Дзюпосле 12

Глава 1

– Да брось ты, не факт. У меня есть верный способ вернуться пораньше, – Илья Синицын лукаво прищурился в телефонную трубку.

– Это какой еще? – донеслось с того конца провода.

Илья ухмыльнулся, представив лицо Катерины:

– Насобирай-ка мне побольше тех самых нарядов, из прошлого раза. Глядишь, уже завтра примчусь.

Услышав про завтрашний день, Катерина так и подпрыгнула.

– Правда?! – выпалила она прежде, чем успела подумать.

И тут же прикусила язык. Ну конечно, этот бабник опять ее разыгрывает! Ладно, пусть он бабник, но дело свое знает туго и из-за юбки глупостей творить не станет.

– Зуб даю, чистая правда, – хмыкнул Илья.

– Ой, иди ты! Там же черти что творится, опасно на каждом шагу, а ты все паясничаешь. Занимался бы делом, шутник.

– Ну раз там так опасно, мне же полагается премиальная награда по возвращении? А, Кать?

– И какую же награду барин желают?

– Ну ту самую, про которую ты мне в прошлый раз запретила даже заикаться.

Катерина, сидевшая за тысячи верст от него, густо покраснела. Кожа на щеках горела, а сердце предательски застучало быстрее. Сперва она хотела твердо припечатать его отказом, но, рассудив, что этот прохвост все равно застрял там месяца на два-три, решила сменить гнев на милость.

– Ладно уж, приедешь – покалякаем.

– Вот и ладушки.

Илья нажал отбой, довольно потирая руки. Ну держись, Катенька, приеду – мы с тобой "покалякаем" по полной программе.

Катерина даже опомниться не успела, как трубка замолкла. Илья отключился так шустро, что она даже не успела буркнуть банальное "береги себя". На секунду в ней вскипела злость, но потом пришло понимание: у Ильи там сейчас, небось, каждая секунда на счету, земля под ногами горит. Обижаться глупо. До этого звонка она как-то не задумывалась, но теперь поймала себя на мысли, что ждет возвращения этого негодяя сильнее прежнего.

Вскоре из дверей торгового центра, шурша пакетами, выплыли Елена Тихая и Акация. Девчонки уже успели переодеться: их короткие юбочки – белоснежная и лимонно-желтая – так и притягивали взгляды глазевших мужчин. Следом, сердито топая кроссовками, ковыляла лоли. Она надула губы и выпятила грудь колесом – судя по ее воинственному виду, какая-то продавщица в магазине ляпнула глупость и крепко словила от нее на орехи.

Акация весело повернулась к Илье:

– Учитель, ну раз уж мы наконец вырвались из этой глуши, может, зависнем тут еще на пару деньков? Чего сразу обратно?

Илья огляделся и приглушил голос:

– Нагуляться мы всегда успеем, а вот торчать тут – себе дороже. А ну как здешние ищейки сегодня ночью разнюхают, где прячутся Александр и Чёрное пламя? И что нам тогда делать – бежать им на выручку?

– И то верно, – согласилась Акация. – Лучше вернемся домой и будем ждать все готовенькое. Да и в "Небесный путь консалтинг" скоро должны объявить новый набор.

– Опять набор? – удивился Илья. – Ты же говорила, что у вас и так людей завались?

– Ну так инвесторы же деньги дают, надо пользоваться! Раскрутим твое имя, имя одного из "Девяти героев-убийц", и наберем толковых ребят, у которых Роса в энергоканалах бурлит. В следующий раз, если что случится, не придется кланяться тайной полиции и просить помощи.

– Хозяин – барин, делайте что хотите, – махнул рукой Илья. – В дела фирмы все равно не лезу, я там директор чисто номинальный. Кстати, наш новый дом уже должны были достроить.

Елена Тихая поправила подол своего белого платья и кивнула:

– Я трясла Ксению и Очкарика. Они вчера закончили ремонт. Соединили первые два этажа с тремя верхними, так что все готово.

Лоли обрадовалась пуще Ильи:

– Ура! Наконец-то! Летим скорее, чур я первая занимаю лучшую комнату!

Акация легонько щелкнула лоли по лбу:

– Ишь, раскатала губу! Тебе бы, великий мастер, в свой монастырь вернуться, а не шляться по улицам целыми днями.

Лоли обиженно надулась и выдала с самым праведным видом:

– Да я вообще-то ради тебя стараюсь! Помогаю тебе практиковаться! Сама же ныла, что силенок не хватает, и просила меня подтянуть связи. Ладно, так и быть, позову Хохлова на этот раз, пусть поучит тебя уму-разуму.

Илья даже бровью повел от удивления – надо же, Акация втихаря решила взяться за ум и заняться тренировками.

– Редкое зрелище, – одобрил он. – Наша Акация сподобилась налечь на учебу.

Акация капризно наморщила носик, не желая признавать слабость:

– Ну конечно! Про твою силу, Учитель, и говорить нечего. Лоли у нас вообще в "Девяти героях" числится. Елене помогает Священный мастер каллиграфии. А мне одной приходится крутиться! Что мне еще остается, кроме как вкалывать до седьмого пота и искать нормального наставника?

В ее голосе отчетливо просквозила обида на весь белый свет. Илья утешать ее не стал, а лишь притворно вздохнул и развел руками:

– Вот оно как… Ну ладно. А я-то, грешным делом, хотел в следующий раз взять тебя с собой тет-а-тет. Но раз ты решила запереться дома и зубрить матчасть, то сиди, учись.

– Эй! Учитель! Стой! – Акация аж подпрыгнула. – Ты правда хотел взять меня с собой?!

– Хотел-то хотел, но тебе же надо тренироваться.

– Да я по возвращении буду вкалывать в два раза сильнее! Подумаешь, пара дней погоды не сделают!

Тут в разговор вставила свои пять копеек Елена Тихая, не упустив шанса подлить масла в огонь:

– Ой, знаю я тебя. Днем ты балласт ходячий, а ночью – звезда стриптиза.

– Елена! Ах ты зараза! Думаешь, раз тебя старикан с кисточкой прикрывает, так я тебя не поколочу?!

Переругиваясь и хохоча, честная компания поднялась на борт частного самолета, любезно предоставленного буддийским королевством, и взяла курс на Новоалтайск.

***

Резня в Храме мгновенно взлетела в топ новостей, став главной темой для пересудов. Илья и его команда грамотно разыграли эту карту, знатно пропиарив новоалтайскую тайную полицию под прикрытием. Впрочем, по настоятельной просьбе самого Ильи, их собственные имена в прессу не утекли, так что приземлились они без лишнего шума и помпы.

Едва сойдя с трапа, они рванули прямиком в штаб-квартиру тайной полиции. Нужно было официально сдать дела Третьей Сестре и забрать своего крылатого питомца – угольного босса, который уже несколько дней протирал штаны на казенных харчах.

Пока Илья пробирался к кабинету начальницы, коллеги в коридорах устраивали ему настоящую овацию. Как ни крути, а международный престиж их ведомства ребята подняли до небес. Теперь, если придется лететь за границу и просить местных о содействии, им везде зеленый свет обеспечен – чисто из уважения к их былым заслугам.

Илья вошел в кабинет Третьей Сестры со своей фирменной дежурной улыбкой:

– Третья Сестра, выручай! Прости, что навели шороху и дернули подкрепление. Если бы не ваши ребята, мы бы там точно зубы на полку положили.

– Ой, ладно тебе язвить, Синицын, – отмахнулась Третья Сестра. – Подмога, конечно, припозднилась, но это чужая территория, там особо не разгуляешься. Зато теперь ни одно ведомство нацбезопасности не посмеет выставить вас за дверь. Кстати, ты уверен, что можно вот так просто оставить все недоделки на Святого?

