Джо - 1

Пролог

В глухой ночи, рядом с деревенским домом, в окнах которого только что погас свет, из чистого воздуха внезапно появилась очень странная конструкция. На дороге, конечно, потому что кареты, фургоны и прочие колесные средства ездят, в основном, по дороге. Как и полагается. Да, обычно они из воздуха не появляются, но Младенческий Фургон был совсем не обычным, а строго наоборот – единственным в своём роде.

На облучке, конечно же, сидела ведьма. На самом деле совсем не ведьма, а полноценная волшебница, просто старенькая, не накрашенная, хоть и вполне довольная жизнью. В руках у этой сухонькой дамы было ни что иное, как дымящаяся трубка с длинным чубуком. Поводья, с помощью которых она должна была бы управлять запряженным в Фургон пугнусом, лежали себе спокойно рядом.

Пугнус тоже никак не мог претендовать на заурядность, но, чтобы это продемонстрировать, с ним надо было выпить или поговорить, а Крико, вечный спутник Тиары Лонкабль, на работе не пил. В принципе, и работа у него была не бей лежачего, так как Младенческий Фургон перемещался отнюдь не его, криковой помощью, но служба есть служба. В приличные фургоны обязательно кто-нибудь должен быть впряжен.

Тиара зевнула, а затем, смачно затянувшись, выдохнула из своей побитой возрастом груди тучку дыма, которая тут же устремилась в здание, возле которого и появился Фургон.

Крико фыркнул. Он не очень одобрял вот эти вот задержки. Зачем нужна эта проверка дымом? Как и сотни раз уже, как, в принципе, и всегда – случается одно и тоже. В семье смертных простаков рождается волшебник, а через несколько часов после этого события, возле дома появляется Младенческий Фургон. Зачем нужно проверять дымом, спят ли все, когда Тиара сразу же за этой проверкой напустит на весь дом сонные чары? Все всегда одинаково, как и то, что Младенческий Фургон снаружи и внутри усыпан свисающими с него люльками, в каждой из которых кто? Правильно, ребятенок.

Старушка, тем временем, уже спрыгнула с облучка и пошла к дому. Скупой, едва заметный мах волшебной палочкой, и двери жилища распахиваются, впуская как саму Тиару Лонкабль, так и предваряющий её появление сонный ветер, от которого жители дома будут спать сном убитой лопатой собаки до самого утра. Ну извините за такое сравнение, Крико несколько не в духе. Его подняли в самый неудобный момент. Пугнусы не любят, когда их будят. Такие вот они существа.

Из дому волшебница вернулась не одна, а, вот сюрприз-то, с младенцем. Кто бы мог подумать, что здесь, в этой добротной, но всё-таки хибаре, родится на свет волшебник! Неужели именно поэтому сюда прибыл Младенческий Фургон из магического мира!

- Крико…, - укоризненно посмотрела Тиара на пугнуса. Тот независимо дёрнул длинным ухом и отвел морду в сторону. Точно ведь, такой важный момент! Сейчас, именно сейчас, повелительница Фургона должна достать Перо Судьбы, которое на специальном пергаменте выведет первый и последний раз за жизнь нового мага истину, заключенную в нем! Его Талант и Причуды! А также имя, чего уж там.

Какой момент!

- Крико! – уже доставшая Перо волшебница съездила изрыгающему громкие саркастичные мысли пугнусу трубкой по уху. Тот обиженно хрюкнул и отвернулся, позволив женщине всё-таки провести священнодействие над спящим младенцем.

Перо Судьбы летало само по себе над младенцем, пока волшебница терпеливо ждала. Увы, без этой процедуры никак, слишком уж велик разброс того, чем Силы могут оделить новую жизнь. Талант он и есть талант, такое дурным быть может в совсем уж невероятном случае, а вот Причуды – совсем другое дело, совсем другое. Воспитывать и учить других детей вместе со, скажем, «ненавистником женщин» или «любителем дурных шуток» — это, знаете ли…

В общем, роль Тиары Лонкабль чрезвычайно важна, но некоторые секреты этой волшебной леди, в том числе и ответы на вопросы, куда деваются плохие дети… это, знаете ли, тема, которая не будет поднята никогда. Увы, Силы большей частью слепы, а мир в этом мире хранится давно и надежно. В том числе – и волшебниками.

Наконец, Перо начало писать на зависшем рядом с ним листе пергамента. Заколдованном, конечно же.

- Джо…, - качнула на руках младенца волшебница, - Джо… Тервинтер. Необычное имя, Джо. Именно так и никак иначе? Хм…

«Талант – Создатель Заклинаний!», - вывело тем временем Перо.

- Редкость, мой маленький, - улыбнулась спящему ребенку женщина, - Не то, чтобы большая, но если ты будешь учиться хорошо и прилежно, то сможешь создать заклинание-другое пораньше, чем обычные маги. А может и больше, чем парочку? Кто знает?

Видеть и ощущать потоки магии может любой взрослый волшебник, этому учат в Школе (хоть и не всех), так что, привычно взмолясь Силам, чтобы самая опасная часть откровений Пера прошла мирно, Тиара принялась напряженно следить за движениями волшебного предмета.

«Причуда первая – Внутренний кот!», - тем временем выводило Перо Судьбы.

Это как? – не поняла артефакт Тиара. Он будет мяукать? Разговаривать с ним? Вроде внутреннего друга? Или разделение личности? Не опасно, конечно, это же кот. Может, будет дуть воспитателям в тапочки? Некрасиво, конечно, но и не такое бывало. Вон, у неё самой… гм. Не будем об этом.

«Причуда вторая – Неунывающий!», - доложило Перо.

— Вот как! – приятно удивилась Лонкабль, посматривая на сморщенное лицо совсем недавно родившегося Джо, - Надо же!

Вполне удачный млад… стойте, что? Третья Причуда? Редкость… большая редкость. Что там, ну?

Перо замерло, написав лишь «Причуда третья…», а сердце Тиары пропустило удар. Несмотря на то, что ей изредка приходилось заботиться о крошечных жизнях так, что они исчезали с Полотна Судьбы, за каждого из своих подопечных, которых набрались уже сотни за двести тридцать лет, как волшебница на посту, Тиара переживала всегда. Именно поэтому ей и был в своё время доверен Фургон.

И до этого момента, за все двести тридцать и еще несколько лет, Тиара ни разу не видела, чтобы Перо замирало посередине действа. Ни разу!!!

- «Причуда третья – Бывший Святой!», - наконец, вывело Перо Судьбы.

- Ох! – не удержалась волшебница, вытаращив глаза, - Ох!

Крико заинтересованно обернулся, увидев, как пожилая леди протягивает руку, призывая своей силой не обычную ежедневную палочку, а самый, что ни на есть, жезл, который уж с полста лет не покидал своих ножен на Фургоне! А затем, заткнув за ухо Перо, выводит с помощью жезла над младенцем мощнейшие чары остановки времени!

