но сама она этого, похоже, не осознает. Да уж, идиот ты, Игорек, сам же недавно говорил Ивану с Валом про поданных и тут же забыл об этом.

— Это единственная причина, по которой ты решила зайти? — поднявшись с кресла, я обошёл стол и остановился перед Крис. — Или хочешь поговорить о том, что тебя действительно беспокоит?

Девушка выпрямилась и, сжав кулачки, посмотрела на меня.

— Страшно мне, Игорь, — наконец, пересилив себя, всё же призналась Крис. — Когда отец позвал меня с собой сюда, я, конечно, не ожидала, что это будет лёгкая прогулка. Но вот это всё… Каждый день что-то происходит, и я даже не понимаю, как ещё никто из наших не погиб.

— Ничего удивительного в этом нет, точный расчёт и сведение рисков к минимуму. Одним словом, повезло вам с патриархом, — положив руки на плечи фыркнувшей в ответ на мои слова девушке, я усадил её в кресло.

Сам же, взяв со стола кружку, залпом выпил остывшую жижу и налил новую порцию для Крис.

— Держи, — ткнув кружкой в подставленную руку, сам уселся на край стола. Девушка благодарно кивнула и сделала глубокий глоток. — Так лучше?

— Ещё бы! Когда патриарх рода изволит обслуживать девушку-простолюдинку, без сомнения на девушку это производит самый благотворный эффект, — откинувшись на мягкую спинку кресла, произнесла Крис.

— Сильно не привыкай, это разовая акция. Ещё раз позволишь себе так ворваться ко мне в кабинет, выпорю! — погрозил я Андерсон пальцем. — А теперь внемли мне, юный отрок, и доведи до остальных, кто будет задавать тебе подобные вопросы. У нас всё под контролем, и ничего страшного не произошло. Есть предположение, что вся эта катавасия продлится максимум пару недель. Но даже если дольше, то у нас есть все средства, чтобы не то, что выжить, а даже развиваться дальше.

— Звучит слишком хорошо для правды, — скептически произнесла Крис, тем не менее заметно успокаиваясь. — Я же уже не маленькая девочка и хочу знать, как обстоят дела на самом деле.

— Вот же Фома неверующий… — покачал я головой. — У нас действительно дела обстоят получше, чем у многих. Удачное расположение, надёжные соседи. Ну, почти все. А с учётом возможностей «Черепахи» мы тут можем целое государство отгрохать. Просто пока не хотелось бы этого афишировать. Вообще не понимаю, чего ты лишний раз паникуешь.

— Я как бы девушка, и мне полагается паниковать, особенно, когда сделать ничего не могу, — состроила смешную гримасу Крис. — Хорошо, что есть с кем поговорить.

— Думаю, я не единственный, кто бы тебя выслушал, несмотря на твой скверный характер. Твой отец или та же Морозова. Ты вроде с ней последнее время неплохо общаться стала.

— Папа со своей гиперопекой больше раздражает, а Настя… — девушка замолчала и слегка покраснела. — И вообще, ваша патриаршая светлость, — подалась вперёд взбалмошная девчонка, меняя тему разговора. — Если тебе нужно будет с кем-то поговорить, то знай, я тебя с радостью выслушаю. И может, заметь, «может», даже пожалею.

— Какие тёплые слова. Непременно воспользуюсь предложением, — наклонившись, я заправил выбившийся локон серебристых волос за ушко девушки и провёл подушечками пальцев по её щеке. — Кстати, насчёт тебя и Насти…

— Игорь Владиславович, к вам посетитель, тоже настойчивый! — прервал меня голосок Гиты, раздавшийся из селектора.

Тц, пистолет ей, что ли, выдать, чтобы она особо нервных ещё на подходе отстреливала?

— А нет, этого только ядерной бомбой остановишь, — сокрушённо подумал я, глядя как открылась дверь и на пороге появился Леонов, так и не сменивший поддоспешник штурмовой брони на нормальную одежду.

— Его тоже пороть будешь? — с огорчением напополам с ехидством произнесла Крис, отодвигаясь от меня.

— Игорь, у нас тут… Ах, вот ты где! Попалась, паршивка мелкая?! — Леонов взревел раненой белугой и потянул свои лапища к ойкнувшей при его появлении Шпильке. — А я тебя прям обыскался! Ты что с моим молотом сделала, а?!

— Ну-ка отставить детский сад, — перехватил я руку Иваныча, в то время как Крис юркнула мне за спину. — Я вас щас обоих к Жилину отправлю на рудники, вручив по кайлу. Проверим, действительно ли труд облагораживает человека. Совсем берега попутали, свои разборки в кабинете патриарха устраивать?

— Не, ну а чего она? — насуплено произнёс взрослый лоб. — Ну ты же видел, Игорь, что она с оружием сделала!

— Видел-видел, собственно, как и все. А ты чего лыбишься? — я повернулся к показывающей язык Шпильке и щёлкнул её по носу. Психолог недоделанный. — Иди давай, работай. Я скажу Черри, чтобы она допустила тебя до фабрикаторов, но без фанатизма, пока не станет ясно, что нас ждёт в ближайшие дни. Пока восстанавливай те доспехи, что потребуют меньше расходов.

— Поняла, Игорь Владиславович. Ну я тогда пойду! — обогнув отошедшего от дверей Иваныча, девушка состроила забавную рожицу. Но прежде чем она вышла из кабинета, я успел остановить её.

— Крис!

— Ась? — обернулась девушка.

— Твой иммунитет от Фёдора Ивановича закончится ровно в тот момент, как покинешь мой кабинет. И больше я в ваши разборки лезть не буду. Любишь шутить, люби и отвечать.

— Спасибо за фору, — приложила два пальца к голове девушка с улыбкой и исчезла.

Получилось не так эффектно, как у Чакравати, но всё равно довольно быстро.

— Жаль, конечно, хотя так будет даже интересней, — зловеще произнёс Леонов, глядя на закрывшуюся за девушкой дверь.

— Главное не выводи её из строя надолго, — строго предупредил я наставника.

— Ну что вы, Игорь Владиславович, как можно было так подумать?

— Ладно, повеселились и хватит, — не поверил я мужчине, — чего приехал, ещё и в таком виде?

— О, сразу к делу, это мы одобряем, тем более этих самых дел с твоей помощью будет минут на двадцать, — потёр руками Леонов. — Помнишь, я тебе перед бурей про какадемонов докладывал?

— Сразу нет, меня же остальные патриархи засмеют, когда узнают, что я по канализациям лазаю, — я даже сделал пару шагов назад, подальше от наставника.

— Ну что вы, Игорь Владиславович, никто об этом не узнает, — елейным голосом произнёс Леонов. — Лично прослежу.

Естественно, я ему опять не поверил. Наверняка, об этом к вечеру будут знать даже в столице, несмотря на отсутствующую связь.

И все же, судя по всему, от данного мероприятия мне не отвертеться…

Глава 3

Исаевск

Перун

Непрерывный гул заполнял всё пространство очистных сооружений, заставляя меня вспомнить о проведённом времени на Парадоксе.

Крохотная планетка, зажатая между тройкой собратьев, поверхность которой представляла собой сплошные скальные массивы, покрытые пышной растительностью. Но главной достопримечательностью того мира были каскадные водопады, высота которых могла достигать и двух километров.

Огромные потоки воды извергались с огромной высоты, порой даже не долетая до земли, распыляясь на мелкий туман у подножья, а в маленьких узких долинах царил постоянный грохот.

Вот и сейчас после сильного ливня огромная масса воды бежала по рукотворным руслам очистных сооружений Исаевска.

Я стоял у края бетонного желоба и наблюдал, как мимо меня проносится мусор, вымытый из всех закоулков города. По всем нормам уровень воды на этом участке должен быть метра полтора от силы, но сейчас водосток был заполнен на все четыре метра своей глубины.

— Не полезу я туда! — вдали раздался грохот, и по желобу прокатилась огромная волна. Перехлестнувшая бортики вода залила бетонную площадку, на которой мы стояли с Леоновым, едва не сбив с ног. — Не, ну ты видел?

— Да завязывай уже, Игорь Владиславович, — раздражённо произнёс наставник, готовый то ли сорваться, то ли начать умолять.

А вот нечего невыспавшегося патриарха заставлять заниматься всякой ерундой. Патриарх может обидеться и начать делать всякие нехорошести. Например, мотать нервы.

Я уже час со свойственной мне дотошностью выжигал нервные клетки наставника. С другой стороны, ему же лучше, нервные исчезнут, останутся только спокойные. Это же так работает, верно?

— Ну, наконец-то, — Леонов обернулся на звук приближающегося транспорта. Голос у него сразу повеселел. Наивный, думает, что они его спасут. — Пойду встречу, что ли.

На затопленную по щиколотку площадку, где мы в данный момент находились, вырулил грузовик с открытым кузовом.

Когда машина остановилась, из него спрыгнули люди в костюмах химзащиты и принялись стаскивать метровой длины баллоны, похожие на древние акваланги.

Вот только, судя по тому, с какой аккуратностью с ними обращались грузчики, ни черта там не воздух закачен.

— Игорь Владиславович, Анастасия Олеговна сказала передать вам, — подошедший водитель протянул мне изрядно помятую бумажку.

— Кхм… Так, опасно… быстро затвердевает… токсичен… огнеопасен… не направлять в лицо… не пробовать на вкус… — я с удивлением посмотрел на гонца. — Она трезвая была, когда это передавала?

— Ну, химлаборатория “гудела”, когда груз забирали, — подтвердил мои опасения парень, отводя глаза в сторону. — Но Анастасия Олеговна выглядела нормально.

— Угу. Нормально… — я мысленно чертыхнулся, глядя, как последняя фраза в письме просто превращается в жирную линию.

А ещё внизу была нарисована какая-то краказябра, почему-то посылающая воздушный поцелуй. С опасением предположу, что мне…

— Чёрт-те что! Сначала Андерсен, теперь эта… — пробормотал я и спрятал бумажку в герметичный карман. Потом поговорим. — Так, парни, завязываем отдыхать. Ещё раз проверяем броню и закидываем на себя баллоны. Только поаккуратнее с ними!

Будущие подводные боевые пловцы, которые расположились на единственном сухом месте —- металлическом мостике, перекинутом над бурлящей чашей водосброса, быстро поднялись и принялись перепроверять экипировку.

— Так, швы запаяны, регенераторы воздуха функционируют, заряд батарей — норма, — быстро пробежался я по логам диагностики брони.

Из-за специфики поставленной задачи, точнее, её первого пункта — «проникновения», использование штурмовых доспехов не представлялось возможным. Так что сегодня мы все щеголяли в средних бронекостюмах, представляющих собой компромисс между размерами, подвижностью и надёжностью.

Закрепив шлем, вывел на экран схему предстоящего сплава по бурной реке. На первый взгляд выглядело всё несложно, если, конечно, сюрпризов каких не будет. А они будут однозначно.

Ещё в ночь бури дежурный меня предупреждал, что датчики в канализации сбоят. Тогда мы предположили, что это из-за Леонова и его бойцов, которые в тот день выжигали обитавшую там нечисть.

К сожалению, прущих откуда-то из-под земли тварей в тот день наставник зачистить не успел и нору не залил, ограничившись установкой турелей да завариванием дверей.

Он рассчитывал, что на время бури активность тварей затихнет, как и в предыдущий раз, а когда всё закончится, вернётся с подкреплением и покажет надоедливым выползням, кто здесь хозяин. Не угадал, старче…

Этой ночью сработала сигнализация нижних уровней канализации. Судя по показаниям датчиков, твари смогли вскрыть переборки, проникнув в соседние секции.

Диспетчер тут же отправил к месту прорыва группу быстрого реагирования, где их ожидал пренеприятнейший сюрприз.

Стоило только вскрыть первую опустившуюся заслонку, как сработала сигнализация, и на группу зачистки обрушился поток воды вместе с разнообразными тварями.

Черви, рыбы, какие-то крысы с щупальцами. В общем, стандартно нестандартная перунская живность. И вся эта братия грызлась между собой, пытаясь найти место, чтобы спрятаться от наступающей воды.

Вовремя сориентировавшись, бойцы успели отступить на поверхность, заблокировав выходы.

Но, как очевидно, блокировка целого района выходом из ситуации не являлась, так что было необходимо спуститься вниз и устранить место прорыва монстров и воды, гнавшей их на поверхность.

Примерное место установить удалось довольно быстро, осталось только убедиться в этом. И, естественно, убеждаться в этом должен был лично я.

— Фёдор Иванович, ты бы не игрался с этой…смесью, — закончив с проверкой, окрикнул я наставника, уже самостоятельно закинувшего ярко-оранжевый баллон за спину. — Ещё ёб… жахнет, то есть!

— Да не должно. К тому же уж лучше здесь разобраться, чем там мучиться, — вполне логично произнёс Иваныч, направляя тонкий шланг, заканчивающийся широким раструбом, в сторону.

Гибкая труба слегка расширилась, и из неё раздалось шипение, которое тут же стихло.

— Хм, странно, не могла же Настя напортачить, — услышал я бормотание Леонова и заметил, как он удивлённо смотрит прямо в раструб. — Твою мать! — Иваныч едва успел убрать голову от брызнувшей из трубы наружу субстанции ярко-вишнёвого цвета.

Первая порция жижи шлёпнулась на землю, а я почувствовал, как у меня рот наполняется слюной. Знаете ли, очень я люблю вишнёвое желе. Такое, которое очень сладкое, но с кислинкой. И густое, чтоб ложка стояла.

И именно на него было похоже содержимое оранжевого баллона, которое при соприкосновении с воздухом стало медленно твердеть, расширяясь в размерах.

— К-хм… Не направлять в лицо и не есть… Не направлять… Не есть…Тьфу на тебя, Настя — бормотал я, подходя к наставнику, от греха подальше перекрывшего вентиль на баллоне. — Кто-то чересчур хорошо знает нас с Леоновым…

— Ну и зачем дорогу испортил? — с укором сказал я наставнику, указывая на возникший посреди дороги правильной формы куб метр на метр на метр.

— Ничего страшного, сейчас уберу, — Леонов, прищёлкнув шланг к ноге, направился к кубу. Подойдя поближе, наставник, хорошенько размахнувшись, ударил по тёмно-красному камню.

Результат превзошёл все ожидания. Точнее, его отсутствие. Затвердевшее вещество даже не поцарапалось, а наставник с удивлением тряс ушибленной рукой.

— Похоже, Настя изрядно перестраховалась. Игорь, может, подсобишь? А то машина реально не уедет. Не хотелось бы, чтобы парни рисковали в случае нашего неудачного погружения, — попросил Иваныч и, не дожидаясь ответа, пошёл к парням, прихватив с собой пару баллонов. Видимо, для меня.

— Этот день когда-нибудь закончится?! Простите меня, предки… — подняв глаза к фиолетовому небу, достал Аспид и принялся фамильным оружием разрубать куб, слава богам, эфиру он поддавался легко.

К тому моменту, как я закончил с ремонтно-дорожными работами, группа ныряльщиков успела провериться и выстроилась на узком мостике.

— Напоминаю, вперёд не лезем. С тварями разбирается наш глубоко уважаемый патриарх. Мы лишь страхуем. Ему, как одарённому, всяко сподручнее будет под водой мечами орудовать, — в очередной раз проинструктировал Леонов, заметив, что я, наконец, закончил исправлять его косяк и уже поднимался к ним,

— И за что я вам только плачу, лентяи… — покачал я головой.

— Блин, а что тут ещё и платят? — с деланным удивлением спросил стоящий справа от меня боец. — А ведь чувствовал, что мне о чём-то не договаривают.

— Ещё слово, и даже кормить перестанем, — с угрозой произнёс Леонов. — Всё, собрались и приготовились прыгать.

Мы все синхронно посмотрели на бурлящие под нами потоки, исчезающие в огромной воронке. И всё бы ничего, броня наша крепка и от ударов о стенки пострадать не должна.

Вот только внизу скрывалась главная загвоздка, а именно работающая турбина с огранёнными лопастями, способными перерубить идиота, решившего поплавать рядом с ней.

К сожалению, турбину надолго выключить мы не могли по двум причинам. Во-первых, вода хлынет обратно, затопив тут всё вокруг. Ну а, во-вторых, с этой самой водой полезут и твари, наверняка, обрадовавшиеся возможности изучить новые территории.

— А мы тут, — покосился я на Леонова, — для того, чтобы решать проблемы, а не создавать новые. Правда, наставник?

— Общая готовность! — прогромыхав по металлическому мостику, наставник подошёл к краю и посмотрел вниз. — Всегда недолюбливал аквапарки… Отключайте уже, что ли, чего удовольствие растягивать?

Где-то в безопасном месте диспетчер дёрнул виртуальный рубильник, и водоворот под нами стал замедляться.

— Ходу! Ходу! — прыгнув первым, скомандовал по рации Леонов.

— Не, ну раз приглашаете… У-у-х, — только и успел я подумать, делая шаг вперёд.

Тело недолго боролось с гравитацией, и через секунду я устремился вниз, чтобы врезаться ботинками в “кипящую” воду.

Мутный поток тут же подхватил меня, едва не приложив о внезапно возникшую стену. Извернувшись, я успел выставить вперёд ноги. А почувствовав удар в пятки, тут же оттолкнулся, стараясь отплыть от стены, как можно дальше.

Корпус закреплённого на спине баллона, наверняка, был чрезвычайно прочным, но рисковать не было никого желания.

Тем более, когда вот-вот должно было показаться первое препятствие на пути.

— Приближаемся, — подал голос Леонов. — Рассредоточиться.

Судя по схеме на визоре, это именно он только что проскочил мимо меня, стараясь принять вертикальное положение. Выходило это у него не очень.

Впрочем, чем глубже мы уходили, тем меньше становился напор воды, позволяя лучше контролировать положение собственного тела в пространстве.

Воспользовавшись тем, что течение вновь вынесло меня к стене, я вонзил пальцы в бетон, закрепляясь на ней. Судя по зелёным отметкам на карте, остальные поступили так же.

— Это будет интересно, — пробормотал я, разглядывая в десяти метрах под собой серые очертания замедляющихся лопастей. Видимость, конечно, оставляла желать лучшего.

Стоило только подумать об этом, как пара бойцов, следуя указаниям Леонова, кинули вниз пару ХИС (химический источник света), подсветивших мутноватую воду зелёным светом.

— Похоже, вырубать турбину вообще не вариант. Игорь, твой выход, — несмотря на то, что голос наставника вроде бы звучал спокойно, я смог различить лёгкое раздражение.

С другой стороны, его можно понять. Вряд ли найдётся человек, который обрадуется тому, что его план на первом же этапе катится коту под хвост.

— Принял, — ответил я. Похоже, обещанной прогулки на двадцать минут ожидать больше не стоит.

ХИСы быстро втягивало под турбину, но даже это времени хватило, чтобы рассмотреть толстые обрубки щупалец, цепляющиеся за гладкий металл.

