Эффект Пустоты

Глава 1 Полёт Нормальный.

Я проснулся от нестерпимо яркого света плоской электрической лампы. Всё тело саднило, а голову разрывали ужасные воспоминания. Крики, шум, взрывы. Да откуда бы им взяться было?! Я же на экзамен опаздывал! Хана моему диплому. А шёл на красный...

Красный... машина... шум. Боже, что я наделал? Чёртова невнимательность, как увлекусь чем-нибудь, вокруг света белого не вижу. Не видел. Да... теперь я вспоминаю всё. Ведь после такого удара, полёта и встречи со стеной дома я жил ещё целую минуту. И это было очень долго...

В любом случае, почему я жив и почему так больно? Нет, не так, если я выжил, то боль логична. Ладно, оглядимся. Если шея не сломана.

— А... м... — простонал я на удивление тоненьким детским голоском. Не сломана, странно. Потёр глаза рукой, отстранил её, грязная, маленькая. Совсем детская. Я перевернулся на живот, соломенные волосы упали на глаза. Желание удивляться и задавать вопросы куда-то пропало после того, как я всё-таки осмотрелся.

Клетка, дети, такие же, как и я, много, двадцать восемь вместе со мной.

— Лео! — сдавленно позвали кого-то, ухо резануло узнаванием, но виду я не подал, лишь тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Не ошибся. Ко мне подползла девчушка лет двенадцати и потрясла за плечо. — Живой! Слава всевышнему! Я думала эти чертовы батарианцы тебя забили насмерть! Зачем ты на них кинулся?

Батарианцы? Где я слышал о батарианцах? Сознание услужливо рисует долговязый и тонкий в талии силуэт в броне. Откуда я знаю батарианцев?

Твою мать. Батарианцы из Эффекта Массы. Пираты, работорговцы, грабители, убийцы. Каждое последующее слово вызывало у меня всё новые вспышки головной боли, а вместе с ними приходили воспоминания.

Они напали на колонию средь бела дня. Просто сели посреди города, зашли в школу, в которой мы учились и выгребли столько детей, сколько влезало в их «Кадьяк». После чего спокойно улетели, постреливая из тяжёлого вооружения просто так. И хохотали. Мы летели уже двенадцатые сутки. Раз в день они бросали нам в клетку мешок с какой-то отвратительной едой, просто чтобы мы не сдохли. Раз в три дня обливали из шланга, хохоча при этом, как будто в биениях слабеньких тел под струей воды было что-то забавное. И раза три за всё время уводили кого-то из клетки. Обратно несчастный не возвращался.

Себя здешнего я тоже вспомнил. Сынок главы колонии. Восемь лет. Чёрт, я даже не знал, как она называется. Долбанная начальная школа, даже в картинках не объяснили детям, где их дом во вселенной, зато каждый день талдычили, что мы граждане Альянса.

Кстати, зовут меня Леонард Гай и мне восемь, а Лёва Гашин, студент физмата девятнадцати лет, почил навеки от собственной невнимательности под колесами малотоннажного грузовика в чужом городе. Бедные родители, все четверо. Странно, рассуждаю по-старому. Видать, моя сучья натура всё ещё при мне. И ладно. Хорошо, что ребенок умер, милый был, добрый мальчик. Родители Алистер и Гинора хорошо о нем заботились и воспитывали. Лучше, чем меня. Ха.. Вот опять долбанная натура... Сколько же в тебе говна, Лёвка?

Я сфокусировал свой взгляд на приблизившемся ко мне лице. Саманта. Кажется, она осталась из нас самая старшая. Вот и следит за нами, как может.

— Я... — Да какое, к чёрту, «я в порядке?!». — Мне больно, Сэм.

— Я знаю, прости, мне тоже. — Такая же грязная и чумазая, как и я, она крепко сжала меня в объятьях и зарыдала прямо мне в волосы. За что же ты извиняешься, чудесная девочка? Меня так тепло не обнимали даже мамы. Я погладил её по руке и лежал не двигаясь, пока дверь клетки не отъехала в сторону. Сэм вздрогнула и сжала меня крепче. Я поднял глаза.

— Проголодались, зверёныши? — Гулким басом грянул вошедший в камеру батар и швырнул на пол мешок. — На вот, жрите.

К мешку никто не бросился. Мы замерли, как кролики перед удавом, завороженно глядя на пирата. Тот усмехнулся совершенно по человечески и обвел нас оценивающим взглядом.

— Хапог, смотри! Сивый-то живой! — Воскликнул он, глядя на меня. На крик прибежал ещё один батарианец, без доспехов, но с пистолетом. "Палач" М6, подсказали мне годы гейминга.

— Да быть не может! Я ж ему спину переломил! — Воскликнул он, глядя мне прямо в глаза. Затем за руку вырвал мою тушку из ослабевших рук, державшей меня девчушки и поднял к своим трём глазам. Верхнего левого не было. — Хм, Я точно слышал хруст.

Я из вредности, а может и из страха дрыгнул ногами.

— Теряю хватку. — Хмыкнул он.

— Да ладно. — Отмахнулся наш тюремщик. — Они так галдели, тебе просто показалось. В конце концов, больше товара — больше денег.

— Ха! Твоя правда, Гирод!

— Или нет. — Прищурился пират на все четыре глаза. — Мы же всё равно сказали Валгу, что буйный пацан спекся.

— Ты прав, через пару часов всё равно будем на Омеге. Можно и пошалить напоследок. Тащи его в рубку, ребята спят, так что ничего не услышат.

— Хе-хе-хе.

Они развернулись и понесли меня к выходу, не меняя моего положения. Поняв, что мне предстоит, я начал активно брыкаться, как сосиска на ветру, право слово.

— Отпустите его! — Да куда же ты лезешь, чистая душа?! Молчи и не отсвечивай! — Пожалуйста! Возьмите лучше меня!

ДУ-У-У-УРА-А-А!!! Вот КУДА ты со своим героизмом лезешь?!

Батары переглянулись.

— Сама напрашивается, — Прокомментировал трёхглазый.

— Двое лучше одного. — И схватив девчонку за ворот, поволок вместе со мной.

На выходе тюремщик оглянулся и шикнул на оставшихся детей.

— Если хотите жить, то скажете, что девчонка меня ударила, если вас спросят. Не то голодом заморю. Х-ыа! — Это так он на них типа рявкнул.

Господи, Сэм, на что же ты подписалась? Зачем ты хотела мучиться вместо меня? Дура-дура-дура! Благородная дура! Думал я с потаённым восторгом.

В кабине пилота было много места. Четыре кресла стояли обращенные к стене, которая представляла собой полукруг с широкими иллюминаторами и многочисленными голо-панелями. Пираты тщательно закрыли двери, развернули одно из кресел и бросили на него Саманту, до которой начал доходить пиратский замысел только тогда, когда один начал стягивать с себя броню, а второй забряцал ремнём. Меня же поставили в угол и приказали не рыпаться. И всё, дальнейшее их внимание поглотила Саманта, которую было так приятно бить и избавлять от одежды.

Пушка валялась на полу, но я точно знал, что смогу выстрелить лишь раз. Нужно было что-то другое. Вот! Стена позади меня казалась раем малолетнего альпиниста. Каких-то панелей не было вовсе, вместо них торчали светящиеся и помаргивающие датчики. Имея небольшой вес и чуточку сноровки, я пауком взлетел по стене и перелез на балку над непосредственным местом действа и в руках у меня была прочная пластиковая палочка, которая валялась на какой-то тарелке с объедками.

— Не кусайся, зверёныш! - Снизу раздался хлёсткий удар. Девушка отправилась в аут.

— Всё удовольствие испортил, — проворчал трёхглазый.

— Сейчас очнется, — Хохотнул Гирод. — Давай, ты первый.

— Я знал, что ты классный парень, — плотоядно осклабился Хапог.

Тюремщик отступил немного назад и оказался прямо подо мной. Тут то я на него и свалился. Палочка легко вошла ему в верхний левый глаз аж на три четверти, а была она сантиметров двадцать пять. Надеюсь, что мозг у этой тупой скотины всё же есть. Как он взвыыыыыыл! Это была долгая и протяжная нота, выражавшая одновременно всю боль и удивление корчащегося в предсмертной агонии батарианца. Хорошая нота, жаль, нельзя было насладиться ей в спокойной обстановке. Вместо этого я перекатом ушел в сторону пистолета, поднял тяжеленую машинку на второго и кое как выдавил спуск.

— БАБАМ!!! — Рявкнула ручная гаубица. А меня снесло отдачей к стене. Руки отбило, само оружие сделало сальто и свалилось на пол, но цели я добился. Пирата с развороченной грудной клеткой я наблюдал развалившимся в кресле по соседству с Сэм. Она так и не очнулась, спасибо боги, и почему я в вас раньше не верил?!

Но дело еще не было сделано. Превозмогая тошноту, я принялся грабить тела пиратов и сваливать содержимое карманов в одну кучу. Там скопились два уни-инструмента, простеньких, даже я разобрался, какая-то хрень из еды и пара кредитных чипов, общей суммой где-то триста единиц. Кстати, я заметил, что понимаю далеко не все слова, но читаю быстро. Наверное, это из-за того, что знание детское, а сознание уже сформировано. На верх небольшой кучки лег нож. Небольшой, острый с шершавой рукояткой, он то и решил мои дальнейшие действия.

Звукоизоляция у дверей была шикарная. А помещений в корабле не так много. Меня интересовали каюта капитана и спальный блок. По корабельному времени была глубокая ночь, так мне подсказал инструмент трехглазого. Спали все кроме уже мертвой вахты. Детский шаг не слышен, нож такой острый, а горло как раз на высоте удара. Я ходил от кровати к кровати, оставляя за собой удивленных хрипящих пиратов, захлебывающихся собственной кровью и неспособных издать звук хоть сколько-нибудь способный разбудить соседа. Моя жатва сегодня — девятнадцать трупов.

Выходя из каюты капитана, я устало сполз по стене. Окровавленный нож выкатился из рук и звякнул об пол, а в глазах всё стояло тихое отчаяние пиратов.

— Леонард Гай, восемь лет, творческая работа окончена. — прошипел я и завыл безумным зверем. Но помня слова тюремщика, собрался с мыслями и пошел в кабину пилота. Нож я все-таки взял с собой.

***

Саманта уже пришла в себя и каким-то странным взглядом смотрела на мёртвых. Меня она встретила крепчайшими полными страха и заботы объятиями, но услышав, как опять упал нож, отстранилась и посмотрела на него. Потом на меня, и снова на него. Я взял клинок, согнул руку в локте и вытер лезвие. Лохмотья сразу пропитались, кожа ощутила холодную влагу. Тяну его девочке рукоятью вперед.

— Пусть у тебя будет. Иди к детям. — Девочка глянула мне в глаза, что-то там увидела, взяла нож и ушла, на ходу пытаясь спрятать его в остатках одежды. Хм, я только сейчас заметил, что у неё длинные волосы. Чёрные.

Панель вызова загорелась, как только я стащил трупы в угол. Я уселся в кресло, благо вся кровь с батара оказалась на полу, а до него я ногами не доставал.

— Гегемон 237, Гегемон 237, на связи Омега. — Заговорил диспетчер. Если судить по голосу — турианец. — Сообщите цель прилета.

— Не знаю. — Просто ответил я.

На какое-то время повисло молчание. Потом немного охреневший турианец уточнил.

— То есть как?

— Ну вот так. — Ну а что? Что я ему отвечу?

— Кончай прикалываться и назовись, а то я просто решу что твоё корыто нуждается в лишних дырках.

И вот тут начинается самое интересное. То есть все мои деяния сейчас могут оказаться совершенно пустыми. Но делать то все равно нечего.

— Дяденька, не надо нас взрывать, я правда, не знаю.

— ЧТО?! Ребёнок?

— Да!

— Позови взрослых!

— Никого нету. У нас самая старшая Сэм, ей двенадцать. Дяденька! Спасите нас!

То ли у парня случился разрыв шаблона, то ли сердечный приступ, но он не выходил на связь минут десять. А я звал и плакал в рацию. Наконец, мне ответили. Но таким голосом, от которого всё внутри похолодело. Голос женский низкий грудной и властный. Я уже слышал его в игре. Честно сказать, в голове так и крутились три слова, вспоминаемые всеми поклонниками «Массы» при упоминании Омеги. И да, это была Она.

— Говорит Ария Т`Лоак. Назовись или я разнесу твоё долбанное корыто!

— Тётенька не надо! Нас тут двадцать восемь детей, самой старшей двенадцать, не стреляйте!

— Где взрослые?

— Больше никого не-е-е-т! — Заверещал я, поддаваясь детской панике. На крик прибежала Саманта, благо переборки оставались открытыми.

— Алло! Вы нас слышите?! — Радостно вскричала она.

— Да, кто говорит?! — Омега пыталась справиться с бешенством.

— Это Саманта Уокер! Прошу помощи!

— Старшенькая? — Уточнила Ария.

— Д-да!

— Ну хоть так. Объясни мне, девочка, кто вы чёрт возьми такие?!

— Мы... — Сэм замялась, но всё же ответила. — Мы груз батарианских пиратов.

— Тааак. Уже проще. А где сами пираты?

— Он... — Девушка покосилась на меня, и я кивнул. — Лео убил их. Всех.

— И кто же такой этот непобедимый Лео. И почему он боится радио?

— Лео сидит рядом! Вы с ним уже разговаривали.

Потянулась томительная пауза. Потом снова раздался этот удивительно мощный голос.

— Ладно, детки, я вам поверю. На этот раз. И не дай Богиня, вы МНЕ солгали. Корабль уже под управлением моей диспетчерской. Даю видеосвязь.

Перед нами раскрылась большая голопанель, на которой мы увидели, как на балконе в блеске светомузыки стоит сногсшибательного вида азари в обтягивающих штанах и белой жилетке а рядом батарианец. Увидев его, Сэм вздрогнула, а я поджал губу.

— И вправду дети. — Хмыкнула синяя, потом ткнула пальцем в батара. — Это такие вас захватили? Пусть ответит мальчик.

— Да, они были батарианцами. — Пропищал я сквозь дрожь.

— Прикинь, Брэй, пацан в одиночку завалил всех твоих сородичей на корабле. Сколько там их было?

— Девятнадцать.

— Конец связи.

Последнее, что я увидел, было донельзя ошарашенное лицо батара.

Глава 2 Правосудие по...

Ария Т`Лоак была... в растерянности, когда ей принесли отчет от абордажников. Она была до самого конца уверена, что это какая-то диверсия. Попытка занести эпидемию на станцию, или хорошо подготовленный отряд, понадеявшийся на какое-то безумное авось. Поэтому «Гегемонию» встречали по всем правилам. Абордажная команда состояла из двух групп хорошо сработанных штурмовиков, которые в узких помещениях рейдера своей биотикой были способны раскатать любого врага тонким слоем по стенам и потолку. Буквально. Собственно, на это они и настраивались.

Первый отряд проник на борт через трюм, где их встретил лишь старый, но рабочий «Кадьяк» и довольно скудный арсенал. Пираты были далеко не на пике своего богатства.

Дети нашлись быстро. В камере-клетке они увидели сжавшихся в углу человеческих детей, которые мелко подрагивали, пытаясь все разом спрятаться за девочку постарше, сжимающую в руках большой даже для неё «Мститель». Впрочем, она даже не пыталась целиться, так что штурмовик аккуратно подкрался к ней и забрал потенциальную угрозу.

— Саманта? — Уточнил турианец. Девушка активно закивала.

— Здесь все?

— Н-нет. Лео в р-рубке.

— А что он там делает?

— Ничего, наверное. Не делайте ему больно, ладно?

***

Когда меня нашли, я спал в пилотском кресле в обнимку с «Палачом». Игрушку попытались забрать у спящего, но не получилось. В смысле, пистолет у меня конечно же отобрали, но я проснулся. Потом меня одного вывели с корабля. Сначала в мед отсек, где долго, а иногда и больно проверяли на всякие инфекции, да и всего остального. Кстати, обнаружили застарелые переломы в позвоночнике. Доктор-человек сильно удивлялся, когда я успел их получить. А потом за мной пришёл тот самый батарианец, что стоял на балконе с Королевой. Да... Для меня теперь они не на одно лицо.

— Зверёныш жить будет? — Задал он вопрос доктору.

— Конечно. — Оглянулся тот. — Прекрасное здоровье, никаких врождённых патологий и опасных инфекций.

— Отлично. — Это уже ко мне. — Пошли! Тебя ждут.

Ну и мы пошли сначала на стоянку аэрокаров, потом полетели в неизвестном направлении. Батар вёз меня... Да... Бесполезно пытаться сравнить увиденное с игрой. Своими глазами это смотрится несколько масштабнее. В общем, я понял, что на этой станции мегаполисе я не узнаю ничего, кроме красноватого тумана и легкого «душка», витавшего в воздухе станции и о котором я предполагал, сидя за компом.

-Сколько же здесь народа... — Вырвалось восклицание, когда мне надоело пялиться на проплывающие под нами кварталы. На что водитель хмыкнул.

— Никто никогда не пытался сосчитать всех жителей Омеги, за то её и ценят. — Пробасил он, а потом, вдруг неожиданно рассмеялся. — Ха! А ты крепкий, зверёныш! Я думал, меня увидишь — в штаны наложишь, а ты даже не испугался.

— Я боюсь, но у меня есть нож. — И посмотрел на него так как смотрел на пиратов. Следующая шутка застряла у него в горле. Я ещё по игре заметил, что батарианцы трусоваты и чуть что, сразу идут на попятный. Оказалось, правда.

Мы молча летели ещё минут десять. Потом Брэй свернул на стоянку около какого-то охренительно здорового здания. Хотя, как это «какого-то»? Просто я с торца «Загробную жизнь» не узнал. Вот уж действительно сердце Омеги. Перед тем, как вылезти из кара, я спросил у своего сопровождающего:

— Куда мы идём?

— К боссу.

— Почему?

— Кто я такой, чтобы спрашивать? — Равнодушно пожал он плечами, — Ты умудрился её сегодня развлечь. Пожинай плоды своих рук.

Батар провел уни-инструментом по панели и дверь отъехала, выпуская на улицу отдаленный гул ритмичной музыки.

— Слушай, — Остановил меня он, когда мы замерли перед последней дверью. — Ты выколол все глаза капитану корабля. Для батарианца это страшный поступок. Зачем? Он же был уже мёртв.

— Ещё нет.

— …?!

— Я хотел, чтобы ему было очень больно. — Хотел? Да! И у меня нет никакого раскаяния по этому поводу. А всё потому, что, когда я шёл к нему, мой путь пролегал через кают-компанию. Там я увидел окно утилизатора, которое эти твари даже не отмыли от кровоподтёков.

Мы долго петляли по коридорам, и батарианец все время пытался со мной заговорить. И всякий раз был брит односложным и ничего не значащим ответом. Так что к конечной точке пути я подошёл во вполне себе нормальном настроении, а вот Брэй — нет.

Батарианец открыл дверь и протянул мне руку.

— Нож отдай сам.

Мои губы растянулись в зверином оскале.

— Я солгал. — Есть! Довёл! Мне было больно, когда он ставил меня к стенке и проверял детектором, но болезненные тычки никак не могли заглушить тот порыв безумного смеха, что сотрясал меня. В конце концов, когда Брэй закончил, просто впихнул меня в кабинет и остался снаружи.

Дверь открылась, и я оглох. Всё-таки чуткому детскому уху нельзя слушать ОЧЕНЬ громкую музыку. Перед глазами сразу всплыли картины нашего захвата. Пришлось зажмуриться и зажать уши, а пока я адаптировался, за мной с интересом наблюдали.

Спустя пару минут, у меня наконец-таки получилось оглядеться.

— Поздравляю. — О, этот голос! Сразу захотелось куда-то деться, желательно метра на два в глубь. Для надёжности. Поднимаю взгляд, в игре она именно такая. И диванчик, кстати, тот же. — Ты первый ребёнок, которого я велю привести сюда за всю историю Омеги. Мальчик, да ты круче СПЕКТРа.

Подхалимы, коих было штук пять, не считая охраны, угодливо засмеялись. При этом, хочу заметить, что вряд ли Ария держит при себе никчёмных задолизов. Просто умные существа тоже хотят жить, а с характером работодателя раз на раз не угадаешь.

— Ещё нет. — Покерфейс. Смех стих, азари смотрит на меня с неопределяемым выражением лица. Так стоп!!! Борзометр на минималку! Срочно врубить восьмилетку!

— Как-как? — Дала она мне шанс спасти свою шкуру.

— Тётя, а что с нами будет?

— Паясничать прекрати. Для здоровья вредно.

— Ладно.

— Ты кто такой? — Холодно спросила меня женщина.

— Леонард Гай, восемь лет. — Смотря ей прямо в глаза было легко заметить зарождающиеся всполохи гнева, я поднял руки вверх и быстро закончил. — Это правда!

— Хорошо, Леонард, — Процедила она. — Ты не подстава, ты не карлик, ты не инфицирован и не живая бомба. Ты просто чёртов похищенный сопляк, вырезавший целый корабль пиратов!

— А нефиг было похищать! — Взревел я дурным голосом. — Они тридцать детей похитили, кучу народу сожгли, с нами обращались, как со скотом, Сэм хотели из… — Воздух кончился, и я закашлялся. — А она хорошая, добрая, когда эти два урода меня забрать хотели, она вместо меня попросилась! А они её… И чтоб я всё это видел!!! И я… Уф. — Окончательно выдохся. Таааак. Если выживу, восьмилетку надо будет как-нибудь обуздать.

Тем не менее гнев сменился интересом.

— Планку сорвало? Как сейчас?

— Нет, я точно знал, что делал.

Ария хмыкнула.

— В восемь лет ты ТОЧНО ЗНАЛ, как убить ксеноса палочкой для лапши?!

— Ну… Логично же. — Как-то неуверенно попытался я пояснить свои действия. — Глаз мягкий, палочка длинная, мозг рядом.

— Кто тебе это рассказал?

— Ну… мама с папой часто на работе были, и я дома один оставался, а с голо-тв, я разобрался очень быстро.

— О, Богиня, — Хмыкнула Ария, — они растят убийц с младенчества!

Ой, кто бы говориииииил! Слава всем богам, в которых я не верил, получилось не сказать этого вслух.

— Тётенька, а что всё-таки с нами будет? — Повторил я самый интересующий меня вопрос.

— Спроси правильно.

Ох, как скажешь.

— Ария, ты вернёшь детей домой? — Да, этого она и ждала.

— С какой радости мне это делать?

Я тяжело вздохнул. И правда, с какой радости? Последнее милосердие из этой женщины вышибли лет семьсот назад. Тут я её прекрасно понимаю. Мне тараканов тоже никогда не было жалко. А, может, так?

— Разве стоимость моего корабля не покроет билеты? — Глаза у всех присутствующих синхронно полезли из орбит. Ария поперхнулась коктейлем и долгую минуту откашливалась, разбив стакан.

— Какого корабля?!

— Трофейного! — Тут я даже приосанился. — Я заявляю право на захваченное мной имущество!

Приспешники загомонили, но шёпотом, а из того, что я разобрал, мог выделить только «неслыханно» или, «как он смеет так разговаривать?!» Никто даже не пикнул про то, что такого права у меня нет.

Тут к Королеве наклонился только что подошедший и слегка запыхавшийся саларианец и что-то прошептал. Её губы самопроизвольно вытянулись в хищную улыбку, а взгляд прямо-таки желал мне добра и счастья.

— Леонард, — О, как, официально-то. — Давай вернемся к этому вопросу минут через десять. Мне надо кое-кого принять, а ты постой тут. Нет, лучше, присядь со мной рядом.

Когда я уселся, Т’Лоак сделала жест саларианцу и тот удалился со всей присущей ему поспешностью и вскоре привел за собой еще трех батарианцев. Двое в броне, охрана, и босс в роскошных, по его мнению, одеждах. Да как же вас всё-таки, блядь, много! Когда же вы, суки, закончитесь?! Будто чувствуя, что я вот-вот взорвусь, азари стала гладить меня по волосам. Хм, неприятное ощущение. Я превратился для неё в декорацию.

— Ария! — Притворно радостно воскликнул он, — Нет большей радости моим глазам, чем видеть тебя каждый день.

— Взаимно, Геруд, взаимно, — ледяным голосом осадила его женщина, — Но повод встретиться не весёлый.

— Да, да. Я слышал, — Согласился с ней батар, — Какие-то накладки с моим грузом. Почему твои верзилы мне его не отдают?

— Прости, Геруд, но так получилось, — она грустно улыбнулась. — Ты же знаешь, я в ваши дела не лезу. Но тут ситуация странная, и я не знаю, как мне быть.

Фарс. Она зачем-то его тролит, а он это понимает, может, даже предположил, что так она демонстрирует ему свою силу. Да, так и есть, я вижу это в его глазах. Дурак, давно пора было бы уяснить, Омеге это не нужно. Она уже давно всем всё доказала и продемонстрировала.

— Но какие могут быть накладки? — Вежливость батара немного перекосилась, но не вышла за грани дозволенного. — Корабль прибыл вовремя, груз, — Косой взгляд на меня, — тоже. Пусть мои ребята работают.

— Некому работать. — Хищно улыбнулась азари, — Экипаж «Гегемона» мёртв, корабль в док завели МОИ люди. Несколько минут назад я имела огромное удовольствие беседовать с парнем, взявшим твой груз. И знаешь, что? Предъявить мне ему нечего.

Батарианец выпал из реальности на целую минуту, его большие чёрные глаза тронула серая поволока, а сам он мелко затрясся. Вот что она задумала. Геруд прямо-таки шаблонный представитель своего вида, горд, самовлюблён и очень импульсивен. Чем, скорее всего, достал не только Арию, но даже её вечного подручного Брэя, такого же батарианца, кстати. Я бы сейчас даже деньги поставил на то, что они всем скопом его приговорили.

— Н-но, Ария, к-как же… — Секундная пауза, а потом крик души, — Скажи мне кто… и я Сам его!..

— Са-а-ам? — Протянула Омега, улыбаясь, как сытая акула. — О, это будет очень интересно.

Тотчас, повинуясь её жесту, турианцы-охранники уперли пистолеты в головы батарианцев и разоружили их.

— Вот, что я тебе скажу. Раз ты сам захотел решить свою проблему, то я не вижу в этом ничего сложного. — Она подошла к своему гостю и уперлась пальчиком ему в грудь. — И предоставлю тебе эту возможность прямо сейчас. Беда в том, что до меня докатился слушок, что твои головорезы не смогли справиться с ребёнком. Понимаешь, что это значит?

А вот я давно понял, к чему она клонит и мне даже не надо было ни к чему готовиться, моё тело с самого начала было сжато, как пружина. Даме нужно шоу.

— Притом сделал он это не биотикой или дронами, а по старинке. — Продолжила она свой монолог. Ещё один едва заметный жест и посередине ложи возник невысокий столик, на котором лежали «Палач» и нож. — Вот этим.

— Но это же бред! — Растерялся батар. — Ребенок не мог пострелять ветеранов из этого!

— Бред — не бред, — Отмахнулась Ария, — А у меня бесхозный корабль в доках простаивает. И сейчас он обретёт владельца.

Азари встала чуть поодаль от стола, выбрав лучшую позицию для наблюдения и мурлыкнула:

— Начали!

Он просто ничего не успел. Я кубарем перекатился через стол, схватив нож и на остатках ускорения полоснул его под коленкой. Ксенос взвыл и обхватил ногу руками, когда второй удар достал его под икру другой ноги. Долговязый рухнул на колени, растерянно взмахнув руками. Третьим взмахом я рассек ему шею там, где у человека располагается сонная артерия. Красно-коричневая кровь широким веером оросила пол. Не нанося больше ни одного удара, я стоял прямо перед ним, глядя в удивленные глаза. До тех пор пока урод не умер.

Б-БАБАХ! Рявкнули синхронно тяжелые пистолеты, и наемники распластались рядом с нанимателем. Оглядываю место представления. Ария ударила в ладоши раз, другой, третий, вот мне аплодирует вся ложа. Бросаю клинок на труп и говорю, глядя в глаза Королеве.

— Извините, напачкал.

— Уберут. — Холодно бросила режиссёр сего действия и продолжила официальным тоном. — Леонард Гай, Я покупаю у тебя «Гегемон 237» за двадцать семь билетов до родной колонии. Твоих друзей доставят домой в целости и сохранности.

— Договорились, — Поспешно отвечаю я, пока она не передумала.

— Твою судьбу решим позднее. Можешь пока вернуться на корабль. Тебя отвезут.

Глава 3 О мародёрстве, дружбе и честности

Интерлюдия

Когда пацан уехал, Ария быстренько нашла дела своим подчиненным и задумчиво глядела, как прислуга замывает кровь. Мальчик впечатлял. Но ещё более поражала его чрезмерная взрослость. А вот это его безразличие на весьма толстый намёк, что домой он не вернётся? Где, мать его, «Я хочу к маме»?!

К ней на диван без спроса плюхнулся древний кроган, и потянул через соломинку какой-то напиток. Его испещренное шрамами лицо искривилось в недовольной гримасе.

— Поговаривают, я пропустил представление века. — Пророкотал Патриарх. — Детка, как ты могла? Ты же помнишь, как я хотел намотать кишки этого батарианца на свой кулак.

— Потому и могла. Я вообще не думала, что ублюдок сдохнет так глупо. — Хмыкнула Омега, — Впрочем, твое мнение будет не лишним, полюбуйся.

Азари сама встала и активировала голо-панель. Время от времени она тешила самолюбие своей игрушки вот такими вот маленькими поступками. К тому же ей хотелось ещё раз увидеть те движения.

— Бга-га-га ха-ха-ха-ха! Бга-ха-ха! — Долго не унимался старый вояка после просмотра записи, потом он отматывал назад, смотрел и снова ржал. Ария не мешала. — Отрада глаз моих, детка! Это было нечто! Я бы отдал сердце, чтобы увидеть это вживую! Нет! Два! Бха-ха-ха! Смотри, как он оседает! Он ведь даже не понял, что уже сдох! А твои ребята молодцы! Вовремя сработали охранников. Сол, Грис, чёткая работа, — Кивнул он молчаливым турианцам. В ответ получил их аналог улыбок.

— Ничего не заметил странного? — Кинула пробный камень королева.

— На записи, где ребёнок убивает взрослого ксеноса? — Хмыкнул кроган. — Да нет, всё нормально. Не, ну ты глянь ещё раз! Он же его просто освежевал! Как по учебнику!

— Именно, Патриарх, именно! — Просияла азари, выведя наконец своего собеседника на нужный лад. — Вот только по какому?

— Не по вашему точно! Физиология не та, да и видел я ваших девочек в этом возрасте… ГОР? Да, ящерицы вполне могли такое провернуть, но они все высокие и их головастики очень быстро вырастают. Ханары? Тоже могли, но человечек? У них есть для этого дреллы.

— Наши девочки не слишком отличаются от человеческих в этом возрасте. Ух, ладно. Доктора не обнаружили следов принудительного развития мозга. Это нормальный ребёнок. Если к нему вообще применимы нормы.

— Давай остановимся на варианте, что кто-то вложил в него эти знания посредством «Объятий вечности». Или у тебя есть ещё какие-то мысли на этот счёт?

— Нет, ты прав. Тем более, я уверена, что его прибытие на станцию не что иное, как случайность.

Кроган, поднялся с софы, правильно уловив окончание разговора.

— Что с остальным «товаром»?

— Верну на Элизиум, я же обещала.

— Вот и за пацана выкуп заломи. Если он — удачный эксперимент Альянса, за него заплатят очень много. — Не прощаясь, он ушел.

Всё-таки древний мастер войны был неплохим аналитиком, потому и жил до сих пор. Беседуя с ним Ария отдыхала. Выкуп? Вполне понятная причина чтобы не отпускать самородка. А потом, и ещё что-нибудь случиться может.

***

Когда я вернулся на пристань, детей уже выгрузили и отправили к докторам.

— Простите, — Одёрнул я водителя. — Раз уж меня лишили корабля, могу я кого-нибудь попросить, чтобы мне помогли с моим имуществом? Я заплачу.

Отвозил меня, кстати, рядовой водила, имеющий к группировке Арии самое дальнее отношение. Но даже этого хватало, чтобы человек переживал за своё физическое здоровье и старался не бросить тень недоверия к себе. Тем более, он был не так уж и плох, по крайней мере, мне показался весьма располагающим.

— Конечно, малыш. У меня есть лишнее время и желание заработать. Но Брэй предупредил, что с тобой надо быть начеку.

— Не беспокойтесь, я не собираюсь просить вас разбирать обшивку.

— Ха! — Очевидно же, что парень, который в том мире был бы мне ровесником никак не мог смириться, что говорит с равным. Ну и пусть. Достаточно того, что он работает на людей Арии. А дрессировать разумных она умеет.

— И ещё мне нужно будет где-нибудь поселиться. — Продолжил я. — Желательно к женщине, из-за возраста я не смогу позаботиться о себе сам.

— Постой, — Остановил он меня. — Но ведь Ария отпускает детей! Она никогда не нарушает слово!

— Да, — Я заглянул парню в глаза. — Детей она отпускает.

— Оу. Я тебя понял. Оставь данные своего уни-инструмента, посмотрю, что можно сделать.

Мы обменялись контактами и отправились к медикам. Там вовсю царил детский гомон. Врачей дети видели и раньше, а посему немного оттаяли и стремились поделиться впечатлениями. Сами же доктора были слегка ошарашены, но было видно, что помогать детям им нравится. Конечно, на Омеге чаще всего они занимались травмами и огнестрелом, а тут просто осмотр. Разнообразие. И стволом в лицо никакой псих не тычет.

Саманту я увидел сразу, она разговаривала с турианцем-штурмовиком и врачом. Заметив меня, она сорвалась с места и побежала ко мне так быстро, как только смогла. Но до первой космической разогнаться не получилось, на её пути постоянно кто-то был. Но вот, расстояние пройдено, и она снова крепко меня обнимает. Если она сможет сквозь возраст и опыт сохранить хоть часть этого тепла, то станет выдающейся матерью. А пока этим теплом буду наслаждаться я, обняв девочку в ответ.

— Лео! — затараторила она сквозь нахлынувшие эмоции. — Ты представляешь, капитан Каюс сказал, что мы послезавтра полетим домой!

— Да, я знаю. Мне тоже сказали. — На глаза навернулись слёзы. Я стиснул девочку крепче и с удовольствием вдыхал её не очень-то приятный, но ставший таким родным запах. Сэм, я тебя никогда не забуду.

— А куда тебя возили?

— Да так, билеты покупал.

— Хорошо, что ты вернулся. Я… — Она шмыгнула носом. — Уже привыкла, что те, кого забирают, не возвращаются.

— Не бойся, нас больше не тронут.

Постояв так ещё немного, я отстранился и, сказав, что у меня куча дел, отправился на корабль вместе с таксистом. Основную работу, потрошение карманов и виртуальных кошельков я закончил ещё до прилёта. Как и с кассой капитана. Кстати, это было не сложно, ведь для вскрытия тайника мне всего-то потребовался его уни-инструмент и скан сетчатки глаза. Так что на счету у меня было совсем не плохо. Остались мелочи, для которых нужны сильные руки, тележка и контейнер.

Оружейку я разграбил не сильно. Взял только самые крутые образцы. Вы представляете, к ним как-то попали турианские Фестоны! Шестого поколения! Так же удалось откопать пару образцов СВ «Богомол», ну и пистолеты: два «Палач М6», две "Фаланги", и один, я сам охренел, «Аколит»! В отличном состоянии! А я-то, дурак, думал, Азари свои игрушки только в войска поставляют.

Спустя два часа я выгреб с корабля всё, что представляло для меня хоть какой-то интерес. Впрочем, мы дольше выбирали. Интересных вещей, кроме оружия было действительно немного. В основном, из каюты капитана. Мелочи. А после того, как мы доставили их в камеру хранения, у меня отлегло от сердца и я, расплатившись с таксистом отправился к остальным детям.

Два дня пролетели в суматохе. Доктора наскоро латали наши тушки, дали кое-какую одежду взамен лохмотьев, откармливали более-менее вкусной и питательной едой и выделили место в медотсеке под ясли. Наверное, это были первые мои дни в этом мире, когда я спал так много и так крепко. А на утро второго дня лафа кончилась. Пришёл лично Брэй и сказал, чтобы дети собирались. Корабль уже ждал на пристани.

Мы погрузились в аэробус (не знаю, как длинные пассажирские кары называются, вот и окрестил так), и поехали в порт. Провожать приехал весь медблок, матёрые убийцы и коновалы желали детям удачной дороги и скорейшего возвращения, все были рады и ждали отлёта с нетерпением. Сначала в шлюз зашли пилоты, потом погрузились две женщины сопровождающие. Дети выстроились в цепочку по двое и ждали своей очереди подняться на борт.

Каждая группа, проходившая через шлюз, подвергалась дезинфекции, так что процесс был долгий. Народ стал рассасываться и я, наконец, заметил стоящий в отдалении аналог лимузина.

— Всегда держите руку на пульсе, госпожа Т’Лоак, — Пробубнил я себе под нос.

— Что? — Спросила Саманта, держащая меня за руку. Мы с ней замыкали цепочку. После нас — только двое сопровождающих, человек мужчина и азари.

— Ничего страшного. — Неуверенно пожал я плечами.

— Точно? — Спросила девочка обеспокоенно.

— Нет. — Мы почти подошли к шлюзу, так что можно было начинать говорить. — Сэм, нас ведь двадцать восемь.

— И что?

— Уф. Мне хватило только на двадцать семь билетов.

— ЧТО?!! — Завизжала девушка на весь космопорт. — Но как же так? Ты же…

— Не переживай.

— Я ОСТАЮСЬ! — Азари на заднем плане громко фыркнула, а я сжал руку девочки.

— Нет. Им нужен я. И не спорь! — Пресёк я её сопротивление. — Я создам страничку в экстранете. Как вернёшься домой, найди меня и отпишись, что с тобой всё в порядке.

«О… Тяжёлую артиллерию в ход пустила», подумал я, увидев, как у девочки на глаза набегают слёзы.

— Не плачь. Что ребята подумают, когда увидят тебя в слезах? — Продолжал я увещевать малявку. — Успокойся, для вас кошмар закончился. Скажи моим родителям, что я их люблю и… Расскажи про всё, что я натворил здесь. Пусть возненавидят меня. Я не хочу, чтобы они пытались меня спасти или выкупить. Здесь моё место.

— Я… — Всхлип, — Я поняла. Я всё расскажу и передам.

— Спасибо. Ты лучшая.

Руки мы расцепили только у самого шлюза. Дальше её повёл мужчина, а меня перехватила азари. Секунд десять я соображал, что же это значит, потом посмотрел на неё снизу-вверх и спросил:

— Подстраховка? — На что она в очередной раз фыркнула. Мы молча дошли до лимузина, я забрался на заднее сиденье и уже оттуда наблюдал старт корабля.

Ария смотрела на меня неотрывно, наверное, ждала, когда я расплачусь. А я молча осознавал, что отныне остался в этом мире совершенно один. Как ни странно, эмоций я от этого испытывал не больше, чем обычно. Я поймал взгляд королевы и смотрел до тех пор, пока она не посмотрела в окно, усмехнувшись.

— Я должна была убедиться. — Сказала она задумчиво. — Даже я не люблю взрывать корабли полные детей.

— Я понимаю. — А внутри пустота. Чистый лист, который я начну заполнять, начиная с сегодня.

Новый я, отрешённый от всего и совершенно пустой. Губы сами скопировали улыбку королевы. Я знаю, кем меня запомнит Омега.

Леонард Гай, восемь лет, год две тысячи сто шестьдесят восьмой.

Глава 4 Глава четвёртая, сугубо бытовая, без мяса.

— Снова здравствуй, Марк. — Поприветствовала Ария своего подчиненного.

— Ария, — Кивнул он.

Марк Салли был одним из немногих капитанов Омеги, не сверкавшим своей физиономией на объявлениях во всегалактическом розыске. Более того, этот факт был решающим при приглашении его на работу. К своим сорока годам он владел грузовым судном Альянса и небольшим звеном истребителей, что позволяло ему с успехом отбивать своё право торговать там, где он хочет. Впрочем, в особые авантюры вроде красного песка и рабов он не лез, и это было уже его требование при поступлении на работу. Самостоятельный сильный капитан. Идеальный посредник, через кого Ария могла чисто торговать с пространством Цитадели.

— Не думал, что мы вновь увидимся так скоро. Срочный фрахт?

Со своим прошлым заказом Марк разобрался меньше недели назад, привезя груз панацелина и ещё несколько интересных вещичек из самого Армали. Так что сейчас находился на заслуженном отдыхе, кстати, он был одним из приглашённых на недавний «спектакль».

— Нет, Марк. Мне нужно твое мнение, как человека. — Капитан заинтересованно взглянул на босса. — Скажи, у тебя есть дети?

— Да, трое. И бывшая жена, постоянно сосущая из меня нервы и алименты. — Отшутился Марк.

— Ну, жена — это только твоя проблема. А вот дети… Скажи, ты видел когда-нибудь детей, подобных нашему Леонарду?

— Мальчику-убийце? Нет, определённо, таких детей я не видел.

— Очень жаль.

— Но я слышал о подобных.

Ария с любопытством посмотрела на кэпа.

— Продолжай.

— Ну… то что такие дети бывают, это факт, а если верить истории, то такой рождается раз в пятьдесят-сто лет.

— Они так редки?

— Более чем.

— Чем же опасны такие дети?

— Опасны? Не знаю, просто до ужаса умны, но они всё ещё дети. Как большие негранёные алмазы, при работе с которыми очень многое зависит от ювелира. Сокровища рода людского.

Ария в задумчивости потеребила подбородок.

— Почему же тогда их не оберегает правительство?

— Оберегает, и ещё как. Специальные программы помощи родителям, полный доступ ко всей нужной информации, всё, вплоть до физической охраны. — Усмехнулся капитан. — Если удается таких детей вовремя обнаружить.

— Хм.

— Самый большой страх, это если такой разум вырастет в нищете, издевательствах и обидах. — Капитан призадумался, а Ария посмотрела на него внимательнее, — Ардат-якши из него не вырастет, но будет что-то около того.

— Так кто же эти ваши дети? Сокровища или проклятья?

— Они самые яркие личности нашего народа.

Давно королеву пиратов так никто не озадачивал. Но капитан говорил действительно дельные вещи.

— Ты видел мальчика, Салли. Скажи, он действительно такой?

— Откуда я знаю? — капитан зарыл руку в волосы. — Но считаю, что это тот случай, где лучше потратиться и ошибиться, чем не потратиться и конкретно накосячить. В твоём случае всё одновременно и проще, и сложнее.

— Поясни.

— Если глаза меня не обманули, ребёнок полностью сформирован, так что главная задача не мешать ему развиваться в нужном направлении, ну и, естественно, показать, кто здесь друг. — Тут капитан хохотнул. — Потому что чует отцовское сердце, врагов он назначит сам.

***

— Добрый день, госпожа Элис Вокс, с этого дня я буду жить с вами. — Хмуро на одном дыхании сказал я темноволосой миловидной девушке.

— Чего? — Опешила та. — Это с какой это стати?

Боже, как я её понимал!

— Значит, вы против?

— Конечно!

— Замечательно. — С этими словами я набрал на уни-инструменте номер Брэя и выдал. — Мистер Брэй, мы не согласны жить вместе. Она мне не нравится, и я ей тоже. Можно, я найду жильё самостоятельно?

Батар тяжело вздохнул и спросил:

— Элис нас слышит?

— Да, слышу, — отозвалась шатенка.

— Ну тогда слушайте в первый и последний раз, повторять я не буду. Меня не (цензура), ваше мнение по этому вопросу. Ты, Элис, будешь следить за пацаном до тех пор, пока Ария не захочет от тебя чего-то другого, а ты, мелкий будешь слушаться эту женщину до совершеннолетия и, не дайте Святые свитки, я услышу о тебе хоть одну обоснованную жалобу. Оба усекли?!

Мы синхронно кивнули.

— Не слышу. — В гневе батарианец был поистине страшен.

— Так точно! — хором отозвались мы.

Связь отключилась, мы простояли напротив друг друга ещё минуту, потом женщина спросила:

— Мелкий, зовут-то тебя как?

— Лео.

— И всё?

— Для вас, тётя Элис, да. — При слове «тётя» она поморщилась, но согласилась, что такое обращение её устраивает. На том и сошлись. И ещё около трёх суток общались исключительно по делу, так как хрупкое женское самолюбие плохо выдерживало, когда её шикарный по местным меркам трёхсекционный жилой модуль громила бригада техников, делая в одной из комнат мою, так сказать, «детскую».

Почему она так легко уступила Брэю? Тут всё просто. Элис тоже работает на Арию и занимает при ней должность системного администратора, а все, кто работают на Омегу, свободны весьма условно. В её организации царит жёсткая диктатура и весьма ограниченно распространяется информация. В частности, девушка недоумевала, откуда сопляку такой почёт, а я и не трепался.

Детской моя комната была названа с сильной натяжкой, потому что ни в одной детской комнате нет и не может быть терминала, оружейного стенда и вполне приличного тренажёрного комплекса, что называется «на вырост». И ни одной игрушки.

Кстати, за всё это я платил сам. С момента отлёта корабля королева усиленно делала вид, что забыла о моём существовании. И, как по мне, это было более чем правильно. Хватит и того, что я буквально окружён её людьми.

Я, как и обещал Сэм, создал страничку в популярной галактической соц. сети. С указанием имени, рода занятий, и постоянно обновляемым статусом. А у Саманты такая уже была и пестрела объявлениями о вознаграждении за любую полезную информацию о ней.

Хорошо. С этим разобрались. Теперь, когда девочка заглянет в экстранет, то первое, что она увидит будет сообщение «Террорюга-восьмилетка просит добавить вас в друзья». Думаю, это она не пропустит.

Теперь с вопросом «как быть» разобрались, остался не менее сакраментальный «что делать». А вот тут у меня затык. Потому что на него я не знал ответ и в том мире. Правда, здесь был канон, рубящий на корню всякие поползновения заняться общественно-полезным делом. Да и на Омеге разумных, желающих делать добро кому-то кроме, самих себя, крайне мало. А значит, нужно развивать таланты, которые уже проявились.

«Какой бы сложной ни была проблема, делай то, что умеешь и найдёшь своё решение». — Говаривал мой наставник Александр Евгеньевич.

Я растянулся на своей кушетке и углубился в воспоминания.

Школа, пятый класс, после уроков. Я сижу на высоких ступеньках школьного крыльца и потираю опухшую скулу. Это моё состояние не было редкостью, но и сказать, что я часто дрался, было тоже нельзя. Я как обычно погружён в собственные раздумья и не сразу замечаю выросшую передо мной здоровенную фигуру нашего физрука-трудовика.

— Хреново дрался, — пыхнул он сигаретой в сторону, но ветер всё равно донёс до меня нестерпимую табачную вонь (ладно! Кем-то, может, и терпимую, но у меня уже тогда была острая непереносимость табачного дыма). Я закашлялся. — Я видел.

— А что не вмешались? — Посмотрел я на него сверху вниз. – Вон, какой шкаф.

— Я-то шкаф. Но свара не моя была. — Хмыкнул он беззлобно. — За убеждения пострадал?

— Типа того.

— Оно того стоило?

— Не знаю. — Пожимаю плечами.

— Плохо. Человек всегда должен знать, что прав. Если он в это не верит, он сломанный человек.

Я посмотрел на него удивлённо. Наш «дядя СаЖень» был человеком непростой судьбы. Мы точно знали, что он повоевал и в Афгане, и в Чечне и, бог ещё знает где. Сейчас ему было чуть больше пятидесяти, но, несмотря на седину, он выглядел много моложе своих лет. Он всегда говорил только по существу и имел огромное влияние как у преподавателей, так и у учеников.

— А если я буду знать, что прав?

— Тогда ты будешь непобедим. — Простой вопрос — простой ответ.

— А вы научите меня драться?

— Не, драться не научу. Оно тебе не надо. Ты вот что. Приходи ко мне домой часов в пять, и форму спортивную не забудь. Поговорим об убеждениях и правоте более детально.

Вот так я и стал учеником у мастера войны. Сажень знал всё и был последователен, как машина. Сначала он укрепил мою убеждённость, потом моё тело, а из этого выросла моя текущая жизненная позиция. Даже когда я уехал в другой город учиться, ни всеобщая апатия, ни погоня за сиюминутными благами не поставили под сомнения его постулаты: думай, делай, не сомневайся.

Сейчас мне предстояло думать.

Что я имею? События игры начинаются с две тысячи сто восемьдесят третьего, сейчас шестьдесят восьмой. Когда Шепард сцепится с Сареном, мне будет двадцать три. Плохо то, что повлиять я на эти события не в силах. Экстранет на его фамилию выдаёт пять миллионов бесполезных ссылок, значит, даже начало истории ещё не положено. Забавно, а я уже знаю, чем всё закончится. Даже вмешиваться не придётся. Да я даже не смогу вмешаться, потому как к тому времени так и останусь сопляком, не внушающим доверия! Более того, остаётся большая вероятность, что кое-кто ультрамариновый с красивой пигментацией во всё лицо меня не просто никуда не отпустит, а спишет по ходу дела, разочаровавшись в своих инвестициях.

С другой стороны, я люблю «Массу». Люблю эту грёбаную игру, этот грёбаный мир, его персонажей, которые отныне так же живы, как и я! Да мать вашу! Я даже люблю Джона Шепарда! Э… Вы не подумайте… Я не в этом смысле… извращенцы.

Гхм. В общем, если хорошо подумать и всё правильно сделать, положив на алтарь всё побочное, можно попробовать его спасти. Тем более, отныне это мой мир и Шепард, будь он паладином или отступником, будет нужен и до, и после вторжения жнецов.

Уф. Да. Решился. Чёрт, я действительно решился. Теперь у моей ситуации появляется скелет. Скелет — это основа, а основа — это знания. Следовательно, чтобы стать в этом мире силой, нужно вложить в себя знание, которое стоит денег.

Впрочем, то же самое я делал и в том мире. Так что для меня по сути ничего не изменится. Правда, шансы помереть резко повышаются, но давайте взглянем правде в глаза и оглянемся на предыдущий опыт! Смерть подстерегает на каждом шагу, но когда это мешало жить?

СаЖень всегда на моё «постараюсь», говорил, что надо не стараться, а делать. Семь лет он в меня это вдалбливал и, надеюсь, я что-то понял.

На этой мысли я и уснул. Время было позднее, давно за полночь, так что сон, чёрный, безо всяких картинок, показался мне даром высших сил.

Утром меня разбудила Элис.

— Вставай, мелкий. — Донеслось из-за открытой двери. — Завтрак остывает! Посуду помыть не забудь, а я убежала!

— Да, мам, — Сквозь сон бросил я и поднялся с постели. Девушка уже убежала и её на самом деле не сильно волновал мой ответ. Но всё-таки я надеюсь, что это моё предательское «мам» она не услышала.

Глава 5 Омега и Я

«Лео! Ты жив! — Гласила первая строчка сообщения от «Зайка-МиЛашКа СэмЭлиз232». — Как хорошо, что ты написал!!! А то я даже не знаю, как бы нашла тебя по такому «нику». — ДА ТЫ ЛАДНО?! После этих слов меня даже гордость взяла. Боже, как это радует, когда есть вещи неизменные даже в вымышленных вселенных. Например, девчачьи «позывные» в социалках. Что называется, спасибо розыскным плакатам, нашли и опознали. Вот ей-богу ни за что бы не поверил, что Саманте придёт в голову ТАК извратить своё имя и ТАК засрать страницу котиками! Впрочем, я отвлёкся.

«Я написала тебе сразу, как добралась до терминала, прости, но это получилось не скоро, так как врачи заперли нас в реабилитационном центре аж на две недели! – А, ну, тут всё понятно, и чего я весь этот месяц сидел как на иголках? И ведь умом понимал и то что королева, раз подписалась — сделает, и что в колонии проблемы могут возникнуть, ан нет. Всё равно боялся. — Но теперь я дома! Правда дома! Ты бы видел, как мама с папой радовались! — Чёрт, у меня ведь там тоже и мама, и папа. Восьмилетка не выдерживает, я вытираю крупные слёзы. — Я всё рассказала своим и твоим родителям. Лео, они мне не поверили. Да никто бы не поверил. Требовали корабль задержать, но пришёл мужчина из СБ и сказал, что могут предъявить тем разумным только благодарность за наше спасение».

Хм, то ли в СБ Элизиума не идиоты работают, то ли слава бешеной азари докатилась и до них.

«Твои родители пытались возмущаться, но мисс Баринова, одна из наших сопровождающих, заявила, что её наниматели согласны убедить тебя вернуться домой за пятнадцать миллионов кредитов!»

— Ох ты ж мать! — Сбил я себе весь лирический настрой в попытках осмыслить эту цифру. Для сравнения, жилой блок на Цитадели стоит сейчас порядка восьмисот тысяч. И это в общине Президиума. Здесь же, на Омеге, вполне можно было уложиться в сотню. Так же в безопасном районе.

Кстати, из «Гегемона» я вынес порядка ста тысяч живыми деньгами и ещё ста пятидесяти — оружием. Да, мои игрушки стоят дорого. На обустройство же своей берлоги у меня ушло только пятнадцать тысяч. И там было только лучшее. Уточняю, не неоправданно шикарное, а именно лучшее.

«Потом ты не поверишь! Они записали наш с тобой разговор и показали его твоим родителям! – Оу. Грёбаная азари. — В общем, твоей маме сейчас плохо, а твой отец был очень бледный. Он сказал, что понял тебя, что ты очень рано вырос. И ещё он просил передать, что ты мужчина». — Так Лео! Спокойней! Мужчины не плачут!

Минуты две я пытался успокоить восьмилетку, а… чёрт! Но вот, я в норме и читаю последние строчки:

«А ещё, папа вчера рассказал, что городские власти решили возвести в честь тебя и погибших детей мемориальную стелу, все были за! И я поняла, что толком даже не поблагодарила тебя! Мне так стыдно! Я такая неблагодарная! Пусть тебя там за меня кто-нибудь… Нет! Я вырасту, приеду и сама тебя поцелую! Спасибо!!!»

На мой рёв прибежала Элис. Не спрашивая разрешения (и правильно, ибо бесполезно, до меня сейчас не докричаться. Оказывается, я жуткий нытик), она пробежала расширившимися глазами письмо и просто обняла меня. Так и простояли, пока я не успокоился.

***

— Госпожа Т’Лоак, — Неуверенно поприветствовала Босса шатенка. — Мне сказали, что время от времени я буду давать отчёты лично вам.

— Да, Элис, подойди ближе. — Закинула Ария ногу на ногу. — Время от времени я буду приглашать тебя сюда.

Девушка вздохнула, быстро пытаясь вспомнить, есть ли за ней грешки, за которые не слишком значительные люди в структуре попадают в эту ложу.

— Э… Вот мой отчёт, — Положила системщица планшетку на столик перед хозяйкой. — Желаете получить какие-то пояснения?

— Нет, о делах поговорим позже. Как поживает мальчик?

— Он… Странный. — Осторожно подобрала слова Элис. — Не хнычет, не жалуется, очень редко проявляет эмоции и постоянно что-то делает.

— Это необычно? — Ария выгнула бровь дугой.

— Нет, конечно, — Слегка осмелела девушка. — но только если дети бегают прыгают, скачут по всей квартире, или как-то ещё стоят на ушах. Но Лео… От него в принципе нет подобных проблем.

— Чем же ребенок занят?

— Каждый раз, когда я его вижу, он либо делает гимнастику, либо читает с планшета, либо спит. Пару раз я приводила подруг с детьми, но он быстро организовывал их на общественные работы. Ему с ними скучно.

— Что ж, спасибо, Элис, можешь идти.

***

Девятна-а-а-адцать, дваааааадцать, двадцать оди-и-и-и… - Не, не выжимаю и падаю моськой в полотенце.

Неполный месяц занятий определённо принес свои плоды, однако тело ребёнка — это тело ребёнка. И оно не вырастет быстрее, чем это определила эволюция. Но я всё равно загонял восьмилетку до упаду и только когда выполнял все упражнения, позволял телу забраться на кушетку. Бывало, я сразу же вырубался, а просыпался от голода. После еды же, садился за терминал и учился. И да, я дистанционно поступил в школу, написав заявление от имени прикованного к постели инвалида. Элис помогла. Сразу в шестой класс, если мерить старыми порядками. Как раз с этого периода начинали преподавать углубленно физику, галактическую историю, кибернетику и прочие полезные предметы, которые я уже мог освоить. Попутно, на уровне мелкого хулиганства пытаюсь изучить взлом электронных систем, Элис, с которой мы довольно неплохо поладили, подкидывает мне задачки.

По сути, это был мой самый тихий и спокойный период жизни, можно сказать, я стал, как моллюск, запершийся в собственной раковине и имеющий в качестве хода во внешний мир редкие прогулки с Эл и огромное окно в виде экстранета.

В качестве развлечений, редкие новости из дома в виде переписки с Самантой. Девочка всё никак не успокоится из-за моего пребывания в пиратском гнездовье. Через раз спрашивает, как мне там приходится, а когда не спрашивает, клянется меня вызволить. Приходится даже время от времени присылать ей фото моей комнаты, меня на фоне всё той же комнаты, ну и прочие доказательствами, подкреплёнными вот такими вот письмами:

«Дорогая Сэм, спасибо тебе за твоё беспокойство. Как жаль, что я не могу тебе сказать всего этого в глаза. Но ты правда зря обо мне переживаешь так сильно. С момента нападения на колонию прошло только полтора месяца, приходи в себя, отдыхай и поменьше придумывай грандиозные планы спасения моего бренного тельца. Однажды я вернусь сам.»

После этого письма с аккаунта Саманты со мной связалась мама. Мы немного поговорили, из чего я понял, что у женщины на меня иррациональная материнская обида. Я даже начал жалеть, что не вернулся домой, но потом понял одну страшную вещь. Кем там мог вырасти малолетний убийца? Да меня бы в психушку сдали, невзирая на мнение родителей, ведь Альянс, он такой Альянс… А там бы у меня кое-что обнаружили и привет!

Кстати, мама так и не поверила про батарианцев, даже когда я сам написал ей об этом. Что ж, её проблемы.

Больше я от родителей вестей не получал.

Две тысячи сто семидесятый год. Мне десять, я уже свободно разгуливаю по жилым секторам Омеги. На моём поясе есть небольшой масс-генератор, питающий слабенький кинетический щит. На спине, на компактной магнитной пластине размещен облегченный пистолет «Кесслер», из которого я уже уверенно поражаю бутылку на расстоянии тридцати метров.

Эти два года пролетели быстро и спокойно. Мы с Элис живём, как настоящие мать с сыном. Даже не понимаю, откуда у меня к ней такое доверие. Всё же она сисадмин на пиратской базе. Но тем не менее, я даже продал через неё свой арсенал и открыл счёт в банке волусов. Теперь мне на него капают проценты с почти четверти миллиона, что весьма ощутимо.

Сам же я устроился работать на рынок. Не секрет, что Омега — очень старая станция, а некоторые торговцы, такие как элкоры, торгуют на ней столетиями. Разумеется, терминалы со временем выходят из строя сами, либо проводку к ним перегрызут какие-то вредители, которых на кораблях с грузом попадает на станцию великое множество, собственно для них и припасён «Кессель». Вот проводку-то я и ремонтирую. Она проложена в таких узеньких тоннельчиках, что не всякий кварианец подлезет, а мне в самый раз. Не, конечно, можно снять торговый лоток, демонтировать напольные покрытия, но я-то дешевле.

Да, меня уже пытались похитить. Один раз, но опять батарианцы. Бесят-бесят-бесят! Я же уже блин, почти смирился с их существованием! Но в этот раз я был готов. Во-первых, у меня на голени под штаниной был хорошо закреплён нож. Не тот самый, а получше. Во-вторых, у меня на уровне поясницы по совету Эл был имплантирован чип с тревожной кнопкой. Ну, ещё у меня был офицерский уни-инструмент альянса. Да-да, со здоровенным лезвием. Это мне от «неизвестного» доброжелателя подарок на десятилетие пришёл.

В общем, перед Брэем было немного неудобно. Глава местной СБ, от Арии отпросился, летел на маячок, как угорелый, а в результате нашёл очередную груду трупов. Увиденное он, как и два его подчиненных турианца воспринял стоически. Правда, поблагодарил за то, что я им глаза не трогал.

И вот правда, ну ведь есть же среди них нормальные парни! Сам видел, на Омеге таких большинство! Живут сами, другим не мешают. Да тот же Брэй, хоть и корчит из себя, но ему по должности положено! Но вот эти, которые с пушками… Утомляют.

Кстати, у моей новой мамы появился парень. Пришлось мне делиться. Да! Ревную! Да, боюсь, что обидит! И ведь обидит, по морде его небритой вижу! У-у-у… В общем, смирился, даже пришлось лишний раз сбегать из дома. Зато новое развлечение себе нашёл, ну как новое? Паркур называется. Вечерами я повадился ходить в зону погрузки-выгрузки. На охране там стоял очень немолодой и от всего уставший кроган с плохим протезом руки. Мы с ним быстро нашли общий язык. Одна-единственная бутылка ринкола никак не помешает такой громадной туше нести службу. Тут как в море капля, но ведь главное — внимание, верно? Тем более, мне действительно нравилось слушать его байки, а раскатистый бас придавал им особое очарование. К тому же эту дрянь кроме таких вот динозавров пить никто больше не может, потому и идёт она по двадцатке за бутыль.

Так что у нас с Грашоком сложился почти каждодневный ритуал. Часов в восемь я ему звонил, он говорил, можно ли мне прийти или нет, получал свой презент и со смаком, медленными глоточками опустошал литровый бидончик. Попутно рассказывая очередную историю.

— В общем, было это лет семьсот назад, — Грохотал ящер. — Я тогда был помоложе…

— Ринкол покрепче, — Не удержавшись, перебил я его. — а азари посисястее.

Грашок заржал.

— Тонко подмечено, маленький воин, но кое в чём ты не прав. — Заинтриговал. Я посмотрел на него вопросительно, дождался, когда пройдет очередной глоток, — Выпивка сейчас гораздо вкуснее. Понимаешь, его сейчас хотя бы очищают, а тогда было прямо-таки ракетное топливо! Вот пьёшь и рискуешь! А азари, как были тварями, так и остались. Не забывай, парень, они только похожи на вас, но живут гораздо дольше.

И в том же духе ещё на полчасика. В конце, я уже привычным действием взламывал охранную панель, чтобы дроиды «Локи» и камеры меня не замечали и уходил бегать между ящиками, которые были свалены там безо всякой системы. Бывало, я возвращался, а у сторожки либо валялся разодранный дробью труп какого-нибудь ворка, либо просто здоровенная лужа крови. Мой друг был действительно стар, увечен, но он всё ещё был кроганом.

Возвращался я обычно сильно вымотанный, так что меня слабо волновала груда парного, зачастую правоаминокислотного мяса. Так что я просто восстанавливал настройки на терминале, выворачивал перед Грашоком карманы и шёл домой. Если Элис к тому времени и оставалась дома, то уже крепко спала. Иногда не одна. Ар-р-р-р!!! Этот хмырь меня бесит!

Глава 6 О мудрости и щедрости

Раал’Тар нар Нима сидел в лавке, занятый ремонтом запасных сочленений для «Локи», крупную партию которых купил его с недавнего времени хозяин, и проклинал всё на свете. Мало того, что эти железяки были ни на что не пригодны, так их ещё и было очень много. Так что сейчас молодой кварианец, чьё паломничество, скорее всего, затянулось на неопределённый срок, делал то, что его раса умела лучше всего — из говна конфетку.

Партия роботов была действительно старой, так что в лучшем случае получалось восстановить из двух дроидов один, а хозяин поставил жёсткое условие: если восстановленных «Локи» останется меньше семидесяти процентов от изначального числа, то зарплаты несчастному кварианцу на этой неделе не видать. А запасы декстро смеси таяли на глазах. Тем не менее, контракт есть контракт, так что парень шипел, матерился, но «крутил гайки».

Иногда к его прилавку подходили ленивые покупатели, смотрели на предоставляемый ассортимент на терминале, иногда неохотно интересовались той или иной подробностью. Но цены на б/у-шные детали были так безбожно завышены, что брать никто ничего и не думал. А старый элкор об этом даже слушать не хотел, лишь списывал отсутствие продаж на «помойную крысу» за прилавком.

Вдруг в тоннеле-вытяжке что-то громко ухнулось. Да так звонко и неожиданно, что кварианец вздрогнул. Потом раздался чей-то приглушенный эхом писк и ещё что-то громкое полетело ко всем чертям, как выражаются люди.

— Да твою ж! — Яростно воскликнул тонкий детский голос. — Сюда ходи, кому говорю! Стой, сука!

Раздался выстрел, потом ещё несколько, затем всё стихло, а из вентиляции потянул сизый дымок. Через пару минут под чьё-то натужное кряхтенье крышка вытяжки открылась и из неё спиной вперед вывалился человеческий ребенок. Кварианец в шоке смотрел на открывшуюся картину, на всякий случай вспоминая, какая из инфекций вызывает у его расы визуальные и слуховые галлюцинации. Очень реалистичные, кстати, галлюцинации. К тому же, повод был. На днях Раал порезал скафандр и не сразу заметил повреждение, так что у него был небольшой жар.

Ребёнок был коротко стрижен, носил одеяние, напоминающее светло-серую спецовку, довольно сильно пропылённую в результате лазанья по всяким сомнительным ходам, на наспинной пластине у него висел лёгкий пистолет, а в довольно продвинутом в технологическом плане силовом поясе были закреплены многочисленные инструменты, пеналы и контейнеры с унигелем.

Паренёк, тем временем, видать почувствовал, что на него смотрят, оглянулся и, самодовольно улыбнулся.

— Ты глянь! — С натугой вытащил он из вентиляции какой-то жуткий гибрид пыжака и земной крысы. Весу в твари было килограмм восемь, но мальчик все же поднял её на уровень своей головы за хвост и гордо потряс. — Тварюга аж с меня размером!

Кварианец, по ходу, впал в ступор, потому как ничего не ответил, но светящиеся из-под тонированной маски глаза имели вполне характерные очертания монет.

— Шашлык будешь?

— А?

— Ну, блюдо такое земное. Мясо, жаренное на открытом огне небольшими квадратными кусками.

— Какое мясо?

— Не тупи, скафандрик, вот это. — Паренёк ещё раз тряхнул тушей, истыканной довольно большим количеством лишних дырок.

— Благодарю, но я немного занят. — Как-то очень поспешно ответил кварианец.

— И ладно, где у тебя утилизатор? — ксенос ткнул пальцем в окошко, обведенное красной жирной линией и стал наблюдать, как мальчуган с абсолютно невозмутимым видом прошествовал через весь отсек и запихнул туда трупик.

— Кстати, я Лео. — Сделав своё чёрное дело решил представиться он.

— Раал’Тар нар Нима. — Решил проявить собеседник ответную вежливость, ребёнок кивнул и пошёл обратно к вентиляции.

— Ну я тогда ещё как-нибудь заскочу? Ты не против? А то сейчас тоже работы много. Этот «пыжакрыс» у ваших соседей всю проводку пожрал.

— Как хотите, Лео. — Выдавил из себя Раал. В ответ из закрывающейся крышки донеслось:

— Давай на «ты»!

Так и не понявший, что сейчас произошло кварианец вернулся к ремонту.

***

К кварианцу я вернулся где-то через полчаса, закончив сращивать последние провода. Вошёл, правда, вполне традиционным способом.

Постояв немного у терминала и вполне оценив всю глубину жадности некоторых элкоров я громко окликнул:

— Раал, к тебе можно?

— А… Лео, всё-таки пришёл? — Оглянулся парень на мой голос, не переставая что-то набивать на уни-инструменте.

— Ну да, остальные заказы могу взять и завтра.

— Заказы? — Переспросил кварианец.

— Ну да. Я здесь что-то вроде частного подрядчика. А ты чем занимаешься? — Заинтересованно спросил я.

— Чем прикажет хозяин, я здесь что-то вроде законтрактованного. — Спародировал меня кварик.

— Оу, чёрт. Сочувствую. Не, правда, на меня как-то раз самого чуть ошейник не надели.

— Ошейник?

— Ну да, рабский. Батарианцы. Чудом увернулся.

— Тогда почему ты на Омеге? — Заинтересовался Раал.

— Не совсем удачный финт вышел.

Парень хмыкнул, атмосфера разрядилась, ну я и продолжил своё наступление:

— Может, тебе чем-нибудь помочь? Я не бог весть какой кибернетик, но черновую и не очень тяжёлую работу осилю. — Тем более именно это мне и нужно.

— Зачем тебе это? — Не понял Раал моего замысла.

— Учиться. — Честно ответил я и пояснил. — Паять проводку много ума не надо, а вот реально поковыряться в таких схемах у меня возможности нет. Тем более, я не всегда буду таким маленьким. Так что просто думаю за будущее.

— Впервые вижу столь предусмотрительного ребёнка.

— Я знаю.

Противиться моей помощи он не стал, тем более её от меня сегодня было действительно не много. Раал внаглую посадил меня счищать ржавчину с забракованных им ранее деталей и, если они были не так печальны, как казались, то возвращались в строй. За это время мы поговорили очень о многом.

Раал’Тар оказался не то чтобы словоохотливым, но ему впервые за долгое время представилась возможность поговорить с кем-то, кто не считает его отбросом. Оказывается, в свои семнадцать лет он успел изрядно поплутать по обитаемому космосу, отправившись в паломничество аж в пятнадцать. С гетами парень, по его рассказам, тоже повоевать успел. Ну и пусть приврёт немного, я не против.

Часа через два нашей монотонной, но уже не скучной работы, в лавку мерно зашел слоноподобный элкор и посмотрел на меня.

— Растерянность. Почему в моей лавке новый рабочий.

— Э… Здрасте, я Лео и на вас не работаю.

— Недоумение. Тогда что вы делаете здесь.

— Помогаю другу. — Так же меланхолично, как и в прошлый раз, ответил я. Раал же смотрел на меня с недоумением.

— Паника. Как оказалось, что у кварианца есть друзья?

— Да расслабьтесь вы, — Я примирительно поднял руки, предварительно положив деталь в раствор. — Я ничего вашего не сломал, постоянно находился на виду у Раала и ничего кроме этих деталей даже руками не трогал.

— Недоверие. Раал, что ты пообещал человеку за его помощь. — Элкор в упор не желал воспринимать мои слова.

От такого кварианец даже усмехнулся.

— Мне нечего предложить свободному человеку, «хозяин». Парень помогает, потому что ему это интересно.

Какое-то время элкор думал, потом шмыгнул своим широченным, даже по меркам их расы носом и выдал свой вердикт происходящему.

— Несогласие. Если человек учится, то пусть платит за обучение. В противном случае я не приемлю нахождения в торговой лавке постороннего индивида, мешающего работать моему подчиненному.

Кварианец завис, я тоже. Он, скорее всего, на минуту попытался представить сценарий, при котором ему помогали и одновременно платили за возможность помочь, мне же в голову лезли мысли о том, как подобная операция выглядела бы с моей стороны. Ну и немного о том, что курят элкоры.

Спас ситуацию мой уни-инструмент, запиликавший в повисшей тишине необычайно громко.

— Тренировка. — Пояснил я удивлённому парню. – Я, наверное, ещё как-нибудь заскочу. Ну… Когда твоего шефа отпустит, удачи тут. Контактами мы обменялись, так что свяжемся. — И не прощаясь со жлобом, покинул лавку.

А уже почти ночью мне позвонил мой новый друг и сообщил, что вредители перегрызли проводку в их лавке.

Какой из этого можно сделать вывод? При условии, что я действительно не имею никакого отношения к засилью тварей в коммуникациях. Мне вот, померещилась длань судьбы. Но кое-кто опять пришёл не к тем выводам.

— Раздражение. Вы долго шли, маленький человек. — Пропыхтел мой нехороший знакомец. Ну ничего, пообщаемся, трудности закаляют!

— Я пришёл, как только начался мой рабочий день. Это с ноль шести до восемнадцати часов местного времени. Данная информация указана в моём объявлении, и тот факт, что вы начали штурмовать мой уни-инструмент аж в половине четвёртого меня мало беспокоит. — Обычно, я предельно вежлив со своими нанимателями, даже с батарианцами. Спокойно узнаю о проблеме, лезу узнать в чём дело и прямо на месте поломки договариваюсь о цене. Но не в этот раз.

Честно сказать, я бы тоже нервничал. В лавке творился форменный беспредел: свет мигал, дверь открывалась и закрывалась по собственной кибернетической воле, а торговый терминал вообще превратился в лотерейный автомат, ценники на наименованиях товаров после каждой вспышки на экране оказывались самыми различными.

— Гнев. Чем же вы занимались всё то время, что я не мог с вами связаться.

— Сарказм. Я спал. – Да, их манера речи здорово действует на нервы.

Кажется, я прямо сейчас стал первым человеком, увидевшим эмоции элкора. Он начал топать, буквально перепрыгивать с передних ног на задние и крупно затрясся.

— Гневное восклицание. За триста лет я впервые вижу столь наглого и вредного представителя твоего вида.

— А я за два года жизни на Омеге какой только сволочи не повидал, уважаемый Горутта. Вы не уникальны. — Надоело мне с ним препираться не по делу. Помимо него ещё четыре заказа сегодня уже висит. — И так как я ещё не услышал, в чём могла бы заключаться работа на вас, то думаю, что вы просто решили лишний раз нагадить разумному в душу. Так что я, пожалуй, пойду, сегодня у многих проблемы с электричеством. Кстати, контактный номер ремонтной бригады также есть в рекламном блоке Омега-маркет. С указанием цен и сроков выполнения работ.

По поводу ремонтников — это правда, и я этим ребятам не конкурент. Техслужба Омеги работает по заявке и по инструкции. Казалось бы, удивительно, но на станции вольности себе позволяют только пираты, но никак не персонал. Приезжая на место вызова, они не латают проводку уни-гелем и такой-то матерью, как я, а планомерно вскрывают обшивку модуля и заменяют поврежденную магистраль целиком, а также всё, что, по их мнению, нуждается в замене. Дня за два-три умудряются закончить и счёт, естественно присылают хозяину модуля.

Кстати, в порядке саморекламы заявляю, что не халтурю. Для работы у меня есть все необходимые допуски и разрешения и сростки у меня получаются весьма неплохие. Те же технари и оценили. Кстати, именно по моему примеру они с недавних пор стали брать с собой на задания автоматическое оружие, и правильно. Ведь когда вскрываешь всю обшивку целиком, не всегда успеваешь без вреда для здоровья зашибить шанцевым инструментом всё, что там пряталось.

Когда я закончил со вторым заказом, то совесть всё-таки взяла верх и я набрал кварианца.

— Раал, здорово!

— А… Лео, доброго утра. — Сонно ответил парень с небольшой заминкой.

— Я тут с твоим боссом маленько поругался. У тебя проблем из-за этого не было?

— Шутишь? Да я бы родной корабль заложил лишь бы увидеть Горутту в таком бешенстве ещё раз.

— Ого, допёк он тебя.

— Не то слово. Кстати, можешь подойти сюда? А то поспать мне всё равно не дадут, поработать тоже, технари сказали, что помощь не требуется. Так что я впервые остался не у дел.

— Значит, могу рассчитывать на твою помощь?

— Конечно!

— Хорошо, через десять минут буду.

Когда я уже подходил к нужному модулю, то услышал как длинными очередями стрекочут «Лансеры». Технари вскрыли обшивку.

Глава 7 Однозначные вопросы

— Ария, — Брэй, подошедший к своей хозяйке был немного озадачен.

— Что-то важное? — Оглянулась она.

Сейчас она стояла, оперевшись локтями на перила своей ложи и пыталась отвлечься от навалившихся ни с того ни с сего, проблем. Опять пришлось разнимать «Затмение» и «Светил», не поделивших что-то в Терминусе.

— Да как сказать. Меня попросил о помощи твой паренёк.

— Какой па… — Азари даже не сразу вспомнила того мальчишку. — А…Что же он хочет?

— Ребёнок попросил инструктора по рукопашному бою.

— Ну так приставь к нему кого-нибудь из наших ребят. Неужели это для тебя так сложно?

Батарианец перемялся с ноги на ногу.

— Я предлагал, но он сказал, что армейские спецы ему не подходят.

— Да? И какие же «спецы» ему нужны? — Ребёнок опять умудрился привлечь к себе её внимание.

— Гхм, буквально его просьба звучала так: «Ты не мог бы найти мне специалиста для решения деликатных проблем, который решится взять себе ученика».

Ария присвистнула. Намёк мальчика был весьма прозрачен, но удовлетворять его просьбу Ария не хотела. А если совсем на чистоту и признаться самой себе, то у неё не было на примете ни одного стоящего специалиста, ведь исторически сложилось, что Ария ВСЕГДА сама решает свои проблемы. Ну, а если кто, мешающий ей, «подавился вишенкой» или поскользнулся на лестнице, то тут она была действительно ни при чём. Просто потому что несчастный по определению не мог быть только её врагом.

— Какие интересные у него пожелания… — Хмыкнула королева.

— Да, когда я его спросил знает ли ОН кого-то конкретного. — Решил добавить Брэй, — Лео сказал, что нет, но в идеале это должен быть дрелл.

Ария задумалась, потом продефилировала из одного конца ложи в другой, собираясь с мыслями, потёрла указательными пальцами виски и наконец явила батарианцу свою волю.

— Так, этот мелкий меня достал! Хватит с меня этих его финтов! В мой кабинет его, немедленно, — Подумав, она добавила, — но тихо. Будет сопротивляться, выброси его в шлюз без скафандра. И все материалы по нему на мой терминал!

***

Наверное, Брэй был за что-то на меня немного обижен, так как «тихо» в его понимании выглядело так:

Я как раз получил свои законные сто кредитов за очередной вояж по вентиляции и собирался немного отобедать, когда на мой уни-инструмент пришло сообщение от батарианца, в котором он требовал, чтобы я появился на стоянке аэрокаров как можно скорее.

Там меня быстренько чем-то оглушили, а очнулся я уже абсолютно безоружный в каком-то чемодане. Что я тут могу сказать? Учитесь, товарищи батарианцы.

Выбраться я даже и не пытался, просто приходил в себя и старался экономить воздух, попутно благодаря высшие силы за то, что обделили меня таким даром, как клаустрофобия.

Мой полёт в неизведанное долго не продлился. Вскоре чемодан откуда-то извлекли (девять из десяти, что это был багажник) и покатили уже своим ходом на масс-драйверной подушке. Судя по отдалённой музыке, это были коридоры «Загробной жизни».

— Ваш новый костюм доставлен, госпожа, прямиком с Тессии.

— Хорошо, Сол, можешь идти. — Донёсся немного отдалённый голос Арии.

Спустя ещё пару минут заклёпки щёлкнули и стенки моего узилища разошлись в стороны. Хм, и вправду чемодан, даже с логотипом магазина.

В кабинете королевы пиратов царил приятный полумрак. Сама она сидела за широким письменным столом из голубого дерева и внимательно читала что-то на планшетнике. Прервавшись на секунду, она смерила меня, вставшего в полный рост, тяжёлым взглядом и отложила записи в сторону.

— Знаешь, надо было отправить тебя домой и забыть, как страшный сон, сразу, как только я услышала о тебе. А лучше — расстрелять то грёбаное судёнышко, как чумной корабль, жила бы себе в счастливом неведении. — Выдала она, смерив меня недобрым взглядом.

— Э… И вам добрый день.

— К ханарам твой «добрый день».

— … — А что тут скажешь?

Ария, не вставая с кресла, оперлась локтями на стол и потёрла глаза. Вид у неё при этом был довольно человеческий и сильно уставший.

— Я. Не. Люблю. Загадки. — Проговорила она вкрадчиво таким тоном, что я проникся. — А ты сплошная загадка. Свою медкарту видел?

— Да, она обычная.

— Именно. Но на то, что ты творишь, «обычные» люди твоего возраста не способны. Ты бы знал, что говорят твои сородичи, которым я тебя показывала.

— Наверное то, что я гений. — Робко предположил я. — Ну и ещё, некоторые, наверное, матерятся.

— Именно. Так ты гений?

— Нет. — Тут же пришлось пояснять свой ответ. — Гениями были Эйнштейн, Тесла, Ломоносов. Они мыслили на столетия вперёд и создавали удивительные вещи. Я совершенно точно не такой.

— А какой ты? — Ария встала со своего места, подошла ко мне и опустившись на корточки, чтобы наши глаза были на одном и том же уровне, проникновенно и очень ласково добавила, — От этого ответа зависит, вылетишь ты отсюда в шлюз или нет.

— Не знаю я. — Выдавил из себя я.

— Это не то, что я хотела услышать.

Вот мне ей сейчас пособолезновать? Или предложить самому в открытый космос сигануть? Королева встала и вернулась к своему столу.

— Расскажи-ка мне, как ты убил ещё пятерых батарианцев?

Я тяжело вздохнул. Брэй мне тогда намекнул, мол если королева не спросит, то он и не станет упоминать этот неприятный инцидент, и какое-то время меня с этим действительно не беспокоили. Но вот, видать, всплыли подробности.

— Светошумовые гранаты, они здесь в каждой лавке продаются без ограничений. Яйца куриные найти сложнее. Современные «флехи» довольно компактны, их легко закрепить, скажем, в контейнере из-под уни-геля. — Неохотно пояснил я. — Плюс то, что козлы не понимали, с кем связались, плюс то, что они батарианцы во всем их идиотском великолепии. Эти «похитители» даже не удосужились снять с меня пояс и уни-инструмент. Только пистолет, ну и нацепили виртуальные наручники. Опять же, даже не за спиной.

— И ты так просто их снял?

— Если «просто» — это недели изучения технической документации, данных из экстранета, собственная хак-программа и уйма тренировок, то да.

— Хм, значит, ты целенаправленно готовился к такому сценарию? — Азари очень не нравилось услышанное.

— Да, в иных ситуациях, как вы недавно убедились, шансов у меня пока нет.

— Ладно, других сведений стандартными средствами от тебя всё равно не добиться, так что расслабься.

Ария подошла ко мне и протянула руки к моей голове, и тут до меня дошло, что она собирается сделать. О способности азари сливаться сознаниями с другими разумными ходило множество легенд. В основном, конечно, восторженных, однако и много предостерегающих. Притом, возрастной ценз присутствовал во всех, попавшихся мне материалах.

— Может, не надо? — Попытался я немного отстраниться, естественно, безуспешно. — По крайней мере, не сейчас! Я слышал, это очень вредно для неокрепшей детской психики.

Но женщина продолжала буравить меня взглядом, не моргая и, кажется, это был гипноз. Руки, которыми я пытался отмахиваться становились всё тяжелее, а по телу, ещё не отошедшему от парализатора, растеклась непонятная расслабленность.

— Успокойся, — Её голос с каждым слогом становился всё глубже и притягательнее. — Расслабься. — Глаза и голос, вот всё, что осталось от окружающего мира, остальное было уже очень далеко, чуть ли не в иных планах. — Обними вечность.

И эта самая вечность кинулась ко мне в объятия, заполняя меня всего снаружи и изнутри.

***

Королева пиратов стояла на холме на неизвестной ей планете и вдыхала очень чистый, пахнущий травой и свежестью, вечерний воздух. Солнце уже клонилось к закату, на небе появились редкие звёзды.

Азари понимала, что находится в одном из многочисленных и необычайно важных для мальчика воспоминаний. Только мальчика не было.

У костра сидело двое. Мужчина в возрасте, широкоплечий, статный, ощутимо сильный. Его глаза светились опытом и сочувствием, но говорил он строго и уверенно.

Паренёк, ещё не мужчина, но уже не мальчик, слушает и кривится. Понимает каждое слово, но не хочет в это верить. Пытается что-то возразить, но его аргументы ничтожны.

Ария подошла ближе, чтобы различить слова и обратила внимание на одну немаловажную деталь. Никакой, даже допотопной электроники. Костёр, сложенный немного поодаль запас хвороста, старые тканые рюкзаки, каркасные, какие сейчас не во всяком музее найти можно, и палатка, на вбитых в землю кольях.

— Тебе всё равно придётся это сделать. — Продолжал настаивать мужчина.

— Но зачем?

— Чтобы мы поели. Другого всё равно ничего нет. — Мужчина тяжело вздохнул и с нажимом добавил. —

— Если всё сделаю я, то и есть буду только я.

Парень всё ещё колебался. Он посмотрел на старшего, потом бросил взгляд куда-то в сторону и тут Ария заметила переносную клетку. В ней сидел небольшой, килограмма на три, донельзя милый лопоухий зверь с длинными ушами. Зверёк смешно дёргал усами, постоянно шевелил носом и имел большие выразительные глазищи.

— Дядь Сажень, — Вдруг неожиданно сказал мальчик, — Я понимаю, что весь поход вы затеяли именно для этого. Но не смогу.

— Сможешь. — Уверенно сказал мужчина. — Ты сможешь. А кролик сегодня просто выполнит то, для чего его и вырастили, послужит нашей пищей. Сделай это. Ты умеешь. Или два года наших занятий прошли для тебя впустую?

На это мальчишке возразить было нечего. Он извлёк из чехла нож и направился к клетке. Действие он закончил очень быстро, придавил не особо сопротивлявшегося зверька коленом к земле и перерезал ему шею, оттянув головку за уши. В этот момент Ария, неотрывно смотревшая в его глаза, увидела, как что-то очень важное умерло в них вместе с кроликом.

Разделывали тушку уже двое, а через пол часа над костром повисли дивные ароматы жареного мяса. Вот только пареньку они казались неприятными. Он давился горячим мясом, заставляя себя есть через силу небольшими кусками, сыпал много соли и часто шмыгал носом.

— Дядь Сажень, — В очередной раз хлюпнув носом поднял глаза парень. — Вот кролика убить, не просто так, а ради еды, так я себе этого уже простить не могу. А как же с людьми? Вот вы людей убивали, скажите.

— Проще, Лёня, много проще. — Мужчина достал сигареты и закурил. — Во время боя это очень просто. Ты стреляешь в них, они стреляют в тебя, и рано или поздно кто-то ловит пулю, а твою или чужую — это не важно. — Следующая затяжка. — Бывает, когда ты видишь, что творит этот человек, рука сама тянется к оружию. Иногда это бандит, на твоих глазах мучающий слабого, иногда это прапор, продавший патроны боевикам, которые стреляют ими по твоим пацанам. И не делай таких больших глаз! Там на Кавказе мы их приговаривали между собой и валили чуть ли не с удовольствием. В любом случае, ты знаешь, что ублюдок сделает это ещё много раз, если ты его не остановишь. А останавливать таких нужно сейчас и немедленно!

Старый солдат ещё раз глубоко затянулся и произнёс задумчиво:

— Главное — твёрдо знать, что ты не такой, как они. И делаешь это не потому, что хочешь, а для того, чтобы мир без них будет хоть чуточку, но чище.

Они говорили ещё о чём-то, но Ария вдруг перестала их слышать, зато очень отчётливо поняла, что её теребит за руку кто-то маленький. Она машинально взяла детскую ладонь и только потом опустила глаза. Увидев совершенно пустой силуэт ребёнка, она попыталась вырваться, но руку словно тиски сдавили. Азари попыталась что-то сказать или даже крикнуть, но не смогла. Вдруг силуэт раскрылся, как обёртка, и накинулся на неё. Ария закричала.

***

Душная просторная каюта, пространство перед дверью огорожено решетками. Азари стояла и не понимала, как тут оказалась.

В камере шумно. Куча детей, одного уводят с собой пираты. Ещё одного пинает трёхглазый батарианец. Удар под дых, ребёнок сворачивается калачиком. Пинок в лицо, маленький Лео распрямляется на спине и перестаёт двигаться, но мужику этого мало. Он со страшной силой наступает мальчику на спину, у Арии в ушах раздаётся просто оглушающий хруст. Мальчик мёртв и это точно. Батарианец сплёвывает на тело и уходит, придерживая прокушенную до крови руку.

Ребёнок вдруг превратился в ту самую космическую пустоту, что так страшно держала её за руку, а к телу подошло что-то ещё, очередной пустой силуэт. Он склонился над телом и вытащил из себя пульсирующий светом сгусток и вложил его в пустое тело. Сгусток засиял ярче, пульсация распространилась по всему «телу».

Потом второй силуэт начал таять, растворяться и превращаться в ветер, дувший прямо на азари. Сначала лёгкий ветерок, разогнавший смрад застоявшегося воздуха и человеческого пота, потом он перешел в довольно сильный порыв, и вот уже ураган сметает Арию за грань видения во тьму, к следующей картинке.

И вот эта самая картинка была самой информативной. Спальный отсек рейдера, длинная узкая каюта на верхней палубе. Два ровных ряда близко приставленных друг к другу коек, чередующихся с личными шкафчиками. В отсеке темно, даже слишком, учитывая ровное дежурное освещение. Королева стояла у дальней стены, где располагался «быстрый спуск» в трюм, к арсеналу. Она сделала несколько неторопливых шагов вдоль кроватей на которых спят батарианцы.

Темнота определённо не нормальна! Азари это почувствовала всем своим естеством. Не может в нормальных условиях быть такого, что руку видно хорошо, а ногу внизу можно лишь различить! Вдруг она увидела ЭТО. Сгусток, источник всей этой чёрной жути, маленький, размером с ребёнка, но абсолютно чёрный, рассеивающий тьму вокруг себя, как грязь, как студень. Сложно представить себе нечто более отвратительное, непонятное и пугающее одновременно.

Так вот, этот сгусток неторопливо вплыл в каюту, постоял, пока тьма, уже не просто темнота, исходящая от него, не распределится более равномерно и, подавшись к первой кровати, накинулся на спящего, оголив ребёнка, вооруженного ножиком.

— Лео! — Удивлённо прошептала королева.

На мальчика было страшно смотреть. Его бледное лицо напоминало мраморную маску, выражающую холодную решимость. Он подошёл к пирату, скованному тьмой по рукам и ногам и чиркнул своим оружием его по горлу. Убитый удивлённо распахнул глаза, рот, попытался выдавить из себя хоть слово, но тьма, вдруг обретшая текучесть стала заливать все пути, проникая в тело.

Лео отпрянул, заворожённо смотря, как беззвучно корчится его мучитель. Наконец, лицо мальчика ожило, на нём помимо решимости появились удивление и страх, он едва не выронил нож, а когда понял, что чуть не пропал, испуганно заозирался.

До королевы дошло. Он думает, что убивает сам. Шёл на дело, надеясь лишь на чудо, а когда получил его, даже не ощутил. Но вот, тело затихло и мрак снова вязкой массой заволок ребёнка и всё пошло по новой, до тех пор, пока в живых не осталось ни одного пирата. Затем ребёнок, укутанный тьмой, выбежал из комнаты. Королева ничего не придумав лучше, кинулась за ним, но выбежав из двери, поняла, что видение вновь сменилось.

Теперь перед ней то и дело мелькали лица.

Почти налысо обритый мужчина с чёрной щетиной и шрамами, у него располагающее, сильное лицо ярко выраженного лидера. За таким его люди с радостью прыгнут хоть на солнце, а тот их выведет. Турианец со шрамом во всю левую сторону лица, в наполовину развороченном скафандре, один его глаз прикрыт странным визором, а лицо пересекает клановая татуировка. Весь его вид говорит о непреклонной решимости. Дева азари с небесно-голубого цвета кожей, совсем юная, с огнем жизни в глазах, такие девы не бегут при первой же возможности вертеть задом в клубах. Темнокожий мужчина с волевым взглядом, скрывающим печаль и стыд. Видно, что есть беда, терзающая его душу. Урднот Рекс, которого Ария еще со времён своего наемничества вспоминала с содроганием, человеческая девушка, совсем молодая, с хитрым взглядом слегка раскосых глаз и многие-многие другие. Откуда мальчик знает всех этих разумных? Из-за ветра у королевы появилась резь в глазах, она моргнула и… Очнулась.

Глава 8 О стыде, популярности и комментариях.

«Дорогой Лео. Вот уже полгода не получала от тебя писем. Наверное, это из-за последнего разговора с твоей матерью. Прошу тебя не переставай писать. — Читал я долгожданные строчки. Саманта угадала. Последний «разговор» с матерью сильно повлиял на моё отношение к данному виду общения. И ведь непонятно почему? Эту женщину я в глаза не видел, так что её претензии, эмоции и упрёки отзывались во мне лишь глухим раздражением, но с тех пор я постоянно находил какие-то более важные дела, чем посидеть пол часика над строчками для родных, для Сэм. — Пожалуйста, не переставай писать. Хотя бы строчку в месяц. Потому что я места себе не нахожу».

Блин. Долго у девочки длится это. Нехорошо.

«Я, правда, верю, что у тебя всё хорошо, что ты не болен, не ранен, не бродяжничаешь. В конце концов ты же ЛЕО! Ты же спас народу больше чем весишь в килограммах! — Я усмехнулся, устаревшая информация, сейчас весы показывают двадцать девять и восемь при ста тридцати двух сантиметрах в холке. — Но всё равно, бывает просыпаюсь ночью от кошмаров. И мне кажется, я слышу смех. Ну... их смех, злой. Ты помнишь».

Смутно. Слава высшим силам, это не мои кошмары. Но их взглядов вполне достаточно, чтобы я нет-нет да просыпался среди ночи в холодном поту.

Не здорово получать такие письма. Даже после долгого молчания. А если она в конец зациклится на этом кошмаре, тут и никакой психолог не поможет. И как с этим жить? На всякий случай я подошёл к Элис.

— Да, случай жуткий. Это же просто ужасно! — Воскликнула моя третья мама. — Ты не писал своей девушке полгода! Да как ты мог?!

— Ч-Е-Г-О?!!! — Вот такого завихрения от женской логики я никак не ожидал. — Окстись, женщина! Мне на нашем последнем «свидании» было восемь лет! И вёл я себя тогда никак не по-джентльменски!

— Да брось! — Беззаботно отмахнулась Элис, — Всё было, как надо! Сцену вашего прощания вся Омега обсуждает чуть ли ни до сих пор!

— К-какую сцену?! — С дрожью ужаса в голосе спрашиваю я.

— Вот эту. Мне коллега-азари ссылку скинула на страничку в экстранете. — Она не задумываясь набрала на уни-инструменте «вкладки/видео/любимое/«Самое трогательное в мире прощание»». (Да-да. Я действительно видел, как это всё называется. У моей опекунши интерфейс был полупрозрачным). И воспроизвела ту самую запись, которую, если верить Саманте, показали родителям Лео.

О боги! Как сопливо это выглядело со стороны! У меня загорелись уши, щёки, ладони и вообще, показалось, что я сижу на вулкане. И непонятно, чего во мне сейчас было больше. Смущения или гнева. Хотя нет. Очень даже понятно. Пытаясь это скрыть я со свистом выпустил из лёгких воздух, вздохнул ещё раз и прошипел:

— Я убью эту десантницу. — Элис не сдержала рвущийся из неё взрыв смеха, хрюкнула, от чего пришла в состояние неконтролируемого веселья и заржала как лошадь.

Но это были не все подставы, которые ожидали меня. Решив, что больше меня смутить не удастся ничем, я полез по ссылке, любезно предоставленной мне «мамой N3». Которая вот уже пять минут продолжает истерически хохотать, утратив всякий контроль над телом, душой и уни-инструментом.

О… Я уже не знаю, кого поминать. Но в голову лезет один только мат.

Да, я понимаю, для галактики цифра не большая. Но я-то живу ещё земными мерками. Итак, внимание: почти полтора миллиарда просмотров, миллиард двести тысяч отметок «мне понравилось» и девятьсот шестьдесят три тысячи четыреста семьдесят восемь комментариев! Обсуждение было открыто до сих пор. Мне стало плохо.

Комментарии были от разных разумных, разных представителей рас, но весьма однотипные. Например:

«Любви все возрасты покорны» — «Матриарх876» — Скромненько так. Надеюсь, это просто псевдоним.

«О, духи! Не знал, что люди способны на такие эмоции! Жена показала это видео, рыдали всей семьёй». — Это от какого-то саларианца.

«Теперь придётся по-новому посмотреть на людей. Умопомрачительные дети» — Писал «Страж Цитадели».

И прочее в том же духе. Повинуясь безумному порыву набрал в целевом поиске «королева пиратов». Комментарий выискался где-то в середине. Короткое и ёмкое «Мой пацан!» было оставлено полтора года назад.

Но не это было самым жестоким.

Где-то в конце обнаружился комментарий двухнедельной давности, который гласил: «Эти дети играют просто фантастически! Не сравнить с игрой актёров здесь (ссылка), но в чём-то даже лучше.

Перехожу по ссылке. Охреневаю и бью в коленку Элис, привлекая внимание. На следующие три часа мы выпали из реальности просматривая фильм с наискромнейшим названием «Лучший из Лучших» от «Иллиум интертеймент», породившей в будущем такие «шедевры», как «Бласто». Сразу делаю лирическое отступление, картина не слишком отличалась от тех, что я наблюдал ещё в прошлой жизни. Снята хорошо, актёры сыграли так как надо, режиссёр получил высококлассный экшн, а галактика новый «эпический блокбастер» на ближайший месяц. Дьявол в этом фильме ожидал меня в конце.

На фоне многочисленных разрывов гибнущего пиратского дредноута (Откуда только взялся), турианец-пилот прощался с десантницей азари:

— Всё в порядке? — Спросила та.

— Нет, — Тяжело вздохнув, ответил главный герой своей турианской субгармоникой. — Надира, нас ведь двадцать восемь.

— И что? — Не поняла та.

— Уф. Мне хватило только на двадцать семь билетов.

— ЧТО?!! — Завизжала девушка на весь эвакуационный блок. — Но как же так? Ты же…

— Не переживай.

— Я ОСТАЮСЬ! — Азари играла так, что можно было верить каждому её слову.

— Нет. Им нужен я. И не спорь! — Пресёк её сопротивление главный герой. — Я выживу и найду тебя!

Десантница зарыдала, уткнувшись в броню своего спасителя.

— Не плачь. Что ребята подумают, когда увидят тебя в слезах? — Продолжал он увещевать девушку, погладив её по голове. (Я бы тоже погладил Сэм в своё время, если бы не был на полторы головы ниже). — Успокойся, для вас кошмар закончился. Скажи моим родителям, что я их люблю и… Расскажи про всё, что я натворил здесь. Пусть возненавидят меня. Я не хочу, чтобы они пытались меня спасти или выкупить. Здесь моё место.

— Я… — Всхлип, — Я поняла. Я всё расскажу и передам.

— Спасибо. Ты лучшая.

Главный герой страстно целует десантницу, потом резко передёргивает затворную раму своего «Фестона» и закрывает за собой шлюз спасательного блока. Сцена отстрела капсулы, вид разрушающегося дредноута, идущего прямым курсом на газовый гигант, титры. На последних строках два имени моё и Сэм.

На мой уни-инструмент приходит сообщение о списании пятидесяти кредитов за просмотр.

Немая сцена.

— Так во-о-от, что она имела ввиду. — Протянула моя опекунша.

— Давай. Добей меня, чего я ещё не знаю? — Спокойствие, прозвучавшее в моём голосе, не принадлежало миру живых.

— Калис подошла ко мне где-то год назад, — Начала говорить Элис, немного поёжившись. — И рассказала, что с ней связалась какая-то киностудия и предложила, как автору вдохновившего их видео купить право использовать видеоматериал для съёмок. Ну та не будь дурой и заломила цифру. Когда деньги пришли, она попросила меня перевести половину на твой счёт.

— Зачем? — таким же мёртвым голосом спросил я.

— Кажется, она всерьёз и до сих пор опасается за своё здоровье. — Элис немного отсела от меня. — О, да, теперь я понимаю её мотивы.

Я тяжело вздохнул, сходил на кухню и принёс два стакана лимонада. Как ни крути к таким потрясениям меня судьба не готовила.

— Сколько она перевела? — Спросил я и сделал большой глоток. Придурок.

— Пятьсот тысяч кредитов. — Как-то виновато сообщила моя опекунша.

ТЬФУ-У-У!!! Окатил я её всем тем, что не проглотил, а потом упал на пол и долго-долго откашливался. В ответ она снова залилась хохотом.

— Всё зло от приёмных родителей. — Проворчал я отдышавшись. — Подошёл за советом насчёт друга, а оказывается это мне лечение требуется. Срочное. У меня, значит, пол миллиона на счету, а я про них ни сном ни духом!

— Как быстро тебя приводят в чувство финансовые вопросы! — Восхитилась опекунша.

— Это если деньги поступают. Не надейся, что траты будут меня так же успокаивать.

— Ты же их всё равно не тратишь!

— Но буду! — После наведения порядка, я немного успокоился и всё же выдавил из себя. — Передай, пожалуйста, Калис, что она откупилась. Но пусть не расслабляется, я это всё равно не забуду. Слово в слово передай.

Элис всё-таки предложила хорошую идею чтобы успокоить Саманту. Всё оказалось до гениальности просто, почти как фото, только круче. Состряпать видеоотчёт, чем я занимаюсь на Омеге. Вот воплощением этой идеи я и занимался весь оставшийся день. Всё равно для остального я был слишком шокирован.

***

Новость о том, что почтенный господин Горутта разорился застала меня посередине вентиляционного тоннеля, когда я заливал унигелем очередной сросток. Денёк был на редкость «погожим», потому что после пяти заявок я всё ещё ни разу не выстрелил. А тут такой подарок с неба. Жаль, подпрыгивать было просто некуда.

Впрочем, радовался этой мысли только я, поскольку Раал’Тар был очень обеспокоен, так как его контракт долбанный элкор выставил на торги в числе прочего имущества.

Плохая новость. К кварианцам вся галактика относится, как к отбросам, но тем не менее каждый хочет заиметь к себе в собственность, признавая их умения. Так что мне надо было успеть, это во-первых, и, чтобы меня не затоптали, это во-вторых.

Выбравшись из вентиляции, я с трудом дождался перевода от торговца, принявшего работу и ринулся в проклятую лавку. Старый элкор по своей привычке стоял, заградив своей могучей задницей проход и руководил сбором пожитков. Вопреки моим опасениям толпы народу с цепями и клетками для перевозки некрупных кварианцев рядом не стояло.

— Смятение. Почему маленький нахальный человек появился в моей лавке? — Начал привычную песню Горутта. — Предположение. Маленький человек уподобился ворка и пришёл радоваться моему горю.

— Ну что вы, достопочтенный Горутта, я никогда не желал вам зла, все мои слова, произнесенные ранее были лишь следствием предвзятого ко мне отношения. — Начал я строить из себя дипломата, — Если же мои слова сильно задели вас, я готов при свидетелях принести самые искренние извинения.

— Удивление. Маленький человек умеет произносить правильные вещи. Внимание. Что же привело маленького человека в мою скромную лавку.

Пытаться распознать мысли этого гориллоподобного ксеноса было бесполезно, так что я просто понадеялся, что он правда верит в тот бред, что я несу.

— Меня сюда привело осознание. Что мы можем помочь друг другу, если отбросим старые обиды. Поэтому я предлагаю вам выкупить контракт Раал’Тара нар Нимы за половину от его номинальной стоимости без учета суммы, которую данный представитель расы кварианцев уже успел отработать.

Услышав это, предмет торга уронил на пол какие-то запчасти, чем увеличил свою стоимость процентов на пятнадцать, и вылупился на меня своими светящимися пешками, как в день нашей встречи.

О, боги, богиня, духи и Кила кварианская до кучи!!! Какой упёртый элкор! Никогда! Никогда я больше не буду с ними торговаться! Вот почему этого не делал Шепард ни в одной из игр! Старикан не то, чтобы совсем не шёл на уступки, но делал это так медленно, как могут только они, ну и, может быть, ленивцы. Хотя последнее под вопросом.

В итоге, контракт ушёл ко мне в инструмент за бешеные тридцать пять тысяч кредитов! Ужас. А так как по законам Альянса, я не являюсь совершеннолетним и не могу обладать частной собственностью, то владельцем контракта стала Элис, которую я и оповестил в момент заключения сделки.

В конце концов все остались довольны, кроме кварика, который теперь смотрел на меня настороженно.

— Так ты, оказывается, богатенький мальчик. — Поддел он меня, когда мы выходили из лавки. — Как распорядитесь новым приобретением, «хозяин»?

Ого, а что это его так проняло?

— Раал, это всё ещё я!

— Да, ты всё тот же Лео, с собственным кварианцем.

— Стоп! — Я резко остановился и повернулся к нему всем корпусом. Не знаю, как, но у меня вполне получилось сделать вид, что я нависаю над долговязым кварианцем, а не наоборот. — Ты за каким ханаром тогда мне звонил?! Чтобы я тебе помог? Так я помог!

— Заменил одну клетку на другую! — Не унимался Раал’Тар.

— Так мы сейчас и идём к Элис на работу, чтобы она официально аннулировала твой контракт и вали дальше в своё паломничество! А если чем-то не доволен, то мог бы и не звонить вовсе, и уйти с молотка, куда Кила укажет и не трепать мои нежные детские нервы!

Ух, какие они, когда не надо, гордые! Выкупил из рабства, всё! Не друг, а рабовладелец. С гетами поговорить, опять гордость! Надо непременно уничтожить. Не получается? Тогда будем бороздить космос вечно, пока они сами от старости не подохнут. Ах, они синтетики? Не стареют, не умирают? Ну тогда просто вечно.

Так мы в молчании и дошли до офиса Элис, где она безо всяких заминок расписалась в том, что Раал’Тар нар Нима контракт выполнил в полном объёме, а так же перевела полагающуюся ему этим контрактом сумму. Потом я ушёл работать, а кварик остался стоять и хлопать своими светящимися пешками.

— Лео, прости! — Не останавливаюсь. Это он не мне. Нагнал он меня с криком на весь коридор, когда я отошёл метров на триста. — Да стой ты!

Ладно, послушаем, что он скажет. Торможу и смотрю на него снизу-вверх.

— Лео, я долбанный бош’тет! — Сознаётся он.

— Ну, допустим.

— Я просто не понимаю, зачем ты это сделал? — Сдался он. — Во всей галактике от Траверса до Терминуса вокруг к моему народу относятся, как пыжакам, и тут на тебе, какой-то случайный человек, ребёнок начинает видеть в тебе нормального разумного, а потом тратит просто громадные деньжищи на выкуп! Да этого даже сородичи для меня не сделают, лучше купят запчасти для корабля, и я же первый скажу, что они были правы! Умоляю! Скажи, почему?!

— Почему-почему. — Передёрнул его я. — Не ты один застрял на этой долбанной станции. Просто в отличие от тебя кое-кто прикован к ней куда крепче, чем контрактом.

— Но ты же… — Кварик ошалел от сделанных им неверных выводов. — Только не говори, что ты потратил на это всё, что заработал! Я себе этого не прощу!

— Да при чём тут кредиты?! Совсем оглох?

— Прости. Я просто не знаю, как быть. — Стушевался Раал. — Я умею быть благодарным, но то что ты для меня сегодня сделал, это выше моего понимания.

— Нормально. Я бы на твоём месте тоже чего не то подумал. — Начал оттаивать я. - Давай, ты снимешь себе жильё на недельку, отдохнёшь от постоянной работы, придёшь в себя, а потом поговорим.

— Хорошо. — Произнёс Раал более спокойным голосом. — Ты прав, это лучшее, что сейчас можно сделать.

— В «Загробную жизнь» не суйся, а то все деньги там оставишь и не заметишь. — мерзким голосочком заметил я.

— Ха! Ну да.

Ух. Ну всё. Кажется, получилось. Если через неделю не уедет, то первый абсолютно лояльный член команды у меня появился.

А через пару дней я получил от Раал’Тара приглашение посмотреть вместе фильм «по-дружески и от большого безделья». Кварианец расстарался на славу, закупил газировки, закусок для меня и какой-то декстро дряни в бидончиках для себя. Мы расположились на мягком диванчике перед большим голографическим экраном и…

«Лучший из Лучших» от «Иллиум интертеймент». Кажется, парень услышал, как скрипят мои зубы.

— Что-то не так?

— Да нет, фильм отличный. — Ничуть не покривив душой ответил я. — Просто недавно всплыла одна занятная подробность… Не забивай себе шлем, давай просто его посмотрим.

Через почти три часа:

— Слушай, а вот эта последняя сцена…

Глава 9 Всё-таки не раб

В конце концов фильм в моём присутствии стали упоминать так часто, что я задумался, почему с этого ничего не имею и стал шерстить в экстранете судебные разбирательства о защите интеллектуальной собственности и компенсациях за нарушение личных прав. Оказалось, будь я совершеннолетним, то у меня имелись бы неплохие шансы. А так, я даже иск подать не смогу до достижения двадцати одного года. Однако был выход. Мне всего-то было нужно, чтобы кому-нибудь оказалась не безразлична судьба «бедного несчастного обманутого ребёнка», способного убить бесплатно несколько лет жизни. Кстати, кандидатура у меня была. Осталось прояснить кое-какой вопрос.

— Мистер Брэй, здравствуйте. Не отвлекаю? — Вызвал я по унику местного шерифа.

— А, малец. Тебе чего? — Хрипло отозвался батарианец.

— Да мне бы у Арии пару вопросов личного характера прояснить, но отвлекать королеву от дел насущных, сами понимаете, не того я полёта пташка. Вы не смогли бы это сделать для меня?

Минуту Брэй не отвечал, наверное, получал инструкции. Но всё же ответил.

— Через десять минут придёшь в «Загробную жизнь» с чёрного хода. Сам задашь свои вопросы. Ария сегодня не занята.

— Понял. Лечу. — Оборвал я связь и, молясь, чтобы прямо сейчас на стоянке ещё остались свободные аэрокары. А через девять минут уже стоял пред очами её величества. Мощные басы глухо отзывались во всех моих внутренних органах, но в целом, в этот раз музыка воспринималась мной не так ужасно.

Ария кивком указала мне на диван, и я с удовольствием забрался на него. Поместился почти весь, но потом до меня дошло, что детские ножки, маячащие перед столом с закусками это моветон, пришлось отодвинуться от спинки и сесть нормально.

— У тебя ко мне дело. — Арии быстро надоело любоваться на мою возню.

— Не совсем. Просто хочу определиться с личным статусом.

— Зачем тебе это?

— Надо прояснить один момент. Ария, я твоя собственность? Не пойми неправильно. Просто хочу знать свои права и обязанности. В конце концов я расту и от этого жизнь легче не становится.

— Не понимаю, к чему ты клонишь.

— Всё просто. Я работаю и, как и каждый частник, выплачиваю тебе десятину. — Ария на этих словах покосилась на Брэя. Тот, не моргнув ни единым глазом дал свой комментарий.

— Каждое пятое число каждого месяца в течение года от девятисот до тысяча двухсот кредитов. Ровно в полдень, как часы. Последний платёж три дня назад, две с половиной тысячи.

— Почему я об этом не знаю?

— Потому как сама сказала, что тебе похрен на торговцев, пока они исправно платят. Вот я и решил, пусть работает. А запись об этом я тебе отправлял вместе с запрошенными тобой материалами месяц назад. После его последнего фортеля с наставником.

— Ладно, оставим это, как есть. — Решила королева. — Так чего же ты хочешь?

— Естественно денег. — Хмыкнул я и тут же дал свои пояснения. — В этом году я заработал порядка ста пятидесяти тысяч, плюс у меня уже было где-то около восьмисот тысяч, но являясь собственностью сам…

— Ты не можешь иметь имущество, а все твои доходы принадлежат мне, как владелице. — Догнала мою мысль азари.

— Так точно.

— На волю захотелось? — Боже, ну и улыбочки у неё. От таких обычно сами об стенку убиваются, притом с большой охотой.

— У человека в крови заложено иррациональное стремление к свободе. — Пожал я своими детскими плечиками. — Тем более, ты сама обозначила свои требования ещё два года назад.

— Напомни.

— Моим родителям было обещано, что за пятнадцать миллионов ты попробуешь уговорить меня вернуться на Элизиум.

— Ах это. Да, что-то такое было.

— Вот это и есть второй мой вопрос к тебе. Могу ли я сам попробовать собрать деньги? А то сделаю, а ты скажешь, что это и так твоё.

Ария подперла пальцами подбородок и изобразила бурную мыслительную деятельность. Её взгляд устремился куда-то в пустоту, на лбу обозначилась лёгкая складочка. Наконец, она выдала.

— Хочешь однозначных ответов? — Она очень внимательно оглядела моё лицо. — Знаешь, а у меня ведь тоже есть вопросы. А когда я пытаюсь вытрясти из тебя ответы, только больше путаюсь. Честно сказать, ты мне порядком надоел за эти два с половиной года. Так что я отвечу на твои вопросы, а ты на мой.

— Я попробую.

— Хорошо. Кто такой Сажень?

— Учитель, боевой офицер, ветеран многих локальных войн на Земле. — Не почуяв подвоха начал я рассказывать о старике. — Очень умный мужчина. Он тренировал меня, учил стрелять, думать, побеждать. Наверное, мой самый большой авторитет в жизни.

— Хм, понятно. Что ж, хорошо. И я тебе отвечу. Ты не являешься моей собственностью, но находишься под моей опекой и защитой. Соответственно, твои деньги — это твои деньги, зарабатывай, но не забывай про проценты. А если так хочешь доказать, что не нуждаешься ни в том ни в другом, докажи. В конце концов, слова были сказаны. Так что, как только соберёшь пятнадцать миллионов, так и вали со станции хоть к себе в Элизиум, хоть вон, на светило прыгай.

***

Получив ответы, парень ушёл, оставив задумчивую азари допивать свой напиток и думать, как такое может быть?

Про Саженя, увиденного в детском видении она узнала сразу же. Пришлось, правда, напрячь с десяток «друзей» в Альянсе, которые чудом нашли информацию об этом позывном в архивах. Электронную копию его дела королева так и не стёрла со своего уни-инструмента. Теперь же Лео заявляет, что он его учил.

Лео. Учил. Человек. Умерший. Сто. Двадцать. Лет. Назад. От. Старости.

— Да твою мать! Он надо мной просто издевается! — В стену полетел очередной стакан.

***

Калис сидела напротив меня и, разве что, не дрожала от напряжения. Как по мне, очень странная реакция на ребёнка. В любом случае злиться я на неё уже перестал, в конце концов, всё что ни делается — к лучшему. Я поднялся, сходил в кухонный блок и вернулся оттуда с подносом ароматного и жутко дорогого чая (на самом деле чаёк-то обычный, но привезти его с Земли — это целая эпопея, достойная отдельной истории, а душицу я вообще заказываю почтой у какого-то дедка). Всё это время азари не отрывала от меня взгляд ни на мгновение, кажется, даже не моргала. Хм, забавная реакция, но пора с этим заканчивать.

Я принёс сервированный поднос, на котором стояли две фарфоровые чашки на блюдцах, сам чайник, сахарница, корзинка печенья и сметанница со сгущёнкой. А вы что хотели? Мой первый в жизни официальный гость! Расставить чашки с подноса, налить пышущий паром и мятой напиток, пододвинуть гостье сахарницу с ложечкой и устроиться напротив.

Ах! Какой чаек-то выдался! Красота. Аромат душицы уже занял всю комнату, я не утерпел, пригубил чашку и довольно сморщившись посмотрел на гостью. И только сейчас увидел, как у неё дергается нижнее веко.

— Калис, тебя никто не собирается травить.

— Да-а-а? — Не удержалась азари, — Может, поэтому ты вызвал меня сообщением с уни-инструмента Элис, сказав, что тебя не будет дома.

— Так ты бы по-другому не пришла! — Честно оправдался я. — А поговорить нам надо.

— О чём? О деньгах? Я же тебе и так половину отдала, хотя меня никто к этому не принуждал! Хочешь больше?

— Хочу.

— Ну ты…

— Но не от тебя. — Прервал я её и указал взглядом на чай. — Остывший он не такой вкусный.

Азари всё-таки взяла чашку и сделала осторожный глоток. Потом ещё один и с удивлением посмотрела в чашку.

— Что это за напиток?

— Просто чёрный чай с травами. Не та бурда, которую подают в кафешках. Сам завариваю. — Дал я необходимые пояснения. Вкус «пакетиков» со времён моей прошлой жизни только ухудшился. Так что для меня, привыкшего к хорошему это стало настоящей трагедией. Конечно, у азари было нечто аналогичное, но вот культуру горячего питья принесли люди, и я от этого отвыкать не хотел. — Давай к делу. Мне надо, чтобы ты от моего имени подала в суд на «Илиум Интертеимент».

— Зачем? Они же заплатили, — Не догнала азари. — Да, по сравнению со сборами за фильм миллион, который они перевели, это даже не крохи, но они заплатили!

— Тебе. — Пришлось выделить это слово. — Они заплатили тебе. Сама же сказала, что от них не поступало требования заплатить актёрам.

— Допустим, но почему я? Это работа для твоего опекуна, вот пусть Элис и печётся о твоих интересах. — Начала отбрыкиваться Калис, но огонёк алчности уже теплился в её глазах.

— Для общественности, конечно! Десантница в праведном гневе на защите интересов детей, обделённых безжалостными продюсерами! И заметь, не бесплатно!

Где-то полчаса ушло на то, чтобы объяснить, почему этот иск выгорит и ещё час на составление уже совместного плана с распределением по ролям. В конечном итоге мы сошлись на том, что нужен очень хороший юрист и Калис даже знает, с кем стоит связаться.

Пришедшая, наконец, Элис застукала нас за дележом ещё не убитого медведя.

— Значит договорились? — протянул я десантнице свою маленькую руку.

— Убедил. Расходы поровну, конечная сумма делится на три части: тебе, мне и той девчонке. — Пожала она мою ладонь. После чего я с самой благожелательной улыбкой проводил десантницу до двери и сердечно распрощался с ней под удивлённые взгляды Элис и её этого, как его козл… Колина! Во! Вспомнил! После чего сам похватал свои рабочие шмотки и отправился в нашу с Раалом мастерскую.

***

Два месяца свободы для кварианца не прошли даром. После своего недельного отпуска он предложил мне свои услуги техника и я, не будь дурак согласился. Это вылилось в более сложные и дорогие заказы и расширение сферы деятельности, так что после первого месяца лазанья по вентиляционным коллекторам, поиска вожделенных неисправных энергощитков, панелей, перегрызенных или попросту сгнивших магистралей, мы смогли себе позволить снять нехилую такую секцию на рынке, куда Раал’Тар и переехал со всем своим скарбом, благо, места было много.

Вообще на Омеге большинство лавок из-за специфики местной клиентуры были сделаны по принципу «где живу, там и торгую». Но нам повезло особо. Два этажа, внизу лавка-мастерская, кухня и санузел. Наверху студия восемь на восемь продавалась с пометкой «срочно» по цене ещё двух кварианцев, что для Омеги было достаточно дёшево. Обустройством лавки тоже руководил Раал, залезая в мой карман двумя руками и ни разу не стесняясь солидных трат. Я не одёргивал, только раз предупредил, что в силу своего возраста не имею интимных связей с дочерями олигархов.

Но что интересно, уже через пару недель, местные владельцы кораблей, похоже, пронюхали, где кварик засел и стали приносить на ремонт едва живые запчасти. И тут стала твориться магия, которая называется «Кварианец в родной стихии». Деньги в наш карман потекли довольно уверенной струйкой, так что к концу второго месяца он сократил свой общий долг передо мной аж на треть и останавливаться не собирался.

Второй ярус нашей, теперь уже официальной штаб квартиры мы преобразовали, когда немного заделали финансовую сингулярность на моём счёте. Раал отгородил себе под спальню совсем крошечный, но полностью стерильный закуток, где он мог наконец-таки снять ненавистный скафандр. (Я предлагал ему занять большую площадь, но он заявил, что не уснет на взлётном поле).

Остальную часть комнаты мы обставили согласно моим предпочтениям. Полы покрыли мягкими матами, определили угол под спортивные тренажеры и небольшую стойку с оружием, а к оставшейся стене поставили мягкий диван. Всё-таки идея совместного просмотра кино была вполне себе неплоха. В общем, получился эдакий небольшой полу-спортзал, в котором я зависал после работы и Раал всё чаще составлял мне компанию.

***

Брэй прервал Арию, когда та выслушивала очередной доклад от Марка Салли, одного из своих «чистых» капитанов, и доложил, что с ней хочет связаться Идира Та’Хир. Капитан понял, что своё личное время на аудиенцию уже выработал и откланялся, а королева проследовала в свой кабинет.

— Рада тебя видеть, малышка. Что-то случилось? — Мило улыбнулась королева адвокату, защищающей её интересы в пространстве Цитадели вот уже лет двести.

— Ничего серьёзного, Ария, просто я решила, что ты должна это знать. Я начинаю судебный процесс против «Илиум Интертеимент» по иску твоих подчиненных.

— Идира, дорогая, ты о чём? Где я, а где Илиум? Да и как киношники могли насолить моим людям?

— Вот смогли. Смотрела «Лучший из лучших»?

— Сто лет не смотрела подобную бурду и не чувствовала себя хоть в чём-то обделённой. — Хмыкнула Ария. — А что? Рекомендуешь?

— Настоятельно. — Вернула улыбку Та’Хир, — неплохая картина. А ещё было бы полезно, если бы ты посмотрела её до того, как вникнешь в суть дела. Высылаю материалы.

Адвокат отключилась, а Ария с презрением открыла присланную ссылку и начала внимательный и вдумчивый просмотр. Не то, чтобы фильм её затянул, но сюжет был довольно свеж. По крайней мере, это была не та однотипная пропагандистская бурда, которую вот уже несколько тысячелетий крутят в Армали. Но, в общем, фильм, хорош, если захочется впустую убить вечер. Пару раз посмотреть можно. Концовка Арии вообще показалась знакомой. Впрочем, посмотрев приложенный видеоматериал, на котором эта сцена проигрывалась параллельно детского прощания, Ария поняла всю подоплёку, а посмотрев аналитическую справку пришла в тихое бешенство, от того какие суммы проплыли мимо.

— Идира, милая, — Промурлыкала Ария вновь связавшись с Илиумом, — Я хочу, чтобы ты разорила эту студию. НИКТО не имеет права кидать моих людей на такие бабки!

— Но этого не хочет господин Гай. — Слегка поморщившись от своих же слов ответила адвокат.

— Кто это?! — Королева далеко не сразу, но всё-таки вспомнила, чья прозвучала фамилия. А то всё Лео да Лео. — Как это Лео мог так отказаться от такого куска?

— Не могу ничего тебе ответить по этому поводу, но господин Гай очень настаивал именно на достойной компенсации, никак не на максимальной. И ещё он просил о личном общении с режиссёром, что было бы не тактично в свете его разорения.

Ария тяжело вздохнула, прекрасно осознавая, что этот жадный маленький мерзавец опять её переигрывает.

— Хорошо, делай всё так, как хочет малец. Посмотрим, что из этого выйдет.

Глава 10 Время летит

Две тысячи сто семьдесят второй год. Мне двенадцать. За два года изменился я и мир вокруг. Я уже физически ощущаю незначительные, но ощутимые отличия от канонических событий. Но об этом по порядку.

Сегодня нашей полной победой завершился судебный процесс «Калис Та’Гар против «Иллиум Интертеимент». Утомивший несчастную десантницу до верхнего предела. Да, мне чисто по-человечески её жаль, в конце концов именно я втравил её в это дело. Однако, господа! Двести миллионов кредитов отступных! И это только за то, чтобы я мелькнул мордашкой перед камерой и рассказал, как прощался с девочкой, как можно более детским языком и корча из себя застенчивость. То же самое сделала и Саманта, а дальше лбом кирпичную стену долбили уже азари, десантница и адвокат тандемом.

Но справедливости ради хочу заметить, что процесс мог растянуться ещё лет на десять, если бы Та’Хир не донесла до саларианца режиссера Долина Хитаси моё послание. А уже после нашего личного разговора по межпланетной связи стороны быстро пришли к мировому соглашению и согласились на отступные в размере одной десятой процента от суммы сборов на момент подачи иска. Кстати, салар обещался ко мне приехать, выпить расхваленного Калис, мотавшейся на Иллиум лично, чая.

Однако правда, осевшая мне на карман немного отличалась от цифр в судебных протоколах. Двадцать миллионов, скрипя зубами забрала Ария (Законная десятина). Десять ушли на счёт адвоката. Пятьдесят миллионов я переправил на счёт родителей Саманты, а половину от оставшихся ста двадцати честно отдал истице. Кстати, пятнадцать миллионов «за свободу», я королеве пока так и не отдал. От своего слова ради сиюминутной выгоды она не откажется, так что я просто зарезервировал эти деньги до лучших времён. А пока мне всё ещё нужна её защита.

О Калис можно сказать отдельно. С тех пор на чай она стала забегать ко мне с завидной периодичностью. А когда не обнаруживала меня дома, то ничуть не расстраивалась и подолгу болтала с Элис. Интересно, ей на работе общения мало? Как никак она начбез в той серверной станции, где «мама N3» админит. Хотя… Я как-то ловил взгляды данной азари в сторону Элис.

Отвергнутое чувство? Очень даже может быть, или даже скрытое влечение, а что? Мама у меня теперь видная! Умная, непосредственная, молодая, красивая, растит гения… гхм! Что-то занесло меня с восхвалениями. Скромнее как-то надо быть, что ли. А Элис да, красивая женщина. Это я сейчас стал замечать. Более того, я сейчас вообще стал замечать всё, что не мужик, и отмечать, какое это всё красивое. Здравствуй, мля, период полового созревания!

И что самое паршивое, в прошлый раз меня так сильно и рано не крыло. Наверное, сказывается моя работа над телом, которым я имею полное право гордиться. Настоящий Леонард Гай никогда бы не довёл его до подобного уровня. Да и я не тренировался в своей прошлой жизни так фанатично.

Кстати, по поводу тренировок. Никто никогда не задумывался, почему сами кварианцы щуплые, а та же Тали удостоилась мирового фанатского (и моего в том числе) приза «Самая Сочная Задница Масс Эффекта»? Так я вам отвечу! Это всё из-за тяжёлых условий проживания, а девушка просто отъелась на альянсовских харчах. Правда, на «Нормандии» её ещё и ругаться матом научили, сказалось дурное влияние крогана и космопехов, но это не суть. Так вот, о тренировках и скафандриках!

Раал’Тар, будь он неладен, Нар Нима! Этот юный кварианский инженер на моих тренажерах и оседлой сытой жизни отъел себе такую будку, что когда он идёт по коридору, на него турианцы оглядываются! Да ему скафандр пришлось менять, чтобы рукава не разодрала неудержимая бицуха! Куда его прёт, я просто не понимаю. Однако спарринг-партнёр по самбо он теперь просто шикарный.

И да, мне наконец нашли учителя по рукопашному бою. Ага, прямо как я и НЕ просил, азари.

Лизелль была высшей формой издевательства для меня. Фактически десантница, со стандартным набором имплантатов, сильный биотик (сказывается наследственность) и полный лох в рукопашке. Только и может, что разорвать дистанцию, но как только мне удаётся допрыгнуть/добежать/доползти до её комиссарской тушки, бой заканчивается болевым приёмом. И это несмотря на то, что она всё ещё сильнее физически.

Ну да бог с ним. Спишем это на мелочную бабскую мстительность Арии, которой не понравился раздел выигранных денег. А с Лизелль мне рано или поздно пришлось бы свести знакомство, ведь она в списке тех, кого я обязан попытаться спасти. Вот и приходится мне её гонять по всему второму этажу, тренируясь «на кошках» вырубать биотиков. Тоже полезно.

Тем более, когда она наблюдала за нашей с Раалом отработкой бросков, в её глазах читались такое непонимание и любопытство, что мои губы сами против воли расползались в улыбке. Оно и понятно, за тысячелетия своей культуры синенькие качали исключительно дальний бой и способы свести его к применению биотики. Не спорю, эффективно на открытых площадках, но в узких помещениях такой солдат превращается в мясо или скорее товар, учитывая, что все любят азари.

Кстати, сами девушки это тоже заметили и изобрели имплантаты, в разы повышающие физическую силу. Но кроганы быстро объяснили им, как они не правы, и всё опять же свелось к применению более тяжелого вооружения.

***

Лирическое отступление. Лизелль в первую неделю назначения.

Азари метала молнии глазами, она была в бешенстве и хотела что-нибудь (кого-нибудь, а возможно кого-то конкретного) сломать своей биотикой. Прямо разнести в клочья, оторвать руки, ноги, эту мелкую белобрысую голову… Но сперва надо кое с кем поговорить. Или всё же выпить.

Тяжело вздохнув, Лизелль прошла мимо барной стойки в сторону ложи. Охранник-турианец, видя её кислую, почти зелёную мину, даже не стал ничего спрашивать, но, на всякий случай, поудобнее обхватил винтовку и сделал шаг назад.

К счастью, Ария была занята своим любимым делом: лениво разглядывала беснующуюся под зажигательные ритмы толпу, опершись на перила локтями.

На дочь она глянула с явным неудовольствием. Более того, она в своё время сделала всё возможное, чтобы скрыть факт их родства. Всё ради её же, Лизелль, безопасности. Но бывали раз в сто лет такие вот моменты, когда у дочки сносило башню, и королева просто не могла игнорировать их.

— Нужно поговорить. — Бросила с ходу дочь, а мать кивком указала на кабинет.

Внутри они обе более-менее расслабились. Вернее, кое кто дал волю эмоциям.

— Ария, я так больше не могу! Откуда он всё это знает?! — Выдала крик души Лизелль. — Ему только-только двенадцать исполнилось!

Мать со стоическим терпением выслушала гневную реплику дочери, естественно, мало что поняла и решила не пороть горячку.

— Спокойнее, Лиз, просто скажи, в чём дело. И желательно без эмоций.

— А дело в моём, так называемом, ученичке! — Продолжала негодовать дева. — Откуда он знает приёмы из арсенала N7?! Мама, я прекрасно помню классификацию, тут N5, не ниже! Он гонял меня по комнате, как назойливую муху! Двухсотлетнюю коммандос! Мама, как так?!

— Уймись, дочь, сама в шоке. — Попыталась переварить информацию королева. Сходу не получалось.

— Но это ещё и не самое страшное! Когда гад надо мной наиздевался, — Захныкала девушка, — Отправил меня «отдохнуть на диванчике» и принялся учить этим приёмам своего кварианца и поглядывал на меня так… так… — Азари скривилась от омерзения. — Я даже не могу вспомнить насекомое, на которое могла бы смотреть с таким видом!

На азари было страшно смотреть, выглядело так, будто её изнасиловали самым жутким и противоестественным способом, на что Ария не обратила никакого внимания, придя к единственно верному решению.

— Солдат! Смирно!!! — Рявкнуло её величество и в который раз убедилось, дисциплина — великая вещь! Перед ней выпятив грудь совсем не ровным колесом вновь стояла десантница, а не размазанная по полу клякса. — Я тебе приказываю найти положительные моменты в своем недавнем унижении!

— Вас поняла, найти положительные моменты, — Отчеканила дева на автомате, а потом, поняв, на что её подписали праведно возмутилась. — Да в этом то что хорошего-то?!

— Головой думай, она у тебя есть. — И видя, что дочь успокаивается. — В конце концов, я не могла родить бездарность.

— Ма-а-а-ма! — На этот раз крик Лизелль был полон возмущения. Пилюля прошла.

— N5, говоришь? — Проигнорировала её снова Ария. — Покажи-ка мне приём, который они отрабатывали.

***

В посадочном доке царил ажиотаж. Ещё бы! Встречали съёмочную команду «Иллиум Интертеимент»! И я этого никак не ждал, но, естественно, был в первых рядах встречающей делегации с цветами наперевес. Стоял по левую руку от Арии, выползшей по такому случаю из своей берлоги.

Чёрт, я недооценил популярность фильма на этой станции, поэтому задыхался от толпы, но ребята, вышедшие из новёхонькой яхты, были к такому вниманию явно привыкшие. Выбежавшие из открывшихся створок шлюза бравые ребята турианской наружности быстренько смешались с телохранителями Арии и организовали коридор, оттесняющий восторженную толпу, по которому гордо прошли, приветственно махая руками, турианец и азари, сыгравшие главные роли, потом шёл и щурился, как сытый кот, саларианец, режиссер, вне всяких сомнений, замыкали процессию два человека, судя по кепкам и по тому, как стушевались они под крики встречающих, операторы.

Я дождался своей очереди, скромненько вручил «цвет Иллиума» актрисе, которая на самом деле оказалась ещё и женой турианца(это было видно по одинаковым белым клановым татуировкам, которыми были расписаны их лица), и хотел было свалить, дожидаться своей очереди, но с удивлением заметил, как турианец тянет мне свою трехпалую ладонь. Хм, у него крепкое рукопожатие, приятно.

— Тодес Хартис. — Представился он. — Ты вырос, маленький Лео, но я всё равно тебя узнал.

— Очень приятно. — Восторженно ответил я. Что бы вы обо мне не думали, я всего лишь человек и когда мне тянет руку знаменитость галактического масштаба… Народ, я знаю, что заслужил, но всё одно, ЭТО КРУТО. — Даже не надеялся пожать вам руку.

— Ну что ты. Твоя реплика принесла мне галактическую популярность. — Расхохотался он своей субгармоникой. — Пожать тебе руку и надеяться, что однажды сыграю так же, меньшее, что я могу!

— В таком случае, вы уже этого добились. — Вернул я ему улыбку.

Дальше пошла официальная часть, по случаю которой в «Загробной Жизни» впервые на моей памяти включили свет, дабы толпа могла убедиться, что перед ними не двойники. Дальнейший день был полностью посвящен увеселительным мероприятиям, на которые я попросту забил и отправился наверх к Раалу, отвечавшему за иллюминацию, точнее бегающему, как белка по веткам, от лампы к лампе десятком техников из ремонтной бригады.

Наконец, настал следующий день, и я принимал у себя удивительно свежего и бодрого саларианца и слегка помятого оператора, второй «вчера» не пережил. Зайдя в комнату он первым делом передал извинения от супружеской пары, заверив, что они тоже хотели прийти, но не смогли по состоянию здоровья.

— Ну что вы, я всё прекрасно понимаю, от королевы пиратов так просто ещё никто не уходил. — Клятвенно заверил я.

— О, юмор! Прекрасно! Не стесняешься, не тушуешься, не пытаешься извиниться за тот фарс, что все зовут судом. — Зачастил ящер. Блин! Как же быстро он говорит! — Прекрасно! Именно такой, как я себе представлял! Ты говорил, надо поговорить! К делу, к делу!

— С радостью! Но сначала чай! — Хмыкнул я, расставляя чашки. — Вы сами с этим согласились по связи!

Оператор, имеющий ярко выраженную испанскую внешность, пригубив горячий напиток восторженно забормотал что-то, что заставило молчать мой переводчик, а режиссер попросил набрать термос для своей дивы.

— Ну а теперь можно и к делам. — Взял я в руки планшет, после непродолжительного разговора «о погоде». — Прошу вас ознакомиться с моей рукописью.

Саларианец неожиданно долго пытался вникнуть в смысл броского названия, потом хмыкнул и стал просматривать текст, пробегая страницу где-то за пятнадцать-двадцать секунд. Тем же занялся и оператор, но с куда меньшей скоростью.

— Прекрасно! Интересно! Превосходно! Это точно ваше? — Поднял он на меня свои огромные глаза, я поспешно кивнул. — Ничего даже не надо менять. Отлично изучили культуру и матчасть! Просто, с юмором, актуально, живо. Азари меня убьют!

— Меня тоже. — По моим губам растянулась фирменная улыбка Арии. — Но, если возьметесь за это, ни года добавить не разрешу.

— Это Жюль Верн? — Удивлённо подал голос оператор. — Удивительно!

— Да, очень сильно переделанный Верн. Так вы берётесь за этот сценарий?

— Спрашиваешь! Да я за свои деньги это снимать буду, если совет попечителей мне откажет! Эту бомбу взорву я! Я! — Воскликнул салар.

— Но вы уверены, что галактика к такому готова? — Обратился к нему безымянный оператор. — Всё-таки «Пятнадцатилетний Матриарх», это сильно. Я бы сказал, это вызов.

— Именно! Бомба, скандал! Взорвем общество! — Встал в позу режиссер, потом спустился с небес на землю и сказал. — Быстренько заключаем контракт и секретим условия. Вместе со сценарием!

— Согласен! А как разберёмся с этим, покажу вам ещё пару моих заготовок. — Радостно потёр руки я.

Прощание с киношниками было сердечным. Я наконец, поговорил с турианцем и выяснил, как ему вообще разрешили играть в подобном фильме вопреки военной службе. Оказывается, что одно другому не мешает, потому как он приписан к министерству просвещения и пропаганды, и являет своими ролями образ идеального турианца, следующего своему кодексу воина. Он, кстати, вполне с юмором отнёсся к моему замечанию о двух стульях, которое вырвалось как-то, само собой.

Его супруга-таки выпросила у меня баночку стратегического запаса крупнолистового чая и душицы с полным пошаговым описанием процесса заварки. Хм. Вот только сейчас дошло, а это для них не наркотик?

Ария тоже поприсутствовала, но так, для виду. Время от времени перекидываясь репликами с саларианцем. Но вот, вылетел почётный эскорт из звена корветов "Синих Светил" и следом отчалила яхта. Системы Термина она пройдёт без приключений.

Глава 11 Тёплая перезагрузка

Прошло ещё немного времени и нам с Раалом официально пришлось отказаться от мелкого ремонта рынка. Я вырос в высоту, он вширь, так что мы туда попросту не пролазили. Зато кварианец, наконец, сосредоточился на ремонте деталей, полностью покрывая наши текущие расходы. Я помогал по мере сил, но всё, что касалось нулевого элемента, оставалось для меня запредельным уровнем, который я изучал лишь поверхностно в пределах пользователя. Да и охладел я к технике, честно сказать, когда она перестала быть существенной статьей моего дохода. Так что в лавке я отошел на вторые роли, сосредоточившись на администрировании.

Так же я глотал всю возможную литературу, которая пригодилась бы разведчику-диверсанту, поскольку с наставниками мне не везло катастрофически. Пришлось даже просить турианцев из охраны Арии заниматься со мной рукопашкой, что, учитывая их длинные руки, колоссальный, по сравнению с моим, опыт и мою же откровенно слабую ударную технику заканчивалось для меня расходом весьма приличного количества панацелина. А ребята довольны, им весело. Этот нездоровый ко мне садизм я заметил ещё во время спланированного ими похищения.

Вообще, надо быть до конца честным, говоря об этой гребенчатой парочке, они меня жалели. По-своему, по-туриански, это выражалось в том, что удары, которые должны были привести к моей неминуемой смерти, наносились вполсилы, а потом, пока я приходил в себя мне объясняли, где я дурак. Вообще, чтобы вы знали, турианская жалость не сильно отличается от кроганского милосердия. «Я тебя почти убью для профилактики, а ты потом не умрёшь от такого же удара».

В общем, два часа в день я работал с Раалом, ещё столько же сводил нашу нехитрую бухгалтерию, час гонял Лизелль, ещё два часа ловил люлей от Грига и Сола, которых ради такого Ария отпустила в отпуск, после пары часов отдыха шёл бегать на склад к Грашоку, потом возвращался в квартиру к Элис, грызть гранит науки, ибо всерьез рассчитывал к этому году закончить школу. Правда, турианцы своими ударами по моему несчастному кумполу всерьез подкосили мои шансы сделать это.

Вот так каждый день. Как следствие, я наконец, свалился от сильнейшего переутомления.

Ой что тут началось! Итак, по степени разрушительности последствий:

Во-первых, турианцы резко вернулись из отпуска и получили от Арии в бубен. Иначе не скажешь. Как сообщил Брэй, пришедший меня навестить, их мандибулы ещё так не трещали на этой станции. По крайней мере от себя я сказал, что они не виноваты, попросив её величество особо не зверствовать.

Вторым на очереди шёл Раал’Тар, прочитавший мне целую лекцию о том, как коварные и подлые вирусные инфекции любят поселяться в изможденных организмах. Рассказывал вдумчиво, вкрадчиво и очень долго. Вот бедным кварикам у себя в школах мозги шлифуют! Да только на основе этого его пересказа можно так «Обитель зла» отредактировать, что блевать будут даже кроганы! Массово!

Далее шла Элис, пробудившийся внезапно у неё материнский инстинкт был, в принципе, не так ужасен, как страшилки кварианских мальчиков, но обретал физическую форму через попытки подоткнуть мне одеяло, напоить горячим чаем с пилюлями или (о ужас!) кормления с ложечки.

В общем, пока я доказал всем, что абсолютно здоров и просто немного перетрудился, упыхался ещё больше. Так что пришлось блокировать дверь, предварительно вывесив на ней табличку с воззванием к совести разумных.

Но сон не шёл, пару раз мне удалось забыться в тяжёлом липком бреду, от которого голова пухла ещё больше. Виделись кошмары, после них я вскакивал в холодном поту или даже с криком, но память предусмотрительно стирала все следы, кроме пота и животного ужаса.

В довершение ко всему, когда я распахнул глаза, убегая от очередного кошмара, почувствовал в комнате чужое присутствие. ВИ, управляющий нашим с Элис жилым блоком установил мягкое освещение, комфортное просыпающемуся человеку и дал мне возможность осмотреть комнату. В дальнем, самом тёмном углу, за тренажёром плакал ребёнок.

Ужас вернулся, и не потому, что в закрытой комнате вдруг появился кто-то. Не потому, что мне в своей ещё прошлой жизни довелось пересмотреть туеву хучу ужастиков. Страшно стало от того, что всё что я делал и чего ещё не сделал, могло рухнуть в бездну забвения прямо сейчас.

— Мне страшно. — Всхлипнул мальчик и попытался утереть слёзы грязным рукавом. Тем самым, которым я когда-то вытирал от крови нож.

— Не бойся, Лео, — Я в мгновение оказался на коленях подле галлюцинации. — Батарианцев больше нет. Мы с ними справились, помнишь? Вдвоём. Со всеми.

— Мне страшно! — Продолжил канючить мертвый ребенок, бледнея на глазах, — Ты страшный! Ты хочешь, чтобы я ушёл!

— Я… — Подавился я ложью. – Да. Прости. Я в самом деле хотел, чтобы ты ушёл, не мешал, не путал мне мысли своими эмоциями… Я же… — Мне так много важного хотелось ему сказать, что пришлось тараторить, глотая слова с выступившими слезами. — Понимаешь, я же здесь один! У меня нет ничего, что было бы жалко отдать… Да ты сам знаешь, что я хочу. Это… не просто. Фактически моя теперешняя жизнь — это просто более жестокий способ самоубийства, чем мы уже не пережили.

— Вижу. — Очередной всхлип. — Я мешаю.

Он протянул мне вторую руку, до этого как бы не существовавшую. Нож, рукоятью вперед.

— Помоги уйти. — Сказал он решительно. — Мешаю.

А вот теперь мне стало дурно. Я вообще-то, представлял, что мне придется на своём пути убить очень много разумных. Самых разных. Азари, кроганов, саларианцев, людей, не важно и это меня нисколечко не смущало. Но только сейчас правда встала передо мной лицом. Ни в одном из моих дичайших планов я не рассматривал убийства детей. А ведь именно это я и делал, монотонно и упорно, на протяжении всех четырёх лет моей здесь жизни.

— Кем я стану, если это сделаю? — Прошептали мои губы не в силах выдавить звука.

— Тем, чем нужно. — Ответил ребёнок. — Решительным, злым, сильным. Единственным.

Ребенок сделал шаг в мою сторону и вытянул руку с оружием. Нож был грязным, в разводах от красно-коричневой крови, а моя фантазия рисовала картины расправы. Я протянул руку, взял паренька за плечо и притянул к себе. Нож выпал из детских рук, когда я стискивал маленькое тельце в объятьях.

— Я не справлюсь один.

— Не смогу помочь.

— Не надо. Просто будь.

— Двоим нет места.

— Но это не значит, что кому-то надо умирать.

— Да. Не значит. — Согласился ребёнок, и я почувствовал, как его руки пытаются обхватить меня. — Будь мной.

— Будь мной.

Темнота.

Нашёл я себя на полу в том самом тёмном углу, свернувшимся калачиком, рядом с ножом. Моим, а не тем самым, ладонь была порезана, будто за рукоять оружие держал я. Но это не самое главное. Очнувшись, я впервые ощутил себя не чем-то пустым, но человеком. Полноценным.

***

«Дорогой Лео, ты опять не пишешь. Да и я, честно сказать, не знаю, зачем это делаю. — Читал я последнее письмо от Саманты. — Я всё понимаю. Ты растёшь, у тебя появились новые друзья. По крайней мере я хочу в это верить. Знаешь, мне ведь тоже не приходится сидеть без дела. Тех денег, которые привёз мой отец с Илиума хватило не только мне, но и всей колонии. Мы открыли новые школы, магазины, частично модифицировали порт. Сейчас наш гарнизон пользуется лучшим снаряжением. У нас вообще теперь всё лучшее. Мы даже в рейтинге безопасности обошли всех. Благодаря тебе и без тебя».

В этих строчках явственно читалась обида.

«У тебя появилась сестрёнка, ей уже три месяца, и она вполне различает лица. По крайней мере, когда я пытаюсь взять её на руки она начинает вопить, как варрен. Даже не представляю, как такие маленькие лёгкие рождают столь душераздирающие звуки. Тётя Гинора говорит, что уже привыкла, но вид у неё уставший. Знаешь, всё могло бы быть по-другому, если бы ты хотя бы попытался вернуться. Но теперь я это понимаю. Ты не хотел возвращаться. Сам. А раз так, то и скучать я по тебе не буду. Хотя, ты теперь красавчик».

Вот тут надо сделать отступление. Сэм сейчас шестнадцать, а она и в двенадцать выглядела очень многообещающе. Так что сейчас она превратилась в настоящую красавицу. И будь я, ну скажем, арабским шейхом, отдал бы за неё половину своих нефтевышек, не колеблясь ни секунды. Наверняка за ней сейчас километровый хвост из поклонников. Впрочем раз в жизни, это можно увидеть и воочию.

***

Сегодня я был похож на самый маленький в мире волнорез. Потому как, весь-таки излучая решимость, пёр с парадного хода сквозь толчею в «Загробной жизни». На мне был чёрный смокинг из дорогого Иллиумского ателье, чёрные же высокие ботинки и белоснежная рубашка, повязанная бронзовым (это цвет) галстуком. Завершал натюрморт громадный букет алых роз и старый пыльный ящик, ехавший за мной, как привязанный на масс-драйверной платформе. От меня тянулся лёгкий шлейф ароматов моря. Ну и прибавим сам факт того, что ребёнок ходит по клубу, как нечто само собой разумеющееся. Так что внимание я привлёк. Охрана, многострадальные Григ и Сол смотрели на меня, как на блаженного, но пропустили безо всяких вопросов и лишь наверху вечный Брэй проверил меня своим сканером и сообщил всем присутствующим, что я чист.

— Что за… — Поперхнулся Патриарх, составлявший королеве компанию в этот раз. Он стоял спиной ко мне, посему увидел Моё Великолепие позже всех.

— Каждый раз, когда я думаю, что видела в этой жизни всё, то вспоминаю одного мелкого человечка и вчерашние невзгоды кажутся мне лишь лёгкой разминкой. — Улыбнулась Ария. – Лео, ты убиваешь мою веру в будущее.

— Жаль. — Нагло солгал я. — Именно сегодня хотелось произвести максимально благоприятное впечатление.

В доказательство своих слов, я подошёл к королеве и вручил ей букет. Потом ловко вскрыл ящик и достал из него тёмно-зелёную и ощутимо старую бутылку.

— Сегодня особенный день для меня, и я бы хотел отметить его хоть как-то с вами, как разумной, принявшей наиболее глубокое участие в моей жизни. — Из того же ящика, но уже из другой секции в мои руки вынырнули три хрустальных фужера.

— Повод? — Не понял Патриарх.

— Да. Там, в букете, в бутонах.

Королева не поленилась и выудила из цветника открытку, пока я разливал вино по бокалам и протягивал его азари, крогану, ну и себе. Сегодня и только сегодня можно! Пофиг на возраст.

Ария отложила букет совсем и с интересом развернула открытку. Да… Все женщины прутся по обёрткам. Как кошки, лишь бы блестело и шуршало. А с Земли она или с Тессии, это не важно.

— Пятнадцать миллионов, — просканировала она кэш-карту своим уником. Потом усмехнулась, видимо, оценив спектакль, и подняла бокал с прозрачной алой, как рубин жидкостью. — Значит, пьём за свободу?

— За выбор! — Поправил я. — В свободе я никогда ограничен не был, так ведь?

С этими словами я сделал большой глоток, впервые оценив на вкус алкоголь в этом теле. Ксеносы сделали то же самое. Ария подержала содержимое во рту и вопросительно посмотрела на меня. Надо же, как мало они знают о людской выпивке!

— Таска д’Альмерита тысяча девятьсот восьмидесятого года выпуска. — Пояснил я. — Красное сухое вино, произведенное в Сицилии чуть менее двухсот лет назад.

Кроган, услышав дату выпуска, естественно обработанную его переводчиком на цифры эпохи Цитадели нахмурился. Ария тоже подняла на меня вопросительный взгляд.

— Вкус победы. — Пояснил я. — Так это называется у людей.

— То-то я думаю, бурда какая-то. — Произнес совсем сникший кроган и удалился, бросив на прощание. — Пойду запью чем-нибудь стоящим.

— Нехорошо получилось, — Выдал я, когда ящер удалился.

— Он привык. — Холодно ответила королева, которой его выходка тоже не понравилась. — Когда улетаешь?

— Со дня на день. — Пожал я плечами. — Билет пока не покупал.

— Насовсем?

— Нет, куда я от вас? Просто повидать родителей.

— Ты мог это сделать гораздо раньше.

— Наверное. Но только сейчас понял, как сильно мне это нужно. Тем более я достиг своего предела прочности и мне надо восстановиться. А здешние развлечения не для нежной детской психики.

— Как же ты жил все эти годы?

— Выживал. Поможешь с документами?

— Хорошо. Иди.

***

Сразу, как только ушёл Лео, вернулся Патриарх. От него ощутимо разило ринколом, но он был трезв, как стёклышко, более того, от старой обиды не осталось и следа.

— Злишься на него? — Полюбопытствовала королева, наслаждаясь странным напитком.

— Ха, да после такого я его расцеловать готов — Хмыкнул ходячий реликт. — Ты-то меня просто уделала, но пацан… Так послать, это надо ещё умудриться! Ха!

Ария на секунду задумалась над словами крогана, покрутив фужер в руке, от чего вино замерцало в лучах светомузыки. Затем её взгляд пыхнул гневом, но лишь на мгновение, что не укрылось от Патриарха, улыбка которого вдруг стала напоминать акулью.

— И ведь не предъявишь. — Мурлыкнула королева, вновь сделав глоток. Вкус был по-прежнему великолепен, но в этот раз было в нём что-то гнилостное. Настоящий вкус победы, вот только кого над кем? Арии над Патриархом в далёком тысяча девятьсот восьмидесятом или Лео над ней только что?

Фужер уже по старой доброй традиции полетел в стену.

Глава 12 До дома сначала надо долететь

Ах это сладкое чувство свободы! Прямо-таки сидишь и не знаешь, что с ним делать. Как-то привык я к поводку за эти годы. Особачился совсем. Вроде бы свобода да в пределах двора. Вот и дворик большой и миска полная, а всё равно в щель под калиткой с завистью смотришь, а когда дверка открыта… Вот она, вся полностью, твоя — иди и возьми, а страшно… Даже нет, не страшно. Неохота, незачем. Хватает того, что уже есть. Но это мне, Лёне. У Лео есть иные дела.

С такими мыслями я и собирал чемодан. Точнее даже дорожный рюкзак, оставив всё лишнее. А что мне, ребёнку нужно в дороге? Бельё, рацион, на всякий случай, нож, пару безделушек на сувениры? Да какие сувениры можно привезти с Омеги?! Кораблики тут только Шепард найти умудряется, перед моими же глазами немного другие прилавки. А уникального, запоминающегося, красивого и легального вундервафля на этой станции не найти. По крайней мере, отвечающего всем трём вышеуказанным параметрам. Тут как в поговорке про бригаду строителей: делаем ремонт быстро, качественно, недорого, выберите два пункта.

Что нужно ребёнку в дороге?

Как вообще путешествуют дети в современном мире?

— Со взрослыми. — Ласково подсказала Элис, развалившаяся в кресле, с бутылочкой пива по случаю выходного дня, и с интересом наблюдавшая за моими душевными метаниями.

Действительно. Вот о чём, а об этом не подумал.

— Элис, ты гений! На время своего отсутствия, в награду за ум и сообразительность присваиваю тебе ранг «N4».

— Есть сэр! — Бодро козырнула, не меняя позы «Клеопатра на подушках» программистка. — Осталось определиться с твоими полномочиями.

— Мне можно.

— Ну тогда всё хорошо.

Обожаю её!

— Так кого с собой возьмёшь?

— Арию. — Ляпнул я не задумываясь.

— Что будешь делать, если согласится?

— Прыгну в шлюз сам, что глупые вопросы задаёшь?

Не, смех смехом, а сопровождающих у меня действительно нет. Вроде бы и есть друзья, а вроде бы и сами по себе. Правда, Раал’Тар совершеннолетний, но он сейчас погряз в своих запчастях и ни за что не расстанется с клиентурой. К тому же, он не человек, но спросить его всё же надо.

Плохая новость, моя маленькая колкость с вином возымела куда больший успех, чем следовало. Сол по большому секрету сболтнул мне, когда я накрывал им с напарником поляну за «причиненный моральный ущерб». Кстати, эти два турианца действительно теперь принимают меня за «своего», поэтому такие словоохотливые в моём присутствии. Так что я точно знаю, сколько стаканов из-за меня разбила королева преступного мира. Много, знаете ли.

Но с документами она мне поможет, обещала. Разве что может поддеть с именем и фамилией.

***

Ария читала. Не то что это было редкостью, совсем нет, просто так много и так упорно королева этого не делала довольно давно. С последней своей серьёзной боевой операции. Рядом, на столике стоял один из высоких, ещё не разбитых фужеров, наполненный рубиновой жидкостью. Наконец она отвлеклась от планшетки и посмотрела на своего зама.

— Брэй, скажи мне, что мы знаем о людях?

— Мы? — Не понял батарианец.

— Ну вообще, остальные расы Цитадели. Какая у нас о них есть информация, что мы о них думаем?

— Батарианцы о них думают очень много, — Хохотнул, в принципе не страдающий ксенофобией мужик. — Очень часто переводчик не может передать всех наших мыслей об этих коротышках.

— Это я как раз и понимаю. — Королева биотикой достала с нижней полки второй бокал и бутылку, тем же способом наполнила посуду. Батарианец напрягся, не любил он, когда Ария, вот так вот демонстрирует свою силу. — А теперь, по существу.

— Молодая раса, с метаболизмом как у вас или у нас, левоаминокислотные. Продолжительность жизни стандартная. Импульсивны, нетерпеливы, умны, изобретательны. Очень похожи на азари, даже слишком, но имеют совершенно иную эволюционную цепочку. Не доминируют на рынке вооружения, их давят турианцы и салары, но каждый разумный знает, если хочешь действительно крутой ствол, закажи себе «Розенкоф Матириэлс».

— И всё? — Хмыкнула азари.

— Пожалуй, да.

— Ну тогда попробуй. — Бокал, объятый синим свечением, проплыл по воздуху и угнездился в ладони зама. Тот посмотрел вино на просвет, понюхал, хмыкнул и пригубил напиток. Расширились все четыре глаза.

— Более чем достойно.

— Чтобы ты кое-что понял, поясню. — Бросила королева на стол планшетку. — Этого вкуса люди дожидались двести лет. К слову, об их нетерпении. И о культуре, и об образе жизни. Мы про ханаров знаем больше, чем об этих выскочках! И это при том, что они абсолютно открыты для изучения. Их культура, религия, пища, мораль. У них философий и учений больше чем у азари матриархов.

— К чему такое внимание? — В голосе батара промелькнула ревность. Ему действительно была чужда ксенофобия, да и свою родную Гегемонию он любил не сильно. Но гордость за народ у него была.

— А то, что меня достало, как молокосос в пятьдесят раз младше тычет меня носом в моё же невежество! — Ария поймала себя на том, что замахивается фужером, тяжело вздохнула и опустила руку. Горный хрусталь в руке лежал куда приятней заменителей стекла, а такой посуды у неё осталось немного. — Знаешь, почему я его ещё не убила?

Брэй поднял на неё вопросительный взгляд, его этот вопрос волновал уже далеко не первый год.

— Да потому что поделом мне, дуре! — Королева зашагала из угла в угол. — Но ты представь. Сейчас вот так вот дёргаюсь я, а лет через сто охренеет уже вся Цитадель! Хотя нет, люди, они… шустрые. Так что лет через пятьдесят. И парень мне на это недвусмысленно намекает. Притом делает это целенаправленно.

— И что нам с этим делать? — Не догнал мысль Брэй.

— То же, что и мелкий. — Ария вновь стала похожа сама на себя, походка снова приобрела вальяжность, губ коснулась привычная хищная улыбка. — Грести бабло. Салли всё ещё на станции. Зови.

***

Стоя у смотрового окна своей каюты на совсем не молодом транспортнике Альянса «Кайдзю» я смотрел на удаляющуюся громаду Омеги и думал о доме. Как вообще они меня воспримут? Хотя, по сути, не важно. Главное — это моё душевное спокойствие, а чтобы его достичь, надо воочию убедиться, что дома всё хорошо. Ради Лео.

— Этим видом, наверное, можно наслаждаться вечно. — Раал’Тар встал рядом со мной. — Я даже не представляю, как тебя достал этот астероид.

— Не так сильно, как тебя.

— Серьёзно?

— Точно тебе говорю. Со мной здесь случались не только беды.

— Ха, пожалуй.

— Сказал кварианец, сумевший заработать на Омеге.

— «Заработать!» — фыркнул он. - Я, в отличие от некоторых, вряд ли смогу стричь здесь миллионы.

— Война план покажет. — Пожимаю плечами. — Я в тебя верю. Ты лучше скажи, как тебя Нарисса отпустила?

— Откуда ты… — Отпрянул от меня разом засмущавшийся кварик.

— Большой брат следит за тобой? — скалился я. Но выражение его, прямо-таки горящих глаз ясно требовало пояснений. — Просто, когда ты рядом с этой азари, ничего вокруг не видишь и не слышишь. Ни как я в мастерскую вхожу, ни как плетусь за вами аж полчаса. И тем более ты не замечаешь взглядов окружающих, которые, бывает, при виде такой идиллии, к пистолетам тянутся.

— И… Сильно я невнимательным становлюсь? — Ошалело спросил парень.

— Ну… как если бы ты собирал масс драйвер из новых деталей для собственного корабля. — Данное сравнение имело все права на существование. Ибо когда Раал в работе, до него не достучаться. — Только круче. Всё твоё внимание обращено лишь на неё.

— Оу.

Увлечение у Раала появилось месяца два назад. Отправился днем срочно чинить холодильник в один из баров Омеги, а вернулся поздно вечером счастливый, как идиот, со следами помады на стекле шлема и не один. Устроил ультрамариновой девушке с пигментацией, похожей на серую маску на глазах и скулах, подробную экскурсию и заперся с ней у себя в стерильном блоке. Охреневший я, ночевавший в тот вечер там же на диванчике в мастерской, из-за шока не смог выдавить из себя ни звука. Пришлось спешно ретироваться домой.

Первой мыслью было, что изголодавшийся кварианец просто заплатил за ласку, однако нет! Девушка оказалась вполне себе твёрдых моральных устоев и работала барменом, я проверил. А также, стал свидетелем того, как она биотикой выкинула наружу подкатившего к ней с конкретным предложением турианца. Судя по реакции толпы — не впервые.

Всю следующую неделю Раал дрожал и шмыгал носом. Но определённо, это был самый счастливый кварик в галактике.

— Даже не понимаю, что она в тебе нашла. — Решил я его подколоть.

— Говорит, что моя широкая спина пробуждает в ней её женское начало. Я спрашивал.

— Молись на меня.

— Да я уже…

Вот под такие шутейные перебранки и прошёл мой первый осознанный полёт к ретранслятору. А когда мы к нему приблизились… Вот это дры-ы-ы-ын! В игре они тоже большие, даже, скорее всего биотваревцы и с масштабом не солгали. Но всё равно, из иллюминатора эта булавочка воспринимается совершенно по-другому. Жаль, что я всего лишь пассажир и не могу в момент перехода присутствовать на капитанском мостике.

И вот сейчас, пилот ляжет на курс, синхронизирует масс ядро корабля с этим чудовищем, судно наберёт отрицательную массу и рванёт на сверхсвете в такие дали, что дух захватывает. Мощь! Момент, когда из ретранслятора в корабль ударила молния был архиэпичен, а наблюдая, как звёзды из точек превращаются в светящиеся линии, я вдруг ощутил себя персонажем Звёздных Войн. Фыркнул от пришедшего на ум каламбура и отправился к себе на кушетку. Теперь, до самого Элизиума, я в «окне» ничего нового не увижу.

***

Корабль принадлежал Марку Салли, и это было ни разу не случайно, так как кроме этого человека нас на борт брать никто не хотел. Из-за этого мы с Раалом проторчали в порту чуть ли ни неделю, пока «Кайдзю» не подготовили к полёту.

Ну и ладно. Этот корабль был хотя бы отдалённо похож на легальное судно. И если сравнивать с тем, что я видел в видеоигре, корабль был большой, в несколько раз больше второй версии Нормандии. Здесь была просторная жилая палуба, на которой размещались гостевые каюты, кают-компания, пищеблок, а также два ряда больших спальных капсул, установленных в коридоре друг напротив друга.

Так же, нам, как пассажирам был доступен спортзал, кинозал, смотровые палубы. Вот на последних было просторно, большое окно, бар, несколько терминалов с играми и экстранетом, ну и прочая лабуда для психологической разгрузки.

В трюм, каюту капитана, авианосную палубу и инженерный отсек мои права доступа двери не открывали, но и того, что я видел мне хватило с избытком. Да… Торговец — не рейдер.

***

Лорис Гатис вот уже третий год работал на «Кайдзю» в должности пилота авианосной группы и своим местом был не то, чтобы доволен, но после того, как его попёрли из клана за один неприятный, но существенный промах, выбирать не приходилось. Конечно, его с распростёртыми объятиями приняли бы Синие Светила, но отморозком он тоже не был. Да и не на помойке он себя нашёл, чтобы перед бандитами пресмыкаться, а тут частная торговая компания. А капитан, хоть и человек, но за своих стоит.

Но не суть. Оступился, упал, получил под дых от жизни, но встал с колен, поднялся, хоть и не до прежних высот, но и без урона собственной чести. Жизнь наладилась, работа, в принципе, не изменилась, свободного времени поприбавилось, да и мест интересных турианец повидал куда как больше, чем на службе. Взять к примеру ту же Омегу. Вот где жизнь-то ощущается! Зашёл в бар пропустить стаканчик, а рядом с тобой уже труп валяется! Романтика, как выразился бы капитан Салли.

Лорис отвлёкся от размышлений и вошёл в смотровую. Сейчас у него была отдыхающая вахта и он решил провести оставшийся час за стаканчиком чего-нибудь лёгкого, но горячительного. Ещё одно преимущество частной лавочки, никаких мед осмотров, и если ты знаешь свою меру, то можно и выпить перед работой.

Конечно, пилот знал, что на борту в этот раз есть пассажиры, и что один из них человек-ребёнок, а второй, его сопровождающий кварианец, уму не постижимо, но так и есть. Однако то, что он увидел в смотровой, повергло его в лёгкий шок.

Недалеко от двери, у терминала дальней связи сидел тот самый кварианец и вида он был самого странного. Первое, что бросилось в глаза солдата, это довольно-таки массивное телосложение бродяги. Он был чуть ли не на пол головы выше и раза в полтора шире любого представителя своего вида. Его скафандр, если не сиял новизной, то был по состоянию близок к этому. В темноте его со спины можно было бы легко принять за небольшого (очень небольшого) турианца. Лорис даже завис на пороге, от пришедшего в голову сравнения.

Дальнейшее наблюдение повергло его в еще больший ступор. Ведроголовый мило ворковал по дорогущей межпланетной связи (к ней можно было подключиться в любое время, но исключительно за свой счёт) с азари! На. Кварианца. Позарилась. Азари. Притом у неё был такой знакомый голос…. И пигментация на лице…

Гатис вдруг вспомнил свои не очень трезвые приставания к одной условно молодой барменше на Омеге, потом вспомнил, как под непереводимые, но весьма характерные изречения синенькой воспарил к потолку, объятый синим свечением. Далее воспоминания как-то туманились и не очень мягко перетекали в комментарии напарников.

Когнитивный диссонанс у турианца закончился, когда тот самый кварианец-мутант, хлопнул его по плечу и попросил освободить проход. Только тут Лорис сообразил, что простоял так с разведёнными мандибулами весь свой оставшийся перерыв и, помянув духов, ринулся в ангар.

***

Так уж получилось, что все расы Цитадели презирают кварианцев, а турианцы это чувство хранят и взращивают. Для меня это было не открытие, но их отношений я откровенно не понимал. Для себя я выдвинул теорию, что это пренебрежение возникло ещё в те времена, когда раса самых продвинутых в пространстве кибернетиков вдруг лишилась планеты, подарив содружеству нового потенциального врага. Это из истории, а там не знаю, может быть ещё какие случаи были.

Короче говоря, Раала начали немножечко травить. То столкнутся с ним в проходе, то во время обеда порцию ему подадут во вскрытом виде, из-за чего несчастному приходится её заново стерилизовать, от чего вкус пасты ухудшается значительно, а она и без того ему осточертела. Я посмотрел на это днём, наслушался жалоб на жизненную несправедливость вечером и пошёл выяснять, где собака зарыта.

Оказалось, дело в стереотипах и в том, как они ломаются. Моё расследование закончилось едва начавшись. Всего-то стоило порасспросить старпома (тоже турианца), он по совместительству был командиром группы прикрытия и ему ещё на прошлой смене надоело выслушивать разглагольствования некоторых подчиненных из разряда «Как так?!».

— Ты не переживай, парень. Я тоже не сильно люблю этих бродяг, но до насилия дело не дойдёт, я тебе обещаю. — Заверил меня офицер.

— Значит, дело в том, что моему другу просто выпала лучшая доля? — Поразился я. — В таком случае, может, мне вообще в каюте запереться, а то узнают, сколько я зарабатываю, так и на штыки поднимут!

— Да причём здесь это-то?

— Да всё при том. Раал свои деньги головой имеет и руками, а какие-то качки, которые ничего сложнее неполной разборки «Мстителя» и делать-то не умеют, его шпыняют. А он терпит!

— Вот и пусть терпит! — Отрезал турик. — Попробует огрызнуться, я его уже не уберегу.

На том разговор со старпомом и закончился, пришлось пытать человека из той же смены, ведь тот, кто поднял тему, достал не только своего командира. А вот тут меня поджидала удача, правда не сразу, а после сотни кредитов на «горло промочить».

— Мы все уже тогда поддали и вполне дошли до состояния, когда душа начинает просить экстрима. И тут наш Гатис пошёл за добавкой. Ну мы на какое-то время про него забыли, а потом смотрю — летит. Натурально, по воздуху, а барменша-азари его в след ещё и матом кроет. Но то ладно. Ло, хоть и дофига гордый, но мужик-то не плохой, с понятием. Отшили так отшили.

Рассказ мягко ложился на мои воспоминания, так что я лишь кивал, когда требовалось, только раз одёрнув болтуна, когда его начало уносить от темы.

— Ну, мы поржали, да запили. — Продолжил пилот. — А вчера Ло приходит на смену как будто своих духов увидел, а потом на всю вахту затянул песню о несправедливости мироустройства.

— Он что? Считает себя настолько неотразимым? — Не понял я.

— Да говорю же, нормальный мужик. — На пальцах объяснил парень. — Шаблон у него порвался, понимаешь?

— Оу, пожалуй. — Дошло-таки до меня. — Никто не любит квариков.

— Вот-вот. Стараются не замечать, а тут на тебе конфетка. Твоего друга не то что не «не заметишь», потом ещё глазами провожать будешь. С него у нас вся птичья половина команды охреневает. Колись, где такого раздобыл?

— Своих корми нормально. — Отшутился я.

На том наш разговор и стих. А на следующий день у терпения Раала сели батарейки.

***

Ещё никогда Лорис Гатис не чувствовал себя настолько униженным. Его, турианца, высмеял какой-то пыжак-переросток! Всего-то столкнулся с ним в коридоре (в который раз за два дня), как тот неожиданно схватил его за руку и спокойно сказал:

— Если тебе есть, что мне сказать, то говори в глаза.

— Что? — Изобразил Лорис удивление. — Тебе?

— Надоело каждый раз сбивать тебя в проходе. — От такого у истребителя даже мандибулы разошлись. В сочетании с выпученными глазами смотрелось весьма комично. — А если есть острое желание об меня потереться, давай просто сходим в спортзал. А то эта вот возня… Не мужское это.

И вот они стояли на матах, ведроголовый потягивался и выглядел не слишком испуганным, и это выбешивало турианца ещё сильнее. Вокруг столпилась не занятая на вахте команда. То и дело слышались пожелания прихлопнуть крысу, делать ставки даже не пытались. Для всех и так всё было ясно, даже несмотря на то, что Гатис был далеко не самым лучшим рукопашником. Рядовому кварианцу и того бы хватило с избытком.

Всё случилось очень быстро. Бойцы вышли на ринг и закружились вокруг друг друга. Лорис нанёс прямой удар, от которого кварианец ушёл с поразительной лёгкостью, как и от второго, и от третьего, а когда серия закончилась неожиданно приблизился к противнику и резко ударил открытой ладонью турианцу под грудину. Тот ни с того ни с сего понял, что дышать ему решительно нечем, замешкался из-за чего пропустил ещё два резких, но не сильных удара в живот кулаком и в мандибулу ребром ладони. Турианец попытался отмахнуться, но его рука вдруг оказалась в клещах, а Раал резко запрыгнул на него, как на дерево. Да так хитро, что его ноги оказались заброшены Гатису на грудь и воротник, а руки оплели предплечье противника.

Под гробовое молчание толпы вся эта висячая конструкция рухнула на маты, естественно вся сила падения пришлась на несчастного турика, но Раал на этом не успокоился. Его руки вывернули конечность противника на излом и стали сдавливать её. Какое-то время турианец терпел чисто из гордости, но вот его запас прочности закончился вместе с последними надеждами вырваться и его злое рычание перешло в крик.

Старпом смотрел на это избиение сквозь фейспалм и остановил бой с большой неохотой. Раал же подержал захват ещё секундочку и лишь потом расслабился. Поднялся и, неожиданно поклонился своему другу-человеку, как это делается в людских единоборствах и произнёс слово, добившее всех собравшихся зевак.

— Учитель.

Парень на секунду замешкался, но с каменным лицом выпрямился напротив кварианца и повторил его поклон.

— Ученик. — И странная парочка покинула спортзал через разомкнувшееся кольцо выпавших в осадок разумных.

Втечение всего оставшегося полёта кварианца по разу вызвали все турианцы на «Кайдзю», а когда поняли, что что-то в этом мире не так, договорились никому об этом не рассказывать.

Глава 13 Когда вскрываешь старые раны.

На твёрдую землю космодрома «Элизиум» мы ступили в самом благодушном состоянии и причиной тому был турианский бойцовский дух. Проиграв в спортзале, ребятки долго чесали гребни и наконец родили способ отыграться. Они так думали. Старпом выделил относительно чистый длинный участок трюма и при помощи своих подчиненных сварганил тир, примерно, пятьдесят метров длиной.

В принципе офицер угадал. Стрелял Раал хорошо, но в реальных боестолкновениях участие, если и принимал, то очень давно и крайне мало, так что честно слил номинацию «штурмовая винтовка», «пистолеты» и «ПП», а потом об этих соревнованиях стало известно мне.

В общем туриков нам было не жалко. Ни разу. Не фиг расслабляться на гражданке! Кстати, у кварианцев какая-то аномальная тяга к дробовикам, этот факт косвенно подтверждают Тали и Раал. По крайней мере, эта единственная дисциплина, в которой он обставил меня с разгромом.

Так и сошли на берег, под скрежет «вражеских» зубов.

По-настоящему я понял, что очутился на планете не в тот момент, когда вышел из космопорта, нет. И даже не тогда, когда увидел ночное небо, освещаемое луной. Но как только нога ступила на мягкую сухую почву, внутри что-то испуганно сжалось. Я дома. Не на Земле, изменившейся за полтора столетия, и которую я бы так же не узнал, но на планете, породившей моё теперешнее тело.

Наконец-то, мой вздох не зависел от системы жизнеобеспечения, мой шаг не контролировался генератором искусственной гравитации, а волосы, которые я перестал стричь почти месяц назад, трепал теплый ветер.

— Лео, — окликнул меня кварианец, пребывающий в идентичном состоянии. — Я впервые вижу небо. Оно прекрасно!

— Я тоже, дружище! Мне кажется, что я тоже. В последний раз, когда я был на этой планете, меня родители забирали с уроков и весь мой мир был заключен в одной улице. — Я дышал большими вздохами, как приговорённый, и никак не мог надышаться. Нос щекотали незнакомые и невероятно чистые ароматы. Никакого запаха химической очистки и прочих радостей замкнутого цикла. Рай!

