Его императорское величество (император Михаил II - 3)

Глава 1

В Зимнем дворце было шумно, многолюдно, сверкающе светло. Его императорские величества российские императоры Николай II и его брат Михаил II проводили прием в честь окончания «Смутного времени» - тяжелых лет в России, когда, казалось бы императорский престол вот-вот рухнет.

Но ничего. Пошатался и не рухнул. И многим тогда казалось, что именно благодаря новому императору Михаилу II. Эта двойная форма правления, вытащенная аж из истории раннесредневековой Византии, оказалась вдруг очень устойчивой и стабильной. Двух монархов в отличие от одного его противникам было не сшибить, как не старались бы смутьяны всех колеров и направлений. И сами правящие братья, являясь равными правителями, умудрились ни разу не поссориться, не пойти в раздрай, как известные лебедь, рак и щука из известной басни Крылова.

Да и сам Михаил оказался очень талантливым администратором и даже военачальником. Он сумел в бурное время революций не сделать ни одну грубую ошибку правителя, которые так сильно не любят население, и даже победить япошек в той недавней почти уже проигранной войне.

Вон он теперь сидит гордо и всевластно, с веселым взором на лице. Явно рад за себя и Николая. Победили же всех врагов – и внутренних и внешних!

Михаил так не походил поведением и деятельностью на своего брата Николая II, что среди народа опять, как при Петре Великом, пошли смутные слухи, что поменяли великого князя и другого посадили на императорский престол.

Хотя слухи развернулись не широко. Все же не начало XVIII века, народ уже не столь темен и безграмотен. Да и стоило только увидеть и сличить двух братьев – императоров, чтобы сразу понять – единоутробные родственники! Зримо похожи как… братья.

Так эта молва, почти правдивая, и не разошлась широко по стране. А ведь Михаила действительно подменили, только не физически, а психически и не подменили, а поменяли. Не захотел Миша жить в бурную эпоху начала ХХ века, обратился искренне к Богу, и ушла его душа в темноту средневековья. Туда, где пусть грубость и примитивность, зато монархия, как форма правления всех устраивает.

А в бесхозное тело поставили случайно нашедшуюся душу, хоть немного подходящую и по характеру похожую. Александр Сергеевич Вершинин, пусть и современник XXI века, но россиянин, пусть не дворянин, но недоучившийся историк. И хотя сам он никуда не просился и его никто не спрашивал, но тоже судьбоносцы душой не покривили. Тому тоже куда-то надо было деться – собственное-то тело погибло, попав под автомобиль.

Так теперь жил Михаил-Александр на исходе XIX – XX веков. России помог нечаянно не развалиться. Женился, двух детей завел от жены и от любовницы. чем не император!

Действительно, чем не император. Михаил незаметно усмехнулся, ласково улыбнулся фрейлине двора красавице Настеньке (фамилию, хоть убей, не помнил). На новом месте он усиделся хорошо, особенно если посмотреть, как он сюда попал. Как из одного седла в другой на бешеной скачке. Как еще кости не переломал?

А ведь не хочется в тишину-то. Никак нельзя-с. Император всероссийский и зять короля Великобритании Эдуарда VII Михаил II не может никуда уехать, даже если захочет. Так что даже не думай об этом!

Он опять улыбнулся, теперь уже жене Марии, Мари, как его звали при аглицком дворе, и отправился к оной же. Предстояло ужинать, а перед этим толкнуть вслед за братом Николаем воодушевленную для публики речь. А завтра опять напряженная деятельность.

Михаил легко поднялся с престола (их стало теперь два – по числу императоров) и пошел во главу стола, где уже сидели их жены – Александра Федоровна и его Мария Федоровна.

Он чокнулся бокалом с шампанским с миленькой женой, с окружающими, потом с подошедшим братом. Выпил. Шампанское, кстати было крымское, российское. Предыдущий хозяин, видимо, что-то чувствуя, решил все продать – виноградники, само Абрау-Дюрсо с крупным хранилищем вин. Он тогда уговорил брата на двоих купить. Причем нее от имени государства, а как частные лица. В России того времени это, конечно, сильно положение не меняло, но все же…

Пил он совсем не много, не то, что две-три бутылки коньяка в молодости и это позволило ему, во-первых, самому дойти до дома и довести из вежливости жену, а во-вторых, утром, позавтракав, приняться за каждодневную работу.

Замысел его, в общем, был типичным для попаданца – зная будущее, поставить Россию в приличную по сравнению с другими странами позицию.

Легко? Да, несомненно! Но только теоретически. А практически будет очень сложно, поскольку окажется много деталей, попробуй-ка все сделай! Политически, экономически, технически… это только сферы и самые главные. А потом начнутся подробности, в которых и прячется дьявол!

С братом Николаем они договорились мирно разойтись, и каждый возьмет свое направление. Так, значит, два российских императора разделили свои заботы. А, поскольку, все их сферы, в общем-то, постоянно сходились – деньги одни, люди одни, даже проблемы такие же, просто под другим углом – то они решили раз в неделю по утрам встречаться тет-а-тет. И никаких поданных или подчиненных ни под какими причинами!

На этих встречах они без чинов, честно и прямо договаривались по всем проблемам и столкновений, произошедших между ними и, особенно, между их подчиненными.

Об этих императорских встречах первоначально договорился Михаил. Николай удивился, но согласился.

И то. Николай, до сих пор бывший полновластным императором, как-то не представлял, что такое договариваться с равным по полномочиям в своих же владениям. А вот Михаилу в бытность Александру в XXI веке очень даже приходилось, и ссориться, и договариваться.

С той поры прошло полтора года, и уж Николай настоятельно требовал, чтобы перед любым мероприятием, экономическим или политическим, они все оговорили, вплоть до того, кто куда идет и в какой очередности.

А что Михаил? Он всегда считал, что лучше плохая ссора, чем добрая война. и потому сразу же согласился.

Сегодня они хотели обговорить экономические вопросы. Будущая война ХХ века, как это представляли августейшие собеседники – Николай предчувствовал, а Михаил прямо знал – будет больше техническая, чем все предыдущие. Надо было поднимать тяжелую и металлообрабатывающую промышленность, уровень которой у братьев оценивался по-разному – Николаем, как посредственный, попаданцу Михаила, как плохой и неподходящий.

По этому поводу они уже не раз спорили и, вроде бы Михаил с его знанием будущего потихоньку побеждал, но не в этом сейчас была суть. Задачи были разные, задачи были комплексные, а промышленность была одна. И хоть оружие и техника создавались специализированными предприятиями, которые в основном надо было еще создавать, но металл и уголь для них брали из общей российской казны. Как, в общем-то, деньги и квалифицированного персонала.

Вот об этом императорам и предстояло подискутировать, и, как понимал Михаил весьма горячо, хотя и по-родственному. И такой спор должен был произойти наедине, чтобы не снижать авторитет императорской власти. Подчиненные пусть спорят, а императоры должны уже все для себя решить.

Посмотрел напоследок на спящую жену. Мария после рождения ребенка заметно подобрела, по-женски приятно похорошела. Да еще во сне простыни разметала. Ух, как представительно для мужчины.

Фу ты ну ты! Надо поскорее удрать из семейной спальни хотя бы к столу для завтрака. Крепкий черный чай вкупе с холодной водой в умывальне должны были окончательно сломить негативный настрой после вчерашнего торжества.

Николай его уже ждал в означенной для разговора комнате в Зимнем дворце. Сказал, улыбаясь:

- А я думал, что ты после вчерашнего не придешь.

- ?? - удивился Михаил.

- Выпил ты вчера немного, но, так или иначе, один проговорил бутылку шампанского.

Ого, - удивился Михаил, - а я и не заметил! То-то вчера к концу вечера в голове изрядно шумело. Но вслух небрежно заметил:

- То ж шампанское. Вот если бы волшебный шустовский напиток!

Посмеялись. Николай – добродушно, Михаил – немного лукаво. Оба понимали, что младший хитрит, но только капельку. Стоило ли из-за этого Привет! ломать копья. Потом заговорили уже серьезно.

Николай, который, чем старше, тем менее предавался греху Бахуса, вчера поздно вечером еще поработал над денежными вопросами.

- Смотри, что я вчера вчерне посчитал, - обратил он внимание младшего брата к бумагам на столе.

Михаил подсел к столу и внимательно вчитался. Собственно, это была и не такая шокирующая новость. Денег в российской казне опять не хватало. Другое дело, сколько конкретно. Михаил пригляделся к цифрам, легонько свистнул, потом вздохнул. Как всегда. Хотелось бы, чтобы казна была бездефицитна, а если и с дефицитом, то с небольшим. но реальность бывает хуже.

- Лондон? Брюссель? - деловито спросил Михаил. Разговоры были неоднократны и пользы они были очевидны только в связи с новостями. А так что болтать?

Николай вздохнул. Он с утра просмотрел дипломатические бумаги. Известия в них не радовали. Союзники были хоть и добры, но в карман посмотреть не забывали. Сказал, как напечатал:

- Проценты желают пусть и по-божески, но прилично. И в общем-то одинаковы. Лондон?

Теперь задумался Михаил. Проценты-то были одинаковы, а по различным преференциям бельгийские банки даже для России выгоднее. Но в Англии был августейший родственник, не раз уже помогавший и, скорее всего, еще не раз. И потом, в этой стране была большая военная промышленность, которая была тесно связана с банками. Хозяева-то были, как правило, одни и те же.

- Лондон! - твердо подтвердил Михаил.

Представители английских банков были готовы ехать в Москву хоть сей же день. К этому их подталкивали не только финансовые интересы, но и постоянные подталкивания английского правительства, которое по старой привычке не хотело верить сегодняшним союзникам (вчерашним врагам) и желало покрепче привязывать кредитными веревками.

Бог с ними, о России надо подумать, потом о семье. А уже лишь потом об Англии. И если что не выйдет, то простите – извините, дорогие англичане.

Тем более, с финансами он сейчас не работал. Кредитный договор должен был подписать от имени обоих императоров Николай, а Михаил собирался ехать на металлургический юг, чтобы стимулировать кнутом и пряником предпринимателей.

Россия очень нуждалась углем и металлом, а с началом войны будет нуждаться еще больше. И реформы попаданца, весьма передовые для этого времени, требовали еще больше металл и угля. И никто им несколько миллионов тонн топлива и сырья а условиях войны не привезет. Только сами.

С Николаем они решили довольно быстро. Главным образом из-за того, что Михаил постоянно отступал, соглашаясь с Николаем. Тут, правда, была своя логика. Уступал он о мелочам, а когда речь шла о принципиальных вещах, становился тверже стали.

Его старший брат, удивляясь по началу, быстро «просек фишку» и попытался делать также. Родные ж братья, о чем может идти спор?