— Ну, зато здесь не нужно думать, кто кого «дружит»… — оттолкнувшись от стены, я устремился вниз. — Диспетчер, уменьши обороты в два раза.

Лопасти турбины, согласно схеме, были широкими, вот только располагались под приличным углом, так что устоять в обычных условиях было ещё той задачей.

Так что, сдаётся мне, я был первым человеком на Перуне, кто умудрился сесть на шпагат в огромной, наполненной водой трубе при этом упираясь ногами в две лопасти крутящейся турбины.

Едва стоило мне обрести хоть какую-то точку опоры, как я извлёк пару ХИСов и примагнитил их к металлу. В отличие от первых уплывших, у этих магниты сработали, и на “карусели” зажглась иллюминация.

— А вот и первые посетители… Эй, куда без билета-то? — обратился я к потянувшемуся в мою сторону щупальцу.

Похожее на гофрированную трубу диаметром с кулак Леонова, считай с два нормальных человеческих, выглядело оно отвратно даже по перунским меркам.

Множественные наросты на нём будто пульсировали изнутри неярким светом, а небольшие присоски, располагающиеся в хаотичном порядке, открывались и закрывались, обнажая целую грядку мелких зубов.

Похоже, закрепить светильники рядом с собой было не самой удачной идеей, так как щупальца, до этого раскинутые по всем лопастям, стали стягиваться ко мне.

— Эх, раззудись рука, размахнись плечо! — взмах меча разом перерубил пару-тройку «колосьев», и меня окутало тёмное облако крови. Которое, впрочем, почти сразу же втянулось вниз.

К сожалению, отрезвляюще на безбилетников это не подействовало, так что спустя десяток секунд желающих покататься значительно прибавилось.

— Какие настырные, — «поймав» течение, я оттолкнулся от одной лопасти, ускользая от неожиданно прыткого щупальца. — Не, так дело не пойдёт.

Используя инерцию, сделал кувырок назад, но, прежде чем меня втянуло бы меж лопастей, успел встать на узкую грань, лишь каким-то чудом сохраняя равновесие. Кажется, кто-то наверху захлопал…

— А мог бы в цирковое поступить, — всё же не удержался Леонов, а я промолчал. Но, попрошу заметить, промолчал, а не пропустил мимо ушей.

Чуя, как «твёрдая» поверхность все же уходит из-под ног, сместился ближе к центру турбины, где зазор между лопастями был уже. А, следовательно, и балансировать было легче.

«Дайте мне точку опоры, и я смогу накрошить пару тонн монстров, даже не запыхавшись!» На новом месте дело пошло веселее.

Кружась на замедляющейся “карусели”, я крошил извивающиеся зубастые отростки, не давая им выбраться наружу, благо, владелец щупалец интеллектом не обладал и просто пёр на источники света.

Тем временем турбина уже достаточно замедлилась, и сверху стали «падать» остальные члены отряда.

Подгадав момент, они проскальзывали мимо меня и меж лопастей, исчезая где-то в темноте на той стороне.

Я же, «потанцевав» ещё минут пять, убедился, что последний боец благополучно прошёл опасный участок, подвесил дополнительные светильники и, перерубив излишне настырные щупальца, уже облизывающие мои ноги, вновь подпрыгнул вверх.

Течение стало куда менее сильным, так что я даже провисел в воде пару секунд, прежде чем стал опускаться вниз.

Приземление вышло удачно, так что меж лопастей я вошёл на противоположной от щупалец стороне.

Проскочил тоже без проблем, если не считать, что уже на выходе задел шлемом нижнюю кромку лопасти, и меня закружило. Хорошо, что поесть не успел.

Но к “вертолётам” я человек привычный, так что даже потеряв на пару мгновений ориентацию в пространстве, успел по рации передать, чтобы включали турбину на полную.

В спину почти сразу же ударило, толкая вперёд, но в этот раз я не дал себя закрутить и, работая руками и ногами, поплыл вперёд.

Тоннель постепенно из вертикальной плоскости плавно переходил в горизонтальную, при этом сужаясь и изгибаясь.

Вот на одном из таких поворотов нам и нужно было задержаться, чтобы попасть в боковое ответвление, соединённое с главным тоннелем шлюзом.

А вот, собственно, и он. На карте красную точку входа окружали зелёные, а сам тоннель пересекали жёлтые линии. Кто-то из отряда любезно натянул страховочные тросы для патриарха, дабы он не проскочил мимо, когда турбина заработает на максимум.

Собственно, сделано это было вполне разумно, так как возросший поток не дал мне самостоятельно приблизиться к стенке, чтобы затормозить.

Вытянув руки, я пролетел мимо расположившихся вокруг шлюза бойцов и уцепился за верхний трос. Резкий рывок, и почувствовал, как меня подтягивает к команде.

— Все на месте, вскрывайте, — приказал Леонов, едва увидел, как я закрепился на стенке.

Это, кстати, оказалось не так просто. Пускай подземные коммуникации и были построены совсем недавно, но стены уже успели обрасти непонятной дрянью, напоминающей склизкий мох.

Сверху он был мягким, а вот стоило на него надавить, и возникало ощущение, что это какая-то армированная резина. Вроде и поддаётся-тянется, а рваться не собирается.

Тем временем тяжёлая дверь вздрогнула и сдалась, утягивая за собой провернувшего ручку бойца.

Вода устремилась вслед за ними, почти мгновенно заполнив всё доступное пространство шлюзовой камеры. А после уже и мы забрались, без труда заперев внешнюю дверь.

Едва шлюз оказался загерметизирован, как Леонов тут же повернул рычаг на следующей двери, ведущей в технический тоннель.

— Похоже, тут всё менее печально, — констатировал очевидное Леонов, глядя, как вода из шлюзовой камеры разливается по затопленному не больше чем на полметра полу. — Судя по всему, мы в воздушном кармане.

Похоже, что так. Выйдя из шлюза, я осмотрелся по сторонам. Если верить схемам, то слева, метрах в двадцати, нас ожидал тупик, а вот направо невысокий тоннель должен начать медленно спускаться вниз, пересекаясь с нужным нам.

— Туда, — указал направо Леонов, подсвечивая проход, полный всякой мелкой живности.

Гусеницы в панцирях, черви, какие-то твари, похожие на палочников, которые висели под потолком, создавая впечатление, что он порос сухой травой. Похоже, сюда успели добраться все те, кого не смыло потопом.

— Надо будет сюда бригаду чистильщиков прислать, как только с прорывом разберёмся, — произнёс я, стряхивая с плеча очередного таракана.

— А ты думаешь, чем мы тут занимались? — спросил Леонов. — Кстати, наличие подобной мелочи обычно указывало, что где-то обитает монстр покрупнее.

— Крупной твари тут особо не спрятаться, — я обвёл стены фонарём, а после направил луч вдаль. — Тем более, что её, похоже, до нас прикончили.

Метрах в пятнадцати от нас лежал свежеобглоданный костяк четырёхногой животины с вытянутой, будто клюв, мордой. Пасть у туши была открыта, и даже с такого расстояния я не мог не заметить приличных размеров клыки. Но даже они не смогли спасти зверушку от участи быть съеденной.

— Не успел выбраться из воды, — констатировал Леонов, пнув мёртвую тварь, которая, как оказалось, лежала на границе, где начинался спуск.

— Дай догадаюсь, опять мне первому идти? — я подошёл к туше и подсветил скелет.

На костях ещё оставались куски мяса и сухожилий, но совсем мало, будто мы своим появлением спугнули трапезничающего.

Перевёл фонарь на тёмную воду. Если не считать мусора, плавающего на поверхности, была она почти прозрачной, так что я заметил ускользнувшую в глубину тень.

— Если мы начнём стрелять в замкнутом пространстве, то сами и огребём, так что извольте достать оружие и пойти рыбачить, — ехидно произнёс Иваныч. — Если что, кричите громче.

— И как я ещё с такими гвардейцами дожил до своих лет?.. — на общей волне спросил я, медленно шагая по опускающемуся полу.

— С другими ты бы не дожил и до двенадцатилетия, — ответил Леонов, пару раз ощутимо дёрнув за страховочный шнур, пристёгнутый к моей броне.

Своды потолка тоже опускались, и спустя пару минут вода надо мной сомкнулась полностью, а на стенах и полу появился уже знакомый мох, придавая тоннелю таинственный вид.

Согласно схеме, до перекрёстка метров двадцать, а после нужно было ещё раз повернуть направо и пройти ещё тридцать.

До развилки я добрался быстро, так и не дождавшись нападения, хотя не раз замечал, как сокращается мох и под ним становятся видимы мелкие твари, напоминающие креветок ярко-красной расцветки.

Но они разумно не трогали меня, а я разумно не трогал их, стараясь лишний раз не касаться стен. Собственно, так и шёл. А вот стоило спуститься на уровень ниже, и начались сюрпризы.

Подводный мох сменился длинными лентами водорослей, которые при моём появлении пришли в движение.

Плоские листы оплетали ноги и руки, скользили по шлему, а боевой компьютер периодически фиксировал слабые уколы током. Ничего страшного, но какой-нибудь мелкой живности пришлось бы несладко.

К счастью, силёнок у водорослей оказалось немного, и я просто пёр вперёд, махая одним Аспидом и оставляя после себя просеку.

Когда до места прорыва оставалось пройти всего ничего, датчики брони зафиксировали резкое повышение температуры, а вода в свете фонаря на мгновение сменила цвет, приобретя фиолетовый оттенок.

Вспомнив про массовое заражение, вынудившее нас покинуть место посадки, я тут же подал эфир на Аспид и увидел, как вода вокруг него потемнела.

Но, судя по всему, концентрация отравы была совсем незначительной, так как, только температура пришла в норму, вода приобрела привычную прозрачность.

К моменту, как я дошёл до конца тоннеля, подобные вспышки стали повторяться все чаще. А стоило мне остановиться у груды камней, некогда бывшей прочной стеной, датчики брони голосили уже непрерывно.

— Неприятно. Надо бы напрячь коммунальщиков, пускай воду питьевую проверят. Не хотелось бы повторной эпидемии, — пробормотал я, заглядывая в дыру.

Шаря лучом мощного фонаря из стороны в сторону, я надеялся нащупать хотя бы дно той пещеры, куда мы незапланированно получили доступ, но смог увидеть лишь смутные очертания извивающихся где-то в глубине длинных тел.

— Ну уж нет, на сегодня мне приключений точно хватит, — отойдя от края провала, я достал шланг с отвердителем и принялся замуровывать проход. — Расти стеночка большая да крепенькая…

***

Исаевск

Перун

Стоило мне только открыть дверь, как надо мной раздался перезвон маленьких колокольчиков, а я ощутил на себе лениво-любопытный взгляд стоящей за барной стойкой молодой блондинки.

— Доброго дня или уже скорее вечера, — мило улыбнулась девушка, одетая в красную клетчатую рубашку и чёрный кожаный фартук. — Будете ужинать или просто выпить зашли?

— Наверное, просто выпить, — кивнул я, усаживаясь за стойку и стараясь не вспоминать недавно пережитые приключения. — Что-нибудь на ваш вкус.

— К сожалению, последняя партия из столицы не прибыла, так что выбор ограничен. Могу предложить только это, — положив передо мной карту с напитками, девушка задумчиво прищурилась. — Я вас не видела раньше, вы из последней группы?

Я оторвал голову от стойки и непонимающе посмотрел на неё. А после провёл рукой по своей щеке. Ну да, кто ж в парне с трёхдневной щетиной, с отросшими волосами и мешками под глазами признает собственного патриарха.

А я-то думал, чего это она такая смелая? Может, дать распоряжение, чтоб мои портреты везде развесили, а то вот так не узнают и драться полезут. Потом ещё лечи их…

— Нет, — мотнул я головой, возвращаясь к списку. Большая часть названий была незнакома, так что я наугад ткнул в самое экзотичное.

— Значит, научник какой? Ваши тут не часто появляются. Давай-ка я тебе чего получше налью. Негоже интеллектуальный запас нашего патриарха дешёвым пойлом губить, — девушка, выхватив у меня из руки карту, вытащила из-под стойки пузатую бутыль и небольшой стакан.

Отмерив два пальца, она толкнула стакан в мою сторону и со вздохом жалости закупорила бутылку.

— Что, редкая вещь? — уточнил я.

Цвет у жидкости был почти что синий, и я даже предположить не мог, что это. Разве что запах показался подозрительно знакомым.

— Угу. Начальница ваша, Анастасия Олеговна подогнала. В знак извинений. Неужто не слышал, как один из вас, точнее, одна, наш бар спалила? Благо, что восстановить смогли быстро, — удивилась девушка.

— Слышал, конечно, просто дел было много, расспросить не успел, — пробормотал я, уже с большим подозрением смотря на напиток.

Да не, тут же всего на два глотка. А потом возьму чего попроще. Воды, например. Дабы избежать эксцессов.

— Слушай… Кстати, а как тебя зовут? — поинтересовалась девушка.

— Игорь.

— Ха, какое совпадение. А меня Агата, — протянула она руку. — Слушай, Игорь. Вы же там все общаетесь меж собой, может, хоть слухи есть, когда это всё закончится?

— Слухов нет, только предположения, но есть твёрдая уверенность, что всё происходящее временно, — ответил я, отхлебнув коктейль Морозовой. Сжульничала Настёна, эта версия напитка была куда слабее и менее насыщенная. Но тоже неплохо. — Так что не раскисай. У тебя кто-то остался на Орбитале?

— Младший брат. Мне буквально перед отправкой сюда исполнилось восемнадцать, а то бы и меня сейчас здесь не было. Даже страшно представить, что сейчас он ощущает. Мы-то с отцом здесь, — в голосе девушки засквозила печаль, но она встряхнула головой и вновь улыбнулась.

— Уверен, что ма… Госпожа Исаева позаботится о нём, как и обо всех остальных. Ну а патриарх разберётся с проблемами здесь, даже не сомневайся.

— Надеюсь, твой тёзка так же уверен в себе, как ты в нём, — рассмеялась Агата и повернулась в сторону вновь зазвонивших колокольчиков.

— О, привет, ты сего…

— Нашла! Господин патриарх! При всём моём уважении, но я всегда должна быть в курсе вашего местонахождения, — раздался позади меня возмущённо-смущённый голосок. Согласен, удивительная смесь, зато сразу понятно, кто это.

— Твоя неосведомлённость - это твой просчёт, а не твоего патриарха, — прикончив напиток вторым глотком, со стуком поставил стакан на стойку и подмигнул замершей Агате. — Зачем я тебе, Гита? Только быстро!

— Быстро не выйдет, Игорь Владиславович! — слева от меня опустилась стопка документов, а справа появился планшет, на котором мигало множество иконок.

— И кто меня на этот раз сдал? — удручённо произнёс я, глядя на всё это “богатство”.

— Не понимаю, о чём вы, Игорь Владиславович, — прекрасно всё поняла Чакравати.

— Ладно, демоны с тобой! Агата, отомри, — я щёлкнул пальцами, и девушка зашевелилась. По крайней мере дышать точно начала. — Мы с этой назойливой особой переберёмся вон за тот столик, а ты нам меню принеси, чую вечер долгим будет. Хорошо?

— Д-д-да... господин патриарх, конечно. Сейчас же…

— Агата, выдыхай, — тормознул я девушку. — Всё нормально. И принеси к заказу твой эксклюзивный напиток. А завтра, обещаю, тебе доставят кое-что получше.

Девушка, кивнув, куда-то умчалась. То ли за меню, то ли сообщить хозяину бара, кто почтил их своим присутствием.

— Ну а ты, — повернулся я к Гите, — давай за мной, и не дай боги выяснится, что ты просто так мне вечер испортила…

Глава 4

Исаевск

Перун

Спустя пару минут после исчезновения Агаты из подсобных помещений выскочил невысокий круглый мужчина с длинной бородой, представившийся Дамиром Борисовичем.

Собственно он являлся владельцем трактира и, с его слов, был чрезвычайно польщён, что принадлежащее ему заведение соблаговолил посетить сам патриарх.

Развив бурную деятельность, он тут же отговорил меня от общего зала и провёл в небольшую комнату, обставленную простенько, но со вкусом.

Широкий деревянный стол, по бокам которого вместо стульев располагались деревянные же скамейки, будто откопанные на каком-то древнем складе. Выглядели они крепко, но жутко неудобно. Но хозяин, видимо, это и сам понимал, так что первым делом достал из шкафа небольшие пуфики и положил их на скамейки.

Я тем временем рассматривал фотографии, висящие на стенах, сделанных как будто из бруса. Правда стоило мне подойти и потрогать их, как я ощутил прохладный металл.

— После пожара ещё не успели восстановить облицовку, — извиняющимся тоном произнёс владелец трактира, при этом укоризненно глядя на замершую возле входа Гиту. — Но заказ уже сделан, и, как всё успокоится, вам обязательно стоит посетить нас ещё раз. Тут будет куда уютнее.

— Непременно, — я кивнул и указал на одну из фотографий, запечатлевшую большую группу людей в тёплой одежде. Позади них стоял трёхэтажный дом, занесённый зелёным снегом почти по самый второй этаж. — Это же на Вьюге? Вы оттуда?

— Все так, Игорь Владиславович, вот он я, — трактирщик подошёл и ткнул пальцем в карапуза, выглядевшего большим лишь из-за объёмной одежды. — Мне тогда года четыре было, родители же были из переселенцев. Наверное, это от них мне передалась неусидчивость. Как только появилась возможность, сразу улетел вселенную посмотреть.

— Но сейчас решили остепениться? — закончив рассматривать другие, не менее интересные фотографии, я уселся за стол и знаком показал Гите тоже присаживаться.

— Возраст, как никак, — усмехнулся в густую чёрную бороду не такой уж и старый мужчина. — Да и дочка в мать пошла. Предпочитает чувствовать под ногами твёрдую землю, а не стальные переборки космического корабля. Кстати о ней. Агата!

После крика трактирщика в щель между косяком и дверью протянулась рука с меню. Сама девушка заходить не рисковала.

— Могу порекомендовать салаты… — начал было трактирщик, но, увидев, как Чакравати раскладывает на столе папки, на мгновение задумался, а потом продолжил. — Хотя, судя по всему, вы тут надолго, так что рекомендую взять что-нибудь посытнее.

Глядя на секретаря и то, как тщательно она разбирает бумажки, был вынужден согласиться с мужчиной. Так что, оставив выбор на совести хозяина заведения, дождался, пока он покинет комнату и потянулся к ближайшей папке, отмеченной красным цветом.

— Интересный проект, — спустя некоторое время, ушедшее на ознакомление с документом, я откинулся на спинку лавки. — В следующий раз помечай такие, как “важно, но должно отлежаться до окончания проверки”.

Я вернул папку с предложениями одного из глав мелких общин Гите, освобождая место на столе перед собой и давая трактирщику поставить тарелку с крупными кусками мяса, приправленного рассыпчатым гарниром. То ли гречка, то ли подгоревший рис. М-м-м, как пахнет! В животе непроизвольно заурчало.

