Обложка книги Эх, брат. Медсанбат.
Роман

Эх, брат. Медсанбат.

0.00 оценок 0 отзывов0+

История одной встречи, которая могла бы остаться незамеченной, но стала судьбой. Молодой лейтенант Петр Налымов, острослов и любимец столовой, попадает в медсанбат с банальным отравлением. Там его ждёт старший сержант Вера — та самая «толстушка Верочка», над которой он привык подшучивать.

Тошнота отступила куда-то на дальний план, вытесненная другим, более сильным чувством.

О книге

История одной встречи, которая могла бы остаться незамеченной, но стала судьбой. Молодой лейтенант Петр Налымов, острослов и любимец столовой, попадает в медсанбат с банальным отравлением. Там его ждёт старший сержант Вера — та самая «толстушка Верочка», над которой он привык подшучивать. Но война и болезнь расставляют иные акценты: беспомощный, раздетый, униженный физиологией, Петр впервые видит в ней женщину. А Вера, проводя процедуру промывания, неспешно и властно возвращает ему жизнь — и заодно открывает дверь в другую реальность, где стыд оборачивается нежностью, а насмешка — обещанием. Тонкая, чувственная новелла о том, как за один час можно потерять себя прежнего и обрести себя настоящего. Рассказ посвящается Дню Защитника Отечества — всем, кто прошел через войну и через любовь, не растеряв главного.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1ПрологРовно в три четырнадцать ночи городская тишина лопнула, как перетянутая струна. Проснулся он не от боли — от воспоминания о боли, которое оказалось хуже самой боли.Спазм, скрутивший живот, был не физическим, а мышечной памятью, слепком давних страданий, отлитым где-то в подреберье двадцать лет назад.Встал, прошлепал босыми ногами по холодному полу. Кухня, подсвеченная уличным фонарем, показалась операционной — все эти белые кафельные поверхности, блеск никелированного крана. Налил воды в стакан, но пить не стал. Смотрел на свои руки, лежащие на столешнице, и видел другие руки — крепкие, с коротко остриженными ногтями, пахнущие хозяйственным мылом и почему-то яблоками.Тогда, в медсанбате, вода тоже была холодной. А руки у нее — горячими.ОчищениеСквозь мутную пелену тошноты пробивалось одно отчётливое знание: позорище. Позорище вселенское, невыносимое, хуже чем под трибунал. …

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.