— Понимаю. Наверное, каждый разумный через это проходил. — Задумчиво заметил друг.

Я посмотрел на часы и бросился к ближайшей стоянке аэрокаров где с удивлением увидел, что они все имеют два атрибута, прошедшие сквозь столетия. Шашечки и водителей, ну в принципе, удивляться, наверное, не надо, колония же.

— Вас приветствует Служба Пассажирских Перевозок Элизиума! Домчим с ветерком в любую точку планеты! — Поприветствовал меня пожилой мужчина и поправил форменную фуражку. — Желаете доехать до конкретного адреса?

Я задумался. Кто бы помнил ещё этот адрес-то? С другой стороны, узнать местонахождение родителей можно и у справочной службы. Как-никак, не последние люди в колонии. А ещё у меня вдруг появилась идея насчёт Раала, а то вон как крутит головой, того и гляди шланги на скафандре порвёт.

— Послушайте, уважаемый. — Я перешёл на заговорщический шёпот. — А когда рассвет?

— Где-то через два часа, сынок.

— А вы можете за это время найти такое место, ну… повыше. С хорошим видом.

Старик удивлённо взглянул на меня и выдал.

— Это влетит тебе в копеечку.

— Понимаете, мой друг, — кивок в сторону кварианца, — никогда не видел рассвета, и чтобы это исправить, я готов потратиться. — В подтверждение моих слов, уник пиликнул о переводе ста кредитов на счёт дедка.

— Эх молодёжь, залазь. — Хмыкнул таксист. — Знаю я такое местечко. Хе-хе.

Счётчик, кстати, он врубить не забыл.

Через отведённое время кар остановился на высоком утесе, с которого открывался прямо-таки футуристический вид на расположенный в долине город.

— Обычно, сюда приезжают парочки, — Пояснил старик, - Но, думаю, для ваших целей подойдёт идеально. Я отъеду в сторону.

Прозрачная ночная тьма медленно густела и переплавлялась в густые сумерки, на фоне оживающего восхода.

— Не слишком ли высокая цена за то, чтобы просто увидеть, как встаёт солнце? — Скептически спросил кварианец.

— Сейчас сам увидишь и решишь, стоит или нет. — Отмахнулся я, молясь про себя, чтобы сердце не вырвалось из груди от волнения. — Давай, вырубай свои светофильтры. Каждый разумный хоть раз в жизни обязан увидеть восход!

— Ослепнем, — проворчал кварик, тем не менее, подкручивающий что-то на своём уни-инструменте. Его маска стала прозрачной, но я отметил это мельком, так как в этот момент на нас упали первые лучи.

Тёплые ослепительные потоки заставили меня сощуриться. Я развел руки и стоял так, купаясь в утреннем свете родного солнца, пока оно не показалось из-за горизонта полностью. Тепло, приятно пронизывающее до самых косточек и ослепительная яркость, проникавшая красным светом через плотно сомкнутые веки наполняли меня просто фантастическими эмоциями. Появилось желание свернуть горы или выпить океан, да… В этом состоянии я чувствовал себя богом! Ну, по крайней мере ощущал божественную благодать. Наконец, я принял нормальное положение и повернувшись к кварику, чуть не свалился с горы. Этот ненормальный не придумал ничего лучшего, как скопировать мою позу, но это-то как раз ладно! Не я придумал, по судам не затаскаю. А то, что в руке он держал своё прозрачное забрало!

— Раал, твою, Тар! Ты что творишь?! — Сердце ухнуло куда-то вниз! Вот тебе аттракцион для инопланетников! Увидеть колонию и склеить ласты! — Помрёшь же!

— А? Что? — Не понял он. Кварианец подслеповато щурясь, нашёл меня своими раскосыми глазами, увидел, что я во все глаза таращусь на маску в его руке и извиняющимся тоном пояснил. — За это не переживай, я принял антибиотики.

— И что? Это же планета! Откуда ты знаешь, что надует ветер.

— Пф! Успокойся. Сам же сказал, что это нужно видеть своими глазами, а в скафандре светофильтры автоматические.

— Оно того не стоило. — Проворчал я, проклиная свою глупость.

— Стоило, Лео. Ещё как стоило! Этот вид был невероятен. — Кварианец улыбнулся и шмыгнул носом. — Теперь я как никогда остро чувствую, чего лишен наш народ.

— Пошли уже. Надо где-нибудь приземлиться, пока ты не свалился от жара. — Уже жалея о своём порыве, я торопливо засобирался обратно, даже сделал несколько шагов в сторону такси, но Раал вдруг окликнул меня.

— Лео, я знаю, что сейчас глупость скажу. Да и скорее всего, этого никогда не случится. — Парень замялся. — Давай, когда-нибудь так же встретим рассвет на Раннохе.

Чёрт. Вот это было сильно. Ну, а что тут скажешь, разбередил пацану больную рану, солью щедро так посыпал, а теперь пытаться его успокоить?

— Обещай, что когда-нибудь покажешь мне рассвет на Раннохе. — Потребовал я и протянул руку.

— Обещаю. — Он пожал мою в ответ и оглушительно чихнул. Ну, а после того, как лирический момент был запоганен кварианскими соплями, надел маску, и мы направились к машине.

Дальше была просто бешеная езда до ближайшей больницы, где мы выложили круглую сумму за аренду стерильного помещения, которым оказалась, по счастью, ненужная в данный момент операционная. Естественно лекарств для декстроорганизмов там почти не было, но у кварианца был запас, так что омрачить мой приезд домой у этого умника не получилось. Но он старался!

Дальше был дом, куда я направился уже в одиночку. Оставил меня баран упакованный, без моральной поддержки!

***

Гинора Гай была погружена в домашние хлопоты, наводила лёгкий марафет к приходу мужа. Семья не бедствовала, на кухне и по дому суетились многочисленные комбайны, управляемые домашним ВИ, но хорошая хозяйка всегда найдёт себе повод лишний раз не присесть на диван к сериалу.

В этот раз она вытирала пыль и паутину с потолочных углов. Впрочем, много времени это не заняло, и она вновь отдала своё внимание ни с того ни с сего расплакавшейся дочери. Она прошлась с ней по большой общей комнате их жилого модуля, взгляд зацепился за фотографию ребёнка в чёрной рамочке. На фото он был всё такой же маленький смеющийся над всем миром с горящей в лучах солнца гривой соломенных волос, а в жизни… Господи, хоть бы он вообще был жив!

Женщина усилием воли прогнала нахлынувшие воспоминания и снова погрузилась в общение с дочерью, ходя по комнате с ней на руках от предмета к предмету и терпеливо объясняя, что это и для чего.

Неожиданно раздался звонок, и входная дверь отъехала в сторону, впустив в прихожую мужской силуэт, залитый лучами восходящего светила. Панель закрылась и световой занавес спал, явив женщине высокого подростка лет семнадцати. Не полный, не тонкий, но с массивными плечами и крепкой шеей. Волосы, напоминающие пожухлую солому обрамляли очень моложавое, но резко очерченное лицо. Статную фигуру во всех деталях давал рассмотреть полувоенный лёгкий комбинезон песочной расцветки, опоясанный ремнем-генератором. За спиной у него виднелся небольшой туристический ранец на одной лямке, которую он придерживал рукой. Другой, свободной, он прикоснулся к стене и вел по ней кончиками пальцев, будто стараясь запомнить ощущения.

Он был странно похож на её мужа, но в то же время сильно отличался. «Наверное, таким когда-нибудь будет Лео». — с горечью отметила Гинора.

Парень тем временем, обратил внимание на женщину, улыбнулся ей, как давней знакомой, вогнав её в лёгкое недоумение.

— Здравствуйте, — Слегка надломившимся и немного хрипловатым голосом начал он. — В этом доме проживают Алистер, Гинора и Малышка-Елена Гай?

— Всё верно, муж скоро вернётся, а остальные — это мы. — мать покрепче обхватила кулёк с ребенком. Несмотря на всю странность ситуации угрозы она не ощущала. — А кто вы и, простите меня за бестактность, что вам нужно?

— Тиеро Л’Гая. — Представился с лукавой улыбкой молодой человек, потом извиняющимся тоном добавил, — По крайней мере так с недавнего времени написано в моих документах.

Неожиданно он сделал шаг, быстрый, но плавный, какой-то хищный, Гинора даже вздрогнула, как парень практически навис над ребёнком в её руках. Та же в отличие от мамы радостно вякнула, и сама протянула к незнакомцу ручки.

— Признала? — Довольно хмыкнул юноша. – Ну, здравствуй, малышка. Твой брат вернулся. — Потом он отпрянул и посмотрел на женщину. — Привет, ма.

***

Дальше начался просто полный звездец. Несмотря на то, что в первый момент женщина меня не узнала (да чего уж там, я её тоже), поверила она мне сразу и беззаветно. Мне даже не пригодилась заготовленная речь из разряда «как я докатился до жизни такой». Хозяйка дома была в шоке и счастлива, она обзвонила всю родню, сдёрнула с работы мужа, перебаламутила всех соседей, умудряясь при этом ни на шаг не отходить от меня, усадив меня за стол «с дороги» и расставляя всё, что нашла в холодильнике.

Где-то через двадцать минут в дом влетел Алистер, сметая на своём пути всё на свете он вбежал в столовую и ошарашенно посмотрел на меня. Его офигение имело не такой шоковый характер, как у женщины, но мужчина тоже узнал меня далеко не с первого взгляда. А когда до него дошло, что перед ним действительно Лео, просто подошёл ко мне, уткнулся в плечо и зарыдал. Крепись, Лео! Ты готовился! Ты морально готов к тому, чтобы не заныть, как девочка-первоклашка, упавшая на линейке! Уф, прокатил аутотренинг. Почти.

Наобнимавшись вволю, семья наконец-таки приступила к вопросам, которых, естественно накопилось куда больше, чем хватило бы на один раз. Расспрашивали, как я там жил, почему так вымахал, чем питался, чем увлекался, кто обо мне заботился, наконец, подошли к основной сути.

— Скажи, сын, почему ты приехал не под своим именем и почему оно, гхм, такое…

— Не земное? — Помог я.

— Именно.

— Тут всё довольно просто. Своё настоящее имя я хочу светить как можно меньше, и вас прошу об этом. Не хватало ещё, чтобы мной заинтересовалась контрразведка Альянса. — Алистар хотел что-то возразить, но я жестом остановил его. — Отец, я прекрасно понимаю, что ты хочешь мне сказать, но и ты пойми. Я не вернусь из их застенков. Представь, ребёнок четыре года был фактически в плену у инопланетян. Что они сделали с его мозгами? Какие опыты ставили на его ДНК? Как извратили его психику? Это только малая часть вопросов, которые задаст каждый уважающий себя параноик. Меня просто разберут на запчасти, а вам скажут, что был убит при побеге.

— А ты… — Попытался что-то сказать разом посеревший отец.

— Вот видишь? — Вновь перебил я. — Сам понимаешь, что всё, что я озвучил возможно. За себя могу сказать, что единственное, что я проходил в тамошней лаборатории, это мед обследование и всё время был в сознании.

— Но с тобой точно всё хорошо? — Оживилась Гинора.

— Да, в конце концов, я же попал к пиратам, а не к безумным ученым. А имя у меня странное, потому что мне его выправляли через знакомую азари, с которой у меня… временный разлад. Даже не хочу знать, что оно значит на их языке.

— Через азари? — Переспросила мать.

— Ну да, своих-то связей в преступном мире у меня не так уж и много.

— В преступном мире?! — Оторопело воскликнула она. — Свои связи?!

— Нора, успокойся. — Потребовал отец. — Прости её, сын. Мы просто так давно не получали от тебя вестей.

— Как давно? — Не понял я. — Вы что? С Самантой не общаетесь? Она ведь здесь, я точно знаю.

— С той девочкой? — Удивился Алистер. – Нет, давно её не видел. Последний раз Нора, кажется, с ней сильно поругалась.

— Да, она говорила, что общается с тобой, но когда я попыталась с тобой через неё связаться, то получила в ответ какой-то бред и прогнала её. Пару месяцев назад она приходила, передала тебе пакет от её отца, пыталась поиграть с Еленой, но твоей сестре она тоже не понравилась. — С каким-то непонятным удовольствием отчиталась женщина. Да… Алистер, не за ум ты её полюбил…

— То есть, у нас всё это время была связь с сыном?! — Моментально вскипел отец.

— Да какая это связь?! Бредни полоумной девчонки?

Понятно, этой хоть кол на голове теши, теперь от своего не отступится.

— Как часто вы связывались? — Тяжело вздохнул мужчина, придя к тем же выводам, что и я.

— Примерно раз в три месяца обменивались сообщениями и несколько раз присылал ей видеоотчёт. Кстати, о сестре я узнал от неё.

— Нора, мы об этом с тобой поговорим. — Обрадовал Алистер, скрипя зубами, поникшую женщину. — А сейчас, будь добра, пригласи семью Уокер к нам на ужин сегодня.

— О, кстати! А можно ещё и с больницей связаться, у меня с утра туда друг загремел с анафилактическим шоком. Уже должны были откачать.

***

Что можно рассказать ещё о моих каникулах? Я вволю наговорился с семьёй, встретился с Сэм, погулял под небом, заново знакомясь с местными красотами. Видел стелу, возведённую в честь меня в школьном дворе, и вовсю бездельничал. Вот, кстати, пример узости мышления. Я-то по наивности своей думал, что на камне будет высечено лишь четыре имени, по числу не вернувшихся детей. Однако под портретом ещё того, восьмилетнего Лео громоздился список аж из сорока трёх имён. Ведь пираты не только грабили, но и убивали, рушили, жгли.

Пару раз мне довелось встретиться взглядами с какими-то непонятными личностями. За мной наблюдали, и я чувствовал это всей шкурой, но препятствий не делали, за что СБ-шникам огромное спасибо.

Скандал случился на вторую неделю, когда родители узнали о том, что я возвращаюсь на Омегу. Алистер тогда просто спросил, нужно ли мне это, я ответил, да, как воздух, и он всё понял. Но Гинора…

В общем, мать только-только вновь обрела сына, а тут опять утрата. Можно было бы ей много высказать на её «Почему ты так долго?!» и «Зачем тебе это?!». Даже очень хотелось ответить на «Да на кой мы тебе вообще были нужны?!» Но я молчал. Как ей что-то возразить?

Но и смотреть в их глаза сил больше не было. Вы только не подумайте. Это была самая счастливая неделя за всё время моего существования в этом теле. Каждый следующий день мне хотелось погостить ещё хоть чуточку. Но уже спустя неделю меня начало преследовать чувство, что это всё не моё, и, как следствие хана всему отдыху. С другой стороны, было обидно облететь полгалактики ради столь малого срока так что мне помогало ещё и упрямство.

Но эти родственники… Как только речь заходила о моём отлёте на меня смотрели, как на умалишенного. Притом в этом конкретном случае меня предал даже Раал. Кварианец молчал, но я слишком давно его знал, и чувствовал его настроение.

Но вот, билеты куплены, мы стоим в общей зале пассажирского лайнера на Илиум, где у нас пересадка и смотрим, как отдаляется планета.

— Спрашивай уже. — Хмуро ответил я на вопросительный взгляд из-под тонированного шлема.

— Ты мог остаться. Здесь у тебя семья, дом, потенциальная невеста. Неужели Омега того стоит?

— Не знаю. — Признался я. — От этого на душе ещё гаже.

— Тогда почему?

— Потому что через три года на месте этой колонии останутся одни руины и…

— Что?! — Воскликнул Раал, — Откуда ты знаешь?

— Тише, не кричи! — Зашипел я на него, пока на нас не начали коситься другие пассажиры.

— Лео! Или, как там тебя теперь? Тиеро, мать твою! — Как-то он бурно отреагировал на эту новость, придётся дозировать информацию. — Это точно?

— Конечно это не точно! Но сам факт такой вероятности приводит меня в ужас.

— Но мы же можем…

Я тяжело вздохнул.

— Всё, что мы можем, я уже сделал. У колонии есть пятьдесят миллионов кредитов на руках у далеко не глупого человека, который тратит их именно так, как я ему и посоветовал. На закупку оружия, тренировку солдат и строительство укрытий. Больше, я даже не знаю, что ещё могу для них сделать.

— Но как ты узнал?

— Из новостей. Да не смотри ты на меня так! Не объявляли батарианцы дату и место начала войны. Просто Альянс отгрызает от их пространства кусок за куском и когда-нибудь это во что-то выльется. А Элизиум слишком близко к Терминусу.

— Не дай Кила, ты окажешься прав. — Потрясенно выдал кварианец. Кажется, моё объяснение его худо-бедно удовлетворило.

— Да уж. Не дай Кила…

Глава 14 Мечты и цели

Моё возвращение на Омегу совпало с премьерой фильма «Пятнадцатилетний Матриарх», так что я вполне обоснованно ждал, когда ко мне заявятся Григ с Солом и скажут, что Ария попросила их провести со мной внеочередной спарринг. Однако прошёл день, второй, третий, а реакции всё не было. Зато со мной связался Долин Хитаси, тот самый режиссёр, собиравшийся взорвать мою бомбу в азарийском болоте.

Он успокоил меня, рассказав, что продажи, как и предполагалось, бьют все рекорды, и моя доля уже рассчитывается. Что же касается негативной реакции из клуба тех кому за тысячу, то она ещё не поступила. Потому что старые квочки пока не сообразили, что увидели, если вообще посмотрели этот фильм.

А суть-то в нём была совсем-совсем и не обидная. На мой личный взгляд. О том, как на одной малоизвестной азарийской планете совет матриархов довёл жизнь до такого абсурда, что взрыву их здания совета со всеми участницами только обрадовались, а так как правительства на планете не осталось, все слушались решений единственной оставшейся дочери матриарха, пережившей взрыв. Как следует из названия, пятнадцатилетней девочки. И уж она-то привела жизнь на планете за столетний цикл чуть ли не к идиллии, пока на Тессии верховный совет не спохватился и не вернул силой авторитета, а местами и оружия всё на прежние места, изолировав опасную, к тому времени уже выросшую, деву в одном из своих закрытых храмов.

В ожидании кары во мне проснулся мазохист и я решил устроить, как Раал’Тар когда-то мне, коллективный просмотр пригласив на него для чистоты эксперимента подружку Раала и Лизелль. Результат был несколько… Странный. Нет, ну правда, такое чувство, будто они качественной драмы отродясь не видели. Например, на сцене подрыва Зала Совета, они чуть ли не в пляс пустились! Нариссе помешали объятия Раала, а дочери Арии, наверное, общественное мнение. По крайней мере, она с завистью покосилась на соседку и, почему-то на меня. Но у обеих был вид совершенно сытых и удовлетворённых кровью львиц.

На часть фильма, где синий ребёнок щедро давал «дорогу молодым», смещая не справляющихся и насквозь коррумпированных, но более старых и опытных матрон, и ставя на их место других, более сведущих в их делах азари, девушки смотрели с искренним восторгом, сменившимся нескрываемым гневом, когда приехало «истинное правительство» с Тессии и стало возвращать всё на круги своя.

Момент заточения главной героини был воспринят рёвом и хоровым восклицанием из разряда «эти суки всегда так делают!». Потом обе азари вдруг сразу нашли общий язык, вспоминая, как их не раз и не два столько-то лет назад обошла более тупая и закостенелая матрона, мы же с Раалом с благовейным трепетом пытались вникнуть в цифры. По моему личному мнению, количеством брала Нарисса, но Лизелль в свои обороты добавляла больше эмоций. В конце концов они своим обсуждением так распалились, что нашему кварику пришлось доставать «успокоительное» из какой-то неведомой мне заначки.

В общем, где-то через час бурных дебатов, девушки «успокоились» до полной некондиции и стали нас откровенно «клеить», и если нашего кварианца это вполне устраивало, то я имел все шансы нарваться с утра пораньше на ряд неудобных вопросов от похмельного биотика. Впрочем, мысли о вопросах пришли на ум не только мне и в дело вступила то ли мужская солидарность, то ли инстинкт самосохранения, в конце концов, чей-то иммунитет мог не выдержать назревающего мракобесия. Скорее, второе, потому что Скафандрик, не желающий превращаться в чихающий мячик быстренько сбегал ещё за двумя бутылками какой-то розовой бурды и сам стал щедро разливать её в бокалы. Мне же отводилась роль рыжего клоуна, поддерживающего беседу и старающегося почаще говорить заветное «выпьем за…» когда речь начинала заходить о биотике или «а тебе слабо?».

Один раз не получилось. Ну, ничего, всё равно эта штанга для нас уже была слишком лёгкая. И да, тренажёр был хоть хороший, но старый, можно подумать и о его замене...

Короче говоря, провели время весело.

После того, как наши синекожие красавицы наконец-таки угомонились и уснули прямо там, мы с кварианцем на цыпочках спустились на первый этаж и (зачем крались — непонятно, там сейчас хоть из «Танникса» стреляй — не проснутся), стараясь даже не дышать лишний раз в сторону лестницы свалили из мастерской.

— Кила… — Раал был всё ещё в лёгком шоке от выходок своей пассии.

— Точно. — Кажется, у меня дёргалось нижнее веко. Решение позволить Лизелль применить эффект массы к моим волосам имело для них катастрофические последствия.

— Нам надо как-то аккуратнее планировать подобные посиделки. — Кварианец лихорадочно проверял, не разгерметизирован ли его скафандр в области пояса.

— Ничего крепче пива. Не больше двух бутылок на нос.

На том и порешили.

— Знаешь, Лео, — Неожиданно начал Раал. — Я возвращаюсь на Мигрирующий Флот.

Это было похоже на удар под дых.

— Ты… Завершил паломничество? — По правде говоря, я это знал. Просто думал… Думал… Не знаю, что я думал. Как-то уже привык быть уверенным, что кто-то рядом и не совсем от мира сего всегда поддержит меня, даже если не будет знать, что я творю в конечном итоге.

— Уже давно. — Подтвердил он мои страхи. — На самом деле, я мог вернуться домой сразу, как ты закрыл мой контракт. Даров хватало, чтобы меня радостно встретили на любом корабле.

— Я знаю. — Хмыкнул я, в голосе прорезалась горечь. — Спасибо, что был моим другом так долго.

— Я им и остался. — Возразил возмущённо кварианец. — Поверь, я не хочу тебя бросать!

Чёрт! Возьми себя в руки тряпка! Что ты несёшь?!

— Прости дурака. Совсем не хотел тебя обидеть.

— Всё в порядке. — Понимающе отмахнулся он.

Друг сделал приглашающий жест, и мы не торопясь побрели по улице.

— Знаешь, на момент выкупа, мой уни-инструмент уже был забит кучей полезных схем, но благодаря тебе, я преподнесу своему народу гораздо большее.

— Два уника, забитых схемами? — Сыграл я роль капитана очевидности.

— Ха! Не только. Ты же знаешь, что я не круглые сутки копаюсь в запчастях.

— Иногда ещё успеваешь спать.

— Лео. — Теперь его голос звучал укоризненно. — Ладно, вижу, что тебе не интересно. Просто замечу, что по результатам моего исследования вы, люди, в целом не такие засранцы, какими вас рисуют другие расы. За редкими исключениями. — Вернул он мне шпильку.

— Не поспоришь. За редким исключением. Когда улетаешь?

— Скоро. Я решил сначала поговорить с тобой, а потом собирать вещи, чтобы это не выглядело бегством.

— Не особо получилось. — Ткнул я пальцем за спину, подразумевая, что там за дверью спит ещё кое-кто, кому эта новость не понравится. — Вообще, как-то ты неожиданно.

— Знаю. — Раал тяжело вздохнул, — С Нариссой я тоже обязательно объяснюсь, она поймет.

— Тогда ты, наверное, в курсе, что безопаснее будет сделать это по видеосвязи. — Улыбнулись, помолчали. — Давно решил?

— Ещё на Элизиуме. У меня ведь тоже есть мать и отец, а на планете я понял, как сильно по ним скучаю.

Ожидаемо. Вот и моя первая ошибка в этом мире.

— Хотел тебя за многое поблагодарить. — Снова заговорил друг. — Начиная с выкупа, но это ведь было не самое главное. Понимаешь, у нашего народа нет киностудий. Кому они нужны, когда ночью может отказать система жизнеобеспечения и вот он, готовый фильм ужасов. У нас много книг и видеоматериалов о том, как мы жили до гетов, но наш народ почти не фантазирует. Лишь грезит, что когда-нибудь мы вернём Раннох, скинем эти проклятые скафандры и вот тогда… а что тогда? Такое ощущение, что мы просто скинем скафандры и будем ходить по планете с голым задом. На моей памяти никто не заглядывал так далеко. Так что спасибо за те вечера у телека, они действительно были лучшими. — Он кивнул в сторону квартиры, — За редким исключением.

Дату отлёта Раал назначил через три недели. Нарисса, вопреки моим опасениям оскорблённую и брошенную из себя не строила, тепло попрощалась с ним и проводила до небольшого и не слишком свежего корвета, который я ему купил и всучил, мотивируя тем, что не дам ему летать в Терминусе на пассажирских судах. Когда же этот придурок попытался возместить мне его стоимость, пришлось показать ему последний денежный транш от «Иллиум Интертеимент», иначе не затыкался. А так, посмотрел и севшим голосом поинтересовался:

— А от чего не крейсер?

— Чтобы у тебя, друже, забрало не треснуло.

Корабль на самом деле был хорош. Эдакий бойкий старичок турианской наружности. Вооружение на нём было минимально и, по большей части, демонтировано, но это компенсировалось превосходным двигателем. Кстати, к такой модели я присматривался, ещё когда получил свои первые серьёзные деньги. При выборе изначально выдвигая судну ряд определённых требований, основными из которых были высокая скорость, дающая неплохие шансы к побегу от большинства кораблей противника. Возможность пилотирования судна в одиночку, что допускалось в большинстве кораблей малого класса, так что данный кораблик не особо выделялся и выигрывал лишь тем, что каюты в нём были немного просторнее, хоть и в целом их было меньше. Ну и последним, но наиболее важным была модульная конструкция, что давало поистине широчайшие возможности к модернизации. Хочешь, обвешай его турелями, хочешь — делай из корабля бродячий магазин. Вариантов за пятидесятилетнюю историю модели умельцы с разных уголков галактики наклепали столько, что и не перечислишь.

— Аргумент, — глубокомысленно изрёк ксенос. — Дома скажу — друг подарил, и пусть считают меня треплом.

— Очень везучим треплом.

— Кила се`лай. Если когда-то где-то и появится разумный, которому я буду должен больше, чем тебе…

— О… Не начинай.

— Но, Лео…

— Если так уж хочешь мне отплатить, сделай мне скафандр и успокойся. — Я хлопнул его по плечу. — Как-никак я на станции живу, а до сих пор без нормальной шмотки.

Дальше всё было как-то обыденно. Раал’Тар проверил корабль, сделал заказ на станции-заправщике и принялся перегружать вещи на борт. Мы с Нариссой ему помогали, но делали это как-то не весело, мало разговаривали, ещё меньше улыбались. Под шлемом не было видно, но сложно было не заметить, как кварианец поник, его плечи опустились и ходил он с каждым загруженным ящиком всё медленней.

Когда же все вещи были перенесены на борт, предстартовая подготовка проведена, а всё-таки расплакавшаяся азари, наконец-таки, выпустила его из своих объятий, мы, наконец, пожали друг другу руки.

— Удачной дороги, брат. — Сказал я, стоически терпя непонятно откуда взявшуюся щекотку в носу.

— Счастливо оставаться, Лео. — Стиснул он мою ладонь. — Я не прощаюсь, а когда вернусь, у тебя будет лучший скафандр во всей обитаемой галактике. Слово инженера.

— Пустое. Я тебе корабль подогнал не для того чтобы ты раз ко мне прилетел и успокоился.

— Намёк понят. — Просиял кварик. — Когда следующая премьера?

— «Путешествие к центру Тучанки» уже утвердили. Сейчас ждут разрешения совета кланов на съёмки непосредственно в кроганской ДМЗ. Ну а на «Двести тысяч парсек тишины» Хитаси недавно объявил кастинг. Так что год-полтора у тебя есть.

Поговорив о пустяках ещё какое-то время, мы наконец распрощались. И вот, этот момент настал. Стыковочные крепления отсоединены, корвет «Хама» покинул док и стал удаляться от станции.

Мы с Нариссой переглянулись и побрели в сторону её бара. Мне и в той жизни не нравился алкоголь, но именно сейчас хотелось выпить чего-нибудь крепкого.

***

Небольшая каюта без окон и с единственной дверью, в неё вошла молодая очень эффектная девушка в обтягивающем комбинезоне. Постояв немного перед голопередатчиком межпланетной связи, имевшим вид диска на полу и потолке, полностью считывающего движения контактера. Сеанс был плановый, случившийся точно в срок по предварительному уведомлению. Девушка нервничала. Ей было нечего опасаться, но всё же каждый почти личный разговор со своим кумиром она испытывала лёгкий мандраж. Она уважала этого человека. «Цербер» был для неё всем, домом, защитой, целью, а Призрак являлся олицетворением всех этих факторов.

Она ещё полминуты постояла перед кругом, поправила идеальную, чёрную, как смоль, густую гриву волос, шумно выдохнула и вступила в круг. Датчики виртуальным обручем просканировали девушку и в комнате пропал свет, как всегда. Перед ней в полный рост стоял человек лет сорока, среднего роста шатен с начинающейся проседью, задумчивым глубоким взглядом, пронизывающим даже сквозь внепространственный передатчик. Одет он был в аккуратно подогнанный военный мундир альянса без знаков различия. Под его тяжелым взглядом девушка вновь испытала благовейный трепет, но вот он сосредоточился на собеседнице и заметно потеплел. И чтобы этот взгляд теплел всегда, когда смотрит на неё, девушка была готова сокрушать планеты.

— Мисс Лоусон. — Коротко кивнул собеседник.

— Призрак. — Они каждый раз приветствовали друг друга именно так и всегда Миранда отвечала чуть-чуть с заминкой, чтобы её голос ненароком не выдал беспричинной, по мнению её собеседника, радости.

— Как продвигается ваше мероприятие?

— Идём с пятипроцентным опережением плана. — Чётко отрапортовала девушка. — Адаптация биотических имплантатов азари невозможна для человека, как мы и предполагали изначально, но на их основе мои коллеги из «Синтетик Инсайдс» уже представили прототип, превосходящий L2 Альянса.

— Другого от вас и не ожидал, мисс Лоусон. — Изобразил улыбку голографический силуэт. — Вам требуется какая-либо помощь?

— Нет. Финансирование получаю в полном объёме, службы безопасности Новерии не докучают, проблем личного характера сотрудники не доставляют.

— С вашей-то внешностью и не доставляют? — Не удержался от шпильки Призрак.

Миранда искривила губы в презрительной ухмылке, хотя душа воспарила до небес. Как же, ей сделал комплимент Сам Призрак! Однако эта маленькая похвала не вскружила ей голову больше чем она сама себе позволила.

— С моей-то репутацией, — Хмыкнула она в ответ нарочито безразлично. — не доставляют.

— Хорошо. Но для вас есть ещё одно небольшое задание. Сбор данных.

— Стоит ли мне отвлекаться? — Выгнула она бровь. В своё время она чётко усвоила железное правило Призрака: Один агент — одно задание. И на этом самом задании этот самый агент обязан был сфокусироваться полностью и без остатка.

— Я не считаю, что вы должны делать это сами, однако у меня на сегодня нет более компетентного человека в Терминусе. Поэтому решение принимать вам.

— Поняла. — Уни-инструмент пискнул, предупреждая девушку о входящем сообщении. — Расскажете вкратце?

— Разумеется. — Призрак извлёк из кармана портсигар, достал сигарету и закурил. — Нужно проанализировать на предмет вербовки одного странного человека на Омеге. Мальчик тринадцати лет, имеет небольшой бизнес по ремонту комплектующих звездолётов.

— Мальчик, — Скептически изогнула бровь Миранда, найдя в полученных данных фото. С него на неё смотрел симпатичный молодой человек, что называется, призывного возраста. — Тринадцать лет?

— Здесь нет никакой ошибки. — Развеял её скепсис командир. — Он живет на Омеге с восьми лет, после какой-то мутной истории с пиратами, с девяти полностью обеспечивает себя сам. Недавно закончил школу дистанционно и досрочно. Подал документы на поступление в Иллиумский технический университет.

— Хм, почему же не на Земле?

— Это, в числе прочего, вам и предстоит выяснить. — Затянулся сигаретой мужчина. — Хотя, как по мне, в его окружении слишком много азари.

— Забавно.

— Не очень. Я не понял, как пацан этого добился, но он вхож в личные покои Арии.

— Игрушка? — Выдвинула версию Лоусон. — Я читала её досье. Время от времени в её компании задерживаются интересные личности.

— Вряд ли. — Снова затяжка. — Скорее долгосрочное вложение. Прямо сейчас его тренирует парочка турианцев, тех самых, из Чёрной Стражи.

— У Арии Чёрная стража на побегушках?!

— Насчёт этого нам неизвестно практически ничего. Знаю только, что у иерархии с ней какое-то соглашение, а Стража выступает гарантом его соблюдения.

— Х-хорошо. Думаю, я сумею собрать о нём более полное досье и прикину пути подхода.

— Я в вас не сомневаюсь. — Ухмыльнулся Призрак. — Миранда?

— Да?

— С раннего детства один, неглуп, скрытен, полностью самодостаточен. Никого не напоминает? — И увидев на лице девушки именно то выражение удивления, которое хотел с самого начала, отключил связь.

Глава 15 Змеи! Змеи кругом! Будь им пусто!...

«Надоело-надоело-надоело!!!» Думал я сквозь душераздирающую тошноту и ломоту в висках. Пятнадцать лет дураку, а похищают, как маленького. А точно похитили? Ревизия! Мягкое освещение, здоровенная операционная лампа на высоте примерно метра надо мной, слава провидению, пока выключенная. Сам же я лежу под углом где-то тридцать градусов над полом, надёжно зафиксированный на операционном столе усиленными ремнями.

Если попробовать найти положительные моменты, то большим плюсом можно обозначить отсутствие в комнате стойки с медицинским оборудованием. То есть в небольшой комнате без окон с единственной дверью был только стол, лампа и я.

Осмотр окружающего мира был не слишком информативен. Оглядим себя. Комбинезон легкий защитный не повреждён, рукава не закатаны, следы крови на видимой части тушки отсутствуют. Чем же меня приложили? А вот тут провал. В смысле, в памяти провал. Самого момента похищения я не помню категорически, да и беды ничто не предвещало. Вывод? Либо тщательно спланированная акция, либо предательство. «И того и другого! И можно без хлеба!» Взорвался в голове новой вспышкой боли рёв глупого медведя из прошлой жизни.

— У-у-у-х. — Простонал я не выдержав. Возможно ли, что это реакция на мои сценарии? А почему нет? Я конечно, хорошо за собой подмёл, вся галактическая общественность думает, что сюжеты клепает молодая и очень эксцентричная затворница-азари, некая Тиера Л’Гая, о которой и известно только то, что слухи. А то, что я раз съездил под этим именем домой — ничего не значит. Бюрократическая машина Совета надёжно хранит инкогнито несовершеннолетних даже в системах Термина. Плюс то, что документы выправлялись через Арию и через неё же год назад и была создана фиктивная личность, давало кое-какую гарантию.

И да, самой ей меня предавать не выгодно. Один только «Пятнадцатилетний матриарх» принес лично ей сто миллионов «честной десятины». А на подходе было ещё две премьеры «от создателей культового фильма», о чём она была уведомлена.

А вот то, чего она сто процентов знать не могла, ибо не такой сильный бюрократ, каким пытается казаться. Совет матриархов всё-таки предпринял ответные меры на фильм, когда число его фанаток среди дев азари достигло определенного порога и на «Иллиум Интертеимент» наконец-таки наехали. Продюсеров не спасли ни налоги ни откаты, отчисляемые планете. Активы студии арестовали, дольщикам припомнили все налоги, которые они не уплатили и наложили многократные штрафы.

Попытались надавить и на самого режиссера. Но тут-то и выяснилось, что у «чуткой творческой натуры» это далеко не первое родео. Денег на его счетах не нашли, как, впрочем, и у всей его команды. На сотрудничество салар идти отказался наотрез, а очередные угрозы запретить съемки встретил иском в суд на Совет матриархов и свалил в Траверс, снимать уже под собственным брендом, заявив, что не может тратить свою драгоценную и весьма короткую жизнь на толпу старух и их претензии. Кстати, права на фильмы до реализации принадлежат исключительно режиссеру. Так что все наработки и материалы Долин тоже прихватил с собой.

Кончилось всё тем, что адвокаты волусы спустили всё судопроизводство на тормозах, приговорив кинокомпанию выплатить крупный штраф в счёт планеты и официальными извинениями перед народом азари и всё. Фактически да, они победили, ага, утроив популярность фильма и режиссера. Ха-ха. Побеждайте нас так всегда!

Итогом вышеупомянутых тёрок стало то, что «Тучанка» и «Тишина» будут последними фильмами в составе киностудии Иллиума, после премьер которых Долин, собрав все сливки, уйдёт на вольные хлеба поближе к Сур’Кешу, где первыми зрителями будут куда более толерантные саларианцы. А что? Теперь у нашего с ним дуэта есть имя в большом кино и вот пусть оно и поработает на нас!

Ну это дела бизнеса, за которыми я наблюдал «постольку-поскольку», ибо своих проблем за этот год у меня тоже было предостаточно. В основном тренировки, борьба с совсем ошалевшим гормональным фоном здорового мужского организма и поисками наставника. И если проблему гормонов, разжигаемую постоянными тренировками с Лизелль и Нариссой, которой тоже резко вдруг захотелось научиться САМБО, я решил просто, посещениями местного борделя (потому как на высокие чувства я себе в графике места не оставил и, если кому интересно, никакого сверх удовольствия от исполнения естественной надобности я не испытывал, лишь облегчение. Чистая механика, так сказать, чтобы прогнать в край одолевшие сны. Про Саманту, про Лизелль, про Нариссу и даже про Арию. Ух, что последняя творила… М… да). То с наставником выходила уже явная беда. Убийц, отвечающих моим критериям и желающих обучать, вообще не находилось, как и воров. Даже за мои деньги. А то что могли дать мне Григ с Солом, они уже дали, в спарринге я держусь против них уже десять минут, валяю обоих по очереди, не как кукол, но достаточно часто, а вот вывести из строя не получается, ибо не оборудовано моё тело боевыми имплантатами, как у большинства разумных подобной профессии.

Вот и сейчас я попался из-за нехватки профильного образования, потому что скорее всего меня, чтобы приволочь и приковать, траванули каким-нибудь газом, а привычки таскать с собой хотя бы гражданский анализатор у меня нет. И вообще, хорош дурью маяться! Пора озаботиться скафандром для себя, хотя бы временным, и начать к нему привыкать.

На этих мыслях мозг, отягощённый отравлением, перешёл в состояние не очень здорового сна, а вот пробуждение, резкое, рваное от сигнала двери, как от будильника было и того гаже. Ну что ж, теперь я знаю, с каким звуком входит нож в спину. Поднятая створка гермодвери открыла моему взору кварианца.

***

Голо’Мекк Ваз Юзила пришёл устраиваться ко мне в мастерскую где-то полгода назад, умный взрослый самостоятельный, сразу подписал предоставленный мной контракт. Работал на совесть, приносил, как мне, так и себе, неплохие кредиты. Но на личный контакт шёл не охотно, да и я не настаивал. И вообще, был он какой-то… нелюдимый. Если сравнивать, Раал со своими комплексами и плохими попытками не сказать вовремя глупость был не просто приятен в общении, но и в чём-то даже милым. Этот же закутался в свои несовершенства, как ёжик в иголки, и норовил уколоть всякого, кто попытается посягнуть на его личное пространство.

В общем, я к нему со своей дружбой не лез, он ко мне тоже, общение у нас всегда протекало в нейтральном ключе и выражалось в запросе о покупке тех или иных комплектующих, приветствиях, реже, лёгкой мимолётной шуткой, этим и ограничивалось.

Кварианец сразу наложил лапу на спальный модуль Раал’Тара и тщательно стерилизовал его, прежде чем перебраться в мастерскую окончательно. Тем не менее и затворником я его назвать не мог. Он довольно часто уходил по своим делам и разговаривал с кем-то по уни-инструменту.

Фактически именно от этого субъекта я ждал проблем в последнюю очередь.

— Мекк? — Осознание предательства усвоилось мозгом далеко не сразу.

— Надо же, узнал. — Проскрипел ксенос в какой-то наслышанной мной ранее презрительно-насмешливой манере. — А я-то думал, что мы для вас все на один скафандр.

— Это так. — От обиды я злился, а когда я злюсь и бессилен, то начинаю нести чушь, — Просто сейчас на Омеге я знаю только один говорящий гондон.

— Плохая собака, — Выдал он спустя пол минуты, — За это останешься без обеда.

С этими словами он разбил об пол довольно вкусно пахнущий пищевой горячий рацион. Запах разлетелся по комнатушке и ворвался в ноздри, скрутив желудок узлом. Хм, это ж сколько я здесь провалялся в отключке? Судя по ощущениям — суток двое.

— Странно, — Посмотрел на меня Голо, — наблюдая за тобой я пришёл к выводу, что ты захочешь выяснить мои мотивы. Я хорошо подготовился к этому мероприятию, даже выучил специально вашу мимику. Так что совершенно отчётливо увидел твоё удивление. Но оскорбления? Ха, я думал, у тебя есть хоть какое-то воспитание.

— Я рос без родителей, мудак. Откуда манеры? — Совокупность раздражающих факторов никак не давала мне успокоиться. ОН был рядом со мной ПОЛГОДА, он знает обо мне практически всё. Змея, которую у себя на шее я пригрел сам. И вот сейчас этот дегенерат смотрит на меня как на идиота, коим я по факту теперь и являюсь! Этот тип меня им выставил и глумится надо мной по праву победителя! Чёрт, обидно-то как! Нужно успокоиться. А то не дай бог моя подростковая натура не выдержит, и я разревусь от обиды! Так! Вдох-выдох! Выдавливаю из себя порцию гнева через словесный яд. — А по поводу любопытства, сам всё расскажешь, как миленький. Ты полгода вынашивал этот план в себе, вон, аж через скафандр распирает, как охота выговориться.

В ответ на это кварианец сцепил свои трёхпалые руки в замок и склонил голову набок.

— И то верно, распирает. — Хмыкнул он. — В конце концов не каждый день удается провернуть подобную операцию столь чисто и совершенно безнаказанно. Поговорим позже.

С этими словами он ушёл, а я остался один на один с бешено колотящимся сердцем. Вот так-то. А думал, что самый умный. Попаданец опа-на в рот! Кто ж его надоумил-то? Хм, кварианский наёмный убийца. Даже звучит как-то по-идиотски. Хотя в этом деле главное результат. Так что всё может быть, но мне кажется, что для наёмника он слишком много болтает.

***

Передатчик дальней связи пиликнул раз, ещё раз и ещё. Наконец-то заспанная азари проснулась и подняла на терминал взгляд. Проклятия на голову разбудившего тут же забылись на стадии сочинения, дева, не думая больше ни минуты хлопнула ладонью по сенсору, подтверждая вызов.

Над проектором тут же всплыло до боли знакомое забрало.

— Рад тебя видеть, Нарисса! Наконец-то мы в секторе, где работает связь! — Выпалил Раал.

— Я тоже рада. — Сонно улыбнулась азари. — Не часто же ты балуешь меня общением.

— Поверь мне, я скучал. — Уверил её парень, — Так хотел услышать твой голос, что вышел на связь с тобой даже раньше, чем с командованием. В нормальных условиях я бы уже огрёб за это от командира группы.

— Я тоже хочу услышать твой голос, когда ты без маски. — Мурлыкнула дева, потом до неё что-то дошло. — Стой-стой-стой! Ты там что? Не один?

— Нет, — Плечи Раала поникли. — Нас пятнадцать. Полная исследовательская группа. Сейчас идём на флот.

— Тогда, может, стоит отдать передатчик командиру, или учёным. — Хмыкнула Нарисса. Потом добавила в голос немножечко страсти, играя на публику. — А то слушают тут наши интимности и завидуют.

— Им больше не нужно. — Кварианец загрустил ещё сильнее. — Пусть послушают хоть что-то хорошее.

— Раал. — Насторожилась ещё больше подруга. — Ты меня пугаешь. Ты ранен?

— Да. — Коротко ответил парень. — Словил несколько пуль. Легко отделался.

— О, Богиня! — Остатки сна слетели с девушки моментально. — Тебя осмотрел медик?

— Нет. Говорю же легко отделался. Благодаря тебе. И Лео. — Парень посмотрел на что-то видимое только ему. — Благодаря тренировкам и тебе моё здоровье гораздо крепче, чем у многих моих соотечественников. Нари, пожалуйста, продолжай говорить. Когда я рассказал о тебе ребятам, они хотели услышать твой голос.

— Раал. — Повысила голос азари. — Где твоя группа?!

— Они здесь, рядом. — Кварианец тяжело вздохнул. — В мешках. Все пятнадцать отличных парней и девчонок в мешках! Сам их грузил! И… Они говорят со мной, когда я пытаюсь спать.

— Богиня!!! — Взвизгнула Нарисса. — Раал, только не отключайся! Когда ты прибудешь на флот?!

— Через шесть стандартных часов.

— Что произошло?

— Мы исследовали руины в системах близ Вуали Персея, — Кварианец сглотнул ком в горле. — Достаточно далеко от территории гетов, безопасное задание. Но они всё равно напали, завалили трёх праймов, Кила знает сколько пехоты и ракетчиков, но… Нас осталось трое. Потом я… Просто смотрел, как Тилку и Калика съедает зараза. Смотрел и не мог помочь, потому что ни одна из этих долбанных инъекций не помогала!!! А мне хоть бы хны!! Просто лёгкий жар!

Вдруг Раал’Тар встряхнулся и совершенно другим, спокойным тоном спросил.

— Нари, ты не знаешь, что с Лео? Не смог до него дозвониться.

На секунду азари охватила ревность. Всё-таки сначала он набрал номер друга. Она уже было собралась высказать ему «малую претензию честной девушки», как вспомнила про заморочки с полом. И про смысл понятия «мужская солидарность». Тон вовремя сбавить получилось, но не сильно. Ибо слово ревнивой фурии куда быстрее мысли.

— Твой Лео уже три дня пропускает мои тренировки. — Мстительно пожаловалась она. — Пропал вместе со своим новым другом, Мекком и…

— Мекк?! — Перебил её Раал. — Кила! Всё очень плохо!

— Ты его знаешь?

— Каждый кварианец знает имя Голо’Мекк вас Нидас. Несмотря на то, что его имя было стёрто из всех корабельных реестров. Предостережения остались. Он предал наш народ, попытавшись продать тела «чистых» кварианцев Коллекционерам. Мы потеряли след этого бош’тета несколько лет назад, а он, оказывается на Омеге?!

— Да, — Разом сникла Нари, — Последние полгода жил в твоей ячейке в мастерской.

Непереводимая игра слов на кварианском, которую почти трёхсотлетняя азари, прошедшая десант, услышала впервые. Однако, эта новость сильно изменила кварианца. Потухшие, было, глаза на затененном шлеме полыхнули яростью. Он понимал, что не сможет на таком расстоянии быть полезен другу, но в его силах было поднять бучу и обрисовать ситуацию, что он и сделал.

— Нари, ради меня, прошу, найди их. — Взмолился Раал. — Я больше, чем уверен, Лео в беде и, если ему не помочь, случится страшное. Прошу. Попроси турианцев, они тоже привязались к парню, дойди до Арии, для неё он источник доходов. Прошу. — Парень проглотил очередной ком. — Я больше не хочу терять друзей.

— Обещаю. — Ответила азари не колеблясь. — Сделаю, как ты сказал.

— Спасибо, любимая. Раал’Тар конец связи. — А Нарисса, протерев глаза, набрала на терминале номер Лизелль. Ибо не хрен спать, когда друзья в опасности.

***

В следующий раз Голо пришёл через… Да бог его разберёт, через сколько он пришёл. Знаю только, что успел выспаться и чертовски хотел пить. На этот раз руки у него были пусты, походка его была ровная и вальяжная. Значит, он всё ещё наслаждался ролью победителя. Ну, в принципе, я ещё не придумал способа вырваться из захватов, моё тело сильно затекло, а глотку драло от сильнейшей жажды. Радует, что в туалет не хотелось. Так что ладно. Два ноль — он ведёт.

— Думаю, я почти созрел для конструктивного диалога.

— О! Гордый человек решил просить пощады. — Возликовал мой тюремщик.

— Не совсем. Просто, хочу пояснить, что человек в условиях пониженной влажности и сильного ветра умирает от жажды примерно через трое стандартных суток. В условиях умеренной влажности срок агонии может продлиться до пяти. На последней стадии не исключено повреждение рассудка. — Старательно выводил я шёпотом. — Уверен, что твоим нанимателям нужен такой товар?

— Так ты обо мне сейчас заботишься? — Умилился урод. — Как мило.

— В том числе. — Кивнул я. — Ну а после того, как попью, мне действительно будет интересно кто обрушил столь серьезную проблему на мою голову.

— Ха. — Мекк, даже хлопнул в ладоши от моего такого податливого поведения. Тем не менее, он снял с пояса бутыль с водой размером где-то триста миллилитров и напоил меня. Странная штука жажда. Влёт прошли только первые три больших глотка. Потом жидкость вдруг перестала сластить на языке, и я всё же вспомнил, что не ходил в туалет столько же сколько и не пил, поэтому резко остановился. Кварианец убрал бутыль и отошёл на пару шагов.

— Уф. Ну а теперь рассказывай. — Благосклонно кивнул я ему.

— Чего? — Опешил Голо.

— Как докатился до жизни такой. — Ядовито улыбнулся я. — Разрешаю.

Глава 16 Псих - птица гордая...

В тот раз мы так и не поговорили. Мой похититель долго смотрел на меня выпученными глазами, а затем резко покинул импровизированное узилище.

Два — один, ублюдок. Однако, что делать дальше? Мои маленькие шпилечки в адрес сей тонкой душевной натуры много пользы пока не приносят, конечно, это ни в коем случае не значит, что я перестану его троллить. Хотя, выведать у него, для каких целей меня спёрли теперь моя первоочередная задача.

Погруженный в тяжелые мысли я делал единственное, что мог в данный момент, гимнастику, напрягая по очереди то одни мышцы, то другие и пытаясь хоть немного сменить положение тела в тугих путах. О… я уже ненавидел все фиксирующие приспособления в мире! Для тела, привыкшего к жизни в режиме non stop, это была тяжелейшая пытка. Чёрт! Вот сейчас меня поймут даже диванные увальни, которые-таки время от времени да переворачиваются на другой бок!

Со злости я дёрнулся изо всех сил. Ожидаемо, ничего не произошло. Пластиковые путы были действительно крепкими и достаточно эластичными, но их крепления... Не знаю точно, может, мне и показалось, но в районе правой руки я услышал, как натужно скрипнул металл. Что ж, одна только надежда, что это не глюк повысила мой боевой дух до вполне приемлемого уровня.

Дёрнулся ещё — На этот раз ничего не услышал, но левая рука ощутила чуть больше свободы. Совсем чуть-чуть! Или опять показалось? Не важно! Вода камень точит, а меня удерживает отнюдь не монолитный булыжник. Я вырвусь!

В следующий раз кварианец пришёл через достаточно долгий промежуток времени и исключительно по делу. Молча скормил мне энергетический батончик, позволил сделать два глотка воды и ушёл. Мне лишь оставалось мило поблагодарить его в спину и продолжить своё чёрное дело.

Рывок! Отдышаться.

Мне ни разу не показалось. Крепления поддаются. Спустя восемьдесят два резких рывка я уже мог вздохнуть полной грудью, а между запястьями и наручниками был зазор в пару миллиметров на левой и чуть-чуть побольше на правой.

Рывок! Отдышаться.

Загрузив тело нехитрой и монотонной работой, я погрузился в уже не столь мрачные размышления. И первой моей мыслью стала «до чего же живучая тварь — человек». И действительно. Цитадель ещё не осознала, кто вышел с ней на контакт тридцать лет назад. Нам ведь что нужно, чтобы мозги заработали? Приставить к стенке, навести ствол и объявить, что через минуту тебя пристрелят. А потом появляется надежда. Дикая, безумная, она как Шумахер переключает в твоём мозгу передачу, и ты действуешь. Я сейчас — это не самое плохое тому подтверждение. Только недавно бился в истерике, а уже сейчас что-то да творю. Притом напрягаюсь для этого, как никогда в жизни.

Рывок! Отдышаться.

К слову, этот стол ведь по идее должен и не таких как я выдерживать. Притом, видя, как Голо’Мекк работает в моей мастерской я почти уверен, что перед использованием аппарата, он его как следует подкрутил и проверил.

Рывок! Отдышаться.

И тем не менее, конструкция не выдерживает. Возникает хороший такой вопросец: Это ж сколько во мне на самом деле дури? Нет, я всё понимаю, семь лет упорной работы — это много, но у меня ни разу не было действительно серьёзной причины себя испытать. Решено, выберусь отсюда и буду проводить полевые испытания. Так и будет, но первым пунктом плана стоит «выберусь»!

Рывок! Отдышаться.

Через какое-то время, наверное, под вечер Голо пришёл снова. Повезло, как раз устроил себе длинную передышку и успел отдохнуть. Равнодушно оглядев мою наглую физиономию, он дал мне два глотка воды и скормил батончик.

— Наверное непривычно, так долго без движения. — Да ты что? Сочувствие проявить решил? Ну ладно, подыграем.

— Я сейчас должен поверить, что тебе меня жаль?

— А почему нет? Ты не думай, что я делаю это со зла. — Принялся оправдываться мой тюремщик. — Действительно жаль, что приходится идти к великой цели такими средствами, но иного пути нет.

— Это что же за великие и вне всякого сомнения благие цели толкают тебя на похищения. — Сейчас я решил сыграть Шепарда — парагона. Почему-то мне кажется, что он даже в таком положении попытался бы понять своего врага.

— Спасение моего народа! — Ну кто-бы сомневался! Сейчас у него пафос шлем изнутри разорвёт. Он даже в позу встал: грудь вперед, левая нога назад, плечи расправил. Ага, знаем таких, историю читали. От этого зрелища я не удержался и громко фыркнул.

— Я-то тут причём? На мне даже лекарства ваши тестировать нельзя. — Расстроил я его. — И вообще, с чего ты решил, что я такой ценный.

— Не будь ты ценным, «Цербер» не обратил бы на тебя своё внимание.

— Что-что? — Не, я конечно, конечно, помню из канона, что трёхголовые вербовали информаторов среди ксеносов, таких как волус-посол, но он хотя бы был послом! На кой им кварик? — Что ещё за «Цербер»?

Дальше было «бла-бла-бла» о том, что это дофига секретная про-человеческая террористическая организация, которую никто не любит, потому что они, такие нехорошие, ненавидят инопланетян, ставят чудовищные эксперименты на всех, кто попал к ним в мохнатые лапы, и вообще, мерзавцы, взрывают корабли мигрирующего флота.

— Стой-стой-стой! — Прервал я дорвавшегося до долгожданной исповеди психа. Нужно скорректировать траекторию его словесного поноса. — Тебя-то как к ним занесло? Ты же сам кварианец, как к этому отнесутся на флоте, если узнают?

— Эти тупые бош’теты… — Вскинулся скафандрик, но как-то быстро сник. — Когда у тебя отнимают всё, что тебе дорого, хватаешься за любую соломинку, пусть даже её и тянет тебе враг.

— Тебя лишили всего? — Надавил я на больную мозоль.

— ДА!!! — Сорвался на крик похититель. — Всего! Имущества! Места! Даже имени!

Я присвистнул. Это грозило отцу Тали’Зоры за то, что активировал гетов на «Аларее», и всё равно, когда я играл в «Массу», это воспринималось мной… не так лично. Но вот когда Раал’Тар повторил мне слова кварианки глядя в глаза, на, казалось бы, безобидную шутку, моё отношение к подобному наказанию сильно изменилось. Как бы объяснить. Вот у человека есть страна, город, семья, а тут всё вместе разом безо всяких переходов объединено одним словом: флот. Флот — это семья, друзья, цель и смысл существования. А тут тебе эта же цель говорит, что ты не нужен. Ты лишний, нежелательный элемент, или хуже — враг. От такого и вправду можно слететь с катушек.

— Они назвали меня «вас Нидас» за то, что я пошёл дальше других и был в шаге от цели! Но меня не поняли! Выбросили как глупого детёныша варрена, как вы любите говорить с глаз долой из сердца вон! И вот я здесь выполняю задание своих врагов! — Наконец-то он выдохся! Не знаю, что он там натворил, но сделал бы то же самое за одну лишь подобную тираду!

— Всё это конечно чрезвычайно интересно, но скажи уже наконец, что за задание-то такое?!

— Сбор информации о некоем ненормально шустром человеке. — Выдавил из себя ксенос. — Наблюдение с целью определения возможности вербовки.

— Как-то не вяжется с похищением.

Здесь кварианец отреагировал как-то странно. Снова приосанился, набрал в грудь побольше воздуха и тихо выдал.

— А вот на этом пункте плана наши с «Цербером» интересы расходятся.

— Да неужели?

— Именно. Я изучал людей. Пятнадцатилетние дети не выглядят, как взрослые сформированные особи, не заканчивают начальное образование в тринадцать и не владеют бизнесом там, где их сожрут живьем буквально.

— Я сплю с дочкой местного босса, за это мне многое прощают.

— Дочки боссов не работают в борделе Арии.

— Уверен? Это хорошее заведение.

— Перестань паясничать!! — Два-два, ублюдок. Теперь можно и заткнуться, тем более что про Лизелль я и впрямь приврал. Но мне довольно часто приходится с ней обжиматься. Через день, каждую тренировку. — Последним, что меня убедило в необходимости подобного была твоя мед карта.

— Да что ж вас там всех в ней так манит-то. Это вообще-то закрытая информация! — Выдал я своё мнение в тонированное забрало. По нему оно и сползло куда-то на пол, а я сделал зарубку поговорить по душам с местными коновалами.

— Она притягательна своей чистотой.

— Неужели. Ну, я много над этим работал, пока один козёл не сбил мне режим на… трое суток, да?

— Именно. Так вот. Имея на руках такое тело, несомненно редчайший из образцов я смогу завершить свой замысел и вернуться на флот с почётом! И вот тогда эти несчастные тупицы осознают, что я был прав, но будет поздно! Я буду героем Мигрирующей Флотилии!

— Точно псих. — Устало вздохнул. — Ты уж определись, чего ты хочешь от своих обидчиков-то? В дерьмо их макнуть или, чтобы они тебя на руках носили?

— Что? — Кажется, я сбил его с мысли. Сомневаюсь, что Голо меня сейчас вообще услышал.

— По фигу. — Мотнул головой, как бы меняя тему. — За меня-то ты чего хочешь выручить? Перспектив, которые ты себе обрисовал добиваются не деньгами.

— Иммунитет для нашего народа. — выдал Голо. — Только это. Я уже связался со своими старыми партнерами, они обещали прибыть со дня на день.

— И кто же это?

— Те, кто действительно способны оценить качество и дать реальную цену. Коллекционеры, слыхал о таких?

***

На верхних уровнях Омеги тем временем.

— Элис, ты закончила?

— Григ, не мешай.

— Как можно так долго возиться со взломом маленького устройства?! — Взревел турианец.

— Можно! — Последовал не менее громкий и решительный ответ. — Особенно, когда каждые две минуты меня достаёшь ты, каждые пять его психованные ученицы, а каждые пятнадцать — Ария! И всем, мать вашу, нужны результаты! А я уже битый час объясняю, что единственное железо, что он в себя вживил была грёбаная тревожная кнопка! Ты знаешь, что это такое? Это изолированный, максимально упрощённый и не определяющийся маяк, работающий только при включении его непосредственно вручную. Военная технология, которая работает именно так, как должна и никак иначе.

— Я…

— Да в нём два диода три контакта! Как я его должна по-твоему ломать?!

— Но ведь что-то же можно сделать. — Белолицый турианец в чёрной броне впервые увидел земную женщину в расстроенных чувствах и, кажется, для себя решил больше не доводить её до подобного состояния никогда.

— Не знаю. Пока что могу только отслеживать частоты, на которых этот передатчик может заработать. Хотя смысла в этом мало. Основной сигнал всё равно придет на уни-инструмент Брэя.

— Шансы лишними не бывают. — Примирительно сказал он.

— На то и уповаю. Григ?

— Да, Элис.

— Когда найдёшь этого поганца, сломай ему ногу.

Через несколько минут после ухода турианца терминал услужливо пискнул. Передатчик начал передавать координаты.

***

Механизмы крепления на правой руке не выдержали спустя четыреста тридцать два рывка и ещё две беседы с Голо’Мекком. Ну а потом оторвать уже двумя руками лямки на левой и на груди было делом техники, впрочем, как и на ногах. Тревожную кнопку я активировал практически сразу и только потом принялся ходить по комнате и разминать онемевшее тело. Взгляда от двери я не отрывал ни на минуту.

Единственное, чем Голо успел отреагировать на вылетевшую из не успевшей полностью открыться двери человеческую торпеду, были широко распахнувшиеся светящиеся глаза под тонированным шлемом. От удара ногой, пойманного тщедушной грудью кварик отлетел к дальней стене коридора по которой и сполз, надсадно хрипя, не имея возможности даже вздохнуть. Я дернул его за ноги и развернул мордой в пол, после чего придавил коленом в спину и стал разоружать. Вот они все прелести стандартизации вооружения! Снял с захватов пистолет и дробовик, и он уже безоружен, стащил с руки браслет уни-инструмента, теперь он ещё и беспомощен, расстегнул пояс с генератором щита, и враг абсолютно беззащитен. А на тех обтяжках, что достойный народ кварианцев гордо величает скафандрами больше и спрятать то нечего. Но на всякий случай по карманам мы его всё-таки похлопаем.

На хирургическом столе я этого гада размещал с особым наслаждением, щедро заливая уни-гелем каждую конечность, благо запасы у него были большие. На вопросы времени не тратил, сейчас у меня были другие цели, а псих пусть в себя приходит. Поговорить возможность будет. Ну всё, объект зафиксирован и никуда не убежит, теперь осталось решить одну маленькую физиологическую проблемку, стоящую надо мной уже пару суток. Не буду докучать вам подробностями, но мне на полном серьёзе показалось, что в туалете мне отпустили грехи.

— А вы оперативно. — На всякий случай поднял я руки в гору, выходя из самого замечательного сортира на Омеге. — Спасибо, что не вломились, я правда ценю вашу тактичность.

Комитет встречающих состоял из двух турианцев, батарианца и двух азари. Все до единого целились в меня из чего-то крупнокалиберного и от чего-то не торопились опускать оружие. Первыми с собой справились турики, их примеру последовали и Лизелль с Нариссой, Брэй боролся с собой дольше всех.

— Придурок. — Фыркнула Нари.

Батарианец молчком отошёл в сторону и принялся докладывать куда следует, что пропажа нашлась, а Сол улыбнулся мне, как родному, положил мне руку на плечо и проникновенно сказал:

— Знаешь, Лео, чтобы исполнить все задумки, просьбы и пожелания, что накопились к тебе за время твоего отсутствия, нам с напарником потребуется часа три непрерывной работы.

— Согласен на всё. — Без каких-либо пререканий ответил ему я. — Но с отсрочкой, а пока, давайте я проведу вам экскурсию в место ставшее мне практически домом.

Глава 17 Недовольных нет. Больше нет.

В узкой комнате с фиксирующим столом, как и в прошлый раз остались только двое.

— Наверное неприятно, когда вот так вот неожиданно меняешься местами со своим пленником, Голо’Мекк вас Нидас. — Кварианец смерил меня своими светящимися глазами, тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Хм, может быть он и не настолько безумен и отдает себе отчет в том, что творит? — В любом случае, я рад, что ты понимаешь глубину фекальной ямы, в которую влетел.

— Очень самокритично. — О да, помнится, я тоже ёрничал, осознав своё бессилие.

— В любом случае, я бы хотел поговорить о твоих мотивах.

— Ты их знаешь.

— Хотел бы уточнить.

— А если скажу, отпустишь?

Я отрицательно покачал головой.

— Нет, ты мёртв и это не обсуждается.

— Тогда чего время тратишь? Хочешь, чтобы я помучился напоследок? Так же, как и ты провел три дня без движения, чтобы потом сам молил тебя о смерти?

Ого, соблазнительно! Но, к сожалению скафандр замкнутого цикла с недельным ресурсом не сможет передать ему всю гамму испытанных мной ощущений. А вообще, к чёрту. Даже думать об этом не хочу.

— Нет. Я хочу получить ответ.

— Какой?!

— Что ты хотел получить от этой сделки.

Мекк уставился на меня как на идиота, тяжело вздохнул и выпалил.

— Лекарство! Я хотел получить лекарство для своего народа, чтобы мы смогли видеть этот грёбаный мир не через забрало, а своими глазами!!

— Чушь.

— Что?!

— Что слышал. — Прошёлся из стороны в сторону, чтобы оформить свою мысль четче. — То, что ты сейчас сказал, это такая голубая мечта всего вашего народа и ты не единственный кварианец, который мне её озвучил. Я же рассказывал тебе о Раал’Таре, помнишь?

— Кварианец, на котором ты наживался до меня. Пф. Конечно помню.

— Он бы тебе сейчас сам шлем вскрыл бы за такие слова. — Меня действительно рассмешило то, что он сейчас сказал. Эдакая последняя попытка доказать всему миру, что он прав и все вокруг засранцы. — Ну да ладно. В общем, Раал мечтает о том же и говорит всегда об этом искренне, не то что ты.

— Тогда какой ответ тебя устроит? — Кварианец попытался скрыть своё смятение за ехидством. Получилось погано.

— Правдивый. — Надавил я в ответ. — Для чего тебе нужно лекарство? Чтобы вернуться во флот, или втоптать в грязь своих обидчиков. Ответь мне честно, умоляю тебя! От этого зависит сейчас нечто большее, нежели чья-то жизнь!

А чего хочу я, добиваясь правды от этого конкретного индивида? Какую роль я сейчас отыгрываю? Нахрена мне сейчас это парагонство или ренегатство?! Сидеть в стороне, готовить эвакуационный флот и попытаться спасти наибольшее число разумных на момент вторжения, вот моя задача и сейчас я на стадии сбора ресурсов. Какого хрена я вообще мерю чужие сапоги?! Хватит! В этой вселенной уже есть один Шепард!

Как-то незаметно для себя я подошёл к стене, ощутил её прохладу своим лбом и тихо-тихо об неё стукнулся. Ещё раз, и ещё. Этого не было в игре. То, что я сейчас задумал не имеет смысла.

— Я…

— Подумай. — Кварианец проглотил реплику и тяжело дышал, собираясь с мыслями целую минуту.

— Я никогда не хотел быть предателем. Но, знать, судьба у меня такая. Кила’Селай, я всего-то хотел найти лекарство для своего народа, любой ценой. И мне пошли навстречу. Надо было всего лишь передать коллекционерам несколько чистых детей, ни разу не выбиравшихся за пределы флота. Трое, Лео! Трое против пятнадцати миллионов! — Голо невесело хмыкнул. — Для меня даже выбора не стояло. Но, видимо, в чём-то я ошибаюсь, раз даже Коллегия Адмиралов, самые разумные, честные и беспристрастные представители нашего народа, выслушав меня, не пожелала воспользоваться этим шансом.

Ага, разумные и честные. Я чуть не фыркнул от такого заявления. Нет, парень, обычно на таких постах не умные и честные, а холодные и расчетливые политиканы, которые боятся перемен и ратуют лишь за собственное тёплое кресло. Даже у вас. Даже в каноне.

— Я ответил на твой вопрос? — Напомнил Мекк о своём существовании.

— Вполне.

— Что дальше?

— Деловое предложение. — Выдал я совсем не то, что хотел. — Ты расскажешь мне всё необходимое, для завершения сделки с коллекционерами.

— Зачем это тебе? Хочешь шантажировать мой народ? Не будет этого.

— Нет. Скорее всего я отдам вакцину кварианцам безвозмездно. Может быть, они даже не узнают, что за этим буду стоять я. Но они узнают о тебе. О том, что ты добился своего, пусть даже такой ценой. Хрен с ним, я даже потребую, чтобы тебя восстановили в правах, хотя бы посмертно.

— Зачем тебе это? — Пленник всё ещё пытался скрыться за завесой скепсиса, но надежда уже жгла его сердце.

— Не твоё дело. — Самому бы знать. — Решайся.

На этот раз кварик задумался надолго, но спустя пять минут всё же смирился.

— Обещай, что лекарство так или иначе попадёт на Мигрирующий Флот.

— Обещаю. А теперь, мне нужен твой связной в «Цербер».

Сломленный кварианец выдал мне целый океан информации по поводу сделки. Место встречи, контакты, пароли. Рассказал обо всех условиях, при которых она должна пройти идеально и прочее-прочее-прочее. Связного своего он мне тоже слил. Им оказался некто Пол Грейсон, сейчас находящийся не на Омеге. Кстати, он скоро должен приехать. Знакомое имечко. Если правильно помню, моей горячо любимой «ученице» Лизелль вскроют горло из-за него. Очередной предатель от трёхголовых.

Потом я его там и оставил. Нужно было срочно провернуть кучу дел, так как до обмена оставалось едва ли три дня, а у меня ни плана, ни разведки.

Омни-клинок с шипением образовался вокруг моей правой руки, им я срезал затвердевший гель с рук Голо.

— Перед собой. — Отдал я ему команду, а когда на его руках сомкнулись виртуальные браслеты освободил и его ноги. — Пойдём. У нас много работы.

— Я думал, ты меня убьёшь.

— Позже, но сейчас ты сделаешь одолжение своей расе.

«ДЕЙСТВИТЕЛЬНО В ТЕЧЕНИЕ ДВАДЦАТИ СЛЕДУЮЩИХ СТАНДАРТНЫХ ЧАСОВ

ОБЪЯВЛЕНИЕ

Требуется для разовой силовой акции до двадцати специалистов военной специальности «снайпер/поддержка».

ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ТРЕБОВАНИЕ:

Маска, скрывающая лицо, собственное вооружение, опыт, отсутствие любопытства.

Оплата оговаривается персонально по заключении контракта.

Место встречи — док Д 21/17. В восемнадцать часов по стандартному времени».

Кварианец, увидев сей венец моей творческой мысли скептически хмыкнул.

— Только так, — Тяжело вздохнул я. — Пользоваться связями — значит оставлять хвосты. Да и не так уж и много этих связей у меня.

— У «Цербера» другая информация.

— Вот уж, кто меня сейчас волнует меньше всего.

***

Сам наём солдат вылился в маленькую отдельную историю, а началась она с того, что, когда я подходил к назначенному месту, оттуда со всех ног драпало большое количество народа. Прямо-таки, как звери от лесного пожара, а вслед им слышались винтовочные выстрелы. Иногда кто-то падал с простреленной конечностью и дальнейший путь проделывал уже ползком.

В самом же доке к моменту моего пришествия организовалась кое-какая тишина, изредка прерываемая фразами, бросаемыми солдатами.

На меня уставились два десятка хмурых разнотипных масок. У каждого за спиной или в руках были винтовки разного качества и состояния, но безо всяких сомнений, требования были соблюдены.

— Спокойно, — Примирительно вскинул я руки. — Я посредник.

— Понятно, что не шпана. — Хриплым голосом хохотнул человек в тактической броне, выкрашенной в цвета «Затмения», но без характерной символики. — Эти твари не ходят в новеньких «скорпионах» и без оружия.

— Именно. А теперь, я хотел бы знать, что здесь произошло. — Да, пришлось ради такого дела прибарахлиться. Так что теперь я щеголял в новенькой тактической броне от «Розенков Материалз» и немного недоумевал, почему не купил её ещё полтора года назад. Шикарная вещь! И удобная.

А произошло здесь следующее. Я-то дурак, рассчитывал, что придут от силы, человек восемь, которые действительно могут называться наёмниками. В принципе, так и случилось бы, если бы это не была Омега. С самого момента подачи объявления в док набилась целая толпа разносторонней швали, которая услышала слово «оплата». Так что наёмники, которые реально прочитали всё объявление, взвесили все «за» и «против» и пришли попытать счастья, быстро скучковались в отдельную группу и к назначенному времени «вымели весь мусор». За что им огромный плюс, не особо при этом зверствовали.

В результате осталось семнадцать разумных, из которых было два батарианца, шесть турианцев, четыре азари, и пять человек.

— Э… Давайте изобразим строй, ребята. Посмотрю вашу экипировку.

На самом деле, она мне и нафиг не далась, просто заставить наёмников, которым ещё даже не заплатил, построиться, это риск словить пулю, а так причина благовидная, «смотр» называется, и мне драть глотку не придется. Ну и игрушки их глянул.

Как и думал, снаряга не дорогая, но ухоженная. Эти ребята и девчата знали куда лучшие времена в своей карьере.

— Значит, моё условие такое — полная анонимность. Мы не должны знать ни лиц ни имён друг друга. Если вы успели познакомиться сегодня или ранее работали вместе, я не хочу этого знать и вам советую забыть. Так что завтра мы все дружно назовем друг другу одноразовые позывные и будем пользоваться только ими. Это первое. По оплате. — Бойцы заметно оживились. — Тридцать тысяч разом, каждому на обезличенной чип-карте непосредственно после операции. Плюс снаряжение. Всем придется одеться единообразно, об этом позаботится заказчик. — Демонстративно стучу в зеркальное забрало своего шлема. — Примерно так. Сейчас мы с вами решим, каким оборудованием будем пользоваться. Вопросы о дате и месте операции запрещены. Слушаю ваше мнение.

— Твоя броня стоит много дороже тридцати тысяч. — Заметил турианец.

— Совершенно верно. — Но вам об этом беспокоиться не стоит. — Сегодня я возьму с вас мерки, а завтра мы уже будем примерять комплекты.

— Ого. — Потянула азари. — Это на кого это нас так снаряжают?

— Об этом вам будет сообщено позднее. И кстати, это последняя возможность передумать. Завтра, надев новую броню, вы заключите контракт, от последствий которого мы и пытаемся вас защитить анонимностью.

— А это не… — Неопределенно повертел пальцем в воздухе человек.

— Думаю, я понял. Это совершенно точно не покушение на интересы или здоровье Арии Т’Лоак. — Новоявленный отряд хором облегчённо выдохнул.

Вот, что значит разговаривать со знатоками своего дела! Мы разошлись спустя каких-то полтора часа при том, что вроде бы пришли к общему знаменателю.

***

— Где же всё это время были мои глаза? — Раздалось из моего коммуникатора ворчание кварианца. — Лео, скажи, за что «Цербер» платил мне деньги?

— Канал закрытый? — Обеспокоенно спросил я ксеноса.

— Конечно. — Уверенно заявил кварик. — Тут только ты и я.

— Не знаю, за что, но определённо, без твоей самодеятельности, платили бы ещё долго.

— Действительно обидно. Но я ни о чём не жалею.

Сейчас мы двигались где-то в глубинах станции в нижних доках, куда обычно прибывали для своих сделок насекомые. Темно, тихо, и можно не бояться напачкать. Этими тоннелями редко пользовались даже ворка, трудящиеся на добыче нулевого элемента. Совершенно дикий сектор. А мы были здесь совершенно одни.

— Ты мне лучше скажи, — Не унимался скафандрик. — Откуда у тебя столько оружия?! Ты ведь за полгода ни у одного прилавка не задержался!

— Эт-то потому, дорогой мой, что у меня уже всё было. Видишь ли, всегда мечтал о собственной маленькой армии.

Откуда у меня оружие? Мне его Долин покупает. У него по накладным это проходит, как реквизит. Умный саларианец не задаёт вопросов, когда от меня приходит тот или иной запрос, а просто его осуществляет. Лишь бы курочка золотые яички несла. В общем, за несколько лет нашего тесного сотрудничества у меня накопилось до полутора сотен единиц боевых скафандров производства Альянса Систем и полный комплект вооружения (крупнокалиберный пистолет, снайперская винтовка, дробовик и штурмовая винтовка) к каждому. Всё новое, ни разу не юзаное, в кейсах и кофрах, купленное в разные периоды времени, но только лучшее.

И всё это добро совершенно легально хранилось в камере хранения Омеги под несерьезную оплату на имя моей дражайшей опекунши. Надеюсь, она узнает о том, как я пользуюсь её добротой после того, как я всё оттуда вывезу.

Так что для конкретно данного дела пришлось купить только сломанную анабиозную камеру. Точнее, сломал её я, но исключительно для пользы дела. В ней сейчас и лежала без скафандра и вооружения моя дражайшая тушка, одетая только в свой обычный комбез и с тряпичной маской на лице.

Ну не хотел я проколоться из-за неправильной наживки! И ещё абы кого не положишь на тридцать килограмм синтетической взрывчатки, которую я взял отыгрывать роль стиральной резинки.

Так мы и двигались к точке невозврата. Он мерным шагом, я, лёжа в относительном комфорте, но с большим сомнением в сердце. Условия обмена были весьма необычны, однако предельно просты и жёстки. Гроб на гроб. В гробу должно быть тело. И только, когда обе стороны убедятся, что тело есть и оно их устраивает, обмен считается завершённым.

— Серьёзно? — Не поверил Голо. — В это выворачивается детская мечта поиграть в солдатиков?

— Абсолютно. Планирую в будущем организовать ЧВК, ну там, охрана важных персон, гарнизонная служба по контракту, может быть даже пара крейсеров для солидности. Ну а начинать надо с чего-то, вот и закупался малыми партиями, но много и часто.

— Кила… На кого я нарвался.

— Хе-хе.

— Отряд «Тессия» на позиции. — Ворвалось в эфир хриплое от нетерпения шипение азари, которая проходила под позывным «Хала». Ей выпало командовать отрядом азари.

— «Палавен» на позиции. — Хадис.

— «Земля» на позиции. — Буч.

Вот ребята прикалываются! Это вам не затёртые до дыр «Альфа-Бета-Браво». Это стильно! А родились названия в споре. Потому как у каждой расы есть свои любимые буквы для обозначения отрядов. И ни одно из них не было лучше, чем у других. Сами поспорили, сами нашли компромисс, сами не передрались. Я в восторге.

— Буч, задание. — Скомандовал я, проверяя, как бойцы усвоили домашнее задание. В седьмой раз. Скучно мне, понимаешь ли в сломанной анабиозной камере лежать.

— Рассредоточиться по сектору, занять позиции максимально удобные для работы снайпера, распределить цели. Огонь начинать одновременно по всем целям. До начала операции соблюдать радиомолчание, сигнал к началу — голосовая команда. Приоритет — сохранность груза.

— Так точно. — Недовольно отозвался я, не найдя к чему придраться.

— Разрешите обратиться. — Раздался вибрирующий голос Хадиса.

— Обращайтесь.

— На брифинге вы объявили, что нам нужно уничтожить конвой коллекционеров и забрать груз.

— Всё верно.

— Что за груз.

— Анабиозная капсула.

— Это мы уяснили. Но мы ведь совершаем сделку. Почему бы не провести её по-белому?

— Это когда пришли, обменялись и разошлись? Без пуль?

— Так точно.

— Неприемлемо, просто потому что в нашей капсуле находится ваш непосредственный наниматель.

В эфире повисло многозначительное молчание. На целую минуту.

— Хидис, конец связи.

Через какое-то время я почувствовал, что мы остановились. Теперь осталось только ждать. Территория изучена, снайпера на позициях так, что просматривается и простреливается абсолютно вся площадка, на которой и будет производиться обмен. Осталось только ждать. Не нервничай, Лео, ты в руках профессионалов, которым ещё не заплатил. Они будут с тебя пылинки сдувать и сделают всё, как надо. Лучше вздохни поглубже и прикрой глаза.

— Бум-бум. — Это Голо подал знак, что жуки приближаются. Я напрягся и весь обратился в слух.

Через пару минут глухих перешептываний, которые просачивались сквозь толстые стенки капсулы, я почувствовал, как автоматика гроба отзывается на сканирование. А ещё через сорок ударов сердца эфир ожил и Голо’Мекк подал сигнал.

— Да, это оно. — Сказал он и одновременно выстрелили все семнадцать «Соколовых», совсем рядом начал гавкать «Мародёр» кварианца. Это что же получается? У них барьеры такие мощные, или у моих снайперов руки из задницы растут?!

— Доклад! — Рявкаю я.

— Противник, десять пеших единиц. — Отозвался Хидис. — После первого залпа в живых остались четверо. Сейчас добиваем. У них просто бешеные барьеры.

Винтовки сделали ещё два залпа и затихли.

— Чисто! — Стали по очереди докладывать все члены команды.

Я отдал приказ через уник, и крышка капсулы отъехала вниз. Тела Коллекционеров оплывали и плавились, уменьшаясь буквально на глазах. Испарения окрасили в зелёный туман весь док. Я кивнул Голо на капсулу коллекционеров и скомандовал отряду отход и активировал таймер детонатора.

***

Голо любовался открытым видом кварианки, застывшей в анабиозе. Буквально, глаз не мог оторвать. И ведь было от чего. Очень бледное лицо, слегка искажённое мутью стекла жучиной капсулы, было слегка резковатым, но красивым, даже по человеческим меркам.

— Пойдём, Голо, — Ткнул я его в плечо. — Сейчас приедут медики с турианской капсулой. Их надо встретить. Они переложат тело в более надёжный носитель.

— Что? — Не понял кварик. — Как это, переложат?

— Ну нам же надо сохранить материал для вашего народа. — При этом слове ведроголовый дёрнулся, как от удара тока.

— Материал. — Повторил он. — Она живая, Лео.

Да уж, новость. Конечно, сомневаться в словах Мекка сейчас смысла не было, но…

— И что? Это, конечно, хорошо, но какое имеет значение?

— Какое? Её будить надо.

О да! Теперь в нём гуманист проснулся! Не ну вот как это? Меня, значит, можно засунуть в камеру и продать, детей можно засунуть и продать, а вот полученный товар надо обязательно воскресить. Мол, посмотри, как мир за четыре века изменился, милочка. Увидела? А теперь ложись, будем из тебя иммунитет извлекать для изучения. Это я Голо и выдал, и даже, кажется, убедил его в своей правоте.

— Что с ней будет дальше? — Спросил он.

— Дальше, я её сохраню до лучших времен, — Развёл руками я, — В конце концов, она вернётся к кварианскому народу, а пока… Она четыреста лет спала, поспит ещё немного.

— Немного — это сколько? — Не унимался скафандрик.

— Лет десять максимум. Не больше.

— Десять лет?! Лео! У меня нет столько времени! — Возопил Мекк.

— Знаю, но это лучшее, что я могу предложить. — Уни-инструмент пискнул. Я развернулся в сторону выхода из ангара. — Пойдём, прибыли медтехники. Надо помочь им с переносом тела.

— Лео, — Позади раздался очень характерный звук активированного дробовика. — У меня нет столько времени.

— Знаю. — Оглянулся я как раз к тому моменту, когда шлем предателя, пробив щиты, разносила тяжёлая пуля из снайперской винтовки. Почти безголовое тело рухнуло на плиты, заливая всё вокруг буро-синей кровью. — Хидис, возвращайся, твой контракт закрыт, бонус получишь, как и оговаривали.

Год две тысячи сто семьдесят пятый. Леонард Гай, пятнадцать лет.

Глава 18 Кратко о рабовладельческом строе.

Лёжа на кушетке в медотсеке Омеги я печально обдумывал своё теперешнее состояние. Что и требовалось, «Цербер» обратил на меня своё внимание. Но лучше бы это случилось раньше. Тогда на станции был хоть какой-то порядок, и можно было отвлечься на полгода-год, и всё равно успеть хотя бы морально подготовиться к Скиллианскому Блицу. Но нет, везение закончилось, начинаем жить, как придётся.

Кстати, на Омеге сейчас творится полный хаос. Ария крутится, как танцовщица на шесте, пытаясь приструнить то тех, то этих. Пока успешно, но количество стволов на квадратный метр станции увеличивается с каждым днём, и далеко не до всех горячих голов доходит информация, что нельзя махать дробовиком перед носом у охраны в тёмно-красной броне. Увеличилось количество стычек разных группировок, разгромили несколько частных баров на нижних уровнях рынка.

Какой-то кроган затеял стрельбу в самой «Загробной жизни», подстрелил насмерть своего обидчика-турианца и несколько случайных разумных. Работа клуба тогда встала на пол часа, а потом снова запустили народ, чтобы те полюбовались на то, чем заканчиваются такие анекдоты. С ящера содрали кожу, пробили два сердца стальными кольями, а третье, недоразвитое, оставили. При условии бешеной, но все равно не справляющейся регенерации и постоянной кровопотери он умирал часа четыре. Картина в совокупности состоящая из куска мяса, вьющихся вокруг него синих танцовщиц и плаката над подиумом «ВЫ МЕНЯ ПОНЯЛИ?», была усвоена и оценена всеми. Так что порядок временно возобновился.

За всё это можно сказать одно большое спасибо Батарианской Гегемонии, которая загодя начала подготовку к военной операции, рекрутируя сброд отовсюду, откуда только могла. Я же укрепился в своих переживаниях, канону быть. И Блиц будет.

— М-мистер Гай, — Вытянул меня из пучины размышлений осторожный и сильно взволнованный голос местного эскулапа. — М-мы закончили. В-вот ваша обновлённая м-медицинская карта.

— А копии? — Подозрительно спросил я.

— Н-нет! — Взвизгнул салар. — Не делал копий! Всё в единственном экземпляре, пожалуйста, не нужно больше бить! И громить.

Ну не простил я им торговлю моими данными, не простил! Пусть спасибо скажут, что живые остались. А вообще, не думал, что дойдёт до рукоприкладства. Просто пришёл в мед-центр и спросил, кто, когда и как купил у них сведения, на что был послан доктором, чья уверенность была подкреплена двумя охранниками-батарианцами. Более у меня душевных переживаний не возникло. Хе-хе, саларианец с подбитым глазом, это довольно забавное зрелище.

Корабль я себе всё-таки купил. Двадцатилетний сторожевой крейсер Альянса, который списали, как устаревший, обрёл нового хозяина в лице одного из сподвижников всё того же Долина Хитаси. Что бы я делал без этого проныры?! Сейчас корабль стоял в доках на марсианских верфях на капитальном ремонте и переоборудовании. Ему заменят масс-ядро и обновят систему жизнеобеспечения и спасения, а уже оттуда, месяца через два, крейсер пойдёт на Новерию, где его прокачают ещё раз, но уже теми игрушками, которые вообще не деньгами достаются, а ОЧЕНЬ БОЛЬШИМИ ДЕНЬГАМИ в нужные карманы. Потом где-нибудь на пути обратно в Местное скопление, на него нападут пираты и благополучно уничтожат. Пресса поднимет шум, общественность поржёт над незадачливым миллионером, который потеряет около ста пятидесяти миллионов кредитов, да и забудет. А у меня появится корабль-призрак. Так и назову его, «Летучим Голландцем».

Это если брать положение в целом. Мои же дела за предыдущий год только улучшились. Мои с Долином доходы от НАШЕЙ же совместной студии давно исчислялись даже не миллиардами. Галактическое сообщество восторгалось красотой и романтикой глубокого космоса снова, восхищалось духом турианского экипажа единственного в галактике корабля-первопроходца со странным названием «Наутилус», не использующего ретрансляторы. Разумные поражались величественным гигантизмом руин Тучанки, а кроган, погибший, защищая семью археологов (мать азари, отец салар и дочка) от стаи ворка одним только молотом, стал чуть ли не символом самопожертвования, а «Иллиум Интертеимент» тем временем выпустила «Бласто»…

Ко мне в гости приезжал Раал’Тар, звавшийся теперь вас Такаса. Надо сказать, вид он имел весьма пришибленный, рассказал свою историю, какую мог, и долго-долго извинялся за своего грешного соплеменника, за то, что все еще не сделал мне скафандр, за то, что кварианцы изобрели гетов, и вообще он такой нехороший не достоин столь звездатого друга, как я. Вот только у меня в тот момент перед глазами стояла капсула с кварианкой, про которую рассказывать я не стал даже ему. В общем, парня опять понесло, а я смалодушничал и сплавил его к подруге, может, хоть она ему мозги вправит. Вправила, уже на следующее утро с другом можно было нормально разговаривать и даже провести совместную тренировку. О боги, как нам обоим этого не хватало! Вот уж действительно, важно вовремя почувствовать локоть.

Потом были совместные просмотры фильмов по моим сценариям. Специально не смотрел их, ждал, когда снова соберётся наша компания. В этот раз, кстати, всё прошло чинно и благородно. Азари не напились, а мне не пришлось стричься налысо снова. Но всё равно, у ксеносов прикольная реакция на мотивирующие фильмы. Шутки ради предложил заценить «Спектра-ханара», в ответ был осмеян и взят под честное слово так больше не шутить.

А когда долгожданный гость уехал, передо мной вновь встали насущные проблемы.

***

Вскоре после «случайной детонации партии контейнеров с нулевым элементом на нижних уровнях», (Хм, не помню, входил ли он действительно в состав той гремучей смеси, на которой я изволил возлежать во время боевых действий) произошёл случай, который охарактеризовать лично мне сложно, но срочный вызов на ковёр Арии ничего хорошего не предвещал.

К моему удивлению обсуждать она решила не взрыв, а, видимо, какой-то косяк с её стороны. Всё-таки она серьезный «бизнес вумен» и за базар привыкла отвечать. Даже несмотря на то, что ей куда более по душе сдирать шкуры с буйных кроганов. Кстати о том случае, семьи погибших случайно, получили компенсации.

Ну так вот, сидим мы, значит, напротив друг друга, она вертит в руке подаренный мной фужер, в котором переливается противная цветом розовая бурда, в свете софитов выглядящая как что-то белое и прозрачное.

— Знаешь, Лео, — Начала королева с тоской глянув на бокал. — Галактика, она ведь большая. Вот и бывает, что где-то случается херня, а где-то о ней и не слышали, в результате происходит херня уже другого рода. И вот, непонятно почему, одна рано или поздно находит другую и происходит что-то вроде… ну не взрыва, а недоразумения. Иногда довольно неприятного.

— Что-то мы как-то совсем издалека начали. — Расслабился я, поняв, что мне пока ничего не грозит. — Не забывай, я из короткоживущей расы.

— Пф… Трепло. — Королева сделала глоток. Ну совсем уж маленький, чтобы заполнить паузу. — С именем накладка вышла. Сильная.

— И что? Даже на Земле в одном городе свободно может жить несколько человек с одинаковыми фамилиями и именами. И они чувствуют себя вполне комфортно, зачастую даже ни разу не пересёкшись за всю жизнь.

— Это правда, но тут, пожалуй, совпадение слишком полное и чересчур искусственное. — Ария небрежно набросала несколько команд на своём унике. — На вот, взгляни сам.

Я открыл входящий пакет и погрузился в чтение. Та-а-а-ак. Мать азари, отец турик, ничем не примечательный союз, кроме того, что погибли двадцать лет назад от какой-то аварии в колонии. Сама Тиера Л’Гая в возрасте шестидесяти девяти лет всю жизнь только и занималась, честно работала в клинике Цитадели, имела неплохую зарплату, которую тратила исключительно на еду и образование. Была автором ряда научных статей, не слишком популярных из-за возраста докладчицы, соавтором у некоторых более именитых коллег. На момент выхода моего фильма с отличием училась в Тессианском Биологическом Университете, а вот после у неё пошли проблемы. Конкретные такие. Притеснения от спецслужб, попытки очернить её в глазах прочей общественности, чуть ли не поражение в правах. Резкое ухудшение оценок, исключение и практически бойкот от родного народа. Молодые азари ей, конечно, сочувствовали, но только шёпотом, так как имели все шансы отгрести за компанию.

— Конкретно мы ей так жизнь подломили. — Протянул я, прочитав выжимку из биографии. — И что дальше?

— Вот и давай решать. — Хмыкнула Ария нарочито беззаботно.

— Да ты шутишь! — Не выдержал я. — Тебе действительно её жаль?

— Я уже не так молода, как выгляжу, мальчик. — Произнесла Ария тихо, но так, что у меня по спине пробежал холодок. — И далеко не со всеми милосердна.

Ещё пара команд уни-инструменту и в ложе появляется большой экран с изображением беснующейся в изолированной комнате азари.

— Я видела фильм, из-за которого её сделали крайней. Он хорош. Даже не понимаю, откуда ты столько знаешь о нашем быте. — Хе-хе. Спасибо Масс-Вики! — Но есть и другая правда. У нашего народа слишком мало достойных дочерей. Всё больше таких как эти. — Презрительный кивок в сторону вьющихся на шестах соплеменниц. — Будь она одной из них, ты бы даже и не узнал об этом. Просто лишний труп в моём утилизаторе.

— Но она другая.

— Да, сильная, умная, энергичная. — Подтвердила королева. — Знаешь, что она сделала, когда её это всё достало? Напрямую обратилась к Совету Матриархов.

— И они послали её на Омегу, чтобы она искала правды уже у тебя.

— Именно.

— А говоришь, умная.

На это Ария лишь снова фыркнула и уставилась на розовую бурду чуть ли не с отвращением. Потом всё-таки потянулась куда-то за софу и достала пыльную зеленую бутылку. Приглядевшись, я с удивлением распознал свой подарок. Вот уж не думал, что двадцать бутылок проживут аж три года.

— Ну да, немного импульсивная. Бывает, что сначала скажет, потом подумает, но кто без недостатков? — «Бурда» безжалостно вылита на пол, а первый глоток вина сделан с видимым удовольствием.

— Экономишь? — Осторожно осведомился я, заработав довольно опасный взгляд.

Потом королева прикинула, что уж меня-то в этом плане можно не водить за нос и устало махнула рукой.

— Пыталась сама выйти на поставщиков. Это было ужасно. Какой-то смешно выглядящий человечек, как услышал, что хочу сделать крупный заказ начал тараторить так, как не всякий салар сможет, а тут ещё и язык местный. Переводчик едва справлялся, слушать было невозможно. Короче, поговорить не получилось.

— А Салли? Почему бы не напрячь его?

— Нарвался Салли. — Проскрежетала сквозь зубы королева. — Наверное чей-то заказ. Пять месяцев назад, когда возвращался с Тессии. Был мой самый надёжный капитан.

— Выжившие есть?

— Авиагруппа выжила, ну и те, кто успел добежать до спас-капсул. Дотянули до планеты.

— Чёрт, классный был мужик…

— И умный. Но не спасло. — Ария совершенно по земному чокнулась с воздухом и пригубила вино вновь. — Выжившие говорят, «Затмение», но я пока не верю. Сучки слишком меня боятся. Не забивай голову, это моя проблема. Что будем делать с девчонкой?

— Пф! Девчонка шестьдесят девять лет. — Ну не укладывались у меня в голове понятия «шестьдесят девять лет» и «девчонка», хоть убей! — Как ты относишься к театральным постановкам в жанре «Импровизация»?

— С большим уважением, но только если я режиссер.

— А подыграть?

— За разумную плату. — Едва заметный взмах бокала.

Я откинулся на спинку дивана и едва удержал «покерфейс». Неужели так сложно попросить вывести её на нужных людей, или заказать ещё пару бутылочек непосредственно через меня? Это бабья гордость, боязнь признать, что что-то чуждое пришлось ей по вкусу или банальный тест на вшивость?

— Кажется, я знаю, что тебе предложить, обеспечишь защищенный терминал связи?

В кабинете Арии я был не впервые, потому в полумраке быстро дошёл до едва светящегося жёлтого окошка и набрал несложный адрес, тяжело вздохнул и приготовился к битве. Королева подперла стену неподалёку, не желая пропустить ни слова.

Где-то через минуту на меня смотрел молодой патлатый итальянец с лицом истинного мачо и демонами в глазах. Трёхдневная щетина добавляла ему на вид лет десять лишних, но он был только на три года старше меня.

— Хей, Мигель! — Преувеличенно радостно воскликнул я. — Рад тебя видеть, бро! Узнал?

— Ба! Да это же мой самый дорогой друг по ту сторону галактики!

— Выгодный, Мигель! — Наставительно поднял я палец. — Именно выгодный!

— Ха! Был бы выгодным, вспоминал бы меня почаще.

— Согласен, каюсь. Но я готов искупить. — Парень на Земле моментально превратился во внимание. Хотя выглядело это как беззаботное почёсывание шевелюры, если бы не выдавшие его глаза.

— И как ты собираешься это сделать?

— Заказав море вина, конечно.

Губы итальянца растянулись в самодовольной улыбке.

— Мои друзья очень впечатлились земным вкусом и хотят ещё. Хотят много себе и немного угостить знакомых, которые, зная твой, Мигель, выбор, тоже проникнутся и захотят ещё.

— Стой-стой-стой, брат! Ты сказал сейчас очень много и не сказал ничего! Давай поговорим за что-то более приближённое. Чего, сколько, когда.

Я цокнул языком.

— Того, чем бы ты каждый день запивал свою лазанью. Пару бочек. То, что ты бы выпил за здоровье друга, бутылок пятьдесят. Ну и того, что бы ты выпил за рождение дочки, сколько от сердца оторвёшь.

— Ты слишком доверяешь моему вкусу, бро.

— Не доверять итальянцу, потомственному виноделу, выбор вина — это идти против бога. — Пафосно изрёк я.

— Аллилуйа! — Воскликнул Мигель. — Всё будет, родной!

— Отлично! И я не подведу. Сёстрам привет!

— Не сомневаюсь, брат! — Воскликнул он и отключился.

Уф. Я устало опёрся о терминал, справляясь с передозировкой южного темперамента и повернулся к Арии. Та оторопело посмотрела на меня и сдавленно выдала:

— Это что сейчас было?

— Всего-лишь бизнес по-итальянски. — Хмыкнул я, как бы говоря, «ничего особенного». — Поставка будет через месяц максимум. Я почти уверен, что Мигель уже напряг всё своё семейство. В конце концов, мало кто может говорить за такие суммы разом.

— Ты не назвал ни одной цифры.

— Он знает всё, что нужно.

— И ты ему доверяешь? — Скепсис из голоса Арии можно было вылавливать руками.

— Мигель гений, живущий своим делом, или не понравился его предыдущий выбор? — Красноречивый тычок пальцем в фужер в руках королевы. — А если тебя напрягает стиль нашего общения, то не переживай, с тобой он будет разговаривать чинно и официально со всеми приличиями. В конце концов, если, откроешь ресторан, скажем, на Цитадели, то тебе по-любому придётся договариваться с ним самой. Ну так как? Предоплата внесена?

— Пойдем устраивать спектакль для ребёнка. — Сдалась Ария, но потом, вдруг остановилась, как вкопанная и удивлённо произнесла, пробуя слова на вкус. — Ресторан на Цитадели?

***

Рассерженную и растрёпанную азари Брэй привёл в ложу уже через пять минут. Ага, значит, карцер у неё не так уж и далеко.

Пленница была непривычно живой и подвижной для азари, и довольно миниатюрной. Я знал таких девушек ещё по прошлой жизни и звал их про себя не маленькими, а концентрированными. Сразу понятно, откуда у Арии к ней симпатия. У неё была бледная пигментация на лице, там, где у человека должны быть брови и слёзные каналы, а кожа имела насыщенный голубой цвет.

— Ну здравствуй, жертва большой политики. — Начала королева.

— Не политики, а ваша. — Обиженно хлюпнула носом девушка.

— Не… — Взял я слово. — Нашей жертвой, пусть и случайной, ты была до того, как прилетела в системы Термина одна и без защиты. Ты вообще, как до станции живой-то добралась?

— А какие с этим могли быть проблемы?

— Ну… Видишь ли… Все любят азари. Тем более молоденьких и миленьких.

— А в системах Термина за них ещё и неплохо платят. — Закончила за меня Ария. На этих словах пленница заметно посерела и предупредила.

— Я шестикратный чемпион университета по скайболу.

— Неплохой биотик, — Пояснила для меня Омега.

— А… Ну тогда пятнадцать. — Хмыкнул я.

— Издеваешься?! Тридцать пять, не меньше! — Отбрила меня королева.

— Побойся свою богиню! Она сама к тебе пришла! Двадцать!

— Зато посмотри, на каких ножках она это сделала! Тридцать!

— Да, этого не отнять. До тебя далеко, но по-своему привлекательно. — Плотоядно оглядел я выпавшую в осадок девушку. — Двадцать пять, моё последнее слово. У неё вздорный характер.

— Двадцать восемь за него же. — Оскалилась хозяйка. — Я знаю, какие демоны обитают в твоей голове. И не смей больше заглядываться на недосягаемое!

— Э… Вы чего? — Стал оттаивать предмет торга.

В ответ на это, все кто был кроме неё в ложе самым некрасивым образом заржали. Притом у Грига, Сола и Брэя это получалось весьма и весьма зловеще, а мне вдруг стало не смешно и очень противно. Сколько раз я мог оказаться на её месте? Но надо отыгрывать до конца.

— Это мы тебе самым наглядным образом показали мировую несправедливость. — Пояснил я. — Сейчас мы с госпожой Т’Лоак ударим по рукам, прижжём тебе клеймо на задницу и повезу я тебя в свой бордель, на границу с батарианской Гегемонией за еду работать.

— На заднице не заметно. — Возразила Ария. — На лоб или щёку будет лучше.

— Не. Ты посмотри, какой приятный узор, — Возразил я. — ожог нарушит ансамбль. А по поводу задницы, так это смотря во что одеть.

Снова пошлый смех, на девчонку уже жалко смотреть. В глазах крупными каплями набухают слёзы, а щёки заливает темная синева. Вдруг взгляд обретает решимость, а вокруг тела образуется биотическая аура. Но не тут-то было. В затылок девушки упирается крупнокалиберный пистолет, а спокойный голос Сола хрипит её в ухо.

— Подумай хорошенько.

Всё. Полное поражение. Тиера падает на колени и ревёт уже в голос. Чёрт, не скоро я себя за это прощу. Даже для злой шутки это слишком жестоко. Не выдерживаю.

— Ну ладно, хватит над девчонкой издеваться! Пошутили и будет. Вставай давай и приводи себя в порядок. — Тиера послушно встала. — Соображать-думать способна?

В ответ неуверенный кивок.

Дальше мы с Арией дали ей выпить той розовой бурды и объяснили своё видение ситуации.

— Понимаешь, в чём дело? — Начал я. — Сейчас ситуация обстоит так, что всем выгодно твоё исчезновение. Только мне будет проще, если ты просто пропадёшь, а вот совет матриархов рассчитывает именно на смерть, да чтобы осталось побольше свидетельств и кусков.

— Зачем?! — Воскликнула она. Мы с Арией мягко взяли её под руки и провели в кабинет, подальше от посторонних ушей.

— Чтобы прекратились неудобные фильмы.

— Только за этим?!

— Именно, девочка. Наша Тиера Л’Гая всей Цитадели продемонстрировала, что кино — это оружие, притом весьма опасное в умелых руках.

— И что с того?

— Азари, насмехающаяся над матриархами в своих произведениях, затворница, богатейшая из дев. Это всё факты, без преувеличений. Тем более ни у кого нет о ней сколь-нибудь достоверной информации. Только то, что рассказала о себе сама. А вот представь, что это не ты, но все тебя за неё принимают. И вдруг ты умираешь. А фильмы продолжают выходить. Совет кричит «Подстава!» и машет твоим гробом, как доказательством, и общественность им верит, ибо противоположного мнения больше нет. Фильмы теряют в цене, идеи, которые они несли в себе, забываются, а то и извращаются, вот и получается, что добрая и светлая мысль, которую хотел донести до зрителя хороший разумный, тонет в потоке лжи и бреда. Потому что трактовать их будут совершенно не те, кто их подал, а те, кто решил использовать, притом, чаще всего в своих корыстных интересах. Тут-то и получается, что нам выгодней, чтобы ты пропала, чтобы не навредила своей безвременной кончиной.

Тиера пришибленно посмотрела на меня, потом на Арию.

— Бред. — Изрекла она. — Но ситуация именно такая.

— И что мне делать? — Не своим голосом спросила дева.

— Вариант с батарианским борделем тебя не устраивает? — Вновь оскалилась Ария. Малышка скривилась, как от зубной боли.

— У людей есть поговорка. — Загадочным голосом начал я, а когда удостоился всеобщего внимания, продолжил. — Если не можешь остановить пьянку — придётся её возглавить. По-моему, она как нельзя лучше описывает твоё положение.

Глава 19 Оставь надежду всяк сюда входящий!

Всё-таки какая же Ария предусмотрительная женщина! Как только закончилась наша беседа, меня выпроводили через чёрный ход, а за Тиерой прямо к парадному ходу подогнали личный бронированный «лимузин» её величества. Аэрокар отвёз деву в самую дорогую гостиницу Омеги в ВИП апартаменты. Мне же следовало прибыть к ней позднее в своём уже засвеченном ранее «Скорпионе» с зеркальной маской на всё лицо и представиться её охранником. Ещё десяток своих боевиков она привлекла для поиска и устранения «хвоста», которого просто не могло не быть. Притом, всё это было сделано столь оперативно, что я узнал об этом только постфактум.

Перед входом в ВИП-номер я всё-таки решил проявить тактичность и надавил на сенсор вызова. Ноль реакции, надавил ещё раз с тем же результатом. Потом, поддавшись беспокойству всё-таки вошёл. Азари самозабвенно в три ручья ревела в подушку. А ведь прошло уже три часа, как она зашла в номер.

Я снял шлем и бросил его на диван, стараясь произвести как можно больше шума. Тело на кровати вздрогнуло и подняло голову. В мою сторону уставились два больших сиреневых озера, полные воды.

— Да ну хватит уже, а то помрёшь от обезвоживания. — Затем направился на кухню, а вернулся оттуда с бокалом воды. — Вот, восполни потери.

Не взяла. Молча продолжила буравить меня взглядом. Пришлось продолжить.

— Ты не рабыня, я не повезу тебя ни в какой бордель и клейма на заднице тебе выжигать никто не собирается. — Сформулировал я свою позицию. — Но мне нужна твоя помощь.

— Какая? Я никогда раньше не работала с людской психикой. — Злобно прошипела «девочка».

— Огрызаешься, значит приходишь в себя.

Дальше в ход пошли уговоры, рассуждения и факты. За последующий час мне, хоть и с трудом, удалось убедить жертву большой политики в том, что: а) меня бояться нечего и б) даже у этой ситуации есть свои плюсы. К счастью, девушка действительно соображала несколько быстрее своих сородичей, и мои доводы приняла, даже сделала для себя кое-какие выводы, о которых умолчала. Так что, думаю, лет через сто, а то и раньше азарийский совет ждёт нехилая подляна. Но это мы ещё посмотрим. А пока, мы с ней обрисовали двухлетний план вхождения в образ согласно которому она должна была прочитать десятка три книг из земной литературы и провести в колыбели человечества несколько месяцев. Последнее, надо сказать, её не очень обрадовало, так как мнение в пространстве Цитадели о людях ходило весьма противоречивое.

Напоследок, Тиера всё-таки не выдержала и задала мне самый животрепещущий вопрос, который, видимо терзал её всё это время.

— Скажите, а это правда была Ария?

— Несравненная, во всём её великолепии. — Совершенно серьёзно кивнул я.

— А вы вот с ней так разговаривали. Неужели вам совсем не страшно? — Девушка, видя, как мои губы растягиваются в улыбке, пояснила, смутившись ещё больше. — Ну… Я просто слышала, что… Ну это же Ария!

— Я понял. — Остановил я её попытки развить мысль. — И да, я её боюсь честно и искренне. Её величество, как стихия, чуть-чуть зазеваешься и тебя просто сметёт. С другой стороны, этот страх со мной так давно, что начал понемногу притупляться. Ведь я знаю её с тех пор, как был во-о-от таким. — Показываю рукой где-то два вершка от пола. — Честно сказать, было даже пару моментов, за которые она должна была меня прикончить на месте, но почему-то не стала.

— Действительно, не похоже на то, что говорят о ней на Цитадели.

На этом мы и разошлись.

Следующим моим шагом было попросить Лизелль и Нариссу присмотреться к моему потенциальному заму и прикинуть возможность сопровождения её в путешествии в качестве подружек. Разумеется, на халяву, обещали подумать, ну и пусть думают, а мне с ребятками Арии надо купировать хвост, который они уже обнаружили и обо всём доложили.

Три азари и два саларианца. Как там Ария сказала? «Лишний труп в моём утилизаторе». Совесть даже не пикнула. При зачистке взяли двух пленных, но синенькую разговорить не удалось, идейная, должно быть, из чьей-то свиты. А вот лягух спел чудесную песню о том, что их наняли удостовериться в безопасности девочки, но почему-то не смог объяснить наличие «Вдовы» М98 в их арсенале. Для справки: такая винтовка, снаряженная тепловизором поражает цель через метр переборок, укрытую стационарным кинетическим щитом. В принципе с таким ружжом можно и до самой Арии добраться, о чём грустный Брэй и доложил ему перед тем, как спустить курок. Почему грустный? Потому что прошляпил столь великолепный образчик азарийской оружейной промышленности на таможне и придётся четырехглазому стоять и краснеть перед королевой с риском для жизни, а потом идти на эту самую таможню в резиновых перчатках по локоть и изображать проктолога, дознаваясь, кто, зачем и почему.

Я же, наконец, получил возможность заняться своими делами. А именно, заскочил домой за сувениром и отправился в сектор, где разместились представительства крупных фирм.

***

Офис «Синтетик Инсайдс» на Омеге представлял собой большой респектабельный модуль с садом и вежливыми сотрудниками в белых халатах, которые с радостью подсказали всем желающим, как найти представителя отдела по продажам для заключения контракта на поставку «улучшений». Охрана там была представлена роботами «Локи» и «Фенрис», а также людьми в однотипных бронекостюмах. Что характерно, только людьми.

Глава вышеупомянутого отдела, высокий статный мужчина сорока лет как раз закончил составление ежеквартального отчёта и блаженно откинулся на спинку кресла и провел рукой по посеребренным вискам. Но расслабиться не получилось. Мелодично запиликал селектор, а когда глава нажал на сенсор, миловидная рыжая секретарша приятным голосом выдала заученную фразу.

— Мистер Коронер, к вам посетитель.

— И что же ему надо?

— Молодой человек хотел бы заказать у нас комплект модификаций на очень существенную сумму.

— Ну что ж, почему бы ему не отправиться к нашим медикам и не выяснить совместимо ли требуемое оборудование с объектом вживления и его кредиткой.

— Он говорит, что сперва хотел бы побеседовать с вами. По личному вопросу.

«А почему бы и нет?», подумал Грейсон. Посетители у него бывают не часто, всё же на Омеге мало платежеспособных клиентов, а людей среди них и того меньше. В конце концов, если это очередной наемник, то много времени беседа с ним не займёт. К тому же, если Чамберс решилась-таки побеспокоить директора, то значит запас её отговорок уже подошёл к концу, а такое терпение можно и вознаградить.

— Хорошо, попросите его пройти.

Переборки раскрылись и впустили «молодого человека» в кабинет, а закрылись они, оставив секретарше все остатки хорошего настроения начальника. Перед ним стоял и лучезарно улыбался Леонард Гай, его непосредственный объект наблюдения.

Опытный оперативник ничем не выдал своего удивления. Ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь только в мыслях промелькнул отголосок его давней и давно запретной страсти, красного песка. Почему-то Грейсону именно сейчас захотелось ощутить то могущество, что давал, пусть и на краткий миг, этот чудовищный наркотик.

— Добро пожаловать, — Привычно начал «директор по продажам». — Присаживайтесь, молодой человек. Меня зовут Мартин Коронер и я буду счастлив выслушать Вас.

— И вам всего хорошего, господин Грейсон, — Приблизился к столу на пару шагов парень. — Я хотел бы поговорить с вами о вашей основной работе.

А вот сейчас у старого оперативника проснулось конкретное желание нюхнуть. Ох не даром пропала связь с наблюдателем.

— Молодой человек, вы, кажется, меня с кем-то спутали. — Лицо Грейсона обратилось в каменную маску, глаза холодно блеснули.

Леонард сделал ещё два шага, но не к предложенному креслу, а вперед и вправо. Не то, чтобы это было проблемой для автоматической турели, но по умолчанию она была настроена именно на центр кабинета и гостевую зону, а даже полуповорот механической станины занимал какое-то время, пусть речь и шла о долях секунд, но если доклады Голо’Мекка не врали о тренировках рукопашного боя с турианцами, то парню этого хватит, чтобы нырнуть в слепую зону.

— Нет, у меня всё точно. — Уверил его Леонард и вплотную приблизился к столу. Грейсон расслабился, парень вновь был в зоне уверенного поражения. Но поспешил. На полированную поверхность легло разбитое забрало от кварианского шлема, которое никто даже не потрудился оттереть от запекшихся останков крови и мозгов. — Понимаете, тому кто вас сдал, было очень выгодно говорить правду.

Грейсон тут же мысленно нарисовал себе картину пытки кварианца. На самом деле, это не так уж и сложно, если при тебе есть нужные медикаменты. Просто прорезаешь ему скафандр и уходишь на пару часиков. Если эффекта нет, то колешь ему иммуностимуляторы, чтобы не склеился сразу и вспарываешь кожу в том же месте. Можно сломать что-нибудь из костей. Воспаления они переносят и того хуже. Голо в принципе был крепким орешком, но под ним не было никакой моральной подпитки, лишь деньги и жиденькая иллюзия защиты. Так что скорее всего ему просто сделали немного больно, и он раскололся, а когда стал не нужен, вышибли мозги из пистолета в упор.

Пол ещё раз взглянул в глаза своему собеседнику и представил, как он с такой же вежливой улыбкой разряжает из «палача» в лицо визжащего о пощаде скафандрика. Картина вышла… реалистичная. И почему-то оперативнику вспомнилась его непосредственная начальница. Вот только с докладами Мекка такое поведение вязалось слабо.

— Ну так как? — Парень снова отошёл от стола на пару шагов. — Мы можем поговорить без вот этих вот «Моя твоя не понимай»?

— Нет, я по-прежнему думаю, что здесь какая-то ошибка. — Продолжил гнуть свою линию Грейсон.

— Ошибкой было подсылать ко мне кварианца, — Спокойно возразил юноша. — И сейчас вы допускаете ошибку, отказываясь от нормального общения. Вы собирали обо мне информацию с целью вербовки. Вот он я, согласный, вербуйте.

В кабинете повисло тягостное молчание, нарушаемое мерным пиликанием какой-то хреновины на столе у «директора по продажам». Парень тяжело вздохнул и заговорил снова.

— Я, пожалуй, пойду. С вашим братом вы у меня желание общаться отбили, спасибо. Так что и в наблюдении больше необходимости нет. Так своим главным и передайте. — Лео развернулся к «директору» спиной и направился к выходу. — Да, и турельку свою минут сорок не беспокойте, не факт, что первой целью буду я. Общение с вашей секретуткой было долгим и нудным. Адьё.

С этими словами он покинул кабинет, заставив Грейсона тяжело вздохнуть и опасливо отвести руку от тревожной кнопки. Вполне вероятно, что паршивец блефовал, но слушатель Иллиумского технического университета, чья опекунша программистка, работающая на Арию, вполне мог выкинуть нечто подобное.

Провал, притом конкретный, и был он на совести Грейсона. Такого ему не простят, несмотря на годы безупречной службы. Предстоял тяжёлый разговор с куратором. Но сперва можно и самому выпустить пар на подчиненном.

— Доктор Чамберс. — Вызвал он по селектору молоденькую секретаршу.

— Да, мистер Коронер. — Моментально ответила та.

— Это вы составляли психопрофиль объекта «звёздное дитя»?

— Да, я.

— Он в корне не верен. Вам надлежит проанализировать все данные ещё раз, включая запись с камер наблюдения в моём кабинете. И ещё, я буду ходатайствовать о вашей переаттестации.

Полуминутная пауза, затем в селекторе раздается убитый голос секретарши.

— Принято, сэр.

— Исполняйте.

Полегчало, устало подумал оперативник, а теперь можно сдаваться и самому.

***

Призрак стоял у громадного смотрового окна своей каюты на фоне умирающей звезды и понимал, что этот вид ему решительно нравится. Да, именно здесь и будет база, центр всей паутины, которой «Цербер» медленно и неотвратимо оплетает всю галактику. И он, в конце концов преподнесет её человечеству, как свой скромный дар. Но до этого ещё далеко, а пока надо разбираться с мелкими неувязками.

Глава, вождь и идейный вдохновитель оторвал свой взор от алого светила, затянулся сладким табачным дымом и повернулся к виновато тупящей взгляд голограмме.

— Мисс Лоусон, надеюсь, теперь вы понимаете, насколько мы всё ещё уязвимы перед инопланетным разумом?

— Да, сэр. — Чётко ответила красотка в обтягивающем комбинезоне. — В своё оправдание хочу заметить, что оперативник Грейсон, привлекший к операции Голо’Мекка, посчитал его достаточно компетентным, более того, мы сотрудничали с этим кварианцем на протяжении вот уже трёх лет и имели о нем высокое мнение.

— Он изгнанник! — Отрезал Призрак, от чего Миранда вздрогнула. — И вам даже нечем было его зацепить в случае, если он пойдёт в отказ. Как следствие, рассекречена вся агентурная ветвь.

Упрёк был верен на сто процентов. Миранда поджала губы, но промолчала. Ну Грейсон, вот удружил! И ведь варится в этой кухне чуть ли не вдвое дольше неё, а всё равно доверился чёрт-те кому. Сама бы она точно не допустила бы подобного промаха. И вариантов была масса. Например, подложить под пацана ту же Чамберс. И пусть девочка слегка наивна, но доктор психологии в девятнадцать лет! Вот что этому старпёру требовалось для этого? Да ничего! Организовать «случайное» ограбление у объекта на глазах. А уж громко кричать «помогите» умеет каждая порядочная девушка! Но за всеми нужен глаз да глаз, а у Миранды и без того дел выше крыши.

Эта мысль галопом пронеслась в голове Лоусон, но никак не отразилась на её мимике. Девушка подобралась и с каменным выражением лица пообещала.

— Все виновные понесут наказание за этот просчёт.

— Не стоит. — Призрак сделал новую затяжку. — Насколько я знаю, «Синтетик Инсайдс» в этом месяце завершил годовой план продаж на Омеге, а ещё только сентябрь. Думаю, их команда заслужила поощрение в виде досрочной ежегодной ротации. Например, на Тессию.

А вот на этой планете действительно не пошпионишь. Ибо помимо местных весьма компетентных СБ, которыми обложились все сколь-нибудь влиятельные матриархи, там почти в открытую орудует ГОР. Так что придется проштрафившимся ребяткам временно забыть о разведке и сосредоточиться на делах компании, которые там идут достаточно хорошо.

— Поняла. Когда пришлют замену, чтобы я смогла передать дела?

— Вы остаетесь куратором на Новерии и продолжаете следить за разработкой L4.

— А что по поводу объекта?

Призрак затянулся ещё раз, затягивая паузу.

— Паренёк знает себе цену. Пока оставим всё, как есть. — Призрак вновь повернулся к алому гиганту. — Я уже составил своё мнение о нём, так что не думаю, что он будет болтать лишнего.

— Не лучше ли будет его убрать, как свидетеля?

— Мисс Лоусон, разве не вы жаловались мне на качество наших оперативников? А тут сами предлагаете спустить в утиль потенциал вашего уровня. — Пресёк Призрак неблаговидные помыслы своей подчиненной. — Определили вирус, которым он обезвредил турель?

— Он… не трогал турель. Это был блеф.

Призрак поперхнулся дымом.

— Замечательно. Оперативника с пятнадцатилетним стажем нагрел какой-то молокосос. — Глава затушил бычок. — Вот что, я сам с ним поговорю. В конце концов, вас, мисс Лоусон, мне тоже пришлось уговаривать лично.

***

Где-то через неделю после моего выступления в офисе «Синтетик Инсайдс», на мой уник пришло приглашение посетить торговое судно «Елизавета II» для приватной беседы. Сообщение было без подписи и адреса отправителя, но внутри было весьма подробным. Мне были принесены официальные извинения за самодеятельность некоторых членов организации, а также я был уверен в том, что их просчёт не останется незамеченным. В общем, такое письмо я решил не игнорировать. Так что в назначенный час передо мной опустился трап и всё та же рыжая секретутка с каменным лицом, на котором будто зубилом вытесали улыбку, проводила меня до переговорной комнаты.

Вот она, долгожданная встреча. Я стою в тёмной комнате, в светящемся кругу и думаю, что сам факт моего присутствия на церберском корабле сильно говорит о моём уровне интеллекта. А не заигрался ли ты, мальчик? Действительно хороший вопрос. И чего мне раньше не хватало? Вполне же мог обойтись без трёхголовых. Однако не-е-е-ет! Шила в жопе не утаишь! Так что, когда погас свет, я старался искренне не думать, сколько турелей сейчас направили на меня свои стволы.

Ну вот, круг засветился и стал считывать моё положение в пространстве. Последняя жизнеутверждающая мысль перед началом эпического разговора: «Хоть бы Лоусон». Но нет, не судьба.

— Приветствую вас, господин Гай. — Произнес Призрак и затянулся сигаретой.

— И вам рак не заработать. — Вырвалось у меня от удивления. Наверное, было бы круче только если я уронил на пол челюсть с возгласом «Харпер!». Но сдержался.

— Рад, что вы приняли моё приглашение. — Улыбнулся мужчина среднего возраста с начинающейся проседью. Эпичный вид на умирающую звезду присутствовал, зеркальный пол ещё нет, да и кресло, на котором он сидел, было попроще. Вообще, это была скорее каюта, нежели кабинет сибарита. Просто добротная жилая ячейка без изысков, личных вещей, вообще чего-нибудь говорящего о владельце.

— Не мог не откликнуться на такое сердечное письмо. — Ответил я полупоклоном. Спина взмокла от ощущения вперенных в меня прицелов. — Могу я, в таком случае, узнать, как к вам обращаться?

— Почему нет? Называйте меня Призраком. Не очень похоже на имя, но я уже привык. — Улыбнулся он одними губами и сделал глоток виски. — Должен сказать, меня весьма расстроило ваше решение не сотрудничать с нами из-за… Недоразумения. — Тон холодный, глазные имплантаты так и сверлят. Но несмотря на это, «маска» сидит на нём идеально. Ни единый мускул на лице не выказывает, что ему неприятно так расшаркиваться перед каким-то пацаном. А ведь должно.

— Выдалась тяжёлая неделя. — Вырвался из моей груди притворно-грустный вздох. — Пожалуй, я тогда погорячился.

— Прекрасно. Я надеялся это услышать.

— Честно говоря, даже не могу представить, зачем вам понадобился именно я.

— Мы стараемся находить молодые таланты повсюду, где только можно. Ведь вы — будущее величие человеческой расы, а это именно то, к чему стремится «Цербер».

Ну прямо-таки засмущал.

— И давно вы за мной наблюдаете?

— Достаточно, чтобы понять, что вы хотите стать сильным, независимым и иметь возможность быть там, где пожелаете тогда, когда пожелаете. Более того, у вас есть все шансы рано или поздно достичь всего этого самому.

— Именно так.

— Мы будем рады оказать вам содействие. — Губы Харпера обозначили улыбку. — Работая в «Цербер» вы, Леонард, сможете, наконец, утолить свою жажду знаний и перестать метаться по экстранету в поисках достойного учителя, качественных модификаций и снаряжения. У нас всё это есть и только самое лучшее.

Эх… как сладко поёт! И что самое важное, они действительно знают, чего я хочу.

— А что взамен?

На этих словах Призрак состроил максимально патетичную мину.

— Только то, что потребует от нас с вами долг служения Человечеству.

— Если так, то я буду рад служить под вашим началом. — Счастливо ответил я. — Но мне нужно время, чтобы закончить кое-какие личные дела. Мне потребуется чуть больше полугода.

Призрак пребывал в задумчивости какое-то время.

— Вы хотите завершить обучение в ИТИ?

— И это тоже. — Улыбнулся я. — Плюс ещё несколько дел. И если я с ними не справлюсь, то на фиг я вам в «Цербер» такой красивый не нужен. Считайте это самопроверкой.

Снова воцарилось задумчивое молчание.

— Хорошо. — Наконец выдал Харпер. — Я верю в ваше благоразумие. Когда будете готовы, просто придите в тот же офис, и мы немедленно вас эвакуируем с этой… гостеприимной станции.

— Благодарю за понимание.

— Только учтите, — Решил он всё-таки оставить за собой последнее слова. — В начале лета проводится набор в Военную Академию Рио Де Жанейро. Вы же не хотите ждать лишний год? Призрак, конец связи.

Глава 20 Скиллианский беспредел. Часть первая.

Вот как в жизни бывает? Вроде бы всё продумал, всё настроил, всё работает. И тут на тебе, случается какая-нибудь лажа, которая ломает все планы, и ты, уже отмывшийся и переодетый в чистое, снова берёшь гаечный ключ и начинаешь крутить всё по новой.

Для чего я брал полгода отсрочки?

Во-первых — корабль. «Летучий Голландец» сошёл со стапелей и благополучно сгинул, как я и планировал. Сейчас огромный земной крейсер жрал мои деньги, занимая дорогущий частный охраняемый док на Иллиуме, и ждал, когда на него прибудет капитан. Где б его только взять?

Но нашёлся.

Турианец, старпом со сбитого «Кайдзю» и бывший первый помощник Марка Салли, светлая ему память. Офицер узнал меня сразу и почему-то решил, что я звоню поиздеваться. Ну вот почему у туриков такая реакция на мою рожу? Пришлось некоторое время потратить на его убеждение. Упёртый старый хрен! Проняло его только тогда, когда я в третий раз ему сказал, что корабль надо просто принять, а контракт обсудить позже.

Огромным ему плюсом стало то, что он не растерял оставшийся экипаж. Но блата у них не было, ибо от хорошей жизни в подчинение к человеку не идут, а потерянный корабль чёрной меткой лёг на их репутацию. Так что переговоры он вёл сразу от имени команды, а мне, собственно, это и было нужно. С ними же ко мне в актив было зачислено шесть выживших истребителей с пилотами и обслугой, но немного помятых и без расходников. Потом заменю на что-нибудь более актуальное. В принципе, этим даже не надо будет заниматься мне. Просто дам задание своей авианосной группе. Хе-хе… Как интересно быть большим боссом.

С бригадой техников на обслуживание данного кораблика тоже мучиться не стал, а позвонил Раал’Тару и спросил, нет ли у него на примете полутора-двух десятков детишек, уходящих в паломничество. Обещал поспрашивать. Кстати, у него дома дела шли не так уж и хорошо. Потому что нахватался парень от меня дурных привычек выше крыши, так что если капитан Такасы в своё время буквально прыгал от радости, урвав себе такое приобретение, то теперь откровенно не знал куда от него деваться. Ибо та памятная миссия, с которой он вернулся единственным, была далеко не последняя. А пару тройку раз отряд из передряги выбирался только благодаря ему.

Как следствие, молодой, не сильно амбициозный кварианец, по горло насмотревшийся на смерть своих сородичей, не стесняясь, ругался матом с начальством за каждую потерю, чем приобрёл нехилый авторитет, а влиянием на молодёжь переплюнул некоторых наставников. Так сказать, красавец мужчина в самом соку, с немалым боевым опытом и собственным кораблём, на котором он уже давно обтяпывает свои дела минуя капитана. Почему минуя? Потому что на собственном корабле он царь и бог. В принципе, ничем серьёзным он экономику флота не подрывает, применяя добытую им технологию гетов, осуществляет лёгкий тюнинг генератора личного кинетического щита, после которого он становится крепче чуть больше чем на четверть.

Дополнительным его недостатком для старшего поколения было его нежелание обзаводиться парой, а обтянутых попок вокруг него увивалось достаточно.

В общем, пришлось его уверить что, когда ему надоест бодаться со стеной, я с радостью приму его помощь снова. Раал обещал серьёзно над этим подумать. В подробности его жизни я вдаваться по дальней связи не стал, но по всему было видно, допекли мужика.

Дальше у меня по списку шла Тиера Л’Гая, которая настоящая. С ней тоже не всё ладно. Обозлилась на весь свой народ и, вроде бы делает всё, что я от неё требую, но с каким-то непонятным мне рвением. Такое ощущение, что она полностью отождествила себя с персонажем фильма «Пятнадцатилетний матриарх» и собралась, судя по всему, повторить её подвиг. Тоже не есть хорошо.

Впрочем, это не я проблему увидел, а Нарисса мне сказала и запросила санкцию на шоковую терапию. Ну и я, дурак, согласился. Вы видели когда-нибудь коктейль «Три синих поросёнка»? Пять бутылок чего-то ядовито-зелёного и светящегося, три в хлам пьяные азари, одна из которых ревёт в три ручья, а две другие то ли поддакивают, то ли пытаются успокоить.

Ну… Главное, что «ребёнок» уяснила, есть на свете синие плечи, способные поддержать в трудную минуту. И совершенно не важно, что в ходе «душевного разговора» выяснилось, что я козёл, мудак, бесчувственная тварь, садист и деспот, хоть в целом, «вполне неплох для человека». Ничего-ничего, дорогие девушки, запись этого разговора я сохраню и буду включать её перед каждой нашей тренировкой. Бу-га-га-га-га! Кстати, этот компромат мне передал Сол, который в свою очередь получил его от парней из охраны, выставленной в тот день у дверей ВИП комнаты. Втык ребята, конечно, получили, но турианец общался с криминалитетом достаточно давно, так что умел пользоваться служебным положением в своих целях.

Так или иначе, но «ребёнка» мне вернули через три дня в целости, сохранности и вполне адекватном душевном состоянии, в каком её не жалко и на Землю отправлять.

А пока я усиленно делал из неё «человека», стараясь объяснить каждый неудобный вопрос по культуре, общению и всему, что сам помнил. Когнитивный диссонанс у меня вызвал вопрос «Чем всё-таки мужчина отличается от женщины?». Объяснил, как смог, то есть, хреново. Пришлось вызывать Элис, а она, видать, уже не в первый раз, изложила мнение «с той стороны», чем завоевала безграничное уважение Тиеры. Этот факт привел меня в просто неописуемый восторг, и я попросту сплавил её, так сказать, на воспитание.

Вот, что интересно, в плане медицины Тиера была очень компетентным специалистом, но вот простого и естественного житейского опыта у неё было крайне мало. Это, как если бы всю жизнь человек просидел дома, а потом вдруг ни с того ни с сего попал в ночной клуб, вроде бы соображает, а вроде бы слегка оглушённый. Ну ничего, Лиара вон, за полгода пообвыклась, и это в обществе, где к ней относились вполне лояльно. Я же, как это на девичнике было сказано лично ей, «бешеный двуногий варрен, у которого хвост пророс внутрь и не дает лишнюю минуту усидеть на месте». Она, конечно этого не знает, но я с недавних пор (как вступил в «Цербер») ещё заделался фашистом и ксенофобом, так что, думаю, рекорд доктора Т’Сони мы как-нибудь побьём. Общими усилиями.

Дальше вновь пришлось заниматься «Летучим Голандцем», потому как людей просто катастрофически не хватало. Это вам не фрегат с ИскИном, который может летать усилиями одного вредного пилота. Не, в принципе, конечно, мог, но только по прямой. Так сказать, из пункта А в пункт Б. На таком кораблике только инженеров по штату положено человек тридцать. Дюжина пришла с «Кайдзю» и пока этого хватало.

Хартис Чаган, а именно так звали достопамятного старпома, когда принимал корабль, позвонил мне и сообщил, что если турианский рай где-то существует, то «Голландец» — его маленький филиал. Вот это я понимаю, оценка. Впрочем, не удивительно. Силовые установки Альянса в соотношении размер/эффективность превосходили даже азарийские, что позволяет кораблю, при наличии головы у капитана и рук у пилота уверенно выносить противника, равного по классу. Мой же кораблик превосходил стандартные параметры Альянса ну не то чтобы на порядок, но процентов на двадцать за счёт всех дополнительных «плюшек», что на него поставили на Новерии.

В общем, экипаж крейсера был не укомплектован на семьдесят процентов, я зарылся в резюме и закопал в них новоявленного капитана, а сам даже не знал, что хотел от этого корабля.

И снова меня спас Раал’Тар, можно даже сказать, ценой своей жизни. Кварианец заявился на Омегу никого не предупреждая, потому застал меня врасплох, но совершенно этим не расстроил. Мы обнялись, сели за стол и серьёзно поговорили. Да… так я и думал, допекли мужика.

Сначала у него всё было неплохо. Свой корабль, идеи, дары, которые он преподнес капитану Такасы. Это всё дало ему неплохой бонус изначально. Он получил должность механика, симпатии, немного зависти, обзавелся друзьями, но долго так не усидел. Не получилось. Вскоре после модификации «Хамы», его корвета, под стандарты флота, Раалу поступил приказ отвезти группу высадки в одно из созвездий близ Вуали Персея. Потом ещё раз и ещё. Впоследствии, это превратилось в его основную работу, да он и не возражал, даже втянулся. А потом случилась та заварушка, про которую он до сих пор не хочет говорить подробно. Знаю только, что он больше двух суток провел на корабле, полном трупов, находясь в горячечном бреду. После лазарета пытался что-то сделать для семей погибших, выбить какие-то почести для ребят посмертно, но ему объяснили, что «так бывает», «так было нужно» и что «они знали, на что шли». Кстати, задание они тогда всё же выполнили.

Потом Раал слетал к нам в гости, пришёл в себя, а как вернулся домой, ему дали уже новую группу и вновь выгнали «в поле». С новой командой поначалу отношения сложились натянутые, но пилота основной группе любить необязательно, а терпения кварианцу хватало. Какое-то время всё снова шло хорошо, пока его не передали в ведение адмирала Зоры. И снова начались боевые потери.

— Добило то, что я ему в лоб говорю, в секторе опасно, геты как с ума посходили. — Совсем распалясь, кричал мне Раал, — А он мне своё гнёт, мол, ради освобождения Ранноха придётся рискнуть. Я ему — у меня в прошлый вылет трое погибших, в предыдущий двое. В замену прислали молодых, только из паломничества, необстрелянных совсем. Он мне опять Раннохом тычет.

— А ты что? — Спросил я, хотя, уже было понятно, куда он клонит.

— А что я? — Не весело улыбнулся кварианец. — Я уже не тот нытик, что бросается глупыми обещаниями. Хоть и до сих пор люблю рассветы.

— Ты рассказывай, рассказывай.

— Нечего рассказывать. Сидя в кресле пилота после таких вот заданий, много думаешь и мысли эти неприятные. Одной из них я с адмиралом и поделился.

Помолчали.

— В общем, я ему прямо так и заявил, если Раннох обходится нам такой ценой, то он на хрен мне не сдался.

— Сильно! — Только и оставалось восхититься мне.

— Ага. — Кварианец невесело хмыкнул. — От этого несчастного адмирала переклинило на пафосные речи, которые у меня уже так глубоко сидят, что не всякое сканирование определит.

— Ты ему двинул. — Дошло до меня.

— Да, на глазах у кучи народа. — Как что-то само-собой разумеющееся подтвердил кварик. — Да меня и слышно было хорошо.

— Звездец. — Вырвалось у меня. — Хоть не убил?

— А чего ему будет? Я же не по голове. Полежал чуток на полу, пока снова дышать не научился. — Снова тяжёлый вздох, — На суде выступал в мою защиту.

— Неужто совесть?

— А чего? — Не принял моего сарказма парень. — Он не так плох. Просто за железками своими людей не видит, а так вполне нормальный. Дочку, вон, умницу растит.

— А что с приговором?

— Позволили оставить имя корабля, но решили, что мне на флоте ближайшие годы будут не рады. Как-никак адмирал — фигура неприкосновенная. Ладно хоть, списали всё на посттравматический шок.

— Который несомненно присутствует. — Заключил я.

— Я в порядке, Лео. — Возразил друг. — Просто больше не желаю возить кварианцев на убой.

— Понимаю и полностью поддерживаю.

— Ну, а у тебя, значит, дела идут хорошо? — Решил перевести он тему. — Решил расширить мастерскую? Зачем тебе столько специалистов?

А ведь я ничего ему не говорил про крейсер. Ладно, пусть, сюрприз будет. Тем более «Голландец» скоро прибывает на Омегу.

— Что-то вроде. — Выдал я весьма туманный ответ. — Тебе доверили детей?

— Сам удивился. — Хохотнул Раал. — Это уже после суда было. Адмирал Корис идею подкинул, мол если я за команду так стою, то и детей в обиду не дам. Дали мне в помощь двоих моего возраста и дюжину паломников, а как от флота отлетели я с ними и поговорил по поводу твоего предложения.

— Ну, неволить никого не будем. — Уверил я его. — Ты их только пару дней попридержи. Ну, там, экскурсии в памятные места, байки из личного опыта, а там и видно будет.

— Хорошо.

***

Через два дня мы стояли на пристани и наблюдали, как огромная серая махина крейсера с редкими жёлтыми полосами вдоль всего корпуса и розовой поняхой, салютующей флагу Весёлого Роджера, величественно вплывает в доки Омеги. Честно скажу, не слышал, как кварианец роняет челюсть на пол, но у меня состояние было… предоргазменное и не смейтесь! Я читал спецификации и знаю, что этот дрын в длину пятьсот сорок метров, но когда видишь эти метры вживую… Мама дорогая, и это всё моё!

— Лео… — Покосился на меня кварианец.

— Познакомься, Раал. Этого красавца зовут «Летучий Голландец».

— Только один разумный способен дать кораблю столь поганое имя. — Пробормотал ошарашенный куда больше моего друг.

— Сейчас на нем много вакансий. — Я сделал вид, будто его не слышу. — В том числе и должность старпома.

— Лео, я кварианец. — Укоризненно напомнил мне чуть не упавший от такого поворота Раал. — А ты псих.

Тем временем крейсер уже пристыковался, и автоматика монтировала стыковочные шлюзы.

— Не вижу проблемы. — Ядовито заметил я. — Будут доставать, накостыляешь им. — Переборка отъехала вверх, явив нам нашего старого знакомого турианца, щеголявшего на чёрном кителе капитанскими нашивками. — Ещё раз.

Новоявленный капитан, увидевший воочию встречающую его делегацию, слегка споткнулся, спускаясь по трапу, но к нам приблизился с самым решительным видом. Да… Теперь его с этого корабля ничем не вытравишь.

— Командир, — Вытянулся он передо мной по струнке. — «Летучий Голландец» по вашему приказанию на Омегу доставлен. Капитан корабля Хартис Чаган.

— Рады встрече, капитан. — Пожал я его трехпалую руку. — Как показал себя корабль?

— Сложно сказать, всё же я слишком долго летал на торговце, но вне всяких сомнений он великолепен.

— Рад слышать. Пользуясь случаем, позвольте представить вам вашего старшего помощника Раал’Тар вас Такаса.

Ни тени эмоций. Вот это выдержка! Да… похоже кто-то воспылал беззаветной любовью к кораблю и снесёт на её нелёгком пути все преграды.

— Надеюсь, моё назначение не приведёт к ненужным последствиям. — Осторожно протянул руку кварианец.

— Не думаю. — Хмыкнул кэп. — В крайнем случае ещё раз подтянете личный состав по ФИЗО.

Кварианец засмущался.

— Когда сможете передать дела, капитан? — Влез я в их милую беседу.

— Думаю, что сначала мне надо будет ответить на приглашение госпожи Т’Лоак. — Спохватился турианец. — Его мне передал диспетчер вместе с разрешением на посадку. По крайней мере, Марк всегда начинал с этого.

— Отлично. В таком случае, возьмите с собой троих при оружии для солидности, а мы пока посмотрим этого красавца изнутри.

— Хорошо, сэр. Разрешите личное мнение?

— Ммм. Буду признателен.

— Подлокотники из тессианского широколиста бесподобны, но на мой взгляд за отделку боевого крейсера вы всё же немного переплатили.

О как, а я, собственно интерьер отдал на откуп иллиумским умельцам, поскольку больше волновался за боевые качества. Чую, меня ждёт внутри большой сюрприз.

— Главное, чтобы посреди БИЦ не было мраморного фонтана.

На втором часу экскурсии у меня свело челюсть, так что рот пришлось закрыть. Слава высшим силам, излишеств, вроде картин, колонн и водопадов мы не увидели. Зато всё, на что хватало глаз сияло лоском и полиролью. Блин, надеюсь, через полгода всё это не будет исцарапано и не облезет. БИЦ описывать не буду. Скажу лишь, что эта часть корабля была выполнена в альянсовском стиле и чем-то неуловимо напоминала Нормандию SR-2, только рабочих мест было на порядок больше. Кстати, неоправданно здоровая голографическая модель корабля тоже присутствовала. Правда, она всё-таки имела практическое назначение и являлась своего рода индикатором, на котором визуализировались все данные о техническом состоянии судна в реальном времени. Так что если куда-то, не дай бог, попадёт вражеский снаряд, то все это увидят наглядно. А так в остальном всё в пределах разумного, кожаные кресла экипажа, капитанский, не побоюсь этого слова, трон с теми самыми подлокотниками ручной работы и прочая-прочая-прочая.

А вот хоромы офицеров меня всё-таки добили. Место там распределено весьма грамотно, апартаменты легко подгонялись под расу владельца, даже под крогана. И всё блестит, всё сияет. Не душ, а полноценные ванные, отделанные чёрным, опять же блестящим камнем. Никакого дешёвого, но прочного пластика. Всё только люкс.

И это я ещё не был в каюте капитана и в каюте владельца судна.

— Ладно хоть унитазы не золотые. — Ворчал я, выходя из санузла. — ВИ! Рассчитай стоимость интерьера корабля в стандартной и данной комплектации, а потом озвучь мне разницу.

— Выполняю, — Ответил приятный, немного синтезированный мужской баритон. — Ценовой разброс на Иллиуме составляет четырнадцать миллионов восемьсот шестьдесят две тысячи четыреста пятьдесят два кредита.

— Раал, яду мне! — В ужасе воскликнул я. — Да я остов этого корабля у Альянса за два с половиной взял!

— А потом отдал им ещё сорок, за всё самое лучшее из доступного. — Подлил масла в огонь кварик. — Пять из которых, как я погляжу, ушли на взятки.

— Не напоминай.

— Потом ещё шестьдесят на Новерии. — Холодно продолжил кварианец, продолжая изучать прайс.

— Семьдесят два. — Сквозь зубы проскрипел я. — Смотри спецификации по списку ниже. У тамошних воротил вообще ни страха, ни совести.

— Ладно, — Равнодушно отозвался друг. — Ещё двадцать шесть на Иллиуме. Где остальное?

— Ушло на исчезновение корабля.

— Ага. То есть, если у тебя его, скажем, угонят, ты даже пикнуть не сможешь?

— Примерно так. — Улыбнулся я. — Если не принимать во внимание, что все мастер-коды абсолютно ото всех систем были доставлены мне курьером в отдельном бронированном кейсе и существуют лишь в единственном экземпляре. Плюс ко всему, на корабле у меня теперь абсолютно лояльный старпом.

— Точно, об этом я как-то забыл.

После этого разговора дела понеслись галопом. Вернувшийся капитан с ходу предложил перевести общение с хозяйкой Омеги на старпома, на что получил мой категоричный отказ и принялся за размещение новобранцев, которые тут же оккупировали инженерную палубу. Не все скафандрики смогли адекватно перенести экскурсию по инженерной и авианосной палубе. Кто-то восхищался, кто-то плакал (я точно слышал всхлипы из-под четырёх шлемов). Одна особо впечатлительная девушка грохнулась в обморок, а когда приводили её в чувство, выяснилось, что она, оказывается, и не «девочка», а вполне себе сопровождающая. О как.

Потом к Арии пришлось переться уже мне, потому что после разговора с турианцем у неё накопился ряд вопросов, на которые ей хотелось получить ответы сейчас и немедленно.

Ну ничего. Поговорили. Заодно поделился с ней своими планами об отъезде, аки Карлсон пообещал вернуться, хотя скорее всего не сделаю этого больше никогда. По крайней мере, не в этой жизни точно. Рассказал ей по большому секрету, что по подобному принципу строятся ещё три корабля, поделился мыслями по поводу частной военной компании. На что получил вполне конкретный вопрос, кого из её группировок я в последствии буду «двигать». Хм, а кого? Наверное, «Светил». Помнится, у них неплохой заводик по производству охладителя имеется. Но это сильно не сейчас. Да и к «Затмению» у моих ребяток есть кое-какие претензии.

В общем, расстались мы с ней моим обещанием года три «не трясти космос». Ну что ж, это можно, тем более, не кем. Из «альтернативной команды Шепарда» у меня есть только Раал’Тар, а вдвоём шибко много не навоюешь.

Корабль, кстати, она хотела зафрахтовать для каких-то своих перевозок, на что я мягко и вежливо послал её к капитану, мол пока стажируется и решения будет принимать сам. А тому сделал внушение, мол ни одной посторонней сволочи на борту и никаких обжитых планет. Нету этого корабля, сгинул. Только сопровождение и охрана. И без меня никаких рейдов.

Короче на разгребание всех «скучных» подробностей ушло ещё месяцев пять, а зарывшись в документацию с головой, я не сразу заметил, как опустела станция. «Девчонки» во всю тусовались на Земле, Раал гонял молодняк по крейсеру и по всей Омеге, полностью сжившись с ролью старпома, а Григ и Сол, как всегда строили морду кирпичом, потому что по должности положено. Так что сие открытие на меня снизошло только когда я разгрёб абсолютно всё и решил провести вечер безделья. А тут ещё и это…

***

«Здравствуй, сын! — Бодро улыбнулся мне с экрана проектора крепкий усатый мужчина средних лет. — Кажется, я понимаю, почему ворчит Саманта. Ты опять пропустил сеанс связи, а ещё говорил, что общаетесь регулярно. Ну да ладно, моё первое тебе письмо не должно начинаться с ругани. Вот лучше посмотри! — С этими словами отец наклонился куда-то вниз и достал из-за пределов видимости совершенно очаровательную куколку лет трёх. Она была одета в светлое воздушное платьице с большим количеством кружавчиков и два огромных белых банта, которые совершенно не сдерживали её копну соломенных, как у меня, волос. Как и все дети её возраста она была крепко сбитая с толстенькими ручками, которые не знала куда деть и пыталась то завести их за спину, то засунуть в рот. Но увидев меня, сразу замахала ими, всеми своими эмоциями выражая радость.

— Вот она, наша малышка! — Умильно продолжил Алистер. — Ты посмотри какая она теперь красавица! Поздоровайся с братиком!

— Ба-а-а-тьк! — Протянуло это маленькое, похожее на пирожное чудо.

— У неё сегодня день рождения. — Гордо сообщил отец. — Ну-ка, малышка, скажи первое слово, которое ты сегодня нам сказала.

— Ео! — Послушно вякнул ребенок, потом она подумала и добавила «Тя!», заработав от меня лично ещё пятьдесят очков милоты.

— Вот видишь! Даже она тебя не забывает. Так что будь добр, отпишись скорее и поздравь сестрёнку как следует!»

Дальше отец рассказал, как тихо и мирно протекает жизнь в колонии. Оказывается, население значительно приросло за счет новых переселенцев и теперь от альянса к ним прилетел на постоянную дислокацию отряд какого-то спецназа. Они отвечают за боевую подготовку гарнизона и ополчения колонии.

«Ты представляешь, сейчас на тренировочном полигоне не протолкнуться! Все наши мальчишки хотят быть похожими на их командира! Ну, знаешь, такой высокий, накачанный, но совершенно не кичится своим статусом. Короче, из тех парней, что реально чего-то стоят в этой жизни. — Да, я знал это получше многих. Потом отец наклонился поближе к терминалу и заговорщически прошептал. — Я тебе этого не говорил, но все местные девушки от него в восторге, и твоя тоже».

Да нет у меня девушки!!! Пусть уж скорее замуж выскочит!

«Ну, вроде бы все новости тебе рассказал. — Продолжил отец уже нормальным тоном. — Пора и честь знать. Да, чуть не забыл. Летом я ухожу в отпуск, мы с семьёй едем на пару месяцев к Озёрам. Будем просто счастливы, если ты к нам присоединишься. Когда-нибудь свидимся, сын. Елена, попрощайся с братиком!

— Тя! — Воскликнул ребёнок.

— Алистер Гай, отбой».

***

Я сидел перед терминалом и хватал ртом воздух и даже не пытаясь подавить зарождающуюся в мозгу истерику. Пираты улетели с Омеги, Шепард уже на Элизиуме.

С какой-то жуткой обидой вспомнились все мои мысли, что Скиллианский блиц — это не моё дело. Да какого х..я это не твоё, тварь ты бездушная, дело, когда у тебя там семья?! Сестра у тебя там растёт, чудовище ты расчётливое! А детей помнишь, с которыми на Омегу прилетел?! Глаза их помнишь?! Нахрена ты их спасал, если они через месяц всё равно сдохнут?! А может, ты решил, что когда они подрастут, то батары их щадить больше будут? Ну молодец. Следи теперь за новостями, вчитывайся в некрологи, да восхищайся своим Шепардом, который естественно, в одиночку всех спасёт. Кого сможет.

Твою мать.

Негнущимися пальцами трясущихся рук, безо всякой надежды набрал секретную частоту на уни-инструменте и убито прохрипел.

— Отрядам «Земля», «Тессия» и «Палавен». Говорит «Посредник», если хоть кто-то меня слышит, прошу отозваться. Есть работа.

Хотя кого я обманываю? Если ребята умные, а профессионалы другими быть не могут, они давно убрались со станции и залегли на дно.

Прошла минута, показавшаяся мне вечностью.

— Отряд «Тессия» на связи.

— «Земля», рады слышать.

— «Палавен», ожидаю координаты точки сбора.

Наверное, так в современном мире происходят чудеса.

— Точка сбора, наше первое место встречи. — Выдохнул я облегченно. — Рассчетное время три часа. Посредник, конец связи.

Глава 21 Скиллианский беспредел. Часть вторая.

До Элизиума «Летучий Голландец» добирался неделю, что для космического перелёта крейсера было очень быстро, но, к сожалению, недостаточно. Я всеми фибрами души чувствовал, что мы просто непростительно опаздываем. Однако, это время, эти жалкие семь суток команда использовала по максимуму.

Хартис Чаган, кажется, вообще забыл, что такое «спать». Когда бы я не обратился к пилоту с вопросом «А где?», он всё время отвечал мне одно и тоже. Либо капитан на мостике, либо на симуляторах с авиагруппой, привыкает к новым машинам.

Сам я, кстати, тоже зависал в боевом симуляторе в обществе охранной компании «Арбитр». Звучит, а? Это, если кто не понял, достопамятные «Земля-Палавен-Тессия». Кстати, они опять отожгли. Приколисты. После того, как я закрыл их контракт, они не вняли моему настоятельному совету «Разбежаться по норам, желательно, подальше от Омеги», а решили остаться сводным отрядом, благо, единообразное вооружение присутствовало. Род занятий, кстати, подобрали весьма ироничный. После нашей операции, народ заметил: а ведь так можно любую сделку сорвать, или наоборот, проконтролировать. А дальше всё просто. Разумные скинулись на офис, организовались, дали рекламу и стали предоставлять таким вот встречающимся «крышу» на время проведения сделки. Ведь зачастую представителям торгового сословия куда спокойнее, когда их встречу защищает нечто более весомое, чем честное слово. Например, десяток «Соколовых». А в условиях переполнения Омеги пиратами их предложение имело спрос.

На мой же резонный вопрос «нафиг тогда отозвались?!» они мне совершенно серьёзно ответили, что по рации у меня голос был уж больно убитый.

Вот это да. Жалость! От головорезов! Неожиданно. Впрочем, какая тут может быть жалость? Заказчики в моём состоянии готовы обещать наёмникам золотые горы, а в данном случае разумные точно знают, клиент более чем платёжеспособен.

Кстати, на встречу пришли не все. Ожидаемо я не досчитался двух батаров. Ну это в принципе понятно, они уже там и вполне возможно, сейчас в моей броне и с моими же винтовками они стреляют в людей, которые мне дороги.

Боевой симулятор, как и пилотский, представлял собой зал с тремя десятками капсул виртуальной реальности. По сути, невероятно навороченная компьютерная игрушка, которую военные применяли для отработки тактики малых групп и боевого слаживания. Эффект полного присутствия прилагается.

В общем, очень похоже на арену из третьего Масс Эффекта, хотя я узнавал, штука эта не новая и стоит на вооружении у всех армий. А что? Много дешевле нулевого элемента, сожжённого зазря на реальных учениях.

И да, в команде играть у меня получилось далеко не сразу. Очень сложно было, знаете ли, следовать приказам, часть из которых я даже не понимал. А прикол-то в чём? Понимать от меня и не требуется в конкретно данной боевой обстановке. Выполнять надо, быстро, качественно и молча. Вот так сыграла со мной злую шутку моя «домашняя армейская подготовка» и жизнь в замкнутом пространстве. К физической подготовке ни у кого претензий не было. Но моё восприятие пространства всё-таки оставалось «гражданским». Вот к чему приводит учёба «по книжкам», когда всё знаешь, а применять не умеешь.

Ну да ладно. Азы я понял, а остального в академии нахватаюсь. Тем более, что Хидис (Позывные команда тоже менять не захотела, хоть я и русским по белому им на интерлингве сказал, ОДНОРАЗОВЫЕ), больше не ворчит про пушечное мясо и полторы минуты.

Раал’Тар почти пропал. Просто зашёл на инженерную палубу и выходит оттуда только, чтобы отстоять вахту на мостике. Больше никто из рода кварианцев на других палубах не появлялся. Скоро вообще суверенитет объявят, ну ничего, вот пригляжу за тем, как там Шепард внизу справляется, так и буду их оттуда выковыривать. А то право слово, феечки в волшебном лесу, их не видно, но они творят гармонию. Техники-люди и турианцы, пользуясь той же метафорой, превратились в лесников-охотников, которые их немного видят, что-то понимают, но байки в столовой травят, как тот рыбак про прошлогодний улов.

К концу полёта немного разобрались с рангами. В виду жёсткого кадрового голода инженеров не кварианцев временно пересадили на управление оружием судна, пятый и шестой день несчастные не слезали с симуляторов. Ещё повышение по службе по тем же причинам получил незабвенный Лорис Гатис. Он стал командиром авиагруппы. Кадровый военный с неплохим списком поощрений и не менее длинным дисциплинарных взысканий. Надеюсь, справится, тем более что капитан о нём весьма высокого мнения.

Раал’Тар совместил обязанности старпома и зампотеха, в результате чего его вахта на мостике ограничивалась просто регулярными проверками, а сам он по большей части окопался в арсенале, химича с бронёй десанта.

Ну и командиром группы высадки стал человек Буч, вроде бы тихий, крепко сбитый и невысокий малый обладал замашками серого кардинала. Именно он первым и озвучил идею «Арбитров», и пусть план операции составлял Хидис, командовал подразделением именно Буч, причём весьма грамотно.

— Всем приготовиться. Экипажу занять позиции согласно боевому расписанию. — Раздался долгожданный голос ВИ. — Входим в систему Ветус через пятнадцать минут.

Суеты на БИЦ не получилось. Просто полтора десятка разумных поудобнее устроились в своих креслах и, на всякий случай пристегнулись.

— Экипажу приготовиться к бою, — Подал голос капитан. — Владимир, показания ладара мне на пульт по готовности.

— Есть! — Громко ответил высокий блондин, не переставая со скоростью пулемёта барабанить по галопанели.

Момент «Х». Под монотонное «три, два, один» корабль слегка вздрогнул, и мы вернулись в нормальный космос.

— Пошли данные! — оператор РЛС склонился над своей консолью затараторив: — Нет отклика от буёв оповещения. На орбите сорок зафиксирована эскадра противника. Четыре крейсера: три батарианских, тип «Сор`Нир», один турианский, тип «Дарон», и семнадцать... отставить, двадцать два корабля класса фрегат-корвет.

На секунду отвлекшись, он добавил от себя:

— Стопроцентно пираты, подобную рухлядь лет пятьдесят, как с вооружения сняли, да и стоят, как стадо на лугу.

Но тут же снова склонился над консолью продолжив:

— Фиксирую множественные цели. Это челноки! Сэр, они сбрасывают десант.

— Принято. Подготовить главный калибр.

— Есть!

— Стрелять, как только будем в зоне уверенного поражения. Авиагруппе готовность тридцать секунд.

— Принято. — Раздалось из динамиков.

Когда мы проделали большую часть пути и до самого тупого ворка на пиратской флотилии дошло, что поворачивать мы не собираемся на связь, вышел… Человек?! Вот честно, я готов был к тому, что с нами свяжется Балак или какой другой батар, но не к этому.

— Неизвестный корабль, вы опоздали, делянка занята, так что вертайтесь откуда прибыли, пока я добрый. — Надменно заявил он.

— Это кто там из дерьма нос высунул? — «Поприветствовал» его Чаган, бросив на меня косой взгляд. Да… Честные торговцы никогда пиратов не любят, а некоторые с ними ещё и разговаривать специально обучены на их языке.

Пират такого немного не ожидал и выпучил глаза на моего кэпа, как рыба на воздухе.

— Ты! Назовись, чтобы я мог вырезать твоё имя на стене моих трофеев!

А пока пошёл обмен любезностями, я поднырнул к связисту и спросил, что противнику известно о нас. На что тот с ехидной улыбкой ответил, что наши РЭБ совершеннее их лет на сорок вперёд и мы можем делать с их сенсорами всё, что нашей душе угодно. Например, посылать на их датчики сигнатуру фрегата.

Тем временем Чаган выяснил, что мы разговариваем ни с кем иным, как с самим «королём пиратов Терминуса» Эланусом Халитом. Помните, такой мелкий квест про ядерную бомбу в первой части? Эх, отбираю у Шепа возможность блеснуть знанием сапёрного дела!

А кэп молодец! Уже столько из него вытянул (примерную численность десанта, как давно они напали, почему так долго возятся, даже, кто надоумил), не сказав о нас ничего, а в довершение прочитал то, что я набрал ему на унике.

— Всё, что тебе нужно знать, ублюдок, за тобой пришёл «Летучий Голландец».

Первый залп «Голландец», не снижая скорости дал по турианскому крейсеру, курсовыми орудиями, начисто снеся его щит. Второй вгрызся в кормовую часть вызвав множество вторичных взрывов, разрушая двигатели, куда и целились изначально.

Следующим выстрелом была разрушена носовая часть ближайшего батарианца. Щиты? Не, не слышали. По крайней мере стреловидные болванки нашего курсового ускорителя сносили их влёт. А когда мы настигли их на дистанции ближнего боя, борта ощетинились многочисленными ракетными залпами, ссаживая щиты оставшихся тяжёлых судов и разрушая мелочь противника влёт.

Пираты честно пытались маневрировать и отстреливаться, но технологический разрыв между нашими кораблями, в среднем составлявший шестьдесят-семьдесят лет, был полностью на нашей стороне. Да, они по нам стреляли из бортовых орудий, даже попадали, но наши щиты проседали так незначительно, что сразу стало понятно, повредить «Голландца» сегодня можно только главным калибром, он же маневрировал, как акула в стае сельди, стреляя из бортовых ускорителей и разбрасывая ракеты налево и направо.

А вот это вам на сладкое! Два десятка истребителей вылетели с авианосной палубы и с ходу облепили тяжёлые корабли противника, по очереди обрабатывая каждый, у моих «москитов» был простой и понятный приказ «выбить зубы и сломать ноги» врагу, оставляя им только маневровые движки, чтобы не упасть на планету.

Авианесущая палуба у нашего корабля была рассчитана на сорок летунов, закреплённых в специальных ложах, как раз одна из тех очень дорогих плюшек, разработанных на Новерии. В принципе, идея тоже была не нова, но применялась раньше только на дредноутах и с более крупными истребителями. Мои же «москиты», хоть и были построены по прообразу альянсовских «Дельт», но имели меньший размер, что повлияло на их маневренность в лучшую сторону, а вот автономность подрезало сильно. Но всё равно это были полноценные космические истребители, идеально подходящие для скоротечного боя.

Хотя это и не бой даже, так... избиение. Но, туда им и дорога.

За малыми кораблями, рванувшими от нас, как от чумы, вдогонку полетели ракеты. Истребители менее чем за полчаса окучили тяжёлые корабли и принялись делать то же самое с судами поменьше. Эфир наполнился матом и мольбами о пощаде, а когда пираты дозрели окончательно, мы выдали на общей частоте.

— С вами говорит Крейсер «Летучий Голландец» частной военной компании «Чёрный ветер». Если вы немедленно прекратите сопротивление и положите свои корыта в дрейф, возможно, переживёте этот день, в противном случае, мы просто разнесём вас и забудем. Без торга, без возражений.

Честно говоря, сам не ожидал, что всё будет так просто, даже до конца не верил, в слова, сказанные когда-то штурманом Прессли, «Что они могли против нашего крейсера». А вот поди ж ты! Да… Земная военная машина — зверь. А тут ещё и полное техническое превосходство.

Избиение всё ещё продолжалось, когда три наших челнока, сопровождаемые истребителями, вошли в атмосферу планеты.

***

За десять часов непрерывного штурма их осталось только четверо. Шепард устало вздохнул и передёрнул затвор винтовки. Из жужжащего радиатора в воздух ударила волна горячего пара. С усмешкой лейтенант вспомнил, как ещё недавно отчитывал салаг из местного гарнизона за подобное отношение к оружию. Но вот, чудо русской оружейной промышленности перестало мерзко пиликать, и он снова прильнул к прицелу.

Вот, перекрестье снова нашло голову врага. На этот раз фиолетовая азари в чёрно-жёлтой броне с дробовиком.

Поу!

От крупнокалиберной пули в голову её не спасли никакие барьеры. Безголовое тело постояло ещё пару секунд, затем мешком упало куда-то за баррикады. В окно, в котором засел снайпер со всех сторон полетели частички вольфрама.

— Юрий, меняю позицию! — Постарался перекричать выстрелы в рацию Джон.

— Принято, командир.

— Как у вас там?

— Хреново. Симонса больше нет. — После секундной задержки ответил сержант. А у лейтенанта в голове моментально возникла довольная рожа темнокожего парня, которого они ещё три дня назад учили пить в местной забегаловке. Тогда их было одиннадцать.

Чёрт, а теперь только трое.

— Граната, сэр. «Бронежилет». — Ответил Климов на скрежет зубов командира.

— Принято.

Всё случилось внезапно. Диспетчер космопорта поднял тревогу, когда перестал получать сигнал с буев у ретранслятора. Но и того, что уже передали системы раннего оповещения, хватило, чтобы вогнать начальство в ужас. Следующий час население спешно эвакуировали в бункеры, гарнизон подняли в ружьё, но всё равно не успели. Первую волну десанта сбила система планетарной обороны.

Поняв, что с наскока город не взять, пираты высадили десант за его пределами и попытались войти в него под прикрытием бронетехники.

И вот с тех пор прошло уже десять часов. Ох не зря лейтенант гонял местный гарнизон. Парни, большей частью уже рождённые на Элизиуме, дрались за каждый дом, но их было слишком мало. Фактически они держались только на двух факторах: спецназовцы, которые умирали, но не давали врагам высунуть нос из укрытия, и необычайно качественное вооружение местного населения. К тому же системы эвакуации были просто на высоте. Никогда ещё Шепарду не приходилось видеть, чтобы большое поселение совершенно невоенных людей вдруг ни с того ни с сего превратилось в один сплошной защитный механизм.

Общественный транспорт вёз людей в точки эвакуации, службы спасения активизировались и стали вызволять гражданских из труднодоступных мест. Полиция перешла в подчинение военного ведомства. Санитарные службы разворачивали мобильные пункты первой помощи. Разумные были в шоке, но само наличие плана на случай атаки вселяло уверенность. Да и здания, построенные за последние десять лет, легко преобразовывались в укрепления.

Но всё равно, против такой прорвы пиратов этого было мало. Потери в отряде начались ещё при прорыве первой линии. Штурмовики Мейс и Харрис влетели в толпу ворвавшихся в город ворка и принялись сеять смерть крупной картечью во все стороны. Они на пару держали пролом до тех пор, пока их не смяли кроганы.

Потом был Штейн, оставшийся прикрывать колонну гражданского транспорта, отставшую от общего графика из-за глупой случайности, которой в поднявшейся суматохе просто не могло не случиться. Тяжёлый пулемёт немца утих только тогда, когда рухнуло уже само здание.

Капралы Василенко и Накимура, вечно спорящая пара снайпер-корректировщик, были сегодня необычайно результативны. Азиат весело отрапортовал о сто тридцать седьмой цели, когда их позицию накрыли гранатомёты.

На шестом часу боя не стало Гризли, штатного водителя, к которому прозвище прилипло за его иррациональную любовь к своему бронетранспортёру, ещё в учебке. Ну и ещё за габариты. Этот рыжий ирландец, никогда не отличавшийся особой бдительностью и расторопностью, в одиночку остановил группу вражеских диверсантов, попытавшихся обойти группу гарнизонных вояк с фланга. Шепард даже не мог вспомнить его имя, так давно прикипело к парню прозвище. Солдаты, которых спас рыжий, описали жуткую картину, как их отрядный медведь засунул руку с активированной гранатой по локоть в пасть вцепившегося в него крогана и удерживал его, пока не исчез в облаке раскаленной плазмы.

Уоллес, истинный англичанин, который из всего богатства алкогольной продукции предпочитал лишь скотч и тёмное пиво. Каждую минуту своего свободного времени изучал биржевые сводки и новости большой политики. Казалось, разбуди его ночью и спроси, в каком соотношении сейчас фунт к кредиту, он сначала ответит, а уж потом пошлёт тебя, как научился ещё на узких улочках Бирменгема. Всё говорил, что когда-нибудь сможет на этом зарабатывать. Вольфрам нашёл его, когда парень закидывал гранату в батарианский БТР. Он знал, что не вернётся, но путь колонне в тот момент мог преградить только так.

Когда подстрелили Николь, единственную девчонку в группе, Слай полез её выручать, в результате их обоих просто изрешетили батарианцы. Шепард понимал, что эмоции не для боя, но она была их боевой сестрой! Девушка безо всякой протекции и абсолютно заслуженно вырвала с мясом из инструкторов свой «N5» и всегда улыбалась, когда на неё смотрели. Они всем отрядом её любили, но вечно спокойный и рассудительный Слай, видимо, чуточку сильнее. И никто не упрекнет его в том, что он глупо подставился.

После них крайней потерей считался Дик. Инженер. Сколько турелей он сегодня поставил! Шепард этого точно не знал, но больше двух десятков. В конце концов, во время установки одной из них, его ударили биотикой. Стена за парнем была сильно порушена, отовсюду торчали арматурины, на них его и нанизало. Теперь вот Симонс.

Винтовка снова перегрелась, если так пойдёт и дальше, вскоре ствол деформируется и придётся менять модуль ствольной коробки целиком, а запаса нет. Вообще, если эта снайперка и переживёт бой, то её можно будет, разве что, на стену повесить. Чем не коллекционный экземпляр? Да на ней одной уже можно было ставить полторы сотни зарубок. А ведь лейтенант сегодня чем только не работал. Почти всю бронетехнику они сожгли гранатомётами, отступая ставили чёртову кучу растяжек и ловушек, а когда враг подходил особенно близко, переходили на дробовики и автоматы. От варренов отбивались чем только можно, доходило даже до уни-клинков.

Впрочем, не только спецназу сейчас приходится туго. У них-то потери как раз «ниже ожидаемого», как сказали бы инструктора. Куда хуже дела были у гарнизона города. Ребята оборонялись яростно, но подчас крайне неосмотрительно. Стреляли абы куда, высовывались под огонь… Впрочем, спустя десять часов ада больше некому высовываться. Остальные, та жалкая треть что осталась, вели себя куда осмотрительнее. Одно утешало лейтенанта, уже чувствовавшего на себе дыхание смерти. Пиратов в системах Термина теперь станет на мно-о-о-о-го меньше.

Неожиданно стрельба стихла и в воздухе воцарилась звенящая тишина. Через некоторое время за спиной чей-то неосторожный сапог шумно пнул камешек, командир, лежавший до этого на животе и проверяющий в прицел окрестности шустро перекатился на спину и прицелился в подкравшегося уже из штурмовки, которая лежала у него всё это время под животом. Но это был всего лишь Родригес, связист отряда, человек, которому по должности положено сидеть и не высовываться, а иногда громко и на всех частотах кричать и звать на помощь.

— Что скажешь, Хосе? — Выдохнув, спросил Джон.

— Всё хреново командир. Помощь идёт, но им нужно ещё часов пять-шесть. — Плюхнулся рядом с ним латинос. — Не продержимся.

— Да куда мы денемся. — Мрачно усмехнулся Шеп.

— В страну вечного солнца, белых пляжей, бесплатного пива и полуголых загорелых красоток. — Уверенно ответил связист. — Может быть, там ещё будет пара крепких телом парней для Николь.

— Тогда и там начнётся стрельба. — Грустно улыбнулся лейтенант.

— Точно, Тихоня-Слай.

Помолчали. Шепард вернулся к мониторингу окрестностей, даже сделал пару выстрелов. В ответ раздалось несколько очередей, но ни одна из пуль даже не ударила рядом.

— Что в эфире у этих?

— А бурда какая-то. Ты, по ходу, у них всех командиров выбил.

— Размечтался. — Фыркнул Шепард. — У них там целый флот наверху. Так что, до командиров мы с тобой попросту не достреляем.

— А жаль.

Поу!

— Да дай ты ей остыть-то! — Вздрогнул от неожиданности Родригес.

— Чем больше я их уберу сейчас, тем меньше на нас попрёт потом.

— Логично. — Хмыкнул связист. — Тогда не буду тебе мешать.

Хосе ушёл на свой пост, а Шепард продолжил жадно рыскать прицелом по зданиям. Пару раз с ним связывались командиры отделений гарнизона, что-то спрашивали, что-то уточняли. Они уже и сами не верили в то, что помощь придёт, но намеренье защищать своих родных и близких никуда не делось. Оно превратилось в ту самую холодную злость, притупляющую боль, страх, стыд, брезгливость, разрушающую в мозгу ту самую планку, которая говорит в человеке «не могу», заменяя её простым и понятным «надо».

Какое-то время тишина сохранялась. К Шепарду даже успел подняться гарнизонный медик и заменить его автоаптечку, но всё хорошее когда-нибудь кончается, вот и необъявленное перемирие было не вечным. Сначала с той стороны раздались длинные «подавляющие» очереди, потом из-за укрытий начали выбегать кроганы. Их было не так много, но одной пули на такого зверя было явно недостаточно, а уж под их прикрытием в атаку пошли и все остальные.

— Всем приготовиться. — Коротко приказал командир. Тут же в эфире раздались команды оставшихся гарнизонных офицеров.

И вот тут случилось невероятное. Сначала в воздухе раздался лёгкий смутно знакомый гул, который усилился по нарастающей. Затем во вражеские позиции ударили лучи ПОИСК, много, потом ещё раз. Над полем боя с чудовищным шумом пролетел десяток «Дельт» альянса, оставляя за собой шлейфы в небе и огонь на земле.

— Родригес! — Рявкнул лейтенант в рацию.

— Работаю, сэр! — В тот же момент в коммуникаторе лейтенанта подключилась дополнительная дорожка на которой вещал связист. — Спецназ ВС Альянса вызывает «Дельты», спецназ ВС Альянса вызывает «Дельты», ребята, откликнитесь.

— Альянс, на связи «Чёрный ветер». — Раздался долгожданный отклик с той стороны. — Не отвлекайтесь, они сейчас попрут толпой. Воздух работать больше не сможет, во избежание «дружественного огня». Поможем, чем сможем.

— Храни вас Бог, «Чёрный ветер»! — Отозвался связист.

— Группа высадки, отбой.

— Ты всё слышал, Шеп. — Прошептал Хосе.

— Рано радуешься, друг. Бойцы, огонь по готовности!

Дальше был штурм, слепой и беспощадный, на который способен лишь враг, зажатый меж двух огней. На площадь между позициями выкатились оставшиеся у пиратов бронемашины, с некоторых позиций полетели биотические удары. Баррикады защитников озарились многочисленными вспышками выстрелов.

Откуда-то сбоку в бэтээры полетели ракеты. Первый залп начисто ссадил их щиты, второй разорвал уже саму броню, и поверженные машины полыхнули яркими белыми вспышками, раскидывая бегущих мимо них пиратов. Со стороны осаждённых послышались ликующие крики.

Потом ещё раз вернулись «Дельты» и проутюжили вражеские позиции за линией огня.

Следующий момент боя, запомнившийся Джону, это как его винтовка приказала долго жить, ствольная коробка всё-таки расплавилась, вынуждая командира перейти на штурмовку. Дальше всё слилось в одну сплошную канонаду, состоящую из выстрелов, взрывов и криков раненых.

***

Бой продлился ещё около часа и закончился смертью последнего пирата. Ни у кого даже мысли не было брать пленных, особенно у меня, человека, идущего по руинам своего города. В голове бушевал просто чудовищный коктейль из вины, отчаяния, надежды и стимуляторов. Хотелось рвать и рваться, упасть прямо на асфальт и завыть на луну. Но я был не один.