Далее пугнус стал свидетелем того, что наблюдал уже десятки и сотни раз. Удерживая заколдованного младенца, женщина магией сняла одну из десятков колыбелей, свисающих с Младенческого Фургона. Раскрыв её верх, она произнесла длинное заклинание, превращающее находящегося внутри обычного ребенка в точную копию того, кого держала в руке, а затем, обменяв младенцев, поспешила в дом, унося туда нового жильца. Здорового, бодрого и спящего, который вырастет похожим на своих родителей, несмотря на то что является подменышем. Магия способна и не на такие чудеса, так зачем плодить горести в мире, в котором всегда найдутся лишние легкодоступные младенцы, нуждающиеся в семьях?

Но магия способна на многое, да…

Как, например, остановить время и пространство для Джо Тервинтера, занявшего своё место на Фургоне. Ну а как иначе? Детям же нужно учиться, их нужно воспитывать. Школа Магии не будет отвлекаться на каждого отдельного ребенка, поэтому нужно собрать партию, которую вместе и вырастят, а затем, и обучат. Удобнейшая вещь эта ваша магия, по вескому мнению запряженного пугнуса, мучающегося недосыпом. А им придётся мучиться и дальше, потому что Тиара Лонкабль, стоящая на облучке, вовсю уже колдует тем же самым жезлом (видимо, перенервничала), направляя Фургон не куда-нибудь, например домой, а совсем даже в Школу.

И что-то подсказывает Крико, что у магистра Вирта, ректора Школы Магии, сегодня тоже будет недосып.

Слишком уж серьезное у хозяйки лицо.

…и руки трясутся.

Глава 1. Юный пенсионер

(одиннадцать лет спустя)

- Ну Джо…! Джо!! Ну идём! – канючил тонкий детский голосок снизу, - Ну хотя бы раз! Завтра уже Школа, Джоо-о!

- Вот именно! – откликнулся я, переворачивая страницу и назидательно поднимая палец кверху, - Школа! Я не успею дочитать историю, Мойра!

- Ну хотя бы рааааз…, - проныла белокурая девочка, стоящая под деревом, на котором я устроился, а затем, поняв, что попытка, как и сотни других, потерпела крах, топнула ножкой, - Вредный! Вредный! Ты всегда вредный!

- Перестань, Мойра, - парировал я, не отрываясь от книги, - В Школе тоже будет свободное время, а еще будут другие дети. Сыграете вы полными командами, сыграете…

Разумеется, я был прав на все сто процентов, но, когда подобное поведение у мужчины воспринималось спокойно женщиной? Даже десятилетней? Той хотелось играть здесь и сейчас!

…хотя нет, вру. Первой красавице нашего детского дома, в котором я, кстати, ни разу не ночевал последние три года, горело не поиграть, совсем не поиграть! Ей хотелось быть той, кто всё-таки уговорит этого вредного и нелюдимого Джо хотя бы на одну игру! А сегодня был последний день!

Не выдержав, малышка с надутыми от обиды щеками выставила в направлении меня обе ручонки, на пальчике одной из которых блеснуло кольцо. Из ладоней юной волшебницы в направлении вашего покорного слуги излились две мощные струи радужных брызг, осветивших всё дерево и поднявших переполох среди мирно прыгавших вокруг меня пичуг. Совершив этот совершенно никак и никому не навредивший акт возмездия, Мойра Эпплблум ломанулась куда-подальше, огорченно (и громко) распевая по ходу дела:

- Скучный Джо! Скучный! С книжкой неразлучный! Страшные глазищи! Вредности там тыщи! Скучный Джо! Скучный…

Хмыкнув, я чуть поправил толстый том, возлегающий у меня на коленях, а затем еще раз перевернул страницу. Последний день относительно спокойной жизни заслуживал того же, чего желала и сама госпожа Эпплблум – пройти максимально хорошо.

Итак, позвольте представиться, дамы и господа, меня зовут Тервинтер Джо или просто Джо. Так «просто» меня звали враги, друзья, любимые… в общем, все. Спросите, откуда у десятилетнего мальчугана могут быть враги? Были, господа, были! Не в этой жизни, конечно, но чего у меня всегда хватало – так это недоброжелателей. Вполне их, кстати, понимаю.

В общем, я перерожденец, сиречь реинкарнатор, сиречь душа с сохраненной памятью, начавшая жизнь в новом теле. Это не первое моё родео, уверяю вас, но, надеюсь, последнее. Я, видите ли, теперь на пенсии.

Нет, ну знаете все эти истории, когда высшая сущность выдёргивает свежепреставившегося человека к себе и оделяет заданием в другом мире, обещая в награду мощь, славу, деньги и чудеса…? Знаете, да? Я был кем-то подобным, да. Почти. То есть, сначала переродился, вырос, почти женился, выучился на перспективную (вру) профессию… а потом меня нашёл один бог. Нет, он со мной не разговаривал, а вместо этого очень грязно использовал, устроив мне очень веселую жизнь в одном далеко не лицеприятном мире. Разумеется, я после этого покрыл его последними словами (упокоившись в очередной раз), а бог, оскорбленный до глубины своей души, пнул мою душу так, что я улетел к черту на рога, там вселился в тело молодого человека, которого как раз вешали, и, собственно… получил возможность таким образом прожить третью жизнь.

Длилась она ярко и недолго, потому что пришлось спасать мир. Меня похитили лошадиноголовые марсиане-телепаты и уже готовились казнить, как Дахирим (это мой бог), у которого был хитрый план, проявил себя через меня, своего святого, взорвав к чертовой матери материнский корабль инопланетян (вместе со мной) и… тем самым благополучно переехав в другое измерение. То есть в то, куда он меня, собственно, до этого и пнул. Это и был его хитрый план.

Как у меня тогда подгорело – не знал никто. Когда тебя грязно используют две жизни подряд? Это перебор, согласитесь. Но Дахирим не простой бог, он бог вероятностей, старому доброму Джо, который отнюдь не могуч сам, с таким было никак не справиться. Но… на этом все не кончилось!

Мне предложили игру в открытую, задание от самого Дахирима, на которое пришлось согласиться. А куда деваться? Я не мог навредить богу, а он не мог от меня избавиться, потому что святой – это не менеджер среднего звена, его уволить невозможно. По некоторым божественным правилам святой может пасть, но увы, у бога вероятностей попросту нет запретов, ересей и хоть каких-либо «нельзя», с помощью чего я бы мог подать в отставку, так что мы оказались повязаны. Не самая лучшая ситуация, но Дахирим нашёл выход. Он предложил мне сыграть в одну Игру…

Игра Богов на искусственном мире Кловер была моим единственным шансом избавиться от этого бога, поэтому я принял приглашение прожить еще одну жизнь. Самую, наверное, дикую, потому что в этом мире действовали натурально правила компьютерной игры РПГ, надо было прокачиваться, практиковать навыки, убивать монстров и зачищать подземелья. Как всегда, это было долгое приключение, наполненное всем, чем может быть наполнено приключение, даже драконами. А какие сиськи были у моей главной спутницы… сколько проблем они доставили! Но не в них уже суть, а в том, что я благополучно одолел все препоны, случайно даже выиграв матч в Игре Богов, за что меня, наконец, уволили из святых, разорвав все связи с Дахиримом. А затем был Приз – мир и жизнь на выбор. Исключительно мои.