Я попытался сосредоточиться, не давая еде отвлечь от прочитанного. Нет, предложенная идея была неплохой — усилить контроль за системами города, повысив их эффективность. Только вот данный товарищ чуть ли не в открытую требовал участия своих людей в этом проекте.

Похвальная инициатива для лидера общины, но мне подобные индивиды подобно кости в горле. Род должен быть монолитным, а не состоять из кучки диаспор, тянущих одеяло на себя.

Ничего, сейчас всё немного подуспокоится, и я начну вдалбливать эту мысль в буйные головы более действенным способом.

— В общем, дашь отписку инициативному товарищу, что его предложение рассматривается. А завтра утром перекинешь эту папку Леонову. Раз наш будущий начальник полиции застрял в столице, пускай Фёдор Иванович поработает и проверит, что да как с этим человеком, — сказал я Гите.

Девушка, в этот раз сменившая свою необычную одежду на обычный комбинезон поселенцев светло-голубого цвета, кивнула и сделала пометку в ежедневнике.

— Что там следующее, отчёт службы северных ворот? К-хм, даже так… Какого чёрта выпустили группу за пределы города без вооружённого сопровождения? — пробежавшись глазами по отчёту, с облегчением обнаружил, что пострадавших среди фермеров-суицидников не оказалось.

Но факт оставался фактом. Даже видя странное чужое небо над головой, люди оставались людьми и вели себя безалаберно.

Построить зоопарк, что ли, да притащить туда тварей пострашнее? Пускай полюбуются, кто снаружи бродит. Может, хоть так получится достучаться, прежде чем придётся участвовать в торжественном открытии первого кладбища в городе.

— В рапорте указано, что плантация располагалась в радиусе поражения систем обороны города, поэтому начальник охраны и дал разрешение, — Гита только взяла в руки вилку, но тут же отложила её в сторону, чтобы свериться с записями.

— Начальника этого снять с объекта и отправить в “Заповедник”, может, проникнется. И знаешь, завтра обрадуй Леонова ещё и тем, что командовать при зачистке канализации он будет не только штурмовиками, — я вытащил из стопки список нёсших дежурство в то время и обвёл ручкой каждого второго. — Чередовать их через день, пока вся канализация блестеть не будет.

— Сурово, — как секретарь, девушка, наверняка, уже успела ознакомиться, с чем нам пришлось столкнуться сегодня, так что прекрасно представляла, насколько влипли проштрафившиеся.

В дверь постучались, и после полученного разрешения на пороге появилась Агата.

— Игорь Владиславович, хотела принести извинение за неподобающее поведение и уточнить, может, ещё чего-нибудь желаете? — спросила девушка.

Судя по голосу, особого пиетета к моей патриаршей персоне она не испытывала, первоначальный ступор был вызван, скорее всего, опасением по поводу моей возможной реакции.

А извиняться её по-любому направил отец, тот, наверняка, был куда осведомлённей, как могут себя повести “гордые” аристократы.

— Извинения приняты, так что можешь успокоить Дамира Борисовича, — ответил я.

— Спасибо, непременно, прямо щас же и передам, — сделав лёгкий поклон, девушка выскочила за дверь, даже не уточнив, нужно мне что-то ещё или нет.

— Игорь Владиславович, а вас не смущает, что ваши поданные так себя ведут по отношению к вам? — пригубив настойку Морозовой, осмелилась спросить Гита, глядя на пустое место, где только что стояла Агата.

— Ты про то, что они разговаривают не как с сюзереном, а как с каким-нибудь начальником? — уточнил я, гоняя вилкой по тарелке скользкий маринованный гриб. Интересно, это из запасов или уже местный?

— Просто там, где я родилась, в отношениях “господин-поданный” всё было несколько сложнее, — покачав бокалом в руке, ответила девушка. — На Чавале вообще всё было сложно.

— Мягкий климат, отсутствие глубоких водоёмов, сильная кастовая система - это про него? — личное дело Чакравати читал, но всегда считал и продолжаю считать, что в разговоре можно узнать куда больше.

— Именно. Аграрная планетка, на которой, помимо многокилометровых плантаций и болот, толком ничего и нет, — рукав тонкого комбинезона у девушки задрался, и я заметил вязь узоров, складывающихся в замысловатый рисунок. Гита заметила, как я внимательно разглядываю её руку. — Это небольшое напоминание о родине и родителях. Они у меня были из брахманов, касты учёных и жрецов. У них очень хорошо получалось совмещать духовное и физическое.

— Но, насколько я знаю, брахманы высшая каста. Неужели у меня в секретарях оказалась беглая принцесса? — пошутил я, отставляя тарелку в сторону и наливая себе настойки.

Основные документы были просмотрены, теперь можно и немного расслабиться да прощупать, насколько можно будет доверять новому человеку в своём окружении.

— Эх, если бы… Тогда бы всё, наверняка, сложилось бы по-другому, — грустно произнесла Гита. — Родители действительно занимали высокую должность в одном из научных центров планеты. Но сама наука была далека от приоритетов раджи, так что фактически мы были в самом низу по статусу, религия, вот что действительно волновало его.

— Судя по узору, на вашей планете на религию существенное влияние оказали краты, — дотронувшись до руки девушки, я провёл пальцем по сложному рисунку, выполненному в виде множества треугольников, разбитых на ещё более мелкие. — Это же схематичное обозначение горы Мера, если правильно помню. Именно её поиски были краеугольным камнем веры теократов. По крайней мере, в начале их пути.

— Верно, это одно из толкований, — кивнула Чакравати, не сильно смущаясь, что я дотронулся до неё без разрешения. — Родители говорили, что Мера располагается в центре вселенной, где сходятся все потоки эфира. И тот, кто сможет её найти, обретёт просветление. Я в это не особо верю, но трудно избавиться от привычек, которые тебе вдалбливаются с самого детства.

— Не веришь в магию и богов?

— П-ф, магия, боги… Учитель в школе постоянно любил порассуждать о всемогущих сущностях, что помогли человечеству выбраться из дремучего леса, — фыркнула вновь девушка и, закатав рукав до самого плеча, ткнула пальцем в изображение многорукого человека с головой животного. — Вот это вообще изображение нашего прародителя. Мол, он был самым первым Просвещённым, снизошедшим на Землю. И какое-то время я в это действительно верила. Пока не залезла в библиотеку родителей и не нашла историю древней Земли.

— И обнаружила ещё кучу мифов о таких же самых “первых”? — предположил я, разливая по стаканам “огненную жидкость”.

— Именно, — ткнула пальцем вверх Гита, а глаза у неё подозрительно заблестели. То ли оттого, что нашла собеседника, который готов её выслушать, то ли от настойки. — И с того времени я с усмешкой отношусь ко всему, что пытаются обернуть в обёртку мистики. Боги? Обычные одарённые, достигшие определённого могущества. Чудеса? Всего лишь дары, которыми ушлые одарённые пытались придать себе статус божественности.

— Сдаётся мне, что не все аристократы с тобой согласятся, — покачал я головой. — Многие считают, что сила была дарована свыше, пускай варианты этого “свыше” разнятся от планеты к планете.

— Обычная практика власть имущих, пытающихся придать себе веса, даже за счёт того, что уж точно не их заслуга. Удачная мутация, не более того, — твёрдо произнесла девушка, назидательно подняв палец вверх.

Правда, в последний момент Гита икнула, чем смазала общее впечатление от сказанного.

— И всё же ты продолжаешь украшать себя росписью, несмотря на то, что не веришь в её значение, — откинувшись на высокую спинку скамейки, я окинул взглядом Чакравати.

На бледном лице девушки проступил ярко-красный румянец, а небольшая грудь, почти незаметная даже в облегающем комбинезоне ходила вверх-вниз, будто Гита пробежала стометровку.

— Это память. Какой-бы она не была неприятной, я должна хранить мудрость родителей. Это от матери, — девушка провела пальцами левой руки по узорам на правой. — А это от отца, — сделав замысловатый жест, Чакравати коснулась указательным пальцем виска.

— Мудрость и знания? Кого-то мне это напоминает, — задумчиво произнёс я, вспоминая своих отца и мать.

Отец всегда был целеустремлённым человеком, считающим что нет ничего ценнее знаний. Мне порой казалось, что даже Империя, верность которой наш род хранил ни одно поколение, для него была не более чем инструментом.

И ему было плевать, что этот “инструмент” может поранить, а то и лишить головы. Есть цель, а каким способом её достичь, это уже дело десятое.

Мать же, напротив, больше полагалась на житейскую мудрость. Нет, её ни в коем случае нельзя было назвать глупой. Просто если разум отца можно было сравнить с хирургическим скальпелем, вспарывающим любую преграду, то мама всегда решала проблемы аккуратно, взвешивая риски и находя самые безопасные пути. Путь мягкой силы, так сказать, основанный на опыте предков.

Наверное, только благодаря тому, что отец встретил её ещё в юношестве, он успел дать потомство, а не сложил буйную головушку на какой-нибудь богами забытой планете.

— Мои родители были слишком умны для столь захудалой планетки, это их и сгубило. Они нашли доказательства того, что правящая династия раджи не была первой, и вообще их основатель чуть ли не гальюны на ковчеге драил. Родители вскрыли какой-то древний склад, обнаружили записи и имели глупость их продемонстрировать главе научного центра, — пока я размышлял, девушка вылила остатки “коктейля” в стакан и, даже не поморщившись, залпом опустошила его. — Глава был не умным, но понимание того, чья рука его кормит у него присутствовало. Так что вопрос о том, что делать даже не стоял.

— В личном деле упоминалось, что твои родители погибли во время экспедиции, а сестра пропала без вести, — я задумчиво посмотрел на пустой стакан.

Малявка умудрилась приговорить больше половины бутылки и при этом даже сидела ровно. Думаю, для её размеров это тянуло на маленький подвиг.

— Угу, всё именно так и было. Ведь для людей, всю свою жизнь проживших среди болот, вполне обыденно разбивать лагерь возле лежбища макур. Это такие амфибии, что гнездятся на мелководье, — пояснила девушка. — Выглядят, как помесь здоровой рыбы с собакой, имеют кучу зубов в огромной пасти и вредный нрав. С ними стараются не связываться, так как даже маленькая стая может насчитывать до полусотни особей. Но мои родители, конечно же, были не в курсе этого. Откуда им, коренным жителям, догадываться насколько опасны эти твари.

— Вот ты сейчас про макуров или про раджу с прихлебателями? — решил уточнить я.

— Про вторых, естественно. Зверье-то тут при чём? — с недоумением спросила окончательно опьяневшая девушка. Нет, речь у неё была чёткой, словно она сейчас не за столом сидела, а выступала на каком-нибудь совещании.

Вот только блестящие глаза, ломанные движения руками, неожиданно пропавшая робость. Именно сейчас с неё слетел вид юной девушки, и я увидел перед собой повидавшую жизнь женщину.

— И тем не менее ты решила пойти на службу к аристократу, — продолжил я расспрашивать девушку.

— Я и не собиралась. После убийства родителей и пропажи сестры, мне в открытую сказали, что на Чавале мне больше не рады, предложив на выбор либо пополнить гарем одного урода, обещавшего защиту, либо покинуть планету, — дёрнула плечами Гита. — Естественно, после того, как я отказалась от первого варианта, все мои достижения, все мои успехи, которые могли бы мне облегчить жизнь на новом месте были уничтожены. Вот так я оказалась обычной переселенкой без подтверждённой специальности да ещё выглядящей лет на девятнадцать. Что тоже плюсом не назовёшь.

— Ну, будем честны. Больше шестнадцати тебе мало кто даст, — позволил я себе улыбнуться, хотя весёлого было мало.

Случившееся с девушкой было ужасным, но не чем-то сверхъестественным. Планетарные царьки, вскормленные под крылом Империи, были способны и не на такое. И чем дальше от метрополии, тем хуже обстояли дела.

— Да я знаю… — вздохнула Чакравати, — Порой я сожалею, что Император запретил генетические модификации, которые проводили теократы. Рост бы себе добавила да ещё пару мест увеличила.

Девушка с грустью посмотрела вниз и провела рукой по груди.

— Судя по всему, ты более-менее смирилась со смертью близких? — вернулся я к главной теме нашего разговора.

— Времени прошло уже много. Родителей мне не вернуть при всём желании. Первое время я планировала отомстить виновным в их смерти. Даже информацию собирала. Но в какой-то момент я осознала, что не потяну. А если умру я, то погибнет и память о моей семье, — Гита задумчиво повертела пустой бокал в руке и посмотрела на меня.

Увидев, как я кивнул, она нажала на кнопку вызова, и спустя пару мгновений в комнате появилась Агата со слегка запотевшей бутылкой в руках.

Поставив её на стол, она молча собрала пустые тарелки и бесшумно исчезла за дверью, вновь оставляя меня наедине с Чакравати.

— Ты упорно избегаешь в разговоре свою сестру, — я разлил янтарную жидкость по стаканам и пододвинул один из них девушке. — Лишь пару раз о ней упомянула. Да и в деле твоём о ней один абзац.

— Вы же не отстанете? Это такая проверка? — Гита, глядя мне в глаза, выпила содержимое и требовательно протянула мне стакан.

— Я мог бы вести с тобой долгие беседы, подмечая неточности в ответах. Мог бы вколоть тебе какую-нибудь дрянь и несколько часов слушать все твои тайны, даже сокровенные. Мог бы привести мозголома, который вывернул бы наружу все твои потаённые страхи и желания, чтобы потом я играл на них, привязывая тебя к себе, — слегка пригубив напиток, с удивлением обнаружил, что это обычный коньяк, правда, странного жёлтого цвета.

— Честно говоря, сейчас вы меня пугаете, Игорь Влад… Владисл… Владиславович, — с третьего раза выговорив моё отчество, произнесла Гита.

— Не пугаю, просто говорю правду. Чего и тебе советую. Ты претендуешь на должность секретаря, то есть человека, которому я могу доверить тайны. Свои и своего рода. А значит, и я должен знать о тебе всё, — вновь наполнив стакан девушки, подвинул его вперёд. — Меня не интересует цвет твоего нижнего белья, или в какой позе ты предпочитаешь заниматься сексом. Но я должен знать, на какие рычаги в тебе можно надавить, чтобы ты сломалась и предала. И как этого не допустить.

Девушка откинулась на спинку, словно стараясь как можно сильнее дистанцироваться от меня. Правда, при этом не забыв прихватить стакан.

— Вы правы, Игорь Владиславович, доверие должно быть обоюдным, — спустя пару долгих минут, потраченных Гитой на размышления, произнесла девушка. — И Зита, моя сестра, действительно является моей главной бедой.

Пока девушка собиралась с мыслями, я вновь удивился своему супердару собирать вокруг себя людей с необычными, даже трагическими судьбами. Морозова, Леонов, Андерсены, Штейн и многие другие. Теперь, похоже, к этому списку ещё и Чакравати добавится.

— Уже который год я отгоняю от себя мысль, что бросила свою сестру на Чавале, — наконец отмерла Гита. — Официально было заявлено, что все члены семьи Чакравати погибли во время экспедиции из-за нападения диких зверей. Я лично была в морге куда доставили останки членов экспедиции и опознала отца с матерью.

— Но с сестрой этого не вышло?

— Да. Точнее нет. На опознании я увидела всего лишь пару фрагментов тела. Руки, правая нога. Вот как раз на ноге у неё было родимое пятно, точь-в-точь как у меня. Да и генетическая экспертиза подтвердила, что передо мной Зита, — девушка вздрогнула, будто ей на мгновение стало холодно. — Вот только когда я планировала месть и собирала информацию, обнаружила записи с крылоплана, доставившего экспедицию к месту раскопок. И в них отсутствовал обязательный идентификатор Зиты. Будто она не полетела.

— Но генетический анализ проводится под патронажем имперских служб и его подделать не то чтобы не возможно, но весьма затратно однозначно, — со скепсисом произнёс я. — И вряд ли, уж извини, кто-то стал бы подделывать результаты, чтобы спрятать человека. Проще было просто сказать, что твою сестру твари в болото утащили.

— Я это понимаю. Но порой на меня накатывает чувство вины, будто я бросила Зиту в беде. А если она на самом деле жива? Как я посмотрю ей в глаза в этом случае? — девушка поникла и обхватила руками голову.

— Даже если бы она была жива, ты ничего не смогла бы сделать, — поднявшись, я уселся рядом с Гитой и обхватил её рукой. По идее её голова должна была лечь мне на плечо, но ввиду её мелкого роста она упёрлась мне в ключицу. — Так что ты поступила правильно. И молодец, что поделилась со мной этим.

— Вы вызываете необъяснимое чувство доверия, Игорь Владиславович. Хотя должна признаться, каких-то десять минут назад мне жутко хотелось убежать. Но я же прошла проверку на доверие? — не поднимая голову, спросила Гита.

— На алкоголь проверку точно прошла, — пошутил я и тут же почувствовал удар головой в грудь. — Шучу, всё нормально, ты справилась.

— Вот и отлично, вот и хорошо… — из девушки словно вынули стержень, и она начала обмякать, а речь становилась всё более и более невнятной. — Я на пару секунд…

Прежде чем я успел спросить, что означают эти “пару секунд”, как до меня донеслось равномерное посапывание, сообщающее, что девушка унеслась в страну сновидений.

— Всё же проклятый зелёный змий победил, — покачал я головой, аккуратно освобождая руку и укладывая Гиту на лавку.

Собрав в одну стопку документы, я по комму вызвал дежурную машину, а после позвал Агату.

— Вижу, вы закончили? — с лёгкой ехидцей произнесла девушка, глядя на сопящую на лавке Чакравати. — Если нужно, я вызову машину.

— Не нужно, просто помоги донести документы до дежурки да скажи адрес Гиты, отвезу её домой сам, — подхватив необычайно лёгкую девушку на руки, я вышел из комнаты, следуя за Агатой.

Оказалось, Чакравати жила совсем недалеко от мэрии, минутах в десяти ходьбы. Так что, если будет опаздывать на работу, могу смело её штрафовать.

Открыв дверь машины, достал так и не проснувшуюся во время поездки девушку и направился к её квартире, располагающейся на втором этаже трёхэтажного дома.

Открыв дверь коммом девушки, зашёл в квартиру и щёлкнул тумблером, зажигая свет.

— Да уж, если где-то прибыло, то где-то определённо убыло, — глядя на царивший беспорядок в прихожей, пробормотал я.

Честно говоря, не ожидал такого хаоса в квартире от девушки, раскладывающей десятки документов в строгой иерархии.

Обувь, сваленная у входной двери, создавала впечатление, что здесь обитает сороконожка. Причём, сколько раз я видел Гиту, на ней были одни и те же строгие туфли.

Но ладно, обувь, зайдя в комнату-зал, я был удивлён количеству одежды, раскиданной по стульям и небольшому диванчику, стоящему в центре.

