Его прозвали Сильнейшим

Пролог

По лесу проносились тени. Отряд идущих быстро продвигался вперед, пока перед воинами не показалась крепость. Идущие не остановились даже на секунду и мгновенно оказались на стенах.

– Беш его дери, почему нет дозорных? – недовольно проговорил один из воинов, оглядываясь по сторонам.

– Плевать, идем вперед, – сказал старший отряда. – Всем быть наготове.

Каждый воин был мечником. Внутри донжона их уже дожидались: отряд из тридцати огромных мужчин, чьи мышцы бугрились на телах, уже стоял там.

– Явились, мечники.

– Ждали нас? – спросил старший отряда мечников.

– Ха-ха, Школа Полного Разрушения никогда не бежит от битвы. И здесь вас легче будет убить, – усмехнулся защитник крепости и вместе со своими товарищами бросился вперед.

Мечи попадали по бойцам Полного Разрушения, но оставляли только неглубокие раны, которые враги просто игнорировали. В Полном Разрушении учились члены клана Дано, известные за свои крепкие и сильные тела.

Кулаки дановцев вминали нагрудники из Готана и ломали ребра в грудных клетках. В стенах крепости и на близкой дистанции бойцы Полного Разрушения чувствовали себя отлично.

– Пять-два! – прокричал старший мечник, и его товарищи встали в защитное построение.

В ответ бойцы Полного Разрушения отскочили и одновременно ударили в ладони. Ударная волна прокатилась вперед, отражаясь от стен и ломая их. Поднялась пыль, и из пылевой завесы вылетело энергетическое лезвие. Оно попало в старшего из Полного Разрушения, оставляя на его теле рану от плеча и до ноги.

– Сучара, – прорычал он. По телу пробежали черные молнии, а глаза стали красными. Клан Дано был известен не только за силу, но и за свою ярость.

В боевом безумии бойцы Полного Разрушения набросились на мечников. И когда две стороны окончательно схлестнулись, уничтожая друг друга, с неба упал железный шар.

Прошла секунда, и из шара повалил густой дым. Поле боя заволок ядовитый газ, и бойцы – что Сизого Камня, что Полного Разрушения – стали падать замертво.

Когда дым рассеялся, к полю боя подошел человек. Его тело ничуть не уступало телам клана Дано, голова была полностью лысой, кроме бороды, похожей на лезвие топора. В руке человек держал меч, покрытый пульсирующей красной жижей. Клинок опускался, чтобы добить выживших, которые лежали без сознания. Стоило красной жиже соприкоснуться с телом, как она начинала жадно пожирать раненого бойца.

– Ты. Я знаю тебя, – сказал старший из Полного Разрушения, единственный оставшийся на ногах. – Золотой Лев. Здесь бойцы твоей школы.

– На войне не обойтись без жертв, – усмехнулся мечник. – А тебе пора умирать.

Черные молнии вновь окутали тело бойца Полного Разрушения. В этот раз они стали еще толще, и вмиг враг оказался перед Золотым Львом. Но мечник только поцарапал врага, уйдя в сторону – этого было достаточно.

– Ты! – прокричал боец Полного Разрушения, повернувшись на месте. Красная жижа пожирала его тело, оставляя в нем огромную дыру. Боец не чувствовал боли. Он попытался броситься на Золотого Льва, но не смог: когда красная жижа добралась до позвоночника, ноги отказали.

Золотой Лев закончил свое дело и спокойно убрал клинок в ножны, не обращая внимания на проклятия заживо пожираемого врага. Только когда красная жижа добралась до сердца, боец Полного Разрушения затих.

Глава 1. Лень

К красным воротам школы тянулись сотни запряженных повозок. В этот день торговцы съезжались в Рантар из окрестностей, чтобы предложить свой товар ученикам школы. Кто-то терпеливо ждал за воротами, а кто-то заплатил достаточно, чтобы получить контракт на поставки. Но даже за воротами нельзя было просто встать. Мест для торговцев было ровно семь сотен: каждое уже выкупили, ведь любой торговец знал – с пустыми руками он не уедет.

Воздух прорезал глубокий рев труб. Торговцы задрали головы и увидели огненного дракона, летящего в небо. Начался праздник, ради которого все сегодня собрались – Битва Предков.

– Старшой, а мы битву увидим?

На телеге сидели двое – старший торговец и молодой, который приехал на праздник впервые. Они въехали в ворота после того, как все вещи дотошно проверили.

– Нет, конечно! – шепнул в ответ старший торговец. – Мы – не рантарцы! Сиди и помалкивай.

Торговцы не могли ничего увидеть. Зато они могли услышать толчки, сотрясающие землю, ведь под их ногами, на подземной арене Рантара ученики школы самозабвенно избивали друг друга.

– Ну и крепкая же эта арена, Агор, каждый раз удивляюсь. Есть у меня один анекдот…

– Избавь меня от своих анекдотов хотя бы сегодня, Фердинанд.

Мимо прошла стайка учениц. Стоило им увидеть улыбку Фердинанда, как одна девушка покраснела, а две другие стали в красках рассказывать о том, что из себя представляет лучший ученик Рантара.

Повеса, бабник, лентяй, транжира. Фердинанда называли по-разному, но его лазурные глаза продолжали сводить женщин с ума. Видя это, Агор цыкнул. Вместе с Фердинандом они были, как восточные инь и ян: Фердинанд с его лазурными глазами и темными, почти черными волосами, и кареглазый Агор с его совершенно белыми волосами.

– Говорят, она здесь до Рантара была. Наследие древности, – сказал подошедший мужчина.

– А, Эзарх. Давно не виделись, – широко улыбнулся Фердинанд. – Драться не будешь?

– Я с головой ушел в ритуалы, – пожал плечами Эзарх, который был на восемь лет младше двух других.

На арене сражались Эксперты – средние по силе бойцы в Рантаре. На Битву Предков не пускали каждого, ты должен был проучиться в Рантаре не один год и достигнуть хотя бы ранга Чемпиона, идущего перед Экспертом.

За боями наблюдали с трибун. На них тоже не пускали всех, поэтому бои слабых учеников никого особо не интересовали. Зрители ждали серьезных поединков – и вскоре на арену стали выходить сильные бойцы.

Когда бой заканчивался, человек на центральной трибуне протягивал руку вперед и показывал большой палец вверх. Здесь никого не казнили, это было лишь традицией давнего прошлого. А «решал» судьбу проигравшего сам глава школы – Кордо Подпирающий Небо.

Разместившись на трибуне, Фердинанд тоже наблюдал за боями. Ему они были неинтересны, поэтому лучший ученик Рантара украдкой поглядывал на центральную трибуну. Там, кроме главы школы, сидели и старейшины. Именно они руководили Рантаром, а не Кордо.

– Фердинанд и Валессиана!

С улыбкой Фердинанд поднялся со своего места и спустился на арену. С другой стороны показалась Валессиана – девушка с длинными волосами цвета золота. На фоне мускулистого и высокого Фердинанда она не казалась серьезной соперницей, но Валессиану недооценивать не стоило.

– Начинайте, – негромко проговорил Кордо, глава школы, когда на обоих бойцов закончили ставить ограничивающие ярь печати.

Ярь – это энергия, что течет в каждом живом существе. Чтобы стать идущим по пути боевых искусств, нужно начать собирать ярь в себе. Внутренняя энергия делает тебя сильнее, быстрее, крепче, даже твой разум делает шаг вперед. Спустя всего три года тренировок ученик известной школы превзойдет любого человека без яри, даже самого умелого. А на уровне яри, как у Фердинанда, проводить тренировочный бой без ограничений попросту опасно, ведь можно случайно убить зрителей и разрушить арену.

Фердинанд был Мастером – и он далеко шагнул за пределы человеческого развития.

– Я не буду тебе поддаваться, Ферди, – сказала Валессиана, разминая кулаки.

– Что насчет свидания после?

Вместо ответа Валессиана шагнула вперед и моментально оказалась перед Фердинандом. Ее кулак был быстрым, но так же быстро Фердинанд сбил удар в сторону.

Арена гудела от двух бойцов, которые двигались и обменивались ударами на огромной скорости. Когда кто-то бил кулаком, получался громкий хлопок, и за секунду таких ударов могло быть двадцать. Зрители наблюдали за этим, затаив дыхание. Даже с десятой частью яри Фердинанд и Валессиана были слишком быстрыми, половина зрителей не могла разглядеть их движения. И ни один из двух бойцов пока не применил никакой прием.

Ладонь Фердинанда сжалась на руке Валессианы. Он поймал ее, но кожа девушки в месте захвата превратилась в острую чешую – и Фердинанду пришлось одернуть руку.

– Неплохой прием!

– Я только начинаю! – ответила Валессиана.

Девушка ускорилась. Она оказывалась то слева, то справа, и каждый ее удар порождал белый огонь. За пару секунд арену заволок огненный шторм, и некоторые зрители отшатнулись назад.

Тогда Фердинанд ударил ладонью об ладонь. Хлопок в мгновение сдул весь огонь – прямо на центральную трибуну. Разумеется, пламя никому не повредило: кто-то из старейшин щелкнул пальцами, и огонь исчез.

– Моя очередь, – сказал Фердинанд, оттягивая кулак назад. Это был идеальный удар, все тело работало на него, каждый мускул и каждая частичка яри в теле. Его прозвали Императорским Ударом – за потрясающую мощь, способную уничтожать любого. Минус был всего один: долгая подготовка. Но это не проблема, если ты тренировал удар почти всю свою жизнь.

Валессиана не успевала уклониться. Вместо этого она подняла руки, чтобы принять удар, и тогда раздался голос старика:

– Достаточно.

Фердинанд остановил кулак в сантиметрах от рук Валессианы. С ее силой она могла защититься, но это бы стоило ей поломанных костей – старейшины решили не доходить до крайностей.

Бой остановил Хонэль – тот, в чьем имени пламя. Среди старейшин он был первым среди равных, самым старым и самым хитрым. Его Фердинанд не любил больше прочих.

Глава школы протянул руку и показал большой палец. Это была победа Фердинанда, которая подтвердила его звание лучшего ученика Рантара. Но на этом все не закончилось.

– Ты применил прием другой школы, – прошипел старейшина Дораксус, уже пожилой мужчина с хитрым взглядом.

– А это запрещено? – улыбнулся Фердинанд.

– Это Битва Предков! – прошипел Дораксус.

Он всегда общался так – шипя как змея. Битва Предков должна была славить предков Рантара, и все ученики негласно применяли только приемы Рантара. Впрочем, других здесь и не учили – зачем, если родная школа превосходит всех?

– Заимствовать знания и техники никогда не было позором для нашей школы, – ответил Фердинанд, пожав плечами. – Да и это всего лишь Громовой Хлопок. Я бы легко обошелся без него, но этот неказистый прием неплохо подошел к ситуации.

Дораксус не стал ничего говорить. Он просто уселся обратно, а вместо него высказалась Мильда Орлиный Коготь – еще одна старейшина.

– Ты не получишь награду за победу, Фердинанд. Подумай о своем поведении.

В ответ Фердинанд просто пожал плечами и отправился на трибуны.

Зрители переглядывались. Окончание Битвы Предков получилось смазанным, когда вдруг объявили еще один бой:

– Агор и Барсей!

Трибуны зашумели. Фердинанд, который хотел сразу уйти, остался посмотреть, ведь сражались его друг и его родной брат.