На расширенном Совете Министров (плюс Госсовет и недавно созданная Госдума) вопросы решили, конечно, не так скоро, но все равно за один день. Политика патриотических действий, выборочные «пряники» и «кнут» дали свое дело. Некоторые политики, пытавшиеся вбить клин противоречий между императорами, с удивлением ощутили, что братья действуют одинаково. И попытки найти точки противоречия ни к чему не приходят. За исключением того, что сами политики стали сильно падать в глазах обоих монархов.

Что же до практики, были не только приняты, но и опробованы в деле указы переводы экономики (промышленность и сельское хозяйство отдельно), социальная сфера и культура.

Больше, разумеется, вызвала экономика. Сами производственные процессы, кадровые вопросы в зависимости от губернии и от уровня экономики… ох!

А вот социальная сфера и культура вызвали у его высокопревосходительств и его сиятельств некоторый шок. Зачем?

Николай, хотя и был уговорен, но до конца так и не согласился. Поэтому возражать он не стал, но и помощи от него было не добиться. Но Михаил, учивший это время по учебнику истории, помнил, что Россия в конечном итоге рухнула не из-за военных поражений, а от недовольства населения. Вспомните, господа политики, от чего не стало империи. В международный женский день 23 февраля женщины вышли на улицы и через неделю тысячелетний режим рухнул!

Отсюда, какой вывод? Нет, не женщин надо расстреливать. И оставить надежные армейские, лучше гвардейские части в обоих столицах (новой и старой). Нужно, прежде всего, чутко прослеживать социальную сферу и, наряду за развитием экономики, следить за проведением идеологии. А это значит культура!

Немного поговорили и о военном вопросе.

Проблемы это, естественно, для военного министерства и генштаба, но и для штатских ведомств хватало вопросов.

Неожиданно возник вопрос о самом Михаиле. Николай II, индифферентно куривший во время всего предыдущего вопроса, по окончании обсуждения вдруг оживился и сказал о совсем другом, не связанном с культурой:

- Господа! В преддверии войны нам необходимо произвести еще и укрепление высшего военного командования Российской империи. И дело не в том, что нынешний верховный главнокомандующий мой дядя великий князь Николай Николаевич слаб, как военный стратег. Нет, в этом отношении к нему никто не сумеет приложить претензий. Ситуация в том, что существует другой кандидат на этот пост – наш брат и соправитель император Михаил I. Его харизму полководца из нынешних российских генералов не оспорит. Да и не только из российских.

Я считаю, что только Михаил I в этот период может быть верховным главнокомандующим Российской армии!

Николай II произнес короткий, но яркий спич и спокойно сел на свое место, не пряча свой взгляд от присутствующих здесь лиц. Похоже, считает свое предложение единственно правильным.

И Николай Николаевич, возмущенно посмотрев на своего августейшего племянника, при имени Михаила ничего не сказал. Действительно, хоть и не принято хвалить самого, но по сравнению с ним Николай Николаевич бледновато выходит. И не только в прошлом, но для попаданца и в будущем. Что-то великий князь в Первой мировой не очень выглядел. А потом опять был снят Николаем II, только с заменой им самим. Может, и правильно?

Единственно, что не так было надо. В узком кругу и Николая Николаевича и самому Михаилу объявить о перестановках. Дело-то, в общем, семейное, кулуарное. Или правильно Николай II сделал? Иначе бы утонуло все в говорильне. А так в присутствии большого числа людей не каждый отважится возразить. Они-то вот с дядей не стали.

Но брату он все равно скажет, когда они одни окажутся. Не делают так. Тем более Совет Министров, пусть и расширенный, не тот орган, на котором не назначают главнокомандующего.

А уже к вечеру он отравился к российский юг – за углем и металлом. А за одним и на отдых в Крым. В связи с этим его жена Мария и малолетний сын не встречали мужа и отца, а поехали вместе с ним.

Благо ведь он переехал не как рядовой россиянин, хотя бы на одном мягком месье. И даже не на личном вагоне. Николай II настоял и министр путей сообщения поддержал. Император Михаил II отправился на целом поезде! Ну а раз поезд, то и обслуживающих – от адъютантов до последнего поваренка – нашлось много. В итоге, сначала Михаил ехал втроем – адъютантом и ординарцем, оба на выбор, кому повезет. А в конце ехало более 300 человек. Юг это не Магадан, туда не то что хотели, настаивали быть во «временной команде его императорского величества императора Михаила II».

Одно хорошо – вагон, куда с почетом проводили Михаила, был роскошный до тошноты, обслуживание прекрасным. А то, что движение на железных дорогах этого направления было напряженным, то это решали не на скудном обслуживании себя, родного, а строительством новых железных дорог.

Довод был логический и железный. Завтрашним днем Михаил позавтракавши, отдыхал, бездумно глядя то в окно на великорусский пока пейзаж, то на близких родственников (жену и сына), тихонечко проникших в его купе и быстренько ставших безудержными хозяевами.

Москву, как он и предполагал, быстро, с ходу приехать не смогли. Император же едет! Пусть только один из двух, а все равно поданные не смогли не воспользоваться. От великолепных московских ресторанов (ох!) он все же сумел отбиться, наступил на мечте ногой. Но почти половину суток пришлось вникать, понимать, давать распоряжения. Что поделать, Московский промышленный район имел более одной четверти от совокупного российского производства. Пропустишь себе на шею.

Мария, хотя и сыном, не могла не пропускать такую возможность прибарахлиться. И ничего, что у нее уже в их семейной половине дворца была не одна комната нарядов и даже в поезде эти наряды заняли почти 50% его личного вагона. ХОЧУ!

Выпороть бы ее, да не в моготу. Российская императрица и дочь английского короля имела свои представления о роскоши. И то ее муж испортил настроение Марии, дав ей побывать только в трех модных центрах одежды. Когда молодая женщина в бешенстве бросилась к нему с претензиями, тот сразу согласился. Жене оставляли солидную сумму денег и их собственный поезд. А он уезжает.

Последнее Марию никак не устраивало. Топнув от злости ногой и так холодно поздоровавшись с подчиненными мужа, от чего они от испуга стали икать, она все же изволила ехать с ним. И теперь то ли для примирения с ним, то ли для того, чтобы помучить, все ехала с ним в купе с малолетним сыном.

Что же, он даже был рад своей семье. И даже не как император Михаил, а как провинциальный учитель Александр, которому так и не удалось за всю жизнь обзавестись такими родственниками.

Под благодушно-рассеянным настроением мужа Мария тоже постепенно притихла, посветлела. Бог уж эти модные тряпки, она и снова их купит. Зато рядом любимый муж – император. И ничего, что для него государство выше семьи. Мужчины они все такие. Лишь бы много любовниц не заводили. Одну – две тоже можно. Зато ее сын, которого она родила и воспитывает, станет императором России!

А потом пришло обеденное время. В вагоне-ресторане был обильный и великолепный обед. В Англии уже не первое поколение была частая сеть железных дорог и она привыкла в любое место из Лондона, даже в пригородную резиденцию, играющую роль дачи, приезжать в поезде. Но это были, как правило, короткие поездки и для легких перекусов даже королевская семья обходились бутербродами.

Не то, что эта огромная, варварская Россия! Годом раньше она ее пугалась, теперь радовалась, что это родина ее мужа его вторая отчизна. И пусть она по-прежнему любит Англию, но уже считает своею и Россию.

На обед давали прекрасные степные тушки птиц (какие она не знала, но очень вкусные), прожаренную дичь в виде молодых оленей и коз. А на десерт были местные фрукты, сладкие и душистые, как мед, и выпечка.

И самое смешное, во сколько этот обед обошелся. На огромную сумму – ноль рублей, ноль копеек!

Она бы сама этому не поверила, решив, что это глупая сказка для таких иностранцев, как она, если бы адъютант грузинский князь с чудной, но не передаваемой фамилией передавал на станцию распоряжение поохотится и привезти на станцию, дичь, птицу, а также фрукты, торты и выпечку, энное количество бутылок. А потом, когда н станции она прогуливалась с сыном, которого несли няньки, вдоль железнодорожных путей, она невзначай увидела прелюбопытную картину.

Главный повар, милейший Федор, добродушный украинец, сначала дотошно принимал продовольствие, а потом попытался заплатить. Так ведь местный житель, страшный по виду казак, даже обиделся. Как же он будет брать деньги с самого императора! Так и уехал повар с деньгами в руках.

После обеда, однако, Михаил решил, что хватит отдыхать и принялся разбирать деловые бумаги, связанные с поездкой. А также посмотреть чиновников, разбиравшихся в тонкостях местной экономики. На будущее надо их будет наградить и приблизить к себе.

Императоры договорились, что они не будут создавать свои структуры, чтобы излишне не тратить деньги и не запутывать управление. Но некоторую структуру для текущей работы (личная канцелярия) монархи имели и подбирали людей в них самостоятельно.

Глава 2

Понятно, что, в общем, историк Александр Сергеевич знания имел. Но вот именно, что в общем. Учебники зачастую не давали конкретные цифры и факты, а ленивые студенты не учили даже имеющие. Только общие подходы и выводы, а потом шли на экзамен.

Теперь требовалось заполнять имеющие недостатки и заполнять прорехи. Как уже понимал император, ему несколько повезло. Большая часть производства металла и добычи сырья и топлива приходилась на несколько синдикатов или трестов. Но проблема состояла в то, что еще малая часть продукции выпускалась небольшими предприятиями, почти кустарями. Это ведь качественный черный металл можно только в больших комбинатах, или, хотя бы, сетью мастерских. А уголь при наличии угольного пласта вблизи к поверхности позволял добывать продукцию даже одиночками. Немного, но если пренебречь их работой, то эффективность производства промышленности упадет аж на 10%! И это в условиях, когда страна нуждается в каждой винтовке, в каждом патроне!

Синдикаты же в лице акционеров и директоров клятвенно обещали, что не только не сократят производство своих предприятий, но и постепенно увеличат на 13-15% при той же себестоимости.

Но требовали они не мало. Приходилось, не скупясь, идти на встречу. Уже в вагоне Михаил подписал указ о запрете общей мобилизации в армию в случае войны рабочих и ответственных служащих. Такой аналогичный указ действовал в рамках всей российской экономики, но там была оговорка: «В случае армейской надобности проводить экстраординарную мобилизацию». И надобность такая, конечно, нашлась. Ужас ведь какие причины учитывались командованием запасных частей! А то, что производство заметно подкашивалось, если забривалась хотя бы часть рабочих и инженеров, армейскими чинами совершенно не учитывалось.

Пришлось их несколько подкорректировать. Новый императорский указ, касаясь важных оборонных отраслей, уже твердо, без объективных исключений, объявлял отказ от мобилизаций. Угольные и металлургические предприятия Юга обязательно включались в этот список. При этом учитывались не только кадровый состав синдикатов, но и кустари-единоличники.