— Блин, может, девочке денег не хватает, и она шмотками приторговывает? — начал я строить предположения, не выпуская посапывающую Чакравати из рук. — Да не, нет у нас в Исаевске столько мелких людей, однозначно.

Покачав головой, понёс секретаршу в спальню, не на заваленный же одеждой диван её укладывать.

— Хм… Интересоваться, какое на ней нижнее белье я теперь точно не буду. И так увидел всё, что можно было, — прокомментировал я хаос в спальне девушки. — Такое ощущение, что она, проснувшись, сначала ныряет в шкаф с нижнем бельём, потом плавно перебирается в зал с верхней одеждой, а на выходе уже обувается.

Стряхнув с покрывала пару весьма интересных комплектов, состоящих из полупрозрачных трусиков и лифчиков, я уложил девушку на кровать и стянул с Гиты обувь.

Чакравати что-то бормотала во сне, периодически вспоминая родную планету и погибших родных, но вслушиваться я не стал и так слишком много информации за сегодняшний день.

Так что, укрыв девушку и подоткнув одеяло со всех сторон, направился на выход, надеясь, что это было последнее приключение, произошедшее со мной за сегодня.

Глава 5

Исаевск

Перун

Следующий день оказался обычным днём патриарха, имеющего вагон и маленькую тележку неотложных проблем.. Так что, поспав на полчаса меньше положенного, наскоро привёл себя в порядок и, перехватив пару бутербродов из “черепаховской” столовой, отправился колесить по городу.

Нужно было показать людям, что даже фиолетовое небо над головой не повод отлынивать от работы. Один день помандражировали, и хватит.

Первым делом заглянул к Леонову, не сумев отказать себе в удовольствии посмотреть на орущего наставника. Иваныч был до глубины души обрадован новостью о пополнении из проштрафившихся стражников и сейчас по полной на них отрывался.

Кстати, надо отдать должное Гите, несмотря на вчерашнюю попойку, девушка встала ещё раньше меня, успев разослать вчерашние указания всем адресатам.

Правда, ценой этого был жутко бледный вид секретаря и медленная речь, будто Гите было тяжело открывать даже рот. Даже мелькнула мысль подлечить девушку, но я тут же отбросил её в сторону. В следующий раз будет умнее и не станет напиваться. Надеюсь.

Следующей точкой маршрута была инспекция орудийных башен, часть из которых была собрана из артиллерийских самоходок, захваченных ещё у наёмников, сожранных зверьём в лесу.

Изначально я планировал оснастить башни нормальными орудиями, заказав их из столицы, но в свете последних событий придётся пока импровизировать.

Благо, мой небольшой оружейный заводик в “Черепахе” имел необходимые чертежи для производства боеприпасов в необходимом количестве.

Так что, посетив внешнюю стену и посмотрев фронт работ, убедился, что к завтрашнему утру уже можно будет провести испытания. Ну и дать возможность артиллеристам пристреляться. Завтра, определённо, будет шумно и весело.

После всё же отпустил бедную Чакравати домой на пару часов отлежаться, несмотря на её вялые попытки отказаться, и отправился на внешние фермы. Там тоже кипела работа.

Пока отчихвощенные стражники несли караул, фермеры продолжали ремонтировать, а где-то и возводить заново смытые ливнем теплицы. Правда, в этот раз конструкции знатно укрепили, превратив в мини-бастионы.

На вскидку смогут выдержать пару маломощных взрывов и даже не рассыпаться. Жаль, что все посевы так укрыть не выйдет, слишком уж затратное мероприятие получалось.

Также до обеда успел заскочить в одну из лабораторий, расположенную прямо на территории Черепахи.

С Морозовой опять разминулись, хотя, как мне доложили, она с самого утра здесь крутилась и убыла буквально за десять минут до моего появления. Избегает меня, что ли? Детский сад какой-то…

Тем не менее в «лаборатории номер четыре», как она значилась в документах, я застал маленькую Штейн. Девочка с момента нашей последней встречи успела обзавестись очередным питомцем по прозвищу Хруст Седьмой. Что стало с четвёртым, пятым и шестым, я тактично уточнять не стал.

Впрочем, в “четвёрке” Астрид занималась отнюдь не тренировкой мелкой твари. Девочка уже второй день знакомилась с Утробой, захваченной в городке Валентино.

Судя по докладу, тварь жрала любой органический материал, до которого могла дотянуться, при этом увеличиваясь в размерах. Так, за двое суток личинка Утробы прибавила в длину полметра, а в весе на добрый центнер. Хотя, если я правильно понял, её рост существенно замедлился, стоило только перетащить этого монстра в помещение поменьше.

Интересная картина получалась. Возможно, под нашими ногами по тёмным пещерам ползала целая орда таких биологических заводов, и лишь каменная клетка не давала им разрастись до гигантских размеров.

Со слов девочки, на контакт Утроба шла нехотя. Пытаясь “подключиться” к твари, Астрид будто бы натыкалась на мягкую преграду. Причём по мере роста монстра ментальный барьер становился лишь прочнее.

Ещё немного поболтав с младшим научным сотрудником, коим теперь числилась Штейн, дал пару советов девочке по работе с даром да приказал засунуть Утробу в клетку поменьше. Посмотрим, удастся ли обратить процесс роста вспять.

Покончив с научной частью, я чуть ли не силком вытащил Астрид из лаборатории и отправился вместе с девочкой на обед в Черепаху.

Там в столовой, меня нашла посвежевшая Чакравати. Хорошо, хоть поесть дала. Так что следующую половину дня я провёл в обществе двух особ.

Младшей из них, правда, нужно было идти на обучение к репетитору, но я решил, что один день прогулов Астрид быстро наверстает.

К вечеру умудрился объехать весь город и переговорить чуть ли не с каждым жителем Исаевска, убеждая, что ситуация под контролем. Кажется, поверили даже самые скептически настроенные, пусть и не полностью.

В общем, к позднему вечеру я чувствовал себя морально и физически измотанным. Так что, проигнорировав намёки Чакравати о необходимости посетить кабинет и поставить “всего пару подписей”, сдал ей на руки Штейн, а сам отправился на Черепаху. Спать. Лишь за её стальным панцирем я был в уверенности, что до меня не доберётся кто-нибудь излишне назойливый.

Добравшись до своей квартиры, заметно прибавившей в размерах вместе с разросшимся модулем, принял душ и, не расправляя постели, рухнул на неё, закрывая глаза.

Чтобы тут же их открыть от настойчивого стука в дверь.

— А нет, не сразу… — с трудом продрав глаза, я посмотрел на комм. — Пять тридцать семь. Действительно, самое время, чтобы надрать кому-то задницу.

Поднявшись с кровати, накинул халат и прошлёпал босыми ногами до двери.

— Уходите, вам тут официально не рады, — громко произнёс я, не спеша открывать двери.

Было бы что-то срочное, то меня не стуком бы будили, а мерзким звонком на комм. Ну или Черри бы уже орала благим матом, предупреждая о новой проблеме.

— Игорь Владиславович, это я, — раздался из-за двери голос Морозовой. Вроде даже трезвый, так что я всё-таки внутренне напрягся и открыл дверь.

А когда увидел девушку в мешковатом комбинезоне химзащиты оранжевого цвета, напрягся ещё больше, правда, не там, где хотелось бы напрягаться при виде красивой девушки.

Окончательно настроение испортил замаячивший за спиной Насти Леонов, облачённый в лёгкую броню. Значит, Морозова так вырядилась точно не для ролевой игры.

— Что произошло? — подвинувшись, я пропустил ранних гостей в свою каюту, которая стремительно превращалась в кабинет…

— Снаружи зима наступила, — не особо прояснив ситуацию, Иваныч отодвинул в сторону Морозову и, пройдя в зал, уселся в кресло. — Черри, внешние камеры, пожалуйста.

Проскользнувшая следом Настя уселась на диван и тут же принялась что-то строчить в планшете.

Тем временем на большом экране, занимавшем всю стену гостиной, появились квадратики картинок с различных камер, установленных по всему Исаевску.

— Что я могу сказать… Однозначно красиво, — пробормотал я, глядя, как с неба сыплются некрупные фиолетовые хлопья.

Судя по тому, что за бортом однозначно была плюсовая температура, насчёт зимы Леонов пошутил, а значит, однозначно это был не снег.

— Пепел? — предположил я, направляясь в спальню. Не в халате же перед незваными гостями расхаживать.

— Не, ну так неинтересно, — услышал я голос Иваныча, натягивая простую чёрную футболку. — Чего улыбаешься? Небось написала ему перед нашим приходом, — это он явно Насте. — Ладно, ладно, не смотри на меня так, будет тебе сопровождение в лес.

— Опять спорили насчёт умственных способностей своего патриарха? — закончив одеваться, я сделал грозное лицо и вышел к любителям пари.

— Я в вас, Игорь Владиславович, вообще ни капельки не сомневалась, — оторвавшись на мгновение от планшета, улыбнулась мне Морозова. — Зато теперь этот вечно “молодой” и вечно нудный у меня в долгу. Лёгкая победа, даже удовольствия особо не принесла.

— Я просто не выспался, — пробурчал Иваныч, не отрывая взгляда от экрана.

— Эй, я вам случайно не мешаю? — пройдя через зал, направился прямиком в ванну.

— Пока туда-сюда шарахаешься, мешаешь, — кивнул наставник. — Так что быстрее приводи себя в порядок и садись уже, наконец. Будем думы тяжкие думать.

Наскоро умывшись и почистив зубы, вернулся к гостям.

— Судя по вашему весёлому настрою, в ближайшее время смерть нам не грозит, так какого рожна вы припёрлись в такую рань? — я подошёл к небольшому столику, на котором стоял старинный чайник, убедился, что кто-то из подчинённых успел его “щёлкнуть”. — Кто что будет?

— У тебя всё равно нет ничего, кроме кофе, чего тогда спрашиваешь? — вновь подал голос Леонов.

— Из вежливости, — поставил я на столик, стоящий в центре комнаты, три кружки. — “Вежливость” - это такая штука…

— Насть, начинай излагать, а то глубокоуважаемый патриарх опять всю плешь проест. А мне этого ещё вечера хватило, — торопливо произнёс “старче”, хватая со стола кружку.

— Да собственно излагать-то толком нечего, — бросив планшет рядом с собой, произнесла девушка. — Вчера, точнее, сегодня где-то в час ночи, анализаторы Черри отметили появление в воздухе микроскопических частичек пыли и песка. Ничего критичного, такое и раньше происходило, так что сделали отметку и продолжили наблюдение.

Морозова сделала пару глотков, поморщилась и непроизвольно потянулась туда, где, будь она в своей обычной одежде, располагался бы внутренний карман.

— В четыре утра уже разбудили меня, сообщив, что количество осадков увеличилось, — продолжила Настя. — Проведя анализ, я обнаружила, что концентрация пыли в воздухе осталась фактически такой же, вот только теперь она немного изменилась.

Девушка подняла планшет и показала мне схематичную картинку, на первый взгляд изображающую колючее яйцо.

— Вот это крупинка песка, — ткнула она пальцем в неправильный овал, из которого торчали изломанные иглы, — а вот это небольшие и чрезвычайно лёгкие кристаллы, по составу напоминающие стекло. Именно они придают объём хлопьям.

— Значит, всё же где-то знатно рвануло. Насколько помню, не каждое извержение способно так изменить атмосферу планеты, — произнёс я. — Что ж, по крайней мере, теперь почти со стопроцентной уверенностью можем объявить, что ничего страшного не произошло. По крайней мере, вселенная точно уцелела.

— Рад, что ты не теряешь оптимизма, — произнёс Леонов. — Но эта мелкая дрянь потихоньку начинает проникать в те места, где ей быть не положено, так что, если снегопад не закончится в ближайшие два часа, придётся что-то с этим делать.

— Определённо, — отхлебнув кофе, про себя согласился с Морозовой, вкус у напитка был так себе. Прям как в старые добрые времена в Академии, когда приходилось считать каждую копейку. — Насть, кроме озвученной Фёдором Ивановичем проблемы, нам стоит чего-нибудь опасаться?

— Пока выясняю. Клауса бы сюда, но его из пещеры, похоже, вообще ничем не выманить, а пепел до них ещё не добрался. Так что максимум, что я смогла ему направить, так это экспресс-анализ, — доложила девушка. — Сейчас Черри раскладывает образцы на атомы, так что через пару часов информации будет больше.

— Понятно. Фёдор Иванович, тогда пока поступим так. Тихо-мирно, и, главное, без паники оповещаешь всех. В течение полутора часов всех не задействованных в обеспечении жизнедеятельности города переводишь в ближайшие к Черепахе убежища, — я задумчиво посмотрел на экран. — Внешний периметр перевести на автоматический режим, основные силы сосредоточить на втором рубеже.

— Думаешь, кто-то решит атаковать? — удивлённо посмотрел на меня наставник.

— Ну, смотри. Первое — буря с аномальной грозой после нашей высадки, местное зверьё напитано эфиром под завязку. Сдаётся мне, что сядь мы где-нибудь в другом месте, и не мы бы охотились на тварей, а они - на нас, — начал я загибать пальцы. — Второе — буря с дождём, после которого нарисовались непонятные Утробы с огромной свитой. Вот теперь третий сюрприз перунской природы. И сдаётся мне, что уже пора бы начать понимать намёки.

— Ладно, ладно, уел, — поднял руки Леонов. — Что ж, тогда сразу направлю по отделению штурмовиков на основные направления. — И пусть все те, кто будет работать снаружи, обязательно наденут защитные костюмы, — продолжил я. — По-хорошему бы ввести режим повышенной биологической и химической опасности, но пока палку перегибать не будем.

— Принял, — поставив уже пустую кружку, Леонов поднялся с кресла. — Пойду тогда готовить город к пробуждению. Надо будет ещё Андерсона поднять, пусть вскрывает схрон с химкостюмами, а то боюсь тех, что сейчас есть, может и не хватить.

— Я тоже, наверное, пойду, — подскочила с дивана Настя. — Пойду в лабораторию, есть пара мыслей, которые стоит проверить.

— Хорошо, — кивнул я, провожая посетителей до двери. — Фёдор Иванович, доклад каждый час. Анастасия Олеговна, к вам я сам минут через сорок загляну. Кстати, озадачьте кого-нибудь, чтобы все необходимые вам люди как можно скорее прибыли на “Черепаху”. Чем раньше мы выясним, что ждать от этого пепла, тем спокойнее всем будет.

Раздав указания и не прощаясь, закрыл за ними дверь, а сам направился к терминалу, затребовав у дежурного связь с Феррите и Жилиным.

Ну что могу сказать, оба патриарха были не шибко рады видеть меня в столь ранний час. Тем более что у них на данный момент всё было хорошо. Ни малейшего намёка на пепел, который уже покрывал тонким слоем улицы моего города.

Впрочем, судя по розе ветров, мне просто опять “повезло”. Вообще, метеорология тут была не то чтобы в плачевном состоянии, скорее, я бы назвал эту науку на Перуне “мертворождённой”.

И тем не менее какие-никакие наблюдения велись, и, исходя даже из скудных данных, обобщённых Черри, территорию Жилина облако накроет часа через три, Феррите - через полтора.

В общем, настроение парням я слегка попортил, тем не менее по ним было видно, что они уже с некой долей равнодушия восприняли очередную напасть. Привыкают, похоже.

Предупредив соседей, вышел на связь с Кембеллами. За прошедшие сутки связь с ними восстановили, проложив дополнительные линии, но приглашать его в наш дружный кружок я не намеревался, так что переговорить с ним решил отдельно.

Появившийся на экране Дугальд сдержанно поблагодарил за предоставленную информацию. Судя по измученному лицу, осунувшемуся ещё больше, какое-то надвигающееся облако его сейчас волновало меньше всего. И, глядя на новоиспечённого патриарха, у меня даже желания позлорадствовать не возникло.

Покончив с обязательствами по отношению к союзникам и соседям, с чистой совестью направился в лабораторию к Морозовой.

Там было на удивление тихо, что меня по первости удивило, пока я не вспомнил, что основная лаборатория уже давно переехала на первый уровень, когда Черепаха расширялась. А здесь осталась малая лаборатория с лазаретом да кабинет нашего главного учёного.

Да уж. С этой суетой уже скоро на собственной базе заблудишься…

— Анастасия Олеговна? — постучался я в дверь кабинетика Морозовой. На всякий случай решил проверить, может, девушка всё же здесь, прежде чем идти в основную лабораторию. Не дожидаясь ответа, толкнул дверь, которая оказалась открыта.

— Я сейчас!… — немного испуганно произнесла Настя, стоя ко мне спиной и, судя по звукам, возясь с молнией.

Пара секунд, и я услышал, как “собачка” поползла верх, а после раздались звуки защёлкивающихся клапанов.

— Извини, не хотел врываться, — подойдя ближе к девушке, поправил почему-то криво севший костюм. — Всё нормально?

— Д…да, — повернувшись ко мне, соврала девушка.

— Насть, вот только врать своему патриарху не стоит, — укоризненно покачал пальцем я перед Морозовой. — Что случилось?

— Честно, ничего серьёзного. Это точно можно отложить до более спокойного времени, Игорь.

— Это случаем не из-за той ночи, когда мы все слегка перебрали? — уточнил я.

— В какой-то степени, — отвела в сторону глаза Настя. — Просто тогда я и ты… И Крис…

Похоже, я всё-таки узнаю, как в моей постели оказались Морозова и Андерсен. Правда, почему-то без меня.

— В общем…

— Анастасия Олеговна, вы здесь? — прервал девушку мужской голос. — Мы доставили новую порцию образцов пепла. Похоже, он меняется, и вам стоит на это взглянуть!

— Да б**, они, что, издеваются? — с трудом сдержавшись, чтобы не выругаться вслух, я пошёл за выскочившей из кабинета, словно ошпаренная, девушкой.

— Похоже, неприятности растут словно на дрожжах, — моментально переключившись, возбуждённо произнесла Настя, тряся передо мной прозрачной коробкой, в которой лежали хлопья пепла, увеличивающиеся в размерах прямо на глазах.

— Совершенно не разделяю ваш энтузиазм, Анастасия Олеговна…

Глава 6

Исаевск

Перун

— Смотри как он шевелится, — Настя наклонилась ниже, проведя кончиком языка по губкам. — Даже интересно, насколько он сможет стать больше?

— Выдающийся экземпляр, — Ксения согласилась с начальницей. — Я таких и не видела. Как думаете, какой он на ощупь?

— Вы осознаёте, насколько это странно со стороны звучит? А если сюда кто-нибудь зайдёт? — прокашлявшись, попытался я переключить внимание девушек с предмета их восторга на насущные проблемы. — И вообще, можно я уже пойду?

— Ну уж нет, Игорь Владиславович, так просто вы от нас не сбежите, — распрямившись, Морозова упёрла руки в бока и строго посмотрела на меня.