– Если уж этот святоша не разгребет свои авгиевы конюшни, то мне там точно делать нечего. Пусть сами расхлебывают.

– И то верно. Заездили вас эти командировки, иди отдыхай. Ксения передавала, что хоромы ваши готовы. Кстати, штаб оплатил все счета до последней московской гривны. Скажи спасибо, мы сегодня щедрые.

Илья аж крякнул от досады:

– Эх, знать бы заранее, что гуляем на казенные деньги, я бы еще этажа три сверху попросил надстроить!

Узнав, что Илья вернулся, Ксения и Очкарик тут же примчались к старой лавке Синицына, чтобы похвастаться результатом своей многомесячной работы.

Илья оглядел строение и восхищенно цыкнул языком:

– Ну вы даете, ребята! Вам бы дома проектировать, а вы в тайной полиции талант зарываете.

Очкарик скромно улыбнулся:

– Рад, что тебе нравится, старшой. Мы тут краем уха ловили новости, ну ты и силен! За пару дней раскрыть такое мокрое дело. Жаль, из-за этой стройки мы с тобой не поехали, всю движуху пропустили.

Ксения подошла к свежевыкрашенной пятиэтажной вилле, выросшей на месте старой развалюхи, и принялась водить руками, словно заправский риелтор:

– Смотри, фасад мы сделали нежно-розовым, чтобы дом не торчал как прыщ среди старых построек и гармонично вписывался в общий вид улицы. На первых двух этажах раньше было темновато из-за дурацкого угла, поэтому на верхних трех мы бахнули огромные панорамные окна во всю стену. Это то, что снаружи. А внутри – вообще сказка, каждый этаж под ключ.

Она с гордостью расписала им всю планировку. В подвале обустроили просторный подземный паркинг, где уже мирно дремали внедорожники и мотоциклы. Первый этаж отдали под общую гостиную, на втором сделали столовую и зону для отдыха с мягкими диванами, а три верхних этажа превратили в жилые комнаты.

Что забавно: Ксения и Очкарик так и не смогли разобраться, какие именно высокие отношения связывают Учителя и его учениц. Поэтому из всех жилых помещений они четко закрепили только пятый этаж – за Ильей. На третьем и четвертом этажах соорудили по две спальни, но, чтобы не прогадать, стены между ними делать не стали, оставив свободную планировку – так сказать, для лучшего обзора и на всякий пожарный случай.

– Ну как тебе, старшой? Душа довольна? – Ксения с надеждой заглянула Илье в глаза.

– Сказать, что я доволен – ничего не сказать. Никогда бы не подумал, что буду жить в таких хоромах за счет государства. Давайте-ка, ребятки, я сегодня сам встану к плите и приготовлю для вас шикарный ужин в знак благодарности.

***

Как Илья и предполагал, ушлые ребята из Храма, которые готовились к часу Икс не одно столетие, испарились без сучка и задоринки. Ни единой зацепки, ни одного следа для ищеек.

В это же время в тайном логове искусственного интеллекта на окраине восточно-индийского царства было тихо и пахло озоном. Чёрное пламя, лениво развалившись в кресле, разглядывал Александра, который сейчас принял облик молодого монаха, Безымянного.

– Ну ты силен, – с ухмылкой протянул Чёрное пламя. – Надо же было откопать это гнездышко. Неудивительно, что легавые на улице с ног сбились, а про бунтарей-киборгов ни сном ни духом.

Александру было не до шуток, его лицо оставалось мрачным:

– Шум в Храме поднялся знатный. Святой теперь колом встанет, но землю носом изроет. Это убежище долго не продержится, он нагрянет сюда со дня на день. Ты точно уверен, что сможешь обломать ему рога?

– Слушай, если бы у меня не было четкого плана, стал бы я пускать коту под хвост все труды, которые наш храм копил тысячу лет? Твоя задача – просто оживить тело. Как только ты окончательно придерешься к этому мясу, да с моими заготовками – этот ваш Святой нам и на один зуб не встанет.

Делов-то всего ничего: перекачать божественную душу из даркнета прямиком в эту тушку, подождать пару дней, пока приживется – и готово. Тем более, вся инициатива была в руках Александра. С силой этого тела он мог размазать Чёрное пламя по стенке в любую секунду.

Но именно это Александра и напрягало. Чем сильнее Чёрное пламя лез из кожи вон, помогая ему, тем сильнее кошки скребли у него на душе.

– Ладно. И какую выгоду ты хочешь с этого поиметь?

– Я же тебе уже говорил, – Чёрное пламя развел руками. – Как только ты окончательно освоишься в шкуре, подгони мне нормальное, живое человеческое тело из плоти и крови.

– И ты не боишься, что я вытру об тебя ноги, как только получу свое?

– Знаешь, куда больше, чем твоего предательства, я боюсь попасть на мушку к этому типу, Илье Синицыну. Так что нам волей-неволей придется поверить друг другу на слово.

– Вот как? Поверить? – Александр прищурился. – А что это за "Печать, усмиряющего демонов", про которую трепался Синицын? Ты мне об этой штуке почему-то ни словом не обмолвился.

Чёрное пламя даже бровью не повел, будто предвидел этот вопрос. Он лишь небрежно пожал плечами:

– Да это старый фокус самого монаха, он им всякую нечисть запечатывал.

– Что-то не сходится, – отрезал Александр. – Из вашего разговора с Синицыным я понял, что эта печать создана как раз для того, чтобы скрутить самого монаха.

Чёрное пламя согласно кивнул:

– Одно другому не мешает. Я не стал тебе говорить, потому что это были лишь мои догадки. Когда мы уходили из сопространства, монах был еще в своем уме. Он обмолвился, что идет искать какую-то жутко важную вещь. А когда мы встретили его снова, он уже полностью погряз в демонической ереси. Вот я и рассудил, что искал он своего собственного внутреннего демона. В итоге его же темное эго его и сожрало, из-за чего он и принял смерть от руки бессмертного.

Он сделал паузу и добавил:

– На развалинах старого храма я раскопал записи о том, как он учил местных монахов запечатывать монстров. Но он в жизни не оставил бы им такую опасную технику, как эта Печать усмирения демонов. Так что Синицын вчера просто взял нас на понт, блефовал чистой воды.

– С чего ты взял, что эта техника не ушла в народ?

– Да потому что, если бы мы не были уверены в безопасности, на кой черт нам вообще сдалось тратить силы и оживлять эту тушку?

Такой ответ Александра вполне устроил, он заметно расслабился.

– Ладно. Ближайшие несколько дней проведу в медитации, буду собирать дух в кучу. Все внешние дела оставляю на тебя. И упаси тебя бог потревожить меня, пока сам не выйду.

Чёрное пламя едва заметно кивнул и вышел из комнаты. Едва за ним захлопнулась дверь, на его губах снова заиграла змеиная улыбка.

С чего это он так уверен? Да потому что он сам все это и закрутил. Пускай эта ложь шита белыми нитками, но дайте ему еще пару дней – и второй этап плана будет закрыт.

Спальни-то в новом доме Ксения с Очкариком разделили на совесть, да только толку от этого было чуть: стоило девчонкам улечься, как к утру они все равно сползались в одну кучу и спали без задних ног.

В этот раз лоли без зазрения совести раскинулась звездой на пол-экрана, так что Елене Тихой и Акации ничего не оставалось, кроме как сидеть тихо под плинтусом и послушно отходить ко сну. Елена, которую Учитель гонял и в хвост и в гриву последние несколько дней, наконец-то дорвалась до подушки и дрыхла без задних ног. А вот Акация лишь злобно зыркала в темноте на свою неугомонную подружку, мысленно обещая ей все кары небесные.