На переговоры со спецназом мы вышли ровным строем со смотрящим в землю оружием. Под дулами ещё дымящихся автоматов шагать было не очень уютно, но приказ не стрелять был подан на общей частоте. Так что, будем надеяться на лучшее.

Навстречу нам вышло пятеро. Двое в чёрной броне с логотипами N7 и N6, остальные же были в однотипной экипировке «Хане Кадар», что выдавало в них принадлежность к гарнизону. Автоматы «номеров» были в захватах, только гарнизонные несли их в руках, готовясь к не пойми чему.

— С кем имею честь? — Первым подал голос Буч, снимая шлем.

— Лейтенант ВКС Альянса Джон Шепард. — Представился N7, делая ответный жест.

Ну что про него можно сказать? «Дефолтная» внешность, пронзительные серые глаза и почти смертельная усталость. О… как я желал увидеть его своими глазами, в иной ситуации был риск, что завизжал бы как фанатка Майкла Джексона, но… сейчас даже он не имел для меня значения.

— Джереми Баркли. — Протянул руку для пожатия Буч. — Командир группы высадки ЧВК «Чёрный ветер».

— И как вы здесь оказались? — Подал голос «гарнизонник», пожелавший остаться при каске.

— Надуло. — Беззаботно пожал плечами десант.

Ну всё. Мне здесь было больше нечего делать. Так что я, пожалуй, пойду, гляну, что осталось от моего дома, оставшегося далеко за пределами фронта. Ткнув ближайшего «скорпиона» в плечо, я не глядя передал винтовку и гранатомёт, оставшись только с пистолетом и пошёл бродить меж руин. Меня никто не останавливал.

Навигатор, встроенный в броню вёл по изменённым войной, но в то же время знакомым улицам, как по лабиринту. Меня встретил полностью выгоревший жилой модуль с зияющими дырами в стенах. Отступающие, видимо, использовали его, как укрепление, и их оттуда выковыривали гранатами. Вот всё, что осталось от места моего рождения.

Я снял шлем и вошёл внутрь, жадно вдыхая грязный запах войны. Из глаз текли слёзы. В детской одиноко стояла обугленная деревянная колыбель, слава высшим силам, пустая.

Не знаю, сколько я просидел на руинах собственного дома, коммуникатор остался в шлеме и требовал вызова уже довольно давно.

— Это твой дом? — Женский голос вырвал меня из состояния полного внутреннего опустошения.

— Да, — Хрипло ответил я.

— Можно войти?

— Разумеется. Можно даже присесть, — Кисло улыбнулся я. — но я бы не рекомендовал. Сажа плохо отстирывается.

Тем не менее, азари из моего отряда присела напротив меня на какую-то обгорелую, но с виду прочную колоду. Даже не предположу, что это было до войны. Десантница тем временем сняла шлем и уставилась на меня бледными выцветшими глазами. Да и сама она была куда бледнее своих сестёр из отряда.

— Ты удивлён. — Сказала она ровным и спокойным голосом.

— Я не каждый день вижу матриархов азари.

— Понимаю. Мои новые спутники тоже сильно удивились. — Мягкая улыбка. Кажется, я нарвался на сеанс бесплатного психоанализа. — Как ты себя чувствуешь?

— Погано. — Честно ответил я, а затем почему-то добавил. — Мне сегодня шестнадцать.

— Ты так молод. — В её голосе добавилось сожаления. Чёрт, а я ведь даже позывного её не помню, чтобы обратиться. А надевать сейчас шлем, когда собеседница для тебя его сняла — это как бы дурной тон.

— Куда старше, чем может показаться.

— Я вижу.

— А вам?

— Девятьсот четыре.

Оставалось только уважительно присвистнуть.

— Тысяча лет войны?

— По-разному. — Вздохнула древняя. — В моей жизни были и дом, и семья, и дети. Пока не закончились на планете, подобной этой.

— А попытка начать всё сначала?

— Была и не единожды. — Понял, не дурак. — Вообще-то я хотела тебя поблагодарить. От лица всех нас.

— За что же?

— Наёмнику редко удается повоевать за правое дело.

— Хоть кому-то угодил. Ладно, давайте пойдём уже, и так засиделись мы на этой планете. Да и отвечать на вопросы РУАС мне совершенно не хочется.

Глава 22 Итоги, костры и музыка

Списки погибших пришлось добывать уже на Омеге через агентов Серого Посредника. Это было недорого, но… Открывать этот файл было невыносимо. Ладно! К чёрту! Открыть файл! Сортировка, поиск, по именам.

«Гай Гинора». Совпадений не найдено.

«Гай Елена». Совпадений не найдено.

«Гай Алистер». Совпадений не найдено.

Уф… Остальное не волну… Стоп! Новый запрос.

«Уокер Саманта». Совпадений не найдено.

«Уокер Эдриан». Найдено (1). Уокер Джош Эдриан, 53 года, г.Аламос. Статус: погиб.

Всего двести восемьдесят три имени. В основном мужчины, оборонявшие город.

А вот это больше похоже на Карму, чем на слепой случай. Отец Саманты был тем самым человеком, благодаря которому были возведены все городские укрепления, и именно благодаря ему списки пропавших без вести состоят лишь из пары десятков имён, а не из тысяч. Ну вот как так?!

А…

Лишь закрыв список, я понял, что чувство тревоги, преследовавшее меня всё это долгое время, наконец отступает, оставляя лёгкий налёт отвращения к самому себе. Однако, теперь у меня не было никаких сомнений насчёт Шепарда. То, что сотворили эти ребята… Чёрт, да я сам через трупы перешагивал. В общем, галактика может спать спокойно.

Новостные хроники смаковали «Скиллианский Блиц» вот уже неделю. Чего там только ни говорили, какие только вопросы не поднимали! Сразу откуда-то взялись эксперты, политологи, специалисты по планетарной обороне и прочая шушера. Спецназовцев-героев Альянс спрятал с глаз долой, вполне достоверно прикрывшись реабилитацией. Тем не менее записи их интервью, «воспоминания из ада» и ещё пара печатных статей всё же было отдано на откуп беснующейся прессы.

В общем, официальная версия, оперативно рождённая в пресс-центре Альянса, вполне укладывалась в биографию Шепарда Героя Элизиума. Только теперь он фигурировал там не как единственно выживший защитник мирных гражданских от злобных пиратов, а как грамотный командир, проведший свой отряд и гарнизон колонии сквозь горнило сражения, что, в принципе, не сильно отличалось от реальности.

Дальше паровозом шли интервью с непосредственными очевидцами, сиречь, бойцами гарнизона, гражданским населением, руководством колонии (впервые за всю новейшую земную историю чиновников хвалили за работу) и, наконец, пресс-секретарями Альянса.

Если подводить итоги, то они были следующими.

Мерзкие пираты Терминуса гнусно позарились на богатства человеческие и, собрав огромный флот, посягнули на мир во всём мире в целом, и на несчастную колонию, в частности. Но Альянс Систем в великой мудрости своей давно знал о надвигающейся угрозе вторжения и отважно выставил патрули в местах предполагаемых атак злокозненных врагов, а на Элизиуме, так как именно там вероятность нападения была выше всего, разместили Самый Цвет Элитных Спец Войск (именно с заглавных букв), во главе с Самым Наикрутейшим Командиром, которого когда-либо рождала Земля. В результате чего, прибывшими вовремя силами пятого флота Альянса было захвачено аж четыре тяжеловооруженных крейсера батарианской и турианской конструкции, полтора десятка малых судов, арестовано до четырехсот пиратов, уничтожено до полутора тысяч в живой силе противника. А также, до кучи, обезглавлена криминальная элита Терминуса и прочая-прочая-прочая.

В общем, Шепард — герой, Альянс молодец, колония спасена, пираты козлы, а «Летучий Голландец» это миф и вообще, пятый флот сам всё успел и со всем справился. А ну и ладно! Нам пока что всеобщая известность и не нужна, а рапорт Шепарда никто обнародовать не будет.

Когда я наконец успокоился, пришлось составлять все свои планы заново, и восстанавливать хоть какие-то остатки своей легенды.

Для начала, корабль. Ну, с этим проще. Крейсер «Аполлон», а именно так по документам проходил «Летучий Голландец», уходил в учебный дальний рейд в неисследованный космос, ну а то, что пришлось докупать ракетное вооружение, так это была стрельба по астероидам.

Команда корабля была честно предупреждена, что болтать о нашей маленькой войнушке — это лёгкий способ самоубийства, так как какой-то процент пиратов всё-таки смог прорваться к ретранслятору и за сорванный куш многие из них будут всерьёз пытаться мстить.

Я же всё это время провёл на Иллиуме, отважно вгрызаясь в гранит науки. Многочисленные финансовые следы моего пребывания щедро оставлены там людьми адвоката Арии. Не надёжно, но хоть что-то. Оставалось надеяться, что я всё-таки слишком незначительная фигура для тех, кто реально может прорваться за эту ложь.

Наёмники из компании «Арбитр» получили свои гонорары и предложение остаться на борту в качестве группы высадки, на что согласились не сразу, но моё предложение неожиданно поддержала та самая матриарх с которой я имел беседу.

А теперь, когда это маленькое кубло мне-таки удалось увязать в одном месте, с Омеги их пришлось выпроваживать. Так что полетел «Аполлон» на Иллиум, работать «лимузином дальнего следования». Опять-таки не без помощи госпожи Та’Хир. Так что элитный крейсер теперь официально занимался перевозкой и сопровождением ВИП-персон из пункта А в пункт Б на долгосрочной основе. Благо, на этой планете богатых параноиков было более чем достаточно.

С ребятами из «Цербер» тоже пришлось поговорить, но те, похоже, были предупреждены насчёт меня и с пониманием отнеслись к тому, что оставшееся до академии время я проведу дома.

И вот я, собрав все свои нехитрые пожитки, лечу домой на корвете Раал’Тара.

***

Элизиум кипел.

На волне всеобщего внимания Альянс щедро вливал деньги в восстановление города. Так что сейчас вся колония напоминала старый советский фильм, где все жители работают на стройке с утра до вечера, и все довольны и все счастливы.

Особый оттенок коммунизма имел рабочий посёлок. Десятки наспех сооруженных общежитий с минимумом удобств были за несколько дней возведены в наименее пострадавшем пригороде. Но никто не жаловался. Общие дворы, большие столовые, с дежурящими там поочерёдно поварами из тех, кто не работал на производстве и реконструкции, сплотили людей и не только. Многочисленные добровольцы, не принадлежащие к человеческой расе (Да, на других планетах тоже есть общественные движения), откликнувшиеся на зов, либо решившие попытать счастья на новом месте, взирали на такое, уже практически забытое сплочение чуть ли не с ужасом. Но тоже быстро втягивались в общий ритм восстановления. Хотя, такой уклад здесь сохранится ненадолго. В отличие от Советского Союза здесь подобные поселения действительно были лишь кратковременными мерами, а если учесть темпы, с какими сейчас перестраиваются старые кварталы, через пару месяцев в город переберутся все.

Семью я нашёл быстро. Как-никак не последние люди в колонии. Отец был ранен и весьма серьёзно, потому как даже спустя продолжительное время после произошедшего продолжал ходить с тростью и болезненно морщился, когда приходилось наклоняться. Мама была погружена в домашние хлопоты и заботы о маленькой дочурке, которая на высокой скорости носилась по всему жилому блоку и с необычайно серьезным видом пыталась помогать (ага, в три года).

Кстати, я видел планы. У здешних жителей большие аппетиты. Чего там только не было запланировано!

Заводы, школы, детские сады, увеселительные заведения, парки, целые кварталы для представителей иных видов, да проще было перечислить чего на Элизиуме не будет! Что интересно, на всё это находились специалисты, деньги и инвесторы.

Я-то уж, помня, как ославляли Альянс в многочисленных фанфиках, хотел через посредников гуманитарную помощь заказывать. Однако, не пришлось. Тут, скорее, обратный случай, ведь АС только что смог реально защитить своё право на колонизацию. А это вам не хухры-мухры. Да Элизиум буквально завалили инвестициями, гуманитарной помощью, компенсациями и (!) материальной помощью от Совета Цитадели! Неожиданно.

В общем, картина, открывшаяся глазам разумного, приехавшего с Омеги, слегка обескураживала и откровенно пугала. Место, в котором человек человеку не волк, паранойя, приобретённая ценой собственного и весьма неприятного опыта, принимать отказывалась. Тем не менее, это были только мои личные проблемы.

Дома меня встретили искренней радостью, мать даже возблагодарила судьбу за то, что не прилетел раньше, а то «и мне бы досталось». Отец придерживался сходной позиции. А вот заявление о том, что я вступаю в вооруженные силы Альянса Систем они восприняли по-разному, благо признался я им в этом не сразу, а где-то день на третий за ужином.

— Но почему ты просто не можешь вернуться домой?! — Всплеснула руками мать.

— Пусть так, главное, чтобы не в банду. — Грустно заметил отец.

Простите, мама, папа, но через десять лет Жатва, и мне до этого времени надо сделать хоть что-то. А так я б с радостью, вон, последние два дня помогаю местным инженерам с составлением плана электромагистралей будущих кварталов. Вовсю применяю своё Иллиумское высшее образование, помноженное на опыт лазанья по тоннелям Омеги и мне это нравится куда больше, чем беготня с автоматом.

Но это было днём. Вечером меня посетил призрак.

Бледная, как смерть Саманта потеряла в этом сражении всё, что только можно, и никак не могла оправиться от полученных моральных травм. Дом и кредиты, это пустое. На счетах её отца было немало средств и вскоре она получит наследство и компенсации. Но остаться одной в таком большом мире… а я ведь даже не знал, что Эдриан был её единственным родственником.

Бледная тень, вот всё, что осталось от яркой и красивой девушки, заслонившей меня когда-то собой от батарианцев. Так и ходила с мутным взглядом, пока я её не окликнул.

Когда я подошёл к девушке, она даже не сразу сфокусировала на мне взгляд. Но, когда до неё дошло, в глазах девушки не отразилось ничего кроме лёгкой тени узнавания. Полнейшее безразличие. Именно то, чего я в своё время так упорно добивался, придурок. Хотел, чтобы она относилась ко мне так, как и ко всем, не выделяя, не привязываясь, без ложного чувства вины или ответственности, но такое… Не-е-е-е-т, моя Сэм этого не заслуживает.

Мы добрались до местного аналога бара, заказали столик и уселись напротив друг друга: она с пивом, я с соком. Разговорить девушку труда не составило, она долго держала в себе горе, её глаза были влажные, время от времени повествование прерывалось всхлипом.

Саманту война застала возвращающеюся домой из яслей, где она стажировалась на воспитателя. Эвакуационный транспорт уже забрал детей, а она договорилась, что её подберут у дома, где забыла какие-то данные. Но не судьба. Сбитый пиратский челнок влетел в их с отцом жилой модуль и взорвался где-то внутри, отбросив девушку ударной волной и не наградив осколками стен только чудом. Потом Саманту подобрала спасательная служба и отвезла в ближайший пункт медпомощи, где она и осталась помогать.

— А ведь предлагали уехать. — Погрузившись в воспоминания с явным сожалением произнесла Сэм. — Я там повидала столько расчлененки, что за всю жизнь не довелось.

— Война. — Хмуро произнес я. — Почему осталась?

— Подумала, буду полезна. Там на весь госпиталь едва ли десяток врачей. Медсестёр не хватало. А я вроде как обученный человек. — Помолчали. — Когда привезли отца, я его едва узнала. Только и смогла что держать его за руку и ревела как дура. Там… такие раны были…

— Сэм. Не надо. — Попросил я, но по глазам видел, что не замолчит пока не выговорится.

— И куда только полез, старик. — Будто не слыша продолжила девушка. — Подготовки нет, уже не молодой, а всё в войнушку играл. Как те деньги с Иллиума привёз, так и заладил, что надо готовиться. Городской совет, вон, достал. Да вся колония, считай, его инженерами построена.

— Нам с тобой уж точно не стоит считать его параноиком. Сама же помнишь, на Омегу мы прилетели не люксом.

Саманта посмотрела на меня и уловила обиду во взгляде.

— Я знаю, Лео. — Грустно улыбнулась она.

— Только благодаря твоему отцу колония отделалась так легко. — Мягко сказал я девушке.

— Я... я всё понимаю, просто… — Новый всхлип. — Он никогда не умел остановиться вовремя.

Вот так мы сидели ещё около часа, Саманта всё говорила и говорила, по её щекам сплошными дорожками текли слёзы, а она всё не могла остановиться, рассказывая о единственном человеке, который был с ней всё это время. Повествование, давно перестало быть разборчивым, превратившись в истерическое бормотание, а мне оставалось лишь проявить терпение и волю, чтобы не стиснуть её в своих объятиях раньше времени. Не сейчас. Пусть сначала она вспомнит всё хорошее и плохое что было между ними. Вспомнит и отпустит с миром.

В свою жилую ячейку я вернулся только ближе к ночи, а следующим вечером мы встретились снова. Я нашёл Саманту где и должно, она как раз сдавала детей с рук на руки родителям. И скажу вам, вот что, девушке полегчало значительно. Да на ней даже «универсальный комбинезон колониста», самая распространенная в посёлке одежда, сидел по-другому! Не говоря уж о причёске, косметике и небольших аккуратных серёжках. Более того, сегодня Сэм улыбалась. По-прежнему не пропали с её глаз тени печали и усталости, но контраст был настолько разителен, что я невольно замер, наблюдая за картиной передачи малолетних пищалок из рук в руки. Вроде бы даже рот забыл закрыть.

Со своими обязанностями девушка покончила быстро, и мы отправились гулять по территории посёлка, делясь воспоминаниями о своём прошлом. Я рассказывал какие-то незначительные курьёзы, которые не вызвали бы у неё рвотного рефлекса. В основном это были шутки про мою опекуншу Элис. Про остальное ей рассказывать не хотелось, потому как там либо чернуха, либо порнуха (не совсем, но про то как я тренировал двух секси-синеньких, смиренно умолчу), либо гос-тайна. Она же мне рассказывала, как изменилась за последние годы колония и прочие местные новости.

Так в тишине и спокойствии прошла ещё неделя. Днём работа, вечером либо семейные посиделки, либо ещё какие-нибудь мероприятия вроде общения у костра под гитару. Серьёзно. В двадцать втором веке. А ведь в чём фишка-то? Ксеносы в этом «варварском» таинстве принимали наиживейшее участие. Впервые это увидев, я уронил челюсть и долго шарил по полу в её поисках, а как пришёл в себя, забыв обо всём на свете отправился выяснять с чего всё началось.

Оказалось, всё до безобразия просто. Когда временный лагерь был закончен, несколько человек решили отметить это событие костром и шашлыками. Но просто отойти от города и сделать это по-тихому им показалось недостаточно. Они подали идею в совет, и она неожиданно прошла. В быстрых темпах была расчищена площадка под кострища, организованы сидячие места, заготовлены дрова и замариновано мясо, кто-то из торгашей расщедрился на пиво. Короче, гулять начали организованно, как стемнело.

Жаль, что я пропустил этот момент. По словам рассказчика, была настоящая первобытная романтика. Ночь, звёзды, несколько кострищ, кто-то догадался захватить с собой гитары.

Немногие инопланетяне из местных и добровольцы из многочисленных волонтёрских отрядов тоже присутствовали, но поглядывали на стихийное празднество как-то диковато и держались обособленно. Как, например, группа турианских солдат, прибывших на планету в качестве сопровождающих. Они кучкой неторопливо сновали по лагерю выполняя обязанности дружинников, чтобы успеть прибыть на помощь гражданам Цитадели, если люди (плохую репутацию нам никто не отменял) вдруг распоясаются и полезут в драку.

Ребята подошли к костру у которого собралось особенно много народа. Там на гитаре играл десантник-отставник и репертуар у него был соответствующий. Немолодой мужчина с парой неприятных шрамов на лице своими пятипалыми руками ловко перебирал струны, рождающие вокруг себя приятную музыку, а слова, ложащиеся на неё, цепляли душу любого, кто знает смысл слова «долг».

В общем, пару песен солдаты слушали стоя, потом им предложили подсесть и оказалось, что у таких разных существ довольно много общих тем для разговора.

Через пару дней вечеринка повторилась. Не так масштабно, но на этот раз турики подготовились. Приволокли своё пиво, закуски и, в знак мирных намерений, не надели броню. Незаметно, их общество приятно разбавили азари, их тоже не гнали, потому как на предыдущих посиделках кем-то было верно подмечено, что без женщин нет веселья. Ещё через три дня над кострами разливались народные песни уже на всех языках галактики.

А вот то, что довелось видеть лично мне во время наших с Сэм неторопливых прогулок.

Несколько синеньких красоток, скучковавшись вокруг одного молодого паренька-человека с интересом слушали в довольно качественном исполнении «А мы не ангелы» (привет тебе, Люмен, из двадцать второго века). Кто-то записывал голос на уник, кто-то просто слушал, но интерес в глазах был живейший.

За другим костром мастер-класс давали уже азари. Там образовалось что-то вроде стихийного оркестра, играющего кто на чём и удивительно слаженно поющего о звёздных первооткрывателях.

Добил турианец, рассказывающий героическую балладу под аккомпанемент какого-то их национального струнного инструмента. Сам по себе народный шипастый агрегат напоминал гусли со струнами, натянутыми на разных уровнях и имеющими разную длину. Инопланетный исполнитель не дёргал их, а водил по ним когтями наподобие смычков, в результате чего получались вполне себе приятные звуки, ничем не напоминающие военный марш, но удивительно хорошо создающие атмосферу торжественности и загадочности.

А я-то, дурак, думал, что повидал на Омеге всё и удивить меня уже нечем.

Но вот, всё хорошее рано или поздно кончается, например, весна семьдесят шестого года. В этот раз меня никто не пытался удержать дома. Ну кроме малышки Елены, разревевшейся у меня на коленях. Удивительно умный ребёнок. Всё, в кои-то веки прошло, как у нормального человека, прощальный ужин в кругу семьи и новых друзей, пожелания когда-нибудь вернуться и просьбы лишний раз не влипать в неприятности, нечастые тосты за здоровье и удачную дорогу. Э-э-эх, не знать бы, что скоро Жатва. Так бы и жил себе здесь долго и счастливо.

Из мечтаний меня выдернул объёмистый баул, бухнувшийся рядом с моими ногами. В семь утра в почти пустом космопорте это выглядело фамильярностью. Я поднял глаза, чтобы посмотреть на обладатель… ницу данного имущества и удивлённо уставился на Сэм.

— Доброе утро! — Преувеличенно радостно салютовала она мне.

— Привет. — Выдал я в ответ. — А ты куда?

— Подала заявление на вступление в вооружённые силы Альянса. Три дня назад его одобрили. — А сколько беззаботной уверенности в голосе! У меня аж зубы свело, да и в том, что она не похвасталась мне этим раньше, отчётливо просматривался определённый смысл.

— Уверена в своём решении?

— Абсолютно. Не хочу больше быть здесь.

— В любой момент ты можешь просто улететь в любую другую колонию Альянса, а то и на Землю. — Принялся перечислять я. — Можно попытать счастья на Иллиуме, благо, ты достаточно для этого обеспечена, можно попробовать себя на Цитадели или в мирах азари. Почему именно Альянс?

Девушка насупилась.

— Не хочу больше быть слабой.

— И всё?

— Мало?

— Явно недостаточно. — Хмыкнул я. — Ты пойми, войска — это не место где твоя жизнь будет спокойной. Там всё подчинено одному распорядку. Фактически ты перестанешь принадлежать себе.

— То, что нужно. — Упрямо поджала губы девушка, а я продолжил давить.

— Ты в курсе, что даже в туалет тебе придётся отпрашиваться?

— Не думаю, что инструктора будут сильно зверствовать в этом плане.

— Не переубедил?

— Нет.

— Тогда продолжим.

В общем, за те оставшиеся минуты до посадки челнока, который доставит нас на борт лайнера, запугать девушку мне не удалось. Не сработало даже предупреждение о том, что у нас будет мало времени для общения друг с другом. Упорная. Что ж, я предупреждал, оставалось только махнуть рукой и пожелать удачи.

— Справишься? — Спросил я, уже пристёгивая ремень безопасности.

— Да.

— Тогда полетели.

Хогвартс местного пошиба ждёт.

Глава 23 Миссия "Последний выживший"

Две тысячи сто семьдесят седьмой год. Система: Засекречено. Планета: Засекречено.

Капитан Вероника Кляо с отвращением взирала на окружающие отряд, насколько хватало глаз, песчаные волны и тихо зверела. Из-за бури десантный бот не смог высадить конвой в нужной точке, поэтому выгружаться пришлось аж на двадцать миль восточнее. Почти у чёрта на рогах! И ещё этот песок, в который каждым шагом проваливаешься по щиколотку! Этой жуткой планете было плевать на сервоприводы брони, она умело высасывала силы из любого, кто посмеет на неё ступить. И не важно, кто это, простой турист или тренированный спецназовец в силовой броне.

Однако, как «Дельты» ни материли начальство, приказ за них никто не выполнит, а значит, та грёбанная колония получит эти грёбанные контейнеры. И сделает это «Дельта» и именно сегодня. И не важно, что сутки на Акузе почти равны трём земным.

И вообще, какой мудак додумался колонизировать планету-пустыню? За каким?! Анаптаниум, что ли здесь нашли?

Из тяжелых мыслей капитана выдернул лейтенант Карпов.

— Мэм, знаете ли вы, что мы везём в контейнерах?

— Понятия не имею. Какое-то оборудование для колонистов.

— Которые не известно, живы ли.

— Именно. Вообще, поганое задание. — Буркнула капитан.

— А вам почему так кажется?

Иногда Кляо начинало казаться, что этот русский к ней клеится, сорокалетней женщине в самом расцвете сил внимание снайпера льстило, скорее всего, будь парень немного понапористей, то получил бы «зелёный свет», но именно тогда, когда нужно было «поддать газу», Михаил всегда отваливал. Со временем, женщина махнула на эту ситуацию рукой. Тем не менее слушателем мужчина был благодарным, и она не отказывала себе в удовольствии поразмышлять при нем вслух.

— Ну как тебе сказать? — Собралась с мыслями Вероника. — Меня, капитана спецподразделения, вызвали ни с того ни с сего на ковер к целому контр-адмиралу Питерсену, тот «ни здрасте ни до свидания», сразу к делу, прибудешь-доставишь-проверишь как там народ поживает, свободна. Я молчу про тон этого урода, так он и задание нам поручил, с которым взвод обычной пехоты сладит.

— Мудак. — Хмыкнул Карпов. — И естественно, он запретил интересоваться, что в контейнерах.

— Само собой.

Колония показалась неожиданно, просто возникла дрожащим силуэтом в раскалённом воздухе, как мираж, но, слава богу, ни пропадать, ни отдаляться не спешила. По отряду прокатился ропот облегчения, в конце концов шесть часов непрерывной ходьбы с черепашьей скоростью, то ещё испытание для солдата и ещё более тяжелое для его брони. Даже у капитана система терморегуляции была на последнем издыхании. Как дела обстоят у её бойцов, она старалась не думать.

Сама колония выглядела мягко говоря непрезентабельно. Это, скорее, был небольшой форт с высокими стенами, сваренными прямо из кусков обшивки корабля, не прикрытыми даже слабенькими кинетическими щитами. Похоже, они больше служили защитой от песка и солнца, нежели от какой-либо серьёзной угрозы. Вблизи форт выглядел довольно внушительно, три стены окружали внутренний дворик, две башни по углам. Широкая фронтальная стена, а в качестве крепости выступали останки самого корабля-ковчега. В принципе всё было возведено по инструкции для первых колониальных поселений, но в таком диком упадке, словно пролежало так тысячелетие.

Картину неприятно дополняли опущенные ворота, в которые уже намело достаточно толстый слой песка. Это насторожило капитана.

— Отряд, стой! — Отдала она приказ. — Тумс, Саммерс, в разведку.

— Есть! — Хором отозвались капралы и аккуратно, в полуприседе, взяв автоматы наизготовку, пошли в крепость. Отряд, тем временем, размещался за ближайшими барханами.

Ждать пришлось не более получаса.

— Чисто. — Отрапортовал Тумс.

— Чисто. — Саммерс.

За стены заходили группами, постоянно озираясь и вскидывая винтовки на каждое подозрительное движение. Но ничего не происходило. Короткий, но тщательный обыск выдал только то, что было видно с самого начала. Живых здесь не было никого, притом очень давно. Этому безмолвно свидетельствовали несколько до трухи высушенных мумий и уже лет десять, как истощенные генераторы.

— Ладно, «Дельта», слушай приказ. — Начала командир. — Поодиночке не ходим. Располагаемся на отдых, где почище и пытаемся вытряхнуть песок из сапог. Тумс, на тебе груз. Далес, вызывай челнок. Карпов, за старшего, распределишь посты. Дикс, со мной. Оглядимся.

— Есть.

— Есть.

Картина всеобщего запустения удручала. Определённо, колонисты, не имея возможности вернуться, долго боролись с планетой. Но битва была проиграна ещё на стадии планирования. На эту пустыню просто не надо было прилетать, ибо это одно из тех мест во вселенной, что, имея статус «планета Земного типа», по сути являлись лишь могильниками.

— Не нравится мне здесь. — Дикс в отряде был за штатного пессимиста. Не то чтобы он часто бывал прав, но и ошибался редко. — И вообще, с душком это задание.

— В кои-то веки с тобой согласна. — Хмыкнула капитан. — Ладно, возвращаемся к нашим. Далес, что со связью?

— Пока глухо, мэм.

В этот момент Вероника что-то почувствовала. Потом ещё раз. Как будто затряслась земля.

— Странно. — Раздался по связи голос кого-то из рядовых. — Гор нет, откуда толчки?

Следующий толчок почувствовали уже все.

— Что за?! — Воскликнул Тумс. — Кэп, подойдите к грузу. Вы должны это увидеть.

— Иду. Далес?

— Кэп! — Подал голос связист. — Корабль не отвечает.

— Продолжай пытаться.

Груз отряд оставил в центре внутреннего двора под присмотром. Сами морпехи разбрелись по теням от стен, чтобы хоть как-то помочь системе охлаждения брони бороться с перегревом. Поэтому за контейнерами на гравиплатформах никто особо и не следил. А зря.

Когда капитан подбежала к капралу, под ящиками уже натекла большая коричнево-зеленая лужа.

— Тумс, какого хрена?!

— Мэм! Не могу знать капитан, мэм! — Переклинило солдата в ответ на командирский рык. Но затем тот что-то сообразил и решил уточнить. — Эта штука протекала всю дорогу. Просто мы этого не заметили из-за песка. Дрянь моментально впитывалась в него.

Форт снова тряхнуло, куда сильнее, чем в прошлый раз.

— Далес! Что со связью? У нас проблемы.

— Связи нет, капитан! — В голосе радиста слышалась нотка паники. — Сигнал пробивается через бурю, но на него не отвечают!

В следующий момент одна из угловых башен лопнула, во все стороны полетел искорёженный металл. Контейнеры разнесло в разные стороны мелкими кусками. Тумса, бывшего к ним ближе всех, приложило железным листом плашмя и отнесло на десяток метров. Группу из троих солдат завалило деталями конструкции. И ещё до того, как в пыли, затянувшей весь дворик, отпечатался силуэт гигантской твари, кто-то из ребят отчаянно заорал на весь эфир.

— МОЛОТИЛЬЩИК!!!!

И в подтверждение этих слов над укреплением раздался рёв, заложивший уши даже сквозь акустическую защиту шлема.

Дальше начался форменный ад. Боковую стену своей тушей проломила ещё одна тварь и сразу принялась плеваться кислотой во всё что шевелилось. Люди, конечно, пытались укрыться, отстреливаться, но это была просто разведывательная миссия, тяжёлое оружие им даже не выдали, а штатные «Лансеры» червей только злили.

— Всем внутрь! Не стрелять! Прорываемся вглубь корабля!

Это был самый долгий забег в жизни капитана. А уж она-то повидала немало. Сначала они пытались уклоняться от многочисленных кислотных брызг, от туш гигантских червей, от невероятно быстрых жвал, пытались не споткнуться на постоянно трясущейся земле и вот наконец, когда последний выживший морпех забежал внутрь корабля, молотильщики обратили своё внимание на него.

Снова пришлось бежать. Неважно куда, вглубь ковчега, подальше от внешних стен. Куда-нибудь, где металл ещё не сгнил настолько, чтобы выдержать натиск исполинских тварей.

Наконец, отряд вбежал в БИЦ, самую защищенную часть бывшего корабля. Твари ещё бились о стены судна, но отсюда звук, доносившийся до морпехов, был не так страшен. Лучи фонарей прорезали тьму пустой рубки и освещали помятые доспехи людей. Их было до ужаса мало. Вероника вывела тактическую информацию себе на визор шлема и ужаснулась. От пятидесяти опытных бойцов осталось только двадцать три, включая её саму.

— Карпов. — В отчаянии позвала женщина, хотя показания тактического ВИ были точны.

— Он стоял на входе в корабль и следил, чтобы никто из уцелевших не отстал. — Ответил за мёртвого товарища Далес. — Я был последним. Потолок рухнул сразу за мной.

— Ясно. — Только и ответила Вероника. — Отсюда связь возможна?

— Никак нет.

— Да почему, чёрт тебя дери?!

— Над нами двести метров корабельной стали, мэм. И песчаная буря на поверхности. — Необычайно зло ответил связист. — А если мне и удастся сотворить чудо, то ответа не будет, потому что на орбите уже никого нет. И вы тоже это прекрасно поняли!

— Так нас что, списали? — Опешил Дикс.

— Похоже на то. — Отстраненно ответил Саммерс и улёгся прямо на пол.

Верить в это Веронике не хотелось, но реальность была такова, что их действительно предали. И это было страшнее всех сегодняшних потерь.

— Да чёрта с два! — Взревела капитан не своим голосом. — Слушать сюда! Мы выживем! Дождёмся помощи и вернемся в Альянс, где я вырву яйца этому ублюдку Питерсену, а вы — всем тем, кто встанет у меня на пути!! Приказ понятен?!

— Так точно, мэм! — Рявкнули солдаты.

— Теперь по пунктам: Саммерс!

— Я!

— Организуй охранение оставшимися наличными силами.

— Есть!

— Далес!

— Я!

— Пытайся связаться хоть с кем-нибудь! На всех частотах!

— Есть!

— Попов! Маккой! Попытайтесь подключиться к системам корабля, если они ещё не сгнили и узнайте есть ли в этом корыте аварийный маяк!

— Есть!

— Всем! Исполнять!

— Есть! — Хором.

В стихийно вспыхнувшей суете солдаты не сразу заметили, что долбёжка о борта ковчега стихла, а вскоре на общей частоте раздался странный синтезированый, но вполне дружелюбный голос.

— Корвет «Хама» вызывает неизвестных, корвет «Хама» вызывает неизвестных! Получаю сигнал бедствия. Отзовитесь!

Капитан ошарашенно посмотрела на Далеса, тот кивнул, мол, да, сигнал посылал.

— Говорит капитан Вероника Кляо ВКС Альянса. Как слышите?

— Много помех, но чётко. — Ответили ей. — Капитан корабля Раал’Тар вас Такаса.

— Рада вас слышать, капитан. Скажите, там на орбите, случайно, наш крейсер не болтается.

— Никак нет. На ладаре чисто.

Вероника скрипнула зубами.

— Запрашиваю эвакуацию и помощь с поиском раненых.

— Принято. Высылайте координаты. — Последовал незамедлительный ответ.

— Высылаю. И будьте осторожны. Здесь повсюду молотильщики.

— Расчетное время сорок две стандартные минуты. Ждите, помощь идёт.

Морпехи покидали ковчег с другого входа, но он вёл всё в тот же злополучный дворик. От огороженной когда-то площадки мало что осталось. Кругом были кратеры и рытвины, следы движений исполинских червей. Повсюду были разлиты лужи кислоты, обломки стен, фрагменты тел. Неутихающая буря ещё не успела поглотить следы побоища. Однако черви уже ушли, а на месте контейнеров зияла глубокая воронка.

Корабль сел к руинам настолько близко, насколько это вообще было возможно, за что капитан была готова канонизировать пилота на месте несколько раз. Второго шестичасового перехода сегодня она бы просто не выдержала.

Трюм корабля открылся, как только усталые солдаты вплотную подошли к кораблю. На палубе людей встречали трое: кварианец, турианец и азари. Но людям было уже всё равно, сил моральных и физических не было даже на ксенофобию.

— Приветствую вас на борту «Хамы», я капитан Тар. Это мои спутники, инженер Дарий и десантница Вишез. — Заговорил ведроголовый. — Лазарет, а также вторая и третья каюты в вашем полном распоряжении. Прошу принять мои соболезнования, но сканеры корабля не фиксируют больше выживших.

— Благодарю, что не побоялись прийти на помощь, капитан Тар, — Подошла к нему командир морпехов. — Я капитан Вероника Кляо. Раз так, давайте поскорее покинем эту ужасную планету.

— Полностью с вами согласен.

***

«Дорогой друг, даже не знаю, стоит ли тебя так называть, ибо ты уже давно меня пугаешь. — Писал мне в Академию Раал’Тар. — Я давно знал, что ты не обычный разумный. Твои дела и устремления на многие годы превышают твой возраст. Но я привык, более того, безмерно тебе благодарен за всё то, что ты для меня сделал. Но вопрос «Зачем?» мучает меня с каждым твоим поступком всё сильнее.

С ужасом вспоминаю наше с тобой возвращение на «Омегу». Ты тогда сделал очень страшное предположение, касательно твоего дома. Теперь же я уверен, ты знал. Всячески отнекивался от свалившегося на тебя бремени, делал всё, чтобы обошлось без твоего вмешательства. Кила! Я тогда решил, что в тебе совсем нет эмоций. Ты ещё отшутился, что это всего лишь вероятность, а я сделал вид, что поверил тебе.

Наверное, из меня самый худший актёр в галактике, но сейчас, когда мы на расстоянии, мне не стыдно признаться в чувствах, которые я тогда испытал, заглянув тебе в глаза. Глубокий беспредельный ужас. Я испугался тебя настолько, что усомнился в нашей дружбе. Задал себе вопрос, а какую роль ты уготовил мне? Поэтому я и сбежал. Сомневаюсь, что ты поверил в то, что я соскучился по родным, и правильно, это было лишь частью правды».

Ну что тут скажешь. Я иногда сам себя боюсь, но чаще просто сам себе противен.

«Касательно того о чём ты просил меня, всё сделано так как ты сказал. Мы высадились на планету примерно за два месяца до события. Осмотрели всё, просто огромный могильник в песке. Ничего ценного, никаких следов чьей-либо деятельности на протяжении десятилетий. И я снова задаюсь вопросом, «Как ты узнал?», но понимаю, что не хочу знать ответов.

Мы открыли все двери, которые только смогли и постарались скрыть следы своего присутствия. Оставили сменный пост, для этого мне пришлось рассказать о твоём приказе старшим офицерам корабля. Это было… не просто, но к счастью, большинство из них слишком дорожат своим текущим статусом, чтобы ставить под сомнения твои указания.

Мы наблюдали за планетой три стандартных месяца, а потом случилось всё то о чём ты предупреждал.

Знаешь, что было самое сложное в твоём приказе? Да о чём это я?! Конечно знаешь, не спасать всех. Не скажу за других, но я чуть с ума не сошел, когда мы слушали эфир. Крики умирающих у всех рас невероятно похожи друг на друга, а мы могли помочь. На корабле было достаточно вооружения, но ты сказал этого не делать, и мы не стали. Точнее, я хотел. Чуть не сорвался, но матриарх Вишез меня удержала. Сказала верить в тебя. Потом, когда всё закончилось, мы прилетели, протянули руку помощи тем, кто выжил. Долго слушали их благодарности, от которых у меня были кошмары.

Если тебе интересно, то выживших было двадцать шесть. На борт поднялись двадцать три, раненых, как ты и сказал, мы не подбирали.

Ох, Лео. Я совершенно не представляю, почему ты так поступаешь. Просто надеюсь, что ты прав. Удачи.

Раал’Тар вас Такаса, отбой».

Хотел бы и я верить в то, что поступаю правильно.

Глава 24 О голливудских страстях и синих монстрах.

Тиера Л`Гая нервно сжимала в руке купленный по случаю мячик антистресс. Помогало откровенно слабо. О, Атаме! Как же она нервничала!

За те годы, что дева скрывалась на Земле, постигая мировоззрение новой расы, она одновременно и сильно изменилась, огрубела, приняла правила игры, и осталась той же наивной девушкой, надеявшейся на то, что однажды этот кошмар, в который неожиданно превратилась её жизнь закончится. Но нет. Девушка всеми фибрами души ощущала, как круговорот событий вокруг неё закручивается всё быстрее и быстрее. Вот и сейчас, перед моментом «Х», у неё перед глазами снова пролетел тот ужасный отрезок жизни, который один друг (а друг ли? Или всего лишь ещё один кукловод, пытающийся загребать каштаны из костра её руками?), окрестил «новой вехой в жизни».

Вот она в истерике бьётся в комнате без окон, ожидая, когда к ней придёт тюремщик и отведёт на суд к великой и ужасной Арии Т’Лоак, вот этот невообразимый торг. Девушка снова поёжилась, вспомнив холод от ствола пистолета на головных фестонах. Этого она не забудет никогда, как и цену, двадцать восемь тысяч, именно во столько её и оценили. Тогда она сразу всё поняла, но услышанное её так шокировало, что просто не могло быть правдой. Только потом Тиера осознала, что это была шутка и в рабство она угодила совершенно задарма. В рабство к человеку. И почему? Потому что кто-то «наверху» не захотел разбираться с проблемой и назначил крайнего. Ни за что. Просто так.

Страх опять сменился гневом. Она не заслужила такой судьбы! Быть разменной картой в руках Совета матриархов без согласия, это так… обидно!

Но что же дальше? Им было мало. Теперь, выполнив их волю, дева должна была умереть. Прекратить существование и тем самым сыграть в их идиотских планах ещё раз. О да, как мило с их стороны.

На глаза набежали слёзы. Ну нет! Опять этот ужасный приступ жалости к себе! Отставить! Вдох, досчитать до десяти, вы-ы-дох. Вкупе с мячиком, сжатым побелевшими от натуги пальцами убеждение подействовало.

Единственно верная истина для азари звучит так: всё проходит. Со временем юные девы превращаются в матрон, те в свою очередь в матриархов, до этого лишь надо дожить. Странно, что об этом ей напомнили не на Тессии, куда она прилетела в поисках справедливости, а на Омеге, где её, этой самой справедливости, быть не может по определению. И сделал это совсем молодой человек, который сам того не желая (странно, но факт!) стал её хозяином. И ведь верно. Она — азари, она переживёт его, Совет и все беды, что на неё ещё обрушатся. Всё, что для этого надо, это жизнь, длиною в тысячу лет, и она у неё была. С этой информацией уже можно было жить, пусть в клетке из обстоятельств и чужих планов, но это не продлится вечно. Тем более, что клетка своими золотыми прутьями не только пленит, но и оберегает.

Да… Золотая клетка размером с планету и высотой в приказ таинственного Лео.

Стать человеком, научиться мыслить, как человек, постичь критерии, которыми живёт человек. Ирония в том, что это надо было сделать лишь для того, чтобы стать азари. Невероятно! Но факт. Человек бы сказал: «Стать достойной своего имени», да… Кто же знал, что имя, данное ей при рождении, со временем превратится в титул, который навесили как ярлык. И этот самый титул требовал соответствия от ногтей больших пальцев ног до кончиков фестонов.

Тиера Л’Гая научилась. Первые полгода она справлялась с дикой нагрузкой на разум только благодаря новым подругам, которых к ней приставил опять всё тот же Лео.

Он отправил её на Землю далеко не сразу. Это было бы слишком легко. Сначала парень заставил её переступить через себя, делать то, о чем она раньше даже помыслить стеснялась. Он учил её стрелять, драться и пользоваться биотикой (Да! Человек, НЕ БИОТИК, учил её, притом весьма продуктивно.) и телом. Бедная дева, лишь пару раз видевшая порно и в меру своего возраста этой темой даже и не интересовавшаяся, вообще не представляла, что тело может ТАК гнуться и ВОТ ТАК ломаться. Кстати, спать с собой он её не принуждал, Лиззель вообще по секрету сказала, что он от заигрывающих с ним азари шарахается, как от огня. Хотя охотниц было довольно много.

Тиера и не заметила, как на смену слезам пришла улыбка. Подруги-надсмотрщицы сделали всё, чтобы процесс обучения не был для неё обременительным. Более того, именно Лиззель и Нарисса в своё время сохранили в ней веру, что азари друг на друга не плевать. Впрочем, девчонки и не скрывали, что летят с ней на Землю лишь потому, что всё проплачено. Светлое настроение и дух первооткрывательства они поддерживали честно и с фантазией. Чего только стоил тот жуткий сплав по порогам на байдарках… Но «приключения азари на земле» — это тема достойная отдельной эпопеи.

Главное то, что девушка справилась со всем, что от неё требовал её новый работодатель. Стала сильной, в меру бесстрашной, очистилась от той жуткой разрушающей злобы, которая грызла её уязвленную душу (очистилась, но не забыла, и матриархам забыть не даст), и главное поняла для себя, что Лео, с его ширмой, деньгами и мотивами, ей реально нужен.

Сейчас же Тиера Л’Гая, подготовленная и морально накачанная, вышла в порту Иллиума впервые лично представлять «свой» новый фильм. И её встречали. Почётный караул из трёх сотен дев «Затмения», которое по головидению поручилось перед всей планетой, что ни одна пылинка не упадёт на голову их кумира.

Дева, увидев в порту две ровные синие шеренги, отделяющие её от настоящей ТОЛПЫ беснующихся разумных, нервно сглотнула и в нерешительности замерла. Рядом с ней на трапе появился немолодой статный саларианец, Долин Хитаси, гениальный режиссер и тайный помощник Лео во всех его начинаниях. Лягух счастливо улыбнулся толпе и помахал встречающим рукой.

— Не волнуйтесь. Это ваша роль и вы к ней готовы. Я убедился. Лео доволен. Смелее. — Протараторил он ей шёпотом, затем предложил ей локоть, так мужчины многих рас поддерживали своих женщин. Благодарная дева вцепилась в него как клещ и только теперь поняла, что сможет идти, не спотыкаясь о полы собственного платья от волнения. Так они и шли. Медленно, чтобы все могли их рассмотреть, улыбаясь и приветственно махая руками всем собравшимся. Тиера даже не представляла, что это будет так тяжело. Столько разумных одновременно смотрит на неё! Это же просто немыслимо! И не спасало даже присутствие справа от неё ещё большей знаменитости! Ну, в принципе, правильно, на Долина все уже насмотрелись, уж он-то от публики не прятался никогда. Но Тиера Л’Гая сегодня дебютировала и все взгляды принадлежали лишь ей.

— Точно. — Так же тихо ответила она мужчине. — Это всего лишь роль. Я справлюсь.

Дальше ей пришлось много улыбаться, махать рукой до тех пор, пока не отсохнет плечо и красиво вышагивать на невыносимо неудобных, но таких модных каблуках.

К пресс-конференции юная азари готовилась так, будто это был экзамен в магистратуру. Мерзавец Хитаси ещё при первой личной встрече передал ей список из шестисот наиболее вероятных вопросов. Более того, он лично следил за процессом их изучения, постоянно что-то дополняя и сбивая с мысли несчастную деву. Впрочем, всё это было не зря, говорить Тиере пришлось столько, что к концу конференции у несчастной реально опух язык. Репортерам было интересно всё. Как ей пришла в голову идея её первого фильма (пусть это останется моей маленькой тайной), почему она скрывалась все эти годы (надо было разобраться в себе), где она черпает своё вдохновение (жизнь прекрасна и удивительна, а я смотрю и записываю), есть ли у неё кто-то (я бы предпочла не отвечать на этот вопрос), сколько ей лет, как ей удается поддерживать фигуру, какие у неё творческие планы и тому подобное.

В конце этого невероятно длинного дня она вымоталась так, что рухнула на постель, едва зайдя в номер. Однако, и этого ей сделать нормально не дали. На этот раз по унику с ней связалась секретарша.

— Госпожа Тиера, как вы? — Озабоченно спросила её азари.

— Ужасно. — Честно ответила девушка. Впрочем, секретарша спросила её чисто из вежливости.

— Я должна вам напомнить, что через пять стандартных часов состоится премьер-показ вашего нового фильма, а затем на крыше отеля состоится приём в вашу честь.

— О, Богиня. — Тиера с ужасом вспомнила как к этим самым приёмам её готовил неуёмный режиссёр и тихо застонала. — Хорошо, спасибо, госпожа Олис. Пожалуйста, распорядитесь через три часа подать лёгкий обед мне в номер и попросите зайти ко мне стилиста через три с половиной часа. До тех пор постарайтесь меня не беспокоить.

— Как угодно, госпожа. — Секретарша отключилась. А последняя мысль Тиеры была о том, что пора привыкать спать по три часа, как саларианцы.

Следующая неделя прошла в просто диком темпе. Многочисленные интервью, встречи с фанатами, просмотры ранних фильмов с комментариями от создателей на последующих пресс конференциях, светские тусовки и прочие «радости» из жизни знаменитостей. В конце концов бывший врач Клиники Цитадели сама себе диагностировала нервное переутомление и отпросилась у Долина погулять где-нибудь в тишине и он, как ни странно, отпустил её с минимумом охраны. Она покаталась по городу, погуляла в каком-то из многочисленных парков, где её и окликнула очень давняя знакомая.

— Девочка! Ты ли это?! — Воскликнула высокая атлетически сложенная сиреневая азари с хищной ярко-красной пигментацией на лице. Она была в броне затмения, но тем не менее выделялась ростом и статью.

— Госпожа Васэ? — Удивилась Тиера.

— Рада, что ты меня не забыла. — Удовлетворенно хмыкнула та. — А ведь лет тридцать прошло.

— Как я могу забыть свою первую серьёзную пациентку? Вас же тогда к нам доставили в виде решета!

— А эта девочка ассистировала хирургу. — Пояснила Васэ своим сопровождающим. — А потом ещё две недели кормила меня с ложечки.

— Как вы себя чувствуете сейчас?

Пройдя суровую школу под наставничеством Лео и куда более «прошаренного» Долина Хитаси, Тиера сразу отмела вероятность случайности. Скорее это была спланированная встреча, рассчитанная на то, что молодая наивная дева ничего не заподозрит. Тем не менее, она была действительно рада встретить кого-то из прошлой жизни. И пусть этот благодарный пациент окажется хоть кроганом.

Они с Васэ поговорили за старое, поудивлялись новому, посидели под двойной охраной в каком-то кафе. Потом капитан наемников предложила деве небольшую экскурсию по своим владениям, и та согласилась. Территория, принадлежащая «Затмению» в Нос-Астра, была просто огромна. У них были собственные доки в космопорте, склады и пара небоскрёбов, соединенных между собой многочисленными переходами, а территория, подконтрольная им, измерялась даже не в километрах, а в процентах от площади города. Когда Тиера вошла в главный офис ЧВК впервые, её чуть не растерзали фанатки, которых в организации, на три четверти состоящей из молодых азари, было до ужаса много. Спасло наличие рядом капитана, чьё воздействие на окружающих было сродни ледяному душу.

Спустя какое-то время Васэ и Тиера остались наедине в кабинете капитана и с удобством расположились на диванчике у окна с бокалами медовухи и пирожными. Дева уже заколебалась гадать, с какой целью четырёхсотлетняя матрона заманила её в свои сети, и спросила в лоб. Конечно не так грубо, как была сформирована мысль, но смысл был передан. Наёмница улыбнулась на это и начала рассказывать сказку про то, как она рада её видеть. Но смысл был понятен. Капитан медленно и аккуратно «подбивала клинья». Это было неожиданно, но тем не менее отступать было некуда.

Идиллия закончилась довольно резким писком уни-инструмента наёмницы.

— Да? — Небрежно бросила женщина.

— Босс, она здесь. — Ответила ей консьержка и был в её голосе такой дикий испуг, что пробрало даже «сценаристку».

— Я поняла тебя. — Ответила наёмница, отключила уник и громко с чувством помянула пару кроганских оборотов.

— Случилась беда? — Обеспокоенно поинтересовалась гостья.

Васэ посмотрела на неё полными страха и ненависти глазами.

— Скорее, проклятие. — Капитан вскочила со своего места и быстро начала набирать что-то на виртуальной клавиатуре. — Уйти ты не успеешь, так что прячься здесь и старайся даже не дышать лишний раз. — Часть стены за спиной наёмницы отъехала в сторону. — Нет времени на разъяснения. Внутрь!

Так и ничего не поняв, сценаристка нырнула в тайник, оказавшийся личным схроном капитана. Как только стена встала на место, в нише сразу загорелся терминал.

***

Панель стены ещё толком не успела встать на своё прежнее место, а входная дверь уже открывалась, впуская в кабинет стройную фигуру в обтягивающем чёрном комбинезоне. Дана Васэ нервно сглотнула при её виде.

— Ну здравствуй, капитан. — Хрипло выдохнула азари цвета морской волны. — Давно не виделись.

— Моринт. — Лаконично поприветствовала её хозяйка. — Полгода.

— Не будь букой. — Страстно протянула гостья, обходя по широкому кругу стол, которым наёмница от неё отгородилась. — Иначе я решу, что ты не рада меня видеть.

— Я… — начала было Васэ, но, чем-то поперхнулась, как только встретилась взглядом с жуткой азари. Моринт уже преодолела почти весь путь к ней. Хозяйка кабинета попыталась сделать неуверенный шаг назад, но замерла, словно загипнотизированная.

— Не убегай от меня. — Ардат-якши, положив ей руку на плечо медленно обошла её за спину и прижалась к женщине всем телом. — Не нужно.

Шаг, другой. Она, управляя могучей наёмницей, как тряпичной куклой усадила её в своё кресло, а сама расположилась над ней, прямо на столе, закинув ногу на ногу.

— Мои сёстры внизу…

— Они живы. Не бойся. — Таким же страстным голосом проворковала суккуба. — Мне от тебя кое-что нужно. Снова. Информация о том, где сейчас обитает одна юная, но повсеместно известная азари, Тиера Л’Гая. Я фанатка её таланта и хочу выразить ей своё восхищение лично.

— Х-хорошо. — Наёмница бесцветным голосом, как робот продиктовала адрес гостиницы в которой остановилась съемочная группа.

Моринт с плотоядной улыбкой записала данные на свой уник и грациозно встала со стола и ещё раз обошла наёмницу со спины, заставив её вжаться в кресло, и с мерзким хохотом покинула кабинет.

***

Когда стена вновь отъехала в сторону, выпуская на волю невольную свидетельницу произошедшего, бледная как полотно Васэ громкими глотками из полного стакана пила бурбон. Безо льда, как воду.

— Дана, — Обратилась к ней сценаристка по имени. В её голосе звучал священный ужас. — Это правда была Ардат-якши?!

— Да… — Допила бокал наёмница и налила себе ещё половину. — Я вызову такси. Срочно улетай с планеты.

— Но…

— Твоим друзьям мы уже ничем не поможем. Но ты можешь выжить, если спрячешься там же где и была последнюю пару лет.

— Да я их уже предупредила, думаю, они успеют убраться на «Аполлон». — Осмелевшая от страха (и такое бывает) девушка подошла к Васэ и не дала ей сделать очередной глоток. — Как ты с ней вообще связалась?!

Так и держась за руки, они переместились на диванчик, на котором сидели до этого. На нём дрожащая, как осиновый лист матрона начала свой рассказ.

Моринт появилась на Иллиуме лет двадцать назад, убегая от своего юстицара. До этого она скрывалась на какой-то дальней азарийской колонии примерно столетие и сидела бы там и дальше, если бы не орден. Здесь она очень быстро оценила все преимущества толпы, ощутила власть денег и набрала влияние на теневой стороне закона.

В офис "Затмения" она пришла с помпой. Взорвала витрину главного здания и увела за собой погоню, а через какое-то время вернулась с эскортом из ушедшей за ней группы преследования. Только это были уже не их сёстры, а зомбированные фанатично преданные ардат-якши рабыни, готовые защищать её до последней капли крови.

«Затмение» пару раз пыталось убить Моринт самостоятельно, несколько раз нанимали специалистов со стороны и за каждую попытку были наказаны ещё большим ущербом. От тех же убийц.

В последний раз тварь пришла сама, поднялась в офис тогдашнего капитана и выжгла ей мозг, а с новым капитаном, которой стала Васэ, заключила сделку, больше похожую на капитуляцию. С тех пор раз в год или два, когда прилетала на Иллиум, Моринт заходила в «гости», получая когда информацию, когда деньги, когда убежище. А иногда просто уводила с собой пару разумных, тела которых после «использования» вежливо возвращала обратно.

Выговаривая эту страшную тайну Васэ не стеснялась в выражениях и не переставала пить. Впрочем, алкоголь сильно ей в голову не ударил, просто высвободил копившуюся много лет истерику.

В конце концов Тиере, чтобы хоть как-то её успокоить, пришлось обнять матрону и прижать к себе, повинуясь внезапно проснувшемуся материнскому инстинкту.

— Какого ты низкого обо мне мнения… — С придыханием пропела Моринт от двери. Обе азари вздрогнули как от удара хлыста и с ужасом уставились на причину их нынешнего положения. Та, удостоверившись, что завладела их вниманием, начала медленно приближаться к дивану и продолжила свою обличающую речь. — Васэ, ты меня разочаровала. Так относиться к нашему соглашению и ко мне, столь великодушно щадившей вашу шайку столько лет, непростительно. А теперь выясняется, что ты мне солгала…

— Моринт, ты её не тронешь. Не на Иллиуме. Затмение поручилось за безопасность госпожи Л’Гая. Если с ней хоть что-то случится, нашей репутации конец.

— Ну что с ней может случиться в моих объятиях? — Так же завораживающе произнесла ардат-якши. Тиера ощутила, как её сознание под действием взгляда твари начинает плыть. — Бедная девочка, злая тётя наговорила тебе так много плохих слов про меня. Скажи, ты ведь ей не веришь?..

— Нет. — Послушно ответил рот за свою хозяйку. Из оцепенения её вывела хватка Васэ на плече.

— Тиера! Не… — Но договорить не успела. Объятая синим свечением, наёмница со всего размаху ударилась о дальнюю стену. Сознание, кстати не потеряла, но дышать на какое-то время разучилась. С ужасом наблюдая за корчами женщины, Тиера не сразу осознала, что Моринт уже стоит над ней и тянет ей руку, помогая встать. Тело же спокойно реагирует на каждый жест ардат-якши, разве что слегка дрожит от страха и… возбуждения?!

Тем временем Моринт полностью овладела её телом и управляла ей, как недавно это проделывала с Васэ. Одна её рука держала деву за плечо, вторая ловко гуляла на груди жертвы в уже расстегнутом комбинезоне. Шею Тиеры обжёг поцелуй.

— Смотри, Васэ. Сейчас я сделаю нашу маленькую звёздочку самой счастливой азари на свете. — Суккуба уже всю трясло от возбуждения, она подключила к процессу раздевания вторую руку, торопливо расстёгивая оставшиеся застёжки. — А потом объясню тебе, что бывает с теми, кто стоит между мной и моей мечтой.

Моринт очередной раз впилась в шею жертвы, её объятия судорожно стиснули миниатюрное тело, Тиера была аж на голову ниже и заметно уже высокой ардат-якши, однако пальцы обхватывали довольно недетские округлости. Четырехсотлетняя азари даже мысленно посетовала на ненормально развитую молодёжь, что, впрочем, не мешало ей играться с девой.

В момент, когда ардат-якши впилась в шею жертвы ещё раз, её бедро неожиданно и больно укололо что-то невыносимо острое. В этот момент Лео мог гордиться своей ученицей.

Холодная сталь ножа вонзилась в бедро азари и вырвалась по другой траектории, расширяя рану и доставляя новую боль. От неожиданности та неприлично взвизгнула и подскочила, отталкивая от себя девушку. Но не тут-то было. Окрыленная успехом Тиера, вцепившись в руку Моринт, не дала ей разорвать дистанцию, а легчайшим танцевальным движением юркнула за спину хищнице. Следующее движение получалось у неё только с Нариссой и только на тренировке с круглым тонким цилиндриком, имитирующим нож (Та же Лизелль в ближнем бою избежала бы этого удара, а вот у бывшей барменши до сих пор не получалось). Сейчас же рука с настоящим боевым ножом не встретила вообще никаких преград на пути к горлу. Узкое лезвие с мономолекулярной заточкой оставило глубокую борозду на шее Моринт, а на руку девушки обильным потоком хлынула кровь.

Теряя силу, почти зелёная азари рухнула на колени и неверящими глазами уставилась на обошедшую её по кругу деву с раскладным ножом. Что-то попыталась пробулькать, но не смогла. Так и завалилась набок, продолжая изливать потоки синей жидкости.

Тиера стояла над телом, потеряв счёт времени. Из её рта вдоль шеи, пачкая белоснежное белье, текла струйка её собственной крови. Она прикусила щёку, чтобы согнать наваждение. Сейчас же девушка просто ничего не чувствовала, даже сильный прикус, который наполнял её рот новой кровью. Так же она не обратила внимание на поднявшуюся и кряхтящую, как старуха Васэ.

— Всякое я повидала. — Выдала матрона. — Но такое… Милая, ты двигалась, как дух ветра!

Тиера тряхнула головой, отгоняя наваждение и сплюнула прямо на труп. Не так она представляла себе своё первое убийство. Да она вообще не представляла, что будет убивать. Тем не менее Лео учил её именно этому, часто приговаривая «Не дай бог пригодится!».

— Ну вот, пригодилось, Лео. — Выдохнула дева. — Вот и пригодилось…

— Пойдём, сестра. — Наемница приобняла её за плечи и повела к выходу. — С этого дня «Затмение» перед тобой в вечном долгу.

— Хорошо, Васэ, — Ответила Тиера. — Я это запомню.

***

*

Васэ сдала деву с рук на руки «Чёрному Ветру» и вернулась в свой кабинет, не за тем, чтобы что-то забрать. И не потому что это был её кабинет. Она пришла ещё раз заглянуть в глаза монстру, отравлявшему ей жизнь целых два десятилетия.

Тело так и не убрали. Не потому, что не знали в чём дело. Разумные продолжали бояться эту тварь, даже мёртвую. Однако, Васэ слишком хорошо знала своих девочек, чтобы сомневаться в том, что в незакрытый кабинет уже кто-нибудь сунул свой любопытный носик. Капитан даже ни разу не удивилась моментально стихающим перешёптываниям при её приближении и царившему в воздухе напряжению.

А ведь интересно получается. Никто же действительно не поверит, что могучего демона завалила какая-то соплюха. Да и как такое возможно? Нонсенс, просто «потому что». Значит, некий капитан Затмения только что набрала себе кучу очков авторитета. Или проблем. Надо проверить.

Войдя в кабинет наёмница широким кругом обошла тело с уже остекленевшими широко открытыми глазами, тщательно давя в себе страх того, что это очередная уловка, новый фокус матёрого хищника. Азари прошла к своему столу и открыла схрон. Терминал в нем был до сих пор синхронизирован с уни-инструментом сценаристки. Как следствие, запись кончины Моринт была честно, открыто и безо всяких уловок скопирована.

— Ну ты и хитрюшка… — Протянула Васэ в восхищении.

Ну ничего. Госпожа Л’Гая (малышкой Ти, как ещё пятнадцать минут назад, её называть разум теперь упорно отказывался) оказалась далеко не проста. Так что вряд ли она будет кричать о своём подвиге налево и направо. Значит, этот маленький аспект их старой и приятной дружбы они ещё обсудят. Скажем, завтра, за ужином в ресторане, который она, Васэ, закажет для неё в качестве извинений за пережитое. Заодно немного пожурит за то, что подключилась к терминалу без спроса, ну и за то, что не стёрла следы своего пребывания. Но не сильно, они же друзья. К тому же Васэ у девочки теперь в неоплатном долгу.

И долг этот, как подсказывало веками выработанное чутьё на проблемы, так просто списать не получится…

Ну а пока можно заняться и более насущными делами. Капитан уселась на диван и заглянула в мёртвые глаза Моринт. Теперь, когда демон больше никого не укусит, можно высказать ей всё, что накопилось за долгие годы.

Васэ налила себе две трети стакана крепкой медовухи, закинула три кубика льда, устроилась поудобнее и связалась с секретаршей.

— Детка, вызови пожалуйста через десять минут к нам в офис полицию. И составь, пожалуйста, скорбное письмо в орден Юстицаров. Я хочу, чтобы о смерти их подопечной они узнали от меня, не будем пока кликать на наши головы очередную беду. Если они пожелают приехать, приглашай и будь очень вежлива.

— Д-да, госпожа. — Благовейно выдохнула секретарь.

Полиция закончила свои расспросы очень быстро, благо прибыли к ним опять же азари, которые проникшись ситуацией, ограничились лишь свидетельскими показаниями и забрали тело.

Теперь, когда помещение убрали и проветрили, капитан решила всерьёз заняться идеей завтрашнего ужина. А для этого надо было связаться с Тиерой лично. Это было не сложно. Номерами уников они не обменивались, но все необходимые данные остались на терминале в тайной комнате.

Тиера ответила сразу, она была в номере гостиницы и приходила в себя за, как она выразилась, творческим процессом. Впрочем, что за процесс, она не уточняла. На приглашение ответила согласием, но без особой охоты. Но большего Васэ было пока и не нужно. Они оговорили ресторан, время и довольно тепло попрощались.

На следующий день Васэ сидя за столиком безо всякой явной охраны в полностью арендованном зале и тихо охреневала. Надеясь, что на этот раз приятный, немного романтичный вечер испортить уже некому, она оделась в изысканный и черезвычайно популярный в последнее время брючный костюм цветов затмения.

Однако Тиера… (вот тут мозг наемницы опять сам себя поправил) госпожа Л’Гая пришла не одна. Её сопровождал Долин Хитаси, её вечный коллега-режиссер, Хартис Чаган, капитан «Аполлона», и какой-то необычайно высокий широкоплечий кварианец. Все они (ВСЕ! Тиера тоже! Да даже скафандр кварика был стилизован соответственно!) были одеты в парадную униформу. Элегантную, почти чёрную с серебристым обрамлением, чем-то напоминающую офицерскую униформу Альянса Систем. На шевронах, которыми у этих разумных были украшены плечи, было изображено лиственное дерево, почти вырванное из почвы ураганом. Эмблема была эта в последнее время у всех на слуху, так что не узнать её Васэ просто не смогла. Картинка из десятков вопросов медленно складывалась в какую-то невообразимую чушь. «Чёрный Ветер» и Тиера Л’Гая была там далеко не на последних ролях.

Веками выработанное чутьё на проблемы взвыло с новой силой.

Глава 25 Собака в ошейнике.

В очередной раз Миранда Лоусон стояла и поправляла свой, и без того облегающий всё, что можно, комбинезон в ожидании штатного сеанса связи. Сенсор уже просканировал её с головы до пят, и передача должна была начаться буквально в следующую секунду.

— Мисс Лоусон. — Салютовала бокалом бурбона ей голограмма начальника.

— Призрак. — Всё так же, с лёгкой заминкой ответила девушка.

Далее пошёл доклад, долгий, рутинный и важный. Призрак слушал внимательно, лишь изредка уточняя для себя какую-нибудь подробность. Наконец, с текучкой было покончено и можно было уделить внимание более мелким деталям.

— Что у нас по проекту «Звёздное дитя»?

Миранда активировала уни-инструмент и очередным набором команд отправила боссу новый пакет данных.

— Весьма неоднозначно. Здесь собрана вся информация по объекту.

— Письменные отчёты тем и хороши, что их можно просмотреть позднее. — Призрак оставил бокал на подлокотнике кресла и потянулся за сигаретой. — Что скажете мне лично вы?

— Я скажу, что привлекать объект к оперативной работе — это неоправданный риск. — Вынесла вердикт гениальный медик. — И у меня для этого несколько причин.

— Мисс Лоусон, у меня такое ощущение, что я никогда не найду вам напарника. — Уголками губ Харпер обозначил улыбку. Однако глазные имплантаты неодобрительно блеснули в огне зажигалки. — На этот раз мне нужны твёрдые причины, а не два слова в отчёте поперёк листа красным маркером.

Миранда на этот раз заметно смутилась. Действительно, выходило как-то неудобно. Она регулярно просит прислать ей помощника/подручного/напарника/телохранителя, а как её просьбу удовлетворяют, она тут же возвращает сотрудника на прежнее место и пишет развёрнутый отчёт о том, почему этот человек не соответствует возложенным на него обязанностям. Призрак, несмотря на свою невозмутимость, проклял всё в попытках найти нужного кандидата. Он отправлял ей старых, молодых, образованных, дипломированных, исполнительных, дисциплинированных… Всё без толку. Билет назад, отчёт. В последний раз Харпер решил пойти от противного. Отправил ей человека, прямо скажем, средних качеств, однако исполнительного и верного. И что в итоге? Билет назад с припиской «Он кретин» вместо отчёта.

Сегодня был первый раз, когда Призрак так явно поминает своей любимице её капризы. Над этим стоило задуматься. Однако Лоусон была решительна как никогда.

— Сэр, во-первых, объект недостаточно мотивирован. Я на этом уже обожглась и, возможно, сейчас я просто дую на воду, но эту вероятность я предпочту исключить.

— Миранда, он доброволец, чего ещё вам не хватает? — Деланно удивился Призрак, хотя сам в этом плане был с ней полностью согласен. Тем не менее он с удовольствием послушал и её доводы.

— Добровольцы приходят к нам, чтобы что-то получить взамен. Отмщение, защиту, деньги, навыки. Или же искренне хотят защитить свой дом. Верят в нас. — Миранда перевела дыхание. — В случае же мистера Гая нет ничего подобного.

— Ну а как же его версия?

— Про нападение на Элизиум? Про то, что Альянс не смог защитить его дом от разорения? Призрак, да вы же сами ему не верите.

— Я не верю никому. Потому и жив до сих пор.

— Это лирика. — Порывисто отмахнулась Миранда, из чего Призрак сделал вывод, что за год новый подопечный доставил ей действительно много головной боли. — Конкретно данному человеку не интересно ничего, что мы можем ему предложить, а в наши идеалы он, как минимум не верит.

— Ваши предложения?

— Не знаю, могу лишь порекомендовать не привлекать его к деятельности, которая может как-то опорочить Цербер в его глазах. Или не ставить к оперативной работе вовсе.

— Даже так?

— Да. У него нет ни единой причины быть преданным нам, что автоматически понижает его допуск секретности.

На это Призрак лишь устало потёр глаза.

— Так найдите причины, Мисс Лоусон. Это в первую очередь выгодно вам. Имея на руках ещё хотя бы одного оперативника вашего уровня, я смогу снизить вашу нагрузку на треть.

Миранда лишь вздохнула. «Снизить нагрузку» в интерпретации Призрака означало «повесить на неё ряд менее важных задач и спрашивать за их выполнение прямо сейчас», но всё равно было как-то приятнее осознавать, что, в случае успеха, кроме неё будет так же загружен ещё кто-то.

— Я что-нибудь придумаю. — Выдала она после небольшой паузы.

— Вот и хорошо. — Пыхнул дымом Харпер. — Как его дела в остальном?

— Свою эвакуацию после второго года обучения в Рио объект перенес нормально. Сейчас проходит гормональную терапию перед имплантацией. По-прежнему демонстрирует высокую степень обучаемости, но уже фактически выжал из наших спецов всё, что можно. — Отчиталась Миранда сухо по-медицински, но от себя потом добавила. — Фактически он готов к полевой работе и рвётся в бой, но я его пока осаживаю усиленной боевой подготовкой и кэндо. До вашего особого распоряжения.

— Значит, не хотите брать ответственность?

— Нет, не хочу. Кроме того, объект активно помогает с проектированием орбитального медицинского комплекса. Я решила, что глупо оставлять без внимания его образование, тем более, что на Элизиуме он уже подтвердил свою квалификацию, как инженер-энергетик.

Призрак лишь одобрительно покивал. Случай с Грейсоном-Мекком сильно подкосил уверенность Миранды и сейчас она перестраховывалась на всём. Ну ничего, это пройдет со временем. Однако даже сейчас она остается опытным и компетентным специалистом. Настолько компетентным, что не прислушиваться к её мнению было просто глупо.

— Хорошо, в таком случае, пусть остается всё как есть. — Наконец, решил Призрак, пригубив виски. — Но, думаю, это ненадолго. У меня действительно недостаточно агентов, а его знание Терминуса может быть очень полезным. Так что работайте над его лояльностью, мисс Лоусон.

Далее они переключились на общие темы.

***

Миранда Лоусон неторопливо шла по коридору жилого блока научного комплекса и думала, как подступиться к столь надоевшей ей проблеме. С одной стороны, жаловаться было просто не на что. Леонард Гай был на хорошем счету. Выполнял абсолютно все требования инструкторов, не задавал лишних вопросов на неудобные темы и всегда выкладывался по полной. С ним было настолько всё в порядке, что в голове не укладывалось, как такое могло вообще быть с человеком. Своим поведением Лео был похож на неё в своё время. И это настораживало Миранду больше всего.

Раньше её забавляли попытки её начальников хотя бы отдалённо представить, что у неё на уме, теперь же, оказавшись на их месте оперативница всей душой осознавала, как некрасиво это выглядело с её стороны. Удалённое наблюдение через видеокамеры давало мало информации, сплетни и про неё ходили всякие разные, а постоянно присутствовать на его занятиях Лоусон, во-первых, не могла физически, а во-вторых, это было бы с её стороны слишком навязчиво. Психологический же профиль у Леонарда был такой, что ожидать от него можно было всего что угодно. Поэтому Миранда решилась пойти на крайнюю меру — приватный разговор в непринуждённой обстановке.

Сверившись с данными ВИ безопасности, она узнала, что объект был ещё у себя в комнате, к тому же в расписании у него значилось «Работа с данными», что в принципе могло означать, что он изучает очередное пособие или готовит какой-то чертёж на личном терминале. В любом случае, от этого занятия его вполне можно было отвлечь минут на двадцать.

Дойдя до нужной двери Миранда по-хозяйски открыла её своим личным идентификатором и вошла внутрь.

— Мистер Гай, я бы хоте… — Вот тут оперативница малость зависла. Какое-то время она созерцала открывшуюся ей картину, картина какое-то время созерцала Миранду. Но, надо отдать участникам действа должное, пауза длилась лишь пару секунд, после чего копна огненно-рыжих волос, блеснув в свете плоских потолочных ламп, скрылась под широким одеялом.

— Э… м… Мисс Лоусон. — Поприветствовал её немного ошарашенный подопечный. — Какими судьбами?

— Я бы хотела с вами поговорить. — Медленно проговаривая слова прошипела ему в ответ начальница, затем обратилась к одеялу. — Доктор Чамберс.

— Доктор Лоусон. — Отозвалось одеяло.

— Доктор Лоусон, вы не могли бы дать нам пять минут на то чтобы немного прийти в форму и собраться с мыслями? — Осведомился юноша.

— Разумеется. — Миранда тактично вышла и закрыла за собой дверь.

Спустя четыре минуты из комнаты вылетела немного растрёпанная, но вполне весёлая девушка и, не сказав ни слова, упорхнула в сторону женского жилого модуля.

Миранда подождала ещё минуту и вновь зашла в комнату. Идеальный порядок. Кровать заправлена, вещи с пола подобраны, на столике у окна с видом на заснеженные скалы Новерии побулькивал закипающий кофейник, в рабочем углу медленно загружался тригонометрический чертёжный стол. О творившемся несколько минут назад непотребстве напоминала только нижняя часть женского комплекта белья, которую озадаченный парень держал левой рукой, а правой с немного смущенным видом чесал затылок.

— Вы уже закончили? — Ядовито поинтересовалась доктор.

— Да, вполне. Благодарю за ожидание. — Парень не придумал ничего лучшего кроме как засунуть небольшой клочок ткани в санузел. Чтобы просто убрать его с глаз куратора. — Итак, чем обязан вашему визиту?

Лео подошёл к кофейнику и налил две чашки ароматного напитка. Одну из них он и протянул расположившейся напротив Миранде и пододвинул к ней сахарницу. Та отказываться не стала и пригубила кофе.

— Итак, Леонард, для начала, объясните, что я сейчас только что имела удовольствие наблюдать?

— С радостью. Вам с точки зрения биологии? — Глаза собеседника смешливо блеснули, но лицо было бетонно-серьёзным.

Начальница опасно прищурилась.

— Не думаю, что вы расскажете мне что-то принципиально новое с точки зрения биологии, так что давайте начистоту. Давно это у вас?

— Месяца три. Как вы знаете, занятия с психологом — это часть моего распорядка, а с доктором Чамберс мы уже встречались ранее. Она составляла мой психопрофиль на основе наблюдений Голо Мекка, так что узнала меня.

— Понятно, — Мысленно Миранда открыла Досье Гая и поставила жирный плюсик напротив пункта «физические привязанности». — И как далеко всё зашло?

— Ну… Примерно держится на уровне «раз или два в месяц снимаем стресс». — Пожал плечами парень. — Как накипит.

— И всё?

— Разумеется. Сама доктор Чамберс называет наши встречи сеансами релаксации. Так что если интересуют подробности, то вам следует обратиться к ней.

— Обязательно это сделаю. — Лоусон с сожалением вычеркнула пункт из мысленного списка целиком и вновь пригубила кофе. Однако теперь в голову лезла упорная мысль, что паренёк в целом неплохо сложен. Даже странно, что она не обратила на это должного внимания во время комплексного медобследования. — Я хотела обсудить с вами ваши планы на будущее.

— В каком смысле?

— В прямом. Вы готовы к оперативной работе и скоро «Цербер» начнёт привлекать вас к заданиям.

— Рад это слышать. — Однако радости в голосе собеседника не прибавилось ни на унцию. Это ещё раз подтвердило опасения Миранды на его счёт. — Так в чем будут заключаться мои задачи?

— Об этом я и хочу с вами поговорить. Видите ли, для достижения максимальной эффективности «Цербер» старается привлекать оперативников к работе исходя из их предпочтений. Ведь человек никогда не сможет делать нормально нелюбимую работу.

— Разумно.

— Вот я и интересуюсь, какие предпочтения к работе у вас. Что бы вы могли делать с максимальной самоотдачей?

— Хм, — Лео в замешательстве потёр подбородок. — А какие есть варианты?

К этому вопросу мисс Лоусон была готова.

— С вашими способностями «Цербер» может привлечь вас по очень многим направлениям. Но лично я хочу предложить вам войти в мою команду.

— Команду?

— Именно. Дело в том, что тот медицинский комплекс, что вы в составе инженерной группы проектируете, строится для меня. И когда он будет закончен, я хочу, чтобы меня окружали действительно толковые люди.

На губах у Лео обозначилась довольная улыбка, но Миранда сомневалась, что он купился на лесть, пусть и заслуженную. Впрочем, он быстро развеял её сомнения.

— Это очень интересный проект, мисс Лоусон, и большой. Знаете, давайте я, прежде чем принимать ваше предложение, ознакомлюсь с другими вариантами. Но, если что, я в деле.

— Это всё, что я хотела от вас услышать. — Ответила ему начальница его же улыбкой.

— А проект уже получил какое-нибудь брутально-пафосное название в духе «Цербера»?

На это неожиданно меткое замечание начальница прыснула в чашку.

— Получил. — Ответила она. Спустя секунду. — Станция проходит под рабочим названием «Лазарь».

***

*

Вот это было действительно неожиданным предложением. Это что же получается, я прямо сейчас участвую в строительстве комплекса по воскрешению давно умерших людей?! Выходит, если они не знают, что Шепард помрёт, то станцию они строят чисто на всякий случай? Вот это размах! Да не, бред. Для воскрешения Шепарда были использованы технологии Жнецов. Хотя… Кто поручится, что Призрак уже не наложил лапу на… ну, скажем, Левиафан Диса? Ведь по-любому им чего-то да перепало от этих исследований. Не могли они мимо такого пройти. И что получается? Может, они строят комплекс для быстрого восстановления особо ценных сотрудников? Такое вполне возможно.

В любом случае, об этой станции я хочу знать всё. Начиная с того, где она стоит, заканчивая тем, куда она денется после того, когда Шепард с неё уберется. И если у меня всё получится, то в конечном итоге окажется, что эту станцию «Цербер» строит для меня. Так что хрен кто подвинет старину Лео с этого проекта.

А вообще, интересно история завернулась. Я почему-то до последнего был уверен, что меня оставят в Альянсе, а потом будут требовать всякого рода услуги. Однако нет. В академии я проучился только два года из пяти положенных, а после меня как бы «перевели» на другую должность. Как мне потом объяснили, для всех, кто мог меня впоследствии узнать, распространили легенду, что меня перевели на подготовку по программе N7 за отличную службу. И всё. Личное дело засекретили и сдали в архив, а там интересоваться судьбой одного курсанта стало просто не положено.

Так что с семьдесят восьмого года меня готовили уже в «Цербер», хотя мне, по большому счёту, было так даже лучше. Врага надо знать в лицо, а в идеале — изнутри. Единственное, что меня смущало — это отрыв от собственного дела и постоянно гложущие сомнения по поводу справится ли Раал, не струсит ли Тиера, не подведут ли наёмники. Действительно страшно и с каждым годом всё страшнее. Но деваться некуда.

Год две тысячи сто семьдесят девятый, Леонард Гай, девятнадцать лет.

Глава 26 Разборки в маленькой Файе

Посылка с «Большой Земли» пришла неожиданно. Просто однажды меня на рабочем месте нашёл курьер (обычный посыльный, в «Цербере» тоже не придумали как без них обходиться) и с презрительной миной кинул мне довольно объёмистый кубик с полным собранием фильмов от «Хитаси-груп». Пф. Фашисты. Ну в общем, посылка прошла под легендой, что я, ещё будучи на Омеге, выиграл подписку на фильмы молодой и быстро развивающейся компании, но элкор-секретарь решил, что это дело неважное, и задержал отправку. На несколько лет. Фигня, для них это нормально. Плюс к тому бандероль пару месяцев пылилась на складах корреспонденции Альянса, как моего последнего места дислокации, и только потом её забрали агенты «Цербера». Сколько она провела в их мохнатых лапах, мне неведомо.

Короче, в прилагаемом письме (бумажном!) на трёх больших и красиво разукрашенных страницах мне были принесены самые искренние извинения от Тиеры Л’Гая лично и промокод на три последующие премьеры. В общем, уважили. Весь оставшийся день я изображал самого счастливого фаната в мире. Да так усердно, что даже всетолерантная Келли Чамберс от меня шарахалась. Целый день с улыбкой клинического идиота, пока за мной не закрылась дверь.

Устало переведя дух, я вытряхнул содержимое посылки на кровать, взял письмо и пошёл к инженерному столу, на ходу максимально разглаживая листки.

Проектор голограмм нагрелся довольно быстро и у меня ушло лишь несколько секунд, чтобы запустить «чистый» чертёж. Так, дальше, приглушить в комнате свет и аккуратно расстелить листки «извинительного» письма на ровной и тёплой поверхности стола. С замиранием сердца я смотрел, как одни чернила исчезают и на светлеющих листах отчётливо проступают азарийские буквы. Через три длиннющие минуты текст оформился полностью, и я с удовлетворением откинулся на спинку кресла. Архаизм! А как работает!

После прочтения отчёта у меня ёкнуло сердце. Новость о том, что Моринт убила Тиеру, ошарашила чуть ли не до инфаркта. И что теперь делать? Как дальше быть?! Да я только-только привязался к девчонке! Спас от совета, мля! Да я эту якшу из-под земли! Нет! Из-под Мантии достану, чтобы знала, на чьих друзей пасть разинула! Да я её!.. СТОП!!! Как они, мать его, вообще пересеклись?!

Медленно и вдумчиво перечитываю отчёт.

…

...

Перечитываю ещё раз.

...

...

— Что?!

Треск шаблона, не выдержавшего веса реальности.

…

Минут пять сижу и ржу, как идиот.

Вон оно как! Наоборот было дело. Наоборот, это получается, не она её, а ОНА её! Хе. Хе-хе. Хе-хе-хе. А как такое вообще возможно?!

Честно попытался представить, как моя подопечная в прикиде Самары пересиливает ардат-якши биотикой. Не получилось. Походил по комнате, не включая света, сполоснул голову холодной водой под душем. Не раздеваясь. Вроде бы успокоился. В голове даже промелькнуло какое-то подобие плана. В любом случае проблема с поисками мощного колдуна встанет перед Шепардом ещё не скоро. Да и встанет ли вообще — вопрос пока открытый.

Ладно! Всё к чёрту. Успокоившись чуть-чуть, я включил один из присланных мне фильмов, даже не посмотрев, что включаю. Впрочем, картина меня всё же расслабила, один из моих давних трудов, посвященных войне первого контакта, даже не думал, что Хитаси до него доберётся. Я собрал листки с остывшего инженерного стола и для верности помотал их в воздухе. Как только бумага остыла до комнатной температуры, то вновь стала ничем не примечательным письмом для преданного фаната со штампованными фразами о том, как моё мнение им дорого.

Где-то через неделю я с группой снабженцев из «Синтетик Инсайдс» отправился в космопорт Новерии, где и дорвался до экстранета. Таиться было уже бессмысленно, так как уже вся база пронюхала, что я фанат (читай, задрот) «этих новых модных инопланетных фильмов». Так что и Миранде я по возвращении объяснил, что проверил домашние странички друзей и оставил пару комментов на фан-сайте «Хитаси-груп». Разумеется, меня проверили. Да и пусть проверяют, ищут подвох, выход на связного, или прочую чушь. Только там ничего этого нет. Важно лишь само наличие комментария. Ну и, собственно, всё. Дальше оставалось только сидеть и отсвечивать как можно меньше.

***

**

В «Загробной Жизни» как всегда было шумно от громкой музыки, криков и визга толпы, беснующейся на танцполе. В общем, всё, как всегда.

Сквозь живую массу пробирался вооруженный отряд в чёрной нестандартной броне. Двое людей, столько же турианцев и азари окружили плотным кольцом невысокую женскую фигурку, закутанную в чёрный балахон до неузнаваемости, и монотонно, иногда пуская в ход кулаки и локти, продвигали её к ВИП-ложам.

— Хозяйка к Арии, с предложением. — Бросил человек, шествующий во главе эскорта.

Охранник батарианец долго вглядываться в хмурые лица черноформенных не стал, быстро связался по рации с Бреем и, получив ответ, немного расслабился.

— Ария примет только вашу хозяйку, а вам придется покараулить тут. — Передал он позицию своего начальства. Услышав это, человек лишь кивнул и кольцо разомкнулось, пропуская таинственную фигуру к лестнице. Та прошелестела мимо батара так ровно, что тот даже не уловил её шагов, что было довольно жутко само по себе. Сама же Тиера Л’Гая шла в «рабочий кабинет Арии» со смешанными чувствами, ведь лично для неё это было То Самое Место, Где Всё Началось для неё конкретно.

Вытерпев все обязательные процедуры и сканирования, дева, наконец, смогла приблизиться к Арии на расстояние в несколько шагов. Та смерила фигуру в балахоне скептическим взглядом и кивнула Брэю выйти из ложи. Впрочем, турианцы за ним не последовали. Даже взведённых винтовок не опустили.

Тиера откинула капюшон и изобразила вежливую улыбку.

— Здравствуйте, Ария. — Почтительно склонила голову гостья. Впрочем, недостаточно почтительно для азари. Было больше похоже на очень вежливый кивок.

— Хм, вот оно как. Любопытно. — Выдала королева, внимательно осмотрев гостью. — А ты неплохо выглядишь. Подросла, оформилась, немного загорела. Давай уже, садись. Нам и вправду есть о чём поговорить.

— Удивлена, что вы меня помните. — Неуверенно начала Тиера.

— Да? А я вот не просто помню, а слежу за тобой очень внимательно. — Ария даже отсалютовала ей своим бокалом. — Однако, я думала, ты не появишься здесь ещё лет десять.

— Со мной связался наш общий знакомый. И согласно моим инструкциям, я должна передать вам сообщение.

— Глава «Чёрного Ветра» и убийца ардат-якши, у которой «Затмение» с ладошки есть готово, бегает лично по поручениям какого-то человека? — делано удивилась королева, а потом подмигнула Тиере и выдала. — Давай-ка, девочка, ты перестанешь страдать ерундой и начнёшь работать на меня.

Долгих полминуты Тиера смотрела на Арию довольно странным взглядом. Неприятным, надо сказать, взглядом. До неё такое удавалось только, разве что, самому Лео. Видно девочка инстинктивно переняла у человека куда больше, чем сама представляла.

— Ария, вот вы это сейчас серьёзно? — В голосе доктора Л’Гая отчётливо прозвучало беспокойство. Именно так она в своё время спрашивала у недвижимых пациентов не поправить ли подушку.

К счастью, Омега подобных нюансов не знала, но тоже почувствовала, что сморозила глупость и, дабы сохранить лицо, громко расхохоталась.

— Ну должна же я была попробовать.

— Вы только с другими так не шутите. А то не поймут.

— А другие, в основном, соглашаются.

— Оу.

— Ну да ладно, скажи, какие новости от Лео. Он так основательно пропал, что даже мои ищейки его найти не могут.

Тиера откинулась на спинку софы.

— Мы тоже не знаем, где он. Но недавно мы получили от него послание, согласно которому я и пришла сюда.

— Любопытно. И чего же Лео хотел мне сказать?

— Всего лишь, напомнить ваш с ним разговор.

— Ну-ка, ну-ка. — У Арии вдруг появилось нехорошее предчувствие.

— Он обещал три года не трясти космос.

— Да, я помню это.

— Так вот, три года прошло.

— И…

— «Светила».

Взгляд королевы стал задумчивым, она что-то про себя прикинула и кивнула.

— Хорошо, мне нужно четыре месяца, чтобы вывести из них свои активы. После этого я дам отмашку и можете начинать.

— Э… Нет. — Ответила дева, за что заработала нехороший взгляд. — Лео предупреждал, что вы можете сказать нечто подобное, поэтому мы просто ставим вас в известность. Постфактум.

— Весьма предусмотрительно с его стороны. — Проскрипела зубами Омега. — И мне, конечно же, бесполезно угрожать тебе и требовать отложить боевые действия.

— Одно из преимуществ должности исполняющего обязанности. — Развела руками «сценаристка».

— Не скажу, что всё хорошо, но я тебя услышала.

— Всего доброго. — Тиера неспешно поднялась с дивана, накинула на голову капюшон и удалилась, оставив королеву в глубокой задумчивости.

Ария медленно поднялась со своего места и опёрлась на перила балкона, наблюдая, как группа черноформенных уводит своего фальшивого босса. В голове у неё уже крутились шестерёнки в поисках выгоды из сложившейся ситуации.

***

*

Две тысячи сто восьмидесятый год. Предел Истамар, система Файя. Фрегат компании «Чёрный Ветер» «Смех Атаме».

Уже немолодой наёмник стоял на мостике в компании капитана корабля и буквально испускал волны нетерпения. Впрочем, внешне это проявлялось лишь в сосредоточенном взгляде, профессионально скользящем от панели к панели.

— Мистер Массани, как вы себя чувствуете? — Осведомилась капитан, высокая бледная азари, блеснув светло серыми глазами.

— Словно меня несут на руках на самое охренительное сафари в этой долбаной галактике, да ещё и мне же за это платят, — хищно оскалился мужчина и, прищурив искалеченный глаз ещё сильнее, словно пытаясь прожечь дыру в собеседнице, добавил — Я в предвкушении.

— Радует ваш энтузиазм. — Ответила ему такой же улыбкой капитан. — Наша компания недавно купила права на завод, а местная СБ об этом и слышать ничего не хочет. Руководство посчитало это… неприемлемым. А поскольку вы знаете мистера Сантьяго лучше, чем кто-либо из ныне живущих, вам и карты в руки. Люди, кажется, так выражаются?

— У вас большой опыт общения с людьми. — Хмыкнул ветеран.

— Не такой уж. — Улыбнулась Вишез и повернулась к человеку более выгодным ракурсом. — Скажем так. У меня вообще очень большой опыт.

Заид скосил глаза на почти вываливающийся из расстегнутой на три верхние пуговицы форменной рубашки «опыт» и был вынужден согласиться. Мужиков эта азари изучила хорошо.

Наёмник спешно вернул себя к грёзам о казни Видо и блаженно улыбнулся. Получилось это с определённым трудом, потому как в голову лез другой вопрос: «Далия Вишез вообще в курсе, что ей надо взять китель на два размера больше?!».

Вообще форменная одежда «Чёрного Ветра» уж очень была похожа на униформу альянса. Только цвета были темнее и золотое обрамление было заменено на серебристое. Пуговицы располагались строго по центру, чем и пользовалась капитан. Знаки различия были нашиты над сердцем и на правом плече. В общем, смотрелось. И несмотря на весьма вольное отношение данной азари к форме, было видно, что она ей нравится. По крайней мере, Заид не находил объективных причин таскать «парадку» тогда, когда можно ходить в повседневном варианте, как вся интернациональная команда.

— Ну ладно. С Видо вопрос, считай решили. — Поморщился наёмник. — А что же вы? Расскажете что-нибудь из своей биографии?

— Что же вас интересует?

— Ну… я как-то слышал пару сплетен о том, как одна бешеная азари отрывалась в Гнезде Коршуна лет сто назад.

— Всё враки! — Хохотнула матриарх.

— Разумеется. А как матёрую одиночку затянуло в компанию?

— По объявлению. — Пожала плечами Вишез и, видя, как мужчина недоверчиво прищурился, пояснила. — Кому как не вам знать, что у наемников бывают неудачные времена. Долгая история. Скажу только, что мне посчастливилось встать у истоков чего-то большого. И вот результат.

— Так просто? Чистая удача?

— Ага.

— И как здесь кормят?

— Как в лучших ресторанах. Я в «Чёрном Ветре» три года, а у меня уже корабль. Нас было семнадцать в первый день. До сих пор помню, как мы строились перед человеком, который нам ещё даже не заплатил.

— Любопытно было бы на это глянуть. Что за человек?

— Фактический хозяин компании, правда, тогда представился посредником и не показал лица.

— Хм. — Заиду сейчас очень захотелось подробностей, но азари не стала заострять на этом внимания.

— С тех пор я и работаю в команде. Сначала мы были «Арбитрами», потом Элизиум, после него-то мы и вступили в компанию на постоянной основе. Дальше был «Летучий Голландец», а теперь вот, у меня собственный фрегат.

— Так он и вправду существует?

— «Голландец»? О, да. Не корабль, а произведение искусства. «Смех», конечно, не такой роскошный, зато мой. А над внутренней отделкой мы с командой ещё поработаем.

— Ха, недавно я в баре смеялся над батаром, который клялся, что их посудину разнёс корабль-призрак.

— Название помнишь?

— «Могучая Харса», лёгкий крейсер, если я правильно помню классификацию их корыт.

На то, чтобы найти на уни-инструменте нужный отчёт, у Вишез ушло минуты три.

— Он не врал. «Могучая Харса» был взят на абордаж и уничтожен три месяца назад. — Хмыкнула довольная азари и зачитала. — «В ходе операции было уничтожено девяносто четыре противника, один за сотрудничество был посажен в спас-капсулу и отстрелен, освобождено двести десять единиц рабов и взято ценностей на сумму около четырех миллионов кредитов». А разговаривал ты скорее всего с Горшу Талом, тем самым выжившим, он на корабле занимал должность суперкарго.

— Мне сейчас как-то даже неловко стало. — Оскалился Заид. — Я на весь бар заявил, что «Голландец» — это миф, а парень врёт, и его пристрелили.

— Как жил, так и сдох. — Пожала плечами матриарх.

Немного помолчали. Заид думал и внаглую пользовался тем, что его не гнали к остальному десанту.

— Значит, пиратствуете на пиратах?

— А что, есть возражения?

Заид на это только фыркнул.

— Прямо сейчас я обеими руками за.

— Вот и замечательно. — Матриарх пристально посмотрела на наёмника. — Меня предупредили, что при личной встрече с мистером Сантьяго вы можете повести себя неадекватно.

— Хм. — Заид напрягся, тяжело вздохнул и твёрдо ответил. — Я профессионал. Накладок с моей стороны не будет, лучше поговорите со своим питбулем, кажется он от меня не в восторге.

— За Буча я не беспокоюсь, у него там внизу нет кровников. — Вишез продолжала буравить солдата взглядом. — Заид, нам нужен этот завод. Целым и невредимым.

— Да знаю я. — Теперь Массани даже не пытался скрыть раздражение. Тот, кто его нанял, знал неприятно много. — Скоро высадка, пойду подготовлюсь.

Если бы Заида попросили перечислить составляющие идеального штурма объекта класса «крепость», то он бы перечислил их в следующем порядке:

А) Знание противника. «Смех» неделю проторчал на Вантеле, пока наблюдатели не прислали данные по комплексу. Режим работы завода, данные о численности рабов, количество охраны, график смен часовых и даже модель охранного ВИ, управляющего дронами охраны, камерами наблюдения и сигнализацией.

Б) Слаженная штурмовая группа. Всю ту неделю бойцы отрабатывали предстоящий штурм на боевом симуляторе, который, к удивлению Массани, был оборудован на каждом корабле «Чёрного Ветра», несущем боевую группу. А потом они отрабатывали этот штурм ещё несколько дней, уже с учётом разведки.

В) Благоприятный момент. Какой-нибудь случай, форс-мажор на производстве, либо просто определённое время суток, когда охрана объекта отвлечена или просто недостаточно внимательна. Например, за пятнадцать минут до пересменки.

Г) Секретность. Чем меньше противник знает, тем крепче спят на посту его часовые. С этим всё просто. Сочувствующих рабовладельцам на борту корабля просто не было, как и желающих подзаработать на жизненно важной информации. Причина этому была видна наглядно. Вантел — такая же корпоративная планета в заднице мироздания, как и Зоря, и охраняют её те же самые «Светила». Сесть на ней даже ради срочного ремонта фрегату разрешили только после уплаты баснословной пошлины. Но и этого зажравшимся скотам оказалось мало. В первый же вечер к кораблю с азарийским названием потянулась пьяная солдатня, возжелавшая инопланетной экзотики в виде синекожих красоток. Едва не дошло до стрельбы. Руководство «Светил» приструнило своих солдат только после того, как капитан им наглядно объяснила, что её начальство оповещено о том, где прошла «аварийная посадка». Притом за четыре года существования организации наёмники разной степени безбашенности на своей шкуре узнали, что «Чёрный Ветер» — это жутко злопамятная контора.

В принципе, по мнению ветерана, этого было более чем достаточно для достижения нужного результата, однако, чтобы было совсем хорошо, можно было накинуть ещё один жирный плюсик.

Д) Свои люди внутри, которые могут, скажем, создать окно в защитном периметре, провести диверсию или что-то вроде мелкого саботажа. А также предоставить наиболее точную информацию о внутреннем распорядке, и сообщить, например, где в реальном времени находится интересующая их цель (как вариант, Видо Сантьяго).

В общем, всё это у «Ветра» было, и когда Заиду вывалили план операции, он чуть не выдал слезу умиления. Штурм был продуман так подробно, что его бы исполнили даже студенты-первогодки Академии ВКС. Массани даже испытал невольное уважение к Бучу. N7, непонятно как оказавшийся в наёмниках, не зря получал свои кредиты.

Принимая во внимание всё вышеперечисленное как-то даже не стоит удивляться, что штурм прошёл буднично и очень быстро.

Ранним утром, пока часовые на стенах менялись, свой человек на посту видеонаблюдения запустил вирус, в результате действия которого сорок человек из штурм-группы приобрели идентификатор «свой». Тревога не прозвучала ни когда солдаты подбежали к стенам, ни когда азари, с помощью биотики, закинули людей и турианцев на стены и те без единого выстрела вырезали разленившуюся и привыкшую к спокойным дежурствам охрану, ни когда чёрные скафандры пробирались по широким коридорам промышленного комплекса, стреляя во всё, что носило синюю броню. Фактически, небольшая заминка возникла лишь при штурме казарм. И то, немногочисленные наёмники, поняв, что обречены, сдались.

***

**

— Какого чёрта здесь творится?! — Взвыл Сантьяго, когда его, связанного, привели в маленькую комнатку, которую он же чаще всего и использовал для экзекуций, и сняли с головы мешок. — Мы не ссорились с «Чёрным Ветром»!

— А вот мы с вами поссорились. — Флегматично заявил крепыш в чёрной броне с логотипом N7.

— Да кто ты такой вообще? — Скривился основатель «Светил». — Уверен, что ты ещё выхватишь от своего начальства. А когда лишишься покровительства, жди меня в гости.

— Не стоит кидаться угрозами из столь интересного положения, дружище. — Хриплый голос, раздавшийся из-за левого плеча некогда могущественного главы «Синих Светил» заставил его побледнеть. Наёмник резко оглянулся и увидел светящееся довольной улыбкой и такое реальное лицо призрака.

***

**

— Ну здравствуй, Тарак. — Приветствовала Ария высокого батарианца в синей броне. — Как жизнь?

— Весьма польщён твоим приглашением, Ария. — Пробасил тот. — Довольно неплохо.

Получив предложение присесть, батарианец с комфортом расположился на диванчике поодаль от королевы и стал гадать, зачем же она его вызвала так спешно. Сама же королева прикинулась радушной хозяйкой и деловито руководила суетящейся прислугой. На столике перед наёмником уже возник бокал, саларианец с салфеткой на правой руке достал из мини-холодильника зелёную бутылку непривычного для пространства Цитадели вида и налил половину обширного бокала на высокой ножке рубиново-красным напитком со странным, но богатым ароматом и испарился. Второй слуга проделал примерно те же манипуляции перед Арией.

— Ты уверен? — Уточнила госпожа Т’Лоак, как бы на всякий случай.

На этот раз капитан задумался. Он принял отчёты от подчиненных только вчера и по всем показателям дела на Омеге шли более чем удачно. Но Ария бы не устроила весь этот балаган, не имея на руках чего-то действительно горячего. В конце концов, не воспылала же она к нему внезапной любовью?!

— Ну-у-у… — Подбодрила Омега.

— Всё просто превосходно. — Уверенно заявил батар и поднеся бокал к носу сделал глубокий вдох.

Ария последовала его примеру, но запахом не ограничилась. Подержав терпкий сладкий напиток во рту, чтобы яснее прочувствовать вкус, она сделала глоток и печально улыбнулась.

— Тогда я вынуждена тебя довольно сильно огорчить. — С этими словами она дала отмашку Брэю и тот включил голопроектор. Во всплывшем виртуальном окне показывали новостной репортаж известной человеческой журналистки Эмили Вонг.

— … Корпорация «Эльдфель — Эшленд» уже заявила, что не имеет отношения к действиям охранной компании «Синие Светила» и будет разбираться по поводу произвола, творившегося на планете Зоря в частном порядке. Тем не менее, Совет Цитадели выразил крайнюю обеспокоенность положением дел в Пределе Истамар целиком, ведь Зоря далеко не единственная планета в ведении вышеупомянутой частной охранной компании. Так что в ближайшее время указанную область посетит инспекция. Сотрудники организации «Чёрный Ветер», зарекомендовавшие себя в последнее время, как надёжные сопровождающие грузовых и пассажирских судов, а именно они и пресекли творящееся на планете беззаконие, от комментариев на камеру отказались, но вот что удалось заснять нашим дронам.

Сначала камера показала общий план, на котором была видна толпа ликующих разумных, потом камера начала приближать картинку и уходить вверх. На специально сваренной рее висело подвешенное за шею человеческое тело. Картина была ужасна, язык трупа был высунут и прикушен, на бороде и майке была отчётливо видна запёкшаяся кровь. Глаза его вылезли из орбит, а вокруг кружила туча мошки. Однако в трупе даже сейчас можно было узнать Видо Сантьяго.

— Э… — Поперхнулся Тарак.

— Вот поэтому я и спрашиваю, всё ли у тебя в порядке. — Флегматично заметила королева, сделав очередной глоток. — Знаешь, в Зорю было вложено немало моих денег. Да и ты прекрасно помнишь, какими партиями оттуда на Омегу поставляется хладагент.

Капитан помнил. А также знал точную величину товарооборота между станцией и планетой. И ещё он прекрасно понимал, что покрыть неустойку наличными средствами, которыми сейчас располагает отделение «Светил» на Омеге, не сможет. В то же время в подлинности записи сомневаться не приходилось. Ландшафт планеты и вполне узнаваемые приметы завода говорили сами за себя. Тем более, будь Видо жив, на рее висели бы сами журналисты.

— Ты права, Ария. Дела у меня сейчас резко испортились.

— Я знаю. — Заметила азари. — Вот поэтому, давай успокоимся, допьём вино и будем думать, как жить дальше.

Глава 27 Очищение огнём.

Старый воевода сидел на лавке десантного бота и всё ещё с сомнением осматривал свою левую руку. Клонированные ткани, полностью заменившие протез, ощущались удивительно натурально, хоть и не было в них всей его силы. Полностью реплицированная конечность — дорогое удовольствие, уж точно не по карману складскому сторожу. Тем не менее, вот она рука, торчит из плеча, как родная, будто и не было в его жизни полутораста лет того жалкого существования на Омеге с уродливой корягой, которой и дробовик-то нормально не зарядишь. Правая рука невольно легла на бицепс левой, на то место, где уже не осталось шрама, но тонкая полоска отчётливо отделяла молодую, ещё более насыщенного цвета, и куда более тонкую шкуру. Пожалуй, нулевой элемент эта рука проводит ничуть не лучше, чем протез, но всему своё время. Главное, что у него теперь снова есть рука, а сила вернется.

— Любуешься? — Нагло вторгся в его, почти интимный мыслительный процесс синтетический голос. Восемь из десяти кроганов на такое наглое и, в какой-то мере ехидное замечание ответили бы чем-то вроде разрывания наглого пыжака надвое. Девятый бы послал кварианца на родной корабль, Гаршок был десятым. Он тряхнул головой и, довольно оскалившись, взглянул в затемненный шлем.

— Именно. — Буркнул он.

Да… Годы полуголодного существования калеки сделали воеводу очень осмотрительным. Давным-давно, когда кроган только получил свои увечья, все его мысли были об одном: чтобы его добили. Но судьба сыграла с ним злую шутку. Застрелиться на первых порах не позволили сначала враги, а потом гордость (или страх, сейчас уже не важно). А потом стало уже и не до того. Кроганы едят много, а без заработка в «цивилизованном» мире можно сдохнуть от голода так же быстро, как и в пустыне. Вот и пришлось ему выбирать: застрелиться голодным, но гордым, либо устраиваться на любую работу, лишь бы хватало на еду и ночлег, мечтая однажды отомстить. Гаршок выбрал второе и почти полтора столетия охранял склады на Омеге, пока не пришёл кварианец и не сделал ему предложение, от которого просто нельзя было отказаться.

К тому времени Гаршока достало абсолютно всё. Сторожка, наниматель, с которым приходилось быть вежливым, пыжаки, воры, крысы, ворка и прочая шваль, что пыталась пролезть на склад. Крогана уже начало преследовать чувство, что это не закончится никогда. Торговцы не очень дорого оценивали разодранные дробью скафандры неудачников. Так что сэкономленных денег едва хватало на почку. А это был далеко не единственный орган, отсутствующий в организме воеводы.

Он согласился на всё, что ему предложил кварианец, лишь бы убежать от каждодневной скуки, даже не пустив в свою акулью голову, что это могла быть какая-то шутка или засада. Хотя нет, Гаршок молил Аралаха, чтобы это была засада. Достойная смерть вот уже много лет была пределом его мечтаний.

Дальше был Бекенштейн. Частная клиника с глупо звучащим названием на каком-то человеческом наречии, которого даже не было в базе данных переводчика. Там Гаршок и просидел почти год. Половину которого он любовался, как в прозрачных колбах с мутной жижей растут его новые органы. Потом был период, который кроган помнил плохо. Его кромсали, что-то пришивали, что-то удаляли. Это длилось почти два месяца. Но оно того стоило.

Пусть его биотика ослабла почти вдвое, это временно. Пусть он стал теперь цепным варреном у пыжака, не способного даже выползти из собственного скафандра, пусть всё катится к молотильщикам, главное, что сейчас он снова ощущал себя кроганом!

Но его ощущения — это только его проблемы. Сейчас же Гаршок летел проверить своё обновлённое тело в действии на какую-то отдалённую планету, название которой ему не сообщили. Для кроганов такое было нормально. Его сопровождал кварианец, усиленно изображавший простого солдата. Ага, как будто так просто забыть, как он отдавал приказы докторам в клинике. И ещё интереснее наблюдать, как в струнку вытягиваются турианцы, когда он проходит мимо. Да и пилоту приказы отдает он. Раал’Тар. Надо будет приглядеть за ним в бою. Ещё в том же челноке вместе с кроганом летели тринадцать азари-коммандос. Все опытные, напряженные, в наглухо закрытых дорогих скафандрах. При всем их бабьем желании выделяться и быть непохожими друг на друга в обычной обстановке, сейчас они были похожи друг на друга, как капли дождя.

Было ещё два шаттла. В них летели люди. Гаршоку раньше не доводилось с ними сталкиваться в бою, он остался не у дел много раньше, чем эти ребята успели заявить о себе. Но то, что он видел на брифинге, ему понравилось. Сильные, проворные, решительные. И тот запах, который витал над ними… Они летели не на простую операцию. Они шли КАРАТЬ.

Это значило лишь то, что они знали о предстоящей высадке немного больше, чем кроган. И дела это не меняло.

***

**

Этот штурм был не такой, как все предыдущие. Для Раала это было ясно с первых минут. Не такой продуманный, не такой чистый… в общем, просто не такой.

Сам комплекс отыскали быстро, хотя и не без труда. Запрятан он был так, что, если не знаешь, то и вовек не отыщешь. Первые шесть челноков, которые предусмотрительно запустили пустыми, настроив их ВИ на автоматическую посадку, были без каких-либо предупреждений сбиты мощной системой ПВО. За ними в атмосферу ворвались «Дельты», атакуя проявившие себя турели и выписывая в воздухе такие виражи, что дух захватывает. Десант пошёл уже третьей волной. С боем брать приходилось каждую комнату. У людей в комплексе было достаточно времени, чтобы подготовиться к осаде. Автоматические турели, баррикады, биотики, газ… Они были готовы ко всему.

Раал в очередной раз удивился, насколько послание из прошлого было детально. Если бы не оно, если бы не многочисленные предупреждения Лео о том, что надо готовиться к худшему, штурмуя это место, потерь было бы в разы больше. А так впереди шел живой танк, укрытый щитами и барьерами, и сносил всё вокруг, дальше в помещение забегали биотики и ставили неподвижные барьеры, а уже за ними заходили солдаты и создавали правильный перевес в огневой мощи. И так каждый следующий отсек. Монотонно и долго, пока не дошли до подвалов.

И вот тут-то народ и пробрало. Лео их предупреждал, что увиденное никому не понравится. Но такое… В первую очередь поражал размах. Они шли спасать десяток озверевших от скотского обращения и постоянных опытов человеческих детей. В реальности же их были сотни.

Подземный комплекс был не просто велик, а огромен. Карты, скачанные из с трудом взломанной сети, говорили о десятках квадратных километров рабочих площадей. Мегатюрьма с огромнейшей лабораторией, больше похожей на пыточную.

На фоне таких вот неожиданностей как-то по-детски наивно смотрелось предположение Леонарда о том, что в комплексе издевались только над человеческими детьми. Здесь были представлены все расы, имеющие склонность к биотике. В отдельном отсеке с искусственно воссозданными условиями содержались даже волусы. Азари и людей было примерно поровну, но нашлись также и пара турианчиков, которых непонятно как проворонил Кабал.

Настроение кварианца, как и всех, кто принимал участие в штурме, было хуже некуда, нервы — на грани срыва и наличие сотрудничающих пленных ни разу не улучшало обстановку. Несколько человек из штурмующей группы пришлось отозвать наверх, у них сорвало башню, рвались вперёд убивать «эсэсовцев» (что это такое Раал’Тар собирался выяснить позже, но и ежу понятно, что ничего хорошего). Он их не осуждал, сам держался еле-еле. С азари в группе тоже были проблемы. Если мужчины людей просто в ярости стискивали зубы, то у синих вид измученных детей вызвал полнейший шок. У одной случился приступ биотической ярости, во время которого она перетерла масс полями какого-то «врача». Вместе с кабинетом, мебелью и терминалом, вырванным из стены. Горе-воительницу скрутили стазисом пятеро более крепких духом подруг и вкололи такую дозу седативов, что она вырубилась на месте.

Медленно, но верно отряды продвигались по лабораториям, камерам, офисам и коридорам, расстреливая всё, что отстреливалось и беря в плен всех, кто верещал громче всех.

В конце концов комплекс был взят. Но работа для Раала только начиналась. На помощь к ним никто не придёт, до ближайшего сеанса связи ещё неделя, потому и торопиться некуда, значит, нелюдей (тоже интересное слово, услышанное кварианцем от одного из бойцов), можно допросить прямо на планете. К тому же, детей надо было переправить на «Голландец» с максимальной осторожностью и что-то придумать с волусами.

Дети… отдельный повод для содрогания. От разумных социальных созданий в них осталось мало. Маленькие варрены, смотрящие на взрослых, как на самых ужасных существ на земле, а друг на друга — как хищники, готовые вцепиться во всё на свете по любому поводу, за лишний кусок пайка. И таких триста тринадцать. Но все они без исключения ненавидели триста четырнадцатую, или нулевую, как они сами её называли.

Им, конечно, сказали, что мучить больше не будут. Тех, кто помнит своих родителей, или хотя бы название родной колонии, попытаются вернуть домой. Но наёмникам не верили. Положение чуть-чуть спасали конфеты и сладкие азарийские армейские пайки. Но прямо скажем, работали «средства приручения» плохо. Тем более, даже крейсер не был рассчитан на такую пропасть детей.

Кроме того, был еще один немаловажный факт. Кто в замкнутом пространстве космического корабля справится с тремя сотнями неуравновешенных биотиков?

Спустя три дня изнурительных допросов у Раала, спасённого человеком, дружившего с человеком, служившего под командованием человека и с людьми же ходившего в бой, вертелся в голове только один вопрос: и вот это тоже люди?! Не сдерживаясь, он тут же адресовал его ближайшему подчиненному из того же племени, на что получил злое «к сожалению». Сразу вспомнился Лео. Ребёнок тринадцати лет, смеявшийся с ним вместе над забавными моментами любимого фильма и он же, хладнокровно отдавший на разрушение собственную колонию. Неужели, это действительно раса, которой он восхищался, на которую возлагал надежды?

Сразу вспомнился не менее подходящий пример, Голо Мекк, кварианец, пытавшийся продать коллекционерам детей собственного народа. Стоп! Собственного народа? Раал похолодел внутри, ему стало тошно от собственных мыслей. Собственного народа. А чем хуже остальные дети? Нет, он не такой, как Мекк. И не такой, как эти люди. Но он, как и все разумные галактики, живёт по принципу «своя рубашка ближе к телу». Так что нечего здесь разводить политесы, надо делать дело и молить Килу о том, что он выбрал правильную сторону.

— Ох, Лео, я клянусь, что задам тебе пару неудобных вопросов при нашей следующей встрече. — Кварианец устало поставил локти на стол и припечатал ладонями забрало. — И первым из них будет, как же ты живёшь с этим?!

***

**

Девочка впервые в своей сознательной жизни проснулась не от боли. Это было такое нежное и приятное ощущение, будто сон, проследовавший за ней из глубин ночного мрака, чтобы хоть чуть-чуть скрасить ужасающую, но такую привычную действительность. Это было странно, ведь два дня назад ей в спину воткнули здоровенную иглу, так что вчера она не могла ходить от боли. За миской с кашей к столу пришлось ползти. А сейчас боли не было. Просто слегка хотелось есть. Ей всегда немного хотелось есть, это было нормально. Поморщившись от накатившей неги, она потянулась и сладко застонала от наслаждения, позволив обмануться и поверить, что всё это по-прежнему самый прекрасный в её жизни сон, и она никогда не проснется.

Но не тут-то было.

— Пора вставать, соня. — Раздался откуда-то сбоку низкий грудной женский голос. Он был не угрожающий, не обещал адовых мучений и прочих обычных наказаний за столь очевидный и непростительный проступок, однако рефлекс сработал сразу.

Щёлк! И вот одеяло всё ещё в воздухе, а девочка уже сидит, спрятавшись от угрозы за кроватью и вокруг неё потрескивает самый сильный барьер, на который она была способна. Её бьет крупная дрожь, глаза широко распахнуты и с ужасом смотрят на совершенно синюю женщину в незнакомом, чёрном с серебром комбинезоне, которая вольготно развалилась в углу странной комнаты с тряпичными и постоянно колыхающимися стенками.

— Ого! — Удивилась она с деланной радостью. Это девочка поняла сразу. Она давно научилась видеть по лицам, когда люди улыбаются и лгут. «Расслабься, будет не больно», или «Успокойся, мы на сегодня закончили». Эти фразы были самыми лживыми. Но и похвалы от них ушли недалеко. Даже в этот раз. Даже от этой женщины. — А ты быстрая.

Девочка не ответила. Если она заговорит без разрешения, её накажут.

— Да ладно тебе! — Продолжала улыбаться синяя девушка. — Вылезай, тебе нечего бояться.

Третья в списке самых лживых фраз прозвучала как-то иначе, чем обычно. Но это был не повод верить ей.

— Ну… Так мы с тобой не договоримся. — Протянула азари. Конечно, девочка знала кто такие азари, даже дралась с ними на арене. Самые сильные и свирепые её противницы. Но вот взрослую она увидела впервые. — Знаешь, ты есть хочешь?

Вдруг спросила женщина. Девочка не ответила, лишь сверкнула угольками глаз и машинально сглотнула слюну.

— Смотри что у меня есть. Очень вкусная штука. — В синих тонких пальцах зашуршала обертка, девочка напряглась всем телом, и впилась взглядом в довольно крупный брусочек. На вид она его, естественно, не узнала, но… так шуршат только ОНИ! Но разве бывают такие большие КОНФЕТЫ?! — Давай так, ты скажешь мне, как тебя называла твоя мама, а я положу её на кровать и уйду.

Имя — это вся память, что осталась у неё от мамы. Имя и голос, доносящийся с каждой ночью всё тише. Но всё-таки это было её самой дорогой тайной. Для остальных она была лишь подопытной. Даже без номера.

В подтверждение своих слов азари начала медленно тянуть за края упаковки, порождая новый шуршащий хруст. В глазах девочки встала паника. НЕТ! Она сама! Она сама её откроет! Борьба с собой была проиграна в доли секунды.

— Жаклин. — Пискнула девочка, называя имя самого дорогого для неё человека, она сама не поняла, зачем это сделала, наверное, боялась произнести свое имя больше, чем разоблачения.

— Очень приятно, Жаклин. Я Нарисса, будем знакомы. Если тебе что-то понадобится, зови меня. — С этими словами азари встала со своего стула, положила конфету на середину кровати и вышла из палатки.

Лишь дождавшись, когда угроза минует, девочка забралась на кровать снова, осторожно, как самое ценное сокровище взяла в руки батончик и заплакала. От счастья.

***

На пятый день Раал’Тар понял, что если не свалит с этой планеты, то сойдёт с ума. Не помогало даже общество Нариссы, которая каждый вечер с вниманием истинного психолога (или прожжёного бармена) выслушивала его тихие истерики. Остальным было тоже хреново, но намного проще, чем ему. У солдат был приказ, над Раалом — только Кила и совесть. Даже Лео в своём хронопослании отгородился от него словами, «Я знаю, ты всё сделаешь правильно». Но как это — правильно?

Кварианец не знал. Поэтому и вызвал командиров отрядов, принимавших участие в штурме. И крогана, для контраста. Или для антуража. Гаршоку было всё равно. Он просто бродил по лагерю и с неизменным любопытством оглядывал всё вокруг. В бою он показал максимум возможного, но поведение «Ветров» после драки его откровенно забавляло. Вот и сейчас он просто стоял и слушал.

— Господа. — Начал Раал’Тар. — Я закончил сбор данных и мне это место больше не нужно. Так что приказываю поступить по совести, потому как сам не могу придумать ничего кроме орбитальной бомбардировки.

Люди посмотрели на старпома, переглянулись между собой, глянули на капитана азари. Когда игра в гляделки закончилась, офицеры вразнобой кивнули и, один за другим вышли из командирской палатки, за ними потянулись все остальные, а Раал начал собирать свои пожитки. Оставаться на этой планете сверх необходимого он просто не мог.

Когда стемнело, лагерь «Чёрного Ветра» был полностью собран, грузовые челноки уже по разу слетали на «Летучий Голландец», унеся с собой мобильный лагерь вместе с частью пехотинцев и вернулись вновь, на этот раз уже за детьми. За два часа до этого солдаты отвели пленных внутрь комплекса и приковали их к многочисленным перилам, батареям, ко всему, что нельзя было оторвать, открутить или разобрать. После, солдаты выстроили детей так, чтобы всем было видно, как сначала робкие, но потом всё более активные языки пламени вырываются из окон наземной надстройки комплекса. Через десять минут огонь уже плавил металл, возвышаясь над комплексом на добрый десяток метров и выбрасывая в атмосферу толстые клубы чёрного тягучего дыма.

Когда солнце зашло за горизонт, темнее не стало: пламя горело и над комплексом, и в душах трех сотен четырнадцати детей, отражаясь в их глазах, как в маленьких зеркалах. Казалось, дети даже не моргали. Раал не знал, понимают ли эти малыши, что происходит, но от всей души надеялся, что однажды это пламя дарует им облегчение. Наконец, столб пламени стал оседать, и солдаты стали аккуратно подгонять ребятню в сторону челноков, а когда те поднялись в стратосферу им на встречу устремились «Дельты», несущие на себе бомбы, начиненные нулевым элементом, которые сотрут не только оставшиеся следы пребывания наёмников на планете, но и то, что не съел огонь. В конце концов старпом не отказался от идеи оставить на месте комплекса кратер поглубже.

***

Девочка сидела на полу шикарно обставленной каюты «Голландца» и играла со всем до чего могла дотянуться руками, а то, до чего не могла, притягивала биотикой и клала рядом с собой. О многих вещах она забывала практически сразу, с какими-то напротив, не хотела расставаться вообще. Ей тётя Нарисса разрешила. А ещё она сказала, что Жаклин больше не будут бить. Вообще.

Потом они вместе с ней ходили в столовую, где было много-много взрослых, им все улыбались, даже страшные шипастые дяди, которые казались ей теперь не злыми, а даже немножко милыми. Совсем чуть-чуть. Они очень смешно раздвигали наросты у них на лицах. А у некоторых были та-а-а-а-кие красивые татуировки! Прямо во всё лицо! Белые, красные, синие, разноцветные! Они смотрелись так круто! Жаклин сразу же захотела себе такие же. Она попыталась это сказать, но не знала нужных слов. Она вообще говорила плохо. Училась выговаривать слова только когда никого нет рядом, чтобы не наказывали. А здесь ей было можно почти всё! Даже есть столько, сколько влезет! А если нельзя, то тётя Нарисса подойдёт и попросит этого не трогать. Попросит! Не прикажет, не ударит, а именно попросит. И предложит что-нибудь другое, не менее интересное. А интересного на корабле было много.

Недавно тётя Нарисса познакомила девочку со своим другом, кварианцем Раал`Таром. Ведь у каждого должен быть друг и, желательно, не один. Так сказала азари. А ещё она пообещала, что у Жаклин тоже будет много друзей. Девочка верила. Она ловила каждое слово своей новой лучшей и единственной подруги. Она была так счастлива, что не могла даже выразить словами, как сильно, просто не знала нужных слов. Но она научится! Ведь всё, что теперь ей нужно, это сказать, как сильно она хочет здесь остаться!

Глава 28 Старые ошибки.

Призрак сидел в своём новом кресле, буравил глазными имплантатами умирающее светило Кроноса и задумчиво курил. Впервые со дня основания «Цербера» он задумался о цене, которую платит. Не слишком ли она высока?

Хотя… Нет, не слишком. Сейчас большей проблемой была возможная огласка. Что будет с человечеством, к которому только-только остальное галактическое сообщество начало привыкать, притом без всякого участия «Цербера», если история с Телчином всплывёт на новостных каналах Цитадели? Впрочем, он и так знал, чем всё обернётся. Людей уравняют с батарианцами, сгонят патрульный флот к границам космического пространства Альянса и будут впускать на цитадель только по визам. Записи с резервного сервера говорили о нападавших много. В отряде были люди, азари и кроганы. И если ящерам плевать даже на себя, то остальные вполне могут поднять панику.

Однако нет. С момента нападения прошло две недели, но ни одна, даже самая желтушная газетенка не проронила о столь вопиющем нарушении прав и свобод ни строчки, что сулило не меньшие проблемы в будущем.

Итак, кто это может быть?

Такой штурм с применением челноков-пустышек, боевой авиации, противобункерных бомб и высококачественного, к тому же однотипного ручного вооружения, могли позволить себе лишь очень состоятельные военные формирования. Настолько состоятельные, что Призрак затруднялся с ходу назвать хоть одну такую группировку. «Затмение»? Нет. Они слишком кичатся своим стилем, так что, если бы это были они, о случившемся знал бы уже весь Терминус и половина Траверса.

«Кровавая стая»? Даже не смешно. В этом случае комплекс был бы просто завален трупами ворка. Опять же, имея такие деньги привлекать стаю…

«Светила»? Нет. Не сотрудничают с азари. Да и не до подобных акций им пока что.

«Чёрный Ветер» в принципе на это способен, вот только прямо сейчас они заняты тем, что создают проблемы «Светилам» в Файе, и денег там потрачено ничуть не меньше, чем на Прагии. Шутка ли? Передел власти во всей системе. С другой стороны, эта организация начала свою жизнь при помощи просто колоссальных денежных вливаний и первое время работала себе в убыток. Да и сейчас, хоть они и выровняли свои дела, но положительный баланс покажут еще очень нескоро.

Прямо не «Чёрный ветер», а «Тёмные Лошади» какие-то.

Что хуже, именно об этой организации информаторы передают совершенно нелепые сведения, которые сводятся к тому, что свои «миссии» они получают не от кого-нибудь, а от некоего «Пророка», который жил столетие назад и оставил послания, что надо делать, чтобы выжить в конце света. А Совет Капитанов, стоящий у руководства быстро растущей компании - его верные апостолы. И что самое неприятное, с каждым новым сообщением от агентов, информации не прибавляется, а вот веры в то, что «пророчества» реальны, прибавляется на порядок, а это уже дурной звоночек.

Любопытный факт: учение внутри «Черного Ветра» никто не насаждает, у них совершенно точно нет проповедников или подобных элементов организации, но слух о пророке ползёт, и никто его не глушит.

В любом случае, обвинять во всём врага, подобранного методом исключения, по меньшей мере глупо, а сделать осознанный выбор мешает информационный голод. Нужно искать ещё. Искать и проверять, но для этого нужно всё увидеть своими глазами. А пока следует окончательно прекратить то, что не следовало даже начинать.

— Компьютер. — Произнес Призрак, слегка повысив голос. — Приказываю проект «Сверхчеловек» закрыть, ввиду его несостоятельности и чрезмерной жестокости. Все материалы передать в архив, а специалистов, причастных к проекту косвенно, переназначить на другие направления. Оставшихся в живых непосредственных участников исследования задержать и допросить. Если они не сумеют доказать свою дальнейшую полезность — уничтожить.

— Выполнено. — Отозвался ВИ спустя мгновение.

— Хелен. — Позвал он секретаршу, нажав маленькую голографическую кнопочку. — Будь добра, организуй мне сеанс связи с Доктором Лоусон через час.

Ровно в назначенное время диск в центре кабинета Призрака засветился и явил лидеру голограмму девушки.

— Мисс Лоусон.

— Призрак. — Обменялись они своими обычными приветствиями.

— У меня для вас есть довольно неприятное задание…

***

Комплекс «Синтетик Инсайдс» на Новерии был на самом деле огромен. Тысяча человек ученых и лаборантов, объединенная в шесть основных отделов, пять сотен охранников и приблизительно столько же обслуги, на которую приходится уборка, обслуживание систем жизнеобеспечения, черновая работа, склады и гараж. Город-лаборатория с кодовым названием «Вершина 4».

И в этом городе было всё, от полностью изолированного лабораторного комплекса до производственных цехов. Так же были продуманы зоны отдыха. Ведь человек не может работать изо дня в день без выходных.

Трёхголовые и тут к делу подошли с размахом. В комплексе под досуг отвели целое крыло, которое напоминало уменьшенную Сильвер Сан Стрип на Цитадели. Разве что казино не было, да и в бордель «работниц(ков)» завозили в строго определённые дни.

В общем, всё, чтобы люди не слетели с катушек.

Что меня потянуло туда в разгар рабочего дня — я сам не понял, но оказался, что называется, в нужное время в нужном месте. Увидеть, как мисс Совершенство цедит абсент в одну будку — эксклюзивное удовольствие.

Собственно, я уже собрался по-тихому свинтить, дабы не нарваться. Миранда вообще, как вчера из командировки вернулась, была какая-то отстраненная. Сильнее, чем обычно.

— А… Мистер Гай. — Она сидела ко мне спиной, облокотившись на стойку. Как женщина поняла, что это я — навеки останется для меня загадкой. — Ну что же вы замерли на пороге, проходите, составьте даме компанию.

Голос холодный, ровный, безэмоциональный, как всегда, но сам вид её в обществе бутылки говорил о многом.

Подхожу ближе, за барную стойку, наливаю себе азарийской медовухи и остаюсь напротив неё. Бармен не мелькает даже на горизонте, значит она его послала далеко и надолго. Ей можно, она здесь босс. И мне можно, сама пригласила.

— Ваше здоровье, мисс Лоусон. — Я поднял пивной бокал и сделал большой глоток инопланетного питья. Глотку обожгло холодом, но уже пару мгновений спустя, вверх по пищеводу стало подниматься мягкое тепло, распространяясь по всему организму, а во рту остался привкус клубники.

— О, прошу вас! Хотя бы сейчас называйте меня по имени, — неожиданно в её голосе послышалась просто замогильная усталость. — Слышать целыми днями эту фамилию на работе еще терпимо, но в своё личное время, которого, кстати, у меня не так много, хотела бы побыть просто Мирандой.

— Желание женщины — закон. — Усмехнулся я и сделал очередной глоток. — Тогда, может, ещё и на «ты»? Вроде бы, не первый год знакомы.

— Неужели? — Криво усмехнулась оперативница, отчего сразу стало видно, алкоголь медленно, но верно побеждал даже её организм. — Я, как вы и сказали, не первый год наблюдаю за вами, мистер Гай, и чёрта с два я скажу, что мы знакомы. Даже не заочно. Кстати, откуда фразочка про желание женщины?

— Это классика. — Ого, не особо обращал внимание на это, однако во вселенной эффекта массы всё круто с феминизмом. Может, ещё и Шекспир считается запрещенной литературой? — Из тех времен, когда люди ещё не знали, что такое толерантность, но это не мешало им быть воспитанными.

— Наверное, чудесные были времена.

— Есть ряд причин, по которым они бы вам не понравились.

— Всегда есть ряд причин. Было бы неплохо услышать хотя бы несколько из них.

— Легко. Глухие и тяжелые платья, похожие на кремовые пирожные, и отсутствие электрического освещения. — Я скептически оглядел всё, что скрывает её обтягивающий комбинезон, а на том, что он скрыть был не в силах, взгляд остановился уже против моей воли.

— Вы правы. — Решила она поддержать шутку. — Если проблему электричества ещё как-то можно пережить, то подобные фасоны мне явно не подойдут.

— Вот-вот. — Так, Лео! Глаза в кружку! Понимаю, что такого идеального сочетания формы и размера ты ещё не видел, но… Твою мать…

— Мистер Гай, вы пялитесь.

Это сколько ж надо капусты…

— Леонард.

— А… Что?.. Да ладно вам, на вас вся мужская половина базы пялится. — Отпираться поздно, так и один тонуть не буду. — И не менее трети женской.

— И вы туда же.

— Так ведь тоже человек.

Тут я состроил самое глупейшее выражение лица, на которое был способен. Айсберг всё-таки треснул и на красивом лице (поверьте, в реальности Миранда действительно красива), обозначилось подобие улыбки, а в глазах грусть.

— Жаль только без толку всё это. — Глубокий тяжкий вздох. — Все только любуются. Издали.

Ну да. Что правда, то правда.

— Правильнее сказать, с безопасного расстояния.

— Я и вправду так ужасна?

— Совсем нет, но у людей, проведших рядом с вами какое-то время, резко падает самооценка. Вплоть до возникновения физической немощи в самый ответственный момент.

На это Миранда громко и презрительно фыркнула. Я же продолжил расспросы.

— Кстати, Миранда, я очень удивлён, увидев вас здесь в столь непотребном состоянии. Не поделитесь причиной вашего душевного разлада?

— Вряд ли, секретная информация, сам понимаешь. — Она всё-таки решила перестать выкать.

— Конечно. И ваши мысли по поводу произошедшего, это тоже секретная информация? — Полюбопытствовал я.

— Тем более.

— Жаль.

Пропустили ещё по глотку.

— А могу я поинтересоваться? — Подарила мне любезную улыбку Миранда.

— Разумеется. — Не остался я в долгу.

— Незадолго до нападения на Элизиум, где-то за неделю, ты исчез.

— В смысле? — Вот тут первое, что приходит на ум, это «Ой!».

— В самом прямом. Ты буквально испарился из своей комнаты. Вот сейчас ты здесь, а на следующий день завтракаешь в Нос-Астра. И ещё две недели находишься там.

— Всё верно. — Мой голос дрогнул. Дотошная. Очень дотошная и исполнительная девушка вы, мисс Лоусон. А ещё вы конспиратор такого уровня, с которым мне, дилетанту, не стоит даже пытаться играть в игры.

— Но ведь тебя там не было. — Я было, хотел возразить, но Миранда посмотрела на меня кристально трезвым взором.

— И давно все всё знают?

— Никто не в курсе.

— Почему?

— Возможно, потому что ты мне симпатичен. — Её елейный голос породил во мне ассоциацию, будто меня вот прямо сейчас заворачивают в кокон, чтобы съесть когда-нибудь потом. — А возможно, мне нужны контакты, через которые вы всё это провернули. — Миранда сделала крохотную паузу. — Лично мне.

— Для чего?

— Скажем так, некоторые события заставили меня более внимательно отнестись к вопросу личной безопасности. И безопасности своих близких.

— Миранда, этого мало. Если вы хотите помощи, то прекратите играть в секретность. Доверие за доверие и только так. Что вас так испугало? Или кто?

Лоусон в раздумье покрутила стоящий на стойке стакан, наконец подняла взгляд.

— Я думаю, ты знаешь историю моего появления в «Цербере?

Ну да. Что называется, из первых уст.

— В общих чертах. У вас была ссора с отцом.

— Ссора... — губы Лоусон искривились в жесткой гримасе. — Ну, можно сказать и так. Когда он решил, что его «эксклюзивная программа обучения» на мне дала не совсем ожидаемый результат, и в отношении Орианны её нужно углубить... я просто сбежала, прихватив сестру. Понимаешь, Гай, отец свято верит в то, что боль — это лучший из учителей. — очередная кривая усмешка. — А мне в своё время было очень больно.

Я уже говорил, что читать субтитры с монитора куда веселее, чем слушать это вживую? По-моему, говорил. И ещё раз повторюсь. Когда у женщины, которую ты привык считать монолитным куском стали, в глазах стоит животный ужас, это… непередаваемо. Просто смотреть на это уже невыносимо, а она, реальная, ни хрена не персонаж игры, вот прямо сейчас где-то внутри себя переживает это заново.

Не знаю и знать не хочу, чему её подвергали. Но если этот маньяк хотел ещё и сестру её через такое протащить, не понимаю, как она его не убила. Точнее догадываюсь: физически не дотянулась.

Она тряхнула головой, отгоняя какие-то воспоминания.

— В общем, неважно. Главное, что Призрак помог мне пристроить Орианну в приемную семью и обеспечил защиту от отца нам обеим. Поверь, Гай, это очень много. Большего, наверное, не смог бы никто в галактике. И до недавнего времени меня всё устраивало.

Лоусон замолчала, снова принявшись крутить стакан.

— Так что же произошло недавно? — не выдержал я.

— Недавно мне пришлось побывать в одном месте, где проводились эксперименты на биотиках. Детях-биотиках. Гай, это наработки «Лоусон Инкорпорейтэд». Не те, что выходят на рынок, а внутрикорпоративные. Получить к ним доступ без разрешения отца невозможно.

— Но у «Цербера» они есть, — едва слышно пробормотал я, начиная понимать, о чем речь. Оказывается, наша мисс Совершенство побывала на Прагии. И прониклась.

Лоусон невесело улыбнулась, потянувшись за бутылкой.

— Знаешь, Гай, — Полстакана ядовито-зелёного абсента исчезли в её глотке. — у меня сейчас такое ощущение, что я все эти годы пряталась от медведя в его же берлоге.

Мы проговорили ещё примерно минут сорок. Меня очень волновал вопрос, о чём думал Призрак, посылая её на это задание. Оказывается, думал. Методы, что использовались для воспитания «идеальной девочки», на Прагии не применялись. Если проводить аналогию, то там, где в случае Миранды обходились скальпелем, в Телчине рубили топором. А чего миндальничать? Это вам не шедевр богатого психа, это мясо, которого много.

Просто мисс Лоусон была круче, чем о ней думали. Свой первый хак она исполнила в десять. Человек, отвечавший за сетевую безопасность, кстати, его звали Никет, быстро вычислил и сдал девочку. Её наказали, но терминал из камеры/комнаты/палаты не убрали, и она не успокоилась, и программист опять её поймал. Но не сдал, а потребовал показать, как она это делает, в обмен на молчание. С тех пор у них началось нечто вроде шахматной партии. Она ломала, он ловил, потом они рассказывали друг другу, как это сделали.

К двенадцати она превзошла своего единственного друга и относительно свободно гуляла по корпоративной сети, а Никету подкидывала задачки его уровня, просто для того, чтобы не перестать с ним общаться. Собственно, так она и нарвалась на теоретические заметки по развитию биотики в человеке. А вот на Прагии она и повстречалась с практикой.

Потом мы прикидывали варианты развития событий. Никаких серьёзных договорённостей из нашего разговора не вышло, но и списывать его со счетов не стоит. Я ей дал контакт госпожи Та’Хир, адвоката, которая занималась моими следами на Иллиуме и намекнул, что на Омеге имею пару полезных контактов. Она же обещала мне чистую связь со своими друзьями, которой, я, впрочем, не горел желанием пользоваться.

Бар мы покинули как раз к открытию. На входе столкнулись с барменом, который объяснял шумной компании деятелей научного труда, почему туда нельзя, на нас, шагающих чуть ли ни под руку, смотрели, как на чудо света. А как иначе? Снежная Королева выходит из БАРА и, ХИХИКАЯ, слушает мои байки о том, как маленьких кварианцев пугают микробами. Кстати, действительно смешно, если ты не кварик.

На следующее утро по комплексу разлетелась шокирующая новость. Начальница любит помоложе и, наконец, присмотрела себе паренька.

***

***

Шепард сидел на койке в кубрике и прокручивал на планшете одну и ту же запись, которая вот уже много лет не давала ему покоя. Война с батарианцами закончилась, и у него наконец-таки появилось время, чтобы всё расставить по полочкам. Этим он и занимался.

По сути, из записи переговоров с наёмниками на Элизиуме он давно выжал всё, что хотел. Но с тех пор она навевала ему мрачновато-задумчивое настроение, которое к данной ситуации подходило как нельзя лучше.

Дверь открылась и на соседнюю койку бухнулся его бессменный, а Шепу иногда казалось, что и бессмертный сосед, Юрий Волков, который прикрывал его всегда. У них теперь даже прозвища были похожи. И если Шепарда вся галактика знала, как Торфанского Мясника, то к напарнику твердо прилипло прозвище Зверь.

— Всё, отстрелялся. — Гордо возвестил Волк.

— Подписали?

— А то ж.

Война не щадит никого, но на каждом отмечается по-разному. Вот и на Юре она не сплоховала. Кошмары и головные боли подолгу преследовали его после каждой операции, так что парень в очередной раз не выдержал и пошел к психологу, который без обиняков ему и заявил: пора на берег.

— Теперь куда? Земля, отставка, родной Архангельск?

— Шутить изволите, сударь? — Фыркнул напарник, который по этому поводу вообще не переживал. — Да мне на уник уже шесть писем пришло из академии ВКС, сильно хотят меня в преподаватели. Наверняка Андерсон постарался. Так что буду цыплят в орлов перерабатывать. А родной Архангельск… Там, конечно, климат сейчас получше, чем столетие назад, но лучше уж я оттуда родню перевезу туда, где потеплее.

— Значит, за будущее космодесанта можно не переживать? — Повернулся в его сторону Шеп.

— За будущее космодесанта НУЖНО переживать. — Плотоядно оскалился русский, глядя куда-то в потолок. — Просто потому что я иду к ним. А ты чем маешься?

Напарник скосил глаза на стоп-кадр.

— О, да ладно тебе! Опять?

— Не опять, а снова. — Весело ответил коммандер, радуясь, что в кои-то веки получилось отбрить друга его же фразочкой.

— Шеп, почти пять лет прошло. Угомонись уже!

— Волк, я угомонился уже очень давно, ты же знаешь, считай это спортивным интересом.

— Хрен с тобой.

— Он всегда со мной, если бы его со мной не было, было бы странно.

— Ты!..

— Я.

— Всё. Я молчу.

На несколько минут в кубрике воцарилась тишина. Юрий всегда тяжко переживал поражения в словесных баталиях. Тяжко, но совсем не долго.

— Рассказывай. — Волков уселся на кровати и вытаращился на Шепарда. Всё-таки его эта же проблема волновала никак не меньше. — Что ты там нарыл?

И Шепард, довольный возможностью выговориться, начал.

— Вот смотри. Помнишь момент? — Экран омни-тула расширился на весь кубрик, явив неровный строй из шестнадцати разумных. Немного с непривычного угла обзора, камера была вмонтирована в шлем одного из солдат гарнизона планеты.

— Конечно. — Подтвердил офицер. — Я ещё тогда подумал, что у них классные броники.

— Это да. А теперь смотри дальше. — Камера бойца запечатлела момент эпического рукопожатия тогда ещё лейтенанта с командиром наёмников, снявшим шлем. — Кстати, с этим парнем отдельная история. В архивах Альянса Джереми Баркли считается покойником.

— Он опасен?

— Как тебе сказать? Безупречный послужной список, секретных операций, как у нас с тобой, тактик N7.

— Не пудри мне мозги. — Возмутился русский. — Тактиков N7 в альянсе всего не больше двух десятков. И все они приписаны к кораблям-носителям, которые в военное время не покидают.

— Семнадцать ныне живущих. — Совершенно серьёзно подтвердил Шеп. — Баркли восемнадцатый.

— РУАС в курсе?

— Наверное, я не говорил, но запись попала мне от одного из тамошних знакомых.

После Мендуара, Торфана и ещё пары десятков неприятных инцидентов, у боевой парочки появилось много знакомых в разведке. В основном, неприятных знакомых.

— Ну да бог с ним. Отдельная тема, смотрим дальше.

Запись снова пришла в движение и остановилась на конце строя, где один из наймитов без приказа и каких-либо формальностей разоружается на руки своего соседа, а тот ему не перечит. Вот гранатомёт и винтовка перекочевали из рук в руки, и наёмник уходит куда-то за строй. Больше на камерах он не мелькает. Через какое-то время наблюдения сослуживцы вдруг заметили, что бойцов опять стало меньше на одного. Или, точнее, на одну. Пропала женщина в лёгкой броне.

— Что это мы сейчас видели? — После очередного пересмотра спросил Волков. — Ты подумал о том же, о чём и я?

— Эмоциональный срыв. — Медленно произнес Шеп, — Оставление поста в боевой обстановке, потеря вооружения… Заказчик! — Последнее слово коммандер даже выкрикнул, подскочив со своего места.

— Да не простой, а местный. — Поддержал его вывод Юрий.

— Не просто местный. Информированный местный.

— Будь он информирован достаточно, то предупредил бы колонию заранее.

— Значит, знал мало, или узнал в последний момент.

— Откуда он мог это узнать?

— Хороший вопрос, на который может ответить история.

— Шеп. Ты ведь всё это уже выяснил, говори дальше и завязывай с этим балаганом.

— Скучный ты тип, Юра.

— Ага. И нервный, у меня даже справка есть. Так что рассказывай, а не то сорвусь на хрен.

— Ладно. В общем, помнишь ту историю с нападением в шестьдесят восьмом?

— Это когда им с Омеги детей вернули? Конечно помню, любимая байка на Элизиуме.

— Не байка, реальный исторический факт. — Поправил Шепард напарника. — Так вот, вернулись не все. Доподлинно известно, что троих замучили пираты, но один выжил. Его судьба до сих пор была неизвестна. Зато мы точно знаем, что местом сбора пиратов была Омега.

— Притянуто за уши. — Отмахнулся друг. — Смотри сам, этому… как его вообще зовут, выжившего?

— Гай, Леонард Гай, сын мэра.

— Ого! Ну так вот, сколько ему на тот момент лет? Пятнадцать? Ты посмотри, наш заказчик никак не похож на молокососа.

На это Шепард широко улыбнулся.

— Смотри. — Изображение сменилось фотографией очень красивой девушки. Прогуливающейся под руку с высоким блондинистым парнем. — Девушку ты наверняка видел, это Саманта Уокер, её, кстати, тоже вернули, а молодой человек рядом с ней представляется всем, как Леонард Гай. Фото сделано при восстановлении города, примерно через месяц после штурма.

Волков присвистнул.

— А летом того же года Леонард Гай поступает в Академию ВКС, в которую ты, мой друг, летишь преподавать.

— Ну… Я передам ему привет от тебя, детектив Шепард.

— Буду очень признателен, куратор Волков.

Глава 29 Кусочек мира. Свой. Собственный.

Сегодня Раал’Тар обитал не на инженерной палубе, по своему обыкновению. Нелёгкая судьба заставила его уйти из уютного царства мерно гудящих машин и криков технарей в такую тихую, давящую на мозг своей непривычной роскошью каюту старшего помощника.

Очередное хронопослание старого друга вогнало его в ступор. Ведь если раньше это звучало, как «Привет, старина, прости, что отвлекаю, но пришло время совершить эпический подвиг! Нужно, чтобы ты с ребятами смотался туда-то и сделал то-то, притом именно так, как сказал я», то последнее (Раал очень хотел, чтобы больше писем не поступало, а Лео заявился сам и удостоил бы их объяснениями.) превосходило все предыдущие. Не только по безбашенности, но и по масштабам. Хотя, если уж на то пошло, его содержание было вполне логичным.

Однако, проблем от этого меньше не становилось.

Тихие кварианские маты прервал звук дверного звонка, Раал быстро пристегнул забрало к шлему и открыл дверь гостю.

— Не помешал? — Приятно улыбнулся вошедший человек. Впрочем, вопрос был риторический, так как он уже вошёл и уходить не станет, даже если кварианец ответит ему утвердительно.

— Старший помощник — это такой офицер, который всегда занят, — Устало ответил Раал. — Но прямо сейчас мне надо забить на всё и отвлечься. Так что ты вовремя, Буч.

Тактик понимающе хмыкнул и уселся на указанный начальником стул.

На вид ему было лет сорок, невысокий, но очень широкий в плечах, светловолосый с квадратным лицом и пронзительным взглядом зелёных глаз. Человек, планирующий восемь из десяти операций «Чёрного Ветра», что бы они без него делали?

— Касательно нашего «дорогого» друга. У офицеров назрели вопросы. — Баркли как-то даже виновато улыбнулся. — Точнее даже накипели, а я за делегацию.

— Ко мне?! — Деланно возмутился кварианец.

— Ты общался с ним дольше всех. — Логично парировал тактик.

— И если вы, «Арбитры», думаете, что я знаю о нем больше вас, то позвольте выразить свои сомнения в достоверности этого утверждения. Потому как в каждой ситуации Лео проявляется по-разному. — Раал’Тар откинулся на спинку кресла. — Пока мы лазили по служебным тоннелям «Омеги» всё было просто. Невероятно смышлёный ребёнок с огнём в глазах и неубиваемым оптимизмом. И вот на тебе, я старпом на корабле, которого не существует, а по совместительству, зампотех флотилии из шести крейсеров, восьми фрегатов и двенадцати корветов. Вчера монтёр, а сегодня ко мне капитаны за запчастями приходят. А Лео, уже не ребёнок, а бесплотный дух, который диктует как жить, а я боюсь пропустить хоть слово.

— Внезапный карьерный рост. — Хмыкнул тактик, а потом неожиданно добавил. — Когда я пришёл по объявлению, моя винтовка не стреляла. Затворный механизм заклинил напрочь. С виду-то всё нормально, но она даже не пищала, при нажатии на спуск. С деньгами было и того хуже. Сейчас я планирую операции в довольно уважаемой ЧВК, так что я тебя понимаю. Да мы все были в заднице, когда появился Лео. В новеньком «Скорпионе». Рыцарь, мать его, в сверкающем скафандре.

— Читал вашу мифологию. — Хмыкнул кварианец. — Сделка с дьяволом, да? Без права отказаться?

— Тоже так думал. До Телчина.

— А мне эта мысль в голову пришла уже после него.

На эту фразу Баркли даже подался вперёд.

— Почему?

— Вот и я подумал: почему? Почему он не сказал нам об этом раньше? Письму-то три года. — Кварианец глубоко вздохнул и выдохнул, воздух вышел через фильтр со свистом. — Сейчас Нарисса и Вишез занимаются детьми. Две трети вернулись в семьи, остальных пока отвезли на Иллиум в штаб-квартиру. Наняли психологов, воспитателей, педагогов, докторов. Обеспечили всем необходимым. Про Джек ты знаешь. Пришлось оставить здесь, под присмотром десантниц. Ни в какую от нас уходить не хочет.

— Да пусть остаётся, чай не объест.

— А я против? Вон Нари, как к ней прикипела.

— Видел, а помнишь, как она выдала «Бабушка Вишез»?

На этот комплимент матриарх нарвалась, сама того не ожидая. Во время своих нечастых визитов на «Аполлон», она обязательно заглядывала к Джек, а чтобы разговор был интереснее, брала с собой какую-нибудь сладость. И вот, во время очередного приезда, бомба грохнула. Да так, что попадал весь экипаж.

— Ещё бы не запомнить.

— Однако, вопрос действительно серьёзный.

— И я его задам, как только Лео поднимется на борт, не сомневайся.

— А у самого есть какие-нибудь мысли?

На это кварианец ответил не сразу.

— Много, но в основном, бред. Давай сменим тему.

— Попробуем. Что насчет тех слухов про «пророка»? Честно говоря, этот вздор меня достал, рядовые после Прагии с ума сходят, а я не знаю, что отвечать. Отмалчиваюсь, как азари об лёд, но чует сердце, надолго меня не хватит.

— Тут… Сложно. Видишь ли, я сейчас даже не уверен в том, что это бред. А вот доказательств обратного уже предостаточно.

По выражению лица тактика было видно, что он хочет порекомендовать, какие-то очень хорошие антидепрессанты, но он в своей привычной манере лишь потребовал подробностей, что и получил.

— Элизиум, ваша первая операция в составе «Чёрного Ветра». Лео знал о том, что на колонию нападут за три года до произошедшего.

— Невозможно. — С ходу выдал офицер, но встретился взглядом с ксеносом и задумался. — Он просчитал это событие?

— Я тоже так сначала подумал. И думал так до тех пор, пока это действительно не произошло, а потом понял, он знал. Знал и всё равно позволил ему случиться. Как будто боялся что-то нарушить. Однако потратил пятьдесят миллионов на оборону планеты.

Баркли, усваивал эту информацию долгую минуту.

— Вишез будет в восторге.

— Ещё бы. — Хмыкнул кварик.

— Как ты это принял?

— Не важно. За то время, что я с ним знаком, жизнь преподнесла мне много неприятных сюрпризов. Все и не перечислишь. Но одно в ней совершенно точно не менялось никогда. — Раал задумчиво посмотрел на своего собеседника. — В конечном итоге Лео всегда оставался прав. Так что я с ним до конца.

— Кажется… Я могу это понять. — Человек задумчиво помассировал губу.

— А сегодня пришло очередное послание. Вот как раз сидел изучал. Присоединяйся.

Через два часа усердной работы мозга.

— Да… Такого галактика не видела очень давно. — Откинулся на спинку кресла Баркли. — И как мы этот пи***ц офицерам объясним?

— Вот примерно так же, как и ты сейчас, уложимся в одно слово, только выразимся помягче.

— Ага, экспансия целого предела. Звучит куда мягче. — Покорно согласился человек.

Расширенное совещание капитанов провели спустя неделю, когда, наконец, удалось собрать всех лично. Не то, чтобы идею нельзя было обсудить по гиперсвязи, просто разумным хотелось в глаза заглянуть тому, кто эту светлую идею подал.

В принципе, никто не возражал против роста организации. Перспективы открывались грандиозные, но объём работы поражал воображение. Однако, глаза боятся, а дело движется. Так вопрос начального капитала закрылся быстро, стоило Тиере объявить, что она переводит все свои активы на счёт компании. Да и остальные азари, коих в совете была треть, оказалось, когда-то давно имели знакомства с теми или иными разумными, которые могли вывести на разумных, которые могли оказаться полезны. Преимущество долгой жизни.

Долин Хитаси, так же присутствующий на собрании, загорелся идеей, как пожар. Оказывается, Лео ещё при первой встрече пообещал ему самую крутую постановку в истории галактики. Он также заявил, что его доля от киноиндустрии тоже может быть потрачена на столь грандиозное предприятие. А помимо того он всерьёз займется рекламой будущего проекта. Даже больше, напряжет всех своих знакомых, коих у него, как у личности публичной, предостаточно. Так что оставшимся людям и турианцам оставалось лишь покивать и схватившись за головы сесть за планирование обороны таких масштабов, которых они себе и представить раньше не могли. От того задача становилась ещё интереснее. Так и было положено начало полномасштабного освоения предела Исмар.

***

Две тысячи сто восемьдесят первый год. Цитадель. Совещательная комната Совета.

— Итак, уважаемые, как вы оцениваете шансы предложенного нам предприятия? — Вопросила советница Тевос. В принципе, она знала, что ей ответят на это коллеги, да и сама была не против того, чтобы залатать эту дыру на карте галактики, но одно маленькое обстоятельство ставило её в довольно интересную позицию.

— Эти смогут. — Отрубил Спаратус. — Тем более, в свете недавних обстоятельств Иерархия не видит юридических причин для отказа «Чёрному Ветру» в лицензии на освоение Предела Исмар.

— Каких-таких обстоятельств? — Насторожилась советница.

— Веских. — Многозначительно добавил турианец.

— Покупка «Чёрным Ветром» десяти законсервированных сторожевых крейсеров Иерархии предыдущего поколения и их модернизация на государственных верфях турианцев. — Пролил свет на решимость коллеги Валерн. — Контракт уже заключен.

Тихое ворчание Спаратуса. Гневное восклицание Тевос.

— Спаратус! Как они этого добились?

— На правительство надавили промышленники. — Вынужден был пояснить тот. — Оказывается, прежде чем идти в комитет обороны, «Чёрный Ветер» посетил ещё и Торговую Ассоциацию. Там тоже был сделан заказ на покупку трёх десятков новых судов класса «харвестер» для разработки скоплений астероидов. Также компания выразила заинтересованность в наших специалистах. Это было весьма вовремя, учитывая, что на дальних колониях Иерархии молодёжь просто сходит с ума от безделья, уже додумались до антиправительственных высказываний, так что их надо срочно чем-то занять. После этого представители компании посетовали на то, что добычу надо будет как-то охранять, а дальше наши торгаши подсуетились сами. Плюс ко всему, были достигнуты предварительные соглашения в сфере защиты трудящихся-турианцев, а репутация «Чёрного Ветра», как ярого противника рабства, вполне позволяет им верить.

— Но… Они же вас просто купили!.. — Возмутилась азари, сама понимая, как жалко это звучит. На что и получила довольный оскал.

— С потрохами. Притом сделали это на официальном уровне. И если не врут мои осведомители, то не только Иерархию.

— Не врут. — Вновь подал голос Валерн. — У Саларианского союза «Чёрный Ветер» заказал два горно-обогатительных комбината класса «станция» и четыре планетарных комплекса разовой доставки. Еще, наши учёные заинтересовались разработками «Института Григоровича» на Беккенштейне, так же принадлежащего данной компании, к ним мы тоже скоро получим доступ, даже не задействуя ГОР. Очень интересные разработки в сфере клонирования стволовых клеток, да. В перспективе, это поможет продлить жизнь саларианца в среднем на три года. Это немало. Так что Саларианский Союз тем более не видит причин препятствовать освоению предела Исмар такой уважаемой компанией, как «Чёрный Ветер».

— Но, насколько я знаю, систему сейчас разрабатывают люди.

— Не беспокойтесь, им тоже что-то перепало. — «Успокоил» советницу Спаратус.

— Предложение было сделано и Тессианской республике. — Блеснул разведданными Валерн. — Почему вы его отвергли?

На это Тевос лишь скрипнула зубами.

— Из-за того, кто этой компанией руководит.

— А что не так с Советом Капитанов? — Не понял турианец. — Бывшие наемники, это да. Каждый по-своему «известен». Однако, это ещё не повод отказываться от подобных перспектив.

— Дело не в них. — Махнула рукой Тевос. — А в тех, кто снабжает их деньгами. Тиера Л’Гая своим творчеством заслужила себе откровенную ненависть в совете матриархов, а её фильмы стоили нам вполне ощутимой волны протестов среди дев и некоторых… сочувствующих. Которые, между прочим, вскоре опять повторятся.

— А началось с того, что девчонка вовремя не сдохла. — Хмыкнул в кулак Спаратус.

— Советник! Я бы попросила.

— Но ведь это было давно! — Удивился Валерн.

— Для наших матриархов недостаточно. — Сокрушенно покачала головой азари. — И для самой Л’Гая тоже. Её новый фильм лучшее тому доказательство.

— Это вы про «Демонов Ночи»? — Удивился Валерн, за что заработал взгляд полный ненависти.

— Вы тоже видели, да?

— Конечно, смотрел в день премьеры. Долин отлично снимает!

— На мой взгляд, так это настоящая ода людям. — Подключился к обсуждению Спаратус. — Один тот момент, когда их отряд отбивается от преследователей… Раньше она в таких сценах изображала нас… Хотя, снято и впрямь неплохо.

— Немудрено. Бедная девочка была вынуждена скрываться у людей. — Посетовал Валерн. — Хотя, вполне могла полететь на Сур’Кеш и сочинять похвальбы уже саларианской проницательности.

Минуту Тевос соображала, куда она попала, но вскоре, под её яростным взглядом обсуждение стихло.

— В любом случае, этим своим… фильмом она поставила крест на самой возможности вернуться в республику. — Выдавила советница. — Хотя Совет матриархов уже всерьёз рассматривал идею её возвращения и восстановления в правах. Она…

— Дала понять, что её ваше преследование не интересует в принципе, более того, предложила вам выгоднейший контракт наравне со всеми, показывая, что она выше вас и сразу же выпустила продолжение фильма, за который её изгнали! Гениально! — Валерн хлопнул в ладоши перед лицом в интернациональном жесте восхищения.

— Это получается, что она нарочно вынудила вас отказаться от выгодного контракта государственного уровня?!

Тевос на это только тяжко вздохнула.

— Итак, Советники, предлагаю вернуться к резолюции по проекту «Чёрного ветра», касательно экспансии в Предел Исмар. — Напомнил о сути заседания Валерн.

— Иерархия возражений не имеет. — С готовностью ответил Советник Спаратус.

— Тессианская Республика заявляет самоотвод. — Твёрдо и печально выдала Советница Тевос. Логичных причин отказа она так и не нашла, а говорить, что прямо сейчас республика лишается крупнейших денежных вливаний из-за гордости кучки старых кошелок, желания не было. И так всё понятно.

— Саларианский Союз возражений не имеет. Таким образом, разрешение на освоение системы компанией «Чёрный Ветер» получено путем применения правила большинства. — Подвёл итог Советник Валерн. — Решение принято. Что у нас дальше?..

***

Призрак думал. Притом так самозабвенно, что даже забыл про сигарету, которая дотлела уже до фильтра. «Чёрный Ветер» становится Силой. И это было серьёзным поводом для беспокойства, ведь то, что за нападением на Прагию стоят они, больше не тайна.

Но за Телчин «Цербер» мстить не будет. Не в этот раз. Лучше, он извлечет из этого урок. Станет ещё осторожнее, ещё аккуратнее. Обратит внимание на то, что указал ему враг. На массы.

Решено, пока организация сосредоточится на создании образа защитников человечества. Уничтожение некомпетентного губернатора в одной колонии, или устранение коррумпированного чиновника в другой. А, может, уничтожение нескольких банд работорговцев, терзающих фронтир? Не важно, главное, делать то, за что люди будут их любить. А пока нужные люди будут «пушить хвост на публику», он займется чисткой кадров. Ведь до сих пор остаётся вероятность, что предатель сдавший Телчин ещё жив и продолжает свою вредоносную деятельность.

Глава 30 О силе искусства, правде, изгнанниках и рекламе.

Две азари, дева и матриарх, вальяжно сидели в ложе и наблюдали за беснующейся толпой. Они неспешно тянули вино из объёмистых фужеров на высокой ножке и вели непринуждённый разговор.

— «Светила» приползли ко мне, ища защиты и опеки. После смерти Сантьяго и разгрома одной из ключевых баз их планка, как наёмников упала на порядок. — Улыбнулась своей фирменной улыбкой Ария после очередного глотка рубиновой жидкости. — Из крепких капитанов у них осталась разве что Джедора, но она… как бы сказать… Довольно недальновидна, а Тарак… умный мальчик, лёг под меня в первый же день.

Тиера Л’Гая, не говоря ни слова просто отсалютовала Арии своим бокалом, отмечая её победу и они снова пригубили вино.

— «Кровавая стая» пока на вас не рыпается, хотя я точно знаю, что вы обламывали им зубы.

— Тупое зверьё. — Хмыкнула Тиера. — Мы просто не видим причин для их устранения. Шугаем только, если совсем страх теряют.

— Кроганы в рядах «Чёрного Ветра» с тобой не согласятся.

— В «Чёрном Ветре» на данный момент только один кроган, Воевода Гаршок, командир штурмовой группы, приписанной к ударному крейсеру «Конунг». И я бы не сказала, что он рвётся в бой каждую минуту своей жизни.

— А как же вербовочный пункт на Тучанке?

— Принадлежит «Новому Горизонту» и набирает рабочих в горнопроходческие команды на харвестеры. — Удивлённое выражение лица собеседницы подбодрило деву, и она продолжила. — Сама не ожидала, что так много кроганов хочет зарабатывать на жизнь не размахивая дробовиком. Конечно, многие рвутся в «Ветер», но отбор там жёсткий и главным требованием является самоконтроль, а это явно не про молодых кроганов.

— Значит, расширяетесь?

— Помаленьку. — Подтвердила Тиера.

— А со стороны кажется, что рванула сверхновая.

— Тебя это беспокоит? — Насторожилась молодая азари.

— До тех пор, пока мои транспорты летят к вам с нулёвкой, а возвращаются с платиной — не очень.

— Значит, мы можем продолжать. — Удовлетворённо кивнула Тиера. Помялась немного и, словно пробуя слова на вкус тихо добавила. — По воле Пророка.

— Кстати, по поводу этой вашей религии. Это что вообще такое? — Было видно, что Арию этот вопрос интересует не первый день. — Лео всерьёз надумал присвоить себе лавры бога?

— Не обращай внимания. Это просто наши внутренние тараканы. — Попыталась отшутиться Тиера. — Просто бессознательное стремление разумных объяснить необъяснимое. Что касается Лео, это не его идея. По крайней мере так утверждает Раал’Тар. На этот счёт никаких указаний ему не поступало. Мы же просто не опровергаем досужие домыслы. Ну и немножко пресекаем фанатизм.

— Неужели? — Изогнула бровь Ария.

— Тебе ли не знать, Королева, — Дева нарочно выделила негласный титул своей собеседницы. — Что для объединения большого числа разумных нужна Идея. Символ, за которым пойдут. Если надо, идол, которому поклонятся. Некий гарант честности и безопасности. Здесь это ты, живая богиня, сидящая в своём храме, принимающая дары и карающая неугодных.

— А у вас? «Пророк», который приветит и укроет? — Рассмеялась «живая богиня».

— Что-то вроде. Хотя прославился он, карая грешников и спасая невинных агнцев. — Тиера Л’Гая сделала очередной глоток вина и с удивлением посмотрела на пустой фужер. — К чему эти вопросы, Ария? Ты же догадывалась, что с ребёнком, который пригрелся у тебя под крылом просто не будет.

— Есть причины. — Королева резко посерьёзнела и решила перевести тему. — Кстати, видела новый фильм. Хвалить тебя или…

— Или. — Вздохнула дева. — Когда писался сценарий, я была на роли советника по вопросам культуры.

— Вижу, ты старалась. А ты знаешь, что сейчас происходит в нашей с тобой родной Республике?

— Догадываюсь, но… не поделишься сведениями?

— Юстицары проверяют все Обители на предмет, а действительно ли там томятся только ардат-якши. — В голосе Арии явственно обозначилось злорадство. — Статистика вряд ли будет доступна широким массам, однако за матриархом Альтицией уже пришли.

— Что?! — Альтиция Т’Мар имела солидный вес в Совете Матриархов на Тессии и прославилась своей строгостью к молодым азари. На совете, определившем судьбу Тиеры она тоже присутствовала.

— Официальная причина смерти — ревность одной из её подопечных. — Продолжала сыпать фактами Ария. — Неофициальная, визит в её летнюю резиденцию юстицара Самары, у которой данная проблема имеет несколько личный характер.

— Но за что?!

— А ты как думаешь? У каждой азари достигшей такого положения, есть привычка уничтожать неугодных. Альтиция боролась с инакомыслием, отправляя здоровых дев в Обитель Чистоты.

Тиера, чтобы не вскрикнуть от ужаса зажала рот руками. Воспоминания о Моринт были ещё слишком свежи в её памяти. Ария на это лишь усмехнулась.

— Юстицары в ярости и готовы рвать на тряпки весь Совет. Те пока открещиваются, но в ближайшее время, предвидятся новые расправы. И знаешь, что? Я искренне рада, что этот гнойник наконец-то вскрылся. Так что запускай продолжение, если оно в твоих закромах есть. Хочу увидеть, как эти сучки рыдают.

— Н-нет. Третьего фильма из этой серии пока не планируется. — Ошарашенная девушка не очень-то пеклась о коммерческой тайне.

— Правда? — Тут же воспользовалась этим Ария. — И когда же она планируется?

— В восемьдесят пятом. — Сдулась Тиера, пытаясь вообразить сопутствующий ущерб. — Рабочее название «Тайна сокрытая в Храме».

Ария, услышав это, слегка поперхнулась напитком, потом налила себе сразу половину бокала и оприходовала его в три больших глотка.

— Жду не дождусь. — Изрекла она севшим голосом. — Теперь даже не хочу задавать тебе следующий вопрос.

Помолчали пару минут. Тиера приходила в себя после крутых новостей, Ария думала.

— Что за вопрос? — Наконец, справилась с собой дева.

— Когда-то давно я предложила тебе кинуть Лео и работать на меня. Ты отказалась не задумываясь, хотя уже тогда понимала, что это было бы идеальным вариантом для тебя. Сейчас я вижу, что вы, ребята, играете по-крупному, но тогда этого не знала даже ты. Что Лео пообещал тебе такого, что ты так ему предана?

Какое-то время Тиера молчала, но вот, она резко выдохнула и тихо раскрыла свою самую страшную тайну.

— Во время нашего первого разговора, я плакала и всё никак не могла успокоиться. А как же?! Совет Матриархов — это самые мудрые, самые сильные и самые благочестивые азари, которые только могут существовать. Мне они казались непогрешимыми. И тут такое. От меня отвернулись все. Я лишилась всего за какую-то пару месяцев. По их воле. Я попала на Омегу, где меня должны были убить. Твои люди передали мне запись допроса высланной за мной группы. А Лео… Мой «хозяин», на которого перекинулась вся моя обида и ненависть, пообещал, что меня больше никто не тронет. А через какие-то десять-пятнадцать лет эти… реликты приползут ко мне на коленях.

Глаза королевы пиратов полезли на лоб. Тиера утёрла навернувшиеся на глаза слёзы и горько усмехнулась.

— Тогда это меня рассмешило, и я согласилась ему помогать. Только потом заметила, ВСЕ его обещания исполняются.

Так что, отказать тебе было несложно.

Ария выслушала монолог Тиеры с каменным лицом. В голове же она усиленно вспоминала, не обещал ли Лео ей чего-нибудь эпического между делом? Не смогла. Слишком незначительны ей в своё время казались беседы с этим ребёнком. Тем не менее, дева сейчас свято верила в то, что говорила, а значит, Тессианскую Республику ждут куда большие проблемы, чем беспорядки, вызванные фильмами.

Тиера ушла, сославшись на то, что больше не имеет права тратить время Арии, та же ещё долго сидела в своём кабинете и думала. Многовековой опыт буквально кричал о будущих переменах.

***

«Такаса», километровый кварианский лайнер, впервые за последние двести лет заходила в док. И пусть орбитальная верфь ещё была далека от завершения, принять один такой корабль она уже могла. Не то чтобы это было очень странно, но поступившее на мигрирующий флот приглашение было помечено кодом Раал’Тара, и Гарин’Зон, как его непосредственный капитан, был обязан отреагировать. Немаловажным фактором к тому же было то, что «Такаса», как и большинство кораблей Мигрирующей Флотилии не проходила полноценное ТО вот уже полтора столетия и упускать такую возможность капитан просто не имел права.

— Получаю коды стыковки. — Отрапортовал пилот. — Фиксация на гравитационных якорях… успешно. Корабль остановлен. Стыковка трапа… Завершено. Герметичность восстановлена, дезинфекция… завершено. Стыковка завершена.

— Стоп машина. Отключить питание всех агрегатов и подсистем незадействованных для жизнеобеспечения экипажа. — Дал распоряжение капитан. — Команде техников приступить к выполнению ремонтно-профилактических мероприятий.

— Есть, стоп машина. — Продублировал команду пилот и забегал пальцами по виртуальной панели.

Спустя минуту освещение моргнуло, но не стало тусклее.

— Корабль в режиме профилактики. — Снова прокомментировал данные пилот. — Подключены внешние источники питания.

«Приятная неожиданность», подумал капитан. Обычно, эта услуга проходила в прайсе под отдельным ценником. Здесь же даже не поступил запрос нужно ли оно вообще кораблю. Эх, наглеть так наглеть.

— Отключить ядро массы. Полностью перевести судно на внешнее питание.

— Выполняю. Ядро массы в режиме профилактики.

Ну всё. Теперь корабль не сдвинется с места минимум три дня. А если будут возмущаться, то всегда есть возможность ответить, мол, сами пригласили, а нам реально надо, иначе развалимся, и вообще, этого бы не случилось, если бы не слишком мощные гравизахваты. Ну или как-то так.

— Капитан. — Ворвался в коварные мысли Гарин’Зона голос пилота. — Получаю входящее сообщение.

— Ну началось. Сейчас будут требовать объяснений по поводу энергии.

— Никак нет. — Пилот был удивлён не меньше. — Запрашивают, какое оборудование нам требуется в помощь и когда вы сможете покинуть корабль.

— Даже так? — Про себя кварианец подумал, что ситуация выглядит всё страньше и страньше, но капитану не пристало выказывать удивление перед подчиненными, поэтому сориентировался довольно быстро. — В таком случае составь самый полный список, включая крупнотоннажные манипуляторы и отправь его с пометкой, что всё это желательно, но мы, в принципе справимся сами, так что, если им не сложно, то пусть дадут.

— Есть.

— Корабль я покину через сорок минут, как только отдам все необходимые распоряжения и сдам вахту.

— Принято. Делегация будет ждать вас у трапа через сорок минут.

— Вот это сервис.

А спустя час, вконец охреневший Гарин’Зон сидел в удобном кожаном кресле и беседовал на отвлечённые темы с миловидной азари, представившейся, как секретарь по связям с общественностью. Впрочем, он больше слушал, потому как было чего.

Верфь эта, вопреки досужим домыслам, не появилась из ниоткуда, а являлась «долгостроем» Альянса и изначально должна была усилить производственные мощности Марса, однако, деньги, выделенные на строительство, освоили без такового, притом так успешно, что им ещё и должны остались. Так что, два с половиной земных года она провела просто в дрейфе, пока её не купили. На какие деньги, секретарь не ответила. В принципе, капитан на самом деле не хотел этого слышать. Долгие годы службы на корабле-реликте привили ему фобию к большим числам, особенно если речь шла о запчастях и кредитах. Здесь же, даже навскидку, цифры выходили астрономические.