Ну всё приплыли… Кажется, сейчас кого-то всё же прикуют наручниками к батарее. И плевать, что ни первого, ни второго в главной лаборатории отродясь не было.

— Действительно, Игорь Владиславович, мы все прекрасно слышали доклад господина Леонова, — некогда застенчивая помощница Морозовой разительно преобразилась, став похожей на начальницу. — Так что Анастасия Олеговна права, изучение этого сейчас однозначно в приоритете.

Чёрт! Следующий отчёт Леонова буду слушать сам через гарнитуру, а не включать на громкую.

— Ксения права, — кивнула Настя и вновь наклонилась ко мне. — Так что попрошу вернуть руки на место и ещё раз продемонстрировать это чудо.

— Произвол, я буду жаловаться! — правда, куда жаловаться буду придумать не успел, увидев гневный взгляд Морозовой. — Ладно, ладно, но я это потом припомню.

Запрыгнув на стол, с которого только слез, поёрзал на нём, устраиваясь поудобнее. После взял в руки длинную стеклянную колбу, на дне которой лежал тонкий слой фиолетового пепла, и, тяжко вздохнув, выпустил из ладоней усик эфира.

Моя внутренняя энергия без проблем проникла сквозь тонкие стенки сосуда, и тут же до этого неподвижный пепел пришёл в движение.

С каждой секундой он словно разбухал, увеличивался в размерах, и едва видимые кристаллики стали соединяться между собой, образуя сложную структуру.

— Аккуратнее, аккуратнее, только аккуратнее… — словно курица-наседка зачастила Морозова, водя сканером туда-сюда.

Хитрый прибор в реальном времени проводил анализ, при этом выводя картинку на экран. А там уже Черри подсвечивала интересные моменты, которые, к сожалению, были интересны только этим двоим чокнутым.

Нет, первое время это и мне было интересно, всё же даже первые результаты были многообещающими. Но не три же часа подряд?!

Пепел, как я и предполагал… Порой очень не люблю быть правым… В общем, этот пепел оказался непрост.

При первом анализе кристаллы выглядели обычным обсидианом непривычного фиолетового цвета. Впрочем, о какой привычке можно говорить на новой планете?

Хотя Настю смутило не это. Падающая с неба “перхоть” стала увеличиваться в размерах, причём как будто бы сама по себе.

Но, как всем известно, если где-то прибыло, значит, определённо где-то убыло. А чем поразил эту чокнутую, что-то я чересчур часто стал её так называть, в первый же день высадки? Правильно, повышенной концентрацией эфира в воздухе.

Сложив два плюс два и получив четыре, на мою беду мозг у Морозовой порой работает чересчур быстро, она быстро взяла в оборот халявный генератор эфира, то бишь меня, глубокоуважаемого патриарха.

По крайней мере именно так она обращалась ко мне в начале экспериментов. Правда, потом всякое подобострастие сошло на нет, и, сбросив шкурку милой учёной, девушка превратилась в деспота.

Ещё хуже стало, когда к ней присоединилась Ксения. Не знаю, я, наверное, проморгал, когда Настя укусила помощницу, но в какой-то момент меня стали окружать две Морозовых. Такие разные внешне, но одинаковые по содержанию. Б-р-р, вот это действительно было страшно.

Так что вот уже битых два часа я вливал эфир в пробирки с образцами, экспериментируя с пропорциями пепла, количеством и напором энергии.

Главным же открытием стал интересный эффект памяти у пепла. Стоило мне только влить определённую порцию эфира, как пепел стремился принять вид предмета, который я представлял.

Я как раз в тот момент крутил в голове картинку, как гоняю по лаборатории уже изрядно доставших Морозову и Панову.

И без того большие глаза у Насти при виде возникшей в колбе маленькой кристаллической плётки стали ещё больше, а Ксения, став пунцовой, отвела взгляд в сторону. А потом посмотрела ещё раз. И вновь отвела, став уже просто красной. Интересные интересы у неё, однако.

Впрочем, первоначальное удивление быстро спало, и опыты продолжились.

Методом «научного тыка» была подобрана необходимая порция эфира, заставляющая пепел преобразовываться в достаточно прочный, но при этом гибкий композит.

Теоретически я мог создавать из него простейшее оружие, а при должной сноровке даже подобие брони, но, к сожалению, стоило мне только прекратить подпитку эфиром, как, казалось бы, крепкое оружие осыпалось обычным песком. Фиолетовые же кристаллы просто испарялись, не оставляя после себя даже малейшего намёка, что они когда-то существовали в этом мире.

В итоге получалась забавная, но бесполезная игрушка, требующая при этом изрядного мастерства в контроле эфиром.

Чисто ради эксперимента я осушил больше половины собственного ядра, направив эфир в доставленный куб, под завязку заполненный утрамбованным пеплом.

По итогу вышел пшик. И вместо представленной мною статуи обнажённой Морозовой получил пару килограмм отборнейшего песка. Не, ну а чего бы и не повеселиться? Забавно было посмотреть на реакцию девушки, если бы всё удалось.

Что ж, станет скучно, пойду пепел обращать в песок. Правда, пока непонятно, что из этого лучше…

Так или иначе из лаборатории я выбрался лишь к обеду. Спас меня от этих чокну… В общем, спас меня вызов от Валентино, до которого, несмотря на все прогнозы и расчёты, пепел добрался всего час назад.

— Я смотрю, дел у тебя настолько невпроворот, что даже поесть некогда? — съехидничал Валентино.

— Излишне ретивые поданные — головная боль для патриарха, — наплевав на все рамки приличия, я уселся в кресло в собственной гостиной и принялся обедать. — Но ты тоже на месте не сидишь, похоже?

Несмотря на то, что большую часть картинки занимало бледное лицо Феррите, в нижнем правом углу велась трансляция с внешней камеры брони парня.

Переключив изображение, я увидел узкую улицу, которую покрывал уже метровый слой пепла, а сверху продолжали падать хлопья. Были они куда крупнее тех, что Перун изволил вывалить на Исаевск.

— Контролировал ротацию отделений на одном из дальних постов, — пояснил Вал, двигаясь мимо разрушенных домов. — Мы вроде всех буреносцев ещё в прошлые сутки выбили, но за последние пару часов мне докладывали о нескольких нападениях. Даже не поймёшь, откуда вылазят. Благо, твари были все полудохлые и особой опасности не представляли.

Густая завеса из пепла не давала ничего рассмотреть дальше, чем в десятке метров, но я видел, что Валентино двигается вдоль разрушенных домов. Не успели Феррите за пару суток устранить последствия нашествия Утробы.

— Чего раньше оговорённого времени-то на связь вышел, да ещё и по зашифрованному каналу? Иль скучно стало, и ты решил мне душу излить и рассказать о своей первой любви и трудном детстве? — спросил я, не забывая при этом ловко орудовать вилкой.

— Скучно… Смешно пошутил, — даже не улыбнулся парень. — Ты мне вот скажи. Ты или твои люди проверяли воздействие пепла на живых людей?

— Эй, ты нас за садистов-то не считай. Эвакуировали мы всех в штатном режиме, а снаружи все в защитных костюмах. Слава богам, пока без эксцессов, — постучал я по столу, повторив излюбленный жест дяди. — А у тебя кто так провинился?

— Да есть тут один, особенно одарённый. Решил покемарить после ночной смены да забился в подсобку, отбившись от смены, — по лицу Валентино было видно, насколько высокого мнения он об интеллектуальном развитии своего поданного. — По итогу этот идиот проснулся, никого не обнаружил и решил, что пора бы и домой пойти. Недолго думая, открыл дверь наружу и вышел под фиолетовый “снег”.

— Умер? — уточнил я, переходя к десерту.

— Если бы… — со вздохом произнёс Валентино. — Сработала система сигнализации, передав сигнал диспетчеру, что кто-то вскрыл дверь. Туда сразу же выдвинулся отряд.

— Значит, не умер, — сделал я вывод. — Вал, тебе только сводки с фронтов сообщать. Куча слов и всё вроде бы по делу, а по итогу никакой информации…

— Сам дурак, — не остался в долгу Феррите. — Так вот, я продолжаю.

— Да кто ж тебе запретит…

— Прибывшая группа обнаружила присыпанного пеплом человека, успевшего удалиться от входа метров на пятнадцать, — Валентино резко замолк и поднял руку вверх.

Сопровождавшие его бойцы тут же рассредоточились и завертели головами, пытаясь выяснить, откуда может исходить угроза.

— Показалось. Продолжаем движение, — махнул рукой Вал. — Так вот, вместе с группой была и Кира…

— Стоп, а что твоя сестрёнка снаружи делает, да ещё и с группой быстрого реагирования? — поинтересовался я, вспоминая беловолосую смуглянку. — Я, конечно, видел её всего раз, но на опытного бойца она не тянет, несмотря на весь свой воинственный вид.

— Слабый дар она изрядно компенсирует вредным характером и просто бронебойной упёртостью, — грустно усмехнулся Валентино. — В связи с последними событиями вбила себе в голову, что нужно стать сильнее, и теперь лезет куда попало. Пришлось приписать к самому опытному отряду.

— Так понимаю, не помогло. Не пострадала хоть?

— Да что ей, дуре, будет? Оглушило её только — буркнул Валентино. — Но не суть. В общем, поисковая группа обнаружила идиота недалеко от открытой двери. Он под пеплом и двадцати метров не прошёл.

Изображение с камеры Вала мигнуло и сменилось картинкой мужского тела в робе, покрытого толстым слоем пепла. Следующее изображение показало крупным планом лицо бедолаги, с которого сдули фиолетовую дрянь.

Видок, честно говоря, был так себе. Многочисленные язвы, словно на него вылили пол-литра слабой кислоты. Некогда густая шевелюра будто бы оплавилась и висела клоками.

— Ну а теперь мастер-класс «Как не надо делать» от моей сестрёнки, — произнёс Валентино, пересылая ролик.

На записи стало видно, как окруживших пострадавшего бойцов расталкивает сестра Вала, требуя пропустить.

— М-м-м, она у тебя ещё и медик… — прокомментировал я, глядя, как Кира, облачённая в лёгкий, но явно сделанный на заказ доспех, наконец, пробилась к пострадавшему.

Девушка поставила небольшой чемоданчик на землю, а сама опустилась на колени перед телом. Пока Кира доставала инструменты, над ней и валяющимся без сознания человеком натянули небольшой тент.

Откинув крышку чемодана, девушка, судя по всему, достала медицинский сканер и принялась водить им над телом. Получив первые показания, она на мгновение задумалась, а потом сделала то, чего делать в данной ситуации категорически не стоило.

— Нахрена она перчатку снимает? — я даже жевать прекратил.

— Зато красивая… — только и смог ответить на это молодой патриарх.

Тем временем Кира, сняв уже обе перчатки, потёрла ладошки друг о друга, и между ними возникли серые лучики.

После, разведя руки в сторону, девушка положила одну на грудь рабочего, а вторую на обезображенное лицо.

— Что-то вроде моего стазиса, только требует непосредственного контакта с объектом, — пояснил Валентино. — А теперь смотри внимательно.

Первые мгновения ничего необычного не происходило, но едва я собрался моргнуть, как лежащее тело пострадавшего окутало серой плёнкой. Кажется, кто-то переборщил с вливанием эфира. А нет, слово “переборщил” тут даже не подходит.

То серое, что изначально было чем-то нематериальным, внезапно обрело плотность и рвануло во все стороны, охватывая как саму Киру, так и стоящую вокруг неё охрану.

Но прежде чем плёнка успела распространиться дальше, перед камерой, закреплённой на шлеме Киры, промелькнул подозрительно знакомый цилиндр, а спустя три секунды экран залило белым светом.

— Хорошая реакция у охраны, — прокомментировал я, когда камеры вновь заработали, и можно было увидеть, что возле рабочего теперь лежит и Кира, оглушённая, но живая. Чертовски неприятно, когда перед твоим лицом взрывается светошумовая граната, даже если ты в броне.

— Семейный опыт, — ответил Валентино. — Такой вид дара в старом роду встречался и раньше, так что знаем пару слабых мест.

— С сестрой уже поговорил? И сам уже попробовал? — тут же задал я самые главные вопросы.

— На оба вопроса ответ один “да”. А вот если поподробнее, то по первому - ничего интересного. Эта… к-хм, гениальная особа ничего не поняла. Стоило дотронуться до тела, как её тут же парализовало, а дар вышел из-под контроля, — Феррите остановился возле одного из домов и принялся шарить по окнам лучом фонаря. — А по поводу “самому попробовать” вышло несколько разочаровывающе. Формировать дар при соприкосновении с пеплом однозначно легче, но ощущения просто, бр-р-р… Сам едва не вырубился.

— То есть хуже, чем поглощение тримития? — уточнил я.

— Ага. Как будто дешёвого коньяка вместо элитного хлебнул, причём под давлением в пару атмосфер, — поморщился сосед. — Но в крайнем случае можно и использовать. Так что я приказал начать сбор пепла.

— Разумно. Главное Киру к этому процессу не подпускай и, вообще, спрячь её в бункере поглубже да ключ выбрось, — посоветовал я.

— Уже. Матушку натравил, сейчас она этой особе мозги вправит. Жаль, что ненадолго, — Валентино завертел головой, а после его лицо приняло серьёзное выражение. — Всё, Игорь, отбой. Похоже, обнаружили гнездовье тварей, так что сейчас будет не до разговоров. Через пару часов перезвоню.

— Принято. Удачной охоты! — попрощался я с парнем и отключил связь.

Поставив опустевший поднос на стол, задумался. Интересно, если на меня падает пепел, которым можно управлять эфиром, Феррите достался пепел, этим самым эфиром насыщенный, тогда что же досталось Жилиным? Стоило бы уточнить.

Сказано-сделано. Правда, после короткого разговора с Иваном я, с одной стороны, пожалел, что позвонил, наслушавшись от обычно невозмутимого мужчины в адрес планеты столь витиеватых высказываний, что впору завидовать грузчикам. С другой стороны, я даже порадовался, что сейчас не на его месте.

Жилину достался песок. Обычный, ничем не примечательный, зато разогнанный до такой скорости, что шлифовал обшивку зданий, кучкующихся на верхушке скалы, до зеркального блеска. Похоже, Перун упорно загонял род Жилиных под землю.

А ещё вокруг места посадки их модуля был непрерывный фейерверк. Судя по всему, пепел, попадая в аномалии, окружающие скалу, высвобождал эфир, окрашивая мир в различные цвета. И это было столь же красиво, как и убийственно. По крайней мере, ни одна из внешних камер не протянула и полчаса.

Так что, выплеснув эмоции, мужчина отключился. Правда, не забыв поблагодарить за переданный в качестве компенсации за, будем честны, угробленный глайдер тримитий. Ну и отдельно отметить, что с гостьей всё в порядке и устроили её с максимальными удобствами.

А вот это уже настораживало. Надо бы наведаться к нему в ближайшее время, да вправить мозги Агаши, пока она от скуки паутину интриг плести не начала. Хотя Иван, вроде, нормальный мужик, так просто его не возьмёшь.

— Так, вроде со всеми переговорил, можно и отдохнуть. Но, конечно же, не сейчас, — поднявшись на ноги, я с грустью посмотрел в сторону спальни. — Черри, вызови Леонова. Сообщи, что я жду его в ангаре. И пусть готовит первый отряд, нужно кое-что проверить.

***

Императорский дворец

Новая Земля

— … таким образом, сектор Х-13 оказался заблокирован изнутри с момента выхода из него “Прометея”, — высокий, худощавый человек в чёрном мундире без каких-либо знаков различий чётким, хорошо поставленным голосом зачитывал с планшета выдержки из новостей. — К сожалению, каких-либо объяснений от них не поступало, так что на данный момент мы можем строить лишь предположения, что же именно произошло.

— Я тебе и так сказать могу, что произошло. Не приняли они наши дары, вот и всё, — мужчина, сгорбившийся за столом в крохотном кабинетике с голыми стенами, медленно выводил на крохотном кусочке бумаги непонятные символы. — И теперь придётся ждать, когда эти высокомерные уроды вновь согласятся пойти на контакт. Как же не вовремя…

— Думаю, Совет…

— В жопу эту твой Совет. Сборище никчёмных уродов. Сами себе шнурки завязать не могут, а ещё лезут управлять Империей, — мужчина отложил в сторону необычно длинную ручку и провёл левой рукой над законченным рисунком.

Исчерченная бумажка поднялась в воздух и распалась на части. Символы, вспыхнув, закружились вокруг мужчины. Тот, явно с неохотой, закатал рукав белоснежной рубашки по локоть и подставил руку.

И тут же символы, горящие фиолетовым светом, опустились на руку. В воздухе появился запах палёной плоти, а мужчина стиснул зубы, чтобы не закричать.

— ***ый Исаев, надеюсь, тебя твои любимые черти в аду в зад дрючат, — перетерпев боль, мужчина вытер проступивший пот со лба. — Кстати, насчёт них. Что там с молодым? Ещё живой?

— Да, — даже не сверяясь с планшетом, ответил помощник. — По последней информации жив-здоров. Даже имеет определённые успехи. Правда, последние трое суток связь с планетой отсутствует. Судя по всему, в южной части планеты произошло извержение, только какое-то странное. Со всем Перуном пропала связь, а планету затянуло густыми облаками. Попытки добраться до поверхности по лифту успеха не принесли. По крайней мере, обратной связи не было. У меня есть отчёт, только он листов на сорок. Если интересно…

— Неинтересно. С такими планетами постоянно что-то происходит, так что читать подобные отчёты занятно только первые тридцать лет, — отмахнулся мужчина. — Хотя… Ну-ка дай список родов, кто там сумел высадиться и закрепиться.

Минут на десять крохотная комнатушка, в которой по-прежнему висел запах горелого мяса и пота, погрузилась в тишину.

— Хм, а интересный у них там расклад выходит, — наконец, произнёс мужчина, оторвавшись от чтения. — Значит, так. Как на этой планетке в плане связи всё придёт в норму, вызовешь мне наместника, как его там…

— К…

— … хотя тоже неинтересно. В общем, вызовешь этого клоуна, дело к нему будет, — глаза у мужчины загорелись, и помощник понял, что где-то в скором времени станет жарко. — Заодно и Совету кость бросим, пусть друг друга дрючат за объедки.

— Будет исполнено, Ваше Величество, — помощник сделал пометку и перешёл к следующему пункту доклада.

Глава 7

Территория Исаевых

Перун

— Ты уверен, что сейчас охота — это здравая мысль? — поинтересовался Леонов, глядя через монитор, как за бортом бронетранспортёра клубится пепел. — Признайся, ты же просто хотел подальше от Морозовой свалить. Я слышал, как она за тобой бегала, требуя вернуться в лабораторию.

— Ты думаешь, я могу бояться женщин, тем более красивых? — отшутился я, делая вид, что занят проверкой систем брони. — И вообще, если не сейчас, то когда? Судя по тому, что видимость с каждым часом ухудшается, рассчитывать на то, что к завтрашнему утру всё рассосётся, не приходится. А кристаллы тримития сами себя не добудут. Да и про мясо не стоит забывать.

