Эфемеры: Абоминация

Глава 1. В жестянке

Я распахнул глаза с осознанием того, что вот-вот задохнусь. Казалось, будто у меня на груди кто-то сидит. Спустя секунду пришло осознание, что это я сам всем весом навалился на поврежденные ремни безопасности, свисая мордой вниз. Салон транспортника перекосило, и теперь мой ряд сидений находился выше противоположного. Уперевшись ногами в пол, я смог откинуться на спинку, и наконец-то нормально вздохнуть. Уже лучше.

Вокруг, наравне со звуками искрящей электроники, слышались редкие стоны. Освещение мигало, но визуальные комплексы шлема быстро устранили все зрительные помехи. Многие пассажиры бессознательно висели на ремнях безопасности, кто-то уже пришел в себя и пытался освободиться, а кого-то при падении размазало о паллеты с грузом. Всех, кто не был пристегнут. Кровь, обломки, гарь… Что, черт возьми, произошло?..

Ах да. Мы упали. То, что я сейчас в сознании, и при этом у меня ничего не болит, заслуга напарницы. За мгновение до падения она успела активировать «Чистый разум». Интерфейс биоблока немного подглючивал, но, в целом, работал.

- Ева, насколько все плохо? И какая обстановка?

- Общее состояние тела удовлетворительное. Несколько небольших растяжений и ушибов, гематома на груди. Сотрясение компенсировано навыком, но потом тебе будет плохо. Механическая конечность не повреждена.

- Живем.

- Насчитываю как минимум четверых погибших в следствии падения. Рекомендую предпринять скорейшие действия по привидению бойцов в сознание. Опасность снова приближается.

- Откуда ты?.. – хотел спросить я, но заткнулся.

Да, «Чистый разум» отсекает эмоции. Я больше не чувствовал удушающего страха, источник которого смог определить за сотни метров. Причем даже сквозь обшивку корабля. Теперь вместо страха осталась только некая смесь зуда и дискомфорта в глубине грудной клетки. Но я не сомневался в том, что источник у обоих ощущений один и тот же. Существо, атаковавшее «Альбатроса», приближалось. И у меня почти не оставалось времени на подготовку.

- Подъем! – закричал я, силясь расстегнуть ремни безопасности. – Быстро все очухались! Те, кто пришел в себя, растрясите соседей. Тварь сейчас вернется!

Пока в мрачном салоне началось оживление, я под щелчок замка повалился на пол. Тут же вскочил и кинулся в узкий проход между контейнерами. Немного повело в сторону, но получилось устоять. И на том спасибо. Пришлось переступить через тела погибшего борт-стрелка и двух бойцов, пытавшихся ему помочь. Чуть дальше лежал бездыханный Грей. Разбитый висок, много крови. Похоже, мужчину приложило об угол одного из контейнеров. Но погоревать мы сможем потом, сначала необходимо спасти живых.

Ломился в кабину я не спроста. Просто прикинул, что сейчас является самой незащищенной частью жестяной коробки, в которую превратился транспортник. И сразу стало понятно, куда может ударить тварь в следующий заход. Нужно было срочно вытаскивать пилотов из кабины, утратившей свою относительную безопасность. Особенно, если летчики в отключке.

Но все оказалось хуже. Второй пилот отправился на тот свет во время падения, почти полностью лишившись головы. Прилетевший при посадке булыжник пробил дыру в армированном стеклопластике и пропечатал неудачливого мужика по полной программе. Безэмоционально отвернувшись от заляпанного кровью и мозгами кресла, я оценил состояние Грифона. Первый пилот был жив, но приходить в себя не спешил. Даже после того, как получил от меня пару оплеух. Что ж, план Б.

Ковыряться с фиксатором ремней было некогда. Я просто достал нож и быстро срезал крепежи. Зуд в груди стремительно нарастал, поэтому, не особо церемонясь, я схватил Грифона за руки и потащил вглубь салона. Едва мы успели углубиться между первых паллет с грузом, «Альбатроса» сотряс удар. Я ускорился, насколько мог. Послышался треск проламываемого стеклопластика и скрежет срываемых фиксаторов.

