Эхо забытых миров

Глава 1

Солнце неторопливо разгоняло тьму, постепенно освещая обширные территории: изумрудные леса, могучие горы, быстрые реки, сверкающие под лучами солнца моря и бескрайние океаны. Большая часть этого уже давно не видела ни единого разумного существа… Ноги их давно не ступали по древним лесам, не взбирались на могучие горы, чьи вершины пронзали небеса; моря и океаны давно не ощущали присутствия судов, что, рассекая воды, торопливо плыли, ведомые ещё живыми хозяевами…

Всё, что осталось от некогда доминирующих видов — людей, эльфов, дворфов, зверорас и многих других, — немногочисленные руины, сохранившиеся за десятки тысяч лет очищения и перерождения мира. Остатки былых могучих цивилизаций сбились в маленькие общины, жившие отдалённо друг от друга, не способные связаться и, следовательно, не знающие о существовании друг друга. Со времён катастрофы почти 97 % всех разумных были уничтожены… Почти все знания утеряны — лишь древняя, как сам мир, система всё ещё сопровождала людей в их нелёгкой борьбе за жизнь.

Но всё же солнце полностью вступило в свои права, раскидывая лучи везде, куда только могло дотянуться. Поселение, расположившееся на равнинах близ границы некогда могучей империи, уже вовсю гудело. Люди то и дело носились туда‑сюда, каждый был занят делом.

Сегодня был особенный день — один из немногих праздников и напоминаний о славном прошлом. День, когда не нужно было работать, когда можно было на миг позабыть обо всех заботах и насладиться этой, хоть и скудной, но всё же жизнью. Многие из ныне живущих не покидали территории общины, окружённой защитными барьерами из древности, и даже представить себе не могли, что творится за высокими, казавшимися неприступными стенами. Лишь группы охотников и разведчиков еженедельно и ежемесячно соответственно покидали пределы общины, ступая в объятия давно им не принадлежащего мира.

Однако вблизи поселений чудовища, сгубившие старый мир, не водились — зато места были полны разной дичи. Этим занимались охотники. Разведчики же совершали глубокие рейды к ещё сохранившимся руинам старых времён, которые редко заканчивались без ранений, а то и смертей. Но сегодня обо всём этом можно было забыть. Сегодня столы были накрыты, и множество семей собрались вместе, чтобы исполнить традицию древности.

В этот самый день в одном из домов проходили роды. Редко доводилось такое, чтобы рожали в праздничный день, однако бывали и исключения — прямо как сейчас…

Женщина тужилась; возле неё находился местный целитель — он же травник, он же алхимик, да и в целом один из четверых, кто мог принимать роды. Об остальных его профессиях и говорить не стоило.

— Ох, спасибо большое, что согласился помочь, век обязан буду! — сразу накинулся с благодарностями отец появившегося на свет ребёнка. — Ну как он там? Что у него?.. — Мужчина замялся; было видно, что он сильно волнуется.

— Эх, — вздохнул целитель. — Ты же знаешь, что я не обладаю даром оценки, а значит, и взглянуть толком не могу — только общую информацию. А там и смотреть особо не на что. — Он тяжело вздохнул, вытирая пот со лба и присаживаясь на стул, любезно принесённый новоиспечённым папашей. — Но могу сказать как сведущий в целительстве: мальчишка у тебя родился крепкий, здоровый. — Целитель удовлетворённо покачал головой, ненадолго уйдя в свои мысли.

— А как там моя жена? — с явным волнением произнёс мужчина.

— Да нормально всё, жива‑здорова. Сейчас лежит вместе с ребёнком. Думаю, тебе стоит взглянуть на сына. Ну а мне уже пора. Если что случится — зови. — Целитель встал, забрал небольшой чемоданчик с инструментами и направился к двери, но на секунду остановился. — Надеюсь, на всеобщей оценке у твоего сына будет полезный талант, — сказал он, не оборачиваясь, после чего покинул дом своего давнего друга.