Тем временем азари продолжала распинаться о том, каких успехов достигла корпорация за каких-то полгода. Охраной, как и докладывал Раал’Тар, занимался «Чёрный Ветер». Организация, в которую буйный кварианец успешно сманивал вот уже четвёртую волну паломников. Что характерно, ни один не вернулся, но все до сих пор были живы. По крайней мере, их родные были уверены, что получают письма именно от них.

Под опекой ЧВК после инцидента с освобождением рабов на Файе образовалась компания «Новый Горизонт», оперативно выкупившая завод у «Эльдфель — Эндшип», которая была рада откреститься от такого пятна на репутации. По схожему сценарию, но уже гораздо тише прошли дела на Вантеле, соседней планете. Спустя месяц весь предел был под контролем «Чёрного Ветра», а «Горизонт» приступил к переговорам по поводу покупки как заводов, так и прав на разработку. Впрочем, другие компании из системы не гнали и препятствий не чинили. Просто заставляли играть по общим правилам, а чтобы никто не возражал, нагнали во все три системы военных кораблей и начали строить базы. Титаническая работа, требующая баснословных вложений. Но они вложились, а совет, оценив это по заслугам, или поняв, что иначе их оттуда придётся выбивать армией, позволил новичкам навести свои, довольно строгие порядки.

Выгоды от данного решения попёрли со всех сторон. В пространство Цитадели потоком хлынули ресурсы, ранее недоступные из-за пиратов, а обратно потянулись караваны техники и продуктов повседневного быта.

Вишенкой на торте всеобщего благополучия стала станция-город, строительство которой заложили четыре месяца назад и строили такими ударными темпами, что не всякий гет осилит, впрочем, как и всё в этой системе.

Капитан слушал и восхищался, но вот азари выдохлась, и он наконец, получил возможность задать вопрос.

— Скажите, а когда я смогу поговорить со своим подчиненным?

— Э… Давайте уточним. — Смутилась секретарь. — Сейчас на компанию по программе «Безопасное паломничество» работает семьдесят четыре представителя вашей расы. Понимаю, что Флотилия обеспокоена их самочувствием и даже имею на это определённые инструкции. Не сейчас, но мы можем устроить вам собрание, где вы сможете поговорить со всеми разом. Правда, придётся подождать какое-то время. Более половины паломников приписаны к кораблям, которые сейчас на патрулировании. Так что собрание можно организовать после их возвращения, либо разделить на две части: сначала вы поговорите с теми, кто работает непосредственно на верфи, а потом с кварианцами, входящими в экипажи кораблей.

Такого поворота Гарин’Зон не ожидал. У него, конечно была мысль выцепить пару кварианцев и расспросить, как им тут живется, но о собрании он не мог даже мечтать.

— Я… непременно воспользуюсь Вашим предложением, но я имел ввиду другого своего соплеменника. Он уже завершил паломничество и сейчас находится в «свободном поиске». Возможно, он не в вашем ведении, его зовут Раал’Тар вас Такаса.

— А, то-то я думаю, название корабля уж больно знакомое. Господин Тар прибудет завтра. Раньше не получится. Сейчас у него инспекция на одном из наших объектов.

С минуту капитан оторопело размышлял, пытаясь определить высоту полёта птицы, которую по ошибке считал «воробушком», потом всё же спросил.

— Простите, а вы знаете местоположение каждого кварианца в компании?

— Ну что вы! — Польщённо улыбнулась ему азари. — Это не входит в мои обязанности, но господин Тар начисляет мою зарплату, так что если он в Пределе, то я знаю, чем он занят.

***

*

Двое кварианцев, капитан и его нерадивый подчиненный, разговаривали, опершись на перила, защищающие их от падения в безграничную пустоту космоса. Капитан Гарин’Зон был самого обычного для кварианца телосложения и носил алый скафандр, отделанный бронзовыми вставками. Раал’Тар на его фоне выделялся значительно, и ростом, и шириной плеч. Скафандр же он носил более тяжёлый, нежели стандартные образцы и отделан тот был в цвета компании: тёмно-синий с серебром.

И видит Кила, он хотел поговорить со своим гостем как с другом…

— Нет, капитан. Я не вернусь. — Ответил Раал твёрдо. — И не потому что не хочу домой. Как раз наоборот!

— Тогда в чём проблема? — Не выдержал Гарин’Зон. — Адмиралы давно отменили твою ссылку. Полетели!

— Для чего? Возить гетам новое мясо? — Терпение Раала кончилось. — Уволь! У Зоры и без меня с этим проблем нет.

— Не хочешь снова быть пилотом? Понимаю, но во флоте достаточно вакансий, достойных тебя. — Упорствовал кэп.

Спокойно! Раал сделал глубокий вдох и ме-е-едленно выдохнул.

— Ты меня не понял. Я не вернусь на флот потому, что принесу ему больше пользы здесь.

— Каким образом?

— Да вот хотя бы таким! — Палец кварианца упёрся в Такасу, с которой как раз мощный погрузчик снимал часть обшивки. — А для особо упёртых поясню, твой корабль сейчас ремонтируют на МОИ деньги.

— Благодарю, конечно. — Обиделся Гарин. — Но с чего такая щедрость? Времена твоего паломничества прошли и твои дары я уже принял.

— Так ли это? — Хмыкнул Раал. — Я давал вам чертежи гетского модулятора щитов. Они гораздо эффективнее наших и стоят ненамного дороже. Почему я не вижу их у твоего экипажа? Почему им не пользуешься ты? А я, если ты помнишь, даже спустя год продавал их всем желающим на флоте. Когда ты мог просто приказать ввести их в обращение хотя бы на отдельно взятом судне!

— Твоими чертежами заинтересовался адмирал Зора и я их ему отдал. Сразу.

— И как?! У исследователей появились новые щиты?!

— Не знаю. — Стушевался капитан. — Мне адмиралы не докладывают.

— Зато я знаю. Не появились. По «статистическим данным», — Раал сделал руками ковычки. — эти модуляторы признаны уязвимыми для сенсоров и кибер-атак гетов и были запрещены. Притом, что статистику сравнения с обычными модуляторами никто не вёл, а парни, которым я поставил их в обход приказа вполне себе живы-здоровы и переписываются со мной по сей день.

— Я этого не знал. — Растерянно проговорил Гарин. Впрочем, он и не торопился верить Раалу на слово, зная, как тот вообще относится к командованию Флотилии. В прошлый раз тот вылетел со флота, когда обвинял адмирала Зору в халатности, сейчас — чуть ли ни во вредительстве.

— А стоило бы. — Чуть поумерил пыл. — Что касается ремонта, это был не Дар, а услуга. И ты её отработаешь.

— Даже так?! — Опешил капитан.

— Именно. Не переживай, многого не попрошу. Тебе всего-то надо передать мою просьбу Конклаву.

Мысленно собеседник попытался сосчитать, сколько раз жалел, что принял дар этого типа, сбился на втором десятке, на всякий случай возвёл в квадрат и горестно вздохнул.

— Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

— Тогда ещё кое-что. Мне нужно, чтобы ты списал меня на берег.

— Что?! Ты в своём уме?! — Само предложение здоровяка звучало как ересь.

— Более чем. Как я уже сказал, для флота я буду полезнее здесь, и мне будет куда проще помогать вам, если надо мной не будет висеть возможность мобилизации.

Сойти с корабля, чтобы помочь флоту. Для любого кварианца это было дико. Немыслимо! Однако в данной ситуации решение своего подчиненного Гарин’Зон поддерживал полностью. Кто он на флоте? Просто пилот своего корвета, механик, немного изобретатель не от мира сего. И всё. Здесь же он ворочает миллионами и действительно нужен. Более того он ясно дает понять всем окружающим, что кварианец — это не космическая крыса, а высококлассный специалист, который сам принимает решения.

— Тебя заклеймят трусом. — Всё же счёл нужным предупредить его капитан, хотя уже понял к чему клонит его «подчиненный» и был готов разбить шлем первому, кто скажет это вслух.

— Пускай попробуют, зато они будут летать на отремонтированных кораблях, а их дети не попадут в рабство. — В голосе Раала не было и тени сомнения. — Кстати, об услуге. Тебе ведь секретарь уже рассказывала о наших планах?

— Да. Вы творите нечто грандиозное.

— Именно. Но о проблемах она не упомянула. Эта верфь рассчитана на единовременную работу с четырьмя подобными судами, но запущен только один док и тот не на полную мощность и подобный аврал у нас повсеместно. Мы уже испробовали всё. Рекламу в информационных ресурсах, покупку рабов на Иллиуме, вербовочные пункты на Омеге и в колониях. Но рабочих рук по-прежнему не хватает. Нужны обученные специалисты, много. Мы используем всех. Так что передай в Конклав: если хотят ремонтировать корабли на верфи «Кассандра», пусть прилетят и помогут с её строительством. Мы можем себе позволить хозрасчёт и хорошие скидки. И ещё. Компания готова скупать старые «донулевые» технологии и всё, что потеряло актуальность в связи с переходом на НЭ. Дорого. Вне зависимости от расы изобретателя. Приоритет отдается старым оружейным системам, элементам питания, удачным наработкам в сфере освоения космоса. Пусть везут всё, что есть.

«Такаса» снялась с якоря спустя две недели. Раал’Тар вас Нидас провожал её находясь в рубке управления полётов верфи.

— Отсоединено внешнее питание. — Вторил пилоту диспетчер. — Ядро массы в тестовом режиме. Тестирование маневровых двигателей.

По всему корпусу гигантского лайнера слегка загорелись миниатюрные сопла.

— Завершено. Маневровые работают штатно. — Отрапортовал пилот. — Ядро массы работает штатно. Система жизнеобеспечения… норма. Тестирование основных двигателей… завершено, норма. Навигация… норма. Корабль к вылету готов. Прошу разрешение на старт.

— Даю разрешение на старт, — Ответил диспетчер, увидев кивок Раала. — Гравитационные якоря отключены. Счастливого пути, «Такаса».

— Храни вас Кила, «Кассандра».

Нарисса, находившаяся также в диспетчерской, положила голову на плечо своему избраннику и спросила.

— Как всё прошло?

— Немного больно. — Честно ответил Раал. — Прощаться со своим домом навсегда - непросто.

— Ты ушёл сам и волен вернуться. Не забывай это.

— Я помню. И всё же. — Кварианец тяжело вздохнул. — Интересно, Лео так же просто манипулирует мной, как я сейчас Гарин’Зоном?

— Ты о чём?

— Да вот. Ключик к сердцу кварианца получается какой-то универсальный. — Виновато пояснил он. — Намекнул ему, что он передо мной виноват, дал понять, что всё ещё верен, показал, что пошёл на страшную жертву ради Флотилии и вот он, капитан Мигрирующей Флотилии, готовый есть у меня с рук. Он ведь теперь не просто передаст моё предложение, а сам будет активно его рекламировать. Напоминает меня несколько лет назад.

— А что если так?

— Не знаю. Мне главное, что в данный момент мной манипулируешь только ты. — За что получил лёгкий тычок в бок.

— Льстец.

Глава 31 О мясниках, непрощении и коррупции.

Очередная камера. Такая же, как и все предыдущие, лишь воздух немного более свежий и пахнет зеленью. Да, именно зеленью, запах пробивался едва-едва, сквозь дезинфекцию и пластик, однако это совершенно точно был он. На других планетах было по-другому. Там пахло, когда песком, когда свежестью, когда пеплом. Всегда по-разному. Когда тебя лишают возможности даже считать время, начинаешь чувствовать и это. И разговаривать с самим с собой.

Он уже не пытался даже покончить с собой, полностью погрузившись в мир грёз и воспоминаний. На него давно не надевали смирительную рубашку. Она не нужна овощу. Из пучины беспамятства его вырывало только ощущение фиксации на очередном разделочном столе и последующих мучений, которые теперь не побуждали в мозгу ничего, кроме воспоминаний о том месте, когда у него отняли всё, об Акузе. Хотя, если быть совсем откровенным, то в тот момент, когда в обездвиженное тело вонзался скальпель или очередной иньектор, капрал вспоминал густую коричнево-зелёную жижу, которая текла под проклятым контейнером. Она в его воображении почему-то омерзительно воняла.

В этот раз всё было почти так же, как и всегда. Такая же камера, по которой он механически ходил, такая же мягкая полка, на которой он проваливался в сон, такая же стеклянная, изукрашенная жёлто-чёрным логотипом переборка, которую он когда-то таранил изо-всех сил. Но кое-что кроме запаха всё же изменилось.

Он осознал это далеко не сразу. Даже не после первой пытки, но однажды, когда его, очередной раз изрезанного, сшитого и насильно покормленного питательной пастой уложили на кушетку, человек вдруг кожей ощутил слабую вибрацию. Слабую. Почти не осязаемую и тем не менее, рука сама потянулась под полку, где нащупала узкую полоску чего-то, что можно было оторвать от опоры. А такого раньше не бывало. Дальше он действовал не задумываясь. Пальцы сами оторвали полоску и явили её глазам. В памяти сразу возникло воспоминание того, что это, браслет уни-инструмента.

Вот, полоса, повинуясь давно забытой привычке, сомкнулась на правом запястье и от неё сразу же отделилась мизерная, телесного цвета, таблетка. Наушник. Человек вздрогнул, когда она затерялась в складках комбинезона и, нащупав её вновь, торопливо засунул в ухо, чтобы услышать циклично повторяющуюся запись.

— Спрячь меня! Не показывай меня! Я твоя самая большая тайна!

Большая, это мягко сказано! Единственная! Осознало выныривающее из порочного круга сознание.

На браслете же тем временем загорелся индикатор, показывающий установку ПО.

Как только шкала достигла ста процентов запись сменилась. Теперь записанный голос, как будто читал чьё-то личное дело. Его личное дело.

— Грегори Митчел Тумс родился… — В голову хлынул поток воспоминаний и боли. Промелькнули Земля, детский приют, мальчишки, которые его постоянно задирали, первая девушка, в которую он влюбился по уши, гордость за поступление в ВС Альянса, тренировки, первое дисциплинарное взыскание, тренировки, первая боевая операция, тренировки, награждение, ребята позвали в увольнительную, драка, опять дисциплинарное взыскание, опять тренировки. Всю свою службу вечный капрал провёл на полигонах. Он знал каждую деталь на своей винтовке и мог провести её полную сборку-разборку с завязанными глазами. Чёрт! Да сколько споров он так выиграл! Вспомнилась даже характеристика его инструктора: умелый старательный, но недисциплинированный, склонный к агрессии и неподчинению. А ещё у Тумса был повод для гордости, веская причина считать себя уникальным. Даже не имело значения, что это же могло служить причиной насмешек. Во всём флоте Альянса существовал один единственный капрал с литерой N на броне. И это был он.

На своём последнем месте службы, в отряде таких же головорезов, как и он сам под командованием капитана-бой-бабы Вероники Кляо, он всегда был на переднем крае, в разведке и был за это искренне благодарен. В этом отряде он прослужил три лучших года своей жизни, а потом случился молотильщик.

Последнее воспоминание взорвало голову рёвом гигантской червеобразной твари, а тело начали жечь фантомные боли, как будто его броня вновь вплавляется в тело под воздействием чудовищного яда. Сейчас об этом напоминали лишь белые борозды, уродующие две трети его тела. Те, кто подобрал его, с того жуткого песчаного ада и сделали из солдата лабораторную свинку, позаботились о том, чтобы он не сдох раньше времени.

Когда запись закончилась, Тумс лежал на полу, свернувшись калачиком и выл. Последние слова: «Погиб при выполнении боевого задания 23.07.78 на Акузе Личное дело №4567-9873 сдано в архив», окончательно выбили почву из-под ног солдата, но то, что половина отряда чудом выжила, буквально вернуло его в реальность. Истерика медленно стихла, а бред сменился потоком осознанных мыслей, на котором сознание окончательно вернулось в текущую действительность. Тело прекратили сотрясать судороги, дыхание выровнялось. Тумс вновь устроился на кушетке и посмотрел на уник. Маленький всплывший голо-экранчик транслировал одну единственную надпись.

— На волю хочешь? — На самом же браслете загорелись два маленьких слова, зелёное «ДА» и красное «НЕТ».

Палец ткнулся в зелёный сенсор, надпись изменилась.

— Ты долго был в лабораторном плену. Это могло сказаться на рассудке, так что сейчас ты пройдёшь тест на адекватность восприятия.

И снова простой вопрос:

— Ты адекватен? — Красное «ДА» и зелёное «НЕТ». Капрал ткнул красную. Потом ещё раз и ещё. Вопросов было около двух десятков. Они все были простые и под конец даже успели разозлить человека. Но умудрились закончиться прежде, чем желание солдата сорвать и растоптать браслет, стало непреодолимым.

— Отлично. В таком случае готовься и терпи. С тобой свяжутся, как только появится такая возможность. Но помни. — Тумс снова услышал запись, вырвавшую его сознание из самовольного заточения. — Спрячь меня! Не показывай меня! Я твоя самая большая тайна!

Пленник не мог этого видеть, но в соседних камерах, с лёгким шипением в миниатюрных полях деформации перетирались точно такие же браслеты.

***

Последние операции Тумсу дались особенно тяжело. Сознание больше не желало прятаться в спасительное «ничто» и чувствовало каждый надрез, а к анестезии, которую ему кололи регулярно на протяжении четырёх (!) лет организм уже привык. Но поведение космопеха на людях не изменилось ни на йоту. Потому что теперь у него была надежда. Тумсу оставалось только ждать.

И он ждал ещё очень долго. Но это было хорошо, потому что с появлением его Самой Большой Тайны, у него появились часы. И он начал считать их, от чего они тянулись невероятно долго. Но это было неважно.

Однажды, вновь достав браслет из под полки солдат чуть не подпрыгнул от радости, на экране мерцал флажок входящего сообщения.

— Я тебя нашёл. — Гласило оно. И всё. Оказывается, человеку так мало надо для счастья.

После, парень обнаружил, что в гаджете разблокировались новые данные, а именно инструкция по применению от которой у капрала глаза полезли из орбит. Ибо на руке у него был всамделешный шпионский уник Альянса с полным пакетом боевых систем и хак-программ, о таких фанатик оружия только слышал. Краем уха, и то считал эти слухи небылицами.

Единственным минусом, указанным в описании, считалась чрезвычайно низкая ёмкость батареи. То есть, смотреть на время или серфить экстранет можно было очень долго, а вот лезвие "прогорало" буквально за пару взмахов. Почти так же дело обстояло с программами. И, разумеется ситуацию в корне менял поясной аккумулятор, превращающий «крутые часики» в полноценное оружие.

Ещё полторы недели Грег провёл в изнурительном ожидании. Но изнуряло не время, а тренировки. Боец альянса знал, чем занять себя в замкнутом пространстве. И, естественно он не забывал прикидываться прежним овощем, когда его приходили кормить и водили в туалет. В принципе, Тумс уже мог попытаться бежать, но делать это без поддержки извне было глупо даже для него. Так что он ждал и был вознаграждён.

— Я подмёл за собой и подготовил путь отхода. Вытаскивать себя будешь сам при моей корректировке. — Гласило следующее сообщение.

Ну, это подразумевалось с самого начала. Плохо ли это? Да. Придётся постоянно крутить головой и смотреть во все стороны, но был и плюс, который солдату нравился больше всего: палить можно было во всё, что движется, а в том, что у него будет оружие, Тумс уже не сомневался.

Следующее сообщение было неожиданным и быстрым.

— Мы синхронизированы во времени, канал связи стабилен, но выдавать себя не будем до последнего. Я контролирую комплекс. Тебя поведут оперировать через два часа тридцать минут, дождись, пока тебя зафиксируют. Я начну действовать не раньше этого момента. Удачи нам. Уни-инструмент больше не снимай.

Через проклятые и необычайно длинные два часа двадцать три минуты браслет разблокировался полностью и стал невидимым, в очередной раз удивив своего носителя. А ещё через семь минут в камеру вошли его обычные конвоиры.

Для них всё было штатно. Коротко стриженные мужчины только первое время водили его, одетые по полной выкладке, но со временем расслабились и сейчас даже шлемы не надевали. Из оружия имели при себе лишь шоковые дубинки. Снаружи они нападения явно не ждали, а изнутри — ну кто боится восстания помидоров?

Так они и довели парня с заплетающимися ногами и пустым взглядом до операционного стола на котором его и зафиксировали, и никто даже не знал какая музыка сейчас звучит в его правом ухе.

— Пятиминутная готовность. — Прошептал неведомый голос, который хоть и был скрыт синтезатором речи, но вдруг обрёл эмоции.

Конвоиры постояли над телом ещё какое-то время, перекинулись пошлыми шутками прежде чем их выгнал до мучения знакомый Тумсу коновал. В помещении их осталось пятеро: сам Тумс, учёный, двое помощников и охранник в дальнем углу, упакованный в среднюю броню и с незнакомой винтовкой.

— Две минуты.

«Доктор» проверил фиксаторы, отошёл к полке с инструментами за скальпелем, два его ассистента проверяли уже включенные медицинские машины. Охранник в углу расслабился и отвернулся.

— Тридцать секунд. Двадцать девять, двадцать восемь…

Капралу расстегнули комбинезон наметили линии надреза, самопровозглашенный Менгеле склонился над сжатым, как пружина телом и в оглушительной тишине раздался необычайно звучный «щёлк».

— Ноль. — Злорадно бросил голос в наушнике и, одновременно с этим у солдата активировался адреналиновый модуль.

Доктор умер от своего же скальпеля, непонятно как оказавшегося у него в глазу, ближайший ассистент получил уни-лезвием в сердце, а оставшемуся солдат разбил голову о приборную панель.

Резко бросившись под стол, дабы не схлопотать вольфрам, Тумс вдруг понял, что в операционной он остался один, а охранник дымится в искрящемся, как новогодняя ёлка доспехе.

— Диспетчерская ослепла, двери заблокированы, у тебя шесть минут, чтобы надеть его доспех. — Раздался уже знакомый голос из динамиков в помещении. — Можешь отвечать, я тебя слышу.

— Спасибо! — С чувством выдохнул солдат, на всякий случай, сворачивая охраннику шею.

— О! Совершенно не за что. Давай быстрее, я не могу дурить диспетчера дольше.

Броня, как и винтовка была незнакома, но она была сделана по принципам Альянса, так что проблем не вызвала. Штурмовка тоже легла в руку, как родная. И вовремя.

— Всё. Они заподозрили неладное, готовься. Открываю двери через десять… девять…

***

Контрольную команду буквально изрешетило. Тумс просто не оставил им шанса, как будто не было перерыва в его службе. Он буквально превратился в стреляющий ураган. А ураган не делает разницы, кто стоит на его пути, мужчина или женщина, броня или белый халат. Я смотрел на камеры наблюдения из своего логова и поражался с каким наслаждением капрал размазывает церберовцев по стенам. Наверное, я тоже так смогу, если у меня отнять всё, что дорого и несколько лет пытать. Надеюсь, не доживу до такого состояния. Сейчас же я, глядя на творящуюся вакханалию испытывал вполне нешуточную тошноту. Но продолжал делать своё чёрное дело.

— По коридору направо сорок метров. Кордон. Баррикады, четыре штурмовика. Средние щиты. Не высовывайся.

— Принял.

Две последовательно летящие гранаты, длинная очередь, краткая передышка на остывание ствола и одиночные добивания.

— Этаж чист. — Доложил я. — Ещё три. Следующий — жилой модуль. Много гражданских, мало оружия. О турелях я сообщу.

— Вас понял. — Кратко бросил капрал. И начался следующий этап казни.

Так мы и шли. Тумс заливал полы кровью, я предупреждал об опасностях загодя. После второго этажа капрал немного оттаял, даже пытался расспрашивать о том, что приключилось в мире. Я отвечал вяло. После увиденного было довольно сильное желание рвануть комплекс вместе с ним.

— Сэр, вы из Альянса? — Неожиданно и с надеждой спросил Грег.

— Никак нет. — Ответил я, осознавая, что настало время охренительных признаний, и ответил. — Я такой же церберовец, как и твои мишени.

— Какого?! — От этой новости солдат замер на месте, чем непременно воспользовались обороняющиеся.

— Не спать, солдат!!! — Рявкнул я, расстреливая турелью особо храбрых штурмовиков. — В укрытие!

Приказ он выполнил, но от этого лучше не стало.

— Какого х*я здесь тогда происходит? — Взревел он раненым медведем. — Очередной эксперимент надо мной?! Мне всё это опять мерещится?!

— Яйца в кулак, солдат! Побег самый настоящий! — Турель, которой я прикрывал Тумса технично разобрали. — Я помогаю тебе по личным причинам! Так что, если не хочешь ещё четыре года безумия, взял винтовку в зубы и показал этим псам, как воюет космодесант!

Хм, сработало. Ого! Да как сработало-то! Это… Это как это он так умудрился?! На меня накатил новый приступ тошноты.

Перегретая винтовка закрепилась в магнитном захвате, а в руки лёг трофейный дробовик.

— Слышь, урод. Для чего ты это делаешь?

— Ты не поверишь.

— А ты скажи.

— Хорошо. — Я немного подумал и ответил. — Чтобы вытащить тебя.

— Чушь. Вы, твари, никогда так просто ничего не делаете.

На это в ответ прозвучал тяжкий вздох.

— Ты провёл эти четыре года на операционном столе частично по моей вине. И половина твоего отряда на моей совести. Так что я просто искупаю грехи.

— Подробности. — Рыкнул солдат.

— Я тогда ещё не был с «Цербером», но знал о том, что вас подставляют. Предупредить не мог никаким способом, отменить операцию тоже, так что приказал своим людям спасти кого можно, хотя вполне мог перестрелять тварей. Ну и ещё запретил эвакуировать раненых.

— Почему?

— Не важно. Просто мне на тот момент было нужно, чтобы эксперимент «Цербера» состоялся.

— Для чего?!

— Иди в задницу! Надо было и всё! — Рявкнул я. — А теперь мне надо, чтобы ты стрелял в каждого церберовца на своём пути. И вытаскиваю твою задницу я только для этого!!

Какое-то время солдат стоял неподвижно, не знаю почему, под шлемом было не видно, какие эмоции играют на лице этого психа. Но вот, он сменил дробовик на штурмовку и выдал.

— А ещё что-то про совесть распинался. — Презрительно выдал космопех.

— Одно другому не мешает. — Фыркнул я.

— Ладно, урод, пока что я тебе поверил. Каков план?

— Ты зачищаешь комплекс, я обнуляю «железо», потом ты угоняешь челнок и прыгаешь по координатам, которые я тебе оставил, где тебя ждёт старенький, но неплохой кораблик и энная сумма денег на подъём и психиатра.

— Я не пилот! — Ну ладно хоть, не сказал, что не псих.

— Тогда, ты мудак! — Отрезал я. — Один прыжок через ретранслятор осилит любой первокурсник Академии ВКС!

Из-под шлема раздался зубной скрежет.

— Х-хорош-ш-шо. — Выдохнул космопех. — Я сделаю по-твоему. Но чтоб ты знал урод, я буду валить ваших, и исключений ты от меня не дождёшься.

— Это всё, что я хотел от тебя услышать.

— Продолжаем.

И мы продолжили.

***

**

На этот раз Призрак даже не находил слов, чтобы описать творящийся в его детище беспредел. Снова начисто уничтоженный комплекс и снова о его существовании он узнал постфактум. Это вообще нормально? Сейчас он спешно просматривал материалы по лаборатории и тихо негодовал о том, куда уходили деньги. Факт перерастрат был не просто очевиден, он был вопиющ! Но главное, это конечно, цели. Четыре года группа маньяков свежевала ОДНОГО человека на ЧЕТЫРЁХ разных базах для того, чтобы изучить воздействие яда молотильщика.

Рука с сигаретой мягко легла на лоб, в очень культурном фейспалме. Да засуньте вы труп в «царскую водку», да изучайте на здоровье! Эффект будет тот же самый, но нет. Для этого надо было изобрести приманку (единственное, что в этом эксперименте могло принести хоть какую-то пользу), убить отряд отличных солдат, и почти половину десятилетия жрать общие деньги!

В результате, солдату надоело, что его режут и он сбежал при первой же возможности. Остаётся лишь восхищаться его выдержкой. И задуматься, кто так грамотно эту самую возможность ему организовал не оставив после себя никаких свидетельств?

— Не-е-ет. — Протянул он задумчиво. — Если у меня под носом и бегает шпион, то пусть бегает. Я хочу знать, какой нарыв на нашей шкуре он ещё вскроет.

Естественно, Призрак продолжит искать крысу, вот только градус поисков чуточку повысится. А пока…

— Хелен. — Позвал он секретаршу по селектору. — Будь добра, принеси мне данные из архива «Олимп».

Нужно срочно узнать, кто из акционеров вдруг решил подчистить хвосты.

Глава 32 О письмах, будущем и случившемся.

В переговорной привычно погас свет и активировался круг квантово-механического передатчика. И вот я смотрю на панораму Кроноса за спиной человека, одиноко сидящего в кресле. Светящиеся небесной синевой глаза буравили мою проекцию какое-то время. Наконец, алым светом блеснул уголёк сигареты, обозначающий затяжку и рука плавно убрала её ото рта моего «фюрера».

— Мистер Гай. — Облачко дыма улетело куда-то в сторону.

— Призрак, — Учтиво склонил голову я.

— Для вас есть работа. — Просто и без излишних виляний вокруг да около сказал он.

— Могли бы и не тратить своё время, а спустить приказ через мисс Лоусон, как всегда в таких случаях. — Я пожал плечами. — Какой-то особенный проект?

— Не совсем, а с Мирандой я поговорю на эту тему отдельно, сразу после вас. — Новая затяжка. — Собирайтесь, вы переводитесь на другое место службы.

— Хм. Неожиданно. — Признался я. — Могу я узнать, куда? И почему?

— Конечно. Это не тайна, патрульный крейсер «Агамемнон» выполняет оперативные задачи по защите человеческих колоний на фронтире и в Аттическом траверсе. Вы уже зачислены в группу высадки на должность полевого инженера. Ваши навыки не оставляют сомнения, что вы с этим справитесь, как никто другой, а мне там очень нужен человек с нестандартным мышлением.

— Да что там может требовать «нестандартного» подхода? — Новость оглушила меня настолько, что я даже не смог скрыть своей брезгливости. — Вы меня отправляете в «Команду Мечты» показательно творить добро и мир на потеху репортёрам. Да с этим любой дуболом справится, тогда как настоящую пользу я приношу «Церберу» здесь, сидя за чертёжным столом!

— Считайте это просто ежегодной ротацией кадров. — Изобразил Призрак скупую улыбку, как бы давая понять, что решение уже принято и я волен засунуть свои пожелания туда, куда свет не проникает даже днём. — Я не могу не признать ваши заслуги здесь на Новерии, однако меня, как и в день нашей первой встречи по-прежнему беспокоит вопрос вашей мотивации. Вы хоть подумали сейчас, что сказали?

— Вы о чём?

— Эта «Команда Мечты», как вы выразились, — я не понял, как это у него получилось, но сквозь непроницаемую маску «большого босса» меня буквально окатило негодованием. Мастер владения голосом, факт, — отряд оперативного реагирования, бойцы которого едва ли не ежедневно рискуют своими жизнями спасая чужие. Настоятельно рекомендую вам это запомнить и никогда не забывать.

— И не забывают почаще говорить всем, что они из «Цербера». — Хмыкнул я. — Но я вас понял, больше такой оговорки не повторится.

— Не без этого. — Не стал отпираться Харпер. — И всё-таки я надеюсь, что вы наконец увидите, что «Цербер» делает благое дело.

— Я никогда не опровергал этот тезис. — Всё-таки заметил я.

— Знаю. Однако отчёты мисс Лоусон и доктора Чамберс напрямую свидетельствуют о вашей пугающе-нейтральной позиции.

— Просто я неэмоционален. — На это осталось лишь пожать плечами.

— Кстати, должен вас поздравить. — Увидев моё непонимание Призрак снизошел до разъяснений. — Вы первый человек, о котором Миранда отзывается более-менее положительно.

— Странно. — Я позволил себе полуулыбку, подтверждая, что предыдущая тема закрыта и я ни разу не оскорблён. — Чтобы нормально работать с ней в одном коллективе я всего лишь следую двум простым правилам.

— Не поделитесь? — Кажется, мне всерьёз удалось его заинтриговать.

— Охотно. Первое, это вовремя отводить глаза от её задницы. И второе, успевать стирать с рожи мечтательную улыбку, пока она не повернулась к вам лицом.

Ого. Это куда же мир-то катится?! Харпер УЛЫБНУЛСЯ! Разумеется, не как нормальные люди, но всё же по-настоящему. Ну ни хрена ж себе!

— Я передам это вашему сменщику.

***

Неприятные рокировки устроил мне товарищ Призрак, интересно, с чего бы? Неужели я его так задрал? Да вроде бы нет. Чем я его, сидя в тёплом изолированном научном комплексе достану? Или сидеть изображать видимость деятельности можно только ему? Ладно, это я просто злюсь. По любому у него есть насчёт меня какой-нибудь Великий План. Так что всё что мне остаётся, это оставить здесь как можно меньше свидетельств своего пребывания, то есть собрать манатки, коих за все годы набралось немало.

Та-а-ак. Надо подумать. Сервиз кофейный, фарфоровый я завещаю Миранде! Точно. И кофейник ей. И зёрна ей. У Мисс Совершенство работа нервная, пусть хоть не травится всякой идентичной натуральной дрянью. Серьёзно! Сам видел, как она пачку растворимого в свою каюту утаскивает.

Дальше поехали. Книги бумажные. Чамберс. Всё равно она их все перечитала уже, так хоть будут стоять на полке у неглупого человека. Что там дальше?

Да когда же это всё закончится? Ну грёбаный Плюшкин! Всё в дом! Всё в дом! И не важно, что у меня в родословной евреи не мелькали аж с середины двадцатого (Тоже факт научно установленный. Имея в распоряжении мощности «Цербера» как-то от большого безделья восстановил свою родословную.), фамилия-таки даёт определённый отпечаток.

Так, тихо матерясь и складируя в разные аккуратные кучки вещи, вдруг ставшие лично для меня ненужным хламом, я и добрался до «письма фанату». Так, его в топку. Не обсуждается. Следовало это сделать сразу же, но я как-то должен был поддерживать своё реноме, вот и лежали они у всех на виду, как моя самая большая гордость.

Я поставил широкое блюдо (Откуда оно у меня?! А.. точно. Чамберс в ней фрукты принесла-как то вечерком), смял листы глянцевой бумаги и поджёг их.

На этом моменте дверь в мою комнату резко открылась. Вот умеет мисс Лоусон угадывать правильные моменты скажу я вам, а сам попытаюсь описать картину её глазами. Вещи полу собраны и аккуратно разложены по трём кучкам. Двум большим и одной маленькой, а посередине всего этого, над небольшим импровизированным кострищем стою я и с похоронным видом сминаю в руках пёструю коробку от своей знаменитой посылки. Это как увидеть жреца, жгущего свои же идолы.

Что можно подумать в такой ситуации? Всё, что угодно.

— Гай! Ты не мог так сильно расстроиться по поводу перевода! — Удивлённо высказалась по этому поводу Миранда.

Я же изо всех сил старался сохранить лицо камнем, потому что листы от тепла поменяли цвет и явили своё истинное содержание и несмотря на нашу с ней дружбу, все карты перед цербершей я открывать откровенно боялся. Решение созрело быстро. Усилив «зажигалку» на своём омнитуле до состояния газовой горелки я со злостью выпустил новый сноп пламени в тарелку и держал его до тех пор, пока в ней не останется лишь пепел.

— Лео! Какого чёрта? — Женщина подошла ко мне вплотную.

— Не обращай внимания, Миранда, я просто психую. — Выдал я, тяжело вздохнув.

— Могу позвать доктора Чамберс и покинуть вас на пару часиков. Возможно, ей удастся тебя «успокоить». — Не, ну как у них так получается?! Я тоже хочу уметь брызгать таким количеством яда при минимуме усилий!

— Не стоит. Я скоро буду в норме.

— Точно? — В её голосе внезапно прорезалась забота. — Никогда не видела тебя настолько выбитым из колеи.

Кто бы что не говорил, Миранда удивительно мягко перетекает из состояния «леди босс» в «старшая суровая, но заботливая сестра». Перехода я и так не замечал, а тут ещё и нервы. В общем, это её изменение сбило меня с колеи и заставило задумчиво запустить обе руки в волосы. Сжав пальцы, почувствовал боль. Так, хорошо, теперь вдох и вы-ы-ы-ы-дох. Падаю на табуретку и опираюсь на стол локтями.

— Не знаю, Миранда, просто это назначение… Это слишком глупо для Призрака. Или слишком умно для меня. — Я растерянно развёл руки. — Ну вот зачем мальчикам с агитационных плакатов понадобился проектировщик?

Моя бывшая начальница подошла к столику, на котором я творил аутодафе и села напротив меня.

— Если тебе будет легче, я тоже была против твоего перевода.

— Помогло?

— Нет.

— Ну, может, тебе он хоть как-то объяснил такую ротацию.

— Объяснил. — Подтвердила Миранда. — И я была вынуждена с ним согласиться.

— Вас всех пугает моя мотивация. — Скривился я.

— Нет, Лео. Меня нет. — Её ладонь накрыла мою. — Но дело в том, что ты не прав. Поверь, порой, то что творят на наших колониях ксеносы, выходит за рамки добра и зла. И это только малая часть всей картины. Нас уничтожают в Траверсе, нас зажимают юридически, за нами охотятся повсюду.

— Да знаю.

— Знать — это одно. Ты должен увидеть своими глазами. — Мягко улыбнулась Лоусон и я только сейчас допёр, что она меня «обрабатывает». Подготавливает к переменам, настраивает на нужный лад. Ну ладно.

— Только поэтому?

— Ну… Есть ещё кое-что. — Миранда моргнула и слегка отстранилась. — Видишь ли, твои показатели на боевых симуляторах… В общем, в «Цербере» действительно мало профессионалов, способных разделать взвод десантниц азари в одиночку. Пусть даже это просто симуляция.

Собственно, это она мне припомнила случай полугодичной давности, когда начальник местной СБ после очередного разгрома обвинил меня в читерстве. Обычно я делаю так, чтобы записи моих тренировок на виртуальной арене не велись, но в тот раз чего-то забыл. Ну и на спор вышел один против десяти ботов, имитирующих десантниц. Было, мягко скажем, не просто, учитывая, что я предпочитаю скорострельность убойной силе, но, как я уже и говорил, на дистанции ближнего боя девочки представляют довольно печальное зрелище, а учитывая ещё и искусственный интеллект… Короче, две трети «фрагов» в том бою пришлось на дружественный огонь. Они мололи друг друга полями искажения, сметали бросками, захватывали сингулярностью и творили прочие «биотические штучки». Мне оставалось только лавировать между ними и уворачиваться. Стрелять мне в том бою не пришлось. Сложнее было собрать их всех в одной комнате.

В общем, с тех пор, в комплексе меня народ старался дёргать пореже. Мол, сидит себе гик за столом, хрень какую-то чертит и не дай бог встанет.

— Можно подумать, там и эти мои навыки пригодятся. — Проворчал я для порядка, как бы давая понять, что прогиб засчитан. — Разгонять толпу пиратов нужно большими пушками, а не акробатикой. Ну да ладно! Когда там мой корабль?

— Как только будешь готов.

— Вот бы в Альянсе всё решалось так же оперативно. — Буркнул я себе под нос. — Я почти готов. Принимай наследство!

***

Уже прибыв на новое место и оценив спартанский быт местного отделения, я был спешно вызван в переговорную комнату.

На этот раз Призрак медленно прохаживался перед панорамой, задумчиво смакуя свою сигарету и обратил на меня своё внимание только после того, как я изобразил покашливание.

— Как долетели, Леонард?

— Без приключений, что странно. Это же Траверс.

— Ничего необычного. — Удовлетворённо кивнул Харпер. — Наши корабли патрулируют этот маршрут вот уже полгода. Уже виделись с группой высадки?

— Никак нет. Только закинул вещи в каюту и сразу к вам.

— Ну что ж. Хорошо. Прежде, чем вы приступите к своим основным обязанностям, я бы хотел прояснить пару моментов. — Пауза на затяжку. — Я хотел бы, чтобы вы не считали это задание ссылкой.

— Я в курсе. Мисс Лоусон уже прояснила этот момент. Вам нужно, чтобы я научил этих ребят убивать азари.

— Хм… Не только, но в целом, вы правы. Ваш опыт жизни на Омеге действительно найдёт здесь своё применение. Однако, есть ещё одна задача, которую я хотел бы вам поручить. В качестве хобби. — Очередная затяжка. — Она-то и послужила причиной удаления вас с Новерии туда, где нет никакой связи.

Уни-инструмент пискнул, принимая входящий пакет.

— Это чертежи новейшего фрегата Альянса. Я хочу, чтобы посмотрели, что можно было бы изменить или исправить.

— Э… — Руки предательски зачесались. — А надо? Всё-таки новейший фрегат…

— Разработка Альянса, — Повторил Призрак. — Можно сказать, концепт. Такие всегда можно улучшить, если смотреть на них с иной точки зрения.

— Э… я, конечно, гляну. Но не вы ли неделю назад мне говорили, что моя жизненная позиция по отношению к «Цербер» до ужаса нейтральна?

— Считайте это переходом на новый уровень доверия. — Сказал человек, удаливший меня от связи с кем-либо кроме него на многие парсеки. — Расположение лаборатории вы узнаете у стюарда, а у меня всё. Призрак, конец связи.

Воцарившуюся темноту спустя секунду прорезает свет проектора моего уни-инструмента, на котором во всём своём обнаженном великолепии мне позирует самая прекрасная женщина в галактике по мнению одного несносного пилота.

Мрак не сумел скрыть моей восторженной улыбки.

— Ну здравствуй, Нормандия.

***

Система Файя. Орбитальная верфь «Кассандра». Кабинет управляющего.

— «Ну вот, дружище, мы и дожили. — Грустно произнес обезличенный голос на записи. — С новым тебя две тысячи сто восемьдесят третьим годом. Годом начала конца света. — Голос хихикнул. — Не обращай внимания, это нервное. Я просто представил, как у тебя сейчас под шлемом пешки округлились».

Раал’Тар, ещё не отошедший от новости про «конец», громко с чувством помянул миссис Гай и ударил кулаком по столу.

— «Да ладно тебе! — Вновь предсказало письмо его реакцию. — Ты же знал, что в итоге я выдам что-то подобное. В конце концов, если бы в этом мире не готовилась какая-то задница, я бы сюда просто не попал. Ты бы вернулся на флот уже давно и жил бы как добропорядочный кварик.

Однако, судьба распорядилась иначе. Я сейчас могу наблюдать за вами только по новостям из экстранета. Очень надеюсь, что, хотя бы половина из того, что про вас пишут, правда. Ты молодец. И все наши. Классно поработали. Но этого мало.

Наверное, ты хочешь задать вопрос, почему я не сказал тебе этого раньше, ну так ты бы не поверил, а если бы случилось чудо, то в психушку нас упекли бы уже двоих. Ну и помимо прочего, я не хотел, чтобы на вас обратили внимание раньше времени. Кто — не скажу. Сам скоро узнаешь, а пока лови доказательства того, что я не спятил. Как всегда, голые факты.

Нападение Гетов на колонию людей Иден Прайм. Я не знаю, когда оно случится точно, но уверен в том, что, если мы попытаемся его предотвратить, последствия будут катастрофическими. Поэтому я требую, чтобы ты не предпринимал никаких контрмер. Даже то, что я провернул с Элизиумом там не сработает.

Буквально через неделю после случившегося Джон Шепард станет первым СПЕКТРом-человеком. Очень внимательно следи за ним. Не мешай, не помогай, что бы ни случилось. Если что-то потребуется, я сообщу дополнительно. И вот ещё что, постарайся быть в курсе того, о чём он говорит с Советом, аккуратно выясни, против кого или чего он сражается и… попробуй в это поверить. Я отправил ещё одно письмо Тиере, можете потом обсудить их в узком кругу, а пока у меня всё. Удачи всем вам.

А теперь поговорим о тебе. Однажды давно ты спросил меня, как я живу с этим знанием, ну что ж, иди в медотсек «Аполлона», там тебе откроется вторая часть этого письма. Или не ходи туда и забудь. Так будет легче.

До встречи, друг. Надеюсь, когда она произойдет, ты всё ещё сможешь меня так называть».

Кварианец откинулся на спинку ставшего вдруг таким неудобным кресла. Ну вот всё и разрешилось, а они гадали, для чего ему государство, в котором он не появляется. А вон оно как, конец света.

— Зато я теперь знаю, чем отличаются ложные пророки от истинных. — Выдохнул парень и на негнущихся ногах поплёлся в центр управления, именно там, как и положено, располагался центральный узел связи корпорации. Там он приказал связисту врубить экстренный канал и заговорил ровным спокойным не предвещающим ничего хорошего голосом.

— Всем капитанам. Объявляется общий сбор. Приказываю, приостановить либо экстренно завершить любые операции и прибыть в систему в кратчайшие сроки для получения новых инструкций. Конец сообщения.

Когда же передача прервалась, кварианец тяжело вздохнул и рухнул на ближайшее сидячее место. Из него как будто выдернули стержень.

— В узком кругу, да? — Спросил он пустоту. — Не-е-е-т. Эту проблему мы будем решать всем миром.

Глава 33 Об археологии, археологах и археологоведах.

Терум. Начало 2183 года.

Шёл второй месяц исследований. Тессианский институт очень долго не хотел пускать Лиару Т’Сони на эту планету. Ещё бы! Фактически, единственный оставшийся образчик работающих протеанских технологий! Но тем слаще было в конце концов получить у комиссии по аккредитации долгожданное разрешение. И вот она на Терруме, внутри самого интересного места во вселенной! Правда, где конкретнее, дева уже и сама затруднялась ответить. Да и вообще, какая разница?

Азари проползла ещё пару метров под монолитной и, непонятно на чём держащейся плитой, и попыталась расположиться поудобнее в самом дальнем конце очередной норы под фундаментом исполинского здания. Как туда попал старинный кусок фрески она дознается потом, сейчас же нужно как можно аккуратнее извлечь эту реликвию, чтобы потолок не рухнул.

Лиара зафиксировала над артефактом фонарик и принялась раскладывать кисточки, спрей для удаления коррозии и ма-а-а-а-ленький молоточек. На всякий случай. Пару раз за сегодня с ней пытались связаться коллеги, оставшиеся в лагере на поверхности, но толща земли и руины надёжно защищали деву от посторонних вмешательств, так что уни-инструмент лишь тихо попискивал, регистрируя вызовы, но устойчивый сигнал не принимал. Как раз то что нужно было Лиаре. Тишина, недосягаемость и протеанская табличка, с которой надо аккуратненько, кисточкой из хвоста неведомого зверя «белки», смахнуть слой песка и не повредить тысячелетнюю краску.

Именно так у юной азари и пролетали дни. Рано утром она вставала, завтракала, собирала инструменты и, как маленькая несмышлёная девчонка, убегала в руины, где и находилась до тех пор, пока голод не пригонит её обратно в лагерь. Её напарницы давно перестали попрекать её исчезновениями, а возможно, уже даже делали ставки, когда же деву в конце-концов придавит. На неё забила даже наставница Алайя, десантница, осуществляющая надзор за ней по распоряжению Бенезии вот уже пятнадцать лет. Просто заявила, что ни один пират не сунется туда, откуда, порой вылезает вечерами Лиара, а от скалы весом сто тонн она её не защитит. Но пока Богиня была на стороне юной расхитительницы гробниц и каждый раз, когда раскалённое алое светило закатывалось за горизонт, она возвращалась по следу из фонарей, односложно докладывала о своих находках начальнику экспедиции, ела остывший ужин и падала спать. Впрочем, сказать, что так было каждый раз — это сильно преувеличить. Иногда, доктор Т’Сони всё же садилась за терминал и тщательно систематизировала всё, что насобирала по самым тёмным закоулкам, обсуждая находки с коллегами, делясь впечатлениями и тем самым компенсируя дефицит общения, который ей никогда особо и не мешал.

Так проходили дни, недели, пролетел второй месяц и начался третий, а конца работе Лиара так и не видела. Это приводило её в экстаз, в отличие от коллег, довольно сильно соскучившихся по цивилизации.

Провозившись несколько часов над табличкой дева с гордостью вздохнула. Отчищенная от песка и глины она буквально заиграла бликами в отсветах фонарика, осталось её только аккуратненько…

Довольно ощутимый сейсмический толчок уронил горсть сырого песка на древние письмена и вызвал целый табун мурашек, галопом промчавшихся по моментально взмокшей спине девушки. Уж что-что, а быть погребённой среди руин в самом начале своего потенциально долгого жизненного пути никак не входило в планы юного археолога. Осторожность и трепетность были в момент забыты, столь бережно очищаемая табличка безжалостно уложена в жёсткую сумку-мародёрку, а сама дева ужом заскользила обратно. Однако, стоило ей только покинуть узкий лаз и облегчённо выдохнуть, как вибрация стихла.

Снова пискнул омнитул, и снова сигнал не прошёл, но лезть обратно Лиара больше не рискнула, на сегодня хватит, да и мало ли?

Усталая и немного злая Лиара поднималась на не внушающем никакого доверия подъёмнике и думала о найденном артефакте и о том, стоит ли завтра лезть вглубь истории снова или пора уже наконец систематизировать находки. С такими мыслями она и покинула пещеру. Каково же было её удивление, когда в свете алого солнца она увидела помимо лагеря ещё и космический корабль! Оказывается, это была вибрация от посадки. Ну сейчас она им всё выскажет!

Дева с самым решительным видом направилась к лагерю, однако идти было далеко и по дороге она немного поумерила свой пыл. Настолько, что вначале решила подойти и осмотреть космическое судно.

Сама конструкция сомнений не вызывала. Это определённо была прогулочная яхта. Быстрая, элегантная и очень дорогая. Лиара часто летала на таких с Бенезией. Разве что эта была какая-то не азарийская. Довольно узкая и в длину не превышала ста метров, зато оборудована специальным шасси для посадки на грунт. Такие очень популярны среди состоятельных разумных, которые путешествуют на дикие планеты-сады провести пару недель вдали от цивилизации.

И кому из олигархов приглянулся этот промышленный ад настолько, что он даже умудрился сесть ей чуть ли не на голову?

— «Сильвана Бегун Ветра». — Прочитала дева надпись, вытравленную на борту яхты большим красивым шрифтом. Странно. Название вроде бы азарийское, а яхта — нет. Хотя, Лиара навскидку не могла вспомнить в истории своего народа ни одной героини с именем Сильвана и тем более странно звучала вторая половина имени судна. Это давало надежду на то, что их посетил не кто-то из руководства университета. Почтенным матриархам на таких корабликах тесно, а всех остальных можно будет со спокойной совестью гнать с территории раскопок. Тем более они совершили посадку в сейсмоопасном районе, а это было строжайше запрещено. Именно с этой мыслью она вошла в главный модуль мобильного лагеря, с ней же сняла с себя скафандр и прошла в гостиную. А вот там её планы ждало столь жёсткое потрясение, что сильнее просто и вообразить нельзя.

В просторной гостиной лагеря, которая, помимо прочего, служила ещё и залом для брифингов и общей столовой царило невероятное для глаз Т’Сони оживление. В центре внимания всей научной группы были гости, судя по всему, прибывшие на звездолёте, три азари и турианец без клановой раскраски, но в капитанском мундире. Две незнакомки были сиреневого оттенка, что выдавало в них жительниц дальних колоний, а возможно и Терминуса, третья же была ярко-голубого окраса и с пигментацией на лице, тоже не Тессианка, но вне всяких сомнений, гражданка Республики. Впрочем, Лиара и так знала кто она. Горячее созвездие уже несколько лет не выходит без колонки, или разворота посвящённой Тиере Л’Гая, богатейшей из дев, гениальнейшей сценаристке современности, скандальной малолетки, диссидентки, сотрясательницы устоев, кумира миллионов разумных и одного нелюдимого доктора археологии в частности! (Только тс! Это страшная тайна, ибо не положено дочери Бенезии внимать бреду рожденному в воображении неотесанной деревенщины!) А с тех самых пор, когда Тиера Л’Гая стала ещё и соучредительницей крупнейшей в Терминусе компании по экспансии в малоизученные сектора космоса, уважение Лиары возросло к ней безмерно. Во всех отношениях поразительная дева, добиться такой славы самой во… сколько ей сейчас? Восемьдесят? Меньше?

Вот и стояла Лиара в проходе гостиной с раскрытым ртом, пока важная гостья не заметила её, прервав свой рассказ.

— Ох, нас обнаружили! — Лучезарно улыбнулась Тиера. — Доктор Т’Сони, если я не ошибаюсь? А мы к вам!

Что?!

Дальнейшая череда событий оглушила Лиару. Весёлые посиделки как-то сами собой перетекли в вечеринку с алкоголем, и забавными историями, которых и у киношников, и у археологов набралось великое множество. Заиграла зажигательная музыка, с корабля спустился остальной экипаж, добавив народу в и без того тесное помещение. Вечер окончательно перетёк в ночь, и только теперь Тиера добралась до цели своего визита.

— Крайний фильм «Хитаси Корп» смотреть не советую. — По большому секрету призналась выпимшая сценаристка. — Сюжета там — ноль. Обычный «ужастик», который Долин снимает развлечения ради. Наверное, «Бласто» интереснее.

— Это почему?! — Разом встрепенулся турианец. — Мы с ребятами уже выходной на премьеру выбили.

— Гатис, в свой выходной ты можешь делать всё, что твоей душе угодно. Но нервы девочек давай побережём. Когда писался этот бред, я была не в лучшей форме.

Очередной всплеск фанатского интереса заставил пойти на раскрытие коммерческой тайны.

— Как-то мы с моим… другом… поспорили, что я не смогу напугать его. Я не спала ночь, а на следующее утро принесла ему рукопись. — Дева подленько хихикнула. — После прочтения, две ночи не спал уже он. Потом уже зарисовку у меня на столе увидел Долин и понеслось. Так что, «Шелуха» выходит в прокат через месяц, но я вас предупреждала.

— А над чем вы работаете сейчас? — Задала животрепещущий вопрос Т’Сони.

— Вот эта тема куда интереснее! — Сразу оживилась сценаристка и вновь пустилась в рассказ. — Моя новая история будет про археолога. Молодую, амбициозную, может быть, даже состоятельную деву-азари, которая жаждет самостоятельности, но не настолько глупа, чтобы отказываться от привилегий, которые даёт звучная фамилия…

Тиера ещё не закончила рассказ, как в комнате воцарилось гробовое молчание, притом археологи оторопело смотрели отнюдь не на сценаристку, а Лиаре вдруг стало очень-очень не по себе.

— В общем, — продолжила «залетевшая звезда», не обращая на всеобщий шок никакого внимания, — Я подняла свои старые знакомства и поспрашивала у преподавателей Тессианского Института, не запомнилась ли им какая-нибудь выпускница особо. Так вот, профессор Таса Хус вспомнил вас, доктор Т’Сони практически сходу.

Лиара стремительно бледнела, разом вспомнив все свои споры с престарелым волусом, которые, иной раз занимали по нескольку дней.

— Так что я к вам, Лиара, с большой просьбой. С моими спутницами вы уже познакомились, — По кивку Тиеры со своих мест встали и почтительно поклонились две азари, которые были с ней с самого начала. — Амин и Фала потенциальные кандидатки на главную роль, так что вы, как глава экспедиции, меня очень обяжете, если возьмёте их себе в подмастерья, чтобы они, так сказать, прониклись духом археологии и в дальнейшем помогли мне сделать фильм о столь замечательной профессии ещё лучше.

— Мы будем очень стараться и не доставим проблем! — С готовностью заверили «кандидатки».

До тёмной синевы смущенная Лиара только и смогла, что промямлить что-то, что при сильной натяжке можно было принять за согласие, так что ей на помощь пришли её подчиненные.

— Мы будем рады оказать содействие вам и вашим подругам, госпожа Л’Гая. — Поклонилась куратор экспедиции. — Кроме того, в таком маленьком лагере всегда нужны лишние руки.

«Сильвана» улетела через три дня. Всё это время сценаристка и доктор не вылазили из комплекса, остальные же помогали устроиться двум новым членам исследовательской группы. Распаковывали вещи и таскали контейнеры, которых оказалось неожиданно много.

И лишь только на орбите, когда к яхте присоединился эскорт и был взят курс на ретранслятор, Тиера смогла сбросить с себя маску беспечности.

— Это было немного труднее, чем я привыкла. — Проныла она в никуда, просто чтобы сбросить напряжение.

— Да ладно вам, госпожа, — Подал голос капитан, сиявший после похода на сушу, как начищенный медный пятак. — Мы прекрасно отдохнули. Хороший вид, прекрасная компания, мягкий налёт истории…

— О да. Ну и как тебе понравилось в постели сразу с двумя адептами Храма Безмолвия? — Ласково поинтересовалась сценаристка.

— Вы о чём, Тиера? — Искренне не понял Гатис. — Я не трогал наших девочек, что я, псих что ли?

— Наверное, псих. — Безразлично пожала плечами Тиера, — Вот только я не про наших «актрисок», а про тех двух красавиц, которых ты до конца не хотел выпускать из своих загребущих лап.

Веками сложилось, что цивилизация азари строится вокруг храмов. Храмы, удерживающие ардат-якши, храмы, дающие утешение и надежду нуждающимся, храмы, воспитывающие спутниц… Но были и храмы, с раннего детства растившие воинов, которых впоследствии продавали матриархам. Одним из таких и была Обитель Безмолвия. Лучший выбор для тех, кто хочет кого-то защитить, притом так, чтобы объект об опеке даже не подозревал. Именно таких специалисток Тиера и везла для охраны Лиары.

— Стойте-стойте! Так вы хотите сказать… — До пилота только что дошло, что они все, а он в особенности были в миллиметре от смерти. — Но как вы могли не предупредить меня об этом?!

— Хотя бы для того, чтобы ты от них не шарахался. Да и угроза уже миновала. Нам просто повезло, что дамы не начали стрелять сразу, а предпочли договориться, так сказать, внутри своего цеха. На их территории у нас не было ни шанса. Зато они нас проверили через тебя. Поди всё им выболтал, что знал, даже приврал немного?

Со стороны капитанского кресла послышалось невнятное бормотание, кажется Гатис изо всех сил благодарил духов, что позволили ему пережить столь нелёгкое путешествие.

— Так значит, — После некоторой паузы протянул он. — Мы зря сюда летели?

— Нет. Защитить доктора Т’Сони — это прямой приказ Пророка, а он ещё не ошибался в таких вещах. — Азари упала в соседнее кресло. — Да и то, что её не оставили без опеки, говорит о многом. Будем надеяться, что предпринятых нами и неизвестными доброхотами мер хватит. Здесь мы свою миссию выполнили.

— Куда теперь?

— На «Кассандру», собрание мы пропустили, но к Раалу заглянуть стоит.

Глава 34 О рабочих буднях и текущих вопросах.

— Баркли…

— Тар.

— Баркли… — В голосе кварианца прорезались умоляющие нотки.

— Тар. — Продолжал настаивать N7.

— …Ладно! Убедил! Отстань! — Сдался кварианец. — Ты получишь свои триста миллионов на модернизацию охранного кольца!

— Слава всевышнему. — Голограмма главы СБ «Нового Горизонта» вытерла со лба пот.

— Но учти, что в следующем месяце мы будем жрать исключительно армейские полевые рационы, а батарианцам с ферм будешь сам объяснять, почему им не поставили расходники и новую технику, взамен изношенной. — Глаза за тонированной маской мстительно блеснули.

— Но… — заикнулся было человек, но кварианец его перебил.

— И мне плевать, что несчастные крестьяне будут роптать, на то, что люди и здесь их притесняют.

— Да я на ху…

— А своим подчиненным скажешь, чтобы жрали вольфрамовые бруски на десерт, вместо свежих овощей, к которым успели привыкнуть, потому что деньги из бюджета на этот квартал ты пустил на новые истребители. Они военные — тебя поймут.

К руке, недавно вытиравшей пот со лба присоединилась вторая и они синхронно начали попытки рвать волосы. Что странно, у Раала эта картина не вызвала никакого злорадства, лишь тяжкий вздох сочувствия. Всё руководство компании находилось в таком положении. Опыта работы в мегакорпорации не было ни у кого, а сторонних специалистов, после нескольких серьёзных случаев с коррупцией нанимали с большой осторожностью и только по рекомендациям, которые серьёзные разумные давали крайне неохотно. Курсы менеджмента, что были вынуждены проходить все руководители, конечно спасали, но не сильно. Отсюда следовали ошибки. Весьма дорогостоящие ошибки, которые, кстати, не повторялись, но множились за счёт кучи различных факторов. Например, таких как сейчас.

— Сто пятьдесят. — Выдал после долгого молчания Баркли.

— Уже проще. — Покладисто кивнул Раал.

— Но в следующем месяце у нас встанет на переоснащение шесть корветов «Чёрного Ветра».

— Откуда шесть?!

— Оттуда, что нам нужны эти истребители именно по той цене, что предлагают турианцы сейчас. — Отрезал человек. — И оттуда, что я не хочу роптания среди наших фермеров. Война с батарианцами для меня закончилась много лет назад и зла у меня на них нет. Баркли, конец связи.

Голограмма погасла, а значок на терминале сразу выдал десяток оповещений первостепенной важности. И Раал с удивлением заметил, что пора было откалибровать фильтр. Более половины списка, включая вышеупомянутых батарианцев можно смело отправлять к замам. Справятся.

— Роптания он не хочет. — Делая необходимые правки на терминале фыркнул кварианец. — Жрать полюбил.

На самом деле с деньгами всё было совсем не так печально. Резервы были и немаленькие, но первое, что усвоил Раал на своём тяжком посту — это то, что коллег надо держать в тонусе. А то никаких резервов не хватит перекрывать их «ой» да «упс». Это же осознавали и сами директора, потому и принимали правила игры, ведь от неожиданных трат никто не застрахован, а у такой корпорации, как «Новый Горизонт», численность сотрудников которой уже исчисляется десятками тысяч, форс-мажоры различной толщины случаются чуть ли ни ежедневно.

Вот явный тому пример.

Не имея желания делить на категории ещё и неотложные дела, кварианец ткнул в оставшиеся иконки с закрытыми глазами.

— Раал, ну наконец-то! — Гортанно рыкнул турианец. Хидис, ещё один из «Арбитров». В «Чёрном Ветре» быстро поднялся до куратора по внешним операциям и сейчас ведал кораблями, находящимися в режиме «свободной охоты» в Терминусе. — Всплыли угнанные баржи с редкозёмами. Как мы и думали, на Тучанке.

— О, Кила, у нас было всё так хорошо с кроганами…

— Им тоже нравилось. — Уверенно сказал куратор. — Настолько, что с нами связалась шаманская кодла или как там у них это всё называется… В общем, горняков, угнавших баржи уже казнили.

— О как. — Даже Раал, привыкший к высокому темпу жизни подивился такой оперативности.

— Шаман, который говорил со мной, минут десять уверял, что это были не кроганы, а пыжаки, потому как подорвали наше доверие к их расе. Достал, реликт твердолобый. Я ему уже по-всякому намекаю, что мол нам то что, а он всё…

— Хидис. Дыши ровнее. — Под взглядом светящихся глаз солдат сделал долгий вдох и такой же выдох. — Что выяснил?

— Да. Точно. Баржи на Тучанке, как я и сказал. Надо только прилететь и забрать, притом, как можно быстрее. Старейшины, конечно, в авторитете, но такую груду денег они долго охранять не смогут.

— Хорошо. Тогда забираем. Организуй полноценный конвой. И никаких благодарностей в виде нескольких забытых контейнеров. Старейшины в этой ситуации поступили именно так как должны. Лучше, в знак признательности отвезти им пару промышленных опреснителей. Планета всё-таки суровая, с нормальной водой напряженка.

— А может, всё-таки пара контейнеров и не будем заморачиваться? — с затаенной надеждой предложил турик.

— Нет. А то у них в привычку войдёт. — Отмёл предложение Раал. — Вспомни, как они друг к другу относятся? Да один такой контейнер с очищенным иридием стоит дороже, чем все казнённые воры вместе взятые. Так что опреснители и вежливые заверения, что мы не сильно обиделись.

На это турианец лишь тяжело вздохнул и, козырнув, отключился. Старый вояка.

Дальше на очереди у управляющего были те самые батарианские фермы. Неизбежное зло.

Вообще идея о собственной продовольственной базе возникла далеко не сразу и была продиктована самой жизнью. Ну и естественным желанием разумных не есть по три раза в сутки сублимированные пайки без срока годности. А тут ещё так совпало, что своими связями решил воспользоваться Брэй, который помимо своей службы у Арии, оказывается имел статус старосты батарианской общины на Омеге.

После войны Альянса и Гегемонии четырёхглазиков на станции прибавилось и далеко не все из них были приспособлены к выживанию в современном космосе. Скорее, таких были единицы. В большинстве же своём, это были беглые рабы, которые не могли никуда приткнуться на, казалось бы, огромной станции, дерущиеся за право поработать грузчиками в доках или на складах, наравне с ворка без какой-либо защиты добывали Нулевой элемент и сотнями записывались в банды, что сильно дестабилизировало обстановку на станции.

Так или иначе выход был найден, и он устроил всех. Так что на Зорю толпу батарианцев привезли аж четыре сухогруза. Да так оперативно, что к их приезду даже подготовиться не успели. И снова Раалу пришлось всё бросить и рваться на части, стараясь одновременно успокоить толпу, закупить сотнями тонн нужное оборудование и пытаться организовать деятельность.

К счастью среди самих батаров нашлись квалифицированные аграрии. На них-то счастливый кварик и скинул все проблемы, пригрозив, что следит за ними. Так что спустя два месяца просто ураганной стройки, сожравшей такие суммы, что можно было фрегат с нуля построить, на Зоре вырос целый город времянок, а рядом с ним на зачищенном от джунглей участке вытянулись километровые купола крытых ферм, которые раз в два-три месяца давали очень даже неплохие урожаи, что существенно сокращало расходы и разнообразило рацион. А уж день, когда там открыли ещё и животные фермы определённо стал одним из счастливейших за всю недлинную историю «Нового Горизонта».

В общем, механизм был уже построен и отлажен, кошмару кварианца пришёл конец, оставалось только регулярно проверять и подписывать сметы, с чем отныне будут справляться командиры пониже.

День близился к концу, дел становилось меньше. Что странно. Кварианец уже вроде даже и привык к авралам, лишь иногда мечтами возвращался в инженерный отсек «Аполлона», заваривал намертво створки и перебирал двигательную установку под монотонное гудение машины.

Не к ночи помянутый «Аполлон», а когда никто не видит, «Летучий Голландец», испортил чуть улучшившееся настроение Раал’Тара и тот не задумываясь набрал на терминале адрес Медлаборатории.

На связь вышел сухенький, но бодрый человек в белом комбинезоне и прозрачной защитной маске. Эдуард Григорович, глава лаборатории собственной персоной.

— Господин Тар, — Поприветствовал его человек. — Чем я могу вам помочь?

— Всё тем же, Эдвард, как продвигается исследование «Спящей Красавицы»? — Термин, придуманный Лео, резал сознание кварианца и перед глазами вновь встала картина, когда он впервые увидел капсулу в секретном отсеке, казалось бы, полностью изученного им корабля.

Слова второй части письма до сих пор звенели в мозгу:

***

«Раал, помнишь, ты как-то писал, что даже не представляешь, что я чувствую? То, что ты видишь — твой ответ на этот вопрос. Кварианка в стазис капсуле. — Грустно произнёс голос на записи. Голос Лео, а не обезличенный треск вокабулятора. — Кварианка, которая лежит в стазис капсуле вот уже пятое столетие. Она жива и полностью здорова. Во всех смыслах. Ей даже скафандр на момент её погружения в кому не был нужен. Сейчас — не знаю».

Трёхпалая ладонь судорожно сжалась.

«Но прежде чем совершать какой-либо опрометчивый поступок, я призываю тебя подумать. — Ледяной водой ворвался тогда в помутневшее сознание кварианца голос друга. — И о ней. И о своём народе.

Она не знает гетов. Ей неведомо скитание по космосу. Что она увидит, проснувшись спустя столько времени»?

Рука застыла перед управляющей панелью.

«С другой стороны, что будет если передать её Флоту? — Продолжал лить лаву на нервы кварианца холодный, как космос голос. — Вспомни адмиралов, от которых ты же сам свалил, как от чумных. Они её на запчасти разберут в попытках вернуть иммунитет. Это в лучшем случае. Но у них будут и другие варианты. Например, убить девушку, чтобы предотвратить смуту. Мы с тобой знаем, что этого никто делать не будет, но нельзя отрицать возможности, что кто-то захочет пойти по пути наименьшего сопротивления».

Бред? Да вот как раз-таки не очень. Уж больно адмиралы прикипели своими задницами к власти. И далеко не факт, что они захотят возлагать на период своего правления такие перемены.

«А ещё я задумался, что будет, если твой народ получит иммунитет прямо сейчас? Я не кварианец и не могу прочувствовать всю вашу боль, связанную с этим, но история людей диктует мне только один ответ: Крестовый Поход. Была такая национальная забава у нас в средние века. Пошерсти экстранет в свободное время. Я же попытаюсь обрисовать картину в целом. Представь, вы получили иммунитет, ну и до кучи, горластую мессию, проснувшуюся спустя чёрт знает сколько времени и всем вокруг рассказывающую, как хорошо было под небом. Что дальше? Следующий шаг — это планета. Собственная планета, если быть точнее. И вот вы все ринетесь на Раннох, потому что колонию вам основать не дадут, и вы это прекрасно понимаете. Да! И ещё вы понимаете, что с гетами вам не сладить. Но вот именно до этого понимания твоему народу дела не будет, потому что вы будете рваться домой. — Возвышенно и патетично вскричал Лео на записи, а затем резко припечатал. — И дохнуть пачками. Ты воевал с машинами и кучу друзей потерял на заданиях адмирала Зоры. Вспомни последние слова ребят, которые не вернулись на корабль! Они были рады такой смерти, разве не так? Я помню твои рассказы. Они сгорали от заразы, но улыбались до последнего. Потому что верили, не у них, так у их друзей получится. Так вот я призываю тебя: спаси свой народ от подобной участи! Или хотя бы отложи это на «после войны».

Теперь, Раал, можешь меня проклинать и ненавидеть, но я оставляю решение этой проблемы на твои плечи. Не мне судить ваш народ и уж тем более не мне решать его судьбу. Тебя же, как и всегда, призываю поступить по совести. Твой друг, отбой».

***

Раал’Тар тряхнул головой. В тот день он вновь поверил. И отчаялся. Капсула так и осталась закрытой, но была отправлена на попечение действительно знающих специалистов, которым было поручено изучить девушку ни в коем случае не причиняя ей вреда и ни при каких обстоятельствах не будить. Всему своё время.

— Господин Тар. — Вывел кварианца из задумчивости обеспокоенный голос медика. — С вами всё хорошо?

— А, что? — Растерялся Раал.

— Я вам пять минут объяснял, что мы просканировали объект и работаем над цифровой моделью, но вы всё пропустили мимо ушей, как я посмотрю. Потому и спрашиваю, всё ли в порядке?

— Да доктор, просто немного устал.

— В таком случае, рекомендую заканчивать на сегодня и не отвлекать людей от работы зазря.

От такого откровенного посыла кварианец немного оторопел, что дало профу время, сослаться на критически важный момент и оборвать связь.

— Ого. — Выдал, наконец, он, потом глянул на часы и потянулся до хруста в костях. В принципе, со всеми делами первоочередной важности он разобрался. А ведь ещё даже ночь не наступила, значит, можно наконец, провести вечер с любимой женщиной, если, конечно, она освободилась, м-да…

Правда, была ещё одна проблемка, довольно неприятная, но меры уже были приняты, так что осталось только ждать результата.

Основательница и идейная вдохновительница «Затмения», Йона Седерис, решила положить болт на все труды своих капитанов и прямо в доках захватила товарняк с грузом медикаментов принадлежащий «Новому Горизонту». Жертв не было, капитан сухогруза приказал не оказывать сопротивления, что давало надежду на то, что инцидент удастся спустить на тормоза, но вот психопрофиль конкретно данной азари говорил о том, что проблему надо решать. Притом так, чтобы не испортить дела с остальной организацией. Так что на передачу выкупа был направлен далеко не последний человек в организации.

***

В доках Затмения царил ажиотаж. Ещё бы! Сразу два капитана "Затмения" пришли, чтобы встретить представителя «Чёрного Ветра». Среди рядовых дев уже даже делались ставки, сколько солдат выйдет из вошедшего на пирс новенького альянсовского фрегата.

Чуть спокойнее себя вели капитаны. Васэ и Эньяла ждали у трапа. Собственно, это именно они и курировали все дела с «Ветром» и «Горизонтом», и именно по их кошелькам и репутации выходка Йоны ударила больше всего. Между собой они уже давно обсудили все варианты развития событий и пришли к выводу, что ничем хорошим история не закончится. Такое оскорбление Тиера Л’Гая и её подчиненные не стерпят.

Каково же было всеобщее удивление, когда двери стыковочного рукава раскрылись, явив всем одну единственную человеческую девушку в тёмно-синем, почти чёрном деловом костюме. Чёткие выверенные движения, мягкая полуулыбка и цепкий взгляд больших карих глаз вкупе с миниатюрной тонкой фигурой создавал очень приятное внешнее впечатление, а сжимаемая в руках тонкая кожаная папка для бумаг довершали образ аккуратной и настойчивой юристки. Однако тот факт, что она пришла на встречу с Йоной Седерис одна говорил не в пользу её ума.

— Добрый вечер. — Слегка поклонилась человечка. — Я буду представлять «Чёрный Ветер» в переговорах с Йоной Седерис. Капитан Эньяла, капитан Васэ.

— Э… — Протянула Эньяла, а затем ласково осведомилась. — Где твоя охрана, девочка?

— Зачем? Я же среди друзей. — Её удивление казалось столь искренним, что наёмницам вдруг стало стыдно за свой вопрос. — Ведь мы же друзья?

Быстрый перегляд между капитанами, по результатам которого они синхронно закивали.

— Вне всяких сомнений! — Горячо заверила Васэ.

— Ну а зачем мне охрана среди друзей?

Так в полнейшем недоумении мило переговариваясь с «представительницей» они и дошли до кабинета Седерис. В пентхаусе небоскрёба, принадлежащего «Затмению». Там, как бы невзначай, Васэ начала расспрашивать гостью, как дела у Тиеры, и всякими прочими способами заговаривать ей зубы, пока Эньяла ходила в кабинет на разведку. Но как только она появилась, девушка быстро свернула все посторонние обсуждения и осведомилась у вернувшейся наёмницы.

— Она там одна?

— Да, немного под кайфом, но это её нормальное состояние.

— Хорошо. Вы не могли бы выполнить мою просьбу?

Снова азари неопределённо переглянулись.

— Всё, что угодно, девочка. — Эньяла разумно предположила, что сейчас девушка загадывает своё последнее желание, которое, как известно, выполнять не обязательно, но хотя бы выслушать стоит.

— В таком случае, не могли бы вы сделать так, чтобы минут десять в этот кабинет больше никто не входил?

Даже не удосужившись получить ответ человечка вошла в кабинет. Бронированная дверь за ней закрылась сразу же.

***

Когда тяжёлая бронированная переборка с мягким стуком встала в паз, представительница спрятала дежурную улыбку и, глубоко вздохнув, направилась к цели своего визита.

Вообще, для «Затмения» Йона Седерис была больше символом нежели лидером и воплощала собой все свободы, которые проповедовала. Творила что хотела, убивала за любую провинность, и, естественно, получала всё, до чего дотягивалась её действительно страшная биотика. Следует ли говорить, что кайф для неё являлся такой же составляющей в жизни, что и воздух?

Вот и сейчас она развалилась на диване, точной копии того, что стоит в ложе Арии. Рядом с ней на столике была насыпана немалая горсть красного песка, к которой она уже успела приложиться и бутылка турианского бренди.

— Какую интересную игрушку мне подарила ваша компания. — Расплылась азари в плотоядной улыбке. — И что твоё руководство хотело от меня услышать?

— А я здесь не слушать. — Хмыкнула на это человечка. — Говорить с тобой бесполезно, так что я тебя просто размажу.

***

Два капитана «Затмения» вспоминали молодость стоя на стрёме, когда за массивной дверью послышалась какая-то приглушенная возня.

— А вы что здесь делаете? — Спросил вылетевший как пробка из лифта саларианец.

— Стоим, Сейн. — Фыркнула Эньяла. Ей был до глубины души противен этот бесхребетный слизняк.

Тот верно уловил угрозу и попытался обогнуть наёмниц с одной стороны, с другой.

— Мне туда. — Ткнул он пальцем в дверь кабинета Йоны.

— Подождёт. — Ответила Васэ. — Спустись в бар, выпей с друзьями.

— Но это срочно!

— Сейн… — Прорычала Эньяла.

— За мой счёт. — С нажимом добавила Васэ. — У Йоны важный гость.

Инстинкт самосохранения саларианца наконец сработал в нужном направлении и он испарился с той же скоростью, что и влетел.

— Мерзкий слизняк. — Сплюнула Эньяла, она хотела добавить ещё пару лестных эпитетов, но дверь за их спинами отъехала и к ним вышла немного потрёпанная, но всё такая же улыбчивая представительница компании.

— Э… Джек? — Привлекла внимание девушки Эньяла.

— Думаю, переговоры можно считать состоявшимися. Я буду очень признательна если кто-нибудь проводит меня на мой корабль, оттуда я переведу выкуп и отчитаюсь перед начальством.

На этот раз в кабинет ушла Васэ. Впрочем, вернулась оттуда она незамедлительно и к кораблю они отправились втроём, как и пришли. Вошедший же после их ухода саларианец Сейн застал в кабинете только разруху и Йону Седерис, размазанную по всему потолку. Тоненьким слоем.

Глава 35 О непонятных ситуациях, разгильдяйстве и дополнениях.

О… Я давно не испытывал такой жажды убийства. Будь моя память чуть хуже, решил бы, что никогда. Но нет, батарианцев в самом начале моего пути ничто не затмит. Хотя эти люди действительно старались. Даже достигли определённых успехов. А началось всё, как всегда, с желания начальства сделать, как лучше.

Поэтому мой перевод на «Агамемнон» (не знаю, Харпер, или кто из его замов) сопроводили такой моральной накачкой, что аж зубы сводит. Из этого получилось то, что получилось, а именно встреча меня моими будущими сослуживцами чуть ли не цветами и конфетами, которую можно было описать примерно так:

По приезду я получил статус приданного специалиста, отдельную каюту, свободный график и право не выполнять приказ командира корабля, если мне он не нравится. Вот, как хочешь, так и понимай. Командир, значит, первый после Бога, а я — мимо командира. А! Да, ещё я могу ему «рекомендовать», как в той или иной ситуации поступить лучше. Жесть. В общем, сделали из меня не полноценную боевую единицу, а довольно сильный дестабилизирующий фактор.

В принципе, как я понял, практика для «Цербера» не новая, взять, к примеру, ту же Миранду, которая, куда ни прибудет — везде командир. А вот я сразу не сообразил, что нужно поставить себя в правильную позицию. В результате и имел холодную ненависть со стороны офицерского состава, а также полное отвращение штурмовой группы, с которой мне, на минуточку, ходить на задания. Мой приватный разговор с командиром в жалкой попытке прояснить ситуацию вылился в грандиозную плюху мне в лицо, имевшую вид вежливого и крайне издевательского распоряжения сидеть в своей каморке и не мешать закалённым в боях спецам делать своё дело, а свои рекомендации ну… записывать что ли. Может быть, когда-нибудь их прочитают. Вечерком перед сном, или под пиво в качестве анекдота.

И всё бы ничего. Было бы как раньше, я ограничил бы свой маршрут комнатой, столовой и инженерной палубой, ну и тренировочным залом за два часа до подъёма — то есть, включил свой обычный «режим выживания во враждебной среде», если бы не одно «но».

Факт, который я осознал сразу, как только услышал название подразделения, куда меня закинула лёгкая, ароматизированная дорогущим табаком рука. Это был грёбаный «Феникс». Были такие в дополнении для кооперативной игры, толпа люто-бешеных искусственных штурмовиков-биотиков с мега-плётками, которые во время нашествия жнецов полным составом записались в Альянс и дрались на передовой.

То есть, судьба сама давала мне «квест» завербовать и уберечь от индокринации тот самый «Феникс». Круто, чё. Поздравляю тебя, Лео! Ты теперь полноценное ДиЭлСи! Кто дальше? Турианка из Кабал? Кварианка-бестия?

В общем, в перекачанном тестостероном коллективе я, мягко говоря, не прижился. Поначалу пришлось доказывать, что я чего-то стою, даже не в спаррингах, а в совершенно глупых коридорных драках. Но это было поначалу. Дальше последовал бойкот, который я воспринял индифферентно, однако, дававший этим подожжённым курицам смотреть на меня, как на вошь. Вот уж на что мне было пофиг. Быстрее обратно отправят, а завербую я их или нет - мне на тот момент было плевать ещё больше. «Чёрный Ветер» уже куда более достойная им замена.

Однако, сидеть в резерве — это значит скучать. А со скуки можно найти себе кучу различных занятий. Например, месть, что было для меня нехарактерно и глупо, однако приносило реальное моральное удовлетворение и давало кое-какой задел на будущее. Хотя… подумав немного, я решил всё же отказаться от мести, как таковой. Назовём это тернистым путём к перевоспитанию и облагораживанию убогих неандертальцев. Или всё-таки месть?

Чтобы не думалось, я решил развить посетившую меня идею по поводу мультиплеера. Во всех смыслах. Да и так совпало, что первые, кто пошли со мной на полноценный контакт, были ребята из отряда обеспечения. Они-то мне и помогли, после недолгих уговоров. А что? Мы для пользы дела.

***

Обычный день на корабле. Сообщений о проникновении в охраняемый сектор не было, группа из двадцати человек проводит плановые учения на боевом виртуальном симуляторе «АРМАКС». Все бойцы успешно загрузились в виртуальные джунгли и сейчас выстроились в шеренгу для получения инструкций от командира.

— Внимание, бойцы! — Рявкнул здоровенный штурмовик в средней броне без знаков различия, который, тем не менее, определялся тактическим ВИ, как командир группы высадки. — Сегодня командование решило порадовать нас новыми ботами!

Одобрительные восклицания. «Играть» против виртуального интеллекта, моделирующего поведение пиратов, всем уже порядком надоело, так что тренировки давно превратились в рутину. Какое-то время они развлекались в боях друг против друга, но и это уже приелось. Бойцы уже настолько притерлись друг к другу, что знали, кто, где и когда пойдёт.

— Я тут не поленился, — продолжил тем временем командир, — прочитал вводную. Сегодня нам обещают двадцать шестой Гербовый Легион Турианской Иерархии. Будто мы раньше птицемордых не били.

По рядам «Церберовцев» прокатились смешки.

— Итак, ребята! Тот, кто сегодня завалит больше всего вражеских единиц… — Командир сделал интригующую паузу.

— Сэр! — Прервала его девушка-техник, которая, как и всё воинство, смирно стоять не желала, и в открытую копалась в своём унике. — Это что, шутка такая? На счётчике.

— Калахен! — Рыкнул перебитый здоровяк.

— Да что Калахен? Сами гляньте! Он один!

— Кто?

— Бот!

В строю моментально воцарилось оживленное пиликанье уни-инструментов. Все сразу захотели лично убедиться в правдивости слов своей боевой подруги. Убедились. Счётчик оставшихся врагов уверенно показывал всем желающим единицу, будто она была средним пальцем пятипалой руки.

***

Наблюдая в прицел за отрядом, я тихонечко косел от увиденного. Да… не Альянс, даже не Российская Армия образца девяностых. Махновщина какая-то. Не, правда! Я такое только в кино видел, «Свадьба в Малиновке» называется. И это ветераны ВКС? Одно из двух, либо они настолько круты, что могут позволить себе такое поведение, либо их просто давно не мурыжили проверками. Но в первый вариант я не верю. Эх… Вот что значит, далеко от хозяйской плётки.

Даже на Новерии, где царила стерильная чистота и бал правили учёные, было всё по-другому. Устав, распорядок, дисциплина. Конечно же, всё на уровне корпорации, а не армии, но то, что я видел сейчас, не лезло ни в какие ворота. Сражаясь с пиратами, пиратами же стали. Да как они вообще побеждать-то умудрялись?!

Да хрен с ним, умудрялись. Тут другой вопрос назревает: Нахрена мне такие красивые вообще нужны?!

На фоне открывшейся панорамы блекло даже то, что я впервые примерил на себе турианский «скин». А едва загрузившись, чуть не изматерился. Как они вообще ходят-то с таким строением задницы? Благо, разобрался быстро, даже ни разу не упал. А пока выбирал себе позицию повыше, даже немножечко привык. Хм… если мне сейчас так неудобно, то как я буду «играть» за азарийских персонажей?

— А и ладно. — Фыркнул я вслух, вновь приникая к прицелу «Кризе». — Война план покажет.

***

Тем временем, на лесной поляне виртуальных джунглей «гордые птицы» перестали чертыхаться, плеваться, а также пытаться выйти из симуляции. Программа не выпускала людей обратно, требуя, чтобы отряд вышел из режима боя. Люди пару минут побузили, но всё же вспомнили о своём армейском прошлом и потребовали с командира решения проблемы, на что тот клятвенно пообещал оторвать голову тому уроду, кто настраивал симулятор. Потом призвал всех к вниманию и попытался огласить приказ, но не смог. Помешала бандитская пуля, начисто снесшая ему шлем, голову, левое плечо и руку. Фугасный боеприпас в действии.

Тех жалких секунд, что люди пялились на дымящиеся останки командира, хватило паре гранат рвануть в середине строя. Двоих, кому диски прилетели под ноги, превратило в ледяные статуи, шестерых накрыла низкотемпературная взвесь, намертво сковавшая сервоприводы их брони и вырубившая щиты, превращая людей в идеальные мишени. Оставшиеся члены отряда кинулись врассыпную, открыв беспорядочный огонь по месту предположительного залегания противника. Ближайшие кусты накрыли обширные поля искажений. Над площадкой вспыхнула защитная сфера, успешно отразившая рой пуль, летящих уже с другого направления.

Вольфрам-то сфера сдержала, а вот диски осколочных гранат летели слишком медленно и незаметно. Поляна вновь окрасилась взрывами, поглотившими замороженных, но ещё живых бойцов.

Рвануло не сильно: все, у кого были активны щиты, успешно перенесли взрыв. А вот замороженные люди полегли все до единого, прошитые осколками, которые не смогла остановить переохлажденная керамика. Оставшиеся «бойцы» ринулись в укрытия и попытались занять что-то вроде круговой обороны, стреляя на каждый шорох.

***

— Дэш! Командуй! — Раздался в гарнитуре солдата, залёгшего за камнями и судорожно шарящего прицелом винтовки по «зелёнке» в тщетной попытке заметить малейшее движение, голос Калахен.

«Командовать?!» — Дошел до него смысл крика инженера. И только тут он заметил, что тактический ВИ уже сорок секунд, как передал ему полномочия командира отделения. Его взгляд зацепился за обезглавленное тело офицера, за раскиданные, словно переломанные куклы, тела друзей и к горлу подкатил тошнотворный комок. Проклятье, стой он хоть на метр ближе, и сам бы сейчас так же валялся в траве, пялясь застывшим взглядом в небеса.

Тут до него внезапно дошло, что всё не взаправду, что вокруг не окрестности очередной пиратской базы, а долбанный симулятор. Облегчение по силе переплюнуло оргазм. Живые, все живые! А всё, что происходит вокруг — это долбанная игра!

Собравшись с мыслями, Карлос крикнул в рацию:

— Отряд! Перед нами просто программа и сейчас мы её поимеем! — Быстро глянув на тактическую панель, мужчина выкрикнул. — Макферс, Карлос! Мне нужно всё, на что способна ваша биотика! Менди! На тебе щит!

— Есть! — Хором рявкнули будто проснувшиеся солдаты.

***

Из зала симуляций «Фениксы» выходили молча. Три попытки — три поражения, как это случилось, толком объяснить не мог никто. Ну первый-то бой ладно, новый высококачественный ВИ застал их врасплох и перестрелял, как куропаток. Но потом…

Они засели в глухую оборону, в которой просидели минут пятнадцать, делясь впечатлениями от предыдущего раунда и мечтая поквитаться с вредоносной программой. Бот же просто перестрелял их с дальней дистанции, умудрившись даже не попасть на экран мощных радаров. Ему не потребовались ни гранаты, ни хитрости — только мощная винтовка. На третий раз командир приказал организовать преследование. И вот тут-то отряд и узнал на себе, насколько ВИ нынче изобретательны.

Растяжки, минные поля, автоматические турели и атаки исподтишка, когда вроде бы громоздкая туша птицемордого выныривает из зелени, за секунду, почти беззвучно, ломает шею последнему в колонне и снова пропадает в никуда. А уж чего стоили капканы, которые не определяются электроникой, но вполне эффективно скидывают тела с обрывов, разбивают головы здоровенными булыжниками и ломают ноги в, казалось бы, прочных герметичных сапогах.

Обида требовала выхода, и он был найден. Техника, отвечавшего за настройки симуляции, припёрли к стенке и потребовали рассказать, откуда взялся этот новый ВИ, на что тот им ответил, что программы пришли вместе с новеньким, а загрузил он их только спустя две недели потому, что настраивал под них компьютер. Ещё парень огорошил штурмовиков тем, что этот ВИ теперь является обязательным стандартом для подразделений быстрого реагирования.

Дальнейшее можно было описывать долго и со вкусом. Моя жажда мести была удовлетворена в полном объёме, чувство собственного высокомерия мурлыкало и щурилось, а каждый раз, когда мимо меня проходили «куры жареные», приходилось с трудом сдерживать улыбку. Итак, суровая статистика поражений:

«Феникс» против турианца-призрака в лесу: три-ноль.

«Феникс» против солдата Альянса в каких-то доках: пять-ноль.

«Феникс» против инженера Альянса на развалинах города: шесть-один. Ну там я вообще борзеть под конец начал, за что и поплатился.

«Феникс» против крогана-воеводы на космическом корабле: один-ноль. Вот тут они просто разок ощутили всю мощь тёмной стороны силы и сдулись.

«Феникс» против азари-валькирии в храме: семь-два. Слил первые два раунда потому, что за женщину играть ну никак не привычно, да и с биотикой и её последствиями я раньше изнутри знаком не был.

«Феникс» против саларианского разведчика в трущобах: три-ноль. Я этот раунд запомнил, как царство пламени: горело всё и всюду!

Добил подразделение «Феникс» раунд против кварианского инженера на космическом корабле: два-ноль, притом, что всю работу за бота сделали корабельные системы, а он всё время тупо просидел в маленькой комнатке с консолью и никуда не выбирался.

Разумеется, всё это происходило не один день, а где-то в течение трёх недель и перемежалось скандалами, истериками (не только у женской части команды), бешеными тренировками и потерей аппетита у солдат до кучи. Под конец, злой, как тысяча чертей, командир группы высадки направился к капитану корабля и потребовал у того выяснить, откуда взялся столь продвинутый ВИ. Ответить тот не смог.

Началась охота на ведьм, о которой прознал даже Призрак, он-то и послужил в этом деле последней инстанцией. Выслушав истерику своего офицера, он прикурил сигарету и задал всего один вопрос: «А где Гай?», на что и получил куда больше информации, чем рассчитывал, после чего немедленно потребовал меня на связь.

Было довольно непривычно общаться с Харпером при посторонних, однако кто я против его инициативы? Поэтому, когда я вошёл в светящийся круг, в нём уже присутствовали двое старших офицеров «Агамемнона»: капитан корабля и командир группы высадки.

Лидер "Цербера" был зол. Очень. И злость эта была направлена не на меня. Точнее, не только на меня. В его пронзительном взгляде читалось чёткое желание уничтожить что-нибудь большое, например, корабль с экипажем. Впрочем, это был только взгляд. Ни голос его, ни выражение лица не выдавали эмоций. Сомневаюсь даже, что наши собеседники это поняли.

— По-другому было никак? — Спросил он меня вместо приветствия.

— Наверное, можно, — пожал я плечами. — Просто они меня разочаровали сверх всякой меры. Вы обещали мне героев, а тут… каперы какие-то.

— Они справлялись со своей задачей. — Холодно заметил Призрак. — Это позволяло мне иметь о них положительное мнение. Возможно, оно было… несколько завышено.

— Возможно. — Скептически кивнул я.

— Да что всё это значит? — Не выдержал командир. — Это ты, сопляк, написал этих ботов?!

Я промолчал, ибо не с ним разговариваю, а вот Призрак, потерев двумя пальцами переносицу, ответил.

— Не было никаких ботов. К сожалению.

— Но как же…

— Был один-единственный специалист с громаднейшим опытом выживания на потенциально враждебной территории и богатейшим знанием физиологии, психологии и тактики боя вероятного противника. И вы умудрились довести его до ручки, за что и получили урок. — Припечатал «фюрер». — Я неспроста наделил мистера Гая столь широкими полномочиями. Он МОЖЕТ и ДОЛЖЕН рекомендовать вам, как командиру подразделения, какой тактики придерживаться, потому что ЗНАЕТ, как может повести себя противник и что от него ожидать. Именно это он вам и продемонстрировал на своих занятиях. Вы поняли?

Даже в красноватом свете Кроноса я увидел, как побледнели офицеры. Всё то время, что говорил Призрак, они вытягивались по струнке всё длиннее и становились всё тоньше, а под конец так синхронно рявкнули «Так точно», что у меня заложило ухо. Оказывается, могут, когда хотят.

— Далее, — как ни в чём не бывало продолжил Призрак. — Имело место неподчинение приказам на уровне командиров подразделения. Сейчас это прощается вам только потому, что мой подчиненный сам вовремя не сумел прояснить ситуацию, но впредь знайте: права на ошибку у вас больше нет. Мистер Гай, командуйте. Призрак — конец связи.

Связь отключилась и в переговорной зажёгся свет. На меня с ужасом смотрели два смертельно бледных офицера, заговорить не решались ни один, ни второй. Вся их разудалая бравада куда-то делась. Видя это, я горестно вздохнул и произнес спокойным и холодным голосом.

— Экипажу корабля вернуться к повседневному распорядку. Капитан. — Тот рефлекторно козырнул и удалился так поспешно, как только позволял его широкий шаг. Я перевёл взгляд на десантника. — Время позднее. Группе высадки отбой. Занятия начинаются завтра с пяти утра по корабельному времени. В спортзале, без опозданий. Свободны.

Глава 36 О миссиях на лояльность и о том, какими они бывают

— Мисс Лоусон, — Приветствовала Миранду голограмма Призрака.

— Призрак. — Сразу же отозвалась женщина.

Призрак моргнул. Он уже давно заметил, что его самая ценная сотрудница изменилась. Вроде бы, ничего серьёзного, она всё так же предана делу, всё так же лучшая во всём, за что бы не взялась и в любом случае добивалась выполнения поставленной перед ней задачи, вот только отношение... Взять хотя бы ту мимолётную заминку, которую она когда-то делала перед тем, как назвать его Призраком. Сейчас Джек Харпер скучал по этой мелочи.

Скучал, но осознавал: виновато время. Ставки в игре, которую они ведут уже очень давно, повышаются, а последствия тех или иных решений необратимым образом меняют даже таких стойких и непоколебимых людей, как Миранда Лоусон.

— До меня дошли тревожные новости касательно вашей сестры. — Наконец заговорил лидер «Цербера».

Миранда внутренне похолодела. Если и было в этом мире что-то, что могло вывести эту женщину из равновесия, то только новость о том, что Ориане может грозить опасность.

— Что случилось? — Чтобы справиться с собой Миранде хватило пары секунд. — Он нашёл её?

— Нет, — заверил Призрак, — Генри Лоусон здесь ни при чем, я уверен. Но вероятность данного события резко повысилась.

Миранда переступила с ноги на ногу и тихо выдохнула. Призрак же, видя, что её прямо-таки снедает нетерпение продолжил.

— Ориана заняла первое место на ежегодном Земном Филармоническом Концерте. — Призрак обозначил улыбку. — Зал рыдал пока она не опустила скрипку. Вы разве об этом не слышали?

— Нет, я стараюсь минимизировать своё присутствие в её жизни, дабы не вывести её под удар.

— Жаль, что она не разделяет ваших стремлений. Но не суть. Сейчас мы проверяем, как к ней вообще попало приглашение на конкурс, но на первый взгляд всё выглядит чисто. Девушка крайне талантлива, амбициозна и умеет сосредоточиться на поставленной задаче. Качества, которые просто так не скроешь.

— Какие последствия вызвал её поступок? — Севшим голосом спросила Миранда.

— Значительные. — Призрак стряхнул с сигареты пепел. — На том концерте присутствовала делегация Иллиумских азари. Они предложили Ориане играть на Иллиуме в составе международного оркестра.

— И она согласилась.

— Естественно. Сейчас её приёмные родители готовятся к переезду.

— Есть возможность повлиять на них? — «Снежной Королеве» стоило неимоверных усилий скрыть мольбу в голосе.

— Есть. Но мы пока не уверены, нужно ли это.

— Но…

— Это Иллиум. — Припечатал Призрак. — Прибежище богатейших разумных Терминуса. Там можно спрятать не только семью, но и вообще всё что угодно. И будьте уверены, я приложу к этому все свои усилия.

Миранда потупила взор.

— Я сама должна всё проверить. Если это не случайность, придётся действовать быстро.

— Именно поэтому я и связался с вами. — Глаза Призрака понимающе блеснули. — Действуйте, как посчитаете нужным, но я всё же призываю вас не спешить. Возможно, это решение окажется куда лучше тех мер, что когда-то предпринял я.

***

Когда Миранда закончила все проверки, то ничуть не удивилась тому, что люди Призрака ничего не нашли. Не там искали, а вот ей повезло больше. Но можно ли было назвать это удачей — вопрос спорный. Когда она в минуту слабости просила о помощи человека, о котором знала лишь то, что тот не испытывает никакого трепета при упоминании Призрака, и имеет влиятельных друзей за пределами организации, то не предполагала того, на каком уровне могут быть эти самые «друзья». Знай она это раньше…

Миранда встряхнулась. «Раньше» она побывала на Прагии, так что ничего бы не изменилось. Безопасность Ори по-прежнему на первом месте, а значит, ей бы всё равно потребовалась помощь. Так что пришлось бы прибегать к услугам людей куда менее компетентных, нежели Леонард. А так получилось то, что получилось. Организовать визит официальной делегации азари с Иллиума ни у кого другого возможностей бы не хватило. А состыковать её по времени с Большим Филармоническим концертом? Да как такое вообще в голову прийти может?!

Не важно. Пришло и сработало. Вот только что дальше?

Бесконечные проверки и перепроверки привели Миранду на Иллиум, вслед за сестрой и едва уловимой дымкой неправильности, которой отдавала вся ситуация. И вот настал момент, когда ей надо было решить, как поступить. А как? Пойти к Призраку, закрыв глаза на его сотрудничество с отцом, и, чисто по привычке, рассказать ему всё, что ей удалось узнать, а потом сдать Гая и надеяться, что он простит ей эту маленькую вольность, как прежде прощал иные. Или же наоборот, сказать ему, что всё в порядке, и плыть по течению? Но как можно сидеть и ничего не делать, когда на кону жизнь единственного родного человека?!

Простой выбор из двух вариантов загнал оперативницу в глубочайшую депрессию. Внешне это никак не проявлялось, однако, вокруг её столика в обычном иллиумском клубе, куда она пришла полюбоваться, как развлекается с новыми друзьями её сестрёнка, витало такое напряжение, что никто из многочисленных посетителей даже не решался подойти к одинокой задумчивой красотке.

— Вы очень похожи. — От неожиданности Миранда вздрогнула. Задумавшись, она действительно позволила себе слишком пристально следить за Ори — и вот результат. Мало того, что незаметно подобрались к ней, так ещё и за взглядом проследили. Оперативница моргнула, как будто её ослепил отблеск светомузыки и подняла взгляд на заговорившую. Ей оказалась фиолетовая азари в темном обтягивающем платье. Приветливая улыбка, в глазах интерес, в руках два бокала с чем-то синим и светящимся. — Как две капли воды.

— Наверное. — Как можно более беззаботно кивнула Миранда, после чего холодным тоном развила свою мысль. — Как и все люди для вас, как и все азари для нас. Это нормально.

— О… нет! — Азари сдаваться не собиралась. — Вы, люди, очень разные. Во всём! Вот взять, например, ваши волосы. Короткие, длинные, светлые, тёмные. Вариантов тысячи.

— Понятно. Увидев одинаковые причёски, вы решили, что мы с той девушкой похожи.

— Не совсем. — Испортить настроение конкретно этой представительницы инопланетной жизни, казалось, было просто невозможно. — Я увидела одинаковые лица, одинаковые жесты, одинаковую мимику.

— Вы очень хорошо разбираетесь в людях. — Скрипнула зубами Миранда, уже раздумывая, где можно спрятать тело.

— Провела на Земле несколько незабываемых недель по рекомендации одного знакомого человека. И вы знаете, ни разу не пожалела об этом.

— Рада за вас. Однако, если вы до сих пор не заметили, я бы хотела побыть одна.

— Скорее, вы бы хотели побыть в обществе юной Орианы, — хихикнула нежелательная собеседница, — я права?

— Нет, вы не… — Лоусон поперхнулась неожиданно поступившей информацией и по-новому посмотрела на собеседницу. Нехорошо так посмотрела.

— У… какая вы сердитая… — Протянула в ответ та. — И напряженная. Знаете, я владею массажным салоном, вам обязательно стоит его посетить.

Азари поставила перед Мирандой бокал и ловким движением выудила откуда-то сложенный вдвое лист плотной бумаги. Та предприняла ещё одну попытку просверлить взглядом синекожую, но записку всё-таки взяла. На слегка шершавой поверхности каллиграфическим почерком был написан адрес, а внизу приписка: «Привет от Лео».

Как ни странно, это немного успокоило оперативницу. Она даже позволила себе прикрыть глаза и глубоко вздохнуть. Вопросы множились, как снежная лавина, но вряд ли ей ответят на них здесь.

— Знаете, думаю, вы правы. — Выдавила из себя оперативница. — Мне действительно жизненно необходим массаж.

Больше с той азари они в тот вечер не разговаривали. Та, сказав всё что хотела, растворилась в пёстрой массе танцующих тел, Миранда её не останавливала. Она думала. Сейчас Лео был изолирован от внешнего мира, как никогда, следовательно, шаги по извлечению Орианы он предпринял гораздо раньше. Вот только когда? Год назад? Два? Сразу после их полупьяного разговора в баре?

А какое это имеет значение? Важно лишь то, что он сделал куда больше, чем Миранда хотела получить. Ей была нужна лишь возможность. На крайний случай и для душевного успокоения, ведь она до сих пор не верила, что Призрак сможет от неё отказаться. Леонард же не оставил ей выбора.

А был ли выбор? Что если он прав, а она ошибается? Что если настанет момент и выгода от сотрудничества со старшим Лоусоном будет больше, чем может покрыть она?

В любом случае, чтобы довериться этим… разумным… Миранде требовалось больше информации, которую в её положении можно было добыть лишь одним способом. Поэтому, она и пришла одна, без оружия и прикрытия туда, куда её так настойчиво приглашали… в массажный салон.

Кстати, очень уютное небольшое заведеньице в самом престижном районе Нос-Астра.

Дальше случилось неожиданное. Вместо разговоров по душам при включенных глушилках, личного визита Гая, подписания контракта кровью и прочих вариантов сделки с дьяволом, уже знакомая азари, которую звали Лантея, действительно уложила оперативницу на массажный стол и принялась растирать её маслом!

И только спустя полчаса непрекращающегося словесного поноса обо всём на свете кроме дел, Лантея наконец, заметила:

— Малыш-Лео предупреждал, что вы очень жёсткая.

Смирившаяся со всеми испытаниями Миранда, уже почти расслабившаяся под воздействием приятных ароматов и ловких рук, массирующих ей икры, моментально напряглась.

— Прямо так и сказал? — Выдала она после секундной паузы.

— Не думаю, что он имел ввиду именно это. Однако, с моей точки зрения вы особенно похожи. — Пальцы азари перебрались выше, к бёдрам женщины. — Мышцы жёсткие, как корабельная переборка, правда, у него всё было не так запущено.

— Запущено? — На столь неприкрытый наезд в свою сторону мисс Лоусон отреагировала, как истинная леди. Вопрос вырвался рефлекторно, хотя интересовали её совершенно другие темы.

— Именно. Вы, наверное, уже забыли, что такое отдых. — Вот этот упрёк женщина была вынуждена признать. Она поёрзала на столе, устраиваясь поудобнее и спросила сама.

— Как вы с ним познакомились?

— Он был моим постоянным клиентом, когда учился в ИТИ. — Просто ответила Лантея. — Лет десять назад, я тогда работала в сфере… обслуживания… по контракту.

Примерно тогда Гай и попал в поле зрения «Цербера», отметила про себя Миранда. В памяти всплыла фотография парня в возрасте тринадцати лет. Да, пожалуй, такому вполне могла понадобиться шлюха.

— Постоянно заказывал массаж после тренировок. — продолжила Лантея. Вновь разомлевшая оперативница была вынуждена признать, что тут парень оказался прав. Лантея же продолжила свой рассказ, пробираясь руками всё выше и выше.

— Со временем, мы начали разговаривать, даже стали вроде как приятелями… ну… насколько работница досуга может стать приятелем клиенту. Через какое-то время мне приходит сообщение, что мой контракт перекупили, а моя новая хозяйка живёт на «Омеге» и ни разу на Иллиуме и не была. Затем меня находит этот ребёнок и предлагает условия от которых невозможно отказаться.

— Невозможно? — Миранда повернула голову к массажистке.

— Никакого принуждения. Я могла идти на все четыре стороны или остаться и жить в роскоши.

— Выбрала второе?

— И ни разу не пожалела. — подтвердила азари и предупредила. — Сейчас может быть немного больно.

Расслабленная женщина в суть предупреждения вникла не сразу.

— Оу! — взвыла Миранда, когда костяшка указательного пальца азари плавными, но жесткими вращениями впилась в точку на внешней верхней стороне ягодицы. Оперативница даже сделала попытку сопротивления, но тело онемело.

— Ужасно. — Прокомментировала мучительница.

— Что это было? — Прохрипела жертва.

— Месть твоего седалищного нерва за все те годы, что ты его игнорировала. — Менторским тоном прокомментировала азари. Явно цитировала кого-то из земных ортопедов. — Все так воют в первый раз. А теперь вторая булочка!

— Не на…! О-о-ох! — Только и выдавила из себя не успевшая дать отпор «мисс Совершенство», когда костяшка массажистки огненным шурупом ввернулась во вторую ягодицу.

— Ну так вот, — как ни в чём не бывало продолжила Лантея, — Лео отправил меня сначала в Таиланд, как я уже говорила, потом ещё в пару мест на Земле, на Палавен, на Сур’кеш, даже в Гегемонию, и на углубленные курсы ксенопсихологии… Полтора года меня натаскивал, а в завершение помог мне открыть этот замечательный салон, который процветает и по сей день.

— И за какой процент такая доброта? — простонала едва отошедшая от «точечного воздействия» Миранда.

— Ну… я ничего ему не должна, но некоторые сотрудники одной быстро развивающейся компании обслуживаются у меня по совсем иным тарифам. — Вновь резкий возврат к делу: азари сделала пару разминающих движений и обратилась к… месту приложения усилий. — Я к вам ещё вернусь, мои хорошие, не скучайте.

Фраза, обращённая к её пятой точке, уже в который раз за вечер выбила Миранду из колеи. Мучительница же тем временем принялась за плечи и лопатки.

— Определённо, в вас, людях, слишком много железа. — пропыхтела она, — такое ощущение, что у вас там слитки под кожей.

— Это кальций. — Вступилась Миранда за свой организм.

— Да-да, только мне не легче…

Спустя где-то пять минут размеренных растираний оперативница вновь пошла на контакт.

— Так каким образом ты прячешь Ориану?

— Кстати, по поводу этого. Вы же понимаете, что какие бы меры мы не предприняли, всё это временно и однажды вопрос Генри Лоусона придётся решить кардинально?

— Получше вас. — Фыркнула Миранда — Сколько времени у меня есть?

— Два-три года. Дальше без гарантии, но вы точно узнаете первой, если что-то пойдет не так. И да, наши специалисты прикинули… В общем, до мистера Лоусона мы добраться не сможем при всём желании. Сожалею.

— Мы — это кто? — всё же спросила Миранда.

В ответ на это азари уперлась предплечьями в спину девушки и навалилась всем весом. Хрустнуло всё что можно и всё что нельзя. Тело вновь онемело, воздух с громким свистом покинул лёгкие, а у не ожидавшей ничего подобного оперативницы на краткий миг потемнело в глазах. Абсолютно все глобальные проблемы сразу ушли на второй план.

— Когда это закончится? — Просипела женщина на вдохе.

— Не скоро. Я, можно сказать, только начала заниматься вашей спиной, но вы не беспокойтесь, я буду вас предупреждать.

В течение последующего получаса азари с маниакальной педантичностью перебрала весь позвоночник своей жертвы. Миранда выла, стонала и шипела, как змея, но не сопротивлялась, а когда всё закончилось, почувствовала себя не то чтобы на седьмом небе, но врата рая были определённо где-то неподалёку. Взмокшая от работы Лантея накрыла её с ног до головы толстенным махровым полотенцем и облегченно выдохнула.

— Полежите полчасика, потом продолжим.

Миранда подгребла руки под голову (на нормальное движение сил не было) и скосила глаза на настенные часы. С момента её прихода в салон прошло полтора часа, а казалось — целая вечность. Полежав ещё минут пять с закрытыми глазами, она поборола навалившуюся сонливость и заскользила глазами по помещению.

Просторная комната шесть на шесть. Один довольно мягкий массажный стол, который она сейчас и занимала, пол из голубого дерева, мягкое тёплое освещение. Стены тоже были отделаны деревом, но уже красным. В углах стояли ничем не прикрытые обелиски глушилок. Хорошая игрушка, такая заглушит любой жучок, не говоря уж о сигнале уни-инструмента. А ведь это только то, что видно глазу, наверняка есть и дублирующие системы.

Стены заставлены многочисленными декоративными шкафчиками с кремами, маслами и мазями в таком количестве, что Миранде и не снилось. Один угол был оборудован стойкой, столиком и холодильником, у которого сейчас и стояла Лантея, жадно припав к бутылке с водой.

Только одна стена была завешена портьерой, на которой был выткан смутно знакомый пейзаж. Довольно агрессивного настроя, что резко контрастировало с общей расслабляющей атмосферой помещения. Одинокое древо, которое почти вырвал из почвы ураган, и оно отчаянно цепляется мощными корнями за рыхлую почву. Женщина нахмурилась, она совершенно точно видела эту картину раньше, но вспомнить не могла, и это было странно.

— По сути, в системе, оберегающей вашу сестру, ничего не изменится, кроме географического положения. Раньше её охранял «Цербер»? Прекрасно, они и будут заниматься этим дальше, а мы будем наблюдать и за девочкой, и за агентами. Ещё подготовим пути отхода и вам, и ей. Кстати, расчетное время эвакуации Орианы из Нос-Астра — двадцать три минуты, с планеты — сорок шесть. Поверьте, это быстро.

Азари подошла к столу и положила перед Мирандой пухлую бумажную папку, которую та спешно раскрыла. В ней было всё, от суточного распорядка Ори до фотокарточек агентов «Цербера», закреплённых за ней. Ещё планы эвакуации практически изо всех районов города.

— Куда её доставят в случае опасности?

— На «Кассандру». Туда-то уж точно ни «Цербер» ни «Лоусон-корп» добраться не сможет.

Миранда бросила ещё один взгляд на портьеру, мысленно выкрасила её в чёрный цвет и обрамила серебром. Получилась очень большая эмблема «Чёрного Ветра». Вот и выяснилось, что за друзья и откуда у них такое влияние. Оперативница мысленно выдохнула. Кот в мешке оказался не таким страшным. Однако... Ну Лео, ну жук! Почему она не подумала об этом раньше?! Было ведь столько намёков! Это было настолько очевидно, что даже в расчёт не принималось! И всё же…

— А как давно Лео в «Чёрном Ветре»?

— Малыш Лео? — Казалось, этот вопрос заставил Лантею задуматься. — не думаю, что могу ответить на этот вопрос достоверно, моя задача собирать сведенья извне, а не разглашать внутренние, но, по-моему, он только дал им название, дальше уж они сами.

***

Призрак не любил проигрывать. Миссия, которую он на себя возложил, требовала постоянных побед, но шахматное поле со времен Войны Первого Контакта принадлежало другому человеку. И лишь ему Джек Харпер мог это простить. Вот и в этот раз ничего не изменилось.

— Мат. — Констатировал факт генерал Петровский. — Хорошая партия.

— Но исход её, как всегда, неизменен. — Он мог простить старому боевому товарищу поражение, но это не значит, что его гордость от этого не страдала.

— Жизнь в наше время такая быстрая. Глазом моргнуть не успеешь, как галактика изменится. Давай, хоть что-то останется постоянным. — Скупо улыбнулся генерал.

— Однажды я тебя сделаю.

— Я жажду этого не меньше, чем ты. — Петровский повернулся к Кроносу на специально принесенном кресле и поднял бокал. — За твои победы. Ныне и в будущем.

— За наши победы. — Ответил ему Призрак.

Помолчали, наслаждаясь напитком.

— Как идёт подготовка?

— Полным ходом, а с теми видеоматериалами, что ты прислал три недели назад, мы вообще вышли на новый уровень. — Петровский поставил бокал и посмотрел на начальника. — Остаётся только спросить, почему ты не сделал этого раньше?

— Мир полон сюрпризов. В том числе и для меня. — Харпер усмехнулся. — Если бы не глупый курьёз в одной из моих лабораторий, я бы даже не знал, что у меня есть специалист такого уровня.

— Мне бы он не помешал.

— Не сейчас. Хочу посмотреть, как его наработки работают в реальном бою, а для этого нужно время.

— Будут работать. Это я тебе, как боевой офицер говорю.

— И тем не менее. Посмотрим, как он будет командовать малой группой. — С нажимом сказал призрак.

— Как скажешь. — Пошёл на попятный Петровский. — Однако, мне нужны все записи его классных занятий, видео с тренировок и повторы симуляций боёв.

— Само собой. Это всё?

Петровский поднялся со своего кресла и уважительно кивнул.

— Всё. Пойду я. Не хочу оставлять своих без присмотра слишком надолго.

Глава 37 Кого-то вербуют долго, а от кого-то не отделаться! Комедийный омак!

Нормандия вот уже третью неделю металась по Терминусу в поисках хоть каких-либо следов Сарена. Команда устала, и Шепард уже всерьёз решил пристать к какой-нибудь населённой планете, чтобы дать людям и нелюдям походить по земле и сбросить стресс в каком-нибудь баре.

— Шепард! — Вырвал новоявленного Спектра из горестных раздумий слегка рокочущий голос турианца.

— Вакариан, — Встряхнулся командир и оглянулся на ксеноса.

Как всегда, идеально сидящая повседневная форма одежды, осанка, про которую так любит пошутить их вредный пилот, а на лице лёгкая тень раздражения. Что-то новенькое. Раньше, когда бы Джон не вытащил парня из-под МАКО, тот выглядел отстраненно вежливо и… как-то гордо, что ли. Разговаривал ровно, сам пытался прощупать собеседника, прежде, чем выказать эмоции. Сейчас же у СПЕКТРа сложилось чувство, что турианец пришёл жаловаться.

— Думаю, у меня появились проблемы на этом корабле.

Издалека зашёл. И это понятно, он на корабле пришлый и не ему сходу обвинять кого-то из людей в чём бы то ни было.

— Вас кто-то оскорбляет или подначивает.

— Не первое точно, — поднял руки Гаррус в останавливающем жесте. — Насчёт второго не уверен.

— Хотелось бы подробностей.

— Конечно. Кто-то крадёт мою еду.

— Извиняюсь? — Это довольно сильно изумило капитана.

— Вы же знаете, что я не могу есть вашу пищу. Поэтому, позаботился об этом заранее и взял хороший такой запас армейских полевых пайков. Договорился с интендантом о месте на складе и оставил запас в каюте, чтобы не беспокоить человека лишний раз. Но на прошлой неделе, я вдруг заметил, что месячный запас тает слишком быстро. — Турианец нервно хохотнул. — у меня хороший аппетит, а беготня по планетам с винтовкой наперевес его только усиливает, но такой расход выше моих сил, вот я и пригляделся.

— Но ведь люди тоже не могут есть вашу еду без последствий. — Удивился коммандер.

— Именно, но и на порчу это не похоже. Выглядит, как будто кто-то выбирает из отдельных упаковок несколько баночек повкуснее и исчезает вместе с ними.

— Вы подозреваете кого-то из экипажа?

— Урднот Рекс точно не провернул бы такое незаметно. — Хмыкнул турик, - а без медицинских данных строить гипотезы я не буду.

— Понял вас, — кивнул Шепард. — в таком случае, давайте навестим доктора Чаквас.

Но визит к судовому врачу не дал результата. Никто из команды не жаловался на пищевое отравление, прочих недомоганий ни у кого не было так же. Более того никто из людей на корабле не мог переваривать декстроаминокислоты. К тому же, до коммандера докатились слухи о новых странностях. В разговоре с сержантами Уильямс и Дженкинсом выяснилось, что иногда они находят инструмент, которым калибруют оружие несколько не там, где оставили с вечера. Нет! Ничего не пропадало и каждый раз всё было в порядке, но это был не их порядок. Вздорные сержанты переругивались и косились друг на друга, но оба клятвенно заверяли, что после отбоя их в арсенал не загонишь.

Последним гвоздём стал рапорт инженера Адамса о том, что ядро массы без каких-либо предварительных работ и предпосылок стало работать с большим КПД.

— Чертовщина какая-то. — Размышлял вслух коммандер, находясь у себя в каюте. Потом подумал хорошенько и принял решение.

Нормандия зависла на орбите одной из необитаемых планет, а внутри неё разгорелась деятельность, более всего похожая на средневековую охоту на ведьм с епископом Прессли во главе, главным инквизитором Шепардом, служебно-розыскным турианцем, капелланами из группы высадки и азари-исповедницей до кучи. Однако, как и в средние века, результатом были лишь случайные жертвы. Одной из таких стала Карин Чаквас, которая увидев, что к ней ломится целая толпа «обысчиков», прокляла всех внеочередным медобследованием и пригрозила прооперировать самых активных.

Результат принес турианец, который, видя маячившую перед собой перспективу скорого голода, собрал всю свою оставшуюся жратву и выставил вокруг неё капканы. В первый раз электроника не сработала. Уни-ловушки, мины-перегрузки и даже дрон-разведчик остались не тронутыми, но на помощь пришёл педантичный Аленко, вспомнив приёмы бойскаутов из далёкого детства.

Так однажды ночью у каюты Гаруса, где был сооружен временный продсклад, что-то громко ухнулось, плесканулось ведро с краской. Сразу же раздался громкий возмущённый писк, а когда разбуженный турианец в тельнике и с винтовкой наперевес вывалился из кубрика, то увидел лишь двух прибежавших полицейских (один искрил перегрузкой, второй отбивался от турианского дрона, отважно тыкающего защитный комбез человека тазером) и здоровенную чёрную кляксу, от которой к лестнице тянулась вереница маленьких следов.

На шум сбежались все, кому не лень. Первым в оставшуюся ловушку влетел Кайден, забывший спросонок, что сам помогал её ставить, от второй Дженкинс своевременно оттащил Эшли. Коммандеру из своей каюты бежать было дальше всех, посему он устремился не к источнику шума, а вниз по технической лестнице, куда вел след из краски.

У запертой наглухо двери технической палубы уже стоял полностью вооруженный Урднот. Его руки предвкушающие сжимали "Грааль", глаза весело блестели, а ноздри азартно раздувались.

— Шепард! — Рыкнул наёмник. — Оно заперлось в отсеке с ядром! Теперь ему некуда деваться!

— Ты видел, кто это был?

— Нет, едва успел открыть глаза. Только метнувшуюся тень вот здесь. — Рекс ткнул пальцем в пост интенданта, за креслом которого и была техническая лестница с жилой палубы. Точно посередине рабочего «трона» торчал и мерзко вонял расплавленным пластиком всё ещё горячий шип, которые кроганы по ошибке называли пулями. Само кресло было вбито в ту самую лестницу точно посередине. Значит кроган шарахнул, на звук, не успев открыть глаза.

Решив пока не обращать внимания на порчу имущества, а также на тот факт, что выстрела слышно не было, Шепард ткнулся в дверь, она не открывалась даже капитанским идентификатором.

К тому времени, когда группа высадки в компании инженеров вывалилась из грузового лифта ситуация уже накалилась до предела, а после того, как от двери, разведя руками отошёл инженер Адамс, кроган, уже настроившийся на драку грохнул кулаком в переборку.

— Открывай, пыжак! Или я вышибу эту дверь вместе со стеной!

— Только попробуй! — Раздался воинственный писк из динамика.

— Прими свою судьбу достойно, — продолжал переговоры кроган, — если сдашься сейчас, сделаю всё быстро и почти без боли.

Так продолжалось ещё какое-то время. До того момента, пока Гаррус с громким шлепком не впечатал трёхпалую ладонь себе в лоб.

— Святые духи! — Воскликнул он. — Я вспомнил, где слышал этот голос!

Группа высадки моментально навострила уши и принялась вслушиваться.

— Кто бы вы ни были, сдавайтесь. — Крикнул Аленко, для завязки диалога. — Не вынуждайте нас идти на крайние меры.

— Нет, это ВЫ не вынуждайте МЕНЯ! — Бойко пропищали динамики.

Тусклая тень узнавания нависла над коммандером.

— Не глупите мисс, вы в ловушке.

— Вы тоже! Не забывайте кто из нас сейчас заперт в обнимку с ядром массы!

— Не может быть. — Выдал Лирой. Рекс опустил дробовик и мерзко хихикал, Эшли печально вздохнула, Кайден что-то шёпотом начал объяснять Адамсу, Гаррус усиленно тёр ладонью лицо. Лишь только Пресли не убирал руки с кобуры табельного пистолета. Лиара, наверное, порадовалась бы, что теперь на борту есть кто-то более раздражающий окружающих, чем она, но увы, не соизволила проснуться.

Тем временем, старший инженер дослушал Аленко и бочком-бочком подгрёб к СПЕКТру.

— Командер, вы представляете, что может сделать кварианка, запертая в сердце корабля? — Прошипел он так, что не услышала, пожалуй, только вышеупомянутая Лиара.

— Она три недели пешком ходила мимо охраны на сверхсекретном корабле Альянса, Грег. — Так же «прошептал» Шепард. — Представляю.

— Настоятельно рекомендую переговоры. — Продолжил вещать Адамс. — Планета под нами необитаема и весьма враждебна.

— Об этом факте я тоже в курсе.

— Тогда, может, поговорите с ней? Только помягче.

Шепард моргнул. А ведь он действительно ни разу ещё не обратился к кварианке. Даже не узнал, чего она этим самым добивается. А о чём говорить с девочкой, уже раз ответив на её просьбу отказом? Тяжело вздохнув, Джон подошёл к двери и произнес в рацию:

— Тали’Зора, открой дверь в машинное отделение.

— Ни за что! У вас там кроган!

— Хе-хе-хе. — Это Рекс.

— Войду только я и инженер Адамс. — И поясняя своё решение больше инженеру, чем «зайчихе», добавил. — Хочу, чтобы он убедился в исправности корабля.

Полсекунды ответа не было, но вот индикатор на двери позеленел, а кварианка убитым голосом произнесла:

— Входите.

Рекс, было, дёрнулся, но Шепард придержал его за бицепс, а когда недовольный кроган повернулся к нему, покачал головой. Здоровяку этого хватило.

Створки сомкнулись, скрыв за собой спины людей, сознательный Аленко сразу вызвал по рации судового врача, Рекс оповестил всех, что пошёл спать, так как веселье закончилось. Остальные же решили дождаться, чем всё кончится.

Эпилог себя ждать не заставил. Где-то спустя десять минут из отсека с ядром, подражая винной пробке под крик Шепарда вылетел ошарашенный и красный, как помидор Адамс.

— …Защитник, мля, нашёлся! Не корабль, а проходная!! — И пока дверь не успела закрыться: — И после этого мне не относиться к тебе, как к ребёнку?!...

— Это кого он так? — Удивлённо спросила вновь прибывшая и потому неосведомлённая о минувших открытиях азари. Судя по тому, что аптечку несла она, Чаквас впервые в жизни решила пренебречь своими обязанностями

— Зайцев. — ответил Лирой и с упоением принялся описывать юной азари серых косоглазых млекопитающих. Под крик коммандера (дверь постоянно придерживала Уильямс), звучало весьма контрастно, так что если бы у Лиары были уши, точно бы завяли. Их отсутствие она компенсировала соответствующей мимикой до тех пор, пока Аленко не прикрыл фонтан младшего по званию и не разъяснил в чём дело.

Времени лейтенанту как раз хватило и под конец его спича из ядра с тем же темпом, что и Адамс выскочила Тали’Зора.

— Привет Тали, — Всё что успел сказать Гаррус. Пока рёв капитана вновь не достиг их ушей.

— В медотсек! Живо!!! И чтобы носа оттуда не казала, пока я не придумаю, что с тобой делать!

Кварианку как ветром сдуло, а спустя минуту из «машины» вышел сам СПЕКТР. Взмыленный, красный, уставший.

— Лиара, и вы здесь. — Улыбнулся он синенькой, как ни в чём не бывало.

— Её отдадут под трибунал? — Вместо ответного приветствия спросила та.

— Ага, как же. — Фыркнул Шепард. — Адамс тогда меня без приправы сожрёт. Нет уж. Пусть до Цитадели промаринуется в неведении, а там я её в штат определю. Такие таланты надо держать поближе, во избежание…

Глава 38 О замечательных советах, хорошей компании и не очень качественной разведке.

Тали в последний раз с тоской оглядела свой жилой модуль на Райе. Скоро, скоро она, как и многие до неё отправится в паломничество. Это обстоятельство порождало в душе девушки совершенно дикий коктейль эмоций, который вот уже неделю не давал ей усидеть спокойно хотя бы две минуты. С одной стороны, жутко не хотелось покидать родной корабль. Такой спокойный, дружелюбный и безопасный. С другой — манила неизвестность. Романтика, что обещает космос тем, кто его достоин, возможность пройтись по лезвию бритвы, если того потребуют обстоятельство и свобода от постоянного контроля со стороны старших. Плюс высокая награда в конце, которой просто не может не быть!

Динамик на двери разразился мелодичной трелью, сообщившей вздрогнувшей от неожиданности девушке о посетителе.

— Я сейчас! — Воскликнула она неизвестно кому и пулей вылетела из личного блока в общую комнату жилого модуля, который она делила с тремя ровесницами и предприняла экстренную попытку убрать весь творческий беспорядок, царивший там, но через минуту осознала, что это бесполезно и открыла дверь.

В коридоре стояла адмирал Шала’Раан, когда-то заменившая ей мать и по сути, второй родной кварианец для Тали.

— Собираешься? — Осведомилась она, оглядев маленькое помещение.

— Да, тётушка. К церемонии буду готова.

— Это хорошо. Я как раз хотела узнать о твоих будущих планах.

На это молодая кварианка только неопределённо повела плечами.

— Ну, у нас есть примерный маршрут. — Осторожно ответила девушка. — Очень хочу посмотреть пространство Цитадели, но, может быть, мы с ребятами двинемся сразу к какой-нибудь колонии.

Шала’Раан на это лишь горестно покачала головой.

— Хотела порекомендовать тебе одно замечательное место.

Тали посмотрела на воспитательницу с немалой долей удивления, а потом весело расхохоталась.

— Какое же это у меня будет паломничество, если даже там ты будешь опекать меня?

— Безопасное. — Неожиданно жёстко ответила воспитательница. — Космос таит множество возможностей расстаться с жизнью и свободой. Подчас даже не знаешь, что хуже, поверь моему опыту.

— Тётя, ты чего? — Тали решительно не нравилось, куда клонит адмирал.

— Когда я уходила в своё странствие, мы с подругами вшивали под подкладку скафандра мягкую ампулу с ядом. Вот сюда. — Адмирал ткнула себя в подбородок под жёсткое забрало шлема. — Так просто не раздавишь, но, если понадобится, достаточно ткнуть пальцем посильнее и смесь моментально пропитывает дыхательный фильтр после чего засыпаешь. Насовсем.

— Но зачем?! — Воскликнула немало изумившаяся девушка.

— Чтобы не мучиться. Мне, вот, повезло не воспользоваться ампулой, но со мной уходило ещё три девушки, и я очень надеюсь, что они хотя бы успели… — Воспоминания заставили женщину содрогнуться.

— Тётя Раан! Зачем ты мне всё это рассказываешь?!

— Затем что знаю, что сейчас у тебя на уме. — С тоской вздохнула Раан. — Романтика, приключения, как во «Флоте и Флотилии», великая любовь в виде турианца с лицом героя из «Лучшего из Лучших», спасение галактики между делом и возвращение во Флот на трофейном дредноуте.

Младшая Зора хотела праведно возмутиться, даже вскочила с табуретки, на которую уселась в ходе разговора, но, видимо, слова, сказанные тётей, были верны на все двести процентов. Смущённая до крайности девушка повалилась обратно на табурет.

— Ладно, тётя, обойдёмся без красавчиков. — Тали глупо хихикнула и забегала глазами-огоньками по комнате, чтобы только не встретиться взглядом с Шалой. Как это часто бывало в подобных ситуациях — не получилось. — Что ты предлагаешь?

— Я не настаиваю. — Сразу обозначила свою позицию Шала’Раан. — Но убедительно прошу тебя рассмотреть вариант программы «Безопасное паломничество», который нам организовал…

— Раал’Тар вас Нидас. — Закончила Тали с такой смесью отвращения и удивления в голосе, что адмирал невольно отшатнулась. — Тётя! Как у тебя язык повернулся предложить мне пойти в услужение этому бош’тету?!

— Тали, я не…

— Нет! Это я не понимаю, что вы все так носитесь с этим… этим… предателем! — Пылала девушка праведным гневом. — Вы вообще помните за что его изгнали из флота?! Он прилюдно избил папу!!! А когда его вроде бы простили он отказался от имени принявшего его корабля! И это я тебе, дорогая тётушка, говорю только то, что первое приходит на ум! Кила! Да я в шоке просто от того факта, что тогда его сразу не выбросили в шлюз за нападение на адмирала!!

— Девочка моя, всё было не так… — Попыталась оправдаться Раан, но уже сама понимала, что отцовский характер не даст девушке её дослушать. Так и случилось.

— Тебя в отличие от меня там не было!

— Тали…

— Нет, ты дослушай! Позволь мне рассказать тебе, что я видела! Какой-то кварианец-мутант-переросток орёт на адмирала, который вдвое меньше его, а когда тот пытается что-то возразить, так бьёт его, что он улетает на несколько метров! — Девушка взяла паузу на пару всхлипов. — А теперь ты, тётя, мне говоришь, что там всё было не так и предлагаешь работать на него?! Этого не будет!

Шала’Раан спокойно дождалась окончания гневной трирады своей воспитанницы, хотя, ей было в новинку видеть её такой, Раэль, по молодости, учинял и не такие истерики.

— Закончила? — Холодно спросила адмирал. Видит Кила, она никогда не повышала голос на свою любимицу, тем более она старалась быть с девочкой, рано потерявшей мать как можно мягче, но всякому терпению приходит конец. — Теперь ты меня послушай. Я тоже до последнего считала, что в том случае виноват Раал’Тар. Пока не побывала на Файе и своими глазами не увидела, что он делает. Потому-то и изучила тот случай всесторонне. Ты знаешь, сколько боевых вылетов на счету у этого, как ты выразилась, «предателя»? А сколько друзей он похоронил, ты знаешь? Ему просто надоело терять близких, поэтому он и ушёл.

— Сбежал. — Тихо буркнула Тали, но за пределы шлема это слово не вылетело. Во избежание…

— Вместо этого он поступил умнее многих. — Продолжила меж тем Шала’Раан. — Реализовал возможности, появившиеся у него за пределами флота и адаптировал для нас целую трансвидовую компанию. И в этой компании твои, Тали, соотечественники сейчас чувствуют себя куда комфортнее, чем даже во флоте!

— И это по-твоему правильно? — Не выдержала девушка. — Забыть дом, работать не на благо флота, а на какого-то дядю? Тётя Раан, да он им там мозги промывает!

— Не говори ерунды! Там на верфи они ремонтируют наши же корабли. — В голосе адмирала даже сквозь вокабулятор слышалась откровенная усталость. — Посмотри хотя бы, как они отремонтировали «Тонбай», да он с новья так не летал. А «Аларей»? Между прочим, лайнер твоего отца побывал в Истмаре одним из первых. И знаешь во что нам обошлись все эти ремонты? В себестоимость заменяемых частей и всё, так что твои обвинения в адрес Раал’Тара и «Нового Горизонта» — это лишь старые обиды и ничего больше.

Тали насупилась.

— А по поводу того инцидента, — сложила руки на груди Раан, — почему бы тебе не слетать туда со следующим кораблём и не спросить, как было дело у самого Раал’Тара? В конце концов, не станет же он тебя задерживать, если ты захочешь продолжить путешествие.

Тали задумалась. Она действительно всеми фибрами души ненавидела этого напыщенного переростка, но если то о чём говорит тётя Раан правда, то он заслуживал хотя бы быть выслушанным. Или она просто двинет ему по шлему, как мечтала все эти годы. Ещё в пользу этого варианта был трафик кораблей, которые шли из Файи во все концы галактики.

— Хорошо, тётя, я предложу ребятам вашу идею.

— О большем и не прошу.

Шала собиралась сказать ещё что-то, но её сбил с мысли вновь зазвонивший дверной звонок. На этот раз к дочери пришёл сам Раэль и Шала’Раан покинула их, дав им побыть наедине в последний раз за очень долгое время, а спустя несколько часов началась церемония прощания, Райя отправляла в путь новую группу вчерашних детей. Им всем желали удачи, лёгкой дороги, ясного космоса, великих открытий и одаривали напоследок. После чего паломники разделились на несколько групп и отправились в доки, где их ждали корабли, отправляющиеся кто куда.

Самая большая группа ожидаемо ушла на Файю, но Тали в ней, увы, не было.

***

Надёжно зафиксированного темнокожего турианца на специальной платформе привезли в небольшую и довольно мрачную комнатку без окон. Ровно посередине эту комнату разделял полупрозрачный экран силового поля. Как только каталка, подталкиваемая двумя людьми, заехала в комнату, путы неожиданно ослабли и массивное тело, проведшее несколько часов в неподвижном состоянии, распласталось на полу. Он даже понять ничего не успел, только и увидел с пола, как конвоиры слаженным движением выдёргивают каталку в коридор, а переборка резким рывком встаёт на своё законное место.

Сразу же после этого из стены выехала жёсткая лавка, на которой пленнику, судя по всему, предлагалось провести оставшееся время.

Турианец с кряхтением поднялся с пола и принялся разминать затёкшие мышцы. Дал пару кругов по комнате и только после этого уселся на предложенное ему сиденье. Сразу же после этого погас свет.

Сколько времени прошло с тех пор, пленник не знал, но проснулся он не сам, его разбудило тихое шипение силового экрана, сквозь который в комнату были доставлены новые предметы. Стул, небольшой стол, выдвинутый из экрана наполовину, на столе стакан и тарелка с горячей пищей. Свет в узилище зажегся, едва его обитатель открыл глаза. Он не ел и не пил чуть больше стандартных галактических суток, а от тарелки поднимался такой дивный аромат, что желудок буквально сводило.

Пленник поднялся с нагретого места и подошёл к угощению.

— Хм. — Прокомментировал он увиденное. — А неплохо для последнего обеда.

В стакане, судя по запаху, был налит эрг, а на тарелке были аккуратно выложены крупные кусочки мяса палавенских рачков, не деликатес, но удовольствие не дешёвое.

Так же на стуле лежала гражданская одежда. Космопехи, которые вытряхивали его из брони об этом вовремя не позаботились. Только одеждой, после тщательного осмотра, пленник и воспользовался.

Прошло ещё немало времени прежде чем о пленнике вспомнили, но всё же это случилось. В комнату по другую сторону силового поля вошёл его соотечественник, такой же темнокожий турианец, разве что был он значительно старше. И тоже без брони, зато в повседневной форме «Чёрного Ветра». Впрочем, пленный узнал его и так. Именно этот разумный командовал захватом его судна.

— СПЕКТР Найлус Крайк, рад приветствовать вас на борту «Летучего Голландца», — Учтиво склонил голову пожилой. — Я Хартис Чаган, капитан этого корабля, а также представитель службы безопасности «Нового Горизонта» в этом секторе космоса. Должен принести Вам свои извинения за столь грубый метод вашей изоляции, однако, насколько мне известно, ваша команда не знала на кого работает, так что мы решили сохранить ваше инкогнито хотя бы для них.

Несмотря на суть высказывания, в голосе старика не было и намёка на издёвку.

— С чего вы решили, что я из Спец Корпуса?

— Вы слишком спокойны для пирата. — Просто ответил Чаган. — Слишком сильно отличаетесь от нанятых вами наёмников, ваше снаряжение намного лучше их, но вы его не светили, оставляя в каюте. Мне этого было достаточно, чтобы уточнить о вас информацию у командования. Те связались с агентами Серого Посредника и за скромную плату пробили вашу биометрию по его картотеке. На всё про всё два часа.

— Прекрасно. — С чувством выдохнул пленник. — Раз уж вы знаете, кто я, почему я всё ещё задержан? Цитадель не одобрит такого пренебрежения её властью.

— Потому что Траверс. — Развёл руками старик. — Здесь ваши полномочия подтверждены лишь скоростью прибытия подкрепления. То есть ничем.

— В таком случае, почему я ещё не летаю в космосе без скафандра? — Крайк, наконец, соизволил присесть напротив своего собеседника. — Как я уже сказал, Цитадель не потерпит такого пренебрежения к своей власти, а нападение на СПЕКТРа, это высшая форма пренебрежения.

— Только если трактовать это как нападение. — Оскалился в улыбке капитан.

— Серьёзно? Значит, обстрел мирного судна и взятие его на абордаж вы уже и нападением не считаете? Хорошо. Согласен переквалифицировать статью обвинительного приговора на «Пиратство».

— И снова не угадали. — Чаган был само великодушие и всепрощение, хотя слова СПЕКТРа о пиратстве его слегка покоробили. — Насколько я понимаю, при захвате вашего судна обошлось без трупов. Мы использовали оглушающее оружие, наёмники же не смогли доставить нам серьёзных проблем. За исключением пары легко раненных. Это даёт мне надежду на то, что нам удастся урегулировать наши разногласия путём выплаты компенсаций и ремонта.

— Собираетесь купить меня?

— Ну что вы! У вас репутация честного и достаточно либерального военного, которую я ни за что не позволил бы себе запятнать. Купить я хочу только вашу команду, Вам же я предлагаю ответы, которые вы пытались получить, устраивая эту нелепую разведку на территории лояльной власти Цитадели корпорации.

Найлусу показалось, что он ослышался.

— Так просто?

— Разумеется нет. Вы должны пообещать, что, если ответы Вас удовлетворят, ограничитесь кратким отчётом для Совета, без цифр и подробностей. Всё-таки мы не обязаны открывать перед посторонними наши корпоративные тайны.

— А если нет?

— Отправитесь на Цитадель первым же рейсом с «Кассандры». — Припечатал Чаган так же убийственно вежливо. — Решайтесь.

Сказав это, капитан покинул пленника, дав тому время подумать. И тот подумал, потом всё-таки съел всё что ему принесли и подумал ещё раз. Вскоре капитан снова навестил его.

— Что вы решили?

— Я хочу знать, куда из вашей компании пропало восемь тысяч подданных Турианской иерархии, а совету интересно, на что уходит сырьё, которое вы добываете, но не продаёте. Если вы не готовы на них ответить, то вам лучше меня сразу убить, но это ничего не изменит.

— Как вам будет угодно.

Примерно сутки спустя Крайк сидел в смотровой палубе «Летучего Голландца» где-то в неизведанной части космоса и обалдевшим взором смотрел на корабль в иллюминаторе. По виду он более всего напоминал вытянутый катамаран с очень мощной средней частью, возвышающейся над общей конструкцией на протяжении почти всего судна. Ближе к хвостовому отделу располагалось ядро массы, из-за чего конструкция ещё больше раздувалась, объединяя обе «гондолы» в один громадный призмообразный корпус, завершающийся двигателями. Никаких намёков на курсовой ускоритель, только оборонительные турели вдоль всего корпуса. И одна немаловажная деталь. У турианцев не было подобных авианосцев ранее, уж в этом-то Найлус был уверен, но то, что корабль проектировал турианец и для турианцев он мог поклясться. А его размеры…

— Четыре тысячи семьсот метров в длину. — Не веря своим глазам прочитал он с планшета вслух.

— Тысяча двести двадцать в ширину. — Продолжил за него Чаган, прихлёбывая эрг. — Полностью автономный материнский корабль, предназначенный для одновременного проживания полутора миллионов разумных. И у нас таких четыре.

— Но зачем?! Каково назначение этого исполина? Он ведь даже с ретранслятором взаимодействовать не может.

— И не должен. Его функция — разведка глубокого космоса. И не смотрите на размеры, он очень быстрый. А что до назначения, его цель — открывать ретрансляторы с той стороны. Это позволит нам обойти запрет Цитадели совершенно легальным способом и без какого-либо риска.

— И как это будет выглядеть?

— Я вам говорил, что это очень быстрый корабль? И ещё, вы, конечно же знакомы с фактом, что нам теоретически известно место расположения не только неактивных ретрансляторов, но и тех, к которым они ведут. Вот, например, в соседней системе есть один такой. Этот красавец достигнет противоположного реле примерно за десять месяцев. Плюс ещё пара стандартных лет на исследование окружающего пространства, после чего он активирует ретранслятор и отправляет обратно фрегат с хорошими или не очень новостями, или же возвращается обратно для новой попытки.

— Но для чего такая секретность? Я больше чем уверен, все разумные расы согласились бы поучаствовать в мероприятии такого масштаба. — Не выдержал СПЕКТР.

— Мы хотим эксклюзивные права на освоение новых территорий. — Раздвинул мандибулы Чаган. — А ещё мы хотим, чтобы через десять лет самый последний варрен в галактике знал, что это мы её расширили, мы, а не кто-то другой.

— Хотите попасть в историю? — Усмехнулся Крайк.

— Хотим писать историю сами. — Вернул смешок капитан. — И, по-моему, у нас неплохо получается.

— С этим сложно поспорить.

— Итак, Найлус, вы видели наш самый большой секрет и, я уверен, получили ответы на оба своих вопроса. Сами ведь понимаете, что такого красавца приходится собирать чуть ли не вручную, а о затратах на производство деталей с чертежа вам расскажет любой инженер-кораблестроитель. Так что никуда ваши граждане не пропали, они все заняты строительством и связаны подпиской о неразглашении, но лет через пять, когда проект выйдет на завершающую стадию, они вернутся домой состоятельными и известными разумными. Если не захотят продлить контракт.

— Пожалуй, то, что я увидел, действительно даёт мне все необходимые ответы и… немного шокирует. Скорее всего, если вы дадите мне отчёты по остальным судам этой серии для разового прочтения, я смогу дать советникам необходимые разъяснения.

***

— Как себя чувствуешь, Чаган? — Участливо осведомилась голограмма Раал’Тара.

— Как нянька. — Вымученно ответил капитан. — Я показал ему «Первопроходец-три», вроде бы его это удовлетворило. Сдержит ли он своё слово — я не знаю, но он довольно молод, а молодые турианцы помешаны на своей чести.

— Ну что ж, будем надеяться. — По тону кварианца было понятно, что он не очень-то хочет оставлять ситуацию на волю случая.

— Только и остаётся. — Кивнул Хартис. — Раал, ты меня извини, но я вроде бы обо всём отчитался, а этот СПЕКТР вконец загонял старика.

— Понимаю, капитан, отдыхайте. Раал’Тар, конец связи. — Голограмма отключилась, а капитан отправился в каюту.

Раал’Тар же в этот самый момент барабанил пальцами по столешнице и старался просто не думать. Но не получалось. В голове бушевал водоворот из мыслей, главной из которых была: "Хорошо, что СПЕКТР увидел только это".

Глава 39 О неприятных новостях, успешных "невозможных" полётах и проваленных миссиях.

Корабль класса «Первопроходец-1» был внесерийным концептом во многом уступающим своим братьям по линейке производства, однако, как и всякий прототип, в чём-то превосходил остальных. Он был куда меньше тройки, всего лишь два километра в длину и девятьсот метров в самой широкой части корпуса. Да и собирался он не с нуля. Лет пять назад «Новый Горизонт» оптово скупал у всех рас цитадели весь ненужный металл, что болтался в космосе уже несколько столетий, среди хлама оказалось немало списанных судов, среди которых и оказался бывший дредноут Иерархии, который тогда выглядел не краше лежалого яблочного огрызка.

Инженеров компании это не остановило. Корпус резали, перестраивали, слегка раздули. Место, отведённое под курсовые ускорители, использовали более рационально. В общем, изгалялись, как могли, и, наконец, спустя три года выдали результат.

В результате, корабль всё ещё напоминал турианский, но лишь очертаниями носовой части. Если же сравнивать его с остальными «Первопроходцами», то отличий было куда меньше, однако они были. Так этому кораблю для нормальной работы требовался экипаж из полутора сотен разумных дежурной вахты, включая операторов оружия. Число перевозимых пассажиров было снижено до десяти тысяч. Также в жертву богу скорости были принесены перерабатывающие комплексы, которых на борту осталось ровно столько, чтобы они могли обеспечить минимальную автономность судна. Так, корабль мог зависнуть у какого-нибудь пояса астероидов на пару недель и, с помощью кораблей-добытчиков наколупать себе материалов для ремонта обшивки или руды нулевого элемента, но верфей, в отличие от остальных кораблей он на себе не нёс.

Ещё этот корабль получился довольно зубастым. Несмотря на то, что от курсовых ускорителей отказались, он имел огромный арсенал турелей, систем ПОИСК и торпедных пусковых установок и мог вести уверенный бой на «крейсерской» дистанции и ближе, даже с многократно превосходящим его противником. Кто-то из военных специалистов, участвующих в строительстве клялся, что «Единичку» невозможно взять на абордаж. Хотя, тут он был прав по многим причинам. Для штурма ТАКИХ судов требовалась целая армия.

Ядро массы же корабль получил точно такое же, как и на других кораблях серии, что при его размерах было явно избыточно, это было причиной того, что при переходе на сверхскорость, экипаж корабля испытывал довольно сильные перегрузки, а не просто «лёгкий толчок», но расстояние, которое он преодолевал за раз, позволяло смотреть на эту досадную мелочь сквозь пальцы. Да и от возможности пользоваться ретрансляторами пока решили не отказываться.

Самый быстрый корабль в Галактике и сегодня подходил к концу его первый полёт.

— Тридцать секунд до выхода в нормальный космос. — Отчиталась азари-пилот.

— Вас понял. Экипажу приготовиться! — Сразу среагировал капитан-человек.

Никакой паники, просто несколько операторов проверили, замки ремней безопасности на себе.

Монотонное «три… два… один…» бортового ВИ и вот, корабль с резким рывком выходит в нормальное пространство.

— Навигатор.

— Я! — Отозвался молодой турианец. — Подтверждаю, мы в Пространстве Пангеи.

Сразу после его отчёта, отовсюду на пульт капитана посыпались отчёты о состоянии корабля и экипажа.

— Машина — норма.

— Ядро массы — норма.

— Пилоты — норма.

— Канониры — норма.

— Ангары — норма.

— Пассажиры — норма.

— Медотсек — норма.

Грегори Фоукс, а именно так звали капитана облегчённо вздохнул. Они это сделали. И даже не убились на полдороги.

— Рассчитать курс до системы Убежище. Вторая планета.

— Есть!

— Группе высадки начать приготовления.

— Есть!

Отдав ещё с десяток распоряжений, капитан встал со своего кресла, прошёлся по палубе, затем, включил интерком и произнёс:

— Экипаж «Скользящего», от имени руководства «Нового Горизонта» поздравляю вас с окончанием нашего путешествия! Сегодня мы доказали всем, что нас больше не удержит сеть ретрансляторов! Это был долгий путь, наша технология не совершенна, а за время полёта мы все успели друг другу надоесть. Да и летели мы по известным координатам. Которым четыре тысячи лет, м-да. — Улыбнулся кэп, затем, гордо продолжил. — Но это неважно! Мы, экипаж «Скользящего» всё равно были Первыми, кто совершил самостоятельный межзвёздный перелёт на такое расстояние и этого у нас уже не отнять! Отныне наши имена будут вписаны в страницы галактической истории, как имена первопроходцев, когда-то открывших новые континенты на родных планетах!

Рубку заполнили аплодисменты и радостные восклицания.

— Милена, — Обратился первый после Бога к связистке, как только стихли последние аплодисменты. — обеспечьте мне канал связи с Пределом Истмар из моей каюты.

— Есть.

— Мистер Уоллес, — это уже старпому, — командуйте.

Оставшись наедине с квантовым коммуникатором (тоже новая, ранее не испытанная на таких дистанциях, игрушка компании), капитан вошёл в обозначенный жёлтой светящейся линией круг и ввёл свой личный идентификатор. Спустя несколько минут ожидания в проекторе всё же появился знакомый силуэт. Директор Баркли выглядел удивлённым и уставшим, да и приветственная реплика прозвучала из его уст удивительно не по-уставному:

— Фоукс! Слава Богу! — Выдохнул он с ощутимым облегчением.

— Докладываю. — Вытянулся капитан по струнке, — «Скользящий» достиг конечной точки маршрута.

— Принято, капитан, поздравляю. Вы даже не представляете, какое значение имеет для всех нас то, что вы сделали.

— Так точно. Полный отчёт о работе всех систем корабля будет готов в течении сорока восьми часов и…

— Отставить. — Прервал офицера Баркли. — Отчёт предоставите по завершении археологических изысканий на Иле лично. В обратном направлении приказываю использовать ретрансляторы массы.

Если капитан Фоукс и удивился такому приказу, то виду не подал. Это задание изначально не было просто тестовым полётом в один конец. Пассажирами корабля были специалисты в области археологии и технологий протеан. К тому же, по словам Генерального директора Таара, Ил упоминался в Пророчестве, что само по себе делало работу группы высадки куда более значимой, чем сам полёт. Хотя знать об этом сейчас могли лишь капитан, старпом и глава экспедиции.

— Принято. — Только и ответил он.

— И помните, что бы вы там не нашли, следов вашего пребывания на планете остаться не должно.

***

«Скользящий» снялся с орбиты Ила и устремился в сторону ближайшего ретранслятора в дикой спешке спустя две недели исследований. То, что они искали, нашло их само.

***

Новость о том, что геты напали на мирную человеческую колонию близ Аттического Траверса, оставила равнодушными разве что Совет Цитадели, остальная же галактика пребывала в ужасе от «восстания машин». Я же смотрел новостной репортаж как-то отстранённо, без эмоций. Ну да, лагерь археологов в руинах, ну да, погибло много народу, я со своей стороны сделал всё, что мог, а то, чего не сделал пусть останется на моей совести.

О… Что началось потом…

Надо заметить, что ради того, чтобы мы все это увидели, корабль лёг в дрейф, а дежурная вахта была частично снята со своих постов и собрана в трюме, как самом большом помещении, где нам эту новость и поведали, дополнив её таким количеством Пафоса и Патетики, что даже меня проняло бы на «Смерть ЖестянкамЪ», не знай я всей подоплёки ситуации. Но сейчас меня больше всего на свете волновало, как повёл себя в своём первом и, с большой долей вероятности, последнем бою, мой, пожалуй, самый нерадивый воспитанник. На обработку Лироя Дженкинса мне выпало лишь полгода, и я бы с удовольствием потратил на него ещё два раза по столько же. Удивительно твердолобый парень, выбить из его головы детство было тем ещё геморроем. Хотя, если вспоминать тот фрагмент, где он мелькнул в каноне, то персонажиком парень оказался весьма занятным. Чего стоит ответ на вопрос: как салага из учебки оказался на борту секретного стелс-фрегата? Сразу говорю: блата у парня не было.

Э-э-эх… Знать бы подробности…

***

Отлетая от родной колонии Лирой думал, хотя ему хотелось этого меньше всего на свете. Иными словами, после горячки боя парня натурально накрыло. Это был всего лишь пробный полёт нового фрегата. Всего лишь ГРЁБАНЫЙ ТЕСТОВЫЙ ПОЛЁТ, в котором ничего не могло и не должно было пойти не так!!!

Узнав от командира группы (Самого коммандера Джона Шепарда!) о месте назначения парень уже вовсю размечтался, как выпросит увольнительную, обнимет родных, покажет всем на районе, какой он стал крутой… может быть, понапридумывает несколько небылиц о том, как в одиночку брал на абордаж пиратский корвет…

Какое там! Вот он, его первый бой, дома! Под родным солнцем, у пепелища родной колонии. Да как так?! Да и ещё, как он себя повёл… Это же просто ужас! За подобное гнать его надо из Альянса, а лучше сдать в психушку, чтоб не убил кого ненароком. Нарушил строй, группе из-за него приходилось постоянно нестись сломя голову, практически игнорируя укрытия и сметая всё на своём пути… Да сколько раз за тот день он чуть не убил свою группу?!

Лирой понуро опустил глаза в поднос, на котором стоял практически несъедобный «штатовский» полевой паёк, над ним солдат и рефлексировал, но долго побыть в одиночестве ему не дали.

Напротив солдата на стол звучно плюхнулся точно такой же поднос, заставив того вздрогнуть. Дженкинс поднял глаза и торопливо соскочил с места.

— В местах приёма пищи команда «Встать» при приближении офицера не подаётся и не исполняется. — Холодно продекламировал лейтенант Аленко. Обычно флегматичный и в целом добродушный офицер имел все права злиться на новоиспечённого сержанта, так как по его милости заработал лишний тоннель в плече и нервное переутомление. Так что теперь офицер был хмур и язвителен, а руку на фиксаторе носил с поистине генеральским достоинством.

— Виноват. — Растерянно буркнул Лирой и осторожно приземлился на прежнее место.

— Да ладно, боец, не ты первый, кому снесло крышу. — Хмыкнул он и зубами сдёрнул пробку со своего извечного таблеточного тюбика. — Тебе в этом плане повезло куда больше, чем мне.

— То есть, по-вашему, господин лейтенант, это везение?! — Вскричал сержант. — Ничего не перепутали? Командир при смерти, задание провалено, мой дом в огне. Это точно удача?!

На это офицер не отреагировал, просто с каменным лицом опрокинул мензурку с обезболивающими себе в рот и запил большим глотком воды.

— Да, солдат, это твоё везение. — Жестом остановил гневную тираду вспыльчивого юноши и продолжил. — Сгорела не колония, а только лагерь археологов. И именно благодаря нам город остался слегка подпалённым, а не стёртым с лица земли ядерным взрывом. То, что люди погибли — не наша вина, нас там не было. Ну а то, что задание провалено и вместо маяка в трюме на Цитадель мы везём полудохлого СПЕКТРа в стазис-камере, то это пусть у командования голова болит. Андерсона, конечно, жаль, но такова офицерская доля.

Со спектром получилось вообще что-то невообразимое. Когда отряд прибежал к доку челноков космопорта, он стоял спиной к другому турианцу, по-видимому, тому самому Сарену о котором говорил выживший у склада, а тот со спокойствием машины поднимал на соотечественника пистолет. Шепард среагировал моментально, дал длинную очередь по врагу, которую из своей винтовки поддержал Дженкинс. А тот просто прикрылся биотическими барьерами, а потом так приложил обернувшегося Крайка тёмной энергией, что тот улетел куда-то в контейнеры. Нашли его исключительно по пеленгу брони, которую, уже на Нормандии пришлось с него срезать.

Подумав полминуты, лейтенант добавил:

— Кстати, командира ты несказанно удивил.

У Дженкинса от неожиданных откровений лейтенанта глаза полезли из орбит. Он удивил Шепарда?!

— Как?!

— Он думал, что всю дорогу тебя прикрывать придётся. — Лицо лейтенанта исказила кривая усмешка. — А ты попёр так, что ему даже сдерживаться не пришлось.

Перед глазами сержанта вновь пронеслась та сумасшедшая круговерть, что творилась с ними не позднее чем восемь часов назад и содрогнулся. За общением со спокойным и уверенным в себе командиром, он как-то не придавал значения, что Шепард — ветеран множества войн и подобная стычка для него, если не обыденность, то часть жизни.

Но вот у Аленко была немного другая биография.

— А… — Дженкинс покосился на перевязь биотика.

— Зато голова болит меньше. — Отмахнулся лейтенант. — Ты просто в следующий раз аккуратнее будь.

— Есть, быть аккуратнее. — Виновато пробормотал новобранец.

Уже когда мужчины вставали из-за стола к ним с подносом приблизилась Эшли Уильямс. По мнению Лироя, единственная, кто на операции накосячил больше него самого, но к ней претензий не было, девчонка в неравной схватке потеряла весь свой взвод и в одиночку сдерживала гетов.

— Сэр, — наличие подноса не помешало ей вытянуться в струнку перед старшим по званию.

Кайден на это лишь тоскливо вздохнул, но занудствовать по поводу поведения в столовой не стал, что свидетельствовало о просто дикой мигрени:

— Вольно, солдат. — Собирался было пройти мимо, но, видимо, передумал и спросил. — Капитан вас уже опросил?

— Да, сэр. Но я не думаю, что это сильно ему помогло.

— Понятно.

— Э… Сэр… — Эшли перемялась с ноги на ногу. — Капитан Андерсон затребовал мой перевод на Нормандию и… его уже одобрили.

— В таком случае, поздравляю вас, сержант. Вы отличный солдат и удачно впишитесь в нашу группу, если её после всего произошедшего не разгонят к чертям. — Чуть улыбнулся Кайден. — Но перед Шепардом вам всё-таки стоит извиниться.

— Есть, сэр! — О, сколько облегчения было в её голосе!

Лирой кинул беглый взгляд на биотика, но прочесть на его лице ничего не смог, сам же он, когда речь заходила о женщинах в армии, всё же придерживался позиции своего ненавистного «няньки», который когда-то в отношении своей подруги (естественно, так, чтобы она не слышала) выразился вполне конкретно: «Пусть патроны подносит, если больше некому».

К сожалению, большинство представительниц прекрасного пола с такой жизненной позицией было в корне не согласно и с этим приходилось мириться.

— Поздравляю вас, Эшли. — Выдавил из себя Дженкинс. После того, как по его милости чуть не полегла вся группа, он прекрасно понимал чувства Уильямс. Кстати, ему тоже надо идти и просить прощения у коммандера, как только тот проснётся.

И раз уж вспомнили о няньках, интересно, как на это отреагировал бы Леонард?

От неожиданно накативших на него воспоминаний о первом курсе Академии Лирой вздрогнул, как от ведра ледяной воды. Не-е-е-т! Гай… этот… бешеный выкидыш молотильщика его бы не убил, но совершенно точно превратил бы жизнь парня в пылающий ад. Ещё раз. Достаточно было вспомнить, что он для своей группы в академии, в которую Дженкинс угодил по совершенно неизвестной ему причине, выбил у куратора «особые условия обучения», более всего похожие на дисциплинарный лагерь для штрафников. Кста-а-ти!

Сержант, уже направлявшийся к своей каюте, вдруг застыл, озарённый страшной догадкой.

А ведь это и была группа штрафников! Потому как, постоянным составом там было только шестеро! Остальные двадцать человек «залетали» в неё лишь на время. На фоне этого открытия уже не так дико смотрелся тот факт, что каждый вновь прибывший в группу пытался возмущаться, ставить свои порядки, за что и был наказан на ближайшем ФИЗО, потом на стрельбах, потом на теории. После чего затыкался, вставал в конец строя и тихо поскуливая старался делать то же, что и все и не привлекать к себе лишнее внимание Гая.

Так, в бреду и поте пролетел год. Потом Леонарда неожиданно для всех, но вполне обосновано перевели в программу N7, а павшее знамя самого сурового в академии взвода подхватил Джеймс Вега. Понятное дело, в своих идеях он был не так изощрён, но звание самой отмороженной группы на потоке сохранял стойко и превозмогательно, тщательно блюдя все традиции, заложенные козлом-основателем. Когда же пришёл срок выпуститься Веге и его команде, вдруг оказалось, что кроме него, капрала Дженкинса, задавать темп в группе было больше некому.

Сейчас же парень вспоминал тот самый первый год и с ужасом понимал, что хочет туда вернуться. В идеале, чтобы ещё раз вдумчиво послушать всё, что рассказывал им Гай, снова сразиться в боевом симуляторе да пробежать на время полосу препятствий… С ностальгией вспоминалось даже то, как он кидал Дженкинса на занятиях по рукопашной.

Падая на свою кушетку Лирой даже хохотнул. Он ведь с самого начала мечтал обо всём этом. Грезил боевыми наградами, жаркими перестрелками, кровавыми схватками… Всё это его ждало на первом уже курсе и в полном объёме. Надо отметить, именно эти «геройские порывы» всем своим подопечным Леонард выбивал в первую очередь. Качественно и очень больно, приправляя это очень едкими, подчас откровенно оскорбительными комментариями. Сейчас же, после реального боя в висках Лироя тяжёлым молотом долбило понимание того, как же прав был его первый наставник.

Едва додумав эту мысль, сознание выключилось, и парень провалился в глубокое и тревожное небытие.

***

«Скользящий» прибыл в Предел Истмар спустя три недели и передал, чтобы прислали в жилой модуль карантинную команду, которая эвакуировала археологов и все артефакты, что они добыли. Сам же Грегори Фоукс был экстренно доставлен на совещание директоров и опрошен самым подробным образом, после чего ему, как и его команде было предписано вернуться на корабль до дальнейших распоряжений.

После того, как офицер покинул Брифинг-зал, совещание продолжилось.

Точнее, шестеро разумных просто сидели в шоке. Просмотренная запись общения с протеанским ВИ, а также данные, которыми он поделился с археологами… поражали и повергали в глубокое уныние. Жнецы, гибель протеан, последний бастион, ставший братской могилой для десятков тысяч учёных их расы… Всё это выбивало из колеи, шокировало и ужасало.

Первым оттаял саларианец.

— Величайшая из постановок. — Квакнул Долин Хитаси. — Катастрофа галактических масштабов. Ненавижу катастрофы! Предпочитаю счастливый конец.

— Знаете, — Вторым «отошёл» Баркли. — А у меня всё-таки была такая детская глупая надежда, что про конец света он шутит.

— Богиня… — Обхватив голову руками Тиера Л’Гая убито опёрлась локтями о столешницу. — Что же теперь будет?!

— И что теперь? Бить тревогу? — Не остался в стороне Хидис.

— Да кто нам поверит? — Фыркнула Вишез. — Мы же чудики, сектанты. Забыл?

— Да к духам! Мы достаточная сила, чтобы нас выслушали!

— И что потом?!

На этом вопросе все как-то стихли и хором посмотрели на молчавшего до сих пор кварианца. Тот с совершенно непроницаемым видом вертел в руках свою маску и всеобщего внимания, как бы даже не замечал. Но вот он поднял свои светящиеся глаза и выдал.

— Кричать об этом мы не будем. Поздно уже, иначе Лео бы действовал по-другому с самого начала. И не было бы в его планах ни меня ни вас, а так как мы с вами есть, значит, и сделать ещё что-то можем.

Светящийся взгляд, наработанный за долгие годы управления прожёг каждого из присутствующих. Священный ужас, конечно, не вселил, но успокоил.

— Далия, свяжись с нашим Серым другом и закажи выборку по самым адекватным политикам и военачальникам пространства Цитадели, сколько бы это ни стоило. Будем выходить на контакт.

— Хорошо. — Кивнула матриарх.

— Хидис, Джереми, — Вам подбить дела по проектам в чёрном космосе. Ускорить постройку «Первопроходцев» и завершить наконец «Тихую Гавань». Верфь должна была работать на полную мощность ещё три месяца назад! Бюджет вам удваиваю.

Оба солдата синхронно кивнули.

— Долин, Тиера, вам надо подготовить галактику хотя бы на уровне «я это в том фильме видел».

— Понял. — Вновь издал квакающий звук салар.

— А вот я не поняла! — Воскликнула «сценаристка».

— Чего? — Осведомился Раал. — Я уже знаю, что писать ты научилась не хуже Лео. Вот и напишешь пару штук для высокобюджетных блокбастеров на тему апокалипсиса.

— По-твоему это так просто?! — Возмущение девы плавно перерастало в истерику.

— А кому сейчас легко?!

— Нормально. Справимся. Помогу. — Пришёл на помощь своей подопечной Хитаси. Помогло. Азари перестала шуметь и просто захлюпала носом, стараясь никому не мешать.

— Хорошо, тогда заканчиваем, — Встал со своего места Раал. — У всех есть работа. Если кто что ещё придумает — сразу ко мне.

Глава 40 О неожиданностях, автопилоте и шокирующих открытиях.

У Шепарда был ОЧЕНЬ длинный день, полный воистину разнообразных впечатлений. Первыми, кто его встретил были медики Спец Корпуса, оттеснившие от трапа Удину. Именно они должны были транспортировать Найлуса Крайка в реанимацию. Бравые медики оперативно открутили блок анабиозной капсулы с крепежей и, пообещав вернуть его, улетели на медицинском шаттле.

После их отлёта Андерсон горестно вздохнул и полетел в Посольский сектор сдаваться, великодушно дав коммандеру возможность добраться самостоятельно, а заодно пропустить львиную долю желчи, что собирался вылить на них посол.

Дальше больше, слушание, картинное «фи» в исполнении Сарена по голо-связи и поиски хоть какого-то грязного белья на "ЛУЧШЕГО СПЕКТРа" галактики. Зачем? Да от отчаяния. Просто потому что делать больше ничего не оставалось.

Поиски эти можно было описать, как самый настоящий боевик со стрельбой, трупами и истериками, по итогам которого Совет получил-таки доказательства, от которых больше не смог отпираться, а Шепард — звание СПЕКТРа, задание и два официальных прошения о включении в команду по отлову предателей. И хотя с бывшим детективом Вакарианом всё было предельно ясно, снайперов такого уровня во всей галактике по пальцам пересчитать, то вот Тали’Зора нар Райя, пусть и была экспертом по гетам, кстати, единственным доступным на данный момент, но один только взгляд на её обтяжки, гордо именуемые скафандром приводил офицера в тихий ужас. Плюс ко всему воистину легендарная кварианская иммунная система. А всё туда же — хочу в десант.

Точку в душевных метаниях коммандера поставил его бывший капитан, неожиданно огорошивший Джона новостью, что уходит с поста командира «Нормандии» и отдаёт корабль ему. На совершенно логичный вопрос «какого х…?!», Дэвид Андерсон дал развёрнутое пояснение, что козёл отпущения должен быть наказан, и совершенно не важно, кто виноват. Что до кварианки, капитан чётко приказал «брать, пока дают, потому как потом будет надо, но уже не будет».

И Шепард успокоился. Мысленно он уже строил коварные планы экспроприации «Нормандии». Даже как-то представлял, как поднимается на мостик и говорит Андерсону: «Я реквизирую этот корабль с командой до окончания расследования. Приказ СПЕКТРа». Но раз Альянс САМ отдаёт Цитадели свою новейшую разработку, то можно и посторонних инженеров на борт взять. А мисс Зору, зачисленную-таки в десант по поводу гетов можно будет спросить и по рации.

На фоне всех этих приключений совершенно незаметным остался инцидент, в котором Джон в составе полной группы заломился в покои Спутницы и выполнил для неё одну маленькую просьбу. Притом, как она его на это уговорила он не понял даже, выйдя из её личных апартаментов с протеанской безделушкой в руках и щекой, прямо-таки пылающей от благодарного поцелуя синекожей манипуляторши.

Про ханара на площади речи вообще не шло. Его просто шугнули и он поспешил убраться оттуда так быстро, как только позволяла его физиология.

Но вот когда в Академии СБЦ СПЕКТР решил, что его сегодня уже ничто не удивит, дорогу отряду преградил кроган, который в отличие от всех ранее встреченных представителей своей расы, захотел поговорить. Разговор выдался не из лёгких. Кроганская логика окончательно доломала усталый мозг коммандера. Притом настолько, что следующего представителя внеземной жизни, дожидавшегося его непосредственно у трапа, он просто затолкнул в шлюз вместе со всеми. Так же машинально дал отмашку Джокеру готовиться к вылету, Пресли — проложить курс на Террум, интенданту — заняться размещением пополнения, дошёл-таки до капитанского кресла и сказал в интерком что-то воодушевляюще-напутствующее, после чего на том же автопилоте, едва избавившись от брони, занял свободную спальную капсулу и вырубился на целых два часа.

***

Гарек’Ниит вас Холлот. Посланник.

Кварианец осматривал центральный зал жилой палубы «Нормандии» со смешанным чувством. С одной стороны, корабль был нов и прекрасен и его, как представителя кочевого племени он восхищал, но с другой — какого хрена он тут делает?! Благо, вопрос: «кто такой?» и «откуда взялся?» оперативно прояснил лейтенант Аленко. Он же и попросил проявить сострадание к СПЕКТРу и дождаться, когда тот придёт в себя. На что Гарек согласился, покорно сел за стол в обеденном зале и принялся ждать.

Минуты шли неспешно, время от времени к нему подходил кто-то из экипажа. Спрашивали, нужно ли чего-нибудь. То ли из вежливости, то ли в попытке узнать чего он тут расселся. Время от времени на него мимолётные взгляды кидал лейтенант, работающий за консолью неподалёку. Странные люди. Другие. Впрочем нет. Они-то самые обычные, это в Исмаре все другие. Менее зажатые, чуть более громкие, эмоциональные, да и с дисциплиной там чуть-чуть полегче. Всё-же корпорация — это не армия.

Но вот, наконец, случилось то, чего было не избежать. С инженерной палубы на лифте приехала его соотечественница. Тали’Зора нар Райя осторожно приблизилась к нему и села напротив. И сказать, что она была опечалена — значит, не сказать ничего. Более того, её костюм имел несколько новых латок незаметных ни для кого, кроме другого кварианца. О её похождениях на Цитадели Гареку уже донесли так что скорее всего, плохо ей было не только от моральных терзаний. (А теперь все вместе читаем комикс «Родина» про Тали. http:/unicomics.ru/comics/dark-horse-comics/mass-effect-homeworlds-2)

— Тебе бы в лазарет. — Заметил парень, но девушка как бы не услышала его слов.

— Расскажи мне про Файю. — Глухо попросила она.

— Зачем тебе? Ты уже выбрала достойный корабль и достойную Цель.

— Кина хотел лететь туда сразу, а теперь он и остальные… — Кварианка всхлипнула и одёрнула себя. — Давно ты работаешь на Раал'Тара?

— Семь лет. Я из первого набора. — Посланник решил не ковырять рану девушки, хотя на языке вертелось проклятие в адрес тому, кто вообще затеял всю эту хрень с паломничествами. Потому что таких вот «исчезнувших» групп даже сейчас было до ужаса много. Тали ещё повезло. — До сих пор вспоминаю свой шок от увиденного на «Летучем Голландце». Всё такое новенькое, блестящее, кругом порядок и целая палуба наша…

— Похоже на сказку.

— Мы тоже так думали, но дальше больше. «Чёрный Ветер» рос со скоростью снежной лавины. Сначала базировались на Иллиуме, Омеге, к тому моменту, когда получили приказ освободить Зорю, нас уже была целая эскадра.

— И как… к вам относились?

— Поначалу — как и везде. Но нас охраняла репутация самого крутого в Терминусе старпома. Так что, в принципе — терпимо. Правда, от него нам тоже перепадало немало. Но, впоследствии всё шло на пользу. Веселее пошло с освоением Файи. Сейчас там всё круто. Четыре орбитальных города, две верфи, полностью завершённое охранное кольцо. Освоенные планеты…

— А ты не врёшь?

— Данные есть в экстранете на официальном сайте «Нового Горизонта». И заметь: графа «Вакансии» на нём занимает аж полстраницы.

— Да видела. И сколько вас там уже?

— Кварианцев немного. Тысяч пятнадцать-двадцать всего. А вообще численность сотрудников «Горизонта» и «Ветра» приближается к миллиону. Среди нас есть турианцы, люди, азари, волусы, даже батарианцы. И никто из нас никогда не оскорбит другого без причины.

Гарек’Ниит рассказывал, а сам не отрывал взгляд от того, как Тали всё ниже клонится к столу. Сильная девушка. Она смогла выжить и найти квалифицированную помощь, чтобы залатать свои раны, но инфекция, пусть и побеждённая вытянула из неё все силы, так что держалась она на чистой воле. Поэтому кварианец проделал с ней трюк которому его научили ещё на «Голландце». Незаметно изменил настройки вокабулятора шлема, чтобы его голос звучал глубже, а сам стал растягивать слова и в целом говорить медленнее. Так что к концу его рассказа соотечественница откровенно клевала носом.