В общем, дамы и господа, у меня пенсия. В самом прекрасном, самом мирном, самом волшебном и самом добром фэнтезятнике, который только нашёлся в Мироздании! В двойном мире Орзенвальд!

Это не мир, а самая натуральная, ванильно-пастельная, влажная и сочная мечта страшной как земной грех девушки-подростка, мечтающей переродиться из своей жирной туши в эльфийскую принцессу! Тут есть магия, есть гномы, драконы, гламурные вампиры, благородные сэры, мудрые короли и их прекрасные дочери! В общем, полный набор отборнейших, проверенных тысячелетиями, штампов! Все, что может прийти вам на ум!

Всё. Буквально.

Единороги? Пегасы? Гномики, зарывающие горшки с золотом там, где радуга касается земли? Легко. Магия, настолько крутая, что может создать свежее холодное пиво прямо в бокале? Есть! Легенды о легендарных героях с указанием курганов, в которых, если как следует порыться, можно извлечь на свет солнца их невдолбенно крутые артефакты? Есть!!

Но Орзенвальд, разумеется, не рай. Это просто мир. Очень мягкий, очень добрый, но единороги тут срут, и даже говном, гномик тебе всю жизнь об колено сломает, если ты сопрешь его золото, а попробовав раскопать курган героя, ты рискуешь как хапнуть проклятие, так и стать врагом номер один у нации, которая этого героя чтит и любит. И тебя зарежут, да! Зарежут прямо в жопу деревянным колом! Медленно! На площади! И все, даже самый сука добрый молочник, скажут – так ему и надо!

И будут правы!

…но мне этого, разумеется, не нужно. Сейчас перед вами, дамы и господа, юный десятилетний волшебник, сидящий на дереве. Он слегка смугловат, вокруг его сине-зеленых глаз небольшие тени, а черноте волос может позавидовать сама ночь. Завтра он, как и остальные дети, размещенные в деревне Айвель, отправляется в Школу Магии, чтобы начать в ней своё обучение, став, в итоге, полноправным членом Гильдии Магов Орзенвальда, дабы начать свою жизнь в настоящем мире.

Ах да, сейчас мы? Да-да, в магическом измерении Орзенвальда, куда никогда не ступала и не ступит нога обычного человека. Помните, я говорил, что мир двойной? Тут живут исключительно волшебные существа, в том числе и мы, волшебные люди. Ну, то есть маленькие люди, потому что волшебники, как не крути, а человеки, которым далеко не все рады. Маги живут с людьми, там, в земном мире, причем выполняя множество важнейших для этого мира функций.

- Джо? – негромкий, слегка ироничный, голос, принадлежащий незнакомому гоблину, стоящему под деревом со сложенными на пояснице руками.

- Иду, - киваю я существу, захлопывая книгу и просто спрыгивая вниз, с высоты метра в три. Заклятия на моей обуви и одежде начинают свою работу, тормозя опасное падение, так что приземляюсь я мягко, на ноги. Незнакомец лишь качает головой, наблюдая как я эксплуатирую магию, чьим предназначением является уберечь меня от беды.

- Доброго дня вам, магистр Вирт, - негромко здороваюсь я с зеленокожим существом. Незнакомец? В этой глухомани? Ноль шансов. Боливиус Вирт, магистр-ректор Школы Магии, волшебник, знающий о моей тайне? Это он, сто процентов. Разумеется, под личиной. Мне она кажется просто незнакомой, а вот если прибежит та же Мойра, то она увидит одного из гоблинов, населяющих эту деревушку. А уж удивиться, почему с Джо разговаривает гоблин? Так я только с ними и общаюсь.

- И почему я не удивлен, даже сегодня наблюдая тебя одного? – с мягким укором произносит маг, - Джо, тебе с этими ребятами еще учиться десять лет, а ты даже не соизволил с кем-либо подружиться…

- Как будто бы вы поступили иначе на моем месте, господин ректор, - ухмыляюсь я, - Может быть не читали бы книги, а вспоминали бы их, лежа на бережке речки, но возиться с детьми…

- Ох не знаю, не знаю…, - прячет глаза замаскированный волшебник. Брешет. Всё он знает.

- Еще лет пять и возиться начну, - обещаю я, уточняя, - С девушками.

- Ах ты-ж! – мне тут же прилетает чем-то невидимым по шее, - Только попробуй, Тервинтер! Только рискни! Сам проклятье наложу, чтобы всё отсохло! Старый ты козёл!

В принципе, мы по возрасту с Виртом равны, нам обоим плюс-минус тапок триста лет, но у меня они распределены на кучу жизней, а вот у него одним куском. Тем не менее…

- Да шучу я, - отмахиваюсь, - Зачем нужны эти драмы? Решу вопрос как и любой другой волшебник, суккубочкой…

- Другое дело…

- …или тремя, - коварно заставляю я его закашляться, пуча глаза и задыхаясь.

Волшебники не размножаются, точка. Никак. Мы только рождаемся промеж обычных смертных, злая тетка в Младенческом Фургоне ворует нас, подкладывая видоизмененных обычных детей, а потом маринует в стазисе набранный улов, пока в Школе Магии господин Боливиус Вирт не решает, что неплохо бы воспитать следующее поколение. После этого Фургон разгружают, детей достают из стазиса, воспитывают в какой-нибудь гоблинской деревушке типа этой, а затем отправляют учиться. Это я к чему? К тому, что тема секса среди волшебников табу. Наши таланты, Причуды, возможности и знания позволяют эту тему интерпретировать… ну очень свободно, а так, как у траха нет никакого практического применения, её стараются замалчивать.

В первую очередь потому, что это уменьшает число сексов в Школе, а значит и мешает подросткам нагородить проблем себе же на головы. Если ты волшебник и живешь по полтыщи лет – тебе совершенно ни к чему распинаться, кого и как ты поимел из волшебниц, они и отомстят так, что мало не покажется.

- Ладно, шутник… тьфу, - сплюнул что-то находящийся под иллюзией маг, - Я сегодня к тебе пришёл за тем же, за чем приходила и эта милая Мойра. Спросить в последний раз. И вот я спрашиваю в последний раз – ты… уверен?

Если бы не талмуд в руках, я бы заложил ладони за затылок, а так просто улыбнулся.

- И в последний раз повторюсь – уверен, - кивнул я, - Законопатите меня в самую дальнюю Башню, в места, где даже сдохший осел причина для пересудов на года, и я буду счастлив!