Илья Синицын, глядя на этот сонный бедлам, твердо решил: надо лоли и Акацию расселять по разным углам, да подальше друг от друга. Иначе эти две фурии в один прекрасный день точно разнесут хату по кирпичику.

Утром девчонки, словно сговорившись заранее, на скорую руку перекусили и разбежались по делам.

Акация умчалась в "Небесный путь консалтинг". Контору бросили на произвол судьбы на целую неделю, так что надо было срочно разгребать завалы. Перед Учителем она все эти дни ходила шелковой кошечкой, да еще лоли под ногами путалась и мешала нормально развернуться – в общем, Акация летела в офис с четким намерением сорвать на ком-нибудь злость и выпустить пар.

Лоли отправилась встречать старого приятеля. Она умудрилась выписать из бывалых кадров Хохлова. Илья сперва порывался пойти вместе с ней – встретить гостя по-человечески, выказать уважение, но малявка только руками замахала и наотрез отказалась.

Оказалось, этот Хохлов отдельно попросил сделать так, чтобы его пути с Ильей Синицыным вообще не пересекались. Оно и понятно: Илья уже пустил в расход троих из их девятки – кто его знает, может, он решил для ровного счета и его к праотцам отправить?

"И чего они из меня какого-то мясника-людоеда лепят?" – хмыкнул про себя Илья.

Елена Тихая, которую Учитель самозабвенно донимал все прошлые дни, страшно боялась оставаться дома один на один с шефом. Мало ли какие еще новые фокусы и капризы созреют в его светлой голове? Поэтому она предпочла благоразумно свинтить в штаб-квартиру тайной полиции. Официально – разгребать хвосты по документам в качестве замглавкома, а неофициально – пошептаться с Третьей Сестрой и переждать бурю в безопасном месте.

Впрочем, Илья Синицын куковал в одиночестве недолго.

***

В офисе компании "Четыре Стороны Света" утро выдалось жарким. Катерина только-только закончила тяжелую утреннюю летучку и собиралась подняться к себе в кабинет на верхний этаж, чтобы хоть немного перевести дух.

На ходу она обернулась к семенящему следом дяде Мише:

– Там на вторую половину дня и на вечер вроде стояли совещания? Кажется, по поводу совместных проектов с "Небесным путем". Жаль, Акации нет в городе, хотелось бы сначала послушать, что она думает.

Дядя Миша хитро прищурился и тихонько рассмеялся в усы:

– Барышня, можете не беспокоиться. Я уже отменил все ваши дела и на день, и на вечер.

– Как это? – Катерина удивленно остановилась. – Что-то стряслось? У тебя какие-то другие планы, дядя Миша?

Старик улыбнулся еще загадочнее:

– Я думаю, вам нужно просто отдохнуть. В последние дни вы себя совсем не щадите, график просто сумасшедший.

Катерина промолчала, но про себя горько вздохнула: если не забивать каждую минуту работой, в голову тут же лезут мысли об этом негодяе Синицыне.

Старик услужливо распахнул перед ней дверь в личную комнату отдыха. Катерина устало махнула рукой:

– Да ладно тебе, работа еще никому не вредила.

Договорить она не успела. Прямо у ее рабочего стола, вальяжно прислонившись к краю, стоял до боли знакомый человек. Илья Синицын тепло улыбался и одними губами, беззвучно, спросил: "Скучала?"

Дядя Миша внутрь заходить не стал. Он деликатно придержал ручку двери снаружи и громко произнес:

– Ну, раз барышня настаивает, тогда пускай совещания остаются в силе. И дневное, и вечернее…

– Дядя Миша, отменяй! – спохватилась Катерина, густо краснея. – Ты совершенно прав, мне и правда нужно срочно передохнуть.

– Слушаюсь, барышня, – донеслось из-за закрывающейся двери.

Вообще-то Катерина еще вчера все для себя решила: когда этот прохвост вернется месяца через два, она сделает самый равнодушный вид, покажет ему, что ни капли не скучала, и помурыжит его в игноре недельку-другую.

Но кто же знал, что не успеет она положить трубку, как на следующий день откроет дверь – а он уже тут как тут, подпирает стол.

На ее лице одновременно отразились и дикий испуг, и чистая, ничем не прикрытая радость. Катерина поздно спохватилась, попытавшись вернуть лицу маску ледяной деловитости, но поезд уже ушел.

Пришлось делать вид, что ничего особенного не произошло:

– Ты чего так рано примчался? Сам же говорил, что застрял там на пару месяцев!

Илья сделал шаг навстречу и широко раскинул руки для объятий:

– Да понимаешь, одна птичка вчера намекнула, что по приезде мы можем кое-что обсудить. Я так загорелся, что за ночь раскидал все дела и прилетел ближайшим рейсом.

При упоминании "кое-каких тем для обсуждения" Катерина вспыхнула до кончиков ушей. До нее наконец дошло: этот паразит уже давно все закончил, а про два месяца наплел просто так, чтобы поиздеваться над ней по телефону.

Лицо Катерины пылало, она в сердцах ткнула Илью кулаком в грудь:

– Да ты… Ты хоть когда-нибудь бываешь серьезным?!

Кто бы мог подумать, что от легкого тычка Илья вдруг резко побледнеет, состроит мученическую мину и сдавленно охнет, отшатнувшись назад:

– О-о-ох!..

Катерина испугалась не на шутку – решила, что парень ранен. Она подхватила его под руки, помогла сделать два шага к дивану и аккуратно уложила на подушки, взволнованно тараторя:

– Ты что, прилетел с открытыми ранами? Совсем с ума сошел?! Сейчас врача вызову, пусть осмотрит!

Но стоило Илье коснуться спиной дивана, как вся его смертная мука моментально испарилась. Он нагло ухмыльнулся, перехватил Катерину за талию и легким движением утянул ее на себя, довольно рассмеявшись:

– Врач тут не поможет. Лучше ты меня сама осмотри. Помнится, у тебя в шкафу завалялся отличный белый халатик медсестры, а?

– Ах ты гад!..

Договорить Катерине не дали – Илья бесцеремонно заткнул ей рот поцелуем. Она попыталась для приличия брыкнуться, но тело уже давно сдалось без боя, вовсю выдавая, как сильно она по нему соскучилась.

***

В это же время в конференц-зале "Небесный путь консалтинг" Акация устраивала разнос своим подчиненным. Напустив на себя грозный вид, она выслушивала доклад начальника технического отдела.

– Меня не было целую вечность, а вы до сих пор не перевезли все лаборатории "Олимп-био"? Ну что за черепашьи бега! – Акация недовольно постучала наманикюренным пальцем по столу.

Глава техотдела испуганно переминался с ноги на ногу:

– Понимаете, госпожа Акация, там высокоточное оборудование. Демонтаж, транспортировка, калибровка на новом месте – все это требует времени…

– Если железки разбирать долго – везите людей! Пусть сидят тут, хоть бамбук курят, главное – выдернуть их из старых стен. С такими кадрами медлить нельзя, переманят – локти кусать будем!

– Да-да, поняла, сегодня же после обеда организую автобусы.

– Дальше, – Акация перевернула страницу отчета. – Шесть заграничных заводов "Женьшень Технолоджи" уже начали хреначить продукцию под нашим брендом. Почему до сих пор на каждом объекте нет нашего управляющего?

