Единственная для командора

Глава 1. Сон или реальность?

— Госпожа Люмина, перед свадьбой нельзя так долго лежать на холодной земле, — первое, что я услышала, когда пришла в себя. — Вставайте же!

Открыв глаза, я увидела склонившихся надо мной трёх женщин в пышных юбках и почему-то в чепчиках. Странно, я только что была в лесу. Откуда здесь ряженые?

— Позвольте помочь, госпожа, — одна из них, одетая попроще, наклонилась и подала руку.

Я машинально протянула в ответ свою. Во всём теле чувствовалась слабость, и даже это движение далось тяжеловато. Что же произошло?

— Роула, не видишь, Её Высочество Люмина не готова вставать. Надо её перенести, — строго сказала самая высокая и худая из ряженых.

Так, почему она обращается ко мне по незнакомому имени? Я непонимающе смотрела на неё, а она — на меня. Её светлые брови сдвинулись к переносице, а губы чуть поджались.

Стоп. Как она меня назвала?

В груди похолодело от страха, а я почувствовала бьющееся сердце где-то у горла. Я вспомнила.

Вспомнила, как отдыхала на природе, как застала своего парня с подругой, как сбежала в слезах подальше в лес. Как встретила сердобольную старушку и, поддавшись минутной слабости, рассказала ей о причине своих слёз. А в ответ она дала мне пирожок и рассказала легенду или притчу.

И вот Люминой звали несчастную жену командора, которой он пожертвует ради долгожданной победы над какими-то монстрами. В прямом смысле — жертву потребует огненный бог. И я, получается, теперь Люмина? Меня ждёт холодный муж, который потом от меня просто избавится?

Нет. Я, наверное, в коме из-за пирожка с грибами от той бабушки, и мне снится сон по мотивам её жуткой сказки. Какой кошмар.

Я резко села, чуть не ударившись головой о голову девушки, которая всё ещё держала меня за руку. Чепчик у той сбился, и из-под него вылезла светлая прядь. Я высвободила свою ладонь и неуклюже, шатаясь, встала. Не без помощи двух служанок, которые, видимо, тоже мне снились.

Огляделась. Вокруг был ухоженный сад, чуть дальше — трёхэтажное здание с большими полукруглыми окнами и пышными наличниками. Неподалёку очень высокая беседка, в которой недавно пили чай. Пахло малиновым вареньем, розами и миндалём, воздух был чист и свеж. Я даже засомневалась, что это сон. Однажды мне приснилась музыка, но чтобы запахи…

— Почему ты ещё здесь? — достиг моих ушей незнакомый бас.

Полноватый мужчина с тростью шёл по тропинке к нам. Он недовольно смотрел прямо на меня, явно собираясь что-то высказать. Я же стояла и продолжала ничего не понимать.

— Они уже подъезжают! — пробасил он. — Ваша первая встреча должна пройти идеально, иначе ты сама знаешь, что произойдёт!

Он, наконец, подошёл, больно схватил меня за руку и потащил обратно по дорожке. Я запуталась в длинной юбке и чуть не упала, но он даже не обернулся. Вот гад. Я тут точно принцесса, или кто?

Я уже собиралась высказать мужчине, как он неправ, но за меня вступились.

— Ваше Сиятельство, Её Высочество только что упала в обморок после того, как… — начала жалобно говорить беловолосая девушка.

— Все оправдания потом, когда они уедут, — сердито бросил мужчина.

Я выдернула руку и набрала в грудь воздуха, но мы как раз дошли до двери, и мужчина буквально впихнул меня внутрь. Там он строго наказал:

— Иди в комнату и музицируй. Чтобы слышно было в прихожей! Я пришлю кого-то, чтобы позвать тебя.

Конечно же, я не собиралась его слушать. Но вслух спорить не стала.

Мужчина развернулся, чтобы выйти обратно на улицу. И тут произошло странное: моё тело само, на автомате, сделало какой-то сложный поклон. Словно это движение я делала уже сотню-другую раз, хотя я даже не знала его до этого…

Я выпрямилась и осталась стоять как вкопанная. В груди похолодело, а между лопаток потекла капля пота. Это страшнее комы. Я словно в чужом теле.

Глава 2. От судьбы не сбежишь

Меня усадили за пианино. Я играть не собиралась, а вместо этого перебирала в уме способы понять, что ты во сне. Но вдруг руки сами опустились на клавиши и заиграли, так же неожиданно, как это получилось с поклоном.

Мелодия сначала получалась тихой и неуверенной, я ошибалась и точно знала где. Потом движения пальцев стали уверенней, а в голове одно за другим возникали воспоминания. В какой-то момент я уже не думала о музыке, она звучала где-то на фоне, и только краешком сознания я понимала, как её создавать.

А сосредоточилась я на воспоминаниях, что яркими вспышками возникали в голове. Детство и взросление Мины. Младшая принцесса в семье, тёплые руки няни, отдельный особняк и редкие визиты родителей. Радость и грусть, переживания, привязанности, секреты. Вся жизнь Люмины до сегодняшнего дня. Только одного я не понимала. Почему её воспоминания словно не её, а мои? Но и мои воспоминания тоже мои. Как будто я прожила две жизни.

И я убедилась, что всё это было похоже на легенду, рассказанную старушкой. Помолвка по политическим причинам уже состоялась, хотя Люмина даже не видела жениха. Он — гроза прокажённых тварей, жестокий и беспощадный Акорн. Он действительно один из двух командоров, сдерживающих наступление тех монстров. Теперь я всё это помнила. И теперь я осознавала, что это что угодно, но точно не сон.

И значит, он пожертвует мной через годик-два брака? Как раз тогда, когда у нормальных пар просто кризис отношений! Нет уж. Лучше обратно к Игорю. Я ему ещё не всё высказала. Или вообще остаться одной, чем такой сомнительный брак.

Я прекратила играть и огляделась, думая, как поступить. Из двух фрейлин со мной в комнате осталась только Роула. Резко встав, я подбежала к Роуле и взяла её за руки.

— Помоги мне, — с отчаянием во взгляде сказала я.

***

Вскоре Роула пошла доложить, что мне нездоровится. Дядя не выскажет ничего при гостях, но потом девушке, конечно, достанется за дерзость. И мне бы досталось тоже, но я надеюсь покинуть особняк к этому моменту.

Я, уже сменив одежду на платье одной из служанок, открыла высокое окно первого этажа и выглянула вниз. Это единственный путь, подходящий, чтобы никто из делегации из Фанфира и, самое главное, жених, меня не увидели.

Я взобралась на подоконник, и, зажмурившись, спрыгнула. Не удержалась на ногах, бухнулась на колени, вытянув руки. Ничего, это малая плата. Я встала, отряхнула ладони друг о друга, подняла глаза… только чтобы столкнуться с подозревающим взглядом стоящего напротив мужчины в незнакомой форме.

Он вмиг сократил расстояние между нами, крепко схватил меня за руку и резко поднял её вверх, заставив этим движением меня подойти ещё ближе. От его действий сердце бешено забилось в груди, по телу прошлась волна жара. Я почему-то не могла оторвать от его глаз, с прищуром изучающих меня. Было в них что-то знакомое, опасное, но и притягательное.

— И куда ты собралась? — холодно и властно спросил он.

Сердце замерло на миг, а потом забилось быстрее. Он кто? Люмина совершенно точно не знала этого мужчину. Я скользнула взглядом по его форме. На плечах было вышито по серебристому солнцу. Память Люмины подсказала, что это один из воинов Фанфира, не слишком большого ранга.

Я выдохнула. Зря паниковала, это не командор Акорн. Наверное, один из офицеров, шёл с поручением и увидел меня, прыгающую из окна. Подумал, что я какая-то воровка, вот и решил проявить инициативу и схватить. Но если он не доложит обо мне, то ещё можно будет выкрутиться…

— Так это, — я невинно захлопала глазками. — Так быстрее.

— Через окно? — ни капли не смягчился он.

— Мне в сад надо сбегать, набрать того-сего для гостей. А вы что, решили, что я украла что-то? Так нет ничего при мне.

— Это мы и проверим, — удовлетворённо хмыкнул он и отпустил мою руку.

Свобода была краткой и мнимой. Он тут же положил руки мне на талию и, не разрывая плотного контакта, спустил их ниже, на бёдра. Замер, удивлённо посмотрев на меня. Что-то нащупал в потайном кармане юбки? Но у меня действительно ничего не было с собой. Я надеялась дождаться ухода делегации, и уже тогда тщательно подготовиться к побегу.

Опомнившись, он продолжил ощупывать моё платье, обращая внимание на те места, где обычно пришивают потайные карманы. Даже по ногам прошёлся ладонями, благо через ткань. От его наглости я вспыхнула и оттолкнула его руки.

— Отказываешься от проверки? — хищно улыбнулся офицер. — Тогда у меня есть право на более жёсткие действия.

Он опустил взгляд ниже, на вырез моего платья.

— Я не отказываюсь! — упёрла я руки в бока и выпятила грудь: пусть смотрит. — Я защищаю честь. Пусть меня досматривает женщина!

Он удивился и наконец снова посмотрел мне в глаза с каким-то изучающим интересом.

— Как скажете. Хотя могли всё решить быстрее, — с показным равнодушием сказал он.

Крепко взяв под локоть, офицер уверенно повёл меня к главному входу. Я хотела возмутиться, но замолчала. Если я пытаюсь выдать себя за обычную служанку, то надо быть скромнее. И думать, как мне сейчас выкрутиться. Меня же моментально узнают!

Возможно, придётся “сдаваться” дяде. Его гнева, в отличие от Люмины, я не боялась: физически он мне ничего не сделает. А кричит и стыдит пусть сколько хочет. Только командору страшно будет честно говорить, что не хочу за него замуж. И политические последствия будут. Меня наверняка отправят в служительницы самого дальнего и бедного храма. Зато легенда точно не сбудется…

Тело Люмины всё ещё было слабо, и на очередной неровности я споткнулась. Это почему-то вызвало раздражение у офицера. Он сдвинул брови к переносице и даже не подумал сбавлять темп или помогать.

И тут я увидела спасение — среднего брата Люмины, принца. В сопровождении компаньона он шёл к главному входу. Он единственный поддерживал Люмину в желании не выходить замуж так скоро. Даже предлагал побег как выход, обещал помочь. А ещё принц был умён и наверняка, просто увидев меня, всё поймёт и даже придумает, как прикрыть меня сейчас.

Резким движением я высвободила руку и подбежала к брату Люмины. Офицер — за мной, быстрым шагом. Я спиной чувствовала его буравящий взгляд, но не обращала внимания. До принца оставалось немного, и он, наконец, заметил нас. Его глаза удивлённо расширились. Да, не ожидал он такого от нерешительной сестры, и я не учла, что мои действия собьют его с толку.

— Ваше Высочество, помогите, — крикнула я с расстояния пяти шагов.

Грубая рука схватила за плечо, меня развернули. Догнал. Я, как затравленный зверёк, вновь не могла отвести взгляда от глаз офицера.

— Отпустите мою служанку, господин командор, — раздался позади голос принца.

Глава 3. Незнакомые и знакомые лица

— Командор? — пискнула я.

Вырвалось. Благо обычная служанка тоже готова была бы упасть в обморок, если бы столкнулась вот так с командором и не оказала ему знаков почтения. Так что разум мне подсказывал, что всё нормально: командор меня не раскрыл, брат, судя по его словам, собирается прикрыть. Но сердце не слушало эти доводы и колотилось, как будто я сдаю стометровку.

Командор с плохо скрываемым раздражением смотрел на принца. Я же разглядывала черты его лица: широкие брови, волевой подбородок, зелёные глаза. Надо запомнить, чтобы при новой встрече избегать его заранее.

— И почему вы в форме капрала? — подошёл к нам принц.

— В дороге пришлось переодеться, моя форма оказалась в крови, — сквозь сжатую челюсть ответил Акорн. — И запасная тоже. Не посещать же вас в таком виде, правда?

— Ох, ясно, — невинно отозвался принц. — За моими словами не было другого смысла, не смотрите так, господин командор.

Память Люмины о характере брата подсказывала мне, что принц, скорее всего, как раз наоборот, подозревал, что командор специально в форме попроще разведывал тут у нас обстановку. Но прямо брат, разумеется, сказать это не мог.

— А что не так с нашей служанкой? — продолжил принц. — Или, наоборот, она вам просто пришлась по вкусу?

Командор сжал челюсть ещё сильнее, хотя казалось, это невозможно. Быстрым взглядом он скользнул по моему лицу, чуть дольше задержавшись на губах. Или мне показалось? Почему-то рядом с ним меня то и дело кидало в жар. С другой стороны, не удивительно, учитывая все обстоятельства.

— Нет. Она вылезала через окно. Её надо досмотреть.

— Спасибо, что позаботились об этом! — воскликнул принц. — Бдительность воинов Фанфира поистине вне всяких похвал. Не зря говорят, что вы зоркие, как птицы.

От комплиментов брата ни один мускул на лице командора не дрогнул. Ладонь принца легла мне на второе плечо, я обернулась, наконец, оторвав взгляд от командора.

— Позвольте, дальше я разберусь с этой подозрительной девушкой сам. Вы же в гостях. Отец уже заждался, а утка в рийском соусе стынет. Я к вам присоединюсь, как только разберусь со служанкой.

— Доверяю это дело вам, Ваше Высочество Чойс, — слегка кивнул командор.

Нехотя Акорн отпустил моё плечо, смерив напоследок подозревающим меня в чём-то взглядом. Я чуть не сделала реверанс, но спохватилась и изобразила поклон попроще.

Брат отвёл меня подальше, в сторону пристроек, и там уже взял за плечи и слегка потряс.

— Мина, ты в своём уме? Что ты делаешь?

— Пытаюсь сбежать, — мрачно ответила я. — Пока не получается.

Он перестал меня трясти и посмотрел так, словно только что увидел. Надо мне быть осторожнее, я так быстро проколюсь, что я не Люмина. Слишком уж по-другому себя веду.

— Прости, Чойс, — я постаралась выглядеть виноватой и невинной. — Я подумала над твоими словами и поняла, что ты был прав. Но времени уже не было, так что я уговорила Роулу помочь и хотела сбежать через окно.

— Ясно, — он на миг прикрыл глаза. — Хорошо, что ты встретила меня. Я помогу. Подожди здесь, тебя заберёт карета и отвезёт в безопасное место.

Я только кивнула с несчастным видом. Всё же брат у Люмины — молодец. Надёжный. Благодаря ему мне не придётся думать о том, как выжить в этом мире, где заночевать, где поесть. А сбежать отсюда мне хотелось бы в любом случае — не хочу изображать из себя другого человека. Но если не буду вести себя, как Люмина, меня быстро поймут, что тут что-то не так. Так что жить подальше от близких принцессы было отличным вариантом.

Как и обещал, он вернулся минут через двадцать по ощущениям. Подвёл меня к карете, простой, закрытой, только с небольшим окном. На козлах уже сидел возница, который, приподняв шляпу, слегка поклонился мне. Я покопалась в воспоминаниях Люмины и не припомнила ни такой кареты, ни возницы.

— Вещи пришлю следом. Езжай сейчас, — открыл для меня дверцу брат.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — И… помоги, пожалуйста, Роуле, если у неё будут проблемы.

— Конечно, Мина, — тепло отозвался брат.

Со спокойной душой я залезла в карету. Я оставила той служанке кое-что из драгоценностей Люмины, но этого могло быть недостаточно. Дядя мог навредить ей, если бы раскрыл. Надеюсь, Чойс не допустит этого.

Карета выехала, сделала несколько поворотов, и только тогда я решилась посмотреть в окно. И то высунулась осторожно, не полностью, чтобы никто не узнал меня в лицо. Всё это время я опасалась, что командор каким-то образом всё поймёт и будет преследовать меня. Но, кажется, страх был беспочвенный.

За окном медленно по меркам современного мира проплывали кучно построенные двух-трёх-этажные домики, которые сменялись длинными высокими заборами. Пешеходного тротуара, по сути, не было, люди шли вдоль домов или прямо по дороге. Нередко это были мужчины, и они тащили мешки или ящики на спине.

Я разглядывала людей и дома со смесью любопытства и страха: мне теперь, получается, придётся жить в этом мире. До конца не верилось.

Но тут я увидела знакомое лицо. Возница как раз притормозил, пропуская очередного прохожего (это понятно было по его ругани), и у меня появилась возможность разглядеть маленькую сухонькую старушку. Точно! Это она! Та бабушка, что рассказала мне легенду о верности и скормила тот злосчастный пирожок.

Глава 4. Интуиция

— Остановите карету! — крикнула я вознице.

Он, видимо, не услышал, и наоборот, прибавил скорости. Я встала (в полный рост это сделать не удалось), и подошла к небольшому окну, расположенному спереди. Постучала в стенку, разделяющую нас с возничим, и снова крикнула, чтобы он остановил.

— Тут не положено, госпожа. Потерпите, немного осталось, — повернув голову, крикнул он в ответ.

Я кинулась к боковому окну и увидела, что бабушка смотрела вслед моей карете и, покачав головой, отвернулась.

Вдруг навалилось ощущение опасности. Стены и крыша словно давили, мне показалось, что внутри очень темно, тени в углах будто сгустились и расползлись. Страх пробежал холодком по кончикам пальцев, сердце замерло. Мне казалось, молчание кучера зловещим, а дорога — не спасением, а ловушкой. Захотелось тут же выскочить из кареты и бежать куда подальше.

Странно, что со мной? Я приложила руку к груди и постаралась отдышаться. Но совладать с паникой полностью не смогла.

— Я быстро! — сказав это, я открыла дверцу.

Карета как раз снова замедлила ход, и я воспользовалась этим и выскочила на дорогу. Побежала к бабушке, успев заметить, как она сворачивает в переулок. Позади кричал кучер и, кажется, ругался.

Впереди вдоль домов шли навстречу мне два воина из Фанфира. Что они тут делают? Вся делегация сейчас должна была быть во дворце. Неужели, командор что-то заподозрил и отправил слежку? Сразу вспомнился его пронзительный и внимательный взгляд, который действовал на меня, как магнит.