Агор дрался голыми руками, как и большинство рантарцев. Барсей достал меч.

– Грирро!

Молния окутала клинок Барсея, делая оружие в разы опаснее. Но победить у брата Фердинанда не вышло. Агор был слишком хорош, и его победе радовались все. После представления Фердинанда победа рантарца, что следует старым традициям, принималась куда теплее.

– Поздравляю с победой в Битве Предков, – усмехнулся Фердинанд, стоило другу вернуться на трибуны.

– Все мы знаем, какой бой был главным, – хмыкнул Агор. – Твой брат хорошо сражался.

– Да, я видел, – кивнул Фердинанд.

Битва Предков завершилась, и рантарцы уходили с арены, чтобы весело провести праздник. Многие шли к торговцам, которые уже заждались учеников школы.

– Ты видел лица старейшин? Это было незабываемо, ха-ха-ха! – рассмеялся Фердинанд. – Не смогли стерпеть, что я сдул огонь в них.

– Это было грубо, Ферд, – цыкнул Агор. – Зачем ты их провоцируешь? Старейшины никуда не денутся, только проблемы себе создаешь. Остался без награды.

– Да ну ее к бешам. А старейшины да, никуда не денутся. И меня, и тебя пересидят, Агор. Они уже давно вросли в Рантар.

– Потише хоть.

Навстречу вышел молодой на вид парень с мечом в ножнах. Это был Барсей, который сразился с Агором в последнем поединке.

– Брат, – кивнул Барсей Фердинанду.

– Барсей, отлично сражался! Продолжай в том же духе.

– Так и сделаю, – ответил Барсей. Взгляды братьев встретились, и Фердинанд с Барсеем одновременно кивнули.

Они редко разговаривали. За последние семь лет это были только короткие фразы при встрече друг с другом. Кто-то думал, что Фердинанд, став лучшим учеником Рантара, перестал общаться со своим братом. А кто-то думал, что наоборот Барсей прекратил общаться с братом из-за комплекса неполноценности. Пусть Барсей и был неплох, до Фердинанда ему было далеко.

– Зря он стал мечником. Стал бы рукопашником, как мы, смог бы добиться большего, – сказал Агор, когда они разошлись с Барсеем в разные стороны. – Ну, это твой брат. Видимо, у вас в роду тяга привлекать к себе внимание.

– Нет, – улыбнулся Фердинанд. – Он стал мечником не для того, чтобы выделиться.

– А зачем тогда?

– Потому что он в моей тени. Барсей признает мой талант и понимает, что не обгонит меня в битве на кулаках, поэтому выбрал другой, подходящий ему путь. Он еще не раскрыл свой талант полностью, Агор. Но как много учеников с Волей Грома в нашей школе, а?

– Он владеет Волей Грома?!

– Ага, но развить не успел.

Агор обернулся и посмотрел Барсею вслед. Они сражались в Битве Предков – почти без яри и без Воли. Но примени Барсей Волю Грома, Агор мог бы и не справиться.

– Кстати, слышал о Сизом Льве? Говорят, он разгромил передовой отряд Полного Разрушения и хочет бросить вызов кому-то из Четырех Священных Зверей.

– Серьезно? – удивился Фердинанд. – А он не промах, ха. Может, предать Рантар и пойти в Сизый Камень?

– Что?..

– Купился? Ха, да шучу я! Нужно что-то посущественнее для предательства… Ты совсем не понимаешь шуток, Агор.

На самом выходе с подземного уровня дожидался старейшина Зор. Из всех старейшин Фердинанд считал его самым нормальным и не таким раздражающим, как остальных. И все же Зор оставался старейшиной.

Ученики глубоко кланялись, встречаясь с ним, и обходили ближе к стенам, будто обтекая старейшину с двух сторон. Когда Фердинанд коротко кивнул Зору, тот сказал:

– Прекрати этим заниматься. Ты – лучший ученик Рантара. И если хочешь и дальше идти по пути боевых искусств, то должен начать заниматься, а не растрачивать свое время зря. Продолжи тренировки, извинись перед старейшинами за все свои прегрешения, и тогда ты сможешь обучиться секретным техникам Рантара. Тебя ждет светлое будущее, Фердинанд, не закапывай его. Глупая вражда со старейшинами не принесет тебе ничего.

– Разве ученик может враждовать с уважаемыми старейшинами? – деланно удивился Фердинанд. – Ученик услышал ваши наставления, старейшина Зор! Конечно, я продолжу тренировки… Когда почувствую, что готов. А теперь позвольте мне уйти, я устал после Битвы Предков.

– Глупец.

Старейшины действовали, как единое целое. Фердинанд давно это понял и не выделял никого из них. Да, Зор относился к нему лучше всего, но лучший ученик Рантара давно перестал верить в искренность старейшин.

– Ферд, так же нельзя, – сказал Агор, когда они отошли на порядочное расстояние. – Ты и правда останешься без секретных техник. Слышал, старейшины хотят передать Технику Глиняных Перчаток Валессиане, а не тебе.

– О, и правильно сделают, – кивнул Фердинанд.

– Ферд, она сильная, но до тебя ей далеко!

– Ну смотри, если я такой сильный, то Глиняные Перчатки уравняют шансы, а? – усмехнулся Фердинанд. – Ты недооцениваешь ее, Агор. Смотри.

Ярь окутала руку, и на ней появился круглый островок, который энергия обходила стороной. На этом островке быстро проявился символ, и удивленный Агор воскликнул:

– Печать!

– Ага, в бою она успела повесить на меня печать, отрезав десятую часть яри. И так она пыталась сделать еще дважды. Не стоит недооценивать золотую сестренку, – сказал Фердинанд, и печать на руке сгорела под напором яри.

– Она бы ударила тебя за такое обращение, – хмыкнул Агор.

– Лучше Золотая Стерва, как другие втихаря называют?

– Ха-ха, если жить надоело! Но Ферд, начни хотя бы ходить на тренировки.

В ответ Фердинанд усмехнулся и сказал:

– В деревне больше всех пахала лошадь, но старостой она так и не стала.

Агор ушел по своим делам, Фердинанд тоже. У ворот он купил дорогого вина и красивых украшений, которые быстро нашел кому подарить. Следующие три часа ученики Рантара видели Фердинанда то тут, то там. Он пил, развлекался с дамами и веселился от души. Вокруг лучшего ученика Рантара собралась огромная толпа рантарцев. Никто не умел развлекаться так, как Фердинанд. Но ученики так делали только на праздники, а Фердинанд – каждый день.

– Всем пока! Надо выспаться, завтра продолжим! – объявил лучший ученик Рантара, когда веселье уже почти испарилось. В любой попойке главное найти подходящий момент для того, чтобы уйти.

Фердинанд вошел в свои покои – огромное двухэтажное здание, в котором жил только он. Как-никак, лучшему ученику Рантара полагалось всё самое лучшее. Фердинанд закрыл дверь и прислушался: слуг в покоях не было.

– Пора браться за дело.

В покоях, помимо огромной спальни, собственной кухни, места для медитации, оранжереи, купальни и склада, был и тренировочный зал. Туда, как считали слуги, Фердинанд не заходил больше года. Но это было обманом.

В спальне Фердинанд взял с полок два десятка книг и вместе с ними пошел в тренировочный зал. Там лучший ученик Рантара достал из тайника снаряжение, покрытое рантарскими печатями. Оно умело сковывать ярь, не давая пользоваться всей силой – так же, как и во время Битвы Предков. Изготовить такое снаряжение сам Фердинанд не мог. Поэтому у него был сообщник – Эзарх, один из лучших ритуалистов среди учеников. И только он знал, что Фердинанд по-прежнему тренируется.

– Старейшины, традиции. К бешам все это. Если я буду идти, как все, то и приду туда, куда и все.

Императорский Удар был лучшим приемом Фердинанда. Его знал почти любой сильный идущий, но отработать до такой степени мало кто мог. Вместе с Восьмью Шагами Предков, техникой передвижения, Императорский Удар был в основе боевой стратегии Фердинанда – и об этом знал каждый ученик.

Но только отрабатывая Императорский Удар снова и снова лучший ученик Рантара мог оставаться на вершине. Вместе с ним Фердинанд отрабатывал и другие приемы, которые другие ученики никогда не видели. Одного Императорского Удара было недостаточно, нужны были приемы-связки, чтобы заполнить пустоты между мощными ударами. И Фердинанд их жадно искал, подсматривая у врагов и проверяя книгу за книгой.

Техники, стойки, Оздоровительные Движения – лучший ученик Рантара повторял всё, ставшее привычным и родным. Пока он тренировался, перед ним висели книги. Не только боевые искусства: книги были разные, от медицины и до истории. Только когда наступило утро, Фердинанд закончил тренироваться. Нужно было успеть убрать все следы тренировок: слуги точно работали на старейшин.

Глава 2. Дружба

Раздался стук, Фердинанд неторопливо подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял Эзарх.

– Привет. Старейшины собирают опытных учеников для Ритуала Истины.

– А я сильно нужен? – зевая, спросил Фердинанд.

– Барсей идет.

– Тогда посплю.

Эзарх знал о тренировках Фердинанда. Знал и о взаимоотношениях братьев. Фердинанд старался незаметно давать возможность брату отличиться. Ритуал Истины проводили каждый год, ничего сложного в нем не было, особенно для не-ритуалиста. Если бы туда пришел Фердинанд, он стал бы самым заметным учеником. А так у Барсея появлялся шанс показать себя.

Немногим позже пришли слуги. Когда спустя полчаса Фердинанд выставил их за дверь, то снова принялся тренироваться. Но не прошло и часа, как раздался настойчивый и громкий стук. Эзарх и слуги так не стучались, Агор тоже. Стук раздался снова, и теперь Фердинанд услышал в нем спешку и панику.

– Что случилось? – спросил хозяин дома, открывая дверь.

– Старший ученик Фердинанд! Во время Ритуала Истины что-то произошло! – почти прокричал ученик из той толпы, с которой Фердинанд вчера пил.

Лучший ученик Рантара исчез, будто его и не было. Шаги Предков несли Фердинанда к месту ритуала, оставив Рантар позади. Воля Тела пробудилась, мужчина стал еще быстрее, и уже через минуту он стоял на месте ритуала.

– Какого хрена?

Половина ритуалистов лежала на земле. Кто-то умер, кого-то серьезно ранило. Ученики не-ритуалисты были сплошь покрыты ранами. Что-то произошло, и Ритуал Истины не мог сотворить с учениками такое.

– Эзарх!

Фердинанд подскочил к товарищу. Эзарху здорово досталось – казалось, что он постарел лет на десять.

– Эти идиоты изменили формулу, – прохрипел ритуалист. – Они провели Ритуал Сумрачной Истины.

– Он запрещен! – рявкнул Фердинанд. – Где Барсей?

– Барсей… Попытался прервать ритуал. У него получилось, но…

Внутри Фердинанда все похолодело.

– Эзарх…

– Он погиб, Фердинанд.

Слова огрели, будто молотом. Фердинанд отшатнулся на шаг и неверяще посмотрел на Эзарха.

– Это невозможно. Барсей не мог умереть. Это неправда.

– Фердинанд, я видел, как он вошел в структуру ритуала, – сказал Эзарх, выжимая из своего уставшего голоса всю твердость, которую только мог.