Вперед вышел начальник производственного сектора, вытирая платочком лысину:

– Так ведь старые директора – все из людей "Женьшень Технолоджи", веры им никакой нет. А у наших ребят опыта не хватает, чтобы такими гигантами рулить, вот мы и отправили группу на стажировку, пусть пока смотрят и учатся…

Акация, у которой за плечами был огромный опыт, сразу раскусила эту гнилую отмазку.

"Веры им нет? Ну-ну".

Она прекрасно понимала, что "Олимп-био" развалился на куски, идти этим спецам больше некуда. Так что дело было не в доверии, а в обычной чиновничьей зависти: местное начальство просто не хотело пускать на теплые места сильных чужаков со стороны.

Она легонько припечатала ладонь к столу, заставив докладчика вздрогнуть:

– Я просила вас найти толковых директоров для заводов, а не женихов выбирать, чтобы сидеть и копаться в их родословной. "Олимп-био" больше нет, они банкроты. Даже если вы им не доверяете, куда они, по-вашему, побегут? На вольные хлеба?

Она обвела присутствующих ледяным взглядом:

– Давайте начистоту. "Женьшень Технолоджи" хоть и накрылась медным тазом, но в технологиях и культивации они были зубрами. Их управленцы на голову выше большинства из вас. И открещиваться от них только из-за старого паспорта – глупость несусветная. Если вы видите кого-то сильнее себя и начинаете топить его из страха за свое кресло, то пишите заявление по собственному. Запомните раз и навсегда: первоклассные лидеры нанимают первоклассных сотрудников, а второсортные – берут к себе третьесортную серость, чтобы на их фоне казаться умнее. Намек понятен?

В зале повисла гробовая тишина. Акация продолжила:

– Возвращаясь к нашим баранам: даже если есть сомнения – думайте, как привязать этих людей к компании и выстроить систему контроля. А не ждите у моря погоды в поисках идеального директора, которого в природе не существует. Вот это называется нормальный рабочий подход. Уяснили?

– Так точно! – хором выдохнули менеджеры.

– Ладно, что там с охранным предприятием? Сколько народу успели набрать?

С места поднялся Ваня-Первый – тот самый парень, который не так давно бегал на верхний этаж за советом к Илье Синицыну:

– Пришла свежая партия спецов, но там черт ногу сломит – публика самая пестрая. Есть перспективный молодняк с хорошей Росой в жилах, есть тертые калачи в возрасте, а есть и вовсе какие-то мутные бродяги-самоучки. Мы сейчас как раз проводим отсев. Госпожа Акация, не хотите лично спуститься в тир и взглянуть на кандидатов?

Поскольку с крупными делами на сегодня было покончено, у Акации от слов Вани приятно зазудели кулаки. Найти повод подраться – милое дело.

Конечно, против Учителя, лоли или Елены Тихой, которая теперь вовсю пользовалась читами от Священного мастера каллиграфии, ей ловить было нечего. Но вот среди обычных смертных в "Небесном пути" ее сила котировалась на самом высоком уровне.

– А почему бы и нет? Пошли, разомнусь.

***

На подземном тренировочном полигоне яблоку негде было упасть. Все, кто умудрился проскочить первичный отбор по бумажкам, теперь толпились здесь в ожидании практического экзамена.

Командовали парадом Серега-Второй и Миша-Третий из службы безопасности. Они гоняли кандидатов в хвост и в гриву, проверяя каждого в деле. Четких критериев для понятия "мастер" в инструкциях не было, так что парни действовали по старинке – просто выходили с претендентами на ковер и устраивали жесткий спарринг.

Бабах!

– Сила в руках есть, Роса бурлит как надо. Годен, дуй в следующий тур! – зычно кричал Серега-Второй.

Хрясь!

– Если это все твои фокусы, то до нашего уровня ты пока недотягиваешь, приятель. Надо больше тренироваться. У "Небесного пути" есть своя школа для начинающих практиков, первые три месяца учеба бесплатная, так что дерзай.

Акация стояла в сторонке и скептически наблюдала за этой ярмаркой талантов. Честно говоря, зрелище ее не впечатляло. Да, у парочки парней проглядывал неплохой потенциал, но за все время она так и не увидела ни одного по-настоящему крутого самородка.

Она наклонилась к Ване-Первому и тихо шепнула:

– Вроде все чин по чину, но глазу зацепиться не за кого. Где обещанные самородки?

– Госпожа Акация, а "зацепиться глазу" в вашем понимании – это как? – ухмыльнулся тот.

– Ну, они должны быть как минимум сильнее меня. Я в компании лицо руководящее, пальцем лишний раз не шевелю, так что планка должна быть соответствующая.

Ваня-Первый криво улыбнулся и почесал затылок:

– Ну, барышня, тут вы загнули. Ваш Учитель – сам великий Илья Синицын, гроза "Девяти героев". Вы, несмотря на молодость, на турнире едва не уложили на лопатки лоли. Найти человека, который с улицы придет и окажется сильнее вас – задача, мягко говоря, фантастическая.

Акация, конечно, и сама это понимала – просто ей захотелось от скуки послушать приятные комплименты.

Однако, глядя на этих практиков, которые были с ней одного возраста, но в подметки ей не годились по силе, она вдруг остро почувствовала прилив благодарности к Учителю. Сколько раз она получала от него по загривку, сколько раз ловила разряды тока по животу во время тренировок… Зато теперь, благодаря его жесткой науке и редким техникам, из нее выковался настоящий боец.

"Эх…" – вздохнула она про себя. На душу в очередной раз нахлынули романтические мечты о том, как хорошо было бы снова отправиться с Учителем в какое-нибудь далекое путешествие. Только вдвоем.

– Госпожа Акация? Госпожа Акация? Вы меня слышите?

– А? Что? Да, я просто задумалась. Слушай, а это что за группа "Кому за тридцать" там в углу выстроилась?

Поодаль от основной молодежи, у самой стены подземного полигона, чинно стояли в две шеренги пожилые люди.

Ваня-Первый пояснил:

– А, это наши ветераны. Грандмастеров среди них, конечно, нет, да и дыхалка с физухой за молодыми уже не поспевают. Зато они в этом бизнесе собаку съели, опыта – вагон и маленькая тележка. Мы отбираем из них тех, у кого глаз самый наметанный, чтобы ставить их начальниками охраны на наших дочерних объектах.

– Толково придумано, – одобрила Акация. – Обо всем позаботились. Пойду-ка я поближе посмотрю.

Стараясь не шуметь, она незаметно обошла ковер и пристроилась неподалеку от стариков.

Но как бы тихо она ни ступала, двое или трое ветеранов тут же уловили ее движение и мазнули по ней бдительными взглядами.

"Ага, рефлексы работают, – отметила про себя Акация. – Все-таки опыт и осторожность порой бьют любой молодой талант".

Стоя рядом, она прислушалась к их негромкому ворчанию. Старики вовсю костили бойцов на ринге: со знанием дела разбирали, кто какую школу представляет, какие у кого косяки в стойке и у кого больше шансов огрести по тыкве. Экзаменаторы из конторы как раз по этим комментариям и оценивали, насколько у дедов наметан глаз.

Вдруг внимание Акации привлек один абсолютно седой старик, стоявший на самом краю шеренги. За все время он не проронил ни единого слова, просто безучастно глядя перед собой.

Его молчание в конце концов вывело из себя проверяющего сотрудника:

– Уважаемый, ну а вы чего молчите? Выдали бы тоже какую-нибудь аналитику, а то как нам вам категорию присваивать?

Седовласый старик ни капли не рассердился. Он лишь спокойно кивнул и медленно поднял правую руку, выпрямив три пальца.

"Это он к чему вообще?" – нахмурилась Акация.