- Будешь ли? – прищурился маг в чужом облике, - Я же слежу за тобой, Джо. Ты перечитал все книги в деревне, заболтал всех старых гоблинов, постоянно упражняешься или чем-то занят. Твой характер совсем не подходит для выбранной стези. Совсем!

- И следующие десять лет я буду заниматься тем же самым, - кивнул я, - Учиться, учиться и еще раз учиться. Я сделаю из своей Башни крепость, наполненную уютом и комфортом, свяжу контрактами десятки волшебных существ, найду способ заработка, который обеспечит меня притоком золота, а вот потом уже… потом уже я буду отдыхать, магистр. Качественно отдыхать. Так, как никогда себе не смогут позволить… ну вы поняли.

- Я… понял, - кивнули мне в ответ, - Не понял, но понял. Чувствую, что понимаю, знаю, что ты соблюл все условия наших предыдущих сделок, но… Джо? Твоя судьба может быть куда…

- Магистр…, - с мягким укором я посмотрел на того, кто надзирал за мной с тех пор, как вредная и боязливая старуха сняла с колыбельки заклинание стазиса.

- Эх…, - опустил тот плечи, - Ну что же, ну… тогда до завтра, Джо Тервинтер?

- До завтра, господин ректор, - поклонился я этому, вне всяких сомнений, мировому деду.

Не то чтобы он меня всю дорогу в жопу целовал, отнюдь. Но не прибил от греха подальше, общается по-человечески (в отличие от Лонкабль, кукурузу ей в борщ!), ну и…сделал кое-что, довольно для меня ценное, и за это я этому волшебнику очень благодарен. А с завтрашнего дня он становится моим ректором в Школе Магии, где такие недоростки как мы будут приобщаться к высочайшему искусству всех времен и народов.

Кстати, не преувеличиваю. Когда-то сам был мелким колдуном, гораздым на кучу грязных трюков, но те фокусы по сравнению с местной магией?! Пф.

В этом мире волшебство возведено в абсолют. Вот иду я по улице, вокруг дома, почти все одноэтажные, с крышей в виде купола, покрытого растущей травой и цветами, ну, приличная гоблинская деревня, да? И тут, несмотря на то что среди местных ни единого колдуна нет и близко, и то есть метлы-подметалки, занятые работой, летающие лейки-брызгалки, осла вон, то есть пугнуса по-местному, специальная щетка сама чистит! Заколдованное тут буквально везде!

Представляете, какую жизнь себе сотворить может волшебник? Полуразумная домашняя посуда, самосрабатывающее освещение, охранные чары, разумные книги, призываемые существа… и это самое базовое, понимаете! Вон, даже у гоблинов есть!

Спохватившись, я остановился посреди улочки, оглянулся по сторонам и, увидев, что никого рядом нет, направил правую руку на дорогу, чтобы выдать такой же сноп радужных искр, каким недавно меня попотчевала Мойра. Густо вышло и много, аж почти ослеп, не отвернувшись. А в пять лет еле-еле вспыхивало. Это у нас единственное доступное детям волшебство – банальный сброс накопленной маны, упражнение для тренировки внутреннего источника. «Качать» его, выдавая максимум и до донышка – удел полных придурков, а вот пыхать время от времени детям очень даже полезно.

Пыхнули и идем, нас уже, наверное, ждут.

И таки да, меня ждали!

- Господа Диркбаум и Старк, - войдя в дом, делаю умышленно клоунский поклон со странными жестами руками, - Восхитительная дева Триона! Тервинтер Джо благословляет сей дом своим визитом!

Под скрипучее хмыканье двух сидящих за столом стариков мне в лицо летит скомканное кухонное полотенце от «восхитительной девы», тут же потемневшей аж до кончиков ушей. С возмущенным фырканьем и грозным топотанием, юная гоблинша несется ко мне отнимать пойманное полотенце, за что и получает поцелуй в темную надутую щечку. От этого жеста два брата аж начинают гоготать, а окончательно смущенная внучка одного из них с шипением прячется на кухне.

- Вот не можешь ты спокойно зайти, да, жулик? – хмыкает Диркбаум.

- Сегодня-то? – поднимаю бровь я, - Никак, сэр-р!

Десять лет без нормального общения? Да я бы сошёл с ума. К счастью, это магическая сторона Орзенвальда, а у всех волшебников свои, порой наотмашь бьющие по чувству здравого смысла Причуды. Поэтому для избранных, крайне немногих избранных в этой замечательной деревушке, Джо показывает куда больше ума и сообразительности, чем должен десятилетний мальчик! А учитывая то, что меня с этими двумя старыми гоблинами роднят сотни часов, высиженных на рыбалке…

- Трионка, тащи кружки! – командует один из дедов, - Да сама садись уже с нами, не убежит твоё рагу! Будем мальчонку нашего провожать!

Рагу. У меня текут слюнки. Рагу — это вещь, рагу – это мясо! А вот с ним в волшебном мире напряг. Проблема как раз из-за волшебников, причем всех видов и рас. Видите ли, в нашем присутствии любое живое существо приобретает совершенно бессовестный уровень интеллекта… со временем. А жрать того, кто вчера тебя выслушал по пьяни, а потом всю ночь грел своим теплым боком… ты не будешь. Ну я еще маленький бухать, так что аналогию просто привел ту, что будет поближе к вам. Понятно, в общем-то, да? Из-за этого излучения, кстати, гоблины селятся возле волшебников, а также считают огромной честью наняться к ним на долгую службу. Чем ближе ты живешь к активно практикующему магу, тем выше шанс, что и у самого тебя откроется дар магии.

Касается это, конечно же, гоблинов и еще некоторых, изначально безмагичных, рас. Но не людей. Мы только естественным путем.

Едим рагу, жмурясь от удовольствия. Мяяясо! Старики гладят свою темно-зеленую от многочисленных похвал родственницу по голове. Замечательно сотворила!

После ужина случается она, прощальная игра в кости. Мы с Диркбаумом и Старком метаем по очереди костяшки, азартно цокаем, старики травят байки, которые с огромным интересом слушает Триона. Простой домашний праздник, наполненный простым незамысловатым комфортом. Эти гоблины были моей отдушиной почти пять лет, с тех пор как нам, карапузам, разрешили понемножку выходить за пределы общего дома. Воспоминаний, в общем-то, немного, да откуда их взять в этой пасторали? Бессчётные дни рыбалки, вечерняя игра в кости, иногда остающийся на ночь я. Ребенка могла спокойно приютить любая гоблинская семья в деревне, хоть на ночь, хоть на неделю, но я предпочитал кочевать по разным домам, а не надоедать старикам и их внучке. Видимо, это дало свои плоды, так как старым гоблинам явно было неприятно со мной прощаться.

Ну а что? Куда деваться? Такова жизнь.