Мужчина, не теряя ни секунды, торопливо вошёл в комнату, где проходили роды. Он так спешил, что чуть не споткнулся на ровном месте и не покатился кубарем. Еле устояв на ногах, он выдохнул и перевёл взгляд на супругу и ребёнка, который тихо‑мирно посапывал у неё на руках. Сама женщина, наблюдавшая за влетевшим мужем, тихо хихикнула — насколько вообще позволяли её силы. Вымученный вид давал понять, что роды были не из лёгких. Но всё же она жива, и ребёнок жив — что в нынешних реалиях уже можно считать большой победой.

— Как он? — неторопливо подойдя, спросил новоиспечённый отец у супруги.

— Как‑как? Спит, не видишь, что ли? — С небольшим недовольством подняла взгляд на немного смутившегося мужа девушка.

— А, да, точно, прости. — Кое‑как выговорив это, он встал на колено и пододвинулся ближе, чтобы лучше разглядеть сына.

Младенец мирно спал на руках у матери, от чего выглядел ещё милее. Его черты не отличались от таковых у многих других младенцев: такие же пухлые щёчки, маленький носик, большие закрытые глаза, светлая кожа и небольшой пушок на голове, который уже вскоре станет полноценными волосами. Весь его вид вызывал умиление и умиротворённость.

— И как назовём его? — тихо, чтобы не разбудить чадо, спросила женщина у мужа.

— Артанис, — так же тихо произнёс мужчина. — Прямо как героя из той книги, ну, помнишь, которую всем в детстве читали… Эх, забыл название.

Не успела девушка ничего ответить, как в дверь постучали. По удивлённому взгляду мужа она поняла: гостей сегодня явно никто не ждал. Неужели как‑то прознали о родах и решили навестить?.. Хотя это и не удивительно: в общине жило где‑то полторы тысячи человек, соседи постоянно интересовались делами друг друга. Всё же общение между людьми — одно из немногих занятий, которое было у здешних в свободное от работы время.

Мгновенно встав, мужчина направился к двери, чтобы посмотреть, кто так неожиданно решил его навестить. Он быстро покинул комнату с женой и ребёнком, оставив девушку наедине со своими мыслями и спящим младенцем.

— Артанис… А звучит неплохо. Теперь это твоё имя, мой мальчик. — Она чуть сильнее прижала к себе ребёнка; тот недовольно поёрзал, но проснуться не решился.

Всего на миг, незаметный для человеческого глаза, будто бы сам мир услышал это имя и повторил его. Оно слышалось в каждом шорохе и скрипе, в каждом шаге, в каждом всплеске, в каждом треске; эхом отдавалось где‑то в закоулках сознания и вспыхнуло еле видимыми буквами у него над головой…

— Вот же шутники! Открываю я дверь, а там… — начал было мужчина с порога изъявлять своё недовольство, но осёкся, вспомнив, что ребёнок спит. — Никого там не было. Опять ребятня балует, — уже тише добавил он.

***

В это же время где‑то в неизвестном месте, заполненном по колено алой жидкостью, издалека напоминающей кровь, на коленях стоял человек. Точнее будет сказать, что он свисал: руки его были закованы в цепи, тянувшиеся вбок и вверх. Ноги были прибиты кольями, тело пронзало множество шипов — они проходили насквозь, создавая ощущение, что человек уже мёртв. Но внезапно его глаза раскрылись, и рот зашёлся в беззвучной тираде. С каждой секундой он всё больше напрягал голосовые связки, будто заново обучаясь разговаривать…

— А‑а‑а‑а‑а‑а‑а‑а‑а‑а! — раздался дикий крик. Взгляд его ударил куда‑то в пустоту, но одновременно будто бы на что‑то конкретное — то, чего здесь не было. — Я… Я чувс… Чувствую, — неспешно и с запинкой произнёс он, удивляясь звуку своего голоса. — Я чувствую твоё присутствие здесь!

В этот раз это был не спокойный, взволнованный голос, а яростный вопль, полный ярости и злобы. Глаза его всё так же смотрели в пустоту, на чём‑то концентрируясь.