— Опасно, видимость и так никакая, а если ещё и ветер поднимется…

— Вернёмся по “хлебным крошкам”, зря их, что ли, за собой раскидываем? — ответил я, показательно постучав по экранчику радара, закреплённого на панели БТРа. В центре круга было схематичное изображение машины, за которой по мере движения оставался пунктирный след из маячков.

— И вообще, я тебя не узнаю. С каких пор ты стал отказываться от хорошей драки? — теперь уже я с подозрением посмотрел на наставника. — Стареешь? Или… да не, не может быть… Не уж-то нашлась та, кому решил доверить полировать свой молот?

Сзади из десантного отсека раздались смешки, перебившие даже тарахтящий движок транспортника.

— А ну, заткнулись! — обернувшись, гаркнул седовласый детина, а после посмотрел на меня. — Сначала со своими делами сердечными разберись, а потом уже в чужие лезь.

Угу, разберёшься с ними. Даже самому смешно. С Морозовой наедине остаться не получалось, постоянно кто-то крутился рядом, а Шпилька и вовсе укатила на другой конец города решать вопрос со сбоившим генератором, в который, несмотря на наши усилия, проник пепел. Да и не всё так просто. Я всё же патриарх рода…

— Игорь Владиславович, разведмашина докладывает, что заметила лёжку “моховиков”, — сообщил радист, — чуть больше километра от нас, на северо-западе.

Сами по себе “моховики”, напоминающие овальный стол на широких, но низких ножках, особой ценности не представляли. Шкура у них жёсткая, мясо безвкусное, да ещё и способность создавать вязкую трясину, изрядно мешающую нормально двигаться.

С другой стороны, за полтора часа, что мы двигались от Исаевска к тоннелю, ведущему к Кембеллам, это были первые относительно крупные животные, которые нам встретились.

Кстати, госпожа Син не поленилась связаться со мной перед самым выездом и лично сообщить, что у них в ущелье пепла почти нет. Зато равнины, которые шли после горной гряды, были усеяны серым шлаком, совершенно непохожим на то, что выпало у меня или моих союзников.

Та ещё странность. Как будто для каждой территории природа заготовила свои испытания. Ну да ладно, об этом потом.

— Свяжись со второй машиной, пускай двигаются до тоннеля, заканчивают установку маяков, а после возвращаются к нам, — приказал я связисту, а после толкнул в плечо водителя. — Следуй к “разведке”, разомнёмся.

До места охоты мы добрались быстро, несмотря на усиливающийся “пеплопад” и пересечённую местность. Но при таких темпах часов через пять появится не иллюзорная угроза завязнуть даже на БТРе. Впрочем, столько времени проводить за стенами Исаевска я не планировал.

Машина, качнувшись, замерла, и мы с наставником протиснулись в десантный отсек, закрыв за собой люк, отсекая кабину с аппаратурой даже от малейшего контакта с пеплом.

Спустившись по аппарели, окинул взглядом окрестности с вершины небольшого холма, где остановились наши машины. Некогда заросшую зелёной травой холмистую равнину покрывало фиолетовое “одеяло”, раскинувшееся на всё видимое пространство. И всё, будто целый мир вымер, лишь внизу слышалось повизгивание “моховиков”.

— Удручающее зрелище. Словно на Авин вернулся после планетарной бомбардировки, — прокомментировал открывшийся вид спустившийся следом Леонов. — Будем надеяться, что тут всё сложится лучше, чем дома.

— Даже не сомневайся, всё будет, как надо! — хлопнул я по плечу наставника. — Ты же знаешь своего воспитанника, он ерунды не скажет.

— Вот сейчас вообще не успокоил, — хохотнул Иваныч, закинув молот на плечо. — Ладно, воспитанник, по-умному или, как обычно, в лоб?

— Естественно, в лоб, но по-умному, — кивнул я, вызывая к нам по рации командира разведчиков, залёгшего на соседнем холме метрах в пятидесяти.

План охоты был прост, как брусок орданиума, правда, подготовка немного затянулась, вычеркнув из жизни почти час, потраченный на ожидание.

За это время разведка установила с десяток противопехотных осколочных мин направленного действия. Штука старая, ещё времён докосмической экспансии. Но именно на Перуне она обрела вторую жизнь. По крайней мере, у моих охотников.

При грамотной установке и своевременном подрыве мины позволяли направить перепуганное стадо в том направлении, куда нужно было охотникам. В отличие от того же гранатомёта с его излишне мощными зарядами.

Так что, заняв позицию на вершине холма, я дождался отмашки об установке последней мины и дал команду на подрыв первого заряда.

Раздался грохот, и слева от нас сверкнула вспышка. Послышалось пока ещё только любопытное перехрюкивание “моховиков”, но стоило подорвать ещё пару мин, и любопытство у животных сменилось лёгкой паникой.

Стадо в двадцать туш, вскочив на все свои копыта, завертело в разные стороны головами и, выбрав самый очевидный путь между двух холмов, рвануло по нему. Где самые быстрые, ну или самые трусливые, получили заряд направленной шрапнели, состоящей из металлических шариков.

Дальность у них, конечно, была так себе, зато по барьерам тварей била прилично. Так что даже с первого подрыва несколько “моховиков” покатились по земле. Впрочем, они почти сразу же вскочили на ноги, чтобы тут же броситься в противоположную сторону, увлекая за собой остальное стадо.

Таким образом, нам понадобилось порядка семи взрывов, чтобы направить тварей в нужную нам сторону, то бишь вверх по холму, где стояли я, Леонов и два штурмовика.

Выходило, что каждому из нас достанется по пять тварей. Согласен, нечестно по отношению к животным, будь моя воля, сам бы “потанцевал”, максимум Фёдора Ивановича в компанию взял, чтоб лишний раз старик не волновался.

Но парни, услышав про такой расклад, стали нудеть про необходимость охраны патриарха и прочее, прочее. Хотя я прекрасно видел, что у них просто руки чешутся размяться. Адреналиновые наркоманы, блин.

В общем, сжалившись над ними, разрешил участвовать ещё двоим. Так что спустя пару минут нас на холме осталось четверо, а остальные неудачники, вытянувшие длинные проводки, поплелись к машинам, недовольно бурча в эфире.

— А хорошо бегут эти табуретки. Почти не раскачиваясь. Будто в них стабилизаторы встроили, — взмахнув молотом, указал Леонов на стадо, мчавшееся в нашу сторону, вздымая клубы пепла в воздух. — Завести себе такую зверюшку, что ли?

— А неплохая идея, — согласился боец, стоявший с левой стороны от меня. — Вот так надрессируешь, оно тебе и пиво принесёт, и вместо столика сойдёт. Спина же у него плоская. Самое то.

— Ага, осталось только понять, как вообще можно их натренировать и поставить это на промышленный процесс, — произнёс я, всерьёз размышляя, а не попросить ли о таком Астрид.

Нет, не этих хрюкающих и визжащих бестолковых тварей, ещё и способных утопить своего потенциального хозяина, применив свой дар. А что-нибудь наподобие Хруста. Готов поспорить, что какой-нибудь аристократишко из центральных миров выложит немало денег за диковинную и послушную зверюшку с закрытой планеты. Ну да ладно, это всё в будущем, а пока…

Стадо уже успело добежать до холма, на котором мы располагались, и сейчас, втаптывая пепел в мягкую землю, мчалось вверх по склону, правда, пока не видя, кто их там поджидает. Плохо, когда у тебя нет разведки…

— Подрывай, — отдал я команду, когда до вершины холма тварям оставалось пару десятков метров.

Земляной вал, спровоцированный несколькими мощными зарядами, расположенными один за другим, покатился навстречу тварям. Им бы сейчас броситься врассыпную, но в крошечных мозгах “моховиков” вполне предсказуемо мелькнула мысль “Вот он, враг! Я вижу его! Уничтожить!”.

Наверняка, что-то подобное думала каждая особь стада, когда посылала свой дар в волну земли, обрушившуюся на них. Вот только это была уже не земля, а самая настоящая трясина, которая при соприкосновении с обычной землёй образовывала самое настоящее болото.

При этом интеллекта “моховикам”, чтобы остановиться, не хватило, так что, прежде чем они сообразили, что здесь что-то не так, большая часть стада оказалась втоптана в грязь.

А оставшиеся “счастливчики”, пробежавшиеся по спинам собратьев, продержались не больше пяти минут против нашей четвёрки. Как говорится, главное - план удачный подобрать.

— Нет, ну вот как так? Столько времени на подготовку и всего пять минут удовольствия? — ходил меж туш животных опять ставший недовольным Леонов.

— Фёдор Иванович, я надеюсь, вы сейчас про охоту? — не удержался от подколки один из штурмовиков, выковыривая из медленно твердеющей грязи очередную тушу.

— Шутите, шутите, не останавливайтесь, — холодно произнёс наставник, и смешки в эфире тут же прекратились, но, похоже, уже было поздно.

Эх, не могут некоторые держать язык за зубами, когда нужно. А ведь давно известно, что Леонова успокаивают две вещи: драка и хорошая драка. С первым, благодаря моему великолепному плану, у него не срослось, теперь он будет искать “жертву” для второго.

В отличие от поединков со мной, где особо отличившиеся могли получить возможность хорошенько омолодиться, его соперникам это ничего хорошего не предвещало. В лучшем случае изучат новый приём и получат пару переломов после его демонстрации Леоновым.

— Командир, вторая машина приближается. У них какое-то важное сообщение, — доложил мне боец, ответственный за связь. — Будут здесь минут через пятнадцать.

— Принял, — ответил я. — Давайте, парни, заканчиваем здесь побыстрее. Похоже, наклёвывается очередное развлечение. И, возможно, даже не на пять минут.

С погрузкой туш на обе машины мы закончили ровно в тот момент, когда вдалеке при условиях ухудшившейся видимости показался второй БТР.

Судя по тому, что машина появилась раньше оговорённого срока, её водитель ехал, явно превышая скоростной режим. На его счастье, местные стражи правопорядка в данный момент забились в норы поглубже и не торопились выбираться из них, чтобы оштрафовать нарушителя.

Едва машина остановилась, как я забрался в тесную кабину и, усевшись в кресло, которое для меня освободил второй водитель, принялся просматривать на экране видеозапись.

— Говорит капитан “Ямагири”… Мы потерпели крушение в районе… — немолодой капитан, чьё лицо было обезображено наспех прилепленными пластами синтетической кожи, выглядел мертвецки бледным. И дело тут было точно не в освещении. — На данный момент из экипажа уцелело семнадцать человек. Пассажиров… двадцать пять… Местность труднопроходимая… Просим помощи…

— Пришлось прогнать запись через Черри, — пояснил водитель, когда увидел, как я непроизвольно морщусь от качества картинки и звука. — Когда база Клауса приняла это послание, его вообще приняли за атмосферные помехи. Слава богам, один из наших до этого на флоте срочку тянул, сумел понять, что к чему. Так что пришлось на Черепаху пересылать пакет.

Надо же, проход к Кембеллам всё-таки обрёл название среди народа. Интересно, сам Клаус об этом знает?

— Координаты определили? — уточнил я у водителя.

В кабине БТРа на какое-то мгновение стало чрезвычайно тесно, пока появившийся Леонов в буквальном смысле не выдавил из неё штурмана.

— Приблизительно, — ответил мне боец, выводя карту на экран. — Судя по предполагаемому месту падения, это дирижабль Хиго, который направлялся к Жилиным.

— Насколько я помню недавние расчёты, они не должны были успеть преодолеть гряду до усиления бури. Мы их поэтому и решили не искать, — с досадой произнёс Леонов.

— Видимо, дирижабль оказался куда крепче, чем мы могли предположить. Ну или капитан достаточно удачлив, чтобы не угодить в одну из многих аномалий, — продолжал я разглядывать карту. — Черри смогла определить, когда начали подавать сигнал?

— Судя по временным меткам, запись сделали почти трое суток назад, но сигнал передаётся максимум сутки. У Клауса подняли записи, раньше ничего необычного замечено не было, — доложил водитель.

— А это значит, что там совсем всё печально, — сделал вывод наставник. — Судя по всему, антенна находится где-то на отдалении от места крушения и работает автономно. Иначе делать запись за сутки до её включения смысла не было. Следовательно, выживших там уже может и не быть.

— Проверить мы обязаны в любом случае, — веско произнёс я.

— Даже не думал возражать, — поднял руки перед собой Леонов. — Вот только, может, стоит подождать подкрепления из города? Капитан “Ямагири” говорил, что уцелело сорок два человека. Даже если к этому моменту выжила лишь половина, то куда ты засунешь эти двадцать человек?

— Потеснятся, если жить хотят, — я прекрасно понимал, что наставник меня не отговаривает, скорее, указывает на слабые места в принимаемом мною решении. — Наших людей на броню. Подключим броню к батареям машин. Некомфортно, но терпимо.

— А если больше двадцати выживших, то кому-то придётся там остаться…

— Хм, верно. Тогда так. Машина разведки возвращается к базе Клауса и вызывает антигравы из Исаевска. Дожидается их и потом, ориентируясь по маякам, догоняет нас, — я поднялся из кресла и посмотрел на часы. — Одно плохо, при любом раскладе возвращаться мы будем ночью.

— Вряд ли местные твари будут активны. Самое главное, чтобы маяки не снесли, иначе плутать будем до Нового года… — озвучил вполне очевидные вещи Иваныч. — Кстати, что с добычей делать будем?

— Пока парни боекомплект с припасами и ЗИПами перекидывают с разведчика во вторую машину, часть погрузить на “разведку”, а у остальных извлечём кристаллы.

Выбравшись из машины, я с неудовольствием посмотрел на туши, которые уже успели обернуть в специальную плёнку и подвесили на БТР. Со всеми этими нападениями тварей и семейными разборками Кембеллов моё участие в охоте свелось к минимуму, и я уже почти отвык от этой неприятной процедуры.

Хотя если бы Перун не подкидывал один сюрприз за другим, формировал бы я эти чёртовы кристаллы один за другим, не разгибаясь, минимум месяц, а то и все два. Так что даже не знаю, огорчаться или радоваться всем тем проблемам, что навалились с самого начала.

Покончив с грязной работой и обобрав машину разведчиков до нитки в плане имущества, которое могло пригодиться в нашем марш-броске, мы на двух машинах двинулись в путь.

По всем прикидкам, нам предстояло преодолеть порядка ста тридцати километров, треть из которых пролегала там, где ещё не ступала нога человека. То есть, часа три спокойного пути у нас точно будет.

Так что едва наша маленькая колонна тронулась, я, оставив Леонова за главного, перебрался в десантный отсек. Усевшись на длинную скамейку-сидушку, пристегнул себя к специальному креплению и, накинув шлем, отключил прозрачность и включил шумодав.

Стало тихо и темно. Экзосклет зафиксировал доспех в одном положении, и я получил почти что вертикальную кровать. Для непривычного человека это могло показаться чрезвычайно неудобно, но едва моё тело получило точку опоры, как глаза закрылись сами собой и меня унесло в страну сновидений.

Мать, братья и сестры. Бывшие друзья, ставшие врагами, и враги, имена которых я успел вычеркнуть либо из списка живых либо сделать так, что они вряд ли когда-либо будут в состоянии справиться. Соратники, на которых я мог положиться и чьи жизни стали для меня важны.

Лица этих людей складывались в причудливый калейдоскоп, постепенно превращающийся в вытянутый тоннель, в конце которого стояло двое. Они пожимали друг другу руки, совершенно не обращая внимание на меня, и чем ближе к ним я приближался, тем отчётливее мог различить, как по их коже струится вязь незнакомых мне символов.

Когда до них оставались считаные метры, они, наконец, заметили меня и повернулись в мою сторону. И обоих я знал.

— Игорь, — открыл рот стоящий справа мужчина. — Игорь…

— Игорь Владиславович, — прищурившись, я открыл глаза и увидел на дисплее лицо водителя. — Приближаемся к горам. И нам, наконец, удалось точно запеленговать местонахождение аварийного маяка.

— Отлично. Тогда буди остальных…

Глава 8

Территория Исаевых

Перун

Присев у края обрыва, я посмотрел вниз. Там, метрах в пятнадцати подо мной, виднелась относительно ровная каменная площадка, окружённая с трёх сторон скалами. В её центре был виден тонкий металлический шпиль с небольшой “тарелкой” на верхушке.

Вокруг аварийного маяка, а это был именно он, можно было разглядеть наспех выкопанные, хотя точнее будет сказать, выплавленные в твёрдой скале небольшие углубления.

— Окопы оборонительные, в количестве восьми штук, неправильные. И могилы из них тоже так себе вышли, — подытожил я, глядя, как из одной такой ямы какая-то мелкая шипастая тварь, фыркая и повизгивая, пыталась вытащить кусок ноги, торчащей из высокого ботинка.

Ещё пару-тройку фрагментов тел членов экипажа “Ямагири” дербанили другие падальщики, поднимая в воздух небольшие облака пепла. Делёжка у них выходила бурная и шумная, а значит, те, кто действительно убил и утащил с собой трупы людей, отсюда ушли, причём давно. Вряд ли бы эти “крысы” позволили бы себе так шуметь, будь настоящие хищники поблизости.

— Мы проверили, обходных путей нет, — звук гравия, захрустевшего под тяжёлыми ботинками Леонова даже на таком расстоянии, заставил падальщиков засуетиться и бросить добычу, забиваясь в мелкие норы. — Они, определённо, пришли с севера.

— Как раз туда, куда их трупы потом потащили обратно, — я посмотрел в том направлении, и визор подсветил тёмные пятна крови на небольшом выступе, образующем козырёк над узкой тропой. — Даже удивительно, что экипажу удалось дотащить маяк досюда. Маршрут явно не из лёгких.

— Судя по всему, у них был неплохой такой стимул в виде сидящих на хвосте тварей, — подойдя к обрыву, Иваныч посмотрел вниз, а после шагнул вперёд.

Грохот аккуратно скользящего по склону штурмовика, казалось, разнёсся по всем горам. Вот не любит Леонов всё тихо делать…

Проводив взглядом уже приземлившегося наставника, повернулся назад и пришёл к выводу, что и мне пора за ним. Выступ, на котором я расположился, был совсем крохотным, а сюда уже поднимались остальные члены нашего отряда.

Что сказать, спустился я куда элегантнее Иваныча. По крайней мере микрооползней, в отличие от наставника, не вызвал.

— Ну-с, что тут у нас? Надеюсь, они пользуются стандартными разъёмами, — подойдя к маяку, встал перед ним на одно колено и, достав мультитул, начал вскрывать кожух.

Спустя пару минут тяжёлая крышка, посаженная для верности то ли на сопли, то ли на клей… нашли на чём экономить, идиоты… отвалилась, и я смог добраться до внутренностей маяка. Вроде ничего необычного. Так что оставалось только подключить пару приблуд, и можно будет выйти на связь с Исаевском.