Михаил, хоть и понимал, что вмешивается в объективный и, более того, прогрессивный процесс, но все же законсервировал кустарные объединения и единоличные мастерские и шахты, гарантировав их существование в период войны и в первые годы после войны.

Особый и очень важный вопрос был снабженческий. Попаданец Михаил помнил по учебникам истории, насколько взрывоопасный материал составлялся из голодных масс. Поэтому государство в лице императора не только властно вмешалось в договорные отношения между трудящихся и работодателей, обязав последних платить хотя бы минимум заработной платы. Причем минимум оно определяло само с региональными добавками.

Но деньги, как таковые, есть не будешь, при твердой зарплате спекулятивный рост стоимости продовольственных товаров может подрезать все проводимые мероприятия по стабилизации обстановке.

И Михаил впервые ввел военнокоммунистические повинности. Соседние с промышленными губерниями регионы должны были проводить обязательные поставки по твердым ценам. Поставки эти вводились немедленно, еще до войны в двухэшелонном порядке, как в целом по промышленным губерниям, так и по наиболее важным предприятиям. Для этого вводились карточки – рабочие, потребительские, детские и льготные для рабочих особо важных специальностей и инженеров.

Хотелось верить, что за год до войны этот механизм проработается и рабочих стычек и демонстраций уже не будет.

Император сам ходил по базарам и лавкам, не стесняясь, интересовался у жен рабочих, хватает ли им прожить от зарплаты до зарплаты. И чего надо сделать – жалованье увеличить или цены стабилизировать?

По этому поводу неоднократно беседовал он и с самими рабочими, как металлургическими предприятиями, так и шахтерами угольных шахт. С радостью видел, что в большинство трудящихся тревожили именно бытовые нужды – в первую очередь продовольствие, затем жилища, одежда, как рабочая, так и повседневная бытовая и еще по мелочам. Кто-то хочет жениться, но никак не может вырыть землянку, кто-то беспокоится по поводу обустройству подросших детей, а кто-то недоволен драчливым мастером.

Такие вопросы Михаил решал почти с радостью. Приказывал возмещать конкретные проблемы с продуктами, с наценками, повелевал прирезать городам автоматически землю с их ростом, одновременно выкупая у крестьян их владения. Для оборонных заводов по его высочайшему повелению (официальная формулировка) строились солидные бараки общежитского типа, а для инженеров, рабочих важных специальностей и многосемейных отдельные дома.

Вопросов было много, но все они были решаемые. И не обязательно на уровне императора, хватало и губернаторов. Было бы только желание. А что бы оно было, Михаил использовал обычные пряники и кнут. То есть, если видел, что губернатор или даже собственник работает, а не только деньгу загребает, то на такого человека падали императорские милости. Разные – от известных денежных премий и повышения статуса (дворянство, классный чин, карьерный рост) до прилюдное награждение орденом и причисление в императорскую свиту.

Если же убеждался, что известный имярек ленится или не тянет на своей должности, то включалась и другая сторона монаршего внимания – августейший выговор, перевод в более второстепенную губернию, понижение в чине и даже в должности. Наказание, как и поощрение бывает разным и сильным. Главное, знать, для чего оно проводится. Ведь в любом случае человек-то остается.

Вот губернатор Таврической губернии действительный статский советник Александр Алексеевич Мамонов явно наломал дров при разгоне демонстрации. Михаил внимательно смотрел на губернатора. Не глуп, судя по всему, сам понимает, что натворил. Демонстрация было по бытовой проблеме и по большей степени против не государства, а заводского начальства. Надо было их в основном пожалеть, а директору вставить фитиль. В он бросил против них казачат. Теперь вот страдает. Ладно, хоть убитых нет, но искалеченных и раненых вышло более двух десятков. Плохо это. Ничего, он пожалеет его душу. Накажет, но не сильно, чтобы видел – император все видит, все понимает, получите розог.

- Александр Алексеевич, - дал он решение на губернаторский доклад, повелеваю, наказаний демонстрантов не предпринимать, лишь организаторов посадить под арест на месяц. За эффектный разгон демонстрации, - император остановился. Сарказм его слов был настолько виден, что Мамонов понурился, готовый принять августейшее наказание, - награждаю вас орденом, - Михаил II помедлил, глядя на ошарашенное лицо губернатора, - орденом Св. Анны IV степени.

Посмотрел на него – понял ли? Судя по внешнему виду – понял. Так вот тоже. Наказывать его, собственно, не за что. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Но щелкнуть по носу надо, чтобы в дальнейшем думал, а не бездумно действовал.

Вот на это бывают награды, не соответствующие чину и титулу. Для низших лиц – для поощрения, для высоких лиц – для наказания. Ибо получить для генерала, пусть и штатского, низший орден для младших классных чинов, нехорошо. Умный человек застеснялся бы. А не умный и не сидится на такой должности.

Мамонов потупился и заметно побледнел, Михаил удовлетворенно усмехнулся и делая вид, что поправляет орден, негромко сказал: - надеюсь, эта ошибка будет у вас одиночная и я награжу вас и высоким орденом Российской империи.

Мамонов приобрел нормальный цвет лица и император улыбнулся. Не зачем ему пугать поданных изрядно. Не Сталин еще, слава богу.

А там и судьба щелкнула и самому императору по лбу, словно хотела показать, что он хоть и монарх, но все же человек.

Приехав в южные губернии, Михаил отправил поезд с женой и сыном в Крым. Потом вернется в Донбасс, а пока ему и регулярных поездов достаточно. И где-то на третьи сутки императорский поезд вернулся к своему хозяину.

Как нельзя вовремя. Спускаясь с очередного вагона, Михаил слегка повредил кисть левой руки. В принципе, ерунда, но лучше бы показать врачу. И хорошо бы, если это был свой постоянный врач, а не случайный.

Вот как раз в этот момент судьба и чувствительно щелкнула императора по лбу. Оглушительно, до искр в глазах. Михаил знал, что его личный врач Набоков скоро уходит в отставку. Старость, знаете, не радость. Сам подписал ему достаточный пенсион, орден, очередной чин (тайный советник, между прочим). А вот самому подбирать нового личного медика было некогда и он только предупредил соответствующую структуру о его требованиях к кандидату, уехал. Но он же не знал, что это будет Алика Антипова!

Смотрел на нее, как баран на новые ворота. И барану еще было хорошо, ворота же не смотрели на него в упор и не спрашивали язвительно, нет ли у него ушибов на голове? Не болит ли она, не тошнит ли, а то у него такой вид, как будто его били пыльным мешком?

- Господин полковник (Алика получила следующие чины)! - недовольно сказал Михаил, - по-моему, вы хотите обострить отношения не только со мной, но и с моей женой. Это недопустимо! Не имея к тебе претензий, как к профессионалу, я вынужден категорически отклонить тебя по личному положению и отказать от места своего личного врача. Только кроме бабских обид. Понятно?

- Понятно, - не стала сопротивляться Алика императору. Они стояли около поезда, точнее даже около его личного вагона и врач предложила ему пройти в купе и для начала присесть. А она проверит руку.

Михаил проживал уже вторую жизнь, и хотя с женщинами имел отношения, но не споры. И тут интуиция громко заорала, что его просто – на просто охмуряют, чтобы потом вытребовать все требуемое.

Но поврежденная рука болела уже сильно и долго, почти весь день, а коварная Алика даже полковничий мундир носила так сексуально, что любой дееспособный мужчина обливался слюной. Михаил к таковым еще относился, а потому сдался, уверяя себе, что хочет только по-медицински проверить и сделать новую повязку. Хотя в глубине души даже не Михаила, а Александра он понимал, что уже проиграл и ему только надо это констатировать.

Она усадила его на мягкой скамье купе, без разговора вытянула на стол левую поврежденную левую руку. Одновременно потребовала от подбежавшего ординарца ведро горячей воды.

Всякая рана или инвалидность имеет такую очередность, когда надо терпеть и материться от боли. Ведь ладно бы повязка, но каждый хирург как бы имеет право поковыряться в самом болезненном участке. Это называется хирургическое вмешательство и без него ни один раненый или больной таковым не считается.

Но его горячо любимая стерва хирургом, кажется, и не была. Присохшие к ране бинты она не рвала под прибаутку, что, мол, раз болит, значит, нервы есть и будем лечить. Саму рану Алика лишь посмотрела, даже не собираясь вытащить ножи, ножницы и прочие хирургические орудия.

Он так и не дождался острой боли. Наоборот, прохладная мазь на свежих бинтах успокоила рану.

- А ты можешь успокоить страждущего, - сказал Михаил своему милосердному хирургу, - осмотрела и перевязала рану и не разу не сделала больно!

- Ваше императорское величество, - саркастически делала она небольшой книксен у раковины, у которой мыла руки. Даже не сделала, изобразила книксен, - у вас это не рана, так наподобие, чтобы нервные барышни пищали от ужаса. Впрочем, если вы дальше будете нести глупую пургу, мне придется принять определенные меры, и вы еще всласть накричитесь от боли и от отвращения.

- Э-э-э, - протянул Михаил и как бы от удивления даже разинул рот, спросив: - но ведь это шантаж! Вы, милостивая государыня, политическая преступница! Как ее, пламенная большевичка!

- Никогда не лезла в политику, - открестилась от этого направления Алика и добавила: - впрочем, если ваше императорское величество желает…

- Не желает! - отрезал император. Поврежденная рука в кои-то перестала отвратительно ныть, что по себе позволяло благодарить, а не ругаться. И потом она была такая красивая и добрая…

Нет, он не будет с нею воевать. Лучше попытается с нею серьезно поговорить о их судьбах. Они, как Земля и Луна. Все время вместе и даже не могут прикоснуться. Ха, прикоснуться-то могут и совсем более. Не зря ребенка совместного завели. Но только в сугубой тайне, но и на всю Россию.

- Давай, поговорим всерьез, - предложил он Алике, - что мы, как зеленая молодежь, все лаемся и лаемся.

- Давай, - охотно согласилась она, - я сама хотела, но не решила. В твои годы мужчины такие юные, с женским полом предпочитают не говорить, а сразу амурные шуры-муры.

А сама-то как глазками поблескивает. И румянец густой и почти не целомудренный, скорее соблазнительный. Как с нею серьезно поговоришь? Однако, надо попробовать. А то выбрасывать женщину с ребенком, да еще со своим… это ж какой не благодарной сволочью надо быть!

- Послушай, около меня постоянно находится моя жена с моим же сыном – наследником, между прочим, сразу двух российских императоров и, похоже, английского короля! А ты лезешь!