Что-то чавкнуло, заляпав кровью стену прохода, а затем на мгновение я увидел рожу твари, из-за которой мы потерпели крушение. Безгубая пасть с клиновидными зубами, казалось, совсем не подходила раздутым фасетчатым глазам на серо-синей морде. Словно уродина являлась жуткой смесью лесного хищника и насекомого. Монстру хватило одной секунды, чтобы оценить ситуацию, решить, что лаз для него слишком тесный, и свалить, прихватив тело второго пилота. Но эта жуткая рожа успела запомниться мне до мелких деталей.

- Ева, сделай слепок и разошли всей группе.

- Могу отправить только представителям Узла. Связующее с американцами звено утрачено.

- Делай что можешь.

Приходилось основательно напрягаться, чтобы бочком протаскивать отключившегося Грифона по узкому пространству между кубами упакованного груза. За какую-то минуту я успел весь взмокнуть. Пришлось невольно потоптался по телу погибшего Грея, спешка и движение задом на перед не оставляло вариантов. Одновременно я пытался отслеживать то чувство зуда, которое подсказывало расположение и расстояние до атаковавшей нас твари. Она была где-то совсем рядом, но почему-то не двигалась. Неужто жрет?

Когда я вывалился в свободную часть салона, то меня встретил нарастающий гвалт. Большая часть народа уже очнулась, но далеко не все по-настоящему пришли в себя. Некоторым было совсем худо, и двое медиков делали все возможное, чтобы восстановить боеспособность отряда. Я бегло оценил состояние Соболя и Ронина. Оба живы, хотя парням явно паршиво. Значит потерпят немного, а то мне надо тут суету навести.

В данный момент важнее всех для отряда был Серп. Если Грей погиб, то именно нашему старшему предстояло занять место командира. Вот только лейтенант Узла находился в полусознательном состоянии. Похоже основательно приложился головой при падении. Вермут сидел рядом с ним, пытаясь привести офицера в чувство. Но пока без особых успехов. Хреново. Если ситуация не изменится, придется строить из себя главного, а это многим может не понравится. Не объяснишь же им, что у меня сейчас самая ясная голова на сотню километров вокруг.

Подбежал к ближайшему медику, девушке-американке, заливавшей медгелем вспоротое плечо своего товарища. Я опустился рядом, привлекая к себе внимание:

- Этот подождет.

- Что? – не поняла она.

- Этот боец подождет. Верни в строй командира.

- Нет больше командира, - отмахнулась она. – Отвали.

Я стремительно перехватил ее запястье левой рукой. Девушка не сразу поняла подвох и рефлекторно попыталась ударять по металлическому запястью заученным хитростным приемом. Но в итоге лишь болезненно ойкнула, поранив руку.

- Отвали от нее! – потянулся к моей шее раненный боец, однако вид длинного клинка, направленный ему в глаз, быстро охладил пыл мужика. Сзади послышался щелчок затвора, и я почувствовал упершийся в спину ствол.

- Тебе сказали отвалить, – раздалось в затылок.

- Заткнулись все! – резко гаркнул я, игнорируя опасность. Времени на выяснение отношений не было. Зато по расширившимся глазам я понял, что раненного и медика наконец-то проняло от безэмоциональных интонаций моего голоса. Возможно, оно и к лучшему. – Слушайте меня внимательно. У нас в лучшем случае пара минут. Хотите, чтобы все сдохли – лучше сразу стреляйте…

Повисла тишина. Даже весь остальной балаган в салоне утих. Очень хотелось надеяться, что они сейчас не целятся друг в друга из валявшихся под ногами стволов. Хреновое было бы начало совместной работы.

- Нет? Вот и ладушки, - я посмотрел в глаза девушки-медика. – Ваш командир погиб, наш – нет. Согласно протоколу, теперь он здесь старший. Если хочешь, чтобы приказы отдавал адекватный человек, а не безбашенный технарь, то беги к Серпу и приведи его в чувство. – Я качнул головой в сторону Вермута, который продолжал возится с офицером. – Боеспособность отряда начинается с головы. Медгель оставь, я займусь раной твоего приятеля.

С этими словами разжав механическую хватку, я осторожно забрал из рук девушки флакон с медгелем.

- Чего сидим? Если все ясно, то выполнять. Быстро!

Тут, похоже, сработал рефлекс. Медик подскочила и рванула к Серпу, а я плавным движением вернул кинжал в ножны.