Я, не желая показываться на глаза подчинённым командора, свернула в переулок и прижалась к стене под чьим-то балконом в тени. Не ахти убежище. Оставалась надежда, что те воины шли по своим делам, а не за мной.

Я понимала, что действовала на инстинктах и перестраховывалась. Сердце только-только начало успокаиваться, а с ним и включаться разум. И почему я так запаниковала в карете? Видеть знакомую старушку в этом мире было странно, но это не повод бояться. Кстати, куда она делась? Я же должна была заметить её, ведь она свернула сюда же.

Прямо напротив переулка остановился мой возница и завертел головой. К нему подошёл крупный мужчина с абсолютно лысой головой.

— И где она? — спросил лысый.

Я не торопилась выдавать себя и прижалась к стенке. Возница точно искал меня. Второй, незнакомый, наверное, тоже был из людей принца. А значит, они те, кто должны мне помочь. Но интуиция прямо вопила, чтобы я не шевелилась и не дышала. Даже рядом с командором такого не было.

Сбитая с толку собственными чувствами, я решила для начала подумать и покопаться в памяти Люмины. Лысого она не знала и ни разу не видела рядом с братом. Но это ни о чём не говорит.

Принц же всегда помогал сестре… Нет. Люмина была уверена, что он на её стороне, но я не могла сейчас найти в её памяти ни одного поступка, конкретного действия, которое бы помогло Мине. Чойс разговаривал с ней, утешал, поддерживал… Но ни разу не вступался за неё при других. Люмина этого не замечала, верила всем оправданиям, что говорил брат.

Этот побег — единственная помощь от принца. А ещё память Люмины услужливо подсказывала, что Чойс из тех людей, что и пальцем не пошевелит без выгоды. За всеми его действиями всегда что-то стояло. Значит, ему выгодно, чтобы Люмина сбежала?

— И что мы ему скажем? — повысил голос лысый и даже отвесил моему вознице подзатыльник. — Что потеряли этот домашний цветочек, ни разу не ступавший ножками на мостовую? Или что безропотная младшая принцесса сбежала, обхитрив нас?

— Так может это… Скажем, что мы всё сделали? — вжав голову в плечи, ответил возница.

— А если он сам захочет посмотреть, а, идиотина?

— Скажем, что тело уже в речке, утонуло. Как он проверит?

Глава 5. Проверка

В глазах на миг потемнело. Я боялась пошевелиться и выдать себя.

— Да, он никак не проверит, — продолжал лысый. — Но и не заплатит тогда. Так что ищем!

— Может, она это, по этим, дамским делам побежала? — возница махнул рукой в переулок, в мою сторону. Я чуть не сделала “дамские дела” прямо тут.

— Идиотина, она принцесса! Они в такие места не ходят. Увидела кого-то или испугалась чего-то, вот и сиганула на улицу. Ты ищи в той стороне, а я тут. Встречаемся у кареты, — распорядился “умный” лысый.

Повезло. Двое мужчин разошлись в разные стороны, даже не осмотрев толком переулок. Но я продолжила стоять не шевелясь. Вдруг вернутся?

Вот тебе и интуиция… Но зачем Чойсу надо было убивать Люмину? Возможно, я знала ответ. Как и у нашего брака с командором, причины политические. Люмина знала, что дворянская верхушка расколота на два лагеря: одни за союз и дружбу с Фанфиром, другие рьяно против. Вторые считали, что фанфирийцы нас обманут и в любом случае нападут. А значит, надо готовиться к войне, а не браки устраивать.

Первый принц, Лаберт, был за союз. Он вкладывался в развитие культуры и науки, говоря современным языком. И война ему была невыгодна, мастерством боя он владел, но не интересовался.

Чойс считался более искусным фехтовальщиком, чем старший брат, а так же любил охоту и даже участвовал в короткой вылазке в горы — оттеснил горгулей подальше от нашей границы. Во время войны он бы мог перехватить власть, которую пока что все пророчили первому принцу.

Просто отлично! Если не командор мной пожертвует, то брат убьёт! И что теперь делать? Возвращаться под крыло к жениху, а потом уже думать, как сбежать от него?

Мне даже на миг захотелось так и поступить. Рядом с ним я тоже боялась разоблачения, но это нельзя сравнить с тем страхом, что испытала сейчас. Да и страх был такой, с примесью приятного волнения… Как на аттракционе.

Нет, это слишком подло. Я вспомнила его зелёные глаза и поняла, что не смогу врать, глядя в них. Пусть лучше он меня не знает, а я его. Тогда и легенда не сбудется.

Вздохнув, я потихоньку отошла от стенки и пошла в другую сторону, не на улицу. Туда, где меня не будут искать. Сердце стучало медленней, но сильнее, отдаваясь в висках. Я пыталась сообразить, что же теперь делать, но в голове, как назло, было пусто.

Итак, возвращаться нельзя. В карету тем более нельзя. Надо выйти из города. Но куда мне идти?

И тут в памяти Люмины всплыл ответ. Свободный торговый город, он находился совсем недалеко. Ну как, по местным меркам недалеко — три дня пути. Это если пешком, а на лошади быстрее. Город был открыт для торговцев всех мастей, там легко можно было найти работу, а комнаты сдавали, не спрашивая документы. У Люмины была способность к целительской магии, и я могла бы зарабатывать этим. Услуги целителя дорого стоили.

Осталось решить ма-аленькую проблему. Как туда добраться? Смогу ли я три дня идти пешком? Женщины не путешествуют в этом мире в одиночку. Только самые отчаянные. И с заходом солнца на улице можно встретить только мужчин. Опасно.

Я проверила карманы простого платья служанки и убедилась, что денег там нет. Там вообще ничего не было. Задрала голову и убедилась, что солнце ещё высоко. Есть время подумать, что делать до темноты, но вот боюсь, что ничего и не придумаю. Да и меня могут найти…

Выход один — идти к главным воротам, чтобы выйти из города. Там, может, повезёт напроситься в попутчицы к кому-то, кто едет в торговый город. А если нет, пойду вдоль дороги пешком. Она широкая, должна идти через лес, но благодаря патрулям там безопасно. Опыт походов у меня уже был.

Пока я добралась до ворот, наступила в грязную лужу, промочив башмачок, поругалась с каким-то бугаем, чуть не прибывшим меня мешком с мукой, и успела проголодаться. Ноги гудели, в животе противно ныло. Я успокаивала себя, что в лесу должны быть ягоды, и я в любом случае поем.

У ворот было много людей, но почти все они въезжали или входили в город. Уже вторая половина дня, ближе к вечеру, и никто не собирался ехать в ночь. Не повезло. Но оставаться в городе мне было небезопасно. Как только Чойс узнает, что я сбежала, он подключит всех своих людей, чтобы найти меня.

— Стой, куда? — остановил меня громкий голос стража.

Странно, я думала, они опрашивают только тех, кто входит в город, а выход свободный.

— Туда, — махнула я рукой на ворота. А какого ответа он ждал?

Рыжебородый крупный стражник оглядел меня с ног до головы.

— Одна? Так поздно? — скептически спросил он. — Ты что, из этих, ночных рыбок, что ли?

Я покраснела, потому что поняла, о чём он. Вслед за смущением пришло возмущение.

— Это грубо! Я не такая! — фразы лучше в этот момент не нашлось.

— Тогда украла что-то? А ну, иди сюда, проверим! — угрожающе надвинулся на меня стражник.

— Вот ещё, — буркнула я. — Меня уже проверяли.

Ещё один любитель полапать. Одного на сегодня хватит.

— Тогда не пройдёшь, — сплюнул бородатый на землю. — Пшла отсюда.

— Вы не имеете права, — с обидой возмутилась я. С чего вдруг он со мной так грубо?

— Тогда идёшь со мной в караульную, — он открыл низкую железную дверь, ведущую в какую-то тёмную комнату. — И там юбку задираешь, чтобы я всё проверил. Если мне понравится, так и быть, пропущу.

Глава 6. Местоположение (не) определено

Я сжала кулаки и развернулась, намереваясь воспользоваться другими воротами, северными. Они ведут не в ту сторону, и придётся обходить вдоль крепостной стены, но что поделать?

Но тут впереди я заметила двух рыцарей из личного отряда Чойса. И мой возница был рядом с ними. Они шли сюда. Я резко повернулась обратно, но замерла. Нет, нельзя делать резкие движения — так я только привлеку внимание. Но что делать?

Захотелось сесть на корточки, обхватить ноги и зарыдать. Будет у меня хоть минута спокойствия в этом мире? Может, мне просто снится кошмар?

— Чё, передумала? — с насмешкой спросил бородатый.

Это привело меня в чувство. Вновь взыграла злость, я вздёрнула подбородок. Движение для женщин этого мира было слишком дерзким, и рыжебородый нахмурился.

— Видишь личных рыцарей второго принца? По твою душу идут, — зло выдала я, совсем обнаглев.

— Чего это? — он напрягся, но верить мне не спешил.

— Ты провалил тайную проверку, — мрачно заявила я.

— Чего-чего? — рыжебородый вообще ничего не понял.

Я пыталась его испугать, но получилось только заставить сомневаться ещё больше. А меж тем, времени у меня наверняка было немного. Мои преследователи, наверное, догадались, что я хочу сбежать из города. Или на всякий случай шли предупредить дозорных, что ещё хуже: меня тогда ни через одни ворота не выпустят.

— Тайная проверка. Меня наняли те господа и не за тем, что ты подумал. А чтобы проверить, как вы тут, службу несёте на воротах или самовольничаете, — строго сказала я.

Вот теперь он понял и испугался.

— Так это что… я пропустить тебя должен был?

— Ага. Причин задерживать меня нет.

— Так это, ты же подозрительная, как вяленая рыба на базаре!

— Это специально, — важно кивнула я.

— Слушай, а может, ты пройдёшь через ворота быстренько? И не скажешь, что я тебя не пускал? — лицо бородача стало жалостливым, почти как у ребёнка.

— Не знаю, не зна-аю, — протянула я. — А потом мне обратно ещё идти…

— Держи медяк, а обратно пойдёшь, я тебя пирожками угощу. С капустой.

Бородач приблизился и шустро взял мою руку в свои огромные ладони. Когда убрал руки, в моём кулаке уже лежала монетка.

— Хорошо, что не с грибами — сказала я, уже направившись к воротам.

Бородач обрадовался моему согласию и махнул на прощание рукой. Я шла через ворота и не оборачивалась. Очень хотелось узнать, насколько близко рыцари подошли, но тогда они могли бы увидеть моё лицо. А вдруг они шли не к воротам? Нет, надеяться на удачу было нельзя.

Я вышла за ворота и пошла по дороге вдоль очереди из людей и обозов, которые хотели въехать в город. Я Притягивала к себе заинтересованные взгляды мужчин: куда это идёт девушка и одна. Это было плохо — меня могли запомнить.

Отойдя от ворот подальше, я переместилась к самому краю дороги и ускорила шаг. Теперь я привлекала ещё больше внимания, но скоро это должно было кончиться. Когда я прошла всю очередь из обозов, то плавно свернула к лесу, окружавшему дорогу.

В этом мире не было геопозиции и телефонов, но было много хороших следопытов. Скорее всего, меня могли легко найти по следам. Но пока у меня была фора: первое время искать меня должны были в городе.

В итоге я шла по лесу, между деревьев и огибая кусты, но вдоль дороги. Так, чтобы её видеть. В лесу я натолкнулась на какой-то незнакомый кустарник, который цвёл и необычно пах. Если бы не это, я бы могла на время забыть, что находилась сейчас не в своём мире: в остальном всё было очень похоже на наш мир.

Как назло, все попадавшиеся мне повозки и телеги ехали в город, а из города — никого. Я не рисковала останавливать кого-то и спрашивать о пути. Знала точно, что ближайший день дорога будет идти в одном направлении. Я решила, что разберусь потом.

Но чем дольше я шла, тем больше подозревала, что мой план очень плох. Это не прогулка по лесочку в нашем мире. Да, хорошо, что у меня был опыт походов. Но он мне мало поможет, если я встречу волка или другого хищника. В этом мире они не так боятся человека, как в нашем, и вполне могут обитать где-то неподалёку. Но и на дорогу нельзя — наверняка меня уже ищут. И я даже обрадовалась бы, если это командор. Он хотя бы не избавится от меня сразу, а только когда узнает, что моя жертва поможет избавиться от прокажённых тварей.

Кстати, почему? Других жертв в округе не было? Или тот бог решил поиздеваться над Акорном и забрать у него “самое дорогое”, как в легендах?

Мысль прервал топот сразу нескольких лошадей. Кто-то ехал из города, и не просто ехал, гнал! И, разумеется, я отошла дальше, вглубь леса, чтобы оставаться незаметной. По дороге промчался небольшой отряд конных фанфирийцев. Я расслабилась: людей Чойса я опасалась гораздо больше. Но и сдаваться в лапы командору было бы глупо.

Я было двинулась дальше, но вскоре поняла, что фанфирийцы ускакали недалеко. Они рассредоточились на небольшом расстоянии по лесу с обеих сторон. На дороге остался стоять только один, и он почему-то раскачивался, сидя в седле.

“Колдун” — подсказала память Люмины. Это было хуже следопыта. Про колдунов из Фанфира ходили разные байки, и поиск пропавших людей входил в число их умений. Остальные явно прочёсывали лес. Именно здесь, недалеко от меня.

Я развернулась и медленно пошла от дороги. Надо было зайти глубже в лес, где толком нет дороги, и где неудобно ехать на лошади. Там у меня будут хоть какие-то шансы. Мне померещился взгляд командора, а по телу пробежались мурашки. Громко крикнула пролетающая над головой птица.

— Сюда! Нашёл! — раздался голос где-то позади.

Я побежала.

Глава 7. О чём неприлично спрашивать командора

Не разбирая дороги, перепрыгивая через упавшие гнилые деревья, царапая руки о ветки. Разве что через кусты не продиралась, потому что чувствовала — догонят. Платье пришлось задрать выше колен. Я не понимала, насколько они близко, гонятся они за мной или нет. Звуки заглушали собственное рваное дыхание и треск веток под ногами.

За очередным деревом я увидела зверя и остановилась как вкопанная. Раненый медведь стоял прямо напротив и всматривался куда-то в сторону принюхиваясь. Разумеется, меня он сразу заметил. Я нервно сглотнула. Не долго мне удалось прожить в этом мире. Я понимала, что от зверя убежать не смогу — он быстрее.

Медведь угрожающе зарычал и сорвался в мою сторону. В два прыжка он оказался рядом со мной. Ноги подогнулись, я осела на землю, и только этим спаслась. Удар мощной лапы пришёлся на ствол дерева сбоку от меня, а не на мою голову. Но второго шанса не будет. Время словно замедлилось, я смотрела, как медведь поднимет вторую лапу…

Птичий крик раздался совсем близко, и прямо на голову медведю спикировала какая-то большая хищная птица. Она вцепилась когтями в шерсть и клюнула зверя в глаз. Медведь заметался, замахал лапами, стараясь скинуть птицу. Но та ловко взлетела, а потом атаковала ещё раз.

Страх сменился шоком и чувством благодарности к неожиданной спасительнице. В груди потеплело, промелькнуло какое-то чувство, будто я должна уже знать эту большую красивую птицу, коричневую, с белыми перьями на крыльях и хвосте. В оцепенении я осталась сидеть под деревом, поцарапанным когтями медведя, и смотреть, как хищная птица заставляет медведя отчаянно брыкаться. Я восхитилась её скоростью атаки и ловкостью. А ещё упорством. Она как будто считала своей добычей целого медведя и не собиралась упускать.

В какой-то момент между деревьев появилось двое фанфирийцев, и они атаковали медведя стрелами. Я очнулась и, пока никто не заметил меня, отползла в заросли ближайшего куста.

Стараниями людей и большой птицы зверь был повержен. Он упал на землю, его мышцы взбугрились, а потом стали уменьшаться, а шерсть… медведь стремительно лысел. Всего я не разглядела, но вскоре один из фанфирийцев грубо поднял на ноги крупного голого мужика. Я закрыла глаза, чтобы не сойти с ума от полного непонимания происходящего.

Точно, они же оборотни! Фанфир был страной разномастных оборотней, как мне подсказывала память Люмины. Но об этом действительно было легко забыть, ведь в их стране считалось неприличным спрашивать о второй ипостаси, так что каким зверем был Акорн, Люмина не знала. И он вполне мог быть и человеком: люди там тоже жили.

На миг мне захотелось знать: если командор — оборотень, то какой? Жаль, что я этого так и не выясню, ведь о второй ипостаси он сказал бы только самым близким людям. А я даже не собираюсь с ним больше встречаться, не то что сближаться. Так будет лучше. Только почему, думая об этом решение, я не чувствую облегчения? Даже, наоборот, в груди появляется тяжесть, а в горле ком. Наверное, я устала.

Всё ещё не открывая глаз, я слышала, как фанфирийцы уходили переговариваясь. Ну как, скорее поминая крепким словцом медведя. Когда шаги были достаточно далеко, я решилась открыть глаза. Никого не увидела, птица тоже улетела.

Значит, те конные искали медведя-оборотня, а не меня? Я выдохнула и с огромным облегчением откинулась на спину. Тут же об этом пожалела, потому что сзади был колючий куст. Шипы впились в спину, но сил и желания подниматься у меня уже не было. Не обращая внимания на неудобства, я смотрела на небо и мерно качающиеся кроны деревьев.

Правильно говорят, у страха глаза велики. Мне можно было спокойно идти дальше вдоль дороги вперёд.

Я решила немного отдохнуть, а затем продолжить путь. До темноты надо было найти хорошее место для ночлега. Прикрыв глаза, я подумала о том, что та птица наверняка тоже была оборотнем. И это было последней мыслью перед тем, как я отключилась от усталости, уснула.

Мне снился лес, словно я смотрела на съёмку с квадрокоптера. Или, скорее, с высоты птичьего полёта. В ушах свистел ветер. Глубокой бороздой лес делила надвое дорога. И по ней ехал рыцарский отряд. Закатное солнце отражалось от наплечников, окрашивая их в красноватый оттенок.

— Прочесать местность! Она не могла уйти далеко!

Когда я проснулась, дрожа от холода, было уже темно.