— О, не ожидал, что ты ещё жив, Алькорн. Столько времени прошло, — насмешливо донеслось из пустоты. Спустя несколько секунд перед пленником появился высокий молодой человек с белоснежной кожей, светлыми волосами, доходящими почти до жидкости в этом месте, утончёнными, аристократичными чертами лица и голубыми глазами. — Мы уже начали делать ставки. Большинство ставило на твою скорую кончину, пёс. — Уже злобно донеслось до ушей пленника; после его грубо схватили за волосы и подняли голову вверх. — Как же давно я тебя не видел, пёс! Как же давно не смотрел тебе в глаза… А знаешь, это место тебе подходит. — Пришедший отпустил волосы Алькорна и обвёл место руками. — Кто‑то зовёт тебя Архиврагом, кто‑то страшится тебя, непослушных детей пугают тобой. Но знаешь, что я обо всём этом думаю? Что ты даже малейшего упоминания не достоин. Твоя судьба — сгнить здесь. — С несколько безумным выражением он продолжал свою речь.

— Да пошёл ты! — Нахмурился пленник и, с трудом подняв голову, хотел плюнуть тому в лицо. Но не хватило силы — плевок пришёлся на одежду нежеланного гостя.

Лицо последнего тут же перекосило от злобы. Он вновь схватил Алькорна за волосы, ударил кулаком по лицу, а потом с не меньшей злобой — в грудь, точнее в то место, что не было пронзено шипами. Он стал методично, с неописуемой злобой и явным удовольствием от своего превосходства избивать пленника. Однако на лице Алькорна не дрогнул ни один мускул — лишь в глазах теплился огонь ярости. Если бы этот огонь мог принять материальную форму, обидчика уже не было бы в живых. Но бессилие было его постоянным спутником… Он даже не помнил, сколько времени провёл в этом месте.

— Ты… Ты умрёшь здесь, как собака, как жалкая, безродная, обоссанная собака, слышишь меня, пёс?! — с явным безумием продолжал мучитель, чуть ли не смеясь тем самым безумным смехом. — Но ладно, — внезапно стал он серьёзным, — пора сделать то, за чем я здесь…

Пленитель достал из ниоткуда устройство, похожее на шприц, только куда больше. Не церемонясь, он воткнул его в шею Алькорна — тот лишь слегка поморщился. Тут же ёмкость начала наполняться кровью. Когда процедура была завершена, последний удар прилетел по лицу пленника.

— Не скучай без меня, пёс. Увидимся через… А, хрен тебе! Пусть, как всегда, будет сюрприз, — улыбнулся он своей самой милой улыбкой и покинул это странное место.

— Не волнуйся, мы увидимся быстрее, чем ты можешь себе представить, — проговорил в пустоту Алькорн, слегка улыбаясь...

Глава 2

Новый день начинался как обычно. Все торопились — работы было невпроворот. Рабочие направлялись на поля и к немногочисленным фермам, которых едва хватало, чтобы худо‑бедно обеспечивать общину продуктами животного происхождения: мясом, молоком и яйцами.

Для полного покрытия потребности в мясе существовали охотники — одна из двух групп, имевших право покидать поселение. Каждый день они проверяли ловушки, а раз в неделю (или около того) отправлялись на так называемую большую охоту. Это стало возможным лишь потому, что неподалёку от стен всегда собиралось много дичи. Местные учёные — если их вообще можно было так назвать — не могли объяснить этот феномен. Однако жители извлекали из ситуации выгоду: у них был бесперебойный источник мяса. И что самое главное — древние твари не приближались к стенам, словно на них действовал совершенно иной, противоположный животным эффект.

Второй группой были разведчики. Они уходили гораздо дальше охотников: их рейды проводились примерно раз в месяц и только полной группой из семи человек. Именно разведчики добывали древние знания и порой артефакты, покоящиеся в ещё не до конца разрушенных руинах былых времён. Однако возвращались они не всегда целыми: иногда люди погибали. Потери не были массовыми, но для небольшого поселения они оказывались ощутимыми.