///

В стоящем на столе волшебном шаре было видно, как смуглый и худенький десятилетний мальчик играет в кости с двумя старыми гоблинами, иногда отвлекаясь, чтобы пошутить над вяжущей зеленокожей девчонкой, забравшейся в кресло с ногами. Сцена была наполнена мирным уютом… напоминая уже десятки подобных сцен, которые подсмотрел за неким Джо магистр-ректор Волшебной Школы Боливиус Вирт.

- Ты ему не веришь также, как не верю и я! – резкий женский голос разорвал вечернюю тишину кабинета ректора.

- Отнюдь, дорогая подруга, - задумчиво покачал головой волшебник, - Отнюдь. Мы ему не верим оба, но каждый по своим причинам.

- И мои ты считаешь… надуманными!

- Разумеется, - чуть наклонил украшенную благородной сединой голову маг, а затем поднял глаза на гостью, - Ты верующая, моя дорогая Тиара, увы и ах. Для тебя «бывший святой» — это буквально плевок в постулаты твоей веры, вот почему ты до сих пор каешься, что не нарушила наш закон, стерев невинного с Полотна Судьбы. А вот у моего недоверия куда более серьезные обоснования!

- Невнятные у тебя обоснования, а не серьезные! – сидящая у камина старушка зябко поёжилась, протягивая руки к огню, - Всё думаешь, что он что-то замышляет!

- Не думаю, а уверен, - пожевав губами, выдал ректор, - На все мои вопросы Джо Тервинтер отвечал правдиво. Его поведение всю его жизнь не выбивается за границы… за границы. Но… он ничего не рассказывает о боге, которому служил. Да, Клятву магия приняла, о том, что бог Джо не был темным богом, не желал зла и не требовал жертвоприношений разумных… но и только. О нем мальчик никогда не говорил, а уж его просьба отсечь, хотя бы временно, то животное, что внутри него… Жалею, что я это сделал. Возможно, был бы способ воплотить это существо. Оно бы рассказало куда больше.

- Ну так на обретении фамильяра и расскажет, подумаешь! – фыркнула обиженно Лонкабль.

- Не думаю, - устало вздохнул маг, - Связь фамильяра и хозяина крепка, а мальчик силен, хитер и мудр. Он догадается заткнуть своего питомца раньше, чем я смогу задать вопросы… и это в том случае, если кот согласится ответить. Если он разумный, то промолчит, что за выгода ему предавать хозяина?

- И что, так и будешь ждать? – поинтересовалась сварливо волшебница.

- Так и буду, - мирно согласился с ней ректор, - Только вот я не только волшебник, но еще и учитель. И, как учителю, мне тошно от того, что случится завтра. Тошно от выбора этого «святого». Кем бы он ранее ни был, что бы он не творил, это были отнюдь не рядовые вещи! Отнюдь! Боги не барахольщики, чтобы разбрасываться такими званиями… и людьми! Ты это знаешь куда лучше меня!

- О пресветлая Лючия! – «прозрела» старенькая волшебница, с ужасом взглянув на своего старого друга, - Неужели ты собираешься… неужели…

- Не собираюсь, - сердито отрезал магистр, - Пока не собираюсь. Но что-то мне подсказывает, что за следующие десять лет я ой как соберусь!

Минуты две в кабинете была тишина, а затем послышался сдавленный голос Тиары Лонкабль:

- Боли… дорогой… не надо! Ты ни в кого не веришь, как и многие из нас, но давай вместе помолимся, чтобы Джо Тервинтер действительно провел в своей проклятой башне весь свой срок! Пусть отдыхает! Не трогай его, дорогой мой друг! Не тревожь то, что не понимаешь! Прошу тебя!

- Тиара…, - с некоторым трудом ответил на эту мольбу ректор, - Ты столько лет держишь в руках эти юные жизни, а помнишь, что с ними случается потом? Завтра мы примем на четыре факультета сто тридцать новых волшебников. Сто тридцать, Тиара, как и всегда. А сколько из них выйдут из наших стен Магами Башен? Сколько лучин, что завтра ярко вспыхнут, останутся потом тлеть в этих Башнях? Сколько?!! Ты знаешь ответ не хуже меня. Половина. В самом лучшем случае – половина!

Это была горькая правда, бремя, которое несли все преподаватели Школы Магии. Минимум половина учеников, приходящая на каждый цикл обучения, уходила в мир Магами Башен. Бессмысленными, бесполезными, но необходимыми придатками для Гильдии Магов.

Половина. Это очень и очень много. Не с точки зрения мира или Гильдии, отнюдь! …но с точки зрения магистра-ректора.

Сухой палец женщины уткнулся в шар, демонстрирующий посапывающего на небольшой кровати ребенка, над которым склонилась, заботливо поправляя одеяло, юная гоблинша.

- Используй его, - хрипло пробормотала Тиара.

- Что? – удивился Вирт.

- Ты знаешь, что он собрался завтра сделать, - устало и горько произнесла женщина, - Не тревожь этого Тервинтера, не пихай в места, куда он не хочет идти, дорогой друг! Воспользуйся им, как символом. Используй его как рычаг, который заставит юнцов трудиться и учиться, сжимая зубы и задницы, но не пытайся записать этого «святого» в Исследователи! Пусть он, как Маг Башни, станет примером… для всех. Если уж ты так намерен его сохранить…

Шли мгновения, и лицо мага, исказившееся в страдальческой гримасе, чуть разгладилось. Затем разгладилось совсем, а потом даже исказилось в умильной улыбке.

- Тиара…, - почти интимно пробормотал он, - Доррогая…

- Я уже сотни лет, как Тиара! – ворчливо донеслось от камина, - Старый ты безумец! Так, стоп! Ты куда это идешь?! Ты ко мне идешь?!! А ну отойди! Отойди, я сказала! Руки! Руки!!! Старый дур…

Глава 2. Мальчик-который-пожил

Мысли о прочитанной ну очень много лет назад истории про волшебников овладели мной сразу же при виде Школы Магии. Не столько потому, что антураж соответствовал, отнюдь, здесь у нас совсем не Шотландия, а, скорее, Средиземноморье, сколько как раз потому, что общего со знаменитой историей было мало… и, одновременно, много.

Школа Магии представляла из себя комплекс из нескольких старых зданий, давно и надежно облепленных ползучими, цветучими и пахучими растениями. Одно, центральное и самое массивное, было размером со… среднюю школу в обычном мире. Ну да, три этажа, два крыла, посередине жопа. Красиво, конечно, но ничего подавляющего. Кстати, перед жопой, то есть главным входом, стоим мы, сто тридцать простых и несколько оробевших детей, перед которыми, на трибуне, торчат несколько волшебников с добрыми и понимающими лицами.