Глава 8. Глазами орлана

Акорн.

Акорн с самого начала считал эту идею сомнительной. Люди из королевства Ауромия виделись ему лицемерными и себе на уме. В искренности желания королевской семьи породниться с ним он сильно сомневался. Они его боялись. И пытались задобрить — так он это видел.

Глупым людям было невдомёк, что ему плевать на них с высоты птичьего полёта. Главным было очистить свою землю от скверны. Уничтожить всех монстров. Одним из кандидатов на престол Акорн стал только из-за того, что был уверен: кроме него никто не справится. Особенно Гельвет — этот хитрый ворон будет сидеть на троне в богатстве и безопасности, пока голод и стоны народа не докатятся до стен замка. Акорн знал путь, по которому можно было бы полностью избавиться от прокажённых тварей, но для этого ему нужна была полная власть.

Поездку в соседнее королевство Акорн видел как бесполезную трату времени. Но жена ему была нужна, и статусная. Так что младшая принцесса Люмина подходила идеально. К тому же его дэнна благословила эту поездку, отрезав все пути к отступлению.

Только вот встретили его странно: невесту не показали, вместо этого подсунув договор о ненападении.

— Люмина сожалеет, что не может явиться из-за самочувствия, и просила передать… — нервно теребя платок под тяжёлым взглядом короля, говорил великий герцог.

— Что с ней? — перебил Акорн. — Если ей так плохо, я сам её навещу.

— Что вы! — замахал руками герцог, выронив платок. — Люмина не выдержит, если жених увидит её в столь неприглядном виде. Думаю, завтра ей будет лучше, и…

До завтра Акорн не собирался тут оставаться. Буквально на пороге ворот замка ему передали срочное донесение о том, что в городе видели предателя.

— Мне всё равно, как она сейчас выглядит. Если мы станем супругами, я разве не буду заботиться о ней, независимо от того, как она выглядит?

— Ах, как романтично… — королева начала восторженно, но под мрачным взглядом Акорна конец фразы прозвучал неуверенно.

Романтично? В этой стране, что, жёны не живут с мужьями, и те их видят только в платьях и в этих ужасных причёсках с завитушками? Акорна искренне поражало, как королевская чета смогла в таких условиях зачать пять детей. Он бросил на короля полный уважения взгляд.

А ещё Акорну действительно было всё равно, как бы ни выглядела принцесса. Ему и не очень-то хотелось навещать её (гораздо больше его заинтересовала странная служанка, пойманная в саду), но приехать и не увидеть даже её лица было бы странно.

— Так я могу пройти к своей невесте? — он медленно обвёл взглядом всех присутствующих.

Второго принца ситуация явно забавляла, а остальные чувствовали себя неуютно и, казалось, что-то скрывали. В этой семье явно разлад, и не все так рады союзу командора и принцессы, как заверяют.

— Она сейчас спит, — извиняющимся тоном сказал герцог.

Акорн не стал дальше слушать. Не обращая внимания на приличия, он встал.

— Война не простит промедления, я вынужден вас покинуть сегодня же.

— Но… — подал голос первый принц, схватив со стола договор, о котором он пытался начать разговор с самого начала.

— Я жду невесту у себя в замке и там подпишу ваши бумаги, — презрительно бросил Акорн.

Принц Лаберт с волнением всучил ему объёмную папку и очень просил изучить документы. Похоже, больше всего их союз заботил только первого принца.

По пути к конюшне Акорн поймал себя на том, что осматривается, надеясь заметить ту подозрительную служанку. Сначала он был уверен, что она что-то украла. Но девушка наверняка была шпионкой второго принца, ведь он сразу встал на её защиту. Почему-то наивное и испуганное лицо совсем молодой девушки не выходило у Акорна из головы. Совсем с ума сошёл с этими походами, раз какая-то простушка так врезалась в память.

Или она была не так проста? Она сразу казалась подозрительной, а когда Акорн решил проверить, что она украла, то почувствовал что-то странное. Как только руки коснулись девушки, кончики пальцев кольнуло, а внутри словно крылья раскрылись. Это произошло так неожиданно, что Акорн даже дыхание задержал. Запоздало пришла мысль, что так могла подействовать на него слабая магия, которой обладала девушка. Или, скорее, она носила артефакт. Но проверка ничего не дала, только смутила девушку. Акорн решил не выходить за рамки приличий в чужой стране, и прекратил. В конце концов, это не его проблемы.

В животной ипостаси было легче: только свобода, лёгкость, стремительность. Акорн выследил предателя и помог его схватить.

Предатель был схвачен, и, почти не сопротивляясь, рассказал много интересного. Гельвет, похоже, решил вести грязную игру. Акорну нужно было возвращаться как можно скорее. Поэтому, предупредив только свой личный отряд, состоящий из самых надёжных товарищей, он перекинулся и полетел. Но не успел он далеко отлететь от столицы, как из кроны высокого дерева в Акорна полетела стрела. А потом ещё одна, и ещё. Он увернулся и сменил направление, уходя от удара.

“То-то слишком легко предатель всё рассказал. Это и было ловушкой”, — эта мысль не помогла Акорну избежать магической стрелы.

Глава 9. Помощь ещё аукнется

Всю ночь я промучилась, то засыпая, то просыпаясь от шорохов или холода. Никуда идти не рискнула, наспех натаскала веток и травы под тот же куст и легла там. На рассвете решила двигаться дальше.

Направилась обратно, к дороге. Когда убегала, то не очень-то обращала внимание на окружающий лес, не наметила ориентиры. Пришлось полагаться на чувство направления. Оно всегда у меня работало, но сейчас усилилось, как будто толстый невидимый канат был натянут между мной и тем местом, куда мне надо. Подумалось даже, что это похоже на волшебство, но у Люмины в памяти не было такого вида магии.

Мне было уже не важно, попадусь ли я кому-то или нет. Очень хотелось оказаться в тепле. По пути набрала шиповника, он оказался сухим и ворсистым. Плевалась, но ела.

Но вот когда, по ощущениям, уже должна была быть видна дорога, я её не увидела. Прошла буквально шагов пять, и чувство направления пропало, как будто я пришла. С удивлением я оглядела ничем не примечательный лес. Ни дороги, ни деревеньки какой-нибудь. Даже ручья или ягод нет. Не хотелось верить, что моя интуиция подвела, но выбора не было: очевидно, я заблудилась.

Села на корточки и тихо заплакала. И что теперь делать? Это пока мне не встречались звери, но если я продолжу идти, то рано или поздно забреду в чащу, и…

Нет, сдаваться рано. Пришла мысль, что можно залезть на дерево, и тогда я, возможно, смогу разглядеть дорогу. Я резко встала и тут заметила шорох в кустах. Ветки шевельнулись, а я вздрогнула от испуга. Но это оказалась всего лишь птица. Большая, похожая на орла, или на ту, что атаковала медведя. Она жалась к кусту, стараясь скрыться под его ветками. Странно, что не улетала. У неё там гнездо?

Взгляд нашёл алое пятно на траве рядом с птицей, чуть дальше ещё одно, а затем наткнулся на лежащую неподалёку сломанную стрелу. Наконечник был в чём-то красном, а само древко выкрашено в чёрный. В груди сразу обрадовался тяжёлый камень. Интуиция говорила, что эту стрелу даже трогать нельзя. Только вот стоит ли мне верить своей интуиции?

Теперь было ясно: бедная птица не улетает, потому что ранена. Сердце защемило от жалости и сочувствия. Она в таком же положении, как и я: никто не поможет, из этого леса одной не выбраться, и только чудом не встретился на пути хищник. Птица не сводила с меня глаз и казалась очень недовольной и напряжённой.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — как можно ласковей сказала я.

Она отвернулась. Интересная реакция, как будто обиделась на что-то. Но вряд ли птицы умеют обижаться. Я подошла ближе, присела рядом, ведомая желанием как-то помочь. Пусть хоть одной из нас с этим повезёт. Она не испугалась и не попыталась уйти или клюнуть. Но головы не повернула.

Ведомая импульсом, я протянула руку к птице и осторожно погладила крыло. Коричневые перья на ощупь были мягкие и приятные.Видя, что птица не против, я осмелела и погладила её по спине, где перья были меньше, но такие же мягкие. А если я чуть-чуть зарывала в них пальцы, чувствовалось тепло. Меня поразило, насколько горячее это тельце внутри. Это было удивительно, ведь раненые животные не должны так доверять человеку. Я замерла с занесённой над спинкой рукой и задумалась. Может, это не простая птица, а волшебная?

Птица тем временем сама коснулась головой моей руки. Поняв намёк, я снова погладила и почувствовала что-то еле уловимое за её крылом. Как будто что-то было неправильно, не на своём месте. Очень захотелось это убрать. Только я осторожно, следя за реакцией животного, переместила руку под крыло, как по телу к руке пробежал будто бы слабый заряд тока. У ладони мелькнул солнечный зайчик, она стала горячей. Птица довольно уркнула и зажмурилась. Затем выпрямилась, взмахнула сильными крыльями, подняв в воздух лежащие рядом листья. Я с сожалением подумала, что всё, она улетит, оставив меня одну, но птица не взлетела, а просто размяла большие крылья. И я догадалась, что только что произошло.

Мне поддаётся магия Люмины!

Класс! Воодушевившись, я решила вылечить всё, что найду. Все царапины от веток на своём теле, синяки, всё! Я поднесла руку к коленке, которую содрала, когда неловко упала по пути, сосредоточилась. Ничего не произошло. Я досадливо цыкнула, постаралась вспомнить те ощущения и вызвать такие же. Опять ничего.

— Почему не получается? — расстроено произнесла я.

Птица с интересом наблюдала за моими потугами, наклонила голову набок. Я пробовала снова и снова, и каждый новый провал всё сильнее раздражал и расстраивал. А ведь я собиралась зарабатывать на жизнь целительством!

Я порылась в памяти Люмины, но не нашла ответа. Той всегда легко давалось исцеление, особенно таких маленьких ран. Интуитивно. У меня почему-то больше не получалось вообще. Если бы не птица, я бы подумала, что не могу пользоваться магией. Или мне лишь показалось? Я внимательно, пытливо взглянула на птицу. Она сделала шаг назад, что-то заподозрив.

Но я лишь осторожно взяла её, положила на колени и, уговаривая не дёргаться, осмотрела то место, которое должна была “лечить”. Да, на перьях были видны подтёки крови, в одной точке особенно сильно (представляю, как ей было больно), но раны не было. Не показалось.

Но почему ничего не вышло потом? Нет, сдаваться рано, надо попробовать ещё раз. Возможно, позже.

— Прости, маленькая. Больше не буду тебя тревожить. Лети, — сказала я птице.

Но та не только не ушла, но и уместилась удобнее, пригревшись у меня на коленях, как кошка. В теле разлилось приятное тепло, мне на мгновение даже захотелось остаться сидеть вот так, вдвоём. Что-то было в этой птице, что притягивало моё внимание и заставляло симпатизировать ей. Но позволить себе расслабиться я пока не могла. Я осторожно взяла птицу и нехотя положила на землю. Немного жаль, но пора прощаться, подруга.

— Ты уже здорова. Улетай, — растолковала я, как будто животное могло понять.

Но птица одарила меня таким взглядом, как будто это она считала меня неразумной, а не наоборот. Действительно, с ума уже схожу, говорю птице, что ей делать. Решив не обращать на это внимания, я встала и огляделась. Чувство направления так и не вернулось.

— И в какой же стороне дорога? — пробормотала я.

— Квэк, — был ответ.

Птица вспорхнула и переместилась немного вперёд. Потом посмотрела на меня. Как будто…

— Ты знаешь? — мне не верилось, что я говорю это всерьёз и всерьёз надеюсь на то, что животное может вывести меня к дороге.

Вместо ответа, она взлетела, сделала маленький полукруг, лавируя между деревьями, и села мне на плечо.

— Класс, — поделилась я радостью, на что птица непонимающе наклонила голову вбок. — Тогда пошли вместе.

Я решила следовать подсказке, раз моя интуиция меня подвела. Животное явно непростое, волшебное. Или очень хорошо дрессированное, но тогда оно выведет меня к хозяину.

Я сделала лишь пару шагов, и голова резко закружилась. Я чуть не споткнулась, но собралась, сфокусировала взгляд и направилась туда, куда показывала мне птица. Как в сказке.

Воспоминание, что я не в сказке, а в легенде, и конец у неё далеко не счастливый, испортило настроение. Я упрямо продолжала идти, но головокружение не прошло и даже начало усиливаться.

— Прости, малышка, ты тяжёлая, — сказала я птице и попыталась снять её с плеча.

Ответом мне был возмущённый “сквик”, и она слетела сама. Села на ветку дерева и буравила меня взглядом. Опять обиделась? Надеюсь, не улетит…

— Что-то мне нехорошо, — поделилась я.

Идти в таком состоянии не было смысла. Я села рядом с деревом, чтобы перевести дух и прийти в себя. Птица осталась на ветке. Вот так, кажется, меня не собирались прощать.

Руки слегка подрагивали, в теле чувствовалась слабость. Это от голода? Или от использования целительской магии? Похожие ощущения испытывала Люмина в детстве, когда только осваивала свою силу. Но потом всё прошло, и она забыла подробности. Кажется, ей давали какой-то отвар для восстановления сил…

Не успев додумать эту мысль до конца, я отключилась. Темнота была мягкой и успокаивающей. Меня словно качало на волнах, я чувствовала тепло, как в детстве, когда мама носила меня на руках. Медленно сознание возвращалось в реальность.

Приоткрыв веки, я увидела очень близко крепкую мужскую грудь, обтянутую чешуйчатым мягким доспехом. “Чешуя василиска” — подсказала мне память Люмины. Грудь покачивалась в такт со мной, а тонкий (но крепкий) доспех не скрывал, как красиво перекатываются мышцы груди от мерного шага. Не до конца понимая, что происходит, сглотнула и перевела взгляд выше. Широкая шея, плечи с развитыми бицепсами, щетина… Меня нёс на руках какой-то мужчина!

Глава 10. Злой командор

Я подняла глаза выше и натолкнулась на хмурый взгляд командора. Как? Почему он? Сердце пропустило удар, по спине пробежал холодок, а ладони тут же стали потными. Это же надо было так вляпаться! От кого бежала, на того и нарвалась. Сразу хотелось прикинуться мёртвой или сделать вид, что снова потеряла сознание, но под пристальным взглядом Акорна я поняла, что не поверит.

— О-отпустите, — голос меня подвёл.

— Чего ты так боишься? — недовольно спросил он.

— Куда вы меня несёте? — стараясь взять себя в руки и скрыть мелкую дрожь, спросила я.

Если он меня узнал, всё пропало…

— Узнаешь, — отрезал он, дав понять, что разговаривать не хочет.

Неведение страшило ещё хуже. Хотелось вцепиться в командора, и в то же время хотелось как можно меньше контактировать с ним. Я замерла, напрягла голову, но всё равно чувствовала, как перекатываются его мышцы и как он мерно и глубоко дышит.

Как это произошло? Я вылечила птицу, потом потеряла сознание. И в итоге меня несёт по лесу командор. Один. Он следил за мной с самого начала? Или пробегал по лесу в звериной ипостаси и увидел знакомое лицо и решил помочь?

Шли мы долго, мой страх плавно перешёл в беспокойство, а холодок в груди сменился жаром на щеках. Я засмотрелась на его мощную шею, плечи, и невольно восхитилась тем, как долго Акорн меня нёс на руках. Игорь ни разу не поднимал. Воспоминания о бывшем уже казались далёкими и неважными. Я даже немного злилась на себя: если бы не расплакалась из-за этого идиота и не убежала, была бы сейчас в тепле и сытой, а не в объятиях того, кто принесёт меня в жертву. Кстати, почему именно огненному богу?

Шея затекла. Я осторожно, не сильно опираясь, приложила голову к плечу Акорна. Внимательно наблюдала за реакцией командора, но тот ничем не дал понять, что он против или ему неприятно. Впрочем, приятно ему тоже не было, он просто смотрел вперёд с каменным лицом.

Мы вышли в какому-то по виду заброшенному домику. Бывшая избушка лесника? К ней явно раньше вела тропинка, но она заросла. Командор опустил меня на высоком пороге, приказал ждать его и зашёл внутрь. Дверь открылась от мощного рывка, жалобно скрипнув. Акорн скрылся внутри.

Я вскочила на ноги и сначала медленно и тихо, а потом быстрее и быстрее пошла прочь от домика. Сердце заходилось в груди, голова всё ещё слегка кружилась, но я не обращала внимания. Понимала, что чаща леса ненамного лучше командора и в итоге тоже может меня убить. Но надеялась, что найду дорогу к людям как-нибудь, разберусь. Не зря же здесь домик, значит, и деревня недалеко.

Отбежав, как мне показалось, достаточно далеко, я остановилась и огляделась, тяжело дыша. Искала глазами заросшую тропинку, как у избушки, смотрела, не гнался ли за мной командор. Но тут мощным движением меня схватили, развернули и прижали к дереву, закрыв ладонью рот. Командор нависал надо мной в опасной близости, и судя по его лицу, он был очень, очень, очень зол.

Я пискнула от страха, дёрнулась, но, разумеется, безрезультатно. Долгий миг он тяжёлым взглядом смотрел мне в глаза. Скулы были напряжены так, что играли желваки, ноздри гневно раздуты.

— И куда ты собралась? — сквозь зубы процедил он. — Не к своему ли хозяину?

Я замотала головой. Да, молодец, Света, надо было вести себя ещё подозрительней и привлечь ещё больше его внимания. Он же сейчас в состоянии войны с прокажёнными тварями. Надумал про меня что-то не то. Не узнал во мне свою невесту, но, кажется, от этого сейчас будет совсем не легче.

— Я уберу руку, а ты мне всё расскажешь. Поняла?

Я медленно кивнула, снова начиная дрожать. И что мне рассказывать? Что придумать? Под пристальным и изучающим взглядом сердце бешено билось, а в голову ничего умного не приходило. Командор медленно убрал руку, но продолжал прижимать меня к дереву так же плотно, как и раньше. Я чувствовала шершавую кору, впившуюся неровностями в спину, а с другой стороны — его горячее, напряжённое тело. И понимала, что стоит ему захотеть, он переломит меня, как тростинку.