- Какого хера у тебя с голосом? Говоришь, как сраный собиратель плоти! – глаза мужчины все еще были широко распахнуты, а здоровая рука сжимала наполовину вытянутый из кобуры пистолет.

- Что, страшно? Это хорошо, - я осмотрел рану на его плече, которая частично была уже обработана. Осторожно стянул ее края и начал покрывать тонким слоем медгеля. – Страх помогает бороться и выживать. А голос – это следствие навыка. Через десяток минут пройдет... Будь добр, попроси своего приятеля перестать тыкать стволом мне между лопаток.

Американец нахмурился, но все же вернул пистолет в кобуру и кивнул бойцу за моей спиной. Отлично, прямо прогрессируем на глазах.

- Можешь открыть канал для получения данных? – спросил я, спешно заканчивая процедуру.

- Зачем?

- Отправлю слепок памяти твари, которая пришла по наши души. А ты раскидаешь ее остальным.

Уговаривать солдата не пришлось. Похоже, он соображал быстрее, чем мне показалось изначально. Ева тут же отправила данные. Боец снова поменялся в лице, и начал беззвучно ругаться, шевеля одними губами. Я же спросил:

- Ты ведь следующий по старшинству после Грея? Прости, у меня плохая память на имена.

- Фагот, - кивнул он, - старший сержант.

- Хорошо, Фагот. Видел с какой красотой нам предстоит разобраться? Если ты оклемался, прошу, напряги бойцов достать самое тяжелое вооружение, которое можно распаковать и подготовить за минуту-другую. А еще, в идеале, подсоедини меня к вашей группе. Я буду постоянно передавать данные о местоположении твари.

- Но как…

- Все вопросы потом, сержант. Давай сначала выберемся живыми, а языками чесать – уже потом.

Стоит отдать офицеру должное, он и тут не стал спорить. Я получил приглашение, и напарница мгновенно установила соединение.

- Ева, сможешь перевести физическое восприятие в цифровой маркер?

- Уже работаю над этим.

- Умница. Держи в курсе.

Ситуация вокруг стремительно менялась. Серп очухался, сидел с широко распахнутыми глазами и ловил ртом воздух, словно не мог надышаться. Я покосился на медика. Она ему что –литр адреналина вогнала? Впрочем, пришел в себя, и то хорошо. Вермут, исполняя роль зама, тут же начал наводить порядок среди солдат Узла. Хотя теперь я не уверен, как правильно говорить. Мы вроде бы с недавних пор считаемся одной общиной.

Глядя, как широкоплечий Вермут спокойным, гробовым тоном наводит порядок, я вдруг понял, что оказался в числе отстающих. Соболь успел вооружится своей импульсной винтовкой, да и большая часть нашей разношерстной братии уже похватала свои стволы. Ронин и выжившие технари, заняли позицию глубже по салону, возле самых паллет, где второй медик суетился над пилотом. Американцы по возможности тоже расчехляли импульсные и плазменные винтовки. Фагот вернул на место сорванный при ударе лист брони с доспеха, и теперь отдавал приказы.

Я поспешил найти и открыть кейс со своим тяжелым боевым дроном, активировал аппарат, и тут же передал управление Еве. Хищного вида машина взмыла в воздух и замерла под самым потолком салона. На меня бросили пару косых взглядов, но возмущаться о том, что такую технику не используют в тесном пространстве, никто не стал. Следом я отыскал свой барабанный дробовик, проверил все ли работает. Не импульсник, конечно, но двенадцатый калибр тоже может сделать больно.

К общей суматохе присоединился и Серп, узнавая обстановку, он параллельно немного менял указания. Но наше время быстро вышло. От резкой смены ощущений в груди, меня передернуло.

- Готовсь! – только и успел крикнуть я.

Новый удар сотряс «Альбатроса», разом вернув всем присутствующим осознание того, в какую глубокую задницу мы угодили. Внешняя часть капсулы, в которой погиб первый борт-стрелок, буквально за пару секунд была снесена, а тело несчастного вытащено наружу.

Раздался рев, болезненно резанув по ушам на самых высоких тонах. Словно снаружи сидел крупный раптор, из фильмов про динозавров, и вопил во всю глотку, одновременно царапая вилкой по стеклянной тарелке. Десятком вилок. Внезапно звук резко оборвался, и тут же последовал еще один удар, только теперь с другой стороны корабля.