Руки Фердинанда тряслись. И отец, и мать погибли в детстве, единственным родным человеком был Барсей. «Это невозможно. Брат не мог умереть, он Мастер!», – думал Фердинанд, пытаясь прийти в себя.

Эзарх попытался что-то сказать и не успел. Лучший ученик Рантара бросился к месту ритуала, отпихивая ритуалистов в стороны.

– Где мой брат?!

В самом центре когда-то плоского места ритуала теперь зияло ущелье. На дне клубился синий дым, и Фердинанд без раздумий прыгнул туда.

Остатки неудачного ритуала были опасными, они легко могли убить сильного идущего. Кулак Фердинанда в полете оттянулся назад, и ближе ко дну Императорский Удар обрушился на синий дым. Вмиг остатки энергии рассеялись, обнажая дно.

И в ущелье не нашлось тела Барсея.

Фердинанд просто остановился. Простояв с минуту, он упал на колени и заревел, уткнувшись лицом в ладони, а ритуалисты спешно установили барьерную иллюзию. Никто не должен был видеть лучшего ученика Рантара слабым.

Из ущелья Фердинанд выпрыгнул только через час. Все уже разошлись, кроме Эзарха. Ритуалист сидел и дожидался Фердинанда.

– Почему?

– Я не знаю, – покачал головой Эзарх. – Ритуал Сумрачной Истины запрещен, ты знаешь. Меня никто в известность не поставил.

– Ясно.

Эзарх никогда не видел Фердинанда таким. На лице лучшего ученика Рантара застыла холодная решимость и едва сдерживаемая ярость.

Ответить могли только старейшины, которые все и затеяли. И Фердинанд направился прямо к ним.

Зал старейшин скрывался за красной шторой. Разумеется, здесь стояла охрана, и Фердинанд громко, так, чтобы его услышали и старейшины, проговорил:

– Я желаю встретиться с советом!

– Ждите вашего часа, – невозмутимо ответил охранник.

Ярь стала собираться в руке, а охрана взяла оружие наизготовку. Если старейшины не собирались видеться с ним, Фердинанд был готов пойти напролом.

– Пусть войдет, – послышался голос старейшины Хонэля.

Фердинанд уже бывал здесь. В зале совета, как и всегда, горел тусклый свет. По кругу стояли дубовые кресла, обитые красным бархатом: стоило зайти, как ты оказывался в окружении старейшин.

– Зачем ты здесь? – прошипел старейшина Дораксус.

– Вы это прекрасно знаете, – ответил Фердинанд с горькой усмешкой. – Зачем был проведен запрещенный Ритуал Сумрачной Истины?

– Ты всего лишь ученик, пусть и лучший. Тебя это не касается.

– Мой брат погиб, спасая остальных! – рявкнул Фердинанд.

Раздался тихий смешок.

– Исполни ты свой долг, ученик, будь ты на месте ритуала – твоему брату не пришлось бы жертвовать жизнью, – сказала Мильда Орлиный Коготь. – Это твоя вина, ученик. Его смерть лежит на твоих плечах. Тебе стоило вести себя примерно, исполнять свой долг, тренироваться и высказывать уважение к старейшинам. Это послужит для тебя хорошим уроком.

От слов старейшины Фердинанд потерял дар речи. Сердце бешено стучало, но ученик не мог выдавить из себя ни слова. Смерть брата перекладывали на него, как будто не было ни запрещенного ритуала, ни его провала. Жертва Барсея растворилась, он будто и не спасал никого – всего лишь удобная для старейшин смерть.

– Он был Мастером! – наконец, выкрикнул Фердинанд.

– Дисциплина важнее, чем жизнь одного Мастера, – сказал старейшина Хонэль, и другие старейшины кивнули. Замешкался всего один – Зор, но и он сделал то же, что и прочие.

– Мы не подстраивали убийство, ученик, – прошипел Дораксус. – Он не должен был умереть, это случайность.

– Но она могла не произойти, веди ты себя примерно, – добавила Мильда.

Фердинанд закипал от гнева. Но что он мог сделать? Старейшины были не просто влиятельными рантарцами, их сила находилась на пике Рантара. Какой-то Мастер не смог бы справиться даже с одним старейшиной, что уж говорить обо всем совете.

Вместо слов Фердинанд развернулся и вышел. Он шел по коридорам школы, глядя себе под ноги, пока не столкнулся с Агором.

– Ферд! Я слышал, что случилось, ты как?

– А ты как думаешь? – спросил Фердинанд, поднимая голову. От взгляда друга Агор отшатнулся назад.

– Этот ритуал…

– Старейшины не стали объяснять какому-то ученику, зачем они это сделали. А еще добавили, что смерть Барсея – урок для меня. Мол, будь я там, веди себя примерно – ничего бы не случилось.

– Ферд, это же не одна из твоих шуток? – нерешительно спросил Агор.

– Если бы, – сказал Фердинанд и быстрым шагом направился в свой дом.

Внутри копошились слуги. Кто-то накрыл стол, кто-то убирался. Стоило Фердинанду войти, как он сразу рявкнул:

– Все вон!

И слуги поспешно убежали.

Гнев никуда не делся и продолжал расти. Фердинанд просто лег на пол, пытаясь совладать с собой. Ничего не выходило. С гневом в сторону старейшин можно было справиться, с гневом в сторону себя – нет. Собственное бессилие приводило Фердинанда в отчаяние, заставляло чувствовать себя никем. И от этого становилось только хуже с каждой минутой.

– Это было решение Барсея.

Единственная здравая мысль появилась только через четыре часа. Барсей погиб, спасая остальных, но он решил так сделать сам, хотя мог отстояться в стороне. Но что, если он пошел на это, чтобы отличиться на фоне брата-лентяя? Мысли жгли каленым железом, загоняя Фердинанда в западню старейшин.

Ритуал Сумрачной Истины запретили проводить больше двух сотен лет назад. Его переработали и упростили: так появился Ритуал Истины. Каждая попытка провести Ритуал Сумрачной Истины оканчивалась смертями, прикоснуться к скрытым знаниям мира всегда было рискованным шагом. Старейшины пошли на это, даже не рассказав всем участникам ритуала. Не знал не только Барсей, но и Эзарх.

– Даже так они были вправе это сделать, – вздохнул Фердинанд.

Смерть Барсея не была их виной. Фердинанд четко различал то, за что ненавидеть старейшин. Вместо того чтобы признать ошибку или хотя бы выставить все, как несчастный случай, заодно объявив Барсея героем, старейшины возложили вину за смерть брата на Фердинанда. Они ошиблись, потеряв Мастера, и решили, что это отличный повод поставить на место лучшего ученика.

Фердинанд не мог им этого простить.

***

В два часа следующего дня прошли похороны. Погиб не только Барсей – два других бойца и три ритуалиста стали ценой ошибки старейшин. Но лишь в одну могилу не положили тело: Ритуал Сумрачной Истины не оставил от Барсея ничего.

Магией Земли могильную землю уплотнили, чтобы сразу установить надгробия. Фердинанд молчал, глядя на каменную плиту с именем «Барсей». Брат был Мастером – и погиб за мгновение, не дождавшись помощи.

– Прости, Фердинанд, – сказал Эзарх, который еще с трудом ходил.

– Ты не виноват.

Фердинанд развернулся и столкнулся взглядом с Валессианой. Златовласая красавица Рантара молча смотрела на него. В какой-то момент Валессиана слегка подняла руку, будто собираясь что-то сказать, но не сделала этого, и Фердинанд прошел мимо.

– Что теперь? – спросил Агор.

– Увидимся в полночь у трех деревьев.

Удивленному Агору оставалось только кивнуть.

Со смертью Барсея у Фердинанда не осталось причин быть рантарцем. Он презирал школу, презирал ее верхушку и строй. Рантар казался ему прогнившим настолько, что легче было основать свою школу, чем перестраивать порядки.

Дома Фердинанд собрал вещи. Лучший ученик Рантара – это не шутки, за несколько лет в этом звании удалось накопить немало полезных вещиц. С собой Фердинанд взял гибкую рубаху из протянутого шелка огромных пауков – почти невесомая одежда с отличной защитой на уровне Готана. Взял с собой и перчатки из шкуры ошэтэга, северного зверя, ну и, конечно, внушительный мешок аркюса – универсальной валюты идущего. В оружии Фердинанд не нуждался, книги он давно прочитал. Лучше было уходить налегке.

Ночью Фердинанд легко ускользнул из школы. Кто вообще рискнул бы остановить лучшего ученика Рантара? В двадцати километрах от школы было особое место: три высоких сосны, что росли друг к другу под наклоном, встречаясь макушками в верхней точке. Здесь и было особое место встречи Фердинанда и Агора.

Друг стоял, прислонившись спиной к одной из сосен. Стоило Фердинанду подойти, как Агор вышел из тени и спросил:

– Ты уверен?

– Да, Агор. Я ухожу из школы. Сбегаю, если точнее, – усмехнулся Фердинанд. – Приходит надсмотрщик и говорит: «Арестант, к начальнику тюрьмы, быстро», а тот ему: «Скажи, что зайду, как освобожусь».

Агор усмехнулся.

– Неплохо. Думаю, переубеждать тебя бесполезно. Они так отнеслись к смерти твоего брата…

– Да. Убеждать пойти со мной не буду, это меня ничего не связывает со школой, а не тебя. Прощай, Агор… Нет, не так. Прощай, друг.

– Прощай.

Фердинанд отвернулся от друга и в ту же секунду в спину вонзился клинок. Моментально развернувшись, Фердинанд не успел ударить: его ладони сомкнулись с ладонями Агора.

– Почему?!

– Ты предатель, Ферд, – ответил Агор спокойно. – Тебе меня не победить. Ты опираешься на Императорский Удар, и я не дам тебе ударить. Как только разорвешь захват – проиграешь, тебе не хватит времени для Императорского Удара. Но и так долго не простоишь. В клинке двенадцать печатей, ты и трети своей яри не используешь. Я тебя передавлю. Патовая ситуация для тебя.

– Дашь шанс раскаяться? – усмехнулся Фердинанд.

– Нет. Никто не должен узнать, как я поступил.

– Ясно. Ты все это время работал на старейшин. А я доверял тебе, Агор. Считал тебя другом.

– Я тоже считал тебя другом, но есть вещи поважнее дружбы.

Сцепившись ладонями, Агор и Фердинанд не двигались. Но от давления друг на друга на земле появлялись трещины, а ноги медленно уходили в грунт. Они оба были Мастерами, и пусть Агор уступал Фердинанду, клинок в спине поменял местами груз в чашах весов. Лучший ученик Рантара пробудил Волю Тела, то же сделал и Агор. Это ничего не изменило.

Агор планировал методично давить, пока у его бывшего друга не закончится ярь. Но Фердинанд неожиданно разорвал захват. Императорский Удар – прием, который требует подготовки. На ближней дистанции Агор не дал бы Фердинанду подготовиться, а обычных ударов не хватило бы, но кулак Фердинанда пробил попытку отвести атаку в сторону. На лице Агора проступило удивление, когда удар попал ему в грудь: это был не Императорский Удар, но и не обычная атака.

За мгновение Фердинанд обрушил на Агора шквал ударов. Кулаки пробивали защиту яри и заставляли органы метаться внутри тела. Даже Мастер не мог выдержать таких ударов, кости Агора трещали, а когда Фердинанд закончил, его бывший друг упал на колени.