Я нервно сглотнула, облизала пересохшие губы под пробирающим насквозь взглядом, и начала:

— Я сбежала…

— Понятно, что не дамскую комнату искать пошла, — прищурился он. — Но бежать от меня бесполезно, разве что, если хочешь быстрой смерти.

Я сглотнула ещё раз, постаралась собраться. Нельзя подтверждать его подозрения, мне просто жизненно необходимо придумать что-то правдоподобное.

— Я сбежала от родителей, — неуверенно начала я, наблюдая за реакцией командора. — По своим причинам. Ушла за ворота, хотела идти вдоль дороги до свободного города, потому что боялась, что меня догонят. Но сбилась с пути и заплутала.

Командор, казалось, слушал внимательно. Надеюсь, я не слишком уж бредовую историю выдумывала. Осмелев, я продолжила:

— Потом увидела в лесу раненую птицу и подумала, что она такая же, как я, бедненькая…

Взгляд командора потемнел, он снова заиграл желваками. Я сказала что-то не то?

— У меня есть целительская сила, только я плохо ей управляю, — затараторила я быстрее, стараясь исправиться. — Но на птице сработало, я исцелила её. А потом потеряла сознание. Очнулась — тут вы, куда несёте — не говорите, ничего не объясняете. Испугалась и сбежала, я же не знала, что вы будете… таким настойчивым.

— От родителей, значит, — хмыкнул он. — А не от работодателя ли, случайно?

— К-какого? — осторожно уточнила я.

— Например, второго принца, Чойса. Ты не на нео ли работаешь?

Я оторопело молчала. Он запомнил меня (не удивительно, ведь служанки редко прыгают из окон), связал то, что Чойс меня перехвалил из его лап, с моим подозрительным поведением, и сделал свои выводы. Первой реакцией было всё отрицать, но потом я подумала, а зачем? Командору должно было быть до лампочки, кто на кого шпионит во дворце, пока дела не касаются его. Или он решил, что это я пыталась следить именно за ним? Капля пота медленно скатилась по виску, а я так и не придумала, как мне правильно отреагировать.

— Молчишь? Не бойся, я не выдам тебя бывшему работодателю. Это ведь он решил от тебя избавиться и поэтому ты оказалась в лесу?

На это я тоже промолчала. Командор медленно, словно нехотя, ослабил хватку и перестал так вжимать меня в дерево. Я, почувствовав облегчение, судорожно вдохнула побольше воздуха. Взгляд Акорна упал на мою поднявшуюся от вдоха грудь, на миг затуманился, а потом вернулся с прежней остротой к моему лицу.

— А теперь внимательно слушай, что я скажу, — понизив голос, начал он.

Глава 11. Подвела нога

Можно было не говорить, я и так слушала внимательно и ловила не только каждое слово, но и малейшую реакцию, изменение в выражении лица командора.

— Перестань пытаться строить из себя дурочку, я знаю, что ты всё поняла. Если хочешь жить, ты идёшь со мной и подчиняешься мне. Если нет — смерть будет быстрой.

Конечно же, я ничего не поняла, но кивнула:

— Так точ… То есть, я выбираю слушаться вас.

Акорн не отпустил, продолжив испытующе смотреть на меня. Его взгляд медленно опустился на губы, замер. А затем он, словно очнувшись, отстранился.

— Раз поняла, иди за мной.

И командор, потеряв ко мне интерес, направился вправо, совсем не туда, откуда я прибежала. Пожав плечами, я решила, что ему лучше знать, и побежала догонять его. Но буквально на втором шаге поняла, что подвернула или потянула ногу. Боль была терпимой, но замедляла меня, заставляла прихрамывать. Остановиться и размять бы лодыжку, но я боялась, что потеряю Акорна из вида. Ведь он даже не оборачивался, чтобы проверить, иду я за ним или нет. С одной стороны, мне так мне было спокойнее, но с другой, немного обидно: неужели он не может хоть немного проявить заботу о слабой девушке?

Мы вернулись к избушке. Я доковыляла до порога, села и, сняв башмачок, принялась разминать ногу.

— Я растоплю печь, а ты там прибери, — бросил Акорн и зашёл внутрь.

Он явно был уверен, что второй раз я не побегу. И был прав. Успокоив себя, что шанс ещё будет, я пошевелила ногой и встала, чтобы приняться за дело. Массаж и разминка помогли не слишком хорошо: нога продолжала болеть при каждом шаге. Но целительскую силу использовать я не решилась. Одного обморока в сутки достаточно.

Внутри, как и снаружи, царило запустение. Комнаты всего две, и маленькая кладовая. Я нашла подобие веника, а ещё приметила сушёные грибы, развешанные на верёвочке на “кухне”. Если до грибов не добрались мыши или белки, значит, дом был надёжно закрыт, и тут могла остаться ещё еда.

Я переместилась во вторую комнату, чтобы подмести и там. Командор как раз подкладывал бревно в печь, занимавшую добрую треть маленькой комнатки. Я замерла на пороге, не желая лишний раз попадаться ему на глаза. Лучше пока пыль на “кухне” вытру.

— Заночуем здесь, — сказал он не оборачиваясь. — Подождём, меня кое-кто должен найти. Если до утра не успеет, отправимся дальше вдвоём.

— А хозяева не придут? — на всякий случай спросила я.

При более тщательном осмотре было видно, что домом очень редко, но пользуются.

— Если придут, это их проблемы, — ответил он.

Вот так вот, могла и не спрашивать. Выгоним хозяев и всё, подумаешь.

Командор вышел из дома, а я успела нормально закончить уборку до его возвращения. У меня было достаточно времени, чтобы подумать. Я пришла к выводу, что всё не так плохо, как могло бы быть. Акорн не узнал меня, наверное, портретов Люмины ему не показывали. Я не съедена дикими животными, возможно, поем и буду спать в тепле. Командор не так страшен, если не пытаться от него бежать.

Беспокоило меня только одно: кроватей в доме не было. Матрасов тоже, я нашла только три шерстяных одеяла. Конечно, после ночи в кусте я готова спать даже на полу. Но всё же странно, выходит, в доме не ночевали?

— Закончила? — от прозвучавшего в тишине грозного голоса командора я слегка вздрогнула. — Иди за мной.

Акорн ждал меня на кухне с едой на столе. Точил нож о точильный камень. Плошка пыльных орехов, видимо, из запасов хозяев, горсть крупных ягод, похожих на вишню, и… убитый заяц.

— Зажаришь его? — кивнул он на зайца.

— Мне что-то нехорошо, — честно призналась я, закрыв ладонью рот и нос.

И так слабость прошла не до конца, так ещё и представила, что надо сделать с бедным зайчиком. От этого мой пустой желудок скрутило, подступила тошнота.

— Да, толку от тебя — одно целительство, и то слабое. Почему хромаешь, себя не лечишь? — с претензией сказал он.

— Не уверена, что хватит сил.

— Тогда садись ешь, и в кроватку, набирайся сил, — хмыкнул он. — Завтра они понадобятся.

— Тут нет кровати, — буркнула я.

— На печь ложись, — закатил он глаза.

Точно, а ведь раньше и на печи спали! А та, в комнате, довольно большая. Ноги всё равно будут свисать, но неважно.

Я послушно села за стол и принялась за ягоды. С первой же отправленной в рот я забыла все страхи и сомнения относительно Акорна. Слаще и вкуснее ничего не пробовала! Я одарила командора полным безграничной благодарности взглядом и отправила вторую ягоду в рот. Зажмурилась от удовольствия и облизала губы.

Акорн, резко отодвинув табурет, встал, схватил зайца и вышел с раздражённо-задумчивым видом. Пожав плечами, я потянулась к третьей ягоде.

Пока что приказы выполнять было легко — я поела орехов и ягод, залезла на печь с пледом, закуталась в него, как в кокон, и под голос бормотавшего на кухне ругательства Акорна заснула. Впервые в этом мире я действительно позволила себе расслабиться. Пусть на время, ведь мне предстоит подумать, как свести подозрения Акорна относительно меня на нет, или же как сбежать. Но конкретно сейчас я, наконец, была в тепле и безопасности.

Проснулась по зову природы, похоже, посреди ночи. Из маленького окна бил серебристый свет луны. Я осторожно слезла с печи (надо будет подкинуть дров, остывает), но только ступила на вторую ногу, как резкая боль заставила дёрнуться, и я полетела вниз… На мирно спящего у печи командора.

Глава 12. Хозяева вернулись

Я нелепо выставила руки, пытаясь предотвратить столкновение. Разумеется, было поздно, ничего не вышло. Я шмякнулась прямо на него, с ужасом осознавая последствия. Почувствовала щекой голую кожу и твёрдые, развитые мышцы груди и понадеялась, что Акорн разделся лишь по пояс.

Командор отреагировал быстрее, чем я смогла сделать хоть что-то. Вздрогнул, перехватил моё запястье, как-то вывернулся и оказался сверху. Одна моя рука была заведена за спину и прижата весом наших двух тел, а вторую он вытянул и держал над моей головой. Я замерла, боясь и пискнуть. Командор глубоко дышал, на его лице медленно проступало понимание. Он, похоже, окончательно проснулся только сейчас.

— Что ты собиралась делать? — недобро прищурился он.

Краска залила щёки, я вдруг застеснялась сказать ему прямо. Молчала, только испуганно таращила глаза и часто и поверхностно дышала.

— Нога подвернулась, — наконец, выдала я извиняющимся тоном.

— А шла куда? — спросил он низким голосом, задумчиво глядя на мои губы.

— На улицу… — пробормотала я теряясь.

— На какую улицу? Мы в лесу, — Акорн оторвал взгляд от губ и теперь смотрел мне в глаза, будто пытаясь понять, шучу я или нет. — У тебя лунная болезнь?

Память Люмины быстро расшифровала, что это он про лунатизм. А так же что не стоило говорить расхожее выражение из нашего мира, не задумываясь, что улицы за окном нет.

— Не должно быть… — пробормотала я.

— Из дома выходить не советую, но дело твоё.

Командор, наконец, поднялся, освободив меня от тяжести своего тела. Я тоже встала, только медленно и неуклюже. Наступила на ногу и ойкнула. Акорн не заметил или предпочёл не замечать. Вглядывался в окно. Его силуэт выделялся на фоне окна, лунный свет подчёркивал рельеф мышц. Пожалуй, если бы не угроза в будущем и не отбитое чувство эмпатии, я бы не убегала от свадьбы, а подумала…

Не время любоваться. Я отвернулась, прохромала на кухню, и там, дико смущаясь, сделала свои дела в ведро и вернулась. Командор так же смотрел в окно, но теперь вертел в руках кинжал. Я подошла к печи и поняла, что второй раз залезть туда будет сложновато.

— Что не излечишь себя? — не оборачиваясь, спросил он.

— А вы меня на руках дальше понесёте или тут одну оставите, если я опять в обморок упаду? — с небольшим раздражением ответила я.

Нашёлся тут самый умный. Спец в целителях из другого мира. Лучше бы помог чем-то или хотя бы посочувствовал.

— Не упадёшь, — он обернулся и убрал кинжал в ножны. — Тогда ты порчу сняла и рану от стрелы вылечила, а сейчас всего-то растянутая связка.

— Откуда вы знаете? — заподозрила я неладное. — Из кустов подглядывали?

Это, похоже, его позабавило, и ответил он с усмешкой:

— Можно и так сказать.

Я продолжала пристально смотреть на Акорна, а он — улыбаться одним уголком рта. Я словила на миг ощущение, будто мы давно и хорошо знаем друг друга, а он просто слегка подшучивал сейчас надо мной. Так, не всерьёз. И вот-вот приобнимет меня, чтобы рассказать всё без утаек. Отвела взгляд, и чувство пропало. Командор, разумеется, ничего не сказал и обниматься не полез.

Значит, он, наверное, следил за мной в форме зверя. И значит, хоть в легенде прямо об этом ни слова, Акорн — оборотень. Или оборотник, как сказала та старушка.

Вздохнув, я присела прямо на пол и приложила руку к голени. Постаралась вспомнить, как это делала Люмина. Ладонь потеплела и напряглась, словно что-то невидимое слегка стягивало кожу. Горячо было и в ладони, и в ноге, но ощущения были приятными и распространялись по остальному телу. Как будто я после мороза подставила руки под струю тёплой воды и отогревалась. А потом боль утихла, а следом и жар сошёл на нет. Я с лёгким восхищением от этого чуда пошевелила ногой. Потом встала, наступила на неё, и для надёжности даже попрыгала. Нога не болела!

Искренне радуясь, я с благодарностью взглянула на Акорна. Всё же хорошо, что он мне объяснил. Командор почти сразу отвернулся от меня к окну, как будто ему не нравилась моя радость. На душе царапнуло лёгкой досадой, но я сразу отбросила это чувство: вот ещё, расстраиваться из-за того, что почти незнакомый мне опасный тип не порадовался за моё избавление от мучений. Он вообще меня в шпионаже подозревает, так что не удивительно.

— Спокойной ночи, — как можно невинней сказала я и полезла на печь.

Снился мне снова полёт, но над предрассветным лесом. Был бы хороший и красивый сон, если бы не чувство надвигающейся беды. Будто я знаю, что угроза есть, но не могу отыскать её глазами — лес надёжно скрывает.

Проснулась я от громко скрипнувшей входной двери. За окном, видимо, был рассвет, потому что рассеянный утренний свет имел розоватый оттенок. Раздались шумные тяжёлые шаги: кто-то зашёл в дом. И не один, а несколько человек. Я резко села и осмотрелась. Командора в комнате не было.

— Слышь, Сизый, тут кто-то нашим схроном пользовался без нас, — раздался хриплый голос.

Глава 13. Командору плевать

— Ага, и совсем недавно, — прошаркал ногами второй. — Заплутал мож кто? Что, догоним и на колбасу пустим?

“А вот и хозяева пришли”, — от этой мысли я нервно хихикнула. И где командор, когда он так нужен? Он же обещал прогнать хозяев, если они явятся!

Шаги приближались к этой комнате. Сердце гулко застучало. Я раздумывала, что делать: спрятаться или сбежать через окно? Оно, кстати говоря, было открыто. И чувствовала, как драгоценные секунды утекают сквозь пальцы.

Я спрыгнула с печи и принялась лихорадочно вертеть головой в поисках места, чтобы спрятаться. Его не было. В окно прыгнуть уже не успею, ведь “хозяева” в любой момент могли бы зайти. Я кинулась к дальнему углу, чтобы меня хотя бы сразу было не видно, запуталась в свалившемся с печки пледе и чуть не упала.

И тут широкая рука закрыла мне рот ладонью. Вторая оказалась на талии, меня оттащили к углу рядом с печью, крепко сжимая. Я слышала ровное, спокойное дыхание командора и чувствовала, как поднимается его грудь на вдохе. Чуть пощекотав дыханием тонкую кожу за ухом, он сказал:

— Сиди тут и не двигайся. Будь тихой. Поняла?

Я кивнула. Сердце стало стучать чуть тише, я поняла: рядом тот, кто разберётся с этой ситуацией. От накатившей слабости я едва не повисла на Акорне, но удержалась. Только поймала его задумчивый взгляд, когда он меня отпускал.

Дверь распахнулась, и к нам вбежали двое мужчин в простой дорожной одежде. Резко, как будто знали, что мы ещё тут, и рассчитывали застать врасплох. Но командор был готов. В несколько движений он вырубил первого ударом головой о стол. Мужчина упал как кукла. Второй, покрепче и повыше, насторожился и не дал себя так быстро одолеть. Он отступал к двери, видимо, поняв, что соперник не по зубам и лучше сбежать. Акорн дрался одним кинжалом, но так искусно, плавно и быстро, что я невольно залюбовалась. Бой часто сравнивали с танцем, и теперь я поняла, почему.

Командор сократил расстояние и уже, я уверена, был готов нанести последний удар, как в окно ввалился третий. Самый мелкий среди них, худой, но ловкий. Он оказался позади Акорна, и я поняла, что дело плохо.

— Сзади, осторожно! — крикнула я и машинально шагнула ближе.

Но, возможно, переживала зря, и на самом деле у командора всё было под контролем. Он опрокинул противника на пол, развернулся всем корпусом и заблокировал удар мелкого. Тот мгновенно отскочил, а потом снова кинулся в атаку. Второй же посмотрел на меня и ухмыльнулся. Он встал в один прыжок и вместо того, чтобы продолжить бой, кинулся ко мне. Душа ушла в пятки, я закричала. Мужчина быстро схватил меня и приставил нож к горлу.

— Стой, иначе твоей крале конец, — прохрипел он.

От холодного острия металла почему-то наоборот стало жарко. Я замерла от ужаса, боясь пошевелиться и этом нанести самой себе вред. Даже слюну сглотнуть боялась, и только беспомощно смотрела на командора, который тоже не двигался. Тот противник, что пролез через окно, уже лежал на полу, но, морщась от боли, уже собирался вставать.

Командор покрутил кинжал в руке одними пальцами. Приняв расслабленную позу, он шагнул в нашу сторону. Я почувствовала, как лезвие прижалось сильнее, и зажмурилась.

— Ей конец! — истерично повторил мужчина.

— Да плевать, — спокойно ответил Акорн.

Глава 14. Чья будешь?

От ужаса всё внутри похолодело. “Ну вот, сбылась легенда, даже раньше положенного. Надо было бежать от командора сразу же, как увидела его”, — промелькнуло в голове за секунду.

Акорн сделал быстрое движение, что-то блеснуло и пролетело мимо. Рука бандита, что держал меня, дёрнулась, горло царапнуло. Мужчина мешком упал за моей спиной, а командор переключился на драку с “мелким”. Я почувствовала, что уже рефлекторно прижала ладонь к горлу, и она сама собой напряглась, выпуская жар. Целительская сила на этот раз сработала сама, без моего осознанного участия. Я отняла руку и заметила на ладони смазанную полосочку крови.

Скорее всего, это была небольшая царапина, но мне моментально поплохело от осознания, что ещё немного и так просто я бы не отделалась. Согнувшись, я сползла по стеночке на пол. В наступившей тишине я услышала шаги командора. Он подошёл ближе.