Сегодня очередная группа разведчиков вернулась спустя пару недель после отбытия. И совпало так, что именно в этот день проводился обряд оценки: десятилетних детей проверяли с помощью древнего артефакта и определяли их дальнейшее будущее. При рождении тоже проводилась предварительная оценка, но она показывала немногое — лишь состояние новорождённого. Полноценная статистика формировалась только к десятилетию ребёнка — по крайней мере, так гласило руководство к артефакту, которое местные «учёные» кое‑как сумели разобрать.

— Внимание! — громко, чтобы все услышали, произнёс глава общины. Он и ещё несколько высокопоставленных лиц стояли возле плиты шириной в полметра и высотой в полтора метра. — Сегодня важный, даже очень важный день. Во‑первых, мы узнаем, куда в ближайшем будущем отправятся наши дети, и сможем распределить их по учителям. А во‑вторых… — он ненадолго замолчал и взглянул в сторону, откуда тут же вышел высокий крепкий мужчина с огромной блестящей лысиной, — вернулись наши разведчики — живые и невредимые. В этот раз нам всем действительно повезло!

Толпа взорвалась аплодисментами. То, что разведчики вернулись не просто без потерь, но даже без ранений, случалось крайне редко. Громче всех аплодировали те, чьи дети должны были пройти оценку, — в том числе Дарен и Ариана, родители Артаниса. Казалось, они аплодировали громче всех: при предварительной оценке им сообщили, что их сын не просто здоров, но и обладает талантом. Как именно это определялось — оставалось неясным, но именно такие слова они услышали в тот день...

***

— Я так волнуюсь, — нервно проговорила Ариана, переводя взгляд с шагающего из стороны в сторону мужа на спящего сына. — Не все дети рождаются здоровыми… — Она осеклась на полуслове. Ей хотелось верить в лучшее, и ничто не предвещало беды, но волнение всё же не отпускало.

— Не волнуйся ты так, — не менее нервно ответил Дарен. — Всё будет хорошо… Нет, всё будет отлично! — Он успокаивал скорее себя, чем жену.

Дверь их дома внезапно легонько скрипнула — на пороге появился мужчина средних лет в белоснежной рясе, какую носили здесь «учёные». Только они обладали способностью к оценке — или, точнее, все, кто обладал этой способностью, становились учёными.

Он слегка поклонился, вошёл в дом, пожал руку Дарену и мельком взглянул на цель своего визита. Не то чтобы учёные не любили оценивать новорождённых — просто в этом не было особого смысла, ведь состояние здоровья младенца могли определить и целители. Однако обеспокоенные родители неизменно стремились обратиться именно к ним, отвлекая от важных дел.

— Давайте поторопимся: вы у меня не единственные, нужно зайти ещё в два дома, — учёный жестом попросил женщину принести младенца. — Так, приступим, — сказал он, как только Артанис оказался у него на руках.

Глаза учёного вспыхнули голубым свечением — признак активации его способности. Он внимательно рассматривал младенца, время от времени кивая самому себе и порой удивлённо приподнимая бровь. Спустя минуту он вернул ребёнка матери.

— Что ж, могу сказать, что ваш малыш абсолютно здоров. Более того — такого я в своей практике ещё не встречал, — с явным удивлением произнёс учёный. — На мгновение я почувствовал в нём некую неведомую силу. Это явно очень талантливый мальчик, его будущее велико. Но не будем загадывать: ещё предстоит определить точные характеристики и способности — это куда важнее моих ощущений. А теперь — до свидания, — сказал он и, развернувшись, покинул дом новоиспечённых родителей...

***

С десяток детей собрались возле плиты с рунами и надписями на неизвестном языке. Многие из них волновались, кто‑то откровенно боялся результатов, и лишь двое сохраняли спокойствие и уверенность. Первым был Артанис, вторым — племянница главы общины. Детей выстроили в ряд, чтобы определить порядок прохождения оценки. Первым стоял невысокий, даже для своих лет, мальчик.