- Процедура конвертирования завершена, - отрапортовала Ева. – Вывожу маркер.

На интерфейсе появился небольшой красный треугольник маркера, который безошибочно вторил моим ощущениям, и следовал за тварью. Указатель рванул в сторону, немного уменьшившись, замер на пару секунд, а затем кинулся обратно к нам. Фюзеляж тряхнуло, а на одной из стенок появилась вмятина.

- Очень вовремя, молодец, - поблагодарил я напарницу. – Транслируй маркер на все связанные с нами биоблоки. И не забудь приложить пояснения.

Возможно, это была не самая лучшая моя идея, как человека, который не любит лишнее постороннее внимание. Солдаты и технари вскинулись, следя за движением красного треугольника, пока не последовал еще один удар по крыше «Альбатроса», точно совпав с положением маркера. Очень быстро, один за другим, все взгляды уцелевших сосредоточились на мне. Большинство из них уже успело надеть шлемы, но довольную хитрющую рожу Соболя, и напряженный взор Серпа я имел возможность рассмотреть наглядно.

- Каин, - хмуро сказал командир, - нам предстоит долгий разговор, когда отсюда выберемся.

- Если, - поправил я.

- Когда, - возразил Серп. – Что ты знаешь об этой твари?

- Злая и голодная вышка, - пожал я плечами. - Видел только голову. Да ты должен был получить слепок.

- Получил. Еще что-нибудь?

- Архетипа твари не знаю, но уж больно резкая. Предполагаю, что имеем дело с очень прокачанным Стротом.

«Альбатрос» опять содрогнулся. На этот раз вмятина осталась не такая большая, зато три когтя, словно резцы, пробили металлический корпус. Оставив сквозные дыры в несколько сантиметров шириной. Похоже тварь так и не решилась залезть через кабину.

- Не стрелять! – остановил Серп всполошившихся солдат. – Только лишних дырок наделаете.

И действительно, чудище, загудев как тысяча майских жуков, успело резко взлететь над транспортником, откуда снова мерзко завизжало. Кривясь, командир повернулся ко мне:

- Ты знаешь что-то еще, раз попросил парней достать серьезные пушки?

- Ничего особенного. Просто мыслил логически, - я указал на оставленную прореху в фюзеляже. – Против вышек простые автоматы мало помогут. Разве не так?

- Все так, - командир неопределенно повел плечами. – Про твой голос тоже потом надо будет поговорить. Но я надеялся, что ты подкинешь варианты противодействия этой твари.

- Убить ее до того, как она убьет нас?

Соболь нервно хохотнул, но Вермут тут же выписал ему подзатыльник. А Серп тем временем качнул головой:

- Это и так очевидно.

- Есть лишь одно предположение. Похоже, тварь не особо любит тесные пространства. По крайней мере лезть за мной в узкий проход не стала.

- Хм. То есть сейчас, возможно, она пытается нас просто выкурить отсюда? Нагнать страху и заставить показаться снаружи?

- Возможно, - снова пожал я плечами. – Но если мы выйдем – то почти наверняка все умрем.

- Скорее всего, - согласился командир. - Я бы предложил попытаться поохотиться на нее твоим дроном. Ионной пушки должно хватить, чтобы с одного попадания продырявить средне бронированную вышку. Но если это Строт, да еще летающий, то шансы попасть минимальны. А вот вероятность потерять мощное орудие поддержки — почти стопроцентные.

Я промолчал, не став говорить, что Ева вполне может потягаться с вышкой в скорости наведения и маневрировании. Но это в теории. По факту я толком ничего не знал о существе, взявшем целый отряд в осаду.

- У меня получится, - заверила напарница. - Должно получится.

- Не торопись. Пока что мы в относительной безопасности, давай дослушаем командира.

А тот, как раз рассматривал кубы паллетов с упакованным снаряжением, провизией и транспортом. Серп быстро заглянул в каждую разбитую орудийную капсулу борт-стрелков, осмотрел механизм открытия трапа и оценил целостность всего фюзеляжа.

- Так, дамы и господа, у меня для вас две новости. Хорошая — у меня есть одна идея, как побороть вышку. Плохая —мой план вам не понравится.

- Говорите, сэр, а там уже будет видно, - произнес Фагот, заряжая батарею в тяжелую плазменную винтовку. - Хоть что-то всегда лучше, чем ничего.