Куда интереснее всё остальное, то есть, другие здания, прячущиеся за деревьями и кустами, огромный пруд, в котором плещется что-то размером с диплодока, а заодно самое внушительное, что есть на территории Школы – четыре Башни, возвышающиеся над всем этим делом. Устроены эти некрупные, но вполне солидные, сооружения были прямо у основного здания, а предназначением своим имели…

- Я буду Боевым Магом! – пискляво и отчаянно раздается с трибуны, куда вызван первый из нас. Мальчишка робеет и стесняется, увидев такое количество незнакомых детских лиц, но затем, под аплодисменты, раздающиеся у него из-за спины, добавляет смелее, - Я выбираю путь Боевого Мага!

Путь, хмыкаю про себя я, хлопая в ладоши наравне с остальными, пока парень спускается с трибуны. Всего путей четыре, хотя, на самом деле, три. А если подумать, то два…

- Я буду Боевым Магом! – следующая девочка, хрупкая и нежная на вид, но ей, похоже, слишком уж повезло или «повезло» с Талантом. Выбор пути, то есть факультета, не всегда доброволен.

Два пути. Боевая магия и ремесленная. Воины и Мастера. Хочешь легкой жизни и могущества, потрескивающего на кончиках пальцев? Иди в боевики, у них всё просто. Большой резерв, огромная пропускная мощь, деньги, телки, уважуха. Хочешь пожить подольше, кушая с золота и имея признание и благодарность целого города? Становись алхимиком-артефактором, Мастером. Совершенно безопасно, главное, не взорвись сам от своего ремесла. Все девочки, за очень редким исключением вроде вот этой малышки, выбирают путь Мастера.

- Я буду Мастером! – пищат детские голоса под кивки взрослых, - Я буду Боевым Магом!

- Я буду Знающим! – наконец, раздается голос, заставляющий оживленно гомонящую малышню утихнуть.

Знающие. «Третий» путь. Сложнее первого и второго, вместе взятых, в разы. Маги-исследователи, маги широчайшего профиля. Профессионала этого направления себе не каждое королевство может позволить, потому что ему требуются ресурсы, оборудование, волшебные ингредиенты… зато он, теоретически, способен снять любое проклятие, разобраться в устройстве любого волшебного предмета. Имена тех, кто закончат Факультет Знаний, будут знать в каждом уголке обычного Орзенвальда, сразу же. Спрос на их услуги всегда велик, потому что…

Ну, я же не зря сказал, что всего есть только два пути? Мало кто выдержит факультет Знаний, мало кто способен пройти этот путь. Сложно, дорого, опасно и трудно, невероятно трудно… по сравнению с боевой магией и недостаточно прибыльно, если сравнить с Путем Мастеров. Именно поэтому ректор постоянно навещал меня под разными обличиями, пытаясь на разной кривости козах подъехать к бедному Джо. Я бы смог стать магом-исследователем, а мой собственный Талант, «создатель заклинаний», идеально подходит…, но я-то тут на отдыхе? То-то же.

- Джо. Джо Тервинтер! – негромко произносит улыбающийся ректор, высокий и статный мужчина с обильной проседью на голове и в аккуратной бородке. А я уж и забыл почти, как он выглядит на самом деле.

Иду, вежливые волшебные дети мне уступают дорогу, как и всем прочим. Воспитывали и обучали нас хорошо, ненавязчиво, но строго. Манеры привиты у каждого, все, полагающееся знать десятилетнему человеку, мы знаем прекрасно, аж от зубов отскакивает.

Взобравшись на трибуну, озираю уже слегка подуставшую толпу детей с красными от постоянного хлопанья ладошками, а затем, полуобернувшись и подарив Боливиусу Вирту улыбку, громко и внятно «докладываю» собравшейся малышне:

- Я выбираю Путь Мага Башни!

Эффект разорвавшейся гранаты. Сто двадцать девять отпавших челюстей. Было бы больше, не предупреди ректор преподавательский состав, к которому я пока особо не присматривался, но удовлетворюсь и таким эффектом. Мелочи, зато много и приятно.

Четыре факультета, четыре Башни, два Пути. Мастера и Боевые маги – это золотая середина, Путь Знаний – это дорога для немногих, очень немногих избранных, которые смогут, а вот четвертая Башня, Башня Башен, Путь Мага Башни – это для тех, у кого башни нет. Не в смысле отмороженных до потери рассудка, хотелось бы, но нет. Путь мага Башни – это путь дебила!

Ленивого дебила. Бесполезного. Неудачника. Башня Башен – не место, которым гордятся, а место, куда «сливаются» те, кто не справился с выбранным заранее Путем. Те, кто не осилил, те, кому не суждено было удержаться на других факультетах, те, которым просто нужно место, чтобы приткнуться хоть как-то. И, одновременно с этим, дамы и господа, Маги Башен одни из самых важных персонажей в Орзенвальде. Потому что они, вы удивитесь, живут в Башнях Магов, крайне… подчеркну, крайне важных сооружениях, расположенных в обычном мире.

Представьте себе разбросанные по всему миру маяки, которые не указывают дорогу кораблям, а регулируют и распределяют Ветра Магии, наполняющие мир. Разжижают, можно сказать, эфирную «радиацию» до ровного фона, не позволяя ей скручиваться, скапливаться и ссучиваться, потому что места, где магия скопилась или закисла или еще что-то такое сотворила – начинают порождать чудовищ и разные паршивые явления. Кроме того, Башни предоставляют простым смертным некоторые магические услуги (если маг-резидент может это себе позволить), а также еще одну, чрезвычайно важную, вещь – телепортацию. За деньги, разумеется. За золотишко. За бабосики.

Эти же бабосики платятся тому же магу-смотрителю, который сливает в телепортационную сеть излишки своего резерва, подпитывая всю махину.

Итог? Любой из нас, десятилетних малышей, уже готовый Маг Башни. Ни один здравомыслящий ребенок, с которым проводилось далеко не одна беседа по поводу того, кем он хочет быть, не скажет, что желает стать Магом Башни! Наоборот, этого боятся, как огня!

Поэтому на меня сейчас пырятся все, буквально не веря собственным ушам!

Хе-хе.

- Гм, хорошо, Джо, хорошо…, - ломает тишину ректор, - Ты можешь спуститься. Следующий!

Всё, гуляй, твоя минута славы кончилась!

А нет, не кончилась, теперь от меня детишки расступаются и пальцами тычут. Вон Мойра кому-то на уши уже присела, рассказывая про «нудного Джо». Эх, молодость, волшебный звук свирели… К счастью, у нас тут маги, а не географисты, так что несколько волшебных иллюзий от ректора, короткая и бодрая речь о том, что каждый выбирает себе судьбу, затем пара фраз ободрения, и вот, маленькие колдуны уже забыли этого дурака Джо и вовсю обещают себе и другим стать Боевыми магами, Мастерами или Исследователями. Последних набралось аж десять штук.