– Глиняные перчатки… Откуда ты их знаешь? – тяжело дыша, спросил Агор.

Глиняные Перчатки – одна из секретных техник Рантара. Ее суть в том, чтобы бить незавершенными Императорскими Ударами. Мощь падает, зато сильно вырастает скорость ударов. Подобное звучит просто, но найти тот принцип, где Императорский Удар не завершится, а отдаст часть своей силы – очень трудно.

– Я и не знаю. Но много раз видел. Это не Глиняные Перчатки – просто копия, – ответил Фердинанд.

– Ты… Зря время не терял. И я не знал.

– Есть вещи поважнее дружбы.

Клинок выпал из спины, а рана быстро затянулась силой Венеры, планеты исцеления. Стоя над своим некогда другом, Фердинанд чувствовал горечь. Это было не просто предательство – ему будто вонзили кинжал в сердце. Старейшины, отравляющие жизнь Фердинанду, оказались куда опаснее, ведь шпионами были не только слуги, но и друзья.

– Я не стану тебя убивать, Агор. В знак нашей дружбы.

Фердинанду ничего больше не хотелось говорить. Он просто развернулся, оставив бывшего друга на земле. У Агора был выбор: Фердинанд надеялся, что друг сделает правильный.

«Неужели?», – подумал лучший ученик Рантара, заметив движение.

Агор вскочил, чтобы снова атаковать. Он хорошо осознал истинную силу Фердинанда и понял, что так просто победить не получится. По телу Агора пробежали черные молнии, делая его еще быстрее, но Фердинанд ударил первым.

Лучший ученик Рантара стал готовить Императорский Удар заранее. «Жаль, Агор», – подумал Фердинанд, до последнего надеявшийся, что друг отступит.

Из-за поворота Императорский Удар не получилось завершить как надо. В этом и не было нужды. Кулак разжался, и Фердинанд ударил ладонью, пронзая грудь Агора.

Удар попал точно в сердце. Ладонь перерезала орган надвое, уничтожив целый кусок.

– Воля… Копья? – кашляя кровью, спросил Агор. Его удар прошел мимо – и от трех сосен ничего не осталось.

– Зря время не терял.

– Твоя… взяла.

Казалось, что Агор сдался, но черные молнии вмиг покрыли тело. Друг зарычал, выплевывая кровь, и его кулак направился в висок Фердинанда.

– Грирро.

Молния пробежала по руке и ударила в разрезанное сердце. Завершить удар Агор не смог. Идущие на уровне Мастера могут жить без сердца десятки секунд и даже минуты, но ударом молнии Фердинанд не дал другу поддержать состояние временной жизни.

Выдернув руку, лучший ученик Рантара стряхнул кровь. Агор еще не умер. Сделай он хоть шаг, хоть одно движение – и смерть настигла бы друга. Но стоя на месте Агор мог прожить еще несколько секунд.

Фердинанд просто развернулся и пошел прочь.

– Прощай, друг, – послышался голос Агора.

Останавливаться Фердинанд не стал. Стараясь не думать ни о чем, он просто шел прочь, пока не перешел на Шаги Предков, чтобы уйти от Рантара как можно дальше.

В тихой ночи прозвучали крики птиц и стрекот насекомых. Налетел ночной ветер, и Агор, глядя в спину исчезающему другу, закрыл глаза. Его история подошла к концу – не так, как Агор мечтал, и все же она закончилась.

Глава 3. Песья Яма

«Надо убраться подальше», – думал Фердинанд, убегая прочь из земель Рантара.

Как одна из самых влиятельных школ Централа, Рантар контролировал большие территории. Окрестные земли поставляли продукты, лечебные травы и материалы, а за это их не трогали соседи.

Рантар воздвигли несколько столетий назад в западном крае Централа, прозванным Район Зем. Легче всего скрыться было в Районе Войн, что находился в самом сердце Централа. Там всегда шли войны, и одинокому идущему было бы легко смешаться с толпой таких же идущих.

Но вместо этого Фердинанд побежал на юго-запад. Там, на самой границе между Централом и Западом, пролегала узкая изогнутая полоска ничейной земли – Серп. Когда-то давно это место стало сборищем всех тех, кто прятался от закона: бандиты, черные алхимики, кочевые разбойники и даже изгнанные из своих семей идущие собирались там. Дошло все до того, что в Серпе возник целый город, в котором Фердинанд никогда не бывал.

Туда он и направился.

Идущему по пути боевых искусств сложно затеряться среди обычных людей. Он излучает внутреннюю энергию, накопленную в себе. Особенно это касается Мастеров, но Мастера и лучше прячут свою ярь. Вот только спрятать ее получается только от обычного человека. Среди идущих есть редкие специалисты по сканированию потоков энергии и областей – этих специалистов прозвали Навигаторами. Навигатор способен с легкостью почувствовать Мастера за сотни километров от себя, поэтому по территориям влиятельных школ сильному идущему невозможно ходить инкогнито.

У Рантара тоже были Навигаторы. Не такие, как в Районе Ста Школ, это был скорее ритуал, чем личный талант. И все же найти Мастера проблемой для Рантара не было, поэтому Фердинанд спешил выйти из области поиска – туда, куда ритуалы уже не дотянутся.

Только выскочив из Района Зем, лучший ученик Рантара с облегчением вздохнул. Не хотелось драться с рантарцами, пусть их теперь ничего и не связывало.

– А здесь все так, как я себе и представлял! – хмыкнул Фердинанд.

В Серпе царила пустота. О том, что здесь бывают люди, говорили только отпечатки лошадиных копыт. Фердинанд знал, куда идти – и сразу отправился туда.

Город назывался Песья Яма. Совсем неподходящее название для города – им оно и не было. Песьей Ямой называли подземную арену, где сражались идущие, и «надстройка» над ней, которая фактически стала городом, была всего лишь продолжением арены.

Здесь хватало торговцев. Не все из них были нелегалами, продающими и покупающими что-то запретное. Жителям Песьей Ямы надо было есть и пить, поэтому приезжали сюда и обычные купцы.

– Эй, как насчет небольшой экскурсии? – спросила женщина. Она сидела, прислонившись спиной к небольшому саманному домику, размерами между будкой и комнатой для слуги в Рантаре.

– С чего ты взяла, что она мне нужна? – улыбнулся Фердинанд.

Женщина встала. Сразу становилась понятно, что она нищая: одежда была сплошь рваньем, а лицо не знало косметики и даже не умывалось уж точно не меньше года. Только волосы выглядели хоть немного ухоженными, скорее всего, женщина «мыла» их песком.

Весь внешний вид незнакомки кричал о том, что она живет бедно. А вот взгляд и манера держаться были другими.

Она смотрела на Фердинанда, как на чужака – а значит, как на доверчивого идиота. Женщина знала, что делает. Она не была скрытым сильным идущим, как не была местным проверяющим. Просто в этом городе беззакония женщина чувствовала себя, как рыба в воде.

– Сюда приходят по делу. Ты не знаешь, зачем пришел, это сразу видно.

– Ха. Может, и так. Введи в курс дела, – сказал Фердинанд и бросил золотую монету. В мире идущих платят аркюсом, но кошелек для мелких расходов у Фердинанда был. Золотая монета – это очень много. С другой стороны, какой вообще смысл носить серебро?

– Не торговец, – сделала вывод женщина, отряхиваясь от пыли. – Если пришел не торговать, то о купцах и товарах смысла говорить нет. Здесь только они, остальное – ниже. Видишь тот большой склад? В нем вход на нижние этажи.

Фердинанд кивнул. Он и сам заметил этот странный склад, в который постоянно заходили люди.

Вместе с гидом Фердинанд направился туда.

– Зачем здесь? Скрываешься или хочешь заняться чем-то?

– И чем здесь можно заняться?

– Это Песья Яма – можно ставить, можно драться. Торгуют здесь всем. Рабы интересуют?

– Нет.

– Оружие, артефакты, книги? Техники?

– Здесь и техниками торгуют?

– Конечно. Знаешь, сколько здесь сбежавших из знатных семей или школ? Валом. Они идут на арену, в наемники или продают, что умеют. Сам не из таких?

Отвечать Фердинанд не стал.

На первом подземном этаже жили местные. Места было не так уж много для тысяч жителей, поэтому этаж казался тесным и шумным. Взглядом Фердинанд быстро отыскал добрый десяток карманных воришек: каждый выживал в Песьей Яме, как мог.

– Здесь все живут. Ну, почти все – богатеи ниже. Много полезных вещиц можно купить. А, или не вещиц – отсосут за горсть медяков, – сказала гид, махнув рукой в один из тесных переулков, куда выстроилась очередь.

Вход на следующий этаж был дальше, нужно было пройти через жилой район, чтобы спуститься. Цель была ясна: безопасность. Любому вторженцу сначала придется пройти через весь этаж, а даже если это не вторженец, а гость, то его успеют за это время изучить и проверить.

– Второй этаж, – торжественно объявила гид. – Здесь можно купить вообще всё. Вот там мастерские. Там – алхимики живут, без надобности не суйся. Что там еще… А, там рабами торгуют, на любой вкус и цвет. На этом экскурсия завершена.

– А третий этаж?

– Меня туда не пустят, – пожала плечами женщина и быстро растворилась в толпе.

Фердинанду оставалось только оглядеться. Он знал, куда идти, но посмотреть было на что.

Рабы и вправду были на любой вкус и цвет. Даже не сотни – тысячи. Мужчины, женщины, дети. В цепях держали даже идущих: Фердинанд здорово удивился, когда увидел это.

«В основном Адепты, Претенденты и немного Зарниц. Но есть и Чемпионы», – подумал он.

В мире идущих по пути боевых искусств существует Система Двенадцати, которая делит силу всех идущих на двенадцать ступеней. Три низших – это Адепт, Претендент и Зарница. Достичь уровня Адепта не так уж сложно, здесь, в Песьей Яме, таких людей хватало. Даже проводница была Адептом, а многие встреченные торговцы находились на уровне Претендента.

После Зарницы идут Чемпион, Эксперт и Столп. На втором этаже сильных рабов охраняли Чемпионы, а на страже торговых домов стояли Эксперты. Были и редкие Столпы – они сторожили особые места, куда нельзя было войти просто так.

После Столпа идет уже Мастер – им Фердинанд и был.

В больших школах боевых искусств, вроде Рантара, Эксперты и Столпы – основная сила в сражениях. Увидеть охранника-Столпа на черном рынке было почти что невозможно: это доказывало особенность Песьей Ямы. Если бы местные идущие объединились в бою, они вполне могли бы потягаться со средней руки школой боевых искусств – увы, эти люди не знали, что значит работать сообща.

На третий этаж Фердинанда пропустили без слов. Видимо, силы на уровне Мастера было достаточно.

– А здесь, выходит, богачи живут, – сказал Фердинанд, оглядываясь по сторонам. – Недурно.

– Здравствуйте, вижу, ваша проводница оставила вас. Как насчет меня? Мне не нужна оплата, – спросил молодой на вид парень, который поджидал Фердинанда у лестницы.

– Тогда зачем?

– Узнать, что вы за человек, – улыбнулся парень.

Фердинанд пожал плечами. Лишний рот – дармовые знания.

– Меня зовут Харти. Вы направляетесь на арену?