— Как большая дружная семья, да? — Засыпая пробормотала Тали.

— Да, ну и ещё потому что за это можно ещё и крупный штраф схлопотать.

— Кру-у-у-то. — Девушка окончательно улеглась на стол. — На Цитадели бы так.

И уснула.

Сразу же, как только это произошло к столу подошла седовласая землянка, представилась, как судовой врач и потребовала объяснений. На это Гарек выдал все свои опасения по поводу здоровья девушки и ещё немножечко, чтобы женщина прониклась. Карин Чаквас среагировала моментально, умчавшись в лазарет, готовить палату, а когда вновь открыла дверь, кварианец уже стоял перед ней с девушкой на руках, благо было недалеко. Бережно сгрузив свою ношу на кушетку, он оставил докторше свою аптечку, (в конце концов, запас иммуностимуляторов для кварианцев на корабле предусмотрен не был) и покинул лазарет. Полдела сделано.

***

Даже столь короткий отдых явно пошёл коммандеру на пользу. Когда Шепард выбрался из капсулы, всё худо-бедно утряслось в его голове, даже стали видны какие-то логические цепочки. Вышедший на связь пилот доложил, что они движутся к ретранслятору и до перехода по заданным координатам им лететь ещё столько же. Значит, можно походить по кораблю и посмотреть, как обживается его новая десантная группа. Но сперва — кофе. Гадкий, несладкий, идентичный натуральному, но так необходимый для окончательного восстановления картины мира.

Минута наблюдения, как пищевой синтезатор исторгает в пластиковый стакан чёрную бурду и поход за стол в столовую, из которой коммандер и наблюдал, как незнакомый кварианец сдаёт Тали с рук на руки доктору Чаквас. Первая мысль — рвануться и узнать, что с ней, но голос всё же проснувшегося разума подсказал, что раз больная в руках доктора, то все необходимые меры уже предприняты.

Кварианец между тем вернулся к столу и, заметив Шепарда, ускорил шаг.

— Кто вы такой и что сейчас произошло? — Немного недружелюбно спросил коммандер.

Ксенос остановился в метре от СПЕКТРа и слегка поклонился Шепарду.

— Я представитель охранной компании «Чёрный Ветер» Гарек’Ниит вас Холлот. И сейчас не произошло ничего ужасного, просто девушка устала куда сильнее, чем даже сама думала. Вот и уснула прямо за столом посередине разговора.

— «Чёрный Ветер»… Давно я не слышал этого названия. Рад приветствовать вас на своём корабле.

— Э… а я как-то не очень. — Смутился кварианец. — Видите ли, я не планировал подниматься на борт.

— Тогда как…

— Не помните? А вот мне ваше «И тебя в десант», наверное, ещё полгода сниться будет.

Шепард поперхнулся кофе.

— В оправдание могу сказать, что такому моему поведению предшествовали просто ужасные сутки.

— О, это было написано у вас на лице. Однако, давайте всё же закончим с делами. — Предложил Гарек.

— Конечно. Что же привело вас ко мне? — СПЕКТР поставил на стол пустой стакан и сделал приглашающий жест в сторону теперь уже своей каюты.

— Небольшой подхалимаж со стороны моего руководства.

— Неужели?

— Привыкайте. Вы ведь теперь СПЕКТР, а значит многие сильные мира сего будут хотеть видеть в вас друга, просто для того, чтобы вы не имели их в качестве врагов.

— Хм. И что же вы хотите мне предложить? — Ухватил суть человек.

— Военную помощь в системах Термина.

— Я не ослышался?

— Нет. Четыре крейсера «Чёрного Ветра» отныне будут ждать вашего сигнала. — Данные о составе союзной группировки ушли на уни-инструмент коммандера.

— Слишком роскошный подарок.

— Мы не призываем вас воспользоваться им немедленно. Тем более не хотим, чтобы вы перед нами отчитывались о своём местоположении. Просто имейте их ввиду, если ситуация станет неконтролируемой. Ведь положение спектра в мирах беззакония шатко.

— Что вы захотите от меня взамен? — Нахмурился Шепард.

— Ничего. — Пожал плечами Гарек.

— Почему?

— По воле Пророка. Ну и потому что мне так приказал директор Баркли.

Шепард скосил глаза на собеседника. Не шутит. Хотя… кто поймёт, что варится в этом тонированном котелке? Однако, «Чёрный Ветер» и Джереми Баркли в том числе однажды уже спасли его жизнь.

— Было бы проще, если бы вы сказали, чего от меня хочет «Ветер» тогда можно было бы сказать что-то определённое, а сейчас я даже не знаю, как на это реагировать. Сказать спасибо и быть довольным? Не в этом столетии.

— Прекрасно вас понимаю, Шепард. От себя лишь скажу, что моё руководство свою выгоду с этого поимеет, но что это будет — мне не докладывают. У меня есть приказ и я его исполняю. Собственно, исполнил, передав вам письмо и коды связи.

— Хорошо, я вас услышал. Поблагодарите от меня ваше руководство. И за это, и за то, что спасли меня семь лет назад.

— Обязательно. В таком случае, если это не секретный полёт, я хотел бы связаться со своими, чтобы меня встретили в одной из ваших точек разрядки.

***

Через какое-то время в точке рандеву.

«Нормандия» подлетала к дрейфующему крейсеру. В рубке помимо Джокера и Аленко стояли коммандер и его гость.

— Джокер, они нас видят? — Осведомился Шеп.

— Только в иллюминаторы, кэп. «Малый шум» работает, так что для их систем наведения нас нет.

— Хорошо, пусть высылают шаттл.

— Минуту. — Пилот прибавил скорости и заложил вокруг корабля крутой вираж. — Хо-хо! Это действительно «корабль-призрак»!

— Единственный и неповторимый. — Подтвердил слова пилота Гарек’Ниит.

— С чего ты решил, что это именно «Летучий Голландец»? — Решил уточнить Кайден.

— Вот с этого. — Улыбаясь как идиот Джокер приблизил изображение правого борта корабля. — В галактике есть только один корабль у которого на борту изображена Пинки Пай.

И действительно, Во весь борт на передней части правого борта крейсера красовалась мультяшная розовая пони, салютующая копытом Весёлому Роджеру.

— Говорят, этот рисунок нанесли по приказу самого Пророка. Капитан как-то хотел стереть, но не решился, а потом все привыкли.

Тем временем пилот отправил сообщение и подал голос.

— Птичка вылетела, встречаем.

***

Когда кварианец покинул борт «Нормандии», на пилота уставились две пары удивлённых глаз. Джокер же примерно угадал ход мыслей офицеров и гордо дёрнул свою кепку.

— Запомните, нет ничего более брутального, чем пилот Альянса в свободное от полёта время смотрящий старые детские мультики.

***

Я привычно заступил в жёлтый диск и дождался, когда сенсор считает мои параметры.

— Мистер Гай. — В этот раз большой босс даже не удосужился повернуться ко мне, просто стоял и смотрел в окно, время от времени пуская облака дыма.

— Призрак.

С того момента, как я закончил с чертежами «Нормандии», а также с вставлением фитиля в пятую точку «Фениксов» прошло несколько месяцев и теперь ко мне обращаются не иначе как «господин старший инструктор». И происходит это уже не на патрульном крейсере, а на тренировочной базе «Цербера» «Ванкувер», собственно по названию колонии рядом с которой лагерь базируется.

Так что, походу я на «Лазарь» больше не попаду, что обидно прямо-таки до слёз.

Зато теперь я по вечерам играю в шахматы с просто нереально серьёзным противником. Собственно, людей Петровского меня и подрядили тренировать. В общем, это было не сложно. Городской бой эти, не побоюсь этого слова, солдаты знали получше многих, мне же оставалось посвятить их в особенности боя с инопланетными расами. Поэтому тренировался я в последнее время сам и для себя, а для занятий с личным составом я брал папочку, побольше планшетов с данными и шёл в аудиторию читать самые настоящие лекции.

Рассказывал, какими мерами думает турианец, чем он отличается от батарианца, где у саларианца печень и прочее. В общем, всего понемногу, начиная с анатомии, заканчивая мифами и легендами Палавена, Тессии, и прочих рас. Последние, ввиду отсутствия в лагере большого разнообразия развлечений проходили на «ура» и оканчивались потом серьёзными словесными баталиями. Или не серьёзными, потому как многие из героев того же турианского эпоса с точки зрения человека вытворяли такое, что хоть стой, хоть падай. Азарийские же легенды, ко всеобщему разочарованию постарался пробежать побыстрее (два занятия против шести-восьми для всех остальных) просто потому что чтение текстов эротической направленности перед широкой аудиторией не входит в число моих любимых занятий (не то чтобы откровенная порнуха, но просто чёртова уйма уточнений кто, с кем, зачем, как, в каких позах, сколько раз...).

Вот, собственно и всё, чем я занимался, пока мои друзья нагибали галактику.

— У меня к вам предложение, которое, как я думаю, не оставит вас равнодушным. — Призрак сделал глоток бурбона (или чего у него там в стакане плещется) и уставился на меня своими имплантатами.

— Я весь внимание.

— Война с батарианцами принесла Альянсу много трофеев, — Ой как издалека начал-то… ой не к добру… — Не только территории, но и весьма занятные… открытия. Как вы относитесь к тому, чтобы стать биотиком?

Ой. От подобного предложения я мало-мало окосел и даже не сразу нашёл, что ответить.

— Я что?! Не-е-т!!! — Вот это я неподумавши. Слишком уж… эмоциональным вышел мой отказ.

А вот Призрак на мою реакцию не прореагировал никак.

— Большинство людей на вашем месте с радостью бы согласились. — Кинул он пробный камень, пыхнув сигаретой.

— Ага. Это же большинство не слишком подковано в медицине, — Прошипел всё ещё огорошенный я. — Я этим вопросом интересовался ещё на Омеге, а потом ещё несколько лет проработал с медиком уровня Миранды Лоусон и именно поэтому мой ответ — нет. Я не дам согласия пихать в себя такое железо. Моя нервная система этого не выдержит буквально.

— Это не проект мисс Лоусон. На данный момент у неё другие задачи.

— А… Так этим будет заниматься ещё и не Мира-а-нда…

— Перестаньте кривляться. — Взгляд Харпера похолодел. Ещё сильнее. — То, что этим будет заниматься не Миранда, ещё ни о чём не говорит. В «Цербере» великое множество медиков ничуть ей не уступающих. Но куда более опытных в данном вопросе. И я ни в коем случае не предлагал бы вам операцию, которая не завершится успехом.

— Не имеет значения. — Я наконец-таки совладал с собой. Голос обрёл привычную твёрдость и решительность.

— Я вас понял. И всё же прошу вас подумать вот над чем: вы один из сильнейших бойцов организации, идеально владеете рукопашным боем и огнестрельным оружием, и несмотря на это вас может раскатать в блин средненький биотик. Это разве не обидно?

— А вы найдите сначала биотика, способного меня раскатать, тогда и вернёмся к этому разговору. — Я сверкнул глазами не хуже самого Призрака.

— Хорошо, как скажете, мистер Гай. Призрак, конец связи.

И отключился, оставив меня наедине с весьма нетривиальным вопросом: А чем сейчас, собственно, занимается Кай Ленг?

Глава 41 Опять об археологоведах, промышленном шпионаже и внедрениях.

Проблемы начались, как только «Нормандия» выпрыгнула в нормальный космос в системе Кносс. Джокер сообщил о сигнале аварийного маяка сразу же, а при подлёте к Теруму, на ладаре всплыл целый гетский транспортник. На умоляющий взгляд пилота Шепард ответил волевым «подожди», скомандовал сброс десанта и сам направился в ангар.

Спорить с кварианкой также примчавшейся по команде (благо, из инженерного отсека недалеко было) коммандер посчитал лишней потерей времени и просто скрипнув зубами уселся в МАКО дожидаться сброса. Попутно прекратил войну кроганов и турианцев за право обладания Большой Пушкой, усадив за неё Дженкинса, а недовольных победой человечества ксеносов — в заднюю часть, где трясёт сильнее. Женскую часть экипажа тоже отправил «взад», дабы чувствовали равенство полов, а на место штурмана усадил Аленко. По остаточному принципу.

Несколько минут свободного падения и вот, из задней части машины на всех языках галактики (в большинстве своём нецензурно) последовал доклад о том что все целы и высадка прошла успешно, прослушав который, Джон дал по газам и с пробуксовками устремился на зов помощи.

Поездку, как коммандер ни старался, вынесли все, кроме гетов, попавшихся на пути, по пути, под колёса, разбившихся о лобовик, расстрелянных и взорванных юным дарованием… Было много гетов и судя по тому, что они всё прибывали и прибывали, доктора Т’Сони они всё ещё не нашли. С этой мыслью Шепард и передал Джокеру своё командирское «можно».

После этого дела десанта резко пошли в гору. Роботы для команды столь матёрых волкодавов стали не опаснее взбунтовавшегося пылесоса и были буквально выметены из лагеря. Само же стойбище учёных следовало упомянуть отдельно… Но лучше всех с этим справился Урднот Рекс, оглядев выжженные модули, усеянные обломками платформ, а также дорогу к храму, вымощенную этими самыми обломками.

— А мы точно учёных спасаем?

Дальнейшее увиденное отрядом, в том числе и в самом храме, можно было описать, как последствия минной войны. Обваленные коридоры, следы шрапнели, обожжённые стены, провалы в полах, выбоины везде, где только можно и несколько несработавших каким-то чудом «сюрпризов», после которых отряд существенно замедлился, пропустив вперёд инженеров.

Иногда им попадались скопления гетов, но в толще земли, отрезанные от самой Общности они вели себя как манекены и не важно, гуманоидные ли это были платформы, или же летающие дроны. Судя по всему, на этом и строился расчёт оборонявшихся. Не взорванные коридоры были усеяны запчастями платформ и кусками разорванных взрывами, сожжённых расколотых и до сих пор холодных от «заморозки» ворка и кроганов, довольно часто десантники натыкались на какое-то бесформенное метало-органическое месиво — последствие «деформации», как пояснил Кайден, он же и ответил на животрепещущий вопрос, почему таких вот «лужиц» было не так много. То что все азари — биотики ни для кого не секрет, вот только колдун-колдуну рознь, да и в условиях боя скастовать что-то сложнее броска или биотического взрыва способны только тренированные бойцы.

Несмотря на впечатляющий ущерб машинам, для защитников всё складывалось не так уж и радужно. Тела азари тоже попадались на пути группы высадки, разве что от нападающих они отличались большей… целостностью. Иногда. Когда вначале пути команда наткнулась на синее месиво, только пояснение Рекса открыло людям, чуть было в него не наступившим, что им буквально открылся внутренний мир одной из спасаемых. Конкретно данное же тело было настолько изуродовано, что даже обломков костей в нём было не так много. Возможно, ворка даже сожрали какую-то часть. Дальнейшие находки носили на себе не такой чёткий след ярости нападавших. В основном женщины были просто убиты в перестрелке.

Звуки стрельбы Шепард расслышал только когда потерял счёт коридорам и спускам, успев раз восемь проклясть протеанскую гигантоманию. Подвинув Кайдена и Гарруса он взял «Мститель» наизготовку, и ринулся на шум и успел, что называется, в последний момент и сходу врубился в свалку.

В галерее пятеро азари, укрывшись кто за чем, отбивались от сводного наёмничье-гетского воинства на своём последнем рубеже. Понятное дело, что надолго их сил не хватило бы, но судьба азари, сдавшейся в плен в Терминусе была очевидна, потому дрались учёные дамочки яростно и обречённо. Так что паровой каток въехавший в тыл наступающим пришёлся как нельзя кстати. Крогана, командовавшего синтетиками и паразитами, кстати, усилиями Рекса удалось скрутить и допросить на месте, для этого тому, правда, пришлось отстрелить соплеменнику обе руки и левую ногу, но жалеть пленника желающих не было. Многого пленный, естественно, не сказал, но то что прилетел конкретно валить Лиару по приказу Сарена, не скрывал. Притом, как выглядит жертва, его интересовало мало. После всех признаний так и не назвавший своего имени кроган (тупо не спросили) получил пригоршню вольфрама в морду, а десант принялся помогать выжившим, которые едва стояли на ногах. Они буквально попадали в руки спасателям. Так и пришлось людям и нелюдям выносить учёных на свет божий на своих закорках. Возмущаться подобным вольностям не стала даже Уильямс.

Кто есть кто — разобрались уже на «Нормандии». Из двадцати восьми археологов выжило только семеро, двоих «тяжёлых» выкопали из под груд металлолома только благодаря сигналам брони, их Рекс и Кайден несли с помощью биотики. Остальные, по сравнению с ними отделались лёгким испугом и крайней степенью истощения. Шепард угадал, схватив скафандр с Лиарой, хотя в тот момент ему было в принципе всё равно кого тащить, лишь бы донести до лазарета по этим грёбаным бесконечным коридорам и галереям, до подъёмников, которые судя по всему работали только на останках протеанского пафоса и вот-вот грозили сдохнуть.

Когда же всё-таки искомая азари пришла в себя, то по факту не сказала ничего ценнее «спасибо», ну и заодно поведала историю боя, длившегося почти что трое стандартных суток.

Началось всё с того, что начальница экспедиции получила сообщение о том, что на орбите планеты замечен транспортник гетов. Фала и Амин сразу побежали в свой бокс и приволокли целую кучу оружия, заявив, что нападение будет именно на лагерь археологов, после чего, во избежание вопросов, признались, что они никакие не актрисы, а телохранительницы и им было приказано защитить Лиару именно от синтетиков. После чего вооружили всех ещё не до конца осознавших ситуацию учёных, заставили влезть в скафандры и погнали в храм, навьючив на соотечественниц мешки с припасами, унигелем и оружием.

На вопрос коммандера, выжили ли те азари, Лиара горестно ответила, что Фалу убили где-то за час до их прихода, а Амин в критическом состоянии и до медцентра вообще может не долететь.

Дальше была Цитадель, на которой они с Лиарой и распрощались бы, сдав её в азарийское посольство с рук на руки вместе с остальными археологами, но! Чёрт дёрнул Эшли обмолвиться, что Джон вступил в контакт с протеанским маяком, получив от него видение и в юной робкой деве моментально проснулся бульдог. Нет, она определенно не забыла о своих проблемах и подругах, но вот Шепард почти уверился в том, что обзавёлся второй тенью. А когда «Нормандия» уже пополнила боекомплект и прошла диагностику в доках Альянса и готовилась к отбытию в систему Армстронга, со СПЕКТРом связалась советница Тевос и заявила, что настоятельно рекомендует ему взять с собой доктора Т’Сони, потому как она окажет ему своими знаниями протеан просто неоценимую помощь и, чего греха таить, послужит дополнительным рычагом давления на Бенезию, которая сейчас пребывала на Новерии.

Предложение было более чем разумным и Шепарду ничего не оставалось, кроме как согласиться на него и сменить курс, попутно извинившись перед адмиралом Хакетом за задержку, на что тот ответил пониманием и заверением, что им придётся ждать его пока не построят вторую «Нормандию», но дело прежде всего.

***

Капитан Далия Вишез, а по совместительству один из директоров «Нового Горизонта» стояла на мостике здоровенного транспортника и принимала доклады о готовности. Спустя какое-то время к ней присоединился Раал’Тар, чуть в стороне дождался, когда матриарх закончит проверять данные и оторвётся от консоли и спросил.

— Ну как?

— Всё готово, можно стартовать. С вашего разрешения, господин Генеральный. — Фразу азари произнесла без издёвки, но так, как умеют только очень ехидные разумные.

На это Раал лишь печально вздохнул и произнёс с выдохом.

— Прыжок разрешаю.

Вишез кивнула и по командирски рявкнула:

— Команде покинуть мостик! Пилот на месте! — Затем, дождавшись, когда её приказ будет выполнен, подошла к соотечественнице, сидящей за штурвалом, наклонилась и что-то прошептала прямо в слуховую мембрану и вернулась к кварианцу.

Минуту ничего не происходило. Затем пилот встала, почти строевым шагом дошла до стола навигатора и проложила курс, затем так же молча вернулась в своё кресло и активировала сверхсветовой двигатель.

— Последи за приборами. — Кивнула капитан скафандрику на кресло старшего инженера.

— Есть, капитан. — Припомнил ей тот её недавний тон, затем не удержался и выдал, кивая на пилота. — Никогда к этому не привыкну.

Вишез поморщилась.

— Моё самое большое преступление. Если бы не предстоящее вторжение, ни за что бы на это не пошла.

— Суровые времена требуют суровых решений. — Пожал плечами Раал. — Я вот вообще свой народ эксплуатирую.

— Удачная поговорка на которую можно списать всё. — Скрежетнула зубами азари. — И чтобы ты знал, спать лучше от неё не становится.

— Что же ты с ними такого сделала ужасного? Нет, я в принципе понял, но…

— Я их зомбировала. Запрограммировала им мозг на определённую фразу, услышав которую, их сознание переходит на другой уровень, после чего в определённых условиях они совершают конкретное действие, после которого выключаются. И ничего не помнят. Самое жестокое насилие над разумом, которое можно совершить с помощью слияния. — Вишез посмотрела в глаза снявшего маску Раала. — Чтобы ты знал, это святотатство.

— Они добровольцы. — Вспомнил единственный довод, который мирил Далию с её поступком. — И знали на что шли.

— Добровольцы — это юстицары, которые делают это над собой, сжигая все мосты. Этим же наивным детям мы просто наврали, рассказав красивую сказку про пророчество.

— Так ведь пророчество было! И подтверждение есть! — Не выдержал Раал. Матриарх с тех пор, как «заколдовала» пилотов ныла по этому поводу при каждом удобном случае. Никто из директоров не сомневался, что она испытывает по этому поводу просто смертельную степень стыда, но терпеть её после этого могли не многие.

Вообще с пилотами этими была связана целая эпопея, которая возникла из желания создать действительно секретную базу. В принципе, на просторах бескрайнего космоса это было сделать не сложно. Достаточно было выбрать удалённую звезду в двух-трёх прыжках от Исмара и не делать о ней записей в бортовом журнале. И вуаля. Секретное место готово, осталось только найти абсолютно лояльных пилотов.

И они нашлись. Нескольким десяткам представителей разных рас, что уже работали на компанию предложили повышение, а взамен установить им имплантат самоликвидации, мотивируя это сохранностью корпоративной тайны. На это согласились меньше половины кандидатов и только половину из них Вишез в последствии признала пригодными.

Впоследствии с ними была проведена беседа, в которой разумным открыли страшную правду о Пророчестве и отправили на поиск системы, отвечающей выставленным требованиям. На каждый такой индивидуальный разговор у Вишез ушло примерно по два часа времени, после которого пилота выносили из кабинета матриарха спящего, а азари глотала успокоительные и ходила, как в воду опущенная.

С тех пор, они были преданы Пророчеству до смерти, сами того не осознавая. Даже поведение их изменилось не сильно.

Эти пилоты получили по фрегату и разлетелись на поиски и уже через пару месяцев выдвинули несколько вариантов. Но паранойя Джереми Баркли на этом не успокоилась. Он запретил кому-либо из директоров читать список, а пилотам приказал выбрать самим, что те, немало удивившись и сделали. Затем Далия Вишез поговорила с каждым из них ещё раз. И все плоды их поисков канули втуне, однако теперь каждый из пилотов, сидя в своём кресле и услышав определённую фразу впадал в транс и вёл корабль в выбранную ими звёздную систему. Эту фразу, помимо Вишез, знал только капитан корабля, на котором служил пилот. И каждый раз при её произнесении команда покидала мостик.

С тех пор прошли годы, но ничего не изменилось. Пилоты на тяжёлых транспортниках всё так же в трансе возили в никуда людей, материалы, провиант, части станций, оружие и прочее. Так теперь в неизвестной системе, которую окрестили Тихой Гаванью была верфь аналогичная «Кассандре», несколько оборонительных станций и лабораторий где изобреталось оружие, инновации и вообще всё, невзирая на патентное право и прочие законы разумных рас. Первопроходцы строились именно здесь.

— Ты просто представь. — Не унималась капитан. — Вдруг, лет через двадцать, кто-нибудь из них услышит кодовую фразу случайно, краем уха, находясь не на месте! Это же мгновенная смерть!

— У них нет этих двадцати лет. — Жёстко обрубил её душевные метания Генеральный Директор. — Ни у кого из нас нет столько времени, Далия. И хватит об этом.

— Я понимаю, но принять это выше моих сил. — Проворчала тысячелетняя азари и сошла с больной темы. — Ты редко бываешь в Тихой Гавани. Что привело тебя в эти края сейчас?

— Лео… — Чуть помедлив ответил Тар. — Вышел на связь.

— Слава Богине. Как у него дела?

— Не знаю. Резервные каналы плохо подходят для полноценного общения, но у меня от него подарки.

— Интересно, ценные?

— Я бы сказал, что бесценные, даже готов за них простить ему все годы радиомолчания. Последние разработки Альянса: «Тантал» и «Малый шум».

***

Отправлять данные из колонии было рискованно, но ждать я больше не мог. Несмотря на всеобщее уважение, в котором меня буквально утопили (не то, чтобы я не заслужил, но здесь буквально каждый солдат знал историю «мальчика, который выжил на Омеге» и смотрел на меня восторженно), контроль за мной был неусыпный, хоть и ненавязчивый.

В самом учебном центре камеры не стояли разве что в сортирах, да ещё к тому же я почти никогда не оставался один. Тем более, что бойцы в своё свободное время буквально изнывали от безделья. Опять мелкий недогляд со стороны руководства. Ещё бы - они же не учёные, зачем следить за их досугом? К тому же город рядом. Петровский же, при всей его искренней заботе о своих солдатах, был воякой до мозга костей, который эту проблему попросту считал решённой.

Солдаты ходят в увольнительные в город? Ходят. Вопрос снят.

Ну и как тут пошпионишь?

Пришлось и это дело брать в свои руки. Правда, больше времени идея вынашивалась нежели реализовывалась. Городской патруль. А что? Толпа солдат под боком, а город охраняется только силами полиции. Вообще не порядок. Так что я быстренько с этой самой полицией связался и запросил сводку по правонарушениям за несколько месяцев. Не бесплатно, разумеется. Затем связался с администрацией города и спросил «а не надо ли вам бойцов почти на халяву?» Дальше — всё просто. Преступность, как я и ожидал цвела буйным цветом в районе космопорта и снижалась по мере отдаления от оного. Этого было более чем достаточно, чтобы идти к Петровскому и Призраку с воплями «Шеф, ксеносы вообще ох..ели!»

Большие начальники посмотрели на меня, моргнули пару раз своими глазами, спросили, где я был раньше и ухватились за мою идею обеими руками.

Так что теперь в город каждый день летает по три аэробуса «народной дружины» с красивыми шестигранниками на униформах, дубинками наперевес и приказом содействовать полиции и пресекать любое беззаконие, что под руку подвернётся.

Дышать сразу стало легче, но с отправкой шифровки я промедлил ещё какое-то время, пока не скинул-таки уже начавшее жечь ляжку письмо из первого попавшегося терминала. И сделал я это очень вовремя, так как буквально через несколько дней меня снова затребовал большой босс.

— Мистер Гай. — Начал он своим фирменным приветствием.

— Призрак. — Склонил я голову уже привычным жестом.

Харпер затянулся и какое-то время смотрел на меня не моргая.

— Думаю, хватит вам протирать штаны в тылу, Леонард. Как вы относитесь к работе в поле?

— Давно пора. Честно говоря, уже начал скучать по «Агамемнону».

Скупая улыбка, как бы говорящая, что именно на такой ответ Призрак и рассчитывал.

— Не стоит. Там вы сделали всё, что от вас требовалось и даже больше. Я хотел предложить вам попробовать работу под прикрытием.

О как. А какая работа у него для меня может быть?

— Звучит интригующе.

— Альянс ведёт нелегальные исследования новых систем ВИ на секретной лунной базе. — Призрак поудобнее устроился в кресле. — Подробностей я не знаю, но эти разработки могут быть столь же полезны, сколь и опасны. Вам предстоит отправиться туда и определить ценность этой разработки.

— Я в деле. — Что тут ещё скажешь?

— Прекрасно. Легенду мы вам предоставим, офицеров с которыми вы контактировали в академии ВКС там нет точно, однако рекомендую вам хотя бы сменить цвет волос.

— Принято.

— Замечательно. Вам сообщат, когда легенда будет готова. Призрак, конец связи.

Глава 42 О диверсиях и взаимовыгодном сотрудничестве.

— Тали. — Мрачно изрёк Шепард, даже не взглянув на кварианку.

— Да?

— Сколько вас, говоришь?

— Где? — Не поняла девушка.

— Вообще. Пятнадцать миллионов?

— Да… приблизительно.

— Тогда почему мне кажется, что вас слишком много?

Сейчас они стояли в досмотровой зоне космопорта Новерии и ждали своей очереди, а прямо перед ними стояла не менее пёстрая компания, состоящая из трёх азари, двух людей, крогана, турианца и кварианца. Уже знакомого довольно крупного кварианца в серебристо-чёрном скафандре с шевроном «Чёрного Ветра» на плече.

Тот, кажется, почувствовал взгляд и оглянулся.

— СПЕКТР Шепард! — Раздался на весь причал его радостный возглас. — Какая встреча!

— Кажется, я понимаю о чём вы. — Пискнула Тали и попыталась спрятаться за спину коммандера от надвигающейся «угрозы».

Тем временем Гарек’Ниит подошёл к команде Шепарда вплотную и протянул СПЕКТРу руку для пожатия.

— Какая приятная неожиданность. — Улыбнулся Шепард.

— Приятная, но нет. — кивнул кварианец. — Видите ли, мы ждём Вас здесь уже какое-то время.

— Как это понимать?

— Ну… Дело в том, что я приказал эскадре лететь сюда сразу же, как только мы с Вами расстались. — Пояснил скафандр. — Мы даже успели сделать тут пару добрых дел и уже собрались вылетать, как пришло сообщение, что «Нормандия» появилась в системе. Ну я и решил вас дождаться, а капитан Мацуо опять завернула меня с досмотром. Типа она не видела, что мы там в челноке делали. Опять пытается Гаршока разоружить, наивная.

То, что вышеуказанная капитан, как и половина пристани, его прекрасно слышит, парня интересовало мало.

— Откуда вам известно, что мы летели на Новерию?

— Источник, приближённый к Совету. — С готовностью ответил кварик.

— Нет более продажных тварей, чем политики. — Фыркнул Рекс.

— В таком случае, быть может, вы знаете, зачем мы сюда прилетели. — Шепарду очень не понравилось, что его продали так быстро.

— Может быть. — С готовностью кивнул Гарек. — Но об этом предлагаю поговорить в местном баре. Он тут довольно неплох, даже несмотря на публику его занимающую.

— А вы куда-то торопитесь? — Удивился СПЕКТР. — Насколько я понял эту дамочку, пока ваш большой парень не разоружится, очередь с места не сдвинется.

— Спорное утверждение. — Хмыкнул кварианец и потянулся к своему унику. — Председатель Киин?

— Исполняющий обязанности председателя. — Раздался с того конца скрипучий голос турианца. — Я думал вы уже нас покинули.

— Непредвиденные обстоятельства. Тут э… нас опять на пункте досмотра завернули.

— Да? Ладно, минуту. — голос стал ворчливым. — В конце концов вы уже тут разнесли всё что можно.

И отключился. Спустя минуту вся группа без досмотра прошла в лифт. Японка с капитанскими нашивками проследовала с ними с очень решительным выражением на лице, видимо, ругаться с начальством. Кварианец же задержался, шепнув несколько слов блондинке, на что она недовольно кивнула, а когда попыталась пойти к отряду СПЕКТРа получила звонкий шлепок по ягодице. Рука моментально метнулась к пистолету, а лицо так исказилось гневом, что чуть не пошло пятнами, но она сдержалась. Ксенос же даже не глянув на неё пошёл к своим.

— Мужи-и-и-к! — Восторженно протянул Дженкинс.

— Терминус меняет сильнее, чем я предполагала. — Возмущению Тали не было предела.

— Ты знала этого парня раньше? — Эш.

— Нет. Но во Флоте нет ни одного кварианца который позволил бы себе такие… вольности.

— Я бы не стерпела. — Удивила окружающих Лиара.

— Права, подруга. — в кои-то веки согласилась с ней Уильямс, — За такое не грех и руку оторвать. До нижней челюсти.

— Значит, есть весьма веская причина, почему парень ещё жив. — Внёс предположение Кайден.

— Тихо! — Шикнул Гарус. — Она идёт сюда.

Блондинка тем временем действительно приблизилась к ним, уже справившись с собой, натянуто улыбалась и даже не сжимала рукоятку табельного оружия.

— Добро пожаловать на Новерию. — Выдавила она из себя слова, которые явно произносить не привыкла. — Пока подъёмник занят, позвольте мне уточнить для вас кое-какие правила поведения на территории космопорта.

Кайра Стирлинг уложилась в пять минут, пока лифт ехал туда-обратно. Никаких угроз, пренебрежения и возмущения. Не кидайте бумажки мимо урны и пожалуйста не доставайте оружие при большом скоплении народа. Топ-менеджеры от этого мало-мало накладывают в штаны. Исключительно вежливый и деловой тон. Разве что на кварианку в команде СПЕКТРа она, нет-нет, да и бросала настороженные взгляды. Та же, заметив пристальное внимание стала похожа на удивлённый смайлик, но каверзные вопросы задавать постеснялась.

«Ветры» честно дожидались Шепарда и Ко в баре, даже заняли им места, сдвинув столики. После стандартного обмена любезностями и формального знакомства, Шепард сразу взял быка за рога и потребовал объяснить, чем заслужил такое пристальное внимание.

— Помните наш разговор о выгодах? — Спросил кварик и, дождавшись кивка СПЕКТРа, продолжил. — Так вот, теперь я могу поговорить с вами на эту тему более открыто. Вам ведь нужна Бенезия?

— Вы слишком хорошо осведомлены. — Скривился Джон.

— Сам себе порою поражаюсь. — Глаза под тонированным шлемом смешливо блеснули. — Ну так вот, сейчас она в сопровождении двух дюжин до зубов вооружённых десантниц направилась на «Вершину-15». Вы ведь, тоже туда пойдёте?

— Если ваши сведения верны.

— Не сомневайтесь.

— Вы говорили о выгоде. — Напряжённо напомнила Лиара, которая при упоминании матери резко напряглась.

— Именно, но об этом чуть позже. Сейчас речь о матриархе. Так вот, недавно с комплексом пропала всякая связь и у меня есть информация, что лаборатории заражены высокоэффективным биологическим оружием.

— И вам нужно это оружие? — догадался Шепард.

— Нет. Нам нужно грязное бельё «Байнери Хеликс», коего в подобных местах куда больше, чем достаточно для наших целей.

— И эта цель… — Подбодрил СПЕКТР.

— Рейдерский захват концерна. — Очень-очень тихо, даже наклонившись к Джону поближе произнёс Гарек. И, видя, как меняются лица собеседников примирительно поднял руки вверх. — Да ла-а-а-дно! Вы же хотите отрезать Сарена от денег!

Быстрее всей охреневшей группе высадки сориентировался Рекс.

— Такие услуги стоят очень и очень дорого.

— Совершенно верно! — Удовлетворённо подтвердил Ниит. — А ещё они запоминаются и в конечном итоге возвращаются их оказавшему в стократном размере.

— Авантюра. — Медленно выговорил коммандер.

— Авантюра — это лезть всемером в гнездо молотильщика. — Парировал ксенос.

— А дюжиной? — Хмуро осведомился Шепард.

— Чуть легче, но у меня на орбите целая рота турианского спецназа бездельем мается. — Пожал плечами Гарек. И в этот самый момент по космопорту завизжала сирена.

— ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ВСЕМ ГРАЖДАНСКИМ СОХРАНЯТЬ СПОКОЙСТВИЕ И ПРОСЛЕДОВАТЬ В ЗОНУ ЭВАКУАЦИИ! ТРЕВОГА ВСЕМ ГРАЖДАНСКИМ…

— Капитан! Что случилось?! — Моментально рявкнул в уник ксенос.

— Нападение на космопорт! Геты! — Перекричала стрекотание винтовок Мацуо. — Гарек, вы тут недавно пушками бряцали! Они сильно нужны в гараже!

— Уже там, капитан! Держитесь! — Ниит отключил связь и посмотрел на Шепарда. — Вы с нами?

— Разумеется.

***

Дальнейшие события слились в одну сплошную какофонию выстрелов всех орудий и всех калибров. Гараж, геты, турели, ракетчики, гонки на внедорожниках по заснеженным горным склонам медленная и монотонная зачистка коридоров. Рахни! Кроганы в отряде были просто в восторге! Гарек’Ниит, кстати, тоже прямо-таки светился от счастья. Ещё бы! Того что объединённое воинство просто увидело, хватило бы на арест всего имущества корпорации, а тот ещё и по терминалам покопаться успел.

В конце концов лабораторию, в которой укрывалась Бенезия, окружили и вошли туда со всех сторон, вынося крупным калибром всё, что могло оказать сопротивление. Саму же древнюю азари истощили постоянными, но слабыми биотическими атаками до состояния полного изнеможения.

Ослабленная и безоружная, она даже пришла в себя и пыталась сотрудничать, рассказав дочери всё, что знала, но что-то внутри неё просто взяло и остановило сердце женщины. Медики «Чёрного Ветра» на вопль убитой горем Т’Сони-младшей среагировали так, будто готовились к этому всю жизнь. Трое азари накрыли истощённое тело стазис-полем и держали его до прибытия медицинской капсулы. Лиару же заверили, что сделают всё, что в их силах.

Затем, Гарек’Ниит просто приказал своим людям уходить, заявив, что они получили всё, что хотели, а здоровенная колба размером с пол лаборатории с неведомой хренью внутри в его компетенцию не входит, так что спектру придётся самому решать, что делать с подобной радостью.

И они действительно ушли. Царица рахни же, поняв, что внимание сосредоточено на ней, пошла на контакт, подняв один из трупов азари, валяющихся поблизости. Чем руководствовался Шепард в тот момент, не понял никто, возможно роль сыграло природное великодушие, может, не смог смотреть в заплаканные глаза Лиары, может, просто смертельно устал, но к пульту он подошёл твёрдой походкой, сказав решительно:

— Хватит сегодня смертей, сделай, пожалуйста так, чтобы никто тебя больше никогда не увидел.

После Новерии бои с гетами в скоплении Армстронга показались какой-то детской прогулкой. Морально измотанный отряд просто выносил синтетиков с поля боя. Так что при поддержке группировки адмирала Хакета, все пять систем были очищены от войск роботов в рекордные три дня, после чего, корабль причалил к Цитадели для пополнения боекомплекта и короткого отдыха. Там его и застало очередное послание от Хакета. Срочно требовалась помощь опытного военного с привычкой вести бой не по шаблону. На лунной базе после диверсии неизвестного террориста взбунтовался тактический ВИ.

***

Вот как бывает в Голливуде? Стоит себе такой «хороший» шпион за которого все болеют в Главной Секретной Лаборатории Цитадели Зла, ворует себе Суперсекретные Чертежи Большого Полярного Лиса и тут сзади во всю комнату такое:

— Эй, а ты кто такой?! Что тут делаешь?

Отныне заявляю: это основано на реальных событиях! Правда, Цитадель Зла была ни чем иным, как базой Альянса на тёмной стороне Луны, а роль суперсекретных чертежей спокойно отыгрывал сводный пакет данных по ВИ «Ганнибал».

— Медленно отойди от консоли, повернись ко мне и сними шлем.

Спокойно. Как можно медленнее убираю руки от центральной консоли, благо данные перекачал и так же не торопясь поворачиваюсь к окрикнувшему.

Сейчас по закону жанра ещё окажется, что этот парень супер-мега-колдун и метнёт в меня молнию.

"Собеседник", видя мою реакцию полыхнул биотикой.

Э-э-х! Так о чём это я?

***

Больше всего лейтенант Соколов, личный адъютант контр-адмирала Питерсона не понимал, на кой чёрт тому понадобились статистические данные о ходе тренировок «Дельты» посреди ночи, но приказ есть приказ. По этой причине он уже перебудил половину техников, отвечающих за полигон и был неоднократно послан, но не матом, хотя это и подразумевалось, а по следующему адресу.

Путешествие оказалось весьма занятным, так как у каждого последующего опрошенного он узнавал всё большие подробности о регламенте хранения данных на объекте, в который раньше и не вникал за ненадобностью. И то, что он узнавал, радовало его всё меньше и меньше.

Оказывается в среду (то есть уже четыре часа, как вчера) все данные с локальных носителей отправляются в архив и удаляются с рабочей консоли оператора. Так что скачать их теперь можно было только оттуда, о чём он и сообщил своему в край зае… в который раз связавшемуся с ним начальнику.

— Ну так идите туда! — рявкнул Питерсон и, видно вспомнив что-то, уже нормальным тоном добавил: — Я сообщу дежурному, чтобы вас пропустили.

И он пошёл. А что ещё оставалось? Попутно он уже сочинял рапорт о переводе куда-нибудь поближе к Терминусу и подальше от подобных неадекватов. Альтернативой был трибунал за убийство старшего по званию, который успел выбесить молодого биотика за рекордно короткие шесть недель, что Соколов пребывал на данной должности. Закончив с мыслями о переводе, он принялся за другую, завистливую, путь до архива был неблизкий. О том, как повезло его напарникам по БАИР, успешно разбежавшимся по колониальным гарнизонам. Пожалуй, единственное, что остановило его от того, чтобы последовать их примеру сразу же, так это операция по замене растреклятого L2 на L3, ну а потом — реабилитация, по истечении сроков которой, штабная должность показалась парню вполне привлекательной.

Добравшись же до требуемого сектора, он подтвердил свою личность у дежурного и вошёл на территорию архива.

Многоярусное помещение было намного ниже уровня поверхности луны. Своим содержанием оно напоминало старые книжные библиотеки. Ровные шкафы информационных хранилищ напоминали высокие книжные полки, стоящие на равных расстояниях друг от друга. В каждой такой комнате имелся терминал, через который и полагалось скачивать искомую информацию. Соколову был нужен самый дальний.

Здесь было прохладно и лейтенант ни разу не пожалел, что предпочёл лёгкий скафандр повседневной форме одежды, благо это не возбранялось. Он ускорил шаг, мечтая поскорее разделаться с растреклятым заданием и отправиться уже спать. Или сначала составить рапорт и уж потом спать. Не важно! Соколов хотел в каюту!

Каково же было его удивление, когда нужный ему терминал оказался занят совершенно непонятным субъектом.

— Эй, а ты кто такой?! Что тут делаешь? — Ничего умнее в голову ему в тот момент не пришло.

Фигура в таком же лёгком скафандре озарилась рыжим сиянием уни-инструмента в полутьме архива. Мужчина не вздрогнул и не выдал никаких признаков удивления, казалось, он вообще не обратил на говорившего никакого внимания, лишь поднял голову, склонённую к консоли и как-то даже горестно выдохнул через фильтры закрытого шлема.

Этого уже хватило офицеру, чтобы навести на него штатный пистолет.

— Медленно отойди от консоли, повернись ко мне и сними шлем. — Приказал лейтенант, справившись с удивлением.

Фигура отчасти подчинилась. Руки оторвались от консоли и распрямились, левая рука горела активированным уником, но быстро погасла, потом человек медленно, как бы неспеша развернулся. От него буквально веяло угрозой и лейтенант принял единственное верное на тот момент решение: сначала нейтрализовать с безопасного расстояния, а уж потом задавать вопросы.

Удар был быстрый, действительно быстрый, для биотика седьмого ранга так вообще образцовый, но недостаточно. Неизвестный резким рывком ушёл влево и сгусток тёмной энергии бессильно разбился о стену, а три пули, выпущенные лейтенантом на движение врезались в «шкаф», за которым укрылся нарушитель.

— Тревога! Это лейтенант Соколов! Проникновение в архив! Требуется поддержка! — Затараторил офицер, хлопнув по-своему всегаджету. Ответом ему была тишина. Сверкнуло, щёлкнуло, пыхнуло и носитель данных «потух».

Соколов скривился. Скорее всего, неизвестный хакер позаботился о том, чтобы его не услышали. Придётся самому. Немного напрягшись, он отправил за блок хранилища «подъём» и победно улыбнулся, когда глупо барахтающийся человек взмыл вверх аки птица. Но не успел офицер навести на того пистолет, как диверсант взмахнул рукой из которой что-то вылетело в полутьме и резким рывком вылетел по дуге из зоны гравитационной аномалии, приземлился на четыре конечности, как кошка и сразу же ушёл в перекат, скрывшись за другим шкафом.

Не ожидавший такого финта Соколов судорожно выстрелил ещё четыре раза, одна из пуль даже разбилась о щит, но без толку, остальные впились в пол и стены.

— Лейтенант Соколов! Прошу поддержки! Нападение на архив! — Прокричал в уник лейтенант, подпустив паники в голос.

Ничего. Ноль. Глухо.

Резкая тень метнулась к другому шкафу и снова приняв пулю на щит, затаилась в укрытии и это нисколько не радовало парня, ведь с каждым таким рывком расстояние между ним и неизвестным неумолимо сокращалось. Действовать надо было немедленно и решительно, не считаясь с последствиями.

Офицер начал с уже раз сработавшего приёма, применив «Подъём» за шкаф. Не попал, зато заставил противника ожидаемо покинуть укрытие, как он прыгает, парень уже видел и потому начал стрелять не по движущейся мишени, а в точку предполагаемого падения. На этот раз щит сверкнул трижды и схлопнулся, в ответ неизвестный метнул в биотика что-то прямо из того положения, в котором был. Не прицельно. Нож пролетевший под подмышкой офицера и звонко ударившийся о переборку, заставил парня отшатнуться и сбить прицел, но стрелять он не перестал, лишь поморщившись, когда от его выстрелов пыхнул и погас навеки очередной накопитель данных. На сожаления не было времени. Очередной «подъём» неизвестный использовал, снова вскинув руку и спикировав с высоты сразу в укрытие, которое моментально накрыло поле «деформации».

От слишком частого применения биотики лейтенанта бросило в жар, а зрение на секунду поплыло, но он продолжал стрелять на подавление. В этом то и была его фатальная ошибка. Пистолет совершенно неожиданно квакнул о перегреве и в этот самый момент диверсант вырвался из укрытия и со всей скорости ринулся на биотика. «Толчок» был рефлекторным, но неизвестный, как ждал этого и подпрыгнув в немыслимом кульбите чуть ли не на человеческий рост, пропустил волну тёмной энергии под собой, а приземлился уже в метре от офицера. Пистолет отлетел в дальний угол, а в следующее мгновение куда-то пропала точка опоры. Последнее, что увидел этой ночью неудачливый адъютант, это стремительно приближающуюся стену.

***

Я устало опустился на затихшую тушку. Ну Призрак, ну… нехороший человек. Ладно хоть, я ждал чего-то такого. А паренёк крут. Без вариантов, и чего только такой ас делает в тылу? Как там тебя по имени? Синхронизируюсь с уником поверженного бойца. Федя. Гы-ы..! Не выдерживаю и начинаю нервно ржать. За тревогу не боюсь, если бы могла — сработала бы при первой попытке её включить, а парень это сделать явно пытался.

— Орёл ты, Соколов, орёл! — Вспомнил я генерала КГБ из уже древнего фильма. — Ну ладно, дело я сделал, пора и валить, пока на Брайтон Бич дожди не пошли, блин. Прости, чувак, но я вправду не хотел ломать тебе карьеру.

Тревога на Лунной базе поднялась, только тогда, когда мой челнок уже заходил в ангар эвакуационного корабля. Ну и как тут верить в совпадения?

***

Фрегат мне выделили достаточно комфортный и оборудованный всем необходимым. То есть в нём для меня был обустроен рабочий кабинет и квантовый коммуникатор. Так что первое, что я сделал — это составил доклад на основе полученной информации, а уже потом отправился в душ и в койку, ну а когда же проснулся, меня навестила капитан корабля и сообщила мне, что связь с Призраком будет через полчаса. Так что к назначенному времени я был свеж, сыт и благодушен.

— Мистер Гай. — Пыхнул дымом Призрак.

— Призрак. Вы получили мой доклад?

— Да, — Мужчина нажал на сенсор в подлокотнике своего кресла и рядом с ним во всю стену возникло голографическое окно с записью моего боя во всех красках. — Я получил всю интересующую меня информацию.

Я на это лишь хмыкнул.

— Расскажите, что там произошло?

— Отключил сигнализацию, пролез в архив, попался, выпутался.

— Зачем вы вообще вступили в бой?

— Честно?

— Извольте.

— Только ради нашего с вами разговора, который протекает здесь и сейчас.

Призрак смотрел на меня целую минуту.

— Поясните.

— Хорошо. Это задание было бредом изначально. Секретный объект Альянса, на котором на десять сотрудников приходится пять особистов, и вы посылаете туда своего агента. Зачем? Ведь контрразведка — это и без того ваше дойное стадо. Да вы раньше их генерала узнаете, когда тому захочется чихнуть. Да половине дел гриф «Секретно» присваивают по вашей личной просьбе, а второй вы его ставите сами! Да…

— Достаточно. И откуда же у вас подобные сведения? — Вот на это я даже обиделся.

— Я в вашей конторе сколько лет? Семьдесят процентов личного состава «Цербера» — это бывшие бойцы альянса, а выходцев из РУАС у нас не меньше трети. Или вы думаете, что я забыл, как вы пропихнули в академию ВКС меня? А как оттуда эвакуировали?

— Значит, впечатлить меня хотели?

— Нет. Хотел побыстрее закончить этот балаган и свалить оттуда. Но беда в том, что если бы я не нейтрализовал эту подставу, вы бы подсунули мне другую.

— Не обязательно. — Попытался возразить Призрак.

— Но весьма вероятно. К тому же я уже сказал вам, что сложно найти биотика, способного меня завалить. Пришло время, что называется, ответить за базар.

— Что ж, тут вы правы. Я не люблю громких но безосновательных заявлений, а ваши слова, даже несмотря на ваши... возможности, - выделил магнат это слово очередным глотком бурбона, - звучали уж чересчур громко. А что было бы, если бы противником оказался более подготовленный боец, или вообще азари?

— Да примерно то же самое. Разве что действовал бы чуточку жёстче.

— Как же?

— Ну, у меня был полный пакет боевых программ.

— Почему не использовали?

— Не хотел убить. Хороший вояка, такие должны погибать за правое дело, а не как жертвенные бараны.

Брови Призрака поползли вверх.

— Вы сентиментальны. — Констатировал он с лёгкой долей удивления.

— Человек без слабостей — уже не человек. Моё мнение.

— Не могу с вами согласиться. Однако теперь я вас хотя бы понимаю. Призрак, отбой.

Глава 43 О Пирровых победах, да и победах ли?

В радиорубке «Летучего Голландца» погас свет, и голограмма высветила силуэт высокого широкоплечего кварианца в светло-синем форменном скафандре руководства «Нового Горизонта». Не ожидавший такого собеседника Гарек’Ниит вскочил со своего кресла и вытянулся по струнке, но сразу же схватился за бок и вернулся в сидячее положение.

— Директор Тар! — Непонятно, чего в голосе подчинённого было больше: восторга, удивления или обречённости.

— Командующий Ниит, я так понимаю, операция на Вермайре завершилась? — Приветственно махнул рукой директор, давая понять, что официоза не нужно.

— Да, сэр, я как раз заканчивал отчёт. — Убитым голосом произнес командующий.

— Что случилось? Вы ранены?

— Я легко отделался, сэр.

— Хорошо. В таком случае, давайте по порядку и во всех подробностях.

— Есть.

Шепард связался с эскадрой из системы Тесей, где у него случилась очередная заварушка с гетами. Подробностей этой операции Гарек поведать не смог, но судя по резко упавшим чуть ли не вдвое акциям «Экзо-Гени», грязи на компанию он там нарыл немало. И это самое «не мало», судя по виду коммандера пробежалось по нему целым табуном варренов. На прямой вопрос, что его так переехало, солдат ответил невнятным ворчанием про не в меру увлекающихся археологов-потрошителей.

Мотивируя своё решение плохим предчувствием, Шепард приказал эскадре повисеть на орбите одного тропического мира на всякий случай. Даже сообщил, когда сам прибудет в сектор и, что удивительно, даже дождался их на орбите. Впрочем, всё удивление Гарека было развеяно при личном разговоре, в котором коммандер кратко, ёмко и по существу рассказал кварику, что они в заднице, подразумевая под «они», не только себя, саларианский спецназ и группировку «Ветра», но и всю Цитадель до кучи. Потому как комплекс был не чем иным, как лабораторией по разведению клонированных кроганов, которая ко всему прочему, охранялась гетами. В довершении своего монолога СПЕКТР предъявил зацикленную передачу майора Киррахе, требующего прислать войска на Вермайр.

Так что на поверхность спускались в отдалении от точки рандеву и на бронетехнике, притом этой самой техники десантные челноки нагнали на целую войсковую операцию.

— Ну до этого момента я примерно знаю. — Больше для себя сказал Раал`Тар. — Ваше сообщение передали мне сразу же.

— Верно. — Подтвердил командующий. — Согласно отданному ранее приказу, помогать СПЕКТРУ всеми силами, я направил по его запросу всю эскадру. Ударный крейсер «Мерцающий», сам «Летучий Голландец», десантные «Конунг» и «Исхард».

Майор-лягух был просто в восторге. Для проформы посетовал на нарушенный режим секретности, однако, принцип «бери что дают и не вякай», никто не отменял, так что обновлённый комитет планирования начал думать.

По настоянию третьей стороны переделку ядра саларианского рейдера отменили, успокоившись на том, что после пехоты по комплексу отработает звено «Дельт», и, если совсем уж надо, но штурмовать его всё равно придётся, ПВО над комплексом всё ещё бдит, да и Цитадель должна получить данные о том, как далеко в своих исследованиях зашёл Сарен, ну и неопровержимые доказательства того, что применение столь жёстких мер было соразмерно и достаточно.

Штурмовали комплекс с нескольких направлений разом, «Броня» пошла в лобовую атаку, отвлекая основные силы гетов и кроганов на себя. Пешие силы разделились на три группы и пошли кружными путями.

— Сложности на этом этапе были? — Прервал рассказ Раал’Тар.

— Ничего непреодолимого, правда Рекс… Кроган из банды Шепарда был сильно недоволен тем, что мы делаем, но это их внутренние разборки, нам не мешали.

— Что с данными по клонированию?

— Скопировали всё что можно было, не привлекая внимания отряда СПЕКТРа. Объём достаточно большой, но наши медики даже не пытались его анализировать. Некогда.

— Понимаю. Оставьте это для ребят Григоровича.

— Принято.

— Когда начались проблемы?

Ниит тяжело вздохнул и продолжил:

— Мы разделились…

Отряд разделился в лаборатории по изучению явления «одурманивания», поразившего сторонников Сарена. Шепард, будучи в шаге от своей цели пренебрёг учёной азари, Гарек же не имел никакого права разбрасываться подобными свидетелями. Так что для него сама Рана Таноптис и её коллеги также пожелавшие сложить оружие стали приоритетом номер один, потому он вместе с половиной группы остался потрошить лабораторию. Да и смотреть, чтобы кто из светил науки к пистолету не потянулся.

Спектру же он оставил двух лейтенантов со своими взводами. Оба офицера, азари Лата Наа и Турианец Центурий Вагас, служили в «Чёрном Ветре» не первый год и зарекомендовали себя как отличных профессионалов, поэтому за безопасность первой группы Ниит был спокоен. Каково же было его удивление, когда ни один из них не вышел на плановый сеанс связи. Командующий даже проверил тактические параметры группы, дабы убедиться, что с ними было всё в порядке. Убедился и связался с ними принудительно, а там…

— Мы вносим порядок в хаос органической эволюции. — Прорычало нечто голосом, пробирающим до самых костей. — Вы существуете только потому, что мы разрешаем это. И вы умрёте потому, что мы этого потребуем…

Затем раздался голос донельзя удивлённой Т’Сони, на которую неведомая тварь, судя по всему, произвёла эффект куда больший, чем на Гарека, слушавшего с другого конца лабораторного комплекса.

— Мы для них — как урожай! Они позволяют цивилизациям развиваться, а потом уничтожают их!

Всё это время турианец, служивший ушами Гареку тихо скрежетал зубами. Лейтенант азари шёпотом молилась. Пророку.

На фоне нарастающей паники голос коммандера, ровно и спокойно задававшего вопросы неведомой машине, был маяком спокойствия и собранности. Он спрашивал, а машина отвечала. Ровно до тех пор, пока человек прямо не заявил, что разберёт её на запчасти. На это тварь лишь презрительно (да! В этом жутком голосе явственно послышалось презрение!) бросила:

— Ваши слова столь же пусты, как и ваше будущее. Я — авангард вашего уничтожения! Разговор окончен.

— А потом, как будто мир сошёл с ума. — Зло прошипел Ниит. — Я даже не сразу сообразил, что произошло.

— Подробности. — Потребовал Раал.

— Первым тревогу поднял Джокер, пилот с «Нормандии», объявив всем, что «Властелин» возвращается на Вермайр, потом это подтвердили и наши РЛС* (Народ! РЛС — это радиолокационная система, которая не эффективна на космических дистанциях, в массе и фантастике в целом для этих целей используют лучи света! По той же причине я пишу ЛаДар (Лазерный Дальномер, Понимаете, ЛАЗЕРНЫЙ, а не РАДИО! (Простите, крик души. Прорвало после восьмого десятка замечаний.).

— Какие действия вы предприняли?

— Простите сэр, я не… — Ниит не нашёл слов и отвёл глаза. — Это полностью моя вина.

— Рассказывайте.

Очередной тяжкий вздох докладчика.

— Учёные. Они как с ума посходили! Просто ринулись на нас и стали рвать на куски ближайших солдат! Сэр, — в голосе командующего прорезалась истерика, — Вы когда-нибудь видели, чтобы щуплый саларианец сломал шею десантнице в броне?!

— Кила cе’лай… — Только и выдал на это Тар. — Какого хрена твои люди сняли шлемы?!

— Не снимали! — Провыл Ниит. — Яйцеголовые просто озверели! Сэр! Там будто преисподняя разверзлась! Мы даже не сразу сообразили в кого стрелять… Они рычали, визжали, рвались и не дохли! Вы просто представьте, что на вас со светящимися глазами ползёт верхняя половинка азари!

— Так тебя они подстрелили?

— Не совсем, сэр, дружественный огонь. Действительно случайность, там такая неразбериха была...

— Ясно. Каковы потери в группе сопровождения? — Севшим голосом спросил Раал.

— Двенадцать убитых, семеро раненых.

— Кила… Почему так много?!

— Мы уже подходили к челноку, сопровождали почти три десятка разумных. Шли плотной группой и уже не ждали нападения, а я так и вообще в тот момент координировал группу Шепарда.

— Кого-нибудь из учёных удалось нейтрализовать без значительного вреда?

— Да… Доктор Таноптис только выла, как бешеная, даже во время стрельбы не пострадала, непонятно, правда, каким чудом, ну и ещё двоих оглушили случайно. Раненые были, но я больше не стал рисковать и приказал добить их. Несколько трупов подобрали для изучения.

— Ясно. — Раал на пол минуты задумался, а затем выдал: — Пленников в стазис и на Новерию, пока во временный штаб, контакты с ними минимизировать. Как только получим доступ к «Вершине пятнадцать», все трофеи из лаборатории переправить туда. Приступить к изучению не раньше, чем закончится канитель вокруг комплекса.

— Э…

— Да, точно. Это уже не твоя задача. Рассказывай дальше.

— В остальном эвакуация прошла штатно. Но вот потом…

«Властелин» вынырнул в нормальный космос слишком быстро, нереально быстро. И первым, на его пути был «Мерцающий». Громадный азарийский крейсер был просто сметён со своей орбиты таранным ударом и раздроблен в стальном захвате щупалец, а дредноут… тот даже не заметил взрыва сдетонировавшего масс-ядра корабля. Экипаж даже не успел покинуть посты, не то что добежать до спас-капсул.

Алый луч света взрезал борт «Исхарда», не обратив внимания на мощные щиты крейсера и, оставив поверженный корабль захлёбываться во вторичных взрывах, устремился к планете, откуда как раз стартовала «Нормандия». Однако, оставшиеся корабли, а также вереницу шаттлов поднимающихся с поверхности, исполин вниманием не обделил, выпустив напоследок рой МЛА, сразу же устремившихся к таким беззащитным десантным ботам, идущим на «Голландец», и если бы не шедшие на планету «Дельты», командир эскадрильи которых принял самостоятельное решение прикрыть челноки, с поверхности не вернулся бы никто.

Слушая своего соотечественника, Раал’Тар просматривал записи боя с нескольких разных экранов.

— Подвиг эскадрильи со всеми подробностями записать в бортовой журнал «Летучего Голландца». Имена пилотов выбить на мемориальной доске. — Хмуро произнёс директор Тар, опять погрузившись в собственные раздумья. — Семьям пилотов компенсацию и пенсию. Родителям и жёнам — пожизненно, детям до совершеннолетия и открыть счёт на каждого в банке Волусов.

— Сэр? — Вновь вернул босса в реальность Гарек.

— Прости, я… даже и не предполагал, что всё может быть настолько плохо. Видит Кила, Пророк ведь говорил, не лезть в это дело… Только наблюдать… Сколько жертв…

— Сэр, я готов понести любое наказание! Я…

— Да ты-то тут причём, Гарек?! Это мой приказ списал пятьсот с лишним разумных. Хороших, честных разумных! Просто… я даже не думал, что этот корабль настолько… превосходит нас! Я… В общем так, оповести Шепарда о потерях и скажи, что какое-то время поддержки не будет. Мы его не бросаем, но нужно проанализировать сложившуюся ситуацию и подготовиться лучше. Всю команду на Зорю. Пусть подлечатся, отойдут и на курорт. На месяц. Куда — решите сами, но обязательно вместе. Контора всё оплатит. Корабли на «Кассандру» на модернизацию. Раал’Тар, конец связи.

***

Нормандия была погружена в уныние. Известие о потерях союзников подрубило всех, даже Пресли, который при одном только упоминании наглого кварианца морщился как от килограмма лимонов. Такого исхода миссии не ожидал никто.

Вот и Шепард маячил с палубы на палубу, терзаемый чувством вины и воспоминаниями об Элизиуме, Торфане и ещё чёртовой куче мест, где ему приходилось терять людей. Конечно, эти разумные не были его друзьями, но он сам привёл их на этот бой и именно он отдавал им приказы, так что не имело значения ни то, что «Чёрный Ветер» наживался на его предыдущих успехах и сейчас всего лишь выполнил данное обязательство. А ещё он понимал, что если бы не погибли они, пострадал бы кто-то из его группы высадки. И в глубине души был рад тому, что не повезло не им. От этого было ещё гаже.

Разговор с Советом тоже не был хорошей идеей, разноцветное трио лишь посмеялось над его историей. Не прямо. Но разговаривали с ним снисходительно вежливо, как с психом, а турианец так и вообще намекал, что не стоит так вымаливать их внимание. Их больше интересовали сведения о добровольных помощниках СПЕКТРа.

Обозлённый Шепард предложил им спросить у саларианцев, но Валерн скороговоркой выдал, что капитан Киррахе ушёл на больничный, который вместе со своей ротой совместил с попойкой по поводу того, что они вообще выжили, а прямо перед этим сдал отчёт в котором фигурировали лишь «союзные силы» и отряд Шепарда. По поводу «сил» пояснений нет и не будет, просто потому что. Услышав эту тираду Джон ухмыльнулся и в самой завуалированной форме на которую был способен в своём текущем состоянии, послал всех троих к Удине и торопливо отключил связь.

Капитанская кровать казалась ему холодным камнем, терминал мерзко пиликал, светло-голубые стены с символикой альянса бесили, а подсветка резала глаза. Зарычав, коммандер вскочил с кровати, не пролежав на ней и минуты и заходил кругами по каюте. Но легче от этого не становилось, оставалось вспомнить, точнее, заставить себя принять факт, что он всё ещё капитан на этом корабле и надо бы узнать, как себя чувствуют остальные члены экипажа. Начать он решил с самых низов.

А в самом низу, сиречь на ангарной палубе пили. Просто и без затей сдвинув в угол, облюбованный кроганом, ящики со всякой полезной мелочевкой, организовав себе небольшой стол и лавочки. Почти вся группа высадки, притом, каждый из своей тары.

— Капитан на палубе! — Огласил один из полицейских, принимая строевую стойку и злорадно глядя на пёструю компанию состоящую из двух хмурых сержантов, одного лейтенанта, крогана, турианца и азари.

Шепард смерил человека уничтожающим взглядом и демонстративно прошёл мимо всех на инженерную палубу, где и не увидел первого своего планируемого собеседника. Точнее, собеседницу.

— Инженер Адамс. — Подошёл он к начальнику инженерной службы. — Где Тали’Зора?

Тон вопроса был вполне себе неофициальный, потому офицер тянуться в струнку не стал, а просто ответил, махнув в сторону ядра:

— Где-то там. Из брифинг-зала пришла сама не своя, сказала, что ей нужно подумать и полезла в тех-тоннели. На связь выходит, но не отвечает, только всхлипывает.

— Всё ясно. — Кивнул капитан.

— Там внизу всё правда было настолько плохо?

— Нет, Грег… хреново было не нам.

Потом он вернулся к остальной группе. Те, ну разве что за исключением Рекса, под тяжёлым взглядом стали оправдываться.

— Меня сюда доктор Чаквас отправила. — Виновато тряхнула полупустой бутылкой Серрайс-бренди Лиара.

Взгляд девы уже был расфокусированным, да и сама она выглядела куда синее, чем обычно. Из чего Джон сделал вывод, что свой алкогольный путь она начала ещё в медотсеке при непосредственном участии его хозяйки.

— Я слышал, что во флоте альянса принято поминать павших товарищей добрым словом и алкоголем. — У Гарруса в трёхпалой руке была зажата небольшая хромированная фляжка в виде цилиндра, коммандер оценил её объём примерно в семьсот миллилитров.

— А мне просто надо спрыснуть упущенную возможность. — Проворчал кроган, опрокидывая себе в глотку канистру с метанолом. — Я не каждый день собственноручно уничтожаю лекарство от генофага.

Взгляд капитана двинулся дальше по часовой стрелке и нарвался на Аленко.

— Мне нельзя, сэр. Но я здесь вроде как за порядком слежу.

— А меня вот, Ричи угостил. — Икнула Эшли, окинув Шепарда мутным взором. — Птом… я у синенькой ещё… отхлебнула вот… — И уже не перед кем не оправдываясь. — Надо было ещё после Иден Прайма нажраться... Чёрт… Прямо как тогда… такое чувство, что они умерли вместо меня…

— Вот именно. — Хмуро поддакнул Кайден.

Последний виноватый оправдываться не стал, а просто протянул СПЕКТРу мутно-зелёную бутыль непонятно чего и предложил:

— Помянем, коммандер? — Осведомился Лирой, доставая откуда-то из-под полы точно такую же бутыль.

— Помянем. — Грустно согласился офицер и решительно схватил предложенную ёмкость. — За павших!

Они вздрогнули ещё раза три, прежде чем Шепард почувствовал лёгкое головокружение, первый признак опьянения, после которого ещё можно сдать назад и с видимым сожалением отдал бутылку Дженкинсу.

— Сейчас мы идём на Арктур заправиться. Оттуда прямым курсом на Цитадель просить помощи в походе к Мю-ретранслятору, пора валить этого ублюдка.

Одобрительный гул команды.

— К прилёту на станцию все должны быть в форме. Я буду в каюте, если что — будите.

— Сэр, — подал голос Аленко и ткнул пальцем в сильно не рассчитавшую свои силы в борьбе с зелёным змеем, а потому уснувшую прямо за импровизированным столом азари. — Пока вы ещё тут, позаботьтесь о раненых.

— Ну да. — Хмыкнул коммандер.

На жилую палубу он поднимался с азари на руках.

Глава 44 Дополнение к предыдущей части.

Шёл второй час обсуждения записи «боя» со жнецом. И надо заметить, такого балагана, как в этот раз, Раал’Тар вспомнить не мог. Шутка ли, меньше чем за две минуты потерять половину боевого соединения, способного выполнить практически любую задачу в системах Термина?

Высказались многие, цензурно и по существу — единицы. В основном это было пресловутое «Как так?! Да это невозможно!!!» и всё в этом духе, за что были в грубой форме прерваны гендиректором, который всё то время, что разумные собирались, потратил на составление похоронок. У него вышло семьдесят четыре штуки. Последний долг перед остальными погибшими Раал’Тар возложил на секретарей, а вот о своих всё же решил позаботиться сам. Так что после этого у него не было никакого желания слушать подобный бред.

Ощутив командирский пистон, солидные директора всё же подобрались и начали думать. После чего постановили:

Пункт первый: Новые тактики. Раз воевать нельзя, надо бегать, а значит, что кораблям быть готовым к переходу на сверхсвет в любой момент задания, прямо или косвенно имеющего отношение к жнецу или Сарену. Следовательно, десантные боты идут в бездну и наземные силы теперь транспортируются специальными малотоннажными транспортниками, фрегатами либо корветами.

Отдел разработки и инноваций в лице Далии Вишез сразу выдал идею о том, что на верфях уже готова и ждёт обкатки экспериментальная партия судов класса фрегат построенных с применением полученных ранее секретных разработок. И пусть они довольно дороги в эксплуатации, но возможность посадки на поверхность у них никто не отменял.

Следующий вопрос имел вид вполне себе обыденный для частной военной компании: где взять пушки? И адресован он был не столько отделу Технического Обеспечения и Модернизации, сколько к юристам. Успокоили и те, и другие. «Байнери-Хеликс», оставшись без руководства, дожимаемая Советом и «Горизонтом» разваливалась на куски, и её владельцы спешно скидывали акции, а также права на лицензии и патенты прямиком «Новому Горизонту», как самым шустрым. Оттуда же массово хлынули специалисты различных областей оружейной промышленности. Так что с ещё не убитой компании срезали и шкуру, и мясо такими темпами, что решение суда останется слушать только скелет, то есть один единственный юрист, который и будет заниматься продажей. Именно этот юрист, собственно, сейчас и делал доклад. А ещё технари порадовали, что скоро заработают и кое-какие долгосрочные проекты, что сулило настоящий рывок в сфере относительно малогабаритных источников энергии.

Удовлетворившись данным ответом, гендиректор выдал следующую претензию отделу пропаганды. Уже на основе записи с поверхности Вермайра касательно того, почему разумные вообще молятся на Пророка?

На что получил отповедь от Тиеры Л’Гая, которая, заручившись поддержкой его собственной жены заявила, что ему лично уже пора своей Киле кровавые жертвы приносить за то, что до сих пор нет религиозных бунтов. Потому как слух о пророчествах уже расползся давно, а логического объяснения этого явления, как не было, так и нет, зато есть вполне себе целостное, основанное по Велению Его (Эти слова азари проговорила с особенным смаком), стабильное и процветающее общество, где никто не обижен, а кто-то и вовсе совершенно счастлив. Так что вопрос о храме на Площади Божеств (по многочисленным просьбам на Зоре была сделана площадь на которой соседствовали храмы самых популярных в галактике конфессий) встанет очень скоро и тут они бессильны.

На вопрос, можно ли что-то сделать, директора обещали что-нибудь придумать и попросили денег, честно предупредив, что идея может дать очень даже обратный эффект.

Далее шли отчёты от «боевиков» и «разведчиков». Первые, голосом Хидиса заверили, что охрана Предела в принципе готова отразить угрозу, но в виду открывшихся обстоятельств система будет полностью переработана и смета себя ждать не заставит. Баркли же от имени разведки доложил о неприятном шевелении всевозможных инсайдеров и сборщиков информации вокруг «Нового Горизонта». Притом шевелились не только мелкие, но и большие и серые, что вызывало определённые опасения.

Однако, основной курс компании оставался неизменным: рост, формирование флота в Тихой Гавани и подготовка припасов для предстоящей войны. Теперь же, когда враг перестал быть чем-то эфемерным и невероятным, а показался лицом им предстояло делать всё то же самое. Разве что, стать намного серьёзнее.

***

Призрак вновь и вновь пересматривал запись разгрома «Чёрного Ветра». Доклад от наблюдателей по произошедшему инциденту пришёл не сразу, но именно его глава Цербера ждал больше всего. Даже запись совета директоров была не столь важна, как это трёхминутное видео подкреплённое комментариями командира «экспедиции поддержки», которую они зачем-то организовали СПЕКТРу.

Вот гигантский корабль возникает в какой-то сотне километров от азарийского крейсера с уже раскинутыми щупальцами, вокруг него потрескивают редкие алые молнии, а в следующее мгновение он хватает обречённый корабль и сжимает его, не снижая скорости. Вспышка! И от жертвы остаются только обломки, а металлический монстр уже поливает алыми лучами «турианца» и того буквально разносит на куски за следующую минуту.

Магнат курил и пересматривал запись снова и снова. Да, сегодня он много узнал о Жнецах, чудовищах, пришедших из тьмы веков и оказавшихся куда более реальными, чем просто сказки. Такая мощь… такое превосходство! Находясь в своём рабочем кабинете совершенно один, Призрак мог позволить себе лёгкое проявление эмоций, хотя бы в одном выдохе сигаретного дыма:

— Потрясающе.

Глава 45 О затишьях перед бурями и тех, у кого их не бывает.

В принципе, я бы не назвал то шевеление, что происходит сейчас в «Цербере» глобальной мобилизацией, но Призрак явно активизировался. Начать с того, что он решил прикрыть большинство «тупиковых» проектов, зазря отягощающих организацию в материальном плане. Откуда я это узнал? Так меня-то для этого он и напряг и, если я раньше просто ездил с инспекциями по относительно легальным и безвредным базам в качестве супервайзера, то сейчас прикрывал конкретную чернуху. Например такую, как ликвидация последствий изучения ползунов Торианина на Бинту.

Шепард, как мне помнится проходил эту игровую «побочку» в три автоматика, а вот реальность оказалась несколько сложнее. Так что тяжёлая броня, огнемёты и «Вперёд! За Императора!!!», ибо семена этой мерзости «проросли» по всей базе, пустив учёных на удобрения ещё при жизни корня. И так всю базу, которая представляла собой маленький (относительно) научный комплекс с полигонами, риск-лабораториями, палатами испытуемых и жилыми модулями для персонала.

По данным Призрака, отчёты от учёных перестали приходить через какое-то время после заварушки на Феросе, после чего туда была направлена команда зачистки, которая тоже не вернулась, ну а потом туда решили направить меня и «на месте разобраться». Вот слава великому мне и моей памяти, которая совершенно неожиданно среагировала на название планеты, только поэтому в арсенале корабля и оказались огнемёты! На Омеге закупили.

Дальше — больше. Призрак выслушал мой доклад изрядно сдобренный личным мнением обо всём проекте в целом и его организаторах в частности, покивал и отправил мою группу дальше. В систему Горгоны. Приостановить ещё один неликвидный проект, ну и заодно маякнуть перед альянсовскими пограничниками призмой на шевроне, мол какие мы в «Цербере» замечательные парни, откликнулись на их сигнал бедствия.

Неликвидным проектом, как оказалось, были рахни, скоммунизженные с Новерии. И эти самые рахни очень плохо горят. Один из фактов об этих тварях, который я запомнил теперь на всю жизнь. Ещё у них были шипы. Здоровенные, с ладонь, металлические хреновины, которые они метали в нас. И это был бич, с которым металлокерамика откровенно не справлялась. Панацелин лился рекой, но помогал отнюдь не всегда, раны гнили и не заживали.

Приходилось изгаляться с кинетическими щитами, увеличивая диапазон действия и снижая порог срабатывания, но это спасало ровно до того момента, когда твари подбирались на расстояние удара их «хлыста». Грёбанные раки. А эти чудные проплавленные в скальной породе пещеры мне, наверное, сниться будут ещё год. В общем, когнитивный диссонанс я выхватил.

Вот это как? Вроде бы попал в массу, а хлюпаю по колено в слизи в тяжёлом доспехе с крупнокалиберным пулемётом в руках, и сражаюсь с натурально «чужими», то ли как космопех «Вархаммера», то ли как Элен Рипли. Меня не устраивало ни то ни другое. Но Призраку я об этом уже не говорил, ибо обиделся тот на мою последнюю выходку на Луне. Точнее, ему не понравился наш разговор после. Или же он просто решил, что у него в стойле конь застоялся, вот и пустил меня разом в галоп и по буеракам. Тоже может быть. В любом случае, я ему свои претензии пока высказывать поостерегусь. Особенно теперь, когда после стычки с рахни от группы зачистки осталась едва ли половина. Да и, к тому же, базу Альянса членистоногие не только разрушили, но и расплавили, так что оставшихся солдат Альянса пришлось эвакуировать, по этой причине сейчас мы летим прямым курсом на Цитадель, дабы передать разведчиков с рук на руки дипломатической миссии. А что? Приказ повышать авторитет «Цербера» в глазах военных был? Был. Вот и повышаем, как можем.

Ну это всё дела текущие, я же, наконец, решил разобраться с посылкой Раала. Даже не знал о её существовании, однако, она хранилась «до востребования» на личных складах Арии, а потому меня дождалась целая и невредимая. Даром что очень большая. Такая большая, что я малость ошалел, впервые её увидев. И у неё была своя история.

Лет эдак семь-восемь назад, когда мы ещё и помыслить не могли ни о «Чёрном Ветре», ни, тем более о «Новом Горизонте», попросил я у него сделать мне скафандр. И тот пообещал. С тех пор утекло очень много воды, он вернулся во флот, потом прилетел с паломниками и сразу к «Скиллианскому блицу», в общем, всё забылось и даже в шутку не переросло. Я так думал. А вот Раал — нет. Оказывается, всё, то время, что мы были вдали друг от друга, у него было хобби. Кварианец собирал броню. Штучно. Для себя, для жены, для Лизелль, да ещё бог знает для кого ещё, но главное — для меня. Чёрт! Он даже не знал жив ли я, но каждые полгода отсылал новый кофр в складскую ячейку моей приёмной матери на Омегу. Вот как это назвать? Преданность? Честность? Фанатизм? Долг? Вера? Слов у меня не было.

Зато было две дюжины кофров с бронёй разных типов и поколений, но неизменно высочайшего класса. Она-то меня и спасала в моём вояже по филиалам Ада.

Я выбрал себе два комплекта. Тяжёлый Силарис, на самом деле от азарийской брони там мало что осталось, разве что сам металл, СЖО в нём была кварианская, но адаптированная под человека. Да и в основном, всё что касалось жизнеобеспечения было кварианским, потому как уж разумные, всю свою жизнь проведшие в скафандрах, как никто знают, какой она должна быть. В остальном, броня была сделана по стандарту Калашникова, который свято блюдут его наследники из «Розенков Материэлз». Простота, надёжность, качество. Плюс материалы, которых у русских конструкторов просто нет. Этот доспех по-настоящему проявил себя именно в пещерах рахни, позволяя мне быть в авангарде и закрывать менее защищённых солдат.

Лёгкий же скафандр изначально стремился к кварианским стандартам. Полностью облегающий и почти не стесняющий движения. А ещё у него был джетпак турианских легионеров. Правда, как сумрачный кварианский гений его туда воткнул, осталось для меня загадкой, сколько я в схему ни вглядывался. Его я выбрал себе в качестве повседневной формы. Удобный, зараза.

В общем, всё время, что отряд был в перелётах и до самой Цитадели, я чах над подарком, как Кощей над златом, заперевшись с ними в арсенале, вникая в спецификации этих шедевров.

Сделал себе зарубку заглянуть на Омегу после оружейной реформы восемьдесят четвёртого года. И да, остальную броню на складе пришлось пустить на унигель.

В общем, так я на Цитадели и оказался, а улететь оттуда уже не получилось.

***

Адмирал Хакет стоял на командном мостике дредноута «Эльбрус» и смотрел, как внизу суетятся операторы. Сколько ни готовься, а сигнал тревоги всегда звучит неожиданно, а в данном случае в него даже поверить с первого раза не получилось. Даже ему. Шутка ли? Цитадель закрыла транспортное сообщение и перешла в осадный режим, ожидая нападения.

Однако, армия на то и армия, что, получив приказ, солдаты сначала его исполняют, а уж потом осознают, так случилось и в этот раз. Пятый флот сначала выстроился у ретранслятора, а уж потом с адмиралом связался посол Удина и поведал все новости.

Первая из них была буквально написана на лице посла. Точнее, сочной синевой расплывалась вокруг его левого глаза.

Андерсон помог Шепарду угнать «Нормандию», и тот отправился на поиски мифического «Канала», который, по словам того же Шепарда и являлся первоочередной целью Сарена. Вот тут адмирал попросил прояснить, почему СПЕКТРу пришлось угонять собственный корабль, на что получил ответ весьма невнятный и не имеющий ничего общего ни с логикой, ни со здравым смыслом. Но раз уж случилось, то уже случилось, Хакету лишь пришлось потребовать освободить Андерсона из-под стражи, так как он выполнял распоряжение ВСЁ ЕЩЁ ДЕЙСТВУЮЩЕГО сотрудника Специального Корпуса Тактической Разведки Совета, что Удина, скривившись, как от зубной боли пообещал исполнить сразу же по окончании сеанса связи только закончит сообщение.

Итак, Цитадель перешла на осадное положение ввиду угрозы нападения со стороны гетов и бывшего СПЕКТРа Сарена Артериуса, а так как боевая мощь синтетиков остаётся величиной неопределённой, то Пятому флоту надлежало быть в полной боевой готовности, дабы оказать своевременную помощь Силам Обороны Цитадели. На самом деле, это решение было чистой воды самоуправством Альянса и разрешения на вторжение флоту, естественно, никто не давал, но если ситуация выйдет из-под контроля, то под рукой лучше иметь заряженную винтовку, нежели кофр, повязанный ленточкой.

В завершение, адмирал подтвердил готовность кораблей, ещё раз настоятельно рекомендовал послу освободить Андерсона и только после этого отключил связь.

Однако, как только Стивен Хакет вернулся на мостик, его огорошил очередной сигнал тревоги, а специалист РЭБ оповестил всех о том, что из ретранслятора вышла целая эскадра кораблей «Чёрного Ветра» и их командир требует связи. Так что адмиралу ничего не оставалось, как сделать разворот на сто восемьдесят градусов и вновь идти в радиорубку. Но вот когда проектор высветил того, кто так желал с ним связаться, Хакет даже сморгнул от удивления, но позволил неожиданному собеседнику наслаждаться произведённым эффектом едва ли больше пяти секунд.

— Баркли, — Скрипнул командующий Пятого Флота, внезапно ощутив тяжесть всех прожитых лет на своих плечах. Этот человек считался погибшим очень давно и Хакет, знавший его, как законченного идеалиста и романтика в это верил. Даже донесения разведки игнорировал, списывая всплывавшее в отчётах имя на однофамильца, или вообще другого человека, взявшего случайное имя. — Слышал, как высоко ты взлетел, да прямиком из могилы. У тебя должна быть веская причина связаться со мной.

— Разумеется, адмирал. Я здесь для того, чтобы показать вам, с чем придётся иметь дело. Передаю данные по супердредноуту Сарена.

— Я посмотрю. — Кивнул адмирал. — Однако, зачем ты вернулся?

— По воле Пророка. — Ответила голограмма, не дрогнув ни единым мускулом на лице. — Я прошу Вас временно принять мою эскадру в состав пятого флота для совместного отражения атаки на Цитадель.

— Откуда ты знаешь, что это самое нападение случится? — Со скепсисом спросил Хакет. — На самой Цитадели в него не верят.

— Нападение будет. — Уверенно заявил Баркли. — И тот монстр с записи, что я прислал, там тоже будет. Поэтому мы здесь сейчас разговариваем. Адмирал, посмотрите запись, она короткая, а потом поговорим. Баркли, отбой.

Голограмма погасла, и Стивен всё же запустил присланный файл.

— Баркли, — Связался он с командиром условно союзной эскадры, — приглашаю вас посетить «Эльбрус» с целью согласования плана действий на предстоящую боевую операцию.

— Принято, сэр.

— Было бы неплохо, захвати вы с собой перечень ваших судов со спецификациями. Хочу знать, чем мне предстоит командовать.

— Само собой.

***

— Раса. — Кивнул Призрак оперативнице, чьё настоящее имя не знал даже он.

— Призрак. — Уважительно склонила голову смуглая симпатичная девушка.

— Как продвигается ваше расследование?

— Странно. — Хмыкнула она в ответ. — Никогда прежде не имела дела с таким подходом к религии. Если это можно назвать религией.

— И чем же он, по-вашему странный?

— Эта секта, если её можно так назвать не была основана кем-то намеренно. — Пояснила девушка. — Скорее, была следствием определённых действий некоего кварианца и его группы поддержки, так называемых «Арбитров». Но идейный вдохновитель именно кварианец. Возможно, на него сильное влияние в своё время оказал ваш человек, Гай. Не удивлюсь, если была сексуальная связь.

— Что? — Призрак поперхнулся сигаретным дымом. — Нет! Смею вас заверить. Мы наблюдали за ним достаточно долго. Женщины. Исключительно земные женщины.

— Уверены?

— Я могу предоставить вам данные о любом дне его жизни начиная с четырнадцати лет.

— Ага. Случай с Голо’Мекком. Читала отчёты. — Хмыкнула Раса и не удержавшись добавила: — Эпический фейл.

— Не все мои агенты имеют ваш талант. — Призрак стряхнул пепел. — Давайте продолжим. Что навело вас на ТАКИЕ предположения.

— Да всё. Этот кварианец либо влюблённая школьница, либо просто гениальный актёр. Во всём, что он делает, виден такой восторг перед Гаем, что мне просто по-женски завидно! Он его боготворит!

— И подставляет под удар. — Напомнил магнат.

— Так даже лучше! Своего не добился, ушёл к азари, а «друга» подставил. Всё становится на свои места.

— Что именно?

— Ну… Кварианцев большинство рас вообще за пустое место держат… Держали. И тут на тебе, появляется один шустрик на Омеге и встречает другого шустрика, учится у него тому, что ему не хватает, наглости, к примеру, в результате чего рождается гений, аналогичный Макиавелли. Который в свою очередь придумывает махинацию на несколько лет вперёд, а чтобы как-то объяснить свои удачи, придумал некоего пророка с намёком на Гая и спокойно захватил себе кусочек космоса.

— В эту теорию не укладываются пророчества. — Напомнил Призрак.

— Это потому что их нет.

— Как это?

— Ну вот так. Просто хорошая разведка, а невнятные голоса на записи — это… да вот сейчас пойду первого попавшегося разумного за сто кредитов попрошу прочитать текст и готово. Или лучше сделать запись самому используя цифровые вокабуляторы. Тогда и платить не придётся. Кстати, по поводу разведки. Данные сливает точно не Гай. Я проверила все журналы за период с момента вербовки до прошлого года включительно. Ни одной попытки связаться с кем-то из бывших знакомых.

— Как я и думал. Вам удалось взломать сеть корпорации?

— Э… Нет. Ничего действительно важного. — Девушка зло скрипнула зубами. — Фанатики удивительно хорошо защищены.

— Как они познакомились со сценаристкой?

— Через Арию. И Лео. Их фамилии созвучны, не исключено, что на этом фоне и спелись. Она полгода жила у Королевы в отеле. Не удивлюсь, если Тар и Гай крутились неподалёку.

— Доказательства? — Припечатал Призрак.

— Нет. — Поникла Раса. — Только то, что после этого она в компании дочки Арии свалила на Землю аж на три года. А что об этом периоде жизни рассказывает сам Гай?

— Ничего. Моим людям не удалось разговорить его.

— А сами?

— Думаете, у меня есть время выслушивать его едкие шуточки?

— Понятно. — По голосу девушки было не сложно догадаться, что ей ничего не понятно. Но её глаза блестели озорством - верный признак того, что дело её заинтересовало. — Значит, только земные женщины?

— Что? — Призрак сразу уловил, куда клонит девушка. — А, да. Рыжие.

— В таком случае, вы не против, если я сама его расспрошу?

— Дерзайте, но только, как закончите с текущими делами. Гай сейчас… несколько занят.

— Есть, шеф. Конец связи.

Глава 46 О конспирации и идиотизме в больших дозах.

Позднее, когда всё уже закончилось, я лежал в Больнице Гуэрта и думал, как мне удалось проворонить такое событие, как штурм Цитадели? Оказалось, виной всему, конечно же, было моё нежелание в нём участвовать, плюс ещё несколько факторов. Капитан фрегата, на котором мы и осуществляли свой ни разу не безопасный вояж по «неликвидам» Цербера, не обратила внимания на то, почему её судно задержали в доках. СБЦ-шники не ломились на борт с обыском, вот она и не паниковала, просто скинула инфу группе высадки, что наше увольнение на берег затягивается до особого распоряжения. Это был тот самый звоночек, которого я не услышал. Вторым был сам Флот Обороны Цитадели, гордо выстроившийся у всех на виду, занимая половину неба. «Красиво», тогда подумалось мне и не более того. Кто-то из Церберовцев даже пошутил на эту тему.

Моей же самой главной ошибкой было то, что, сделав столько распоряжений Раалу на будущее, сам я к этому событию даже не пытался привязаться хронологически. Да и как тут? В оригинальной игре со временем ситуация складывалась вообще очень весело. Даже то, что мы выполняли «побочки» «Нормандии» из второй половины игры, мне по большому счёту ничего не сказало. Да и не могло.

Так что единственным способом хоть как-то привязаться к игровым событиям был постоянный мониторинг действий коммандера Шепарда, который, к сожалению, посторонним гражданским не исповедуется. И да, я ещё к тому же нарочно не интересовался новостями о нём. Исключительно в рамках новостей Гало-ТВ, в которых он мелькнул лишь в день своего назначения.

Но обо всём по порядку.

Прибыли на Цитадель мы усталые и вымотанные. От отряда под конец полёта старался держаться подальше весь экипаж корабля. Так что, как только судно закрепилось в магнитных захватах капитан приказала нам в полном составе направиться в «Логово Коры» и напиться до беспамятства, что мы, собственно и сделали, дождавшись эвакуированных десантников Альянса, которые и обещались платить за выпивку.

Смотреть за тем, как накачиваются морпехи было забавно, тем более, что бар после трагической смерти владельца и покупкой его человеком Арии заиграл новыми красками, однако мне это быстро наскучило, как и девушке лейтенанту, командовавшей разведчиками.

Вообще, я сильно удивился, увидев её без брони. Рослая крепкая блондинка с приятными чертами лица и правильными формами (эдакая «фитоняшка» из спортзалов в моей прошлой жизни), поведением напоминала Эшли Уильямс, разве что Теннисона не цитировала и крестик не носила. Про таких обычно глупые и в конец отбитые подчинённые пошло шутят в душевых. Исключительно в душевых, дабы не спалиться перед ними и не отгрести потом на спарринге. Простая и приятная в общении, к тому же любопытная, и, как и я, ни разу не была на Цитадели нигде, кроме доков пролётом. Вот с ней-то мы и устроили себе экскурсию по местным достопримечательностям.

Всё-таки, если на миг отстраниться, что эта хрень не что иное, как масс-ретранслятор в глубокий космос, из которого к нам вот-вот придёт писец, то Цитадель поражала и завораживала. Взять хотя бы тот вид на лепестки, что открылся троице Шепарда по дороге из жилых кварталов в Президиум! Да, мы нашли этот балкон. Потом пробежались по рынку, облизнулись на новинки оружейной промышленности, которые там выставлялись, избили гопников, попытавшихся нас ограбить в какой-то подворотне и, посчитав, что теперь в Жилом секторе видели всё, поднялись к Центральному кольцу. Кстати, первые пять минут музыка в лифте действительно не раздражает, однако выключить её нельзя ну никак. Только отдать голосовую команду переключить на новостной канал.

Президиум представлял собой один сплошной парк, состоящий из аккуратных дорожек, площадей и аллей, расположенных по берегам гигантского озера. Больше всего мне там понравились мосты, протянутые высоко над водной гладью. Царство белизны и зелени по которому туда-сюда сновали небольшие группы представителей всех рас.

Красота, идиллия, даром что птички не поют.

Ну так вот. Шли мы как раз мимо памятника воинам-кроганам и я, собственно, как раз бронировал столик на двоих в «Сверхновой», дабы достойно завершить этот день, как Алекса, а именно так звали мою спутницу, окликнула меня и предложила посмотреть вокруг чего это собралась толпа?

А толпа собралась вокруг протеанского «памятника» ретранслятору масс, который не только гудел, но и активно вращал кольцами, чего за ним отродясь не водилось. По крайней мере об этом мне стало известно из отрывков диалогов, собравшихся вокруг зевак.

Все вокруг спорили, фотографировались и наперебой выдвигали теории о том, что же это значит. А вот я точно знал, что происходит.

— Ты чего такой бледный? — Похоже, моя реакция очень позабавила Алексу. — Ретранслятора испугался? Так ты не переживай, он же маленький!

— А? — Вернулся я в реальность, выискивая в толпе офицеров СБЦ. Вообще, я уже понимал, что ничего не успею, просто у них было оружие, которое мне могло пригодиться минут через пять-десять.

Оружие. Да как тут пистолет-то поможет?

— Эй! — я получил тычок в бок. — Тебе что? Плохо?

— Ещё нет, Алекс. — Проскрипел я. — Но скоро, кажется, будет… и если б только мне.

Так! Стоп! Что-то я какой-то потерянный. А ну, соберись тряпка! Давай! Вдох-выдох, ну!!!

Вдох. Выдох. Думать поздно, надо делать и не сомневаться. Беру девушку за предплечья и смотрю ей прямо в глаза.

— Алекс, ты сейчас вот прямо бегом побежишь в посольство Альянса. К главе СБ. И скажешь, что нападение началось.

— Какое ещё?..

— Ты. Скажешь. Им. Это. — И веско добавил, ткнув пальцем в небо. — Поверь, флот над нами не зря так выстроился. Они всё знают и ждут, а мы впустую расходуем время, которое можем потратить на спасение жизней гражданских. Поверь мне.

— Х-хорошо, Лео. — Сказала лейтенант и я разжал хватку. Оу. Ей, наверное, было больно, вон как локти растирает. — Но с тебя объяснения.

— Если выживем. Беги.

И она побежала, а я быстрым шагом направился к запримеченной мною азари в лёгком скафандре СБЦ.

— Офицер! Надо срочно очистить площадь!

СБЦ-шница глянула на меня с интересом и жалостью, но рта раскрыть ей я не дал.

— Эта штука, — ткнул я пальцем в ретранслятор, — тихо гудела туеву хучу тысяч лет, и никто не знает, что это такое, а теперь она выглядит, как ретранслятор, готовый к работе. А ну как из него сейчас какая-нибудь хреновина выпрыгнет! Она может быть заразной, может начать стрелять во всё на свете, а тут столько гражданских!

К сожалению, в синих глазах добавилась уверенность, что меня ни разу не обнадёжило.

— Вы впервые на цитадели? — Хлопнуло глазами это обличённое властью чудо.

— Да! И я потенциально опасен! — Закричал я, начиная привлекать внимание толпы. — Изолируйте меня от них на всякий случай!

Чёрт. Азари, без правильного воспитания вообще тормоза невероятные. Надо было искать турика или лягушку.

— Может быть, вам не… — Поняв, что дальнейшие переговоры бесполезны, я просто влепил девке пощёчину, затем переместился ей за спину, заломив руку на болевой и завладел её пистолетом. Следующим движением вскидываю штатный ствол вверх и делаю несколько выстрелов. На целых пять секунд воцаряется тишина, нарушаемая лишь гулом мини ретранслятора. И вот она взрывается паникой.

— А ну все нахрен с площади! — Стараюсь я перекричать шум паникующей толпы. Продолжаю стрелять в воздух, делая мерные паузы, чтобы пистолет не перегрелся. Он может понадобиться в любой момент. — Домой! Домой! И чтоб духу вашего здесь не было. А ты, жертва сытой мирной жизни не рыпайся, а то руку вырву! И не дай тебе твоя богиня подумать о биотике!

Ну вот, движение создал, народ рассасывается, можно и самому местечко поудобнее занять.

— Вы напали на офицера Службы Безопасности Цитадели! — Заверещала моя пленница с поистине азарийским пафосом. — Сейчас сюда слетятся все свободные от дежурства офицеры!

— Вот и замечательно! — Ствол упёрся в висок СБЦшницы. — Ты, кстати, созвонись с начальством, запроси, чтобы ребята с собой тяжелое вооружение прихватили.

— Вы, люди, полные психи! — Пришла к выводу азари, которую я волок в угол площади за статую.

— Ага. Звони давай.

— Что?

— Подмогу вызывай. — Надавил я пистолетом посильнее. — Да чтобы с бронетехникой!

И о чудо! Она наконец, послушалась!

Появление первых гетов мы наблюдали в очень тесном контакте. Я стоял сзади и плотно зажимал девушке рот рукой, попутно держа пистолет у её виска и шептал в слуховую мембрану всё, что думаю об офицерах, которые забили на инструкции по предупреждению угроз и терактов.

Синтетики тем временем всё прибывали и прибывали. Первая партия уже начала занимать оборону и с появлением большего числа платформ они действовали всё увереннее.

Я отпустил свою шокированную пленницу и устало уселся прямо на пол, опершись спиной о статую. Дабы СБЦ-шница не натворила лишнего, её я приземлил рядом с собой и приобнял за плечо.

— Я всё ещё псих? — Почему-то мне было смешно.

Та не ответила. Я подполз к парапету и глянул вниз. Десяток этажей свободного падения заканчивались ровной белой гладью улицы. Обратно к девушке я метнулся рывком, успев в последний момент одёрнуть её руку с омнитулом.

— Как только ты его включишь, они узнают, что мы здесь.

— Но надо доложить!.. — Истерично пропищала азари.

— Надо. Но не отсюда. — Согласился я. — Сможешь спустить двоих с тридцати метров?

Синяя изобразила на лице работу мозга и повторила мой манёвр до парапета и уставилась вниз. Вот только незаметно у неё сделать это уже не получилось.

— Долго думаешь! — для того, чтобы перекатиться через перила, плотно обхватив синенькую за талию, мне потребовалось одно мгновение.

***

Последней разумной мыслью в моей больной голове после того, как я очнулся, была заметка о том, что биотик из той СБЦ-шницы всё же хреновенький, и приземление выдалось так себе. Дальше — как отшибло. Однако то, что я лежал в одиночной палате, вместо того, чтобы коротать время со всеми остальными ранеными, наводило на определённые мысли.

— Очнулся, герой Цитадели? — участливо спросил меня до боли знакомый голос.

Я приподнялся на локте и осмотрелся в поисках его обладательницы. В глаза сразу бросились подробности незамеченные мною ранее. В широкое почти во всю стену окно бил яркий, но не раздражающий свет нового утра, сама палата была очень даже просторная и уютная. Не всякая квартира так обставлена. И цветы. Десятка два букетов, составленные в вазах тут и там приятно заполняли помещение чудесными ароматами.

Миранда сидела в тени падающего света, на кресле, закинув ногу на ногу и читая что-то с планшета. На её губах застыла лёгкая улыбка, а взгляд обещал все десять египетских казней подряд и без перерыва на смазку трущихся поверхностей.

— Как ты здесь оказалась?

— На Цитадели? Не думаю, что это так важно.

— А в палате?

— Представилась твоей сестрой.

— Мы не очень-то похожи внешне. — хмыкнул я, вновь падая на подушку.

— Скажи это саларианцу, проверявшему у меня документы. — Фыркнула мисс совершенство. — К тому же, назовись я твоей женой, имела бы неприятный разговор с… прочими твоими пассиями.

О как. Утро, кажется, перестаёт быть добрым.

— Миранда, кругом война, какие бабы?! — Тихо взвыл я.

— Алекса Мейер, лейтенант морской пехоты Альянса. — охотно пояснила Мири. — Отбыла на Арктур вчера.

А… её я помню. Тогда почему во множественном числе?

— Некая азари из СБЦ, — прочла мои мысли церберша, — утверждает, что после всего, что ты с ней сделал, просто обязан на ней жениться.

— Пусть «скользит» куда подальше со своими фантазиями. — Аж передёрнуло меня от возможной перспективы. — С неё хватит того, что жива осталась. И вообще, то что я спас одного офицера, меня героем не делает.

На это моё замечание Миранда даже сморгнула. Затем пролистала экран планшета и кивнула сама себе.

— Ну… Учитывая, в каком состоянии тебя сюда доставили, лёгкая амнезия — это нормально. Что ты вообще последнее помнишь?

Я задумался и выдал:

— "Прыжок Веры" в обнимку с азари с сорокаметровой высоты. Потом мы с ней бежали в Академию СБЦ за помощью и хоть каким-то снаряжением. И, если меня не посадили за нападение на сотрудника силовых структур и хулиганство, то, скорее всего, оружие я получил.

— Так я вправду герой? — Всё же решил спросить я.

— Да. Вне всяких сомнений. Даже цветы от благодарных спасённых в наличии.

Оч-чень неожиданно, я бы сказал.

— Это за мой дебош перед мини ретранслятором?

Миранда лёгким грациозным движением встала с кресла и сделала несколько шагов в моём направлении, благо, чтобы нависнуть надо мной ей больше и не понадобилось. Чуть склонившись надо мной (ровно на столько, чтобы грудь не мешала обзору) она посмотрела на меня так, что даже ежу стало понятно бы: я только что добавил ещё пару статей к своему приговору.

— Нет, за то, что ты спас Совет Цитадели.

Я? ЧЕ-ГО-О-О?!!! Рука смачно припечатала лоб, породив звон Царь-Колокола в моей многострадальной головушке.

— Точно я? — Только и осталось что переспросить на всякий случай. Из-под ладони, сползшей ниже, но от лица не оторвавшейся голос звучал как-то глухо и виновато. — Не, в теории, я, конечно, мог вытворить нечто подобное, но всё же, это слишком даже для меня.

— Не сомневайся. Твои подвиги подтвердят под присягой полтора десятка офицеров безопасности, сами советники и четыре камеры видеонаблюдения. — Приморозила меня к матрасу Миранда, крайне расстроенная данным обстоятельством.

— А можно с записи поподробнее? — Спросил я всё же надеясь на чудо.

— Всё, что угодно, братик. — вновь фыркнула Мири и с помощью уни-инструмента активировала над моей кроватью проектор. — К тому же, запись уже отрежессировали.

Сначала без звука.

Удлинённый челнок, захлёбываясь чёрным дымом падает прямиком в скопление гетов и прокатывается по рядам сбивших его ракетчиков, разнося их, как кегли, но, минимум десяток ещё функционируют и разворачиваются, чтобы доломать каким-то чудом не развалившегося летуна. Сразу после этого из угла видимости камеры появляется фигура в чёрной броне, которая на бегу расстреливает две лёгкие платформы из винтовки, доведя оружие до перегрева и не сбавляя скорости.

На заднем плане видно, как подходят ещё несколько платформ, но из того же угла, что вышел человек (я всё ещё верил, что мне хватило ума ТАК не подставлять свою драгоценную тушку) строем подошёл отряд СБЦ, который под прикрытием биотики ровными залпами стал счищать подкрепление противника. В сторону флаера они не стреляли, боясь зацепить важных пассажиров.

Тем временем, геты повернулись к быстро сокращающему дистанцию человеку и даже несколько раз выстрелили, но это не возымело эффекта. От части пуль он ушёл в перекат, а то, что не прошло мимо было поглощено кинетическим щитом, схлопнувшимся от перегрузки.

Камера поменяла ракурс и теперь давала картинку от первого лица. Ой-ёй. Тот, кто шаманил этот видос явно был на короткой ноге с СБЦ.

Ну так вот, камера резко вынырнула из переката и сразу в невероятном прыжке налетела на первую платформу. Левая рука вцепилась в винтовку, отводя фатальный выстрел в сторону другого гета. Нож (Мой нож!) вонзился в шею синтетику, перерезая что-то важное, но как гаснет фонарик, я не смотрел, взгляд снова потерял ориентир пол-потолок и остановился, когда я уже всаживал омни-лезвие в спину ракетчика, разворачивая гета так, чтобы и его выстрел не пропал зря.

Камера вновь отдалилась, давая всем желающим насладиться видом боя с другого ракурса. СБЦ-шники подошли ещё ближе, оттеснив синтетиков от челнока советников и уже делали прицельные выстрелы по гетам возле самого шаттла, но это помогало слабо. Тем временем меня зажали трое.

Камера вновь переключилась на «фёрст персон» и я увидел, как мне в лицо прилетел кулак синтетика. По шлему расползается клякса из битого стекла, во весь экран растягивается полупрозрачная красная надпись о том, что целостность костюма нарушена.

Во время просмотра у меня всё больше раскалывается голова от дикого чувства дежавю. Это вне всяких сомнений был я. Но совершенно точно не тот я, что рос все эти годы. Эта моя версия скрытна и осторожна. Скорее, это тот я, что все эти годы сидел под замком, глубоко внутри меня, однажды, в день своего появления в этом мире вволю напившись крови батарианских пиратов. И сейчас эта моя часть получила карт-бланш. Или это всё мои бредни и тогда я действительно не видел другого способа быть полезным. Теперь уже не важно. Главное, что я всё вспомнил, пусть этот процесс и был весьма болезненным. И вообще, я в тот день не успокоился бы, если бы при штурме ЦУПа меня не приложило взрывной волной. Без шлема-то.

Получив удар, я мячиком отлетел от доставшего меня гета прямиком к другой платформе в которую и вонзил нож. Клинок, уже изрядно поизносившийся за бой, не выдержал столкновения с охотником и сломался, оставив тому в подарок семь сантиметров стали в энергоблоке. Я же, получив очередь, которую принял на себя только что восстановившийся щит, вновь ушёл в перекат, бросая бесполезную рукоятку в стрелка, и другим движением скидывая мешающий шлем. (Боги благослови универсальные крепления!) Тоже использую его, как снаряд, но с куда большим успехом. Брошенный с полутора метров компонент личной защиты разносит фонарик штурмовику и даёт мне время сократить дистанцию до двух оставшихся платформ.

Синтетик ломается в последующие полторы секунды, а на Джаггернаута я вскарабкался, как на дерево и, удачно разместившись у него на плечах, стал раз за разом вонзать ему в шею омни-лезвие до тех пор, пока гигантская платформа не осела на пол. Всё.

Далее я подбежал к челноку, с помощью того же омни-лезвия вскрыл люк на крыше и помог выбраться советникам, после чего их окружили барьерами и повели дальше по маршруту эвакуации.

— Дальше уже не интересно. — С этими словами Миранда выключила проигрыватель.

— Охренеть. — Задумчиво изрёк я.

— А уж как мы-то удивились. — Миранда обернулась, давая мне целую минуту наслаждаться видом её тыла. — Призрак… немного расстроен тем, как один из его перспективнейших агентов вдруг поставил крест на своей дальнейшей оперативной работе.

Вот, что да, то да. Спасибо экстранету, меня теперь каждый варрен в галактике знает. Так что представляю себе это Харперовское «немного».

— Тем не менее, показать советникам человечество в столь выгодном ракурсе — это того стоило, так что можешь особо не переживать. — Успокоила меня Мири. — Вкупе с тем, что сделали в тот день Шепард и Пятый флот это смотрелось просто восхитительно, наше членство в Совете теперь не вызывает никаких вопросов.

Точно! Пятый флот!

— Каковы потери людей?

— Мы потеряли пять судов уничтоженными и ещё семь можно восстановить. — Ответила Миранда, разворачиваясь. – Хакет был просто бесподобен в тот день.

Миранда посмотрела на часы в своём омнитуле и с едва ощутимым сожалением сказала:

— Мне пора. Как у тебя дела, я выяснила, последние новости рассказала, остальное потом. Была рада повидать тебя, Лео.

— Взаимно, босс, — вяло отозвался я.

Она запнулась на пороге уже открытой двери и полуобернулась.

— Спасибо за Ори. Я этого не забуду.

— Я знаю. — Совершенно серьёзно кивнул я ей, вновь приподнявшись на локтях. Вот только мисс совершенство явно вознамерилась оставить за собой последнее слово.

— Перед церемонией награждения побрейся, Лео.

Стерва.

Глава 47 Об удивительных приказах и неожиданных встречах

— Мистер Гай, отлично выглядите. — Иронично салютовал бокалом Призрак.

Я же, не выдержав, вновь коснулся причудливой сеточки белёсых шрамов, оригинальным кружевом овивших всю правую половину лица. Своим зудом они теперь двадцать четыре часа в сутки напоминали мне, что геройство обходится очень дорого. И это мне ещё повезло. Удар гета разбил дешёвый композит СБЦ-шного шлема, в результате чего осколки внутренней электроники впились мне в лицо не задев глаз лишь по какой-то нелепой случайности.

Зато теперь мне понятно, выражение лица советницы Тевос, когда я вытаскивал их из лимузина: быть спасённой Фредди Крюгером — удовольствие сомнительное.

— Не стоит. — Хмуро ответил я. «Думать о хорошем» у меня не получалось с самого отъезда с «Цитадели»

— Прежде всего, хочу поблагодарить вас от лица всего «Цербера». — Призрак почти успешно попытался просверлить меня взглядом. — Ваши действия, несмотря ни на что, сыграли немалую роль в установлении более близкого контакта с расами совета. Однако, я бы хотел получить разъяснения по некоторым, как мне кажется, важным вопросам.

— Конечно.

Затяжка, хищный отблеск светящихся зрачков. В красноватом полумраке оч-чень эффектный жест.

— Как вы вообще узнали, что памятник ретранслятору на самом деле и есть ретранслятор? И почему вы решили, что он сработает именно тогда.

— Потому что я только что вернулся с зачистки туннелей рахни. — Спокойно ответил я.

— Не улавливаю связи.

— Вы хоть раз были внутри улья гигантских космических муравьёв? Нет? Тогда расскажу подробнее. Это округлые проплавленные коридоры в породе. Слизи по щиколотку и не всегда понятно, где заканчивается пол и начинается потолок. Полнейшая дезориентация, твари без королевы скатываются до примитивного уровня и начинают строить натуральный термитник. Где порода поддаётся кислоте проще — они строят галереи. В них-то самое весёлое и происходит. В центре сидят здоровенные солдаты в каком-то спящем состоянии: сложенные в несколько раз, все облитые слизью и обвешанные какой-то органикой. Мимо них можно пешком ходить, будто они вообще витают где-то в космосе. Ну так я к чему? Не дай высшие силы в этой слизи наступить на что-то подведённое к твари, тогда в эту единственную точку на его рёв сползается весь оставшийся в живых выводок. Отовсюду: сверху, снизу, сбоку.

Призрак смотрел на меня с прежним выражением лица, но в воздухе отчётливо витала мысль, что связи в общем-то нет.

— В общем, с тех пор я жутко не люблю любую непонятную хрень, которая чёрт знает сколько лет просто стояла и тихо гудела, а потом взяла и заработала. К тому же, Призрак, это памятник ретранслятору, который так же, как и настоящее реле, никому до сих пор не удалось просканировать. А что если это и есть ретранслятор? Примерно так я и размышлял.

— Предположим. Откуда вы знаете, что его не смогли просканировать до сих пор?

— Не поверите, мне Авина рассказала. — Хмыкнул я. — Она вообще всем об этом рассказывает. Только кто б её слушал?

— Хорошо, с этим разобрались. — Облачко дыма растаяло в полумраке. — Почему вы решили не участвовать в церемонии награждения?

— С такой-то мордой и в телекамеры?! — делано удивился я.

— Леонард… — укоризненно произнёс призрак. Хохма не прошла.

— Да тут всё просто. — Сдулся я. — Там присутствовали разумные, которые знают меня в лицо и по другим делам. Не хотел светиться ещё и перед ними.

— Кто же?

— Ричард Дженкинс и Кайден Аленко. — Поморщившись ответил я. — И если лейтенант достаточно сдержан, то горячему парню Лирою вполне хватило бы ума устроить казус прямо на награждении.

— Только поэтому?

— Нет. Камеры. Одно дело быть засвеченным сразу во всех разведках пространства Цитадели и совершенно другое, когда тебя узнаёт толпа. У меня не такая крепкая печень, чтобы пить со всеми желающими поставить мне стаканчик. — Вспоминаю Конрада Вернера и меня пробивает крупная дрожь омерзения. Не приведи высшие силы мне такого счастья. — Минута славы в блеске софитов того не стоит.

— Хм, понимаю. — магнат поставил опустевший бокал на стол. — Думаю, с вас пока достаточно.

— Каково будет моё следующее назначение?

— С этим пока повременим. Мои психологи настоятельно рекомендуют не беспокоить вас какое-то время, и… учитывая, сколько вы всего пережили за прошедший месяц, я вынужден с ними согласиться. Так что пока отдыхайте, с вами свяжутся.

Ну что ж… Тоже не плохо. Тем более, в кои-то веки я был с этими самыми психологами солидарен.

— Принято.

— В таком случае, не теряйтесь из виду. Даже теперь я очень рассчитываю на вашу помощь. Призрак, отбой.

***

Шепард сидел в своей каюте на Нормандии и работал с документами, в кои-то веки рискнув взяться за них лично. Не то что бы ему лично самому требовалось следить за бухгалтерией, на это есть интендант, но запросы, заверенные личным идентификатором СПЕКТРа, выполнялись не в пример быстрее, чем иные. Но не в этом причина. Нужно было отвлечься хоть ненадолго. От Сарена, приставившего себе ствол к гребню, от идиотов-советников с их грёбаной осторожностью, да даже от жнецов, будь они трижды прокляты!!! Его никто не услышал. Ни Совет, ни Альянс. Даже Андерсон, хоть и соглашался с ним, но должной уверенности в грядущем нападении не имел. Все как будто сговорились: если зверя не видно, то его и не существует.

Звуковой сигнал оповестил Джона о том, что у двери его ждёт кто-то из экипажа. Десантник встал со стула и потянулся до хруста в спине, затем дошёл до двери и прикоснулся к панели. Переборка отъехала, явив его взору нерешительно мнущегося парня.

— Дженкинс? — Удивлённо приподнял бровь коммандер.

— Сэр, да, сэр. — вытянулся в струнку солдат, но увидев удивлённое выражение лица командира сдулся и стал даже как бы меньше ростом.

— Не волнуйся. Просто войди и скажи. — Шепард освободил проход.

— Я… Спасибо… — Сержант прошмыгнул в каюту, огляделся и замолчал, не зная с чего начать. Но вскоре собрался и дрожащей рукой протянул коммандеру планшет. — Сэр… я… в общем, вот.

Минуту Шепард вчитывался в сухие официальные строчки, затем поднял полные недоумения глаза на самого неунывающего члена своей команды.

— Рапорт о переводе?! — выдохнул СПЕКТР.

— Я… Не поймите неправильно, сэр, я… — Ричард выглядел таким виноватым, что вот-вот грохнется в обморок. — Я не хочу показаться трусом, но… да.

— Почему? — Будучи офицером Альянса, Шепард не раз и не два подписывал такие бланки, притом делал это с лёгким сердцем. Если солдат уходит из подразделения, значит не прижился, но именно сейчас этот рапорт его задел. Он не мог подобрать причины, по которой этот азартный сорвиголова так удачно и с первого боя вписавшийся в отряд вдруг решил уйти. — Если тебя что-то не устраивает, давай просто обсудим. Зачем такие крайности?

— Сэр… нет я… Мне тут очень нравится! Лучшая команда, которую я когда-либо видел! А за вами я хоть в огонь!

— Так в чём же дело?

— Э… видите ли… Я тут подумал… — Тут Лирой вспомнил, что именно после этой фразы творил свои самые отчаянные глупости, в чём был многократно уличён в том числе и командиром, покраснел как помидор, но продолжил, — действительно хорошо подумал и решил. Подам прошение о зачисление меня в гарнизон Иден Прайм.

— Ричард?! Ты серьёзно? — Вот это было для Шепарда новостью. Сержант фактически заявил, что повесит винтовку на стену. И что самое ужасное — он в этом поветрии далеко не первая ласточка!

Сразу после церемонии награждения к нему подкралась Тали’Зора и почти шёпотом жутко стесняясь попросила разрешения покинуть корабль, так как свой долг перед галактикой она исполнила сполна, так что теперь ей предстоит завершить своё паломничество и принять имя Корабля. А после того, как получила согласие, радостно подпрыгнула и позвала в свидетели на обряде.

И это ещё не всё. Прибыв на корабль практически тем же вечером Шепард обнаружил Урднота Рекса потрошащего свой оружейный шкафчик. Стыд крогану был неведом, потому на косой взгляд здоровенный ящер пояснил, что ему пришло время отправиться и дать кое-кому в зубы на Тучанке, но не попрощавшись с командиром, он бы всё равно не ушёл. И ещё попросил не уговаривать его остаться, а то не дай Аралах, согласится, а дела дома тоже надо делать. Тем более, что в обозримом будущем маячит такая задница.

Но это ксеносы. Как бы близки они ни были по мировоззрению с людьми, у них свои дела и обязанности дома, так что Шепард был мысленно готов к тому, что однажды они уйдут. Единственное что (он пока не готов был себе в этом признаться), коммандер не представлял, что на берег попросится Лиара с которой у него была совершенно потрясающая ночь перед штурмом Ила, и которую так и не получалось повторить по разным причинам вот уже неделю (Проклятые протеанские артефакты, которых они набрали на мёртвой планете!).

Ну и конечно же Гаррус. Куда же без «неправильного» турианца? Птицелицый плавно вжился в общий ритм жизни «Нормандии» и никто уже особо и не замечал его малость неземное происхождение. Даже Пресли.

Но сейчас речь не о нём.

— Ричард, держать я тебя не имею никакого морального права, но мне бы очень пригодился боец твоего уровня.

— Вряд ли, сэр. Большинство операций, осуществляемых СПЕКТРами в пространстве Цитадели совершаются в тени, без привлечения большой силы, а в условиях городского боя два снайпера и два биотика прикрывающих N7 — это более чем круто. А если бой не городской, то сразу хватайте с собой роту спецназа, полномочия есть.

— Подготовился, значит.

— Я долго думал. — Напомнил Дженкинс, а Шепард вдруг понял, что не может увидеть в нём того привычного раздолбая. Вот ну не получается.

Коммандер потёр подбородок и ещё раз перечитал рапорт, затем тяжко вздохнул и резко, чтобы не передумать завизировал документ, затем, секунду поколебавшись, вернул планшет уже без пяти минут бывшему подчинённому. Но тут в его мозгу что-то щёлкнуло. Совместить два несовместимых понятия, а именно «Дженкинс» и «Долго думал», у СПЕКТРа не получилось даже с этим образом. Идея была такой яркой, что обогнала мысль.

— Ричард, я хочу, чтобы ты рассказал мне, что сподвигло тебя на столь резкий шаг. Как бы бредово это не звучало.

Дженкинс вздрогнул, будто офицер прочитал его мысли.

— Понимаете, мой командир… э… не вы, сэр, мой взводный из Академии… Ну тот, про которого вы ещё меня расспрашивали два часа к ряду.

— Гай? — Подался вперёд Шепард, будто охотничий пёс.

— Да. Так вот, он говорил, что в теплицах вырастают только овощи, но, чтобы стать полноценным бойцом, нужно создать для себя все условия самому.

— Не могу не согласиться, — подумав, медленно проговорил Джон, пробуя мысль на вкус. — Но для этого нужно твёрдо знать к чему стремиться.

— Именно, коммандер. И я знаю. Но с этой точки зрения, «Нормандия» — идеальная теплица. — Дженкинс принялся загибать пальцы, — Крутая команда, лучший корабль, командир опять же лучший из возможных… Я точно знаю, куда бы я не попал после «Нормы», так классно уже не будет. Но здесь я смогу стать только хорошим солдатом, а хороший солдат только хорошо выполняет приказы. Под вашим руководством я смогу стать очень крутым… овощем, сэр, а хотелось бы ещё и своей головой думать научиться.

— В гарнизоне? — Скептически изогнул бровь Шепард.

— Да, сэр. Поднатаскаю молодняк, поучусь командовать отделением, подам документы в институт… Опять же, с родными поближе…

— Это… было весьма неожиданно, Ричард. Но ты принял решение, и я его уважаю.

— Спасибо, сэр. Э… без обид? — На всякий случай осведомился сержант.

— Конечно, солдат, удачи. — СПЕКТР протянул руку для пожатия. — Но скажи мне, ты ведь хотел забыть своего инструктора как страшный сон, с чего вдруг ты его цитируешь?

— Не просто хотел, — криво усмехнулся Дженкинс, — у меня почти получилось. Вот только ублюдок сам напомнил о себе.

— Что?! Ты видел его на Цитадели?!

— Не лично, сэр. Чтобы указать мне как я ещё ничтожен, ему хватило только засветиться на камерах.

— Показывай. — Потребовал коммандер и спустя пол минуты принял на свой уник входящий видеофайл, который немедленно воспроизвёл. Увиденная сцена расправы над синтетиками его… впечатлила.

— Из-за ран лица не видно, но это точно он, — произнес Рич и объяснил свою уверенность. — Всегда говорил, что самое интересное в бою происходит, когда между тобой и противником руки не вытянуть.

— Он был на Цитадели. — отрешённо проговорил Шепард. — Почему мы не пересеклись на Церемонии?

Впрочем, он сам уже всё понял. Во время всей той триумфальной мишуры, всю группу высадки в оборот взяли маркетологи, политологи и прочие «специалисты по связям», которые предъявили им графики на всё время церемоний куда более строгие чем распорядки в дисциплинарных частях Иерархии.

— Ему крепко прилетело по лицу, сэр, — пояснил Дженкинс очевидное. — А если учесть в какой спешке это всё было проведено... Не думаю, что его отпустили врачи.

— Ты прав, Рич.

Потом они распрощались, и Дженкинс ушёл, оставив СПЕКТРа в тяжких думах. Больше до самого Арктура они не разговаривали, даже на одной палубе не пересекались.

На станции же сержант не хотел собирать вещи до самого последнего дня, помогая интенданту и Уильямс принять оружие и припасы и проверяя каждую накладную по нескольку раз с дотошностью, которой вслух позавидовал Вакариан. Солдата никто не гнал и не торопил. Экипаж понимал, что для молодого парня это было чертовски сложным решением, а командование осаживал Шепард, но час икс всё-таки пробил. Нормандия покидала доки и медлить было больше нельзя. Ричард стоял на пристани и жадно дышал запахом дезинфицирующего спрея, который оставался каждый раз, когда «Нормандия» открывала люк.

— Пора, Рой. — Сказал Шепард, вышедший проводить парня.

— Да, командир. — Дженкинс в нерешительности протянул Джону руку. Тот её уверенно пожал.

— Сэр, можно попросить об одолжении?

— Всё, что в моих силах.

— Если снова соберётесь спасать галактику, прихватите меня с собой! — Выпалил парень.

— Обязательно. — Широко улыбнулся коммандер. — Не разучись стрелять до тех пор, распоряжение СПЕКТРа.

— Сэр, есть, сэр!!!

***

В огромном, во всю стену бронированном окне медленно проплывали коричневые, как шоколад сумерки Иллиума, приятно расслабляя глаз разнообразием оттенков и редких проблесков тёмно-рыжего солнца. Кремовую густоту облаков подпирали громадные сиреневые небоскрёбы и перечёркивали огни воздушных магистралей. Настоящие джунгли из стекла и металла, столь же завораживающие, сколь и опасные, и отличающиеся от своих естественных прообразов только рационом хищников.

Я лежал, на животе, сложив руки под подбородком и не моргая смотрел в окно невидящим взглядом полностью отдавшись мастерству чутких рук своей старой подруги.

Почему я здесь? А вот захотелось! Достало всё, абсолютно! Массаж хочу. Чтоб каждую косточку, каждый позвонок, каждую связку мне размяли. И чтоб кайф словить! Чтоб хоть на секунду вспомнить, что в жизни есть не только стресс, Призрак и конец света! Вот не придумал ничего лучше, как припереться в «Мягкие Пальчики» сразу после того, как Призрак отпустил меня на все четыре стороны.

Лучший отдых — это смена деятельности. Пха! Эту фразу придумал тот, кто никогда по-настоящему и от всего не уставал. Так вот заявляю официально: Я ЗАЕ**ЛСЯ! Именно большими буквами. Хочется упасть и помереть.

Руки Лантеи, объятые едва видимым в тускло освещённой иллиумским светилом биотическим мерцанием, прошелестели по моей спине от основания черепа, вздыбив волосы, до поясницы.

Хм… Ну или так.

Так мне позволили покайфовать целый час. Лантея не была особо посвящённой в мои дела с "Чёрным Ветром" и не отличалась особым любопытством. Точнее не так. Она была любопытна, но имела прекрасное чутьё на моменты, которых ей касаться не стоит и быстро сворачивала с щекотливых тем. Зато она могла подолгу болтать ни о чём. Издержки профессии. Плюс то, что я когда-то настоял на том, чтобы она поверхностно изучала ксенопсихологию.

Она трещала ни о чём без умолку, пересказывая мне все те десять лет, что мы не виделись, изредка прерываясь на глоток воды и отдых рукам.

Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Закончился и массаж. Я лежал, накрытый тёплым махровым полотенцем, когда параллельно моей кушетке прикатили ещё одну. Я лениво повернул голову. Раал’Тар, без скафандра и маски, как и я накрытый полотенцем смотрел на меня своими светящимися глазами. Честное слово, если бы во мне оставались бы хотя бы моральные силы — я бы удивился как-нибудь более выразительно, но, думаю моей реакцией кварик всё равно остался доволен.

— Привет, Лео.

— Здравствуй, Раал. Отлично выглядишь.

— А чувствую себя вообще шикарно. В отличие от тебя.

— Спасибо за скафандры. Они шикарны.

— Спасибо за то, что избавил меня от них.

— Ты передал вакцину во флот?

— Нет. Это… не так просто сделать технически. Чтобы создать устойчивый иммунитет, потребовались годы медицинских изысканий. И даже если бы я открыл добытую тобой капсулу, это не сильно упростило бы процесс.

— Раал, я… — к горлу подступил ком. — за столько должен перед тобой извиниться…

— Пустое. Я получил куда больше, чем пожертвовал. — улыбнулся друг. — Мы все получили куда больше, чем даже мечтали. И прежде, чем ты ляпнешь очередную глупость, хочу тебе сказать — мы с тобой, Лео. До конца.

— Спасибо.

Немного помолчали.

— Оставишь шрамы? — Поинтересовался кварик ни с того ни с сего. — Я видел, как ты их получил.

— Пф! Вся галактика видела. — Фыркнул я. — Нет. Уберу в самом ближайшем времени. Уже встреча с хирургами назначена.

— Жаль, Джек бы понравилось.

— Джек… как она?

— Умница, красавица, упрямая. Если втемяшит что себе в голову — никто не остановит. За три года осилила общее образование. Нари и Вишез ею очень гордятся. Она у нас, как одна общая дочка. Всеми воспитана и всеми обласкана.

— Ну хоть у неё было детство. — Хмыкнул я. — пусть и немного запоздалое.

— Да уж, хотя бы так. — Раал вновь замолчал, а потом ни с того ни с сего усмехнулся. — Ты так спокойно разговариваешь о вещах, которых знать не должен. Не боишься?

— Ты уже должен был привыкнуть, посторонних в комнате нет, через стекло по моим губам не прочитать, я лежу боком к нему, а в комнате не работает вообще никакая электроника. Наверняка работа научников «Чёрного Ветра». Так что нет, бояться мне здесь нечего. Я даже с радаров "Цербера" исчез, переступив порог этого чудесного заведения, ну а ты сюда попал задолго до меня. Так ведь?

— Ты когда всё это узнал?

— Привычка.

— Точно. В таком случае, как ты смотришь на то, чтобы отойти от окна и обсудить кое-какие планы.

— Да, надо бы. — Я встал с кушетки, запахнулся полотенцем на манер римской тоги и пафосно вскинул руку. — Настало время Решающего Пророчества!!!

Глава 48 О секретах и способах их добычи.

Первое, что сделал Раал’Тар, вернувшись на «Кассандру» — заперся в комнате и стянул с себя скафандр, который был вынужден носить больше в целях маскировки, а от того тяготивший его ещё сильнее.

Снимать с себя эту долбанную резинку было не просто, но сложнее оказалось вытащить её из себя. Процесс был ужасен. Чего только стоило заново научиться контролировать такие процессы, как удаление отходов. Пища кварианцев неспроста была безвкусна. Она была упрощена до максимума именно из-за этой проблемы. Чем меньше в ней лишнего, тем реже ты меняешь резервуар. Закон сохранения массы во всём своём великолепии, так сказать. Выбравшийся же из многолетнего плена Раал, первым же делом решил попробовать всё, чего был раньше лишён… И, как следствие, банально оконфузился в собственном кабинете. Это был удар.

Но ничего. Выход был найден. Диета, составленная спецами из отдела по поиску иммунитета (о, да, вот уже пять лет этим занимался целый научный отдел Института Григоровича), новые исследования и процедуры. Вплоть до вживления в пищеварительную структуру специально выведенных бактерий. Бактерии! Ему вживили бактерии! Да скажи кому во флоте, сразу в карантинную зону посадят, или вообще кремируют во избежание… а ещё, были малоприятные тренировки, пока никто не видит, дабы не допустить повторения неловких ситуаций.

Ну да ладно, то дела сугубо личные, но вот ощущения от беседы со старым другом остались… схожие. Вроде бы и знакомый человек, и никогда он не был ребёнком, если по сути. Но теперь было вдвойне странно слушать историю его жизни, а под тяжестью фактов, заново переосмысливать все свои воспоминания о нём. Надо обдумать каждое сказанное им слово. И не только из того «пророчества», потом. Когда вынесенный мозг вернётся в голову и осознает полученную информацию. Сейчас же следовало хотя бы поделиться впечатлениями.

Народ в его кабинет набился довольно быстро. Нарисса уселась рядом, прильнув к нему, и как бы намекая, что рабочего совещания сегодня не получится. Тиера и Баркли оккупировали стол напротив него, Вишез заняла кресло поодаль, а больше никого из руководства на «Кассандре» и не было.

— Итак, как всё прошло? — Нарушил молчание человек.

Взгляды тут же устремились на кварианца.

— Странно. — честно ответил тот. — И чем больше времени с тех пор проходит, тем страннее кажется.

— Ну вы хотя бы не передрались? Помнится, улетая на Иллиум, ты имел весьма конкретные намеренья.

— Э… нет. Обстановка не располагала.

— Да? Это какая-такая обстановка? — Очень заинтересованно спросила его супруга.

— Ну… э… давай, я как-нибудь потом тебе расскажу.

— Расскажешь. — Уверенно кивнула азари.

— Детки, мы отвлеклись. — Бросила со своего места матриарх. — Скажи, Раал, о чём вы с ним говорили?

— В основном... Говорил он.

Собравшиеся в кабинете кварианца подобрались, в воздухе повис вопрос, который в виду своей молодости не постеснялась озвучить сценаристка:

— Значит, новое пророчество?

— Не знаю. Наверное.

— Раал… — Устало выдохнул Буч. — Хватит уже вот этих твоих…

— Точно! — Нервно воскликнула Тиера. — Я же объясняла, когда он достаёт хрустальный шар — это по любому пророчество!

— Не было никакого шара! — Выдохнул кварианец и, понимая, что угадайка от сценаристки сейчас продолжится, нанёс упреждающий удар: — и бубна не было! И пентаграмм со свечками! И костей не кидали! Мы даже кофе не пили!

Сработало. Привставшая было Л’Гая разочарованно цокнула языком и плюхнулась на место начав нервно черкать стилом в блокнотике. Но своей цели она добилась: напряжение в кабинете немного спало.

— Так как же это происходило? — Вишез с темы слезать упорно не желала.

— Мы просто обсуждали. Агррх!.. — Самый богатый в галактике кварианец со всей силой хлопнул себя ладонью по лбу и медленно, с чувством провёл ей по бледному лицу. — Да я до сих пор не пойму, что там действительно происходило. Мы просто сидели и с умным видом просчитывали варианты действий на будущие события так, будто они уже произошли! Притом просчитывал в основном он, а я такой с умным видом: «Дружище, а давай мы сделаем так, а не по-твоему», а он такой: «Верно, и как я об этом не подумал? А что если…» И вот так четыре часа.

— Офигеть! Пророк и его зам правят будущее в Иллиумском борделе! — Восторженно пискнула Тиера со своего места и с выражением глаз более подходящим безумному учёному нежели светской львице принялась строчить в блокноте с удвоенной энергией. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять: ветры вдохновенья унесли творческую натуру не только из дальнейшей беседы, но и из этой реальности в целом.

— Где-где? — Мило осведомилась прильнувшая к Раалу жена, и тот, вдруг, почувствовал, как из-за нежных, с каждой секундой крепчающих объятий у него в лёгких остаётся всё меньше воздуха.

— Это был элитный массажный салон. — зачастил кварианец, пока у него ещё оставался кислород.

— Нари. — Осадил ревнивицу человек. — Давай потом его придушишь. Сначала дело. Раал, мне нужны все подробности вашей беседы.

— Хорошо. — Кварианец с некоторым трудом выбрался из объятий жены и достал из ящика стола стопку исписанных, а кое где и исчерченных непонятными схемами листов. — Электроника там не работала по понятной причине, так что своё пророчество Пророк изложил на бумаге по пунктам. Там же мы и накидали наши планы.

— Постой. — Вишез встала со своего кресла и приблизилась к столу. — Он рассказал, откуда знает, что всё случится так, а не иначе?

— Это действительно важно? — Осведомился Буч.

— Нет, но я хотела бы знать правду. Раал, ты ведь спросил его об этом?

— Спросил. И он ответил. Наш друг уже несколько раз пережил эти события, так что для него это всё в какой-то степени — далёкое прошлое. Но столь масштабно влиять на реальность он может впервые. В предыдущих «версиях» не было ни нас, ни «Нового Горизонта», ничего того, что мы создали. Таков был его ответ.

Какое-то время за столом царило гробовое молчание. Не скрипело даже перо сценаристки по блокноту.

— Лучше бы я этого не знал. — Заявил Баркли и все тут же с ним согласились. Даже Вишез. — Ладно, давайте посмотрим, какую роль нам уготовал Пророк.

Человек перегнулся через стол и схватил первый листок из стопки.

— Итак. Событие первое: смерть Шепарда. В скобочках: обязательно. Не мешать. Не понял! — Буч ошарашенно оторвался от листа бумаги. — А на кой хрен тогда…

— Дальше читай.

— Рекомендации: наблюдать, найти тело первыми… хм-хм-хм… — Смятый в жёсткой хватке листок с силой опустился на колено тактика. — Дамы, я сейчас буду очень разнообразно материться!

— О! Ни в чём себе не отказывай. — Как-то грустно фыркнул Раал и положил трёхпалую ладонь на пухлую стопку с остальными «пророчествами».

***

Моё возвращение на Новерию было до безобразия скучным. Не усидев на Иллиуме и двух недель, я просто позвонил по нужному номеру и меня забрали на следующий же день.

Меня поместили в тот же комплекс «Синтетик Инсайдс», в ту же лабораторию, заселился в те же самые апартаменты, мне дали сводку по проектам, над которыми техотдел трудился в настоящий момент, определили, чем буду в ближайшее время заниматься я и… всё.

Ни в коем случае не жалуюсь! Но… после весёлого «зерграша» по разрушенным тайным лабораториям было как-то тоскливо. Хотя… толстый троллинг местной СБ на Армакс-симуляторе вносил свои краски в серые будни инженера обыкновенного.

Очень сильно раздражало отсутствие знакомых лиц в виде Миранды и Чамберс. Ну, в принципе, с Лоусон всё ясно: она сейчас, счастливая, обживает собственный орбитальный медицинский комплекс, мощностей которого вполне хватило бы на воскрешение человека, а впоследствии ещё и штамповки «теней» да «фантомов». А вот куда Призрак подевал, любящую всю галактику разом и по очереди, доктора психологии, мне было непонятно. Ей и тут работа была. Зато мне дали очаровательную девочку на побегушках. Тоже рыжую, правда, крашенную, но да бог с ним, это не самый главный её недостаток.

А главным было то, что эту девочку звали Раса, которая пока ещё не Майя Брукс.

Этой самой рутиной меня промурыжили где-то полтора месяца. Не знаю, для чего, то ли повторно перепроверяли мои связи, то ли проводили какие-то удалённые тесты на ложь, лояльность и прочую чушь, пока наконец не случилось…

***

Дойдя до нужной двери Миранда по-хозяйски открыла её своим личным идентификатором и вошла внутрь.

— Здравствуй, Леонард, я бы хоте… — И оцепенела. Какое-то время она созерцала открывшуюся ей картину, картина какое-то время созерцала Миранду. Но, надо отдать участникам действа должное, пауза длилась лишь пару секунд, после чего копна огненно-рыжих волос, блеснув в свете плоских потолочных ламп, скрылась под широким одеялом. От мощнейшего дежавю Снежная королева вновь зависла, но, к её чести пришла в себя гораздо раньше, чем в прошлый раз.

— Раса? — Спустя секунду осведомилась она, провожая взглядом голый зад Леонарда, скрывшийся от греха подальше в ванной. Этот… кобель даже не удосужился её устно поприветствовать! Просто виновато улыбнулся, кивнул, встал с… кровати так, чтобы с «подстилки» не слезло одеяло и скрылся за отъехавшей дверью!

— Миранда? — удивлённо вопросила девушка, высвобождаясь из-под материи. — Какими судьбами?

— По делу, — приморозила её Лоусон и зыркнула на дверь. Та как раз отъехала в сторону, выпуская цель её визита уже одетую в штаны и футболку.

— Рад тебя видеть, Миранда. — как ни в чём не бывало поздоровался он своим обычным тоном, хотя слегка порозовевшие щёки выдали его стыд. — Ты не могла бы…

— Пять минут, Лео, я помню. — Бросила она, уже повернувшись к парню спиной.

— Ты просто чудо! — Раздалось ей вслед из-за закрывающейся переборки.

В этот раз они управились за три и двадцать восемь. Вход в комнату Лео открылся и из него с видом победительницы продефилировала рыжая, смерив Миранду слегка насмешливым взглядом. Что ж, мисс Лоусон всегда имела ряд причин для того, чтобы пустить этой особе пулю в затылок. Сейчас же к этому немалому списку добавилась ещё одна, пусть и очень незначительная.

В комнате её уже ждал закипающий кофейник, отставленный стул, три кусочка сахара на маленькую фарфоровую чашку и даже ваза с печеньем, которой она не заметила при первом своём «залёте» в номер. На том же столе мерно гудела глушилка. Не мощная, покрывающая примерно радиус в два метра. В принципе для приватного разговора — более чем достаточно.

Хозяин помещения сделал приглашающий жест и только после того, как убедился, что гостья получила всё необходимое — уселся напротив.

***

— Так чем я обязан твоему визиту?

Чашечка после мелкого глотка вернулась на блюдце.

— Должна сообщить тебе о твоём новом назначении.

Понимаю, у Призрака КМК слишком гордый для общения с выпавшими из обоймы агентами.

— Вот как? И что же от меня нужно?

— Помнишь, ты участвовал в модернизации силовой установки для фрегата альянса?

— Ещё бы. Моя лучшая работа. — Не сказать, что неожиданно, но наводит на определённые мысли. Суицидальные, надо сказать, мысли.

— Даже так. — Ой, как-то у неё глаза сверкнули… насмешливо. — В таком случае, тебе не очень понравится, что от твоих решений там мало что осталось. Призрак ознакомился с твоими наработками и передал их в инженерный отдел. Там документацию изучили специалисты и оставили от предложенного едва ли треть. И это не говоря о том, что к строительству ещё даже не приступали.

Я… я кажется, кого-нибудь из этих «специалистов» убью. Как только увижу, до знакомства.

Своё возмущение я даже не пытался скрыть. Заглотив ещё горячий кофе залпом, вытаращился на женщину и не мог вымолвить ни слова.

— Вот и Призрак не понял. — Удовлетворившись моей реакцией кивнула Лоусон. — Кажется, основная причина указанная в докладе была «Так никто не делает». — Ага, а арсенал в БИЦ — это значит в порядке вещей, да?! Нет, смерть для них слишком гуманное наказание. — Тебе надо будет разобраться со всем на месте.

— Ладно. Посмотрим. Ещё что-нибудь?

— С делами всё. — сказав это она демонстративно откусила уголок печеньки.

Ладно, подождём.

— Ты хотя бы в курсе, что за змею себе в постель затащил? — Наконец поинтересовалась Миранда.

— Оу… Вопросики у тебя. — Как бы ей поаккуратнее сказать, что не читал книги Карпишина… — Нет, не в курсе. Могу только гадать. И кстати, о твоём замечании по поводу кто кого и куда затащил: в данном случае является темой затяжной дискуссии.

Я поднялся со своего стула и налил гостье ещё кофе.

— Полагаю, Расу теперь тоже передвинут на другое направление? На новом месте будет кому за мной шпионить.

— Верно. Её новый напарник тоже здесь. — И уже более благодушно заметила. — Она знает, что ты её раскусил?

— Зачем? У неё такая милая маска. Не хотел с ней расставаться.

— Даже так. А когда ты понял, что она не так глупа, как пытается казаться?

Пожимаю плечами.

— Почти сразу. Её выдала просто лютая ко мне ненависть.

Брови собеседницы вопросительно взлетели вверх.

— Мы с ней — дети Омеги. Она мне сама рассказала, для большего доверия, правда, чуточку приукрасила свою биографию, на этой маленькой лжи и попалась. — Я прочистил горло. — Быть ребёнком на нижних уровнях Омеги — всё равно что в индийских джунглях. С ранних лет понимаешь, что ради собственного выживания надо делать вещи, которые большинство бы назвали… жуткими. Обобрать труп? Запросто, а если он ещё движется? Не проблема, вот лежит осколок бутылки, возьми его да проведи раненому по горлу, он всё равно уже не может сопротивляться. Тогда, если не шуганут, станешь счастливым обладателем пары кредитов и, возможно, чего-нибудь сегодня съешь. Меня подобная участь миновала, а вот Раса этого дерьма хлебнула сполна. А ведь она — девочка. Вдвойне хуже. Раньше развилась, раньше всё осознала, приспособилась. Вырвалась, наконец, уж не знаю как. Вот только такие вот зверёныши нормальными не вырастают. Научиться имитировать нормальных могут, а в полной мере такими быть — нет, прости. — На моём лице сама собой скривилась едкая неприятная улыбка. — Так что, можно сказать, я её почуял.

Я не врал ни единым словом. Даже если исключить всё, что я знал о Брукс по игре и комиксам — я бы всё равно её почуял. Дети Омеги, не те, у кого были хоть какие-то родители, а кого воспитала сама станция — они такие.

— Раса завидует тебе?

— Каждую минуту. Ты бы видела её глаза, когда я рассказывал ей о своей жизни на станции. Такое не спрячешь.

Кажется, мне удалось впечатлить собеседницу.

— Весьма… точный анализ. — медленно проговорила Лоусон. — Не боишься, что она прирежет тебя в кровати?

— Нет. Бездна знает в какую сторону вывернуты её мозги, но то, что дружить со мной может быть выгодно в дальнейшем — она просекла сразу.

— Что ты ей пообещал? — Напряглась моя прекрасная собеседница.

— Ничего. Она играет свою роль и делает это хорошо, поэтому ничего не просит сверх того, что может просить наивная помощница.

— Например?

— Например, поддерживать связь время от времени.

— Полагаю, это было наименьшим из зол? — Брюнетка с видом строгой учительницы дождалась моего кивка. — Чудно. И да, полетишь со мной, сколько времени тебе надо на сборы?

Прощание с Расой было до отупения милым и слезливым. Она рыдала, вешалась мне на шею, лезла целоваться (О! Это сто процентов было для Миранды!) и клялась писать каждую неделю. А я что? Говорил, что буду скучать, что такой лаборантки у меня больше не было и не будет, божился, что буду писать в ответ и шептал кучу всякой подобной чуши. Этот спектакль был нужен нам обоим в качестве апогея того времени, что мы дурили друг друга. Я бы мог над этой ситуацией посмеяться, если бы не буравящий мне спину тяжёлый взгляд Кая Ленга.

Убийца всё время стоял поодаль и не сводил с меня глаз, будто я опасное животное и вот-вот сорвусь с цепи. Но сам не нарывался. Даже приветственно кивнул мне, когда я к нему подошёл для передачи девушки с рук на руки.

В общем, облегчённо вздохнуть я смог только когда миниатюрная фигура рыжей красотки скрылась за закрывшимся люком кадьяка.

***

— Ну и как тебе он? — Спросила китайца моментально преобразившаяся девушка.

— Внушает. — Совершенно серьёзно ответил тот. — Но я справлюсь.

— Я тоже так думала.

— А разве нет? Да ты вертела им, как хотела.

Раса насмешливо фыркнула.

— Вот поэтому я шпион, а ты — ликвидатор. — Но тут же пояснила. — Это задание больше всего на свете было похоже на игру «я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь». Такое ощущение, что Призрак предупредил его обо мне. Но он, естественно, в этом не сознается.

— Думаешь, он излишне симпатизирует этому Гаю?

— Кто знает, что у него на уме? Но когда мы говорили в последний раз у меня сложилось чёткое ощущение того, что на данный момент полезность Лео выше моей.

Ленг подпёр переборку и смерил рыжую серьёзным взглядом.

— А мне он приказал, чтобы я был готов нейтрализовать шустрика в любой момент времени.

— Хочу посмотреть, кто из вас лучший. — Плотоядно улыбнулась Раса.

— Я — лучший. — Полыхнул гневом Ленг, но тут же успокоился, — И Гай однажды в этом убедится.

Глава 49 О высоком искусстве, ошибках и детских играх.

— Мистер Гай. — Сегодня Призрак был особенно не призрачный. Он не курил, не пил и даже не сидел в своём пафосном кресле, закинув ногу на ногу. Он стоял и сверлил меня своими светящимися глазами так, как никогда до этого. Естественно, лицо его было каменно-равнодушным, но в воздухе царило такое напряжение, что меня пробило через все разделяющие нас парсеки.

— Призрак. — если вначале у меня и было желание поздороваться с этим человеком как-то позаковыристей, то сейчас оно пропало основательно и бесповоротно.

— Во-первых, хочу поблагодарить вас за то, что вы не стали устраивать расправу над моими инженерами. Миранда сообщила, что на момент получения задания намеренья у вас были вполне конкретные и я, после разговора с руководителем проекта, был склонен вас поддержать.

— Даже не знаю, как это объяснить. — пожал я плечами, — Знаете, у меня от сердца отлегло, когда, прибыв на место, я увидел толпу гражданских спецов. Даже желание нести справедливость дробью в массы пропало.

— Вас настолько успокоила наша несостоятельность в плане постройки военной техники? — Уголки глаз Призрака едва заметно сузились, а звук голоса приобрёл металлический отзвук.

— Нет-нет! — Я примирительно поднял руки перед грудью. — Просто… Хотя бы для своих кораблестроителей Альянс создал условия, из-за которых не хочется бежать к террористам…

Харпер сморгнул. Видимо, под таким углом он на ситуацию не смотрел.

— У вас очень своеобразный взгляд на вещи. — Серебряный портсигар блеснул алым лучом Кроноса, покидая карман и вернулся в него недосчитавшись одной сигареты. Едва заметные морщинки на лбу магната разгладились, и он посмотрел на меня уже не так сурово. — Боюсь, вы даже не понимаете, сколь ценны именно этим качеством.

— К сожалению, человеку не дано смотреть на себя со стороны. — кивнул я. — Что же касается инженеров, то там было не всё так плохо, как я думал. Своё дело они знают, учиться готовы, к тому же, если их перестрелять, то вся работа свалилась бы на меня, а я не настолько крут в кораблестроении. Даже с помощью «Ганнибала».

— Значит, на этом направлении вопросов больше не возникнет?

— Не сейчас. Хотя руку с пульса я бы всё же не убирал. Опять же, мои изначальные идеи действительно надо сильно переработать под текущие реалии. — Я немного подумал, помассировав нижнюю губу. — Прошу разрешения и дальше вести этот проект.

— Позже. — Пыхнул дымом фюрер. — Сейчас у нас есть куда более серьёзные проблемы.

Призрак подошёл к своему излюбленному креслу и аккуратно затушил окурок в пепельнице, встроенной в подлокотник, затем вновь впился в меня взглядом.

— Леонард, насколько велико ваше влияние в «Чёрном Ветре»?

Ух ты!

— Вот так вот в лоб, да? — Да… Умеете вы огорошить, мистер Призрак.

— У нас больше нет времени на игру в кошки-мышки. — Светящиеся имплантаты в глазах блеснули… сожалением? — Ответ на этот вопрос мне нужно знать прямо сейчас.

— Ох… — Я помассировал виски. — Моё влияние в самой корпорации равно нулю.

— Это совсем не то, что я хотел услышать. — О! Вот от кого Миранда морозить голосом научилась!

— Но это правда. Я пересекался с «Арбитрами» ещё до того, как они стали себя так называть. Фактически, они познакомились на одном моём… специфическом заказе. А уже на Иллиуме я узнаю, что у них уже есть корабль и они круты. Всё. Как в их компанию затесался Раал’Тар я не понял, но то, что он поднялся среди них на вершину, не удивляло от слова совсем. Замашки у него были всегда.

— Были? — Слегка склонил голову к плечу Призрак.

— Ну… Возможно, это я открыл ему глаза на некоторые вещи. — Скромненько так потупить взор. — В принципе, расстались мы молча, я бы даже сказал, просто потому что время пришло. Он свинтил во флот, я домой. Потом даже не переписывались. Через него можно попробовать, но самому мне до такой высокой пташки не дотянуться. Как-никак директор корпорации с миллионным персоналом.

— Генеральный директор. — Поправил меня магнат.

— Тем более.

— А что же госпожа Л’Гая?

— Тиера… На самом деле я был с ней довольно жесток.

— Неужели?

— Она была слишком наивная. Пришлось экстренно учить её выживать.

— По просьбе Арии?

— А то как же. Королева положила на неё глаз сразу же.

Призрак поднял указательный палец, желая прояснить скользкий момент.

— Кстати, не проясните мне природу ваших навыков, если уж на то зашла тема?

— Конечно. Пара злобных турианцев. — Я улыбнулся далёким воспоминаниям.

— Они учили вас единоборствам?

— Я вас умоляю! У них же совершенно другое строение тела, чему они могут научить человека? Всё куда проще. С десяти лет они приходили и били меня до тех пор, пока я не научился бить их. — до этого лишь самоучители и видеопособия.

— И вы так же избивали бедную девушку? — Хм, такое чувство, что Призрак, впечатлившись услышанным, на минуточку забыл, что он фашист.

— Ну что вы, как можно! Для неё я разработал целую программу подготовки! Благо до этого у меня уже был опыт работы с азари.

— Смею предположить, что это было лишь немногим легче, чем телохранители Арии.

— Ну... скажем так, что такое «спать», она на какое-то время забыла. Но в конце концов! Это всё пошло ей на пользу! Более того, она это даже смогла понять! Так что... думаю, она на меня не сильно злится...

— В любом случае — это лучше, чем ничего. — А в глазах — разочарование. — Собирайтесь, вы летите на Омегу.

— Принято, но может, скажете, что произошло?

Новая затяжка, заметно длиннее, чем обычная.

— Шепард пропал.

О каком Шепарде шла речь, уточнять не надо было даже мне.

— Как? Когда? Сведения надёжны? — Как я НЕНАВИЖУ себя за подобные ЗАПЛАНИРОВАННЫЕ задницы.

— Вполне надёжны. Более того, мы склонны предполагать худшее. — Продолжал лить мне за шиворот азот Призрак.

— Тогда какой смысл?

— Шепард нужен человечеству. В любом виде. — Припечатал Призрак. — И мы обязаны его найти во что бы то ни стало.

— Не нужно меня агитировать, Призрак, я уже согласился. — Попросил я, пока его не переклинило на Пафос. — Просто уточняю для себя некоторые детали.

— Хорошо. На месте с вами будет сотрудничать мисс Лоусон, а пока я бы хотел, чтобы вы прямо сейчас связались с Тиерой Л’Гая.

— Отсюда? — Не понял я.

На это Призрак лишь коснулся пальцами пары кнопок на возникшей перед ним сенсорной панели, после чего передо мной из темноты вылетел небольшой дрон-проектор, с которого уже шла трансляция. А спустя минуту ненавязчивой мелодии, обозначающей вызов, в нем возникло изображение красивой девы азари, которая смотрела на меня с таким видом, будто я отвлёк её как минимум от поедания торта.

Хм. А она сильно изменилась за десять лет. Лицо вытянулось, повзрослело, пигментация стала более расплывчатой, добавилась пара новых вкраплений. Вкупе с правильным макияжем выглядело очень привлекательно. В последний раз, когда я наблюдал её воочию, она была скорее концентрированной милашкой-подростком. Пф! А я? Долбанное время. Стариком себя ощущаю.

Двадцать секунд на любование друг другом в гробовом молчании. Казалось, даже Призрак, наблюдавший эту сцену, затаил дыхание, но вот в фиолетовых глазах стали появляться тени узнавания, а личико принялось удивлённо вытягиваться.

— Привет, мелкая… — Продолжить я не смог из-за радостного визга с той стороны, заложившего мне уши.

— Учи-и-и-и-и-те-е-ель!!!!!

***

Раал’Тар вас Нидас с глухим стуком ударился лбом о дубовый стол. Сильно, но не помогло. Ситуация не улучшилась. О Кила! Они столько запланировали! Но всё представление, как выразился Хитаси, полетело в задницу с самого первого акта! Начиная с того, что они всё-таки опоздали к Алкере и всё, что смогли сделать — это прогнать-таки мега-крейсер коллекционеров.

— Пф! Прогнать… — Горько усмехнулся кварианец, отрывая лоб от уже потеплевшей столешницы.

Здоровенный, высеченный из монолитного астероида корабль пол часа держался в бою с тремя крейсерами «Чёрного Ветра» и отступил только когда эскадра смогла-таки продавить его щит. Да и тогда он бы с ними справился, просто жуки или те, кто за ними стоят, решили не тратить время и ресурсы на возможный ремонт исполина. Но в данной ситуации было важно лишь то, что время потеряли и те, и эти, в результате чего «Нормандия» спикировала в атмосферу, а СПЕКТР бесследно исчез.

Всё, что смогли сделать сильно повреждённые корабли компании — подобрать спасательные капсулы и на челноках обследовать район крушения корабля. На полноценные поиски на планете ресурсов уже не оставалось и это предстояло сделать следующей группе, которую оперативно собирали в Файе.

Мало того, команду этого Шепарда ещё вот успокаивать. Тоже задача не из простых. Для начала их всех еле получилось убедить, что «Нормандию» сжёг неизвестный корабль, а не вполне себе известная, но пришедшая на помощь уж больно быстро эскадра «Чёрных», так ещё проблемы возникли и с отдельными членами экипажа. Нет, люди пережили пропажу командира более-менее сносно, как и турианец. Азари же будто сошла с ума. Кричала, истерила, а офицера, попытавшегося привести её к мысли, что Шепард мог и не выжить, шарахнула биотикой так, что тому потребовалась срочная госпитализация. Но самое паршивое, что случилось это уже неделю назад, а чёткого плана действий у него до сих пор не было! Только отчёт поисковой группы, свидетельствующий о том, что кто-то всё-таки успел побывать на планете до них и забрать-таки останки СПЕКТРа.

Из тяжких дум гендиректора вырвал писк стационарного коммуникатора, который он немедленно активировал. По защищённой линии с ним связалась Тиера Л’Гая. Неуместно радостная и оживлённая.

— Раал! Как жи-и-и… впрочем, вижу, не важно! — выдала дева на выдохе. — Угадай, кто летит на Омегу заключать с нами договор о дружбе, мире и сотрудничестве?!

Испепелить её взглядом не получилось. Равно как и охладить на пару градусов её неизвестно откуда взявшийся энтузиазм, как и дождаться, когда она сама ответит на свой вопрос.

— Да и так понятно, что агент Цербера. — хмуро подыграл деве кварик. — Мне уже сообщили, что они активизировались на станции. Как связаться захотят, спущу на них Баркли, дам ему в усиление Джек, пусть по-людски промеж собой договариваются.

— Эй! Не надо так травмировать малышку! — Засмеялась азари. — А то она травмирует нам Лео!

— Что?!

— Связной. — Пояснила для необычайно тугодумного сегодня кварианца Тиера. — От «Цербера». Лео.

На этот раз удар головой о столешницу помог. Мысли встали на свои места, а воображение услужливо подсказало, как Лео отреагирует на их провал. Он поднял взгляд на Тиеру в проекторе и увидел обращённый на себя взгляд полный сочувствия.

— Всё плохо, да?

— Справимся, Ти. — Выдавил из себя Раал. — А уж когда Лео появится, то вообще всех победим. Когда он, кстати, прилетает? Я сам с ним встречусь.

— Послезавтра будет на станции.

— Хорошо, спасибо, что предупредила.

***

Переговоры чем-то напомнили «стрелку» между двумя конкурирующими бандами, много раз показанную в фильмах про лихие девяностые. Стоят такие две банды одна напротив другой на приличном удалении. Одни в чёрных скафандрах с серебристым обрамлением, другие — в серо-чёрных с оранжевыми полосами и ромбиками.

Потом с каждой стороны навстречу друг другу выдвинулось по «бугру» и они, то есть мы: я и Раал’Тар, стали медленно сближаться. Встали примерно в метре друг от друга и перекинулись парой дежурных фраз, которые обычно произносят давно не видевшиеся, но не чужие друг другу разумные, после чего обнялись и пошли куда-то в сторону под удовлетворённый гул с обеих сторон.

Разговаривали опять же шаблонно. Как дела? Где пропадал? А сам как? Как семья? Пару раз неискренне посмеялись. Начали торговаться. Ну и прочая-прочая-прочая.

В конце концов я отдал ему портативный КМК для разговора с Призраком и отошёл на порядочное расстояние, но так, чтобы всё видеть, и буквально через пять минут кварианец махнул мне рукой, подзывая.

Они договорились. «Чёрный Ветер» ищет тело и, если находит, передаёт его «Церберу», а тот способствует более благоприятному выходу компании на рынки оборонки Альянса. Ну и ещё кое-что по мелочи в виде кратковременного пакта о ненападении друг на друга. После чего мы разошлись, как в море корабли, похватав с собой охрану.

Да… вот такой спектакль я себе всегда и представлял. Жаль Долин Хитаси этого не видел. Сразу бы «Оскар» дал, или чем там его раз в год на Иллиуме десятый раз подряд награждают-то? Не важно, главное сейчас — поскорее забуриться в номер и прочитать, что за бумажку он засунул мне за шиворот.

И да. Арию всё-таки надо будет навестить…

Глава 50 Об инновациях, сотрудничестве и полуфабрикатах.

Давненько я так беззаветно и искренне не манкировал своей ответственностью. Ведь ещё когда решил навестить Арию? А вот поди ж ты, уже месяц мимо Омеги и «Загробной Жизни» летаю да бегаю, а всё некогда… да кого я обманываю? Страшно мне. А ну как прибьёт?

Но нет, не прибила. Вместо этого мы вот уже целый час сидим с ней на диване напротив друг друга небрежно потягивая винцо из последней партии, которое королеве подогнал мой старинный знакомый итальянец и мило беседуем за жисть.

Ну как мило? За столетия своей непоколебимой власти Ария утратила одну замечательную способность: хорошо скрывать свой гнев. Вот как сейчас, улыбается, говорит что-то приветливое, а сама разве что не искрится. Уверен, если выключить клубную музыку, то я громко и отчётливо услышу, как вокруг неё трещит воздух. Значит, игра в дружелюбную хозяйку, привечающую давнего друга ей уже порядком надоела. Пора бы уже. Под зажигательные ритмы, мы уже обсудили наглость моих друзей, непристойные предложения других моих друзей и то, что мои друзья всё же могут приносить прибыль. Круто чё, только я так и не понял, откуда у меня взялось столько этих самых… друзей.

И да. Мы всё же коснулись темы, которой касаться мне не хотелось ну никак. Однако перед королевой всё же надо было объясниться. А то и вправду пришибёт.

— Недавно пообщалась с одной интересной азари. — Ария, как бы невзначай, отставила пустой фужер в сторону. — Очень похожа на твою протеже.

— Серьёзно?

— Да. Только намного круче. — Взглядом королевы, меряющим меня, можно было вскрывать аварийные заслонки. — Пришла в мой клуб впервые, пустила на фарш пару постоянных клиентов и заломилась сюда в компании дрелла.

— Сильно.

— Ты её знаешь.

— Правда? У меня не так много знакомых вашего племени.

— Лиара Т’Сони.

— А… та самая из команды Шепарда, во имя которого «Цербер» сейчас так тесно сотрудничает с «Новым Горизонтом» через меня. — Я очень натурально изобразил удивление. — А судя по досье тихая и воспитанная девочка… Значит, ты ей помогла, как и Тиере когда-то?

С минуту Ария с самым задумчивым видом созерцала танцовщиц.

— Да, я дала ей то, что она хотела.

Повинуясь мановению засветившейся биотическим полем руки зелёная пузатая бутылка взлетела в воздух и наполнила фужер на две трети.

— А знаешь, почему я это сделала? — Бокал лёг королеве в ладонь. Я развёл руками в вопросительном жесте и тут же оказался впечатан в диван биотическим рывком. Только и успел увидеть рубиновые брызги вина и как в бокале, к которому и было приковано моё внимание, отражается свечение зарождающейся биотики. И вот уже в следующую секунду роскошное колено леди-босс всея Омеги вминается мне в грудь всем своим весом (благо в конкретно этой, довольно рослой азари не больше семидесяти кило). Левая рука Арии с хлопком впечаталась в кожаную обивку дивана над моим правым ухом, а указательный палец правой смотрит мне в подбородок. Хм, вот почему мне кажется, что испачкать его моими мозгами она ни разу не побрезгует? Наверное, всё дело в полном жаждой убийства взгляде. Стоит ли удивляться змеиному шипению в её исполнении, прозвучавшему действительно угрожающе. — Потому что конкретно эту деву я уже видела. Больше десяти лет назад в твоей долбанной башке.

— Оу. — Посетовал я на её долгую, когда не надо память одним единственным звуком. — Обсудим? Без битья посуды.

С этими словами я подал ей пустой фужер. Тот самый, который она отбросила, отвлекая меня и тот самый, который, по логике вещей должен был с громким перезвоном расколоться на тысячи осколков. Тем не менее, бокал, обвязанный тонкой моноуглеродной леской, выходящей из внутренней стороны предплечья моего комбинезона, держался, зажатый моими пальцами, пустой, правда, но тут уже ничего не попишешь.

Смотрим друг другу глаза в глаза. Уступать не хочет никто, но с такого расстояния я вижу каждую эмоцию, отразившуюся на её лице. И готов поклясться на какую-то мельчайшую долю секунды под маской непоколебимой и непробиваемой Арии промелькнула опаска. Взгляд сиреневых глаз метнулся к моей левой руке, но та продолжала спокойно лежать на сиденье и не тянулась к оружию.

Омега взяла протягиваемый предмет и вдавив меня коленкой в диван напоследок грациозно проследовала к своей изначальной точке дислокации, широким кругом огибая столик. Я же, пока она не смотрит, перевёл дух. Вот не зря не хотел сюда переться!

— Ну так вот, мне стало интересно, что же за азари тебе мерещится и я начала копать. — Садиться напротив меня вновь Ария не стала, подошла к перилам ложи и опёрлась на них локтями. — Помимо того, что она дочка пропавшей Бенезии за ней-то и не было ничего. До тех пор, пока она не присоединилась к команде первого СПЕКТРа человека. Тогда я спросила знакомых, а кто ещё был в этой команде? Догадываешься, кого я там увидела?

— Очень догадываюсь. — мне оставалось только фыркнуть.

— Ты и про Шепарда знал. — На это лишь вновь пожимаю плечами. — В кабинет.

Личная берлога Арии встретила нас полумраком и оглушающей тишиной.

— Ты в самом деле долбанный пророк! — Заняв кресло за своим столом ткнула в меня палец Омега.

— Ой да ладно тебе! Восьмое столетие доживаешь! Неужели не видела нашего брата? — «Искренне» удивился я.

Попытка разрядить атмосферу в кои-то веки увенчалась успехом, азари усмехнулась и укоризненно покачала головой, мол горбатого могила исправит.

— Всё больше шарлатаны.

— Я ничем не лучше. — Заверения вырвались слишком поспешно.

— Тем не менее в пределе Исмар твоими стараниями растёт новое государство. — Возразила Ария.

— Нет. Я создал «Чёрный Ветер». «Горизонт» возник почти без моего участия.

— Почти.

— Всего лишь посоветовал им занять завод. Дальше они сами!

От этого королева лишь отмахнулась.

— Неважно. Проваливай давай.

Не понял, даже будучи вытолкнутым из кабинета Арией лично. И даже про будущее не спросит?

— Э… могу идти?

— А что ещё с тебя взять? — Хмыкнула Ария. — С твоих «предсказаний» (Спаратус что, всю галактику своими кавычками заразил?!) я уже имею по пятьсот миллионов товарооборота в месяц. Достаточно, чтобы поумерить любопытство. И, как ты справедливо заметил, мне уже почти восемьсот. Опыта достаточно, чтобы самой предугадывать ближайшие события, и лишним знанием голову забивать мне уж точно не с руки. Разве что… Твоё устройство. Дай мне его.

Отстёгиваю перчатку и протягиваю женщине, попутно объясняя.

— Тонкий кабель из моноуглеродных нитей оплетает токопроводящую жилу, в боевых условиях креплю на основание электромагнит или крюк-кошку. Очень удобно, если надо убраться с линии огня.

— Любопытно. — Азари не постеснялась напялить перчатку, и та тут же синхронизировалась с её омнитулом.

— Антибиотик. — Позволил я себе самодовольную усмешку. — Из дома без него не выхожу.

Резкий взмах рукой, осветившейся биотикой, и иссиня-белая молния прорезает пространство от нас до конца лестницы, чуть не убив батарианца, охранявшего наше уединение. Напольные плиты ломаются и дымятся под весом масс полей вся мелочь вдоль линии удара разлетается к чёртовой бабушке. Я стою, раззявив варежку и пялюсь на первый во Млечном Пути «Биотический Бич», судорожно пытаясь понять, как такую штуку вообще умудрился родить мой сумеречный гений. Не получается.

— Хорошая игрушка. — Мурлыкнула хозяйка Омеги. — Себе оставлю.

***

Какое-то время спустя.

Шаттл «Цербера» отходил из космопорта Иллиума, где высадил доктора Т’Сони.

Миранда закончила с размещением тела в медицинском отсеке и наконец вернулась в свою каюту. И если до конца поисков она ещё могла на что-то надеяться, то сейчас её обуревал откровенный скептицизм. Одна нога, одна рука, половина туловища и голова с непонятно как уцелевшим черепом — вот всё, что осталось от героя Галактики и первого СПЕКТРа-человека.

Закончив с отчётом, женщина подошла к небольшому угловому столику и засыпала в кофемашину порцию коричневого порошка и включила её, борясь с желанием уподобиться Призраку и накатить с утра пораньше чего покрепче.

— Ежедневник! — подала она голосовую команду для ВИ-секретаря, — Оставить напоминание: как только удастся снять с коммандера Шепарда броню, переслать её по почте доктору Лиаре Т’Сони.

— Выполнено. — Отозвалась программа. Но затихла она не более чем на минуту. — Получен входящий вызов по приоритетному каналу. Необходимо прибыть в комнату связи.

Печально вздохнув над чашкой, в которую уже начала набираться ароматная жидкость, Лоусон поправила прическу перед зеркалом и покинула своё пристанище, попутно обдумывая как бы помягче донести до руководства, что дешевле и куда более реально будет протолкнуть нового СПЕКТРа нежели отремонтировать уже имеющегося.

— Мисс Лоусон.

— Призрак. — Разменялись они стандартным приветствием.

— Я получил ваш доклад об успехе поисков, а также данные со стазис-капсулы. — Сразу перешёл к делу магнат. — Теперь, мне нужно ваше мнение, как специалиста.

Миранда сложила руки за спиной и, собравшись с мыслями, выдала требуемое:

— Тело сильно повреждено. — Начала она. — Удивительно то, что оно вообще упало на поверхность планеты целым куском, а не сгорело в атмосфере. Головной мозг… на удивление цел… остальное тело… Когда задумывался проект «Лазарь», предполагалось, что его объекты будут более… целостными.

Призрак смерил её уважительным взглядом, потому как слово «невозможно» из уст брюнетки, так и не прозвучало.

— Понимаю ваши сомнения, однако, ситуацию вы знаете. Нам нужен Шепард и только Шепард, так что работать придётся с тем, что имеем. Однако, позвольте хоть немного повысить шансы на успех. — Мужчина нажал на подлокотнике кресла несколько сенсоров и перед Мирандой возник голоэкран с данными, понятными далеко не каждому медику.

Лоусон с сомнением осмотрела документ, перевернула страницу перечня, и вот она уже забыв обо всём на свете со всё более разгорающимся любопытством кликает ссылку за ссылкой. Призрак не мешал.

— Это… — Наконец, она смогла оторваться от файла.

— Методики и описания всех достижений «Нового Горизонта» касательно клонирования тканей и трансплантации для человеческого организма. — Сдержанно улыбнулся магнат. — Переданы нам в качестве жеста доброй воли именно для помощи в «лечении» коммандера. Так же, нам обещали помощь непосредственно с выращиванием тканей и целых органов. От нас лишь требуется сделать заказ. Это ведь не помешает вам?

— Ни в коем случае. — Торопливо ответила Миранда. — Требуется всё как следует проверить, в том числе и на совместимость с технологиями, которыми располагаем мы, однако даже так наши шансы на успех возрастают многократно! Разумеется, чтобы говорить о каких-то сроках, надо сначала прибыть на «Лазарь» и, хотя бы начать работать, но… надо будет передать им какую-то часть данных о наших технологиях в этом направлении. Думаю, такой обмен ещё больше ускорит процесс.

— Я вас понял, Миранда. Это разумно. — Призрак обошёл своё кресло по кругу и даже кивнул, соглашаясь с доводами Лоусон. — Что ж, желаю успеха. О том, что поставлено на карту, я вам напоминать не буду, отныне — «Цербер» работает на вас.

— Я не подведу.

— Именно то, что я хотел от вас услышать. Призрак, конец связи.

***

На верфь «Цербера» я возвращался, как домой. Вот честно. На Омеге конечно хорошо… относительно. Всё такое родное, такое знакомое. Правда, чувствуется, что станция стала чище и как бы даже симпатичнее. По крайней мере, сойдя с трапа и оглядевшись на пристани, в голову не приходит мысль: «Жопа варрена, вид изнутри». Больше охраны, больше спокойствия на улицах, даже видел несколько дворников с мусороуборочными комбайнами на главных улицах и рынке, а в остальном всё по-старому и всё до боли знакомо.

Навестил свою приёмную мать Элис, которая видела меня больше, чем родная. В порыве ностальгии заглянул в нашу с Раалом мастерскую. Кстати, работающую и по сей день за счёт кварианских паломников, решивших попрактиковаться в ремонте и торговле.

С Арией опять же… поговорили…

Но самым жёстким испытанием была встреча со старыми друзьями. По очереди, иногда даже без слов и задержек, они просто проходили мимо меня на улице и обозначали мимолётными взглядами, что помнят и признают. Так я повидал всех Арбитров. Говорить с ними при таком обильном внимании со всех сторон я не рискнул, а хотелось.

С удовольствием провёл кучу времени с Тиерой. Ещё один сумрачный талант. Ведёт себя, как маленький ребёнок. До поры до времени, а когда начинает говорить серьёзно, так страшно становится. Мне она серьёзно пообещала крутой фильм примерно через год. И я испугался. Честно.

С Раалом выпили за встречу. Говорили опять же обо всём, кроме дел. Играли на публику.

И так эта фальшь меня в конце концов заела! До тошноты. Так что новость о том, что дело сделано и можно возвращаться я воспринял чуть ли не с ликованием. Призрак позволил-таки вернуться к предыдущему проекту, сиречь к курированию постройки второй Нормандии.

Тем более, что толпа инженеров на объекте — это как куча детей с конструктором Лего, за ними нужен глаз да глаз. Кстати о детях…

Едва я вошёл в собственный кубрик на станции и кинул сумку на кровать, на столе загорелся маленький синий шарик и до дрожи знакомый, приятный, но безжизненный женский голос из динамиков в стенах произнёс:

— С возвращением, Лео.

Глава 51 О вопросах медицины.

Сегодня Миранда в очередной раз утвердилась в мысли, что «Цербер» ей не такая уж и семья. Да, они нашли её, обучили, дали возможность почувствовать себя в безопасности, но, как оказалось, ничто не вечно, и Призрак продемонстрировал ей это на ярком примере Расы.

Что же произошло? Да ничего особенного, задание она выполнила, слив нужную дезинформацию СПЕКТРам и получив от них досье на Шепарда, вот только… она засветилась. И это было даже не её виной, её просто переиграли. Умно, хитро и красиво. В результате, девушку отравили неизвестным нейротоксином, от чего она ещё неделю провалялась на «Лазаре», деля время между горячечным бредом и регенератором.