— Я ясно сказал, не двигаться, — сквозь зубы процедил он. — Если говорю, надо так и делать.

На глаза навернулись слёзы. То есть, это я ещё и виновата? Я, между прочим, его предупредить хотела! Я подняла взгляд и зло посмотрела на командора. Он ответил мне тем же: с жёстким выражением лица смотрел в ответ. Потом усмехнулся и бросил:

— Прибери здесь. А я посмотрю, не идут ли к нам ещё гости.

После этих слов он заскочил на подоконник открытого окна и с силой оттолкнувшись выпрыгнул… Я не поверила глазам: в какой-то момент Акорн превратился в большую птицу и полетел, хлопая крыльями.

Я тупо уставилась ему вслед. Значит, это с самого начала был он! Он оборотень-птица! И молчал… Только смотрел на меня, как на врага, когда я назвала раненую птицу бедненькой… Я осознала всю глупость своего поведения в тот раз с Акорном. Но я бы в жизни не догадалась, что он оборотень-птица.

Нет, важно другое. Он не поверил в мою историю о “бедненькой птичке”, раз решил вот так передо мной перевоплотиться. Я перепроверила память Люмины и ещё раз убедилась, что в стране Акорна не каждому говорят о своей ипостаси, только близким, и возможно, боевым товарищам. Не стала же я для него близкой за эти сутки? Значит, он был уверен, что я уже всё знаю, догадалась. А что делают с теми, кто знает тайну оборотня?

Память Люмины выдала несколько страшных вариантов, но всё это были слухи и сплетни. Надеюсь, безосновательные. Но в любом случае между мной и командором доверия нет, значит, он заставит меня молчать каким-то образом.

Надо было бежать. Хоть на этот раз у меня же должно получиться? Только оставалась ещё ма-аленькая проблема. Я не знала, куда идти.

***

Командор вернулся, а я не “прибралась”. Мне и смотреть на тела было тошно, не то, что убирать их куда-то. Зато я набрала с собой в тканевый мешочек все орехи, что нашла на кухне.

— Хочу сразу сказать, нам не по пути, — не оборачиваясь, твёрдо произнесла я. — Вы можете мне не верить, но наши интересы никак не пересекаются, так что на дороге предлагаю разойтись.

— Зовут тебя как? — он прислонился к стене и внимательно смотрел на меня.

И тут я растерялась. Люминой называться нельзя, Светланой тоже — нет такого имени.

— Роула, — сказала я первое пришедшее на ум имя.

Кажется, заминка не укрылась от внимания командора.

— Ну пошли, Роула, — хмыкнул он.

Я подхватила мешочек и вышла вслед за Акорном.

Довольно долго мне приходилось наблюдать его спину. Шёл он снова не оборачиваясь и не разговаривал со мной. И я говорить с ним не собиралась: пусть привыкает, что я не одна из его подчинённых, и приказы не выполняю. Иногда то слева, то справа мне мерещилось движение, но я неизменно ничего и никого подозрительного не замечала и в итоге списала это на шалящие нервы.

Шуршала трава под ногами, я отстранённо наблюдала за солнечными пятнышками, пробивающимися через листву. Если вот так ни о чём не думать, то можно и забыть, что я в другом мире.

И то же самое с Акорном — если забыть, кто он, то можно оценить его широкую спину и развитые мышцы, звериную грацию в плавном и уверенном шаге, полюбоваться на идущего впереди мужчину. Но я быстро вспоминала о рассказе той бабушки, и о том, какой он на самом деле грубый и бесчувственный. Хотя, возможно, я много хотела от этого мужлана…

Мы вышли к дороге очень неожиданно для меня. Даже времени прошло не так уж и много: пару-тройку часов, судя по солнцу. Знала бы я, где дорога, не думая бы сбежала, пока Акорн проверял окрестности и оставлял меня одну.

Но командор не вышел на дорогу, а остановился неподалёку от неё. Я обогнула его широкую спину и заглянула в лицо. Он был сосредоточен, хмурился и, кажется, к чему-то прислушивался.

— Жди здесь. На этот раз сделай в точности, как я говорю, — бросил он на меня обвиняюще-предупреждающий взгляд и отвернулся.

Акорн очень тихо пошёл в сторону. Не крался, но и звуков не издавал. Я восхитилась этим его умением. В этот раз решила послушаться.

Командор скрылся в одной стороне, а через некоторое время я услышала шаги в другой. Обернулась, думая, что он вернулся. Но передо мной оказался хулиганского вида юноша.

Тряхнув русой чёлкой, парнишка хищно улыбнулся и подошёл ближе. Было в его движениях что-то знакомое, общее с командором. Оборотень? Я напряглась: кто он, какие у него намерения?

Парень, не касаясь меня, приблизил лицо неприлично близко и втянул носом воздух.

— Чую Акорна. Ты кто ему будешь? — прищурился он.

Глава 15. Один путь

Я инстинктивно отодвинулась, но упёрлась затылком и лопатками в ствол дерева. Совершенно не представляла, как реагировать на появление этого парня. Он друг или враг? Хотя о чём это я? Если он знает Акорна, мне в любом случае надо держаться от него подальше.

— А ты кто? — решила прикинуться дурочкой я. — Напугал, не представился…

— Я первый спросил, — он хищно осклабился, а потом вдруг приложил кинжал к моему горлу. — Отвечай.

Опасный оказался парень. Это даже не смешно. Второй раз мне угрожали именно таким образом. И на этот раз я почти не испугалась. Хотя ладони вспотели…

— Акорн Горрал, — медленно, по буквам проговорил он. — Ты его знаешь? Видела случайно? Где он?

А ведь он мне только что сам подсказал, как лучше всего ответить!

— Не знаю, видела случайно, пошёл налево, — выпалила я.

На мой взгляд, прозвучало вполне правдоподобно, но парень не спешил убирать нож и продолжал буравить взглядом. Открыл рот, намереваясь продолжить допрос, но тут до нас донеслось два коротких выкрика боли. Как раз с левой стороны, куда ушёл командор. Мы оба повернули туда головы. Я немного беспокоилась: получается, командор прислушивался к чему-то не зря, где-то неподалёку скрывался кто-то опасный.

— Ладно, — парень отпустил меня. — Я проверю.

А я вот ничего проверять не собиралась. Сердце снова стучало как бешеное, и я решила, что на сегодня хватит уже адреналина. Урок усвоен: вмешиваться в бой я больше не буду. Самое время подождать, когда паренёк скроется из виду, и уходить.

Но, прежде чем он сделал третий шаг, между деревьев показалась высокая, плечистая фигура командора. Парень буквально подскочил к нему и что-то обеспокоенно заговорил. Значит, это был один из подчинённых или друзей Акорна. Стоило догадаться, друзей он, видимо, собрал под стать себе: опасных, недоверчивых, подозревающих ни в чём не повинную девушку, встреченную в лесу…

Я понимала, что надо бежать сейчас или никогда. Пока Акорн отвлечён разговором с товарищем, ему не до меня. Но тут я заметила, что рубаха командора в районе живота вся пропитана кровью. Какой бы он ни был опытный в бою и здоровый, рана выглядела очень опасно. Если заразу занесёт, ничего не поможет. В груди появился противный комок от этой мысли.

Скрепя сердце я тоже подошла к Акорну и неуверенно предложила:

— Вас исцелить?

Его брови взмыли вверх, а потом на губах появилось подобие улыбки.

— Это не моя кровь.

— Вот как… — я покосилась на бордовое пятно.

И почувствовала себя полной дурой. Упустила шанс сбежать из-за вот этой ерунды. Возможно, шанс был призрачным, и у меня опять бы ничего не вышло, но теперь я даже не узнаю!

— Ты так и не сказал, сколько их было? — спросил парень Акорна.

— Трое.

— Значит, всех нашли. С остальными мы уже справились, — радостно доложил парень.

Не хочу знать, кого и зачем они тут поубивали. Мне снова стало нехорошо, накатила тошнота от воспоминаний о недавнем.

— Мы дошли до дороги, — сказала я, отведя взгляд. — Думаю, нам пора разойтись.

— Нет, Роула, — хмыкнул командор. — Теперь путь у нас с тобой один. Ты едешь со мной.

— Но почему? — возмутилась я.

Я что, вещь ему какая-то, которую он в лесу нашёл? Что за безапелляционный тон?

— Потому что ты видела, — с нажимом сказал он. — Ты знаешь. И это не должно выйти за пределы моей территории.

— Отказываюсь! — сжала я кулаки.

Спорить с командором было страшно, но и молчать было нельзя. Решит ещё, что я согласилась. Но вопреки моим опасениям, Акорн не разозлился, а спокойно спросил:

— А что ты собиралась делать? Как жить?

— Уж как-нибудь и без вас разобралась бы, — нахмурилась я.

— А придётся со мной. Не волнуйся, — усмехнулся он, — я дам тебе полную защиту. От принца, и от голода, и от бедности. Не заставляй ломать тебя.

Это мы ещё посмотрим. Я закусила губу, думая, как переубедить командора. Я не сумасшедшая, чтобы разбалтывать кому-либо, что он оборотень и какой именно. Но как его убедить в этом?

Паренёк всё это время переводил заинтересованный взгляд с меня на Акорна и обратно. Я думала, он сейчас начнёт расспрашивать, кто я, при чём здесь принц, но сказал он другое:

— Мы подготовили лошадей, но на неё не рассчитывали, — кивнул парень на меня.

— Поедет со мной, — отрезал командор.

Я намеревалась идти в споре до конца, выставить командору такие условия, чтобы он просто не захотел связываться со мной, или придумать что-то ещё, но мне не дали такого шанса. Акорн одним лёгким движением взял меня и перекинул через плечо. Мир перевернулся и начал двигаться…

Глава 16. Тропа ветра

Первое время я болталась в шоке вниз головой. Потом начала брыкаться. Это оказалось бесполезно: командор даже с шага не сбился, не то что отпустил.

В итоге я сдалась и расслабилась. Кровь приливала к голове, я чувствовала движения мышц спины командора. В другое время и при других отношениях мне даже могла понравиться его решительность. Но не сейчас, когда мне жизненно необходимо было держаться от него подальше.

Хорошо, что шли мы не долго. Акорн поставил меня на ноги, на пыльную дорогу лишь для того, чтобы тут же взять за талию и посадить на лошадь. Я, наконец, добралась до основного пути между городами, но до свободы мне так же далеко, как и раньше.

Рядом стояли ещё три лошади, две из них уже были со всадниками, а на третью сел парень, что шёл с нами. Все они переглядывались и то и дело смотрели в мою сторону.

Гадали, наверное, кого это притащил (в прямом смысле) их командир. Я им подсказывать не собиралась, как и вообще знакомиться или разговаривать. Всё ещё надеялась если не сбежать, то держаться от Акорна подальше, и от его соратников тоже.

Командор проверил, как я сижу, осмотрел вороную лошадь. А затем в один прыжок оказался в седле позади меня. Спине сразу стало тепло от близости чужого тела.

— Это Роула, она едет с нами, — пояснил он остальным. — Роула, это мои ребята, можешь их не бояться.

Я нервно улыбнулась. Если кого я тут и боялась, так это самого командора. Который протянул руки, взял поводья, почти обнимая меня, и пришпорил коня. Остальные поскакали за нами.

Делать было нечего — я смирилась с судьбой. На сегодня. Хотелось опереться на командора, но я сдерживалась и всю дорогу держалась прямо. Хватало и того, что его руки находились впереди меня, слегка касаясь по бокам.

— Сейчас съедем на тропу ветра, если станет нехорошо — говори, — тихо проговорил мне на ухо командор.

От его низкого тембра голоса по спине прошлись мурашки, я передёрнула плечами и постаралась не обращать на это внимание. Не время тут в мужских объятиях расслабляться. По памяти Люмины я поняла, что тропа ветра — это что-то вроде аномалии. Невзрачная с виду тропинка, но стоит пойти по ней, как обычный шаг становится равен десяти. Словно ветер подгоняет корабль, на этой тропе любое живое существо перемещается очень быстро. Такие тропы существовали в разных местах, и через наш лес шла одна из них. А заканчивалась она уже у гор.

Так что я очень быстро рискую оказаться в Фанфире. А как оттуда выбраться, я понятия не имела. Страна была довольно закрытой, и Люмина о ней мало что знала.

От судьбы не уйдёшь. По легенде должна была принцесса попасть в Фанфир — вот я туда и еду. С другой стороны, еду в качестве целителя или пленницы, но не невесты. Возможно, я всё же смогу изменить “судьбу”.

Мы свернули на тропу ветра, и мне пришлось прекратить свои философские рассуждения. Голова начала кружиться, и я сосредоточилась только на том, чтобы как-то уменьшить это неприятное ощущение. На деревья старалась не смотреть — слишком быстро они мелькали. Лесные запахи почти пропали, а птиц смолкли. Слышался только топот копыт: мы ехали друг за другом на узкой тропе. И этот топот, казалось, бил прямо мне по голове.

Я вцепилась в переднюю луку седла так, что костяшки пальцев побелели. Командор положил ладонь мне на лоб и прижал голову к себе. Меня окутал аромат хвои с примесью полыни. Откуда, ведь мы были в лиственном лесу.

Акорн пробормотал пару фраз, и мне стало полегче. Это была магия? Или, возможно, он так заковыристо выругался.

Меня грела мысль, что, несмотря на недоверие, он всё же проявлял некоторую заботу. Впервые, наверное.

Не знаю, сколько длилась поездка. Я смотрела только на гриву и уши лошади, замечая краем глаза однообразную тропинку и траву вокруг. Возможно, даже задремала. Топот уже не бил по голове, а мужчины позади нас стали перекрикиваться.

Мы остановились, и только тогда я подняла голову. И обомлела. Мы уже были не в лесу. Впереди и справа, довольно близко, виднелись горы, слева текла узкая река, а ещё мы подъезжали к небольшой деревне, расположившейся у подножия. Всё это вместе было похоже на живописную картину. Только ожившую: ведь река текла, а от ветра колыхалась листва на деревьях, что росли вдоль неё и в деревне. Воздух казался чище и свежее, чем на дороге.

— Мы где? — решилась я задать вопрос Акорну, чувствуя неладное.

— Лисье пристанище, деревня на границе наших стран, — пояснил он.

Вот так, я уже в Фанфире! Почему-то мне казалось, что мы доберёмся туда только завтра, даже несмотря на тропу ветра. То, что эта деревенька относилась не к нашей стране, было заметно по домам. Вроде бы тоже из сруба, но само дерево тёмное, почти серое. Крыши другие, и люди в незнакомой Люмине одежде. Они с любопытством разглядывали нас, а какие-то мальчишки привязались и бежали рядом с лошадьми.

В деревне встретили нас приветливо и разместили в доме старосты. Тут не было таверны, видно, толком никто не ходил этим путём.

Староста, приятного вида мужчина с бородой, помогал жене накрывать на стол. Я не слушала его разговор с командором и остальными, сидела на табурете в прострации и думала, что же делать дальше.

Но из мыслей выдернул голос паренька, который искал в лесу Акорна.

— Роула значит, да? Я Росс, правая рука командора.

— Что это ты правая? — возмутился второй из нашей компании, высокий и плечистый громила. — Я Грицеус. Правая рука командора.

— Что, сразу хвосты распушили перед невестой Акорна? — влез третий.

Внутри всё похолодело. Он сказал “невестой”. Меня раскрыли!

Глава 17. Выбор

— Тобольд, не придумывай, — вмешался командор.

— А кто она тогда? — хитро прищурился паренёк, Росс. — На руках нёс, в одном седле ехал, везёшь с собой. Ты просто обязан теперь на ней жениться, Акорн!

Все коротко рассмеялись, кроме Акорна.

— У меня есть невеста — Люмина. Так что бросьте ваши шуточки, — серьёзно ответил командор.

Я порадовалась и в то же время расстроилась. Сама не понимала своих чувств. Получается, он только что не дал им легкомысленно относиться к Люмине, что невольно грело мне душу. Но не должно было!

— О, так Роула свободна? — улыбнулся Тобольд, но быстро скис под тяжёлым взглядом командора.

— Я пойду, подышу воздухом, — предупредила всех я и вышла.

Командор только колко глянул, но останавливать не стал. Наверное, решил, что я не сбегу — некуда.

И он был прав, пока у меня не будет плана хотя бы на ближайшее время, я не сбегу. В стране Люмины я хотя бы знала, где и как в теории можно заработать на жизнь целительством. А тут…

Я вышла на крыльцо и огляделась. Воздух был очень чистым и свежим, хотелось дышать полной грудью. Во дворике росло фруктовое дерево, у него стояла лавочка. Мирная деревенская картина. Горы казались близкими и очень красивыми. Но, выйдя за ворота и присмотревшись к горам, я заметила странное. По земле шла полоса параллельно с подножием горы, а от деревни до этой полосы были спилены все деревья. Остались одни пеньки.

Я вспомнила ещё одну странность, которую видела, когда мы въезжали в деревню, но не придала значения. Большой и высокий забор шёл вдоль деревни, но только с одной стороны, у гор. Как будто… там было что-то, от чего они защищались.

Но сейчас подножие отлично просматривалось и было видно, что угрозы нет. Я решила прогуляться до этого забора-укрепления.

Вблизи он оказался довольно крепким и специально наклоненным в сторону гор. Я провела рукой по брёвнам. Нашла пару мест, где можно было подняться и осмотреться с высоты.

На плечо легла чья-то огромная рука, я вздрогнула.

— Если боишься, можешь уйти, — прозвучал низкий голос командора.

Интересный он. Куда? И не окажусь ли я в ещё большей опасности дороге.

— Это укрепление от этих…

— Прокажённых тварей, — закончил он за меня. — Да. У границы их не так много, поэтому хватает таких вот простых мер. И святого огня, конечно же.

Память Люмины подсказала, что это огонь, который берут в храме огненного бога. А та бабушка не про него ли говорила, когда рассказывала о жертве? Я нервно сглотнула. Сразу стало не по себе, я зябко поёжилась. Командор пошёл дальше, вперёд, и я уже хотела возвращаться, но взгляд так и цеплялся за горы. Что же там такого могло быть?