— Прошу первого кандидата на оценку, — глава общины движением руки пригласил мальчика подойти к плите.

Немного помешкав и осознав неизбежность происходящего, мальчик неторопливо, с явной робостью подошёл к артефакту и чуть дрожащей рукой приложил ладонь к поверхности.

Древние письмена засветились, и плита, ещё мгновение назад казавшаяся обычным камнем, обрела зеркальную поверхность. Непонятные символы начали сплетаться в читаемый текст:

Имя: Ной

Пол: мужской

Возраст: 10 лет

Характеристики:

- Сила: 0,17

- Ловкость: 0,22

- Выносливость: 0,19

- Живучесть: 0,19

- Интеллект: 0,53

- Мудрость: 0,33

- Сила воли: 0,12

- Харизма: 0,05

Способности:

- Оценка (₽#**%₽#)

- Гений (₽^√₽&÷∆")

Толпа вновь зааплодировала, особенно горячо — родители Ноя. «Оценка» и «Гениальность» означали, что в будущем мальчик сможет стать учёным — профессия престижная, наравне с лекарями и разведчиками, куда брали далеко не каждого.

— Отлично! Немногочисленных учёных ждёт пополнение — прекрасный результат. А теперь — следующий, — пригласил очередного ребёнка глава.

Второй была девочка по имени Майя. Она держалась чуть смелее Ноя, но волнение всё же не отпускало её. Не мешкая, как её предшественник, она быстро подошла, закрыла глаза и положила руку на артефакт. Произошло то же, что и с мальчиком: артефакт засветился, и на зеркальной поверхности появилась статистика девочки:

Имя: Майя

Пол: женский

Возраст: 10 лет

Характеристики:

- Сила: 0,15

- Ловкость: 0,37

- Выносливость: 0,25

- Живучесть: 0,13

- Интеллект: 0,21

- Мудрость: 0,19

- Сила воли: 0,15

- Харизма: 0,10

Способности:

- Маскировка (%₽#&»>#<>)

- Ускорение (₽»>&#_-"₽#)

Аплодисменты вновь зазвучали громко. Девочка открыла глаза и с недоумением уставилась на свою статистику. Шум одобрения немного приободрил её. Глава кивнул, и она тут же бросилась к родителям, которые обняли дочь — хотя радовались уже не так бурно.

— Что же, полезные навыки для охотников и разведчиков. Пусть между собой решат, кто возьмёт эту девочку. А теперь — следующий, — вновь махнул глава очередному ребёнку.

Очередь детей быстро таяла. У всех обнаруживались интересные навыки: у двух девочек — способности к целительству (что случалось крайне редко), у одного мальчика — навык земледелия, улучшавший урожай, и так далее. Независимо от результатов, все радовались — особенно родители.

Тем временем очередь подошла к Артанису — он был предпоследним. Мальчик взглянул на артефакт в неактивном состоянии, глубоко вздохнул и шагнул вперёд. Быстро осмотрев плиту, он без колебаний приложил руку, желая узнать, что ждёт его в ближайшем будущем…

Имя: Артанис

Пол: мужской

Возраст: 10 лет

Характеристики:

- Сила: 0,73

- Ловкость: 0,80

- Выносливость: 0,84

- Живучесть: 0,65

- Интеллект: 0,62

- Мудрость: 0,54

- Сила воли: 0,97

- Харизма: 0,44

С появлением каждой характеристики улыбка Артаниса становилась шире. Не зря он столько тренировался с дядей! За спиной нарастали аплодисменты: у него впервые за всё время оказалось три характеристики выше 0,8, и почти все — выше 0,5. Мальчик уже предвкушал навык, который позволит ему стать разведчиком: именно ради этого он упорно тренировался, готовясь вступить на опасный, но желанный многими путь. Даже если бы его отец — в прошлом разведчик, вынужденный уйти в земледельцы из‑за беременности жены — не поддерживал его, Артанис всё равно хотел ощутить дух приключений и увидеть мир за высокими стенами…

Способности: отсутствуют.