Мне показалось очень непривычным обращение «сэр» в сторону наших офицеров, но для Серпа, похоже, в этом не было ничего нового. Он просто кивнул и продолжил:

- У нас есть давняя поговорка: «Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе». Так вот, сейчас все будет наоборот...

Глава 2. Живые и мертвые

План командира был прост и безумен одновременно. Прям как я люблю. На самом деле нет, но для приведения его в действие требовалось не больше двух минут. Мое время истекало, и, если слишком затянуть, Ева обещала мне яркие и незабываемые отходняки прямо посреди грядущего боя. Подобная оплошность наверняка будет стоить жизни.

Боевого дрона поместили в капсулу, лишившуюся верха. Места для взлета там вполне хватало. Получилась своеобразная «ракетная шахта». Ева получила необходимые инструкции, и начала просчитывать ряд альтернативных вариантов действий. Зато Серпа очень удивило, по какой причине я, вместо того чтобы начать обвешиваться галопланшетами и пультами управления, спокойно слушаю дальнейшие указания. Удивился — да, но возражать или требовать ничего не стал. Видимо, за последние несколько минут он, как и многие другие, уже привык к моему нестандартному поведению.

Вермут достал самый большой из противоударных кейсов с оборудованием, заставил технарей все быстро вынуть, обмотал веревками, и сделал себе толстый импровизированный щит. В остальном вопрос сводился к количеству тяжелых стволов и свободному пространству в салоне. Стволов хватало, места — нет. Всех технарей загнали поглубже, четверо стрелков заняли позиции на паллетах. Но все равно строй больше напоминал шеренгу мушкетеров, где задний ряд стоял, средний опустился на колено, а ребята впереди вообще лежали. И вот эта позиция была самой опасной. Вояки отлично понимали шансы выжить, поэтому быстро бросили между собой жребий. Все действо происходило под постоянные удары беснующейся твари по фюзеляжу, и причитания командира, что взрывчатку упаковали слишком глубоко.

В итоге правда оказалось, что у одного из старателей припрятано «Сито». Мину быстро установили прямо перед входом, вынув небольшой кусок перекрытия пола, и настроив на маркер биоблока измененных. При открытии трапа, снаряд будет направлен как раз на входящего, и условно безопасен для любого, находящегося с его тыльной стороны.

Я напряженно посматривал на таймер оставшегося у «Чистого разума» времени. Теперь Ева могла достаточно точно его прогнозировать. И каждая секунда промедления сокращала мое боеспособное состояние. Но, наконец-то, все было готово. Осталась самая малость — открыть и опустить трап. Работай внутрибортовая сеть, и мы бы справились без проблем, но шмякнулся корабль слишком сильно. Поэтому Серп взял риск на себя. Он нажал кнопку открытия, и пулей помчался обратно на свое место во втором ряду.

Пока трап постепенно опускался, внутри салона воцарилось гробовое молчание. Казалось, словно все разом перестали дышать. Я, оттесненный назад, и назначенный старшим по боевому дрону, внимательно следил за красным маркером. Тварь, похоже, заметила изменение в ситуации, и в ожидании парила над «Альбатросом». Думаю, что просто ждала, когда мы начнем выходить. Но хрен там. Это мы собирались дождаться, пока она пожалует в гости.

- Ну же, давай, скотина! - ворчал Серп. - Кушать подано. Просто приди и возьми.

Вот только монстр осторожничал. Возможно успел набраться мозгов, пожирая измененных и выживших во всех ближайших городах. Для вышки с крыльями так-то не особо сложно вести упитанный образ жизни. Пускай и осторожный. Однако сейчас нам эта, прости господи, трусливость твари, способной вскрыть когтями армированный фюзеляж «Альбатроса», крайне мешала.

Требовалась приманка, но в здравом уме сейчас наружу никто бы не сунулся. А прикажи Серп кому-то стать наживкой, тут же потерял бы все доверия едва устаканившегося отряда. Но у меня оставался еще один вариант.

- Командир, можно? - спросил я, высунувшись из-за паллеты и указав на трап.

- На тот свет захотел? - возмутился Соболь, по привычке влезая в разговор впереди начальства.

- Что-то задумал? - спросил Серп, проигнорировав бойца. Ну, хоть этот понял, что я геройствовать не полезу.