- Ха-ха! - неприлично рассмеялась Алика, - ты опять думаешь, как мужчина. Даже как дремучий мужлан с древних лет. Мол, мы, мужчины, соблазнили, совратили, потом удрали. А женщины у вас, как бревна, молчаливые и неподвижные.

Но мы ведь тоже живые. И у нас от отношений бывают дети. Ладно в семье там муж. А когда одна, как я? Сама вертишься, как можешь!

- Но я тебе оставил деньги! - угрюмо возвратил Михаил,- и довольно приличная сумма!

- Да, деньги, неплохое положение. Ты не запретил мне говорить о том, кто отец ребенка. И твой брат Николай, спасибо ему, прилюдно признал его. А потом как? Одними деньгами жить не будешь, да и они имеют нехорошее свойство кончаться. И потом, Михаил Александрович, ты дал деньги на одну меня, а нас оказалось двое. И маленький ребенок даже расходует их больше, чем взрослый человек!

И потом, отшвырнув меня от себя, ты, по-моему, решил, что я уже мертвая? Так вот, ваше императорское величество, я еще жива! Если, конечно, вы не убьете меня сами.

-Хорошо, - сдался Михаил, - что ты хочешь?

- Я хочу быть врачом в императорской свите. Тут платят больше. Куда я, кстати, сумела пройти без твоей помощи, сама. Ты только не вздумай сопротивляться, а дальше я, с божьей помощью, и без сопливых…

Алика остановилась, поскольку рассерженный император гулко кашлянул.

- Если же ты побаиваешься своей жены, что она, узнав о любовнице, начать привередничать, то совершенно зря. Ха, сначала объявляешь на весь императорский двор своею женщиной, а потом косишься на жену!

- Я говорил о прошлой женщине, - угрюмо поправил Михаил.

- Мало ли что ты не говорил. Настоящая женщина никогда не верит мужчине на слово. Надо сказать, что хотя я хотела увидеть ее императорское величество, но она сама пригласила в Санкт-Петербург. Мы поговорили. Я честно, в отличие от тебя, рассказала о продолжении наших отношениях.

Император от неожиданности хрюкнул

- Вот почему она себя так странно вела, - сказал он, скорее себе, чем Алике и громче спросил: - Ну хорошо. И что же она?

- А что же она? Ее императорское величество повела, как настоящая жена и мать. Она приняла меня, как единственную любовницу и обещала помочь мне и моему ребенку. Вот!

Император после такой кошмарной исповеди молчал. Долго молчал, Алика даже начала беспокоится, не удрал ли он от них, став сумасшедшим?

А Михаил меж тем уже ждал как манны небесной будущую Первую мировою войну. Ну, их этих женщин!

Стремительно спрыгнул с вагона на землю, охнув от боли в левой руке, не зло мысленно помянул Алику. И постарался забыть про обоих – и про боль, и про женщину. Без того проблем хватает, хоть на части рвись. И первая по значимости, конечно, войн.

Михаил Александрович (точнее, Александр Сергеевич, но это уже почти все равно), все больше подумывал о том, что ему надо перейти к профессиональной работе попаданца – прогрессорству, а с учетом текущей обстановки – разработки новых образцов военной техники. Ведь в прошлой реальности ни массовая регулярная армия, ни увеличение уровня промышленности в военное время не позволили России не только победить, но и уцелеть.

При чем необходимо не просто производить, а еще создавать технику, учитывая специфику России и текущей эпохи:

Во-первых, Российская империя – страна промышленно ниже средней, то есть она и текущий-то уровень военных нужд в прошлой реальности с трудом вытягивала, да и то уже к концу войны, когда положение оказалось на грани социального взрыва. Попаданцу нужно это учитывать и изобретать немного образцов техники, а еще лучше один – два, не больше. И желательно попроще, а то и промышленность не сможет разработать, и армия не освоит;

Во-вторых, желательно изобретать таким образом, чтобы определить развитие хоть все цивилизации, хоть техники в целом на пару столетий. Например, получить аэропланы, или дизельные танки, или грузовики на электрическом двигателе.

Мда-с, умно придумано? Только вот на практике Михаилу Александровичу приходилось учитывать свою собственную техническую базу, очень слабую и примитивную, как будто судьба заранее определила, что раз он россиянин, то знания попаданца должны подходить к промышленному уровню страны.

Гуманитарий он чистейшей войны и технические знания в нем мизерны и примитивны, какой уж там во-первых и во-вторых. Вообще бы что-то вспомнить без ноутбука и интернета!

К счастью, он был все же историком, пусть и заочником, то есть весьма условно студентом. И доценты преподаватели, сатрапы и грубияны, смогли хотя бы немного втиснуть в его забубенную голову информацию о специфике техники хотя бы накануне и времен Великой Отечественной войны.

В частности студенту А.С. Вершинину привалило «счастье». Преподаватель на его спецсеминара «разрешил» ему написать «небольшую» работу и сделать доклад в виде выжимок на занятие на тему «ТТХ Т-35». Ох же и матерился он тогда на доцента, ох и радовался сейчас в ХХ веке! Вот и получилось, что, несмотря на все умничанье, он решил в основе российской победы поставить тяжелый танк Т-35ув, что означало упрощенный вариант.

Ну и еще уже в сокращенном масштабе создать реактивную «Длань Господню», в девичестве в прошлой реальности обычную БМ-13. «Катюшу» и ее прототипы и последующие образцы Вершинин знал в целом, типа существовали и даже очень эффективно, но без каких-либо подробностей. То есть, фактически ничего. Но он также знал, что ракетные установки были весьма простые, их как бы создавали «на коленке», а также, в самой России ракеты уже существовали в XIX веке. Так что в данном случае ему надо только использовать административный ресурс и заставить работать конструкторов.

А вы говорите любовь, поцелуйчики, детишки… Война на носу, сталь, уголь, хлеб надо, а также создать и произвести танки и ракеты – вот вклад в победу России попаданца Михаила Александровича!

Глава 3

Михаил Александрович прогулялся на свежем воздухе, остудил головушку. Заодно и мысли распределил по полкам головы, теперь четко обусловил, что ему делать в первую очередь, что во вторую, а что лучше ничего никогда больше не делать, дьявол его побери и 666 коварных прислужниц в помощь!

Поезд пока солидно стоял на запасном пути города Валуйки, непонятно что ожидая – то ли беспокойного хозяина, то ли напряженной очереди на железной дороги. А сам хозяин меж тем снова неспешно пережевывал мысли.

Решено! Первая мировая война в прошлую реальность началась в августе 1914 года. Свежая реальность не обязательно, что повторится, может даже вообще по этому не пройдет. Хотя это вряд ли, слишком уж напряженная международная обстановка. Ну, все же, предположим, что в этом мире война также начнется летом 1914 года.

Сейчас же еще лето 1912 года. Со времен Русско-Японской войны 1904 – 1906 гг. (это в этой реальности) прошло немало времени и для них, двух братьев – императоров, оно прошло не зря. Окрепло внутреннее положение, чего не произошло раньше. Усилиями соправителей была стабилизирована политическая сфера. Радикальные парти загнаны в тюрьмы и на каторгу, умеренные – в Государственную Думу. С Самодержавием, правда пришлось покончить, зато была реализована давнишняя мечта П.Н. Милюкова – партия кадетов (и другие умеренные партии) стали оппозицией его величества, а не его величеству.

Произошли и некоторые подвижки в экономике. Хвастать там было особо нечего, но получение черных металлов, добыча угля и нефти заметно увеличились.

Теперь вот начался черед производства военной техники. Раньше, к сожалению, не получалось – и не спрячешь в секрете, а, главное, заморозить огромные государственные средства на длительный срок было нельзя, так Россия пришла бы к экономическому, а потом и социальному кризису еще до войны. Ну а когда до войны осталось несколько лет, тут уже откладывать нечего! Даешь оружие в массовом количестве и старое, и новое!

Потоптался у своего вагона. Там, в его купе, есть крепкий чай, кипа бумаги и карандаши, в них его замыслы и идеи. Но вот через несколько вагонов впереди стоит санитарный вагон. А там незабвенная Алика, черт ее побери, с нашим сыном Константином. Надо договорить, а то замолчали на полуслове и разошлись. А с женщиной надо обязательно все обговорить четко и безусловно, иначе эта бомба разорвется в самый неподходящий момент.

А также надо перевязать руку. Алика, конечно, врач и ей вроде бы не надо возиться с бинтами, но ведь и он Император России! Не умрет, не развалится его высокоблагородие!

Уже решительно прошелся к санитарному вагону, удивляясь масштабу их удобств. Ладно, он разместился один в вагоне, на то и монарх, но медицине-то зачем? Хотел было проревизовать их владения, а потом, как водится, сократить, но уже поднявшись в вагон, махнул рукой. Конечно, не по чину расселись, а вот то, что он их сгонять будет, по чину?

Постучал в купе Алики с бумажной табличкой «хирург А. Антипова» (а где ее чин?), не дожидаясь, вошел. Алика занималась своим естественно-женским делом – стирала. И как бы, если обращать на вычурно-изящный цвет и кружева, это не было нижнее женское белье!

Увидев императора, она вдруг разрумянилась, засмущалась:

- Ваше императорское величество, что вы! Как вы здесь оказались?

- Мгм! - оценил он свою любовницу. Полуодетая (полураздетая?), она была очень красиво-сексуальная. Словно ждала своего мужчину, а теперь с удовольствием ее встречала.

- Я решил удовлетворить вашу просьбу и прикрепить вас к моей свите! - объявил он торжественно.

- Да? - удивилась Алика, - а вы разве уже не решили?

- Нет! - засмеялся он, - мы просто с тобой поругались, а потом ты явочным порядком, нагло, между прочим, занимала это купе. Или два, ты же с сыном Константином?

- Да… ваше императорское величество! - еще больше засмущалась она, и Михаил Александрович окончательно утвердился – играет, зараза, его обольщает! Чтобы Алика да смущалась, скорее уж волк станет вегетарианцем!

- Значит так! - уже строго сказал он, - повторяю: ты взята в мою свиту на должность личного врача, а не просто хирурга с… сколько у тебя было в армии?

320 рублей за звание, 150 рублей за должность. Плюс надбавка за местность, минус вычет за обед и обмундирование. 400 рублей с мелочью в месяц! - весело доложила ему, понимая, что гроза сверху, то есть от императора, ей уже не грозит.

- Будешь получить за свитскую должность 800 рублей! - почти приказал ей император, потом полюбопытствовал: - а где у тебя сын, что ты его от меня прячешь?

- Ничего я его не прячу! - запротестовала на это обвинение Алика, как она считала, несправедливое, громко позвала: - Костя, сынок, подойди ко мне, милый!

Через некоторое время дверь из одного из соседних купе открылась, и оттуда вышел мальчик, еще настоящий малыш. «Сколько ему уже? - затруднился Михаил Александрович, - зачали его мы где-то в 1905 году. Всяко лет 6-7 будет. А похож!»