Улыбка мальчика мгновенно исчезла. Громкие до этого аплодисменты стихли. У многих от удивления широко раскрылись глаза, кто‑то начал перешёптываться. Даже родители Артаниса на миг оторопели.

— Интересно… — глава погладил густую бороду. — Такого ещё не было. Никогда не было: столь высокие характеристики — и при этом отсутствие способностей… Это всё усложняет, — с сожалением произнёс он. — Ну что же, остался последний. С тобой, юный Артанис, мы решим позже.

Но Артанис уже не обращал внимания ни на главу, ни на толпу. Он покорно отошёл в сторону, уступая место последней девочке — племяннице главы. Мысли мальчика путались, но главная мысль билась в голове: он подвёл не себя — он подвёл родителей, подвёл дядю, который столько времени потратил на тренировки… Скорее всего, при таком раскладе его отправят к фермерам — для этой работы особые способности не требовались.

Из омута мыслей его вырвала рука, лёгшая на плечо — знакомая по многочисленным тренировкам…

— Не расстраивайся, Арти, — ободрительно похлопал его по плечу тот самый лысый мужчина, один из разведчиков. — Ну и что, что у тебя нет способностей? Зато таких характеристик, как у тебя, ещё ни у кого здесь не было. Я уверен: глава и старейшины примут правильное решение…

Внезапно толпа взорвалась ещё более бурными аплодисментами, чем прежде. Все с восторгом и восхищением смотрели на племянницу главы — у неё обнаружились целых четыре способности!

Имя: Таллис

Пол: женский

Возраст: 10 лет

Характеристики:

- Сила: 0,43

- Ловкость: 0,66

- Выносливость: 0,53

- Живучесть: 0,48

- Интеллект: 0,42

- Мудрость: 0,24

- Сила воли: 0,75

- Харизма: 0,67

Способности:

- Гений (₽^√₽&÷∆")

- Лидер (»_'₽₽*@₽»)

- Великий оратор (₽@><#*"{%@)

- Управленец (₽##@*&&*_} %")

В этот раз люди, хоть и оставались удивлены, но уже с явным облегчением. Да, характеристики юной Таллис уступали Артанису, однако четыре способности с лихвой компенсировали этот недостаток.

Артанис, увидев результат, слабо улыбнулся — искренне порадовался за девочку.

— Спасибо, дядя, но всё же… Я подвёл вас, — с грустью в голосе проговорил мальчишка, не поворачивая головы и избегая взгляда мужчины.

— Ты никого не подвёл, — раздался голос сбоку.

Родители Артаниса спешили к сыну, но протиснуться сквозь толпу оказалось непросто. Первым заговорил отец:

— Вракс прав: твои характеристики невероятно высоки. Даже без способностей ты сможешь многого достичь, — подбадривал он мальчика.

— Именно, — подхватила Ариана. — Ну и что, что у тебя нет способностей? С такими характеристиками перед тобой открыто множество дорог — пусть даже не в разведчики…

Она всегда возражала против затеи мужа и брата — бывших разведчиков, которые мечтали сделать из сына такого же. За это ей не раз приходилось их одергивать, но тренировки продолжались: пламя рвения в мальчике не угасало.

— А вы довольны собой? — резко повернулась женщина к двум мужчинам. — Наобещали ему, что сделают разведчиком, а теперь вот что из этого вышло! Если бы не вы оба, мой сыночек сейчас бы так не убивался…

Женщина оттолкнула обоих и крепко прижала сына к себе. Лица мужчин окаменели, но они ни капли не жалели о тренировках. Вракс по‑прежнему собирался идти к главе общины — и по взгляду Дарена было ясно: тот его поддерживает.

Пока мужчины переглядывались, мальчик задыхался в материнских объятиях, но ничего не мог поделать: женщина не слушала его уговоров.

— Ну ладно, освободи племянника, а то ты его задушишь, — решился заметить разведчик.

В ответ он получил испепеляющий взгляд, однако хватка матери ослабла. Артанис рухнул на землю, жадно глотая воздух.