Любопытство было вознаграждено. Но лучше бы не было. В горах я заметила небольшую чёрную точку, что спускалась вниз. Потом ещё одну, и ещё. А потом их стало так много, что они стали похожи на чёрную лавину.

— Акорн! — я быстро догнала его и указала на горы.

Он помрачнел и сжал кулаки. Раздался звук, похожий на то, как трубит рожок. То с одного края деревни, то с другого слышались крики.

— Оставайся в доме, — приказал мне командор.

Я вернулась к дому старосты, но предпочла остаться снаружи. Спрятаться успею, если увижу, что мне грозит опасность. Желание знать, что это за твари и чем именно они опасны, было сильнее страха.

Только вот с крыльца дома старосты почти ничего не было видно, поэтому я залезла на дерево. Там и видно было лучше, и казалось, что безопаснее.

Фрукты на дереве были съедобными и одними из самых любимых Люминой. Они походили на смесь персика и апельсина: со шкуркой, но без долек. Оказались сладкими. Я попробовала несколько, наблюдая, как командор и местные готовятся, а потом мне стало не до еды.

Тварей всё ещё было сложно разглядеть, но теперь они спустились с гор и были гораздо ближе. Похожи на животных, но полностью чёрные и с какими-то наростами. Двигались дёргано и резко, непредсказуемо. Вот теперь я действительно испугалась и порадовалась, что они далеко.

Только вот если я останусь с командором, то рано или поздно увижу этих тварей близко? Не хотелось думать об этом.

Командор и его соратники приняли бой. Они вышли за укрепления и довольно легко расправлялись с каждой тварью. Я поразилась скорости реакции Акорна и остальных. Они были сами как звери.

Прокажённых тварей было очень много, так что даже то, что с каждой по отдельности можно было справиться легко, бой быть лёгким не обещал. Местные стреляли в дальних тварей горящими снарядами из самодельной небольшой катапульты.

К укреплению подтягивалось всё больше людей, и не только мужчины, но женщины и подростки. По тому, что они не пришли сразу, а подтянулись после, будто кто-то их позвал, я поняла, что ситуация не стандартная. Вся деревня поднялась на защиту. А если бы нас здесь не было, справились бы местные? Я смотрела на мирные домики и огородики и боялась представить, что было бы.

Но не все местные сидели в домах или помогали в бою. В левой стороне я заметила несколько женщин с маленькими детьми, которые запрягали лошадь в телегу. Собирались эвакуироваться? Вряд ли им надо было ехать по делам именно сейчас — это опасно. Но, значит, они знали безопасную дорогу…

В голове тут же созрел план: напроситься с ними, и таким образом сбежать от командора. Вряд ли он будет тратить много сил, чтобы найти меня… Решено!

Уже слезая, я бросила взгляд на командора, бой, укрепление… И заметила, как одно из животных вгрызается в шею командора…

Глава 18. Имя

Побег отменялся. Я слезла с дерева, посмотрела на свои дрожащие ладони. Сжала их. Мне было страшно и заранее не по себе: не люблю кровь. Но надо было бежать.

Я так быстро, как смогла, направилась к укреплению. Как только мне открылся вид на весь забор, я стала искать глазами командора. Но его не было! Его не смогли вынести в безопасное место? Или уже поздно было нести?

Рядом со мной никого не оказалось, все заряжали снаряды и стреляли чуть поодаль. И я осторожно выглянула в щёлочку между брёвен забора, надеясь, что мне сейчас не прилетит когтем в глаз. Но то, что я увидела, поразило меня больше всего за сегодня.

Командор продолжал драться. Одной рукой он зажимал рану на шее, а второй рубил тварей. Их уже было мало, так что я, возможно, зря переживала.

Рядом с отрядом твари кончились, и все рассредоточились в линию, чтобы найти и добить убежавших тварей. Командор остался на месте. Он смотрел на гору и тяжело дышал. Глядя на него, в руках само собой возникало тепло — магия. Значит, он всё же не в порядке.

Я оглянулась, нашла валявшееся рядом бревно и, подставив его под забор, перелезла на ту сторону. Руки всё ещё подрагивали, а в голове возникла светлая мысль, что мне жить надоело. Но я подбежала к Акорну. И вовремя — командор просто потерял сознание и упал на землю. Я кинулась и приложила обе руки к шее.

Не понимала, действует или нет. Магия шла, я видела свечение и чувствовала тепло и напряжение. Но бледный цвет лица командора не менялся. Ладно, главное, что он дышал.

Неожиданно он открыл глаза. Я даже вздрогнула, но руки не убрала и продолжала вливать магию. Командор внимательно, словно пытаясь узнать, посмотрела на меня.

— Скажи… Мы не виделись раньше? — хрипло сказал он.

— Не разговаривайте, пока я не закончу! Мы виделись во дворце, когда я лезла в окно.

— Нет. Ещё раньше. Давно. Очень давно.

— Молчите, — настояла я.

Он снова прикрыл глаза и сдвинул брови к переносице. А я с тревогой думала о том, что это вообще было. Он вспомнил? Нет, как он мог вспомнить то, чего ещё не было? Он же не попал в легенду, как я. Возможно, Люмина виделась с Акорном в детстве, но в её памяти ничего такого не было. Могла она просто не знать, с кем имела дело?

В любом случае это было сейчас не важно. Главное — закончить лечение. Если я собиралась избежать “судьбы” и не становиться жертвой, но командор должен остаться в живых. Мне бы очень не хотелось, чтобы он умирал. Да и всё это время довольно успешно противостоял этим тварям: да, их не могли истребить полностью, но и они не могли распространиться. Вот путь и дальше этим занимается, а не приносит жертвы сомнительному богу.

— Роула? — ко мне подошёл один из людей командора.

Тобольд, который назвал меня невестой. Он вытер кровь с лица и нахмурился, оглядев нас.

— Иди за укрепление. Тут опасно, а ты даже по сторонам не смотришь, — сказал он с таким обвинением в голосе, как будто я рисковала не собой, а чем-то важным для него лично.

— Надо закончить лечение, — устало улыбнулась я.

— Это можно сделать и в безопасном месте. Я помогу командору, а ты иди, Роула.

— Её зовут не Роула, — не открывая глаз, вмешался Акорн.

Глава 19. Секреты остаются секретами

Я замерла, вся превратившись в напряжение. Неужели он узнал, понял? Как давно? Акорн открыл глаза и посмотрел прямо на меня.

— Ты свет. Света.

Он взял мою руку, лежащую рядом, крепко сжал её. Я ожидала услышать что угодно, но только не своё настоящее имя. И как на это реагировать, я не знала и нервно хихикнула. Тобольд похлопал командора по плечу.

— Вставайте, командир. Вы, похоже, бредите.

Акорн сел и, казалось, только сейчас вспомнил, где он и что произошло. Он отпустил мою руку, встал, похлопал Тобольда по плечу в ответ и направился к деревне.

Меня подмывало спросить, что это было и откуда он знал моё имя. Но этим я бы подтвердила, что он прав, и к каким последствиям бы это привело, не знала. Вроде бы иномирян в этом мире не бывало, если полагаться на память Люмины. Сама идея о других мирах существовала, но по легендам только боги могли в них бывать или приходить оттуда. О переносах людей речи не шло. Может, потому, что людей быстренько убивали?

После времени подумать об этом не было. Я помогала местным, лечила раненых. Их было немного: лишь несколько человек вместе с командой командора рискнули выйти за укрепление, а остальные стреляли или помогали со снарядами.

Росса и Грицеуса тоже пришлось подлечить. Я устала. Завалилась на лежанку, которую предоставил староста, прямо в одежде. Кажется, у Люмины магии было больше, и она так не уставала.

Дверь скрипнула, и в комнатку вошёл Акорн. Он пододвинул табурет к лежанке, сел и устало вытянул ноги. Я начала подниматься, но он остановил меня, уперев руку в моё плечо.

— Отдыхай, — приказал он.

А мне даже начинали нравиться такие приказы. Акорн убрал руку с плеча, скользнув по ткани. Взглядом прошёлся по всему телу, нахмурился.

— Тебе дадут новую одежду.

— Было бы неплохо, — хмыкнула я.

Промелькнула мысль, что Акорн мог заинтересоваться мной, но его внимание объяснялось всего лишь одеждой. Не то, чтобы я на что-то надеялась. Это, наоборот, хорошо.

— Сколько тебе платил второй принц? — вдруг спросил он.

И снова слова командора вызывали во мне полное недоумение. Но логично, он до сих пор думал, что я шпионка Чойса.

— Нисколько. Я была служанкой принцессы, — уверенно и нагло я настаивала на своей легенде.

— А станешь моим целителем.

Я даже не удивилась тому, что он поставил меня перед фактом. Хотела съязвить, но во взгляде командора было что-то, что остановило меня. Будто для него решалось что-то очень важное.

— Ты видела. И эта деревня с краю земель, то есть, обычно с таким количеством тварей не сталкивается. Тут даже храма нет, — он сжал кулаки.

— А зачем храм? — не поняла я.

— Только там рождается священный огонь, от которого легко дохнут эти твари. Их надо остановить. Так что, как только я вернусь в крепость, соберу отряд и пойдём на вершину Сильона. Там остался заброшенный храм, а в нём есть то, что должно положить этому конец.

Я очень сомневалась. Согласно легенде, конец этому положит моя жертва. Но командору этого знать нельзя.

— И ты идёшь с нами, — жёстко сказал он.

Я закусила губу. Не хочу. Хочу быть дома, в тепле и с микроволновкой. Но никуда не деться. Если есть средство, которое пусть не избавит от набегов тварей полностью, но сильно поможет, надо идти. Я рассеянно кивнула.

— Не споришь? — Акорн испытующе заглянул мне в глаза.

— А есть смысл? — грустно улыбнулась я.

Он опустил плечи, как будто устал от какого-то груза. Протянул руку, но остановил её на полпути ко мне. Сжал в кулак и убрал.

— Нет. Пока отдыхай, — он встал и отвернулся.

— Акорн, — позвала я, прежде чем он ушёл. — Откуда ты знаешь… то имя?

Я боялась задавать этот вопрос. Вцепилась пальцами в юбку и не решалась посмотреть на него.

— Привиделось, — после паузы сказал он. — Я не буду лезть в твои секреты. Можешь не бояться.

И командор вышел.

Значит, привиделось. Так же, как мне виделся отряд в лесу и полёт? У меня возникло ощущение, что кто-то наблюдал за мной и подталкивал в нужном направлении. К нужному сюжету…

Находиться в комнате стало тяжело: не хватало воздуха. Поэтому я вышла подышать на крыльцо. Прошлась до скамейки, стоящей у дерева, запрокинула голову и смотрела на незнакомое сумрачное небо.

Вдали перед глазами, хлопая крыльями, пролетела птица. Звуки в деревне стихали. Где-то недалеко слышался треск огня. Так… горит, что ли, что-то? Этого ещё не хватало.

— Роула! — в калитку вошёл запыхавшийся Росс, самый младший из отряда командора. — Ты лечила Тобольда?

— Нет, — чувствуя неладное, я встала. — Он не подходил ко мне и выглядел нормально.

— Идём! — Росс потянул меня за рукав.

Мы вышли, и Росс повёл меня к краю деревни. За ней, там, где кончились дома, была небольшая ровная площадка. На ней горели пять небольших костров: четыре по сторонам, и пятый в центре. На земле были вырыты какие-то узоры, ведущие от одного костра к другому. Пахло специфической травой, которую жгли. Тобольд лежал на земле рядом с центральным, охваченный пламенем. И… как я должна его исцелить?

— Опять перестарался, — раздался позади голос командора.

Глава 20. Скрытая сила

Я обернулась, но чуть не врезалась носом в Акорна. Он стоял очень близко. Взял меня одной рукой за плечо, а второй повернул мою голову, заставляя смотреть на огонь.

— Подойди и исцели его. Это священный огонь, он тебя не тронет.

— Да? — немного нервно переспросила я. Даже если я будущая “жертва”?

— Я тебе помогу, — наклонившись, сказал он.

Он мягко подтолкнул меня вперёд. Прогресс — заставляет выполнять свои приказы, но не жёстко. Но почему-то хотелось довериться Акорну.

Мы подошли к лежащему Тобольду. На его лице застыло страдальческое выражение, но в остальном он был цел: кожа чистая, только одежда медленно чернела. И правда, волшебный огонь.

Акорн надавил на плечи, заставляя сесть. Меня бросало в жар то ли от близости командора, то ли от огня. Не давая толком подумать, Акорн взял мою руку и прислонил к груди Тобольда.

— Давай, — сказал он.

Руку защипало, а огонь, казалось, разгорался сильнее, как будто желая поглотить и меня. Я зажмурилась, чтобы не видеть и не пугаться, и выпустила силу. Появились привычные ощущения в ладони, а покалывание начало отступать. Я не прекращала лечения, пока не услышала тихое “Теперь всё”. Открыла глаза и столкнулась с ничего не понимающим взглядом Тобольда. Он поморгал, потом сел. Огня на нём уже совсем не было, но вот рубаха осыпалась, как пепел…

Тобольд получил подзатыльник от командора.

— Рассчитывай свои силы, идиот! Почему не исцелился перед ритуалом?

— Роула и так устала, а я получил только одну царапину, — поворчал Тобольд, стряхивая пепел с плеч.

Я невольно отметила, что Тобольд тоже неплохо сложен. Наверное, все в боевом отряде такие… Мысль додумать не успела, меня подхватил на руки Акорн. На этот раз не на плечо, а по-нормальному, что было гораздо приятнее и удобнее. И… немного смущало.

— Сейчас она устала ещё больше. Закончи ритуал, — бросил он Тобольду и унёс меня.

Я почувствовала, насколько устала. Мне даже встало всё равно, будут ли мои действия иметь последствия или нет, я приложила голову к плечу Акорна и прикрыла глаза. Тепло. Акорн вернул меня на лежанку, наказал отдыхать и вышел.

Буквально через минуту дверь снова открылась, командор поставил возле моей лежанки тарелку с кашей и травяной напиток, и так же молча опять удалился.

Я ещё несколько мгновений с удивлением таращилась на дверь. Это было проявление заботы? Приятно, но радоваться рано. Значит, сегодня я показала свою ценность, и он вряд ли отпустит меня.

***

На следующий день я чувствовала лёгкую слабость, но не более того. Тобольд горячо благодарил меня и сказал, что будет должен.

— Что это был за ритуал? — поинтересовалась я у него за завтраком.

— До того, как пойти воевать, я был служителем Храма огня. Вчера я собирался дать деревенским больше священного огня. Получить его можно только в храмах, но я хотел сделать копии с помощью ритуала. Благодаря тебе получилось.

— То есть, его нельзя использовать как обычный огонь, просто поджечь от него что-то?

— Объясню с начала. Этот огонь может жить только на священном камне, не сжигая его. Ещё он не трогает служителей Храма и людей, близких к богу огня. Получается, его можно распространить, но постоянно придётся подкидывать ему дров. Чтобы обойтись без этого, с помощью ритуала я сделал ещё несколько священных камней. Теперь огонь можно поставить вдоль стены в нескольких местах — это защитит деревню лучше.

— В храме не могли дать сразу несколько таких камней? — я не понимала, почему они не озаботились этим раньше.

— Храм в соседнем селе, возможно, у священника не хватало сил. И необходимости не было. Им повезло, что когда пришло много тварей, мы оказались здесь.

Теперь мне хотя бы стало понятнее.

— Роула. Я заметил кое-что и пока не говорил никому, — вдруг наклонился ко мне Тобольд.

Он коснулся руки, но я поспешила разорвать прикосновение. Почему-то оно показалось неприятным.

— В тебе есть ещё одна сила, — продолжил он. — Ты могла бы стать служительницей храма.

Вот тут я заинтересовалась. Если уйду в храм, командор же не найдёт меня там? Стоп, нет, меня же прям там в жертву и принесут, без командора.

— Не думаю, что выберу такую дорогу, — поделилась я.

— Но ты должна знать. Я бы даже мог тебе помочь, ведь я теперь тебе должен, — улыбнулся он. — А в Храме ветра не хватает служителей.

— Ветра? Не огня? — удивилась я.

— Ветра, я про огонь и не говорил, — пояснил он.

Это меняло дело. Бог ветра никак не был связан с этой легендой, и возможно, в его храмах я могла бы найти союзников. Надо было срочно больше узнать об этом!

— Расскажешь чуть подробнее? — спросила я Тобольда.

Он слегка улыбнулся, как будто ожидал моего вопроса. Но ответить не успел.

— Выдвигаемся! — раздался над головами голос командора. — Роула, ты идёшь со мной.

Я думала, Акорн хотел поговорить. Но он просто молча усадил меня на своего коня, залез следом, и мы поехали. С Тобольдом так и не удалось поговорить. Меня терзало любопытство, я немного злилась на командора, который нас прервал. Вот что ему стоило выдвинуться на пять минут позже?

Мы ехали тропой ветра, останавливались ненадолго и по необходимости. Даже обедали, трясясь в сёдлах. Я вымоталась, а пятая точка, казалось, стала одной сплошной мозолью. И это при том, что Люмина любила верховую езду! Но, как итог — уже к вечеру мы были у замка командора.

Правильнее было бы сказать, у крепости. Вымощенная дорога шла серпантином вверх. Между гор была зажата крепость, огороженную двумя полукольцами крепостной стены. Я словно попала в средневековую сказку. Если бы только в ней мне была отведена другая роль, то совсем было бы хорошо.

Нам заранее начали открывать ворота. Дозорные и местные, которые вышли встречать командора, бросали на меня полные любопытства взгляды. Да, я всё ещё ехала вместе с Акорном, что не могло не вызвать вопросов. Наверное, останься я невестой, въезжала бы сюда точно так же.

Мы преодолели и вторую крепостную стену, и за ней нас встретили дома повыше и подороже. Но люди точно так же выходили и встречали командора, кланялись, а дети бежали вперёд и кричали, что командор приехал. В памяти Люмины у командора была неоднозначная репутация, но для здешних людей он, видимо, был спасением.

Во дворе перед крепостью мы спешились. Кто-то сразу подошёл к Акорну с докладом, конюх забрал лошадей. Отряд, весело переговариваясь, направился к главному входу. Я задрала голову и рассматривала крепость. Наверняка тут были тайные ходы и секретные комнаты.