Мальчик действительно был копией императора, просто еще маленький и безбородый.

- Костя, - уже строго сказала сыну Алика, - тебя хочет видеть… дядя!

Она опасливо посмотрела на императора. В свое время Михаил Александрович разрешил ему пользоваться его именем в качестве отчества – Михайлович, что фактически ознаменовало признание отцовство. И брат его признавал племянника и даровал титул графа. Но кто их знает, этих императоров? Монаршая милость – как июньский снег на жарком снеге. Раз и его нет, а еще по голове получишь.

Однако Михаил Александрович, не зная пессимистичных мыслей любовницы, не стал медлить. Он даже не думал тревожиться с этой стороны. Вот как подружить двух женщин, двух любимых жен – одну официальную, другую неофициальную, это кардинальная проблема. Ну а то что сын бастард, так это ерунда, мало что ли высоких должностей в государстве? Монархом тебе все равно не быть, так будь при желании министром, или просто генералом или адмиралом!

- Здравствуй, Константин Михайлович! - император смачно расцеловал его в щеки, - познакомился, я твой папа!

Он прямо сказалтекущее положение дел. Обычно детей обманывают или, как минимум, не договаривают. Попаданец, будучи в прошлой жизни деревенским учителем, считал, что дети – это маленькие люди. Поэтому их обманывать грешно, да и бесполезно – все одно догадаются или узнают со стороны.

- Раз ты мой папа, - совсем не удивился такому повороту Костя и предположил: - значит, я цесаревич?

- Нет, Костя, - опять не стал уходить в сторону Михаил Александрович, - ты неофициальный сын, и не можешь быть цесаревичем. Зато ты можешь быть адмиралом и водить большие океанские эскадры! Хочешь быть флотоводцем?

Мальчик задумался. Обидно, что не будет цесаревичем. Он не знал, что это такое, но звучало очень внушительно и мальчики во дворе дома, где мама квартировала, этого слова побаивались. Но адмирал и флотоводец тоже звучало очень звонко.

- Да, папа! - согласился он, - я буду адмиралом!

- Когда вырастешь, - подтвердил Михаил Александрович, - а вот тебе первая награда.

Он протянул сыну леденцового петушка, который зачем-то купил в буфете и, как теперь оказалось, не зря.

- Ура! - обрадовался сын и куда-то побежал по своим мальчишечьим делам.

- Кроме того, - продолжил дальше Михаил Александрович формирование бюджета своей неформальной семьи, - на текущие расходы, питание и одежду вам будет выдаваться одна тысяча рублей в месяц. Ты довольна?

- Да ваше императорское величество, - она вдруг обняла его руками за шею и тихонько сказала на ухо: - ты не злишься, что я привела в поезд сына?

- Нет, не злюсь, - ответил император, - даже больше скажу, я рад. Перестань от меня прятать моего же сына.

- Понимаешь, мне действительно его некуда оставить, а использовать солдатский ресурс я не хочу, - объяснила она, видимо, то ли не веря своему собеседнику, то ли желая окончательно укрепить свое положение с сыном при одного из императорских дворов (их стало теперь два), - сама так воспитывалась и получилось, сам знаешь, очень плохо.

Этот нескончаемый болтологический фонтан Михаил Александрович заткнул просто – поцелуем. Однако, при этом Алика так неудачно его обняла, что нечаянно затронула больную руку. Так что после поцелуя его физиономия стала страдальческой, словно он поцеловал не женщину, а змею и она его больно укусила.

Но не худа без добра, Алика вспомнила о своих служебных обязанностях и потащила в операционную – осмотреть рану, при необходимости обработать, смазать и по-новому перевязать.

После этого Михаил Александрович ушел, он и так уже задержался сверх меры и, чувствовал, что его уже ищут. Император это ведь не просто так, удрал погулять. А ей, кстати, надо еще поужинать

Ответив на крики и всех успокоив, он поужинал и вернулся в свою каюту, наконец-то думать, вспоминать и творить.

Итак, тяжелый танк Т-35. главный плюс – он его относительно хорошо знает. А вот все остальные одни минусы. Подумав и помучавшись, он даже хотел купить лицензию и производить его. Тоже не плохо и даже хорошо. Задумка была реальна, но только частично. Броневик – самка, то есть пулеметный был на самом деле куплен, но не за границей, а в России. А вот лицензию на постройки грузового автомобиля – база броневика, все равно пришлось купить.

К этому времени он твердо остановился в Москве, здесь было проще и промышленную базу найти и людей отказать.

К сдалению, танковую лицензию купить не удалось по простой причине – танки еще никто не производил. Вот начнется мировая война, тогда все проснутся, а пока броневик на основе автомобиля – это оставался максимальный уровень

После этого Михаил Александрович поручил построить два завода (двигателестроительный и по строительству броневика) и сам снова начал мучиться. В конце - концов, он понял, что никуда он денется, и будет строить танк, но не собственно Т-35, а на основе Т-35.

Основа – танк будет около 20 тонн, трехбашенный, с одной пушкой – трехдюймовкой и два пулемета «максима». Дизельный двигатель пойдет от ДТ-75. и взят он был по такому же принципу. Просто Александр Сергеевич еще школьником был с ним знаком. И отец работал на таком тракторе, и сам попаданец сначала на уроках «Труда» изучал ДТ-75 теоретически, а потто разбирал – ремонтировал на практике на предприятии «Сельхозтехники».

Первым был создан двигатель, как самая трудная часть танка. Создавал его, разумеется, не Михаил Александрович. Не монаршее это дело. Подобрал группу конструкторов, дал им требуемый ТТХ, объяснил общие принципы. Работаете, ребята, деньги уплочены.

Пока двигательная группа медленно шла от проблемы к проблеме, начал работать над танком. Металлургический завод в Вятской губернии начал катать стальные тонкие листы, не очень-то интересуясь, зачем заказчику такие безделушки. Император заказал, какие еще вопросы, может он тоже бронепоездами балуется.

Трансмиссия заведомо вызывали определенные трудности, но неожиданно нашлась экспериментальная группаконструкторов, создающих тракторные шасси. У них уже не было ни денег, ни идей, император помог им и в первом и втором, заодно плавно повернув от тракторного шоссе к танковому. сами конструктора – изобретатели об этом, конечно, не знали.

С оружием танка было проще – взять уже готовые образцы и переделать под танковые. Или точнее, оружие, готовое для бронепоездов, поставить в танки. 100% идентификация!

Итогом напряженной годичной работы несколько сот человек (инженеры и высококвалифицированные рабочие) стал жуткое чудовище и боевое оружие победы – РТ – 3 (российский танк, образец третий).

Михаил Александрович радовался со всеми, хотя сердцем ужесвербело от новых проблем, гдавным образом, нехватки количество. Не хватало почти всего – квалифицированных сталей, обычного чугуна и железа, дизельное топливо, моторное масло, снаряды и патроны. Все было надо делать и в изрядном количестве.

А затем гигантской проблемой становились люди, которые из малограмотных новобранцев должны были превратиться в квалифицированных танкистов. А как в крестьянской России, где из техники только маломощная соха, это сделать? Позднее, во времена Великой Отечественной войны такое тоже было трудно, но там, что, ни говори, уже была индустриализации и культурная революция, как бы мы это сейчас не оценивали. А до революции как быть?

Пришлось императору, самому нарушая свой же категорический и жесткий указ, мобилизовать небольшую прослойку рабочих и студентов технических вузов (последних – прапорщиками военного времени) и из них создавать технические курсы для формирования экипажей танков и броневиков. Здесь, не мудрствуя, Михаил Александрович сделал 11 курсов – по количеству моторизованных дивизий – десять номерных, гвардейская и особая. Курсы для них существовали в качестве запасных частей, сначала для создания регулярного состава, а потом и для резерва и запасников.

Комплектование таких двенадцати дивизий, начатое в начале 1914 года, потребовало столько разноплановых усилий, что здесь в полной мере потребовалось не только усилия императора Михаила II, но и его августейшего брата Николая II. Последний, кстати, незаметно, но быстро втянулся и уже работал, так сказать, не по должности, а в охотку, добровольно.

Началось все с ознакомления новой бронетанковой и проч. техники в начале поздней зимы 1913/14 года. В это время Михаил Александрович как раз спешно приготовил танки ТР-3 и ракетные установки БМ-13 («Катюши» в прошлой реальности и «Длань Господни» в этой). При чем техника была не только конструирована, но и производилась уже в промышленных масштабах. Короче говоря, надо было как-то ознакомить хотя бы в ограниченных рамках войсковой и штабной генералитет, чтобы те в свою очередь начали учить войска (означенные 12 моторизованных дивизий). И перво-наперво господ генералов, его высокопревосходительств и просто его превосходительств надо было ошеломить и показать новую технику.

Вот и проводился по рескрипту Михаила II неширокий показ-учение для высших военных чинов. И Николая II Михаил пригласил на всякий случай, предварительно теоретически ознакомив с техникой за чашкой чая накануне.

А вот иностранных дипломатов, вопреки традиции тех лет, не пригласили. Ведь любой дипломат, хотя бы даже три из двух, – профессиональный шпион и любитель–газетчик. Все увиденное и услышанное он, не задумываясь, продаст, или хотя бы, просплетничает. И когда французский посол в Санкт-Петербурге граф Палеолог попытался сделать ему вежливый упрек (откуда узнал?), то встретился с таким насмешливым взглядом, что смещался и не стал продолжать разговор на эту тему.

Бронированные же громадины (танки и броневики) не только проводили маневры с боевыми стрельбами, но и показывали глазам и рукам присутствующим. Генералы, до этого не раз ознакомленные в целом на расстоянии с бронированной техникой, но все же приехавшие на этот смотр с определенной долей скепсиса. А потом ознакомливались с танками и частично с броневиками с отвисшими челюстями (в том числе и брат Николай).

Ведь одно дело говорить, что новый образец техники – танк – это большой и грозный представитель оной, и совсем другое пощупать пышущее жаром стальное тело этого родственника дьяволов (как говорил из одних генералов). Танковая же атака семи танков (взвод) при поддержке двенадцати броневиков (примерная полурота) пехотной роты и НП с генералами оказала на последних большое впечатление. Танки по позициям с их превосходительствами не ездили – император Михаил II строго – настрого запретил, опасаясь за слабые сердца старичков с генеральскими погонами. Но рядом танки приехали и генералы вполне – до крупной дрожи в руках – могли видеть и понимать танковый бой, когда не только стреляют, но и давят тоннами танков и массою впечатлений.