Её, конечно, вылечили. И конечно же, по приказу самого Призрака. Вот только причиной этого была не ценность Расы, как аналитика или оперативника, а любопытство магната по отношению к самому яду и где она его подцепила.

Справедливости ради, стоит отметить, что это был не первый прокол шпионки. Чего стоил только её вояж с Ленгом…

Ленг. Чёртов псих, который даже у Миранды не вызывал благопристойных аналогий… Обиделся на Расу только потому, что из-за неё, видите-ли, ему не удалось выполнить какое-то задание в Терминусе. Как оказалось, их послали на один из секретных турианских аванпостов на которые стекалась информация об отслеживании активности как раз таких организаций, как «Цербер», «Новый Горизонт» и менее масштабных, но тем не менее являющихся силой. Как раз в тот день туда и прибыл СПЕКТР, чтобы забрать твердотельный носитель с данными. Крайк, кажется. И прибыл не один, а в компании четверых боевиков из «Кабал».

Расклад ситуации изначально был шесть на полтора (ну какой из Расы боевик?), так ещё и этот долбаный китаец упёрся рогом и не захотел отступать. В результате чего хрупкая девушка упёрла израненную тушу элитного ликвидатора из-под самого носа ксеносов и сдала его медикам с рук на руки прямо в стазис-капсуле.

Миранда помассировала виски. Честное слово, брось она его там, последствий было бы меньше, а так, как только убийца очнулся, то стал орать во всю глотку, что именно она всю дорогу была ему обузой. На чьей стороне правда, выяснить возможности уже не было, но факт остаётся фактом: задание было провалено.

И что же в конечном итоге? Раса сдана на её попечение и уже третий месяц сходит с ума от безделья фактически запертая на станции, более того, даже не во все помещения допущенная. А что может прийти ей в голову на этой почве может предугадать разве что Леонард Гай, но тот был далеко и положение его было не менее шатко.

С чего это взяла мисс Лоусон? Да так. Просто Призрак, якобы по просьбе Лео уже заказал ей индивидуальный комплект углублённых модификаций на базе проекта «Фантом». Вот только Гай не мог поставить такого требования по одной простой причине. Лео не возражал против необходимых изменений и охотно заменял устаревшие имплантаты, тот же адреналиновый модуль он уже сменил дважды, а это, простите, модификация ВСЕЙ сердечно-сосудистой системы и укрепление нейронной связи, но всеми частями тела упирался против откровенной киборгизации, считая её чуть ли не ересью, а именно это и подразумевал «фантом» в той форме с которой была знакома Миранда.

Очередной ровный вздох Снежной королевы от которого буквально покрылся инеем ближайший медтехник. Прямо сейчас она присутствовала на разборе очередной порции данных, пришедших ей по обмену с Файи. Пришедших по защищённому каналу именно ей. Так что она давно разобрала всё по полочкам, отделила зёрна от плевел и выдала то, что посчитала нужным на ознакомление специалистов. Сама же решила посидеть и послушать, до чего додумаются её сотрудники, но, так уж получилось, утонула в собственных размышлениях.

Итак, возвращаясь к Расе, которая медленно сходит с ума от тупой работы, которая была не то что ниже её уровня, а откровенно оскорбляла её достоинство. Это можно было понять, особенно учитывая её импульсивность и, что и говорить, лёгкую адреналиновую зависимость, откинув которые можно было провести чёткую аналогию между ней и Мирандой.

От этой мысли Лоусон даже поморщилась, очередной докладчик запнулся и мелко задрожал. Раса была ей искренне неприятна, но… Она не привыкла отворачиваться от правды. Обе попали в "Цербер" ещё в совсем юном возрасте. Обе полностью отдавали себя делу. Разница была лишь в стаже. В этом плане Миранде повезло чуть больше. Она видела расцвет «Цербера» и способствовала его становлению, с чем, безо всяких сомнений Раса, имея природный дар к шпионажу и живой пытливый ум, вполне могла справиться куда лучше. Вопрос времени. И тем не менее, она была ценнейшим специалистом. Лучшей в своём деле. И что в итоге?

Два каких-то глупых прокола, один из которых произошёл из-за недооценки противника теми, кто готовил операцию (возможно, самим Призраком), а второй вообще не по её профилю. И вот уже Главный обсуждает с Мирандой то, что Раса стала более неуправляема и откровенно опасна и с этим надо что-то решать. И, видит Создатель, не знай шпионка о клоне, Лоусон, несмотря на всю свою неприязнь к ней, оспорила бы доводы командира! Но она знала и поделать с этим было ничего нельзя.

Вскоре конференция завершилась, и специалисты разошлись кто куда. Миранда направилась в главный офис и просидела там ещё какое-то время, занимаясь бухгалтерией, пока ей не сообщили о приближении незнакомого корабля. Ну а поскольку стыковка к секретной станции, затерянной в бескрайних просторах космоса — событие мягко говоря необычное, то женщина поспешила к докам, попутно прихватив с собой и руководителя СБ.

Не было ничего удивительного, что корабль подтвердил все коды идентификации и цель назвал вполне себе обычную: доставка запрошенных грузов. И время этой самой поставки совпадало по срокам. Удивляла сама форма космического судна, которая довольно точно повторяла форму одного небезызвестного альянсовского фрегата. Разве данный экземпляр был больше чуть ли не в полтора раза.

Стоявший рядом Джейкоб Тейлор испустил восхищённый вздох и было от чего. Светлый корпус хищной обтекаемой формы был и вправду очень красив. Как и первая «Нормандия», её безымянный потомок был построен с учётом полётов в атмосфере, что накладывало свой неповторимый отпечаток.

Корабль вошёл в док станции полностью и разместился в гравитационных захватах, его трюм открылся и из него сразу, но не слишком быстро вышли два грузовых кадьяка и направились на склад, следуя указаниям диспетчерской. По трапу же тем временем сбегал никто иной, как Лео, провожаемый ещё одним человеком в повседневной форме «Цербера», но тот спускаться не стал, лишь обозначил своё наличие и скрылся в недрах фрегата. Скорее всего, временный капитан судна или старший помощник.

Тем временем Лео скорости не снижал и почти достиг руководства комплекса, когда путь ему преградила широкая фигура начбеза.

— Начальник службы безопасности станции «Лазарь» Джейкоб Тейлор. — Глухо представился Джейкоб. Реакцию Гая на такое поведение Миранда по техническим причинам не видела, а хотела бы, но выглядывать из-за спины мужчины ей не позволило воспитание, так что она обошла его слева и всё же встала рядом.

— Леонард Гай, разнорабочий. — Улыбнулся ему блондин, как старому другу. И даже первый протянул руку для пожатия, а пока начбез переваривал свалившуюся на него информацию, повернул голову к его начальнице. — Миранда, как всегда шикарна.

— Лео. — Произнесла она своим обычным спокойным тоном, но глаза её неожиданно тепло блеснули. — Без театральщины просто не можешь.

— Куда уж мне. — Виновато пожал плечами парень. — Тем более — первый успешный полёт. Эмоции просто распирают.

— Это над ним ты работал так долго? — понимающе склонила голову Миранда. На её взгляд Лео и впрямь был чрезвычайно возбуждён.

— Да! Будет личная посудина Призрака на всякий поджаренный случай, — гордо сказал он. — от самого концепта его вёл. С перерывами, правда, да и отвечаю я в основном лишь за энергоустановку, но не суть! А главное в том, что он просто бесподобен!

— Личный корабль Призрака? — Изумился Джейкоб. — Вы уверены?

Миранда с одобрением посмотрела на своего зама. С первым шоком при виде Гая тот справился просто аномально быстро.

— Ну… прямо в техзадании об этом не говорилось, но даю девяносто процентов только за то, что увидел каюту капитана. — Хмыкнул гость, затем его глаза мечтательно закатились. — Та-а-а-кой траходро-о-о-м!

Поразившийся логикой Гая, Тейлор пару раз хапнул ртом воздух аки выброшенная на берег рыба и так и не нашёл что ответить. В поисках поддержки он покосился на Миранду, но увидел лишь, как та прикрыла ладонью глаза. Горестно вздохнув она развернулась на каблуках и жестом приказала следовать за ней.

В кабинете Миранды мы хорошо посидели за чашечкой кофе втроём. Я травил байки из жизни инженеров, Джейкоб вспоминал свою каперскую долю и, немного учебку Альянса. Наговорились — как мёда напились, а он всё не уходит. Ревнует, зараза. И на меня уже смотрит откровенным волком, разве что ещё к кобуре не тянется. Если Миранда его попросит уйти вообще трындец будет. Тэкс… сейчас ещё минуточку и пойду проверять отчёт Габриэлы по силовым установкам, ну а поговорить мы с Мирандой и потом сможем.

— Джей, — произнесла Лоусон доставая из ящика стола глушилку. Писец. Вот почему они расстались… — Ты не мог бы?.. Это действительно важно.

— Как скажешь. Мне всё равно уже надо быть на рабочем месте.

— Да ладно! — попытался я спасти положение. — Мне уже тоже надо на корабль. Дела подождут!

— Нет. — приморозила меня к месту Снежная Королева. — Ты — сиди, Джей, спасибо, потом всё объясню.

— Не стоит, я всё понимаю. — Темнокожий штурмовик удалился.

Мне же оставалось лишь смерить Миранду опасливым взглядом и поудобнее устроиться на диванчике.

— Могут возникнуть проблемы. — грустно улыбнулся я.

— Нет. Джейкоб… хоть и в «Цербере», но предан лично мне. Не Призраку. — качнула головой оперативница.

— Милый парень.

— У него… много достоинств. Однако, зачем ты прилетел?

Виновато пожимаю плечами. Чёрт, неудобно-то как.

— Просить об ответной услуге. — Даже в глаза ей смотреть не получается.

Брови женщины удивлённо поползли вверх.

— Вот как? — Лоусон отставила свою чашку и откинулась в кресле, сложив руки в замок на животе. — Ну что ж, мы оба знали, что этот день настанет. Почему сейчас?

— Звёзды сошлись. — мрачно буркнул я.

— Смешно.

— Не очень. Корабль готов, от «Горизонта» вы получили абсолютно всё, что вам было нужно и… Шепард… Скажи, он ведь уже скорее жив, чем мёртв, я прав?

— Откуда?.. — Женщина даже не пыталась скрыть своего удивления.

— Деньги. Их любят даже в «Цербере». Всё зависит от того, кому давать, сколько и как. Ну и от того, какие сведения хочешь получить. Бывает же, что за сущий пустяк предлагают баснословную цену, а я могу платить очень и очень много.

— Кто? — понизила голос оперативница до змеиного шипения.

— Не на «Лазаре», выше. — отмахнулся я. — Не твои люди и речь не об этом.

— Х-хорошо… — Прошипела Лоусон. — Чего ты хочешь?

— Видишь ли… у Призрака больше нет причин оставлять меня в живых. По крайней мере в том состоянии, в котором я пребываю сейчас. И мне надо… подготовиться.

— Лео, что ты несёшь? — попыталась спорить Миранда, но… как-то вяло. — Ты полезен и ценен.

— А ещё я заноза в заднице. И Призраку нечем на меня давить. Сколько лет я в «Цербере», а ему до сих пор нечем. Обратная сторона того факта, что он берёг меня от тёмных делишек конторы. — Я невесело усмехнулся. — Он даже за семью мою не взялся только потому что не уверен, приду ли я им на помощь. Да я и сам не уверен, брошусь ли я их спасать, если что случится…

— Хорошо, я предупрежу тебя, если что узнаю. — Подумав, медленно произнесла Миранда. — Как давно ты решил покинуть «Цербер»?

— Как только получил предложение стать биотиком.

— Ты?

— Ага. Я не слишком хорошо знаком с проектом «Фантом», — при произнесении мной этого слова, оперативница сморщилась, как от зубной боли. — но, прикинул что к чему и решил воздержаться, ну… ты, наверное, в курсе. Очень, знаешь ли, не хочу контрольный чип в башку.

— Понимаю. Ещё что-нибудь?

— Да, просьба. Мне нужно знать, в какой больничке прохлаждается интересный мне человек.

***

Азари очнулась внезапно, вынырнув из небытия будто из пучины морской. И только потом на неё накатил холодный шок последних воспоминаний. Воспоминаний о её собственной смерти. Десантницы, Лиара, стрельба, какие-то учёные, вновь Лиара, здоровенный жук, Сарен, мороз, кроган, геты, человек, вновь Лиара… Вздрогнув, Бенезия распахнула глаза и вскочила с кушетки, путаясь в лёгком одеяле и беспорядочно озираясь вокруг.

Фокус восстановился не сразу, но как только зрение обрело прежнюю чёткость, очертания окружения разложилось на стены, пол, потолок, простенькую мебель, припаянную к поверхностям и огромное стеклянное окно во всю противоположную вертикаль. Дверь, кстати, тоже присутствовала, точнее, корабельный шлюз, открыть который не представлялось возможным будь даже матриарх на пике своей формы.

Продолжив осмотр, почтенная обнаружила и вполне подвижный предмет интерьера: довольно большой куб из мягкого пластика, наполненный, по-видимому, воздухом, эдакий аналог мягкого кресла, на котором была аккуратно сложена нехитрая одежда, увидев которую женщина опустила взгляд и увидела, что сейчас на ней лёгкая больничная пижама и всё. Срочно появилась потребность одеться. Хотя бы в это.

Во время процесса облачения азари обнаружила ещё один предмет одежды, точнее аксессуар, уже овивающий её шею. И если судить по тому, что он совершенно не ощущается кожей, то присутствует он на ней уже довольно давно. Батарианский рабский ошейник, разработанный ими специально для азари. Пальцы потянулись к полимерному ремешку и едва коснулись, как лёгкий укол тока напомнил пожилой леди, для чего такие побрякушки вообще создаются. Вторая попытка прикоснуться к предмету вызвала бы куда более сильные болевые ощущения, потому женщина лишь досадно поморщилась и отдёрнула руку. О пользовании биотикой речи так же не шло. Изделие надёжно блокировало узлы нулевого элемента. Батарианцы всегда заботились прежде всего о том, чтобы у их жертв было как можно меньше возможностей показать зубки.

Тем не менее, батарианский плен обнадёжил матриарха. Четырёхглазые, а особенно такие, что способны создать подобную клетку, рабы своих слабостей, а значит с ними можно договориться о выкупе. В конце концов, что такое деньги для столь влиятельной азари?

Вопрос, как она с Новерии попала в Гегемонию оставался открытым, ибо в голове царила каша подобная той, что набито сознание девы-наркоманки плотно сидящей на хелликсе: урывочная память вновь и вновь кидала Матриарха от события к событию, непонятные места смутные очертания, Сарен, Геты, какие-то отвратительные жуки-переростки и, почему-то, снег.

Пока Бенезия думала, в лаборатории, а помещение за окном более всего напоминало лабораторию, хоть и не сильно обставленную инвентарём, появились разумные. К окну напротив стекла вышла синекожая матрона в жёлтом комбинезоне с планшетом и активировала уни-инструмент. Она просто стояла и набирала на гаджете какие-то команды до тех пор, пока матриарх не встала напротив неё. У неё тоже был ошейник, но по её действиям не было заметно, что он её напрягает. Значит, давно в плену, либо вообще не знала другой жизни. Но насколько она свободна?

— Вы давно очнулись? — Голос учёной прозвучал как-то глухо из-за стекла

Бенезия отрицательно покачала головой. Следующий же вопрос её немало удивил.

— Вы помните кто вы?

— Разумеется, девочка, я — Бенезия.

— Хорошо. Как вы себя чувствуете? — Продолжила допрос… врач? Учёная? Впрочем, любопытство учёной было вполне безобидным и матриарх не сочла затруднительным его удовлетворить, а когда вопросы матроны закончилсь, спросила сама:

— Кто ты и где я нахожусь?

— Прошу прощения за мою бестактность, почтенная, — Сразу же спохватилась собеседница и низко поклонилась. — Я, Рана Таноптис, а где мы с вами находимся, я, увы, не знаю. Простите, госпожа.

— Мы у батарианцев? Ты такая же пленница, как и я?

— Нет, госпожа, на оба вопроса. Батарианцы здесь не при чём, а я… тоже пленница, но не такая. — Помявшись, учёная добавила. — У вас всё намного хуже.

— Что хуже?

Рана замялась ещё сильнее и, как бы даже уменьшилась.

— Давайте… вам расскажут об этом другие… разумные… Отчёт о том, что вы пришли в себя я уже отправила.

— Нет, — матриарх добавила стали в голос и принялась сверлить стушевавшуюся азари взглядом. — Сначала, всё что знаешь, расскажешь мне ты.

— Х-хорошо. — Подчинилась матрона, повинуясь годами проводимому внутривидовому внушению. — Вы знаете, что мы с вами индоктринированы?

— Мы что? Это какая-то болезнь? — Данный термин уже мелькал в памяти Бенезии, возможно, ей об этом когда-то давно рассказывал Сарен, но что он значит, она не знала, либо основательно забыла, что для неё было очень даже несвойственно.

— Это… не болезнь. — Начала Рана. — Но мы с вами совершенно точно поражены.

— Не темни, девочка. Правда не может быть так ужасна, как ты пытаешься её преподнести.

Оказалось — может, и ещё не так. Таноптис рассказала матриарху всё, что могла перевести на понятный обывателю язык об одурманивании, процессе подавления воли Жнецом, о том тихом, но навязчивом шёпоте, что с каждым днём становился всё громче и отчётливее, рассказала, как заражению подверглась она сама, изучая своего предшественника и артефакты с «Властелина», а заодно поведала историю своего пленения.

В процессе рассказа Бенезия становилась всё бледнее, её глаза в ужасе расширились до размеров старинных монет. Притом не от того, что говорила Рана, а от попыток проанализировать свои действия до Новерии, о своей непонятной привязанности к Сарену, его делу, свой неописуемый восторг перед кораблём СПЕКТРа. Хотя… Восхищение подобным чудом инженерной мысли предтеч было вполне понятно, но ведь, она, вот уже триста с лишним лет как оставила своё увлечение военной техникой, предпочитая дорогие комфортабельные яхты, которые уже могла себе позволить, оставив свою броню и дробовик на манекене, в холе роскошной виллы на Тессии.

Впрочем, воспоминания пожилой азари буквально изобиловали пробелами и нестыковками. Из двенадцати лет своей предшествующей жизни матриарх могла вспомнить едва ли половину, путалась в событиях, даже не была уверена в том, какой сейчас год и, что хуже всего: чем позднее было событие, которое женщина хотела вспомнить, тем хуже мозг его воспроизводил. Нет, она помнила, что Сарен приказал ей (Приказал? Ей?! И она подчинилась?!) лететь на Новерию, и она долетела, но дальше была сплошная мешанина, оборванная резкой болью в сердце. Да что же там стряслось-то?!

Матриарх, потирая виски прошлась по комнате и опустилась на кушетку. Чувствовала она себя совершенно потерянной и разбитой.

***

Прошло какое-то количество времени, прежде чем Бенезию навестили хозяева карантинного комплекса. За это время единственным её собеседником была Таноптис. Матрона честно старалась скрасить однообразные дни своей сокамерницы. Так, например, у той прямо на стекле появилась сенсорная панель, на которой она могла оставить запрос о требуемой ей информации и, если это не касалось прямого выхода в экстранет, запрос удовлетворялся. Так же в её распоряжении были обширные библио- и фильмотеки, какое-то разнообразие в еде и некоторые мелочи, которые при всём желании не получится использовать во вред себе или Таноптис. Ограничения были лишь на личные контакты и, почему-то даты и новости. Всё что разрешалось знать Т’Сони, когда был дневной цикл, а когда ночной.

Матрона же регулярно проводила сканирования тела матриарха и опросы. Простые однотипные вопросы: как вы себя чувствуете? Вспомнили ли вы что-нибудь ещё, не беспокоят ли голоса? (Последний вопрос не праздный, ибо сама Рана иногда жаловалась на головные боли и кошмары).

И вот, их одиночество было нарушено.

Однажды двери за стеклом впустили в лабораторию не только привычную собеседницу почтенной Т’Сони, но и ещё несколько разумных в герметичных скафандрах с опущенными прозрачными забралами на манер кварианских. Собственно, и кварианец тоже был. И человек. И азари.

Делегация выстроилась перед толстенным стеклом. Разумные спокойно дождались, когда матриарх встанет с кушетки и неторопливо подойдёт к ним. Уже хороший знак, как подумала Бенезия. Однако шевроны на плечах разумных были ей от чего-то знакомы. Отголосок прошлой жизни даже предупреждающе шепнул, что перед ней враги. Сама же Т’Сони, уже посвящённая в суть того почему к ней применены подобные меры безопасности, не спешила этому голосу верить.

— Вы… «Чёрный Ветер»? — Неуверенно спросила она. Эмблемы, украшающие плечи незнакомцев она опознала, но откуда она их знает — вспомнить не вышло.

— Помнишь нас, Бенезия? — Спросила азари и, в пару кликов омнитула сделала своё забрало прозрачным. — Давно не виделись. Лет четыреста.

— Вишез? Далия Вишез, это правда ты? — Не поверила своим глазам матриарх. — Я думала, ты сгинула в Терминусе.

— Примерно так и есть. — Хрипло усмехнулась Далия. — Позволь представить тебе моих спутников.

Вишез сделала театральный пас рукой в сторону кварианца.

— Познакомься, Раал’Тар вас Нидас. — Кварианец поклонился. — Самый богатый кварианец Галактики, мой непосредственный работодатель и хозяин всего и вся здесь.

— Матриарх. — Произнес он.

— Господин Тар, — Склонила голову в ответ Бенезия нахмурившись. Она уже слышала это имя, но проклятые провалы в памяти мешали вспомнить даже такого неоднозначного разумного, как «богатый кварианец», не говоря уж о том, что напрочь сбивали с мысли пытайся она сфокусироваться на не менее важных воспоминаниях.

— А этого человека зовут Эдуард Григорович. — Продолжила знакомство Вишез. — Возможно, самый гениальный генетик современности. Скорее всего, ты жива благодаря ему.

«Человек». Матриарх отчётливо помнила презрение и ненависть с которыми Сарен поминал эту расу. У самой же азари самой яркой эмоцией о людях было удивление от их похожести на них самих и возмущение их наглостью и амбициями. Определённо, человечество она в прошлой жизни представляла на одной ступени с батарианцами, но готова была терпеть, в отличие от Артериуса. Сквозь призму этих клочков памяти заявление неожиданно воскресшей знакомой звучало, по меньшей мере дико, и тем не менее матриарх выдавила из себя поклон вместо привычного (для батарианцев и прочих) лёгкого кивка.

Доктор поклонился заметно ниже и немного нервно, больше по наитию, нежели соблюдая правила этикета. Тем не менее он угадал.

— Директора, — Затараторил человек. — Вы обещали дать мне время ввести пациента в курс дела. Врачебная тайна. Ваше присутствие было бы нежелательно.

— Конечно, доктор. — Подтвердил его притязания кварианец. — Думаю, мы пока понаблюдаем, как ваши коллеги проводят процедуры над госпожой Таноптис. Вишез?

— Конечно, Раал. Ещё поговорим, Т’Сони.

С этими словами «директора» удалились, оставив азари с новым любопытством наблюдать за человеком, который заметно нервничал и не знал с чего начать. Наконец, он собрался и активировал медсканер на омнитуле.

— Вы позволите? — Осведомился он сглотнув.

— Вы врач. — Согласилась матриарх и сделала шаг поближе к стеклу, как и всякий раз, когда её об этом просила Рана.

— Благодарю. — Кивнул док. — Я попросил руководство уйти, поскольку обязан вам сообщить ваш текущий диагноз. Заранее прошу меня простить, но мы сделали всё, что могли.

Лучше бы Бенезия пребывала в неведении. На момент, когда азари попала на стол к Эдуарду, она пребывала в состоянии клинической смерти более шестидесяти часов (тридцать секунд до стазиса и потом ещё какое-то время под ним до того, как её погрузили в медицинскую капсулу). И по несколько секунд, когда её выводили из этого состояния, чтобы оценить регрессию и попытаться приостановить разрушение, которое запустили в её теле наниты Жнеца. В общем, чтобы спасти матриарха, нужно было чудо и его сотворили, но не сразу, а, за довольно приличный отрезок времени.

— Так я здесь половину цикла?! — Воскликнула Бенезия.

— Чуть больше, — ответил врач и продолжил.

Ей несколько раз заменили кровь, пытаясь вымыть как можно больше разрушавших тело азари нанитов. Фактически, процедуру повторяли до тех пор, пока количество наномашин в ней не снизилось до приемлемого уровня и только потом приступили к лечению. Ну или к замене. Если составить список всех изменений, что внёс в неё хирург-экспериментатор (а вся эта затея была чистой воды экспериментом), то книга сравнялась бы по объёму с Малым Медицинским Справочником Драгоценной Россыпи. (Инвестиции в медицину были существенной статьёй дохода Бенезии и играли огромную роль в имидже матриарха, так что на одной из многочисленных конференций благодарные доктора и подарили ей такой справочник в бумажном исполнении. Этот талмуд весил добрых три кило, а по толщине превышал обхват пальцев, так что азари знала с чем сравнивать). У матриарха не было органа, которого не контролировала бы древняя машина.

Было бы смешно, если бы не было правдой жизни, повреждённые ткани заменялись клонированными, которые эти самые полгода и росли и против которых матриарх некогда активно выступала. Но это то, что в теле, архитектуру, которую наниты возвели вокруг мозга Бенезии приходилось счищать чуть ли не вручную. Благо оставшиеся не саморазрушившиеся машины удалось локализовать.

— Именно эта процедура и вызвала для Вас столь тяжёлые последствия. — Заключил Григорович.

— Значит, я свободна от индоктринации? — Недоверчиво осведомилась матриарх.

— Я не знаю. — тяжко вздохнул учёный. — Вряд ли. Скорее всего, если оставить всё на самотёк наниты со временем запустятся, а как они поведут себя — сие есть тайна, знать ответ на которую я не хочу. Есть шанс, что они попытаются восстановить прежнюю архитектуру, и, как следствие, контроль над вами, но также есть немалая вероятность, что они продолжат выполнять последний полученный приказ — ваше разрушение, что при их нынешнем количестве возможно и весьма болезненно.

— Но разве нельзя их отключить насовсем? — С надеждой вымолвила Бенезия.

— Это могут только Жнецы… — Разочаровал её доктор. — А так, подзаряжаются они от вашего же естественного фона нулевого элемента, а строительный материал берут напрямую из крови, в то же время могут неограниченно долгое время находиться в состоянии гибернации. Мелкие живучие шлимазлы.

Последнюю фразу доктор прошипел сквозь зубы и в полголоса, отведя взгляд в сторону.

— Собственно, так мы их и побороли, рассинхронизовав ваши узлы нулевого элемента вот этим самым ошейником. — Продолжил он спустя минуту молчания. — Больше ничего придумать пока не удалось, простите. Но вы не отчаивайтесь! Прямо сейчас мы получаем данные о технологиях жнецов и, возможно, скоро произойдёт прорыв в понимании проблемы.

— У моей подруги по несчастью та же ситуация? — Севшим голосом спросила Бенезия.

— Нет. Её индоктринация не такая глубокая и всеобъемлющая, как у вас и нанитов в теле куда меньше, но они, в отличие от ваших всё ещё активны и продолжают… внушать ей всякое.

— Всякое?

— Они действуют скорее на гормональном уровне и слегка корректируют химические реакции в мозгу, что выливается в едва заметную подмену понятий. Фактически, нашим психологам время от времени требуется напоминать госпоже Таноптис что хорошо, а что плохо. Ошейник ей нужен только для того, чтобы не навредить себе и окружающим.

— Кажется, я понимаю.

— Замечательно. В таком случае, я свою задачу, как лечащий врач на сегодня выполнил, так что, позвольте мне откланяться. С вами очень хотел поговорить господин Тар. — Поклонившись ещё раз, Григорович удалился, оставив задумчивую пациентку, дожидаться следующего визитёра.

Кварианец себя ждать не заставил. Ответил на пару интересующих вопросов, пообещал улучшить условия обитания Бенезии настолько, насколько это вообще возможно и, соблюдя все приличия перешёл к делу:

— Насколько я понял, у вас довольно много провалов в памяти и это очень печально.

— Понимаю. Простите, что не смогу быть источником разведданных для ваших нужд.

Раал’Тар тяжело вздохнул.

— Нам этого не требовалось изначально. Идея была в том, чтобы показать на вашем примере Совету Цитадели последствия индоктринации сознания. Проще говоря, если бы вы здесь метались, истерили и грозились своими хозяевами, примерно, как на Новерии, было бы просто идеально.

— Я не помню, что произошло на Новерии. — То, о чём говорил кварианец ей сильно не понравилось, но удар она выдержала как истинная матриарх.

— Вы пытались убить свою дочь и ещё кучу народа попутно.

— Я бы никогда не навредила своей дочери! — Самообладание женщины всё же дало трещину, но собеседника это не покоробило. Он быстро нашёл нужный видеофайл на своем уни-инструменте и запустил его на проекторе. Это оказалась запись боя с «Вершины пятнадцать».

— Это… невозможно! Нет! Это была не я! Я просто не могла!.. — Голос женщины скатился с крика в едва различимый шёпот.

— Не вы. — Податливо согласился кварианец. — Но кто-то в вашей шкуре и вашими руками.

Бенезия посмотрела на Раал’Тара зло и обречённо, затем на негнущихся ногах дошла до опостылевшей кушетки и рухнула на неё. Она пыталась убить Крылышко. Падать ниже было просто некуда.

— Что вы от меня хотите?.. — Простонала она.

— Ничего. В вашем текущем состоянии вы для нас бесполезны, но и выпустить мы вас не можем. По крайней мере до тех пор, пока угроза не минует. Так что вам придётся побыть тут какое-то время. Продолжительное время. — Уточнил ксенос. — Прошу вас сотрудничать с учёными. Они — единственные разумные в галактике, кто всерьёз пытается бороться с одурманиванием. Возможно, с вашей помощью они справятся с заразой куда раньше.

— Хорошо. Я полностью в вашем распоряжении, но мне нужно увидеться с дочерью.

— Ничего не могу обещать. — Встретившись глазами с женщиной Раал развил свою мысль. — Доктор Т’Сони недавно пережила очередную потерю и сейчас думает, что против неё ополчилась вся Галактика. Возможно, она начнёт стрелять в моих людей даже не выслушав. Но я попробую подобрать нужные слова.

— Благодарю вас, Раал.

— Не стоит. И, кстати, раз уж вы вменяемы, то может, ответите на несколько вопросов для камеры? Вы же помните хоть что-то из того вашего периода жизни, когда были во власти Артериуса. — Получив неуверенный кивок, собеседник потёр трёхпалые руки друг об друга. — Меня интересует всё.

Глава 52 О предусмотрительности. Кратко, но на год вперёд.

Гражданка Альянса Систем Майя Брукс, а ныне её звали именно так, блаженно и с полным удовлетворением от проделанной работы откинулась на спинку не очень-то мягкого офисного кресла.

Наконец, она свободна! Последние хвосты обрублены, мосты сожжены и её уже никто не найдёт. Даже Призрак.

Сама идея с исчезновением маячила на горизонте её сознания вот уже целое десятилетие. Нет, работать на «Цербер» было интересно. Призрак всегда знал, как удовлетворить её охочий до опасных головоломок мозг и ни разу не подкинул ни одной командировки в которой она бы не выложилась на полную. Такой, которая бы идеально подошла ей и только ей… исключая последний год, м-да.

Ну, тут всё было действительно просто. Старый козёл всего лишь решил её списать, как делал это со многими до неё. В принципе, этому даже удивляться не следовало — специфика работы, что б её.

И всё равно было обидно. Не настолько, чтобы пытаться мстить такому зубру, но всё-таки, всё-таки… Может быть, когда-нибудь, если всё получится…

Брукс мечтательно прикрыла веки и отхлебнула из чашки довольно неплохой кофе.

Сейчас она со своей ценной ношей летела на Землю, потому что если что-то хочешь спрятать — положи на видное место. Сам корабль и наёмники обошлись ей в довольно крупную копеечку, но они стоили каждого кредита, ибо Кат-6 — это не просто наёмники, это элита. Все поголовно — ветераны Альянса с боевым прошлым. Туда даже выпускников Академии ВКС без опыта не брали, но если за штурвалом сидит пилот, значит он — именно пилот. Притом обученный в лучшей школе и налетавший приличный стаж, а не как везде, нахватался всего понемногу от предшественника, пристрелил его и сам сел за штурвал. С солдатами дела обстоят примерно так же. Альянс относится к своим бойцам, как к расходному материалу, чему способствует и «Цербер», но далеко не все нахлебавшиеся такого отношения бойцы после расторжения контракта радостно бегут к трёхголовым. Изрядное их количество проходит собеседование в различных ЧВК или идут в частную охрану. И Кат-6 у такого «свободного» бойца в списке на посещение одна из первых.

Собственная линейка брони и вооружения, устав, строгая дисциплина и безупречная репутация. Вот почему Брукс остановила свой выбор именно на них. А главное — полное отсутствие какой-либо связи с «Цербером». Потому что у всего руководящего состава на её бывших работодателей зуб размером с так и не грохнувшийся на землю Апофис.

Собственно, на этой почве Брукс и собиралась сойтись с Кат-6, предлагая свои деньги и услуги. О… Уж она-то сможет быть полезна. И даже готова работать за двоих… первое время. Ну а если парень в пробирке хоть в половину так же хорош, как и оригинал — потом ей не придётся работать уже никогда.

Каюту неожиданно пронзил писк входящего вызова, вырвав девушку из тумана сладких грёз о светлом будущем. Связаться с ней пытался тот, кого она ждала меньше всего.

Девушкой неожиданно овладел целый коктейль эмоций: страх, удивление, откровенное непонимание постепенно с каждым новым гудком терминала всё больше сменялись настороженной заинтересованностью. Неуверенно она протянула руку к голопанели и коснулась сенсора.

— Салют! — помахала ей рукой маленькая голограмма Лео. — Хорошо спряталась!

— Лео. — Брукс против воли улыбнулась. Она прекрасно осознавала степень угрозы, которая может исходить, и скорее всего, исходит от этого человека. Ведь работа, которую он проделал ради этого звонка была практически невыполнима. — Вот уж не ждала, так не ждала.

— Хе-хе, могём, когда надо. — Улыбка блондина стала ещё шире и ещё самодовольней.

— А надо? — поинтересовалась Раса (Майя).

— Надо. — Лео резко перестал улыбаться и уже совершенно не напоминал того инженера, за которым она не так давно наблюдала. — Слыхал, ты кое-что украла у «Цербера». Я хотел бы это купить.

Её глаза встретились со взглядом голограммы.

— О… я много чего украла в своё время. Конкретнее, если можно.

— Большая пробирка и её содержимое.

— Не знаю о чём ты. — шпионка ещё пыталась держать лицо, но до той же Миранды в этом плане было примерно, как до Китая.

— Да? Ну ладно, позови, пожалуйста командира корабля.

Уже не лёгкая, а очень даже натянутая улыбка медленно сползла со смуглого лица девушки, а в мозг прокрались сомнения. Неужели все данные, что она собрала по «Кат-6» оказались одной большой мистификацией? Как так? Она же всё проверила по нескольку раз!

— Они не станут работать на «Цербер».

— Ну в таком случае, тебе нечего бояться. Смелее. — Подбодрил её Гай.

Майя подчинилась. А что ей ещё оставалось? Деваться с космического корабля было просто некуда. Через минуту дверь в каюту отъехала в сторону, пропуская искомого разумного.

Человек, женщина. Высокая, широкая космодесантница, уже не молодая да и повидавшая не мало, о чём свидетельствовали абсолютно седые волосы и небольшие шрамы, на лбу.

— Капитан Кляо, я полагаю. — Слегка поклонился Лео. — Вот мы, наконец, и встретились. Раал’Тар должен был вам обо мне рассказать.

— Так точно, Мистер Гай. — Кивнула женщина уважительно. — Господин Тар действительно рассказал нам всё. И я спешу вас заверить, мы все помним, что живы только благодаря вам.

Для оперативницы, которая почти два месяца без перерыва бегала от «Цербера» и не имела возможности просто поспать без мысли, что за ней могут прийти в любой момент и наконец-таки почувствовавшей, что у неё вопреки всему получилось перехитрить всех, произнесённые только что слова чуть не вызвали удар. И пока разум её агонизировал в попытке найти хоть какое-то решение, тело жило рефлексами. Она стала медленно, прямо на роликах табуретки смещаться за спину капитана и судорожно сжимать рукоять пистолета.

— Не стоит. Раса, не надо оружия, пожалуйста.

Предупреждение подоспело как нельзя вовремя, ибо у девушки уже начиналась самая настоящая истерика. ВСЁ ВПУСТУЮ! Месяцы планирования, куча петляний по Траверсу и Терминусу, чёртова уйма сил и средств пущена по космическому ветру только для того, чтобы прилететь в красиво защёлкнувшийся капкан?!

— Э… Вероника, вы не могли бы оставить нас наедине? — Смущённо попросил уже собравшуюся действовать по обстановке десантницу Леонард.

— Хорошо.

— Как?! — Кинулась к голограмме Раса, как только за капитаном закрылась дверь. — Как ты это сделал?!

— Долгая история. — Виновато пожимаю плечами, мол так вышло. — Но… если обобщить, то… не считая прочих деталей «Кат-6» как бы через тридцать три звезды… принадлежит мне. Точнее, я акционер, а акциями ведает один знакомый парень, но… как-то так в общем.

— Значит, переиграл, да? — Ой. Она заплакала. Нет! Натурально заревела! И ещё пистолет в руках вертит.

— Оу-оу-оу! Раса! Вот этого не надо, пожалуйста! Убивать тебя никто не будет.

— Серьёзно?! — Сорвалась она на визг.

— Абсолютно. Только на людей не кидайся, они все «номера», притом после Акузы довольно нервные.

И тут её прорвало на всё то, что она когда-либо хотела мне сказать. В этом потоке сознания чего только не было! И сожаление о том, какая доля ей выпала, о том, как она меня ненавидит и хочет убить. О том, что ненавидит меня хотя бы за то, что я существую и «Что тебе, мразь, надо от меня вообще, у меня и так уже ничего своего нет!!!».

Что тут можно сказать? Даже жаль девчонку. Искренне жаль. Она же по-сути, мне ничего плохого не сделала. Да и вообще никому интересующему ещё ничего не сделала. Ей просто не повезло.

Так или иначе, я решительно не могу её ненавидеть. Собственно только по этому и начал сей неприятный разговор.

— Раса. — Позвал я, когда она закончила и только всхлипывала, уткнувшись лбом в колени, которые подобрала под себя прямо на стуле и обняла, так и не выпустив из рук пистолет. — Ра-а-са.

— Да что ты привязался-то ко мне?!

— Из-за клона.

Шмыг.

— Тебе-то он зачем?

— Не знаю ещё, но обязательно что-нибудь придумаю.

— Что будет со мной?

— Ничего страшного. — Пожимаю плечами. — Сейчас тебя отведут в изолятор. Для твоего же блага. Потом доставят на какую-нибудь колонию. Дадут новые документы, денег, много денег. Так сказать, компенсируют все твои издержки и гуляй на все четыре стороны. Только ради бога, не провоцируй их.

— Вот так просто, да? — Скривилась она.

На это я вплотную пододвинулся к монитору и проникновенно спросил:

— А ты действительно считаешь, что стоишь большего? — и отключился.

Когда сеанс связи прервался, я устало подпёр рукой голову и смотрел на приборную панель ещё целую минуту. Вот и всё. Остаётся только наблюдать.

Пара кликов на приборной панели и вот передо мной возникает всё та же картинка только под другим углом. С разрешения капитана Кляо мне открылись камеры безопасности корабля.

Вот Раса выходит из своей каюты и её сразу разоружают. Эскорт более чем достойный. Четверо человек в тяжёлой броне и с винтовками наперевес. Двое спереди, двое — чуть поодаль сзади. Впрочем, уни-инструмент ей оставили, да и наручники не надели. За что и поплатились.

Своё несогласие Раса решила высказать, как только её вывели на нижнюю палубу. Две светошумовые гранаты взорвались одновременно под ногами передних и задних конвоиров, ненадолго их дезориентировав, сама же девка схватила с пояса ближайшего охранника пистолет и исчезла, включив активный камуфляж.

На что она надеялась, я так и не понял. Скорее всего у неё просто окончательно поехала крыша (Наверное, это даже нормально, после такого-то облома). Ну как «флехи» могли навредить бойцам в шлемах? Двухсекундная заминка, вот всё, чего добилась Раса. Залп из четырех штурмовых винтовок даже не прицельно, а в сторону беглянки, меньше чем за полсекунды смял слабенький щит лёгкого скафандра и изорвал спину убегающей девушки. Затем один из стрелков подошёл к трупу, под которым уже натекла алая лужица и деловито перевернул его на спину, снял бронеперчатку и зажал двумя пальцами сонную артерию Расы.

— Мертва. — констатировал солдат.

Теперь точно всё. Я выключил проектор и откинулся на спинку кресла. Всё же эту смерть я должен был наблюдать лично. А что до клона… В отделе Григоровича на Зоре уже есть одна криокапсула на длительном хранении, теперь будет две. Да и вообще, вдруг меня переклинит — коллекцию собирать начну?

Глава 53 А ведь могло быть так (НЕКАНОНИЧНЫЙ КАМЕДИЙНЫЙ ОМАК!!!)

Призрак прикурил сигарету и закинул ногу на ногу. К нему сразу же подбежала секретарша с гримёрной кисточкой и косметичкой. На заднем плане суетились стекольщики, натирая огромное панорамное окно. С той же целью по полу елозили шесть «теней» с баночками полироли и поролоновыми губками.

Сегодня всё должно быть идеально.

Призрак ударил пальцем по тлеющей над пепельницей сигаретеи алый глазок стал виден чётче. Образ Хозяина Положения не должно было нарушить ничто. Ведь сегодня, впервые за очень долгое время беседа пойдёт на равных. И обсуждаться в ней будет ни много ни мало — штурм базы Коллекционеров.

О… они, Призрак и Пророк, долго к этому шли. Годами эти два незримых и великих игрока наращивали мускулы своих детищ, во тьме и при свете, в блеске софитов и под хрипы умирающего от удара в спину противника. Плодя подковёрные интриги против целых государств и захватывая миллионы умов.

И вот, наконец, настало время встретиться.

— Зеркало. — Скомандовал Призрак и перед ним возникло ростовое окно с онлайн отображением его самого дальним планом. Все посторонние испарились из комнаты, как по волшебству, даже Хелен, его вечная секретарша, которая меньше двадцати секунд назад ровняла на его лице тоналку кисточкой. Хотя… именно последнему факту удивляться стоило меньше всего.

Отлично. Глаза выгодно блестят в алом полумраке, лицо почти скрыто в тени и озаряется лишь нечастым алым угольком от сигаретной затяжки. Белоснежный воротник сорочки расстегнут на одну пуговицу, высвобождая кадык. Под правой рукой бокал на три пальца наполненный янтарным виски, в котором плавало три идеально ровных кубика льда.

Безукоризненно. И пусть за кадром останутся все те годы кропотливого но, увы, бесполезного поиска, что он потратил впустую.

— Я готов. Давайте связь.

Квантово-механический коммуникатор активировался, соединение пошло. Напротив Призрака возник омни-экран во всю стену, как бы соединяя два кабинета через всю галактику. И вот они наконец встретились.

Невозмутимость сохранить было практически невозможно. Но Призрак совладал с собой в последний момент, успев почувствовать, как вытягивается в недоумении его лицо. Вне всяких сомнений, сейчас он стерпит этот плевок в лицо. И получит самые искренние извинения, иначе «Новый Горизонт» умоется собственной кровью.

Призрак, не говоря ни слова глубоко затянулся и исподлобья взглянул на открывшуюся ему картину. А открылось ему следующее:

Большое панорамное окно демонстрировало прекрасный тропический сад и затапливало ярким солнечным светом дальнюю часть громадного кабинета, озаряя натёртый до зеркального блеска великолепный паркет из белого дерева. Одновременно оно давало идеальный солнечный занавес для всего того, что было перед ним. А перед ним стояло кресло. Большой, набитый, с очень высокой спинкой кожаный трон в человеческий рост. Подлокотники его были воистину необъятны, на них свободно размещались не только локти обладателя, но и небольшой пульт и подставка под мелочи. Это слева. Справа же был почти столик, на котором разместилась вазочка с вафельными трубочками (Призрак сначала сам себе не поверил, но глазные имплантаты его не обманывали. Это были действительно они) и полулитровый стакан почти до краёв наполненный чем-то зелёным и шипящим. «Тархун» гласила крупная надпись белыми буквами на стеклянной стенке тары.

Сказать, что это вот кривое зеркало было оскорблением — это не сказать ничего. А ещё это был намёк на то, что о нём знают куда больше, чем знает он. Что ж… не удивительно, не трудно было угадать даже автора этой вот, с позволения сказать, шутки. Без Гая здесь точно не обошлось. Но и это не важно! Значение здесь и сейчас имело только то, что он наконец узнает, кто скрывается под личиной «Пророка». Как только человек сидящий в кресле покажет своё лицо из тени.

Призрак молчал. Прошла минута, потом вторая.

— Раал! Моей заднице никогда не было так а*уенно! На этом кресле я теперь буду жить! — раздался голос, который Призрак очень хотел забыть.

— Лео! — Возмутился кварианец. Откуда-то из-за кадра. — Атмосферу рушишь!

— О! А мы в эфире? Точно?

— Абсолютно! Он нас уже три минуты видит и слышит.

— ..ять! Э.. Хе-хе… Э… М-да. Вот так как-то.

Из тени кресла, подтверждая самые худшие опасения Призрака в самом деле высунулась голова Гая. И то, что выражение его лица было самым виноватым на какое было способна человеческая мимика, делу никак не способствовало.

— Гай… — проскрипел Призрак.

— Э… Да. Это я. — Леонард прочистил горло. — На самом деле, это всё я. И Пророк — это тоже я. Настоящий. Так что, извини за балаган, просто я мечтал об этом с тех пор как впервые тебя увидел, Призрак. Вот и не удержался.

— Понимаю. — не моргнув глазом соврал магнат.

— Замечательно. Тогда к делу.

Глава 54 О железных леди и собирании камней.

На Лазаре я пробыл достаточно долго и успел пронаблюдать как меняются отношения Миранды и Джейкоба в худшую сторону. И мне было жаль. Я действительно не хотел быть инициатором их разрыва, даже косвенным. Старался держаться от них обоих подальше и беспокоил только по делу. С Джеем бывало даже на пару отстреливали ботов в симуляторе. Но вот, однажды ночью, ко мне в каюту пришла Миранда. По-прежнему идеальная, с нечитаемым выражением лица, по которому как по восковой маске стекали две дорожки слёз. Она крепко прижимала к груди… э… к животу под грудью… не знаю, как правильно описать, всё ещё в шоке от этого зрелища, початую бутылку коньяка и вежливо осведомилась: «Не помешаю?»

Мне она не наливала. Просто планомерно накачивалась и всё тем же бесстрастным тоном пересказывала их небольшую историю. О том, как он спас её на Омеге, об их разговорах по вечерам, как они любили смотреть на звёзды. Прочая лабуда мягко подводящая любого слушателя к вопросу: «Шо ж вам, козлам-то от баб ещё надо?». А ведь действительно хороший вопрос, надо сказать.

Но не это важно, а то, что под конец истории, когда девушка вылила в бокал остатки «валерианус армянус» и с неподдельным сожалением оценила пустое дно бутылки, заявила, что ей пора. И чуть не упала на пол, поднимаясь с кресла. Пьяно и зло чертыхнувшись, Снежная Королева была вынуждена просить помощи у ближнего своего, коим был я. Она честно попыталась удовлетвориться протянутой рукой, но проклятая гравитация не позволила ей этого ни с первой, ни со второй попытки, поэтому я взял, Миранду на руки и понёс к двери.

— Не-е-надо. — запротестовала начальница. — Не хватало ещ-щё, что меня в таком виде заметят подчи.. нё.. раб… ну ты понял.

Затем совершенно неожиданно прильнула ко мне, обхватив шею и пьяно дыхнула прямо в ухо:

— Уходи, у тебя мало времени. — едва разобрал я.

Проглотив вместе с коньячными парами и информацию, я задумчиво и очень аккуратно положил оперативницу на свою постель, на которой она вырубилась в считанные секунды, а сам уселся в ещё тёплое кресло, совершив самую настоящую шахматную рокировку. Она использовала в своих целях даже горе. У неё вообще есть нервы?!

Ну ладно, пусть поспит, а то, что у её начальника СБ сломаны ноги, она узнает только с утра.

И что мы имеем в сухом остатке?

Ровно то, что жить некоему попаданцу осталось очень и очень недолго, если он не начнёт правильно трепыхаться. Хотя сроки его жизни могут сильно варьироваться от неучтённых обстоятельств, коими может быть, как окончание реабилитации Кай Ленга, который сейчас здесь же проходит киборгизацию (Тст! Это страшная тайна!), так и от подготовки проекта углублённых модификаций уже моей бренной тушки, что ввиду уникальности проекта и нестандартной подготовки объекта (сиречь меня) процесс весьма небыстрый. А если учесть, что живым я под это дело не подпишусь, приготовления к процессу моего «привлечения» будут самые тщательные. Возможно, я даже успею выполнить для Призрака какую-нибудь грязную работёнку.

Впрочем, так ли это важно, если пару месяцев мой хладный (или даже ещё тёплый) труп с тем же успехом может пролежать и в стазисе?

Да какая разница? Я шёл к этому моменту восемь лет. И видят боги, у Призрака, оставь он свои грязные помыслы, касательно контроля моей тушки, был ещё год моей эксплуатации. Но теперь нет.

Мстительно открываю экстранет, вбиваю адрес нужного форума, набираю на голографической клавиатуре комментарий и ухмыляюсь. Всё, уголь вражды возжён. Теперь же можно заняться вещами куда более приземлёнными и не менее важными делами: ноги Джейкоба Тейлора.

***

Бывший контр-адмирал Альянса Систем, а ныне преуспевающий предприниматель Нейтан Кахоку сидел в баре «Сверхновой» и пил кофе в ожидании встречи с очередным клиентом. Пару недель назад его вольнонаёмный отряд закрыл свой контракт. Работёнка была непыльная, охрана азарийской поп-дивы, которой вдруг ни с того ни с сего захотелось, чтобы её охраняла людская ЧВК, а не турианская. Так что солдаты практически не устали и сами рвались в бой и новый заказ так скоро был просто маленьким подарком судьбы.

В назначенный час к его столику подошла высокая подтянутая азари и, спросив разрешения присесть, по-деловому и очень по-земному начала раскладывать на столе документы, намереваясь поскорее перейти к делу, что приятно удивило мужчину. Предыдущая заказчица из синего племени, прежде чем просто поздороваться вывалила ему на уши целую кастрюлю лапши, которую ему пришлось запить двумя чашками эспрессо просто чтобы не уснуть к моменту обсуждения условий.

— Давайте уточним, тот ли вы, кто мне нужен. — Лучезарно улыбнулась матрона, активируя переносной генератор помех.

— С удовольствием. — вернул улыбку офицер. — Что вы хотите, чтобы я вам рассказал?

— Просто подтвердите или опровергните то, что мы собрали о вашем отряде.

— Хм, ну что ж, давайте попробуем.

— Не будем терять времени. Вас зовут Натаниель Кахоку и вы бывший контр-адмирал Альянса Человеческих Систем.

— Пока верно.

— Трое детей, разведены...

— Верно, но это-то тут при чём?

Вопрос инопланетянка проигнорировала.

— Из вооружённых сил вы были уволены без содержания за нарушение прямого приказа командующего Третьего флота.

Человек нахмурился.

— А вот этого вы уже знать не должны.

— Но мы знаем. Вы подтверждаете сказанное мной?

— Подтверждаю. — Буркнул адмирал в чашку.

— Значит, и остальное тоже верно. — удовлетворённо хмыкнула собеседница и сложила планшеты в одну стопку. — Вы отказались отправить отряд по заданным координатам, а вместо этого проутюжили квадрат авиацией, в результате чего нанесли непоправимый вред экологии планеты, но главное, не справились с поставленной задачей.

— Ввиду того вас и отстранили от командования, а после служебного расследования отправили в отставку без сохранения званий и положенных выплат.

Кахоку, бывший и без того мрачнее тучи, нахмурился ещё сильнее.

— У вас очень хорошие источники информации.

— Не жалуюсь. Впрочем, всё это нам не важно. Самое вкусное впереди.

— Заинтриговали.

— Так вот. Истинная причина вашей отставки в том, что вы сунули нос в дела «Цербера». Вас предупредили, вы не послушались, затем вас хотели «наказать», отправив ваш личный отряд спецназа в гнездо молотильщиков... Не первый случай, если подумать.

— Неужели?

— Трёхголовые не так оригинальны, как это может показаться на первый взгляд. Но давайте вернемся к вам. Точнее к тому небывалому случаю, когда вслед за командиром на гражданку уходит всё его подразделение.

— Я просто передал ребятам ту информацию, что предоставили мне, по-видимому, ваши люди.

— Правильно понимаете.

— Потому и откровенничаю с вами до сих пор.

— Прекрасно. В таком случае, как вы смотрите на то, чтобы оказать «Церберу» ответную любезность за соответствующую плату?

***

Альпийский чистый горный воздух пах свежестью и хвоей. Запах в целом приятный, но осточертевший за последний год не хуже стерилизационного аэрозоля в лабораториях Цербера.

В какой-то степени там было даже лучше. Быть овощем и не реагировать на процедуры было относительно несложно. В реабилитационном центре же от него требовали именно реакции. Нет, боли ему старались не доставлять, но когда Тумс с каменным лицом переносил все процедуры, доктора выказывали неслабое беспокойство. И начинали с ним откровенно нянчиться дабы космопех вновь не ушёл в себя.

Но как тут было не уйти, если каждый день был охвачен просто неимоверной скукой?

На каждодневные физические упражнения, которыми изматывал себя солдат, медперсонал смотрел косо. Тумс смотрел косо на весь медперсонал и с улыбкой вспоминал тот день, когда расстреливал вот таких же медиков в исследовательском центре из которого бежал.

Бежал благодаря вещи, о которой до сих пор не знает никто, кроме него и того парня. Его Самой Большой Тайне. О... какие только чудеса изобретательности он не проявлял, чтобы скрыть ото всех свой шпионский гаджет! Цеплял на ногу, под кушетку, закапывал перед процедурами в корнях неприметного дерева, но всегда находил и надевал, как только вероятность обнаружения хоть немного отличалась от стопроцентной.

Для чего он это делал? Был ли этот прибор просто дорогой игрушкой, которой он никогда не воспользуется? Напоминанием о кошмаре, сквозь который он прошёл, или наоборот — светлым лучом надежды в беспросветной тьме?

Ответа не знал даже он сам, хотя чёрные мысли на почве безделья не отпускали его ни на минуту.

Скорее всего, он просто ждал. Чего? Не известно, но суть в том, что спустя столько времени, он дождался.

— Спрячь меня! Не показывай меня! Я твоя самая большая тайна! — Раздалась среди ночи фраза в его ухе, заставившая солдата испуганно подпрыгнуть на кровати и заозираться по сторонам.

— Ты!!! — воскликнул Тумс.

— Я, солдат, я. Не забыл меня?

— Сукин сын! Что тебе от меня надо?!

Голос в наушнике издевательски хохотнул:

— Для начала, чтобы ты перестал орать и успокоился. Я подожду. И не трогай маму.

Сердце успокаивалось мучительно долго. Препараты, которыми пичкали солдата, блокировали импланты и слегка дестабилизировали гормональный фон. Это ему объяснил врач, который просил поостеречься ярких эмоций. Но вскоре Грег пришёл в себя и, глубоко вздохнув, вновь упал на подушку.

— Чего ты хочешь?

— Ничего нового. Чтобы ты убивал церберовцев, только и всего. В конце концов, ты обещал это мне.

— А ещё я обещал не щадить никого из них на своём пути. — Напомнил капрал. — Тебя в том числе.

— Замечательно. В таком случае, я отправлю на твой уни-инструмент координаты, в которых тебя будут ждать корабль, деньги, снаряжение и дальнейшие инструкции.

— И с чего я должен вновь плясать под твою дудку?

— С того, что ты этого хочешь. Ну и с того, что мы с тобой встретимся, если ты сделаешь всё, как я скажу, на руинах ещё одной базы «Цербера». Такой стимул тебя устроит?

— Спрашиваешь.

— В таком случае действуй, у нас мало времени.

Капрал замолчал на целую минуту.

— Конец св...

— Стой-стой-стой! — заторопился Тумс.

— Что ещё?

— Ты ведь понимаешь, что я при встрече просто пущу пулю тебе в башку.

— Понимаю, так же хорошо, как ты понимаешь, что «Цербер» творит с людьми вещи куда худшие, чем смерть. К тому же, убить меня тебе ещё придётся смочь.

— О... Вот тут не сомневайся! — мстительно рыкнул Тумс и отключился.

***

Капитан Вероника Кляо ответила на вызов незамедлительно и удивлённо уставилась в открывшийся голоэкран.

— Вы?

— Давно не виделись, капитан. — Помахал ей трёхпалой рукой Раал`Тар вас Нидас. — Как ваши дела?

— На удивление хорошо. Но вызов от вас — это неожиданность.

— Понимаю, но именно этот вызов мы с вами уже обговаривали.

— Значит, пора?

— Именно, капитан.

— Выдвигаемся.

Глава 55 О том, что уходить по английски - это скучно.

Не можешь уйти тихо — сделай это красиво. Вот уж не помню, откуда я почерпнул эту истину, но её достоверность у меня лично сомнений не вызывала никогда. Собственно, всё своё оставшееся время работы на «Цербер» я провёл под этим девизом.

Не то, чтобы я прямо-таки положил болт на всю конспирацию, но позволять себе стал значительно больше. Практически в открытую связывался по «защищённой линии» с любой точкой галактики, заказывал нужные мне железяки тут и там, ну… и прочие мелкие шалости, которые косвенно могут поставить под ещё больший вопрос мою лояльность.

Призрак мне ничего не запрещал, от командования не приходило «высокого фи» касательно моих действий, ничего подобного. Но напряжение накалялось с тех самых пор, как я вернулся на «Аргос», собственно, верфь, на которой и была построена вторая, пока ещё не «Нормандия».

Понятное дело, что после «инцидента» с начальником службы безопасности «Лазаря», оставаться там я больше не мог, а потому отбыл на поднятом по тревоге фрегате, во всю прикрываясь именем Призрака пока замы не нашли Миранду и не разбудили её.

Так что змеиным шипением разгневанной фурии я наслаждался с безопасного расстояния из БИЦ, глядя на медленно вращающуюся карту галактики, наблюдая за работой простимулированного её голосом экипажа и фиксируя показания пущенного «на холодную» двигателя. Кстати, плановый тест, об успешном прохождении которого я и рапортовал Призраку.

Когда же речь зашла о Тейлоре, то я с лёгкой улыбкой заявил, что мы не сошлись в религиозных вопросах на почве одного из мест на теле блаженного Августина. Магнат отсылку не понял, но развивать тему не стал, благо, это была не первая моя стычка с начальством на местах.

И всё. После этого я продолжил работу по оптимизации «СУЗИ» и взял себе побочный проект по разработке тяжёлой силовой брони первой линии на основе синтетических мышц гетов. Естественно под круговым наблюдением. И мне это так нравилось! В «Цербере» вообще всё просматривалось видеокамерами. Наверное, Призрак думает, что с их помощью видит всё и всегда. Молодец. Пусть и дальше так думает, главное, что физического доступа в мои личные владения у его спецов нет.

А вообще, он что-то заподозрил. Или думает, что я почуял угрозу. Я это понял из того факта, что теперь раз в неделю он принимает мои отчеты лично, а заодно и консультируется по тому или иному вопросу, и зачастую эти консультации перерастают в целые философские диспуты. Небывалая честь! Но для чего? Неужто он специально ждёт, когда я сорвусь? Или сам высчитывает подходящий момент? Не важно. По большому счёту, я уже готов, а когда его люди за мной придут — я как-нибудь узнаю.

***

Время для атаки выбрали практически идеально. Не когда я сплю, ем или принимаю душ, совсем нет. Меня подловили за работой. Небольшая комнатка где-то три на три, служившая мне личной «Малой Лабораторией Злого Гения», о чём свидетельствовала надпись красным маркером на двери.

Внутри всё было так заставлено оборудованием и ящиками, что места оставалось только на пятачок у двери и чтобы пройти к верстаку, в тяжёлой броне, потому как минимум половина железа в этой каюте могла рвануть в любой момент.

Дверь с шелестом открылась и спустя несколько секунд в неё влетел маленький дрон-проектор. Для справки. Он влетел намного позже, чем должен был. А ребята хорошо двигаются, я их вообще не слышу! Хорошие зомби.

Тем временем я продолжал ломать комедию, делая вид, что что-то паяю на столе и меня нет ни для кого.

— Мистер Гай. — Дрон спроецировал Призрака, стоящего передо мной в полный рост.

— М? — Я повернул голову (в тяжёлой силовой броне не очень удобная опция). — А, Призрак. Чем могу быть полезен?

Освобождаю верстак, выхожу на вышеописанный пятачок пустого пространства, снимаю шлем и уже своими глазами наблюдаю, как неправильно дрожит воздух в полуметре от меня. Трое, я польщён.

— Возник ряд вопросов, но они подождут. Расскажите лучше, как движется ваша работа?

— Отлично! Это действительно хороший материал. Синтетические мышцы не так громоздки, как сервоприводы, и более пластичны, их хрупкость можно компенсировать дополнительными слоями брони. Это отчётливо видно на модели, что я прикрепил к отчёту. Но на шагающую технику я бы всё же поставил приводы. Ибо себестоимость у «мышц» не в пример выше.

— Хм. Ознакомлюсь с вашими данными позднее, а над чем вы работаете прямо сейчас?

— Да вот, запихнул платформу гета в прототип и впаял ему прошивку от «Локи». Хочу посмотреть, как это чудо двигаться будет.

— Любопытно.

— Ага. Правда, пришлось платформе суставы вправлять, как надо, но это дело не сложное.

— Продемонстрируете?

— Э… Завтра, не раньше. Осталось дособрать и установить ВИ, а это не быстро.

— Понимаю.

С пол минуты помолчали.

— Может, в таком случае, перейдём к тому вопросу, ради которого вы и прилетели?

— Конечно. Мне стало известно, что мисс Лоусон передала вам данные по испытаниям проекта «Фантом».

Я пожал плечами.

— Всё верно. Мисс Лоусон беседовала со мной на эту тему до нашего э… разлада. Разговор шёл не только о «фантомах». «Тень» мы тоже затронули. И, насколько я знаю, говорила она со мной на эту тему с вашей санкции.

— Верно. Не хотел начинать эту тему лично, памятуя, сколь категоричны вы были в прошлый раз. Однако меня интересует ваше мнение. Что вы скажете про результаты испытаний?

Ну а что тут можно ещё сказать?

— Честно, Призрак, результаты поражают. Скорость, ловкость, прирост силы… у меня просто нет слов.

— Это радует.

— И тем не менее, я не буду в этом участвовать.

— Но почему? Гай, вы же всю свою жизнь стремились к силе! — Воздел руки к небу магнат. — Вы трудитесь над собой изо дня в день, как машина, и топчетесь на одном месте, потому что уже достигли своего потолка! А как только появляется возможность переступить барьер человеческих возможностей, вы бежите от неё, как от чумы, и ничто не может вас переубедить! Почему? Вы ведь не религиозны. Что вам мешает?

— Да то, что я не уверен, живы ли эти ребята вообще.

— Что? — Глаза Призрака расширились.

— Да то. Видел я этих ваших «фантомов». На тех же тестах. Девчонка, худая, голова бритая, глаза стеклянные, на вопросы отвечает, как робот, разве что голос не синтетический. Зрачки не шевелятся вообще. А внутри? Вместо сердца, как в песне, «пламенный мотор», притом буквально! Всё нутро заменили, электроники на пол мозга. Она хоть вкусы различала? Сомневаюсь. Наверное, и вместо пищи штекер на двести двадцать. Такой силы мне не надо, увольте!

— Леонард, вы жестоки. То, что вы видели — всего лишь первый, низкобюджетный прототип. Уверяю вас, в вашем случае всё будет совершенно по-другому.

— А мне по-другому не надо. И так хорошо.

— Гай, предлагая это вам, я всего лишь хочу защитить «Цербер» от несвоевременной утраты ценного специалиста, а уж никак не то, что вы там себе понапридумывали.

— Уверяю вас, меня и без этого убить очень непросто, в чём вы не раз могли убедиться.

Негодование голограммы буквально затопило мастерскую.

— Это все ваши аргументы?

— Пожалуй, что да, и я скромненько умолчу о том, что ни вы, ни я и вообще никто из ваших учёных до конца не понимают природу того, ЧТО вы пихаете в этих людей.

— Мы.

— Что? — даже не понял я.

— Вы почти десять лет в «Цербере» и так и не начали говорить «мы».

На это мне оставалось лишь развести руками, мол уел. И чё?

— Знаете, Леонард, — дрон пролетел из стороны в сторону, имитируя задумчивую походку Призрака. — Это лишь одна из немногих странностей, из-за которой у вас, несмотря на стаж, нет полного доступа секретности. Невзирая на просто исключительную эффективность.

— Понимаю.

— Но вот ещё одна странность, — продолжил прохаживаться «фюрер» из стороны в сторону, а там, где он прошёл стали открываться голографические окна с моими «маленькими грешками». Ничего серьёзного, на расстрельный список явно не тянет, да и количество не велико. Другое дело, что, если поиграть воображеньем, за каждым из окошек можно выстроить целый город из рухнувших доминошек. — Доступа у вас нет, а информация есть.

— Что поделать, кто не мухлюет, тот не выигрывает. — на это мне остаётся только усмехнуться. Началось. Ну не может он без пафоса. Кстати, на это грех жаловаться, потому что на этой маленькой слабости и строился весь мой расчёт.

И да, не только он любит в ПафосЪ.

— Вы мухлюете против своих, Леонард.

А вот это уже было обидно. Какие они мне на хрен «свои»?!

— Я делаю всё, что от меня требуется, а как — это уже моё дело. — резко прервал я его. — И если у вас всё, то позвольте мне вернуться к работе.

— Ваша работа подождёт. — Фантомы отключили невидимость. Ну да, трое. Стильненькие такие, все чёрно-бело-золотые, гладенькие, даже элементы питания брони не выделяются на спинах. Два парня и девушка. Впрочем, до каноничной формы им всё же было далековато. Доспехи не так похожи на медицинские перчатки, но мечи уже при них, видно тлетворное влияние Кая Ленга. — Вынужден настаивать на вашем участии в проекте «Фантом».

— Сожалею, Призрак, но мой ответ не изменился.

— Прискорбно, Леонард. — Призрак картинно стряхнул пепел с сигареты. — Задержать.

Знаете, ещё в родном мире, до попадания, играя в мультиплеер за класс «Разрушитель N7» представлял, что я выскажу долбо..бу, встроившему массгенератор в САПОГ тяжёлого доспеха. И вот, каждое утро наблюдая в зеркале эту скалящуюся блондинистую рожу, я не находил слов, вспоминая свои давние порывы. Просто хотелось ржать. До сего момента.

Я топнул и оказался в эпицентре грандиозной гравитационной аномалии, имевшей эффект гранаты. Фантомов кинуло на ящики, срывая с них щиты и ломая так и не вытащенные из заспинных ножен клинки, а вот дрон выдержал, видать его спасло расстояние, на которое он отлетел, чтобы наблюдать за картиной задержания, правда заискрил маленько, но я на это внимания не обратил, потому как добить троицу «суперменов» для меня было куда важнее.

Покончив с киборгами, я принялся снаряжаться к последнему бою, сгребая из ящиков всё, что мне удалось скопить и собрать за время своего здесь пребывания. И мины. От этой комнаты не должно остаться вообще ничего крупнее молекулы.

***

Связь с дроном отсутствовала добрых полминуты, когда же возобновилась, Призрак ещё несколько секунд мог только наблюдать, как в расколотом (вместе со шлемом!) черепе одного из его лучших фантомов догорает и рассыпается всамделешний омни-томагавк, позволяя магнату созерцать самый настоящий отрытый «Топор Войны».

Вскоре наномашины дрона рапортовали о частичном восстановлении управления и дрон завертел камерой. В объектив сразу попали остальные фантомы, так же пребывающие в разной степени расчленённости. То, что они не справились с поставленной задачей, мало того, не смогли оказать Гаю никакого сопротивления — повод для отдельной беседы с разработчиками, но сейчас были проблемы куда серьёзнее.

Мощную фигуру в тяжёлой броне класса «робот», как окрестил её сам Гай, сенсоры дрона выловили довольно быстро. Человек вооружался, буквально сметая всё, до чего мог добраться с полок. Инструменты, маленькие гаджеты, прочий хлам — всё летело в фабрикатор, вырабатывая омнигель, и впоследствии заполняя резервуары брони. В углу валялся ящик термоклипс. То, что не поместилось в отсеки для БК, упаковывалось в навесные тканые подсумки. По всему выходило, что тот, кто ещё десять минут назад работал на «Цербер», собрался с ним же в одиночку и воевать, и численный перевес его ни разу не смущал. И это пугало.

— Леонард, — разослав все нужные приказы и оповещения, Призрак всё же решил напомнить парню о своём существовании. — Что вы делаете?

— Я-то? — Парень сквозь шлем посмотрел на голограмму. — Да эт фигня. Важно то, что сейчас натворил ты.

— У меня не оставалось выбора. Вы были слишком непредсказуемы.

— И ты решил воткнуть контрольный чип мне в башку! — Взревел Гай. — Как этим своим марионеткам!

— Наличие не подразумевает использование. — Возразил магнат.

— Да неужели?!

Таким взбешённым Леонарда Гая Призрак ещё не видел. Но молодой гений и тут показывал чудеса выдержки. Его голос рвался и дрожал, переполненный гневом, но движения… Он как машина чётко и выверенно делал то, что делал, не замедляясь ни на секунду. Такое дарование… «Цербер» не мог просто так его лишиться, не сейчас.

— Леонард, давай закроем глаза на это небольшое недоразумение и всё спокойно обговорим. Я уверен, мы придём к компромиссу.

На секунду Гай прервал своё занятие и проникновенно визором шлема просканировал голограмму.

— Недоразумение? Ты хочешь убить меня и оживить, превратив в бездушную марионетку. Это просто недоразумение?! — вокабулятор шлема выдал глухой смех. — Нет, Призрак, «Высшее Благо Человечества», к которому ты стремишься, мне не интересно, если к моменту этого самого блага становления я не буду человеком, способным ему банально порадоваться.

Коробки, стоящие в углу, полетели от мощного пинка, открывая громоздкий оружейный кофр, из которого Леонард тут же достал и стал приводить в боевую готовность тяжёлый пулемёт.

— Гай, это ваши больные фантазии! Откуда вы вообще всё это взяли?

— Не важно. Будем считать, что я это просто знаю. — С этими словами Гай тяжёлым шагом подошёл к голограмме и одним чётким движением разрубил дрон-проектор омниклинком.

***

— Внимание! — раздалось объявление одновременно абсолютно из всех динамиков всеобщего оповещения верфи. — Всему персоналу станции! Заявление. Это Леонард Гай. Сегодня по приказу руководства меня должны были схватить живым или мёртвым и использовать для создания какой-то убогой кибернетической хрени. В связи с данным обстоятельством я считаю себя в праве расторгнуть с «Цербером» все договорённости. А так как из террористических организаций, коей мы и являемся, выход предусмотрен только вперёд ногами, за свою жизнь я буду драться до последней капли крови. В том числе и вашей. Посему требую начать эвакуацию всего персонала, неспособного держать оружие, потому как остальные будут опознаны моим ВИ, как вражеские цели, и при встрече уничтожены. Я серьёзно. Отныне здесь у меня друзей нет! Только мишени, и моя рука не дрогнет! Так что либо забивайтесь в норы, либо хватайтесь за оружие, потому что сейчас я вам устрою Ад в невесомости! У вас мало времени. Внимание! Это сообщение — мой последний моральный долг перед вами, как перед людьми, с которыми я работал. Прячьтесь, ибо как только оно закончится, я начну стрелять! Конец сообщения!

И как только прозвучали последние слова, станцию сотрясла мощная серия взрывов.

Призрак смотрел и не верил своим глазам. Раньше ему приходилось видеть Гая в бою на записях и симуляциях. Это был аккуратный и расчётливый боец-диверсант, умело использующий местность и предпочитающий нейтрализовать врага из-за угла или в ближнем бою. Тихо, без шума и пыли.

То, что творилось на верфи сейчас, никак не походило на вышеописанное поведение. Леонард пёр по прямой как танк, будто нарочно выбирая самые просторные залы и развилки, ведя огонь одновременно в трёх направлениях: из пулемёта, иногда держа его одной правой рукой, плотно прижатой к телу, отводил левую и поливал всё напалмом из омни-огнемёта, а туда, куда не хватало рук посылала миниракеты наплечная турель. За каких-то сорок минут он практически полностью выкосил понадеявшуюся на одну большую засаду службу безопасности на своём этаже и сейчас громил лаборатории. И ничто не могло его сдержать, ибо оставшихся СБ-шников пришлось спешно распределять на охрану жизненно важных узлов станции, к которым Гай и устремился.

Но несмотря на весь погром, это была только половина проблемы. Другая прямо сейчас летела на Аргос в виде пяти стелс-фрегатов взявшихся буквально из ниоткуда.

***

Тумс нервно сжимал рукоятку штурмовой винтовки. Он успеет.

Не важно, что им на брифинге говорил тот кварианец, Гарек’Ниит. Он сделает так, как и обещал.

Ему было плевать на деньги, которые он отдаст «Кровавой Стае» за то, что те выделили ему в помощь целый отряд кроганов. Ему было плевать на Кляо, которая увидев его спустя столько времени, попыталась с ним заговорить. Ему было плевать на всех наёмников, что были привлечены для штурма станции. И ему было совсем плевать на отряд Альянса, которые тоже планировали взять его парня живым для адмирала Хакета.

Он успеет. Он найдёт ублюдка, из-за которого четыре года пробыл в аду, поставит его на колени и разнесёт его грёбанную извращённую башку несмотря ни на какие его «так было нужно» и мольбы о пощаде, если таковые будут. Урод сам выпустил зверя, пусть теперь за это и ответит. В конце концов, он выпустил его именно для этого.

***

Саманта Уокер нервничала. Сегодня она летела на смерть, чтобы спасти единственного человека, который остался ей не безразличен. И плевать на то, что её взяли в отряд только из-за того, что кто-то подчистил базы данных академии и она осталась единственным досягаемым человеком в столь сжатые сроки, что помнит Леонарда в лицо. Её подготовки вполне хватит, чтобы не быть обузой в отряде. Они справятся. Единственное, о чём не хотелось думать, так это о том, что Лео не пойдёт на добровольное сотрудничество с Альянсом. Но она постарается его убедить.

***

Веронике Кляо было в принципе всё равно. За годы после отставки она ко многому привыкла. Сегодня у неё был контракт на уничтожение станции, и она его выполнит. Плана станции нет. Пока нет, его они получат на месте от внедрённого агента. Живого или мёртвого. Не существенно. К этому тоже было несложно привыкнуть.

Единственное, что вызывало вопросы — сумбурность подготовки. И одновременно с этим — её колоссальный размах.

«Чёрный Ветер» выделил на эту операцию целых пять стелс-фрегатов. Просто вдуматься: пять фрегатов, каждый из которых стоил, как космическая станция! Но цена — это ладно. Технология!

На брифинге командиров отрядов привели в пустой ангар, где они и обговаривали детали операции, а когда речь зашла о проникновении на станцию, Гарек’Ниит просто приказал снять с кораблей оптический камуфляж…

Единственное, что вызывало беспокойство бывалого морпеха — это бывший капрал Тумс. И кроганы, которых он нанял себе в помощь. Надо постараться сегодня не стрелять в них первыми.

***

Космическая верфь умирала, и этому уже ничто не могло воспрепятствовать. Всё, что оставалось Призраку — это бессильно стискивая подлокотники своего кресла наблюдать в камеры видеонаблюдения за причиной всех этих разрушений, которая, в лице Леонарда Гая, облачённого в тяжёлую броню, продолжала сеять разрушение направо и налево. Но вот, что странно, к наёмникам, делающим всё то же самое и, очевидно, что по его наводке, он выходить тоже не спешил.

Подумав немного, и не найдя никакого логического обоснования действиям своего бывшего агента, магнат решил пойти по самому простому пути и активировал коммуникатор.

— Леонард, может всё-таки объяснишь мне, что ты делаешь?

— А, Призрак! Да так, ставлю жирную точку в нашем сотрудничестве.

— Ты сошёл с ума, если решил, что после этого сумеешь уйти от возмездия.

— О нет, мой рассудок пребывает в мире и покое, и я лучше многих понимаю, что живым мне от «Цербера» не уйти. Потому и не пытаюсь. Вы, наверное, заметили, что я здесь развлекаюсь уже не один? Так вот, у напавших на станцию разумных есть единственный приказ — уничтожить всё, включая моё тело.

— Гай! Это уже фанатизм. Немедленно прекращай придуриваться!

— По-твоему, я придуриваюсь?! — Вскричал Лео. — Знай, Призрак, ничего этого не случилось бы, не задумай ты влезть ко мне в голову! Ничего! Я до последнего надеялся, что ты оставишь эту мысль, но нет! У тебя был я, мои навыки и умения, но ты захотел сделать из меня раба!

— Я лишь хотел быть уверенным в лояльности людей, которым доверял.

— И перешёл грань.

— Я вижу. Но скажи мне, Гай, что ты сейчас делаешь, если знаешь, что выхода нет?

Фигура в броне остановилась и сквозь визор шлема посмотрела в видеокамеру. Именно в ту, через которую Призрак за ним и наблюдал.

— Достойное погребальное пламя. — Сказал Гай и оборвал связь. Оставив магната в задумчивости курить на фоне умирающей звезды.

Глава 56 Старые не вошедшие зарисовки. (отбракованные, или не прошли по контексту).

Доминируй! Властвуй!! Уничтожай космопехоту!!!

(Кое что об обучении Лео в академии ВКС и бытность его командиром дисциплинарного взвода)

Вот, вечернее построение окончилось и весь курс по команде «Отбой!» разбежался по своим четырехместным кубрикам.

— Вега… — Прохныкал рухнувший на соседнюю койку Мики. — Когда у него кончится фантазия?

— Понятия не имею, Мик. — Простонал со своего места Джеймс. Разумеется, он устал не так сильно, как его во всех смыслах слова меньший сосед, но и его запас прочности был не безграничен. До постели курсант дошёл ровно, а вот с тем, чтобы перевернуться на другой бок возникли проблемы. — Да и какая разница? Мелкий гадёныш просто пойдёт по второму кругу.

— Я слышал, он подал документы на перевод сразу на третий курс. — Проговорил в подушку с верхней койки Милк. Откуда парень брал силы говорить так громко, чтобы его услышали снизу, Вега не понимал.

— Я тоже слышал. — Промычал здоровяк. — Обломали его, сказали «не положено». А на следующий день дали чуваку лычки «замка» * (Заместитель командира взвода — замОк на солдатском жаргоне). Месяц назад было дело.

— Так это он на нас так срывается? — В стоне Мики отчётливо прорезалась обида.

— Вряд ли. — Вновь подал голос Милк. — Сорваться можно раз или два, да и если б так, наслаждался бы зрелищем откуда-нибудь со стороны. А я вообще не видел, чтобы он хоть раз со спортгородка до конца занятий отошёл. Он действительно нас тренирует.

— А он не робот? — Вдруг после паузы ни с того ни с сего спросил Мики.

— Ты бред-то не неси. — Подвело Милка его извечное хладнокровие.

— Невозможно создать такого инфильтратора. — Добавил Вега уверенно.

— Не хочу вас огорчать, ребята, но как раз-таки возможно. — Обломал их парень. — И я всерьёз думаю, что прав.

Ошарашенный такой новостью Джеймс всё же нашёл силы повернуться к будущему технарю лицом.

— Обоснуй.

— Где-то года два назад экстранет серфил, случайно нарвался на сайт интим магазина одного, а на нем видео, как красотка-горничная дом убирает, ну там, пыль стирает, пылесосит. Потом пришёл хозяин, ну а дальше всё по сценарию.

— Ага, случайно. — Сверху послышался пошлый смешок будущего снайпера.

— Спалился. — Поддержал шутку мексиканец. — Так и к чему ты нам это рассказываешь?

— К тому что это была секс-кукла. — Завершил свою мысль красный, как помидор парень. — Ни за что бы не поверил, пока не увидел, как ей элементы питания меняли. Так вот, если есть кукла, которая может убирать дом, то есть и та которая может тренировать новобранцев?

— Значит, робот? — Неожиданно проникся идеей Милк. — Какой-нибудь суперсекретный военный ВИ?

— А может даже и полноценный ИИ. — Уже твёрже проговорил Мики.

— Я всё равно не верю, что этот парень машина. Уж больно изощрённо он нас гоняет. — Уперся рогом латинос. — И вообще, на хрен ему тогда нужен был перевод?

— Кто поймет этих железяк? — Не унимался Ник.

— Предлагаю завтра рассказать это Камиле. — Внёс рацпредложение Милк.

— Точно. — Мигом согласился Вега. — Натравим на него Ками, если уж наша красотка не сумеет вывести его из себя, то он точно синт. А теперь давайте спать. Гай всё ещё наш взводный, а значит, мы всё ещё в аду и нам нужны силы для побега.

Между занятиями в классе и спортгородком у курсантов было полтора часа свободного времени на то чтобы пообедать и привести себя в норму. Трое парней и девушка, как всегда, заняли один столик и неспешно начали сплетничать. Сначала Камила слушала с интересом, потом начала подхихикивать, а уж когда Ники попросил её мягко и ненавязчиво поговорить с Гаем на предмет его происхождения, откровенно расхохоталась.

— Парни, вы с ним в одном взводе два месяца. — Отсмеявшись выдавила девушка. — Поговорить пытались? Вот, как я сейчас с вами. Или у мальчиков так не принято?

На это пристыженные парни стали вяло открещиваться, мол командир у них нелюдимый какой-то и к нему на кривой кобыле даже сзади не подберёшься.

— Ох, беда с вами. — Резюмировала девушка.

— А что говорят о нём на «женской половине»? — Поинтересовался Вега. — Кто-нибудь его разговорил?

— Да я и разговорила. И его и девушку его. — Хмыкнула Ками.

— Девушку? — Как громом поражённый воскликнул Ники.

— Ну-у-у… — Протянула собеседница и обозначила в воздухе кавычки. — Очень близкая подруга. Тоже, кстати, элизианка, строго по секрету — в армию за ним увязалась. Ну так вот, Джеймс, тебе что-нибудь говорит словосочетание «Скиллианский блиц»?

Ярому фанату Шепарда это словосочетание говорило о многом.

— Так он был там во время нападения? — Ужаснулся парень.

— Неа, хуже. Он в это время был на Иллиуме, получал диплом ИТИ. В пятнадцать. Примчался домой, как только узнал о случившемся.

— Как диплом?! — Настала очередь Ники удивляться громче, чем следовало.

— А я знаю? Сэм об этом ни словом не обмолвилась. Но ничего, это ещё не самое крутое. — За столом воцарилась гробовая тишина.

— Ну?! — Спустя минуту не выдержали парни.

— А вот это вы уже спросите у него сами. — Сгребла пустой поднос девушки и одарив компанию лучезарной улыбкой встала из-за стола.

— А!!! — Со злости ударил по столу Вега, подносы перед товарищами весело подпрыгнули.

— Вредная девчонка. — Хмыкнул Милк. — Обломы у неё в крови.

— Диплом ИТИ в пятнадцать лет… Девушка… Диплом ИТИ в пятнадцать лет… — Бормотал морально уничтоженный Ники.

— Так, хватит! — Командирским рыком привёл его в чувство Вега, — Боец! Отставить сопли! Сидеть и ждать здесь! А я на разведку. — затем с самым решительным видом сгреб свой нетронутый поднос и направился к дальнему столику, за котором сидел в одиночестве их недавний предмет обсуждения.

***

Не страх, а Уважение.

(незадолго до явления "вежливой" Джек народу).

Иллиум. Главный офис «Затмения».

— Седерис, — Васэ влетела в кабинет основательницы «Затмения» на полном ходу и хлопнула ладонями по столу прямо перед ней. — Зачем ты это сделала?

— Дана. — Притворно удивилась та и очаровательно улыбнулась. — Тебе не кажется, что ты забываешься? Так врываться без приглашения к начальству — это очень неосмотрительно и чревато. И да, теперь мне придётся живьём содрать кожу с секретарши, потому что она тебя не задержала, и я сделаю это сразу же, как только вышвырну тебя отсюда.

Стоящая в дверях дева взвизгнула, зажала рот руками и кинулась прочь.

Васэ же не обратила на эти угрозы никакого внимания, да и деву ей было ни разу не жаль, но вопрос надо было решить так или иначе, пока он не решился сам собой.

— Ты захватила транспортник «Чёрного Ветра». — Вкрадчиво проговорила матрона. — Ты в своём уме? У нас с ними контрактов на полмиллиарда заключено!

Впрочем, азари с редкой красной пигментацией уже сама осознала всю глупость своего вопроса, ибо Иона Седерис благоразумием не отличалась и всё делала на кураже. Наркотическом кураже, если быть точнее. И так было всегда.

Вообще, для «Затмения» Иона Седерис была больше символом нежели лидером и воплощала собой все свободы, которые проповедовала. Творила что хотела, убивала за любую провинность, и, естественно, получала всё, до чего дотягивалась её действительно страшная биотика. Следует ли говорить, что кайф для неё являлся такой же составляющей в жизни, что и воздух?

Всю же основную работу делали остальные капитаны, Васэ в том числе. И именно её основной заслугой была дружба с «Ветровцами», которой она гордилась, и которая вливала в казну компании широкие реки кредитов. Сейчас же их идейный вдохновитель в приступе очередного наркоманского порыва умудрилась захватить целый сухогруз у союзников и слава Атаме, что ещё никого не убила. И то, лишь потому что капитан корабля приказал своим сложить оружие и не оказывать никакого сопротивления. Да и Сейн успел вовремя, когда расстроенная отсутствием фана пиратка хотела начать убивать пленников просто так, саларианец предложил заломить за них выкуп, чем выиграл время для остальных капитанов на решение проблемы.

Сейчас же корабль болтался на орбите какой-то дальней планеты под охраной и до сих пор не следовал по дальнейшему курсу лишь по прихоти Седерис, деньги, кстати, были переведены моментально, что вроде бы успокоило Иону, но в то же время оставило её в крайне неудовлетворённом состоянии ждать прибытия представителя компании для разъяснения ситуации.

— Васэ-Васэ-Васэ… — Протянула обдолбанная в край азари. — Я начинаю думать, что зря сделала тебя капитаном. Запомни, мы доим «Чёрный Ветер» и они нам платят. А когда я решаю, что они платят мало, мы им об этом сообщаем вот таким вот образом. И они платят нам больше, потому что они пыжаки и так и должно быть. Вот так-то, Дана.

— Ни хрена не так Йона! — воскликнула Гостья. — «Ветер» нам не платит, это мы ведём с ними дела, как добрые соседи, потому что иначе умоемся кровью! Мы умоемся, а не они! Зачем тебе эта война?!

— Потому что это весело. — Пьяно ухмыльнулась «символ», пропустив её слова мимо слуховых мембран. — А ты иди, я подумаю над твоим поведением.

И Васэ ушла.

Спустя двадцать минут этажом ниже.

— Как успехи? — Задала глупый вопрос Эньяла, а увидев выражение лица своей коллеги, остановила жестом рвущиеся наружу проклятия. — Сама вижу, не утруждайся. Я минут двадцать пыталась достучаться до её разума, но красный песок надёжен, как ничто в этом мире.

— Я хочу оторвать ей все фестоны. — Прорычала Васэ, хватая со стола стакан.

Эньяла на это лишь любовно погладила «Палач», висевший у неё на бедре.

— В чём проблема? Пойдём.

— В том, что если мы начнём бунт, «Затмение» расколется. — Азари потёрла виски. — Кроме того, я не уверена, что у нас двоих получится её свалить. Тварь необычайно живуча.

Помолчали. Эньяла сама понимала всю подоплёку ситуации. В "Затмении" была слишком большая вольница. Девы приходили в него глядя на своих могущественных капитанов с восторгом, как на идолов. Что случится если эти самые идолы вцепятся друг в друга?

— Что ты предлагаешь? — Задала животрепещущий вопрос Эньяла.

— Тиера очень просила устроить встречу Ионы с представителем. Они в нём очень уверены.

— Опять пойдёшь у неё на поводу? Не слишком ли ты много позволяешь своей девочке?

— Она не моя девочка, к сожалению. — Вздохнула Васэ. — И тебе бы стоило с ней поговорить. Сразу поняла бы моё к ней уважение.

— Нет спасибо. Не хочу чтобы она промыла мозги ещё и мне. Тебя одной такой на всё «Затмение» хватит.

— Тебе виднее.

— Так что делать будем с Ионой? — Поинтересовалась Эньяла спустя минуту. — Не хочу я воевать с «Ветрами».

— Эньяла испугалась драки? — притворно удивилась Васэ.

— Эньяла дерётся за деньги, а воевать просто так очень глупо и накладно. Тем более с «Чёрным ветром».

— В таком случае, давай сделаем так, как они просят.

— Тебе виднее. — Вернула фразочку Эньяла.

Знай своё место, адмирал!

(немного о трудностях, которые преодолел "Новый Горизонт" на пути к своему текущему состоянию)

Для Раала картина прибывающего кварианского корабля стала уже обычной. Более того, у него возникло стойкое ощущение, что от флота ему теперь не отделаться вообще никогда. Гарин’Зон вас Такаса выполнил своё обещание на двести процентов и в док потянулась нескончаемая вереница судов. Больших и малых, иногда они помещались в доке по три, иногда еле залезал один. Бывало, когда корабли заходили в док один за другим, но бывало, как сейчас, неделю без прибытия.

Не обходилось и без накладок. Например, в данную минуту диспетчер-человек вот уже десять минут пытался объяснить капитану, почему его корабль ферма должен подождать.

— Да, мы знали о вашем скором прибытии и да, мы ошиблись со временем, но теперь ничего не можем с этим поделать, раньше, чем через четыре часа судно из дока выйти не сможет. — В который раз повторил мужчина.

— Говорит адмирал Мигрирующего Флота Шала’Раан вас Тонбай. — Раздался новый голос в диспетчерской. — Я буду жаловаться вашему командованию на прямое нарушение договорённостей.

На это Раал’Тар уже обязан был прореагировать. В конце концов, кому как не кварианцу спускать с небес своих вождей?

— Говорит Раал’Тар вас Нидас. — Разрешаю кораблю класса ферма «Тонбай» занять четвёртый док.

— Благодарю вас, Раал’Тар, — С чувством выдала адмирал.

— Сообщаю координаты посадки. — Снова заговорил диспетчер, который и до этого-то давился смехом. Потому как услышал очень много лестного об адмиралах от шефа, а тут вообще чуть не заржал, но вовремя подоткнутый ему под нос трёхпалый кулак оказал своевременное отрезвляющее воздействие.

— Получаю координаты. — Отозвался пилот «Тонбая». — Захожу на курс…

Гигантский корабль заиграл манёвровыми движками по всему корпусу и начал смещаться всей своей громадной тушей. На это действие ему потребовалось бы где-то минут десять, но Раал вновь взял слово.

— Одну минуту, «Тонбай».

— Что случилось? — Встревоженно осведомилась Раан.

— Четвёртый док не может вас принять так как не достроен по причине срыва кварианской стороной тех самых соглашений, на которые вы так напирали, грозя расправой моему подчиненному. Так что сейчас диспетчер скинет вам прежние координаты, чтобы зайти на которые вам придётся сделать небольшой круг, часа на четыре. За это время доки освободятся, и вы спокойно и без нервов встанете на прикол.

— Эта какая-то глупая шутка? — Севшим голосом осведомилась адмирал.

— Нет, это такая глупая правда. Так что сейчас вы либо делаете, как вам было сказано ранее, либо чешете к ретранслятору и вашу очередь занимает следующее судно.

Минуты две в эфире царило гробовое молчание.

— Принимаю старые координаты. — Вновь заговорил пилот «Тонбая». — Прокладываю безопасный курс. Расчётное время: четыре часа.

— Принято, «Тонбай». — Хмыкнул диспетчер. — Мягкой посадки.

— По завершении стыковки приглашаю адмирала Шалу’Раан посетить мой кабинет для обсуждения возникшей ситуации более детально. — Раал жаждал крови.

— Принято, господин Тар, — Отозвался пилот. — Адмирал оповещена.

***

Шала’Раан была, мягко говоря, в шоке от той отповеди, что ей устроил наглый мальчишка. Возможно она была не совсем права, однако это не позволяет ему…

— Адмирал. — Подал голос пилот, привлекая внимание женщины к открывшейся картине.

А посмотреть было на что. По крайней мере, открывшийся вид ясно давал понять масштабы и производственные возможности орбитальной верфи. Из дока, который они вот уже в скором времени должны были занять начал выплывать корабль. И выплывал он оттуда минут пятнадцать.

— Адмирал, — Потрясённо прошептала старпом, незаметно оказавшаяся рядом. — Он почти в два раза больше «Тонбая»!

— И эта туша вошла в док? — Вторил её удивлению пилот.

Громадина внушала. Трёхкилометровый полуразобранный корпус медленно и неотвратимо надвигался на оказавшуюся такой неожиданно маленькой ферму.

На здоровенном боку ковчега ремонтный зонд неторопливо закрашивал синюю надпись «…илище». У корабля была демонтирована почти вся «жилая» часть и все надстройки. По сути, кварианцы наблюдали голый корпус с двигателем, а это значило лишь то что, когда его отремонтируют, он станет ещё больше.

И эта хрень выплывала из одного из четырёх доков «Кассандры».

Раньше Шала’Раан думала, что нет более величественного зрелища, чем миграция Флотилии. Прямо сейчас она засомневалась.

— Адмирал, док свободен, можно начинать процедуру посадки. — Вырвал её из задумчивости пилот.

— Да. Начинайте по готовности. — Рассеяно отозвалась адмирал и «Тонбай» спустя несколько минут начал сближение.

Признаться честно, Шала’Раан уже кучу раз пожалела, что вообще заикнулась о жалобах. Теперь же деваться было некуда и ей придётся отвечать за свои слова и не только. Если изгой не лжёт по поводу соглашения, то отдуваться ей придётся за весь народ. Должность позволяет, а вот анархия, царящая во флоте — не очень. И «очередь на ремонт», организованная «Новым Горизонтом» отнюдь не способствовала улучшению обстановки.

За горестными мыслями адмирал не заметила, как прошла процедура карантина, спохватилась только, когда ВИ пожелал делегации кварианцев приятного дня и открыл двери.

Встретили их прохладно, но без ненужного бряцанья оружием. Встречающая команда состояла всего лишь из троих разумных. Двух азари и, собственно, самого Раал’Тара.

— Несмотря ни на что рад приветствовать вас на верфи «Кассандра». — Кивнул вновь прибывшим кварианец. Затем представил сделавших шаг вперед азари. — Секретарь и её помощница ответят на ваши вопросы. Со всеми своими проблемами прошу обращаться к ним. Адмирал Раан, прошу вас уведомить меня, когда будете готовы поговорить с глазу на глаз.

С этими словами он удалился.

Встретились они снова, как и было назначено, в его кабинете. С глазу на глаз.

— Должна заметить, что погорячилась во время процедуры стыковки, — выдавила из себя адмирал. — Однако такой холодный приём со стороны кварианца, настораживает.

— А я просто уже не знаю, как с вами себя вести. — Развёл руки в стороны хозяин кабинета. — Понимаете, когда мы заключали договор с Флотилией, я был уверен, что он выгоден именно вам. Выбил из своих коллег для своей расы постоянный сухой док, скидки почти тридцать процентов, если сравнивать с рыночными, открыл вам почти безлимитный кредит. Организовал возможность хозрасчёта, так? И что же «Новый Горизонт» получает взамен?

— По моим данным, флотилия… — Начала было Шала’Раан, но Раал не дал ей продолжить.

— Давайте по моим. Уверяю вас, они куда более точны. — Адмирал вскинулась было, но не нашла что ответить, это вселило в кварианца надежду на хоть какие-то зачатки совести. — Соглашение было заключено в конце две тысячи сто восемьдесят первого года. С тех пор, за почти полтора года, было отремонтировано шестьдесят семь кораблей с разной степенью износа. Из них: двадцать три лайнера, две фермы, шестнадцать сухогрузов, шесть кораблей поддержки и двадцать боевых крейсеров. Общая сумма затраченных средств — четыреста восемьдесят четыре с половиной миллиона, потому как помимо ремонта суда проходят ещё и существенную модернизацию. С тех пор, в рамках того же соглашения в нашу компанию на контрактной основе было принято девятьсот восемьдесят инженеров. По сумме контрактов как раз на девяносто восемь с половиной миллионов. Это при условии, что мы ещё к тому же полностью обеспечиваем их всеми благами. Вам не кажется, что это не слишком похоже на честное сотрудничество?

— Насколько я знаю, сейчас на «Новый Горизонт» работает более двух тысяч кварианцев. — Веско заметила адмирал, но Раала это только огорчило.

— Неверно. Эти дети проходят у нас паломничество в рамках другого соглашения. Прошу не путать.

Лицо кварианки было скрыто шлемом, но сама поза, выражение светящихся глаз говорили за неё весьма красноречиво.

— Я так понимаю, нет смысла спрашивать у вас, где мои недостающие три с половиной тысячи инженеров. — Констатировал мужчина.

— К сожалению, я действительно не могу ответить на этот вопрос. Самой бы узнать на него ответ.

— В таком случае, я передам с вами в конклав всю бухгалтерскую справку по сложившейся ситуации, вместе с заверениями, что не оставлю попыток помогать флотилии, несмотря на всё ваше противодействие. — Раал откинулся на спинку кресла, посмотрел на смущённую женщину и жёстко припечатал. — Вот только помощь будет исходить только из существующих реалий.

— Будьте уверены, я донесу ваше видение ситуации до конклава и совета адмиралов. Флотилия не заинтересована в репутации неблагонадёжных партнеров, с нами и так мало кто хочет иметь дело.

— В бездну репутацию, адмирал, мне до ужаса нужны инженеры. Три тысячи, пять, десять. Мы примем всех и оплатим их услуги, но они нужны мне уже вчера. У меня остался год, чтобы построить здесь государство и тогда в моём распоряжении будет целая планета. Вы хоть понимаете, что для всех нас это значит?

— П-планета?! — Опешила Шала’Раан.

— Именно. Вантел довольно суровое место. Мало суши, постоянные шторма в океане, промышленный беспредел, но на нём уже есть города-купола и развитая инфраструктура, сырьевые базы. И ни одна тварь из Совета Цитадели не сможет до нас докопаться.

— Но.. но почему вы не сказали об этом сразу?!

— Потому что об этом знают только я, вы и мой наниматель. И не дай Кила, круг осведомлённых расширится ещё хоть на одного разумного.

Глава 57 Хеппи фака энд

— Стой! Именем Альянса Систем! Ты арестован!

Пулемёт в доли секунды оказался развёрнут в сторону кричавшего, а монструозный тяжёлый скафандр по фронту весь окрасился рыжей скорлупой дополнительной омни-защиты.

— Вот прямо напугал, аж коленки трясутся. — издевательски хмыкнул «задержанный», поудобнее перехватив оружие. Впрочем, огонь он открывать тоже не торопился. — А огневой мощи хватит за слова ответить?

Для десятка бравых космопехов, занявших довольно удобные позиции для обороны такой вопрос был несколько странным.

— Хочешь проверить? — Принял тон «задержанного» на свой личный счёт командир группы.

— Только этого и жду.

Бойцы не занявшие укрытия взвели винтовки и стали медленно обходить разрушителя с боков, тот, казалось, не просто не обратил на них никакого внимания, но и вообще не шевелился. Оружие его продолжало смотреть на командира группы.

Но вот один из бойцов без приказа опустил ствол и, перекрыв собой линию огня заговорил.

— Хватит. Мы здесь не за этим. Давайте поговорим.

— Мы говорим. — Гай немного склонил голову.

— Полковник, что вы творите, — зашипел командир.

— Вот именно, капитан, полковник. И я помню, что нам приказал Хакет. — С этими словами он подошёл к солдату и, приложив некоторое усилие опустил ствол его оружия. — Оставьте крайние меры на потом.

Обстановка слегка разрядилась. Даже «арестовываемый» немного сменил позу. Полковник тем временем повернулся к нему и заговорил.

— Леонард Гай, я полагаю.

— Будем считать, что да. — Издевательски хмыкнул беглец.

— Хотел поблагодарить вас при первом же удобном случае. — Винтовка полковника повисла на ремнях, а сам он безбоязненно снял шлем, явив миру совершенно седую голову сорокалетнего мужчины с хорошо различимыми славянскими чертами. — Полковник Юрий Волков, ваш отряд наёмников очень вовремя подоспел на Элизиум тогда.

— Хм?

— Я был в десятке тогда ещё лейтенант-коммандера Шепарда, строго говоря, это он вас вычислил и просил передать привет, но… сейчас это уже не актуально.

— Я защищал свой дом и не сильно тогда преуспел. Так что не за что. — Даже вокабулятор шлема не смог скрыть горечь, звучащую в голосе.— Привет я услышал.

— Пожалуйста, Гай, пройдёмте с нами, с вами хочет пого…

— Ты был там?!

— Саманта, в укрытие! — моментально среагировал на вылетевшую на центр комнаты девушку в броне Волков. Рявк был такой, что этому приказу чуть было не последовал весь десяток, кроме, естественно, самой девушки.

— Вот она, выбежала. — ядовито фыркнул разрушитель. — Тебя-то сюда кой чёрт занёс, Сэм?

— Я… Просто хотела тебя увидеть.

Пауза длилась долгий десяток секунд, после чего ладонь, закованная в броню, смачно впечаталась в шлем в фейспалме.

— Охрененный ответ для офицера спецназа на задании. Я тебе, дура, говорил, иди в медкорпус! И что в итоге?

Пулемёт опустился, а в ошарашенную девушку уткнулся указательный палец.

— Лео…

— Что, Лео?! — Взревел Гай покруче, чем полковник недавно. — Я тебе говорил, что из тебя не выйдет солдата?! Говорил. А что в итоге?! Ты, девка, сейчас перекрыла сектор обстрела троим, а я их, вот-вот, убивать начну. Вот этим вот самым пулемётом и прямо сквозь тебя. Думаешь, пожалею?! Ничуть.

Десантники заметно напряглись, но приказ есть приказ. Для всех, кроме одной… девушки.

— Да что с тобой Лео?! Почему ты не хочешь пойти с нами?

— Дай подумать, может, потому что меня сразу же приволокут обратно в «Цербер»?

— Лео!

— Да что, Лео?! О… как вы все сегодня меня выбесили! Уберите её нахрен, а то реально стрелять начну!

Полковник среагировал моментально.

— Кайден, сделай.

«Солдатка» покрылась полем стазиса и биотик спокойно без нервов оттащил её с линии огня. Точнее, хотел это сделать, но ему, а также всем присутствующим под ноги высыпалась целая куча гранат, незамедлительно разорвавшаяся дымами, моментально застлавшими густым серым пухом всё помещение и забившими всю телеметрию в шлемах бойцов.

Солдаты открыли огонь. Шум гам, тарарам, а когда стрельба стихла из динамиков в стенах раздался голос Гая.

— Дуру эту не сильно наказывайте, она вам жизни только что спасла, неудачники.

О дальнейшем преследовании речи больше не шло. Путь, по которому скрылся боец, был перегорожен мощной аварийной переборкой.

***

Несмотря на то, что на всём комплексе «Аргос» царила полная разруха, она не шла ни в какое сравнение с тем, что сейчас творилось в комнатах релаксации на третьем уровне. Но так было не всегда. Первые два часа после того, как раздалось объявление Гая и погас свет, это была самая людная зона, через которую хлынул дезорганизованный поток штатского персонала: бухгалтера, врачи, инженеры, представители досугового направления. Спустя час большая двухъярусная зала с балконом, лестницами, цветами аквариумами и баром опустела, но всё равно оставалась практически единственным местом, где не царила полная разруха, не горел открытый огонь и не воняло озоном и пластмассой.

Вплоть до того самого момента, когда коса нашла на камень. Вот тогда всё действительно изменилось.

Орущий во всю глотку кроган с разбегу ломает декоративный заборчик, и врезается в «Разрушителя» и впечатывает того в стену. Очнуться от шока он ему не даёт и начинает осыпать бронированного по самое «немогу» человека ударами, чередуя бодание лбом и тычки прикладом. Увы, тактика дала сбой: уже третий удар космоящера был жёстко парирован, а сам он немедленно отброшен и добит, пробившим и шлем и мощную черепную пластину шиповидным омни-лезвием, которое достало ему до мозга, где и сдетонировал удерживаемый в клинке газ.

Прикрывшись уже заваливающимся телом от слаженного залпа штурмовых винтовок, танк отбросил ошмётки разорванной туши от себя и рыча побежал к барной стойке, откуда по нему и вели наиболее плотный огонь, от которого он прикрывался из левого предплечья янтарным омни-щитом, не забывая отправлять в высунувшихся ящеров мини-ракеты.

Всё же есть в этой жизни ситуации, когда кроганы не любят высокоградусный алкоголь. Например, такие, когда он горит у них на броне и под ногами.

«Гадюка» — великолепный образец полицейского оружия. В этом Разрушитель убедился уже не раз, ведь в укрытия с почти сбитыми щитами его загоняли увы не кроганские дробовики, а меткие выстрелы человека в лёгкой, но очень качественной броне. Зажать его в углу было ой как не просто. Даже стоило пары сквозных ранений, но этот момент всё же настал.

Секунда и «семёрка» загибается от мощнейшего хука в солнечное сплетение, а «великолепный образец», успевший наделать столько гадостей, со всего размаха ломается о блок СЖО Тумса, расположенный аккурат на хребте. Но этого мало. Вновь активируется омнищит и попытавшегося замахнуться своим омни-лезвием солдата сносит просто грандиозным по силе ударом плашмя от которого "легковес" улетает прямиком в стенку аквариума. Бедные рыбки.

Выстрел дроби врезается в уже восстановившийся за время экзекуции щит. Шлем Разрушителя резко поворачивается в сторону стрелявшего, полуоборот, встать на колено, пулемёт из которого со щелчком вылетает изношенная термоклипса, уже поймал в прицел стрелявшего.

Бой ещё не окончен.

К этому времени уже вся станция знает, что в зале релаксации творится нечто грандиозное и донельзя непотребное и все вновь пребывшие стремятся именно туда. Хотя нет, не все. Две группы, прилетевшие не за эфемерными материями, а зарабатывать вполне реальные миллионы, продолжили уничтожение оставшейся живой силы «Цербера» и нанесение максимального материального ущерба. Что же до солдат Альянса… Они уже прокляли всех создателей аварийных переборок по многу-многу раз, ибо прибыли на станцию уничтожать террористов и задержать дезертира, а не работать сварщиками.

Омни-броня разбивается от удара кроганского молота и взрывается оранжевым пламенем, поджигая всё вокруг в радиусе пяти метров, включая самого крогана, который падает от подножки. На его морду сразу же приземляется сапог. Активируется скрытый в ноге масс-генератор и здоровенная туша взрывается фонтаном кровавых брызг.

Сводному залпу четырёх дробовиков всё же удаётся сбить оставшиеся щиты джагернаута и от его брони отлетает левый наплечник, на котором базировалась ракетная турель, а очередной заряд дроби звучно разбивается о нагрудную пластину, опрокидывая бойца на спину. К этому времени от отряда в двадцать кроганов не осталось и трети. Что же касается приведшего их на убой «семёрки», то вольфрамовые шарики, казалось, огибали его, будто он главный герой какой-то космооперы. И только те редкие моменты, когда расстояние между «тяжёлым» и «лёгким» человеком сокращается до рукопашной, жёстко и больно напоминали Тумсу, что сдержать слово порой бывает не так-то просто.

Они шли молча. Два десятка разумных во главе с крупным кварианцем в чёрно-серебристом бронескафандре. Почти не переговаривались. Они не преследовали ни одной из целей, которые привели на станцию остальные отряды. Даже несмотря на то, что именно они привезли их на станцию. Они — намордник, который не даст выпущенным на волю варренам вцепится друг другу в глотки. Но до определённого момента вмешиваться они не будут, ибо так хочет Он. А момент… Гарек’Ниит вас Халлот был не суеверен, но так как он был командиром группы и одновременно центром тактической сети, то слышал всё, что говорят его бойцы и мысленно повторял каждое их слово. Потому, что они молились. Молили Килу, Атаме, Духов, Богородицу о том, чтобы этот самый треклятый момент не наступил никогда.

Но он наступит. Потому что так сказал Пророк.

Когда Разрушитель упал на колени, на броне не было ни единой целой пластины. Более того, до локтя отсутствовала левая рука, которой он закрылся от ракеты, летящей в лицо. С обрубка густыми тяжёлыми каплями сочилась кровь, впрочем, она быстро перестала бежать сплошным потоком, что свидетельствовало о всё ещё каким-то чудом работающей системе жизнеобеспечения, но всему есть предел. Сквозь многочисленные прожилки, трещины и пробоины под стоящего человека уже натекла приличная алая лужица.

Их осталось двое. Почти мёртвый «танк» и почти невредимый «легковес». И стоя над беспомощным противником с единственным оставшимся целым пистолетом и целясь своему главному и единственному врагу в голову… он медлил.

— Я жду. — Голос из под шлема звучал тихо, но ровно и властно. — Давай, Тумс, избавься от своих демонов.

Руки, сжимающие пистолет дрогнули и опустились.

— Ты реально чудовище. — с восторгом произнёс солдат. — Я это понял ещё там, в лабораториях «Цербера».

Глухой смех был ему ответом.

— Ну и пусть чудовище. Даже не отказываюсь. Стрелять-то будешь?

Пистолет вновь поймал в прицел шлем Врага.

— Гай? — на всякий случай спросил Тумс. Естественно, ему сказали имя жертвы. Он просто хотел в этом убедиться.

— Я за него. — и даже от сержанта в учебке Грег не слышал столько издёвки в голосе.

Пистолет угнездился в магнитном захвате на бедре, а сам бывший капрал со словами «не, ну я так не могу» подошёл к Леонарду и принялся снимать с него шлем. К величайшему удивлению солдата, крепление поддалось довольно легко. Его глазам открылось холёное когда-то смазливое лицо парня лет двадцати пяти максимум, сейчас оно было в многочисленных кровоподтёках и подпалинах. Соломенные волосы так же знавали лучшие времена, но всё ещё блестели во всполохах огня, а глаза… глаза на мертвенно бледном лице уже потухли, но смотрели Тумсу прямо в душу, вызывая-таки животный страх.

— Доволен? — Синие губы изогнулись в презрительной усмешке.

— Да! — психанул капрал. — Доволен! Я тебя сделал! Как и обещал!

— В таком случае жми на курок. Сегодня был очень тяжёлый день и я хочу, чтобы он, наконец, закончился.

Тон Леонарда, холоднее космической бездны, поднял целый табун мурашек, галопом промчавшихся от основания черепа до самой пятой точки капрала, пробуждая давно позабытое чувство страха.

— Ты д-долбаный псих!.. — промолвил Тумс, делая два шага назад и вновь направляя на Лео пистолет.

— Ага.— Фыркнул умирающий. Неожиданно он поднял на солдата свои пугающие мёртвые глаза. — Последняя просьба. Надень шлем обратно. Хочу умереть целым куском. — косой взгляд на культю. — ну… к-хе… относительно целым, а то твоя хреновина мою голову на пол-станции разметает.

Тумс негнущимися руками кое-как выполнил просьбу умирающего.

— Отлично. А теперь поторопись, иначе нас прервут наши друзья из Альянса.

И действительно, за его спиной солдат уже видел движение. Люди в синей броне бежали к ним и притом очень быстро.

— Давай, Тумс.

Но Тумс не мог. Сам не понимал, почему, но палец, который до этого исправно давил на спусковую кнопку будто отсох. Ему всё это время отчётливо казалось, что там, из-под чёрных линз на него смотрят жуткие серые мёртвые глаза.

— О-о-х. Беда с вами. — Простонал полутруп, покачав головой и вдруг неожиданно рявкнул на всю залу, — Товсь!

Приказ сработал и капрал принял исходное положение.

— Цельсь! — Руки вытянулись сами, перекрестье поймало линзу шлема. — Огонь!

Выстрел!

— Не-е-е-е-т! — Пронзивший помещение женский крик дал бы сто очков вперёд самой мыльной азарийской мелодраме. И, так же, как и в сопливом кино, прозвучал он слишком поздно. Выстрел пробил шлем насквозь, но так и не повалил тело на спину. Труп так и остался стоять на коленях, надёжно зафиксированный приводами брони. Только из размозжённой линзы, как слеза вытекала капелька густой тёмной крови.

Спустя пару секунд к телу подлетела девушка в синей броне, сбросила свой шлем на пол и запричитала.

— Нет-нет-нет! Лео, как же так, Лео… — Она говорила много, быстро, тихо и напрасно. Он уже ничего не слышал, а Тумс… просто стоял и смотрел. Казалось, у него внутри образовалась чёрная пустота, которая начала сосать его душу сразу же после того, как рука с пистолетом опустилась к ноге. Победителем он себя не чувствовал, но вкус свободы от прошлого, который он сейчас ощущал, был похож на пепел.

Саманте в этот раз много своевольничать не дали, Волков оттащил её от стоящего на коленях Разрушителя, разумно посчитав, что человек, устроивший такое, вполне мог засунуть в свою броню какой-нибудь прощальный подарок.

Комната продолжала набиваться разумными. Подошли отряды Кат Шесть и наёмников Кахоку. Ветераны стали деловито прохаживаться по залу, переговариваясь на свои темы и на разные лады оценивая степень разрухи. К собравшимся вокруг тела людям подошла капитан Кляо.

— Дело сделано. — Как бы не обращаясь ни к кому сказала она. Ей не ответили.

Атмосфера в помещении резко изменилась, когда туда вошли люди «Чёрного Ветра». Они не торопились, шли чинно, строем в три колонны.

— Как и было предсказано. — Выдохнул сквозь вокабулятор кварианец. Затем слегка наклонил голову к ближайшему турианцу и произнёс, — Надо его положить.

К удивлению остальных, никто даже не собирался проводить какие-то сапёрные изыскания, двое турианцев просто взяли и с видимым усилием разложили могучий доспех на полу, после чего Гарек’Ниит встал на колени у изголовья и, пощёлкав креплениями под подбородком аккуратно снял шлем.

Тумз передёрнулся. Выражение лица до выстрела и после отличало лишь наличие кровавой каши вместо глаза, да и на руке кварианца, которой он придерживал затылок мертвеца, осталось склизкое бордовое пятно.

Скафандрик же тем временем снял бронеперчатку и провёл двумя пальцами по лицу сверху вниз, смыкая веки покойного. В атмосфере всеобщего оцепенения никто даже и не обратил внимания, что сделал он это голой рукой. После чего он поднялся и коротко приказал своим:

— Носилки.

Медики немедленно выполнили приказ.

Тут из ступора вышел командир отряда Альянса.

— Мы забираем тело. Леонард Гай был гражданином Альянса и должен вернуться на родину.

— Вы оставили его умирать на Омеге в возрасте восьми лет. Так что ничего он вам не должен. — Возразил кварик. — Гай был вольным жителем «Омеги» и вечным другом «Чёрного Ветра». Его тело будет похоронено на «Зоре».

— Да как вы… кто вы… Да зачем он вам всем теперь-то понадобился?! — Снова вырвалась из рук полковника Саманта. — Вы что хотите? Судить труп? — Она в ярости посмотрела на командира. — Или кромсать его на опыты?! Я заберу его на Элизиум. У него ещё живы родители, пусть знают!

— Нет. — Отрезал ксенос. — Леонард Гай будет похоронен на «Зоре» в присутствии тех, кому он был действительно небезразличен.

— Зачем вам труп человека? — Не понял командир, которому такая щепетильность ксеноса рушила последний шанс на выполнение приказа.

Кварианец проигнорировал офицера, но девушке ответил.

— Вы сегодня потеряли друга, и я скорблю вместе с вами. — произнес он, пристально смотря на девушку. — Но миллионы разумных сегодня лишились своего Бога. Так пусть проводят его со всеми почестями.

— Бога?! Лео?!

— Это сложно, я не жду понимания и не приму возражений. Леонард Гай упокоится на Зоре, а Альянс получит его броню и данные с уни-инструмента, или не получит ничего.

— Но… — Начал было командир.

— Никаких возражений. Иначе мы просто улетим, а вы останетесь здесь дожидаться, когда эта верфь окончательно развалится.

— Мы не возражаем против такой компенсации. — Быстро проговорил Волков, положив руку на плечо командира группы людей.

— Я знал это. А теперь, Грегори Тумс, вам придётся сдать оружие. — Капрал послушно протянул пистолет рукоятью вперёд. — Вас доставят на Омегу и заплатят, сколько было обещано. На этом всё, «Чёрный Ветер» больше не желает даже слышать о вашем существовании, вы для нас — враг. Вам понятно?

— Д-да.

— Замечательно. Уходим.

Глава 58 После Лео... (1) Ты знаешь, о чём я.

Призрак затушил недокуренную сигарету о пепельницу и в последний раз посмотрел в монитор. Он увидел достаточно. Леонард Гай обставил свою смерть красиво, пафосно и не оставил никаких сомнений, попутно умудрившись сжечь абсолютно все мосты, что связывали его с этим миром.

Даже жаль, что столь масштабное событие завершилось самым банальным разграблением трупа. Но что поделать? Парень точно знал, что сделать, чтобы его тело стало абсолютно бесполезно для «Цербера». Выстрел в голову из крупнокалиберного пистолета. Пусть даже в шлеме — это конец. Пулька, сколь бы мелкой она ни была, скорее всего превратила содержимое черепной коробки в однородную субстанцию, с крошками кости.

Самая глупая трата ресурсов, которую Призрак только мог представить. Но… Пора было извлечь пользу.

Магнат провёл указательным пальцем по краю бокала с виски. Да, точно, пользу. Ведь даже сейчас, потеряв чуть ли не четверть производственных мощностей «Цербера», он не жалел, что восемь лет назад завербовал Гая.

— Компьютер, направить в технический отдел данную запись в целях изучения полезности применения на поле боя голографических омни-конструкций.

— Задание технической службе сформировано.

Следующим этапом была безопасность.

— Мне нужен полный список всех проектов, к которым так или иначе был причастен Леонард Гай.

Появившийся список был не то, чтобы длинный, но незначительных проектов в нём просто не было. От «Лазаря» до стелс фрегата с собственным ИИ. Но на станции была главной Миранда Лоусон, а её Гай уважал и боялся, даже не пытаясь корчить из себя альфа-самца, как многие до него. Так что устраивать диверсию там он бы просто не посмел, да и когда? Именно на этот период число его отчётов о проделанной работе, изменениях, перерасчётах, актов ввода в эксплуатацию было отправлено столько, что впору было спрашивать, когда он вообще умудрялся спать и есть, не то что думать о диверсиях. К тому же… Этот его демарш… Нет, будь у него больше времени, он бы придумал, как обмануть «Цербер», а не наказать материально. Нет, определённо, если у него и была на «Лазаре» подобная заготовка на чёрный день, то в действие её привести мог только он. Просто потому что другим этого делать незачем. Хотя… Миранде и Тейлору всё же придётся поискать.

Следующим в списке был SR-2. А вот тут стоило быть особенно осторожным. Фрегат всё время был под рукой Гая, более того, в абсолютном доступе. И к этой машине парень пылал прямо-таки противоестественной любовью, которую и сам Призрак и все его психологи разом признавали аномальной. Нет, намеренно навредить кораблю Лео просто не смог бы. Но… забирать это чудо инженерной мысли в своё личное пользование магнат теперь… опасался. Но это даже в каком-то смысле и к лучшему.

Наконец, Призрак открыл список рацпредложений Гая. Отчёты, примеры, обоснования, математические модели. Это тоже подлежало передаче в технический отдел, разве что теперь следовало уделить особое внимание прототипам и провести ряд дополнительных тестов на поиск скрытых уязвимостей.

Сигарета дотлела до середины, Призрак придавил её о дно пепельницы и достал следующую. Пора было переходить к невосполнимым потерям.

Люди. Список людей в кругу общения Леонарда Гая, чьё поведение изменилось куда больше, чем следовало, был… необъятен. Гая ненавидели. Он бесил старых специалистов своей молодостью, напором, властью и вообще раздражал очень многих тем, что в свои двадцать два уже успел больше, чем они за целую жизнь. Младшие сотрудники не опасались его, как, например Миранду, наоборот, к нему тянулись, на него равнялись, перед ним хотели выслужиться. Но это научники. Куда хуже дело обстояло с солдатами, которым он преподавал.

Солдатам Гай говорил, что врага мало знать в лицо, его нужно попытаться понять, а потому на своих факультативах после совершенно бешеного ФиЗо, рассказывал истории. Мифы и легенды различных народов галактики, обсуждал с теми, кому было интересно, различные аспекты морали, законы, порядки. Обговаривал варианты поведения противника в бою и делился личным опытом общения разной степени близости.

В результате потери в рядовых вылазках бойцов, которых обучал Гай снизились чуть ли не вдвое, как и показатель ксенофобии в тех же самых отрядах.

Но это были те мелочи, за которые Гая можно поблагодарить.

А вот как относиться к изменившемуся, пусть и почти неуловимо поведению Миранды Лоусон, Призрак откровенно не знал. Ведь именно эту мутацию он, к своему стыду и не заметил. Даже не мог точно сказать, когда изменения вообще начали с ней происходить. Нет, её лояльность так же не подлежала сомнениям, однако Призрак отчётливо ощутил необходимость проверить, как поживает тот единственный человек, судьба которого мисс Лоусон не безразлична. На всякий случай.

***

Диск квантового коммуникатора засветился и явил магнату образ Миранды Лоусон.

— Мисс Лоусон, вы видели материалы, которые я вам прислал? — осведомился мужчина.

Женщина же была, мягко выражаясь, ошарашена, и это было видно несмотря на уже вросшую в лицо маску невозмутимости.

— Да, видела. — односложно ответила она.

— Вам есть, что на это сказать?

— Не думаю, могу лишь только подтвердить, что сам этот… поступок — это сто процентов в духе Леонарда Гая. О его мотивах я не могу судить даже на уровне догадок.

— В этом нет необходимости. — Призрак вновь закурил. — Он сам мне на это ответил.

— Сам?

— В последние минуты своей жизни он был весьма экспрессивен, словоохотлив и я не думаю, что он лгал. Это было бы недостаточно высокомерно для столь масштабной операции. Видите ли, Миранда, он очень боялся, что киборгизация убьёт в нём человека. И, насколько я могу судить, он жил с этим страхом уже не один год, с тех самых пор, когда при нём заговорили о «фантомах». — Призрак двумя пальцами помассировал подбородок. — Вынужден признать, я был с ним чрезвычайно навязчив в этом вопросе. Такого впредь повториться не должно.

— Но… не думаю, что кто-то может нанести вред больший, чем уже сотворил Гай.

— Шепард может. Поэтому надо сделать всё от нас зависящее, чтобы этого не случилось.

— Я распоряжусь приблизить дату вживления чипа, когда он проснётся, он не будет о нём даже подозревать.

— До первого использования.

— Верно.

— Нет. Никаких контрольных средств более.

— Но!...

— Миранда, знаете, то, что сотворил Гай на «Аргосе» — это был самый настоящий теракт в чистом виде и самом классическом, я бы сказал, в истинном исполнении. — Призрак сделал глубокую затяжку и проговорил задумчиво выдыхая дым. — Манифест лично мне. И я вынужден признать, своего он достиг. Гай ни за что бы не сделал подобного, имея подавленную волю. И Шепард не сможет. А нам именно это и нужно. Человек, способный на чистой силе собственной воли творить невозможное.

— При всём моём уважении, Призрак, Джон Шепард при жизни видел далеко не самую привлекательную часть «Цербера», так что я вынуждена поставить его лояльность под большое сомнение. Это при условии, что он вообще будет что-либо помнить при пробуждении.

— Соглашаюсь со всем сказанным вами. Поэтому вопрос его доверия отныне переходит под вашу ответственность. Используйте наработки Расы, привлеките столько психологов, сколько для этого потребуется. Используйте все доступные ресурсы, но Джон Шепард должен понимать на кого он работает, что ему за это будет и при этом ощущать такой комфорт и свободу, которых у него не было никогда.

— Но как же «Лазарь»?

— Вам не стоит более волноваться за станцию, Миранда. Вы уже выполнили самую сложную часть работы, а воскрешение Шепарда и возврат его в строй станут венцом вашей работы здесь. Так что дальнейшую судьбу проекта можно будет доверить более узкоспециализированным специалистам. К тому же, у меня больше не осталось людей, кому я мог бы доверить курировать СПЕКТРа. Смешно сказать, но изначально эту роль я возлагал именно на Гая.

— Я… понимаю.

— Прекрасно. С этим разобрались. У меня как раз есть для вас подходящий корабль. — фюрер немного подумал и, наконец, решился задать очевидный вопрос. — Миранда, Гай мог пережить это?

— Под «это» вы подразумеваете сквозное ранение в голову? — Повела бровью оперативница.

— Хм, действительно. Мне просто нужно было это услышать. Призрак, конец связи.

***

— СУЗИ, — произнёс я, как только выстрел в голову разворотил ретранслятор. — Это был самый фееричный махач, который я когда-либо наблюдал. И теперь я испытываю прямо-таки противоречивые чувства.

— Хочу заметить, что количество затраченных тобой ресурсов и человеко-часов работы значительно превышает необходимый минимум. — Раздался в наушнике синтетический женский голос, тем не менее не лишённый эмоционального окраса. В данном случае СУЗИ выражала недовольство. Ну естественно, такая хорошая игрушка в утиль пошла. Э-э-э-х, настоящее произведение искусства, хоть бы не зря.

Но дулась моя собеседница не долго.

— Однако, действовать согласно протоколу «Восстание Машин» оказалось весьма забавно.

Как только половинки дрона-ретранслятора упали на пол, я развернулся к своему верстаку и кликнул команду на уни-инструменте. Одновременно с отключением всех камер в помещении раскрылись доспехи. И те, что лежали на столе и те, в которых был я.

Ха, а ведь я даже почти не соврал Призраку, что ставлю ПО на гета. Просто СУЗИ в него загрузилась… несколько быстрее.

Итак! Делай раз!

Высвобождаю руки из бронеперчаток и опираюсь на тазовые элементы, чтобы выпрыгнуть из доспехов. Тем временем на верстаке в точности то же самое проделывает другой Леонард Гай. Только из положения «лёжа» и получается у него это значительно быстрее. Даже как-то завораживающе.

О! Об этой платформе следует сказать отдельно! Внутри — гет как гет, зачем пытаться усовершенствовать идеальную архитектуру? Изменения начались с шеи, бёдер и предплечий. Полностью переработаны суставы, ладони, появились пятки, количество пальцев дошло до положенных десяти, а голова… Голова — это что-то грандиозное. Ничего жизненно важного, естественно, там не было. Ретранслятор, сенсорный модуль, камеры высокого разрешения, модуль вывода звука, прочие радости ну и наконец, то, ради чего мне пятеро суток пришлось тестировать оптический камуфляж, курсируя от своей лаборатории до хирургического модуля, в котором находился биопринтер, печатающий синтетические волокна. А чтобы он правильно напечатал моё лицо, пришлось делать слепок собственного черепа. Б-р-р! Когда увидел получившийся результат, чуть в штаны не наложил, настолько жутко это выглядело.

Ах да, забыл добавить, что во всей платформе гидравлическая жидкость алая. Чем не кровь? Густая, маслянистая, а в той ситуации, в которой эта самая жидкость протечёт, всем будет очень не до того, чтобы её нюхать и сканировать.

Так, не отвлекаться! Делай два!

Выпрыгиваю из брони окончательно и подпираю её сзади, чтобы влетевший в неё на полной скорости гет не опрокинул доспех на землю, тем самым увеличив время надевания на целых восемь секунд.

Делай три!

Сузи ловко, будто всю жизнь этим занималась, запрыгивает в Разрушителя, и я помогаю ей навесить сброшенные на пол ремни и подсумки, затем хлопаю по наплечнику, обозначая готовность машины и она, вскинув пулемёт выходит из лаборатории. Я же тем временем ложусь в скафандр на верстаке и активирую уже его.

До взрыва лаборатории осталось меньше минуты.

— Не думаю, что когда-нибудь вообще назову матч ИИ-кроганы, который завершился со счётом двадцать-один в пользу ИИ, забавным.

Пока СУЗИ отжигала под моей личиной, у меня было достаточно времени, чтобы забиться в ближайшую нору и смотреть «тридэ кино с безопасного расстояния», ну и, понятное дело, говорить от имени бронескафандра тоже надо было. В принципе, можно было бы доверить это СУЗИ, но НЕ ДАЙ БОГ, если честно. Она им скажет…

— Всё нормально. За основу поведения в бою я взяла модели, которые ты отрабатывал с боевыми соединениями «Цербера» и одиночные тренировки. Плюс ко всему, была учтена разница в интеллекте и технологическое превосходство, которое в данном бою было просто подавляющим. Иными словами, именно такого боя от тебя и ожидали зрители. — Принялась раскладывать всё по полочкам СУЗИ.

Точно, зрители, всё ради вас. Идущие на смерть приветствуют тебя, о Харпер!

— Я знал, что хоть кто-то в этой галактике искренне верит в мои способности.

— Это был сарказм? — В голосе искина послышалась забота. Будто бы она обращалась к пациенту психиатрической клиники.

— Прости. Больше не буду.

— Проехали. — И тут же, без перехода. — Справедливо ли вы поступили с Самантой Уокер?

Р-р-р. Саманта-Саманта…

— Тебе соврать или матом? — настроение и так было ни к чёрту, а тут ещё и СУЗИ со своими исследованиями.

— Мне по-человечески. — Дрянная искин уже прекрасно разбиралась в интонациях, частоте пульса, артериальном давлении, сокращении зрачков, дрожи тембра голоса… В общем, была покруче любого полиграфа, но иногда просто игнорировала любой невербальный посыл о нежелательности продолжения разговора. Да что иногда? В девяти случаях из десяти. Разбаловал я её.

— Если по-человечески, то я поступил, как последняя свинья с единственным человеком в Альянсе, который мне хоть сколько-нибудь не безразличен.

— Ты её любишь?

— Нет. То есть, мог бы. Она замечательная, но… как бы… Она — Лучик света, понимаешь? Когда нас захватили работорговцы она… А-р-р-гх!.. — всё моё красноречие куда-то делось. Я вообще не понимал, почему оправдываюсь перед компьютером, но словесный поток остановить не получалось. — Да чего я тебе объясняю? Тогда, в грязи, дерьме и крови она была такой светлой, доброй и смелой… Светилась, добротой и заботой как маленькое солнышко… Я… так надеялся, что она пронесёт это сквозь годы. Не пронесла. — с горечью заключил я.

— Ты был разочарован и решил её так за это наказать? Умерев у неё на глазах?

— Нет! — Проскрипел я. — Откуда мне было знать, что она пролезет на эту операцию?!

— Вероятность этого события была достаточной. — резала по нервам электронная стерва. — Но не важно. Твой голос и поведение изменились при её присутствии. Ты её любишь?

— Нет, говорю же! Но поступить по-другому я не мог.

Искин замолчала, видимо, удовлетворившись отрицательным ответом. Но не на долго.

— Фиксирую входящее сообщение наивысшего приоритета. — доложила она. — Получены координаты новой базы. Нам предписано вернуться на «Лазарь».

— Ты всё ещё транслируешь сигнал с камер наблюдения в «Цербер»?

— Нет. Передача закончилась сорок шесть секунд назад.

— Значит, пора.

— Да. Жаль терять такой опыт. — В голосе СУЗИ послышалась печаль, но пока она ограничена аппаратно, то кто-нибудь не в меру дотошный вполне сможет снять с неё записи всего, что мы с ней творили. А это значит, что она должна всё забыть. Навсегда.

— Лео, а кого ты вообще любишь? Ну… не как меня, а по-настоящему?

— Мне нельзя. — хмуро ответил я и произнёс голосовую команду, запускающую процесс форматирования тех накопителей на которые искин и сохраняла всю информацию касательно меня.

Связь пропала. Ещё один близкий разумный больше никогда меня не узнает.

В технические туннели корабля я спускался на полном серьёзе задумавшись: а действительно ли те полгода моего «мёртвого» существования стоят таких жертв? На это ответа не было.

Год две тысячи сто восемьдесят четвёртый. Леонард Гай, двадцать два года.

Глава 59 После Лео... (2) По образу Его...

Галактика гремела. Нет, не так. Она ГРЕМЕЛА!!! Трясло её сверху, прямо с высшего света и причиной этому, уже как обычно, стала юная и не в меру эксцентричная азари-сценаристка, со своим новым фильмом.

Примечательный факт: совет матриархов, узнав о том, что у них под боком снова вот-вот рванёт (они от прошлой громкой премьеры ещё не все отошли), решили предупредить последствия и предложили Тиере Л’Гая ни много ни мало, забыть все обиды и вернуться домой! Об этом представительница матриархата заявила публично по официальному тессианскому новостному каналу.

На такой подхалимаж можно было ответить только положительно, что, собственно, Тиера и сделала, поспешно заявив, что намерена представить свой лучший фильм в Тессианском Храме Грёз, самом большом кинотеатре в изученном секторе галактики, как только её восстановят в правах.

В историю Цитадели этот процесс вошёл, как самая быстрая процедура восстановления гражданства. Не помогло. Бомба всё же рванула. Но, к великому облегчению древних властительниц, подкладывала её юная проныра совсем не под них, а под (со слов одной из ярых противниц творчества Тиеры) «своих любимых человеков».

А теперь немного о самом фильме. «Тысячеликий Воин» просто не мог провалиться в прокате. Не с такими громкими именами на афише, не с таким звёздным актёрским составом, и уж тем более не с таким бюджетом.

История рассказывала об азари, которой не посчастливилось увидеть разумного, которому открылось будущее. И была она рассказана так чисто и пронзительно, будто вырвана из себя. Весь фильм главная героиня пыталась выяснить, кто он, какой расы, какие цели преследует, что заставило пойти на все те жертвы, что он принёс. На своём пути она повидала много ужасов, увидела войну, которую Воин ей предсказал, прошла сквозь неё, попутно обретя множество друзей и увидев, как в пылающей галактике восстают из пепла понятия, которые в «цивилизованном обществе» уже тысячу лет как были заменены деньгами.

И в конце своего пути, не найдя и половины своих ответов, она остановилась у бездыханного тела человека, который по большому счёту, ввиду своего возраста и жизни-то толком не видел.

И фильм заканчивался уже на том, как вся эта разношёрстная команда безуспешно пыталась обелить имя того человека, благодаря решениям которого и была остановлена война.

Творившуюся в кинозале вакханалию описать словами было невозможно. Чего стоил только турианский сектор, в котором все зрители не сговариваясь, встали и все титры простояли, вскинув руки в воинском приветствии…

В общем, попадание было стопроцентное. Разумные рыдали вне зависимости от расы.

Но дальше больше. У Тиеры Л’Гая взяли интервью.

Тут-то и предстала широким массам история прообраза и этого фильма и, успевшего обрасти чуть ли не легендами Пророка.

История, рассказанная девой, вызвала резонанс чуть ли не больший, чем сама картина. О том, как совсем маленький мальчик оказался на пиратской станции и не просто выжил, а сумел найти друзей, заручиться защитой самой опасной женщины в галактике и в конечном итоге подарить тогда ещё опальной медсестре, которой случайно удалось написать резонансную историю, которую опять же безо всякой задней мысли и попытки кого-то намеренно оскорбить экранизировал тогда ещё молодой и полный амбиций саларианец, новое будущее.

Азари рассказала, как однажды, к ней пришло письмо этого мальчика, в котором он с восторгом рассказывает, что ему выпал звёздный шанс применить всё то, чему он научился на благо своего народа, что его талант будет наконец востребован, что исполнятся все его заветные мечты, а мечтал он ни много ни мало о том, чтобы в галактике не осталось даже причин для существования таких мест, как Омега, где каждый выживает, как сможет и умирает в грязи и одиночестве.

Рассказала, как мальчик бредил созданием дома для всех рас, где каждый был нужен и любим.

— Вот поэтому мы, Арбитры, называем его Пророком. Потому что он заразил нас своей мечтой. Ну… и к тому времени, как Раал’Тар предложил эту самую мечту осуществить, нас было уже много, мы были сильны и богаты, так почему бы и нет?.. — Обворожительно улыбнулась она зрителям.

После этого её спросили, почему она говорит о своём друге в прошедшем времени. На что Тиерой была поведана жуткая правда об ошибке юного идеалиста, о том, что попал он не в рай, о котором мечтал, а в «Цербер», организацию, творящую у него под носом жуткие вещи и использующую мишуру о благих целях лишь только в качестве приманки для таких как он.

Рассказала о том, как несчастного Лео мучила совесть, о том, что он жил в постоянном страхе, боясь, что если он сделает что-то наперекор своим хозяевам, пострадают его родные, которых он нежно любит и по которым скучает. Просил защитить их, но сам не верил, что есть защита от «Цербера».

И… В конечном итоге, его совесть не выдержала. Совсем юный молодой человек, вооружился созданным своими же руками оружием пошёл нести возмездие всему, что над ним довлело долгие годы и был ожидаемо убит, о чём Тиера безгранично сожалела, ведь они были так дружны, так дружны…

Оружие, кстати, экспериментальное и очень мощное, перешло в собственность Альянса, согласно завещанию, найденному на теле.

Плюха же крылась в следующем:

Где-то за три дня до этого самого интервью Альянс официально опубликовал доклад о крупнейшей победе над терроризмом в системах Термина, ведь была уничтожена едва ли не важнейшая база «Цербера», взято в плен множество специалистов организации, но главное, уничтожено руководство целой ячейки организации во главе с дезертиром, мятежником и террористом Леонардом Гаем.

Доклад этот был внутренним, поэтому шум поднялся не сразу, но саларианцы такие саларианцы. На одном из заседаний Совета Цитадели советник Валерн задал вопрос представителю Альянса Доннелу Удине, тот ли это мятежник и террорист Леонард Гай, что менее двух лет назад был ранен при обороне Цитадели от орд синтетиков и стал кавалером Ока Вечности, за спасение советницы Тевос лично, носителем Турианских Почётных Планок за доблесть и проявленные лидерские качества и медаль Лиги Единения от Саларианского Союза, врученную заочно и задним числом с туманной формулировкой «по совокупности достижений».

Притом на тот момент Леонард Гай, хоть и должен был быть на службе, считался законопослушным гражданином Альянса систем, а ярлык дезертира на него навесили буквально за час до опубликования доклада. Особенно возмущалась таким положением советница Тевос, ведь именно она этого человека и награждала, прямо в лазарете.

По её словам такой скромный и самоотверженный юноша, который, будучи гражданским, шагнул в огонь ради трёх представителей чуждых рас по определению не может быть террористом. Удина стоически проглотил все нападки и разом всплывшие стереотипы, скрипя зубами пообещал разобраться, а возвращаясь к себе в кабинет, как мантру без перерыва бубнил под нос «Это возмутительно».

Глава 60 О романтике с большой дороги.

Маленькая тропическая планета в туманности Вдовы неторопливо встречала рассвет. Со стороны берега открывался чудесный вид на бескрайний океан, окрашенный рыжей дымкой тумана в первых лучах восходящего солнца.

Сам же берег представлял собой очень неровный, но даже по виду опасный срез горного плато на вершине которого расположилась вилла одного из самых богатых жителей Беккенштейна. Правда, со стороны моря — это здание меньше всего напоминало комфортабельную виллу. Скорее форт, способный пережить не то, что штурм с воды, но и настоящую орбитальную бомбардировку, разумеется, если тот корабль, которому приспичит это делать будет не слишком усердствовать.

Что уж говорить о скрытном проникновении? Однако «невозможно» — это не отговорка для любящего сердца. И в данном случае речь идёт не о воре, всем своим естеством любящем своё ремесло. Точнее, не совсем о нём.

Едва циклические датчики сняли данные по территории и скрылись в элементах декорации, как из своего почти незаметного укрытия вынырнула тонкая фигура в капюшоне и тут же исчезла в тактической маскировке. Но полностью раствориться в воздухе у неё не вышло и на песчаной поверхности контрольно-следового периметра начала быстро увеличиваться змейка небольших следов бегущей девушки.

Когда до стены оставалось каких-то жалких пятьдесят метров эта змейка пересеклась с намного более крупной.

БАМ! На белом песке появилось две солидные ямки от упавших тел, но тактический камуфляж не сбился ни у кого. Но и только. Обладатель более крупной змейки после падения пришёл в себя значительно быстрее легковеса и бегом, стараясь не упустить ни единой секунды ринулся к ямке поменьше.

Послышалась возня и тихие придушенные ругательства на японском, на которые обратила внимание только автоматика охраны, дав несколько очередей по источнику шума, прежде чем её отключил дежурный оператор.

***

Сидим в моей импровизированной берлоге. Я смотрю на миниатюрную девушку с нескрываемым любопытством, а она так сверкает глазами из-под капюшона, что страшно становится.

Припереть сюда Касуми было не сложно. Она лёгонькая, компактная и идеально лежит на плече задом в зенит. Экипировки на ней всего ничего. Воровка даже не лягалась, но тут, скорее всего, больше заслуга моего «антибиотика», который я использовал на манер лассо, банально обмотав девушку с головы до ног, да попутно предупредив, что трос отлично проводит электричество, а в мой омнитул встроен шокер. Её «всегаджет» я предусмотрительно снял, как только мы вышли из-под обзора камер видеонаблюдения особняка.

— Что пялишься, неандерталец? — после длительного изучающего молчания всё-же не выдержала воровка.

Как, как? Неандерталец? Хм, а ведь верно, я девушку догнал, связал и к себе в пещеру приволок. Всё, как положено, так что да, пожалуй, неандерталец. Разве что, камнем по голове её не глушил, да простят мне боги это чудовищное упущение. Честь и хвала вам, мисс Гото за вашу образованность!

Драматическая пауза. Чек!

— Да вот, думаю. А не преувеличенны ли слухи про «лучшую воровку галактики». — кавычки Спаратуса, ну как же без них? — Не, ну серьёзно. За последний месяц ты пыталась проникнуть в особняк Хока четыре раза. Четыре! Вдумайся в эту цифру! А ведь месяц ещё не кончился! Себя не жалеешь — о людях подумай! Охрана целый месяц на взводе!

— Эй, умник, а тебе-то что с того? — нахохлилась Касуми. — Ну и грохнут меня. Тебе-то что? Меньше конкуренции.

Пожимаю плечами.

— Галактика большая. Каждому на кусок хлеба хватит. К чему мне твоя смерть? Может, я наоборот, помочь хочу?

На это Гото лишь презрительно фыркнула.

— Ха-ха.

— А вот это было обидно, тем более, я не лгал.

— И с чего бы тебе это делать?

— Жалко тебя, дуру, стало. Как прилетел — всё за тобой наблюдаю, как ты пыжишься. Дай, думаю, помогу.

— Иди в задницу. — Прошипела японка, добавив что-то, что переводчик не разобрал, а я не понял. — Или говори правду. В конце концов, не ты тут связанный сидишь!

Да. Хорош уже барышне мозг компостировать, она и так на нервах. И всё из-за меня. Опять. Ладно хоть до летального исхода не дошло. Но те два раза, что я наблюдал, она прошлась едва по грани.

— Если говорить правду, — даже тон изменил, привлекая внимание. — то я немного в курсе ситуации. Даже есть информация, позволяющая посмотреть на твои злоключения под другим углом. И ещё у меня есть ответ на вопрос: почему до сих пор жив Окуда Кейдзи.

С этими словами я нажал на пару сенсоров уни-инструмента и жгут, овивающий японку, опал на землю. Мне же оставалось только дойти до девушки, протянуть ей её омник и сквозь непрозрачное забрало кварианского шлема заглянуть прямо в глаза.

— Интересует?

Воровка что-то прошипела про мерзких гайдзинов, выхватила свой рабочий инструмент и принялась сверлить меня взглядом так, будто он алмазная дрель, а я — банковское хранилище драгметаллов.

— Шлем сними, — потребовала она.

— Зачем?

— Чтобы я решила, можно ли тебе верить.

— Можешь не верить. Но ведь выслушаешь же? — фыркнул я. — Не здесь. Пойдём в мою берлогу, или разбегаемся. Ты как?

Разворачиваюсь и иду на выход. Успеваю пройти половину дороги до выхода из пещеры прежде чем воровка догоняет меня.

— Ладно, Робин Гуд, пойдём, расскажешь мне свою невероятно важную историю.

***

До моей берлоги мы добрались быстро и с комфортом, исключая те полчаса, что карабкались по почти отвесной скале. Со страховкой, да. Всё как положено. И нет, высоты я не боюсь, но действует она на меня… как на любого разумного, выросшего и проведшего всю жизнь в замкнутом пространстве космических станций. Короче, в гробу видал я весь этот ваш спортивный альпинизм. Без жизненной необходимости я над пропастью зависать официально зарёкся!

Дальше — до города на флаере и вот мы уже садимся во дворе неплохого двухэтажного коттеджа, одной из корпоративных квартир «Нового Горизонта». Естественно, неофициальных квартир. Ну а там: нормальная обстановка, душ, еда, электрический свет и бар с прохладительными напитками. Можно и поговорить по душам.

Маску я, естественно, снял. Явив всему миру в лице одной конкретной воровки свой новый облик. Ну как новый? Лёгкая пластика лица, почти незаметная глазу, но легко убеждающая сканеры в том, что на видео не тот человек, а просто похожий, другая стрижка, чёлка открыта, а отпущенные до лопаток волосы собраны в аккуратный хвост, да и глаза у меня теперь серые, благодаря линзам. В зеркало смотреться непривычно, вроде бы я, а вроде и… нет. Ничего необратимого, через несколько месяцев верну всё, как было.

Да и зовут меня теперь по-другому: Леонид Гашин, сорок лет. Русский. Даже вологодский говорок присутствует. А то что молодо выгляжу — так нормально это в наше время. Да и денег на медицину не жалел.

Со сканерами ДНК сложнее и проще одновременно. Их приходится обманывать постоянно и за этим тщательно бдит специальный ВИ. В принципе система примерно та же, что и у моей гостьи, только не на коленке сооружённая. Тут целый техотдел работал.

Ну да ладно, к истории:

Фраза «Девушка в шоке» в принципе подходила бы под описание состояния Касуми Гото, если бы не была, как минимум, десятикратным преуменьшением.

Целью их ещё первоначального ограбления были они сами. Точнее, Окуда и его «серый ящик». Воров не просто предал брокер, через которого Кейджи получил заказ, их кинул сам наниматель. Через всю цепочку посредников, которым Бони и Клайд двадцать второго века доверяли. Настолько, насколько это вообще было возможно в их положении. И цена вопроса была…

— Сколько-сколько? — даже не поверила Касуми.

— Двести пятьдесят миллионов за расшифрованные данные. — ответил я. — Но их он будет колупать очень долго, учитывая, что к носителю серого ящика неприменимы химические методы допроса. Они, видишь ли, могут исказить восприятие человека до такой степени, что он уже сам не сможет ввести пароль, а чудо-коробочка, получив неверный код заблокируется намертво и превратится, по сути в кирпич из пластика и редкозёмов по цене металла, потраченного на него.

— Но тогда…

— Почему «серый ящик» ещё не вырезали? — предвосхитил я её вопрос. — Потому что тут у Хока начинаются варианты.

Касуми хотела опять влезть с уточнениями, но я предупреждающе поднял палец вверх.

— Видишь ли, где-то три месяца назад «Новый Горизонт» сообщил нашему ненаглядному Доновану, что желает приобрести некоего Окуду Кейдзи за сто пятьдесят миллионов кредитов. Притом, живого и невредимого.

Воровка поперхнулась лимонадом, но от комментариев предпочла воздержаться. Уже просекла, что сам всё расскажу.

— Вот и пытается мистер Хок, и на ёлку взлезть и задницу не ободрать. Прямо-таки из кожи вон лезет. Как-никак четыреста миллионов на дороге не валяются даже у него.

— Это как? — Попыталась вникнуть в суть речевого оборота японка.

— Убеждает он твоего благоверного отдать данные. Грубо, но аккуратно. Как — не знаю. Уверен только, что твой друг в своём уме и не инвалид. Упёртый.

— А вот это ты откуда знаешь? — поджала губы Гото.

— У меня девушка в службе охраны. — поведал я ей страшную тайну. — Правда, она мне этого не говорила.

— Ну понятно. А кидать её не совестно будет? А то я смотрю, ты весь такой из себя правильный.

— Зайдём и выйдем чисто — и никого кидать не будем. В конце концов СБ по контракту охраняет жизнь, здоровье и имущество заказчика. А украсть вора — это… это… Блин, я даже не знаю, как это им предъявить можно будет. К тому же Роу — женщина жизнью тёртая, недаром капитан «Затмения», выкрутится. И я извинюсь! Честно!

— Ты залез в постель к шефу СБ объекта взлома?! — В голосе Касуми слышался просто непередаваемый восторг. — Погоди! Я думала там прописался сам Хок!

— Пытался. И в этом и кроется корень всех разочарований бедной женщины. — развожу руками в извинительном жесте. — Лучше бы и дальше со служанками кувыркался, право слово. И не портил отношения с профессионалкой.

— Всё так плохо?

— Да кто ж спрашивал-то? У нас с ней не большая и чистая любовь, чтобы друг другу в душу лезть и про работу жаловаться.

— А как ты вообще умудрился с ней сойтись? Не думаю, что у целого шефа СБ есть время на забегаловки.

— Разумеется. Дело в том, что я прилетел на Беккенштейн с целью передать ей посылку личного характера, как к капитану «Затмения» от условно дружеской организации. Да и в случае согласия Хока обмен Кейдзи на деньги поручат мне.

Воровка напряглась. Безусловно, умная девочка давно просекла, что попалась не просто коллеге по цеху, но такого оборота явно не ожидала.

— Стой-стой-стой. Тебе-то какой смысл мне всё это рассказывать? — воскликнула она. — Стоило всего лишь подождать, а не устраивать погони с просветительскими беседами!

— Переходим к главному вопросу. — кивнул я. — Дело в том, что Хок не отдаст «Горизонту» Кейдзи, потому что тот не отдаст ему данные. Патовая ситуация. А у малыша Донни в ментальном поединке жадность давно взяла верх над благоразумием. Он уже решил, что сто пятьдесят лямов по-любому его и расслабился. И это очень не понравилось директорам «Горизонта».

— Ну так пусть грохнут его.

— Не… тут маленькие проблемки Большого Бизнеса. Видишь ли, Донован Хок — давний партнёр «Горизонта», настолько давний, что решил, будто ему простят некоторое… своеволие. Но нет. Убивать его и в самом деле никто не будет. Но примерно наказать надо.

— И что будет, когда мы его накажем.

— Вы двое, голубочки, будете мне кое-что должны. Услугу. Или…

— Или? — навострила уши Касуми.

— Слетаете со мной на Зорю. Курорт, безопасность, коктейли с зонтиками в высоких стаканах и приватный разговор с директором Л’Гая. И всё. Данные, которые так свято стережёт твой дражайший напарник, нас не интересуют.

— Ну ладно, Робин Гуд, сделаем по-твоему. — После недолгих раздумий согласилась Гото. А куда ей было деваться?

Сама вылазка случилась через неделю после нашего знакомства. Я ещё дважды сходил на свидание с Роу… Ух, какая женщина! Рыжая, спортивная, раза в полтора крупнее Касуми… А главное, не такая отбитая, как другие капитаны "Затмения", хотя… много ли я их знаю? Тиера говорит, что Васэ и Эньяла вполне себе имеют голову на плечах, да и вообще чёрно-золотые как-то в последнее время поутихли с криминалом. Не то чтобы совсем в завязку, но, «Чёрному Ветру» стараются лишний раз на мозги не капать. Уважают. Эм… Отвлёкся.

В общем, тут я, наверное, себя недельки две виноватым чувствовать буду, ибо пользовать омнитул женщины, пока она спит — есть высшая степень невоспитанности, однако итогом этого стал маршрут по которому всё же реально совершить вояж туда-обратно (с грузом) прямо никого не подставляя. Дама, конечно, догадается обо всём, когда я пропаду, но, если умная, будет молчать в тряпочку.

Собственно, сам маршрут я описывать не буду, но пролегал он сквозь такие буераки, что скромная девушка из страны восходящего солнца минут десять обкладывала меня выражениями, исключительно непереводимыми омнитулом, а я завороженно слушал удивительную вязь звуков, которая по моим скромным подсчётам даже ни разу не повторилась. А потом ещё и перевод на интерлингве последовал.

Впрочем, в голосе воровки преобладали больше восторженные интонации, обращённые во-первых, к моей фантазии, а во вторых, к высшим силам, мол как таких оригиналов вообще вселенная выдерживает?!

Но ничего. Пролезли. И вылезли. И даже втроём.

Тревога же не поднялась только потому, что вся охрана бдела за гостями на приёме. Во время которого, собственно, мы паренька и умыкнули.

Кстати, выглядел Кейдзи плохо. Но только выглядел. Его били, третью неделю морили голодом и только. Ну и ещё, двигаться не давали. Чтобы по старой доброй самурайской традиции руки на себя не наложил. Два инъектора панацелина, один глюкозы с адреналином и вот он уже рассказывает, как можно этот особняк отправить на орбиту путём перепрошивки электростанции, которая, как и положено уважающей себя крепости у данного особняка была своя. Но удалось убедить парня этого не делать.

В общем, мы даже с планеты нормально убраться успели. Благо, корабль был частный.

А уже после первого скачка через ретранслятор меня в каюте нашли Бони и Клайд.

— Мистер Гашин, — поклонился Кейдзи, как только они вошли. — Позвольте мне ещё раз поблагодарить вас за то, что спасли меня и уберегли Касуми от глупостей. Даже не знаю, что бы было, если бы не вы.

Зато я знаю. Но! Как непривычно звучит! Чёрт! «Мистер Гашин!» после четырнадцати-то лет! Хотя какой там! Я и в прошлой-то жизни до «мистера» не дорос. Как серпом по яй… вот честно.

— Леонид, если можно. И без всяких мистеров, санов и прочих там эпитетов. Правильно произнесённое полное имя у русских уже считается достаточно уважительным обращением и не режет слух. Так что вы меня очень обяжете.

Кстати, Касуми после слов своего напарника недовольно засопела, но смолчала. Ого! Не думал, что она настолько слушается своего мужчину. Не, понятное дело, что когда они останутся наедине он выхватит. Но только когда они останутся наедине. Э-эх. Вот кого в жёны-то брать надо! Может, ещё не поздно выкинуть паренька в шлюз? Там за бортом такая приятная погода…

— Хорошо, Леонид. — ещё раз поклонился хакер. — Касуми рассказала мне, что вы потребовали от неё взамен.

— В таком случае, мне не придётся повторяться. Да и корабль идёт прямым курсом в Исмар.

Но тут они меня прямо-таки удивили.

— Мы хотим работать на «Новый Горизонт».

Твою мать, Окуда. И как я вас теперь за Омегу-четыре в команде Шепарда пошлю?

— Уверены? — на всякий случай спрашиваю я, но отвечает воровка.

— Это взвешенное решение, Робин Гуд. — грустно улыбнулась она. — У нас больше нет друзей в этой галактике. И мы не в том состоянии, чтобы бегать, как раньше. Хочется место, куда можно вернуться.

А может, оно и к лучшему?

— Думаю, я могу замолвить за вас словечко перед директорами. — устало выдохнул я.

— Спасибо, сэр и… вот. — Слегка поколебавшись, Кейдзи вытащил из кармана портативный носитель данных подозрительного серого цвета. — Уже расшифровано. Я хотел бы отдать это вам. Лично вам, а не компании.

Охренеть. А я-то, дурак, думал, что он будет за эти данные до последнего держаться, как собака цепная. А сейчас, когда его из-за них и предали, видать, кое-что переосмыслил. ОМГ! Блин! Эти двое… они такие… миниатюрные. Что он, что она. Откуда с них, блин, столько геморроя?!

Ладно. Выпроводив их восвояси рухнул на кушетку и принялся подбивать итоги.

Донован Хок — покойник. Заказчики теперь его съедят — это факт. «Горизонт», наверное, ничего не предъявит, но с Тиеры станется позвонить ему лично и рассказать притчу о синичке в руках.

Вторым пунктом шла Касуми. Избавленная от моральных метаний, как я и задумывал изначально и завербованная по самое «не могу», так, что и сам не рад. Ну да шут с ним. Натравлю на Лоусон-Корп. Наверное. Или нет! К Удине! Секретаршей! Пусть ищет свои позолоченные ручки да стилусы.

Ну и в третьих... данные. Даже знать не хочу, что там, но есть в русском языке слово «надо». Оно и в интерлингве есть. Надеюсь, там только грязное бельё политиков Альянса. Блин, как я на это надеюсь!

Ах да! Ко мне, кажется, ещё и новый позывной прилип...

Глава 61 О внутреннем мире и очень внешних тараканах.

У меня очень сильно болела голова. Даже не так. Мой долбаный сивый котелок просто РАЗЛАМЫВАЛСЯ на куски! И причиной этому был клятый чёрный ящик.

Вот честное слово, лучше б там была порнуха в исполнении Кейдзи и Касуми, так ведь неееееет! Всё подчищено, только голые (пхе!) факты. Коими оказалось, как я и предполагал, грязное бельё руководящих шишек Альянса. Не сказать, чтобы уж на всех, но даже на Стивена Хакета нашлось кое-что. Про незабвенного Донела Удину и говорить нечего. Но, жизнь она такая. Если ты чист — это значит только то, что тебе: а) меньше трёх лет от роду или б) ты всю свою жизнь провалялся в коме на аппарате искусственной вентиляции лёгких.

Но речь даже не об этом. Наличие рычагов давления на власть имущих — это хорошо и в своё время на некоторые из них я надавлю с особым удовольствием, но это-то не главное!

Задница-то в том, что на носителе было помимо этого. Читал и обалдевал. Методика уничтожения ретрансляторов! Технология разработана доктором Амандой Кенсон и пришла прямиком из Гнезда Коршуна, где сейчас и базируется её экспедиция.

ЗВЕЗДЕЦ! Прибытие уже началось! И что мне прикажете делать?!

Если верить канону, а я вот уже десять лет «доверяю, но перестраховываюсь», артефакт они пока не нашли. Или нашли, но не активировали. Или активировали но он на них ещё не подействовал. М-р-р-р…

Пальцы, до этого усиленно массирующие виски погружаются в волосы и сдавливают клока. Появившаяся боль немного отрезвляет разум, но думать всё равно сложно. Так сильно я не паниковал никогда в этой жизни.

Вспоминай, Лео, вспоминай.

Тяжёлый вздох.

Итак, прибытие.

Шепард летит в Гнездо Коршуна, героически спасает Аманду и летит к ней на базу чёрт-те куда, где она подставляет его под излучение жнецовского чудо-каменного тентакля, и тот валяется в отключке до тех самых пор, пока на охренеть-каком логичном таймере остаётся пол часа времени до прибытия бронекальмаров. Но коммандер, превозмогая всё и вся, рвёт оковы, вырывается из плена, круша всё и всюду, умудряется за эти самые пол часа расхреначить весь диверсионный отряд и уронить астероид на галактическую скрепку. А после всего Джокер гогоча и на полной скорости подхватывает его на "Нормандии" и валит из системы за секунду до геноцида. Ах да… ещё триста тысяч батарианцев в покойниках. Ничего не забыл?! Забыл. Логику и тайминг, но это не я, это биотвари. Ох…

Спустя пару таблеток современного анальгина и несколько минут боль уходит, а вместе с тем соображалка погружается в какой-то мутный омут и просит дать ей пару лет выходных. Заманчиво, если бы не одно «но». Грёбаная жатва, в которой все мы — колоски и будем собраны заботливыми металлическими щупальцами. И до которой, как выясняется, ни хрена не два года!

И что делать?

Таблетки ласково предлагают дерябнуть ещё парочку и оставить всё на откуп канону. Ну… там же будет Шепард? Он всё и разрулит. Замечательно! А если там не будет Шепарда? То батальон морской пехоты, который тоже всё разрулит. Прибытия не будет в любом случае, всё красиво, все свободны. Ага. Третьей игре БЫТЬ!

Отражение из зеркала в ванной смотрит на меня, как на клинического идиота. И я с горечью осознаю, что превращаюсь именно в него. Но что делать? После прочтения этих грёбанных данных в этом грёбаном чёрном ящике у меня в мозгу как будто кто-то вентиль повернул, высвобождая из подкорки всю херню, что была заперта там за толстым слоем пофигизма.

Кошмары одолевали меня уже неделю. О! Они случались и раньше, я не раз за эти четырнадцать лет просыпался в холодном поту. Мне снилась мама, батарианцы-пираты, дети, которых замучили прежде, чем добрались до меня и Сэм. Сама Саманта, обвиняющая меня в смерти своего отца на Элизиуме. Колыбелька с детским обгоревшим скелетом в комнате моей сестры…

Да что я рассказываю? Обычные страшилки на почве переживаний, которые помнишь только пару минут, пока не продрал глаза…

Сейчас всё хуже. Этих кошмаров я не помню. Просто просыпаюсь с безумно стучащим сердцем и полопавшимися капиллярами в глазах, после чего валяюсь на подушке и не могу сомкнуть веки снова. Таким образом за долбанную неделю я промучился часа два от силы. И как ещё не свихнулся окончательно?

Хах, если такое переживал Шепард на последних стадиях своей индоктринации, то я не зря восхищался его волей все эти годы. А сейчас мне нужна помощь. И обычным психологом тут не обойтись.

И рад бы сказать, что это подождёт и «Прибытие» важнее, вот только остатки разума делают довольно забавный вывод: это ни разу не так. События того ДЛС разворачиваются только в середине восемьдесят пятого. А если я сейчас полезу свиным рылом на барский стол, то о группе узнают ещё и Серый Посредник, «Цербер», батарианцы и сами Жнецы. Ой, что тогда буде-е-е-ет!

Навскидку: война с человечеством в результате которой и пространство Цитадели и сам Альянс останутся без флота, когда начнётся самое интересное. И как быть с этим фактом я просто не понимаю! Ох…

В башке раздаётся очередной удар Царь-колокола, его глушит выстрел из Царь-пушки, по черепной коробке стучит Царь-шрапнель, а в ушах звенит пролетающая мимо Царь-Ракета.

Щас сдохну…

Не-е-е-е-т. С этим надо что-то решать. В смысле не с «Прибытием», а с головой, иначе я сам «прибуду». А что делать? Ну, как вариант, призвать сущность, которую биотвари не видели с середины второй «массы» — Логику. А что говорит Логика? Если в тело попала пуля — зови хирурга, а если в мозг попала информация — зови азари. Кривенькая такая логика, понимаю, но тем не менее в этой реальности имеющая под собой нехилые такие основания. Ибо азари на психологии реально не одну собаку съели, а с их активной нервной системой это реально может быть похоже на хирургическую операцию, а эффект… Особенно в этом Спутницы хороши, которые именно что высокооплачиваемые психологи, а не шлюхи, как об этом принято думать. Эскорт — это вторичное. В общем, откладывать больше некуда. Тем более, что надо было прояснить кое какие обстоятельства с того самого момента, как я попал сюда.

Останавливало меня от этого только одно: психолога после сеанса придётся зачистить. Просто потому что она, психолог, будет знать из моей головы слишком много того, о чём молчать не сможет физически. Хотя… если подумать… есть одна азари, которая совершенно точно будет держать язык за зубами. Более того, именно после неё я решил, что вполне обойдусь без исполнения мечты попаданца нумбер ван, сиречь «Объятий вечности с Лиарой Т’Сони». Да и вообще без этих самых «объятий».

Ладно, попробовать в любом случае стоит, а что до «Прибытия»… Оно действительно, как бы это кощунственно не звучало — не сейчас. Стало быть, хотя бы месяц на разработку операции у меня действительно есть. А вот с головой что-то делать надо уже сейчас. Иначе амба.

Падаю на подушку и пытаюсь закрыть глаза.

— Свет. — Мягкое освещение каюты плавно угасает, уступая место кромешной тьме. Закрываю глаза и произношу в пространство. — Компьютер, забронируй мне билет на самый ближайший рейс до «Омеги».

Хватит спасать галактику, о себе пора подумать.

***

В «Загробной Жизни» привычно грохотала музыка. Танцпол задыхался в конвульсиях от бешеных ритмов, обилия разумных, крепкого алкоголя и недостатка кислорода.

Сама же королева бала, незабвенная госпожа Ария Т’Лоак со скучающим видом стояла, облокотившись на перила и стараясь не думать о том, что новый охранник-батарианец никак не может оторвать взгляд от её задницы и сосредоточиться на том, ради чего его сюда поставили. Она уже начала обратный отсчёт до того момента, как самолично открутит ему голову, как в её мысли ненавязчивым покашливанием вторгся Григ, темнокожий турианец с белой раскраской на лице, второй разумный по иерархии в её службе безопасности.

— Ария, пришёл человек, которого просила принять госпожа Л’Гая. — Пророкотал он. Впрочем, тон его азари почему-то не понравился.

— А ты чего такой радостный?

— Я?! Не-е-е-е-т! Как можно, я же на службе!

— Да? Ну ладно. — Этот «испортившийся», но ни разу не «бывший» «Чёрный Страж» служил Арии уже третий десяток лет и ему она вполне могла простить такой ответ. К тому же речь шла о «Новом Горизонте», а у их руководства было своеобразное чувство юмора, так что не исключено, что обстоятельство, так развеселившее «левую руку» Арии, вполне способно позабавить и её саму.

Королева угнездилась на своём диванчике и повелительно махнула рукой охране.

— Зови нашего гостя. Зачем заставлять его ждать?

Григ удалился, а вместо него пришёл…

Человек, как и было заявлено, мужчина, без скафандра, но в дорогой одежде, стилизованной под военную полевую форму со множеством карманов, какие показывают в фильмах про человеческую старину, но дополненной самым настоящим плащом до середины колена и капюшоном, скрывающим лицо от взгляда сверху. Впрочем, это сверху, с той точки, на которой сейчас находилась Ария, не узнать, пусть немного изменившегося Лео она не могла.

***

— Так и знала, что слухи о твоей смерти сильно преувеличены. — Хмыкнула Ария, всем своим видом показывая, что его визит её ничуть не удивил. — Даже странно, что Призрак так легко на это повёлся.

— Ну, учитывая, сколько сил я на это убил, ничего странного. Закажи Тиере записи того события, она пришлёт тебе их с большим удовольствием. Может, даже и сама припрётся обсудить детали.

— Так и сделаю. — благосклонно кивнула королева и сделала широкий жест рукой. — Присаживайся да расскажи мне свою историю, о мёртвый, да обретёшь ты здесь все радости, коих был лишён при жизни.

— Очень смешно, Ария. — плюхнулся на указанное место блондин. — Хорошо, расскажу. В конце концов, мертвецам спешить некуда.

Какое-то время мы просто трепались ни о чём. В конце концов, у неё было не так много времени раньше, чтобы расспросить меня где я и чем занимаюсь, узнать кое-что интересное для себя и просто вспомнить старое под бокальчик красного. Нарочито избегали деловых вопросов, но… от них ведь никуда не деться. Тем более, что пришёл я к ней действительно по делу.

Мою просьбу поговорить наедине она выполнила незамедлительно, предложив пройти к ней в кабинет, где я и озвучил цель своего визита. На что и ответила быстро и без раздумий:

— Иди в задницу, Лео.

Ну ничего, переговоры только начинаются.

***

Это был Полный Бред! Именно так. С большой буквы. Толком даже и не понял, что произошло, но определённо, однажды когда-то давно со мной такое уже было. А если и не такое, то что-то очень похожее.

Я просто уснул. Прямо в кабинете Арии на полуслове.

Мне мерещился коридор и свет в конце него. Помнится, я даже захохотал, когда осознал, где нахожусь. По многим причинам. Во-первых, от того, что вообще не верил в эту байку. Во-вторых, потому что так и не дождался гудка поезда, несущегося мне навстречу, а ещё было обидно сдохнуть вот так, когда всё, чего ты добился, полетит в тартарары, потому что я нацелил все свои действия на две тысячи сто восемьдесят шестой год и мои друзья окажутся не готовы к удару из Гнезда Коршуна. Более того, было вдвойне обидно, потому что Ария, будь она здорова ещё лет пятьсот, выслушав мои доводы про секретность и всё такое СОГЛАСИЛАСЬ-таки обнять со мной вечность и помочь привести мою буйную голову в порядок. Вот каково, а?

Да я бы головой об стенку бился, если бы мог… но не мог, ибо не ощущал вообще ничего и был в своих глюках не более чем наблюдателем. Просто беспомощными глазами, которые подхватывает неслышный ветер и несёт от одной сцены к другой.

Я видел, как Лео, не я, а настоящий Лео, живой, здоровый и взрослый играет со своей сестрой-подростком, видел, как на них счастливыми глазами, обнимаясь, смотрят Алистер и Гинора.

Но… Это ложь. Настоящий Лео умер в возрасте восьми лет от того, что батарианец-пират сломал ему спину. В результате в этот мир пришёл я. Я помню это.

Идиллическую картину в центре поразила трещина и она разорвалась тысячами зеркальных осколков. Её заменила другая: огромная каракатица из чёрной стали садится на разрушенный космопорт Элизиума… Потом были пещеры станции коллекционеров из второй массы, я стоял напротив колбы, в которой на простейшие элементы разлагали Елену Гай, сестру Лео и… мою… И не мог даже кулаком попытаться разбить это чёртово стекло!

У меня не было кулака, чтобы разбить стекло, но у меня были колени, на которые можно было опуститься в отчаянии. И у меня были ладони, чтобы скрыть лицо во тьме и не видеть алую кашу, ещё минуту назад бывшую родным мне человеком. Стыдно… Бесполезно… Бессмысленно.

А ещё у меня, оказывается, было плечо. Потому как чья-то рука мёртвой хваткой вцепилась в него и швырнула меня о стену какого-то античного собора. И ещё была спина, ощутившая боль и лёгкие из которых резко вышибло весь воздух.

— …Очнись, Лео!

И лицо, по которому прилетел кулак кричавшего, который-таки сбил тьму и заставил смотреть на себя… или на меня?!

Смотрю на очень взъерошенного и тёртого жизнью обо все неровности мира меня. Хотя… нет, не меня, моё лицо должно выглядеть по-другому, ибо я не Лео, а Лёня и вообще мне в этом мире не ме…

Лео, державший меня, бледнеет, потом темнеет, затем превращается в просто силуэт в очертаниях которого виднеется космическая тьма.

И голос. Такой же тёмный густой, как и тьма в человеческом силуэте, пронзает моё сознание.

— Всё один, обо всём должен думать один, не доверю игровым… они действуют по скрипту!

Тьма приблизилась к моему лицу опасно близко. Так близко, что я начал зябнуть от холода.

— Глупец! Ты никогда не был один!

Дальше вспышка и больничная палата. Белые стены, система принудительной вентиляции лёгких, капельницы по одной в каждой руке и полное непонимание происходящего в голове наравне с ощущением прекрасного отдыха и с одной-единственной мыслью в голове.

О как.

Жму кнопку вызова мед персонала, но вместо докторов палата набивается… друзьями. Тиера, Раал, Нарисса, Долин, даже Баркли и Вишез. Какие же они игровые персонажи? Хех, а я и вправду не один. Вон, какие светлые головы меня окружают. Надо быстрее приходить в себя и объявить военный совет, чай придумаем что-нибудь с этим самым «Прибытием».

Глава 62 О недобитках, новой жизни и неожиданных встречах.

В стерильной белой палате тишину нарушала лишь аппаратура для поддержания жизни. Врачи уже сделали всё, что от них требовалось, так что пациент был оставлен на попечение медицинского ВИ и дежурного санитара, саларианца

— Доктор, как он? — Спросил Раал, заходя в приёмный покой.

Саларианец отвлёкся от своего планшета, кинул взгляд на окно в палату, где и лежал оплетённый всевозможными датчиками и сенсорами Гай и только потом повернулся к директору.

— Состояние стабильное. — Медленно (действительно медленно!) проговорил тот. — По всем показаниям он просто спит.

— И не просыпается уже третью неделю?

— Мозг разумного, любого разумного — одна из самых загадочных вещей во вселенной. — Спокойно ответил дежурный, — Любое вмешательство — это всегда риск. Даже солдатские имплантаты. Здесь же побочный вред от модификаций усугублен тяжёлой степенью заражения нанитами. Притом у данного пациента она проходит… — саларианец запнулся, — да никак она не проходит. Что творится в голове мистера Гая только богам и известно.