Казалось бы, что может знать и понимать ребенок в десять лет? Обычно, ни фига подобного, но у нас не просто дети, а волшебники, владеющие магией. А та, как понимаю даже я, весьма… инерционна, но при этом отзывчива на мысли. То есть, эти дети, да и я в их числе, заранее были опрошены, им заранее были показаны иллюзии всех направлений, они далеко не один день принимали решение, стимулируя собственную магию и получая от неё отклик. Поэтому-то громкие заявления малышей с трибуны – это отнюдь не простая традиция!

Это веха.

Их собственная магия будет помогать им исполнить заявленное.

У нас тут волшебный мир, а не насрал кто-то!

После того, как все сто тридцать мелких засранцев отчитались о своих планах на жизнь, их повели кушать, то есть жрать. То есть внутрь. Внутри, по пути к столовой, я озирал потроха Школы Магии и испытывал искреннее уважение к местным заправилам – было уютно, много деревянной отделки, но никакого нагромождения хлама с антиквариатом. Учебное заведение во всей красе, старое, но скромное. Ну… если можно назвать скромным ручную резную отделку деревянных панелей из благоухающего дерева, полированные плиты мрамора на полу и самооткрывающиеся двери, каждая из которых представляла из себя произведение искусства.

Кроме того, здесь вовсю играли с пространством, потому как столовый зал был с потолками под пять метров, да и просторным достаточно, чтобы кушающих преподавателей не отвлекал шум от сотни с лишним детей. Те пока шумели не очень сильно, но все было впереди.

Кормят тут хорошо, решил я, пожирая густой молочный суп, в котором плавали солидные куски проваренного мяса. Следом была легкая сладкая каша из чего-то, напоминающего на вид макароны, а на вкус душистый сытный злак, разваренный и пропитанный маслом. На десерт перед каждым материализовался кусок не слишком-то и красивого, но убойно вкусного пирога, который предлагалось запить ягодным взваром. На праздничный пир это не тянуло ни одним местом, но на сегодня для малышей было еще далеко не все.

Им должны были показать их новый дом, а также выдать волшебные палочки, забрав при этом детские кольца! Официальное вступление в волшебники!

Палок выдавали аж по три штуки. Здоровых, черных, сделанных если не из эбонита, то из его волшебного брата-близнеца. Могучие указки были не простые, как объяснял сухой и желчный тип с унылым носом, но жадными глазами, а обучающие, с индикаторами. Ими нужно было колдовать старательно и точно, потому что если перебарщивать с волшебством, то внутри волшебной палочки начинало подтачиваться особое металлическое кольцо. И когда оно стачивалось окончательно (в кривых руках безалаберного волшебника), тогда палка приходила в негодность, пришлось бы брать в руки следующую.

А угадайте, дети, что вас ждет, если вы потратите все три палки?

Правильно, Башня Башен.

Это был хороший такой половник дёгтя в детскую бочку меда. Мне даже стало немного жаль ребятишек, в глазах которых появился настоящий ужас. Он не прошёл даже тогда, когда сам Боливиус Вирт разъяснил, что почти все волшебники, заканчивающие Школу Магии, приходят на выпуск с как минимум одной запасной палкой. Просто следите, товарищи ученики, за светлячками на своей палочке. Видите красный огонёк – прекращайте делать то, что делаете, потому что вы перегибаете палку!

А еще у первых четырех курсов палки отключались на ночь! Всё гениальное – просто.

Здесь действительно учили магии. Спокойно, предусмотрительно, с расстановкой, с многолетним опытом. Учили не просто сотню с лишним детей, а сотню с лишним носителей Причуд, некоторые из которых были весьма зрелищны. Тем не менее, какой бы смешной Причуда не была, ректор и деканы факультетов, которых он представил перед тем, как разводить нас по Башням, относились к ней с максимальным вниманием и уважением.

Если тебе нужно ежедневно красить нос синей краской, то она у тебя будет всегда, причем нужного оттенка, с кисточками нужной ворсистости. Если ты спишь, левитируя в десяти сантиметрах от ложа, то декан собственноручно зачарует твою кровать, чтобы специфика такого сна никоим образом не мешала соседям, а ты не брякался с высоты на твердый пол. Учитывалось всё и сразу.

Болит живот? Вызывай дежурного гремлина. Не спится? Вызывай дежурного гремлина. Страшно идти в туалет одной? Ты знаешь, что делать.

Гремлины от гоблинов почти не отличались, лишь только оттенки кожи были желтоватыми, а не сочно-зелеными, да морды похожими на сплющенные жабьи. Кроме того, эти создания были куда умнее среднего гоблина, но, при этом, и куда менее добродушны. Зато, как искусственная раса, проживающая многие годы в скоплении практикующих волшебников, являлись сами очень искусными магами. В Школе они закрывали все позиции по ежедневной работе и обслуживанию как оборудования, так самих учащихся. За одним исключением – готовили тут, всё-таки, гоблинши.

Затем представляются деканы.

- Я – Артуриус Крамер! – грохочет высокий чернобородый мужчина, грозно посверкивая небольшими глазками поверх здоровенного бесформенного носа, - Магистр Боевой Маги! Те, кто решил учиться на Боевого Мага – следуйте за мной! Я покажу вам вашу башню!

Мужик могуч и грозен, а в его мясистой лапе здоровенный посох, высотой с самого мужика. Магия потрескивает вокруг декана Боевого факультета, дрожит и дергается. Это я вижу с помощью своего Таланта, а вот остальная малышня буквально ощущает шкурками. В магистре боевой магии этой самой магии больше, чем во всех нас, вместе взятых.

- Я – Трилиза Саммерс! – сухо объявляет ну очень строгая на вид тетка самого диетического сложения, но при этом высокая как ясень, - Магистр Алхимии и декан факультета Мастеров! Будущие Мастера, просьба следовать за мной, я покажу вам ваши апартаменты!

В руках у тетки покоится жезл, мощная такая колдунская палка, которой и по хребту врезать можно. Магия вокруг неё спокойная, как убитый поездом слон, но зато насыщенная до такой степени, что мне режет глаза, если всматриваюсь.

Нас остается всего чуть больше десятка душ.

- Я – Эльдарин Син Сауреаль, - самый натуральный эльф самого обычного вида, если не считать черный строгий сюртук с высоким воротом, обращается к оставшимся, - Декан факультета Исследователей. Те из вас, что выбрали этот Путь – следуйте за мной, я покажу вам место вашего отдохновения.

У эльфа в руке волшебная палочка, тонкая и белая, совершенно смешно выглядящая даже по сравнению с нашими эбонитовыми самотыками. Буквально зубочистка. А еще он, этот изящный длинноухий тип, тихо ожидавший своей очереди, буквально ел меня глазами всю дорогу, с тех пор как я с помоста заявил о своей мечте стать никем.