Но апофеоз обалдения генералов наступил при показе ракетных установок БМ-13, или, как говорил представитель штаба ракетных войск штабс-капитан Рукавишников (немногочисленный профессиональный командир ракетчик Российской армии еще до Михаила Александровича) «Длань Господня». Генералам сначала показали одну установку на базе отечественного грузовика и теоретически обосновали стрельбу ракетами. После танков ракетные установки выглядели слабовато и их превосходительства откровенно зевали. Залп на расстоянии этой же установки заставил их встрепенуться – очень уж зрелищно выглядел и звучал огонь ракетами. Но а взводный залп (24 машины) уже заставил задрожать ноги всех военных. Двум генералам пришлось даже сменять подштанники – сфинктеры из-за страха не выдержали и у почтенных генералов-от-инфантерии получился казус.

Николай II нее испугался и, более того, он был от всего этого в восторге. И с тех пор в преддверии предстоящей войны император стал твердым союзником Михаила в векторе армейского развития.

Глава 4

Так вот о новых дивизиях в Российской императорской армии. Дело это, безусловно, нужное. И работать в этом направлении необходимо, если хочешь видеть свои вооруженные силы победоносными. Такая же война в прошлой реальности показала, что одной солдатской массой врага уже не победить. Но сколько же проблем здесь надо решить – от кардинальных до мелких, но важных!

Например, только одно название новых династий. Танковая, бронетанковая? Классика же была второй половины ХХ – первой четверти XXI веков многих стран, не только России! Но как, если и само название танков еще не появилось? Конечно, как первооткрыватель, попаданец Михаил Александрович имел сам право назвать, как захочется. КАК?

Английское (танк) привычно, но не хочется, немецкое (панцер) и не хочется и не привычно, русское (броневой вездеход) откровенно не интересно.

Пойти по западному пути и до последнего, даже до XXI века, тянуть привычные названия – бронекавалерия, бронеэскадроны? Тоже вариант, отставить потомкам, тем же сыну Николаю, в будущем императору и сыну Константину, в будущем, скажем генералу-от-инфантерии, или даже генералу танковых войск?

Немного ли вопросов, господин императорский попаданец, хе-хе? Благоразумно остановился на моторизованной дивизии. И название привычное, хотя вроде бы и нехорошее (мотор – слово чужое, моторизованное совсем уж немецко-фашистское). и четко соответствует – дивизия включает в себя танки, броневики, автомобили (все на моторах) плюс кавалерия. хотя танки нужно оставить танками. привычно же!

Николай пожевал губами непривычное название, услышал, что западное происхождение, согласился. Он ведь тоже понимал, что наряду с артиллерией в армию включаются новые виды техники, а, значит, новые рода войск (кроме указанных еще авиация, подводные лодки и, возможно, другие типы техники). Хочешь – не хочешь, а новые термины будешь включать.

Да и сама дивизия называлась условно. Судя по количеству людей и техники, в Великую Отечественную войну это, безусловно были бы танковые и даже механизированные корпуса. А пока подойдет и дивизия. В пехоте вон тоже дивизия равнялась двум-трем в будущем, а корпус – общевойсковой армии (по людям, не по технике).

Сама дивизия типовых размеров включала в себя броневой полк, соответственно, танковый батальон в 60 танков и броневой батальон тоже в 60 броневиков. Артиллерийский полк был из трех дивизионов. Первый дивизион состоял из 24 шестидюймовок, второй дивизион из 30 трехдюймовок, третий дивизион (ракетный) – из 36 установок БМ-13. И, наконец, кавалерийский полк (400 всадников) и облегченный пехотный полк (1500 человек). Это основа дивизия.

Второстепенные подразделения тоже были сильные и могущественные:

- боевые:

- разведывательный - мотоциклетный, или, точнее, мотоциклетно-автомобильный батальон. 115 мотоциклов и 30 легковых машин. Все эта техника была еще слаба, но уже могущественна. Особенно с учетом того, что все они были насыщены ручными и станковыми пулеметами.

- артиллерийско- пулеметный батальон (60 «максимов», 16 орудий 37 мм, 10 минометов 58 мм). Самое противоречивое подразделение. В дивизии и так было много пулеметов, почитай, если на один танк приходится два пулемета, да за один броневик – три, это ж сколько всего. А еще на мотоциклах и автомобилях. Пулеметов почти столько же, как винтовок.

Михаил Александрович засомневался, но потом подумал. Разведывательный батальон имеет свои задачи, танковые и броневые тоже. И они не должны помогать пехоте и кавалерии, наоборот, они обязаны поддерживать бронетанковый кулак. Отсюда вывод – кавалерийские и пехотные полки должны иметь свои, специфические средства усиления, так называемые траншейные. При чем пехота больше, кавалерия меньше.

- огнеметно-химическая рота была вооружена станковыми огнеметами. Ряд высоких чинов препятствовала их существованию. Дескать, страшное оружие, нечеловеческое. Но Михаил Александрович, не вступая в дискуссию, просто подписал указ. На Западе – и союзники, и враги в период Первой мировой войны будут иметь огнеметное оружие. А русскому Ваньке, значит нельзя? Интересная логика!

- разведывательно – авиационный отряд первоначально состоял из 6 аэропланов. Вот здесь попаданец сплоховал, ничем России не помог, ни аэропланами, ни даже их модернизацией. Нет времени, господа, хоть хрен на голове чещи! Так что российская авиация при попаданстве развивалась также, как и без него.

- Тыловые части. Моторизованные дивизии были полностью самостоятельными и снабжались через свои структуры снабжения.

И в соответствии с подразделениями, органы тыла делились на:

- снабжение ГСМ.

- снабжение боеприпасами (от патронов до снарядов и ракет).

- снабжение продовольствием и фуражом. Если обеспечение боезапасом полностью шло за счет промышленных заводов, то продуктами предполагалось снабжать частично внутри дивизии. Муку молола дивизионная передвижная мельница с паровым двигателем, а крупами и макаронами – соответствующие фабрики. Колбасами и сосисками тоже снабжались в самой дивизии за счет колбасного заводика.

- медико-санитарная и ветеринарная службы ничем не снабжала, зато медики лечили или, хотя бы, проводили медицинский осмотр личного состава дивизии и частично населения и его скота. Последнее, кстати, проводилось отнюдь не из человеколюбия или к любви к буренкам. К началу ХХ века еще сохранялись, пусть и в ослабленном виде, страшные средневековые инфекции – от чумы и холеры до дизентерии. Попробуй-ка распространи заразу среди гражданского населения, быстро дойдет до солдат и офицеров! Те же случаи происходили и среди скота, когда инфекция от гражданских коров и лошадей немедленно распространялась среди так сказать военного поголовья.

- ремонтные службы от оружейных мастеров в полках до дивизионных мастерских по танкам, броневикам, автомобилям, мотоциклам, стрелково-пулеметному и артиллерийскому вооружению. Вроде бы и не очень-то надо, а попробуй не имей такую службу и сразу в механизме дивизии что-то ощутимо хрустнет. Любая техника требует ремонта и техобслуживания. И ей начхать, к какому ведомству ее относят – к гражданскому или военному.

- прочие. В эти структуры, зачастую мелкие, но важные, что только не относилось – от трибунала до похоронного отряда, от вещевого довольствия и торговли, от трофейной службы до конвойной. Все важно и все нужно, и Михаил Александрович буквально с ужасом глядя на длинные списки структур и личного состава, все же подписывал.

Моторизованные дивизии относились к соединениям РВГК и подчинялись непосредственно к Верховному Главнокомандующему, каковым император Михаил II уже несколько лет являлся. И он сам писал инструкции начальникам дивизий и прочим его высокопревосходительствам, о положении дивизий в тылу и на фронте.

Личный состав под ответственность командиров подразделений и самого начальника дивизий должны были кормить не менее трех раз. При этом обед был обязательно с мясом (не менее двух раз в неделю рыбой). Для этого в каждой дивизии обязательно существовало стадо буренок, которые были не только подвижным резервом мяса, но и источником молока и молокопродуктов для офицеров и, если получается, то и солдат.

А уже до гг. командиров и командующих от корпусов до фронтов строго доводилось до сведения, что моторизованные дивизии подчиняются непосредственно РВГК и лично Верховному Главнокомандующему императору Михаилу II. На местах же они подчиняются только оперативно, и только в рамках августейших служебных документов.

А затем Михаил лично писал, опираясь на знания попаданца, что моторизованные дивизии предназначаются строго для выполнения стратегических операций: одна дивизия в рамках корпуса – армии, группа дивизий (2-3) в рамках фронта. Крупные операции в рамках нескольких фронтов проводятся силами 5-6 дивизий и более и под непосредственным командованием Ставки.

В любом случае изрядные потери (30-50% техники и л/с) нежелательны и обязательно влекут за собой дополнительную проверку военного суда. Уф, кажется все!

Михаил Александрович облегченно отложил перо со стальным пером. Посмотрел в окно кабинета в раздумье. Успели до войны, пусть не все, но запасы появились. Немного, но ведь есть! И оружие, и боеприпасами. А оружие есть не только винтовки и трехдюймовки, но и в изрядном количестве станковые и ручные пулеметы, шестидюймовые орудия. И даже минометы были, оказываются, пусть и не так много.

Конечно, не все так хорошо и не на столько обильно, начнется война, сразу появятся недостатки и среди армии в целом и среди его любимых моторизованных дивизий. Ну да ладно!

А вот война почему-то не начинается, словно забияки из центрально-европейских держав вдруг забоялись приготовлений России. Он бы забеспокоился этой паузы, если бы не знал твердо – чертов, если не сказать хуже, Вильгельм II, все равно начнет воевать, просто решил подготовиться чуть получше и разнообразнее.

Инерция войны была так сильна, что, казалось, прилетят зеленые чертенята из Альфа Водолея, обе стороны это учтут, но военных действий не отложат. Вот она роль субъективного фактора! Объективно все вроде бы шло именно к войне, но как-то так неопределенно и смутно, как у женщины – то ли так, то ли этак, а в общем, как левая пятка пожелает. И только Вильгельм II, этот поджигатель войны смог подвинуть мир к военной пропасти. А что же? Три империи рухнули, более 10 миллионов погибло. Да еще последствия от войны. Эх, эти бы усилия да во благо!

Михаил Александрович еле слышно вздохнул. Если бы он сумел, то бы, конечно, остановил бы такое развитие мира. Но, увы, инерция развития человеческой цивилизации так высоко, что один человек изменить вектор направления не может. Во всяком случае, он точно не может. и так скачок от студента заочного отделения и деревенского учителя до сначала великого князя, а потом цесаревича и императора был чрезвычайно велик. И пусть не сразу, а на протяжении длительного времени, но все равно высоко прыгнул, куда уж больше!

Попаданец даже перекрестился от мысли, что ему вдруг удастся остановить Первую мировую войну. Жалко, разумеется, миллионов людей и миллиардов рублей, марок, фунтов, что там еще есть, но нет, у каждого человека (попаданца) есть свой уровень и не стоит попытаться прыгнуть выше. Копчик сломаешь, когда упадешь обратно.