Опомнившись, я пошла за остальными внутрь. Но дорогу вдруг преградил прямой, как палка, старичок в расшитом узорами пиджаке.

— А вам, милочка, сюда нельзя.

Глава 21. К нам едет...

— Почему? — резонно спросила я.

— Потому что сюда не каждому можно входить. Вы вообще кто, милочка? — старик осмотрел меня с головы до ног.

— Наш новый целитель, — раздался рядом низкий голос командора. — И ей можно внутрь. Роула, это наш распорядитель, Сильвейс. И он поможет тебе разместиться.

На последних словах Акорн смотрел на Сильвейса, намекая, что это приказ. Распорядитель поклонился, потом посмотрел на меня и недовольно сморщил лицо.

— Следуйте за мной, — и еле слышно добавил: — И не нужен нам вовсе целитель…

Командор зашёл внутрь через главный вход, а распорядитель повёл меня к низкой пристройке, стоящей вплотную к крепости. Настолько низкой, что внутри пришлось пригибаться.

Встретили меня маленькая прихожая, бочка с водой и четыре двери. Сильвейс пинком открыл одну из них.

— Располагайтесь, милочка. Это теперь твоя комната, — криво ухмыльнулся он и собрался уйти.

Я с опаской заглянула в комнату. Вместо кровати там лежало сено, накрытое тканью. В углу валялось несколько предметов, быстрым взглядом я приметила молоток и масляную лампу. В остальном было пусто. В этой комнате невозможно было жить, возможно только спать, и то не всякому.

— Стойте! — крикнула я распорядителю. — Где мне взять всё остальное? У меня даже сменной одежды нет. Одеяло нужно…

— Спросите у лорда, у меня дела, — закатил глаза Сильвейс.

— Хорошо, — я пожала плечами.

— Милочка, это шутка, шутка! — замахал он руками и, кажется, испугался. — Командора нельзя беспокоить по таким пустякам. Я вам всё выдам.

Я хмыкнула. Значит, распорядитель решил на мне схалявить, но не вышло. В итоге Сильвейс выдал мне всё необходимое на первое время и даже немного показал крепость. Ну как показал. Я задавала вопросы, а он с неохотой отвечал.

Гружёная постельным бельём, одеждой и полотенцем, я шла обратно в пристройку и чуть не столкнулась с командором. Если бы увидела его раньше, этого бы не произошло, я просто не пошла к нему навстречу. Но я была сосредоточена на том, как бы чего не уронить, и заметила Акорна слишком поздно.

Я почувствовала аромат мыла. Длинные волосы командора были распущены и намокли на кончиках. Он был в штанах и простой свободной рубахе с глубоким вырезом, чуть показывающим мускулистую грудь.

— Как ты устроилась? — спросил он.

— Если честно, не очень, — призналась я, наконец оторвав взгляд от груди и посмотрев в глаза.

Лицо командора омрачила тень. Ему явно не понравился мой ответ.

— Это тебе не столица, привыкай к условиям, — в его голосе появился холод. — Жду тебя на ужине.

— А можно я не приду? — рискнув, спросила я.

Во-первых, я не забывала о цели как можно меньше общаться с Акорном. А во-вторых, он мной явно не доволен, и лучше мне не попадаться ему на глаза.

— Там будут все, мы обсудим дальнейший план. Тебе тоже надо быть, — отрезал он.

Мозг быстро выстроил цепочку: если все, то и Тобольд, а значит, я могу узнать о Храме ветра.

— Так точ… В смысле, да, раз все, то и я буду, — немного повеселела я.

Это, похоже, тоже не понравилось командору. Его брови сдвинулись к переносице, а ноздри раздулись. Я поспешила уйти, пока не грянул гром. Неловко поклонилась и буквально побежала по коридору.

До ужина я еле успела навести в комнате чистоту и порядок, узнать, где здесь можно помыться и сходить в душ для прислуги, где вода лилась из огромной ёмкости над головой.

И в итоге я опоздала. Зашла в главную столовую последняя, поздоровалась и села в самом конце длинного стола. Но и отсюда чувствовала, как Акорн сверлил меня взглядом.

За столом сидел весь отряд и ещё пара незнакомых мужчин. Один, в возрасте и с посохом, сидел рядом и что-то хрипло рассказывал командору.

— Значит, так просто там не пройти? — уточнил Акорн.

— Ворон вернулся без добычи, — улыбнулся самый крупный из отряда, Грицеус. — А значит, там точно легко не будет.

— Тобольд, что скажешь? — спросил Акорн.

— Моих сил не хватит. Нам бы ещё одного служителя огня, — он бросил короткий взгляд на меня. — Или ветра.

— Думаешь, возможно найти второго безумца-служителя? — ткнул в бок Тобольда Росс. — Тем более, за такое короткое время.

— Времени у нас чуть больше, — перебил командор. — Ко мне пришло письмо из Ауромии. К нам едет моя невеста. Это нас задержит.

Глава 22. Не уследил

Акорн.

Акорн сразу заметил, когда она зашла в столовую. Роула. Или Света? Он до конца сам не верил в тот странный сон, пусть реакция девушки косвенно подтверждала его. Но что она там сказала? “Откуда вы знаете это имя”? Мало ли странных имён в Ауромии.

В тот раз Акорну снилась девушка. Весёлая и добрая. Она сидела в кругу друзей у костра. Он знал, что это Роула, но друзья называли её Света. А потом всё потемнело, и богиня Ветра произнесла: “Выбирай сам”. И Акорн выбрал вернуть её. Чтобы исправить… Что исправить — он не знал и не помнил. На этом сон или видение, закончилось.

Он всё больше понимал, что Роула не так проста, но никак не мог разгадать, почему. Что в ней такого? Вот сейчас она, стараясь быть незаметной, спокойно села в конце стола. На Тобольда даже не взглянула, хотя Акорн был уверен, что что-то между ним и Роулой начинало происходить. Уж больно часто они бросали друг на друга взгляды украдкой. Поначалу только Тобольд, но после случившегося в деревне — Роула тоже.

Это не нравилось командору. Нет, это его раздражало настолько, что он хотел наплевать на всё и держать Роулу рядом с собой всё время. Он до конца не понимал почему.

Быстрое совещание за ужином прошло неплохо. Еда тоже была хороша: повар расстарался. Но встала из-за стола Роула бледной, как известняк.

Акорн забеспокоился. Непривычная, тепличная девушка могла просто-напросто заболеть. Или еда ей не подходила. Вот, морщилась же она, когда речь заходила о комнате, в которой она будет жить. Привыкла к роскоши, пусть и служанка, а здесь всё по-простому. Не видел Акорн смысла в излишествах.

Но вот ради невесты придётся об этом задуматься. Если служанке здесь не нравится, то что станет с Люминой? В обморок упадёт или сразу домой поедет.

Акорн поймал себя на мысли, что даже обрадовался бы последнему.

После ужина командор хотел поговорить с Роулой, узнать, что с ней. Окликнул. Она остановилась, как вкопанная, а потом обернулась к нему ещё более бледной, чем когда вставала из-за стола.

— Болит что-то? — спросил он.

— Нет, всё хорошо, — тихо ответила Роула, суетливо поправив простое платье, которое они взяли в деревне.

Акорн внимательно осмотрел её. Она избегала его взгляда, губы подрагивали, а пальцы сжались. Она боялась его?

Эта мысль неприятно удивила Акорна. Но часто вызывал страх, особенно у незнакомых людей. Но Роула… Она же вроде бы уже должна была к нему привыкнуть. Несколько дней в одном седле. Да и буквально недавно она разговаривала с ним без страха.

— Боишься идти за огненным камнем? — догадался он.

Роула только кивнула.

— Я защищу тебя. Не бойся, — заверил он.

Но она, видимо, не поверила. Улыбнулась как-то печально, как будто думала, что будет не так. Акорна это злило. Почему? Или Роула что-то скрывает? Прижать бы её к стенке и… выведать, что.

Видимо, во взгляде командора можно было прочесть его мысли. Роула спешно попрощалась, пролепетала, что ей надо отдохнуть, и ушла. К главному входу. Но разве она не сказала, что пойдёт к себе в комнату?

Командор проследил за Роулой и убедился, что она вышла во двор. Какого вурдалака? Сбежать вздумала?

Но нет, девушка пошла в пристройку для приходящих на время летнего сезона слуг. Теперь у командора вопросы были не к Роуле, а к Сильвейсу. Старик совсем сбрендил, селить туда целителя? Командор нашёл распорядителя и выяснил, что ошибки нет: этот старик поселил целительницу в пристройку. Пришлось вдолбить в голову распорядителю, что он был не прав. Старик давил на жалость и извинялся, но Акорн его не уволил только из-за того, что не успел бы найти нового до приезда невесты.

Теперь он понимал, почему Роула так отреагировала на вопрос о комнате. Надо было исправлять ситуацию. Акорн приказал подготовить новую комнату, а сам пошёл предупредить Роулу.

Но девушка уже спала — свет не горел. Акорн сомневался, будить её или нет. Но решил постучать, потому что Роуле пришлось бы спать в холодной пристройке, а девушка и так выглядела вечером не очень здоровой.

Командор только поднял руку, чтобы постучаться, как дверь распахнулась. На пороге стояла Роула. Одетая тепло, в накидке и с котомкой за плечом…

Глава 23. Ночной гость

Это было уже даже не смешно. В этот раз попытка побега провалилась на старте: стоило мне открыть дверь, как я столкнулась с командором. И что, спрашивается, ему понадобилось от меня так поздно вечером?

Я устало опустила котомку на пол и посмотрела в горящие гневом глаза командора, готовясь принять свою судьбу. Было страшно, но уже не так сильно, как раньше. С грустью я констатировала, что привыкаю…

— Зря вещи положила. Бери и идём за мной, — приказал он.

Под тяжёлым взглядом я подняла котомку. Акорн взял меня чуть выше запястья, обхватив руку полностью и крепко сжав, и повёл прочь.

Мы вышли во двор, зашли в крепость. Я еле успевала за его широким твёрдым шагом. В одном из коридоров нам навстречу попался распорядитель.

— Я всё подготовил, — заискивающе сказал он командору.

— Она будет в комнате рядом со мной. Тащи всё туда.

Распорядитель открыл рот и перевёл полный удивления взгляд с командора на меня. Я ответила ему такими же округлившимися глазами. Понятия не имела, что в голове у Акорна. Видимо, решил сам за мной следить.

— Я понял, — на удивление, Сильвейс не стал спорить.

Командор дошёл до одной из комнат и толкнул двери. Мы зашли в средних размеров комнату. По сравнению с дворцом, в котором жила Люмина, тут было всё гораздо суровее: надёжная мебель из дерева, каменные стены, прикрытые гобеленами, камин, кресло и кровать. Единственное окно было закрыто створками.

— Располагайся, — командор остался стоять в дверях.

Я повертела головой в поисках шкафа. Его не было, зато нашёлся стоящий на полу большой сундук. Положила котомку туда.

— Не хочешь ничего сказать? — продолжая буравить меня взглядом, спросил командор.

Я понимала, что оправдываться бессмысленно. Не попробовать не могла. Уж не знаю, что за “Люмина” едет сюда вместо меня, но её свита точно узнает меня в лицо. А если будет ещё кто-то из родственников, то скандала не избежать.

— Мне нечего сказать, — ответила я. — Вы притащили меня сюда. Вы заставляете участвовать в своей войне. Я просто хотела бы жить в спокойствии.

Командор вмиг оказался рядом и навис надо мной.

— Думаешь, эта война тебя не коснётся? — гневно зашипел он. — Ты ела фрукты, тепло одевалась и вообще дышала ТОЛЬКО из-за того, что мы сдерживаем этих тварей на одной границе.

Я сглотнула. В общем-то, он прав, и я собиралась поступить слишком эгоистично. Но и он не вправе требовать от меня жертвовать собой. А если я влезу в эту войну, то неизбежно приду к несчастливому финалу. Просто Акорн об этом не знает.

Я молчала, выдерживая его взгляд.

— Но вечно мы сдерживать их не сможем. Поэтому мне плевать, хочешь ты или нет, но ты идёшь с нами. И только попробуй уклониться и не использовать силу.

Он развернулся и чуть не сбил с ног только что вошедшего распорядителя. В руках Сильвейс держал кувшин с водой и чашу с фруктами. Чуть не уронил, но устоял.

— Повесь сюда замок и запри её, — бросил командор и хлопнул дверью.

Мы с Сильвейсом снова смотрели друг на друга в полнейшем шоке. Он положил на тумбу у кровати кувшин и фрукты, и вышел. Я была рада, что ничего он спрашивать не стал, и я, наконец, осталась одна.

Рухнула на кровать и заплакала. Ничего не выходило. И в глазах командора я теперь предательница. Если бы не угроза жизни, я бы была не прочь помочь остановить тех монстров. Тем более, от меня требовалось только лечить, а не участвовать в войне лично.

Но делать нечего, придётся это принять. Я почти успокоилась, но тут услышала, как на дверь вешают замок, и расплакалась вновь. Отлично, теперь меня ещё и заперли!

Я выдохнула. Нет, всё нормально. Если Акорн будет держать меня в этой комнате до начала похода, то я так и не пересекусь с поддельной принцессой. А значит, не буду раскрыта. Надо не забывать о брате, который хотел от меня избавиться.

На этот раз действительно успокоившись, я выпила воды и полезла доставать одежду. Но стоило только переодеться в пижаму и собраться лечь под тёплое одеяло, как кто-то постучал.

И не в дверь, а в окно. Я замерла и прислушалась. Стук повторился.

Любопытство оказалось сильнее опасений: я осторожно приоткрыла створки окна. В нос ударил свежий ветер, а за окном никого не было. Только вдали крупная птица гналась за вороном. Показалось?

Я закрыла створки и легла спать, стараясь не задумываться о странностях. От усталости провалилась в сон сразу же, как голова коснулась подушки.

Проснулась от холода. Причём замерзал у меня только один бок, на который дуло. За окном только начинался рассвет, створки были настежь открыты. Я приподнялась, намереваясь встать, но почувствовала, что что-то мешает. Что-то мягкое и тёплое.

С немалым удивлением я увидела сидящую рядом и мирно спящую большую хищную птицу.

Глава 24. Просьба и обещание

— Акорн?

Я с сомнением разглядывала птицу. Вроде бы та же. Она, или правильней теперь будет говорить, — он, поднял голову и сонно посмотрел на меня. Мол, что не спишь.

— Вы же на меня были в гневе. Зачем прилетели?

Птиц наклонил голову набок, словно не понимая, о чём я. Может, правда не понимал? Или это был не командор. Мало ли тут оборотней. В любом случае надо было её выгонять.

Я аккуратно взяла птицу, в который раз поразившись, насколько она горячая, если чуть просунуть под перья пальцы. Перенесла к подоконнику и вытянула руки, предлагая улететь. Птиц встрепенулся, расправил крылья, повернулся… ко мне. И, оттолкнувшись, полетел в комнату, коснувшись моей щеки пером. Хлопая большими крыльями, он сделал круг и приземлился ко мне на плечо, сжав его острыми когтями. От неожиданности я вскрикнула.

— Аккуратнее! — нахмурилась я на птицу. — И вообще, вам пора. Вы утром об этом пожалеете, командор.

Он боднул меня головой, а потом перелетел на кровать. Я ойкнула: от когтей птицы на плече осталась царапина.

Ситуация патовая. Я не могла выгнать командора силой: он будет зол. И оставить его не могла по примерно той же причине. Потому что я намеревалась закрыть окно, и он бы, возможно, не выбрался бы сам.

Может быть, он не до конца контролировал себя в ипостаси животного? Или же с ним что-то случилось?

Я предприняла ещё одну попытку выгнать командора. Но на этот раз птиц не дался в руки, улетая или уворачиваясь.

— Вы что, поняли, что я хочу вас выгнать? — спросила я птицу. Но та не отреагировала, просто продолжала наблюдать за мной. — Но вам надо уйти. Вы не можете спать тут.

Он не послушал. Не сдвинулся с места.

Делать нечего — я закрыла створки окна и легла. В конце концов, он же как-то их открыл? Захочет — откроет во второй раз.

Птиц приземлился рядом, на кровать. Уже засыпая, я почувствовала, как он пролезает ко мне под руку…

Проснулась я из-за криков и топота за окном. Снаружи развели какую-то уж очень активную деятельность, и уснуть вновь было невозможно. Из-за закрытых створок было темно, спалось мне хорошо. Впервые за время пребывания в этом мире.

Я сладко потянулась, не вставая с кровати, и тут поняла, что мне что-то мешает сбоку. Точнее, кто-то. Сердце замерло на миг: рядом спал командор в своей человеческой форме. Хорошо, что одетый, кажется. Его тело было обтянуто чешуйчатым доспехом, мягким на ощупь (в этом я убедилась, когда слабо потрясла Акорна за плечо).

Командор открыл глаза, сфокусировал взгляд на моём лице. Но не проснулся окончательно, наверное. Потому что смотрел на меня без гнева, без подозрений, а даже как-то… любуясь?

— Кажется, вас уже ищут, — прошептала я.

Он одним быстрым движением оказался сверху, взяв мою руку в захват. Вот теперь я испугалась. Но в то же время меня немного будоражила его близость…

— Что ты сделала? — прохрипел он.

— Я? Это вы вчера не хотели улетать, — говорила и смотрела на его губы.

Взгляд Акорна потемнел. “Так, Света, хватит играть с огнём”, — решила я и перевела взгляд куда-то на плечо.

Акорн встал, и я оказалась на свободе. Я радостью вздохнула полной грудью.

— В следующий раз выгоняй орлана, — глухо сказал командор и отвернулся. — И ты пока заперта тут.

Он подошёл к двери, дёрнул ручку… закрыто. Логично, замок же висел снаружи. Тогда Акорн открыл окно.

— Подождите! — сказала я, пока он не улетел.

— Что? — вздёрнул он бровь, скользнув по мне взглядом и снова посмотрев в окно.

— Можно мне не встречаться с делегацией из Ауромии? У меня есть причины…

— Я подумаю, — кивнул он.