– Хотелось бы посмотреть, как у вас люди развлекаются, – улыбнулся во весь рот Фердинанд.

– Тогда вам вряд ли интересен этот этаж. Здесь живут местные богачи. Знаете, от бедноты их отделяет ремесленный этаж, а ниже – только арена. Безопаснее места просто нет. Может, вы и не заметили, но за нами следят.

– Заметил. Мы квиты.

– Что, простите?

– Я тоже за ними слежу, – усмехнулся Фердинанд.

На последнем спуске охрана ничего не сказала. Фердинанд шагнул на трибуны Песьей Ямы и замер, не в силах оторваться от зрелища.

Мускулистый мужчина размахивал цепью, на конце которой висел металлический ромб. С каждым взмахом ромб изрыгал огненные волны, а иногда, когда мужчина вместо размашистого удара бил по земле, ромб вызывал взрывы.

– Школа Огненного Прорыва! – удивился Фердинанд. – Только читал о них.

– О, вы разбираетесь, – кивнул попутчик. – В сегодняшнем бою Хозяин хотел увидеть нечто экзотическое.

Второй боец держал круглый и усеянный шипами щит. Им он защищался от огня и ударов, им же атаковал. Увидеть того, кто бьется одним щитом, да еще и держа его двумя руками – действительно экзотика.

– Не знаю этот стиль, – сказал Фердинанд.

– А что скажете о Стиле Огненного Прорыва?

– На конце цепи – гремучий нардак. Мало какой алхимик работает с ним из-за спонтанных взрывов, – усмехнулся Фердинанд.

– Может, вы и ставку хотели бы сделать? Проценты сейчас не такие выгодные, как до начала боя, но заработать вполне можно.

– А давай.

Принимающего ставки даже не пришлось звать – он был где-то неподалеку и сразу подошел, заслышав слова Фердинанда. Бывший рантарец положил на серебряный поднос двадцать таблеток аркюса, показав пальцем на воина из Школы Огненного Прорыва.

– На победу бойца с цепью!

Взмахами своего оружия воин Огненного Прорыва загонял бойца с щитом все дальше. До края арены оставалось шагов двадцать, когда удачным взмахом щита получилось ухватить кусок цепи на шипы.

Боец с щитом прокрутил свое оружие, наматывая цепь, а воин Огненного Прорыва потянул цепь на себя. Рывком он вырвал ее из хватки щитовика, но на мгновение боец Огненного Прорыва остался почти беззащитным.

Тогда боец с щитом прыгнул вперед.

Это произошло невероятно быстро. Боец с щитом делал такое много раз, он тренировал этот прием не один год, зная, какой эффективной эта техника может быть. Выставив щит перед собой, боец оттолкнулся от земли и полетел вперед, как снаряд из катапульты. Такой прием мог сработать только раз – большего и не требовалось.

Воин из Школы Огненного Прорыва успел закрыться цепью, но шипы на щите прошли через некоторые звенья, вонзаясь в тело. Этого было недостаточно, чтобы убить идущего, поэтому воин с щитом ударил по своему оружию кулаком – и шипы вылетели вперед, пронзая органы бойца с цепью насквозь.

Здоровяк из Школы Огненного Прорыва шагнул назад. Он был тяжело ранен и все же пока не умер. Резко взмахнув цепью, воин Огненного Прорыва поднял ее в воздух, но боец с щитом провел острой кромкой своего оружия по горлу врага.

Бой закончился смертью – и однозначной победой.

– Вы проиграли.

– Как жаль, это были почти все мои деньги, – улыбнулся Фердинанд.

Двадцать таблеток аркюса – серьезный капитал. Попутчик кивнул: в Песьей Яме многие лишались своих сбережений за пару минут.

– Ничего удивительного, что ты его выбрал. У него был шанс сразиться с самим Бешеным Псом.

– А это кто такой?

– Ты не знаешь Бешеного Пса? Это чемпион Песьей Ямы, лучший из лучших! Он редко выходит на арену – с ним позволяют сразиться только тому, кто победил три раза подряд. Ха, будто здесь можно проиграть и потом сразиться снова, – усмехнулся попутчик. – Ты выглядишь сильным. Не хочешь подзаработать?

– Боями? После того как ты сказал, что поражение равносильно смерти? – улыбнулся Фердинанд.

– Разве таким напугать в мире идущих? Если хочешь сражаться, то нужно поговорить с Хозяином.

– Хозяином?

– Хозяином Песьей Ямы. Он здесь руководит всем, очень серьезный человек.

– Что ж, тогда веди, – кивнул Фердинанд.

Попутчик увязался за ним только с одной целью: узнать, что за человек Фердинанд. Возможно, попутчик работал на Хозяина Песьей Ямы, поставляя свежее мясо для арен, а возможно, он просто первым старался познакомиться с будущими бойцами, чтобы узнать: ставить или нет.

– Он – самый сильный в Песьей Яме, – сказал попутчик. – Говорят, Хозяин ходил в поход на Централ с самим Искандером. Так что постарайся быть вежливым, если жизнь дорога.

Фердинанд кивнул. Если то, о чем говорил попутчик, было правдой, то Хозяина Песьей Ямы и впрямь можно было считать монстром. Поход на Централ был давно, Фердинанд его не застал.

За боями на арене Хозяин Песьей Ямы наблюдал из особой комнаты, покрытой магическими панелями. Снаружи казалось, что это глухая стена, но изнутри арена прекрасно просматривалась.

– Хочешь стать гладиатором, а?

Кресло под Хозяином Песьей Ямы повернулось, чтобы владелец арены встретил гостя лицом к лицу. С одного взгляда ветеран похода Искандера внушал уважение. Хозяин Песьей Ямы излучал силу, а вместе с ней и огромный опыт.

«Великий Мастер, уж точно», – подумал Фердинанд, глядя на покрытую шрамами правую половину лица Хозяина Песьей Ямы. Левую увидеть было невозможно: ее скрывала металлическая пластина-полумаска.

– Да, хочу.

Дверь за спиной Фердинанда закрылась, попутчик не должен был услышать разговор.

– И какой мне прок от рантарца? – хмыкнул Хозяин Песьей Ямы.

На мгновение Фердинанд потерял дар речи. «Как он понял? Неужели доложили о моем побеге из Рантара? Прошло не так много времени».

– Как вы узнали?

– Твои движения. Хорошая основа, – почти выплевывая слова, сказал Хозяин Песьей Ямы. – И оружия нет. Рантарец.

– Школ боя без оружия хватает.

– И как много в них Мастеров? – спросил Хозяин Песьей Ямы, и его губы, наполовину скрытые маской, изогнулись в ухмылке.

«Я сам согласился с тем, что он догадался», – подумал Фердинанд. Это не было ошибкой: просто если Хозяин Песьей Ямы догадался даже до боя, то в бою все станет предельно ясно.

– Проблемы с рантарцами? Уверяю, я один из лучших – никто не знает столько анекдотов во всем районе Зем.

– Ха. Рантарцы – скука. Одни основы и всем известные приемы, – сказал Хозяин Песьей Ямы. – Арена – это зрелище. Зачем мне ты?

– Будьте уверены, я смогу развлечь ваших зрителей.

– Посмотрим, что покажешь, рантарец.

Хозяин ударил ладонью по столу перед собой, и на нем появился контракт. Бегло пробежав текст глазами, Фердинанд кивнул и оставил отпечаток яри.

– Не спросите, кто я?

– Глупец, это Песья Яма. Прошлое никого не волнует. Как тебя называть?

– Пусть будет Сильнейший.

Взгляд Хозяина Песьей Ямы резко изменился. Воздух стал тяжелым, и вмиг ладонь владельца арены сомкнулась на горле Фердинанда.

– Пацан, я видел Сильнейшего своими глазами. Ты – никто по сравнению с ним. Думай, что говоришь, если жить охота.

Хозяин Песьей Ямы разжал ладонь и сел обратно. Все произошло так быстро, что Фердинанд не успел отреагировать.

– Тогда Красавчик.

Не став ничего говорить, Хозяин Песьей Ямы записал имя и выдал магический ключ, похожий на прямоугольную пластину.

– Тебя проведут в твой дом. Завтра первый бой – надеюсь, не сдохнешь. А если сдохнешь – хотя бы развлеки зрителей.

Дверь отворилась, Хозяин кивнул головой в сторону Фердинанда, и охранник кивнул в ответ. Он сразу повел свежего гладиатора в его покои, пока бывший рантарец размышлял о словах Хозяина Песьей Ямы.

«Почему он так отреагировал? О каком Сильнейшем речь?».

– Слушай, брат, а был какой-то идущий, которого называли Сильнейший?

– Ты такого Хозяину не скажи. Был такой – тот, что Искандера убил.

– Так это же был Сизый Камень прошлой эпохи?

– А еще его называли Сильнейший.

Фердинанд кивнул. Теперь все было ясно: Хозяин Песьей Ямы служил Искандеру, а Искандера убил Сильнейший. Назваться так было настоящим самоубийством – и Фердинанду здорово повезло, что Хозяин Песьей Ямы решил сдержаться.

Гладиаторы жили на третьем этаже, но их район был отделен от прочих и надежно охранялся. Конечно, гладиаторы могли себя защитить, они не нуждались в охране. Их скорее… Сторожили.

– Устроит, – улыбнулся Фердинанд, оставшись в одиночестве.

Глава 4. Красавчик

Зрительские места в Песьей Яме заполнялись за два часа до начала боев. Люди приходили пообщаться и выпить, обсудить, кто сегодня будет сражаться, и у кого есть шансы на победу. В конце концов, зрители делали ставки – и порою во время ссоры сумма ставки увеличивалась в десятки раз.

Вместо того чтобы прийти на арену через два часа, Фердинанд заранее наведался к зрителям. Стоя позади, он наблюдал за тем, как люди делают ставки. Фердинанд хорошо знал, что такое сражения на арене – и знал все нюансы ставок, пусть в Рантаре их официально запретили. Только через час бывший рантарец кивнул и шагнул к непримечательному мужчине у стены.

Ставки принимали многие. Фердинанд насчитал шесть разных организаций, и среди них одна выделялась особенно. Торговец не зазывал, как другие, а ждал постоянных клиентов.

– Хочу сделать ставку. На Красавчика – то есть себя, – улыбнулся Фердинанд.

– Почему к нам?

– Если бы я еще знал, кто вы, – пожал плечами Фердинанд. – Но поверьте, хороших спорщиков я выбирать умею.

– Я – из Сумеречных Торговцев. Наша организация работает с постоянными клиентами.

– И сегодня у вас появился новый.

– Сколько вы хотите поставить?

– Двадцать таблеток, – ответил Фердинанд, протягивая аркюс.

О Сумеречных Торговцах бывший рантарец никогда не слышал. Подобные организации появлялись и исчезали, но одно было ясно: сейчас у Сумеречных Торговцев хорошая репутация… В узких кругах.

Отдав аркюс, Фердинанд направился на второй этаж – нужно было подготовиться перед боем.

Через час зрительские места полностью заполнились. Посетителей набралось тысяч двадцать, не меньше, и настал час выхода бойцов.

– На нашей арене свежее мясо! Новые гладиаторы – два претендента на бой с самим Бешеным Псом… Или всего лишь будущие трупы? Встречайте! С левой стороны – Красавчик! С правой – Воин Льва!

Аплодисментов не было – только крики. Никаких болельщиков, только жаждущие крови и денег зрители.