Он выпил стакан яблочного сока, стоявшего на столе в кабинете по его просьбе/приказу. Войне быть, что же теперь делать! Ему лишь сможет безжалостно отрезать или, хотя бы, смягчить его негативные последствия. Мда-с, только так и никак иначе, он знает свои возможности и знания и как может, так и делает. Скажем, авиацию он развить не сможет, зато зенитную артиллерию распространил. И даже не со своими попаданскими пушками, а нынешними зенитками Лендера 76-мм. Прицелы, конечно, примитивны и сами зенитки безобразны по эффективности, но ведь стреляют и даже попадают!

Император хмыкнул и вышел из кабинета. Сегодня со своим братом Николаем и с двумя августейшими семьями – Николая и его – императоры давали торжественный обед. Они так решили – каждую среду приглашать народ (до 1 тыс. человек) для сплачивания россиян. Простых людей там, естественно не было – именитые дворяне, высокие военные в чине не ниже генерал-майора, промышленники и торговцы, чьи заслуги позволяли им вкушать за одним столом с императорами. Иностранные дипломаты, обезьяны в погонах, куда же без них. Хоть только послы и только важные союзники, а все же.

Михаил Александрович под этим поводом, сумел пригласить всех командиров моторизованных дивизий, благо они подходили под требования. Командиры этих соединений должны были отличиться в боевых и мирных условиях, чин был не меньше генерал-лейтенанта. Впрочем, если император Михаил видел, что конкретный кандидат подходит на должность он его проводил под испытания. А потом повышал до генерал-лейтенанта. Война все исправит, если будешь годен, то еще поднимешься, если нет – сам упадешь.

По его предложению на обед приглашали и нужных промышленников и даже представителей технической интеллигенции. Самым неумным прямо говорилось, что обед у императоров – это знак отличия, типа ордена, а может и выше.

Так и жили в преддверии войны. Жена Мари опять затянула старую песню, что неплохо бы им съездить в Лондон, к их теперь уже общим родственникам. И пусть, ожидая войну, там выбрали, наконец, наследника – им стал малолетняя принцесса Алиса. Выбор был так себе – ребенок от третьей дочери да от французского герцога. Франция была уже более сто лет, как республика и сам он очень условно относился к королевским родам и даже к герцогам. И дочь была не очень желательна на престоле даже в Англии с ее-то практикой королевств.

Зато одной проблемой стало меньше и сын Николай, вроде бы стал только цесаревичем в России. Только вот дражайшая Мари сообщила, что ее отец Эдуард VII настоятельно приглашает императорскую чету обязательно с сыном Николаем и… сыном Константином! Трудно же у них идет дело с наследниками, если даже его потомка, честно говоря, почти не относящегося к Англии, начинают подмечать.

Но тут 3 сентября 1914 года, наконец, началась Первая мировая война и все разделилась на две части – до войны с началом войны. Главнокомандующий Российской Армии император Михаил II, разумеется, отъехать из России никуда не мог. Был еще старший брат Николай II, но он сам четко определил свой уровень – полковник и не более. И хотя в прошлой реальности он все-таки стал Главнокомандующим, но, судя по своей деятельности, дольше полковничьего мировоззрения так и не ушел. Во всяком случае, попаданец Михаил Александрович оставлять его у кормила армии не рискнул.

Разжигателем войны и в этой реальности оказалась Германия, а вот причину войны нашли другую – Вильгельм II прилюдно объявил, что Германия больше не может терпеть дискриминационную экономическую политику России по отношению к его стране.

МИД России, разумеется, сразу же объявил, что открыт для любых переговоров, но его уже никто не слышал. Повод был найден, последняя пуговица у последнего немецкого солдата была пришита. А вот вы, господа, кажется, не готовы? Так мы придем к вам!

Страны Антанты, действительно, оказались менее готовы, но не так серьезно, как хотели бы враги. Даже Россия объявила своим союзникам, что многомиллионная армия будет готова через три недели (где-то в два раза быстрее, чем в прошлой реальности). А еще императоры не объявили, что их армия вполне готова технически, как европейские армии и даже сильнее, если иметь в виду танки и ракетные установки.

В общем, война началась, на радость почти всем – и российского государства в лице чиновников и высоких военных и обозначенного общества в лице патриотов и нуворишей. Лишь простые мужики – рабочие, крестьяне и мещане – не радовались и заливали водкой начавшуюся войну. Но их-то кто будет спрашивать, простые мужики, серая кость, ваша задача – лишь героически умирать! И ведь никто не думал, что через несколько лет вчерашние крестьяне и рабочие повернут винтовки внутрь страны и совершат революцию.

Боже упаси! Попаданец Михаил Александрович перекрестился на кресты ближайшего видимого собора. Внешне вроде бы под молитву о победоносной российской армии, а внутри себя – с просьбой Всевышнего уберечь России от такой судьбы. А уж он, попаданец, со своей стороны сделает все возможное и невозможное!

Начало Первой мировой войны началось типично. Общее положение сил и возможностей практически не допускал иного варианта. Германия, пользуясь тем, что Россия мобилизовывала свою армию военного образца медленнее, чем другие государства, всеми силами навалились на другую ключевую державу Антанты – Францию. Замысел был, в общем-то, прост. Раздавить Францию, вывести ее из войны, а уже потом неспешно воевать против России. Одна против стран Четверного блока она бы, так или иначе, сдалась. Англию, сильной своим флотом и Сербией, не сильной ничем, они уже не считали.

Франции действительно в первые военные месяцы пришлось туго. Англия прислала свою армию – Британские экспедиционные силы (БЭС). Но имея лишь поначалу 6 пехотных дивизий и 5 кавалерийских бригад, они принципиально изменить положение не могли.

Помочь могла лишь Россия, правда, за счет собственного поражения. Российские вооруженные войска, еще полностью не отмобилизовавшись, должны были атаковать Германию через Польшу. В первую очередь в Восточную Пруссию. Военного положения это удар не имел, но психологический очень, как и экономический. Не государству, разумеется. Восточнопрусские юнкеры занимали господствующее положение в едином германском государстве. И они не могли и не хотели пускать в свою родину российских «варваров».

Немецкий удар по Франции значительно бы ослаб и Париж устоял. А российские армии будут вынуждены противостоять значительным немецким войскам, понеся большие потери убитыми, раненными, пленными. Но когда наши враги, пардон, пока союзники, по этому поводу волновались? Они же выстояли!

Глава 5

Впрочем, такая печальная картина, может, разгрома, может, стратегической неудачи, относилась больше к предыдущей реальности. И картина, в общем-то, только условно печальной для Российского государства. Ну подумаешь, «пощипали» две армии, сделали им хорошее кровопускание в несколько десятков тысяч погибших (может даже в несколько сот тысяч, историки все еще колеблются). У нас еще много есть! А бабы еще нарожают! Простой народ – родственники погибших, – конечно, напечаляться, навоют, но это уж как по обычаю положено.

Видна подобная нехорошая, можно сказать кощунственная, волчья практика государства. И только ли в одной России и только ли в начале в ХХ века?

Хотя это, опять же, это уже не в этой реальности и как бы и не по-настоящему. Все ведь изменилось. Уже и начало стратегической операции перенесено и главный удар нацелен не оттуда и не так, и силы атакующих многократно трансформировались и даже главномандующий российской армии стал другой – император Михаил II.

Он-то и четко приказал по армии, отказавшись подчиняться Верховному командованию Антанты, не переходить в общее наступление 1914 года по всему Российскому (Восточному) фронту. Причина - острый недостаток оружия даже в атакующих частей. А уж в армии одна винтовка на двоих. Один стреляет, другой рядом ждет, пока стрелявшего убьют или ранят,

Англия же и Франция не дали хотя бы миллион винтовок, сославшись на общую их нехватку у себя. Ну ладно Франция, там действительно было одномоментно много новобранцев, хотя и там эта задача была решаема с их-то мощной промышленностью, но Англия с какой стати? Комаров, что ли они хотят вооружить?

Скорее всего, как полагал Михаил Александрович, ненадежные союзники России либо хотят сделать прибыльный «чейндж». В условиях начавшейся войны оружие стало весьма прибыльным товаром. Либо просто держать его у себя «на всякий случай». В общем Россия оружия совсем не получила и, пользуясь этим, резко сократила масштабы военных действий. На общей протяженности Восточного фронта, в отличие от Западного, где воевали Франция и Англия, наступление лишь имитировалось. И только в Восточной Пруссии, этом восточном плацдарме Германии, русские на самом деле решительно пошли вперед. При чем наступали они обычными родами войск – пехотой и кавалерией – при поддержке артиллерии. Зато тремя армиями вместо двух и более сконцентрировано.

Моторизованные же дивизии Главнокомандующий Российской армии (он же командующий моторизованных войск) император Михаил II придержал. И танков, как всегда, не хватало, вместо положенных по штату 60 танков в каждой дивизии было выделено всего 10, да и как будешь воевать сравнительно маломощными ТР-3 в обширных болотах Восточной Пруссии?

Зато моторизованные дивизии довольно активно использовали артиллерию, в первую очередь мощные шестидюймовки, пехотные и кавалерийские части. А вот броневики и малочисленные танки тщательно берегли и держали их в резерве.

Вообще, все 12 моторизованных дивизий были почти укомплектованы и обучены. Не хватало только танков и ракет, то есть нового оружия, для чего они собственно и создавались. Даже ракетных установок на автомобильных шасси почти хватало (по 40-50 установок на дивизию), но что они без ракет?

И если ракет к началу войны производилось мало, но устойчиво (около 50 штук в сутки), то танки в первые сутки военных действий совсем не создавались. Михаил был занят на фронте – создавал регулярную боевую армию. Дело было очень трудоемкое и хлопотливое, требующее постоянного внимания, поэтому в глубокий тыл проверить по технологической цепочке поехал его старший брат Николай.

Михаил Александрович, в общем-то понимал, что случилось. Созданная на живую нитку технологическая цепочка имела очень низкую прочность и, как только в начале войны перед промышленностью резко увеличили объем, то цепочка стала рваться. Лечить здесь просто – надо укреплять узкие места – давать деньги, людей, оборудование, сырье, опытных управленцев. Короче, давать все в робкой надежде, что комплектующие снова пойдут.

И они действительно пойдут… потом. А надо бы, как всегда, сейчас. Эх тяжкая ноша Главнокомандующего!

В мирное время были построены две сотни танков, параллельнов машинах убирали «блохи» – технические недостатки – видимые только в ходе длительной практики. Этими танками, как уже говорилось выше, насыщались основная масса моторизованных дивизий. По 10 машин, всего 100. остальные танки были включены в гвардейскую моторизованную дивизию – 60 танков (единственная полностью укомплектованная дивизия) и в Особую моторизованную дивизию – еще 40 танков.