— Рады вас слышать, Игорь Владиславович, — улыбнувшись во все свои тридцать два зуба, ответил после десятисекундного ожидания дежуривший в центре связи офицер.

Связь была так себе, картинка постоянно сыпалась, звук периодически прерывался, но благодаря оставленному у подножия транспорту, который мы использовали в качестве ретранслятора, какой-никакой диалог вести можно было.

В городе за время нашего отсутствия ничего серьёзного не произошло. Как в том анекдоте — за время вашего отсутствия в вашем присутствии не нуждались. Даже обидно. Чуть-чуть совсем.

Антигравы, сопровождаемые разведчиками, судя полученной информации, преодолели уже половину пути, так что до нас должны были добраться часа через два, может, даже слегка пораньше. В общем, всё по плану.

К тому моменту, когда я закончил разговаривать с дежурным, на площадку вернулся Леонов.

— Прошёлся немного вперёд. Тропа узкая, что канат, но пройти сможем. Метров через семьдесят она становится шире, а дальше, вот сюрприз, пещера! — доложил он. — Другого пути там точно нет, так что ямагирцы точно пришли оттуда.

— И туда же их вернули. Значит, готовимся к сюрпризам. В общем, всё, как мы любим. Будем надеяться, что пещера не сужается, а то застрянем ещё, — собрав маяк обратно, я поднялся и осмотрелся.

Пока шёл разговор, бойцы отобрали у падальщиков куски недоеденного и, свалив всё в один окоп, засыпали камнями. Такие себе похороны, но на большее времени не было. Чтим мёртвых, заботимся о живых.

Узкую часть тропы преодолели без происшествий, правда, камни под ногами ходили ходуном, так что на обратном пути нужно будет быть аккуратнее.

После тропа, как и говорил Леонов, резко свернув направо, исчезала в тёмном провале пещеры. Высота у неё была не меньше метров четырёх, а ширина около пяти, так что застрять не должны, но вот вдвоём, плечом к плечу, шашками уже особо не помашешь.

— Следы когтей, командир, — подойдя к входу, один из штурмовиков дотронулся до камней, на чьей поверхности отчётливо виднелись глубокие царапины.

— Будем надеяться, что их владелец встал на задние лапы, чтобы сделать отметины, — произнёс Леонов, при этом сменив молот на дробовик. — Идём?

— Как будто выбор есть, — произнёс я, доставая Аспид и снимая небольшой, почти что квадратный щит со спины. — Двинули.

Снаружи уже был поздний вечер, и видимость была соответствующая, но стоило нам пройти по тоннелю первые двадцать метров, как нас окружила непроницаемая тьма, а звуки заунывного ветра, сопровождавшие нас во время марш-броска по горам, неожиданно стихли, оставив в полной тишине. Конечно, если не считать топот десяти пар ног нас с Леоновым и ещё восьмерых бойцов.

Едва последние лучи света перестали проникать снаружи, как мы включили инфракрасные фонари, которые на наших визорах окрашивали окружающий мир в серые тона.

Шли молча, стараясь не пропускать ни одного отнорка. Впрочем, обнаружили всего два, да и те оказались небольшими тупиками, где и спрятаться было негде.

— Странные стены какие-то, — пройдя ещё метров тридцать по так и не думавшему заканчиваться тоннелю, возглавлявший колонну Леонов остановился, а после подошёл к одной из стен и включил обычный фонарик.

В привычном для нас свете стена отливалась чёрным металлическим цветом и при этом была абсолютно гладкой, словно в какой-то момент мы перешли из пещеры, созданной природой в рукотворный проход.

— Что-то мне подсказывает, что экипажу “Ямагири” вряд ли здесь так понравилось, что они решили облагородить это место и остаться тут жить, — постучав по непонятной стене, я услышал характерный металлический звук.

— Командир, — отвлёк меня голос одного из парней, ушедшего чуть дальше на разведку, пока мы с наставником проводили геологические изыскания, пытаясь понять метаморфозу стен. — Думаю, вам стоит это увидеть.

— Вот именно этих слов я и опасался, — проворчал я, хлопая по плечу Леонова, отвлекая того от попытки расковырять стену ножом. Выходило у него это не очень.

Ушедшего вперёд бойца мы обнаружили метров через тридцать, пройдя по тоннелю, сделавшему несколько резких поворотов. После последнего я и увидел штурмовика, прислонившегося к стене и прикидывающегося недвижимостью.

— Командир тоннель закончился, там дальше провал, но через него мост перекинут, странный только какой-то, — начал доклад разведчик. — А ещё откуда-то сверху идёт свет, слабый, правда.

После его слов мы с Леоновым переглянулись и, не сговариваясь, двинулись к выходу.

За всё время космической экспансии человечества прямых доказательств существования других разумных рас найдено не было. Да, ходили слухи, что где-то были найдены остатки каких-то строений или даже механизмов, но потом каждый раз выяснялось, что это либо причуды природы, либо следы колонизаторов-неудачников, не сумевших выжить в новом мире.

В своё время многие страны и даже корпорации древней Земли строили ковчеги, куда завлекали людей, стремящихся покинуть медленно умирающую планету.

В какие-то периоды, если верить хроникам, Солнечную систему ежегодно покидало до десятка разномастных кораблей — ковчегов. Каким-то из них действительно удавалось добраться до новых планет и основать колонии, кто-то же пропадал без вести в холодном космосе, так и не достигнув конечной точки своего путешествия.

Но были и такие, кто умудрялся приземлиться, но облажаться уже на последнем этапе, да так, что спустя пару-тройку веков какие-то исследователи, вновь открывшие планету, на радостях объявляли об обнаружении остатков вымершего инопланетного разума.

— Реально мост, только странный какой-то, — отвлекая меня от раздумий, произнёс Леонов, подсвечивая фонарём необычную конструкцию.

Перекинутый через провал мостик был шириной метра в четыре и имел странную форму. Посередине у него была выпуклость высотой сантиметров тридцать, разделяющая мост вдоль на две части.

При этом эти полученные части у моста были вогнуты подобно желобам с высокими бортиками, видимо, служащими этакими перилами.

— Странные представления об удобстве у местных архитекторов, — подытожил я, закончив разглядывать мост и поднимая взгляд вверх. — Но постарались они на славу.

Вверху виднелись ещё десятки подобных мостков, словно скрепляющие между собой стены расширяющейся к верху пещеры и не дающие ей развалиться на две части.

— Как-то слишком хаотично выглядит, хоть и впечатляет, — согласился Иваны, — Посмотри, часов на десять. Вот эти формы я точно узнаю.

Действительно, в указанном направлении на подозрительно светлом фоне потолка сквозь паутину мостов можно было разглядеть серебристо-серый корпус гондолы дирижабля.

— По крайней мере теперь понятно, почему они антенну не развернули на месте крушения, — произнёс я, прикидывая, как побыстрее добраться до гондолы.

Впрочем, путь был очевиден. Вперёд по мосту на ту сторону и опять в тоннель. Вряд ли команда с дирижабля спрыгнула сюда прямо с самого верха.

— Вроде крепкий, но танцевать на нём я бы не рискнул, — несмотря на сомнение, звучавшее в голосе, мост даже не скрипнул, когда наставник наступил на него. Впрочем, рисковать мы не стали, перебравшись на ту сторону по одному.

Очутившись вновь на твёрдой земле, углубились в очередной тоннель, который изгибаясь, медленно начал медленно подниматься.

Периодически мы натыкались на развилки и всякий раз выбирали дорогу, что вела вверх. Пару раз пришлось пересекать мосты, глядя на которые у меня всё чаще возникала мысль о неправильности их возведения.

Следующую часть пути мы шли, уже молча. Лишь я раз в десять минут пытался выйти на связь с дирижаблем. Маяк был не единственным средством связи на судне, и если там были живые, то они должны были ответить. Но в эфире стояла полнейшая тишина, что сильнее всего давило на нервы.

Ни врагов, ни друзей, лишь шум от наших шагов, разносящийся на сотни метров по гулким металлическим коридорам. Не люблю такие моменты…

— Вибрацию чувствуете? — шедший впереди штурмовик замер и поднял руку. — Где-то на самой грани. Словно что-то бьёт по ногам.

Уточнять, как он сквозь слой композитной брони и амортизирующей подкладки ощутил хоть что-то, я не стал, тут же упав на одно колено и прикладывая руку к полу.

Действительно, сейчас, когда все остановились, лёгкая тряска ощущалась вполне отчётливо, словно где-то под нами совсем рядом двигался поезд. Ну или стремительно приближалась буровая машина…

— В сторону! — крикнул я, вскакивая на ноги и толкая Леонова. Впрочем, он и сам успел сориентироваться, рванув вперёд.

Пол, в том месте, где я стоял считаные секунды назад, вспучился и пошёл трещинами, чтобы через мгновение осыпать всех нас шрапнелью из металлических осколков.

Из образовавшейся дыры показалась безглазая, обтянутая белой шкурой, округлая голова. Повернувшись в нашу сторону, тварь открыла беззубую пасть и вытянула длинный язык.

С метрового отростка закапала флуоресцентная жидкость, слегка подсвечивая пол в месте падения. Впрочем, свет тут же погас. Слюни твари оказались знатным растворителем, проплавившем повреждённый пол в нескольких местах.

Тихонько зарычав, “слепыш” заворочался, упираясь тонкими, но жилистыми лапами с когтями в землю.

— Игорь, я не понял, это первый контакт или нет? — не опуская оружия, спросил Иваныч. — Если нет, то я готов стрелять. Не то чтобы я - ксенофоб, но эта морда безглазая мне совершенно не нравится.

Спрашивал наставник по радиосвязи, но тем не менее, тварь, будто услышав, повернулась в его сторону, а после, зашипев, извергла из себя струю кислоты. Вот тебе и дружеское приветствие…

Но мало кто на этой планете мог похвастаться скоростью реакции, каковой обладал мой наставник. Прежде чем первые капли достигли поверхности брони, в его руках возник щит, на который он и принял атаку.

Сверхпрочный и к тому же чертовски дорогой сплав зашипел под воздействием кислоты, но Иваныч, не теряя времени, рванул вперёд, стремясь вбить плевуна в ту дыру, из которой изволил показаться.

Что я там говорил пару секунд назад? Леонов самый быстрый? Ну вот и доказательство, что всегда есть кто-то круче.

Прежде чем щит снёс башку “слепышу”, тварь вылетела из дыры словно пробка из бутылки и, сделав кувырок в воздухе, вбила когти в металлическую стену тоннеля.

Прижав своё непропорционально узкое, но длинное тело к потолку, подземник втянул язык в пасть и завыл, да так что у меня аж зубы свело.

— По вой мне тут ещё, сука! — заряд дроби вбил в потолок слепыша, переламывая тому хребет. Это Леонов, огорчённый порчей вверенного ему имущества, перешёл от рукоприкладства к стрельбе. — Ха, шустрый, но хилый.

— Видимо, в тренажёрку не ходил, — согласился я. — Но не время развлекаться, к нам очередные “братья по разуму” спешат.

И действительно, удивительно гулкое эхо откуда-то снизу донесло до нас многочисленный вой, а вдобавок к этому стены и пол, по знакомому задрожали.

— Уходим выше, — принял я решение после секундной заминки.

Мы сами себя загоняли в тупик, но, судя по звукам, доносящимся снизу, тварей там было больше, чем мы вдесятером сумеем одолеть, тем более в узких коридорах.

Нет, кто-то из нас, определённо, пройдёт сквозь пещеры обратной дорогой, но жертвовать своими людьми я не собирался.

— Стас, прикрываешь отход. Фрол, страхуешь его и при любом удобном случае стреляешь во всё, что имеет язык длиннее десяти сантиметров и любит лазать по потолку, — ткнул я в стоящих рядом бойцов.

Те, подтвердив приказ, перестроились в конец колонны, извлекая своё любимое оружие. Стас великолепно владел коротким мечом и щитом, а Фрол отлично стрелял даже в кромешной темноте, так что сейчас они представляли из себя идеальную команду.

— Так, вы четверо вперёд, работаете двойками, — я покосился на Иваныча, тщательно изучающего труп “слепыша”. Увидев, что я на него смотрю, наставник молча ткнул пальцем в почти перерубленное надвое тело твари. — Отлично, всё же дар. Тогда в случае столкновения, идёте на сближение, не давая тварям применить способность. Я с остальными проверяю ответвления и в случае чего их минирую.

Вновь единогласное подтверждение, что приказ все приняли и осознали. Отлично, тогда самое время начать убе… то есть тактически отступать. Тем более что звуки снизу становились всё громче и громче.

Следующие сорок минут, казалось, растянулись в бесконечность. Стоило нам только отойти от места первого знакомства метров на сто, как показались мчащиеся по нашему следу “слепыши”.

И в отличие от нас, теснота тоннеля их совершенно не смущала. Пол, стены, потолок, для тварей не существовало понятия притяжения. Они мчались в любой плоскости, буквально заполонив собой всё пространство.

Мечник с тоской взглянул на своё оружие и, убрав его в ножны, достал дробовик, присоединяясь к уже стреляющему напарнику. Им даже целиться не приходилось, знай направь ствол да жми курок. Можно даже глаза закрыть, главное не забывать вовремя перезаряжаться. Но эти парни не забудут, в этом я уверен.

Тем временем идущие впереди бойцы тоже столкнулись с сопротивлением. Небольшие группы “слепышей” тоненьким ручейком накатывались на штурмовиков, которые, в отличие арьергарда, пользовались оружием ближнего боя, экономя боеприпасы.

Нам тоже отдыхать не приходилось. То и дело какая-то ушлая тварь решала зайти в тыл парням, прокопав тоннель, причём необязательно снизу. Так что мы не раз и не два обагрили своё оружие в зелёной крови подземных тварей, прежде чем смогли добраться до очередного моста.

Но и на открытом пространстве легче не стало. Едва только мы вышли из тоннеля, как нам на голову посыпался целый дождь из “слепышей”.

Многие из них, промахнувшись мимо моста, срывались в бездну, но всё же это были единицы. В то время как десятки других, успешно приземлившись на мост, с криками бросались в самоубийственную атаку.

И именно тогда мы едва впервые чуть не потеряли одного из бойцов. Засевший над козырьком выхода из тоннеля “слепыш” плюнул тягучей струёй кислоты, угодив в шедшего вторым бойца.

Тварь тут же снёс дружный залп из трёх дробовиков, но было уже поздно. Сильнейшая кислота залила большую часть спинной брони штурмовки, ужасающе быстро прожигая её.

Видя, что происходит с товарищем, бойцы буквально смели с моста посмевших заградить путь тварей, а мы вдвоём с Леоновым тащили орущего благим матом товарища в очередной тоннель.

Правда, матерился он недолго. Стоило только кислоте проникнуть через последний слой защиты, как ругательства сменились криками боли. Едва над нами вновь появился чёрный потолок, как мы опустили гвардейца на пол, а я дал команду его автодоку ввести обезболивающие, какие только были.

Сорвав с его спины покорёженные листы брони, я увидел ужасные ожоги, и они становились все шире и глубже. Кислота продолжала действовать, расплавляя кожу и мышцы человека.

Закрыв глаза, я приложил руку в районе головы бойца и пустил волну исцеляющего эфира. Мужчина дёрнулся, приходя в себя от боли. Эфир - штука неизбирательная и стремится привести организм в то состояние, которое считает идеальным, выводя из органов всё лишнее, даже обезболивающее.

Так что страшно представить, что ощущал эти долгие три минуты боец, одновременно чувствуя, как кислота продолжает разъедать его тело,и как тут же эфир залечивает раны.

Он стал первым, но далеко не последним, кто в тот день испытал на себе всю прелесть концентрированной кислоты. К счастью, столь серьёзных повреждений никто больше не получил, но, когда мы уже почти поднялись до конечной точки маршрута, едва ли кто-то мог похвастаться, что в его доспехах отсутствуют дыры.

С трудом оторвавшись от орды преследующих нас тварей, мы выбрались на мост, разительно отличавшийся от остальных.

Во-первых, он был раза в три толще и шире всех тех мостов, что мы видели раньше, а там хватало довольно крупных.

Ну а, во-вторых, именно на нём нашла своё последнее пристанище гондола, пробившая белый купол, закрывавший это гигантское ущелье.

Там, в высоте, можно было рассмотреть, как по нему ползают крохотные точки, латающие пробоину. Чёрт возьми, мы столько поднимались, а до вершины раза в два больше!

— Они идут, Игорь, — толкнул меня в плечо Леонов, отвлекая от разглядывания исполинского сооружения. — Нужно успеть укрыться в гондоле. Там будет шанс дождаться помощи.

Согласно кивнув, я перехватил поудобнее стонущего бойца, с которым щедро делился эфиром последние десять минут и двинулся по мосту. Но едва нам стоило преодолеть половину расстояния до гондолы, как из тоннеля вновь выплеснулись “слепыши”.

Ни секунды не задерживаясь, они с криками и визгом понеслись в нашу сторону. И в этот раз я заметил, что среди них хватает и одарённых. Уж их-то я за последнее время научился отличать от обычных тварей.

Штурмовики, прикрывающие отступление, тут же остановились, давая нам время добраться до убежища, но, судя по количеству нападавших, им не продержаться и пары минут.

Что ж, кажется, я знаю, что нужно делать. Толкнув раненого Леонову, я поглотил сразу два кристалла эфира, чувствуя, как меня переполняет энергия.

Сменив Семаргл на Аспиды, я встряхнул ими, окутывая лезвия алым пламенем. Нам нужно время, и я дам его своим людям!

Но, прежде чем я рванул навстречу беснующейся орде, неожиданно из динамиков, закреплённых над погрузочным шлюзом, раздался мужской голос, приказывающий укрыться, и на приближающуюся стаю обрушился поток свинца.

Глава 9

Перун

Пещеры

Створки грузового шлюза со скрежетом пошли вниз, но, не долетев до пола, застряли в пазах, оставляя полуметровую щель. Впрочем, Леонов, зашедший в гондолу последним, быстро это исправил, пнув створку. Зазор тут же исчез, и крики тварей вперемешку со стрельбой стихли, став почти неразличимыми.

Ангар, в котором мы оказались, на первый взгляд выглядел плачевно. И на второй тоже. Да чего уж там, херово он выглядел.

Аварийное красное освещение, множество контейнеров, сорванных с креплений и образовавших целый лабиринт. Следы крови и пулевые отверстия в стенах.

Гондола, судя по всему, упав с небес и пробив свод пещеры, успела пару раз совершить оборот вокруг собственной оси и сейчас лежала на правом боку.

По крайней мере этим можно было объяснить бардак с грузом в отсеке. А вот направление выстрелов настораживало. Обычно, если обороняются, то стреляют в сторону угрозы. А угроза тут по идее одна. Та самая, что сейчас беснуется за стенкой. В общем, странно всё это.