Фердинанд вышел на арену, широко улыбаясь. В одной руке он держал копье, в другой – болас, связку ремней с металлическими шарами на конце. Болас – охотничье оружие, его раскручивают и кидают в ноги жертвы, чтобы связать ее.

Воин Льва вышел с мечом. Зрители тут же принялись обсуждать Красавчика: необычное оружие привлекало внимание.

– Красавчик? Получше имени не придумал?

– Вполне заслуженное, я считаю, – улыбнулся еще шире Фердинанд.

– И твое оружие… Болас? Копье? Насмотрелся на кочевников? Я тебе не олень.

– Не тебе судить, – усмехнулся Фердинанд, и по трибунам пробежал смех.

Воин Льва скривился от злости. Распорядитель боя поднял руку, и враг встал в боевую стойку. Фердинанд начал раскручивать болас – оружие засвистело, а потом звук пропал, и только песок поднимался в воздух от скорости.

– Начали!

Воин Льва одним движением перешагнул арену и оказался перед Фердинандом. Копье и болас – охотничье оружие, Красавчик предпочитал среднюю дистанцию, и Воин Льва не хотел давать противнику такого преимущества.

Металлические шары боласа ударили врага в подбородок с такой силой, что хруст услышали все зрители. Мозг заметался в черепной коробке, и Воин Льва остановился.

Тогда Фердинанд ударил ногой в голову. Воин Льва пролетел на обратную сторону арены, откуда и напал – и врезался в стену.

В поднятой пыли зрители не сразу разглядели результат атаки. Но уже через пару секунд стало понятно, что Воин Льва лежит без сознания. Пусть он и был Мастером, даже Мастер не мог перенести два настолько сокрушительных удара в голову.

– Победа Красавчика!

Фердинанд с улыбкой посмотрел на зрителей, прокрутившись на месте. Его враг выжил, но легко мог умереть. Будь на месте Воина Льва кто-то на уровне Столпа – погиб бы еще после первого удара.

Бросив взгляд на стену, за которой сидел Хозяин Песьей Ямы, Фердинанд направился к выходу. Первая победа – быстрая и решительная, да еще и с необычным оружием. Зрители получили то, зачем пришли, но следующий бой должен был стать другим: не таким быстрым и односторонним.

«Пока не сражусь с Бешеным Псом, я хорошо отыграю свою роль», – подумал Фердинанд с усмешкой.

– Ваши деньги, – сказал Сумеречный Торговец на следующий день.

Сорок пять таблеток аркюса. Серьезный капитал, как ни крути.

– Я хочу поставить сорок таблеток на свою победу в следующем бою, – сказал Фердинанд, возвращая почти весь аркюс.

– Уверены в победе?

– Ставьте на меня, не прогадаете, – улыбнулся Фердинанд.

Между боями устроили перерыв в три дня. Мастеров найти сложно, поэтому в такие промежутки сражались Столпы и Эксперты, а иногда даже проводили групповые бои слабых идущих или битвы против диких зверей. Все это Фердинанда не касалось. Кроме пяти выигранных таблеток, у него хватало аркюса, да еще и за победу выдали тридцать таблеток, поэтому первым делом бывший рантарец прошелся по второму этажу в поисках полезных вещиц.

Пять коротких дротиков всего в ладонь длиной отличного качества, Режущий Порошок, и, что самое главное, ахритовое кольцо. Ахрит – дорогой металл, дороже даже черного или белого Готана, но для крупной школы, как Рантар, ахрит не был редкостью. Кольцо изготовил искусный мастер, и Фердинанд быстро придумал украшению применение.

Купил он и книги. Песья Яма находилась между Западом и Централом, до Юга тоже было рукой подать. Отыскать здесь редкие знания было проще простого – особенно тогда, когда кроме редкости у этих знаний преимуществ нет.

Но Фердинанд продолжал искать. Его стиль был слишком несовершенным, и он искал что-то особенное, знания, которые не смогли оценить другие идущие.

Тренировки и чтение книг заняли следующие два дня, пока не настала пора выходить против следующего соперника.

– Сегодня интересный бой! Они еще не ветераны, но прошли свое боевое крещение, а значит, им можно дать шанс удивить нас! Слева – Красавчик, который закончил бой за секунду! Справа – Чош Молния, что успел показать свою скорость!

По разрезу глаз и тону кожи было ясно, что Чош – из кочевников. В руках он держал две сабли и смотрел на Фердинанда с уверенностью.

– Я не стану к тебе подходить, – сказал Чош. – Болас – хорошее оружие. Но он один. Ах нет, подожди. У тебя еще пять метательных кинжалов и Режущий Порошок. Только это ничего не меняет.

– Ты много знаешь.

– В Песьей Яме всё продается и покупается, особенно информация. Зря ты не понял этого раньше – второго шанса у тебя не будет.

Когда Чош замолчал, распорядитель махнул рукой.

– Начали!

Чош взмахнул саблей, вызывая энергетическое лезвие. «Ого, похоже на Сизое Касание Школы Сизого Камня!», – подумал Фердинанд, уходя в сторону.

Немного подумав, бывший рантарец вогнал копье в песок. Свободной рукой Фердинанд выхватил дротик с пояса и, пропустив ярь, с силой швырнул.

Когда оружие оказалось в метре от врага, Чош с легкостью разрезал дротик.

«Воля Меча», – подумал Фердинанд.

Каждый идущий владеет ярью – внутренней энергией. Но достигнуть Воли не так просто, иногда даже Мастер не может раскрыть хотя бы одну. Видов Воли много, но чаще всего идущий раскрывает Волю своего оружия – Волю Меча, Волю Копья, Волю Топора. Подобную силу нельзя недооценивать. С Волей Меча можно рассечь даже воздух, а с Волей Копья – пронзить сердце, минуя тело.

Но мало кто первой открывал Волю Тела, ведь редко когда идущий отказывался от оружия, посвящая себя рукопашному бою.

«Может, применить Волю Тела? Нет, раз с копьем, то делаю вид, что копейщик», – подумал Фердинанд, запуская во врага второй дротик.

Враг не торопился, он ждал, когда Фердинанд останется без снарядов. Третий кинжал бывший рантарец бросил одновременно с боласом. Все мышцы тела сжались и резко расслабились, ярь потекла по организму, делая броски такими быстрыми, какими только можно без Воли Тела.

Чего-то такого Чош и ожидал. Подняв сабли, чтобы сбить оба броска, враг неотрывно смотрел на Фердинанда – и только в последний момент понял, что болас и кинжал летят слишком быстро. Одним клинком Чош сбил дротик, а вторым – рассек болас, но из разрезанного железного шара в мечника выстрелило облако осколков, оставляя на теле десятки ран.

Еще перед боем Фердинанд спрятал Режущий Порошок в один из шаров боласа. Порошок не мог сильно навредить Чошу, но алхимическое средство отвлекло врага – и уже через мгновение Фердинанд стоял перед ним.

Бывший рантарец владел тремя видами Воли. И сейчас он пробудил Волю Копья.

Оружие двигалось назад и вперед, и на Чоша сыпались сотни уколов. Они были такими быстрыми, что даже с двумя саблями враг начал отступать. Для Фердинанда копье было привычным оружием, ведь в Рантаре копью уделяли особое внимание.

– Давай, убей его! – кричали на трибунах. И Фердинанд давил на врага, не сбавляя темп ни на секунду. Копье двигалось прямо и по дуге, Фердинанд применял простые техники, объединяя их со своей невероятной силой.

Две сабли прошли рядом друг с другом так близко, что из металла посыпались искры. Это был отличный момент для атаки, Фердинанд пронзил врага, но тот исчез, появившись за спиной у рантарца.

«Иллюзия», – подумал Фердинанд. Еще в тот момент, когда Чош сделал странное движение саблями, рантарец пробудил Волю Концентрации – и сразу понял, где оказался враг. На обратной стороне древка копья появился наконечник из яри, и Фердинанд с силой вогнал копье во врага за спиной.

Воля Копья рассекла сердце Чоша. Это был смертельный удар, и все же враг не собирался умирать так просто. Он пробудил силу Юпитера, черные молнии покрыли тело – в следующую секунду на Фердинанда обрушился шквал атак саблями.

Когда песок улегся, зрители увидели Красавчика без единого ранения. Напротив стоял Чош, тело которого зияло дырами. Воля Концентрации позволяет не только точно бить, но и отлично контролировать бой. С мощью Юпитера Чош смог стать в разы сильнее – и все же он спешил, зная, что умирает.

– Победа Красавчика!

Трибуны взорвались аплодисментами. Второй бой был почти равным, и зрителям понравилось. Это была красивая победа.

Всё, что Фердинанд заработал на ставках, он снова пустил на ставки. Сумеречный Торговец только кивнул, соглашаясь с решением.

– Да, это было непросто, – потягиваясь, сказал Фердинанд. Вокруг хватало ушей.

Когда принесли награду за победу – пятьдесят таблеток – Фердинанд дал одну таблетку аркюса работнику арены и тихо произнес:

– Скажи Хозяину Песьей Ямы, что зрителей лучше собрать побольше. После третьего боя я вызову и Бешеного Пса.

– Ему это не понравится.

– Это мои проблемы.

Работник арены вернулся через десять минут.

– Хозяин услышал вас. Следующий бой пройдет через неделю.

– Серьезный срок, можно здорово отдохнуть, а?

Работник ничего не сказал.

Хозяин Песьей Ямы присматривался к Фердинанду, искал ему подходящих соперников. Третьим бойцом должен был стать кто-то покрепче.

– Н-да, копью не очень, – сказал Фердинанд. Древко едва держалось, как и наконечник из Черного Готана.

Нужно было обновить арсенал. На втором этаже Песьей Ямы Фердинанд купил новое копье, уже с наконечником из Белого Готана. Пополнив запас дротиков, рантарец стал искать информатора.

В Песьей Яме хватало информаторов всех мастей. К одному из них Фердинанд наведался, усевшись напротив в тесном кабинете, стены которого покрывали магические символы для изолирования звука.

– Какая информация вас интересует?

– Рантар. Хочу узнать, кто выиграл в Битве Предков, – сказал Фердинанд с улыбкой.

– Информация обойдется вам в две таблетки аркюса.

Фердинанд сразу заплатил.

– Победитель – Агор. Отличился и лучший ученик Рантара, Фердинанд. Если вы интересуетесь Рантаром, у меня есть особая информация. Она обойдется всего в десять таблеток аркюса.

– Надеюсь, информация того стоит, – сказал Фердинанд, выкладывая аркюс. Десять таблеток – серьезная цена. И Фердинанд догадывался, что он услышит.

– Первое – в неизвестном инциденте погибло несколько учеников Рантара, включая Мастера по имени Барсей. Второе – немногим позже погиб Агор, тот самый, который победил в Битве Предков. И, наконец, третье. Ходят слухи, что лучший ученик Рантара, Фердинанд, сбежал из школы.

– Неужели он убил Агора?

Информатор покачал головой.

– Неизвестно. Но Рантар не стал объявлять за него награду, только сообщил, что ученик Фердинанд больше не является частью школы. Есть инфрмация, что погибший Барсей был его родным братом, поэтому Фердинанд может быть не связан со смертью Агора.

– Ушел из-за обиды, хм, – задумчиво проговорил Фердинанд. – Интересно, где же он сейчас? Есть сведения о местонахождении Фердинанда?