По докладу штаба моторизованных войск Михаил II высочайше утвердил расположение дивизий:

- Северо-Западный и Западный фронты, как действующие на едином стратегическом направлении – 3 моторизованных дивизий (1, 2, 3);

- Юго-Западный – 2 дивизии (6, 7);

- Кавказский фронт – 1 дивизия (10).

- Резерв РВГК – 1 дивизия (гвардейская). Она была поставлена на наиболее важном направлении – варшавско-берлинском, но в бой вводиться не планировалась.

- В расположении Е.И.В. (по требованию Михаила II) – 1 дивизия (Особая моторизованная).

- В резерве на укомплектовании – 4 дивизии (4, 5, 8, 9).

Честно говоря, Михаил Александрович даже не интересовался спецификой расположения цифровых дивизий. Почему, например, именно 1 моторизованная там, а 10 здесь и т.д. Но более укомплектованные он, конечно, расположил сам. Все-таки две укомплектованные (или почти укомплектованные) на всю российскую армию! А вот на последние 4 дивизии смотрел несколько с отровенной досадой. Еще не воевали, в кровопролитных боях не были, а уже находятся на доукомплектовании! А ведь еще в ремонтных мастерских стоят 11 танков и 7 броневиков, вышедших из строя в основном из-за поломок ходовой части. еще

И все-таки моторизованные дивизии уже стали не номинальной, а реальной силой! О боях в Восточной Пруссии уже говорилось. И в ней воевали все три моторизованных дивизий – огнем артиллерии, безудержной ловкостью моторизованной пехоты (на грузовых автомобилях), проворством конницы. И это не смотря на то что существовали и обычная пехота и конница. Крупная артиллерия в виде шестидюймовок, к сожалению, в войсках еще не было, здесь артиллерийский полк мотодивизий были вне конкуренции. А так те же соединения. Но все равно, моторизованные дивизий среди других соединений не потерялись и император с удовольствием смотрел на сводки, где то и дело мелькали моторизованные дивизии.

Они, как и требовали довоенные планы и уставы, шли на острие удара российских общевойсковых армий. И это пока совершенно без танков и броневиков, без ужасающего огня ракетных «Длань Господня» БМ-13 (официальное название в этой реальности)!

И потому Михаил Александрович требовал награждать щедро и часто. Раз уж направляет людей на смерть, то, по крайней мере, с музыкой. По его именному указу, экипажи танков и броневиков, а из оставшихся подразделений – отличавшихся взводов и батарей, при награждении орденами и медалями, чинами приравнивались к офицерам. То есть их можно было награждать всеми орденами Российской империи, а при присвоении чинами они как бы были прапорщиками. Разумеется, все эти положения включались в действие только при появлении моторизованных дивизий.

Кстати, такое исключительное положение моторизованных соединений было только в 1914 году. В следующем 1915 году, идя навстречу массовому желанию военных, некоторые дивизии и бригады, особо отличившихся на фронте, тоже получили право иметь взвода и батареи «приравненных при награждении и при присвоении чинов». Правда, Михаил II здесь ввел ряд ограничений:

- такие дивизии и бригады вводились указами императоров Михаила II или Николая II, которые были очень суровы и скупы;

- вводились жесткие причины, по которым разрешалось включать соединения в эти императорские указы;

- оные дивизии и бригады выделялись не на всегда, а на ограничительный срок, как правило, на год, о чем объявлялось сразу же в императорском указе.

В общем, делалось все, чтобы данная практика не стала массовой, но, тем не менее, сначала появилось по 4-5 соединений в год, а уж ближе к победе только в каждом фронте было по десятку дивизий и бригад.

Возвращаясь к прежней теме, надо отметить, что на Кавказском фронте 10 моторизованная дивизия, расположившись в центре фронта, одним своим присутствием заставляла турок действовать робко и безынициативно. В отличие от прошлой реальности турки совсем не атаковали, более того, трусливо сидели в своих укреплений и, так сказать, почти не дышали. А ведь 10 дивизия была единственная из фронтовых, которая совсем осталась без танков – их у нее раздергивали с разрешения Михаила II по дивизиям взамен сломавшихся. Правда, начальник дивизии генерал-лейтенант А.И. Деникин (вот где опять встретились!) не сплоховал. Получив опять же с разрешения императора два танка со сломанными двигателями, он демонстративно поставил их на переднюю линию. Без двигателей, конечно, те были на ремонте в тбилисских мастерских. А уж когда один танк приобрел подвижность, получив дееспособный двигатель, то танковая атака одним танком и одним полком взбудоражил не только Турцию и все страны Четверного плана. взволновались и все страны Антанты, на предмет, разумеется, «дай поносить!».

Дадим, конечно, союзники все же. Но не сразу и не все, будете знать, как с нами лукавить своим оружием! Английский посол в Санкт-Петербурге сэр Джордж Бьюкенен, пришедший на аудиенцию к императору Михаилу II, получил неприятную взбучку. В ответ на требование (!) предоставить союзникам хотя бы один танк, явно ведь собираются скопировать на чертежи и производить по названием МК номер такой-то, император холодно прочитал по-английски отказ. При чем прочитал русский их же английскую резолюцию на просьбу помочь оружием. Русские уже один раз ссылались на эту недальновидную с точки зрения бумагу и вот опять. Чувствовал ведь дипломат сразу же, что не надо было отказывать России с ходу, дать хотя бы сотню тысяч винтовок, а потом сказать, что больше нету. Нет, наломали дров, а теперь вот посол изворачивайся!

- Ваше императорское величество! - взволнованно сказал он, - но положение на Западном фронте действительно тяжелое!

- Да что вы говорите, - с иронией спросил Михаил, - немецкая армия уже находится в окрестностях Лондона?

- Нет, ваше императорское величество, - парировал Бьюкенен, для Англии не так страшно, но немцы вот-вот начнут подходить к Парижу, а это произведет гнетущее эффект. Франция, потеряв столицу, тогда может выйти из войны. Что будем делать? Что будете делать вы, ваше императорское величество?

- Пустое, - отмахнулся Михаил, - будьте оптимистами! - потом подумав, решил: - копировать танки я вам все же пока не позволю. Коммерчески не выгодно, - увидев, что посол его понимает – коммерцией пронизана вся английская аристократия XVIII – XX веков, сказал: - если немцы действительно станут подходить к Парижу, скажите мне, я окажусь на Западном фронте с моторизованной дивизии

- С гвардейской? - живо поинтересовался Бьюкенен.

Однако у англичан губа не дура. На самую укомплектованную танками дивизию размахиваются! Хорошо у них шпионы работают.

- Посмотри на обстановку, - дипломатично ушел в сторону император, - промышленность у нас, слава богу, уже работает, количество танков будут увеличено в штате и других дивизий.

У посла были более пессимистичные сведения, но он благоразумно промолчал. В конце концов, не поедет же он с разукомплектованной дивизией!

А война между тем все шла, словно и не существовал весь остальной мир. На Юго-Западном направлении вслед за 10 моторизованной дивизией на Кавказском фронте в бой ввела танки и 7 дивизия. Уже не один танк, хотя и не весь танковый батальон, а всего лишь 10. Но все равно мощно. Тем более, слева удар усилила 6 моторизованная дивизия, введя в бой 9 танков (один сломался еще до сражения) и 37 боеготовых броневиков.

Австро-Венгрия оказалась на грани военного и политического кризиса, ведь российские дивизии прошли в конце осени 1914 года даже дольше, чем во времена Брусиловского прорыва! У Михаила даже существовала робкая надежда завершить хотя бы с этим врагом. И Николай его подталкивал, очень уж удобный для России был момент.

Но, увы, Германия еще имела достаточно сил. Даже оттянув только часть дивизий с Парижского направления от нужного количества, немцы, подбросив дополнительно внутренние резервы, так даванули на российские войска, что, казалось, уже капут, приходит вариант 1914 года из прошлой реальности. Какая уж тут Австро-Венгрия, самим бы уцелеть!

Нет, Николай наскреб боеготовые части из пехоты и конницы, Михаил нашел резерв артиллерии. Но все равно, если бы не сокрушительный бронетанковый удар гвардейской моторизованной дивизии, практически расколовшей немецкий фронт до Одера, России бы не устоять.

Немцы, кстати, тоже праздновали. Еще бы чуть-чуть и даже Берлин мог рухнуть! Но, увы, не тот еще был момент. Если бы ракетные установки работали в полную силу, так же, как и танковые батальоны моторизованных дивизий. В полном масштабе, как это показала гвардейская дивизия, это была страшная сила. Жаль только не было больше таких танковых батальонов. И даже неполный танковый батальон в составе Особой моторизованной находился не на фронте, а в полной боевой готовности на погрузку и отправлению во Францию. Там тоже ситуация была крайне тяжелая.

В конечном итоге, слава богу, что так получилось. Россия не победила, но и не проиграла. Эх, если бы означенная танковая программа началась на год раньше… Но нельзя. Внутренние и международные риски были такими напряженными даже с точки зрения сегодняшнего дня, что только пассивное положение могло спасти спокойную жизнь.

А так, положение стало нейтральным, но с большим плюсом для Антанты и России. Наша армия все же смогла удержать Восточную Пруссия и солидную часть Австро-Венгрии, хоть и ценой приличных потерь. Ставка Германии на молниеносную победу (план Шлиффена) рухнул, а шансов выиграть в затяжной войне у стран Антанты было больше. Ну и, наконец, российская промышленность прошла тяжелый период встряски и перестройки на военный лад и начала производить все больше оружия и боеприпасов. А сельское хозяйство не только производило все больше продовольствия и технических культур, но их еще и доводили до потребителя, в первую очередь горожан.

А император Михаил II отбыл из России вместе с Особой моторизованной дивизией, наконец-то полностью доукомплектованной. И не только танками, но и ракетными установками и ракетами. Они спешно отправлялись во Францию, под Париж. Там было единственное место в двух фронтов, где пока Четвертной блок безусловно выигрывал. И, кстати, не без помощи Михаила II, отказавшего в помощи союзникам. Отказ был объективный и привел к полной оккупацией России Восточной Пруссией и относительной победе над Германией. Уж, по крайней мере, не к поражению. Относительному, что бы не говорили немцы и западные прихлебатели в России до сих пор об этом сражении, но ведь поражению.

Теперь бы успеть в Парижскую бойню, как окрестила это сражение мировые СМИ и хотя бы отбросить немцев. А при счастливом исходе – разгромить!

Вперед, пароходы и военные корабли, от вашей скорости зависит итог сражения над Парижем и, может быть, итог всей Первой мировой войны!