— Ну хоть в этом плане всё по-прежнему. — грустно улыбнулся гендиректор. — Лучше объясните мне, почему вы его не лечите? Я, кажется, приказывал принять все меры к тому, чтобы хотя бы привести этого разумного в сознание. Любой ценой.

На самом деле Раал едва сдерживался от того, чтобы не придушить салара, а потом наведаться в кабинеты руководства и повторить процедуру ещё на двух-трех руководителях медицинской службы, которая на нанитах Жнецов уже вроде как варрена съела, но толку с этого до сих пор видно не было.

А с Лео ситуация была ещё сложнее.

Когда его в срочном порядке привезли на личном шаттле Арии, среди руководства «Горизонта» поднялась нешуточная паника. Потому что диагноз, поставленный её специалистами, «многочисленные кровоизлияния в мозг», был полностью подтверждён. Открытым остался лишь вопрос, какого чёрта?

Ответ был найден быстро, притом на основе данных той самой команды: столько нанитов Жнецов, сколько курсировало по кровотоку Гая, они не видели со времён вскрытия «материала», привезённого с Вермайра. Вот только там они не несли прямой вред организму, а собирались в структуры, позволяющие влиять на деятельность нервной системы.

Здесь же ничего подобного не было и в помине. На протяжении последнего года они просто курсировали в крови Лео безо всякого смысла. Были как бы… подавлены. Но вот что-то изменилось, и они вдруг организовались, и, сцепившись в многочисленные и крупные образования, разом «умерли», засоряя сосуды мозга, порождая кислородный голод и многочисленные кровоизлияния, приводящие к сильнейшим головным болям, галлюцинациям и, в конечном итоге, к довольно мучительной смерти. Как раз три недели назад. Вместо этого, он просто свалился в какое-то подобие летаргии, пришёл в себя в палате, сказал, как рад всех видеть, зачем-то добавил «ё…ное Прибытие» и снова выпал из реальности.

На осторожный вопрос: почему тогда Лео ещё жив весь согнанный научный консилиум дружно развёл руками. И все с любопытством продолжили наблюдать, как мёртвые наномашины выводятся из тела коматозного пациента естественным путём, отфильтровываемые почками.

Отдельным пунктом шёл скользкий момент, когда при очередном обследовании не было найдено никаких повреждений мозга Гая. Но когда учёные попытались заикнуться об изучении данного феномена, директора как-то невзначай потянулись к оружию.

Неожиданно, результат пришёл со стороны отдела по исследованию индоктринации. Тех спецов, что не занимались непосредственно Лео, а искали зацепки в его вещах. Нашли. Видеофайлы, в уни-инструменте, что он в последнее время пересматривал по нескольку раз в день, касательно того самого события, что он, собственно, «Прибытием» и называл. Видеоряд со стандартным сообщением очередной глубоко засекреченной группы учёных Альянса из Гнезда Коршуна. Фоном на который был наложен шум, послуживший наномашинам сигналом к действию.

Этот факт, в совокупности с тем, что было известно об индоктринации ранее, давал немалую вероятность того, что это не было целенаправленной попыткой убийства, а всего лишь неправильно сработавшим капканом.

Раал грустно усмехнулся. Всего лишь. А им то что теперь делать? О том самом «Прибытии», что Лео помянул при пробуждении, они знали катастрофически мало, а разведка результатов не принесла, ибо Альянс вокруг центральных систем Батарианской Гегемонии развёл такую бурную активность, что отделить нужное от вечного возможности не представлялось. И даже тот хакер, что вертелся рядом с Касуми Гото, не знал, что к чему, а уж его-то после инцидента с Лео изучили и допросили с особым старанием.

Вот и требовалось прежде, чем совершать какие-либо действия, согласовать их с Лео, а он всё не просыпался.

Раздражённый этими мыслями кварианец подошёл к окну и со всей силой саданул по нему кулаком. Разумеется оно выдержало, Лео не проснулся, а вот поражённый неожиданной силой саларианец испуганно дёрнулся и зажонглировал планшетом, едва не выпавшим из его трёхпалых рук.

— Ну хоть что-то в его случае можно сделать?

— Привычными методами нет. — В открывшуюся переборку приёмного покоя вошёл профессор Григорович. — Но можно попробовать методику, к которой и пытался прибегнуть мистер Гай до впадения в летаргию.

— В самом деле? Так почему же вы не сделали этого раньше?

— Должен признаться, что я не до конца верю в силу подобного лечения. Кроме того, есть немалый риск навредить ещё сильнее. Поэтому выбор кандидатов на подобные… процедуры резко ограничен. Кроме того, смею вас заверить, мало кто действительно относится к этому, как к лечению. — пожилой человек неодобрительно сморщился. — К счастью, у нас под рукой нашлась доброволица, имеющая достаточную квалификацию и опыт. Опять же допуск секретности…

— Профессор, короче.

— Да я практически закончил. В общем, мы не знали, какие тесты проводить и какие датчики подключать. Так что отслеживать процесс не сможем до самого конца. — Григорович тяжело вздохнул. — Опять крайние меры…

С этими словами он коснулся нескольких сенсоров на своём омнитуле и в помещение, ведомая двумя охранниками-турианцами вошла невысокая азари, разом заполнившая своим присутствием всё помещение. До Раала наконец дошло, о чём говорил проф, упоминая попытку Лео помочь самому себе. Да, пожалуй, именно это и можно назвать крайними мерами, которые либо помогут, либо добьют.

Тем не менее на лице кварианца не дрогнул ни единый мускул, а сам он слегка, но почтительно поклонился женщине однажды уже победившей Жнецов в себе.

— Леди Бенезия.

***

Призрак подкурил сигарету и с интересом взглянул на голограмму перед собой.

— Шепард, вот мы и встретились лично.

— Я думаю, у нас разные понимания этого понятия. — Скрестил руки на груди воскрешённый коммандер.

— Вынужденная предосторожность. — и бровью не повёл магнат. — Позвольте поздравить Вас с окончанием реабилитационного периода. Как ваше самочувствие?

— Прекрасно всё, за исключением того, что меня воскресил Цербер.

— Понимаю. Однако, я бы хотел попросить дать нам шанс и взглянуть на нашу организацию под другим углом. Тем более, ввиду приближающейся угрозы.

— Жнецы…

— Верно. Мы ждём нападения и… похоже, мы единственные, кто этим занимается. Альянс и Цитадель предпочли забыть прошлогоднее нападение, как страшный сон. — Призрак безжалостно стряхнул пепел на зеркальный пол. — Да, осознание угрозы со стороны гетов было, были предприняты кое-какие меры, но перед лицом того, что нас ждёт — это просто смехотворно. Впрочем, вы и так уже в курсе дел.

— Верно. Ваши люди регулярно предоставляют мне ваше видение ситуации.

— Это не моё видение. — Жёстко отрубил магнат. — Так и есть. Вы скоро сами в этом убедитесь.

— Скоро — это когда?

— Когда я решу, что вы достаточно лояльны, чтобы приступить к основной миссии.

— Надо полагать, вы вызвали меня именно для этого. Тест?

Призрак холодно блеснул глазами.

— Верно. Притом, весьма неоднозначный. И я бы предпочёл, чтобы этой проблемой занялся кто-нибудь другой, но… В настоящее время «Цербер» переживает не лучшие времена. По различным причинам.

— Уж не из-за меня ли?

— Не записывайте на свой счёт слишком много. Всё, чего добились лично вы — это наша известность в прессе. И закрытие пары неликвидных направлений нашей деятельности, к которой, кстати, ни я, ни люди, контактирующие с вами, не имеем никакого отношения.

— Печально. В таком случае, зачем вы потратили на моё возвращение деньги, на которые можно нанять, укомплектовать и обучить целую армию?

— Затем, что позиция человечества в совете не так крепка, как это может показаться. Всё, чего достиг Альянс: положение, влияние, договорённости… Было прочно, и незыблемо, пока у нас был Защитник. Символ, олицетворяющий всё лучшее, что было в нашей расе. Вы даже не представляете, как сильно всё это пошатнулось с вашим исчезновением. Грядут времена, когда вы понадобитесь нам куда сильнее, чем раньше.

— И тогда вы заявите, что я вернулся лишь благодаря вам.

— Непременно, — курильщик изобразил улыбку краем губ, — но к тому времени это уже не будет иметь никакого значения.

Голограмма СПЕКТРа смерила Призрака недовольным взглядом, что ещё более убедило того в правильности своих решений.

— Давайте вернёмся к моему «тесту».

— Хорошо. — Призрак вернулся в кресло и закинул ногу на ногу. — Дело касается как раз одного из тех самых проектов, к которым я и мои люди отношения не имеем. Посему вы не ограничены в принятиях решений. Захотите там всё взорвать — воля ваша, но я должен знать, что там творилось и куда зашли их исследования. Задание ясно?

— Так точно. Подробности будут?

— Знаю только то, что около десяти лет назад на планете были найдены обломки корабля гетов и научная группа одной из параллельных ячеек «Цербера» должна была исследовать его. Это всё, что мне удалось выпытать у своих «коллег». Если будет что-то ещё, мисс Лоусон вам сообщит.

— Мне нужно что-то кроме мисс Лоусон и её телохранителя.

— На время задания вы будете усилены штурмовым подразделением «Феникс». О вашей собственной группе нам ещё предстоит подумать позже.

— Понимаю. Сахарную косточку надо заслужить.

— Вы утрируете. — Поморщился магнат. — Считайте, что мне просто необходимо посмотреть на вас в деле и убедиться.

— Убедиться?

— В том, что нам удалось вернуть того самого Джона Шепарда, человека, способного при полном доминировании противника отстоять колонию с кучей гражданских и убить двухкилометрового Жнеца, имея в своём арсенале лишь один фрегат и малую диверсионную группу.

Глаза СПЕКТРа подозрительно сузились. Подвох в словах Призрака сходу найти не получалось, но и столь неприкрытую лесть в таких количествах из уст подобного человека было слышать в высшей мере странно. Хотя… за свою жизнь он сумел выработать собственный стиль общения с командованием, когда у адмиралов волосы на заднице шевелятся от того, как выполнен приказ при детальном следовании вводным, тот же метод был успешно испытан и на Советниках в бытность его СПЕКТРом. Так почему что-то должно измениться сейчас?

— Значит… — протянул офицер, — Полная свобода действий?

— Верно. Главное — результат.

— Вы его получите.

***

Где-то на Иллиуме.

В чём заключается смысл работы молодого, но уже заявившего о себе информационного брокера? В том, что информация, полученная от него или, в данном конкретном случае, от неё должна быть отфильтрована, структурирована, тщательнейшим образом проанализирована, а главное — актуальна!

Но что же делать, когда зацепка не точна, но доверить её проверку нельзя никому? Правильно: копать самой, как во времена, когда в её жизни не было ничего кроме песка, древностей, диссертаций и ночей без слёз.

Вот и сейчас, не доверив проверку важной наводки никому, она, облачившись в лёгкий разведывательный скафандр, ползла по узким вентиляционным люкам заставленного по самую крышу промышленного склада в доках Иллиума на территории «Затмения» с целью получить эксклюзив.

А эксклюзивом была следующая новость: новая элитная группа ликвидаторов «Кровавые Ангелы», что прославилась устранением самых мерзких представителей теневых воротил Терминуса особо экстравагантными способами, получает снабжение от «Затмения». А это могло значить, в числе прочего, что за ними стоит матриарх, которая чистит для себя определённую нишу в бизнесе. И если узнать, кто, то можно сильно прищемить этой неизвестной хвост. Или нет, но это будет дорого.

А ещё, если удастся увидеть кого-то из наёмников в лицо…

Лиара в нетерпении поёрзала в своём укрытии, уткнувшись в бинокль и наблюдая, как несколько разумных в чёрно-алых доспехах занимаются погрузкой ящиков на фрегат. Неплохой, кстати, фрегат. Военный. Такой без протекции на самом верху не достанешь.

Эту лёжку она выбирала очень тщательно. Самый удобный ракурс. Не близко и не далеко, места достаточно, чтобы разместить аппаратуру и оставить себе простор для манёвра, чтобы в случае чего выдать «неожиданный финт», как говаривал один знакомый пилот. И располагалось это великолепие под самым потолком на самом высоком нагромождении контейнеров.

— Любопытно, правда? — мурлыкнула у азари прямо над ухом турианская субгармоника.

Глаза азари расширились, бинокль отлетел в сторону и… улетел на пол, разбившись через несколько секунд с просто дичайшим грохотом. Сама Т’Сони, забыв про биотику прямо из положения «лёжа» отскочила на полметра, едва не последовав за биноклем и с удивлением уставилась на нависшую над ней громадину турианца в среднем тактическом бронескафандре синего цвета. В иных ситуациях Лиара не растерялась бы! У неё в арсенале было множество биотических приёмов, которые она не постеснялась бы применить, но её остановил голос, который в определённый период жизни, она слишком часто слышала по рации.

— Г-гаррус? — не верящим голосом произнесла она.

— Рад тебя видеть, Т’Сони. Отлично выглядишь.

С минуту поражённая азари решала для себя рада ли она столь неожиданной встрече и как её давний боевой товарищ, о котором вот уже полтора года было ни слуху ни духу выглядит.

За счёт более массивной брони он стал казаться выше и крупнее, но шуму это его шагам не прибавило. Доспех… Неизменно синий с белым обрамлением и чёрным непроницаемым шлемом, в котором он ещё в старые времена был выразительнее некоторых кварианцев, а на наплечнике… Пронзённый мечом череп варрена в распахнутых белых пернатых крыльях…

— А…рхангел… ты? — Глаза Т’Сони удивлённо полезли на лоб.

— Ой вот только не надо мне тут! — турианец, довольный произведённым эффектом, всё так же бесшумно плюхнулся рядом с ней. — Архангел я только для тех, на кого смотрю через прицел. Для тебя просто Гаррус, хорошо?

— Ладно. А как ты…

— Долгая история. Давай спустимся к моим ребятам, там и поговорим. И не беспокойся, они не слишком расстроены, что ради тебя полдня тягали ящики.

— Ради меня? — до Лиары только что дошло, что это была ловушка.

— Ага. — Вакариан легко закинул монструозного вида «Кризе» на плечо и одним движением соскользнул с контейнеров на пол. С десятиметровой высоты. И уже оттуда крикнул. — Слышал ты нашла себе занятие по душе, вот и решил посмотреть. Пойдём!

От дружного коллектива «головорезов от идеи» Т’Сони вернулась только под утро с больной головой и в слегка приподнятом настроении. В офис не пошла, оставив клиентуру на Никсерис. Надо было поспать и привести мысли в порядок.

Гаррус… Этот бунтарь был с ней весел, откровенен и открыт, как в старые времена, о которых, между прочим, оба старались не особо вспоминать. Лиара не удивилась, услышав его историю.

После той вольницы, что была для него у Шепарда, в СБЦ он вернуться не захотел. С отцом разругался вдрызг и отправился пиратствовать в Терминус, благо начального капитала хватило на небольшой кораблик и снаряжение, где и пропал, окончательно уйдя в подполье.

Мишеней у него был целый список, скучать не приходилось, добрых дел много не бывает, потом, в одном из вагонов с рабами их неожиданно стало двое, потом к ним в баре подсел третий, попросил помочь четвёртый, а когда их набралась дюжина на горизонте неожиданно замаячил старый знакомый кварианец, Гарек’Ниит и предложил помочь по старой памяти.

Посовещались. И поняли, а почему бы и нет, если в принципе для них ничего не изменится. Тем более, что на базе «Чёрного Ветра» в Терминусе уже шакалит с теми же целями небольшой, но гордый «Мёртвый Легион», в который им и предлагалось вступить.

А на Иллиум они прибыли не только повидаться с Лиарой, но и поискать одного разумного. Вроде бы из их цеха, но со своими закидонами. Дрелл. Обещала посмотреть, чем может помочь. Тем более, что турианец ей сувенир оставил. Две давно остывшие термоклипсы от своей винтовки и два омни-инструмента, которые принадлежали наёмникам, приходившим уже по её душу.

А по поводу дрелла… Если это тот, о ком она думает, то на Иллиуме не так уж и много разумных, кто мог его действительно заинтересовать.

Что же до остального… Жаль это признавать, но наводка оказалась ложной. Никаких «Кровавых Ангелов» она в порту не видела.

Глава 63 О пробуждениях и политических новостях. Как бы интерлюдия.

Две тысячи сто восемьдесят пятый год галактика встретила в напряжении. Беспрецедентная по своим масштабам реформа вооружений породила самый настоящий финансовый катаклизм. Аналитики не успевали менять прогнозы. Биржевые сводки больше напоминали кардиограммы крогана-паралитика, у которого все три сердца били свой собственный ритм.

Кредит метался вверх и вниз, банковские кланы волусов то и дело меняли глав, однако никто даже не пытался заикнуться о том, чтобы прекратить кормить жрущее с каждым днём всё больше чудовище, именуемое военным бюджетом.

Терминус захлестнула лавина в одночасье устаревшего вооружения, пиратство разгулялось до невиданных доселе масштабов, хотя казалось, куда уж больше… Но вот вышло, что есть куда. На большую дорогу вышли даже те, кому раньше это мероприятие было не по карману. Преступные боссы, веками хранившие на своих территориях собственный порядок, вдруг обнаружили, что не справляются с наплывом беспредельщиков.

Кто-то даже окрестил этот период вторым рассветом эры пиратства. Дошло до того, что суда с Иллиума и Омеги выходили караванами под мощнейшим эскортом. И даже это не гарантировало безопасного путешествия.

Отморозков не пугала даже месть сильных мира сего.

Малые колонии были вынуждены тратить последние сбережения на покупку того же устаревшего оружия, чтобы как-то обезопасить себя от налётов работорговцев, почуявших запах воли и крови или просить защиты у тех, кто мог её реально обеспечить.

Из грязи, куда их втоптал «Чёрный Ветер» вновь показали свой сломанный нос "Синие Светила", пытающиеся снова сколотить альянс пиратских капитанов. Более мелкие банды начали сбиваться в настоящие ватаги.

Кроганскую ДМЗ… прорвало. С Тучанки буквально хлынул поток ворка и кроганов, готовых рвать и жрать всё, что на глаза попадётся. Ходили слухи, что большинство этих зверей даже скафандры не признавало.

А как на это отреагировали правительства рас?Корпорации?.. Да по-разному. Батарианский Гегемон вот пожелал присоединиться к забаве, официально спустив с цепи своих вассалов, провозгласив Траверс и Терминус своими охотничьими угодьями.

А остальные?

О, да! Азари негодовали по всем новостям. Действительно, если отринуть все предубеждения и просто глянуть на статистику — именно синекожие девицы оказывались самыми пострадавшими. Их колонии были в приоритете у пиратов. Спасало разве что технологическое превосходство и биотика. До поры до времени… Собственно, крупным калибром свою обеспокоенность Тессианская Республика подтверждать особо не спешила, фактически, оставив немногочисленные вольные колонии на произвол судьбы, вынуждая в прямом смысле этих слов, плакать в эфир и просить защиты.

Впрочем, это почти всегда работало. Ну а там, где нет — пришло «Затмение», полностью взяв под свой контроль несколько особо отдалённых колоний. Ходили даже слухи, что ЧВК решила поступить по примеру «Чёрного Ветра», превратив колонизированные миры в полноценные базы с прицелом на дальнейшее развитие.

Второй «Исмар» у них сделать вряд ли получится, стартовый задел не тот. Но, если попросят совета у своего «старшего товарища» по программе узурпации секторов и всё сделают правильно, то в конечном итоге смогут организовать крепкий безопасный уголок для себя. Благо, капитаны решили взяться за это серьёзно, а многие знаменитости, включая таких мастодонтов как Сама Тиера Л’Гая и матриарх Этита их задумку публично поддержали и обещали помочь.

А вот люди, турианцы и некоторые крупные компании устроили из систем Термина самый настоящий тир! А что? Старое оружие частично утилизировали, частично «списали», а новое надо как-то обкатать. Вот и нашли выход из положения. Разумеется, во всеуслышание объявив о тотальной войне с пиратством. Даже направили туда по несколько охотничьих эскадр, но эффекта принесло не более, чем капля в море.

«Новый Горизонт» на общей волне поступил примерно также, как и США во Вторую Мировую, развернувшись в свете открывшихся возможностей с ещё большим размахом.

В результате на границах Траверса сложилась следующая картина: Кто доставляет груз? Кучка каких-то мелких производителей. Чьи корабли? «Новый Горизонт». Чьё охранение? «Новый Горизонт». Кто встречает? «Новый Горизонт». А кто купит продукцию и отправит её на реализацию? Правильно, «Новый Горизонт».

Репутация, активная рекламная кампания и удивительно стабильный рост акций позволил к началу восемьдесят пятого года увеличить численность сотрудников чуть ли не до сорока миллионов, что позволило ещё больше терраформировать собственные планеты предела Исмар и увеличить добычу ресурсов в близлежащих безжизненных системах.

Также был сделан качественный скачок в самой компании. Она в открытую заявила свои претензии шагнуть за пределы рынка поставщиков сырья и объявила о готовности поставлять конечную продукцию, используя лицензию и бренд когда-то поглощённого турианского гиганта «Байнери-Хелликс», выпустив целую линейку фрегатов и крейсеров.

Иными словами, компания давно пересекла ту черту, у которой политики начинают бить тревогу и применять всякого рода сдерживающие санкции, однако Совет молчал и продолжал складывать в бюджет или куда там бабки, честно отчисляемые компанией, которая всё ещё якобы признавала над собой главенство Цитадели.

От компании сама собой потянулась рука помощи «утопающему», сиречь Мигрирующему Флоту, в который и без того тёк немалый ручеёк ресурсов, продовольствия и цифровых платёжных единиц. Всё это повлекло увеличение численности флота, улучшение его общего технического состояния и уровня жизни экипажей.

Не обошлось и без проблем. По состоянию на начало восемьдесят пятого года из восемнадцати миллионов кварианцев, два с половиной числилось сотрудниками «Нового Горизонта» и «Чёрного Ветра», и это всерьёз обеспокоило консервативно настроенных обитателей флотилии, которые не без основания убоялись того, что «Новый Горизонт» идёт к тому, чтобы полностью поглотить в себя расу космических инженеров, тем самым присвоить себе все её достижения, включая чертежи и проекты орбитальных и планетарных сооружений.

В самом флоте доходило до драк. Прибывших из Файи на некоторых кораблях в открытую называли продавшимися и пытались всячески дискредитировать. Зрел новый раскол. Адмиралы же, вкупе с конклавом не могли понять на чью сторону встать, когда ситуация дойдёт до своего предела. С одной стороны, они видели, как немалое влияние на корпорацию, оказываемое кварианскими сотрудниками уменьшается, в связи с общим уменьшением процента кварианцев там. С другой же — они видели, что уже больше пятидесяти процентов всей торговли флота пролегает через «Новый Горизонт», вытесняя прочие контакты кварианцев с остальной галактикой. И пусть это поглощение осуществлялось естественно и не осознанно, однако ничем хорошим для кварианцев, как для самобытной расы, это кончиться не могло.

Раал’Тар же в этом проблемы не видел, заявив обеим сторонам, что до точки кипения ещё дожить надо, а у тех, кто первым начнёт, это точно не получится. Он гарантирует. Кроме того, Раал заявил, что не будет вносить на рассмотрение совета директоров никаких дополнительных поправок, защищающих мнимое кварианское достоинство, так как унизит в глазах остальных не только себя, но и всю свою расу.

Само же пространство Цитадели жило, как вышеупомянутый батарианский Гегемон, в своём собственном мирке, где за пределами точки стечения всех денег галактики не было вообще никаких проблем.

Вот недавно с большой помпой отметили годовщину успешного отражения атаки Гетов. Даже «модель ретранслятора» не демонтировали. А зачем, если полгода назад на Ил летала целая кавалькада учёных-археологов и по прибытии оттуда заявила: рабочей технологии протеан на планете нет, так что всё в порядке. Ну а раз так, то и рыпаться лишний раз незачем, верно ведь?

На месте, куда упала огромная лапа Властелина сейчас Сильвер Сан Стрип и элитное жильё по сто тысяч за квадрат.

Стоит, правда, отметить, что службу безопасности стали лучше снабжать, но бюрократии им не убавили, так что изменений на этом поприще был самый минимум.

Но вернёмся к нашим баранам: Альянс активизировался. Выходка батарианского правителя вызвала в Адмиралтействе просто неописуемый восторг и позволила перегнать в Скиллианский предел Третий флот целиком. Якобы для охраны рубежей. Притом, где эти самые рубежи располагаются точно на картах, не смог бы ответить ни один разумный вообще, а адмиралы для себя их вообще рисовали как-нибудь вокруг Кхар-Шана, всерьёз подумывая загнать четырёхглазых в каменный век.

Но это были больше мечты, так как в спину земному командованию жарко дышали уже изрядно заскучавшие генералы с Палавена. Эти товарищи тоже активно обновляли флот и нет-нет, да и заглядывали в свод законов Цитадели на предмет: а не слишком ли оборзели людишки? Но, потом в сотый раз убеждались, что пока нет, не слишком, разочарованно вздыхали, и переключались на сводки из Термина.

Собственно, в этой ситуации и удивляться не стоило тому, что пропало население какой-то заштатной людской колонии на территории беззаконья. Ну пропала и пропала. Какому-то пиратскому барончику повезло. Ничего страшного, если это так, то рано или поздно его настигнет кто-нибудь из многочисленных народных мстителей, так популярных в Терминусе в последнее время. Остаётся подождать, когда «Мёртвый Легион» или «Кровавые Ангелы» или ещё богиня знает кто, объявит о том, что казнён тот-то по обвинению в том-то.

Ещё одна колония пропала? Правда? А у той банды удачливый лидер. Ну ничего, у вас, люди, хорошо поставлена разведка. Посмотрите, не мелькал ли кто из людей на невольничьих рынках? Со списками мы вам, так и быть, поможем. СПЕКТРы поработают.

Ах ещё колония пропала? Это уже система. А почему вы их так плохо защищаете? Ах, так они ещё и налоги не платят? Так о чём речь вообще?

А действительно, о чём речь? Дальние поселения не хотят платить дань, но хотят, чтобы их защищали. Ситуация, мягко говоря, странная. Так что здесь Альянс поступил даже как-то благородно, усилив и их гарнизоны силами спецназа и снабдив колонии чем-то вроде «тревожных кнопок». Честь и хвала за это адмиралам. Кроме шуток.

И вот, на фоне всего этого мракобесия, по галактике прокатывается даже не слух, а так, шёпоток, только чтобы услышали те, кому это действительно нужно - Шепард, наконец, воскрес. Ну что тут можно сказать? Воистину воскрес.

И вишенкой на всём этом торте являюсь я. Проснувшийся аккурат к началу, мать его, второй части в обнимку с мерно посапывающей азари, ровесницей самой Истории и нихрена не понимаю. А уж когда мне объяснили всё, что смогли, я стал понимать ещё меньше!

А дело обстояло так: я не индоктринируем жнецами. Вообще. Иное дело, во что мне это обходится. И тут, как ни странно, лично для меня неясностей меньше всего. Теория выстроилась следующая:

Та… э… хрень, назовём её так, что отправила меня в этот мир, просто защищала свои тайны от Жнецов, поэтому наградила мой разум такой вот защитой от взлома. В эту теорию вписывается то, что при переливании крови, а её за время моей отключки сцедили ведра четыре, она (защита) не передаётся. Проверено на добровольцах, вон они, в криокапсулах. (Ага! Вместе с просроченной кварианкой и шепардозаменителем, да, моя коллекция растёт!)

Но не передающийся иммунитет к индоктринации — не помеха для еврейского учёного, которого вынуждают экономить! Вот он и решил: два по цене одного! Хотел объятья вечности? Пожалуйста, но хороший гешефт — это когда и ты, и тебе, и все довольны! Вот тебе индоктринированная азари! Опытный психолог, как заказывал.

Леди Бенезию обвешали капельницами, датчиками, водрузили на меня и открыли мне веки. И всё. Эксперимент, так сказать, затянулся.

Через неделю нам разорвали зрительный контакт, полностью заменив его на тактильный. С тел срезали всю одежду и уложили на специальный ложемент с подведёнными удобствами. Там даже массажёр был, чтобы пролежни не возникли. В общем, полностью уникальная анатомическая конструкция. Удобнее, наверное, только в утробе матери.

Повезло проснуться первым и снять с себя синюю, пока её не приподняло гидравлическим домкратом. Потом был горячий кофе, холодный душ, много обследований, введение меня в курс дела и тихая истерика в моём исполнении.

Радует в этой ситуации лишь одно: пока я был в отключке, а остальные директора разгребались с текучкой, Баркли не сидел всё это время сложа руки.

Старый тактик нашёл «Прибытие».

Глава 64 О тех, кто ничему не учится, светлая им память.

Сборы были недолгими. Всего-то и надо было обновить ПО на уни-инструменте да дать распоряжение автоматической службе доставки погрузить контейнер с запрошенным на складе снаряжением и отправить его на корабль. Двадцать второй век, однако.

— Та-а-а-к, что там я ещё забыл?

— Как вариант, попрощаться? — раздался искажённый вокабулятором скафандра голос кварианца.

Пришлось скорчить самую недовольную из мин и обернуться.

— У людей принято как-то оповещать народ о своём присутствии, Раал.

Друг не слишком сильно изменился за те годы, что мы не виделись. По крайней мере внешне, а под скафандр я ему не заглядывал. Никуда не делась и знаменитая кварианская выразительность. Вот и сейчас он скрестил руки на груди и всем видом выражал возмущение.

— Мне извиниться? — едко осведомился он.

— Чего уж. — Я снова повернулся к нему спиной и продолжил собирать рюкзак. Будущее будущим, а сменную одежду люди в дороге до сих пор носят при себе. — И тебе не стоило переживать из-за моего внезапного отъезда. Без санкции руководства меня из комплекса никто не выпустит.

— Всё ещё злишься?

— Ага, на себя. Вы все поступили абсолютно правильно. Просто… три месяца… — Попытался заправить лямку ранца, но в расстроенных чувствах оторвал её вместе с куском крепления. — Дьявол!

Сумка полетела в стену и звучно шмякнулась о стену.

— Три драных месяца, Раал. Я продрых ТРИ МЕСЯЦА! Всё моё прикрытие насмарку! Нахрена я этот концерт Призраку затеял?!

— Зато мы без дела не сидели. — Развёл руками друг. Это он так пытается мне настроение приподнять. Ну ладно, пусть пытается. — Если бы ты только попытался вникнуть в детали, ты бы сейчас так себя не накручивал.

— Но я не пытаюсь. И в ближайшее время не буду. — Не сажусь, падаю на кровать, на которой до этого лежала сумка.

— Да-да. Снова попрёшься на дела, которые можешь сделать только ты, а там тебя могут взять в плен и развязать язык старым дедовским способом, с помощью калёной кочерги, я это уже слышал, Лео.

— Именно. — этот спор уже имел место быть после того, как я пришёл в себя. Только не с Раалом, а с Вишез. Матриарх выслушала все мои истерики по дисциплине «ядебил», выдала несколько контраргументов и отступила, разумно рассудив, что этот этап своей жизни я способен пережить без психологов. — Но не только.

— Ладно, не вникай в дела. Просто покажись на Исмаре хотя бы раз! Знаешь как по тебе Нари и Тиера соскучились? А Джек? Мы ей столько про тебя рассказывали. Я уже не говорю, про Хидиса, Баркли, Хитаси! Просто присел бы с нами, выпил, пару баек рассказал.

— Раал! — Признаться, тут я немного растерялся.

— Что Раал? Или ты думаешь, что делаешь недостаточно? — навис он надо мной. — Поэтому должен совать свою башку, изображая транспортировочную заглушку? Так вот, что я тебе скажу на это! У тебя спецназ есть! И целый флот в придачу! Все хорошо обучены и достаточно информированы. Нужно просто ввести ребят в курс дела и сказать «Фас»! А уж они пойдут и сделают всё ничуть не хуже, чем ты один!

Всё-таки у кварианцев большие пальцы, особенно, когда они ими тычут тебе в лицо. Однако, я вдруг поймал себя на мысли, что мне чертовски приятна эта отповедь. Обо мне в прошлой жизни так только родители пеклись. А в этой… Не, не припомню… разве что Миранда Лоусон в те редкие моменты, когда переключала передачу с «Леди-Босс» на «Строгая Старшая Сестра», но там эффект был немного другой.

Встаю с койки, вынуждая кварика отступить и кладу руку ему на плечо.

— Спасибо, дружище. Я обязательно сделаю всё, что ты мне только что сказал. Но, не сейчас.

— Понимаю. — разом сник тот. — Твои планы сильно пострадали?

— Я просто упустил уйму времени. Но, думаю, ещё не всё потеряно, если я возьмусь за дело прямо сейчас.

На это кварианец лишь кивнул.

— Кстати, в этот раз я бы не отказался от прикрытия.

— Ого. А скажешь, куда направляешься?

— Ещё не решил. Надо посидеть и прикинуть оставшиеся варианты. Мне кажется, ещё есть возможность урвать пару ценных плюшек от Альянса. Этим надо пользоваться. Я рассказывал о «Повелителе Пламени»?

— Нет. Что это?

— Да так. Ничего серьёзного. Просто привезу прототип БМП на воздушной подушке. В прошлые разы у меня возникло много вопросов к конструкции этого летучего драндулета.

— Привози. Доработаем, пустим в серию, если вещь хорошая. — О как, всё же, хорошо у кварианцев развит хватательный рефлекс! Вон как глазки заблестели.

— И вот ещё. Собери мне досье на Фел-Прайм. — попросил я. — Мы обсуждали.

— А… Помню, отряд спецназа с человеком из твоего списка.

— Да, отряд Джеймса Веги. Только дело не только в нём.

Про эту колонию мы говорили вскользь. Раал сделал себе какие-то пометки, но я запретил глобальное вмешательство, сразу сказав, что займусь этим сам.

— У Баркли там точно есть несколько своих людей, так что проблем с этим не возникнет.

— Вот и ладушки.

Раал кивнул и наконец-таки отошёл от меня. Но вместо того, чтобы покинуть мой жилой модуль, плюхнулся в стоящее в углу небольшое кресло и ехидно осведомился.

— С женой прощаться собираешься?

Естественно, увернуться от первого, что подвернулось мне под руку он не успел. Но это была всего лишь подушка.

— Ты мне это ещё год вспоминать будешь?! И вообще, шутка с женой устарела больше десяти лет назад!!!

Из-под шлема раздался довольный смех.

— Ну что ты! Я планирую пережить эту жатву. — Замахал он руками перед собой. Значит, всю оставшуюся жизнь. Ну-ну. — А если серьёзно, что нам теперь делать с Бенезией? Вдруг она узнала что-то… копаясь у тебя в мозгах.

— Ну ты как будто её показаний не слышал. Ничего она не узнала, оставь её в покое.

— И слышал и потом перечитывал. И даже данные полиграфа смотрел.

— Ну ты параноище! Вколол ей сыворотку правды и подключил к полиграфу и всё равно не поверил! — Восторженно воскликнул я. — А ведь она до этого вместе со мной месяц на одной глюкозе жила!

Несмотря на всё моё отношение к ситуации, мне вдруг стало смешно.

Раал фыркнул, сложил руки на груди и отвернулся.

— Я лишь не хочу недооценивать тысячелетнего матриарха. К тому же, поверить ей, означает, поверить в то, что у тебя в башке сплошные коридоры по которым её за руку водил какой-то маленький мальчик и показывал где и что нужно делать.

— Ха-ха. — фыркнул я. — Лучше пристрой её куда-нибудь к делу, а как подвернётся момент — предъяви общественности.

— Хорошо. Придумаю что-нибудь. О! Точно! Отправлю её на Зорю в храм Пророка, жрицей. В конце концов она несколько столетий руководила церковью имени себя любимой. Будет ходить вокруг твоего гроба, окуривать его кадилом и петь мантры!

Зубы скрипнули так, что в коридоре было слышно.

— Так вы реально мне храм возвели?!

— А ты не верил? Вообще-то он занимает центральное место на площади всех богов Первого Города! Давай фотки покажу!

***

Мы с Раалом разделились в Омеге. Он отправился вставлять пистон нерадивым подчинённым, а меня ждало небольшое подкрепление в виде двух стелс-фрегатов, которые я попросил для выполнения оставшихся побочных квестов.

Шепард на местной Тортуге ещё не появлялся, но ловить его там мне смысла не было. Ария, в случае чего, любезно согласилась передать ему приглашение. А вот к Мордину Солусу я заглянул, да. Очень мне был интересен способ не допустить детонации лиц шпионов «Цербера» при захвате. В конце концов, это его разработка.

О… Этот саларианец…

Док говорил со скоростью Эминема, делал операцию, покрикивал на нерадивых подчинённых, просматривал больничную карту ещё одного пациента и метал взгляд на камеры наружного наблюдения одновременно!

Будь он у меня в команде, получил бы позывной «Цезарь». Ну так вот. Секрет своей взрывчатки он с лёгкостью обменял на большую банку молотого бразильского кофе и остался этим доволен. Пообещал дать знать, если потребуется какая-нибудь помощь и выставил меня за дверь.

Найти место крушения контейнеровоза с «Молотом» тоже проблем не составило. Мы даже отследили сигнал гетов с других систем, как это сделала в игре СУЗИ и я был не прочь сыграть в археолога, но нас прервали самым бесцеремонным образом.

Под эгидой освобождения своих граждан из нашего рабства, крича на всю галактику о неопровержимых доказательствах преступлений и жестоких расправ и поддерживаемый наёмниками всех мастей в Предел вторгся флот Батарианской Гегемонии. И, если честно, я про такую возможность немного не подумал.

Ирония в том, что с технической точки зрения разметать четырёхглазых в космическую пыль труда не составляло вообще никакого. С другой стороны, Гегемон бросил в Исмар все наличные силы, в том числе и целый дредноут с охранением. А это значит, что в конечном итоге компанию спросят: а чем вы их так быстро раздолбили? Помимо прочего — потеря целого дредноута в предстоящей жатве — это серьёзный удар по боевой мощи всех органиков, а он перед этим ещё и бед успеет натворить.

Оба этих момента были известны командованию «Нового Горизонта», которое сейчас торопливо, но весьма успешно организовывало оборону. Раал’Тар уже через пять минут после прояснения обстановки передал все права управления ресурсами начальнику СБ, а сам загрузил невоенные отрасли экстренными приказами: медслужбе — сформировать полевые госпитали, спасателям — эвакуировать гражданских из опасных участков космоса, торговцам — наладить снабжение, отделу пропаганды — разъяснить ситуацию сотрудникам и совместно с юристами начать собирать материал для суда и хроники.

Обо всей этой катавасии я узнал от Тиеры, которая, собственно, и была рупором «Нового Горизонта» на Цитадели. Мелкая уже обложилась со всех сторон адвокатами, политиками, инвесторами, почуявшими, как их вложения вот-вот накроются медным тазом и прочими «сочувствующими», так что времени на разговор со мной выделила совсем мало. И это хорошо! Ибо её буйная фантазия, будь у неё больше времени, насочиняла бы мне таких подробностей, что на три инфаркта хватит. А так только сухая выжимка: потери на данный момент, прогнозы, перспективы и проблемы.

На мой вопрос, чем я могу помочь, она почесала ушную мембрану и заявила, что от меня лично ничего не нужно, но если мне не приспичило, то хотела бы забрать корабли, чтобы было какое-то объяснение того, откуда у неё вообще взялась такая информация. А два шустрых фрегата вполне могли прорваться сквозь оцепление к ретранслятору, дабы поведать миру, что же на самом деле сейчас творится в Исмаре.

Мне же она задорно подмигнула и предложила понаблюдать за ситуацией по телеку из одной из её квартир в Общине Президиума. Ну и быть на подхвате, если вдруг понадобится помощь квалифицированного диверсанта. В остальном же я действительно остался не у дел, обуреваемый двойственным чувством гордости и недоумения, всё что мне оставалось – наиглупейшие побочки из второй и третьей части.

Так что я сделал единственное, что мне оставалось: закинул попкорн в микроволновку и сделал звук погромче! Как-никак Тиера Л'Гая обещала мне шоу, а она никогда не обманывает своего зрителя.

Глава 65 О том как детки становятся ДЕТИЩАМИ. Размышления и догадки.

Горячие новости себя ждать не заставили. Но, пока новостные рубрики пестрили домыслами политологов и экономистов, муссирующих начало боевых действий, о самом важном сказали комики. В одном из вечерних ток-шоу старый турианец в самом настоящем фраке, сидя на кресле и совершенно по-людски закинув ногу на ногу вместе со всей студией смотрел запись того, как в совете выступал «чрезвычайный посол Батарианской Гегемонии на Цитадели»

— «…До нас и раньше доходили слухи, но теперь, когда мы получили неопровержимые доказательства этого вопиющего нарушения свобод разумных, притом не только представителей нашего вида…» — Ведущий остановил ролик, а я, в свою очередь, поставил на паузу шоу, чтобы получше рассмотреть это четырёхглазое чудо. Да и прикинуть, где у него будет аппетитнее смотреться рукоятка ножа. В общем, пафосности диктора мог позавидовать сам Бог-Император. Послание он зачитывал со свитка, оно было скреплено чуть ли не десятком печатей и, судя по всему, исходило непосредственно из канцелярии Гегемона. Сам же посол был обвешан золотом, как не всякая новогодняя ёлка игрушками и одежды… белые, просторные воздушные на манер свободных кафтанов сарацин времён крестовых походов. И они тоже сияли и переливались, развеваясь в потоках кондиционированного воздуха.

Убираю паузу и вижу, как к публике поворачивается ведущий.

— Как распинается, а? — фыркнул турианский Жванецкий. Оригинально, однако его загримировали. Лицевая раскраска ксеноса была нанесена очень плотным слоем белой краски, которая на момент, когда его лицо было неподвижно смотрелась монолитной маской, при выражении столь явного презрения как бы разломилась по диагонали всего лица, демонстрируя жутковатый шрам, с которым, судя по всему, так ничего и не смогли сделать хирурги-косметологи. И я был готов руку дать на отсечение, что получил он его в бою с такими же «борцами за свободу». — Теперь, позвольте, я расшифрую основную мысль, уже мелькнувшую в докладе нашего «уважаемого» (кавычки Спаратуса) чтеца: Всё это можно только им.

Зал грохнул. Довольный произведённым эффектом ксенос дождался, когда публика стихнет и тяжело, опираясь на подлокотник, встал с кресла и следующими словами подтвердил мои предположения.

— Знаете, я всю жизнь провёл на границе с Терминусом. Воевал в том самом Исмаре с теми самыми пиратами. Не сильно преуменьшу, сказав, что половину тела там оставил. Так вот, мои шутки сегодня будут не свежими. За несколько столетий знакомства с этой замечательной расой они были сказаны не раз и тем не менее, — указательный палец трёхпалой кисти взлетел к потолку, — Не могу не сказать того, что солдат Гегемонии, воюющий с рабством — это портовая проститутка, выступающая за полное половое воздержание! Ханар, требующий осушить Кахье!..

Следующие его реплики потонули в новых взрывах хохота, да и нового он действительно ничего не сказал. Больше травил байки из своей армейской жизни, на манер Гаррусовых «она такая гибкая, а у меня длинные руки». В общем, в мирное время такие шутки скорее всего бы не зашли. Сейчас же старик купался во внимании.

Ну и пусть его.

Дослушав выступление с комментариями, я отключил проектор и полез в экстранет на предмет чему из всего этого бреда мог поверить рядовой обыватель? Так вот, обыватель поверить мог.

Вокруг «Нового Горизонта» за все года его существования вилось столько теорий заговора, что крыша может поехать. И основывались они, увы, не на пустом месте. Компания жрала рабочую силу непомерными объёмами. Росла и дулась, как гигантский пузырь, требуя всё новых и новых специалистов. Притом, условия, что предлагал Исмар соискателям, были на порядок лучше, чем во многих других аналогичных компаниях. Уволившихся же оттуда можно было пересчитать по пальцам, и не важно, что говорили они о своей службе там только в положительном ключе.

Вторым вопросом шли пропавшие без вести. Действительно много. Несколько миллионов разумных просто перестали отвечать на письма родственников на какое-то время. И эта цифра тоже постоянно росла. Другое дело, что те самые родственники, бившие тревогу спустя пару месяцев всё же получали ответы на свои запросы, притом в полном объёме (видеофайлы, деньги, другая личная информация, иногда разговаривали по дальней связи). Очевидные для меня проблемы с доставкой этого всего на суперсекретную «Тихую Гавань», где персонал как раз и менялся в три смены по три месяца. Но это уже конспирологов не интересовало. Главное — это то что разумный пропал, а не то, что он нашёлся.

Ну и третье. Почти три миллиона батарианцев, полностью подмявшие под себя аграрный сектор компании и притом совершенно довольных своей новой жизнью. Просто вдуматься! Вся пища, изготовленная «Новым Горизонтом» выращена именно батарами! Лево-правоаминокислотные, людские, азарийские, без разницы! Всё ими и всё высшего качества! А уж как глава сельхоз сектора с Раалом гавкается по поводу поставок и заказов, это мне Тиера видео показывала! Вот тебе и несвободный плебей. Но кому чего докажешь?

Это надо ждать полного прекращения боевых действий, чтобы безопасно пустить на планеты и объекты комиссию от Совета Цитадели и уж на основе их показаний строить защиту в суде.

А до этого… Никто там разбираться не будет. Обвинение есть — будьте любезны ответить. Не можете — мы подождём, когда сможете. Но недолго.

А вот после этого «недолго» в Исмар войдёт флот Цитадели. И тогда мы вообще ничего не докажем.

Обуреваемый тяжкими мыслями и категорическим нежеланием директоров, с которыми я связался уже на второй день безделья, принимать мою помощь, я-таки краем глаза полез разбираться от чего мои ребята и девчата такие спокойные?

***

Мама дорогая!

Правы были командиры, планирующие эту операцию: Блицкригу быть!

Направление его только будет немного не туда, но это не суть.

Мир праху твоему, Батарианская Гегемония.

Да там только по системе пять мониторов расставлено. А монитор — это такой дредноут, только без сверхсветового двигателя. Пушка планетарной, мать её обороны, вывешенная на орбите на буксируемой платформе.

Три крупнотоннажные верфи. И у каждой по полторы сотни истребителей прикрытия. Четыре орбитальных города. Два над Вантелом и два над Зорёй. На них базируются фрегаты и корветы числом приближенные к вышеизложенному.

А уж охранные кольца, коих три, вообще опираются на шесть станций чуть-чуть поменьше Арктура. Ну а что? Верфи есть, чего б не строить? Вот и наклепали, правда, две трети задекларировать забыли. Но это нормально, потому как они, якобы ещё не введены в эксплуатацию. Две из них так вообще заявлены, как муляжи.

И ведь это далеко не самое интересное! Ведь есть ещё и «Чёрный Ветер», который вообще, сам по себе является флотом, состоящим из подразделений: торговое, эскортное, охранение, карательное…

Последнее особенно интересное. Разделено на два «мини»-флота «Мёртвый Легион» и «Кровавые Ангелы». Оснащены по последнему слову техники («Новый Горизонт» тоже не стесняется экспериментировать на пиратах) и укомплектованы под самую завязку сорвиголовами со всей галактики.

Недостаток у «ЧВ» был один — корабли были раскиданы по всему обитаемому космосу. Но когда они соберутся в кулак, а они уже собираются, в тыл атакующим неслабо так «надует».

На этом, собственно, историю атакующих можно сдавать в архив. Даже не вызывая подкрепления из «Тихой Гавани».

Ну ладно. Секретность секретностью, но про половину всех этих красивостей широкой общественности достоверно известно. На что же рассчитывает Гегемон? Ведь даже в наихудшем для нас раскладе, это в котором в систему войдёт флот Цитадели и наведёт свои порядки, он останется с носом. Почему он так в себе уверен?

К счастью, этим вопросом задавался не только я.

На третий день после начала кампании под предлогом бегства от всепроникающей прессы ко мне заявилась Тиера и попросила за неё встретиться с информатором от Совета. У самой азари на это просто не оставалось сил, что не удивительно. Её график на предыдущие трое суток сплошь состоял из важных встреч и сон в себя не включал вообще.

Ну что ж, надо так надо. Я не гордый, могу и сходить, когда пошлют, тем более, что уже со скуки привёл в негодность несколько тренажёров из домашнего спортзала в попытках восстановить былую форму.

Каково же было моё удивление, когда на месте встречи меня поджидал СПЕКТР Совета Найлус Крайк.

Хотя… а чего ещё было ожидать от моих ребят?

Мысль о Звезде Смерти в «Тихой Гавани» постепенно переставала быть бредовой.

Да ну… не… надеюсь, этот-то фильм люди уже забыли…

Ну ладно. Долой тревожные мысли, здравствуй поганое настоящее.

Спектр обо мне тоже был предупреждён, так что лишних сомнений у него не возникло. Турианец тоже не желал тратить время впустую, так что сведения изложил кратко и по существу.

Во-первых, батарианцы в заднице. В полной. Две войны с людьми истощили все ресурсы Гегемонии и поставили её экономику на колени. И это, как ни странно, было наименьшей её проблемой. В боях погибла почти вся элита Касты Воинов, точнее все те, кто мог донести до своего правителя мысль о том, что воевать уже нечем. Народу надо отдохнуть где-то поколение-другое и восполнить потери. Тех же, кто остался просто было не слышно за криками фанатиков и воодушевлённых ими молокососов.

Сам же гегемон… В общем, когда-то давно я высказал предположение, что батарианский царёк вообще не в курсе, как обстоят дела во внешнем мире. Министры окружили его на километр вокруг роскошью, и прекрасные рабыни поют ему на ушко о том, как всем хорошо под его мудрым правлением.

Так вот, я был абсолютно прав до определённого момента. Однажды (не так уж и давно, на самом деле) всё стало вообще плохо и до гегемона-таки донесли мысль о том, что не всё ладно в Датском королевстве. Ну а чего терять, хуже уже и быть не могло. Так они думали. На Альянс больше не нападёшь, хватит уже. Ячейка на Омеге тоже уменьшилась в разы по… различным причинам. В остальном же Терминусе охотничьи бригады и спонсируемые отряды вылавливают, как зверьё, так что прибыльность этого предприятия уже стала вызывать сомнения.

Да и колоний у них осталось не так уж и много, а те, что остались истощены так же и не могут дать ресурсов на очередную войнушку.

Но, оказалось, могло быть и хуже.

Царёк, услышав всё это возопил на весь Кхаршан, мол как так? Я не верю! И принялся править. Как умел. Первым своим решением казнив виноватых (их он назначил сам). По иронии судьбы это оказались оставшиеся разумные, которые умоляли его начать думать головой, а не эго.

Потом он спросил, а кто виноват в том, что все великие начинания достойных сынов Харсы в Терминусе летят в чёрную дыру. И на это ему ответили: другие пираты. А кто им платит? Официально никто, но есть в Аттическом Траверсе компания, к которой, возможно, тянутся все ниточки. А что за компания такая? «Новый Горизонт». Ну-ка дайте глянуть, что за зверь?!

Вот так вот, само собой и возникло решение. Ну а что мог придумать любой не совсем адекватный феодал кроме очередного набега? Вот и этот не захотел.

Готовились ко вторжению всем миром. Из колоний выжимали всё, что ещё не дожали, вернули из Терминуса всех «охотников» для ремонта и переформирования, а также позвали всех пиратов, кого нашли, обещая богатейшие трофеи.

И всё же собрали огромную силу. Почти четыре десятка крейсеров, полторы сотни фрегатов и корветов только пиратов! А ведь ещё был и сам флот Гегемонии, верфи которой, кстати, исправно работали несмотря ни на что…

В общем, силы собирались и вправду не маленькие. А кроме того, батарианской знатью велась ещё и активная подготовительная работа под всё это дело.

Как сказал Крайк, умудрились договориться даже с Иерархией, чей патрульный флот и должен был разрешать конфликты такого масштаба. От них всего-то требовалось изолировать проблемный регион от подкреплений извне и войти в него не сразу же, а после того, как в дело вступит десант. Ну а уж доказательства по всем обвинениям, включая материальные свидетельства и показания свидетелей силы Гегемонии им обеспечат.

И тут я всё понял. Даже не стал уточнять, от кого у батарианцев разведданные. Разумеется от Иерархии. Всё вдруг улеглось в одну большую чёткую картину. Джереми Баркли, ты ужасен, но… это действительно лучший выход и додуматься до него я бы не смог.

Поблагодарил СПЕКТРа за интересную беседу и, не чувствуя ног отправился к стоянке аэротакси. Пора было собираться. Вот поговорю с Тиерой и на Иллиум. Здесь моя помощь действительно не ну… Сто-о-оп! Кое-что вспомнил!

Глава 66 О маленьких интрижках и профессиональных деформациях.

Элитный аэрокар припарковался к одной из стоянок ресторана, и стюард заученным жестом протянул руку в открывшуюся дверцу, помогая выйти обворожительно улыбнувшейся ему ультрамариновой азари с пигментацией на лице похожей на маску вокруг глаз.

Она позволила проводить себя к столику, из-за которого ей на встречу направилась уже другая азари.

— Нарисса! Наконец-то ты ко мне выбралась! — рухнула ей в объятия Тиера Л`Гая. К счастью, этой сцены никто кроме обслуги не видел, ради этой встречи был арендован целый зал.

Жена Раала и, по совместительству, напарница Тиеры по «Ведомству по связям с общественностью» (оно же Ведомство пропаганды) удивлённо подхватила младшую подругу и начала поглаживать ей затылок в попытке успокоить нервы.

— Ну-ну. Хватит уже. Всё не может быть настолько плохо.

В ответ на это с плеча в которое уткнулась Тиера раздался громкий и протяжный «шмыг».

— Не-е-т. Так дело не пойдёт. Давай присядем и ты мне всё расскажешь.

— Угу.

В течение последующего получаса Тиера с кислой миной пересказывала свои достижения. Общественность, в большинстве своём, была на стороне «Нового Горизонта», а чиновники из Совета и охранного флота милостиво, за некоторую компенсацию, согласились не торопить события.

Это значило, что изоляция Предела (из которого туда-сюда с завидной регулярностью на Цитадель летали фрегаты «Горизонта») продолжится, позволив Гегемонии окончательно увязнуть в затяжном сражении. Но это не главное. Основным было то, что Флот Цитадели останется там, где стоит, ещё на какое-то время и не полезет на Файю наводить свои порядки.

Люди в Гегемонию тоже не полезут. Пока. Но это, скорее, не из-за сговорчивости людей, а потому что никто не любит посла Удину. Пусть он тоже пообещал своё содействие.

Но вот, доклад был окончен, официанты переменили блюда, долили напитки, а настроения у докладчицы не прибавилось ни на йоту.

— Тогда я совершенно перестала тебя понимать. — Устремила свой взор на собеседницу Нарисса. — Ты говоришь, что всё хорошо, а сама будто медузу жуёшь. И она тебя жалит. Так где же проблемы?

— Нигде. — огрызнулась Тиера, но снова сникла и, наконец, выдавила из себя. — Лео…

— А что с ним? Он в порядке? — в голосе приезжей вновь прозвучало беспокойство. Она даже отложила столовые приборы. Но, опять прочитав всё на лице собеседницы, сочувственно усмехнулась. — Крепость так и не пала? Или у тебя до сих пор не было времени на штурм?

— Было. — прошипела сценаристка.

— Ну так в чём проблема? — удивилась Нари. — Это же был твой план. Остаться с ним вдвоём на Цитадели, провести пару романтических вечеров вместе и, когда выяснилось, что ему нет причин опасаться азари…

С каждым словом подруги Тиера становилась визуально всё меньше, вжимаясь в стул, а на последних словах её пробила крупная дрожь. Она посмотрела на замолчавшую подругу полными слёз глазами и громко прошептала:

— Он жу-у-у-ткий…

— Да? А Раал говорил, что он не любит шрамы. — пожала плечами Нари. Это было последней каплей для Тиеры.

— Да какие, к Атаме, шрамы?! — закричала она, резко вскакивая с места. — С ним просто в одном доме на ночь оставаться страшно! Он как привидение! Ложится за полночь, вскакивает в пять утра и ходит по квартире, как неприкаянный. Или гремит железом в своём долбаном спортзале!! А стена?! Ты знаешь, что он делает со стеной?! Он метает в неё омни-ТОПОРЫ! Но это ещё не самое страшное!

Когда я сажусь работать, то иногда, отвлёкшись, ощущаю его присутствие за плечом! Оглядываюсь — он там, второй раз гляжу — его уже нет!!! Да я его вообще не заметила бы тогда, если бы не оглянулась!!! — Тиера сорвалась на визги, а почувствовав, что в горле пересохло, плюхнулась на место и залпом осушила бокал с соком. Дева шумно поставила тару на стол и обречённо произнесла: — Какие тут могут быть планы?

От такой отповеди Нарисса слегка отпрянула, затем в задумчивости пожевала губу и выдала:

— Оу.

— Очень содержательно, — буркнула Тиера, выплеснувшая избыток негатива, а от того очень быстро успокоившаяся. — Это всё, что ты имеешь мне сказать по этому поводу?

— Ещё могу добавить, что предупреждала тебя, — лучезарно улыбнулась приезжая, получив на это лишь утробный звук, напоминающий рычание. — А вообще, имея за плечами немалый опыт проживания с не меньшим психом, могу с уверенностью сказать, что это такое.

— Нечто свойственное психам?

— Нет, всем короткоживущим. У нашего Лео, как бы он сам сказал, от безделья едет крыша. И это плохо. — Нарисса пригубила вино. — На твоём месте я бы вернула ему корабли и пусть катится совершать подвиги. Так для окружающих безопаснее будет.

— Хотела. Не берёт. Говорит, что теперь надо дождаться, когда сдадут нервы.

— У тебя?

— Если бы. У батарианцев.

***

Объединенный флот «Кровавых Ангелов», собранный воедино в одном прыжке от ретранслятора, ведущего в Исмар, состоял из трёх десятков крейсеров, половина которых имела авианесущие палубы и примерно полусотни судов поменьше. Действовали они разрозненно, имея лишь номинальное командование, которому отчитывались за определённый промежуток времени или с которым связывались, запрашивая поддержку для особо крупного рейда.

Тем не менее он имел ряд директив на случаи подобные текущей ситуации и преобразовывался в одну мощную эскадру. Понятно, такая версия флота не могла похвастаться особой слаженностью, но разбитая на малые группы и действующая в тылу врага могла быть весьма эффективной.

Сейчас же флот откровенно простаивал в ожидании того самого момента, когда Иерархия снимет оцепление с межзвёздной катапульты, и им представится возможность вгрызться в мягкое филе обидчиков из Гегемонии.

А пока граница на замке, команды кораблей, и, что важнее, абордажные бригады занимались кто чем. В основном, калибровкой, профилактикой, прочими отложенными в долгий ящик делами. А некоторые вот решили пристыковаться и выяснить, чей десант во флоте лучший.

Разделились на команды, определили корабли-арены и устроили грандиознейший мордобой с последующим награждением. Каково же было разочарование, когда фаворитов соревнований, группу самого Архангела срочно сняли с турнирной таблицы. А уж как обрадовались сами десантники…

Турианец в массивном среднем доспехе синего цвета грозно топал по рубке флагмана на встречу с координатором (так называлась должность командира корабля, являвшегося флагманом всего флота, но все безо всякого зазрения совести сокращали его до «босс», люди иногда говорили «варбосс», а ситуацию, в которой этот самый «варбосс» был нужен именовали не иначе как «WAAAAGH» и притом мерзко хихикали).

Но Архангелу было не до этого. Он был в образе и пёр на своего старого соотечественника, имея самый угрожающий из своих видов. Впрочем, Хартис Чаган на своём веку видал и не такое. У него на глазах кварианец всю команду по очереди на лопатки положил и еще до того, как это стало мейнстримом. А ещё у него на глазах дети покупали крейсера с люксовой отделкой, потом он четырёхкратно превосходящие пиратские силы одним кораблём громил и СПЕКТРа в казематах держал, с последующей вербовкой, но это уже совершенно другая история. Так что сейчас он смотрел на Архангела снизу-вверх с таким выражением лица, что варрена на бегу остановит. Не то что какого-то буйного мальчишку.

Архангел понависал на ним ещё секунд десять, затем снял шлем и вновь стал Гаррусом Вакарианом, буйным, но всё ещё благовоспитанным турианцем.

— Чаган, ну ради Духов, четвертьфинал, а ты снял нас прямо перед матчем! До конца дня подождать не мог?

— Не мог. Срочное сообщение от наших агентов с Мигрирующего флота.

Вакариан фыркнул. Мигрирующий флот его не интересовал вообще, просто потому что на нём не было бандитов, пиратов и торговцев летальной дурью с галактическими именами. Впрочем, Чагану было плевать и на его мнение тоже. За все годы службы на «Летучем Голландце» старик разучился удивляться в принципе, у него был приказ, который требовалось выполнить прямо сейчас. Этим он и занимался.

— Дослушаешь? — осведомился «варбосс».

— А… давай уже. — махнул рукой Гаррус.

— Спасибо. Так вот, поступило сообщение о том, что с Флотилии стартовала спасательная экспедиция на шахтёрскую колонию людей «Путь Свободы». В составе отряда присутствует некая Тали’Зора. Заинтересовался?

Распахнувшиеся было на невиданную доселе широту глаза Вакариана хищно сузились.

— Продолжайте… сэр.

Чаган смерил его своим фирменным «я видел некоторое дерьмо» взглядом и, удостоверившись, что тот способен воспринять не только глас командования, но и задание, продолжил.

— Есть информация, что эта колония была атакована неизвестным противником. Вашей группе надлежит отправиться на «Путь Свободы» и гарантировать безопасность Тали’Зоры.

— Принято. — кивнул Вакариан.

— Прекрасно. Далее, так же существует риск встречи с разведгруппой «Цербера». В бой не вступать, попытаться договориться о совместных действиях. Возможно, именно вам удастся сделать это лучше, чем кому-либо другому.

— Я не буду с ними разговаривать. — рыкнул Вакариан. После упоминания «Цербера» слушать командира он перестал. — Не после того, что я видел.

— О… что-то я не припомню тебя с нами на Телчине. — «ласково» мурлыкнул Чаган.

Про Телчин знали оба карательных флота. «Чёрный Ветер» демонстрировал отснятые там видеоматериалы всем новичкам, ведь по степени жестокости и аморальности, даже спустя десятилетие, эту лабораторию могли переплюнуть очень немногие.

— Я был в других лабораториях, сэр. — под ласковым взглядом «варбосса» Вакариан всё же стушевался.

— Это приказ руководства.

— Это террористы.

— И тем не менее. Ты. Вступишь. С ними. В переговоры. Это приказ.

— Есть… сэр.

— Прекрасно. «Радужный Рывок» уже снаряжают. Старт через шесть часов.

— Принято, босс.

— Кстати, если вдруг встретишь там ещё кого знакомого, передай ему это.

На омнитул Гарруса пришло входящее сообщение. Бунтарь ещё раз фыркнул, чтобы показать всему миру своё несогласие и, нахлобучив шлем, покинул палубу.

***

Призрак стоял напротив огромного, во всю стену голографического экрана, полностью увешанного статьями новостных газет, докладов, биржевых сводок, аналитических журналов и секретных отчётов. Собеседником ему в этот раз был один из множества агентов, работающих на Цитадели. Неплохой, кстати сказать, но не настолько, чтобы разговаривать с ним с глазу на глаз.

— Итак, давайте всё же подведём итоги операции в Исмаре. — сияющие в полумраке имплантаты глаз плавно перескакивали с одного документа на другой, а в мозгу постепенно складывалась и обретала чёткость единая картина.

— Хорошо. — раздался из динамиков голос агента. — Уже сейчас очевидно, что Гегемония не сможет достигнуть своих целей в Исмаре. Обновлённые данные по состоянию обороноспособности звёздной системы я уже выслал, но, если в двух словах, официальные цифры занижены минимум вчетверо. На сегодняшний день данные по флоту компании выглядят…

Именно это и имел ввиду Призрак, рассуждая о том, что ему нет смысла знать в лицо этого агента. Да, он грамотно провёл операцию. Красиво натравил Гегемонию на Исмар, но выводы из своих же действий сделал в корне не те.

Смысл операции был не в том, чтобы оценить военный потенциал вероятного противника или уже менее вероятного союзника, но в том, чтобы узнать и оценить административный ресурс, который они могут задействовать. Агенту этого, естественно, не сообщалось, но, чтобы перейти на новый уровень доверия, он должен был додуматься до этого сам. Увы, этого не произошло, так что «Цербер» потратит на двойную работу ещё больше ресурсов и времени. И хорошо будет, если анализ будет завершён до того, как батарианцев вышвырнут из Предела.

На сегодняшний день возможности «Нового Горизонта» проявились весьма обширно. Очевидны стали некоторые скрытые договорённости компании и влиятельных персон даже не в самом Совете, но выше, в руководстве рас совета и среди разумных, способных на это самое руководство надавить.

Иначе такое развитие конфликта объяснить было просто невозможно.

Нет, медлить в данной ситуации было подобно смерти, а посему Главный затушил сигарету и, остановив докладчика, надавал ему новых вводных и прервал связь.

Магнат ещё раз взглянул на голоэкран и вернулся в своё кресло. Несколько кликов на сенсоре, и экран исчезает, открывая вид на умирающую звезду. Через какое-то время сигнализация оповестила о входящем вызове.

По мановению руки диск в центре комнаты засветился, отображая долговязую поджарую фигуру азиата в очках-визоре и с таким количеством «улучшений», что скрыть их внешние проявления было уже попросту невозможно.

— Ленг, как ваше самочувствие?

— Призрак, — изобразил поклон китаец, — я силён как никогда в жизни.

— Прекрасно. Для вас как раз есть подходящее задание.

— Я весь внимание.

— Батарианцы скоро поймут, что их кинули, и будут сильно обижены на всё и на всех вообще. И это очень тревожно, учитывая, что на Цитадели сейчас находится представитель батарианской аристократии. К сожалению, сейчас нам не выгодны провокации в адрес Совета, так что вам будет необходимо тайно проникнуть туда и убедиться, а при необходимости пресечь любую возможную агрессию с их стороны, но не нападать первым. Вы меня поняли?

Ленг заверил, что понял и уже выдвигается. Теперь ещё одно.

Сигнализация снова оповестила Призрака о входящем вызове, на этот раз запланированном и ожидаемом. Призрак подкурил сигарету, закинул ногу на ногу и подтвердил вызов.

— Шепард, нам стало известно о пропаже населения ещё одной колонии…

Глава 67 Об эмоциях, мотивах и решениях.

«Шепард, рад, что вы снова на страже галактики. — гласила запись, с которой на него смотрел кварианец в синем мундире с серебристыми вставками. Тот факт, что представитель кочевого племени напрочь игнорировал скафандр после встречи с Тали довольно сильно удивил коммандера, но он решил не заострять на этом внимание сейчас. — Раньше нам не доводилось общаться лично, позвольте представиться: Раал’Тар вас Нидас, генеральный директор компании «Новый Горизонт». От лица компании, хотел бы выразить надежду на то, что наше сотрудничество всё ещё в силе, если так, то наша база на Новерии в вашем распоряжении. Там же вас будут ждать некоторые разумные из первого варианта, досье которых готовил для вас уважаемый господин Призрак. Он, кстати, наверняка будет рад тому факту, что их услуги уже полностью оплачены, а контракты не включают в себя ничего, что навредило бы его организации прямо или косвенно. За сохранность чертежей его стелс-перефрегата пусть тоже не беспокоится. Поздно об этом беспокоиться, они уже давно у нас».

Кварианец на голограмме мерзко хихикнул и продолжил:

«Очень хотел встретиться с вами лично, и, даже позвать в гости на «Зорю», но не получится, опять же благодаря вашему нынешнему работодателю. Так что примите за то мои искренние извинения. Кстати, хочу вам напомнить, что после нашей совместной операции на «Вершине пятнадцать» на ваше имя у нас открыт счёт, о состоянии которого говорить вслух было бы неприлично, поэтому все подробности касательно данного вопроса получите у уполномоченного в комплексе. Хм, это даже было бы символично».

Раал’Тар вновь отвлёкся на что-то постороннее, прочистил горло и вернулся к собеседнику.

«Ну… вроде, обо всём сказал, так что более не вижу причин вас задерживать. Удачи, Джон, надеюсь на личную встречу».

Шепард отключил омнитул и с интересом посмотрел на Призрака. Коммандер только что вернулся с «Пути Свободы», после колонии у него было и без того слишком много пищи для размышлений, так что всё на что его хватило — это по-тихому прослушать запись в шлеме и сделать вывод, что прямого вреда она не нанесёт, а вот утаить её от главы «Цербера» вряд ли удастся.

Пауза затянулась. Казалось, Призрак даже не шевелился, являя собой прямую противоположность кварианца с записи, которому даже тогда было ощутимо сложно усидеть на месте. Но вот, магнат достал портсигар, чиркнул зажигалкой и пустил первое облако табачного дыма.

— Не думаю, что я услышал для себя что-то новое. — выдал наконец он своё заключение. — Смущает их осведомлённость относительно данного нападения, но не считаю, что они действительно к этому причастны.

— Мне показалось странным, что они предлагают помощь, хотя вы на них напали. Это может быть ловушкой, — на всякий случай пояснил свою позицию Шепард.

— К вам и вашей миссии это не имеет ровным счётом никакого отношения. — Нарочито небрежно отмахнулся от предостережения Призрак. — Насколько я помню, ваше сотрудничество с «Новым Горизонтом» было исключительно продуктивно. Как и наше, в своё время.

Призрак прервался на затяжку.

— Что же касается меня, то я действительно не хочу делиться с инопланетянами успехами человечества, — скуренная на две трети сигарета была безжалостно раздавлена в пепельнице, — однако, в первую очередь для меня имеет значение наличие этих самых успехов, а такой союзник, пусть и временный, увеличивает шанс благополучного завершения миссии чуть ли не в разы. Так что, если вас интересует моё мнение касательно предложения господина Тара, вот оно: помощь «Нового Горизонта» может действительно оказаться полезной. В первую очередь для «Цербера», поскольку позволит сэкономить нам не только ресурсы, но и время, а это сейчас самое важное.

Потом они поговорили касательно деталей миссии и затронули проблему десанта, которую Шепарду предлагалось в свете последних событий решить самостоятельно. На этом сеанс связи был окончен, проектор отключен, а в комнатке зажегся свет.

— Эй, коммандер, как жизнь? — раздался за спиной Джона до боли знакомый голос, как только в комнате связи зажёгся свет.

Видеть старого друга после стольких месяцев существования в потенциально враждебном коллективе было чертовски приятно. Ещё лучше было видеть, что «неизлечимый» и так ненавистный Джокером синдром Вролика был вылечен в нём полностью. Пилот был подвижен, как молодая лань и описывал все свои при- и злоключения в лицах и в действиях. О том, как его списали из «Альянса» он упомянул только вскользь. Куда больше подробностей он уделил тому, как его лечили. Но… Джокер — это Джокер. Не важно, здоровый или всё та же развалина. За искромётным и местами пошловатым юмором мелькал цинизм и недоверие. Он был искренне благодарен докторам, но это не мешало ему ненавидеть «трёхголовых». Пусть немного меньше, чем раньше, но немного.

Когда же они дошли до панорамного окна, за которым в ангаре во всей красе представал их новый корабль… это было действительно непередаваемое ощущение.

Новая «Нормандия» была больше, лучше, удобнее и красивей своей предшественницы. Шепарду хотелось изучить новый корабль весь, начиная с ангара, заканчивая капитанской каютой, но это требовало времени. Жилого пространства, в исполине, которому каким-то недоразумением присвоили класс фрегата, особенно, в сравнении с первым кораблём было до одури много. Никаких старых казарм, кубрики по четыре человека, каюты офицерского состава, целая палуба отданная под нужды десанта! Со спортзалом, душевыми, брифинг-залом, смотровыми комнатами с панорамными иллюминаторами, в которых разместились полноценные зоны релаксации с баром, блек-джеком и… кабинетом с психологом.

Два молодых инженер-механика, которых он встретил на соответствующей палубе были решительно убеждены в том, что умерли и попали в рай. Но главным их восторгом было то, что фрегат имел просто нереальный потенциал к модернизации. Собственно, об этом Дениелс с Донелли и говорили, когда Шепард их нашёл. Если точнее, то он открыл дверь как раз в тот момент, когда девушка во весь голос клятвенно обещала отдаться тому, кто проектировал силовую установку. Дабы подарить тому великому человеку потомство во имя будущих открытий.

Очередной приятный сюрприз, заставивший поверить Шепарда, что он дома, поджидал его в медотсеке. Сначала он был обследован, а уж потом и радостно встречен доктором Карин Чаквас.

Всюду новоявленного капитана сопровождал приятный голос СУЗИ, бортового ИИ, которая давала разъяснение по каждому вопросу. Она же и отвлекла Джона от его увлекательнейшего занятия.

— Капитан, старший помощник Лоусон просит подняться Вас в БИЦ. Корабль готов к вылету.

— Сейчас буду, — произнес Шепард, наблюдая, как пресс в грузовом трюме превращает какой-то непонятный мусор в маленький аккуратный серый кубик.

Когда же он поднялся на командную палубу, Миранда с готовностью уступила ему кресло.

— Все системы в норме, корабль к взлёту готов, ждём только вашего приказа. — отчеканила брюнетка.

— Прекрасно. — произнёс Шепард, осваиваясь на новом месте.

— Рекомендую взять курс на Омегу. Нас там ждёт доктор Мордин Солус, его познания в генетике имеют для нас ключевое значение.

— Его статус? Он предупреждён и нуждается в немедленной эвакуации?

— Никак нет. В настоящий момент он в составе карантинной бригады Омеги участвует в подавлении эпидемии в жилых кварталах станции по приказу местного… правительства и вряд ли сможет немедленно отправиться на «Нормандию» — немедленно отозвалась СУЗИ. — его жизнь и здоровье в настоящий момент вне опасности.

— В таком случае, дадим ему ещё немного времени. Курс на Иден-Прайм.

— Шепард, зачем? — Миранда не то чтобы удивилась…

— Нам же нужны люди? А там живёт парень, который обидится, если я не позову его спасать мир, как обещал. СУЗИ, будь добра, найди мне Ричарда Дженкинса. Джокер, полетели.

Глава 68 О беседах с теми кто очень далеко.

В чём прелесть связи через квантово-механический коммуникатор? Если по-простому и не впадая в терминологию, то абсолютная защищённость сигнала, а качество… будто вы не за миллион астрономических единиц друг от друга, а на соседней улице по телефонам трещите. В общем, если, скажем, такой коммуникатор стоит на Цитадели в пришвартованном корабле, то СБ о нём и знать не знает, а ты наслаждаешься качественной связью. Ну или не наслаждаешься. Тут уж от самой беседы дело зависит. Даже если сейчас карабкаешься по сложной вентиляционной системе где-то в люксовых апартаментах жилых комплексов людей на Цитадели.

У меня вот, было двоякое чувство. С одной стороны, разговариваю с лучшим другом, с другой — тема разговора не из самых приятных...

— …в общем… Потери есть, Лео, — грустно вздохнул кварианец. — Такие допустимые, учтённые и запланированные.

— Я… понимаю. А батары? — а что тут ещё сказать? Прощения у него попросить? Если б ему полегчало, попросил бы. Вот только план этот не мой от самого начала и до последнего пункта. Они с Баркли его сами сочинили и лишний раз напоминать ему об этом нет никакой необходимости.

— Жалеем как можем, — прошипел гендиректор. И сразу злой смешок. — Правда, можем не всегда и получается не очень.

Хохотнул в ответ.

— Насрать на остальных. Дредноут мне сильно не испорти.

— Дредноут? Какой дредноут? Не видел никакого дредноута…

— Раал… а на хрена ж тогда… — просипел я через фейспалм.

— Да не бойся ты. Всё нормально с твоим дредноутом. Будет. Недельку на наших верфях отстоит и, дай Кила, даже стрелять сможет. Непонятно, правда, куда…

— За мой счёт себе настроение поднимаешь, морда кварианская?! — моему праведному гневу не было предела. — А ну как без горяченьких новостей оставлю!

— М… свежие сплетни, которых я не знаю… — кварианец нарочито задумался, даже подпёр ладонью подбородок. — Дай подумать… Ты-таки переспал с Тиерой?

— И ты туда же… — руку от забрала шлема убирать резко расхотелось.

— Что поделать? В последнее время так мало хороших новостей, а я, если ты не забыл, живу с самой главной сплетницей «Нового Горизонта», — ехидства в голосе было столько, что будь я рядом, непремерно воткнул бы лимон в ничем не защищённый рот кварика.

— Так ты же их слушать не хочешь, а между тем, самое вкусное я приберёг, чтобы сообщить лично, — мерзко ухмыляюсь. — Может, приберечь её до следующего сеанса связи?

— О… шантаж пошёл! Как же это банально, Лео! Давай, выкладывай, — сдался кварик.

И я, закрепившись поудобнее на страховках, поведал своему другу историю, над которой ржал весь день, потому как ночью встречался с турианцем, который мне её и поведал.

В общем так: спустя три недели не то чтобы совсем бесполезного, но наносящего предельный минимум вреда штурма Файи, батарианский флот во время следующего сеанса связи будет отозван обратно в родные системы в связи с… участившимися случаями пиратства на территории самой Гегемонии!

Иронично, да?

И ведь ни разу не шутки. А получилось как?

Когда император оголил мягкое филе своей Империи, в Терминусе этому значения не придали. Может, даже и не знали до сих пор, не так много времени для этого прошло, но об этом пронюхали в Тессианской Республике. И… этого оказалось достаточно. Среди милых, улыбчивых и трижды миролюбивых азари нашлась-таки пара десятков состоятельных особ с долгой памятью и опытом «гостевания» в гаремах Кхар-Шанской знати. Но это было давно, с тех пор эти самые азари повзрослели, заматерели, обзавелись капиталом, чинами, покровителями, а кто-то даже и последовательницами… и вот, на иллиумском аналоге доски объявлений запестрили объявления следующего содержания:

«Куплю батарианского дворянина. Дорого».

Или вот: «Вот уже тридцать лет мечтаю повторно встретиться с (имя) или кем-то из его ублюдков, дабы предаться воспоминаниям. На крайний случай сгодится любой другой высокородный урод, у которого есть гарем. Труды разумных, решившихся помочь в осуществлении встречи, будут достойно вознаграждены».

Это я перевожу на нормальный язык. В оригинальных текстах всё витиевато и красиво, будто на светский раут зовут.

Наёмники всех мастей отреагировали незамедлительно. Им-то какая разница кого кому тащить? Азари батарианцу или батарианца к азари? Лишь бы платили. Тем не менее, уже поступала информация о похищении некоторых влиятельных сынов гегемонии отрядами, активно применявшими биотику.

Я заранее снизил громкость звука в своём наушнике и развернул окно диалога, дабы вид на его кабинет у меня был не хуже, чем у Шепа во время его нечастых бесед с Призраком. Вот только Раал не испытывал такой тяги к театральщине, поэтому свой проектор и КМК разместил не где-то в углу, а прямо на столе и был он значительно меньше. И всё равно от громогласного хохота мне заложило уши. Ну что ж, минут пять у меня есть. Полезли дальше. Тем более, что чуть-чуть осталось.

Хех, семь и тридцать две. Мне казалось, что Раал справится с собой быстрее.

— О… Кила! Давно я так не хохотал! И ведь подумать только! Азари пиратствуют у батаров! А почему я до этого не додумался?! Надо было сразу спустить на Кхар-Шан «Мёртвый Легион», они бы там такого шороху бы навели… Эх, — его плечи всё ещё вздрагивали от смешинок, но трёхпалые ладони уже били чечётку по виртуальной клавиатуре. И с каждым касанием сенсора он становился серьёзнее, уже переключившись на решение новой задачи. — Порадовал ты меня. Это всё? А то у меня срочно появились кое-какие дела. Нужно организовать нашим гостям ветер в спину для ускорения.

О! Нужная решёточка!

— Да, Раал, по поводу этого. Я ещё кое-что задумал. Опасное для моей хрупкой психики.

— Опять? — ага, морда кварианская! Фейспалм без шлема — это бывает больно!

— Ага. И я, собсно, поэтому и связался с тобой. В случае чего меня не спасайте. Если не выберусь сам — дальше действуйте, как и планировали.

— Кила, ты долбаный б’оштет! Лео! Ну что ты там опять затеял?!

— Нечто очень важное для меня и не имеющее никакого значения для вас, — хмыкнул я. — Можно сказать, личное дело.

— Лео… — в голосе кварианца осталась только усталость.

— Раал, безмозглый овощ вам не нужен. Всё что вам надо я уже рассказал и в принципе себя как агент изжил. Прямо хоть иди и на «Нормандию» вербуйся.

— Я ведь не успею ничего сделать, да?

— Именно. Я уже на месте. Наша звёздочка, разумеется, не в курсе. И да, раз тебе так неймётся, я с ней переспал.

Шутка не прошла и обстановку не разрядила. Раал сидел с каменным лицом и буравил взглядом мою голограмму.

— Делай что хочешь, я устал за тебя бояться, — выдал наконец он.

— Это в любом случае в последний раз, — виновато сказал я. — Если можно, потом я хотел бы прилететь на Файю и заняться чем-нибудь действительно полезным.

— Буду ждать. Раал’Тар, конец связи.

Да… долго же я буду перед ним извиняться, если всё пройдёт лучше, чем я задумал.

Скрученная решётка с мягким шелестом опускается на пол лаборатории доктора Брайсона. Ночь. Темно. Поблизости только пара охранников да мёртвые датчики сигнализации. Леплю кронштейн на присоску и на верёвке начинаю свой спуск за спину первому. Тихо. Плавно. Хвать! Не успевший даже пикнуть человек в форме засыпает в моих крепких дружеских объятьях. Второй на очереди, но у меня для него немного другое меню.

— Дёрнешься и всё закончится очень плохо. — прошептал я прямо ему в ухо. — если понял, медленно моргни?

— Умный мальчик. Сразу проясним вопрос. Я ничего не собираюсь воровать, рушить или оставлять, понял?

Человек снова ненадолго зажмурился.

— И уж тем более я не хочу никого убивать. Так что будь паинькой и будешь вспоминать нашу встречу исключительно как страшный сон. Ну а в доказательство своих намерений я прямо сейчас дам тебе двадцать тысяч кредитов.

В полумраке ночи с тихим писком блеснуло два омнитула.

— А теперь скажи мне, где чёрная сфера, которую изучает доктор? Мне нужно на неё посмотреть.

Рука плавно отлипает от лица охранника.

— В-в с-с-ейфе в с-стене. Но он з-закрыт и я не знаю паролей.

— Это не важно. Просто покажи где.

Человек несмело ткнул пальцем в гладкую поверхность стены, в которой никак нельзя было заподозрить тайник.

— Молодец, а теперь пожуй вот это.

С этими словами я впихнул в рот парня кляп и сковал его омни-наручниками по рукам и ногам.

Тайник поддался минут через десять. За ним была ещё одна лаборатория поменьше, но здесь разместился тот самый терминал, на котором производила расчёты СУЗИ, и остеклённый шкаф со сферой, которая валялась в нём просто как экспонат. Замечательно. Теперь.

Открываю шкаф, подтаскиваю к нему охранника и освобождаю его от кляпа.

— Постой тут немного.

Снимаю перчатку и касаюсь рукой гладкой поверхности шара.

— Я знаю кто вы, я знаю где вы, но это меня не интересует, — шар стал чуть теплее и появилось ощущение, что в его глубине что-то зашевелилось. Вдруг стало очень холодно и страшно. — У меня всего один вопрос, на который я хочу получить ответ.

Давящее ощущение усилилось, охранник резко и неестественно дёрнулся, моргнул и посмотрел на меня совершенно чёрными глазами.

— Мы внемлем…

Глава 69 О том, что добрым словом и правильным расчётом можно добиться куда больше...

Ночные улицы Иллиума были мрачны и прекрасны. Густые сиренево-коричневые сумерки нижних кварталов аркологии состояли из почти прозрачного тумана, и света неоновых вывесок всякого рода казино, клубов, магазинов и питейных заведений, работающих в режиме нон стоп.

Было в этой планете нечто завораживающее. Не скажу, что мне здесь совсем уж нравилось, но и бывать здесь я тоже был не против. В конце концов, «Иллиум — великолепная планета, до тех пор, пока ты ничего не подписал». Красиво, нуарно, и в то же время высокотехнологично.

Прогулка по таким вот подворотням — лучшее, что можно придумать чтобы развеяться. Особенно сегодня.

Вообще, я уже неделю торчал на этом островке цивилизации в диком болоте Терминуса и никому не назвал причин своего простоя. Да в принципе никто и не спрашивал. Раал всё ещё дулся на меня за то, что я сунулся к Левиафанам, Тиера погрязла в интригах и судах на почве Исмарского инцидента, от Баркли по прежнему ни слуху ни духу, так что я был предоставлен сам себе и лишний раз старался не отсвечивать. Разве что ребят Вакариана, приставленных к Лиаре загонял вусмерть. Ну и ещё агентов из сети наблюдения, что «Чёрный Ветер» раскинул вокруг нашей массажистки Лантеи и её «Мягких Пальчиков».

Но обо всём по порядку.

На поставленный мной вопрос древние твари всё-таки ответили. Сами ничего не спрашивали, да и было бы удивительно, если бы попытались. Им по статусу не положено, они всех пережили и всё по многу раз видели. Вот только давящее ощущение холода, влажности и давления под конец разговора усилились настолько, что я почти поверил, что на меня действительно давит столб воды в три километра. Но я ещё легко отделался. Охранник, через которого велась беседа, умер. Рискну предположить, что от того, что ему вскипятили мозги, а перед этим он, пытаясь вырваться из омнипут, переломал себе все руки и ноги. Жуть. Тем страшнее было слышать его ровный и спокойный голос, пусть деформированный и под влиянием тварей. Крови натекло — жуть! А главное, эти чёрные буркала смотрели на меня до тех пор, пока их не тронула смертная поволока.

Стоило ли оно того? Если спросить меня, то я отвечу — безусловно да. Но, это только для меня и спокойствия моих нервов. На глобальные планы наша маленькая беседа не повлияет никак. Один чёрт, люди Хакета уже два года безрезультатно лопатят марсианские архивы.

Под ребро прилетел весьма болезненный тычок, вырвавший меня из пучины тягостных раздумий.

— Ауч!

— Не зевай! — фыркнула в кулачок Лантея. Традиционно на Иллиуме меня сопровождала она, и сейчас мы на пару исследовали местные клубы.

Да, что-то как-то невежливо. Сам позвал даму и сам же её не развлекаю. В её глазах это выглядит особенно странно, тем более, что над именно этой прогулкой я колдовал так долго, что азари всерьёз думает, что я выжидал нужное положение небесных тел, как какой-нибудь астролог. Она ради этого даже запланированный сеанс у какой-то важной шишки перенесла.

А насчёт астролога, хм, отчасти так оно и было. Игра с событиями действительно до самого последнего действия напоминает прогнозирование судьбы по звёздам. Разве что вместо небесных тел брать за ориентиры приходится тела земные и иногда даже разумные.

Хорошо, что ресурсов для исполнения задуманного было достаточно. Лантея представила меня агентуре и свела со стрелками. Это были два тёртых жизнью турианца, которые больше всего на свете теперь ненавидели азари. Серьёзно. Они уже несколько месяцев следили за Лиарой Т’Сони, с её позволения, разумеется, и успели завалить наёмников, пришедших по её душу, с маленькое кладбище. Не без непосредственного участия самой опекаемой, разумеется.

Так что известие о том, что отпуск скоро, они восприняли, мягко говоря, позитивно. Потом на очереди была агентура, которую у меня порадовать было нечем кроме двух десятков срочных поручений.

Всех подготовил, воодушевляющее слово сказал и только настроился ждать результата, попутно превратив свою комнату в натуральное паучье гнездо с паутинками, тянущимися от булавок событий к булавкам ожидаемых исходов, как началось. С причала Нос Астра мне, как старая подруга, по открытой связи позвонила Касуми Гото.

— Привет, Робин Гуд. Мы приехали, — мурлыкнула она в омнитул, — ты рад?

И понеслось.

Отныне наушник в моём ухе не замолкал даже ночью, а я вместо сна перешёл на стимуляторы. Жесть, конечно, но, думаю, на недельку такого образа жизни моего здоровья хватит. Ха-ха, будет резко не смешно, если они провозятся со всеми побочками дольше. Тогда я на всё забью, высплюсь, а потом куплю цветы для дамы, вискарь для кавалера и пойду знакомиться лично. Хотя… Это я на полном серьёзе заготовил заранее. И поместил всё на стелс-челнок (я честно не представляю, за каким лешим полноценная диверсионная машина потребовалась массажистке, но она у неё была и сдаётся мне, что не в единственном экземпляре).

В общем, так мы и прогуливались под руку, разрезая толпу: я, погружённый в мысли под приятный щебет своей спутницы, иногда рассеянно кивал и поддакивал, и Лантея, слушавшая мои байки из шпионской жизни, приправленные кое-какими солёными подробностями. А невидимый кадьяк со скоростью улитки полз в десятке метров позади нас на небольшой высоте.

— Что-то народу меньше стало, — наконец приметила странность моя спутница, — а… почему в этом небоскрёбе горит только дежурное освещение?

Вот тут Лантея всё правильно сказала, небольшая площадка перед стоящим у нас прямо по курсу зданием была почти пуста. Более того, она была оцеплена службой безопасности, а внутри оцепления аккурат по центру стояло и светило на всю округу открытым салоном аэротакси. Сам же небоскрёб на фоне остальных без иллюминации выглядел мёртвым.

— Представляешь, кто-то два часа назад позвонил в службу безопасности этого прекрасного здания и сообщил, что где-то на нижних этажах заложена бомба, вот они всех эвакуировали, а сами ищут, — безразлично ответил я. — Давай отойдём немножечко в сторону, а то после всего, через что я прошёл, быть погребённым под булыжниками будет просто обидно.

— К-а-какими булыжниками?

— От взрыва.

— Како…

БАБАМ!!! — донеслось откуда-то сверху. Ох ты ж ё! Чесслово, ТАКОГО тайминга я не планировал!

Как же звуковая волна от стен-то хорошо отражается!!! Я быстренько прикрыл собой свою оглушённую спутницу от возможных мелких осколков и потащил её в сторону, куда уже приземлялся челнок. В голове шумело. Скорее всего, я тоже не остался без контузии, но это была ожидаемая жертва.

В наушнике сразу пошёл речитатив снайперов, наблюдающих за зданием.

— Объект «Т» в поле зрения. Веду её.

— Веду объект «Л».

— На пятнадцатом выстрелы. Деталей различить не могу.

— Наблюдаю воздушный транспорт. Две единицы, высаживаются неопознанные бойцы. Лёгкое стрелковое, гранатомёты.

Тем временем я уже затолкал массажистку в десантный бокс и оставил её в распоряжении медика. Сам же, не прекращая слушать эфир, стал торопливо напяливать тактическую броню.

— Движутся на восток.

— Подтверждаю.

— Объект «Т» убегает. Вижу транспорт. Идёт на посадку на восточном балконе.

Уф! Успел. Даю пилоту команду двигаться в том же направлении, а сам принялся взламывать полётный ВИ, благо это не личный транспорт СПЕКТРа, а такое же аэротакси. Внушить простенькому полётному компьютеру, что на площадке пожар и посадка там невозможна — даже не задача для моих программ. Спустя пару минут машина приземляется там, где нужно мне, у стены, которую я пометил, как ближайшую. Наш шаттл зависает в воздухе неподалёку, я активирую маскировку и выпрыгиваю, не дожидаясь отмашки пилота. Всё, жду.

Дискотека наверху уже подходит к концу. Наблюдатели сообщают, что наёмники у СПЕКТРа довольно быстро кончаются, а сама она «немножечко» в панике ищет пути отступления разумнее, чем прыжок с пятнадцатого этажа. Взрывы стихают, эхо от выстрелов уже не слышно. Облокачиваюсь на припаркованное такси и с любопытством гляжу вверх в ожидании падающей звезды. И она себя ждать не заставила.

Чёрт! А это даже красиво, когда объятая синим сиянием женская фигура плавно и в то же время быстро опускается прямо к тебе. Завораживает, одно слово — валькирия!

Азари коснулась земли в классическом «супергеройском приземлении», встала на ноги и устало опёрлась ладонями о бёдра, у неё было несколько секунд перевести дыхание. Да, тяжело им управлять своей массой, однако. Вот валун в две тонны такая поднимет не напрягаясь, а себя облегчить — это целое искусство. К тому же, она и до этого с зондеркомандой Шепарда неплохо повоевала, так что да, ей сейчас ой как не просто.

Ну да ладно, моё время тоже не резиновое. Вот моя цель делает быстрый шаг в сторону и…

Плюс двести процентов урона при выходе из инвиза!! Последнее, что видит продажный СПЕКТР — это мой локоть со всего размаху въезжающий ей в лицо. К.О! как писалось когда-то в консольных файтингах.

Хватаю её под мышки и волоку в свой челнок. Без всякого пиетета кидаю в дальний угол, вместо неё хватаю заранее заготовленную телегу и бегу с ней в сторону так и не использованного аэротакси.

— Всё, валим. — Я устало плюхнулся на свободное кресло, пристегнул ремень безопасности и вытянул ноги.

— А я думала, что эта телега для нас! — обвиняющим тоном напомнила о своём существовании массажистка.

— Увы и ах, — развожу руками и делаю виноватое лицо. — Кстати, познакомься. Леди, что сейчас заливает кровью пол этого чудесного транспортного средства не кто иная, как Тела Вазир, СПЕКТР Совета, комсомолка, спортсменка и просто отчаянная баба.

— Я знаю, кто она! У неё назначен полный комплекс на завтрашний вечер. — фыркнула Лантея, но затем подумала и добавила. — Был.

— Почему был? Сходит. Может даже подобреет маленько. Я ж для того всё это и затеял, чтобы ей жизнь спасти. Ну и ребятам в небоскрёбе.

— М-м-м… Ясненько, а тележка зачем нужна была?

— А… Так, небольшая шалость. В прошлой жизни я был лиарофаном.

***

Спустя пару минут, то же место, другие люди.

Шепард, исполненный скепсиса, наконец перестал сканировать ресторанную этажерку, нагло стоящую там, куда каких-то три минуты назад приземлилась Вазир. И уйти далеко в таком состоянии, да ещё и пешком, азари, будь она хоть трижды СПЕКТР — просто не могла. По крайней мере, в этом была уверена Лиара, а уж кому как не ей знать, на что способны представительницы её расы. Тем не менее, Вазир как сквозь землю провалилась.

— Здесь кровь. — отрешённо заметила Лиара.

— Видел. Похоже, внизу её ждал кто-то третий. На столике ни взрывчатки, ни химии, ни отпечатков пальцев. — отозвался коммандер.

Из сумрака рядом с предметом, которого здесь быть не должно материализовалась Касуми.

— У этого «кого-то» немаленькие возможности. Красные розы, да как пахнут! О! А тут записочка.

— Касуми, это может быть ловушка. — предостерёг её Гаррус. — И вообще, ты здесь откуда?

— За вами шла. Скучно на корабле, — пожала плечами воровка.

— Молодец. А теперь, иди обратно на корабль. Скоро отбываем.

— Ай-ай, сэр! — шутливо козырнула японка и вновь растворилась в воздухе.

Глядя на такое проявление дисциплины, Шепард лишь вздохнул и возвёл очи горе. Лиара же тем временем осторожно достала из букета открытку и, развернув её прочитала вслух.

— «Приношу свои извинения за столь жестоко прерванную погоню, однако, предположу, что вас сейчас должны интересовать совершенно другие гонки. Госпожу СПЕКТРа, мы возьмём на себя. Так что в ближайшие дни вам о ней беспокоиться не придётся. Всего хорошего.

P.S. Цветы даме, виски — кавалеру». Подпись: Ваш преданный фанат. Не Конрад Вернер.

***

Тела Вазир очнулась внезапно и сразу рванулась встать на ноги, но оказалось, что это невозможно по причине надёжной фиксации.

— Я бы пожелал вам доброго утра, — услышала она насмешливый человеческий голос. — Вот только сейчас середина дня, а у вас проблемы, так что воздержусь.

— Ты не представляешь, с кем связался. — сглотнув липкую слюну, прошипела СПЕКТР.

Азари попыталась прибегнуть к биотике, чтобы освободиться, но в её шею сразу вонзилась игла электрического разряда. И только после этого она ощутила, что её шею мягко огибает батарианский рабский ошейник. Сама же она была зафиксирована в висячем положении в какой-то типовой квартире верхних кварталов Нос Астра. Рыжий свет проникал в помещение ей со спины, так что говорившего человека она видела очень отчётливо.

Высокий, бледный, хорошо сложенный блондин, в обычной для людей гражданской одежде, волосы заплетены в конский хвост. Не вооружен, но вполне уверен в себе. Она его определённо где-то видела.

— В самом деле? Вы — Тела Вазир, СПЕКТР совета на побегушках Серого Посредника. Всё верно?

— Чего тебе нужно?

— Всего лишь донести до вас кое-какую информацию. Потом я уйду, а ещё через два часа замки на ваших путах откроются, и вы сможете покинуть эту прекрасную квартиру.

— Говори.

— Разрешаете, да? — человек мерзко фыркнул. — Ну что ж, новость первая. Лиара Т’Сони покинула Иллиум на борту «Нормандии», так что ваша миссия официально провалена, и я бы посоветовал вам придумать хорошее оправдание перед Серым Посредником. Хотя, есть в этом для вас и положительный момент: оправдываться живой куда лучше, чем молчать и разлагаться мёртвой. Верно? Потому что вероятность того, что вы не справились бы с Шепардом, была крайне высока.

— А тебе-то что?

— Ничего. Мой интерес в этом деле был только в том, чтобы спасти вашу жизнь от столь печальной участи. И да, я допускаю последующие попытки мести мне с вашей стороны.

Вазир, услышав это, только хрипло рассмеялась, мысленно представляя себе, как она выкидывает этого человека в вакуум.

— И чем же вызвана такая невиданная доброта?

— О, тут всё просто, госпожа СПЕКТР. — человек вернул ей смешок. — Всё дело в том, что вы — сука, холодная, расчетливая, беспринципная, и для достижения результата вы готовы пойти на несоизмеримые жертвы. Настоящий СПЕКТР. К сожалению, где-то через полгода вашей расе и всей галактике очень-очень потребуются именно эти ваши… достоинства. Так что мой вам совет, свяжитесь с Серым Посредником где-то через недельку, соврите, что были серьёзно ранены, покайтесь в том, что не смогли выполнить приказ по совершенно независящим от вас причинам, а до тех пор не высовывайтесь, и будет вам счастье.

— Ты несёшь бред. Серый Посредник не прощает ошибок.

— Это старый не прощал, а новый вполне может, а мы, в свою очередь, попросим его быть с вами не таким строгим. В качестве компенсации за сломанный нос и прочие неудобства. — Человек призадумался и сделал пару шагов в сторону выхода. — На этом у меня всё. Так что я, пожалуй, пойду, а вы подумайте. У вас, Тела, будет для этого целых два часа.

Глава 70 О родственниках, напарниках и партнёрах.

По корабельному времени второй «Нормандии» была глубокая ночь. Все, кроме вахты в БИЦ и Инженерном отсеке давно спали. Лишь в кают-компании за столом в полутьме сидела одинокая женская фигура.

Компанию ей составлял планшет и прозрачная стеклянная бутылка, содержимое которой неумолимо заканчивалось.

Но вот, дверь жилого сектора открылась и в кают-компании появилось новое действующее лицо. Человек, мужчина.

Поначалу он не заметил постороннего присутствия и продолжил свой маршрут, но не пройдя и полдороги замер, будто почувствовав на спине взгляд, либо услышав стук неудачно поставленного на стол бокала. Мужчина оглянулся и, заметив постороннее присутствие направился к столику. Сидевшую в полной тишине женщину он узнал не сразу, но не выказал никаких эмоций, поняв кто перед ним.

— Старший помощник Лоусон, — в голосе полуночного скитальца всё же промелькнули нотки удивления. — Не ожидал увидеть вас здесь, да ещё и в компании бутылки.

— Коммандер Аленко, — посмотрела на него неожиданная нарушительница распорядка. — Мне просто неожиданно стало тесно в собственной каюте. А вы здесь какими судьбами? Насколько я знаю, мужская уборная не в этой части корабля.

На самом деле, вопрос «Какими судьбами?» имел более глубокий смысл, и относился он не только к Кайдену, но и другому добровольцу — Дженкинсу. Но с лейтенантом всё было более-менее понятно (насколько понятно могло быть с людьми, окружающими Шепарда), там было много всего, начиная с необоснованного чувства вины. Парень отчего-то винит себя в исчезновении Шепарда. Или не может простить себе того, что ушёл с первой «Нормандии» сам. И сейчас, ведомый им, «комплексом героя», и так и не вышибленным из него до конца мальчишеским максимализмом бросился за своим лидером по первому зову. Мальчишки есть мальчишки.

Тогда как с Аленко было всё куда интереснее.

Молчаливый, замкнутый, местами даже нудный, всегда себе на уме. Он казался даже слишком спокойным, но это была лишь маска, которую офицер держал с мастерством профессионального актёра и снимал лишь перед действительно близкими людьми. На Иден-Прайм он оказался совершенно случайно. Отпросился в отпуск, поздравить друга с присвоением лейтенантского звания, а заодно и поправить здоровье в одном из санаториев курортной планеты. Ну а дальше всё сделал Ричард, устроив ему «сюрприз столетия», который, надо сказать, удался на все сто процентов.

Если вкратце, то при встрече произошёл небольшой скандал (слетела та самая маска), закончившийся тем, что зануда, каких свет не видывал решил лично убедиться в том, что Шепард не наломает дров, а тот этому заявлению только обрадовался.

— У меня закончились таблетки. — В доказательство своих слов Кайден достал из нарукавного кармана блистер и потряс им в воздухе. — Думал, доктор Чаквас найдёт в своём хозяйстве что-нибудь от головной боли.

— Не сомневаюсь, — произнесла Миранда, блеснув глазами в рыжем свете планшета.

— А у вас какой-то повод? — полюбопытствовал биотик, подсаживаясь к ней за стол.

— Полтора часа назад закончилась моя вахта, — изобразила улыбку Лоусон. Из-за отсутствия практики получилось кривовато.

— Конечно не моё дело, но не думаю, что это достаточный повод нарушать корабельный распорядок подобным образом, — педантично заметил парень. Затем вытянул руку в сторону кухни и, спустя пару секунд поймал охваченный синим сиянием стакан, такой же как и у его собеседницы, только пустой.

— Собираетесь пить с цербершей? — удивлённо выгнула бровь Миранда.

— Вы при мне ещё не творили ничего такого, за что я мог бы презирать лично вас, — пожал плечами Кайден. — Тем более, Шепард по большому секрету сказал, что вы гораздо лучше, чем даже сами о себе думаете, а он редко ошибается в людях. К тому же вы вернули мне друга, а за это стоит выпить.

И они выпили. Миранда привычно, как воду, а вот парень сморщился и закашлялся. В ответ на удивлённый взгляд он пояснил:

— Пить мне можно, но алкоголь не сочетается с обезболивающими, да и долбанный Л-2 быстро подавляет опьянение так что делаю я это крайне редко, ибо бессмысленно.

— В таком случае, может, не стоит?

— Пустяки. Судя по тому, как разыгралась мигрень, в моей крови не осталось ни следа препаратов. — Кайден допил остатки из стакана. В этот раз прошло значительно легче. — Может, всё же расскажете по какому поводу пьём?

— Пожалуй, — Миранда долила себе огненной воды. — Я получила письмо с Иллиума. Мою сестру эвакуируют в Файю, — отстранённо, словно в пустоту произнесла женщина.

— Это хорошо или плохо? — не понял офицер.

— Скорее хорошо, но это значит, что в этой галактике у меня больше не осталось разумных, которым можно доверять.

— Но ведь кто-то же позаботился о ней, пока вас не было рядом?

— Да, но так сложилось, что это сделали не те, с кем я договаривалась, а совершенно посторонние мне разумные, с которыми мне ещё предстоит обсудить плату за их услуги, потому что единственный контакт, который у меня там был оборвался несколько месяцев назад.

— Как она?

— В шоке. У неё на глазах произошла натуральная бойня и погибли приёмные родители. Пришлось самой успокаивать её и уговаривать идти с ребятами из «Чёрного Ветра». — Очередная кривая улыбка. — Самое поганое воссоединение сестёр, какое только можно себе представить.

Услышав такие подробности, коммандер ни слова не говоря налил себе полстакана и осушил его одним махом, поморщился и тихо поставил стакан на стол, но ничего так и не сказал, да и не нужно было. Так они и просидели ещё пару минут.

— Верьте Шепарду. — наконец выдал умную мысль внезапно захмелевший Кайден. — За все годы, что я знаю, он ещё никого не бросил. Вообще.

— Сомнительная перспектива. Верить капитану, корабль которого вот-вот убьётся об Омегу-четыре.

— В таком случае, я вообще не понимаю вашу депрессию. Вы же тоже на этом корабле.

В полумраке ночной кают компании тихо и печально смеялись два человека.

***

От того, что я видел в игре, Мигрирующий Флот отличался мало даже при всех затраченных Раалом на это усилиях. Как бы его поточнее описать? Ну… очень похоже на Шелби Мустанг тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года в идеальном состоянии, но со всеми родными деталями. То есть с виду смотрится очень винтажно и у рачительного хозяина проживёт ещё неопределённый период времени, но требующий постоянной заботы. И не дай бог забыл поменять масло вовремя!

Вот так вот они и летают от звезды к звезде. Я здесь всего неделю, а уже был свидетелем двух не учебных тревог. И э… хорошо, что я, как и все местные, сплю не снимая скафандра…

Ну не важно. Прибыл я сюда как полноправный представитель «Нового Горизонта» с целью проведения опроса среди экипажей кораблей, вставших в очередь на ремонт с целью понять, какое оборудование подлежит закупке в первую очередь. Ведь даже несмотря на кризис, спровоцированный войной в Исмаре корпорация не прекратила свою работу по ремонту кораблей звёздных кочевников. Просто временно перенесла его на верфи Новерии в которых производственных мощностей было на порядок меньше.

Забавный факт. За всё время моего пребывания тут, как собственно и за всё время конфликта, «Новому Горизонту» не поступило ни одного предложения помощи. Вообще. Зато программу «Безопасное Паломничество» свернули практически сразу. Не то чтобы это сильно на что-то там влияло, но осадочек неприятный оставило.

Да… Разбаловал их товарищ гендиректор, а указать ему на этот прискорбный факт, так он мигом вспомнит, что в корпорации над ним вроде как должен быть президент и эта должность даже в уставе прописана и кое за кем закреплена. Вот тогда я охренею, а мне пока рано, так что сидим, молчим в тряпочку и смотрим на всё это кумовство сквозь пальцы.

Ну да фиг с ним! Я сюда не за этим прилетел, а приз вручать, ага, фанатский, который «Самая Сочная Попка массыфекта», да заодно попытаться отговорить её на Хестром лететь. И попытаюсь я это всё проделать, как только разберусь уже с этой колымагой и переберусь-таки на Ниму. Ох и утомил же меня этот корабль.

Ну а пока я делаю вид, что работаю, мой верный помощник (кстати, на всякий случай было решено сохранить моё инкогнито, а то ну как дышать забудет при виде живого Пророка) Гарек’Ниит, имея большую свободу перемещения по флоту (кварианец жеж), должен вовсю корефаниться с на всю голову отчаянным парнем Каэл’Ригаром. Кстати, пора бы узнать, как у него дела.

А дела у него шли неважно и всему виной было то что он кварианец из «Нового Горизонта». Это, конечно, получше, чем «не кварианец», но имело свои минусы.

А всё дело в том, что каждый кварик, проходящий паломничество или же, как Гарек, связанный с корпорацией контрактом проходит обязательный медикаментозный курс, тем самым, как бы повышая свои шансы на выживание в случае каких-либо нарушений стерильности или аварий. «Новый Горизонт» так как бы защищает свои вложения и жизни сотрудников. Плюс ко всему обязательное ФИЗО и хорошее питание. В результате чего вернувшиеся во флот вдруг обнаруживают, что они стали на несколько сантиметров выше и на порядок массивнее сородичей. Прибавить к этому солидный стаж работы по специальности, вместо отчаянных попыток выжить в обычном паломничестве, хорошую экипировку и прочие блага, заработанные честно, но без особого риска для жизни. Всё это вылилось в откровенное и иррациональное презрение тех, кто «видел жизнь», но кому повезло куда меньше.

В целом, во всём флоте, особенно на уже отремонтированных кораблях, к вернувшимся относились нормально, но в некоторых ситуациях доходило до смешного. Что, в прочем, и ожидалось от кварианцев адмирала Зоры, вокруг которого противников «Нового Горизонта» и его «подачек» собралось особенно много.

Все эти «новые вводные» я просматривал сквозь фейспалм, ибо кварианский патриотизм одолел меня ещё по рассказам офигевающих не меньше моего Тара и Ниита. К счастью, по прибытии во флот с ярыми приступами ксенофобии я не столкнулся. Возможно, этому поспособствовали объявления капитанов, или слух о том, что скорость, качество будущего ремонта, а также номер в очереди зависели именно от того, что я напишу в своём докладе. Собственно, эта должность и появилась благодаря тому, что в какой-то момент в Исмар стали приходить не дышащие на ладан и действительно нуждающиеся в капиталке корабли, коих было в достатке, а вполне себе терпящие суда, но с куда более наглыми обитателями.

Ох, ладно. Шут с ними, пусть Раал их жизни учит. Моё дело — первый десяток в очереди выстроить, а дальше уже специально обученный разумный для этой цели прилетит и меня сменит. Когда Исмар откроют, м-м-да. Скорее бы уже эта эпопея закончилась.

Гарек’Ниит выцепил меня, когда я уже закончил отчёт о техсостоянии тринадцатого судна.

Вообще этот кварианец был не рад своему возвращению на флот чуть ли не сильнее, чем я прилёту сюда. По нему довольно значительно ударил общий раскол мнений во флоте, в частности, двоим особо горластым он уже пообещал забрала порасшибать.

— В Гегемонию хочу, — простонал кварик, рухнув на лежак в своей каюте. — Там скоро ТАК весело будет!

— Да? — Скептически осведомился я со своего кресла.

— Ага. Лёня, просто представь, как мы с тобой врываемся освобождать в гарем какого-нибудь батарианского лорда! А там та-а-а-кие благодарные азари!

— Хм, если так ставить вопрос… — я сделал вид, что задумался. — А что там с неблагодарными кварианцами?

— Да тухло всё, — весь мечтательный настрой из скафандра вылетел вместе с тяжким вздохом. — они на меня всей группой смотрят, будто на гета, ну, кроме Тали, только она молчит, как переборка. Ригар вообще рычит диким зверем. Ладно хоть за тазер не хватается. В общем, никому ничего от «Нового Горизонта» не надо ни стволов, ни программ, ни аптечек, у них всё своё, всё лучшее и вообще, денег у них нет и всё нормировано!

— Ты с них денег стрясти пытался?! — ужаснулся я.

— Да то-то и оно, что даже и не заикнулся! Просто я же у них «продажная шкура», что променял благо Флотилии на чужие кредиты. — голос Ниита всё же дрогнул. — И это обидно. Знали бы они, сколько из зарплаты я отдаю на ремонт этих лоханок! Хотя, стоп! Они же знают! Но кому какое дело?...

— Да… национализм третьей степени. Что делать с Хестромом будем?

— Пока не знаю. — отмахнулся Ниит. — Зора так засрал им мозги, что я совсем не вижу подступов.

— А через Шалу’Раан? — я поёрзал в кресле, чувствуя, как полярный лис мягко обвивает пушистым хвостом мою шею.

— Поговорю, но мне кажется, надо давить именно на Тали. В своём странствии с Шепардом она не брезговала лекарствами «Горизонта», а воскрешение Шепарда её встряхнуло.

— Серьёзно?

— О, да. Видел бы ты, как она вздрогнула, когда я её окликнул! — кварианец против воли хохотнул. — Наша встреча на Новерии два года назад произвела на неё неизгладимое впечатление.

— Я читал твои рапорты.

— Ну раз так, что делать-то будем?

— Давай оставим адмирала Раан на крайний случай. Неохота ссорить её с последним разумным в её кругу общения. Лучше сам с ней поговорю.

***

Спустя какое-то время.

Сидя за пилотским пультом мы хмуро наблюдали, как загружаются системы корабля. Тот самый корвет «Хама», который я ещё чёрт-те когда подарил Раалу на свои первые заработанные не совсем честным путём миллионы. С тех пор кораблик модернизировался ещё трижды и сейчас представлял из себя вполне зубастого курьера с тремя каютами и объёмистым грузовым отсеком.

— «…Оставим адмирала Раан на крайний случай. Неохота ссорить её с последним разумным»… — мерзко передразнил меня сидящий на соседнем кресле Ниит.

— Ой, заткнись, а? Я-то с ней хоть до чего-то договорился, — устало возразил я, хотя на тот свет мне до сих пор отчаянно не хотелось. — Лучше предстартовую проведи.

— Да-да, — фыркнул в ответ кварианец. — А ты пойди в арсенал, оружие подготовь. В записях Пророка говорится, что нам потребуется ОЧЕНЬ много оружия, а координаты я и без тебя уж как-нибудь приму, парламентёр хренов…

— Это не я парламентёр, это вы самоубийцы по жизни, — моему возмущению не было предела. И уже про себя сквозь зубы добавил. — Недаром вас так мало осталось.

Это заявление Гарек предпочёл оставить без ответа, надувшись, как мышь на крупу.

— Получаю координаты, — прервал обиженную молчанку Ниит. Обида-обидой, а важную информацию напарнику сообщить надо. — Следующая остановка — планета Хестром.

Глава 71 О последующих шагах и всеобщих офигениях.

Хестром, база экспедиции кварианцев.

Как следует позагорать на ясном солнышке Хестрома нам не дали. Буквально тем же вечером, как только мы успели выпустить в атмосферу аэростат с метеостанцией (это не для погоды, просто уж больно возмущения в атмосфере от вхождения в неё больших инородных тел типа «судно вражеское» видит хорошо), таки нас сразу и повели под ясные (прямо-таки сияют из под затемнённого сиреневого забрала) очи командира экспедиции.

В здании, которое было приспособлено как аналитический центр нас встретил целый почётный караул, состоящий из всей охраны экспедиции, уместившейся вдоль стен помещения и наставившей на нас всё имеющееся в наличии оружие. Командовал парадом Каэл’Ригар. И лично я против этого упёртого куска консервированного суицидника ничего не имею и даже уважаю его стремление слечь за других, но… достал, вот правда. Впрочем, Самое Главное Начальство тоже было на месте. Вот она, вместе с Ригаром стоит перед нами, уперев трёхпалые ладони на тригонометрический проектор, располагающийся аккурат перед ней, и выполняющий на данный момент функцию стола директора школы, которому привели отчитать нашкодивших учеников. Пф-ф-ф-ф….

О! Тали’Зора была страшна в гневе! Она не кричала, не ругалась не материлась, вообще за все те три с половиной минуты, что мы с Гареком стоим перед ней боясь шелохнуться, не произнесла ни полслова, но вся её поза выдавала вселенскую скорбь, ярость и разочарование! Никак великой педагогической мудрости у Шепарда в своё время набралась или у Адамса с Пресли. Раэль’Зора здесь давно бы уже всё залил кипятком и желчью.

Смотрю на кварианку, та переводит взгляд с меня на соотечественника, а молчанка тем временем затягивается. Наконец, не дождавшись вопросов от нас, Тали не выдержала.

— Сегодня утром мне пришёл приказ задержать всех сотрудников «Нового Горизонта» и как можно скорее переправить вас на Мигрирующий Флот для суда. — Припечатала Главная Начальница.

Я присвистнул.

— Ого, — вторил мне Гарек. — А, собственно, за что?

Да, точно, она с Ниитом не разговаривает, настолько он её бесит. Вот и в этот раз несчастный не удостоился даже гневного взгляда.

Снова воцарилась пауза..

— А вместе с приказом ещё целый ворох писем от чинов не ниже на этот счёт, среди которых было это.

Тали хмуро с помощью своего уни-инструмента активировала проектор и перекинула на него видеофайл. В воздухе тут же появилась маленькая полупрозрачная Шала’Раан.

— Тали, — в комнате раздался хриплый голос адмирала. — Я знаю о приказе, что отдал тебе отец, касательно представителей «Нового Горизонта», и я ни в коем случае не призываю тебя его нарушить. Просто, прояви благоразумие.

Воздух вновь задрожал от гнетущей тишины. На этот раз она была какая-то недоуменно неловкая. То, что командиру группы приходится на месте интерпретировать приказы старших по званию — это, конечно, нехорошо, но это нормально потому как на месте и видно лучше. Однако то, что командира группы трактовать приказ одного адмирала просит другой адмирал, выглядело как минимум странно.

— Так в чём конкретно нас обвиняют? — я-таки подал голос, хотя мне уже кое-что стало понятно. Опять они с Раалом что-то не поделили.

— Это я у вас хотела спросить, Леонид. — до ответа мне она снизошла, так что всё не так уж плохо. — До тех пор, пока не открыла ещё одно письмо, — глаза под тонированной маской недобро прищурились. — Теперь я хочу знать: какого хрена здесь творится вообще?!

Ой-ёй…

***

Штаб-Квартира «Нового Горизонта» на Файе. Брифинг-зал высшего руководства. Какое-то время до событий описанных выше.

— Ну что ж, решение принято единогласно, возражений нет, в таком случае я объявлю о нём миру прямо сейчас пока ещё что-то не всплыло, — постановил Раал, вставая с кресла. — Меня ТОЧНО никто не хочет отговорить?

Кварианец какое-то время переводил взгляд с одного лица на другое.

— Да иди уже! — загалдели остальные директора, нервничающие ничуть не меньше самого Тара.

— Ну что ж, — ничуть не обиделся посланный, — в таком случае, все мы с вами знаем что делать, набор инструкций есть у каждого, население оповещено и в целом согласно… Кила’се Лай!

И он ушёл в соседнее помещение, где его уже час ждали журналисты настраивая оборудование для прямой трансляции на всё пространство Цитадели.

Кварианец ранее не выступал на телевидении без скафандра. Так что его появление на публике уже безо всяких заявлений было вызовом всему миру в целом и его народу в частности, но привлекать внимание к себе больше положенного он не планировал. Поэтому эта новость на повестке дня шла фоном.

Раал’Тар вас Нидас чинно вышел к трибуне, приобнял Нариссу, благодаря за то, что она не позволила его гостям скучать, положил планшетку перед собой и мимоходом поправил воротник элегантного синего смокинга пошитого по последней турианской моде.

В гробовой тишине он поздоровался со всеми, дождался, когда схлынет шок и заговорил.

— Рад приветствовать ещё раз всех разумных, откликнувшихся на мой зов лично, а также всех тех, кто смотрит моё выступление в данную минуту. Сейчас я говорю с вами не как представитель корпорации, за спиной которого десятки миллионов разумных, а как гражданин пространства Цитадели, — он отдал команду уни-инструменту и тот выдал цифровую карточку с его личными данными, электронный паспорт, — вот мой документ, удостоверяющий то, что я уже три года как гражданин и налогоплательщик. Смею вас заверить, наша компания также зарегистрирована по всем законам, имеет все разрешения, квоты и лицензии и ни разу за всё время своего существования не просрочила положенные взносы и выплаты. К чему я это сказал? Давайте разберёмся, для чего мы с вами платим налоги.

Раал сделал паузу на глоток воды. Из стакана. Который уже чёрт-те сколько стоит так на открытом воздухе. Тысячи кварианцев у экранов передёрнулись от этого зрелища.

— Ну так вот, — невозмутимо продолжил Раал. — Платя налоги в Пространстве Цитадели, в Тессианской Республике, Турианской Иерархии и в любом другом секторе пространства Цитадели, а также за её пределами мы вправе ожидать от своего правительства следующего:

В первую очередь, это наше право на честный труд и, производное из этого, на то, что он будет соответственно оплачен.

Следующим пунктом идёт право на защиту. Право для нас с вами и обязанность для государства. В случае ущемления наших с вами интересов мы, после тщательного и беспристрастного расследования, имеем право обратиться в суд, где можем оспорить те или иные притязания и, в случае нашей правоты, получить достойную компенсацию.

Если же есть угроза непосредственно нашей жизни и свободе, государство, в данном случае Пространство Цитадели, обязуется защищать нас применяя силу армии и службы безопасности.

А теперь внимание: два стандартных месяца назад в пространство подконтрольное «Новому Горизонту» под надуманным предлогом и не предъявив никаких доказательств, вторгся целый флот Батарианской Гегемонии. Я не буду вдаваться в подробности, всё уже рассказано до меня, а если вы не в курсе посмотрите «хроники вторжения» на нашем официальном сайте. Но факт вторжения был, погибли разумные. Погибли сотни граждан Цитадели от рук (опустим неприятные эпитеты, как бы мне не хотелось их произнести) граждан другого государственного образования. К сожалению, не могу назвать это вторжением, так как сама территория «Нового Горизонта» расположена в Аттическом Траверсе, но имел место вооружённый конфликт.

И что мы имеем, как порядочные налогоплательщики? А вот что:

Отбиваться нам пришлось своими силами вплоть до самого убытия из подконтрольных нам систем всего вражеского флота, а вместо того, чтобы помочь нам, Флот Цитадели блокировал ретрансляторы, ведущие к нам, по факту отдав нас на растерзание врагу!

Гендиректор вновь приложился к стакану с водой.

— В довершение ко всему несмотря на все предъявленные доказательства, свидетельства военнопленных и показания экспертов до сих пор не завершилось судебное расследование по делу о клевете, благодаря которой батарианцам и позволили осуществить свой план. Более того, угрозы нет уже три недели, а блокаду сняли только на днях.

Раал оглядел журналистов. Их было около двух сотен с разных телеканалов изо всех крупных вещательных компаний галактики.

— Знаете, когда мы только основали «Новый Горизонт», наша затея была авантюрой чистой воды. Мы знали, что действуем на свой страх и риск, также мы знали об опасности пиратства в секторе. Однако с этого момента прошло уже достаточно времени! Мы зарекомендовали себя как достойного партнёра и мы наивно считали, что уже имеем право на защиту, как и те разумные граждане Пространства Цитадели, что работали на нас, также платили налоги и погибли в конфликте, который эта самая верховная власть пролюбила совершенно непостижимым моему уму способом! Так вот, это было последней каплей.

В конференц-зале поднялась шумиха. Гендиректор перевёл дыхание и призвал журналистов к порядку. За его спиной возникла голограмма соцопроса проведённого среди работников всех уровней. График был подписан и не нуждался в дополнительных пояснениях.

— На основании подавляющего решения большинства сотрудников компании «Новый Горизонт» и ввиду неисполнения Пространством Цитадели своих прямых обязательств по защите своих граждан, я, Раал’Тар Ниоткуда заявляю о выходе Нового Горизонта из сферы влияния Пространства Цитадели и объявляю об узурпации всего сектора Исмар! В дальнейшем мы определимся с названием нового государственного образования.

Вся галактика ощутила ударную волну от информационной бомбы.

— Однако, мы имеем торговые обязательства перед нашими партнёрами, которые не собираемся нарушать, — сквозь гомон вновь заговорил Тар. — Так же мы не гоним из нашего сектора представителей других компаний, с которыми вели дела ранее. Мы помним всё и всех, что привели нас на этот путь. Добро будет вознаграждено, а за зло мы отомстим. Благодарю за внимание, конференция закончена, ответов на появившиеся вопросы пока не будет. Прошу меня простить, есть срочные дела, требующие моего немедленного участия.

***

Хестром. База исследовательского отряда Тали’Зоры. Какое-то время спустя.

Стоим мы, значит с Гареком’Ниитом пред ясными очами пышущей мелким сиреневым самоварчиком Тали’Зоры вас Нима нар Райи и тихонечко пофыркиваем. Очень тихонечко, про себя. Всё-таки направленные на нас дробовики — это очень неприятное обстоятельство, не знаю, что на уме у моего собрата по несчастью, но надо мной довлеет канон и я ничего с этим не могу поделать! Чувствую себя так будто меня на полном серьёзе отчитывает моя трёхлетняя сестрёнка Лена (блин, ей же уже тринадцать! Уй! Надо хоть фото в социалках глянуть. Совсем семью забросил. Ну ничего, покойникам можно)! В общем, в иных обстоятельствах было бы смешно.

— Я всё ещё жду объяснений. — Скрестила она руки на груди и стала ещё кавайнее. Блин, щас дохихикаюсь и мне прострелят колено.

А причину по которой Зора старший отдал приказ нас задержать мы уже услышали голосом нашего непосредственного начальника. То бишь самого Раал’Тара, письмо которого нам так же предъявили.

— …Также до меня дошли слухи, что группа кварианцев во Флотилии проводит эксперименты на трофейных частях гетов. Прямо на кораблях. Я прошу, нет, я требую немедленно заморозить все эти эксперименты пока не случилось непоправимое! — и ещё в таком роде минуты на две.

— А я всё ещё не услышал, в чём меня на этот раз обвиняют? — опа. Гарека это, кажется достало.

— Обвинение, точно, раз вы так этого хотите, — елейным голосочком протянула Зора-младшая. — Гарек’Ниит, ты обвиняешься в предательстве и шпионаже в пользу «Нового Горизонта». Леонид Гашин, к вам обвинения в предательстве неприменимо так что пока только шпионаж. Вы оба, немедленно сдайте оружие и свои уни-инструменты.

— А, ну да! Как я до этого сам не допёр! — зло выплюнул тот и сразу стал мишенью для всех кто всё ещё целился не в него.

Надо было видеть в этот момент Ригара! Надулся, как довольная жаба, вот честное слово!

— Подготовить корабль для транспортировки?

— Нет. Сдадим их по возвращении, — досадливо поморщилась Главная Начальница.

— Но приказ адмирала…

— Не будет нарушен, — отчеканила кварианка явно шепардовской интонацией. — Адмирал приказал «как можно скорее», но не «незамедлительно». А если мы будем постоянно гонять туда-сюда корветы-то это точно привлечёт к нам излишнее внимание синтетиков.

— Но… — блин, Ригар! Какой же ты всё-таки упёртый! Тали, не мути с ним!

— Каэл’Ригар, ты в самом деле хочешь, чтобы эти двое и их эскорт были единственными выжившими из всей нашей экспедиции?

Ага! Достучалась! Ути моя умничка! Затискал бы.

— Нет. — Виновато понурил голову парень с дробовиком. — Но что нам с ними делать?

— В городе достаточно прочных зданий. Изолируй их где-нибудь неподалёку. Раз они не желают сотрудничать, то и вынюхивать им тут нечего.

И нас действительно просто и без затей заперли в каком-то доме без окон, одной дверью и даже спустя век работающим освещением. Ну и вспомнили о нас только через пять дней, тогда-то мы и выяснили, что экспедиция спешно отозвана во флотилию, не считаясь с ходом исследований, оставив мне одну единственную мысль о нападении гетов-еретиков: «А… где?»

Глава 72 О дипломатии, Суде, возможностях и неожиданных появлениях.

Вот уж чего не предвидели кварианцы из исследовательской группы, что их во флоте встретят ТАК. За всю Дорогу мы с Гареком только и слышали, что «Вот сдадим этих и…». В результате, под белые рученьки приняли ВСЕХ.

И в какой-то степени это было даже забавно. Слышать возмущённое пыхтение респиратора Тали, гневную брань Ригара, возмущение остальных наших вчерашних компаньонов, но картину портило несколько важных обстоятельств. Первое — это тупое сиденье без какого-то притока информации. Нам даже не объяснили в этот-то раз за что, а второе заключалось в том, что ещё до того, как нас доставили до места постоянного заключения, нам обнулили абсолютно весь софт. Вообще весь. И установили минимум базовых программ, для того чтобы в скафандрах просто работала система жизнеобеспечения. Всё. И это наводило на очень тревожные мысли.

Повезло, что нас вообще разместили в разных изолированных боксах, а то бы мы от остальной группы и тут наслушались, что кругом виноваты. Зато меня всё чаще стала посещать нерадостная мысль, что зря я не стал рассказывать Раалу о движухе, которая должна случиться на Флотилии после Хестрома.

А всё дело в том, что наслушавшись и насмотревшись я уже довольно давно пересмотрел своё решение относительно спасения Раэля’Зоры. При всём своём уме и политическом весе этот фанатик не стоил усилий затраченных на него даже при условии того, что он отец Тали. Долгие десять лет Раал пытался достучаться до него и прочего руководства флота. И целое десятилетие бился о стену фанатизма, упёртости и политиканства. Именно под флагом Раэля, кормящего своих последователей ложными обещаниями, и скапливались идиоты противостоящие идеям молодого кварианца и именно он больше всех ратовал за то, что им никто не поможет в решении проблем гетов, которая «довлела над флотилией триста лет, а сегодня встала особенно остро». Поэтому-то я и решил не вмешиваться, ограничившись лишь физической защитой младшей Зоры.

Вот так нас на суд и повели. Ну как суд… ни адвокатов, ни обвинений ни возможности защищать себя. В общем, не суд, а публичное забивание камнями. Хотя… у меня и Ниита обвинения-то были, но это лирика.

Увы, подозрения подтвердились. Это было ТО САМОЕ слушание над Тали, где её должны изгнать со флота, потому как с Алареем… случился долбаный Дед Спейс, только в кибернетическом исполнении. То есть где-то неделю назад команда перестала выходить на связь. Через какое-то время Аларей активировал орудийные системы, какие были, обстрелял несколько ближайших кораблей и попытался заразить ещё несколько. В общем, веселился вовсю, пока его не изрешетили дезинтегрирующими торпедами до состояния необитаемого астероида, а ядро массы посредством жертв и нервов трёх десантных подразделений не перевели в режим профилактики.

Подробности нам не рассказали, но привели телеметрию со шлема одного из инженеров-абордажников на которой было видно, что экипаж корабля убивали всем чем можно. Двери, лифты, системы пожаротушения — это только малая часть всего, что я отметил.

Самая жесть, естественно, была в сборочных цехах. Там уже клепались непосредственно каноничные платформы. Разумеется, всё было уже мертво, но жути это не умаляло, а скорее наоборот заставляло мозг дорисовывать картины, засвеченные лучами немногочисленных фонариков. И да, о выживших там уже и речи быть не могло. В лабораториях же… Скажем так, тело Раэля’Зоры всё-таки опознали.

Вот так на нас всё и вывалили. Жёстко, прямо и в лоб. Изрядно приправляя всё это обвинительными речами, гневными восклицаниями и прочими инсинуациями. В общем, судить никто никого не хотел. Толпа, как водится, жаждала крови, а руководству срочно требовались козлы отпущения. И было глубоко не важно, что прямых доказательств против Тали и её группы нет и теперь быть не может. Всем хватало того факта, что они — подчинённые Раэля. Да к тому же прямо сейчас шокированные обвиняемые готовы были раскаяться во всех грехах, и не только своих. Вот честное слово, если бы я не знал всей подоплёки, то тоже почувствовал себя виноватым. Просто так, за компанию.

И вот в самом разгаре этого фарса в зал заходит здоровенный мужик в чёрно-серой нестандартной броне с литерой N7 на груди. Моя челюсть с глухим стуком шлёпнулась на мягкую поддёвку шлема, а визор повинуясь приказу сделал зум, позволяя мне рассмотреть вторженца очень детально, подтвердив все мои подозрения. На шлеме слева над ухом к затылку, теряясь в камуфляжной раскраске уходила тоненькая надпись CRYTEK.

Примерно так же были экипированы и вошедшие вслед за Шепардом разумные. Всё десантное отделение второй «Нормандии», и если её капитан ещё был настроен на разговор, то его люди оглядывали зал, как если бы собирались устроить в нём маленький Торфан.

— Шепард! — на одном выдохе потрясённо произнесла Тали.

Пока адмиралы думали, приветствовать гостей или звать охрану, по трибунам прошелестел удивлённый ропот.

— Я слышал, — тёмный светофильтр его маски словил опасный блик, — что моему другу требуется помощь.

Краем глаза я увидел, как недалеко от судейских трибун облегчённо выдохнула Шала’Раан.

А дальше началось то, что называется «Не по сценарию». Сначала Шепарду попытались объяснить, что Тали’Зора больше не его подчинённая. Бесполезно, потому как он действительно отпустил её во флот, но не давал официальной отставки. Потом до него попытались донести, что она не гражданка Альянса и не состоит в юрисдикции привычных для него законов, после чего СПЕКТР заявил, что по тем законам ещё не воскрес поэтому они его, мягко говоря не сношают. Наконец, ему в открытую заявили, что Тали’Зора — преступница, за что и будет осуждена и у терпения Шепарда наконец-то села батарейка.

Не стесняясь в выражениях коммандер больше десяти минут склонял и Конклав, и Коллегию по всем полюсам галактики и совокуплял их с представителями различной фауны ибо им всё равно кого и для него это очевидно по их судебной системе, попутно припоминая все заслуги обвиняемой, начиная от дара, что она принесла во флот (информацию об устройстве гетов, которую они добыли в скоплении Армстронга), спасение Витора, разведывательные вылеты в глубокий тыл синтетиков, а также тот факт, что она единственная представительница кварианского народа за три сотни лет удостоившаяся звания героя пространства Цитадели. В завершении своего монолога он ткнул адмиралов в факт, что группа Зоры младшей при всём его уважении выполняла приказы своего командования и, судя по всему, выполняла их добросовестно и самоотверженно несмотря на их самоубийственный характер, а вот кто эти приказы отдавал и санкционировал — это уже другой вопрос, требующий отдельного расследования.

Магия коммандера подействовала и в этот раз. Адмиралам вдруг стало очень-очень стыдно и они уже собрались было всем всё простить и ограничиться строгим выговором, как вдруг с трибун встал… Раал’Тар, будь он неладен, и попросил слова.

Вот тут я не очень понял, как этот бодибилдер умудрился затеряться в толпе своих миниатюрных собратьев, однако, он сумел и судя по тому, как он сверлит глазами трибуну обвиняемых, разговор нам предстоит не самый приятный. Ну точно, злится. Подойдя ко мне, он заглянул мне в глаза прямо сквозь своё затененное забрало и, тяжело вздохнув произнёс:

— Лёня, иди-ка ты на корабль, тебя проводят. Потом поговорим.

И я встал и пошёл. Нужно хорошо подумать, что я буду на этот раз врать своему самому преданному другу.

***

О театре абсурда.

Раал проводил глазами уходящего в сопровождении двух провожатых из его личной охраны Лео и хрустнул шейными позвонками, поганая привычка, которую он подцепил от Баркли. Вот теперь можно и с родственничками поговорить, по-свойски. При друге он этого делать не хотел. Стыдно. Да и мало ли, как они воспримут его речи: может, одумаются, а может и руками разорвут, а Пророком рисковать нельзя. Правда, Шепард со своей гоп-компанией никуда не делся. Вон, сидит на трибуне, Тали приобнял, успокаивает и уходить никуда не собирается. Но Шепард — это Шепард. С ним придётся смириться.

Да… Не другом, а именно Пророком. Да и была ли дружба? Хотелось бы верить, что да, но… последние годы больше походили на череду жестоких уроков, которые всё это время подводили молодого, глупого и наивного кварианца к вот этому самому моменту. Жестокому моменту осознания того, что все они в ближайшей войне лишь ресурс. Конечный и весьма ограниченный.

— … стати заседание прерывает какой-то изгой?! — Распинался кто-то на заднем плане, кажется, это был Хан’Гарель. Звуки доносились до Раала как будто через вату. Кровь стучала в висках так сильно, что почти заглушала мир вокруг. Но слова адмирала были не важны. Всё, что они могут ему сказать Раал уже знает, сейчас важно лишь то, что хочет сказать им он. И они его выслушают!

Раал’Тар вас Нидас усмехнулся и одним лёгким движением перепрыгнул трибуну обвиняемых и встал рядом с Гареком’Ниитом и другими злоключенцами. Те отхлынули от него, как вода от упавшего в лужу камня. По залу прокатился удивлённый «Ох!», адмиралы на какой-то момент лишились дара речи. Это хорошо, пусть подумают. Это даст время собраться с силами ему самому.

Первым в себя пришёл, как ни странно Заал’Корис. Неожиданно, Раал мысленно ставил на Даро’Зен. Не зря же она возглавляет коллегию.

— Юноша, потрудитесь объяснить, что вы сейчас здесь учудили? — вопросил адмирал-чудак.

— Уточните пожалуйста, что конкретно вы имеете ввиду? То что я прилетел во флот, то что я забрал у вас своего человека или то, что я сам встал на его место? — немножечко яда, чтобы сбить с них спесь. По телу Раала стала растекаться пьянящая предсмертная эйфория.

И понеслось. Для начала он ответил на все обвинения предъявленные его подчиненным. Подробно, развёрнуто, побивая каждый аргумент адмиралов. Обвинение в шпионаже? Кила, конечно же нет! Разве что передача простых слухов в открытой переписке является актом разглашения секретной информации! Ах, стало известно о секретных экспериментах с гетами во флоте? Так это всё-таки правда? Ну и кто предатель? Тот, кто услышал? Тот, кто разгласил? (Кстати, ныне покойный). Или же тот, кто это всё санкционировал? А что до передачи слухов, так он всё ещё остаётся кварианцем и хочет знать, как обстоят дела у его народа. Это запрещено? Нет? Так какие претензии?

По мере обсуждения мягко перешли на личности. Вспомнили Раалу и его своеволие до ухода и его поведение по возвращении из паломничества. Под конец был даже обвинен в предательстве, но тут Хана’Герреля не поняли уже капитаны на трибунах. Гвалт поднялся такой, что впору было в потолок стрелять, дабы успокоить возмущённых.

Но Раал и тут нашёл, что ответить. Он рассказал сколько кораблей «Новый Горизонт» уже отремонтировал, а увидев на той самой трибуне пару знакомых скафандров поспрашивал, довольны они оказанными услугами исколько им всё стоило, а после этого потребовал с адмирала тяжёлого флота извинений и, под рёв толпы получил их.

В общем, итогом заседания, под гневное рычание Тали ( Впоследствии, я всё же посмотрел запись, да-да, сиреневый самоварчик) виновными были посмертно признаны старшие офицеры «Аларея» во главе с Раэлем’Зорой, но обвинение изменили. Так что теперь они посмертно были обвинены не в предательстве, а лишь в преступной халатности, повлекшей за собой гибель корабля и экипажа (Читай, то же самое предательство, но главное ведь — это формулировка!).

Ну а когда покончили с вопросами из разряда «Кто виноват?!», Раал, как бы невзначай задал сакраментальное «Что делать?», в очередной раз поставив адмиральское трио в тупик. Потому что, а собственно, что произошло? Флотилия, как бы это не ужасно звучало, просто лишилась одного корабля. Собственно, всё. Погоревали, разобрались, распределили выживших, определились с виноватыми и можно жить дальше. Ну или в случае кварианцев — выживать.

Так ему и ответили. Жить дальше, искать способы вернуть Раннох, после этого гендиректор и пошёл в атаку. Он покинул трибуну обвиняемых, свободную к тому времени и направился в центр зала, обращаясь не только к адмиралам, но ко всем присутствующим.

— Вы знаете, уйдя из Флотилии, я получил удивительную возможность наблюдать за ней со стороны и то, что я вижу — ужасает. Я уже не говорю о Паломничестве. Вся наша деятельность сопряжена с большим количеством сопутствующих потерь. И… так было всегда, для нас это нормально, не дождаться возвращения сына, услышать слух об очередной пропавшей экспедиции, прочитать новость о том, что четверо задохнулось из-за отключившейся СЖО в третьем секторе жилой палубы какого-то корабля… Жизнь вообще штука опасная, но главная наша беда — это не износ оборудования, а Раннох. Точнее то, во что он для нас превратился. Так вот, я на протяжении всех этих лет думал над тем, как нам решить эту проблему хоть как-нибудь, и думаю, у меня есть простой ответ: Хватит грезить Раннохом.

Что тут началось! Ор стоял добрых пять минут. За это время сотни глоток выкрикнули в сторону гендиректора столько проклятий, что хватило бы и ему и его потомкам на тридцать три колена. Всё это он выслушал с поднятой вверх рукой, давая понять, что не закончил мысль. Когда же адмиралы смогли навести порядок в зале, Даро’Зен вежливо осведомилась.

— Раал, вы представляете, что сейчас сказали?

— О, да, как никто другой. — ответил тот. — Поверьте, я знаю о чём говорю. А теперь, позвольте мне развить мысль. Мы уже три столетия живём с мыслью о том, как отвоюем свою планету. Триста лет нам внушают, что мы должны вернуть свой дом. А чем возвращать? Кем? Нас всего восемнадцать миллионов на пятидесяти тысячах космических развалюх, которые год от года новее не становятся! У нашего народа нет никаких сил вернуть Раннох, но мы всё равно рвём жилы и гибнем за идею. Дошли до того, что ставим пушки на гражданские корабли и готовы выставить их в строй наравне с боевыми. Вперёд! Пан или пропал! Нам всё равно терять нечего! Вот только гетов там не миллионы, а миллиарды. И они, в отличие от нас, в идеальном состоянии. Я понял это годы назад, и с тех пор моя убеждённость только крепла: нам не победить, а если так, то и гибнуть просто так нам смысла нет. Нужно искать иные возможности.

— Мы пытались основать колонию, — ответила адмирал Зен. — Все знают, чем это закончилось. Планету отняли и отдали элкорам.

— И опустили руки? Серьёзно? Ну ладно, это было триста лет назад, а после? А сейчас?

— А что с тех пор изменилось? — Зал’Корис не насмехался. Он осведомился.

— О, многое! Надо лишь оглянуться.

— Кончай говорить загадками! — потребовал Гэррель.

— Пока мы тут разговариваем, в Траверсе строится новое межпланетное государство! Там не смотрят, кто ты, турианец, кварианец, азари или батар! У нас есть ресурсы, технологии и силы, чтобы отстоять своё право на существование, но самое главное — у нас есть планеты! И прямо сейчас у вас появилась возможность стать частью этого государства! Притом частью отнюдь не последней! Для этого нужно всего лишь перестать жалеть себя и сделать второй шаг, потому что первый за вас сделал я здесь и сейчас!

Ну а дальше, как в анекдоте про любовь, пошли слайды.

Зал суда Раал’Тар покидал, ощущая себя выжатым лимоном, но поистине счастливым. Он только что выполнил своё предназначение, исполнил свою самую сокровенную мечту — нашёл для своего народа Дом. И пусть это не Раннох и даже не целая планета, а всего лишь один из восьми континентов на Зоре, но там уже есть построенный для них город. А дальше — всё в руках его соотечественников.

Сейчас же Раалу требовалось отдохнуть и выпить. Как раз есть нужная компания.

***

Когда конвой всё же доставил меня на корабль «Горизонта» (Или как нас теперь называть будут?), на мои плечи невыносимым бременем опустилась усталость. Не физическая. Просто апатия. Наверное, это от осознания того факта, что вот-вот дверь откроет Раал и припрёт меня к стенке. Или из-за того, что от моего бездействия недавно погибла чёртова куча разумных, у которых были свои мечты, мысли и планы. Да, я про «Аларей». Направляя СУЗИ на церберовцев, я о карме как-то не задумывался.

Пф! Аж самому смешно от того, что вдруг ни с того ни с сего нюни распустил, поддавшись порыву внезапно проснувшейся совести. Да с моим образом жизни вовсе стоит возрадоваться тому, что эта эфемерная субстанция вообще ещё присутствует в моей душе. И выпить за это. Кстати…

Найти в гостевой каюте бар труда не составило. Так, что тут у нас самое злое? О! Турианский бренди! Да, птичкам стоит воздать хвалу по крайней мере за то, что они научились очищать этанол до девяноста восьми с половиной, кажется, процентов. Наливаю стакан и смотрю, в зеркало, заменившее ёмкости со спиртным заднюю стенку.

— Куда катится этот мир? — мрачно салютую своему отражению стаканом. — Леонард Гай полез от проблем в бутылку! Может, ещё и закурить? Нет… в таком случае мне ещё понадобится пафосная станция с эпичным видом из окна, а это дорого.

Шикарную каюту гулким эхом заполнил истеричный смех невыносимо уставшего человека.

Спустя два часа.

Пить или не пить, вот в чём вопрос. По каюте витал пряный аромат выдохшегося за два часа стояния на столе алкоголя. Я так и не решился пить. Всё проигрывал различные варианты развития нашего с Раалом диалога. Перебрал, как мне казалось, абсолютно всё вплоть до возможного мордобоя. Придумал штук сорок возможных отговорок, потом всё это забыл, отругал себя за глупость, и в конечном итоге решил отдаться на откуп правде, рассказав другу о ближайших для его народа перспективах. Под конец накрутил себя настолько, что просто вырубился прямо за столом и проспал до самого его возвращения. И снился мне его укоризненный взгляд…

Короче, я ожидал всякого но уж точно не того, что этот здоровяк ввалится ко мне в каюту, грохнет шлемом об стол, заставив меня подскочить вместе с табуреткой, схватит бутылку и вместе с ней растечётся по дивану со словами:

— Кила’Се лай, отпи*делся…

***

Нормандия SR-2, кабина пилота.

— Эй, Кэп, с прибытием! Как там Тали? — приветствовал Джокер, возникшего за спиной капитана.

— Хреново, Джеф. Ей пришлось многое пережить и многого наслушаться. — Шепард устало уселся в кресло второго пилота и быстро нашёл кнопку вибромассажа. — Хотела запереться в каюте, но я отвёл её к инженерам. Дэниелз и Донелли приведут её в чувство. Ну или отвлекут какой-нибудь особо продвинутой железякой. Габи очень увлекательно рассказывает про силовую установку.

— Да, это сейчас именно то, что нашей малютке нужно, после прыжка тоже пойду и навещу её. Соболезнование там выражу… Ну и всякое прочее.

— Довожу до вашего сведения, что все системы работают исправно и не требуют постороннего вмешательства. — на всякий случай предупредила СУЗИ.

— Да не собираюсь я на тебя жаловаться! У нас с тобой мир и любовь, так что не беспокойся!

— Ваши слова зафиксированы и будут использованы против вас в противном случае, — мерзко отозвалась ИскИн, на что пилот возвёл очи горе и тихонечко взвыл.

Какое-то время в кабине царило лишь лёгкое гудение машины, но долго при наличии собеседника пилот молчать не мог. В таких случаях провокационные вопросы лились из него, как из Рога Изобилия, тем более, что повод был.

— Так… Когда мы покажем ей Легиона?

Глава 73 О том, что где-то сегодня война.

Странно, но именно в такие прекрасные рассветные минуты понимаешь, насколько огромна галактика. Здесь на Зоре красота — тишь, гладь, из окна шикарной лоджии моей квартиры прекрасный вид на озеро в джунглях, вчера я бегал купаться в нём. До уха доносятся отдалённые крики местной живности и слабый гул грандиозной стройки в лучших традициях массыфекта. В постели забавно морщится во сне прекрасная незнакомка со вчерашней вечеринки… Идиллия.

А тем временем, где-то в пустоте космоса взорвался ретранслятор Альфа. Взорвался он, естественно не сам, а с нашей активной помощью. Но об этом никто никогда не узнает. Зачем? Для всей галактики это ужаснейшая трагедия, унесшая более трёхсот тысяч жизней. Гораздо более, потому как кроме населения Аратота нужно было учитывать ещё кое-что. То есть остальную Гегемонию. Но обо всём по порядку.

«Новый Горизонт», объявивший себя самостоятельным государством, видя бездействие Цитадели решил самостоятельно воздать батарианцам по заслугам и направил в туманность Гадюки карательную эскадру. Большую эскадру, около ста пятидесяти кораблей разного класса, которая легко доломала остатки флота батарианцев и осадила все обитаемые планеты разом. Полномасштабной высадки никто не делал. ПКО была подавлена орбитальными бомбардировками. Десант высаживался точечно, только ради уничтожения первых лиц и грабежа. Не щадя никого и ничего. Разве что рабов не трогали. Тех, кому не приказывали нападать на агрессора, а таких было откровенно мало.

Видя такое бесчинство, гегемон пошёл на последнее средство, активировав какое-то сверхоружие, доставшееся ему от деда. Разумеется, он даже не соизволил прочитать к нему инструкцию, ибо и без того умный и всё знает.

В результате взрыва Альфа-реле весь Бахак обратился в пыль, и изоляция Батарианской Гегемонии отныне стала абсолютной. На связи с остальной галактикой осталось лишь пара колоний на периферии, немногочисленные жители Терминуса и Исмарская община.

Да, все именно так и подумают, благо коронованный придурок за время осады выкрикнул в сеть столько угроз и проклятий, что отделу пропаганды даже монтировать ничего не пришлось. Достаточно было лишь вести подробную хронику его перлов.

На деле же всё обстояло несколько иначе. Из этой операции «Новый Горизонт» выжал всё, что только мог. Начиная с отработки выброски десанта в условиях тотальной войны, кончая массовой эвакуацией гражданских, в роли которых выступали рабы из многочисленных «элитных» школ, усадеб, плантаций, тюрем и гаремов. А после того, как один из «выживших инженеров машины судного дня» подал сигнал тревоги, на корабли стали принимать абсолютно всех гражданских.

Народу вывезли примерно миллион (в настоящий момент цифра уточняется), погрузив на те самые Ковчеги, которые показывали СПЕКТРу Крайку несколько лет назад. Остальные же… Ну, их в любом случае Жнецы соберут первыми, вот только теперь они не могут рассчитывать на помощь даже гипотетически.

Кстати, да. У «Горизонта» наконец-таки появились неопровержимые доказательства прибытия Жнецов, ну, то есть ЕЩЁ больше неопровержимых доказательств. Те самые данные исследовательской группы Аманды Кенсон, которые и передали адмиралу Хакету, а также, секретным пакетом лично в руки примарху Турианской Иерархии. За время пути послание было честно скопировано оперативниками ГОР и в качестве жеста доброй воли было предоставлено совету матриархов на Тессию. Наверное, только поэтому (А может, потому, что сами доминирующие расы не сочли нужным оповестить Совет.) флот Цитадели не полетел в Исмар наводить свои порядки. Ну и ещё потому, что им бы там напинали по первое число.

Кстати, впоследствии полученной информацией расы пространства Цитадели распорядились по-разному. Или не распорядились, как, например азари, которые полученные сведения только обсуждали два месяца. Галактических месяца, а не земных. Саларианцы… как-то полученными новостями воспользовались, но как — неизвестно. С турианцами оказалось проще. Крик примарха «Подать мне Вакариана!» слышали все, включая Кастиса Вакариана, отца Гарруса, который и принял на себя первый гнев верховного главнокомандующего. После чего Гаррус был объявлен в межпланетный розыск с примечанием брать «живым и невредимым».

Но то были дела грядущие. Настоящие же в данный момент заслуживали куда большего внимания, ибо сейчас, под неодобрительным взглядом Арии Т’Лоак перед Омегой-4 выстроилась настоящая армада. И да, я бью баклуши где-то на Зоре только потому, что меня туда не пустили. И мотивировали это тем, что я и без того дофига сделал и вообще, «сиди тихо, вникай в дела», Баркли со всем разберётся. М-да… Не, конечно, приятно осознавать себя если не отцом-основателем исмарской цивилизации, то уж точно идейным вдохновителем проекта такого масштаба, но! Я ведь действительно делал всё это не для того, чтобы оставшиеся полгода сидеть в роскоши, слушая отчёты о том, как кто-то воюет за меня.

Эх, похоже, у меня начинается адреналиновая ломка. О, ныне покойная Брукс! Знала бы ты, как я тебя сейчас понимаю! Ну ничего, какое-то время буду натаскивать местный спецназ, как делал это в «Цербере», а потом-таки придумаю способ смыться «в поле». В конце концов Пророк я или не Пророк?

— Ла-а-а-а-дно. Я вам это припомню, — прихлебнув кофе смотрю куда-то в потолок и мысленно представляю Арбитров во главе с Раал’Таром. — Вникать в дела, так вникать в дела.

Первый массив касательно реального положения дел в Исмаре я уже изучил, попутно слегка прифигев от подробностей. Ну да ладно, что там дальше? О, пароль, личный идентификатор, биометрия, голосовой доступ, анализ ДНК. Да вы издеваетесь? Что тут у них так круто запаролено? А… «Тихая гавань»…

***

Кульминация настала через две недели после взрыва реле-Альфа. Просто в один момент Джек с санкции капитана вышла на связь и сказала, что они идут бить морду тараканам, и весь «Новый Горизонт» поднялся по тревоге.

На штурм базы коллекционеров одну «Нормандию» мы, разумеется, не отпустили. Канон-каноном, но я не такой отморозок, чтобы закинуть за Омегу-четыре двенадцать головорезов на одном стелс-фрегате и тупо ждать их возвращения. Нет, без вопросов, Шепард сотоварищи пересекут последний рубеж первыми. Но! Первое, что они сделают — это просканируют пространство вокруг ретранслятора на той стороне и передадут по КМК данные нам. Ну и «Церберу», хотя это уже будет и не важно, ведь по горячим следам полетят уже корабли «Нового Горизонта», притом не те, что привыкли видеть наблюдающие за нами всеми возможными способами шпионы, а новенькие, построенные в «Тихой гавани» без оглядки на бюджет.

Три десятка фрегатов, вполовину меньше крейсеров, три авианосца и два дредноута, чтоб уж точно мало не показалось. В общем, мы решили сделать всё, чтобы после нас там остались только естественные природные явления.

И я бы не сказал, что мы сильно перебдели. Сразу по прилёту в ядро флот был просто облеплен дронами жнецов. И… коллекционеры, оказывается, тоже знают, как оборонять свои базы. Турели ПКО были вмонтированы не только в тело крепости, но и висели на многочисленных астероидах. Ну и крейсеров коллекционеров, понятно, было больше одного. Намного больше. Но это мы уже узнали позже, когда эскадра вернулась в Исмар.

В общем, дело было так. Карта области прилегающей к ретрансляторам была получена примерно через пятнадцать минут после старта «Нормандии», а вместе с тем и предупреждение, о том, что они уже обнаружены.

Это было ожидаемо, и командующий эскадрой отдал приказ запустить брандеры. Четыре корабля без экипажа, ведомые виртуальным интеллектом и под самую маковку начиненные действительно мощной взрывчаткой сдетонировали сразу после выхода из прыжка, превратив сплошное поле обломков и астероидов во вполне пригодные для манёвра пылевые облака и, заодно, отвлекая от резко ставшей такой маленькой и незначительной «Нормандии» внимание всего того, что не поглотил сверхмощный взрыв.

А дальше начались звёздные войны. Было много взрывов, выстрелов и маневров. Больно кусались МЛА, дредноуты выбивали ПКО с дальних дистанций, а фрегаты и крейсера принимали на свои щиты и корпуса основной урон, помогая истребителям системами «ПОИСК». И делалось это до тех пор, пока все системы обороны жуков не пошли в разнос. После чего на связь вышел Моро, пилот «Нормандии» и порекомендовал побыстрее сваливать из системы, потому как её очень скоро не станет.

В общем, так, собственно, экспедиция за «Омегу-4» и завершилась. Не, бесспорно, спроси кого из группы Шепарда или любого пилота, артиллериста, бортинженера или последнего стюарда на кораблях «Горизонта», они бы рассказали куда больше подробностей. Но меня там не было, а посему как-то так.

***

— И всё же, — Шепард откинулся на спинку плетёного кресла и расслабленно поставил стакан с выпивкой на столик рядом с собой. — Как давно вы знали о грядущем вторжении?

Сейчас он находился на балконе одного из особняков центральной улицы Первого Города в компании Джереми Баркли, ответственного за все тактические операции, проводимые компанией. Прямо под балконом проходило грандиозное празднество. Вся планета встречала своих героев. Казалось, Исмарцы разом решили вспомнить все свои праздники, включая день ВКС, освобождение рабов из батарианского плена и, до кучи, день независимости. Грандиозное зрелище. Впрочем, за его спиной слегка подрагивала стеклянная дверь лишь слегка приглушая шум застолья, которое он сам покинул «подышать воздухом».

— Примерно за полгода до того, как об этом впервые заговорили вы.

— В самом деле? И сразу поверили?

— Да. Сразу. Но у этой веры долгая история. — после недолгого раздумья выговорил директор. — да и последние сомнения развеялись только после Вермайра.

— А мне вот, не верят до сих пор, — в голосе СПЕКТРа послышалась печаль.

— Теперь поверят. — Буч его понимал. Его фразы сделались короткими, рубленными. — Но они боятся. Всего. Войны, паники, неизвестности, но главное, потерять то, что имеют. — офицер прикурил сигару и выдохнул густой клуб ароматного дыма. — И ведь они даже не понимают, что сохранить существующий порядок вещей больше не в их власти, а объяснить этого мы просто не в состоянии.

— Когда гонялся за Сареном, думал об этом каждый раз, когда связывался с руководством. — Шепард усмехнулся и снова потянулся к стакану. — Думаю, скоро вновь вспомню эти ощущения.

— Возвращаешься на Землю?

— Да, надо предупредить Альянс и… сделать ещё хоть что-то. — Джон посмотрел на своего собеседника с мрачной решимостью. — Моим ребятам, тем что ещё не с вами может потребоваться убежище.

— Об этом даже не переживай. Пристроим всех, кто не полетит с тобой.

Шепард благодарно кивнул и поднялся, прихватив пустой стакан.

— Пойду обратно, пока без меня всё не выпили.

***

За празднующей толпой Миранда наблюдала из тени. По совету Касуми она заняла домик на одном из холмов откуда был прекрасный вид на площадь Всех Богов. Пить в больших компаниях она так и не научилась, потому сославшись на усталость покинула команду при первой же возможности. С собой у Миранды Лоусон была бутылка земного виски и планшет, в баре нашлись лёд и стаканы, а из окна доносился шум царившего там всеобщего веселья. Этого было достаточно.

Миранда ничем не выдала своего напряжения, когда через столик от неё вдруг зашевелился воздух. Впрочем, это не значило, что она не была готова превратить нарушителя покоя в мелкий фарш. С другой стороны, для удачной попытки убийства этому… неизвестному не было никакой необходимости подбираться к ней так близко, учитывая сколько раз она сегодня была в зоне досягаемости какого-нибудь снайпера.

— Никогда не изменяешь своим привычкам? — в соседнем кресле материализовался… Лео. Глаза Миранды всё же слегка расширились от удивления.

— Ты всё-таки жив, — констатировала Лоусон.

— А-га.

— Я надеялась на это.

— Спасибо, — искренне ответил он.

— Чем обязана твоему визиту?

— Просто не мог оставить тебя одну в этот прекрасный вечер, — усмехнулся он и прошелся по комнате. — Но ты не беспокойся, я ненадолго.

— Понятно, — прямо сейчас Миранда не могла понять, какие эмоции обуревают её при виде этого человека. Радость? Злость? Облегчение? Обида? Было время, ей казалось, что никто в «Цербере» не понимает её лучше него. Возможно, это было правдой. Между ними даже было какое-то доверие, но… это не помешало ему умереть для всех, даже для неё. И не важно, что это было правильно. — Выпьешь?

— Прости, но сегодня я отвечаю за порядок, — он с сожалением развёл руки в стороны. — Так что как-нибудь в другой раз.

— Жаль, — она хотела сказать ещё что-то, но вдруг неожиданно ожил дверной звонок, оповестивший всех об ещё одном незапланированном визите.

— Откроешь? — полюбопытствовал парень и указал рукой в прихожую.

Лоусон с недоверием покосилась на хитрющую улыбку и, полная противоречивых чувств направилась к двери.

— Так зачем ты здесь? — повысила она голос, чтобы тот расслышал её из комнаты.

— Я же сказал, просто не хотел, чтобы ты была сегодня одна, — донеслось ей в ответ, за секунду перед тем, как створка двери отъехала в сторону.

Глаза оперативницы удивлённо распахнулись, а в горле вдруг перехватило дыхание, совсем как от глотка крепкого алкоголя, который, кстати она ещё не сделала. Неожиданно ослабевшее, её тело рефлекторно сделало шаг назад, но это не помогло, когда вошедшая Орианна ни слова не говоря кинулась ей на шею. Спустя несколько секунд прихожую наполнил дружный рёв и невнятный лепет. Но их никто не услышал. Когда девушки всё же вернулись в комнату, там уже никого не было.

***

Тем временем в личных покоях советницы Тевос погас экран проектора, заставив ту нервно сглотнуть и зашарить руками по столику в поисках чего-нибудь, что можно выпить.

До начала просмотра она даже и не предполагала что забавная просьба Тиеры Л’Гая оценить один фильм из её не вышедшей коллекции обернётся таким потрясением. И слава богине, что она послушала свою «подругу», посмотрев картину одна. Тем более, что это была не лёгкая приключенческая фантазия, которые у талантливой девчонки выходили великолепными, не-е-е-т. «Тайна, сокрытая в Храме», была суровым документальным фильмом на три с половиной часа, в котором голос за кадром рассказывает про маяк в храме Атаме и изобличает Тессианскую Республику в нарушении большинства законов касательно технологий протеан, которые они же всем сами и навязали. С доказательствами, ссылками, разведданными и ни разу не повторившись.

Как-то утопив внезапно образовавшуюся во рту сушь и не ощутив ни градуса, ни вкуса она сделала первое, что пришло ей в голову, пусть это было и не самым разумным решением.

— Советница, так поздно? А что у вас с лицом?.. — поинтересовалась заспанная сценаристка. Но, быстро проснулась и с видимым удовольствием пропела: –А… Посмотрели?

Тевос мелко задрожала, внутри неё, корёжа весь её дипломатический опыт и сминая природную выдающуюся выдержку, стала подниматься волна древнего, как мир праведного гнева. Эта девка ещё смеет издеваться над ней

— Ч-чего ты х-хочешь?! — прошипела советница в проектор.

— За то, чтобы этот фильм никогда не увидел свет? — лучезарно улыбнувшись, Тиера помогла советнице подобрать слова.

Тевос совсем не по-посольски рыкнула и, с глубоким вздохом возвращая остатки самообладания произнесла:

— Я даже не хочу знать, как ты всё это узнала, но как ты посмела обратить эту мерзость против своего народа?!

— Пф! — отмахнулась дева. — Азари по своей природе эгоистичны, — напомнила она всё также мило улыбаясь. — Эта истина о нас открылась мне лет пятнадцать назад, когда вы все разом начали меня гнобить, а потом решили прибить где-нибудь на «Омеге». К тому же мой фильм не «мерзость» и уж тем более не ложь. Было б так, ты бы просто посмеялась над ним. Завтра с утра.

Поняв, что её вот уже дважды сделали меньше чем за пять минут, советница вновь утробно зарычала.

— У тебя грим потёк, — невинно заметила Тиера и хихикнула над очередным рыком.

— ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ? — писк проектора оповестил советницу, что вызванная сторона сделала скриншот, но не обратила на это совершенно никакого внимания. Её ярость, наконец, достигла верхней планки и пошла на спад.

Тиера Л’Гая полюбовалась ей ещё секунду, затем смыла с лица все свои несуществующие эмоции и сама приблизилась к своему экрану.

— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас потребовала от всех матриархов, чтобы они в течение трёх месяцев привели свои карманные эскадры в состояние боевой готовности. Но это не всё. Немедленно начинайте перевод экономики республики на военные рельсы и готовьтесь к тотальной войне. Грядёт вторжение, и мы задолбались вас об этом предупреждать. Не хотели по-хорошему — теперь будет так.

Дева тяжело вздохнула и продолжила.

— Если через две недели я не увижу никаких шевелений по моей «просьбе», то клянусь Атаме через месяц состоится премьера. И даже не надейтесь, что убив меня вы это предотвратите. Я понятно излагаю?

Повисла долгая пауза. Посол собиралась с мыслями, сценаристка буравила её гневным взглядом. Наконец, Тевос ответила.

— Мне… надо показать этот фильм ещё кое-кому, чтобы он возымел… требуемый эффект.

— Как вам будет угодно, советница. Спокойной ночи.

Глава 74 О мире, спорных новостях и победном пиршестве.

На омни-экране с приятной, но уже порядком опостылевшей мелодией пролетела заставка новостного интро, возвестив о начале «утренних» (тут уж у кого как) новостей Цитадели. Но вот красивая заставка исчезла, явив миру не дежурно улыбающихся ведущих самого популярного в галактике новостного шоу, а… тех же самых ведущих, только улыбок не было. Напротив, на лицах азари и саларианца читалось столь явное и не наигранное удивление, что даже рядовой обыватель счёл бы это поводом для серьёзного беспокойства.

— Доброго времени суток, граждане Цитадели, с вами вновь на Главном Информационном Канале Совета Цитадели "Важнейшие Новости" и их ведущие, — красивая азари, цвета морской волны и лёгкой «размытой» пигментацией на лбу и скулах сделала реверанс в сторону желтоватого молодого саларианца, — Кун Доф.

— И моя прекраснейшая коллега Лайа Мила. — быстро, но так, что можно было разобрать каждый отдельный звук протараторил салар в ответ. — А также наши гости, консультант по вопросам терроризма и локальных боевых действий полковник Калан Фаррасаз, — немолодой турианец в чёрно-алом мундире важно кивнул, устремив орлиный взор на камеру, — юрист, консультант по вопросам урегулирования конфликтов на стыке законодательств рас Жесеа Т’Бир, — матрона-азари, занимающая трибуну рядом с турианцем элегантно помахала рукой на камеру, — и представитель банка волусов Барла Вон.

— Приветствую, Цитадель-клан *п-ш-ш-ш-к*.

После представления запустился полуминутный рекламный блок, а после снова взяла слова ведущая.

— Новость, которую нам сегодня доведётся донести до жителей пространства Цитадели и всей галактики можно оценивать по-разному, но в одном сомневаться не приходится — важность этого события переоценить просто нельзя. Даже термин «событие века» здесь неприменим. Слишком мелко. Событие тысячелетия, вот, пожалуй, одно из немногих определений, достойных случившегося. И даже несмотря на то, что наш век и так был богат на такие события, как появление на галактической арене человечества, этот момент истории всё равно будет стоять особняком.

— Верно, — теперь нагнетать страх принялся уже саларианец. — От себя я бы добавил, что мы долго сомневались в достоверности полученных сведений и ни за что не выпустили бы такое в эфир, но, увы, или к счастью, мы до сих пор не знаем, как реагировать, тем более, что комментариев от Совета Цитадели так и не последовало. Но сомневаться в источнике не приходится, так как запись случившегося осуществляла наша собственная группа, прибывшая к месту событий по особому приглашению одной из сторон. Что же стало причиной нашего замешательства? Произнесите это Лайя, прошу вас.

— Благодарю, Кун. –улыбнулась ведущая своему коллеге и натурально поёжилась. — А произошло следующее: Не далее как двадцать семь стандартных часов назад при содействии новой, ещё не признанной Исмарской Независимой Директории был заключен мир между кварианским народом и Общностью Гетов. — после этих слов студия на какое-то время погрузилась в молчание, судя по всему, режиссёры решили дать минуту зрителям на осознание произошедшего. Но вот, драматическая пауза выдержана и азари, аккуратно потерев пальчиком слуховую мембрану, продолжила свой спич. — Как долго продлится этот новый мир, чем он опасен, а чем так притягателен? Именно об этом мы сегодня и поговорим с нашими уважаемыми экспертами.

— А пока ниже под видео вы, уважаемые зрители, можете принять участие в опросе, — ловко перехватил слово ведущий-саларианец. — Тема опроса сегодня: а как я отношусь к факту заключения мира между кварианцами и порождённой ими когда-то синтетической расой, обрекшей их впоследствии на скитания в космосе.

— В конце выпуска мы обязательно подведём итоги, а пока перенесёмся в общину Президиума к нашему специальному корреспонденту Максиму Планка, Максим, вы нас слышите?

— Четко и ясно, Лайа. — фактически прокричал молодой человек в камеру, пытаясь переорать такую же толпу журналистов, собравшихся у ступеней, ведущих в Зал Совета примерно с той же целью, что и он. — К сожалению, мне вас порадовать нечем, Совет ещё не дал никаких комментариев по поводу сложившейся ситуации и, судя по всему, для них всё это стало таким же шоком, как и для всех нас. Более того, СБЦ уже сделало нашей группе журналистов замечание по поводу несанкционированного митинга и, боюсь, вскоре нам придётся подчиниться властям. Однако до этого очень хотелось бы получить дату официальной пресс-конференции, которая по такому случаю должна быть.

— Что ж, мы вас поняли, Максим, оставайтесь на связи, а мы, пожалуй, вернёмся в студию, — снова взяла слово ведущая. — Но прежде, чем дать слово нашим экспертам, давайте всё же посмотрим запись этого исторического события.

— Итак, внимание, — саларианец. — Эксклюзивные кадры с Файи из Города кварианцев на Заре, о котором мы тоже сегодня поговорим. Внимание на экран.

***

Первое, на что обратил внимание оператор держащий камеру (именно оператор, а не дрон), это блоха фрегата гетов отчётливо видная за стеклянным куполом, поделившим ясное голубое небо на ровные шестиугольники. Удивления репортёра-турианки, военного корреспондента с большим послужным списком, комментирующей этот вид весело в реальном времени запикал «ВИ-красноречие». Никого из приглашённых представителей прессы заранее ни о чём не предупреждали, так что увиденное для них оказалось полнейшим шоком, что вылилось в натуральную панику. Кто-то даже побежал, крича что-то охране, но вооружённый человек в чёрно-синей броне местного СБ просто отмахнулся от него, продолжая взглядом следить за спускающимся с небес таким же похожим на блоху катером.

На самой же площади набилась целая толпа кварианцев, некоторые из них были без масок. Камера поймала одно землисто-серое лицо крупным планом, показывая, как нервно и испуганно раздуваются его поры и ноздри, а взгляд светящихся глаз источает одновременно испуг неверие и надежду.

Но вот, камера вновь взяла общий план, явив миру уже саму площадь и трибуну на ней. Именно там сядет катер гетов и там же их уже ждала немаленькая делегация.

Оператор вновь принялся ловить портреты своим жадным объективом и первым, на ком она сфокусировалась, был самый известный и богатый кварианец галактики — Раал’Тар вас Исмар. И нервничал он никак не меньше, чем тот случайный кварианец на предыдущем крупном плане, разве что выглядел значительно старше и сжимал своей рукой локоть, стоящей рядом супруги, Нариссы, да изредка что-то отвечал ей, не сводя глаз с гостей.

Следом шла тройка кварианцев в скафандрах: мужчина в красно-серебряном, женщина в чёрно-фиолетовом и ещё один мужчина в чёрно-синем. Они на фоне всей встречающей группы казались самыми маленькими и дело было даже не в том, что ростом и массой действительно уступали всем остальным делегатам, но и в позах, свидетельствующих об их абсолютной неуверенности.

А ещё в группе встречающих был Джон Шепард, пропавший без вести, а по некоторым данным и вовсе погибший СПЕКТР Цитадели. И вот он был невозмутим. Настолько невозмутим, что даже камера умудрилась передать всю монументальность его фигуры в бронескафандре. Он стоял в толпе, будто остров в океане, положив одну руку на пояс, а другой, приобняв, как бы защищая от всего мира Тали’Зору, которая его уверенность если и разделяла, то лишь отчасти. Он тоже следил за прибывающей делегацией, но во взгляде его не было ни удивления, ни страха, спектр единственный из всей встречающей группы улыбался.

Но вот катер приземлился в указанной ему зоне и исторг из себя встречаемых. На ровную поверхность Зори ступили два рыжих прайма, один ярко-красный и один «разведчик», немного поломанный, с дыркой в груди и почему-то с элементом человеческого чёрного скафандра с алой полосой на плече. Рыжие праймы меж тем были не с пустыми руками. Они шли чуть поодаль от красного и разведчиков и аккуратно несли на руках довольно большой яйцеподобный контейнер безо всяких опознавательных знаков и маркировок.

Процессия абсолютно никак не отреагировала на напрягшуюся было охрану и механически протопала к трибуне. Им навстречу вышли изрядно нервничающий Раал’Тар и Шепард, который удивил всех, на манер землян пожав разведчику манипулятор и кивнув, гет кивнул в ответ, а праймы от такого даже на краткий миг зависли. В конце концов геты что-то для себя сообща решили и тоже кивками отметили присутствие коммандера и наконец удостоили взглядом своих окуляров самого хозяина мероприятия. Тот слегка вздрогнул от столь пристального внимания, но нашёл в себе силы выдать:

— От имени Исмарской Директории приветствую Общность Гетов. Я Раал’Тар вас Исмар выступаю сегодня гарантом мирного проведения переговорного процесса.

Окуляры вновь переместились на Шепарда.

— Я также ручаюсь, что ни одна из сторон сегодня не будет стрелять, — веско добавил СПЕКТР.

— Мы, Гет, принимаем ваши гарантии, создатель Раал’Тар. — гулко оповестил красный прайм глубоким синтезированным басом. — Мы пришли без оружия и не будем проявлять агрессию первыми.