– Увы, – пожал плечами информатор.

«Временно», – подумал Фердинанд. Он не менял свою внешность, а Рантар находился не так уж далеко от Песьей Ямы. Кто-то мог узнать лучшего ученика Рантара, но скрываться Фердинанд и не собирался.

«Ожидал другой реакции», – подумал он.

Никакого розыска, никаких обвинений. Фердинанд убил Агора, второго по силе ученика, а потом сбежал сам. Так Рантар лишился многого, но школа не стала развивать конфликт. Фердинанд выжил – а значит, покушение не удалось. Пока бывший рантарец молчал, старейшины соглашались не открывать на него охоту.

До следующего боя Фердинанд занимался тем же – тренировался. Первых двух боев не хватило даже на разогрев, но бывший рантарец приближался к бою с Бешеным Псом. О том, как он дерется, Фердинанд не знал. Не знал и о силе Бешеного Пса, но что-то подсказывало рантарцу, что он не разочаруется. Фердинанд торчал в Песьей Яме только ради этого боя, ведь идущий не может развиваться без сражений.

– А вы слышали? Белый Тигр из Четырех Священных Зверей убит!

Новость была такой невероятной, что Фердинанд провернулся на месте. С момента последнего боя прошло три дня, и сегодня рантарец вышел прогуляться по второму этажу.

– Кто его убил? – спросил Фердинанд, подскочив к человеку.

– Ну-у… – начал тот, и рантарец сунул ему горсть золотых монет.

– Белого Тигра убил Золотой Лев из Школы Сизого Камня! Теперь Золотой Лев – один из Четырех Священных Зверей, так-то!

Фердинанд помотал головой и задумчиво направился к своим покоям. Четыре Священных Зверя были лучшими мастерами Централа, уже пятьдесят лет никто не смел покушаться на их места. Белый Тигр был самым молодым из Священных Зверей, но проиграть кому-то…

– Этот Золотой Лев невероятен. Что ж, я тоже войду в четверку, – усмехнулся Фердинанд.

До конца недели бывший рантарец стоял посреди комнаты. Он менял стойки так медленно, что обычный человек не разглядел бы изменений. Это был старый ритуал Рантара – Путь Человека-Горы. Не из тех ритуалов, для которых нужна магия, скорее, это была традиция подготовки к бою. Путь Человека-Горы приводил все мышцы в готовность, выводя возможности тела на свой пик.

– А сегодня много зрителей, – сказал Фердинанд с улыбкой, выходя на арену.

Хозяин Песьей Ямы сделал свое дело и дал понять посетителям, что сегодня намечается интересный бой. Места были заполнены, и даже в проходах стояли зрители.

– Вы ждали этого боя! Вы желали его увидеть! Слева – Красавчик, и это третий его бой. Победит – и сможет бросить вызов самому Бешеному Псу, королю гладиаторов! Справа – настоящая легенда Песьей Ямы! Тот, кто побеждает уже восемь боев подряд – Карга-а-а-ар!

Красавчика поддержали раз в десять слабее, чем «легенду Песьей Ямы». Каргар носил нагрудник из Готана и шлем с двумя крыльями. В правой руке гладиатор держал вилку – копье с раздвоенным наконечником, а в левой – небольшой щит-баклер из ахрита. Но интереснее всего были лезвия на каждой руке, от ладони и до локтя. Набор оружия был особенным, и Фердинанд сразу заподозрил неладное.

– Почему Каргар? Он же Гроза Кулачных Бойцов?

– Не знаю, странно это, Красавчик же копейщик.

«Нечестно играешь, Хозяин Песьей Ямы», – подумал Фердинанд и посмотрел на скрытую комнату.

Хозяин Песьей Ямы позвал бойца, специализирующегося на рукопашниках. Фердинанда хотели убрать.

– Начали!

Каргар не сдвинулся с места. Он ждал Фердинанда.

«Ты первым стал играть нечестно», – подумал бывший рантарец и подбросил копье плашмя в воздух.

Враг наблюдал за этим с интересом. Его рука слегка сдвинулась на случай, если Красавчик решит швырнуть копье или броситься врукопашную.

Кулак Фердинанда двинулся назад. Ярь хлынула в руку, мышцы стали сокращаться, и, если бы арена внезапно затихла, зрители смогли бы услышать потрескивания, как во время натяжения якорного каната.

Стоило копью полететь вниз и оказаться перед грудью, как Фердинанд на мгновение открыл Волю Тела и ударил незавершенным Императорским Ударом прямо по задней части древка. Почти никто на трибунах не разглядел полет копья. Не увидел его и Каргар.

Копье прошло тело противника насквозь, оставив дыру от шеи и до пояса. Каргар умер моментально – и остатки его тела рухнули на песок, пачкая его кровью.

Зрители будто сошли с ума. Это была слишком быстрая победа, но какая! Им показали нечто невероятное, и зрители не могли успокоиться, крича и вопя.

– Я победил три раза! – рявкнул Фердинанд, и все замолчали. – Поэтому имею право вызвать Бешеного Пса, ведь так? Хотелось бы на него посмотреть. Вызываю Бешеного Пса на бой!

Глава 5. Бой с чемпионом

Зрители молчали. Бой с Бешеным Псом не проводили больше полугода, и одна эта новость моментально перекрыла прошлый бой Красавчика. Даже те, кто проиграли аркюс, поставив на Каргара, сейчас сидели с широкими улыбками на лицах.

А потом, не сговариваясь, зрители стали кричать:

– Бешеный Пес! Бешеный Пес! Бешеный Пес!

Казалось, что от их криков дрожит арена. Фердинанд улыбался. Хозяину Песьей Ямы было некуда отступать, он был обязан провести этот бой.

Два работника арены быстро забрали труп. Через минуту из противоположного входа показался человек – он не был таким мускулистым, как Фердинанд, но от незнакомца сквозило силой. На его худом лице застыла маска спокойствия – и чего-то близкого к скуке.

Зрители заорали от радости с такой силой, что у обычного человека лопнули бы барабанные перепонки. Песья Яма встречала своего чемпиона.

– Я не буду сдерживаться с первой секунды, если что, – сказал Бешеный Пес.

– Отлично! Наконец-то хороший бой! – усмехнулся Фердинанд, срывая с себя рубашку.

На арену он выходил в обычной одежде. Без рубашки вся арена увидела тело Фердинанда, доведенное до идеала.

Копье и дротики остались в прошлом. С Бешеным Псом нужно было драться голыми руками, если Фердинанд хотел победить. Воля Тела пробудилась, делая рантарца еще быстрее и сильнее, а в ответ Бешеный Пес достал меч, совсем не обращая внимания на силу Фердинанда.

– Великий бой! Красавчик, новичок, победивший три раза подряд – и вы все видели, КАК он победил в своем последнем бою. И, наконец, он! Бешеный Пес собственной персоной, чемпион Песьей Ямы, который побеждал в каждом своем бою! На его счету семнадцать побед – и Бешеный Пес не собирается останавливаться!

На трибунах кричали только «Бешеный Пес». Никто и не думал болеть за Красавчика.

– Начали!

Воля Концентрации пробудилась. Шаг Предков перенес Фердинанда к противнику с невероятной скоростью. До Бешеного Пса оставалось два метра, когда рантарец почувствовал неладное и резко остановился.

На груди появился горизонтальный разрез. Промедли Фердинанд на сотую долю секунды – и рана оказалась бы смертельной.

«Сильный прием. Он держал меч за край рукояти, чтобы увеличить дистанцию удара», – подумал рантарец и сделал два быстрых шага, оказавшись сбоку от Бешеного Пса.

От мощи удара дрожала земля. Меч Бешеного Пса столкнулся с кулаком и отклонил удар Фердинанда в сторону, а вместе с тем и ударил – все тем же движением.

Рантарец прогнулся назад, и все равно на груди появился вертикальный разрез. Клинок едва не рассек ребра.

«Быстрее», – подумал Фердинанд. Его мышцы вышли на предел, и рантарец Шагами Предков стал появляться со всех сторон от Бешеного Пса, пытаясь поймать противника на ошибке. Когда Бешеный Пес занес руку для удара, Фердинанд оказался с другой стороны, но движение врага резко изменилось. Бешеный Пес описал мечом круг над головой, и во все стороны ударило кольцо из яри и Воли.

Отойти Фердинанд не успел, техника ударила в грудь, но рантарец изогнулся всем телом, перескакивая над лезвием сверху. Бешеный Пес оказался всего в метре, и кулак Фердинанда врезался противнику в живот.

Даже без Императорского Удара мощь атаки оказалась запредельной. На миг Бешеный Пес утратил концентрацию, а уже в следующую секунду Фердинанд ударил противника двумя ладонями по ушам. Это был Громовой Хлопок – тот самый, которым рантарец сдул огонь в старейшин во время Битвы Предков.

Громовой Хлопок Школы Полного Разрушения – техника, которую может выучить даже Зарница. Но с силой и скоростью такого Мастера, как Фердинанд, да еще и с Волей Тела, Громовой Хлопок превращался в ужасающую технику.

Бешеный Пес упал на землю. Удар разорвал его барабанные перепонки и почти убил чемпиона. Даже для сильного идущего мозг остается одним из самых слабых мест, Фердинанд бил наверняка – и все же Бешеный Пес выжил, пусть и с трудом. В последнее мгновение он направил половину своей яри в уши, пытаясь защититься.

– Победа Красавчика! – прокричал распорядитель, но зрители продолжали молчать. Только спустя три секунды шум захватил арену, как внезапно начавшийся морской шторм.

Выдернув из живота меч, Фердинанд бросил его на землю. Вторую половину яри Бешеный Пес направил в удар, и чемпион арены собирался отсечь Красавчику руку. Но под клинок Фердинанд подставил ахритовое кольцо, и удар сместился в живот – не лучшее направление, но другого выбирать не приходилось. Только благодаря этому Фердинанд за раз закончил бой.

Ахритовое кольцо треснуло и развалилось на части. Даже один из самых крепких металлов в мире не мог выдержать такую мощь.

«Воля Тела, Воля Меча и Воля Концентрации. Сразу три вида Воли под идеальные для них техники», – подумал Фердинанд. Бешеный Пес превзошел все ожидания. Высший уровень, с которым пускали на арену – Мастер. И Бешеный Пес был слишком сильным для Мастера, поэтому годами никто не мог победить его… Пока не пришел еще один Мастер, который превзошел привычный уровень силы.

Первые три раны были смертельными. Окажись Фердинанд чуть медленнее, будь его тело не таким прочным – он бы погиб, не сумев ударить хоть раз. Стиль Бешеного Пса не подходил арене: никакой зрелищности, только быстрое и эффективное убийство.

«А теперь самое опасное», – подумал Фердинанд с улыбкой. Он вошел в проход для гладиаторов, и там нового чемпиона встретили люди Хозяина Песьей Ямы.

– Решили поприветствовать меня? Я весь внимание. Люблю, знаете ли, почести, от них на душе тепло.

– Ты доставил много проблем.

– Это с какой стороны посмотреть. Хотя неважно. И что? Попробуете остановить меня? Бой вы видели.

– Ты на нашей территории.

– Хотите, чтобы я сделал ее своей? Мне даже вас убивать нет смысла. Остановить не сможете, выйду на арену и скажу всем, что вы пытаетесь разобраться с тем, кто посмел победить. Что скажете, а?