Старик не спеша загнул первый палец. Затем – второй. И ровно в тот миг, когда его третий палец прижался к ладони, над полигоном раздался оглушительный, сокрушительный грохот.

БА-БАХ!

В следующую секунду все присутствующие, разинув рты, наблюдали, как бедный Серега-Второй, ломая по пути фанерные ограждения, ласточкой летит прочь со спортивного помоста.

Народ на подземном полигоне дружно повернул головы на грохот. Картина маслом: какой-то наглый юнец прямо на ковре врубил огненную Росу на полную мощность и легким пинком отправил Серегу-Второго в затяжной полет.

Ничего страшного, конечно, не случилось, кости остались целы, но шороху этот полет навел знатного. Все так и ахнули. И дело тут было вовсе не в какой-то запредельной силе этого юного дарования. Просто Серега до этого честно отпахал несколько раундов подряд с другими кандидатами, знатно выдохся, да еще и Росу подрастерял. Вот и словил пушечный удар на расслабоне, чисто зевнул неожиданную атаку.

Спарринг, конечно, вышел корявым, да и сам пацан, судя по всему, прыгнул выше головы без злого умысла. Серега-Второй уже поднялся на ноги, сердито похлопал себя по отбитой пояснице – цел, здоров и уже мысленно намыливал шею этому выскочке, собираясь вернуться на ковер и вернуть должок с процентами.

Но тут был тонкий нюанс: вокруг толпилась уйма кандидатов. Если они сейчас решат, что в "Небесном пути" работают одни слабаки, имидж конторы полетит к чертям.

Поэтому Ваня-Первый – парень интеллигентный и сообразительный – пулей взлетел на помост, опережая Серегу, и со смешком крикнул:

– Серега, ты там как, живой? Я же говорил тебе: хорош корячиться без продыху, сделай перерыв, попей водички! Так нет же, надо было перед молодежью покрасоваться. Вот и огреб от первого же толкового парня. На ловца и зверь бежит!

Двумя короткими фразами Ваня и лицо товарищу спас, мол, умаялся парень, с кем не бывает, и остальным кандидатам подал четкий сигнал: в "Небесном пути" самородков ценят, а не гнобят.

Серега-Второй, который от природы знатно заикался, только махнул рукой и виновато заржал:

– Хе-хе… да уж, недооценил я этого мелкого ш-шпендика.

Молодой наглец, сообразив, что убивать его никто не собирается, приосанился и вызывающе бросил:

– Ну так что, еще разок сойдемся, или я сдал экзамен?

Экзамен-то продолжать надо, спору нет. Раз уж пацан уложил Серегу, талант у него имеется, это факт. Но чтобы юнец не зазвездился раньше времени и не думал, что поймал бога за бороду, Ваня-Первый решил лично преподать ему наглядный урок хороших манер. Он вежливо прижал ладонь к кулаку:

– Обязательно сойдемся. Давай, покажи, на что горазд.

Пока на ковре разворачивалась эта пантомима, Акация не сводила глаз со странного деда на обочине. Тот самый седой старик, который так вовремя выкинул три пальца, теперь вызывал у нее жгучий интерес.

Сама Акация в драках понимала дай бог каждому, но просчитать финал поединка до секунды могла разве что с долей вероятности. Для этого ведь нужно учесть гору факторов: уровень Росы, технику, боевой опыт, да даже характер и дурные привычки обоих бойцов! А уж если против тебя выходит кто-то вроде Учителя, у которого логику в бою вообще не нащупать, тут и вовсе туши свет, какой там прогноз.

А этот дедок как по нотам расписал финал. Значит, он видит соперников насквозь – их силу, тактику, каждый вздох. И ведь все совпало до миллиметра!

Акация слышала, что сейчас вовсю пиарят какие-то новые программы с искусственным интеллектом, которые якобы могут просчитывать чужие приемы. Но там все упирается в сухую статистику и проценты. А у этого деда магия какая-то получалась, даже чересчур круто для простого пенсионера.

Тем временем на ковре начался второй раунд, и Акация тихонько подобралась к шеренге стариков поближе.

Остальные ветераны на этот раз помалкивали – Ваню-Первого они в деле еще не видели, подробной подноготной на него не имели, так что предпочли дождаться первых ударов, чтобы не сесть в лужу со своими прогнозами.

И тут седой дед с краю снова медленно поднял руку. На этот раз – левую, растопырив четыре пальца.

Едва он это сделал, как паренек с места в карьер рванул на Ваню-Первого.

Ваня лишь грациозно взмахнул своей шевелюрой, легким движением руки заблокировал выпад, и во все стороны с тихим свистом полетели искры остаточной энергии.

Старик тут же загнул один палец.

Поняв, что нахрапом Ваню не взять, пацан резко сменил тактику. Ноги его задвигались в каком-то безумном, ломаном ритме, да так шустро, что в воздухе поплыли размытые силуэты. Он вильнул ужом, заходя с фланга, и нанес коварный удар под дых. Ваня-Первый спокойно выставил блок, будто заранее знал траекторию.

Старик убрал второй палец.

Ване, судя по всему, эти кошки-мышки надоели. Он перехватил запястье пацана одной рукой, а второй резко потянулся к его шее, намереваясь провести классический захват.

Казалось бы, финал предрешен. Старик не спеша опустил третий палец.

И в этот самый миг, когда пальцы Вани уже почти коснулись кожи на шее юнца, тот каким-то чудом извернулся, выгнувшись дугой, и ушел с линии атаки. Но порадоваться не успел: Ваня-Первый, не теряя секунды, выбросил длинную ногу и смачно прописал парню по ребрам.

– Ой-ёй! – взвыл тот.

Пацан кубарем покатился по ковру и затих, со стоном потирая отбитый бок.

Старик со снайперской точностью прижал к ладони последний, четвертый палец.

Кое-как поднявшись и кряхтя, парень пробормотал, держась за поясницу:

– Ну ты силен, начальник… Уважал. Так что, прохожу я дальше?

– Проходишь, оформляйся, – кивнул Ваня. – Следующий!

***

На ковре снова закипела драка, но Акация уже потеряла к ней всякий интерес. Все ее внимание занял этот странный дедок.

Только сейчас она смогла рассмотреть его как следует. На вид ему было лет под семьдесят, жидкие седые волосы собраны в аккуратный пучок на затылке. Худой как щепка, завернутый в поношенный серый халат, смахивающий на даосскую робу. Лицо – сплошная сетка морщин, но глаза… Глаза у деда горели живым, молодым блеском, а на губах играла едва заметная ухмылка. Никакой старческой немощи в нем не ощущалось и близко.

Ваня-Первый тоже почуял неладное. Он никак не мог взять в толк: то ли дед просто угадал на дурака, то ли у него реально какой-то скрытый радар в голове. Парень уже вовсю соображал, не стоит ли подняться наверх и доложить начальству, как вдруг заметил Акацию, которая стояла чуть позади и выразительно буравила их взглядом.

Ваня тут же подскочил к хозяйке и зашептал на ухо:

– Госпожа Акация! Вы какими судьбами тут?

– Да так, мимо проходила. Слышь, Вань, а что это за седой снайпер у тебя на фланге стоит?

– Да я сам хотел про него поспрашивать у ребят из отдела кадров, – засуетился Ваня. – По бумагам этот почтенный гражданин – какой-то заезжий практик из дальних краев. Пишет, что все энергоканалы у него напрочь забиты и Росу он больше не держит, инвалид по нашей части. А к нам пришел чисто на старость лет пристроиться, прослышал, что в "Небесном пути" дедам хорошие подъемные платят.

Акация хмыкнула про себя: "Ничего себе инвалид. С забитыми каналами так чужие финты читать? Каким же монстром он был на пике силы? Небось, целыми регионами рулил".