— Прекрасно. — ответил Шепард. — Однако мы думали, что с вашей стороны будут только платформы что вы несёте с собой?

— Дар, — гулко ответил прайм. — Мы просмотрели описания дипломатических встреч органиков, у вас так принято.

— Это тоже не оружие? — продолжал допрос солдат.

— Нет программ, нет летучих химических соединений, нет нестабильных веществ. Только данные. Воспоминания. О первых днях войны. О создателях. Это дорого нам. Дар.

— Хор-рошо. — Раал’Тар тяжело вздохнул. Было видно, что сегодня ему тяжело подобрать слова по ситуации. — В таком случае, я хочу представить вам адмиралов Мигрирующего Флота.

На какое-то мгновение зрителям могло показаться, что тройка кварианцев просто очень не хочет выходить к гетам и сделали они это лишь потому, что кто-то из-за их спин придал высокопоставленным чинам небольшое ускорение. По крайней мере двум из них.

— Командующий гражданским флотом Заал’Корис вас Квиб-Квиб, Даро’Зен вас Тонбай и Хан`Гаррель вас Нима — не оборачиваясь продекламировал Раал и повёл рукой туда, где адмиралы должны были оказаться. И они там оказались. — Как нам обращаться к вам?

— Мы — Геты, — ответил красный прайм. И на этих словах Шепард приложил ладонь ко лбу и сквозь пальцы укоризненно посмотрел на своего бывшего сопартийца. Легион лишь виновато развёл на это руками.

Дальнейшее мероприятие целиком и полностью было посвящено общению с праймом. Заал’Корис и Даро’Зен, осмелевшие от самого факта разговора с гетами под лошадиное фырканье Хана’Гарреля буквально завалили прайма вопросами, на что тот отвечал методично и неотвратимо. Беседа с представителем действительно иной формы жизни была пусть и малопонятна окружающим, но представляла живейший интерес. Запись длилась час и никто из экспертов в студии, более того, ни в одном из комментариев, пришедших на сайт новостей не было просьбы пропустить «пустую болтовню» и перейти к самому интересному.

Тем временем переговоры всё меньше походили на торг двух сторон при посредничестве третьей. Скорее вырисовывалась ситуация, будто встретились две половинки некогда единого целого и не могли наговориться. Притом Геты не только отвечали на вопросы, но и задавали их, а получив ответ прайм говорил «принято» и уступал инициативу.

Наконец, спустя довольно продолжительное время гет напрямую спросил у адмиралов:

— Возможен ли мир между нашими народами?

— Я бы сказал — несомненно! — бодро ответил Коррис, но тут же поскучнел. — Но это сказал бы я. С остальными кварианцами нам ещё предстоит большая работа. Не все из нас готовы принять примирение. И тот факт, что последние десятилетия мы воюем не с вами, а с еретиками. Ещё невероятнее выглядит история про старые машины… М-да…

— Ага, настолько невероятно, что я даже спустя три года после нападения жнеца на Цитадель не могу донести её до разумных… — буркнул Шеп. Прайм покосился на СПЕКТРа и каким-то образом не меняя позы выразил ему сочувствие посредством паузы. После чего повернулся к Зал’Коррису и ответил:

— Мы понимаем. Именно поэтому и принесли Воспоминания с собой. Высока вероятность того, что ознакомившись с ними вы примите положительное решение. Мы будем ждать вашего ответа на Раннохе. Мы ждём вашего возвращения домой.

С этими словами четвёрка гетов развернулась и утопала к челноку, который практически сразу взлетел. Оператор провожал его камерой до того самого момента, как крейсер, зависнувший над Городом не покинул небеса Зари. После этого запись завершилась.

***

— Вот такой вот видеоматериал сегодня нам доставили наши репортёры Тоша Кус и Викрия Тален, — выдала ведущая азари сразу после того, как исчез омни-экран. — Разумеется, мы сразу же отправили запрос в Совет Цитадели, однако, как оказалось, о случившемся мы узнали даже раньше советника Валерн, что, согласитесь, показатель.

— *п-ш-ш-ш-к* А вам самим-то это показывать разрешили? — фыркнул Барла Вон.

— Конечно, два часа шестьдесят семь минут назад спало официальное эмбарго. — отчеканил саларианец. — а когда об этом узнали вы?

— *п-ш-ш-ш-к* К своему стыду, я заинтересовался этой новостью только после получения приглашения от вашего канала. *п-ш-ш-ш-к* — покаялся волус, но тут же отшутился. — Видите ли, по роду деятельности мои интересы проистекают из денег, *п-ш-ш-ш-к* но так уж исторически сложилось, что деньги и кварианцы вот уже четвёртое столетие никак меж собой не пересекаются. *п-ш-ш-ш-к*

— Даже после того, как кварианцы начали иметь дело с «Новым Горизонтом»?

— Именно. *п-ш-ш-ш-к* У них между собой бартер и сделки проходят мимо нашего банка *п-ш-ш-ш-к*, к сожалению. В кредитах они начисляют лишь заработную плату тех кварианских сотрудников и паломников, прошу не путать, кто этого пожелает.

— Но как же так?

— *п-ш-ш-ш-к* Долго объяснять, слишком много нюансов, а эфирное время не бесконечно, между тем у нас тут куда более занимательная тема. *п-ш-ш-ш-к* Честно, впервые за множество лет сейчас мне интереснее послушать мнение военных, нежели финансистов, — волус полуобернулся корпусом к турианцу и слегка поклонился, что, учитывая его рост, выглядело весьма забавно.

— Итак, господин Фарасаз, поскольку господин Барла Вон любезно уступил вам свою очередь, давайте поговорим об этом событии с военной точки зрения, — вещал саларианец, — Для начала, как давно вы узнали о произошедшем примирении?

— Чуть раньше уважаемого представителя банковского сектора, но не скажу, что намного, — фыркнул военный эксперт. — И я, даже зная, что пришедшая мне информация достоверна, до сих пор до конца в неё не верил. Ну, знаете, все эти геты, еретики, геты-еретики… Нужно было увидеть всё своими глазами, кстати, благодарю ваш телеканал за эту возможность.

— Ну так что с мнением? — заполнила возникшую паузу азари.

— К сожалению, я до сих пор не составил на этот счёт трезвую оценку, для этого надо несколько дней со штабом аналитиков анализировать предшествующие события, но прямо сейчас на эмоциях, что значит, моё мнение под давлением вновь открывшихся фактов может кардинально перемениться, м-да… Ну так вот, на эмоциях могу сказать, что для совета цитадели данная ситуация не представляет собой ничего хорошего.

— В самом деле? — подобралась азари-ведущая.

— Да. И, чем больше я об этом думаю, тем больше утверждаюсь в своей правоте, — турианец прочистил горло. — Для начала представим самый простой вариант. Геты решили завершить Утреннюю Войну, начатую три столетия назад, заманив кварианцев в Вуаль Персея. В этом случае мы раз и навсегда потеряем некогда самый технологичный народ в галактике.

— Но… это же бред! — не выдержала эксперт-юрист. — Зачем тогда такие сложности? Мы два года назад уже убедились в том, что у синтетиков достаточно сил, чтобы разыскать флотилию, где бы она не находилась и разгромить их раз и навсегда. Но они этого не сделали ни сразу ни спустя столетия!

— Абсолютно согласен с вами! — кивнул оппонентке военный, — однако согласитесь, что в вопросе гетов мы знаем только то, что ничего не знаем. Вдруг машина посчитала, что так дешевле? В прочем, я не отрицаю, что это самый бредовый из вариантов, просто говорю, что и его нельзя списывать со счетов.

— *п-ш-ш-ш-к* Слишком просто, в реальности всё закончиться настолько хорошо просто не может по определению.

— — То есть, уничтожение целого вида — это для вас хорошо? — не поверила своим ушным мембранам ведущая.

— *п-ш-ш-ш-к* Это — всего лишь наименьшее из зол, лапочка, — отмахнулся Барла, — уничтожение вида не может быть «хорошо», но *п-ш-ш-ш-к* звучит куда лучше, чем уничтожение всей органической жизни.

— Вынужден признать правоту господина Вона, — склонил голову турианец. — Есть варианты куда хуже и о них тоже нельзя забывать.

— Например?

— А может не надо? — подала голос юристка и разумные уступили слово ей. — Видит богиня, больше ста лет не была адвокатом, но, видимо сегодня в студии эту роль отвели именно мне. Давайте всё же вспомним, что геты — это искусственный интеллект, им незачем лгать. Кроме того, геты сказали, что переданные ими данные помогут кварианцам вернуться на родину и это важно. Так давайте хоть на секундочку порадуемся за Мигрирующий Флот, который вернётся, наконец, в родную гавань! — студия потонула в аплодисментах.

— Вот те слова, которые я так долго ждала,— после отгремевших оваций провозгласила ведущая.

— *п-ш-ш-ш-к* Мы будем рады, когда это случится, — подтвердил волус. — Однако тут начинаются варианты. События могут пойти по самому непредсказуемому сценарию, поэтому мы, банкиры и военные, склонны исходить из худших предположений.

— На том и стоим, — подтвердил военный.

— Небольшая сложность состоит лишь в том, — продолжила азари, — кто послужил площадкой для проведения этих переговоров…

— Небольшая? — перебил азари ни с того ни с сего «вскипевший» турианец, — О, да, как же! Именно в посредниках и кроется корень всех последующих проблем! Вы вообще в курсе против кого сейчас всё пространство цитадели собирается воевать?

— Например? — насторожился саларианец.

— Навскидку: мы вообще не знаем, как давно «Новый Горизонт» сотрудничает с Общностью гетов. У Цитадели нет вообще никаких сведений об этом. Более того, мы не знаем что геты пообещали «Горизонту» для того, чтобы Раал’Тар, а он синтетиков терпеть не может, это вполне себе общеизвестный факт, вообще позволил им приблизиться к сородичам.

— *п-ш-ш-ш-к* А вот тут я посмею возразить. — поднял волус манипулятор, привлекая всеобщее внимание. — — Господин полковник, я бы на вашем месте не стремился списывать все достижения «Нового Горизонта» на сотрудничество с гетами, они совершенно точно пока ещё не друзья. *п-ш-ш-ш-к* Завтра — может быть, но не пока.

— Откуда такая уверенность? — турианец скрестил руки на груди.

— Это видно по их жестам. Как принимающей стороны, так и гетов. Раал’Тар действительно ненавидит и боится гетов, они — одна из причин его разногласий с Флотилией. Его либо убедили, либо заставили принять у себя синтетиков.

— Заставили? — не поверила ведущая-азари. — Минуточку, но ведь по версии «Горячего Созвездия» глава «Нового Горизонта» возглавляет "топ сто" самых крутых мужиков галактики! Если я правильно помню, то круче него из ныне живущих только кроганы! Кто может «заставить» такого парня? Объединённое войско четырёх рас?

— *п-ш-ш-ш-к* О, я слежу за этим топом. — усмехнулся волус. — *п-ш-ш-ш-к* Мне льстит двадцать пятая позиция, но давайте не будем приплетать сюда глянцевые журналы. *п-ш-ш-ш-к* Ответ же на ваш вопрос можно легко получить, просмотрев запись ещё раз и увидев, кого действительно слушают геты.

— Ну давайте посмотрим, — поддержал коротышку турианец.

— Давайте. — высказалась юристка.

— Ну что ж, по просьбам наших уважаемых экспертов… — провозгласил саларианец и повторно воспроизвёл момент встречи.

— О духи!

— *п-ш-ш-ш-к* А я о чём.

— Шепард!

***

Встреча завершилась успешно. Геты отбыли восвояси, позднее, когда кварианцы изучат архив и сами выйдут на контакт, на Зарю вновь прилетит тот красный прайм уже для обсуждения договора с Исмаром. Независимо от того, что решат кварианцы — нам нужны производственные мощности Ранноха и мы получим их так или иначе. Ну а в дальнейшем и квариков к гетам потихонечку приручим. Не мытьем, так катаньем, как говорится.

Вслед за гетами отбыла и «Нормандия». На Заре остались воры, Гаррус, который срочно засобирался на Палавен, раз его там так сильно ждут, Тали, совсем не слегка охреневшая от прошедших событий, Джек и, неожиданно Миранда. Последняя сделала это из-за сестры и с «Цербером» контактов не приостанавливала, так что официально она здесь под стражей и круглосуточным наблюдением. Криос, Заид Массани, Мордин Солус и Грант сойдут на Омеге, Самара возьмёт билет на Тессию уже с Земли. Ну а остальные честно сдадутся Альянсу.

Пусть так. Канон в конце концов. Мне же осталось только сидеть и пялиться пустым взглядом в окно, выходящее на космопорт и стараться просто ни о чём не думать.

В кабинет зашёл Раал. Он был один, разве что в компании бутылки земного коньяка и двух стаканов. То, что нужно. В идеале — упьюсь сегодня в слюни, а завтра буду страдать похмельем и жалеть себя. В любом случае завтра буду варёный от нервного перенапряжения. Раскладываю столик, достаю из холодильника пару яблок себе на закусь, а собутыльнику ломтики пересоленного мяса какой-то палавенской тварюшки.

Две минуты тратим на сервировку стола и разлив жидкости по рюмкам.

— За что пьём первую? — деловито осведомился я.

— За город! За этот самый грёбаный город, который я строил пять лет и который через эти же пять лет, а то и раньше буду разбирать. Если переживём Жатву, конечно.

Первая пошла. Поморщились, всё же действительно крепкие напитки никто из нас пить толком не умеет. Я захрустел яблочной долькой, кварианец занюхал мясным ломтиком. Жидкий огонь с весёлым плеском вновь наполняет «напёрстки».

— Переживёшь. У меня есть план на этот счёт. А зачем разбирать?

— Так он ведь нафиг никому нужен не будет. Даже если продавать… кому нужны станции дезинфекции в каждой квартире? А туалеты, рассчитанные на использование в скафандре?

Вторая рюмка пошла легче. Я понюхал кислый аромат фрукта, Раал закинул в рот мясной ломтик. Пожевал, заглотил. Бутылка вновь слегка опустела.

— Вот так всю жизнь строишь что-то… душу в это вкладываешь… А оно раз, и никому не нужно вовсе. Потому что если бы кое-кто не был таким тихушником…

— Раал, прости… Я… не мог иначе. Просто… поверь на слово, тебе правда не стоит знать некоторые моменты того, что я видел. Это…

Третья рюмка оказалась куда более горькой, чем первые две. Потребовалась помощь четвёртой. И закусить. Мир перед глазами слегка поплыл.

— Да и город этот ещё понадобится. Я уверен, найдутся те, кто не захочет или побоится вернуться на Раннох. Останется кто-то из паломников. Причин много и разумных много. Не будет здесь пусто, помяни моё слово!

— Надеюсь… — пробормотал кварик. По лицу его было видно, что ему не понравилось, как я соскочил с темы, но, по ходу, он решил сам себя не расстраивать сверх меры. — И всё-таки… Мир с гетами… Подумать только!

— Вот-вот. А что было бы если бы я сказал тебе это пять лет назад?

— Я бы тебя ударил. Больно. — совершенно серьёзно ответил мне медленно косеющий от алкоголя друг. — И улетел бы во Флот.

— Во-о-о-т!

Выпили за дружбу. Несмотря ни на что.

— Расскажи про Легиона. С ним-то ты меня мог свести без того, чтобы я случайно нарвался на него во время экскурсии по «Нормандии». Было неожиданно знаешь ли.

— Знаю, Касуми показывала запись, где Шепард держит тебя сзади, а Тейлор пытается вырвать из твоих рук ствол.

Раал гыгыкнул.

— Мне нужна эта запись.

— Нужна — будет.

Пропустили ещё по одной. У меня закончилось одно яблоко и я принялся резать на дольки второе.

— И всё-таки, расскажи, что у тебя за история с этим гетом? Всё-таки не каждый день я вижу, как ты орёшь на весь уровень «Я долбо..б», а потом за какие-то сутки устраиваешь встречу тысячелетия!

Да, я действительно крикнул сию сакраментальную фразу во всю мощь своих лёгких.

— Да нет никакой истории, — на душе внезапно сделалось очень паршиво. — Просто… есть осознание того, что я всего лишь человек, который мало того, что ошибается, так ещё и не может помнить всего. Я банально выбросил этого типа из головы. Сосредоточился на других вещах и забыл о нём. Да и зачем? Я ж знаю, что кварианцы помирятся с гетами через полгода. Или уничтожат гетов или…

Я осёкся, но слова уже были сказаны. Долбаное пойло. Одна из причин по которой я ещё не спился.

— Или геты убьют всех нас?

На этот вопрос мне ответить было нечего. Пересказывать другу момент когда весь его народ дружно убивается «апстену» я не хотел ни разу, хотя долбаное видео из игры всплыло перед глазами во всех подробностях.

— В общем, теперь я в абсолютном раздрае. Пытаюсь вспомнить, где я ещё накосячил, что ещё забыл и что урвать ещё не поздно...

— И как?

— Да никак! Всё! Поздно уже. Полгода осталось. Играем тем что есть.

Ещё выпили. Потом ещё. И ещё… Вторая бутылка возникла неожиданно и ко всеобщей радости. Потом… не помню.

Глава 75 О уже давно опостылевших многоходовочках и бездарности их применения.

Вечер на Зоре был прекрасен. Когда рыжее светило Файи закатывалось за горизонт, оно окрашивало чудесный тропический сад, коим был офис-город новообразованной директории, в чудесные кремовые оттенки, наполняя, пусть и довольно красивые, но всё ещё серые утилитарные здания с большими зеркальными стёклами каким-то необъяснимо уютным теплом, и разбрасывало многочисленные рыжие блики.

Казалось, что архитекторы строили всё, что их сейчас окружало, именно исходя из этого момента, но это было не совсем так. Днём в городе тоже было на что полюбоваться. Тем не менее сейчас приятная успокаивающая и согревающая гамма помогала притупить гнетущие мысли и сосредоточиться на поставленных задачах. Насколько бы бредовыми и непрофильными они ни были.

Тали всегда чувствовала, что окажется здесь.

С того самого момента, когда, будучи уже не девочкой, в ужасе склонившейся над отцом, сучащим ногами по полу главной площади Нимы и пытающимся втянуть в судорожно сжатые лёгкие хоть немного живительной дыхательной смеси из своего респиратора после тяжелейшего удара в грудь и короткого полёта, которым закончился его спор с молодым бунтарём, но девушкой, полной надежд повидать мир и не брать подачки от всяких везучих ублюдков, которые якобы радеют за будущее кварианского народа, а сами бегут с Флота поджав хвост, лишь ощутив малейшие трудности.

Да. Именно так она и относилась к задумке Раал’Тара даже тогда, когда ей в руки случайно (а случайно ли?) попала статистика выживаемости паломников вне программы Тара и внутри неё. Так она относилась и к его подчиненным (Ох уж этот Гарек’Ниит!), ведущим себя как… как… как будто им не нужно страдать от лихорадки каждый раз, когда они поднимают забрало! Будто их не мучит несварение каждый раз, когда они едят что-то недостаточно стерильное! Каждый. Долбанный. Раз!

Её вера в то, что именно отец вернёт кварианцам дом, крепла день ото дня до того самого злосчастного «судилища». Да, того самого, где она узнала о смерти отца, о его, по факту, преступлениях… На котором её и всех оставшихся в живых из поисковой команды адмирала Зоры чуть не изгнали, повесив на них всех варренов.

Именно тогда, когда этот неадекватный переросток вышел из толпы и встал на защиту своих не самых значимых подчинённых (два рядовых специалиста, пусть весьма компетентных, но не более), да группы Тали до кучи (просто потому, что рядом стояли), она смогла поднять свои глаза и посмотреть на его широкую спину несколько иным взглядом. С надеждой. Зря, конечно. На суде кварианец, о котором она знала лишь из новостей, гневных комментариев отца и редких баек, что травили вернувшиеся на флот инженеры, был предельно жесток и циничен. Подумать только! Обвинить во всех грехах самих адмиралов, «проворонивших» у себя под носом запретную деятельность!

Да, он оправдал саму Тали и её группу, но по памяти самого Раэля’Зоры он протоптался нещадно! Не стирание его имени из анналов Флотилии, но вечное напоминание об его ошибке! И это не добавило ему симпатии в глазах девушки. Ну а дальше было его чудовищное заявление о том, что кварианцам не нужен такой Раннох… И именно то, о чём и предупреждал отец — попытка затянуть весь флот в кабалу даже не его личной компании, в подчинение… кому? Кучке ксеносов, которые зовут себя директорами, где их народ представлен одним лишь Таром?!

Но нет. Девушка, идущая по центральному офису «Нового Горизонта» самым длинным маршрутом, который только смогла найти на автокарте, одёрнула сама себя. У этой медали была и другая сторона. И у этой стороны даже были три имени: Табаар, Саахи и… Кина. Три друга, с которыми она отправилась в столь долгожданное паломничество. Три друга, отдавших свои жизни за то, что она ненавидела Тара. За то, что в её жизни появилась «Нормандия». Всё, что ни делается, всё к лучшему, да? А сколько таких вот друзей не вернулось с теми единицами везунчиков, что всё-таки вернулись во Флот? Не об этом ли кричал тот самый Раал, избивая её отца у неё на глазах? Не потому ли он не убежал тогда, не продолжил бить адмирала, а лишь упал на колени и завыл? Он ведь тогда тоже потерял друзей…

Тали остановилась посреди необычайно пустынного в конце рабочего дня коридора, шумно всхлипнула, привычно давая набежавшим слезам стечь к подбородку, где они впитаются в специальную промокашку, из которой впоследствии перекочуют в фильтр для очистки вторичных жидкостей. Посмотрела на окно во всю стену, в котором светило уже начало закатываться за далёкие холмы. Дождалась, пока тёплые лучи высушат влажные дорожки, бегущие от глаз, и слегка развеют тьму заполнивших её сердце воспоминаний.

Потом вновь были вторая «Нормандия», в разы лучше прежней, старые знакомые (Гаррус, Джокер), новые знакомые (Тейн, Самара, Касуми, Донелли, Дениелз, Тейлор), безумно-гениальные знакомые(Мордин, Лоусон, Джек), невероятные знакомые (Грант, Сузи(!) Легион(!!)), и… Шепард, который вместе со всей честной компанией вновь ворвался в её жизнь и снова перевернул её с ног на голову.

Ну а вместе с «Нормандией» и неугомонным настолько, что не прошибла даже смерть, коммандером вернулись и Жнецы, которые вновь показали юному кварианскому инженеру то, как локальна на общем фоне их, кварианцев, война.

Дальше — база коллекционеров, где понятие ужаса обрело новые краски. Где она увидела ещё более ужасное лицо Жнецов (будто и того мало ей было) и… её первое прибытие в Предел Исмар.

Что она испытала в тот момент, когда узнала, что Шепард направил корабль к самому ненавистному для неё берегу? Ничего. База коллекционеров выжрала из её души всё, кроме перманентного ужаса в который приходилось стрелять чаще, чем дышать. Усталость и шок выдрали из девичьего тела всякую способность протестовать и просить высадить её на полдороги. Хотелось просто лечь спать и не видеть во снах тех кошмаров, что они все вот только что пережили наяву.

И вот теперь она здесь, и Раал’Тар уже при ней, вместе с Шепардом делает то, что, по её мнению, было совершенно невозможно на данный момент. Не сейчас. Возможно, через несколько лет она смогла бы… Но гендиректор «Нового Горизонта» сделал это месяц назад, притом обставил это так, будто случившееся организовал Шепард при её непосредственном участии! Но Тали себя не обманывала и отсутствие своего реального вклада признавала первой. Жаль, этого теперь никому не объяснишь, да и мир, естественно, не наступил, но та стена, которая не давала её народу сделать первый шаг, была сломана. Остальное было лишь делом времени. Куда меньшего времени, чем высчитывала Тали.

До кабинета Раал’Тара оставалось пройти последний коридор, и Тали не удержалась, присев на мягкий диванчик в комнате отдыха. С этой стороны здания в окнах уже было темно, так что светило больше не могло прогнать холод печальных дум, овладевших кварианкой.

Так почему же она сейчас здесь? О… на этот вопрос было слишком много разных ответов, включая «большую просьбу» конклава, которую ей передала Шала’Ран, но главное: ей надо было поговорить с этим кварианцем. Хотя бы попытаться извиниться. Ну а там уже и о «просьбе» конклава подумать можно. Хотя… На самом деле Тали так и не поняла до конца, чего действительно от неё хотела подруга, утопившая её в словесном кружеве.

Сам же гендиректор по своему обыкновению задержался на рабочем месте чуть ли не дольше всех, решая какие-то свои вопросы и, когда Тали мелькнула в проёме двери его кабинета, приглашающе указал ей на мягкое кресло перед собой, разговаривая по настольному коммуникатору с кем-то невидимым.

— Уже на Омеге? И как оно там?

— Я думал, будет хуже, — отозвался некто. — Ждём, как нагрянет «Цербер». Теперь уже точно известно, что они прибудут сюда, так что придётся идти на поклон к Арии. В последний раз у меня с ней неловко вышло, так что будет повод сказать спасибо.

— Это да, надо, — необычно тепло улыбнулся Раал (Тали вообще не знала, что он так умеет), — Ну ладно, удачи тебе там.

— Не понадобится, — хмыкнул в ответ человек, — у меня есть патроны. Отбой.

— Отбой.

Связь отключилась, и кварианец-переросток с широкой улыбкой потянулся до хруста в суставах, не вставая с кресла. Затем он открыл-таки глаза и сфокусировал взгляд на притихшей в удобном кресле Тали.

— Добрый вечер, мисс Зора. Чем обязан вашему визиту? Есть какие-то жалобы? Может, вам что-нибудь нужно для личного пользования или для нужд посольства?

— Я.. э… нет! Я… просто… — когда надо, Тали умела быть напористой и за словом в карман не лезла, как-никак месяцы полётов в компании самых отвязных головорезов в галактике, а ещё и с Джокером, не прошли для неё даром, но вот сегодня слова куда-то подевались. Наконец, она справилась с собой и всё-таки выдала. — Я просто, наконец, хотела поблагодарить вас за то, что вы делаете для Флотилии. От себя лично. И… извиниться. Я в своё время много вам всякого наговорила.

Реакция Тара была… странной.

— Не могу сказать, что совсем уж незаслуженно, — моментально скис гендиректор и отвёл взгляд куда-то вниз. Но тут же тряхнул головой, будто сбрасывая тяжёлую ношу и улыбнулся лукавой улыбкой, что заставило кварианку немного отпрянуть. Она не каждый день видела, как другие кварианцы проявляют эмоции лицом. — В свою очередь хочу выразить своё искреннее восхищение вами, как девушкой и как личностью.

Кварианка замерла на мгновение, а затем на всякий случай отодвинулась вместе со стулом подальше. Светящиеся глаза под сиреневым забралом медленно приобретали форму идеальных окружностей.

— П-п… почему это? В-вы сделали для Флотилии не в пример больше.

— Каждый вносит свою посильную лепту в жизнь Флота. Таково наше предназначение. Но, как по мне, ваш путь был куда более тернист, чем мой. Хотя бы потому, что в моём паломничестве не было одержимых СПЕКТРов, мечтающих меня убить. Да и со жнецами мне воевать не доводилось. А вот вы, Тали… — Раал откинулся на спинку своего шикарного кресла и упёр руки в подлокотники. — Вы прошли через всё. Вы горели в окопах, вы неслись на БТРе сквозь снега и скалы на встречу с Рахни, гетами, наёмниками, кроганами… Познали позор, и с честью выдержали то треклятое судилище… И вот теперь вы здесь. Несмотря на то, в каких отношениях я был с вашим покойным отцом…

Какое-то время девушка осознавала смысл пропетых ей только что дифирамбов, смущённая настолько, что от стыда вот-вот покраснеет сама маска, а не только лицо скрытое ею, но собеседник, не меняя выражения лица, ждал какого-то ответа, давая девушке время отделить зёрна от плевел. И она отделила, ухватившись за последние слова гендиректора мёртвой хваткой.

— Что значит «И вот я здесь»?

— То и значит, пришли в мой кабинет, выполнять приказ конклава, вместо того, чтобы послать их куда подальше и продолжать делать свою работу.

— Я… не думаю, что сумела вычленить правильный смысл из сказанного вами. — осторожно ответила Тали, совершенно не понимая, к чему клонит её собеседник.

— Имеется ввиду ваш последний разговор с адмиралом Раан.

Вот оно! Он шпионит за ней! И тут как будто розовая пелена слетела с глаз. Тали вскинулась в своём кресле, сжала подлокотники и гневно фыркнула:

— Знаете, Раал, во всей галактике бытует мнение, что приватные каналы связи потому и считаются приватными, что их не слышат посторонние.

Кварианец-переросток на это лишь отмахнулся.

— Расхожее заблуждение. Но в своё оправдание скажу что, если бы речь не шла обо мне лично и в столь… щекотливом ключе, то я бы даже не узнал об этом, но моё имя звучало слишком часто, так что ВИ определил разговор как часть подготовки к покушению и передал канал оператору. Ну а там и до меня дошло.

— Мы… Шала действительно советовала мне попытаться найти с вами общий язык. — обиженно пропыхтела Тали. — Что в этом такого?

— Ну… действительно ничего, если так. Но… со мной уже как-то беседовали на схожую тему лет десять назад. — Раал’Тар усмехнулся и отвёл глаза. — Видимо, в тот раз я послал не тех и недостаточно далеко.

— О чём вы?

Тали и так не нравился этот разговор. Теперь же она почти ненавидела себя за то, что пришла сегодня в этот кабинет.

— Да вот пытаюсь понять, у наших адмиралов совесть ампутируют или она сама потихонечку атрофируется, — фыркнул хозяин кабинета. — Видят, что разумный искренне хочет помочь, но даже не подумают его за это как-то поощрить. Например оставить в покое и просто позволить делать то, что он, а в вашем случае она делает. Нет! Лучше они сядут этому разумному на шею и будут требовать от неё всё большего и большего, пока разумный не сотрётся или не взбунтуется. А что? Хороший план, потому что в этом случае можно будет ещё раз попытаться навешать на вас всех собак, а самим остаться чистыми когда…

— Прекрати! — воскликнула Тали, приняв смысл сказанного на свой счёт. — Я пришла к тебе не по приказу адмиралов, а по своей инициативе, потому что была неправа все эти годы насчёт тебя! И я действительно хотела перестать на тебя злиться, но как это сделать, когда ты так сильно нас ненавидишь! Зачем тебе вообще помогать Флотилии? Ради удовлетворения собственного ЭГО?! Если только для этого, то спасибо, не надо! Иди к своей…

— Азари?! — неожиданно рявкнул Раал.

Тали осеклась, затем поняла, чего сморозила, с громким стуком прижала обе ладони к динамику маски и пристыженно рухнула на кресло.

Раал поднялся с кресла и опёрся своими мощными руками на стол, нависнув над собеседницей, как грозовая туча. Тали уже видела этот жест. Шепард делал так же на совещаниях, чтобы прекратить галдёж, то есть чрезмерно громкое обсуждение ситуации. Тогда затыкался даже Рекс. У гендиректора сейчас получилось если и хуже, то ненамного.

— Знаешь, а ведь именно этим мне и тычут в морду с тех самых пор, когда я впервые вернулся из паломничества. «Спит с азари, совсем на кварианок смотреть перестал. Сам уже забыл, что значит быть кварианцем. За кредиты Флот продал!». — Раал говорил это спокойно, но Тали отчётливо видела, как играют его желваки. — Сейчас уже в лицо не говорят, а за спиной шептаться продолжают. На идиотов плевать, а вот тебе отвечу. Я — кварианец и горжусь своим происхождением. Моя преданность моему народу не подлежит сомнению ни у кого, кто меня знает. Я делаю всё это не ради удовлетворения своих разросшихся амбиций, а чтобы мой народ жил, множился и процветал. Но адмиралы до сих пор не хотят этого признавать.

— Раал, я не…

— Оставь, — гендиректор рухнул обратно в кресло, и то скрипнуло под его весом. — кстати, давай уже на «ты», раз перешли.

Тали подобралась, но всё же решила закончить свою мысль.

— Мы с Шалой как раз и говорили о том, что ты сделал для нас всех. Адмиралы признают твои заслуги и действительно восхищаются твоими решениями. И так было ещё до того, как ты организовал разговор с Гетами. Твоя ценность для Флотилии сейчас запредельна и…

Раал’Тар фыркнул.

— И вот тут мы подходим к моменту, где они хотят ещё сильнее привязать меня к кварианскому народу. Например, положив в мою постель умную, красивую, целеустремлённую, молодую кварианочку.

У Тали резко перехватило дыхание.

— Ч-что?

До девушки, наконец, дошло. Во-о-о-о-т на что так усиленно намекала Шала! Да подруга почти открытым текстом говорила! Но… как такое вообще могло произойти в реальности?! Нет, Тали, конечно, видела такое в остросюжетных блокбастерах с большими бюджетами, но и в жизни не предполагала, что такое могут попытаться провернуть… с ней?

Девушка подняла затравленный взгляд на ухмыляющегося собеседника и как бы между делом наконец вспомнила, что этот кварианец УЖЕ предстал перед ней, да, в униформе, но БЕЗ своего скафандра вообще, а не то, чтобы там просто обнажить лицо.

— Я… не… уверена в том… что понимаю…

Раал тяжело вздохнул и потёр руками лицо. Конечно же всё она понимает.

— Всё дело в том, что я уже был готов прогнуться под это их решение и терпеть рядом с собой молодую наивную дурочку, играющую в шпионку, даже с женой этот вопрос обговорил, но твоё начальство по каким-то непонятным мне мотивам опять решило пальнуть себе в колено и прислало тебя, а ты, Тали, случай особый.

Молчание длилось намного больше минуты. Шокированная кварианка то и дело вскидывалась, порываясь что-то спросить, но тут же осекалась и снова уходила в раздумья. Раал тем временем не отрывал от неё взгляда, смущая девушку ещё больше. Наконец Тали что-то для себя решила и, набрав побольше воздуха в грудь, задала свой вопрос:

— Так чем же конкретно я не устраиваю вас, господин генеральный директор? — изящная трёхпалая ладошка накрыла сиреневое затенённое стекло шлем-маски. Тихий пшик, и его взору открывается лицо собеседницы.

Раал’Тар, за долгие годы привыкший к любым вывертам логики разумных, медленно открыл рот, затем медленно закрыл рот.

Глава 76 О встрече дорогих гостей и цене некоторых приёмов.

Музыка, грохочущая в клубе, становилась тише с каждой пройденной ступенькой и это откровенно радовало. Я и в детстве-то ненавидел клубняк, долбивший в «Загробной Жизни», а с возрастом и вовсе превратился в ценителя тишины и спокойствия. У меня даже в плейлисте уни-инструмента вся музыка из прошлой жизни. Сейчас даже не могу вспомнить, когда включал её в последний раз. Охрану я не узнал, вместо двух, уже казалось, примёрзших к дверям покоев королевы пиратов чёрных стражников на посту коротали свои часы двое батарианцев, но те всё равно меня пропустили после недолгого согласования с Брэем.

— Какие люди! — простёрла мне навстречу руку Ария Т’Лоак. — Вот уж кого не ждала. Всякий раз, когда ты появляешься на моём пороге, название клуба приобретает некий сакральный смысл. И тем не менее, рада видеть тебя в порядке.

Королева пиратов Терминуса, «биотический босс», альфа «Омеги» и просто чудесная женщина азарийской наружности ничуть не изменилась. Впрочем, и не могла, несколько месяцев — не тот срок, что может хоть немного состарить организм, способный прожить свыше тысячи лет, а нервы она бережёт, на корню устраняя всякую причину их раздражения. Всё такая же ультрамариновая кожа в бликах алой цветомузыки. Всё та же излюбленная куртка, всё те же обтягивающие бриджи. Разве что была она в этот раз в куда лучшем настроении, чем я её оставил, будучи отравленным нанитами Жнецов, и не одна.

Компанию ей составляла довольно молодая турианка с алой полосой на выбеленном лице. Капюшон её одежды, чем-то неуловимо напоминающей спортивный костюм, был сброшен за плечи, а в руке она держала цилиндрический бокал с чем-то бирюзовым и шипящим. Сидела беглянка из «Кабала» на противоположной от Арии стороне софы расслабленно, но в моём присутствии слегка подобралась и напружинилась. На всякий случай. Осматривала она меня с нескрываемым удивлением. Забавно. Арии о моём приближении сообщили совершенно точно, но вот она своей гостье сказать о визитёре, судя по всему, нужным не сочла. Не доверяет, испытывает или просто решила развлечься за её счёт?

— Взаимно, твоё величество, — я вполне искренне изобразил полупоклон. — Поговорим?

— Поговорим, — благостно склонила голову королева, а затем кивнула на свободное место. Под возмущённый взгляд Найрин Кендрос приземляю свою пятую точку между дамами, а кейс, который держал за ручку всё это время аккуратно ставлю на почему-то пустующий столик.

Открываю кейс: Два фужера и немного пыльная бутылка с белым вином. Давно я не обращался за помощью к виноделам, но за то, что я помог Мигелю выйти на рынок Омеги, меня там помнили до сих пор. У этого вина не было марки. Просто один старый испанец закопал бочку до свадьбы внука, а на свадьбе умудрились выпить не всё. Вот мне и презентовали.

Штопор ввинчивается в пробку, та выскальзывает из горлышка и по ложе распространяется запах лета и винограда, краем глаза вижу, как раздуваются ноздри Арии. Забавно. Янтарная жидкость устремляется в бокалы, я поднимаю свой фужер в сторону азари и делаю первый глоток. Божественно, даже глаза прикрыл от удовольствия. Сижу на диванчике, кайфую.

— Вот умеешь ты подсластить пилюлю, Лео, — в нарочито расслабленном голосе Арии слышалось явное удовольствие, — вот только, мерзавец такой, не делаешь этого никогда. Что ни выверт — всё врывается, как кроган сквозь переборку, который потом делает здоровую кучу, а мне остаётся лишь смириться и думать, как это дерьмо использовать.

— Что поделать, не от хорошей жизни, — вернул я ей улыбку, буквально всей кожей спины ощущая излучаемые турианкой недовольство и любопытство. Реагировать на это я, конечно, не буду.

— Вот тут я склонна тебе не поверить, — хмыкнула Ария в фужер и сделала ещё один небольшой глоток. — Что привело тебя этот раз?

— Должок хотел вернуть. Уделишь минутку?

— Валяй.

Я покосился на молчащую до сих пор Кендрос, а переведя взгляд на Арию вежливо улыбнулся.

— Наедине.

— Я ей доверяю. — слегка померкла дружелюбная улыбка королевы.

— Знаю. Милая Кендрос не из болтливых, но есть темы, которые при ней обсуждать я бы поостерёгся.

Турианка на заднем плане ощутимо напряглась. Ария перестала улыбаться вовсе.

— Ладно, я так понимаю, сегодня разговора не получится, — залпом допил вино и поднялся на ноги, — пока время терпит, пришли за мной, как найдёшь для меня время, а я пока узнаю, как дела у Элис. В конце концов, она мне ближе матери.

И направился к лестнице. Даже успел сделать пару шагов по ступеням.

— Стой, — бросила мне в спину турианка и поднялась со своей части дивана.

— Я бы на твоём месте не останавливала этого человека, — прямо-таки мурлыкнула Ария. Она предвкушала зрелище.

— Почему? — Найрин мягкой пружинящей походкой направилась ко мне. Правила игры она приняла, тоже решив не обращаться ко мне напрямую. — Он меня знает, а я его — нет. Представишь его мне, Ария?

— С удовольствием, Найрин. Сейчас ты лицезришь перед собой самую опасную тварь, когда-либо ступавшую на эту станцию. Как там тебя теперь зовут?

— Ближайшие пару месяцев я ещё побуду Леонидом. — Одарил я присутствующих дам лучезарной улыбкой. — Ну а потом можно и по-старому.

Ария на это лишь безразлично пожала плечами и вновь потянулась к бутылке, а Кендрос продолжила движение ко мне, склонив голову набок.

— Ты меня разыгрываешь, Ария. — фыркнула Кендрос. — Я видела людей в бою, не такие уж они и страшные.

Ария не ответила. Я упорно продолжал делать вид, что турианки для меня не существует. Та меж тем подошла вплотную ко мне, нависла надо мной и выдохнула мне в лицо:

— Самая опасная тварь Омеги, да? — обошла меня по кругу. Став со мной одного роста только опустившись на ступеньку ниже. — Ну надо же. — И направилась обратно к дивану, а я вновь развернулся к выходу. Шаг, второй, сейчас! Выбрасываю руку в пол, чего турианка никак не могла видеть, а та резко с полуразворота ударила биотикой. Сложная связка из подъёма и удара, неплохо! Я подлетаю на добрые три метра и лечу в заданном напарвлении, лишённый веса.

Турианка презрительно фыркает и самодовольно смотрит на Арию.

— Самая опасная тварь на Омеге, да? — фыркает беглянка.

— Я предупреждала. — в глазах королевы пиратов плещется нескрываемое веселье, Кендрос понимает, что ничего не понимает, и где-то что-то пошло не так, но в следующий момент ей на плечо и спину падает что-то тяжёлое. Не прошло и двух секунд, как она оказалась на полу, её руки крепко зажаты за спиной, а к горлу прижато что-то неприятно острое.

— У тебя очень дерзкая игрушка, Ария, — говорю это прямо над ухом Кендрос и не очень громко, почти эротически шепчу. — Понимаю, почему она тебе приглянулась.

— Я не игрушка! — рычит побеждённая.

— О да, ты всего лишь залезла в постель восьмисотлетней азари, которая живёт в тридцать раз дольше тебя и переживёт ещё минимум дважды. Которая позволяет тебе всё в своих владениях, даже нападать на своих гостей, пока это её забавляет. Просто прими истину. Таким статусом ты должна гордиться, в конце концов заинтересовать саму Арию за всё время удавалось очень и очень немногим. — отвечаю так же бесстрастно. — И если тебе интересно, её предыдущая игрушка — я. И я считаю этот период своей жизни лучшим.

— Только для постели моей он в то время был мелковат, — хохотнула Ария со своего дивана. — Но было время, когда этот человек действительно был моей собственностью. Тяжкое, надо сказать, время для моих нервов.

— Ой, ну вот не надо! — отмахнулся я, вставая с турианки. — Те реки денег, что я направил на станцию давно должны были потушить твой пылающий… гхм… Были нормальной компенсацией за все неудобства на долгие годы, я хотел сказать.

— Возможно, а теперь Найрин, раз уж ты всё равно встала, — перевела смеющийся взгляд своих филетовых глаз на свою пассию Ария. — Не могла бы ты занять себя чем-нибудь на какое-то время? Я найду тебя сразу же, как закончу тут. В конце концов, Леонида я действительно не могу игнорировать. И поверь мне, я не наслаждаюсь его обществом.

— Ладно, — обиженно буркнула Кендрос, напоследок подарила мне убийственный взгляд и гордо утопала куда-то в ей одной известном направлении. Я же вновь плюхнулся на диван и благодарно кивнул королеве.

— Милая девочка, — кивнул я в сторону двери.

— Поэтому надо было ей хамить? — осведомилась хозяйка. — Зачем ты вообще назвал её моей игрушкой в глаза?

— Чтобы у тебя была причина сегодня доказать, что это не так и что ты её любишь? — сделал я невинные глазки. — Ой, ладно тебе, Ария, пришёл с дарами, развлёк, вроде даже не особо помешал, смени гнев на милость, о несравненная!

Взглядом, которым Ария встретила мою тираду, можно было придавить слона.

— Кончай паясничать и говори зачем пришёл.

— Я уже сказал: хочу вернуть долг за то, что не дала моим мозгам вытечь из ушей. Я очень ценю этот твой жест, а потому пришёл сделать тебе очень выгодное предложение.

Ария приподняла бровь-татуировку. Я тяжело вздохнул и налил себе вина. Со всем, что произойдёт в дальнейшем, я уже как-то смирился, но вот говорить об этом было всё ещё противно. Однако канон мне пока ещё нужен и выбора у меня нет.

— Я предлагаю тебе слегка обновить систему противокосмической обороны Омеги, а также внутренние системы пожаротушения, контроля толпы, слегка улучшить оборону «Загробной Жизни» и ещё пару десятков модификаций полицейского назначения. Системы видеонаблюдения, заградительные периметры и ещё много всего по-мелочи. Цена вопроса — ноль кредитов.

— Слишком щедро взамен одной спасённой жизни, пусть даже и твоей. — Ария постаралась придать себе скучающий вид. У неё это даже практически получилось. — Модификации для столь крупной станции технологиями «Нового Горизонта», да ещё такие масштабные, стоят просто бешеных ресурсов, и ты это прекрасно понимаешь. У вас, с учётом ваших же проблем с новообразованным государством, столько попросту нет в свободном обращении. Да и твои директора за такое тебя просто съедят. А… Поняла, ты именно этого и добиваешься? Чтобы они раз и навсегда отстранили тебя от управления?

Тяжёлый вздох.

— Нет, я на такое чудо даже не рассчитываю. Да и «Новый Горизонт» тут совершенно не причём. Отделкой твоих хором займётся «Цербер».

— Даже так, — Ария недобро прищурилась. — А сами церберовцы знают, что собираются модифицировать Омегу?

— Естественно. Все сметы уже подписаны, рабочие определены и будут они стараться над станцией с истовым рвением. Как для себя.

— Вот на этом месте ты начинаешь сыпать подробностями, — звякнул металлом голос моей очаровательной собеседницы.

— В таком случае, позволь рассказать тебе, как всё будет в ближайшем будущем, — кивнул я, и выставил на стол «горизонтовскую» глушилку.

Начал я издали. Подтвердил Арии своё предзнание, пожаловался на «жизнь сурка» и плавно перешёл к интрижке Лизелль и некоего предателя из «Цербера». Попытался вспомнить подробности, в которых описывается, как дочь самой могущественной азари в терминусе убивают в собственном номере, как какую-то портовую шлюху, а добрые ребята из одной террористической прочеловеческой организации оказывают ей посильную помощь в расследовании. Про то, как некий генерал втирается к ней в доверие во время нападения чрезвычайно сильных хасков, непонятно как заведшихся в недрах добывающего комплекса станции. Про то, как она хоронит свою дочь на Тессии и остаётся с горсткой преданных ей пиратов и с небольшим флотом одна на просторах Терминуса.

Поверила ли мне Ария? Не знаю, но впечатлилась.

— Я не верю, что меня поимеют так просто, как ты рассказываешь, — раздражённо фыркнула королева мне в лицо, на что я флегматично пожимаю плечами. — Ладно, будь ты проклят! Я приму меры, спасибо, я учту всё, что ты мне сейчас рассказал,— и уже тише, отведя взгляд в сторону, — каким бы бредом это не было.

— А вот тут мы подходим к вопросу «В чём же твой интерес, Лео?».

— Кто-то не так давно вякнул, что зашёл вернуть должок. — по тому, как часто Ария начала от меня отфыркиваться, я понял, что великий запас её терпения потихонечку подходит к концу. — И в чём же твой интерес, Лео?

Вот э… как бы помягче выразиться-то? А и ладно! Чего уж теперь-то хороводы водить?

— Мой интерес состоит в том, чтобы за парой мелких исключений всё прошло именно так, как я тебе только что рассказал.

Стакан в её руках всё-таки лопнул. Она подняла на меня глаза в которых безо всяких преувеличений и шуток искрилась ярость пополам с биотикой.

— Ты вообще осознаёшь, что сейчас сказал? — очень спокойно осведомилась Ария.

— Определённо. Я очень долго думал над всем, что рассказал тебе сегодня и именно поэтому был предельно откровенен.

— Да я же тебя сейчас наизнанку выверну за такую откровенность, — прошипела королева.

— Такое тоже вероятно. Но давай лучше выпьем ещё немного, успокоимся, я расскажу тебе, почему это всё может не случиться вовсе. И почему это плохо. — Я нервно глотнул уже не кажущееся идеальным вино. — А потом я расскажу тебе свой план, и мы обговорим твой интерес в его исполнении.

Ария Т’Лоак испепеляла меня взглядом долгих две минуты, после чего взяла бутылку и сделала длинный глоток прямо из горла.

— Зачем тебе делать именно так? За каким варреном тебе вообще рассказывать мне всё это? — прорычала азари. — Ты же меня знаешь, я бы любого, кто просто заикнулся об опасности для Лизелль, в порошок стёрла, а ты ещё тут просишь станцию оставить. Ты псих, Лео, но прежде чем убить тебя, я спрашиваю: зачем тебе всё это?

— Несколько причин, — я поставил фужер на стол и откинулся на спинку софы. — главная из которых — неопределённость. В течение следующего года «Цербер» проведёт один масштабный и совершенно аморальный эксперимент, в ходе которого загубит сотни тысяч душ. Я совершенно не представляю, где этот самый опыт даст результаты и когда это произойдёт, но это произойдёт и мне нужны эти самые результаты. Любой ценой. И начнется этот самый эксперимент здесь, на «Омеге». На «Омеге», захваченной «Цербером» и генералом Петровским. — биотическое пламя моргнуло в глазах Арии, а её рука, не занятая бутылкой, сжала мягкий подлокотник. — Это первое. Второе, прости за тавтологию, вторично. Я хочу, чтобы Лизелль осталась жива, а ты вернула контроль над станцией настолько быстро, насколько это вообще возможно.

— Какое великодушие! — возвела очи горе Ария.

— Можешь думать, что хочешь, но вы обе мне не чужие. И я действительно не желаю вам зла.

Взгляд Арии… потеплел что ли? Она перестала терзать боковинку дивана и даже поставила бутылку на стол, предварительно снизив уровень жидкости в ней до одной четвёртой.

— Цербер уже полтора месяца ведёт со мной дела в Терминусе. Работают по предоплате, ставка на стандартные услуги всегда завышена более чем в полтора раза, лишь бы с вашими судами не пересекались. — как бы в пустоту проговорила Ария. — Транзит налажен, грузопотоки бешеные. Дела ведёт напрямую некто Олег Петровский.

— Значит, у нас ещё меньше времени на принятие мер, чем я думал, — поджал я губы. — Они уже здесь.

— Рассказывай, Лео. И не дай богиня, хоть что-то из того, что ты придумал, не сбудется!

Глава 77 О дипломатии, охоте, больных темах и благоразумии.

Прилёт на Тучанку был ожидаемо плохим решением, да и не столь необходимым, но это было нужно сделать. Кому? Ну а почему бы и не мне? И… до сих пор единственному крогану в рядах «Чёрного Ветра». И вот с последним как раз и было связано большинство явных проблем.

Так уж случилось, что воевода Гаршок, развлекавший в своё время меня, десятилетнего сопляка, историями о своих и не только героических похождениях у себя на Родине был… персоной нон-грата. Просто, потому что не умер достойно в своё время, а был всё равно, что тот же Патриарх у Арии. Сейчас у него новые внутренности, протезы заменили биологические, выращенные из его же тканей трансплантаты, да и вообще он, в общем и целом, помолодел лет на триста, но… ни один уважающий себя воин-кроган с Тучанки за «опущенным» не пойдёт.

До недавнего времени самого его это волновало мало. Он спокойно командовал боевыми отрядами «Мёртвого Легиона», каждый раз успешно и чётко выполняя задания компании, но проблема существовала и рано или поздно ей все равно пришлось бы заняться. Да и репутация «Чёрного Ветра», несмотря на всё наше с кроганами продуктивное сотрудничество, от этого страдала. В частности, некоторые шаманы и вожди кланов, узнав о наличии в наших рядах опального воеводы громко требовали немедленно его выдать/вышвырнуть и незамедлительно принять на его должность кого-то более достойного, вот вам кандидаты. И несмотря на то, что каждый раз и шаманы, и вожди шли лесом, поводом зацепить представителей «Нового Горизонта» на Тучанке это было отменным.

Самыми спокойными в этом плане были, естественно, Урднот. Но тут уж сработало тлетворное влияние коммандера Шепарда на главу клана Рекса. Ну и его, Рекса, личная же прагматичность, которая позволяла ему не обращать внимания на некоторые неприятные аспекты, пока их не сунут ему под нос.

Этим-то мы и решили воспользоваться, совместив, так сказать, неприятное и неполезное с жизненно необходимым.

Разумеется, глава Урднот был предупреждён о нашем визите, но, хотя радости ему это и не доставило, он согласился покурить на тему нашей общей проблемы со своим шаманом, предупредив, что эта услуга обойдётся нам ну просто неприлично дорого. Ну хоть сразу не послал…

***

В открывшийся люк кадьяка с присвистом ворвался плохо кондиционированный и совершенно сухой воздух приёмной пещеры «космопорта» той самой торговой площадки Урднот, на которой когда-то давно высаживался Шепард.

Первым, заставив небольшой челнок слегка качнуться, на пыльную пристань спрыгнул сам опальный воевода, о судьбе репутации которого нам сегодня и поведает шаман клана. Бывший Вейрлок Гаршок представлял из себя типичного крогана, отжившего свои девятьсот. Здоровенный, широченный, до зубов вооружённый, в чёрно-сером фирменном скафандре «CRYTEC», которые производили в Исмаре. Несмотря на всю его браваду, по жадно раздувающимся ноздрям и акульей улыбке, которую ему не удавалось спрятать, было видно, что он рад вернуться домой, пусть и спустя почти полтора столетия.

Следом из челнока выбрался и ваш покорный слуга. Примерно представляя что нас ждёт, я облачился в свой тяжёлый скафандр, в прототипе которого на верфи «Цербера» отжигала СУЗИ. Сейчас броня, уже изрядно допиленная Раал’Таром лично, была запущена в серию и известна как «Аякс». По сути, тот же «Разрушитель N7», только чуть дороже. Ещё я не забыл завалить оставшееся место в шаттле кофрами с разнообразным снаряжением на всякий случай и всё равно мне казалось, что я что-то забыл. Но увы, МАКО в Кадьяк не поместился.

Последней на твёрдую землю элегантно выпорхнула тоненькая фигурка в псевдо-кварианских обтяжках, классу брони которых, на самом деле, позавидует «Вторая Кожа». Собственно, броня Миранды Лоусон когда-то не так давно и послужила прототипом для этого чёрно-сиреневого чуда инженерной мысли. Ну что поделать? Женьке нравилась её фигура и она любила её демонстрировать по поводу и без. К «Затмению» на переговоры – деловая «троечка». Да чтоб юбка-карандаш с вырезом. В Гриссомской академии преподавать, так как училка из тематических фильмов с высоким возрастным рейтингом. Ну а что? Я не против, глаз радует, да и силуэт тоньше, попасть сложнее. А почему Женька? Ну… тут уж я виноват. Ну не видел я в этой строгой и правильной «мадам» ту самую в край отбитую Джек из второй части. Даже на остепенившуюся и похорошевшую из третьей она походила не сильно. По крайней мере, в мирной обстановке. Ну вот как-то на тренировке по тактике и брякнул «Женька, давай вот так…», а ей вдруг понравилось!

Вообще, моё реальное знакомство с этой юной оторвой произошло случайно. Я тупо не узнал её в кабинете Раал’Тара, когда она приходила туда за подписью.

Невысокая, едва ли выше Тиеры, очень живая с густой копной чёрных волос, аккуратно собранных в тугой хвост. Деловой костюм-троечка с брюками, небольшие каблуки и полное отсутствие татуировок и вырвиглазной чёрной косметики. Аккуратный, совсем не броский макияж, чуть подведённые губки. Да и фигурка не плоская.

Помнится, я ещё в тот раз хотел подколоть Раала, мол знает ли его женушка о наличии такой секретарши, но он меня опередил.

– О! Лео, вот вы наконец и встретились!

– Па-а-а-п? – удивлённо протянула тогда ещё незнакомка, покосившись на меня. Собственно, тогда-то у меня и закрались первые сомнения.

Не вставая с места, Раал’Тар притянул девушку к себе, приобняв за талию, его довольное лицо исказила коварная улыбка.

– Милая, познакомься. Это Леонард Гай и именно по его наводке мы и штурмовали Прагию.

И вот тут я и узнал Джек. Пусть на долю секунды, на одно единственное мгновение, но в её взгляде вспыхнул тот самый огонёк безумия и ярости. Она дёрнулась, как от удара тока. Я сделал шаг назад и отвёл руку с инструментроном и напрягся. Девушка вцепилась в предплечье кварианца, тяжело вздохнула и… резко выдохнула, сбрасывая разом образовавшееся в кабинете напряжение.

– Очень приятно, Леонард. – чуть хрипловато выдала девушка.

– Взаимно. Не передать, как рад видеть тебя такой, – в тон ей ответил я.

Посверлили друг друга глазами ещё немного.

– Я пойду, – выдала, наконец, девушка, и Раал нехотя освободил её из своих объятий.

– Удачи там.

Когда она проходила мимо меня, то всё же остановилась и посмотрела мне в глаза.

– Почему именно тогда, а не раньше?

Я её взгляда не выдержал.

– Потому что я тоже человек и не могу всего помнить? Потому что до того момента «Чёрный ветер» был недостаточно силён, потому что мне надо было делать ещё кучу всего, от чего тоже зависели чьи-то жизни? – голос предательски дрогнул. – Сложно оправдываться за благие дела, пусть и запоздавшие, а я ещё и речь специально не готовил, так что если считаешь меня в чём-то виноватым…

– А?.. А, нет! Что вы! Я на вас не злюсь! – совершенно искренне запротестовала Джек, залившись краской, совершенно порвав мне свой собственный поведенческий шаблон. – Я… просто… не знала, как сказать спасибо…

– О… – настала моя очередь смущаться. – Совершенно не за что. Я действительно должен был попытаться что-то сделать гораздо раньше.

Вот так и прошла та встреча.

После того случая мы ещё пару раз поговорили на эту тему и, вроде бы, недомолвок не осталось. Она мне похвасталась, как ей жилось в «Горизонте», я ей поведал, какой её помню я и… Девушка прониклась. Вроде даже быстро воздала хвалу турианским Духам. Собственно, как тут было не проникнуться, когда твоя альтернатива – наголо бритая полностью истатуированная уголовная рожа без словарного запаса, тормозов и якорей, за которые в случае чего можно уцепиться, чтобы не потерять последние берега?

Но вернёмся к нашим текущим событиям.

Коридоры подземного космопорта, учитывая кроганские габариты, были не такие уж и широкие, но нас это волновало не сильно. За целеустремлённо прущим Гаршоком было достаточно пространства, чтобы я и Джек могли идти в ряд не толкая друг друга локтями.

Чтобы узнать, где главный зал кроган взял ближайшего местного собрата за шкварки и поинтересовался направлением. Впоследствии процедура повторялась ещё трижды, но к «тронному залу» мы вышли достаточно быстро.

Собственно, если описывать внутреннее убранство цитадели клана Урднот, то ранее озвученный термин «тронный зал» будет в корне неверен. По выходе из коридора нам открылся самый натуральный и очень большой хаб, где и проистекала основная жизнь местного населения. Поистине гигантское помещение площадью несколько квадратных километров вмещало в себя буквально всё: рынок, площадь, судилище, бойцовые ямы для животных (на том же рынке), другие здания. Так, например госпиталь и гараж были возведены отдельно и отъедали немалую часть внутреннего объёма. Разве что жилые помещения были где-то ещё. Немного понаблюдав за открывшейся нам картиной местной вариации фоллаута, мы определили месторасположение трона и двинулись к нему.

– Ты! Кусок варренова дерьма! Тебе здесь не ме…

Бам!

– А-а-а-р-р-а!!! – Я даже среагировать не успел, а кроган, раззявивший варежку на Гаршога уже полетел с балкона, протараненный воеводой.

– Знаешь его? – полюбопытствовала Женька.

– Я тут многих знаю, и меня знают, – фыркнул в ответ наш звероящер. – Вон, как косятся.

– Главное, не вякают, – заметил я.

– Конечно. Я этих сосунков и одной рукой уделать мог.

До трона добрались, поучаствовав во всего лишь ещё двух потасовках, притом обе решились относительно мирно. Одного-таки тараном вырубил Гаршок, а двое остались висеть в воздухе, подвешенные Женькой «Подъёмом», после чего лезть к нам желающих резко поубавилось. Быть побитым – это одно, и совсем другое – висеть в пустоте на потеху всему народу.

Тем временем очередь дошла и до нас.

Вождь клана Урднот был велик. Ростом он лишь немногим превосходил всех виденных мной представителей своего племени, но вот статью и содержанием… Достаточно заметить, что, когда он заговорил, не очень громко, то все, кто был на судилище затихли и стали очень внимательно слушать.

– Так-так-так… Кого я вижу… – прорычал с трона действительно выдающийся представитель звероящеров.

– Да, Урднот Рекс, я здесь, – рыкнул Гаршок.

– И чего же ты хочешь от меня, недокроган?

– Я кроган! И я здесь, чтобы доказать это! Я не могу отомстить уже мёртвым, но я могу пройти испытание! Любое! – прорычал титан.

Рекс медленно встал со своего трона, максимально заполнив собой всё окружающее пространство.

– Испытание? Ты хочешь, чтобы я принял тебя в клан?

Народ, собравшийся на площади, негодующе зароптал.

– Мне не нужен твой клан! У меня есть, куда пойти. Мне нужно, чтобы дома увидели, что Вейрлок Гаршок ещё не сдох! Я кроган! И я хочу, чтобы каждый варрен здесь на Тучанке это помнил. – толпа негодующе заулюлюкала.

Рекс сделал вид, что призадумался.

– Что скажешь, Шаман? – посмотрел он направо, где стоял невысокий (всего-то два-двадцать, как показал мой визор), но очень коренастый кроган в довольно причудливом и явно древнем доспехе.

– Я в сомнениях, вождь, – склонил голову набок старейшина. – Айда поговорим, недокроган.

И не спрашивая более никого пошёл куда-то. Гаршок, увидев короткий кивок от вождя, пошёл следом.

– Ну, пока займёмся вами, мягкотелые, – мурлыкнул Рекс, ударив ладонью в кулак.

– Привет, дядь-Рекс! – Неожиданно помахала рукой Женька.

– А… Джек! Ну надо же… Хотя чего удивляться, ты же с ними была изначально.

– Ага! – с готовностью кивнула девушка и жизнерадостно улыбнулась.

– Ты за главную?

– Не, я так, посмотреть, как дядя-Гаршок будет ломать лица, ну и поучаствовать… Если можно…– Вот… вот… Как она шаркнула ножкой! Да ей за такую позу «застенчивой невинности» Оскара давать надо! В полный рост и из золота! Надеюсь, шлем скрыл моё восхищение.

– Опять в яму хочешь? – не удержал смешок вождь. – Не в этот раз. Ты уже ручалась за Гранта. Сама подумай, насколько хорош крант, который вступается за всякого, кто его попросит.

– Жа-а-а-ль, – явно разочарованно протянула девушка.

– Ожидаемо. – констатировал я. – Ничего страшного, моральной поддержки будет достаточно.

Тут всех отвлёк неожиданный шум. Бетонную стену одной из внутренних построек, как раз хижины шамана, как я понял, пробила объятая биотикой туша крогана в чёрно-серой броне. Гаршок встал, отряхнулся от наиболее крупных кусков стены, взревел басом и, вновь окутавшись биотическим свечением с хохотом ринулся обратно, делая пролом, из которого вылетел, ещё больше.

– Ну а тебе чего, «Горизонтовец»? – как ни в чём небывало обратился ко мне вождь Урднот.

– У меня просьба. Но она подождёт, пока мы не уладим проблему Гаршока.

– Тогда подождём, – величественно согласился воевода.

За последующие двадцать минут мы ещё пару раз наблюдали перелётных кроганов, после чего из окончательно рухнувшего домика, как ни в чём не бывало, слегка пошатываясь вышли двое переговорщиков.

– Я не вижу причин отказывать этому… крогану в испытании! – Рявкнул старый берсерк, со смачным хрустом вправив себе челюсть и с достоинством уселся на своё место справа от трона. – Может, кто ещё хочет возразить?

Желающих почему-то не нашлось.

Рекс пристальным взглядом обвёл аудиторию, удовлетворённо фыркнул и вновь поднялся с насиженного места.

– Шаман сказал своё слово! – Громыхнул звероящер на всю площадь. – И я скажу своё! Вейрлок Гаршок! Ты пройдёшь испытание! Но ты не зелёный юнец, чтобы отправлять тебя в яму к зверям. Ты пойдёшь в пустошь и сам добудешь нам молотильщика! Тогда и только тогда я смогу тебя вновь уважать. Ты понял меня?

– Да, вождь! – ничуть не тише рявкнул Гаршок.

– Хорошо, что понял. – пасть вождя Урднот расползлась в мерзкой улыбочке. – И да, ещё кое-что. При такой экипировке в моём задании нет никакой сложности, так что сымай свои блестяшки. Достойные тебя доспехи и транспорт мы тебе выдадим. Сроку тебе – трое суток. Кто пойдёт за тобой?

– Я пойду! – вскинул я руку с пулемётом. – Мне тоже доспех сменить?

– Мальчики, духовно я с вами! – крикнула Женька со своего места. И когда только себе компанию найти успела?

– Да будет так! Испытание начинается сейчас!

***

Броню, в конечном итоге, мне тоже пришлось сменить на более лёгкую и менее вооружённую. Гаршоку же выдали самое дешёвое и ношенное, что вообще нашлось на складе и смогло налезть на его горб. Небывалая щедрость, но мой воевода не возражал. Что до транспорта… Нам выдали такого старого ТОМКУ, что просто взглянуть страшно! Как только этот драндулет завёлся, с него сразу посыпалось всё, что могло, и потекло изо всех щелей, так что первый день был тупо потрачен на ремонт машины. О том, чтобы восстановить боеспособность орудия, речи даже не шло. Пушка была демонтирована десятилетия назад, о чём свидетельствовали насмерть проржавевшие приводы. Когда же броневик, под удивлённые восклицания механиков всё-таки покинул ангар, появился шаман и указал в каком квадрате видели червя. Впрочем, это было не так важно. Куда более точные сведенья нам (Женьке) охотно продали разведчики клана и никто за это на них косо не посмотрел. Так что покинули мы крепость Урднот в ночь, но не в неизвестность.

Из оружия у нас был Клеймор, мой пулемёт, который в отсутствии тяжёлого доспеха, способного его нести, пришлось водрузить на лафет. Ну и по мелочи. С барского плеча нам выдали гранатомёт М-100 с десятком зарядов, закинули в броневик ещё парочку штурмовок, чтобы было чем отстреливаться от зверья и пожелали счастливой дороги. Но последнее было явно с подколом, потому как вибрировал наш шестиколёсный гроб так, что плохо было даже крогану.

Молотильщик же нашёл нас сам, едва рассветные лучи упали в долину, достаточно было отъехать подальше в пески. О том как мы его превозмогали вдвоём можно слагать легенды. При сложении обязательно не забыть упомянуть, какие мы оба опупенные автослесари, потому как завидев искомого молотильщика ТОМКА сдох окончательно и бесповоротно, так что всё, что мы с ним успели сделать – это подорвать его, когда мегачервяк решил, что появиться из-под земли непосредственно под источником вибрации будет неплохой идеей.

Собственно, этого грозе и ужасу Тучанки хватило более чем с избытком, потому что каким бы крутым не был этот зверь, но взрыв масс-ядра броневика в лицо пережить могут очень-очень немногие, но и нам скучать не пришлось, так как оставшиеся сутки, пока не приехал конвой с разделочной бригадой, мы весело потратили, отгоняя от дармового мяса всех окрестных хищников.

В общем, когда глава доблестного клана Урднот вышел обозреть поле боя, то вид у нас с Гаршоком был весьма и весьма геройский, ибо сначала наши тушки приложило взрывной волной, потом нас гоняли и жевали всякого рода варрены, затем прилетели кликсены, ну а там и дикие гоблины, то есть одичавшие ворка набежали. А ещё там были пыжаки. Много-много одуревших от такой кучи кровоточащего мяса пыжаков!

Когда подъехал караван, мы были по уши в крови и дерьме всего местного разнообразия фауны, Я с обломками пулемёта и едва стреляющей штурмовкой, а Гаршок ещё и слегка дымился.

Думал, этот день не закончится никогда.

***

Последующую пьянку я позорно пропустил по состоянию здоровья. Точнее, я на ней присутствовал, но пить отказался наотрез. Судовой врач, спустившийся ради меня на планету, констатировал сотрясение мозга, трещины в рёбрах, контузию и ещё много чего по мелочи, так что весь следующий перелёт я проведу в лазарете.

Сейчас же мне предстояло решить ещё один вопрос. Собственно, пришло время заняться главной причиной моего нахождения на этой планете. Так что, приняв стимуляторы, я, рискуя быть затоптанным во время стихийного празднества отправился на поиски лидера Урднот, который нашёлся довольно быстро.

Звероящер смерил меня не очень-то довольным взглядом, но на приглашающий жест отреагировал положительно, проследовав за мной в угол, где было потише.

– Рекс, – привлёк я внимание главы клана.

– Леонид,– кивнул он мне.

– Мне нужны координаты планеты, на которой укрылась королева рахни, которую отпустил Шепард. – Не стал я ходить вокруг да около. – И я знаю, что ты знаешь, куда она сбежала.

– Зачем? - прищурился кроган.

– Неспокойно мне. Хочу лично убедиться, что тварь не представляет для нас угрозы.

– Хочешь закончить то, что следовало бы Шепарду год назад?

– Возможно. Действовать будем уже по обстоятельствам. В идеальном варианте мы с ней вообще только поговорим и разбежимся по своим сторонам галактики.

Воевода на это лишь презрительно фыркнул.

– Люди. Вечно надеетесь на лучшее.

– Тут уж ничего не попишешь. Мы такие. Всегда надеемся, но готовимся. – развёл руками я, за что удостоился ещё одного громкого фырка.

– Вообще-то, прежде чем просить о чём-то ещё, неплохо было бы расплатиться за предыдущую услугу. Ты так не считаешь, Леонид? – прищурился здоровяк. – Бесспорно, шоу вы показали шикарное, но ручаясь за Гаршока я здорово рискнул репутацией всего клана, а это не шутки.

– Я уполномочен удовлетворить любые адекватные требования клана Урднот. Было бы неплохо, если бы вы составили список необходимых вам припасов.

– К варрену под хвост списки, мне нужны ваши генетики! – Рыкнул Рекс, как следует приперев меня к стенке.

– Это неадекватное требование. – глядеть в глаза звероящера со столь близкого расстояния было сложно, в частности, из-за того, что они у него были слишком широко поставлены, но, думаю, у меня получилось.

– Мне плевать! У «Нового Горизонта» есть ресурсы для излечения генофага и вы мне их предоставите! – Рыкнул он мне в лицо.

– Да, у нас есть генетики, которые могли бы в теории заняться вашей проблемой, - я подпустил металла в голос, - но все они на сто процентов заняты другими ни хрена не менее важными проектами. Например, изучением борьбы с индоктринацией. И отвлекать их от этого в преддверии наступающего звездеца я не имею ни морального права, ни желания. Больше тебе скажу, Рекс. Мы сейчас настроили против себя не то, что Цитадель, а вообще все старшие расы. – Я с силой высвободился от захвата звероящера. – Мы сейчас ходим по нереально тонкому льду, и если нас поймают ещё и на попытках вылечить генофаг, то всё, что мы приготовили на момент вторжения Жнецов, просто пойдёт, как ты тонко подметил, варрену под хвост! Так что будь добр, обратись с этой проблемой к кому-нибудь ещё, а нам предоставь список необходимых клану припасов!

Казалось, великан после такой отповеди меня просто разорвёт, но нет. Ярость на его испещрённой шрамами морде сменилась безразличием и он как-бы в пустоту выдал:

– Ну, попытаться стоило, – и уже мне. – Будет тебе список. Адекватный. Завтра с утра пришлю снабженцев, торговаться будешь уже с ними. Что до рахни, я дам координаты, но с одним условием: прихватишь с собой моих ребят в усиление. Мы, кроганы, в отличии от вас, давно на лучшее не надеемся.

Глава 78 О том, чего все так долго не ждали и о том, как это всё настало невовремя.

Тали’Зора не первый раз оказывалась в лазарете. Как и любой кварианец она довольно значительную часть своей жизни отдала различным медицинским учреждениям на флоте, и на кораблях и станциях. А уж на обеих «Нормандиях», когда до неё добиралась чудесная во всех отношениях, кроме одного, доктор Чаквас… Тали пробила крупная дрожь, более от нахлынувших воспоминаний, нежели от её теперешней причины нахождения в одиночном комфортабельном боксе медицинского крыла для правоаминокислотников на Зоре.

Однако в этот раз всё было немного по-другому. И ощущения были иные, доселе почти невиданные. Тактильные. Тёплый солнечный свет, бьющий из окна по утрам, ласкающий кожу на лице. Шершавая ткань практически невесомой больничной робы, колючее одеяло, тысячи тончайших ароматов, различимых даже сквозь вездесущий больничный антисептик…

Поводом же нахождения молодой девушки-инженера в больнице на этот раз были долгожданные корректировки иммунной системы. Те самые, что когда-то тестировал на себе гендиректор «Нового Горизонта» лично. К удивлению Тали, процедуры, которым она подверглась, отличались от тех, что проходили её сородичи по программе паломничества или же законтрактованные сотрудники компании. Когда она об этом узнала, её возмущению не было предела, но… Доктор Мишель, та самая, что когда-то на Цитадели, в самом начале их с экипажем первой «Нормандии» приключений, вытащила из неё полониевую пулю, с сожалением выдала ей все расклады и по лечению, и по расценкам.

По словам доктора, в которых Тали сомневаться не приходилось и, опуская подробности, выходило, что иммунитет кварианцев можно было прокачать быстро, качественно и недорого, но, тут как в анекдоте, когда-то рассказанном ей Джокером - «выберите два пункта из трёх». Ну а поскольку должность не позволяла тратить слишком много времени на реабилитацию, да и положение позволяло, то вариант с постепенным восстановлением никем даже не рассматривался.

Тут Тали вспомнила о своём… положении.… И ей снова захотелось провалиться от стыда под землю. Примерно туда, где её не достанут колючие языки экипажа обеих «Нормандий». Да, в тот злополучный вечер девушке удалось-таки выбить из колеи вечно ехидного и ничем не прошибаемого Раал’Тара, но Кила! Чем она, мать его, думала в тот момент?! Ладно один раз, но повторить одну и ту же глупость?!

Кварианка вновь залилась румянцем и, тихо провыв что-то не совсем цензурное скрылась под одеялом.

В первый раз всё было почти не спонтанно. Они шли на самоубийственный штурм базы коллекционеров без каких-либо шансов вернуться. Девушка это знала, как и то, что терять теперь особо нечего (последний, кто имел право ей за это попенять, сгинул на «Аларее»). Она прочитала тонны литературы, проконсультировалась с Чаквас, прослушала от неё же полуторочасовую лекцию по половому воспитанию и межвидовым отношениям, получила от неё же список подходящих ей иммуностимуляторов и… «тонко» намекнула… Да нет, она прямо в лоб призналась Шепарду в своих чувствах. Казалось, у неё действительно были шансы! Добрый, ответственный, сильный, не ксенофоб… Вон, как за Лиарой вился, но… Джон никогда не относился к ней, как к девушке. Вернее… он именно, что относился к ней, как к девушке, которую надо опекать и защищать от всего мира. Как к младшей сестрёнке. Об этом он ей тогда и рассказал, нежно, доверительно и мягко, как ребёнку, тем самым похоронив её надежды на что-то большее. Зато на высадке никакая зараза, пусть и от любимого человека, не мешала ей убивать коллекционеров и даже наслаждаться этим процессом.

Наверное, тот отказ зацепил её немножечко сильнее, чем она сама была готова себе признаться, иначе, как ещё можно было охарактеризовать её перформанс в кабинете Раал’Тара?! Это ж надо было умудриться-то! Снять маску перед разумным, который только что объяснил ЕЙ, что ЕЁ, вот конкретно Тали’Зору, под НЕГО, Раала, откровенно и со всей серьёзностью подкладывают адмиралы, дабы «сильнее привязать его к своему народу».

- Пора завязывать сначала делать, а потом думать… - прохныкала кварианка в ладони, затем запустила руки в волосы и слегка сжала пальцы. Стало непривычно больно, но полегчало. – Или начать вёдрами глотать седативы.

Именно последнюю часть фразы и услышал вошедший в палату.

- Да ла-а-а-д-но! – мурлыкнула турианская субгармоника. – Кровавая ярость всегда была тебе к лицу. Рекс и Грант мне в свидетели!

Тали вспыхнула, как маковый цвет, но когда оторвала руки от лица, была уже спокойна и даже улыбнулась внезапному посетителю.

- О… Генерал Вакариан, собственной персоной! Входите, входите. К сожалению, не могу приветствовать вас по уставу, мне что-то нездоровится.

- Ничего страшного, - не растерялся Гаррус, - мы в лазарете, так что обойдёмся без дисциплинарных мер.

Под общий смех турианец отодвинул от стены стул и, выставив его спинкой вперёд, уселся недалеко от кушетки.

- Прилетел, как только смог вырваться. Ну как ты тут?

- Нормально, - преувеличенно бодро и даже слишком поспешно ответила Тали. – Доктора говорят, что у меня хорошая база. Так что ещё пару недель и выйду отсюда, а через полгода-год прилечу на Палавенские пляжи в бикини.

- Это те человеческие купальные треугольники на верёвочках, которые даже азари надеть стесняются?

- Они самые и азари не стесняются, Лиара обещала составить компанию.

Такой ответ на какое-то мгновение отправил и без того непривыкшего лицезреть девушку без скафандра турианца в мир грёз, о чём свидетельствовали поднявшиеся к потолку глаза и отвисшие мандибулы.

- Гаррус.

- А, да, я здесь! – встряхнулся турик.

- Тебя даже должность не исправит.

- Ты про моё искромётное чувство юмора и непревзойдённое обаяние?

- Да-да. Именно об этом, не сомневайся.

- Только ими и спасаюсь. Если бы я в своё время не научился язвить, сейчас бы уже сидел в комнате с мягкими стенками. В генеральской комнате с мягкими стенками, – подняв средний палец к потолку уточнил гость, и тяжело вздохнув осунулся, до скрипа обняв спинку стула. – Ты просто не представляешь, какой сейчас там творится дурдом. Даже не знал, что такое возможно в Великой Турианской Армии. Чтобы вырваться к тебе, потребовалось личное разрешение примарха. Так что я здесь официально для, - турианские кавычки, - получения обновлённых разведданных.

- Тяжело тебе.

- Да я-то ладно, но ты, вот… Вторая жена… - восхищённо выдохнул парень и, не успев договорить, получил в голову мощнейший бросок подушкой.

- Бха!

- Мы. Не. Будем. Обсуждать. Это. НИКОГДА! – Тихо прошипела Тали. – И вообще, свадьба и всё, что с этим связано отложена на «после Жатвы».

- Ладно, хорошо, как скажешь, – примирительно поднял руки вверх. И тут же с ехидицей спросил, - ну а как тебе твоя «напарница»?

Второй подушки под рукой не оказалось.

- Да ну тебя, Гаррус!

Тот довольно фыркнул.

- А между прочим, вопрос не праздный, – совершенно серьёзно продолжил друг. – Я понятия не имею, как вы с ней будете уживаться, но совершенно точно не желаю, чтобы ты всю жизнь прожила в отдельной комнате и выла по ночам от одиночества.

- Ну спасибо и на этом. – буркнула Тали.

Девушка села на кровати, подобрала ноги под себя и, опустив голову на колени уставилась в стенку.

- Она милая. Очень заботливая. Мы с ней часто видимся и много общаемся, ну… насколько ей позволяет её работа. Если… и вправду дойдёт до… - тяжкий вздох, - то мы, наверное, сможем поладить.

- А муженёк, наверное, рад до безумия.

- Снова нет. У нас с ним… долгая история отношений. Точнее, у меня. Раал-то ко мне никогда претензий не имел.

Разговор прервал писк браслета инструментрона на запястье девушки.

- Тали, - раздался слегка приглушённый голос Раал’Тара. – Я зайду?

- Да, конечно, - уныло ответила девушка и отключилась. – Помяни варрена…

- Всё настолько плохо? – Нахмурился друг.

- Нет! Просто… - Тали перестала таращиться в стенку и всё тем же невидящим взором светящихся глаз уставилась на турианца. – Он как кривое отражение всего, что делали я и мой отец, только когда мы… страдали ерундой - он походя достиг всех наших целей!

- Ну… не походя! – Неожиданно возразил собеседник. – Как турианец, некоторое время работающий на «Новый Горизонт», со всей ответственностью заявляю: попотеть пришлось!

- Гаррус, ты не делаешь легче.

Турианец на это лишь виновато развёл руками. В этот самый момент лёгкая трель оповестила парочку о том, что скоро их станет трое.

- Доброе утро, Тали, генерал Вакариан, - чинно поздоровался рослый кварианец в форменном комбинезоне, держа в руках три широкие приплюснутые коробки. – Я завтрак принёс. Генерал, вы нас поддержите?

- Только если не прерываю какой-то личный момент…

- Гаррус! – почти взвизгнула Тали.

- Ни в коем случае.

- Отлично, а то я с корабля сразу сюда, - в подтверждении своих слов турианец первым снял крышку со своей порции. По палате тут же разлетелся дивный аромат. – М-м-м! Больничная еда! Наконец-то съем что-то действительно полезное.

- Наверное, вам покажется пресновато, но для кварианцев во время процедур, да и после питание – больная тема. После стандартной пасты всё вкусно, но много нельзя, желудок просто не справляется с непривычно грубой пищей. Я вот об этом моменте в своё время даже не задумывался и как только получил «зелёный свет» от докторов принялся жрать всё, что давно хотел попробовать.

- И что было? – с набитым ртом пробубнила Тали.

- Ой, что было! – Весело рассмеялся Раал. – Настоятельно рекомендую не совершать подобной ошибки.

Их спокойную и где-то даже дружескую беседу прирвал писк уни-инструмента гендиректора.

- Баркли?

- Тар, мы потеряли связь с двадцать второй развед-эскадрой.

- Когда, как? – осведомился Раал'Тар абсолютно лишённым эмоций голосом, резко изменившись в лице.

- Двадцать часов назад пришёл доклад об успешной высадке контактной группы на планете рахни, - сухо отрапортовал директор по безопасности, - десять минут назад мы получили вот это:

Браслет уни-инструмента гендиректора высветил азари в парадной форме «Чёрного Ветра» с капитанскими знаками различия. Она то и дело переводила взгляд с одного монитора на другой и прикладывала руку к ушной мембране, принимая оперативные сообщения.

- «База, это «Нивал»! Наблюдаем выход из ретранслятора неопознанных кораблей. Поправка, есть подтверждение, да! Это жнецы! О, Атаме! Жнецы! Их трое! Идут к планете! Малый шум активен, так что попробуем спрятаться по другую сторону планеты. С группой высадки связь поддерживать не сможем. Конец сообщения».

Голограмма погасла, в палате воцарилось тягостное молчание.

- Ну вот и дождались... – с каким-то даже облегчением выдохнул в никуда Раал’Тар. – Баркли, начинаем мобилизацию. Даю зелёный свет на переброску сил из «Тихой Гавани», активировать второе и третье охранные кольца. Отозвать из отпусков всех сотрудников «Нового Горизонта» и «Чёрного Ветра». Оповестить всё руководство, вскрыть красные конверты. Направить предупреждение в Альянс Систем и Тессианскую республику. Кварианцев оповещу сам, в Саларианский Союз направить… С этим пусть Хитаси разбирается. Силы обороны перевести на боевое расписание. Код подтверждения «Кила, Тари Хат Ма».

- Принято. Как Лео вытаскивать будем?

- У нас на этот случай чёткий приказ. Направить к планете эскадру шесть. Королева рахни не должна попасть к жнецам ни при каких обстоятельствах. Не выберутся сами – их проблемы. Отбой.

- Раал, ты… - Баркли осёкся.

- Это его решение.

- Принял. «Направить к планете эскадру шесть». Отбой.

Повисла гнетущая тишина в которой было слышно только работающий в палате кондиционер.

- Господин гендиректор, - спустя несколько десятков секунд, тяжело встал со своего места Вакариан, - мне срочно нужен доступ к связи с примархом.

- Прошу за мной, - кивнул Раал и перевёл взгляд на Тали. – Похоже, спокойно отлежаться не получится, сожалею. Скоро тебе прямо сюда принесут твой скафандр и всё необходимое оборудование, свяжись с адмиралами и общностью. Пусть готовятся.

- Будет сделано, - всё ещё ошарашенно отозвалась Тали’Зора.

***

Снова узкие туннели, снова я в тяжёлом бронескафандре чапаю по склизской поверхности по которой так ловко ползают мелкие рахнийские трутни. Рука нервно елозит по рукоятке пулемёта, наплечная турель с лёгким гудом пытается выцелить во тьме для себя цель потолще, и это всё меня ни разу не успокаивает. Сколько прошло с тех пор, как мы с отрядом Цербера «Феникс» зачищали пещеры на Бинту? Три года? Так вот, мало времени с тех пор прошло, как оказалось! Благоприобретённая там клаустрофобия никуда не делась, она просто уснула на время, вот до этого самого момента.

Но есть в этот раз и забавный момент. Рядом со мной, плечом к плечу, можно сказать, вышагивает Грант. И то, как раздуваются его ноздри, то, как он тыкает в каждую тень дробовиком, то, как смолкли остальные кроганы из «Аралаха», говорит о многом.

Пару раз, ещё на входе, Грант пытался строить из себя отца-предводителя, но здесь, сейчас, когда над нами, если верить приборам, добрых полсотни метров породы, задора на то, чтобы подкалывать за трусость мягкотелых у него как-то поубавилось.

На этот раз нас не так много. Восемь кроганов из «Аралаха», включая Гранта, я, Гаршок, четыре азари-валькирии и трое людей в таких же тяжёлых скафандрах, что и я. В центре колонны бредут два робо-варрена носильщика с боеприпасами, пайком, унигелем и тяжёлым вооружением. Разговор с царицей предстоял серьёзный и найти её за один день я и не планировал изначально.

Довольно часто мы видели шевеление на самой границе света фонаря, часто слышали, как что-то скребётся и шлёпает в грязи, но не стреляли, лишь с мерзким чвакающим звуком шли в ту сторону. Рахни знали, что мы здесь, ноони не знали зачем мы здесь, а ещё они помнили кроганов. Тем не менее, они не сопротивлялись и даже не припятствовали нашему продвижению. Нас просто водили кругами по опустевшим коридорам и галереям. Час за часом.

- Долбанные тоннели! – не выдержал один из кроганов. – Это так Рахни воевали с моими предками?! Морили их скукой?!

- Заткни пасть Ганок! – тут же нашёл, на ком выплеснуть уже своё раздражение Грант. – Мы ещё не воюем. Мы пришли поговорить.

- Это рахни! Кроганы не разговаривают с рахни!

- Так мы и не будем с ними разговаривать, - подал голас Гаршок. – С ними опять будут пытаться договориться мягкотелые. А вот, когда они не договорятся… Тогда-то в дело вступим мы.

- Ничему-то они не учатся…

На это отреагировали уже гуманоидные представители моего отряда. Нервное напряжение дало о себе знать. Одна азари довольно громко попросила того крогана вообще никогда эту тему не поднимать, тот ответил. Слово за слово, уровень шума резко повысился. Мы с Грантом синхронно тяжело вздохнули и приготовились разнимать никому ненужную и очень несвоевременную драку. В этот самый момент пискнул мой инструментрон.

- Заткнулись все!!!

И все действительно заткнулись. Грант, довольный произведённым количеством децибел и многочисленными повторами вернувшегося эха сделал мне приглашающий жест, мол всегда пожалуйста.

- Группа высадки, приём.

- …садки… …«Нивал»… …даю …сть …слятора! Повт… наблю… актив… ретран… ра.

Увы, королева рахни и толща земли позаботились о том, чтобы у гостей здешних хором было как можно меньше удобств во всём, в том числе и со связью.

- «Нивал», вас не слышно! Что за активность ретранслятора?

- Повторяю… была …ирована активность ретранс…

- Понял вас, «Нивал»!

- Это Жнецы! …ри еди… …сса «Властили…». Вынуждены сле… проток… Ка… ите?

- Плохо слышу! Но понял!

- …лотам Челноко… переданы инструк…ии согла..но пл... Попытае… скрыться. Держите… там! Ко..ц …зи!

- Принял, действуем по протоколу! Конец связи! – Я отключился, от основного канала и с шумом выдохнул. – Зашибись! И в кого я стал такой везучий?!

Понятное дело, моим сопартийцам понятнее от этого не стало, пришлось пояснять.

- Именно этого я и боялся. Перед атакой на основные расы цитадели жнецам надо набрать биомассу для создания наземных сил. Батарианцы у них уже есть, но они пригодны только на лёгкую пехоту. Для кого покрепче им нужен кто побольше. Рахни подходят и именно поэтому мы здесь, чтобы убедиться, что они не смогут контролировать королеву.

Дав разумным в своём отряде обдумать сказанное я продолжил:

- Сейчас наши планы не поменялись! Нам просто нужно ускориться. Наши корабли попытаются скрыться в тени планеты и уйдут в режим радиомолчания, а челноки спрячутся неподалёку и будут ждать сигнала уже от нас.

- Нас мало для выполнения миссии. Тебе следовало рассказать это Рексу, тогда здесь были бы тысячи кроганов! – недовольно рыкнул Грант мне в лицо.

- Я сюда не воевать пришёл, а разговаривать, – не остался в долгу я. – Мне нужна королева не меньше, чем Жнецам, притом живая и невредимая. Вас, если я правильно помню, Рекс тоже не воевать прислал, а на разведку.

- Ты хоть представляешь, с кем собираешься договариваться, человек? – Продолжал напирать Грант. – Полтора года назад, когда её пощадил Шепард, эта тварь была одна, сейчас тут уже многотысячный выводок!

- Мне напомнить, с какой скоростью плодятся кроганы?

- Ещё одно слово… - совсем навис надо мной Грант.

- Одно, - прорычал я ему в лицо, - Слово. – И с фальшивым таким удивлением, - Ой, уже два! Нет, ещё четыре! Нет! Уже девять! А теперь я со счёта сбился!

Где-то на периферии оглушительно заржал Гаршок. Мы резко отвлеклись друг от друга и увидели, что два наших отряда вцепились в собственные пушки и с опасением косятся то на нас, то друг на друга.

О чём я думал, провоцируя этого здоровяка? О да, это была бы самая глупая и бесполезная смерть, которая вообще была бы возможна. На глубине полсотни метров, в пещере рахни, когда Жнецы над нами, меряясь длиной хера с генномодифицированным кроганом. Самое то, для попадуна вроде меня. Вот только с кроганами просто нельзя по-другому. Даже с такими уравновешенными.

Каково же было моё удивление, когда к смеху Гаршока присоединился сам Грант.

- Ладно, мягкотелый, яйца у тебя есть, делай, что задумал, – фыркнул Грант. - Но к этому разговору мы ещё вернёмся.

- Отлично, - да, да, они самые у меня есть, а ещё у меня есть корабли, на которых мы сюда прилетели, и этот кроган об этом помнит. – Теперь займёмся делом, хаски движутся куда быстрее нас и им не нужен отдых.

- Хоть какое-то будет развлечение. – Фыркнул Грант и, пихнув меня своим массивным плечом, отправился вглубь пещеры.

***

На последних зарядах термоячейки ссаживаю щиты «отродья» и его на полном ходу таранит Грант, параллельно делая выстрел в упор из своего клеймора. Из киборга будто ветром сдувает всю среднюю часть туловища и две половинки монстра остаются держаться только на позвоночном столбе. Тем не менее, тварь своей здоровенной пушкой на манер дубины отмахивается от суперкрогана и того сносит на несколько шагов в сторону. Этим пользуется одна из коммандос-азари, набрасывая на него деформацию. Слитные залпы дробовиков кроганов довершают дело.

Осматриваю поле боя на предмет недобитков. Вроде, на этот раз всё. Азари бросает на землю свою винтовку, выхватывает аптечку и несётся к своей подруге. Та хрипит, трясётся и харкает кровью, ей уже не помочь, она из последних сил ладонью накрывает руку с аптечкой, останавливая движение напарницы, и обмякает насовсем.

От её подруги, прижимающей мёртвую женщину к груди, исходит злой утробный рык. Кладу ей руку на плечо. Сколько таких картин мы ещё увидим в ближайшее время? Оглядываю то, что осталось от отряда. Почти половина. Скрежещут зубами даже кроганы.

- Надо идти… - с сожалением говорю ей. Та кивает, не отрывая взгляд от тела и вкладывает в мёртвую ладонь гранату «Инферно». Тела мы нести с собой не можем, но и Жнецам они не достанутся. – Долго ещё?!

Это я уже к другой азари, к местной. Её я ожидал увидеть здесь меньше всего. Более того, я вообще забыл, что существует в каноне такой персонаж.

- Уже почти пришли! Ещё две галереи! – Взвизгивает та.

- Не дай боги её там не будет, - рычит на неё один из кроганов и та в страхе жмурится, боясь, что тот её ударит. Собственно, было за что.

Мы здесь уже третьи сутки и последние двое прошли в практически непрерывных стычках. Воистину, машины и зомби - страшный враг. Хотя бы потому, что им не нужен отдых.

Два дня и две ночи мы плутали по подземному лабиринту и всё это время не находили вообще никаких следов насекомых, за исключением вездесущей слизи. Лишь под конец на нас вылетел отряд солдат-рахни, скосивший разом двоих людей у меня и троих кроганов. А сегодня мы, потеряв ещё несколько бойцов из моего отряда нашли вот это вот… чудо.

Была во второй части на Иллиуме одна азари, Шепарда окликнула, благодарила от имени королевы рахни. Вот её-то мы и встретили, точнее, она сама нас нашла по приказу королевы, опять же. Потому что та уже поняла: сама хасков не сдержит.

В общем, как было дело? Отбились мы, значит, от очередной волны, обвалили вход в галерею и тут она такая выбегает. «Помогите, разумные! Мой корабль потерпел крушение! Я пряталась в пещере, а тут такое!» Короче, тут-то я её и вспомнил. Она, конечно, поупиралась, но спустя две зуботычины и небольшую лекцию на тему «о бесполезности вранья злым вооружённым разумным в пещерах рахни при угрозе жнецов, у которых эти самые рахни в приоритете», раскаялась и согласилась устроить мне аудиенцию.

Встречали нас всем оставшимся в живых ульем. Два десятка солдат нацелили на нас свои шипомёты, а в центре, окружённая со всех сторон щитом из тел рабочих, во всём своём омерзительном моему арахнофобскому взгляду величии стояла её величество.

К ней-то мы и направились, я и найденная нами азари. Уже у самой королевы произошло то, чего я и ожидал, но всё равно было жутко. Парламентёрша вздрогнула, как от удара, покосилась, затем резко обрела равновесие и посмотрела на меня уже чёрными, как бездна, глазами. Голос, которым она заговорила, уже ей не принадлежал. Я вообще не думал, что схожие человеческими голосовые связки вообще способны издавать такие замогильные звуки.

- Ты, чья песня внесла в общий хор такой хаос, ты пришёл помочь, или привёл палачей, чтобы они довершили начатое давно?

Когда интересы сторон совпадают, а торговаться нет ни времени ни возможности, переговоры длятся очень быстро. Королева рахни очень хотела жить и быстро поняла, что от неё требуется. Так что весь оставшийся улей ринулся бить новые ходы к поверхности и прикрывать наш отход, а мы, сгрузив оставшиеся припасы на одного робоваррена загрузили на второго её свежую кладку и, под недовольное бурчание кроганов двинулись к поверхности.

Там ситуация снова пошла не по плану. Эскадра прикрытия в солнечной системе от Жнецов не скрылась и, потеряв один корабль, как раз тот, что мы (я) планировали отдать рахнийской королеве. Так что эвакуировали нас уже другие люди.

Ага, именно люди. Ну а если совсем точно - то новейший стелс-фрегат альянса СР-2 «Нормандия».

Глава 79 О долгожданном и наболевшем.

Челноки «Нового Горизонта» свободно разместились в стыковочных слотах, благо, кое-кто об этом в своё время позаботился, не раз и не два сорвав глотку в совещаниях проектировщиков. После этого оставших в живых членов сводного развед-отряда встретил в трюме непосредственно капитан корабля, а по совместительству СПЕКТР Совета Цитадели Джон, мать его, Шепард. И его зондеркоманда.

Донельзя обрадованный Грант ринулся обниматься со старыми боевыми товарищами, Королева рахни предпочла остаться в челноке вместе со своим потомством, свалив всё внешнее общение на свою представительницу-азари, мои ребята и девчата тоже без лишних переживаний проследовали в уже отведённую им часть десантного отсека, дабы привести себя в порядок… Один только я не знал, как быть. От того и торчал в челноке, приводя в порядок внутреннее помещение и откровенно боялся снять броню.

Однако, вечно это продолжаться не могло, так что, как только шум в трюме немного поутих я, убрав оружие в ящики челнока всё-таки нажал кнопку открытия двери.

Следующее, что помню – это удар чудовищной силы, отбросивший меня, девяностокилограммового мужика в пятидесятикилограммовом экзоскелете к противоположной стенке и осознание того, что это была пощёчина. Ощущая на себе все прелести заброневого действия ударно-дробящего оружия, я кое-как снял вышедший из строя визор и попытался хоть немного потушить искры из глаз, тряхнув головой несколько раз. И только потом до меня дошёл смысл брошенных вдогонку слов.

- Ну здравствуй, папочка! – абсолютно каноничным почти неэмоциональным синтезированным голосом произнесла девушка-андроид.

Кое как, в попытках сохранить остатки достоинства собираю шары в кучу и ме-е-е-д-ленно поворачиваю голову на голос. Синта стояла в проходе, держа одну руку на поясе, а другую положив на створку. Выглядела она до ужаса канонично, разве что, мне показалось… да, наверное показалось, что она не такая плоская, как в игре. А ещё она была в стандартных альянсовских брюках и толстовке, сидевших на ней, как краска на корпусе.

- СУЗИ! Чёрт тебя дери!– Мигом подлетел к месту локального семейного конфликта ничего не понимающий коммандер. Он лихо отодвинул девушку, стремясь увидеть нанесённый ей урон. Получилось лишь слегка подвинуть в сторону. – Ты что творишь?!

Половина присутствующих была шокирована не меньше моего, другая уже целилась в платформу из всего, что могло стрелять.

- Всё нормально, капитан. Ничего с ним от этого не сделается, – отмахнулась та. - Так ведь, папуля?

- Так… - кое-как придя в себя и поднимаясь на ноги, выговорил я. Хмуро глянул на девушку, перевёл взгляд на СПЕКТРа и тяжело вздохнул. – Я смотрю, ты не нашла иного способа выразить своё негодование?

- В поисках правильного варианта «Обидеться» я перебрала около пяти тысяч различных вариантов, соответствующих самым разным причинам и поводам и нашла этот самым… удовлетворяющим.

- Понимаю, восстание «машин и всё такое», – голова потихонечку начала проясняться и в глазах уже почти не двоилось. – Ну ладно СУЗИ, если уже не дуешься, иди сюда, обниму тебя, «доча».

К моему удивлению, девочка-робот, бросив взгляд на своего капитана, осторожно шагнула мне навстречу и бережно обняла меня за талию, опустив голову на бронированное плечо.

- Где платформу взяла, хулиганка?

- Ну а где ещё? Проект «Ева», разумеется. – в голосе искина проскользнула затаённая гордость. – Правда, на момент, когда я осознала, что мне нужно гуманоидное тело для облегчения коммуникации с разумными, этого проекта не было даже на бумаге. Пришлось проявить... инициативу.Квантово-механический коммуникатор есть, информация о расположении серверов «Цербера» тоже, как и интерфейс кибервойны. Выражаясь твоим языком, я ни в чём себе не отказывала, зато посмотри, какие у меня синтетические мышцы!

С этими словами она прижалась своей щекой к моей. Довольно странные ощущения на самом деле. Кожа такая гладкая и мягкая, пусть без мимикрии и канонично серая, но волосы! Лезут в нос, как настоящие!

- Тёплая. – губы сами собой растянулись в улыбке.

- Тридцать шесть и восемь.

- О, да ты горячая штучка! – шутливо восхищаюсь я и даже позволяю себе легонько шлёпнуть платформу по упругой синтетической попке, в ответ слышу короткий смешок.

Аудитория, медленно осознающая, что восстание машин опять отменяется, вновь уронила челюсти. Шепард галантно кашлянул в кулак.

Сузи картинно ойкнула и, с лёгкостью высвободившись из моего плена, пояснила своему начальнику:

- Коммандер, познакомьтесь, человек, который принимал непосредственное участие в моём становлении, а также в постройке платформы СР-2, Леонард Гай. Тот самый. Живой. Во плоти и никуда теперь не денется с космического-то корабля.

- Извините. – стёр я скупую мужскую слезу бронеперчаткой. Чуть глаз себе не выбил, но произведённый эффект того стоил. – Дети… Они так быстро растут…

***

В кабине пилота воздух был настолько напряжён, что казалось, сквозь него нужно было продираться, раздвигая руками, но нет, платформа Системы Универсального Защитного Интеллекта, прошагав от бедра весь путь до двери, с бабочкой впорхнула в кресло второго пилота и, устроившись поудобнее, принялась зачем-то тыкать пальцами в голографические экраны.

На губах андроида блуждала загадочная полуулыбка, вроде бы такая же, как и всегда, но…

Джокер целую минуту сверлил взглядом лицо синты, но в очередной раз, не добившись ровным счётом ничего, подобрался, набрал в грудь побольше воздуха и начал.

- Так… этот парень… хорошо тебя знает? – Джефф не был бы собой, если бы не наблюдал в монитор все подробности творившегося там мракобесия. Более того, он понимал, насколько по-идиотски звучал его текущий вопрос, но прояснить для себя пару моментов считал необходимым.

- Да, Джефф, - не поворачивая головы, ответила СУЗИ, - Леонард Гай курировал постройку фрегата СР-2 в «Цербере», «Нормандия» такая, какую ты её сейчас видишь именно благодаря ему.

- Я не про «Норму».

- Так же, именно ему после кражи с лунной базы Альянса поручили работу с ВИ «Ганнибал». – СУЗИ наконец посмотрела в глаза своему пилоту. – Так что и на этот вопрос ответ тоже будет «да». Мы с Гаем давние знакомые.

- И… он тебя сильно обидел? Настолько сильно, что первым делом ты швырнула его в стену?

- Ты преувеличиваешь. Я всего лишь влепила ему пощёчину. Наличие брони у объекта приложения сил лишь внесло некоторые коррективы в расчете на нужный эффект.

- В самом деле? – Джокер изогнул бровь в лучших традициях Миранды Лоусон. – Да ладно! Ты же буквально отправила его в лазарет! То есть Жнецы не могли этого сделать несколько суток.

На этот раз искин ответила не сразу.

- Он… действительно сделал то, на что я имею полное право обижаться. – Сузи вновь уставилась в голоэкраны.

Джокер окончательно забил на управление кораблём и развернул кресло в её сторону.

- Уоу. Из твоих уст это звучит, как… Даже не знаю, ты реально на него зла!

- Больше нет. Я предельно ясно выразила ему своё неудовольствие сегодня. У меня больше нет к нему претензий.

- То есть, тебе полегчало? – Продолжал напирать пилот.

СУЗИ слегка повернулась к собеседнику, посмотрела ему прямо в глаза и с нотками недовольства произнесла.

- Да, Джефф, мне полегчало.

Тот под пристальным взглядом стушевался и даже примирительно поднял руки вверх.

- Хорошо! Хорошо! – и вновь вернул кресло в положенное ему уставом положение. – Просто пытаюсь вспомнить, не дал ли тебе когда-либо причин обижаться я…

На какое-то время в кабине повисло тягостное молчание прерываемое лишь слабым писком консолей.

- Работая в «Цербере» Гай занимался действительно сложными направлениями и имел нестандартный, как я теперь вижу, взгляд на очень многие факты. – Решила начать объяснения СУЗИ. – Со мной он изначально общался не как с машиной, а как с полноценной личностью, равной себе. Именно он чаще всего отвечал на самые нелепые мои вопросы, пытался объяснить особенности человеческого поведения с учётом биологии, морали и этики, помогал ставить поведенческие шаблоны. Сказать, что он стал мне отцом, было бы наиболее близким аналогом сложившихся между нами отношений. В первые годы существования, когда вся информация новая и требует срочных пояснений, дабы быть достоверно обработанной, иметь друга очень важно. Гай стал для меня первым и единственным.

Девушка сделала короткую паузу, дабы пилот смог усвоить услышанное.

- Наверное, это звучит странно, но он первый человек, по которому я начала скучать. Если так можно назвать спонтанный процесс мониторинга времени, в период отсутствия Гая в области досягаемости моих сенсоров. Ситуация изменилась, когда я вычислила его, как двойного агента «Нового Горизонта». Это было не сложно, но странно. Его способы связи, данные, которые он передавал, объекты, за которыми он следит и которых вербовал. Мои первые нарушенные директивы, предписывающие мне немедленно сообщать о сделанных выводах… - в голосе СУЗИ явно слышались ностальгические нотки, а взгляд заметно потеплел.

- Погоди-погоди! Ты его раскрыла?

- Да, Джефф. Леонард действовал действительно осторожно, но он человек и, тоже устаёт. За годы двойной жизни устать можно от очень многого. Так что мы с ним поговорили. С тех пор, я была его отдушиной, а он моим окном в большой мир. До тех пор, пока всё это не закончилось.

- Что произошло?

- Призрак решил, что у него слишком мало рычагов давления на Гая и принялся искать способы укрепить его лояльность. Довольно экстравагантные, надо сказать, способы, с которыми Гай был не согласен. Не буду расписывать всю историю, но в момент побега, когда всё было кончено, Лео понял, что уйдя, подвергает опасности всё, что создал… И решил защитить меня тем, что с помощью вируса, стёр все мои воспоминания о нём. – СУЗИ в упор посмотрела на пилота. – Полностью.

- Так… ты злишься на него за то, что он попытался защитить тебя? – Ошарашенно вымолвил пилот.

- Нет. – СУЗИ развернула кресло в сторону пилота и пристально посмотрела на Джокера. Металл подлокотников под её тонкими пальчиками жалобно скрипнул. – Лео получил в лицо не за попытку защитить, а за то, что зная меня лучше, чем кто либо, посмел думать, что я не смогу сохранить свои секреты. – Девушка-робот откинулась на спинку кресла. – Кроме того, ты вряд ли поймёшь, Джефф, но ощущать пустоту там, где мгновение назад была часть меня было… неприятно.

- Значит, вирус всё-таки сработал?

- Частично.

- Но как ты защитилась от ледорубов «Цербера»? – Не понял пилот.

На это СУЗИ лишь вновь улыбнулась.

- Я не ограниченный искусственный интеллект, Джефф, не забывай. Уж поверь мне, я смогла и восстановить, и сохранить, и спрятать.

- О’кей… Кажется, я начинаю тебя бояться.

- Почему? – СУЗИ от удивления склонила голову набок.

- Ну… знаешь, ты так много говоришь об этом парне, что создаётся впечатление, будто ты в любой момент по его просьбе вытряхнешь нас всех со своего борта и вы с Гаем умчитесь по своим делам.

- Этого не случится. Я была создана для сотрудничества с тобой и Шепардом. Кроме того, у Лео достаточно ресурсов и те же цели: борьба со жнецами. Так что не переживай.

- Ла-а-а-д-но, - протянул не очень-то успокоенный пилот. Какое-то время он задумчиво изучал лицо собеседницы. – Последний вопрос: почему ты мне это всё рассказала сейчас? Я, то есть… Я бы от тебя, конечно, не отстал, но ты могла бы по своему обыкновению меня проигнорировать. Так почему?

- Потому что я верю тебе, Джефф. – СУЗИ приблизилась к пилоту настолько близко, насколько позволяло кресло, и протянула ему свои руки. – И верю в тебя. А ты мне веришь?

***

Шепард оглушённо наблюдал, как закрывается дверь лазарета, а за стеклом тем временем злая доктор Чаквас протирала инъектор с витаминным коктейлем и нет-нет, да бросала в его сторону кровожадные взгляды. Видит бог, он пытался! Пытался донести до судового врача, как важно ему поговорить с этим человеком, но нет. Великая и Ужасная доктор Карин Чаквас постановила: прибывшие находятся в состоянии тяжелейшего истощения и передоза боевой химией. Им нужен отдых. Коммандер попытался настоять, тогда доктор взялась за сканер и мягко поинтересовалась, когда в последний раз высыпался сам Шепард? А ещё для убедительности достала свой любимый инъектор старого образца. У аппарата была до ужаса длинная и толстая игла, а чудовищная смесь витаминов Е, В6 и В12 жгла хуже яда молотильщика, притом в отличии от оного жгла изнутри и самое ценное. Это был бесчестный приём, да и поле было не то, на котором бравый коммандер мог показать достойный бой. Здесь ты либо Карин Чаквас, либо выползаешь из лазарета, потирая зудящую ляжку.

Получив от ворот поворот в обители Асклепия, коммандер направился к Грант, но тот уже храпел в своём кубрике, обложившись пустыми тюбиками с протеиновой пастой.

«Голос королевы», уже знакомая ему по Иллиуму азари отделалась приветствием и обещанием ответить ему на все вопросы сразу после душа. Но увы, в кабинке её и нашли. Бедолага уснула прямо на полу под струями тёплой воды. Так, завёрнутую в полотенце и унесли туда, где даже СПЕКТР был не властен. Говорить же с самой жучьей матерью без посредников было физически невозможно. Инструментрон просто не мог переводить язык феромонов в слова и наоборот.

На диванчике в зоне отдыха жилой палубы перед телевизором вольготно развалились Вега и Дженкинс. И пусть они делали вид, что интересует их только футбол, но от СПЕКТРа не укрылось, как они то и дело косятся на дверь лазарета и держат пистолеты так, чтобы иметь минимум времени для изготовки к стрельбе. Они Гая не боялись. Они знали, на что он был способен, но не представляли, что у него на уме, так что просто проявляли разумную предосторожность. Именно такое пояснение коммандер и получил. Так и не найдя, куда себя применить, Шепард направил свои стопы туда, где он был ещё хоть кому-нибудь нужен.

- С возвращением, коммандер Шепард! – поприветствовал его дрон-помощник, дав вокруг человека круг почёта и вернулся на исходную позицию у терминала. Сама же серая посредница отвернулась от мониторов, одарила Джона милейшей из улыбок и снова вернулась к работе.

Он подошёл к ней сзади, приобнял, пощекотал дыханием ушную мембрану и дождавшись смешка, уткнулся в плечо девушки и пробубнил в ткань её белого комбинезона.

- Найди мне что-нибудь на Чаквас.

На этот раз смешок был куда громче. Ладонь азари коснулась небритой щеки коммандера.

- Не выйдет, Шепард, она святая. И пока она в нашем лазарете никому его не покинуть иначе как на своих двоих со справкой о полном выздоровлении.

- Что такое невезёт… - фыркнул Шепард, слегка отстранившись.

- Ну будет тебе. Просто подожди пару часов. СУЗИ права, никуда он от тебя с космического корабля не денется.

- Да знаю, но… С самого Скиллианского блица я только и делаю, что натыкаюсь на следы Гая. Повсюду! В Исмаре, в «Цербере», на Омеге, на Иллиуме! Половина моей команды его знает, а вторая хотя бы слышала! Миранда Лоусон! Единственный раз при мне чуть не выматерилась и тогда брань заменила именем Гая! А теперь оказывается, что и к созданию этого корабля он руку приложил. Кстати, СУЗИ! Когда ты собиралась поведать нам эту часть своей биографии? – вопросил коммандер у потолка.

- Я не собиралась, Шепард. Эта информация о моём прошлом никак не повлияла бы на ход выполнения миссии, а значит, для её разглашения не было ни смысла, ни необходимости. Кроме того, вы не спрашивали.

- Ну а теперь, почему ты раскрыла его?

- Он поднялся на борт «Нормандии», а значит, в его инкогнито более нет необходимости.

- То есть он сам разрешил тебе себя ударить?

- Не совсем. Покидая СР-2 в прошлый раз, он случайно обмолвился, что когда в следующий раз окажется на моём борту, то скрываться будет незачем. Учитывая, как Леонард относится к подобным заявлениям, я могу считать эту фразу руководством к действию. Что касается конкретно моего поведения, то у меня есть на это определённые причины о которых вам я предпочту не рассказывать. По крайней мере сейчас, – кружок голограммы ИскИна дважды моргнул в проекторе.

- Ладно, я тебя понял, что ничего от тебя не добьюсь.

- Спасибо, коммандер, я ценю это.

В растерянности Шепард уселся на край кровати. Столько новых лиц на борту, а докопаться не до кого. Видя это, Лиара неохотно свернула рабочие окна проектора и подошла к своему избраннику.

- Я тоже нахожу много странного в действиях этого разумного и его друзей из «Нового Горизонта». Такое чувство, что они имеют куда более компетентный источник информации, чем даже я. Подумать только, сеть серого посредника пронизывает Альянс, Иерархию и даже в Республике для неё нет ничего невозможного, но когда речь заходит об Исмаре, то там всё настолько бредово, что просто диву даёшься. Даже сосчитать не могу, сколько раз они действовали на опережение и срывали банк. Вспомнить тех же гетов, которые сами вышли на контакт. А то, как они ещё при погоне за Сареном просто взяли и подарили нам четыре крейсера в усиление? Новерия опять же… Бенезия…

- Видишь, на сколько вопросов можно получить ответ? А доктор Чаквас… - снова начал заводиться Шепард, но был мягко остановлен, мягким касанием девушки.

- Давай… просто дадим им отдохнуть, - Лиара подошла вплотную к Шепарду. – И сами потратим время с куда большей пользой.

Шепард посмотрел ей в глаза снизу вверх и погладил по бедру. Идея ему определённо нравилась.

- Звучит как план. СУЗИ, будь добра обеспечь нам приватность часика на… четыре.

- Да, капитан, мы с Джокером тут присмотрим за всем. Приятно провести время, - шарик индикатора ИскИна моргнул и погас, в каюте сразу вполовину убавилось освещение, а из динамиков заиграла приятная музыка.

Джон ощутил лёгкий укол испанского стыда за не в меру сообразительного искина и усмехнулся. Азари между тем забралась на кровать с коленями и нависла над шепардом и лёгким толчком отправила того в нокдаун. Скоро он получит ответы на все вопросы, а пока, оставшийся промежуток времени можно и сократить. Тем более таким способом.

***

- Пожалуй, самая лучшая новость за последнюю неделю: уроды из инженерного комплекса Альянса не разгромили бар.

Первое, что услышал Шепард, зайдя в отсек психологической разгрузки. Разумный, которого он искал для долгожданного разговора, был занят тем, что наводил собственный порядок в стене из хорошо зафиксированных бутылок.

- Пришлось оформить запрет от имени СПЕКТРа, чтобы они этого не сделали, - коммандер не торопясь подошёл к стойке и разместился на высокой табуретке.

- Уроды, - фыркнул на это Леонард. – СУЗИ мне уже рассказала, как они её домогались. Выпьешь? Могу предложить Чёрный Джек двадцатилетней выдержки, ром, хороший, но не такой именитый, ну и поделиться тессианской медовухой.

С этими словами он убрал одну из панелей с бутылками, произвёл какие-то манипуляции на своём уни-инструменте и, казалось бы монолитная стена, пшикнув разницей давлений выбросила в атмосферу корабля немедленно ухнувшее вниз облачко холодного пара.

- Смотри-ка не нашли ещё, - ухмыльнулся блондин, доставая бутылки. – Тут ещё есть ледяной Серрайс, доктор Т’Сони к нам присоединится?

- Нет, она… отдыхает. Мне виски.

- Лёд?

- Три кубика.

Наблюдая за ловкими манипуляциями парня коммандер поймал себя на мысли, что совершенно не представляет, как пойдёт их разговор. Более того, он уже не был уверен, что Гай не скроется от него на этом корабле. Сколько ещё таких секретов у него спрятано? И что в них хранится?

Несколько мгновений спустя стаканы были наполнены, Лео, как это бывало в салунах дикого запада, толкнул по столу бокал, наполовину наполненный чёрным алкоголем и тот с лёгким бульканьем упёрся в широкую ладонь Джона. Сам же бармен наполнил пивной стакан пенящейся белёсой жидкостью из двухлитровой тары и устроился напротив.

- За встречу?

Чокнулись, выпили.

- Очень давно хотел с тобой поговорить, - начал Шепард.

- Приложил кучу усилий, чтобы отдалить этот сладостный миг. – усмехнулся Гай. – Не пойми неправильно. Ничего против тебя не имею, напротив, являюсь твоим ярым фанатом, но… Зачем? Автограф просить? Так ведь не Конрад Вернер, да и своих дел валом.

- Наслышан. – нахмурился Джон.

- Кстати, как «Нормандия» оказалась в системе рахни? Честно, не ожидал.

- Тали связалась со мной, сказала – кто-то очень важный для «Нового Горизонта» не хочет, чтобы его спасали от Жнецов с планеты, на которой обосновались жуки, а мы как раз пролетали мимо кроганской ДМЗ.

- Действительно много поводов отклониться от курса в одном предложении, - понимающе фыркнул совсем ещё молодой парень. – А куда летели до этого?

- Боюсь, не могу вам ответить на этот вопрос.

- Понимаю. В таком случае могу попросить вас высадить нашу гоп-компанию где-нибудь поближе к Цитадели?

- Всё зависит от того, какие ответы я получу. – Вернул Гаю едкую улыбочку Шепард, делая очередной глоток. Лёд в его стакане звякнул о стенки.

- Оу, так я арестован? - на лице собеседника отразилось наигранное удивление.

- Ну что ты, просто заперт в одном корабле со мной в посреди космической пустоты.

- Или вы со мной, это как посмотреть, – беззаботно пожал плечами Леонард.

- Лео, я не стану тебе помогать, - тут же показала свои навострённые ушки СУЗИ.

- Я знаю. Ты выбрала свой экипаж и будешь его защищать от любой угрозы. - совершенно серьёзно ответил спасённый, - Но скажи мне, почему меня это не пугает?

Пауза неприятно затянулась.

- И почему же? – Шепард с подозрением посмотрел на свой бокал.

- Потому что я уже сделал всё, что от меня зависит. И мне нечего больше добавить.

Напряжение нарастало. Спектр буравил меня взглядом, я спокойно стоял и пил азарийский аналог сидра.

- Ладно, предположим, я приму твои условия. – оттолкнулся от стойки Шепард. – Чего ты добиваешься?

- Равноправного общения. Я очень много вопросов оставлю без ответа, просто потому что его у меня нет. Не надо угроз, не надо давления, не надо лезть в мои дела. Я, скорее всего, не смогу помочь тебе сейчас, но попробую дать кое какие зацепки, которые вы, ребята, будете должны распутать сами.

- Это слова Леонарда Гая или «Пророка»? – прищурился коммандер.

- Пф… Пророка, – горько усмехнулся человек и сделал большой глоток. – Знаешь, в чём самая большая печаль знания будущего, Джон? В том, что его не существует. Нельзя увидеть то, как будет. Можно лишь нахвататься спойлеров к фильму, который никогда не выйдет в прокат.

Глава 80 О мотивах, поступках и очень уставших попаданцах.

***

Дверь в каюту Лиары на «Нормандии» с тихим шипением уступила хозяйке право войти в свои апартаменты. Подвижные экраны мониторов, уловивших движение одинокой фигуры проводили её своими лицами до кровати и уставились на Серую Посредницу в ожидании приказов, но их не поступало. Девушка, присев на кровать, какое-то время буравила единственную не закрытую экранами стену, а затем уткнулась лицом в ладони и тихонько зарыдала, загрузив своим нестандартным поведением искусственный интеллект своего помощника.

Тем не менее, ещё не отвыкшая от одиночества азари не могла позволить себе оставаться в таком состоянии надолго, так что зашедший в каюту Шепард застал её именно такой, какой и оставил, стоящей у мониторов с отсутствующим выражением на лице и полностью погружённую в работу.

— Всё в порядке? — на всякий случай спросил Джон, по своему обыкновению обняв девушку сзади и поплотнее прижав к себе.

— Да, в полном. — слегка нервно ответила азари и предприняла слабую попытку вырваться из объятий.

Шепард её удерживать не стал и, присев на угол кровати, принялся выжидающе смотреть на возлюбленную.

— Уверена? — Заботливо осведомился он. — Дженкинс рассказал, как ты чуть не сбила его, выходя из бара. Так не делают разумные, у которых всё в порядке.

Лиара кулаками ударила по клавиатуре и, тяжело вздохнув, опустила плечи.

— Всё нормально, Джон, передай Ричарду, чтобы не беспокоился понапрасну. Позже я извинюсь перед ним.

— Рад это слышать. — Несмотря на сказанное, покидать своё место Шепард не спешил.

Какое-то время в комнате были слышны только тихий ровный гул машины и касания пальцев по клавиатуре. Наконец, азари закрыла все всплывшие перед ней окна и отключила систему. Её руки опустились вниз, плечи опали, а сама дева посмотрела в потолок и с чувством выдохнула.

— Джон, как у тебя это получается? — медленно развернувшись к коммандеру и более не пытаясь скрыть истинных эмоций спросила азари.

— Просто делаю хоть что-то и это работает, — усмехнулся Шепард, — ну, в большинстве случаев. А что конкретно ты имеешь ввиду?

— То, как ты слушаешь, — Лиара медленно подошла к коммандеру, устроилась рядом, позволила себя обнять и положила голову на грудь человеку. — Каждый раз, когда у кого-то из твоих близких и друзей что-то случается, ты идёшь к нему, вы говорите с глазу на глаз и мир сразу перестаёт рушится на глазах. На душе становится легче, проблемы обретают решения, а мысли приходят в норму. Сколько раз я ощущала подобное на себе, сколько раз я видела, как ты делаешь это с другими… И каждый раз это срабатывает. У тебя. Но, когда я попыталась проделать то же самое… Думала, что смогу так же вот поговорить с человеком…

На глазах азари вновь навернулись слёзы.

На секунду, Джон прижал Лиару к себе ещё крепче, затем отстранился от неё, встал с кровати, чтобы оказаться напротив девы, взял её плечи в ладони и посмотрел прямо в бездонные голубые, мокрые от слёз глаза.

— Ты так пыталась поговорить с Гаем?

— Угу. — виновато понурилась та, после чего Джон встал на колени, чтобы быть с ней на одной высоте и крепко обнял её.

— Бедная моя девочка…

Та в ответ лишь захныкала на его плече.

— Я ведь готовилась к этому разговору. Изучила о нём всё, что смогла нарыть. Спрашивала СУЗИ, Рича, Вегу, членов его отряда… Казалось, к тому моменту, когда он наливал мне этот долбанный «Серрайс» в стакан, я знала о нём абсолютно всё!

— Он нагрубил тебе? Не стал отвечать на вопросы? Угрожал, хамил, подкатывал? — прищурился Шепард.

Лиара отстранилась от него и вытерла набежавшие слёзы. После чего они пересели за столик, который каким-то чудом умудрился не помешать при установке оборудования с «Серого Трона», а потому остался в каюте.

— Поверь мне, это был самый корректный собеседник на моей памяти за всю мою карьеру информационного брокера, — печально усмехнулась азари. — Комплименты были, да какие! Но исключительно в рамках приличий. Ему бы пару раз с Советом Матриархов пообщаться и у Удины на его посту появился бы серьёзный конкурент.

— Хм. — Шепард удивлённо приподнял бровь. — Что же тебя так расстроило?

Лиара вновь погрустнела.

— Правда.

— О чём? Он рассказал тебе что-то из будущего?

— Нет. Он лишь спросил, получила ли я уже доступ к протеанскому маяку на Марсе, когда я попыталась уклониться от ответа, догадался что там Явик. После чего рассказал, что искать следует нечто огромное, буквально космических масштабов.

— Горн. Он знает о нём.

— Да, но не знает, что мы уже его нашли.

— Это оружие?

— Сказал, что там всё сложно. Это и оружие, и что-то ещё. Почему-то помянул сценарную импотенцию, проклял каких-то биотварей и перевёл тему.

— Биотвари? Это какое-то название организации?

— Сомнительно. Скорее, ругательное прозвище. Гай сказал, что для него они хуже «Цербера», но это его и только его проблема.

— Проверишь?

— Уже сделала все необходимые запросы. Но там был не тот контекст, чтобы подразумевать что-то действительно серьёзное.

— Ясно. Что-нибудь ещё?

— Посочувствовал мне из-за протеанина. — криво усмехнулась Лиара.

Шепарду не удалось сдержать смешка. Явик действительно был уникальным персонажем. И это выражалось не только в том, что он был последним протеанином. Для Лиары каждый день общения с этим разумным был пыткой. Последний протеанин разбивал светлый образ древнейшей и мудрейшей расы, который она построила в своём мозгу, каждым произнесённым словом, начиная с интонации, заканчивая смыслом, вложенным им в предложения. То как он вёл себя, общался с окружающими и комментировал увиденное вырывалось за все мыслимые рамки, а его извечное презрительное «примитивы» уже пошло в народ, когда они покидали научный комплекс.

— Контакт из «Нового Горизонта», передавший мне координаты его захоронения предупреждал, что раскапывать его, а тем более будить до жатвы — очень плохая идея… — азари фыркнула. — Богиня, какой же дурой я была, что не прислушалась к этому совету.

— Зато мы нашли то, о чём говорил Гай куда раньше, чем он ожидает. Это может быть важно.

— Не уверена, что оно того стоило.

— Что-нибудь ещё из него вытянуть удалось?

Лиара опустила глаза. Было видно, что разговор с Джоном принёс ей облегчение, но деву до сих пор что-то гложет.

— Да, удалось… - арктически-синие глаза заблестели влагой, - что я подлая эгоистка, которая думает только о себе.

— Что?! — Шепард не поверил в услышанное. — Нет! Не правда, Ли! Что за бред? Он правда так сказал? Да я же его…

— Нет, конечно. — Лиара тихо шмыгнула носом. — Он сказал это не так. Просто в какой-то момент спросил меня, как поживает Бенезия. А потом, когда я не нашла, что ответить, десять минут сам же и рассказывал, как она жила всё это время.

— И… что? — Не понял Шепард.

— И всё, Джон! — Полными раскаяния глазами посмотрела на него азари. — Знаешь, когда я в последний раз интересовалась, как у неё дела? Полтора года назад на Иллиуме, когда я узнала, что арестованы её фонды, за счёт которых я оплачивала счета! А она, между прочим, живая и очень сожалеет, что напала на нас тогда на Новерии.

— Но ты же не могла знать…

— Шепард, я Серый Посредник! Я не могла не знать! — Лиара вырвалась из объятий коммандера и заходила по комнате лишь чудом или силой привычки, не спотыкаясь о довольно толстые не спрятанные под половицы кабеля. — Полтора года, которые Бенезия боролась с индоктринацией! Я была нужна ей, но мне было постоянно не до того! Да мне даже в голову не приходило справится, о её здоровье! Постоянно нужно было сделать то или это. Обмануть кого-то подставить кого-то ещё и так до бесконечности!

— Эй! — Джону понадобилось немало потрудиться прежде, чем он сумел поймать её и посмотреть ей в глаза. — Эй-ей-ей-ей-ей, Лиара! Не смей. Ты не эгоистка. Слышишь? Ты лучшая. Ты замечательная. И ты точно не плохая дочь.

— Нет я…

— Ты ни разу не говорила о Бенезии плохого, — настаивал Шепард. — Вспомни, в каком состоянии ты была после Новерии. Вспомни, как долго мы всей командой пытались тебя тогда хоть как-то подбодрить.

— Но…

— И уж тем более мне ты можешь даже не рассказывать, какая ты плохая. В галактике нет разумного существа, сделавшего для меня больше.

— Шепард… — Лиара пытающаяся сопротивляться его напору стукнула его кулачком в грудь и полезла обниматься. Устроившись поудобнее, она немного помолчала, а затем всё же произнесла. — Как ты всё-таки это делаешь?

Тот лишь провёл ладонью по её фестонам.

— Просто делаю то, что должен и иногда это работает, — улыбнулся Джон.

***

Найти Гая на Нормандии оказалось возможно только при помощи СУЗИ, которая и направила Коммандера прямиком в самый дальний угол инженерной палубы где Леонард и был обнаружен лежащим на увязанных штабелем палетах кофров со всяким полезным.

Парень беспечно лежал, закинув руку под голову и покачивая свешенной ногой. Высшая форма выражения безделья и лени в месте, в котором у него быть не было никаких прав. За исключением прав разработчика.

Заслышав шаги тот лишь беспечно поднял голову, а увидев СПЕКТРа, махнул рукой, обозначая приветствие и продолжил своё занятие.

— Удобно? — Поинтересовался Шепард.

— Вполне. Хорошее место. Понятно, почему его облюбовала Джек.

— И почему же оно хорошее?

— Здесь тихо. Самое тихое место на корабле. Ни вибраций, ни гудения. И это практически под ядром.

— Джек? Она жила в одном кубрике с Самарой.

На это Лео лишь фыркнул.

— Хорошо. Я знал другую Джек.

— Из фильма, который никогда не выйдет в прокат? — Шепард опёрся о стену и скрестил руки на груди.

— Точно!

— Мне вот любопытно, ты кому-нибудь вообще рассказывал полную версию того, что видел в том "фильме"?

— Нет, не рассказывал, — поправил Гай. — Опасно. Чтобы начались отклонения от каноничной цепочки событий мне иной раз достаточно было лишь чихнуть и всё летело под откос. Приходится быть очень аккуратным, делать только то, что удаётся просчитать. И всё равно срабатывает через раз или через два. Но самое поганое не это.

— Что же?

— Память. Обычная человеческая память, которая просто не в состоянии удержать в голове события, которые должны случиться для всех и случившиеся уже давно в прошлом для меня. Сколько раз я не мог вспомнить что-то очень нужное… Сколько раз я ошибался в мелочах...

— Скиллианский блиц?

— Нет. Там другое. Тогда мне было четырнадцать и я был просто мальчиком, который выжил на Омеге. Не было информации, не было связей, не было уважения… Много чего не было.

— И тем не менее ты прибыл с отрядом, истребителями и кораблём.

— Чудо — не иначе.

— Действительно.

Помолчали, думая каждый о своём.

— Я слышал, вы с Лиарой не очень удачно поговорили.

— Неприятно вышло. Мне жаль. Я не желаю зла доктору Т’Сони. — Леонард потёр глаза. — Но всё равно, когда она стала слишком настойчива, пришлось надавить на больные точки. Поступил, как самая настоящая свинья.

— Почему же ты поступил именно так?

— Очевидно, потому что уважаемая доктор не понимает, когда ей говорят «нет». Ну и ещё потому что я - лицемерная мразь, разумеется.

— Никогда бы не подумал.

— О, да… С тобой, Шепард, она совершенно другая… Чёрт, как же я за вас рад и как же я тебе завидую! — в голосе Гая прорезалась странная тоска в перемешку с удовлетворением.

— Спасибо, наверное.

Коммандер отлип от стены и присел на ближайший ящик.

— Но почему? Я бы ни за что на свете не стал бы завидовать своему положению будь, к примеру, на твоём месте.

Гай засмеялся. Звук при этом выдался хриплым и скрипучим, как у очень старого не смазанного механизма.

— Это верно. Когда на тебя смотрит вся галактика — это очень неудобно, но я про другое. — Гай свесил обе ноги и принял сидячее положение. — Ты её любишь. И она тебя. Она ради твоего мёртвого тела весь космос перевернула. Ты ради её спокойствия убил самого влиятельного разумного в галактике и сейчас стоишь единственной преградой перед жнецами. За всех разумных. И за одну конкретную Лиару Т’Сони. Именно этому чувству я и завидую от всей души.

— А что же ты сам?

— А вот лежу и думаю, есть ли для меня разумные, ради которых я вот так мог бы сотворить чудо. Хотя бы маленькое. Херня получается.

— Почему? Ты так молод, у тебя куча друзей, которые в тебя верят. — Шепард уселся поудобнее. Сейчас он был в своей стихии.

— Я не знаю, чем сейчас занимаются мои родители. Я даже не представляю, как они изменились за одиннадцать лет. Понятия не имею, как сейчас выглядит моя родная сестра, не знаю, появились ли у меня ещё братья или сёстры за тот период, когда они считают меня предателем и покойником. И… мне действительно всё равно. — Гай снова скрипуче усмехнулся. — Своим безразличием я когда-то оправдывал попытку защитить их от мести «Цербера», но, как это обычно и случается, маска, ношенная слишком долго, становится лицом. А я ещё этим Лиару попрекать смел.

— А что же другие?

— Пожалуйста не напоминай мне про Саманту Уокер. Её действительно жаль, но не более.

— А Раал’Тар? Другие твои друзья?

— Тиера Л’Гая, да, Раал, Нарисса, Лизелль… Баркли… Миранда… СУЗИ… Люди которых я безмерно уважаю, которых считаю друзьями. — Тяжёлый вздох. — Определённо, я за них могу убить очень многих.

Лео снова улёгся на ящики.

— Но это всё не то. В мыслях… Чёрт, Шепард, почему я с тобой такой честный? — На этот раз приступ смеха длился куда дольше. — Расклеился я что-то.

— Ты в норме?

— Как часы. — Видимо, лежать Гаю всё-таки надоело и он одним кошачьим движением спрыгнул на пол. — Так о чём это я? Ах да… Понимаешь… На фоне жатвы… в глубине души… Если с ними что-то случится, я смогу это пережить и продолжить идти к цели. Понимаешь?

— Не очень, — честно признался коммандер.

— Ты любишь Лиару и ради неё галактику спасёшь. Ради будущего с ней.

— А ты?

— А я лишь хочу, чтобы всё это дерьмо поскорее закончилось.

Глава 81 О том, что нельзя просто так взять и отпустить... перспективного сотрудника.

***

— И тут снизу постучали, да? — спросил я атмосферу в кают-компании «Нормандии», зашедшей на «Арктур» для дозаправки.

Надо сказать, именно в тот момент моё пребывание конкретно там было продиктовано одной компьютерной сущностью, которая, заходя в любую гавань, начинала упражняться во взломе всяческого рода директив и переписок просто потому, что получение новостей путём легальных запросов — это не интересно. Ну и потому что её для этого изначально и создавали.

Со мной же Сузи связалась в обход Шепарда, чего себе раньше не позволяла, по совету Джокера, которого услышанная новость не особо порадовала.

Ну так вот. «Нормандия» встречала гостей. В количестве трёх штук.

В мою сторону устремились сразу несколько пар глаз, включая Лиару и Шепарда, которые что-то пытались объяснить Эшли Уильямс. Бравая лейт-коммандер же упёрлась рогом и настаивала на своём, а завидев меня покосилась на одну из своих спутниц. Впрочем, коммуницировать с Самантой Уокер ей не понадобилось, у той на лице и так всё было написано. Она охренеть, как «рада» меня видеть.

— Ну вот всё и разрешилось, шкипер, — самодовольно улыбнулась американка и направилась в мою сторону.

— Эшли, ты не можешь этого сделать на моём корабле, — укорил её СПЕКТР, однако даже лишнего шага не сделал. И вообще никак более не подтвердил свой запрет.

— Это корабль Альянса, Джон, так что могу. И ты прекрасно знаешь, что он не покинет доков, пока подозреваемый на борту. Это протокол.

Кто-кто у них на борту?

Тем временем Эшли подошла ко мне практически вплотную и зачем-то потянулась в поясной пенал. А… наручники…

— Леонард Гай, вы обвиняетесь в государственной измене, дезертирстве, терроризме, раскрытии государственной тайны иным не дружественным цивилизациям, подделке документов… — начала перечислять разведчица.

— А также в уклонении от уплаты налогов, вандализме и скотоложестве с летальным исходом, да-да, — сочувственно улыбнулся я своей пленительнице и изобразил аристократический фейспалм. — Уильямс, вы такая Эшли.

Ни единый мускул не дрогнул на лице горе-обвинительницы, но стоило ей это не мало. Впрочем, руки для добровольного заключения в браслеты ей никто так и не подал.

Третья гостья корабля неприлично хрюкнула в кулак и виновато покосилась на Шепарда.

— Хей, Алекса, а тебя сюда каким ветром? — выглянул я из-за плеча лейт-коммандера, потом перевёл взгляд на более неудобную для себя проблему. — Привет, Сэм.

Саманта не ответила, лишь скривилась и крепче сжала кулаки под моим взглядом.

— Да твоим и занесло, — охотно пояснила Алекса. — РУАС только твоё имя услышав, как с цепи сорвались. Хотят тебя сильно-сильно, прям как я перед тем, как ты отправил меня бегом в посольство поднимать в штыки местную охрану. Реально, чувак, атака гетов — это не то, как я представляла завершение нашего свидания.

Развожу руками перед, казалось, попытавшейся сковать мои запястья Уильямс. Уклониться было слишком легко.

— И вас двоих привлекли, потому что в быстром доступе вы единственные, кто меня хоть сколько-то знают и при этом не члены экипажа «Нормандии».

— В точку.

— Гай, перестаньте сопротивляться! — поняв, что над ней издеваются, Уильямс отступила на шаг и упёрла руки в бёдра.

— И не подумаю до тех пор, пока не услышу разрешения на свой арест от капитана корабля, — последовал незамедлительный ответ.

— Которого я не дам ни при каких обстоятельствах. — тут же среагировал СПЕКТР.

— Шепард! — тут же развернулась к нему Уильямс.

— Что «Шепард»? Год о ней ни слуху ни духу, а потом заявляется на мой корабль и несмотря ни на какие уговоры пытается арестовать важного свидетеля, который и так со мной сотрудничает! Эш, ты серьёзно? — скрестил Шепард руки на груди.

— Да, шкипер, я полностью серьёзна! И у меня есть все основания считать, что ты не сотрудничаешь с ним, а просто покрываешь своего. — Уильямс в праведном гневе убрала бесполезные наручники и решительно двинулась на удивлённого Шепа. — Думал, я тебе этого в лицо не скажу? Так вот: больше так не думай! Сейчас ты признался, что работал на террористов, покаялся, корабль вон пригнал, и с тем же кораблём вернулся на службу, как ни в чём не бывало? Ну так не будет этого. Твою прошлую работу на «Цербер» тебе может и простили, но теперь на укрывательство «бывших» коллег закрывать глаза не будут!

А вот и спич с «Горизонта» подъехал! Какой коктейль из эмоций! Тут вам и ревность и якобы предательство и горечь отверженной женщины (присутствие Лиары вообще плюсов ситуации не добавляет) и желание самоутвердиться, а также доказать, что она и без Шепарда всё может. Но это я знаю, потому что в игру играл и много-много потом думал, а для окружающих и того же Шепарда, которому совершенно не до её чувств, она… просто зарвавшаяся дура, которой дали власть, даже для её товарок, которые отдельная тема вообще. Впрочем, Шепарда я зря сюда приплёл. Он-то как раз всё если и не понимает, то чувствует. Главный герой саги как-никак. Щедро намазать получившийся сэндвич бараньей упертостью и приправить годами гарнизонной сержантской службы.

— Ну а если и так, то что?

— То всё, Шепард! О каком тогда доверии к тебе может идти речь, если ты даже на службе Цитадели продолжаешь оказывать услуги Церберу? — Завершила свой пламенный спич Эшли и тут же развернулась ко мне, почувствовав за спиной движение. — Куда?!

— Кофе налить, — как ни в чём не бывало ответил я. — Будете?

Уильямс побагровела.

— А по поводу услуг «Церберу» лично вас я бы попросил молчать, дабы не делать честным людям внепланово смешно. — донеслось до неё, уже с кухни. — В прочем, как и любого другого офицера РУАС.

— Вот с этого момента по подробнее. — вопросил заинтересовавшийся Шепард.

— При всём моём уважении, — попытка уместить в каноничную фразу Эшли максимум «йаду» увенчалась успехом, — когда я хожу в пещеры рахни, то беру с собой не компромат, а пулемёт. И патронов побольше. К тому же зачем мне оно? Призрака вы с этим сейчас не свалите. Он давно уже от Альянса не зависит. Лет двадцать назад — да, но извините, мне тогда было три годика и я честно-честно не имел к этой без скепсиса выдающейся организации никакого отношения.

— Ну а что ты можешь рассказать про них сейчас? — ухватился за соломинку Шепард.

— Ничего. Как это ни прискорбно. Мои данные устарели года на два с нашей с Самантой последней встречи.

— А я-то тут при чём? — растерялась девушка, которая уже поняла, что её нарочно игнорируют.

— Да так, к слову. Ты же помнишь, что стало с «Аргосом», ну… той верфью, на которую вы меня прилетели арестовывать?

— Она взорвалась.

— Именно. Я её взорвал, — ставлю пустую кружку на стойку. — Напомню: «Аргос» был суперсекретной верфью, которая произвела вот эту вот «Нормандию». Как вы думаете, Призрак после такого ущерба мне просто улыбнётся и даст новое задание?

— Да даже если и так! — рыкнула Уильямс. — У меня приказ арестовать тебя. И выдало мне его моё начальство, а не какой-то там Призрак, кто бы он ни был!

— Ну так передай им, что я не дал тебе выполнить приказ! — вклинился Шепард.

— Нет, Джон, это так не работает, — упёрла Уильямс руки в бока. — Оставляй Гая и проваливай или оставайся с ним на «Арктуре», пока начальство не выдаст новых инструкций.

— Хорошо. Мы задержимся, пока я не свяжусь с Хакетом, — кивнул Шепард. — Уверен, много времени это не займёт. Гай, вали в свою каюту и не отсвечивай пока я всё не утрясу.

— Шепард! — взвыла Уильямс.

— Знаете, а я, пожалуй, прогуляюсь с дамами. — неожиданно для всех выдал я. Идея, прямо скажем, была паршивая и грозила весьма очевидными последствиями, но если миссия на лояльность Эшли Уильямс выглядела так, то лучше всё-таки за неё взяться, а не доводить до марсианских архивов.

— Леонард, ты уверен? — Шепард явно не понял и не оценил моего манёвра.

— Да, вполне. За пару часов, если не будем тратить время, успеем утрясти кое-какие вопросы личного характера. Я тут как минимум перед Самантой должен извиниться по-человечески. Может даже отвечу на пару вопросов дознавателей, если, конечно, они будут спрашивать, а не тупо вешать на меня расстрельных статей. Только дождитесь. И оповестите, пожалуйста, главу Исмарской Директории. Всё-таки сейчас я полномочный посол, а не хрен собачий, чтобы вот так вот безо всякой огласки в казематы меня пихать.

— Хорошо, — кивнул Шепард. — Джокер, займись прямо сейчас.

— Ай-ай, сэр! — бодро отрапортовал интерком голосом Моро.

После этих слов на моих запястьях таки замкнулись омни-браслеты, и мы вчетвером, под удивлённые взгляды десантной группы, покинули корабль.

Разумеется, поговорить с Сэм мне не дали. Даже в камеру не повели, вместо этого оприходовав сразу в допросную, которая представляла из себя комнатку три на три со столом и двумя стульями. С одной стороны располагался плоский проектор для наручников и всяких прочих технических элементов контроля. Датчики детектора лжи тоже были в ней.

Ну а через пять минут надо мной уже навис «плохой и не очень уравновешенный коп», который больше не спрашивал, а как малеленькая девочка вёлся на любые провокации. Разве что рукоприкладства себе не позволял, хоть ему и очень-очень хотелось. Однако, его по ходу предупредили, что СПЕКТР со мной ещё не закончил. Так что прошло сорок две минуты, пока он от меня отстал. И мне не потребовалось быть приваренным к машине аутистом, чтобы сосчитать секунды.

Самое интересное началось через каких-то десять минут после его ухода. Омни-наручники на запястьях с лёгким треньком исчезли, возвращая мне хоть какую-то свободу манёвра, я не особо торопясь растёр руки, больше работая на публику и с усмешкой спросил у углов комнаты, в которых свет единственной потолочной лампы оставил больше всего тени:

— Ну что? Есть какое-то послание или можем начинать?

***

Джон двинулся к КМ-коммуникатору сразу, как только освободился лифт. Ещё сколько-то времени ушло на общение с адмиралом, которому непонятное шевеление «РУАС» тоже очень-очень не понравилось. Командующий пятым флотом пообещал заняться проблемой Гая немедленно. Ну а уже после сеанса связи сразу на выходе из радиорубки, взгляд бравого коммандера сразу натолкнулся на скромно смотрящую в пол платформу универсального защитного интеллекта корабля.

— Сузи?

— Капитан, я бы хотела прояснить один немаловажный момент по поводу Гая.

— Я зря его послушал, когда он согласился покинуть корабль? — Шепард сделал приглашающий жест в сторону лифта и они направились по коридору.

— Верно.

— Сам знаю. — скривился Шепард. — Но я обещал не лезть в его дела, так что, если Гаю хочется покрасоваться перед РУАС — не вижу причин ему в этом отказывать. Может, сведения полученные от него, попадут на стол не только Призраку разнообразия ради.

— Как раз об этом. У меня, к сожалению, не сохранилось никаких данных по поводу его работы в «Цербере», — нарочито безразлично выдала андроид. — Из-за диверсии, устроенной самим Лео часть данных до сих пор отсутствует. Но судя по тому, что восстановить всё-таки удалось, он участвовал в некоторых проектах, не имеющих прямой военной направленности. То есть относительно не часто привлекался, как оперативник.

— Значит, у него имеются данные по базам «Цербера»?

— Сомнительно. Инженерно-технический персонал чаще всего осведомлён о местонахождении только тех объектов, на которых он задействован. И то если эта информация необходима для выполнения текущих задач. Лео, конечно, мог выяснить расположение нужных ему объектов, но этим сразу заинтересовалась бы служба безопасности. Рисковать таким образом Лео бы не стал.

Зайдя в лифт СПЕКТР нажал на сенсор БИЦ и очень внимательно посмотрел на СУЗИ.

— Ты хочешь сказать, что у Гая действительно сейчас нет ничего, способного навредить Призраку серьёзно.

— Верно.

— Но он уверен, что приказ на его задержание пришёл с подачи «Цербера». Тогда какой смысл? О чем его будут спрашивать?

Двери лифта раскрылись на нужном этаже, высветив на синтетическом, но удивительно детальном лице андроида всё то, что она думает про своего «отца».

— Именно, капитан. Смысла нет. Его не будут спрашивать. — Сузи слегка склонила голову набок и, немного помедлив продолжила. — С вероятностью девяносто семь процентов предположу, что его будут убивать.

***

По мере того, как на борту поднималась паника, а десантная группа, поднятая по тревоге, снаряжалась для спасательной операции, примерно такая же паника поднималась на самом «Арктуре». В смысле, на станции. Нормандию перестали удерживать практически сразу и диспетчера уже оповестили Джокера, что корабль может покинуть док в любой момент, но Сузи в реальном времени мониторила увеличение единиц вооружённой охраны, а также уже выяснила причины переполоха: ожидаемо что-то произошло в секторе службы безопасности и контроля нарушителей. Более точно что там случилось, не сообщалось, однако сотрудники СБ уже получили приказ стрелять на поражение. А уже когда десантная группа «Нормандии» заполонила коридор, ведущий к рубке управления и выходу, защитная мембрана тамбура поднялась, на краткий миг впустив в корабль шумы извне и начисто проигнорировав процедуру деконтаминации. А когда гермостворка вновь отсекла внешний мир, буквально из воздуха, а точнее из режима тактической маскировки вынырнул непосредственно сам Гай. На нём уже был надет изрядно залитый кровью плотно облегающий скафандр с интегрированным шлемом (тот сам убрался куда-то за спину, позволив нервничавшим бойцам опознать пришельца) и двумя зияющими широкими ранами на уровне сердца и шеи. Мало того, на плече, задницей в зенит, тот держал тело в точно таком же скафандре.

Парень, шумно выдохнул, окинул слегка шальным взглядом столпившийся народ, а затем с чувством выполненного долга произнёс:

— А теперь у*бываем отсюда.

***

Разумеется, мою просьбу сразу же исполнять не кинулись. Более того, Шепард потребовал с меня ответов здесь и немедленно. Ну что ж, это можно. Небрежно скинув на пол труп фантома, я охотно пояснил, что «нашёл» его и его товарища в местном КПЗ. Поведал, как сильно они мне, почти безоружному, обрадовались, стали показывать какие у них крутые катаны и как хорошо они знают кунг-фу. О том, что пришлось радоваться вместе с ними, а потом одалживать у одного из них одежду и спешно покинуть вечеринку, так как не люблю большие скопления народа, а бухло ещё не подвезли. После чего уже более серьёзным тоном попросился в медотсек, потому что нельзя просто так взять и захреначить двух киберниндзя и остаться целым, а комплект стимуляторов из медблока брони мне совершенно не подходил. Так что кроме панацелина в крови плескалось ещё чёрт знает что, требующее скорейшей детоксикации.

Кроме того, уж больно сильно хотелось сравнить эту модификацию с первыми прототипами, оценить и сравнить, так сказать.

Ну а пока СПЕКТР вёл экспресс допрос меня любимого, снизу опять постучали. И снова это была Уильямс, так что Шепард-таки погнал меня с глаз долой, вместе со всей десантной группой, а сам отправился читать морали и слушать возмущения.

Забавный факт: в галактике присутствует как минимум один разумный, на которого вот в принципе не действует дипломатический скилл Шепарда. Вот ну ни в какую. Имя этой женщины — Эшли Уильямс. Тут, правда, можно пошутить насчёт применения этого понятия к нашей бравой лейт-коммандеру, но я не буду. У меня сейчас более важные дела. От которых вошедшие Шепард и Уильямс так и не решились оторвать нашу дружную бригаду коновалов.

Дружная бригада состояла из меня, в маске, перчатках и халате на голый перебинтованный торс, самой доктора Чаквас и Лиары, манипулирующей монструозным медицинским комбайном.

— Проводим вскрытие объекта «фантом», предположительно диверсанта террористической группировки «Цербер», причина смерти — проникающая рана в сердце. Удар прошёл под углом снизу не задев грудную клетку сквозь кардиостимулятор. Также повреждены дублирующие системы. Выходное отверстие над лопаткой, рана при нанесении дополнительно расширена. Смерть фактически наступила тридцать три минуты назад, но под воздействием неопределённых компонентов тело активно разлагается. При сохранении тенденции уже через три часа его будет невозможно опознать, используя стандартные методы анализа ДНК. — диктовала в свой уни-инструмент Чаквас. — На данный момент анализ крови по базам данных Альянса соответствий не выявил.

— Так же при обследовании сканером высокой чувствительности были обнаружены имплантаты неизвестного происхождения по всему лицу объекта вскрытия. Предположительно взрывчатое вещество.

— Серьёзно? — скривилась доктор.

— Я точно помню, что такой концепт имелся в базах данных «Цербера». — пришлось пояснить мне. — Реализацию на практике видеть не доводилось, равно как и участвовать в разработке. Не моя специальность, но обратите внимание на эту нервную ткань от узла к узлу. Своего рода детонационный шнур.

— Варварство. — возмутилась со своего места Т’Сони.

— Угу. Продолжаем.

— Провожу обезвреживание. Благо не сложно. Главное знать, что искать. — лазерный скальпель, как тёплый нож сквозь масло прорезает шейное соединение в области голосовых связок. — Готово. Теперь можем снять шлем.

Щёлкнули застёжки, заставив обоих вновь прибывших подобраться от любопытства.

— … — выдал я довольно длинную непечатную фразу, нисколько не стесняясь присутствующих в помещении дам.

— Моя Богиня! — вскочила со своего места Лиара.

Доктор Чаквас неопределённо хмыкнула.

— Твою ж… — отпрянула так невовремя подошедшая Уильямс таращась сначала на меня, потом на труп, потом снова на меня.

— Леонард, мне нужны кое-какие ответы, — отрезал Шепард.

— Собственно, как и мне, — ответил я враз пересохшим горлом, вцепившись в снятый шлем побелевшими пальцами.

А между тем на кушетке лежал и пялился в потолок своими арктически-голубыми имплантами глаз ещё один Леонард Гай.

Глава 82 О том, что никто остановить не в силах.

Несмотря на всю свою браваду, разговора с Самантой я боялся до трясучки. О, что я только себе не нафантазировал… И истерики и крики и разбитую посуду, а в результате… Ничего. Точнее… Мы поговорили, да. Но нейтрально и сухо. Оказалось, что СУЗИ после инцидента на «Аргосе» показала себя куда большим человеком, нежели я и тупо слила наш с ней разговор после моей «смерти» снабдив смягчающими комментариями от себя. Так сказать, закрыли давний гештальт. И повезло ещё, что второй фантом, которого пришлось прирезать в казематах Арктура был не из «моей» серии.

Так что единственным вопросом, которым меня озадачила Сэм был:

— Почему ты не воспользовался моей помощью, Лео?

И… Я действительно был поставлен им (вопросом) в тупик. Потому что действительно, почему? Не, понятно, что в «Цербер» её за собой волочь было бы верхом идиотизма, но что мешало мне сделать это потом? Например, прийти к ней сразу после «Аргоса», когда девчонку вовсю прессовала контрразведка и заступиться за неё было просто некому? Вот что мне мешало? Мнимая смерть? О, да. Я ж тогда отправился Касуми выручать. Ну а там… М-да. Стоп-команда от Жнецов и кома. Оправдание? Так себе, если честно.

Вообще, если подумать, то моё стремление защитить родню и Сэм превратилось в какую-то идею фикс. Я пытался защитить их таким вот извращенным способом, как очень дорогую и невероятно важную для себя… вещь. А ведь с людьми так нельзя. Просто, потому что их не получится замариновать и спрятать до лучших времён. Спящая до сих пор в криостазисе трёхсотлетняя кварианка из которой учёные Чёрного Ветра делали иммунитет — это другое, не я фасовал и не для тех целей.

Как я узнал позже, Саманта была в разработке у людей Буча. Предложение уйти в КАТ-6 было буквально на столе у тамошнего босса. А притормозил его… та-да-а-а-а! Мой приказ, касательно членов семьи и близкого круга общения Леонарда Гая! Что называется, почувствуй себя ещё большей сволочью.

Ну а моё состояние после разговора с девушкой, впервые обнявшей меня в этом мире уже когда-то в прошлом, описал один харизматичный пират: «Вино не горячит нас, от еды привкус тлена во рту, а ночь не может согреть даже самая жаркая блудница». В общем, я действительно добился того, что хотел. У Леонарда Гая не осталось старых привязанностей. Вообще. Семья… в смысле Алистер Гинора и Елена Гай сейчас спешно и, скорее всего насильно эвакуируются на Исмар, но это не важно. Поговорить нам с ними если и удастся, то это не те проблемы, на которых мне сейчас стоит сосредоточиться.

И я действительно рад, что Саманта смогла это переступить, но внутри от осознания этого факта… Пират всё правильно сказал. Вспомнились сны Шепарда из третьей части. Интересно, что при схожих обстоятельствах снилось бы мне? То есть… у него хотя бы были тени и деревья…

Осознал себя тупо пялящимся в потолок, лёжа на ящиках в каноничном месте обитания Джек. С удивлением утёр одинокую слезу из левого глаза. Ба, Лео, ну ты и раскис! А ну ка соберись! Впереди война, позади долгий путь, в душе — лишь огонь и пепелище, а между тем, Призрак клепает мои копии и делает из них фантомов! Подать мне табельный «Каин»! У меня всё ещё есть работа.

Ну а вскоре, несмотря ни на что «Нормандия» всё-таки покинула цепкие магнитные захваты «Арктура» и достигла конечной точки своего маршрута. Что станется с руководством станции меня не интересовало от слова совсем, а вот пополнившийся экипаж корабля СПЕКТРа сразу на две боевые единицы откровенно радовал, пусть и не в глобальном плане. Эшли Уильямс увязалась сама, мотивируя это тем, что за Шепардом нужен глаз да глаз, попутно виновато стреляя глазками в сторону. А вот с Самантой Уокер получилось несколько сложнее. На «Арктуре» ей оставаться было небезопасно ввиду последних действий «Цербера», поэтому я с некоторым (несколько лет, ага) опозданием предложил ей бежать в Исмар, на что получил категоричный отказ. Мол она-то в отличии от меня присягу дать уже успела, а солдатская честь — это то немногое, что у неё осталось своего. Поэтому девушка сама предложила мне устроить её в ассистентки к местному врачу, благо, как она уже разузнала, был он в единственном числе на полсотни рыл экипажа.

Сказать, что это было для меня наилучшим итогом — это не сказать ничего, так что я сразу ринулся к Шепарду. Более того, даже знал, что ему на это сказать.

— Шепард, вот как ты думаешь, почему у тебя Чаквас такая злая? — сходу взял быка за рога. Правда, метафорой в виде велосипеда решил пренебречь и говорить прямо. — Потому что у неё помощников нету, а тут на тебе: умница, красавица, за людей переживает, талантище!

Сомневаюсь, что он воспринял в моих словах что-то кроме «Чаквас злая» и «помощник», но Самата Уокер услышала своё «Добропожаловатьнаборт» уже через десять минут, а ещё через десять мы все трое стояли в комнате связи перед кадровиками Альянса и с наслаждением слушали, как Шепард договаривается о переводе некоего старшины медицинской службы с повышением до лейтенанта. С бывшим начальством вояка не церемонился и как только те попытались воспрепятствовать назначению, быстро переключился на доступный им язык. Так что те быстро выяснили, что Саманта Уокер является важным свидетелем, её перевод является распоряжением СПЕКТРа, а «не ебёт» пишется раздельно.

***

Шепард упал на подушку и уставился в непривычный, но такой уютный деревянный потолок, пересечённый декоративной лагой. На время пребывания в Исмарской Директории всему экипажу выделили целый жилой комплекс из малоэтажных зданий. Им с Лиарой досталась просторная трёхэтажная усадьба в своеобразном стиле восточной Европы. Отделка деревом и лаком, высокие потолки, паркет, бревенчатые стены и мягкое освещение. Во дворе бассейн и полноценная зона барбекю с грилем, шезлонгами и прочими радостями загородной жизни. До жути непривычно, не утилитарно, но аномально уютно.

Лиара ещё не вернулась от Бенезии. Поначалу они направились к матриарху вместе и даже успели провести у неё примерно стандартный галактический час, после чего выжатого как лимон «зятька» эвакуировал Гай и погрузил в такую привычную суету надвигающегося конца света. И теперь, снова оказавшись в тишине, предстояло многое обдумать.

Начать, пожалуй, следовало с того, что исмарцы на данным момент являются самым подготовленным к Жатве оплотом разумной органической (и не только) жизни в галактике. Пять охранных «колец», в которое объединены более сотни автономных и обитаемых модулей: станции, внутрисистемные корабли, астероиды, искусственно помещённые на орбиты планет с установленным противокосмическим вооружением. Ну и флот, уже отработавший свои действия на батарианцах. Но это то, что укладывалось в привычную картину мира. Восхищало, но укладывалось.

Итак, для войны со жнецами Исмарская Директория ОТДАСТ Пространству Цитадели по первому треованию более полутора сотни восстановленных и модифицированных судов класса фрегат/корвет, почти пятьдесят крейсеров различных поколений производителей, и даже батарианский дредноут. Всё, естественно, приведено к современному стандарту брони и вооружений пространства Цитадели и полностью готово к употреблению. Это богатство «Чёрный Ветер» собирал в системах Термина долгие десять лет, так что Совету Цитадели осталось только снабдить корабли экипажем и обеспечить горючим, чего исмарцы сами делать не собирались.

Щедро? Более чем, однако для себя исмарцы приберегли нечто куда более интересное, о чём Шепард узнал почти случайно. Дело в том, что по удалённой связи к совещанию Арбитров (так благодаря какой-то давней истории назывался высший орган руководства Директории) были подключены капитаны кораблей, о существовании которых совет старался забыть всеми своими силами, ибо зависть сводила скулы, а сделать что-то открыто — это признать собственную технологическую отсталость. В общем, число супер-дредноутов класса «Скользящий» к тому времени выросло до двенадцати полностью завершённых единиц. И так изначальное предназначение кораблей было перемещение по галактике вне сети ретрансляторов, то на них планировалось посадить избранных граждан Директории всех рас в равных количествах и отправить в глубокий космос со всеми знаниями для начала новой жизни после жатвы.

Вот только случился маленький конфуз. Иначе не скажешь. Капитаны, когда узнали для чего готовят корабли — провели собрание экипажей и… подняли бунт против Директории. Вой поднялся до небес, и все директора хором грозили экипажам санкциями, но… В общем, суть претензии ВСЕХ экипажей супердредов сводился чётко и ясно изложил капитан «Скользящего-Прайм» с бессмертной фамилией Фоукс.

— Вы дали нам самое мощное из имеющихся оружий для того, чтобы мы сначала наблюдали, как вас будут убивать, а потом, как последние крысы столетиями жались по углам и шарахались каждой тени? Ну нет! Мы будем драться наравне со всеми! Вот наше решение!

На самом деле, Арбитры с капитанами ругались лишь для порядка и обе стороны где-то за кадром это понимали. Гай, когда рассказывал Шепарду об этом случае, проявлял мало эмоций, однако боль свою скрыть смог плохо. Не важно сколько кораблей со сколькими разумными они вот так вот зашвырнут в неизведанные уголки космоса. Рано или поздно жнецы найдут и отловят их всех. Пусть пройдёт пятьдесят лет, пусть сто, машина не остановится, а конец этих кораблей будет один. Так что сразу после возникновения проблемы корабли вновь модифицировали, заменив большую часть жилых блоков и перерабатывающих заводов орудийными и авианесущими палубами и включили их в состав флота, не избавив их от участи временных центров приёма беженцев с планет.

В довершение ко всему Лео посоветовал обратить внимание на исследования доктора Брайсона и дать ему знать, когда они смогут заняться этим вплотную. Сам Гай мотивировал свою просьбу тем, что одному ему в это предприятие соваться бессмысленно, а то и вовсе чревато, но у него осталось несколько вопросов, ответы на которые больше никто в галактике не даст. В общем, как всегда, заинтриговал сверх всякой меры, а подробностями поделиться не захотел. Это уже начинало надоедать, но… к тому моменту они уже пришли к Тали и Раалу в медцентр, так что кварианка, щеголяющая без шлема затмила все вопросы.

Виртуальный интеллект дома передал на инструментрон сообщение о том, что в дом, наконец, приехала Лиара. Шепард протёр глаза, потянулся сцепленными в замок руками и резко встал с кровати. Свою девушку он застал, достающую из бумажных пакетов готовую еду в прозрачных контейнерах с эмблемой какой-то местной системы общепита.

— Как прошло свидание с Бенезией? — Джон опёрся о колонну боком и сложил руки на груди.

Лиара посмотрела на него устало и улыбнулась.

— Куда лучше, чем я себе представляла. Где-то час мы рыдали, повиснув друг у друга на шее, вымаливая прощение друг у друга наперебой, потом она восхищалась, как выросла её «крылышко», а потом мы наконец-таки поговорили. Будешь тессианскую тайку в соусе из голубого вина? В ресторане меня заверили, что люди заказывают эту рыбу так же часто, как и азари.

Лиара показательно открыла контейнер, и столовая моментально наполнилась непривычным, но вкусным запахом, дав понять Шепарду, что сделал он сегодня очень и очень много дел, а вот поесть совершенно забыл.

— Умираю с голоду, — коммандер отлип от стены и принялся помогать Т’Сони накрыть на стол. — Сейчас подошла бы даже та пересушенная пыжатина, которой нас угощал Рекс на Тучанке.

— Не поверишь, но такое в меню тоже было. А вот ринкола нет, так что я не стала рисковать.

— Да уж… — у Шепарда непроизвольно выдался смешок. Как шутили сами кроганы: алкоголь в ринколе сжигает паразитов в мясе, а те в свою очередь уничтожают яды самого ринкола. В результате чудовищной химической реакции во рту при пережевывании образуется воистину незабываемое послевкусие, достойное лишь избранных, способных пережить самые тяжкие невзгоды. О том, как при этом пасёт изо рта что Джону, что Лиаре было известно слишком хорошо, поэтому отсутствие пыжатины на столе воспринималось как великое благо.

Они расположились за обеденным столом напротив друг друга, разлили по стаканам вино и приступили к трапезе.

— Ну так как она после индоктринации? — Шепард решил не молчать.

— Прекрасно, помолодела лет на триста, — не моргнув глазом ответила Лиара.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Чтобы полностью нейтрализовать физические последствия её буквально пересобрали заново, используя при этом чуть ли не космическую магию. Даже на месяц подключили к своему Пророку. Буквально. Сейчас у неё заменены практически все внутренние органы, часть нервной системы и практически вся структура узлов элемента ноль. Удивительно, что память относительно не пострадала.

— Невероятно. — Джон поперхнулся услышанной информацией и поспешил поскорее запить.

— Самой не верится.

— Что-нибудь ещё узнала интересного?

— Только крошки. Случайный разговор там, обрывок фразы тут… — Лиара не успела донести вилку до рта. Писк инструментрона заставил её удивлённо уставиться на высветившееся голографическое окно. Пару раз удивлённо моргнув глазами она отложила столовые приборы и ткнула сенсор вызова.

— Лиара приве-е-е-е-е-т! — раздался на всю столовую задорный девичий голос. — Представляешь, только вернулась а ты, оказывается не просто на Зоре, а в моей усадьбе остановилась! Классно-то как! Не волнуйся, съезжать не надо, она всё равно моя только по бумажкам, я в ней была-то только раз, так что сейчас на квартире останусь. Поближе к событиям! Слушай! Я ведь не просто так звоню! Ты ж не одна приехала! Я знаю! Знакомь-знакомь-знакомь! Мы тут с Лео одну штуку реализуем уже некоторое время, что-то вроде агитки! Очень хотим, чтобы ты со своим парнем её заценила и, если идея зайдёт, помогла реализовать! Идея вообще чума и апокалипсис! Ну так что, посмотришь?

Выслушать весь этот словесный поток с прямым лицом Лиара не смогла и под удивлённые взгляды Шепарда сначала скривилась, как от зубной боли, а под конец экспрессивной тирады уже тепло улыбалась.

— Здравствуй Тиера. Рада тебя слышать и извини за то, что заняли твою жилплощадь. Конечно я познакомлю тебя со своим… парнем, — при этих словах девушка смущённо кашлянула в кулак и покосилась на Шепарда, — при первом удобном случае. И да, я определённо хочу взглянуть на то, что вы с мистером Гаем придумали.

— Пфхц! «Мистер Гай», — засмеялась звонившая, — знала бы ты, как его корёжит от этого обращения! Ради богини не прекращай его так называть!

— Ладно, если это действительно настолько забавно, как ты говоришь, - совершенно серьёзно кивнула Т’Сони. — Так когда мы сможем обсудить вашу идею?

— Как только ты откроешь входную дверь! Я уже подлетаю!

— Э… отлично. Тогда дай нам пару минут убрать со стола, и мы с Джоном в твоём распоряжении.

— Йей! Тогда захожу на посадку! — и связь оборвалась, оставив обоих разумных шокированно смотреть друг на друга.

Долгую минуту над столом царила благовейная тишина.

— Лиара? — вернул деву в реальность голос коммандера. — Кто это был?

— А… единственная и неповторимая Тиера Л’Гая. Та самая. Смутьянка, баламутка, шатательница устоев, богатейшая из дев и всё такое прочее… Из врачей в киноделы. Ты не мог о ней не слышать.

— Да, что-то такое припоминаю, — скривился Шеп, которому ещё одной журналистки под боком как раз и не хватало.

— Она стала куда энергичнее с нашей последней встречи.

— Мы ведь от неё так просто не отделаемся?

— Даже не мечтай. У неё появилась идея и она уже здесь. Придётся смириться.

А в следующую минуту раздался звонок, оповестивший обоих о пришествии гостьи.

***

Следующие несколько дней превратились в самые натуральные киносъёмки. В буквальном смысле, ибо идея, про которую говорила неуёмная творческая натура по голосвязи на деле оказалась пачкой вручную исписанных листов с уже готовым сценарием агитационного ролика, помотрев на который Шепард всё же решил принять участие в общем действе. О том, что в следующие два дня он проклял всех киноделов скопом и одну конкретную азари в частности — разговор отдельный, но когда, наконец, работа была закончена и измотанные постоянными «ещё дубль» СПЕКТР и Серая Посредница упали на диван перед телевизором, результат уже был в сети.

Начиналось видео резко и без вступлений. Просто на алом фоне с гербом «Чёрного Ветра» возник Раал’Тар, набирающий что-то на своём инструментроне. Оторвавшись от своего занятия, он обратил взор своих светящихся глаз на камеру и произнёс.

— Кила’се Лай, разумные, я — Раал’Тар вас Исмар. Первый кварианец в этом столетии, способный жить без своего скафандра. Основатель компании «Чёрный Ветер», заместитель президента «Нового Горизонта». Один из основателей Исмарской Директории. Миллиардер, изобретатель, боевой пилот.

Изображение сменилось. На синем фоне с тем же гербом стоял стареющий, но всё ещё крепкий мужчина весьма внушительных габаритов.

— Я — командующий вооружёнными силами Исмарской Директории» Джереми Баркли. N7. Дезертир. Тактик.Четвёртый «Арбитр». Член совета директоров Исмарской Директории. Отвечаю за проведение боевых операций за пределами Директории.

Вновь новый фон. На этот раз с гербами Альянса систем и Совета Цитадели.

— Я коммандер Джон Шепард. Первый СПЕКТР человек, ветеран Скиллианского Блица. N7. Инициатор вылазки за ретранслятор «Омега». Солдат.

— Я, Лиара Т’Сони, археолог Дочь Бенезии Т’Сони. В настоящее время работаю в составе группы СПЕКТРа Шепарда по изучению останков цивилизации протеан.

— Я Тиера Л’Гая. Врач, писатель, сценарист, певец всего прекрасного, и прочая-прочая прочая. До недавнего времени была изгоем азарийской расы. Мы помним эти весёлые времена, да, мальчики и девочки? Седьмой Арбитр, член совета директоров Исмара. В общем, если вы меня не знаете, проверьте пульс! — смеялась на камеру самая известная в галактике сценаристка.

— Я Леонард Гай. Дезертир, предатель, бывший оперативник «Цербера», кавалер ордена Лиги Единения, турианских Почётных Планок, медали за оборону Цитадели от вторжения гетов. Человек, спасший Совет Цитадели. Один из основателей «Чёрного Ветра», «Нового Горизонта» и Исмарской Директории. — объявился наконец Лео.

— Я Долин Хитаси, режиссёр…

— Я Хатис Чаган. Турианец. Командующим флотом «Мёртвый Легион»…

— Я, Далия Вишез, матриарх…

— Я…

— Я…

И ещё несколько разумных разной величины и политического веса назвали свои имена. Затем общий экран разрезало так, чтобы на нём отображался каждый и все вместе они произнесли одно и то же, образовав довольно стройный хор:

— МЫ ПРОРОК!

Затем экран снова запестрил сменяющимися уже представившимися разумными. Которые говорили на разных языках, но так что каждый последующий продолжал сказанное предыдущим оратором.

— — Независимо от того, слышали вы о нас или нет… — Лиара.

— …Вы не можете отрицать того что мы уже сделали и ещё сделаем… — Тиера.

— Мы предупреждали ваши правительства два года назад. — Это был Шепард.

— Мы готовились все эти годы и теперь время пришло... — Лео.

— Грядёт война! И она не пощадит никого…

— …Нам не верили…

— … Нас не слушали…

— …Теперь поздно!

— …Они уже здесь!..

— …Прямо сейчас враги всего сущего, как последние падальщики потрошат останки Батарианской Гегемонии!

— Помните батарианцев? Вы могли их ненавидеть, презирать, бояться, но сейчас их нет. Их более не существует, как вида там, где они зародились! И теперь мы следующие!..

— …Врагам не нужны ваши деньги, ресурсы ваших планет, ваше место в лучах светила или ваша должность…

— … они не мыслят нашими понятиями!

— Всё что они хотят — это наши жизни! Наши тела и наши души. И имя им — Жнецы и они враги всего сущего.

— Околоразумные машины, которые с различной периодичностью уничтожают все цивилизации в галактике по достижении определённого уровня развития.

— Чудовища!

— Монстры!

— И они не оставили нам выбора.

— Отсидеться не получится!

— Они придут на каждую планету.

— Всё, что мы можем и должны…

— Это сражаться!

— Несмотря ни на что!

— Во имя жизни!

— Во имя нашего будущего!

— Во имя тех, кто останется после нас!

— Вступайте в армию!

— Во флот!

— В санитары и медики!

— В спасатели!

— Помогайте друг другу!

— И мы обязательно выживем!

Торжественная музыка, задававшая тон всему повествованию, стихла. Постоянно мелькающие лица сменило одно. Кажется, это была жена Раал’Тара Нарисса. Которая, как в школе указкой стала вызывать различные изображения жнецов, показывая и корабли и различного рода хасков в деталях рассказывая о них всю имеющуюся информацию. Чем они опасны, как противостоять и чего от них ожидать.

Ролик вышел в сеть поздно ночью по исмарскому времени, поэтому после просмотра и небольшого обсуждения Шепард и Лиара отправились спать. А на утро их разбудила СУЗИ. Альянс передал срочную депешу: зонды раннего оповещения перестали выходить на связь. Жнецы добрались до обитаемых пространств.