Тем временем бойцы, способные самостоятельно передвигаться, уложили на пол менее удачливых товарищей и принялись перезаряжать оружие. Работающие снаружи автоматические турели затихли, и, чёрт его знает, может, твари рискнут пойти на штурм, несмотря на то, что их ряды знатно проредило.

Я же, чувствуя распирающую меня энергию, которую не успел истратить на мосту, прошёлся меж гвардейцев, щедро делясь эфиром, исцеляя ожоги, раны, ну и выводя боевую химию из их организмов.

Даже попробовал “включить” ауру, чтобы накрыть стоящих рядом бойцов, но спустя пару секунд прекратил эксперимент. Эффект был, но слабенький, при этом эфира расходовалось на пару порядков больше.

— Бл*, лучше бы Жилин оружие заказал, — Леонов тем временем, недолго думая, шарился по ближайшим контейнерам, но, похоже, ничего интересного пока обнаружить не удалось. Впрочем, судя по сорванным пломбам и распахнутым дверям, выжившие успели похозяйничать тут до нас.

Противный металлический скрежет заполнил отсек, и в потолке, что некогда был стеной, распахнулся люк. Вряд ли безглазые твари имели представление, что такое двери и запорные механизмы, но тем не менее оружие в сторону образовавшегося прохода направили все.

Но в этот раз вместо шерстяных тварей под потолком показались в начале ноги, а после и сам их обладатель. Повиснув на одной руке, он огляделся, выискивая нас, а после, отпустив створку, спрыгнул вниз.

Пять с половиной метров - приличная высота, но не для обладателя лёгкой брони, которая выглядывала из-под белого изрядно изодранного капитанского кителя.

Приземлившись на полусогнутые ноги, неизвестный выставил перед собой длинный меч и замер. Его глаз за затемнённым забралом шлема видно не было, но он, несомненно, внимательно нас изучал.

— Х**во выглядите для спасателей, — спустя пару секунд раздался изменённый динамиками голос. — А может, вы просто заблудились?

— Ну пи***ц, этот коротышка ещё и шутит… — лица наставника я не видел, но уверен, что глаз у него дёрнулся. — Ты, кстати, в курсе, что глупо угрожать кривой железякой немного взвинченным людям с огнестрельным оружием в руках?

— Глупо было сюда приходить. Твари только успокоились, а тут вы. И ладно бы реально с помощью, а так только боезапас этот дол***б-капитан из-за вас потратил, — коротышка в капитанском кителе убрал меч в ножны и потянулся к шлему.

Щёлкнули фиксаторы, и из-под шлема на плечи хлынула копна густых чёрных волос.

— Баба, — не подумав, брякнул один из бойцов, за что тут же получил затрещину прикладом от стоявшего рядом Леонова. Кто-кто, а уж наставник уважительно относился к представительницам далеко не всегда слабого пола.

— Сам ты - баба, — довольно звонким, но, определённо, мужским голосом был ему ответ.

Невысокий парень с раскосыми глазами раздражённо сдёрнул с головы повязку красного цвета и спрятал в дырявый карман кителя.

Ну раз незнакомец соизволил показать своё лицо, некультурно будет не сделать ответный жест. Дотронувшись до определённых точек на шлеме, я сдвинул пластинку забрала вверх.

— Еб***, вот это поворот Великого колеса, — удивлённо произнёс парень, — барон Исаев собственной персоной. Даже не знаю плакать или смеяться.

Леонов вопросительно посмотрел на меня, но я лишь пожал плечами, что в штурмовой броне вышло так себе. Этого мальца я, определённо, видел впервые, память на лица у меня была хорошая.

— Не тужься, благородный, лично мы знакомы не были, — ухмыльнулся, хотя, скорее, оскалился коротышка. — Но часть команды “Ямагири” временами вспоминала о тебе “добрым” словом. А кто-то и постоянно.

— Я, что, кому-то из вас чаевых не заплатил? И вы все дружно решили на меня обидеться? — не то чтобы меня сильно задевали чьи-то обиды, но некоторые нюансы лучше уточнять сразу.

— Ах да, я же не представился. Прошу меня извинить, — нарочито медленно парень сделал глубокий поклон. — Аоки Тэкео, старший матрос дирижабля “Ямагири”. Но это сейчас, а раньше у меня было звание старшины третьей статьи, и был я приписан к “Синано” славного рода Хиго.

Пазл в голове после услышанного у меня начал складываться.

— О, вижу по глазам, вспомнил, — усмехнулся Аоки — Да, да, почти весь экипаж “Синано” после того полёта разукомплектовали и перевели на другие суда. Вот нам, например, досталось это корыто, годное лишь для перевозки грузов да нищих аристо. И всё из-за тебя и нашего капитана. Прошлого, не этого. Хотя этот тоже кусок безмозглого дерьма!

Я действительно вспомнил свой первый перелёт на дирижабле рода Хиго. Тогда, направляясь в столицу, мне пришлось поплотнее пообщаться с Дугальдом Кембеллом.

Причём настолько плотно, что парень превратился в калеку с переломанными руками и ногами. Впрочем, сам виноват, нечего было отыгрываться на своих сёстрах после публичного поражения.

И я, действительно, после нашей дуэли с Кэмбеллом предупреждал капитана, что он должен был обеспечить охрану Кенны и Юны. И чего он своевременно не сделал. За что, похоже, и поплатился. А с ним и его команда. Да уж, неисповедимы пути богов.

— Дерьмо в жизни случается, — просто произнёс я. — А теперь рассказывай, что здесь да как.

Не знаю, может, парнишка ожидал извинений или ещё чего, но тут он не угадал.

— П****ц, вы все словно из одного инкубатора, — сплюнув на измазанный кровью пол, зло процедил парень. — Спесивые и думающие, что раз родились с золотой ложкой в заднице, так бессмертны и все вам должны. Спешу огорчить, это не так. Отсюда нет выхода. Мы все здесь сдохнем.

— Понятно… Этот, похоже, спёкся. Такому даже шею свернуть за оскорбление зазорно, и так жизнь юродивого наказала, — не дав парню закончить, наставник повернулся ко мне. — Игорь Владиславович, мы пока тут покопаемся, чтобы времени не терять, может, чего полезного всё-таки найдём. Добро?

— Нет здесь ничего! — с ноткой истерики в голосе выкрикнул Аоки. — Мы здесь всё перерыли! Оружия нет!

Кажется, парня оскорбило, что его игнорируют, и он схватился за рукоять меча.

— Ты сейчас это серьёзно? — с упором на последнее слово произнёс я, и парень стушевался, убрав руки с оружия. Значит, хоть немного, но ещё соображает. Что ж, тогда продолжим. — Ещё раз, сколько вас здесь осталось? Много ли раненых? Что известно о тварях снаружи и почему они ещё не здесь?

Указав парню на какую-то перевёрнутую коробку, которую можно было использовать вместо стула, сам же “пригасил” лишние на данный момент системы брони, замерев неподвижным истуканом. Нечего попусту расходовать энергию.

Слушая парня, я в очередной раз поразился, как быстро некоторые люди умудряются оскотиниться, едва почуяв угрозу своей бесценной жопе. И начинают думать именно этим местом.

Полёт “Ямагири” шёл штатно ровно до того момента, как пропала связь с диспетчером из Центра. Попытки выйти на прямую связь с каким-нибудь сектором успехом не увенчались, а тут ещё и погода стала резко портиться.

Тем не менее, капитан дирижабля принял логичное, но в корне неверное решение ускориться и преодолеть горную гряду, пока была такая возможность.

Попытку посадить дирижабль в неисследованной гористой местности он счёл чересчур опасной, так что, дав команду набора высоты, понадеялся на свою удачу.

— И не угадал, урод! — вновь достав повязку из кармана, парень принялся мять её в руках.

Стоило только “Ямагири” перемахнуть через самый высокий пик на своём пути, как на воздушное судно обрушился ливень, а вместе с ним и молнии.

Но не это было самым страшным. Поднявшийся ветер начал мотать дирижабль из стороны в сторону, словно детскую игрушку.

Дронов, сопровождавших судно, снесло в первые же минуты, так что ослепший и потерявший управление “ Ямагири” в любую секунду мог угодить в аномалию. Что он, собственно, и сделал спустя целых двадцать минут бешеной болтанки между небом и землёй, угодив в огненную воронку.

Жёсткая, огнеупорная внешняя оболочка, разделённая на множество отсеков, наполненных газом, просуществовала не дольше десяти секунд. Но именно этого времени хватило для того, чтобы гондола с пассажирами успела опуститься на достаточное расстояние до земли, чтобы пережить свободное падение и уцелеть.

— Сдаётся мне, что упади вы на обычные скалы, даже это вас бы не спасло, — открыв один из жёстких карманов на броне, я достал небольшую бутылку с водой и протянул парню.

— Карто тоже так сказал. Это наш старший механик, точнее, был им, когда ещё дышал, — сделав пару глотков, продолжил Аоки. — Странный потолок и этот мост спасли нам жизнь. Ну а тварям снаружи обеспечили доставку свежего мяса прям к порогу дома.

Впрочем, про местных тварей выжившие узнали не сразу. Первые часы после авиакатастрофы были посвящены разгребанию завалов и оказанию первой помощи пострадавшим. На удивление, уцелела большая часть экипажа и пассажиров. В общей сложности чуть меньше трёхсот человек.

В рации раздалось хмыканье Леонова. Он-то точно помнил, о каком количестве выживших говорилось в передаче. И “пролюбить” за четверо с лишним суток две с половиной сотни человек - это нужно иметь поистине безграничный талант. Браво местному капитану. Что тут ещё можно сказать?

— Он, что, всех отправил кормить с рук местных обитателей? — уточнил я. — Как можно было потерять столько людей?

И тут меня огорошили в первый раз. Оказалось, что на дирижабле в живых на данный момент то ли сто пятнадцать, то ли сто тридцать человек.

По рации раздался приглушённый однословный мат. Коротко, но весьма доходчиво. Опять Леонов, и это он уже в мою сторону.

Точного количества Аоки сказать не мог, так как, во-первых, пока мы вели беседы, кто-то мог и помереть от ран, ну а, во-вторых, тут я прифигел во второй раз, на дирижабле за эти несколько дней успело организоваться две фракции.

После того, как первая попытка найти путь наружу провалилась, а на разведку ушла большая часть вооружённых бойцов, капитан под влиянием аристо решил, что больше рисковать не стоит.

Так что реквизировав большую часть запасов, он и его новые товарищи заперлись в самой защищённой части судна, находившейся в районе рубки управления и ВИП-кают.

— Мы пытались не дать им забрать еду, но его охрана решила, что лучше быть в безопасности, чем голодать вместе с нами. Да и среди аристо была тройка одарённых, так что перевес был на их стороне, — лицо парня исказила гримаса ненависти, и он вновь схватился за меч.

— Ты тут про капитана говоришь, а сам в его кителе расхаживаешь, — обратил я внимание Аоки на его странный внешний вид.

— Трофей, — кровожадно улыбнулся парень. — Он сюда со своими псами сунулся за какими-то ящиками. Видимо, аристо послали, этот и побежал, пёс позорный, а тут мы. Многих наших ранило, но я почти добрался до этого урода. Китель содрал да пол-уха отрезал. Вот смотри.

Бывший старший матрос опустил руку в карман и извлёк оттуда окровавленный платок. Аккуратно развернув грязную тряпку, он действительно с гордостью продемонстрировал нижнюю часть ушной раковины.

— Нихрена себе им тут спинной мозг встряхнуло, — продолжал бурчать Леонов. — Сдаётся мне, ещё недельку, и они тут совсем бы деградировали. Может, тут в воздухе чего, и мы тоже скоро отупеем?

— Скорее, банальная классовая ненависть, — тихо ответил я наставнику.

— Жаль, отбился. Так, хоть помирать не так обидно было бы, — тем временем закончив показывать свою “прелесть”, Аоки аккуратно убрал трофей обратно. — Кстати, а вы нас как нашли-то? Неужто кому-то из парней удалось подняться и послать сигнал?

— Скорее, спуститься, — ответил я. — Ладно, история, конечно, грустная, так что надо будет с этим что-то решать. Кстати, что-то ваш капитан встречать нас не идёт.

— И не придёт, — усмехнулся парень, — Во-первых, выходы из его норы идут через отсеки, где мы расположились, и рисковать он не захочет. Ну а, во-вторых, вы себя-то со стороны видели? Да на вас броня разваливается. Наверняка, эта падла рвёт седую поросль на заднице за то, что потратил патроны, спасая вас.

— Вечно он тут сидеть не сможет, — произнёс Леонов, подходя к нам.

— Явились вы, явятся и другие. Тем более, аристо утверждали, что их, наверняка, уже ищут. Даже что-то про имперскую гвардию упоминали, — ответил парень.

— Думаю, у имперцев сейчас другие задачи в приоритете, — я кратко описал Аоки, что сейчас творится снаружи. — Так что никто вменяемый искать, будь здесь хоть сама дочка Императора, никого не будет.

— А я бы поискал, говорят, симпатичная, — обронил проходящий мимо нас боец, тащащий на плече бобину с намотанной на ней металлической лентой.

— Это потому, что ты - неадекват, — произнёс топающий за ним товарищ, на плече которого висел сварочный аппарат. Отдых отдыхом, а полевой ремонт никто не отменял. В чём-то Аоки был прав, выглядели мы сейчас будто горстка оборванцев. Опасных, вооружённых, но всё-таки оборванцев.

— Фрол, оклемался? — окликнул я бойца, которому досталось больше всех, поэтому ему дали подольше отдохнуть. Телесные раны я излечил, а вот мозгам нужна передышка.

— Так точно, командир, — подскочил с пола мужчина.

Передние бронепластины его доспеха были похожи на решето, тем не менее экзоскелет не пострадал, и боец по-прежнему представлял из себя грозную силу. Разве что теперь менее защищённую.

— Тогда берёшь парнишку в оборот и выясняешь про дирижабль и о людях, в нём обосновавшихся, всё до мельчайших подробностей.

— Принял, понял, приступил, — кивнул Фрол и направился к парню, непонимающе переводящему взгляд то на меня, то на штурмовика.

— Что делать будем? — спросил Леонов, поворачиваясь ко мне.

— То, что умеем лучше всего. То есть выбираться из неприятностей и портить отношения со всякими уродами, — вновь активировав броню, я запустил самодиагностику.

— Насчёт второго понятно, без этого никак, а вот с первым могут возникнуть сложности, — поджав губы произнёс наставник. — Сами мы выберемся, но как быть с сотней людей? Даже если часть из них уцелеет, добравшись до выхода, они помрут снаружи. Не сразу, но пепел прикончит их. Мы всех в машины не утрамбуем, даже с учётом подмоги из города.

— Не волнуйся, всё гораздо проще, чем кажется, — закончив с проверкой, я включил мощность батарей костюма на полную и посмотрел в сторону люка, из которого выбрался Аоки. — Слушай, бесстрашный воин с мечом, а есть другой путь к местным авторитетам, помимо этого крысиного лаза?

— Центральный коридор, — не раздумывая ответил парень, — только его завалило грузом.

— И это тоже не проблема, — улыбнулся я. — Так что давай рассказывай Фролу всё, что недорассказал, и пойдём прогуляемся. Может, ещё одним трофеем обзаведёшься.

Разговор между Фролом и Аоки сильно не затянулся, мы как раз с Иванычем успели разгрести завалившие выход из отсека контейнеры и даже вскрыть парочку из них. Находки оказались интересные, я бы даже сказал, неожиданно приятные, так что настроение у Леонова заметно поднялось.

Центральный коридор встретил нас всё тем же красным светом и ужасным беспорядком. Впрочем, это не мешало нам продвигаться вперёд довольно быстро. Единственное, то, что судно лежало на боку, немного путало, но это скорее психологическое неудобство, чем реальная проблема. Мелочь, в общем.

Пройдя по прямому коридору, свернули направо и, преодолев неправильные, так как лежали на боку лестницы, попали на второй, жилой, уровень дирижабля.

Здесь Аоки ушёл от нас вперёд, чтобы предупредить своих о приближении гостей. Народ в свете последних событий, нервный, может и пальнуть, задев при этом кого-нибудь.

И всё же эта часть жилой палубы произвела на меня удручающее впечатление. Может, и прав наставник, и в воздухе присутствует что-то отупляющее. По крайне ничем другим увиденное я объяснить не мог.

Оставленные своим капитаном члены экипажа валялись по разным каютам, почти не реагируя на наше появление. Многие из них были ранены и стонали в бреду, но даже сидящие рядом с ними товарищи почти не реагировали на это, не стремясь хоть как-то облегчить страдания умирающих.

Пришлось вызвать пару бойцов, распорядившись, чтобы самым “тяжёлым” вкололи обезболивающие. Как пояснил Аоки, медикаменты люди капитана выгребли под ноль почти сразу же после крушения.

Так что к тому моменту, когда мы подошли к массивной двери, перегораживающей проход в элитную часть гондолы, я и Леонов немного “кипели”.

— Капитан Изихару выйдет к вам, как только освободится, — я постучал в дверь, и тут же раздался мужской голос из громкоговорителя, подвешенного под потолком. Точнее, это раньше там был потолок, а сейчас кривая стена.

— Слышали, Фёдор Иванович, господин капитан изволит быть занятым, — повернулся я к стоящему позади наставнику. — Как думаешь, завещание переписывает или секретаршу потрахивает напоследок. Или у капитанов нет секретарш?

— А я почем знаю? Я же не капитан, — пожал плечами Леонов. — Но, думаю, проверить стоит.

— Согласен, — кивнул я и извлёк Аспиды. Удар крест на крест, и в перегородке образовался приличных размеров проход. Нам как раз хватит пройти, не пригибаясь.

— Мордой в пол, уроды! В пол, я сказал! — первым ворвался в помещение Леонов, размахивая дробовиком. Даже для острастки выстрелил в сторону, но, как по мне, зря, только патрон истратил. Стоявшие за дверью охранники, похоже, выполнили команду ещё до того, как Иваныч успел её озвучить.

Я подошёл к одному из охранников и, перевернув его на спину, ударом тяжёлого ботинка по рёбрам поинтересовался, где изволит находиться местный бомонд.

Немолодой мужик не стал ерепениться и ткнул пальцем в сторону хорошо освещённого коридора. Он, судя по схеме, которую нам дал Аоки, вёл в небольшой ресторанчик, совсем крохотный. Так сказать, только для избранных.

Что ж, уверен, Аспиды в моих руках в полной мере сойдут за пригласительные билеты.

Протопав в указанном направлении, при этом не встретив никого по пути, я очутился в высоком и узком помещении, которое тем не менее привели в божеский вид.

Были расставлены столики, за которыми сидели праздно одетые люди. Меж столами сновала парочка официантов, разнося блюда, звучала лёгкая музыка. Прям островок спокойствия посреди творящегося дерьма.

— Доброй ночи, уважаемые! — громко поприветствовал я сидящих за столиками людей, заставляя повернуться в мою сторону. — Ничего, что я не во фраке?