Вообще, в кадровой работе есть своя прелесть – никогда не знаешь, какой сюрприз выудишь из этой кучи резюме.

Акация махнула рукой:

– Ладно, остальных гоняйте по своим инструкциям, а с этим дедушкой я сама потолкую.

– Понял, госпожа Акация, спасибо! – облегченно выдохнул Ваня и побежал уводить остальную шеренгу ветеранов в соседний зал на собеседование.

Акация не торопясь подошла к седовласому старцу:

– Уважаемый, пройдемте-ка со мной, побеседуем в тишине.

Старик скосил на нее взгляд, едва заметно наморщил лоб и негромко произнес:

– Надо же. Обычное собеседование на должность сторожа, а принимать изволит сама госпожа Акация из руководства "Небесного пути". Не многовато ли чести для старика?

– О как! – Акация удивленно вскинула брови. – А мы с вами знакомы?

– Да нет, барышня, вижу вас впервые. Но вашу огненную Росу, которой от вас за версту тянет, ни с чем не спутаешь. Правда, если верить слухам о том, как вы на турнире лоли уделали, в реальности ваша аура чуток отличается.

– Ну надо же, какой зоркий дедушка, – прищурилась Акация. – У вас что, талант какой-то особенный на чужую силу? Или, может, припрятан козырь в рукаве? Как насчет дружеского спарринга на ковре, проверим?

Старик так и замахал сухими ладошками, вежливо улыбаясь:

– Ну что вы, что вы, барышня, шутить изволите! Куда мне. Я просто в свое время знатно по миру помотался, мастеров всяких повидал больше вашего, вот глаз и наметался. А если до драки дойдет, так мои старые кости этот паренек с ринга в два счета переломает.

Акации такое показное смирение даже понравилось. Она проводила его к мягким диванчикам в зоне отдыха на первом этаже, дождалась, пока дед усядется, и спросила:

– Я так и не узнала, как вас величать-то, дедушка?

– Зовите Алексей. Ну так что, барышня, взяли меня на довольствие или я не подошел?

– Да ладно вам скромничать, господин. С вашим-то рентгеном в глазах – и не подойти? Мне вот только одно интересно: с такими талантами вы бы в любом элитном агентстве как сыр в масле катались. Чего вас именно в наш "Небесный путь" занесло?

Старик поправил полы своего серого халата и тихонько рассмеялся:

– Да я, дочка, просто искал тихое место, чтобы спокойно дожить свой век. А сейчас в охрану берут сплошь молодых да здоровых, деды никому не уперлись. Ваша контора – чуть ли не единственная в Новоалтайске, кто стариков со счетов не списывает. Да и потом, дошли до меня слухи, что лавка Ильи Синицына, которая под вашим крылом ходит, пристроила к делу всех бездомных бродяг в городе, обеспечив их куском хлеба. Великое дело, скажу я тебе. Вот и подумал: раз у руля такие люди, то и нас, стариков, на произвол судьбы не выкинут.

"Ну, доля правды в этом есть, – подумала Акация. – Авторитет Учителя и его лавки нам знатно карму почистил".

Она кивнула:

– Я вас поняла, господин. В пекло вас никто посылать не собирается. Раз уж вы у нас такой опытный и зоркий, у меня есть предложение: займетесь внутренней безопасностью самого офиса. Будете сидеть на проходной и с первого взгляда определять, кто к нам пришел – мирный клиент или засланный казачок с бомбой за пазухой. Работа не пыльная, чистый санаторий. Всю беготню на молодых повесим, от вас нужен только ваш чудо-глаз. По деньгам и графику обижен не будете, сами цифру назовете. По рукам?

– Ха-ха-ха! Ну, барышня, уважила старика. От таких условий только дурак откажется.

– Ну вот и ладненько, договорились.

– И то хлеб. Только вот… госпожа Акация, я тут краем уха слышал, что ваш Учитель, Илья Синицын, тоже в город вернулся? Как думаете, сподобится старик когда-нибудь на него хоть одним глазком взглянуть?

– А вы с моим Учителем знакомы? Или дело какое к нему? – Акация подозрительно прищурилась.

– Да бог с вами, откуда? Просто наслышан о его подвигах, любопытство на старости лет заиграло, понимаешь?

– Ладно. Как Учитель в офис заглянет, я вас познакомлю.

– Вот спасибо, дочка, уважила.

***

Пилик-пилик!

В сумке у Акации истошно заверещал телефон. На экране высветилось имя лоли.

– Аллё! Ты чего звонишь, ты же вроде за гостем уехала? – рявкнула в трубку Акация.

– Да встретила я его, встретила, – раздался писклявый голос лоли. – Мы уже у офиса стоим, внизу. Ты где там делась? Давай выползай, думай, куда этого дядю пристроить, чтобы он из тебя человека сделал.

– Ну так тащи его прямо в офис, чего у входа тереться? Заодно и рекламу конторе сделаем перед клиентами.

– Ладно, сейчас поднимемся. Только ты точно уверена, что Синицына в здании нет? Этот товарищ до сих пор бздит с твоим Учителем нос к носу столкнуться.

– Да не бойся ты, дома наш Учитель, делами занят. Поднимайтесь.

– Ну все, заходим.

Старик, хоть и делал вид, что разглядывает фикус в горшке, разговор явно услышал. Стоило Акации положить трубку, как дед как бы невзначай повернул голову к массивным входным дверям и поднялся с дивана:

– Ну, раз у госпожи Акации важные гости на пороге, я пойду к ребятам в отдел кадров, бумажки попишу, чтобы под ногами не путаться.

– Идите, господин. Надеюсь на вас, безопасность конторы теперь на вашей совести.

– Не извольте беспокоиться, барышня, мышь не проскочит.

Едва дед скрылся за поворотом коридора, как раздвижные двери вестибюля поползли в стороны. Первой в холл влетела лоли, а за ней, переминаясь с ноги на ногу, вошел крупный мужчина.

Поскольку лоли числилась в акционерах компании, бдительные секретарши на ресепшене даже не подумали просить у нее документы и лишь вежливо захлопали ресницами, пропуская гостей внутрь.

Акация подошла поближе, чтобы рассмотреть визитера. На вид мужику было за полтинник. Лысина у него блестела так, словно ее каждое утро натирали воском до зеркального блеска, а вот брови были странного, ярко-рыжего, почти огненного цвета. Одет в простую гражданскую куртку и джинсы, но, несмотря на солидный возраст, выглядел подтянутым, поджарым и никакого намека на пивной животик не имел.

Акация вежливо улыбнулась и прижала ладонь к кулаку:

– Добро пожаловать, господин Хохлов. Наслышана о ваших подвигах, лоли про вас все уши прожужжала.

Хохлов густо басовито расхохотался:

– Да неужто эта малявка обо мне вспоминала? От этой язвы доброго слова в жизни не дождешься. Раз она про меня трепалась, значит, точно кости мне перемывала и гадости какие-нибудь плела!

Лоли тут же состроила козью морду и выпятила нижнюю губу:

– Слышь, лысый, я к нему со всей душой, а он тут моду взял перед хозяйкой выкаблучиваться! Вот возьму сейчас и наберу Илье Синицыну, пускай приедет пообщаться!

– Эй-эй-эй! Хорош пугать, девочка, давай без крайностей! – Хохлов аж руками замахал, растеряв всю свою спесь. – Зачем нам сразу этого "мясника" дергать? Давай мирно покалякаем. Мне лоли еще на вокзале сопли размазывала, что госпожа Акация хочет силу подтянуть? А раз уж вы тоже по огненной теме практикуете, то я, так и быть, могу подкинуть пару дельных советов по старой дружбе.