- Хочу проверить, купится ли тварь на галопроекцию.

- Хм. Хорошо, действуй.

Кивнув, я снял маленький дрон-блюдце с магнитного крепления на плечевой части протеза. Похоже, теперь дроны — это прям «наше всё». Осталось «обмазаться» ими с ног до головы, и прокачать интеллект до тыщи. Маленький аппарат слетел с моей ладони, проплыл почти до самого выхода и притормозил. А затем в радужных лучах галопроектора появилась Ева. Она сменила свой обычный деловой костюм на стандартную войсковую экипировку Узла. С той только разницей, что не надела шлем и рюкзак.

Впрочем, зрелище не особо удивило бойцов. Из всех присутствующих только Соболь и Ронин понимали, что скрывается за образом рыжеволосой девушки. Для остальных же напарница казалась не более, чем временно сгенерированным болванчиком. Ева, осторожно двинулась по трапу, вторя передвижению миниатюрного дрона. Я глянул на таймер, и покачал головой. Немногим больше трех минут. Если эта идея не сработает, то последствия для меня будут непредсказуемы.

- Не переживай, ты выдержишь. В случае крайней необходимости, я активирую «Чистый разум» еще раз.

- И потом мне будет еще хуже.

- Успеешь воспольз... Движение!

Я едва успел среагировать на предупреждение Евы, крикнув:

- Внимание!

Как бы хорошо не соображала парящая над транспортом тварь, но отличать физические тела от виртуальных она не умела. Зато очень хотела перекусить живой человечиной. Театрально ойкнув, напарница бросилась внутрь салона, растворившись в воздухе, и резко увела проектор вверх, подальше с линии огня. А в следующую секунду на трап обрушился мощнейший удар, прогнув многослойный металл, и подбросив всех, кто находился в салоне. Одновременно прогремевший залп из множества орудий по большей части ушел в молоко: кто-то прострелил фюзеляж, кто-то пальнул в пустынный пейзаж за спиной уродца. Только одно или два попадания достигли цели, но и то, вскользь.

Жуткую морду выродка я уже видел, но все-равно оказался не готов к полному набору «красот». Да и как можно? Вышки — это всегда нечто уникальное. Вот и сейчас на трап обрушилось антропоморфное существо, в котором смешались человек, зубастая рыбина и стрекоза. Темно-синюю кожу покрывали мелкие, но многочисленные хитиновые наросты, создавая некое подобие кольчуги. Все это дополнялось мутными темными разводами, создавая сходство еще и с хамелеоном. Ноги твари казались вывернутыми назад, а туловище было почти человеческим, но ощутимо крупнее.

Зато верхних конечностей насчитывалось целых четыре. Те, что повыше, жилистые, насчитывали четыре пальца, и были достаточно «нормальными», чтобы назвать их руками. А вот нижняя пара представляла собой нечто вроде серпов богомола. За спиной чудища встрепенулось и сложилось несколько крыльев, очень напоминающих стрекозьи. Вишенкой на торте шла уже виденная мною голова с безгубым зубастым ртом, и большими фасетчатыми глазами. Светящимися глазами! Жуть. Хоть бери и сразу вешайся…

Все это зафиксировалось в слепке памяти за мгновение до того, как началось форменное безумие. Ева успела активировать и начать выводить из капсулы дрона. Серп кричал стрелять. Одновременно сыпался синхронный мат на двух языках. А я осознавал, что нихрена мой дробовик этой твари не сделает. Разве что по глазам стрелять. Даже Оазис не мог толком определиться с подсказками, ограничившись надписью «Строт 90%, Криг 10%» со знаками вопроса вместо уровня.

И понеслась! Тварь даже не думала атаковать в лоб, тем более вступать в зону действия «Сита». Да, она рванула в нашу сторону, вот только не прямо, а по спирали, всеми четырьмя конечностями вгрызаясь в обшивку салона. Делала она это так быстро и так ловко, что открывшийся навстречу огонь, почти весь уходил мимо, не нанося урон, и не замедляя монстра. Пули прошивали салон, плазменные и энергетические винтовки вминали и выжигали целые куски покрытия. Но твари было все равно. Казалось, будто в нее вообще ни разу не попали.