Залез на подоконник, посмотрел вниз… и прыгнул! Я хоть и знала, что он оборотень, но всё равно испугалась. Подскочила и выглянула на улицу. Всё было в порядке: птица набирала высоту, летела над внутренним двором крепости. Я выдохнула.

День проходил очень медленно. Меня покормили завтраком и предоставили самой себе. Я не догадалась попросить книг у Сильвейса, когда он заходил. Осмотрев всю комнату и предметы в ней, я заскучала. Единственным развлечением было смотреть в окно, подставляя лицо и руки тёплому солнцу и прохладному ветру. И думать.

Интересно, если я как-то связана с ветром, может, и я смогу полетать? Я вытянула руку и постаралась создать или призвать ветер. Не вышло. Не так-то это оказалось просто.

Еле дождалась обеда. Когда замок щёлкнул и открылась дверь, я сразу подошла ближе, чтобы сразу попросить Сильвейса о книгах. Но это оказался Тобольд. Я улыбнулась, обрадовавшись ему. Может, смогу расспросить о храме Ветра. Тобольд знал больше остальных, он же был служителем, да и ответил бы охотней того же распорядителя. Не могла поверить, что мне повезло, что пришёл именно он.

— Привет, — улыбнулся он. — Сильвейс просил передать тебе еду.

— Спасибо, — я приняла тарелку и стакан из его рук. — Скажи, а ты не мог бы принести мне книги? О Храме ветра желательно, если есть. А то скучно…

— Книг таких нет, — будто извиняясь, улыбнулся Тобольд. — Но я бы мог попробовать тебя научить.

— Использовать магию? — обрадовалась я.

— Это не совсем магия, хотя похоже. Использовать силу ветра.

— А в чём разница? — я поставила еду на тумбочку.

— Служители заимствуют силу стихии у бога. И от его веры и возможностей тела зависит, сколько силы служитель может получить. А маг использует только свою энергию, а потом медленно её восстанавливает. И дальше своего предела развиться не может.

— Разница только в источнике сил? — переспросила я.

— Не только. Сейчас нет времени, давай я приду вечером и расскажу. А потом попробуем. Вдруг я ошибся, когда почувствовал силу ветра в тебе?

Я согласилась. Других вариантов не было: только дождаться Тобольда с его объяснениями. Он кивнул и вышел, ещё раз пообещав, что придёт позже. Я спокойно пообедала и снова вернулась к окну.

Неожиданно мирная суета во дворе уже полностью исчезла. Все смотрели на ворота, которые медленно открывались. Во внутренний двор въехала карета, а за ней несколько конных рыцарей Ауромии. Я помнила благодаря Люмине.

Я невольно отошла от окна. Быстро же они. Интересно, Акорн выполнит ли мою просьбу? Заставив себя вновь подойти ближе, я рассматривала карету и сопровождение. Главное, чтобы не приехал Чойс. Вот с ним мне нельзя пересекаться, а на остальное в принципе всё равно.

Командор в сопровождении своей команды вышел на крыльцо — встречать. Ради этого он надел плащ и выглядел даже как-то величественно. Карета остановилась перед входом. Моё окно было недалеко, и я отлично всё видела.

Из кареты первым вышел дядя. Кто бы сомневался, что он будет здесь, ему лишь бы выслужиться. Да и в наш союз с командором он верил и рассчитывал на выгоды от него. Он подал руку кому-то, и из кареты показалась… Роула. Моя фрейлина, которая помогла мне сбежать и имя которой я назвала командору вместо своего.

Глава 25. Не ждала

Командор кивнул Роуле и пригласил всех внутрь. Я проследила за тем, как они один за одним скрылись внутри, и, медленно подойдя к кровати, села. И что теперь делать?

Люмина помнила Роулу как хорошую девушку, мягкую, отзывчивую, немного наивную, но со своими твёрдыми идеалами и убеждениями. Я почти не сомневалась, что она мне поможет, когда сбегала. И как её угораздило занять моё место?

С другой стороны, неважно. Она — не я, и её не потребуют в качестве жертвы огненному богу. Или потребуют? Богу была нужна жена Акорна или именно Люмина?

В душе клубилось сомнение и нехорошее предчувствие. Мне эта ситуация не нравилась. Поговорить бы с Роулой… Только вот это было опасно.

Я легла на кровать, раскинув руки. Оставалось только ждать, когда делегация уедет.

Стоп! Я подскочила и снова села. Память Люмины вовремя подкинула мне, что в этом мире помолвка — совсем не то, что в нашей современности. Тут это обряд, обещание перед богами. Его потом не отменишь просто так, особенно когда речь идёт о помолвке в высшем свете.

Я вдруг осознала, что Роула прямо по-настоящему станет женой Акорна. А потом…

А потом Чойс убьёт её? Или скорее выдаст Акорну, чтобы рассорить две страны. Второму принцу была бы выгодна война.

Я не знала, как это предотвратить. Никак. Хотелось бы только быть от этих войн и интриг подальше, но поздно: я уже была в эпицентре.

Значит, надо не допустить помолвки. Только как, если я всё ещё не хочу признаваться?

Я представила, в каком гневе будет Акорн, и поёжилась. Остаток дня я мучилась, меряя шагами комнату и думая. Плана не было. Единственное, на что надеялась — что вечером придёт, как и обещал, Тобольд, и я расспрошу его подробнее. Мне хотя бы узнать, когда будет помолвка. А вдруг сейчас?

От последней мысли в груди совсем всё сдавило. Неужели я ревновала? Не хотела быть с Акорном, но и отдавать его не хотела?

Это плохо, я постаралась подавить возникшее чувство. Если командор женился на Люмине в легенде, то это не значило, что он предназначен мне. Я тут вообще была ни при чём.

Интуиция взбрыкнула, словно я была не права. Но додумать, почему, я не успела: ключ в замке повернулся, дверь открылась.

— Наконец-то ты пришёл, — я бросилась вперёд, встречать Тобольда.

Но на пороге был не он, а командор.

Я замерла, глупо моргая. Совсем не ожидала его сейчас видеть, он же должен быть с гостями. Радость от того, что он всё же зашёл, сменилась опасением. А вдруг он сейчас скажет, что я должна спуститься к приехавшей делегации?

— Ждала кого-то другого? — прищурился Акорн.

Да, но говорить об этом вслух я не собиралась, чтобы не провоцировать как всегда мрачного командора. Он и так сильно сжимал кулаки и буравил меня взглядом.

— Ужин, — выкрутилась я.

— Принесут, — он прошёл и закрыл дверь. Вроде бы немного расслабился. — Чойс не приехал.

Я кивнула. Хоть одна хорошая новость. Акорн подошёл ближе и о чём-то задумался, изучая моё лицо. Его взгляд смущал, вызывал непонятное волнение в груди, и я отшагнула и спросила:

— Вы пришли по какому-то делу?

— Да. Расскажи о своей госпоже, о Люмине.

Я крепко задумалась. Сложно рассказать о себе, описывая со стороны. Но командору сватают Роулу, означает ли это, что надо говорить о ней?

— Она… хорошая. Светлая, добрая. Любит клубнику.

Я замолчала, не зная, что ещё сказать. «Выполняет свои обязанности» звучало бы странно.

— Хорошая, значит, — Акорн задумался, положил руку на свою шею, размял её. — Что смотрит тогда, как затравленный зверёк?

Неужели, он не догадывался?

— Волнуется, наверное, — мне захотелось выгородить Роулу. — Рядом с вами любой теряться будет.

Я прикусила язык, поняв, что лучше не продолжать эту тему.

— И ты? — Акорн шагнул ближе, заглянул мне в глаза.

Я сглотнула. Но не могла отвести от него взгляда. Он как будто хотел услышать от меня что-то определённое, ответ ему был очень важен. Но что?

— Я привыкла, — не отрывая глаз, призналась я.

Акорн подался чуть вперёд. Его мышцы лица расслабились, делая выражение намного мягче, взгляд потемнел и затуманился. Он тянулся ко мне, поддаваясь порыву, и… что он хотел сейчас сделать? Я замерла, испытывая опасение и предвкушение одновременно.

В этот момент дверь открылась и раздался скрипучий, ворчливый голос распорядителя.

— И смысл запирать, если никто за замком не сле…

Бросив последний взгляд на мои губы, командор развернулся и направился на выход. Неожиданно я почувствовала сожаление. А ещё я поняла, что он сейчас уйдёт, и не факт, что вообще вернётся до начала нашего военного похода.

— Стойте! — бросила я в спину. Акорн замер. — Могу я встретиться с принцессой? Только так, чтобы остальные не знали… Пожалуйста.

Акорн обернулся и хмыкнул.

— То просишь тебя от них спрятать, то ищешь встречи. Нет уж, сиди в этой комнате и ни шагу отсюда.

Сказав это, он ушёл. Мне хотелось выругаться, остановило только присутствие Сильвейса и то, что он, скорее всего, не знал таких слов. Я досадовала на себя, что не попросила позже, когда у командора было бы нормальное настроение. И времени придумать вескую причину для встречи не было.

Да и Акорн хорош! Ему же вообще это ничего бы не стоило. Просто включил вредность. Зачем он на самом деле приходил? Что на него нашло перед тем, как зашёл Сильвейс?

Распорядитель оставил мне еду и, бубня, что он уже ничего не понимает, ушёл. Запер замок.

Вот теперь всё, я была связана по рукам и ногам. Я села на кровать и от всей души побила подушку. Ничего не выходит так, как надо! Почему?

Избиение прекратил ключ, снова повернувшийся в замке. На этот раз в комнату зашёл Тобольд. Я даже обрадовалась ему: хоть один нормальный человек, выполняет обещание, хочет помочь.

— Я ждала нашего урока, — я улыбнулась.

Он в ответ тоже улыбнулся: довольно, даже, можно сказать, победно. Оглядел комнату и почесал затылок.

— Ешь, силы тебе понадобятся. А потом пойдём в одно место. Здесь ветру не разгуляться.

Глава 26. Нарушение приказа

Акорн.

Весь день всё шло наперекосяк. Начиная с того, что вечерний полёт, который должен был, по идее, разгрузить мысли и дать отдых, закончился не в привычном месте, а в спальне целительницы.

Обычно Акорн легко брал верх над животной сущностью, даже в ипостаси орлана. Но в этот раз не смог. Он даже толком не старался: любая разумная мысль о том, что это не к месту и он смутит девушку, гасилась на корню желанием быть рядом. Возможно, орлан хотел как-то загладить то, что Акорн накричал на неё. В каком-то смысле птица была его совестью, которую иногда приходилось игнорировать из-за военного времени. Живи они в мире, Акорн бы не стал заставлять Роулу быть всё время рядом… Или ему хотелось так думать.

В любом случае это была его ошибка, что не справился с инстинктами. Видимо, путь измотал его больше, чем он думал. Но времени на отдых не было: как назло, именно сегодня приехала его невеста. И она Акорну сразу не понравилась.

Держалась напряжённо, боялась его. Но этот страх не переходил в действия, как у Роулы, а делал из принцессы безвольную куклу. Казалось, все силы Люмины уходили на то, чтобы улыбаться, соблюдать этикет и держать спину прямо. Не было ни королевской грации, ни величия. Как марионетка, а не особа королевских кровей.

Конечно, Акорн не знал, в каких условиях она росла. Возможно, она и была марионеткой одного из принцев. Но это было не важно: причины их помолвки были политическими. Нравится, не нравится — помолвка состоится. Поэтому Акорн терпел и старался не выплёскивать на принцессу своё недовольство.

К вечеру ему просто необходима была отдушина. Орлан снова тянулся к Роуле, он вообще сразу её признал, как только она подошла. Даже не когда вылечила, а раньше. И это было проблемой, потому что совсем не считаться с птицей было нельзя. Так что Акорн придумал на ходу повод зайти.

Лучше бы не приходил. Роула ждала кого-то другого. Вместо успокоения, орлана раздирал гнев и ревность. Кто-то нарушил приказ. Кто и когда успел к ней зайти? Ключ был только у распорядителя и у самого командора. Сильвейса ждал тяжёлый разговор.

Акорн выслушал пустые слова Роулы о принцессе и как за ниточку зацепился за оброненную фразу. Рядом с ним… Что сама Роула чувствовала рядом с ним?

— И ты? — он шагнул ближе, желая коснуться её.

Но торопиться было нельзя, чтобы не испугать её ещё больше. Пусть сначала ответит.

— Я привыкла, — немного грустно пожала плечами она.

Но в глубине её глаз читалось другое. Она сопротивлялась этому чувству, но тоже хотела быть рядом с ним. Ближе. Гораздо ближе, чем сейчас.

Акорн посчитал это приглашением и поддался вперёд, чтобы… он сам не до конца понимал, что. Коснуться её, но как? Стиснуть в объятиях, не позволяя никуда от него уходить, а потом взять от неё больше…

Скрип двери и неуместное ворчание Сильвейса привели Акорна в чувство. У него, вообще-то, есть невеста, прямо в замке, в западном крыле.

Акорн вышел, осознавая, что ещё миг, и он может передумать и остаться.

Он не планировал сегодня летать, потому что опасался, что орлан снова прилетит к Роуле, как вчера. Но птица тоже ревновала к тому, что девушка явно ждала не Акорна, и навряд ли стала бы лететь теперь к ней. Лучшего способа сбросить с себя все заботы, чем полёт, Акорн не знал.

Оставшись только в броне из кожи василиска, которая, в отличие от другой одежды, точно переживёт трансформацию, Акорн прыгнул из окна спальни и взлетел.

Крылья подхватил поток воздуха, орлан скользил по нему, как по воде. Несколькими взмахами поднялся выше и отлетел крепость. В закатном солнце ещё хорошо было видно, как люди разбредаются по своим домам, заканчивают дела. Вдоль крепостной стены тоже было спокойно.

Довольно уркнув, орлан наклонил крыло и повернул обратно, к одной из башен крепости. Он бы пролетел дальше, но одна из фигур, стоявшая на смотровой площадке, показалась ему знакомой. Акорн направился туда, чтобы рассмотреть лучше.

Точно, Роула. Она стояла у края, подставив лицо ветру и вытянув руки. А сзади к ней подошёл Тобольд. Он обнял её, потянувшись руками к рукам. Положил голову ей на плечо и что-то зашептал.

Глава 27. Командор зол

«Ветер, ветер, ты могуч, ты гоняешь стаи туч», — думала я, вытянув руки в особом жесте и пытаясь сменить направление ветра. Ничего не происходило, и я чувствовала себя глупо, как фокусник среди экстрасенсов.

— Не так, — негромко сказал Тобольд.

Он подошёл сзади и поправил положение моих рук. Но не отстранился сразу, а склонился ближе к уху, из-за чего я напряглась и почувствовала неловкость.

— Отпусти мысли. Почувствуй ветер, — сказал он мне прямо в ухо.

Крик орлана пронзил тишину. Я вздрогнула от неожиданности и сразу заметила птицу. Он пикировал прямо на нас! Это точно командор. Я попала. Чувствовала же, что нарушение его приказа ничем хорошим не кончится.

Я зажмурилась, Тобольд оттянул меня назад. Раздался удар, хлопанье крыльев, ещё один птичий крик. Я распахнула глаза, закрыла голову руками. Тобольд был чуть впереди, видимо, пытался меня прикрыть. Он держался за шею.

Меня дёрнули за плечо, заставив отойти. Акорн уже обернулся в человека и, оттащив меня, молча напал на Тобольда. Один мощный удар пришёлся в живот, другой – в лицо. Тобольд не успел (или не захотел?) ответить, и командор, ударив ещё раз, уложил его спиной на каменные перила.

— Нет, — сдавленно сказал Тобольд, — Я…

Акорн даже слушать не стал, а скинул своего соратника вниз! Я вскрикнула, и тут же прикрыла рот рукой. Он сошёл с ума? За что человека-то убивать?! Я кинулась к перилам, но была остановлена сильной рукой командора, перехватившей меня за талию и прижавшей к его твёрдому телу. Я медленно обернулась и посмотрела ему в лицо.

В наступившей зловещей тишине слышалось только завывание ветра и хлопанье крыльев птицы. Акорн смотрел так, будто я не из комнаты вышла, а как минимум привела толпу тварей в беззащитный город. Я отступила на несколько шагов. Что такого я с бедным Тобольдом сделала, что он решил нас поубивать по очереди?! Командор прищурился, угрожающе надвинулся на меня.

— Н-не надо, — мой голос дрогнул.

Акорн только скривил губы в усмешке. Грубо схватил меня за руку и потащил. Повёл вниз по ступенькам башни, потом по коридору. Я не рисковала с ним заговорить первой. Он тоже молчал, и от этого становилось страшно: я понятия не имела, что меня ждёт. Но уже жалела, что вышла, не получив на это разрешение командора. Тобольд уверял, что все в замке разбрелись по комнатам и готовятся ко сну, и нас не заметят. Ага.

Пройдя по нескольким коридорам и через сквозные комнаты, мы, наконец, подошли к одной из дверей. Он открыл её, запихнул меня внутрь. Как только мы зашли, Акорн взял увесистую связку длинных ключей, висевшую на крючке. Потянул меня обратно к выходу из комнаты. У меня сразу появилось нехорошее предчувствие.

— Не надо меня в тюрьму. Я больше не выйду, обещаю, — нервно попыталась вырвать руку я.

— Кто говорил о тюрьме? — Акорн приблизился, нависнув надо мной. В его низком голосе звучала угроза, но меня больше устраивало так, чем если бы он продолжил молчать. — Будешь жить в соседней со мной комнате. Под присмотром. И на этот раз ключ будет только у меня…

Он медленно приблизил своё лицо к моему, заставив замереть и ждать, что будет дальше. Сердце, которое колотилось от страха всё это время, на миг замерло и замедлило свой ход. Командор перевёл взгляд на мои губы. Я, кажется, перестала дышать. Его близость пугала и будоражила одновременно. Акорн медленно положил руки мне на плечи, сжал пальцы. Как будто думал, что я вновь убегу. В его глазах уже не было гнева, только какая-то затаённая боль, сомнения и желание… Волна жара возникла в моей груди и спустилась ниже по телу. Не сводя взгляда, будто гипнотизируя, Акорн начал склоняться ко мне.