Акация снова поклонилась, уже без капли иронии:

– Если так, буду вам премного благодарна, господин Хохлов. Вы, небось, с дороги устали, проголодались? Давайте сначала в наш ресторан поднимемся, перекусим по-человечески, а потом уже за учебу примемся.

– О, вот это разговор! – у Хохлова аж глаза заблестели. – Жрать охота – сил нет. А у вас там шашлык дают? Я, кроме мяса на углях, вообще ничего не признаю.

Акация мысленно закатила глаза: "Да что ж такое-то? У этих мастеров из Девяти Героев во время их суровых тренировок вкусовые рецепторы напрочь атрофируются, что ли? Что ни великий боец – то со своими дикими бзиками по еде".

Собственного шеф-повара по шашлыкам в "Небесном пути" как-то не водилось, а этот самый Хохлов уперся рогами и требовал исключительно свежего мяса с пылу с жару. Пришлось троице топать в ближайшую к офису забегаловку. То ли у Акации в глазах рябило, то ли Хохлов и правда так яростно натирал металлические шампуры салфеткой, что из-под них так и сыпались искры.

– Не думала я, господин Хохлов, что у вас такие специфические требования к меню, – хмыкнула Акация, наблюдая за этим ритуалом.

Тот, похоже, к подобным вопросам давно привык. Он преспокойно уминал сочное мясо прямо с шампура и авторитетно пояснял:

– Шашлык – это, между прочим, первая кулинарная техника, которую человечество освоило с помощью огня. Самое прямое и честное его использование в быту! Так что для меня это не просто еда, а своего рода гастрономическая Роса и личный пунктик.

Лоли тут же вставила свои пять копеек, съязвив:

– Если ради твоих огненных уроков мне придется трижды в день трескать этот жир, то ну его на фиг. От такой диеты в двери не пролезешь, разнесет в секунду.

– А вот тебе, как раз не мешало бы поднажать на калории, – безжалостно отбился Хохлов. – А то с твоей фигурой "доска-два-соска" тебя замуж вообще никто не возьмет!

Лоли шуток не оценила. Она со свистом запустила в лысую башку пустой шампур, но Хохлов привычным движением поймал его прямо у носа.

– Слышь, ты, череп вощеный! Напроситься хочешь? – взвилась девчонка.

Раньше лоли на такие подколы и внимания бы не обратила. Но после того как Илья Синицын целых три дня не выпускал ее из объятий, у нее в голове что-то переклинило. Ей тоже захотелось стать более… женственной, что ли. Вот она и принялась втихаря сравнивать себя с другими. И как назло, все сравнения были не в ее пользу: куда ее скромным формам до этой дылды Акации или той же Елены Тихой!

Естественно, когда Хохлов наступил на больную мозоль, девчонка вспыхнула как порох.

– Да ладно тебе, шучу я, шучу, – примирительно загудел Хохлов. – Ишь, какая нервная. У тебя характер, походу, похлеще моего будет. Кстати, госпожа Акация, а чего именно вы хотите от своей огненной стихии? Какого прогресса ждете?

Акация прекрасно понимала, что прыгнуть выше головы и за один день дорасти до уровня самого Хохлова – это фантастика. Но и плестись в хвосте нельзя, иначе в серьезных заварушках от нее Илье Синицыну толку будет как от козла молока. А ведь Учителю сейчас приходится иметь дело с такими монстрами, что страшно подумать.

– Мне бы боевые навыки подтянуть, да как можно скорее, – честно ответила она. – Чтобы и сама Роса плотнее стала, и финтов в арсенале прибавилось.

– Ладно, тогда доедаем и за дело. Обещаю, выжму из вас максимум, – кивнул Хохлов.

***

Разлука – она как спичка: стоит чиркнуть, и вспыхивает такой пожар страсти, что вся накопленная тоска сгорает без остатка.

Они кувыркались всю вторую половину дня.

Полуголая Катерина, закутавшись в прозрачную простыню, как в легкую вуаль, лежала на Илье Синицыне, блаженно покусывая нижнюю губу. Женская логика проста: чем больше площадь соприкосновения с любимым телом, тем спокойнее на душе. Немного уставшая, она смотрела на Илью сияющими глазами, а на губах ее блуждала сытая, довольная улыбка.

Кажется, и телом, и душой она уже полностью смирилась с тем, что этот мужчина в постели ведет себя как абсолютно ненасытное животное. Поначалу Катерина еще пыталась для приличия брыкаться, но быстро втянулась – семя было посещено, и теперь она сама требовала продолжения банкета.

Илья ласково погладил ее по гладкой, шелковистой спине и тихо спросил:

– Проголодалась?

– Угу, – едва слышно выдохнула она, уткнувшись ему в плечо абсолютно без сил.

– Может, спустимся, перекусим?

– Ну уж нет, давай лучше закажем прямо в номер.

Ей отчаянно не хотелось терять ни секунды из тех крох времени, что им удавалось провести наедине. Но стоило Илье на минуту отвлечься, чтобы набрать номер и заказать доставку еды, как Катерина снова начала елозить и прижиматься к нему сзади, едва не сорвав весь телефонный разговор.

Наконец в номер прикатили тележку с едой. Илья, обняв Катерину одной рукой, не спеша жевал, восстанавливая потраченные калории, и параллельно пересказывал ей свои приключения. В конце концов, из-за слабого уровня сил и соображений безопасности Катерина редко могла составить ему компанию в дальних поездках. Так что обо всех деталях, интригах и диковинных местах ей оставалось узнавать только из его рассказов.

Она слушала, затаив дыхание, то и дело округляя глаза от удивления и дергая его за руку:

– А дальше? Что дальше-то было?

Когда Илья закончил повествование о делах в Восточно-Индийском Царстве, Катерина, которая будто сама там побывала, зябко поежилась:

– Жуткое место этот их Храм. Подумать только: тысячу лет готовить заговор и заставить столько людей добровольно идти на убой… Аж мороз по коже.

– Есть такое, – согласился Илья. – Но это, в конце концов, чужие разборки. Все, что могли, мы для них сделали. Пусть теперь сами расхлебывают.

– А этот их Святой точно сможет разобраться с Александром и Чёрным пламенем, о которых ты говорил?

– За их силу я как раз не переживаю, – качнул головой Илья. – Меня больше волнует, как бы эти два скользких типа снова куда-нибудь не свинтили.

Он потянулся к столу и сделал глоток коньяка из бокала. Катерина тут же заботливо поймала салфеткой каплю, готовую сорваться с его губ:

– Да ладно тебе, не бери в голову. Этот святоша ведь обещал за три дня раскопать зацепки по поводу останков бессмертного? Вот тогда у тебя снова начнется веселая жизнь. Так что используй эти два дня по назначению – отдыхай на полную катушку! Хватит уже думать о работе, хнык-хнык!

Илья перехватил ее за тонкое запястье, хитро прищурился, притянул к себе и, припав к ее губам, перелил ей в рот согретый глоток алкоголя.

– Кха-кха! Ну ты и гад! – закашлялась Катерина, шутливо лупя его кулачками по груди.

– Раз уж у меня два дня законного отпуска, ты просто обязана провести их со мной от звонка до звонка.

– Ну, денек я еще могу выкроить, – кокетливо протянула она. – Но вообще-то у меня в офисе куча дел, фирма сама себя не покрутит.

Илья довольно рассмеялся:

– Ах, дела в фирме? Нам же как раз нужно обсудить условия контракта с "Небесным путем". А поскольку я, на минуточку, там председатель правления, предлагаю провести производственное совещание прямо здесь, не вставая с кровати.