Работники арены переглянулись. Среди них было два Мастера, но Красавчик показал, чего он стоит.

– Тебя хочет видеть Хозяин.

– И зачем все это было?

– Сказал проверить тебя.

Пожав плечами, Фердинанд пошел за работниками. Уйти, не встретившись с Хозяином Песьей Ямы, было невозможно.

– Вот и ты.

Ветеран похода Искандера положил на стол мешочек из тех, в которых носят аркюс.

– У ловцов Васси хороший урожай. Твоя награда за два боя.

Заглянув в мешочек, Фердинанд увидел семь белых жемчужин. Жемчуг Васси ловили на западном побережье, и каждая такая жемчужина равнялась сотне таблеток аркюса. Хозяин Песьей Ямы щедро заплатил.

– Фердинанд.

– Догадаться было несложно, да? – усмехнулся бывший рантарец.

– Ты слаб.

– Я победил вашего чемпиона, если не заметили.

– Слаб против стариков Рантара. Оставайся здесь. Мне нужен новый чемпион.

Фактически Хозяин Песьей Ямы предлагал и работу, и защиту. Старейшины всегда могли подослать убийц или послать за головой Фердинанда кого-то сильного, а здесь, в Песьей Яме, можно было не волноваться за свою жизнь. Да, Рантар мог уничтожить Песью Яму, ведь главной силой был всего один боец на уровне Великого Мастера, но старейшины не пошли бы на такой шаг.

– Ну, я не просто так сбежал из дома. Хочется на мир посмотреть. Глупо было бы остаться здесь, раз уже ушел… Задумали как-то умалишенные сбежать из сумасшедшего дома. А на следующий день старший из них приходит хмурый и говорит: «Не получится ничего, стену снесли». Ха-ха-ха!

Хозяин Песьей Ямы не поменялся в единственной открытой половине своего лица.

– Дам совет, – наконец, сказал он. – Найди человека по имени Сагранеф.

– Кто это?

– Неважно.

Фердинанд пожал плечами. Это хотя бы звучало, как цель.

Никто не стал его задерживать. Спокойно забрав вещи, Фердинанд поспешил уйти из Песьей Ямы.

Можно было направиться на Запад. Или на Юг. Там старейшины ни за что не стали бы искать Фердинанда, но вместо этого бывший рантарец побежал в Централ. Тот, кто бежит от себя, никогда не окажется в нужном месте.

Где-то через сутки пути Фердинанд остановился в поле. Серп, ничейная территория, остался позади. По пути Фердинанд заскочил в небольшую деревню и купил еды и вина, а в поле развел костер.

– Жалко, что приходится пить одному, – сказал главный рантарский гуляка, делая большой глоток вина. Оно давно не пьянило Фердинанда, зато оставалось таким же вкусным.

В ста шагах от костра появился человек. Он приветственно поднял руку, и Фердинанд кивнул, поднимая бутыль с вином.

– Выпьешь? Или пришел поквитаться?

– Выпью, – ответил Бешеный Пес, усаживаясь рядом. Сделав три глотка, он вернул бутыль Фердинанду.

Бешеный Пес не успел оправиться от ран. Его ярь была нестабильной и плясала, как языки пламени, но он смог восстановиться достаточно, чтобы догнать Фердинанда. Вытерев рот рукой, хоть на губах не осталось и капли вина, Бешеный Пес спросил:

– Попутчик нужен?

– Ты умеешь удивлять. А как же Песья Яма? Так задело поражение?

– Ты освободил меня. Я тебе благодарен.

Фердинанд удивленно глянул на Бешеного Пса.

– Я был боевым рабом с самого детства. Сражался на арене с тех пор, как почувствовал ярь. Когда стал чемпионом арены, Хозяин сказал: «Если проиграешь, сражаясь во всю силу – получишь свободу».

– А проигрыш на арене почти всегда означает смерть. Мужик, да моя история на фоне твоей – цветочки. Сочувствую.

– Твои родители погибли во время Двадцатилетней войны, твой брат погиб из-за ошибки в ритуале. А еще погиб твой лучший друг – возможно, от твоей же руки.

– Так ты навел справки, – улыбнулся Фердинанд. – Пара грустных моментов найдется, да. Зачем со мной идти?

– Почему нет? – пожал плечами Бешеный Пес.

– Годится! Тебя-то как звать?

– У меня нет имени. Сначала номер, а потом прозвище – Бешеный Пес.

– Нет, ну слушай, звать тебя Бешеным Псом как-то грубо. Придумай себе что-то, ты же свободный человек!

– Пока идей нет.

Фердинанд кивнул. Вот так просто обрести новое имя нельзя.

– Почему вообще Бешеный Пес? Спокойствия тебе не занимать.

– Потому что сразу убивал, – пожал плечами Бешеный Пес. – Думал, и тебя убью.

Три удара были смертельными. Бешеный Пес легко мог убить, если бы Фердинанд оказался чуть медленнее.

– Воля Тела, Воля Меча, Воля Концентрации. И идеальный стиль под них. Ты был опасным противником, – сказал рантарец серьезно.

– Ночной Свет. Мой стиль, – кивнул Бешеный Пес, снова прикладываясь к бутыли с вином. Второй рукой он достал клинок и, взяв его за конец рукояти, взмахнул перед собой.

– «Полумесяц Выходит». Нужно сделать выпад вперед.

Фердинанд закивал, вспоминая бой.

– Ага-ага, неожиданный удар на предельной дистанции. Опасный прием, но только раз сработает.

Бешеный Пес отдал бутыль с вином и двумя руками показал сначала блок, а потом атаку тем же движением.

– «Полумесяц Возвращается». И блок, и удар.

– Похоже на Обратный Блок Школы Сизого Камня. Только сложнее и куда опаснее, – кивнул Фердинанд.

Подняв меч вверх, Бешеный Пес описал им круг над головой.

– «Полная Луна». Атака во все направления.

Раны на груди уже успели зажить. Но Полная Луна оставила самую широкую – и она зарастала дольше всего. Мало того что прием едва не убил Фердинанда, будь вместе с ним другие бойцы, они точно погибли бы. Идеальная первая атака, идеальный блок с контратакой и атака во все направления – Бешеный Пес создал эффективный стиль всего из трех приемов.

– Но если знать, как твои приемы работают, с тобой легче сражаться, – задумчиво проговорил Фердинанд и улыбнулся. – В Песьей Яме все покупается, особенно информация, так ведь, а?

– Десять моих последних соперников знали мой стиль. Но одних только знаний мало, чтобы меня убить. А ты не знал. Почему не купил?

– Потому что испортил бы себе сюрприз, ха-ха-ха! Ты же не знал, как я сражаюсь!

На лице Бешеного Пса появилась легкая улыбка.

– И то верно. Но я больше не буду сражаться с мечом.

– Ассоциации с Песьей Ямой? Хочешь отказаться от прошлого?

– Вроде того. Мне всегда нравилась магия, и я ей неплохо владею. Мечник Бешеный Пес останется в прошлом, в Песьей Яме. А у мага пока нет имени.

Оттянув руку назад, Бешеный Пес швырнул меч вперед – и клинок ушел в землю в тысяче шагов от костра. Оружие Бешеного Пса стоило хороших денег, он мог его продать, чтобы неплохо заработать, раз уж отказался от пути меча. Но это был акт отречения, выбросив меч, Бешеный Пес выбросил прошлую жизнь.

Стояла тишина, и ее нужно было нарушить. Вода в котле закипела, и Фердинанд отставил его в сторону. Засунув руку в сумку, рантарец достал оттуда сверток ткани. Внутри лежал чай, который Фердинанд кинул в котелок.

– Чай?

– Купил у деревенских, со смородиновым листом. О, есть у меня один анекдот! Мастер как-то пил свой любимый чай, а к нему пришел ученик. «Мастер, в чем жизнь отличается от существования?», – спросил ученик. «Сейчас объясню, – ответил мастер. – Принеси мой чайник и две чашки». Ученик так и сделал. «Теперь налей в обе чашки одинаковое количество чая, но в одну положи сахар, а в другую – нет». Ученик так и сделал, а мастер выпил обе чашки. «Теперь сделай одну чашку с горячим чаем, другую – с холодным». Все повторилось, мастер снова выпил обе чашки. «А теперь в одну положи смородиновый лист, а в другую – цедру лимона». Ученик сделал это, мастер выпил две чашки и сказал: «Вот это я чая напился». Ха-ха-ха!

– Забавно.

– Ты даже в лице не поменялся! Не понравилось, так и скажи.

– Это определенно не лучший анекдот в моей жизни.

– Звучит как вызов! Я тебе покоя больше не дам!

***

– … А он им говорит: «Вы или держите дольше, или окунайте глубже: дно мутное, ничего не видно!».

– Хах. Этот был забавным.

Фердинанд вытер со лба испарину. Уже давно рассвело, и рантарец с Бешеным Псом шли рядом четвертый час. Все это время Фердинанд без остановки рассказывал анекдоты, и только сейчас смог добиться хоть какой-то реакции.

– Куда мы идем? – спросил Бешеный Пес после минуты молчания.

– Только сейчас спросил? – усмехнулся Фердинанд.

– Тебя было не заткнуть.

– Ха-ха, привыкай, таков уж я! Куда мы идем… Я рад, что ты присоединился. Мне нужен сообщник.

– Сообщник?

– Да, – серьезным тоном ответил Фердинанд. – Я планирую проникнуть в Школу Сизого Камня.

Бешеный Пес остановился как вкопанный и уставился на Фердинанда.

– Это самоубийство.

– У меня есть план. Понимаешь, я – вне закона, ты и вовсе из Песьей Ямы. Мы сможем прославиться, если проникнем туда и украдем пару артефактов… Да шучу я! Ха-ха, поверил?

Несколько раз моргнув, Бешеный Пес помотал головой.

– В Рантаре тебя недолюбливали?

– Как ты догадался? – улыбнулся Фердинанд. – У меня есть цель – стать одним из Четырех Священных Зверей. А еще Хозяин Песьей Ямы посоветовал найти человека по имени Сагранеф, хотелось бы на него посмотреть.

– Второе звучит реальнее.

– Знаешь что-то про Сагранефа?

– Нет. Найти кого угодно реальнее, чем стать одним из Четырех Священных Зверей. Куда сначала?

– Конечно в Район Войн! А за ним – в Район Ста Школ. Не знаю, кто такой этот Сагранеф, но он должен быть сильным! Всех сильных бойцов западного Централа я знаю, на юге есть всего один такой, на востоке – тоже. Остается только наведаться в Район Войн и Район Ста Школ, там сильных мастеров – пруд пруди.

– Это так. Но ты не думал, что он может быть Бессмертным?

– Тогда стать одним из Четырех Священных Зверей будет реальнее, – усмехнулся Фердинанд. – А ты? Идешь со мной или разойдемся?

– Не думаю, что заскучаю, если пойду с тобой, – ответил Бешеный Пес. – До тех пор, пока не ввяжешься во что-то серьезное.

– Дружище, поверь, тогда будет еще веселее! Разок встрянешь со мной в передрягу, больше никогда не пропустишь. А пока… Урму.

– Так и думал.

Вдалеке показались распаханные поля, телеги на дорогах и высокие городские стены. Это был Урму – Город Тысячи Языков.