— И всё же я поговорю с главой. Отбирать у парня мечту — и у меня перспективного рекрута — только из‑за отсутствия способностей, да ещё и под давлением твоей чрезмерной заботы, я не собираюсь, — твёрдо заявил Вракс.

Женщина хотела возразить, но, взглянув на сына, заметила в его глазах огонёк надежды и решимости. Тяжело вздохнув, она медленно кивнула:

— Хорошо. Но если хоть волос упадёт с его головы, можешь даже не думать возвращаться обратно. Ты меня понял? — пригрозила она брату. — А тебя я просто из дома выгоню… к брату, — с той же интонацией добавила она, повернувшись к слабо улыбнувшемуся мужу.

— Хорошо, — синхронно подняли руки мужчины. Спорить было бесполезно — главное, что она согласилась хотя бы на такие условия.

***

Тем временем в неизвестном месте на коленях стоял мужчина, закованный в цепи и пронзённый шипами. Его белоснежные волосы ниспадали в кроваво‑красную жидкость. Взгляд был устремлён в пустоту, словно сознание находилось где‑то далеко, а здесь оставалась лишь безжизненная оболочка, обречённая на страдания. Лишь изредка на лице проступало выражение дискомфорта.

Он уже привык к этим условиям: боль давно ушла, оставив лишь фантомные отголоски и ощущение неудобства от вынужденной позы. Любое лишнее движение усиливало страдания — шипы торчали со всех сторон, и куда ни подайся, с одной стороны вонзишься глубже, с другой — чуть освободишься.

— Ещё немного, я чувствую, — беззвучно прошептал пленник одними губами.

— И не надейся, — внезапно раздался голос, заставив Алькорна вздрогнуть: он не ожидал посетителей так скоро.

Голос был хорошо знаком — некогда это был его лучший друг. Но если тот явился открыто, значит, от их дружбы действительно ничего не осталось.

— Я надеялся, что ты помнишь о нашей дружбе, Эликс, — тихо, с горечью произнёс Алькорн.

— Дружбу? — удивился собеседник. — Это после того, как ты чуть не прикончил меня?! — яростно продолжил он, приближаясь. — От нашей «дружбы» ничего не осталось ещё в тот момент!

Эликс подошёл вплотную, поднял голову пленника, чтобы заглянуть ему в глаза:

— Они были правы: ты действительно похож на пса. Хотя ты всегда им и был — нужно было осознать это раньше. Я был слеп… — Он отпустил голову и развернулся. — Надеюсь, ты будешь мучиться здесь ещё очень долго… Не скучай тут. Я ещё вернусь тебя навестить, «друг».

Он исчез так же внезапно, как появился, вновь оставив пленника наедине с мыслями. Короткий вздох разочарования вырвался из уст Алькорна — и тут же сменился усмешкой.

— Вот оно как… Глупо было ожидать чего‑то большего, — с трудом проговорил он, закрывая глаза.

— А ты думал, он тебя поймёт? — внезапно прозвучал ещё один знакомый голос — теперь уже в сознании Алькорна.

Этот голос он знал лучше любого другого.

— Учитель… — прошептал он в пустоту.

— Не трать силы на болтовню — они тебе ещё понадобятся, — прозвучал ответ с отцовской заботой. — Скоро всё закончится.

Дыхание пленника сбилось. Доселе спокойный, он поднял голову — в глазах вспыхнул огонёк надежды. Он воспрянул духом: учитель говорит, что скоро всё завершится…

— Но не обольщайся, — продолжил голос. — Не я буду твоим спасителем. Мне вообще не стоит говорить с тобой, но и бездействовать, пока ты терпишь эти страдания, я не могу. — В голосе слышались грусть и горечь. — Я не знаю, кто он, но сила его велика. Он ждёт… Чего — не ясно: он не поведал мне.

Голос оборвался так же внезапно, словно его и не было. Но каждое слово отпечаталось в разуме пленника. Он глубоко вздохнул — это причинило дискомфорт, но теперь это было неважно. Сегодня впервые за долгое время у него появилась надежда на завершение этого кошмара...