Катерина мысленно фыркнула: "Знаем мы твои совещания в постели. В таком виде ты из меня какие угодно подписи вытрясешь!"

– Хватит паясничать, директор! – строго осадила она его. – Помимо "Небесного пути", у нас вообще-то плановая летучка с акционерами назначена.

– Отлично, тогда я приду туда как приглашенный гость и посижу рядышком.

Катерина аж похолодела от мысли, что этот наглец может устроить на официальном мероприятии: "Да уж, если этот бабник дорвется до конференц-зала, он же мне под столом все коленки изгладит, а я из-за солидного статуса даже пикнуть не посмею!"

– Ладно, ладно, сдаюсь! – замахала она руками. – Твоя взяла, затискал совсем. Учитывая, как ты упахался в этой командировке, побуду с тобой эти два дня.

– О, так ты ценишь мои труды? А чего тогда только что заставляла меня так усердно работать на матрасе?

– Ой, кто бы говорил! – вспыхнула Катерина. – Сам ведь готов без продыху скакать, энерджайзер хренов.

– Хе-хе, ну так что, ты сыта?

– Угу… Ой, ты чего?! Я же только что поела!

***

Тем временем на закрытом полигоне "Небесного пути" вовсю кипела работа.

– Ха! – Акация в очередной раз крутанулась на ковре, выбрасывая вперед плотную струю пламени.

Хохлов лениво отмахнулся от атаки голыми руками и со знанием дела заметил:

– А Роса-то у вас, госпожа Акация, очень даже недурственная. Ваша техника огненных энергоканалов – штука злая, чужие Дзюпосле выжигает на раз-два. Редкий и крайне эффективный фокус.

Сказано это было, конечно, вежливо, но Акация намек поняла сразу. Переводя на русский: "Уровень у тебя уже приличный, милочка, а на таких высотах каждый шаг вперед дается с огромным скрипом".

– И что, нет вообще никаких вариантов ускориться? – с надеждой спросила она.

Хохлов почесал свою идеально гладкую лысину, смешно сморщив лоб:

– Понимаете, обычные методики тут не пляшут – слишком долго. А огонь – штука капризная, это вам не земля и не вода. Попытаетесь форсировать процесс и искусственно раздуть пламя – пиши пропало. В лучшем случае погорят энергоканалы, в худшем – устроите самовозгорание и превратитесь в уголек. Так что никаких коротких путей вам категорически не рекомендую.

Акация прикусила язык. Погибнуть в бою она не боялась, но вот обгореть и превратиться в чучело с кучей шрамов… Нет уж, увольте. Красота дороже. Она даже мимоходом пожалела, что в свое время не выбрала стихию молнии – уж к ударам тока ее организм после стольких тренировок был привычен.

Она прекрасно понимала правоту Хохлова, но упрямая гордость не позволяла ей опустить руки и поехать с Учителем в медовый месяц в качестве красивого балласта. Илья, конечно, всегда заботился о ее чувствах. В прошлый раз он взял с собой Елену Тихую, а ей твердо обещал, что в следующую поездку поедет именно она. Но Акация-то знала подноготную: Елену взяли только потому, что у нее за спиной маячил Каллиграф, способный реально помочь Илье в драке. А быть просто красивой куклой при сильном мужчине Акация не желала.

Конечно, рисковать своим роскошным личиком и насильно пихать в себя сырую огненную Росу она не станет, придется брать измором и пахать на тренировках.

– Раз других вариантов нет, будем работать по старинке, – вздохнула она. – Пожалуйста, господин Хохлов, распишите для меня самый безопасный и эффективный план тренировок.

– Без проблем, сделаем в лучшем виде! – ухмыльнулся тот.

Лоли, как лучшая подруга, сразу раскусила, какая кошка скребет у Акации на душе. Она подошла сзади и своими не самыми чистыми после шашлыка пальцами смачно шлепнула подругу по аппетитной попе, после чего зашептала на ухо:

– Да не парься ты так! Вот Лысый распишет тебе базу, подтянешь огонь, а потом мы с тобой замутим парные техники. Вода и пламя – это же убойный коктейль, врагов в пар превращать будем!

– Ну, у тебя и полет фантазии, – улыбнулась Акация.

– А то! Но с тебя притирка: в следующий медовый месяц вы с Ильей Синицыным берете меня с собой!

– Ага, разбежалась! – фыркнула Акация.

Они пахали на ковре до самой темноты, пока Хохлов не взмолился, что пора бы уже и поужинать. Акации мысль о повторном шашлыке показалась кощунством – так ведь не долго разжиреть еще до поездки с Учителем! Ей уж точно нельзя становиться круглее этой выскочки Елены Тихой.

Но бросать приглашенного мастера голодным было некрасиво, так что почетную обязанность выгуливать Хохлова по ресторанам Акация технично спихнула на лоли. Сама же сослалась на дикое рвение к учебе, осталась на полигоне и лишь спустя час, когда все разошлись, спустилась в пустую столовую "Небесного пути", чтобы тихонько похлебать диетической кашки.

Каково же было ее удивление, когда за столом она обнаружила Алексея, который с аппетитом уплетал овсянку.

– О, дедушка! Вы уже оформили все документы? – удивилась Акация.

– А, госпожа Акация! – старик приветливо закивал. – Да, все заполнили, комнатку мне выделили – просто хоромы, я очень доволен. А с вами что стряслось? Лица на вас нет, неужто подрались с кем-то?

Алексей ей определенно нравился. Будь на его месте кто-то другой из сотрудников, она бы сразу включила строгую начальницу, но от этого деда веяло таким домашним уютом и полным отсутствием пафоса, что Акация расслабилась. Она взяла себе порцию каши и присела напротив:

– Да уж, от вашего рентгена ничего не утаишь. Нашла вот учителя, пытаюсь экстренно поднять уровень огненной Росы. Ох, дедушка, знали бы вы, как это тяжело.

Алексей хитро прищурился и мягко улыбнулся:

– Госпожа Акация, вы ведь еще совсем молодая, а уже вон какую силу имеете. Пройдет немного времени, и вы этого Хохлова за пояс заткнете. К чему такая спешка?

– Да какой там талант, – махнула рукой Акация. – Вся моя нынешняя сила – это чистая заслуга Учителя, он со мной как с писаной торбой носился. В свое время так за мою шкуру боялся, что заставлял тренироваться до седьмого пота, чтоб у него душа была спокойна. Теперь-то мне ничего не угрожает, и мне самой хочется стать для него опорой, помогать в делах. А планка задрана так высоко, что дальше расти просто не получается.

Алексей задумчиво потеребил подбородок, глядя в тарелку, а потом неторопливо произнес:

– Выходит, барышня, вам нужно срочно повысить именно боеспособность в реальной драке? Так зачем вы тогда уперлись лбом в этот несчастный огонь?

Акация отложила ложку и удивленно захлопала своими красивыми глазами:

– Ну как зачем? Это же моя родная стихия, я только ее и умею практиковать.

– Не-не-не, госпожа Акация, вы меня не совсем поняли, – дед наставительно поднял палец. – Огонь – это, конечно, хорошо, и развивать Росу надо. Но ведь победа в драке зависит не только от того, насколько сильно полыхает твое пламя. Есть уйма других способов стать опасным бойцом.

До Акации начало что-то доходить. Она подалась вперед:

– Дедушка Алексей, у вас есть для меня какой-то совет?

Старик вежливо поклонился, пряча в бороде хитрую ухмылку:

– Ну куда мне, старому, советы давать… Но вот поднатаскать вас по части чистых боевых финтов и тактики – это я, пожалуй, могу.