От моментальной гибели весь отряд спас заранее подготовленный двойной залп из импульсников. Первый заставил тварь притормозить, второй даже сбил со стены, вынудив резко завершить спираль приземлением на пол. Но полностью существо не остановилось. Резкий визг резанул по ушам, и одновременно измененный вломился в строй бойцов.

Руки, серпы и ноги вышки работали в унисон, творя смерть, словно лопасти огромного блендера. Кровь хлынула в разные стороны, заляпывая салон и ближайших бойцов. Крики боли, вопли ужаса и паника на секунду затопили нутро транспортника.

Но затем грянул еще один залп импульсных винтовок. Стрекоза отшатнулась, успев резануть одного из стрелявших, и тут же получила в грудь плазмой. Потом еще раз, а в живот твари прилетело пару попаданий светло-синих опаляющих лучей энергетических зарядов. Все внутренности салона к тому моменту клокотали и шипели от зарядов, разминувшихся с целью. Спустя мгновение импульсные винтовки дали четвертый залп, отбросивший тварь на несколько шагов.

И тогда, в дело вступил Вермут. С ревом, которому позавидует всякий медведь, солдат врезался своим щитом-кейсом в Стрекозу, налег плечом, и начал стремительно теснить ее к выходу. Я не знал, каким образом боец, пускай и такой здоровый, умудряется теснить тварь, которую не смогли нормально откинуть столько синхронных выстрелов из импульсных винтовок. Но я наблюдал это собственными глазами. Стрельба прекратилась, а Вермут использовал габариты кейса и основательно пригнулся, чтобы серповидные, да и обычные лапы твари его не достали.

Тварь могла бы с помощью стрекозьих крыльев вильнуть в сторону, как она делала это раньше, обойти противника и ударить в спину, но тут сыграли роль инстинкты доминанта. Вышку взбесил факт того, что какой-то мясной мешок, простая добыча, пытается меряться с ней силой. Монстр начал упираться ногами, оставляя когтями рытвины в покрытии пола. Его лапы схватили и гнули кейс, а серпы пытались нанести удар по скрывающейся за преградой целью. К счастью, пока что они били слишком высоко, и промахивались, рассекая лишь воздух. Однако было понятно, что вышка скоро перехватит инициативу.

Но много времени не понадобилось. Еще несколько шагов, и Вермут вытолкнул существо на к краю погнутого трапа. Тварь оказалась в зоне поражения «Сита». Раздался взрыв, а за ним и долгожданный визг боли. Вышкие повредило ноги и низ туловища. Не сильно, но этого хватило, чтобы отвлечь и ослабить повалившуюся на задницу тварь. Солдат бросил кейс и резво кинулся обратно к нам, на случай, если все пойдет не по плану. К тому же, из такого положения бойцы все равно не видели цель и не могли вести огонь, а кидать гранаты, не имея нормального прикрытия, было слишком рискованно. Осколки вполне могли прошить фюзеляж, а про плазму и говорить не стоит.

Однако, хотя бы в этот раз, все вышло как надо. Пронзительно и крайне озлобленно завизжав, измененный начал подыматься, когда зеленовато-белый луч ионной пушки прилетел ему сбоку прямо в голову. Тварь дернулась, словно подломленная и повалилась на землю. Визг сменился булькающим стоном. Второй заряд пропечатал выродка прямо по морде, разнеся уродливый глаз и выломав часть зубов.

Несмотря на полученные раны, монстр довольно быстро адаптировался. Осознав, что противник завис в воздухе, вне пределов досягаемости, измененный решил устранить угрозу. Откатился в сторону, избежав еще одного попадания, расправил крылья, готовясь взмыть в воздух. И все же в скорости Стрекоза потеряла. Еще один снаряд врезался ей в бок, снова повалив на землю. Одно из четырех крыльев бессильно повисло на остатках соединительной ткани.

- Нужно добить! – крикнул заляпанный кровью Серп, поднимаясь на ноги. Последние несколько секунд он изучал передаваемую с дрона картинку, и решил действовать. – Все, у кого тяжи, за мной, остальные – на позиции. Бегом, бегом!

Они даже не стали спускаться по развороченному трапу. Замерли у самого выхода и открыли беглый огонь по все менее и менее подвижной цели. Вот только теперь вышка уже не могла уворачиваться так, как прежде. Раскаленная плазма и энергозаряды четко ложились в цель. И быстро стало ясно, почему при первой атаке существо так легко прорвалось. Не понятно, из чего состояла его биологическая «кольчуга», но большая часть зарядов при попадании в нее почти полностью «стекали» в сторону. Плазма работала эффективней, но и она наносила не более трети своего разрушительного воздействия.

И все же, человечество знает толк в смертоубийстве. Там, где не справились мощью, задавили числом. Ионное орудие тоже не переставало вбивать самые толстые и эффективные гвозди в крышку гроба измененного. И уже через полминуты слаженного обстрела, выродок окончательно затих, превратившись в дымящую и шкварчащую груду мяса, окруженную ошметками хитина и темно-синей плоти.

Огонь прекратили, но приближаться к твари пока никто не спешил. Дрон завис в десяти метрах, держа предполагаемый труп на прицеле. На всякий случай. Увы, мое время тоже истекло. Я успел вихрем проскочить мимо Серпа с Фаготом, скатился по остаткам трапа и сделал несколько шагов в сторону, противоположную от дохлой твари. Ведь дохлой, да? Командир недовольно ругался в спину за нарушение приказа, но я его не слышал. Все мое внимание сосредоточилось на таймере, который отбивал последние секунды. Три... две... одна...

.....хххххХХХХХ

Твою-то мать! Так и не понял: я сначала блеванул, а потом упал... или наоборот? По голове шарахнуло трехпудовой резиновой дубиной. Или чугунной? Как мозги при этом не превратились в кисель, и не брызнули через уши — понятия не имею. Я проходил то, что пережили остальные члены отряда при падении «Альбатроса», только в ускоренном темпе, и с накопившимися процентами в качестве бесплатного бонуса. Мир вокруг вращался слетевшей с шестеренок каруселью. Даже чертов интерфейс биоблока шел помехами и сыпал множественными сообщениями о перегрузке нервной системы.

- Попытайся расслабиться и успокоиться, - попробовала помочь советом Ева.

- Я предельно спокоен, - мысленно ответил я, чувствуя, как желудок в очередной раз подкатывает к горлу. - Еще ни разу в жизни так спокойно не блевал...

- Держись! Главное перетерпеть. Постарайся не отключиться, скоро должно отпустить...

А дальше к издевающемуся надо мной организму присоединилось сознание, и я перестал слышать даже напарницу. Вертолеты, галлюцинации, и полный спектр всего, что, в принципе, уже не казалось выходящим за рамки, после пережитых в Цветке приключений.

Но я выстоял. Сам, без пап, без мам, и прочего допинга. Правда, не знаю сколько времени на это потребовалось. В итоге я обнаружил себя сидящим на земле спиной к транспортнику, и пускающим слюни на изрядно замызганную экипировку. Следом вернулась память о происходящем, а там уже и слуховые импланты активировались.

- ...трогать не стоит, - услышал я обрывок разговора, и неожиданно понял, что говорит Ева. - У нас сильная побочка. Нужно подождать.

- У нас?! - воскликнул Серп. - Кто-нибудь мне объяснит, какого черта тут творится? Кто этот парень вообще такой? И что это за хренота? Ведь это же не просто проекция, так?

- Меня зовут Ева. И...

- Соболь! Бегом сюда!

Послышался топот, на фоне которого я различил царящий позади гомон, отдаленные стоны и ругань. Сил подняться пока не хватало.

- Что ЭТО такое? - продолжал вопрошать командир.

- Ну, как бэ ИскИн биоблока крайне высокого уровня, - неохотно ответил Соболь. Он помнил, что я просил не распространяться. - Хотя я в этих делах не особо понимаю. Тебе бы у нее самой спросить.

- У нее? У ИскИна биоблока есть пол? - послышался удивленный голос Фагота.

- А еще самосознание, - снова встряла в разговор напарница, говоря уже более жестко и раздраженно. - И я крайне не люблю, когда обо мне говорят в третьем лице, и называют «этим». Мое имя — Ева!

Ненадолго воцарилось молчание, после чего командир уступил:

- Ну хорошо, Ева, расскажи нам о себе, и о причинах того, что ни меня, ни, видимо, остальных представителей Ковчега не проинформировали о твоем... статусе.

- Думаю, на столь щепетильный вопрос, Каин ответит лучше. Он пришел в себя.