А вот моего декана не было. После того, как с эльфом ушли будущие Исследователи, мы остались втроем – я, магистр-ректор Боливиус Вирт и тот самый унылый тип с жадными глазами и вислым носом, который тут за завхоза. Ну а что? Правильно. На первом году никто не попадает в Башню Башен, так что я даже не удивлен, что моего декана не…

- Здорово, щегол! – скрипит унылый тип, - Меня зовут Дино Крэйвен, я, стало быть, твой декан. Пшли уже… мне еще форму вам готовить. Пшли, говорю! Покажу, сталбыть, где жопу приткнуть.

Что-то мне подсказывает, что Дино - нихрена не магистр, говорит мой взгляд, уткнувшийся в лицо ректора. «Всё ты правильно понял», - отвечают его добрые и понимающие глаза, - «Сам писанулся! Теперь кури бамбук!»

Ну и не такое бывало на моем веку, так что топаю, сжимая в охапке три эбонитовых самотыка, за местным завхозом. Ой, то есть не завхозом.

- Моя основная должность – Мастер Гремлинов, - бурчит идущий к башне мужик, - а деканствую я, щегол, для души, сталбыть. Душа ж моя, она оченно нежная и чувственная, потому не терпит, когда её дербанят, усёк?

- Усёк, - говорю я, даже не думая портить отношения с не слишком-то приятным, но определенно нужным персонажем, буквально вторым после ректора во всей этой волшебной академии.

- Хорошо, тогда слухай дальше, как мы с тобой жить будем…

Жить предполагалось просто и весело, ровно как завещал Иисус в пятой главе Евангелия от Иоанна. «Не создавай мне тут проблем, сучка!». Я не трогаю Дино, он не трогает меня. В общем-то ничего нового для самого Мастера Гремлинов, но с одним исключением – деканить он начинает года, эдак, со третьего, а до тех пор Башня Башен стоит пустой. Учитывая, что теперь в ней живет ученик, он предлагает пацану себя хорошо вести, ничего не ломать, учителей и учеников не обижать, а за это, сталбыть, Дино кой-чего интересного подскажет, покажет и научит. Когда настроение будет. Потому что…

Первые три года в Школе во многом одинаковы для всех четырех факультетов. Детишки ходят на совместные занятия, развиваются в магических и немагических науках, осторожно колдуют заклинания общего профиля и, постепенно и аккуратно, затачивают свою магию под выбранную профессию. То есть, у декана факультета Башен работы нет никакой, ибо специализации у мага Башен – нет. Потому нам магистр и не положен. То есть, проще говоря, мягко выражаясь, сталбыть, последние четыре курса из десяти лет обучения, пацан – это самоподготовка. У вас, у Башенных. Как хочешь, так и дрочишь.

— Вот, - распахнул завхоз двери башни, стоящей позади основного корпуса, - Выбирай! Любая комната - твоя!

Хе, мы и сами не пальцем деланные.

- А чего тут выбирать? – невозмутимо осведомился я, затаскивая свои эбонитовые палочки внутрь, - Вон же, комната старосты. Я, сталбыть, он и есть!

Башни, как, впрочем, и абсолютное большинство зданий в этом прекрасном мире, были куда больше внутри, чем снаружи. То, что казалось лишь вытянутой в небеса водонапорной башенкой внутри из себя представляла вполне роскошный донжон с центральной огромной колонной, по внешней стороне которой вверх уходила лестница. Сама колонна была пустой и на этажах выше содержала в себе бытовые помещения и склады, но на первом этаже было сделано исключение в виде комнаты старосты, довольно просторной и удобной.

- Ишь ты…, - улыбнулся, хоть и криво, Дино Крэйвен, - Лады. Раз такое узнать успел, значит не зря про тебя Вирт говорил. Авось и сладимся.

- Сладимся, дядя Дино, - кивнул ему в ответ я, - Я сюда учиться пришёл, а не шкоды творить. Вот учиться и буду.

- Посмотрим, шкет. Но так не кликай, - нахмурился Крэйвен, а затем подмигнул, - На людях-то. Либо декан Крэйвен, либо Мастер Гремлинов. Усёк?

- Усёк! - улыбнулся я еще ярче.

Кажется, жизнь по-прежнему стоит ко мне лицом. Хотя, с другой стороны, кто бы стал держать рядом с самыми ценными детьми планеты какого-нибудь ублюдка?

Так я и стал первым обитателем пустой Башни, куда так боялись попасть остальные дети. Что еще надо для счастья уставшему бродяге?

Занятия начались на следующий день, не так уж сильно отличаясь от тех, что были у нас в деревне. Полдня будущие маги корпели над пергаментами и, сосредоточенно пыхтя, учились по капельке продавливать сквозь палочки волшебство, а еще половину отдыхали, играли и баловались под присмотром тех же жаболицых гремлинов. На территории Школы оказалось множество небольших парков и рощ, в которых можно было провести свободное время и весело, и с пользой.

Я использовал эти пространства в основном для пробежек. Полчаса утром, полчаса вечером, несколько разминок в течение дня. Статус «черной овцы» среди мелких лишь помогал сосредоточиться на занятиях, где я сразу поставил себе целью получить столько золотых звезд, сколько могу себе позволить. Золотой звездой награждался полностью сданный курс по тому или иному предмету, полностью освобождая ученика от необходимости на него ходить. Магии это, конечно, не касалось, но вот «география», «курс хороших манер», «математика», «геометрия», «знание дикой природы», «курс путешественника» … и еще десятка три предметов, которые я уже знал в силу возраста и опыта?

Хах!

Волшебная пора нового детства в школе магии! То, о чем мечтают миллионы смертных! Новые знакомства, встречи, приключения в волшебном мире, мистические загадки и великое предназначение, страшные враги и верные друзья, манящий блеск золота и задорный хохот юношеских эскапад!

Всё это не имело для старины Джо ни малейшего значения. Он был очарован магией. Не той, которую знал раньше, годной лишь на мелкие проклятия и отпугивание целого сонма потусторонних существ, а истинной, позволяющей прогибать реальность под свои желания! Мне не нужны были сила и мощь, не хотелось уметь огненным шаром разбивать замковые ворота! А вот зачаровывать, заколдовывать, изменять и творить…?

О, это было совершенно другим делом.

Поэтому я, игнорируя всё, что могло быть проигнорированным, вгрызся матёрым зверем в любое знание, которое готово была дать мне Школа Магии!

…или не готова.

Глава 3. Воссоединение

(пять лет спустя)

Просыпаться от тихого и очень смущенного женского писка – всегда приятно, особенно если можно поваляться, в щелочку едва раскрытых глаз наблюдая, как мучается очередная жертва моей шутки, пытаясь натянуть очень укоротившийся подол платья пониже. А учитывая, что феечки летают, а будить волшебников им надо с близкого расстояния, вопя тем почти прямо в лицо, то такой своеобразный стриптиз зарядит хорошим настроением кого угодно с утра! Всего лишь небольшая иллюзия, закрепленная на мою кровать, а сколько позитива!

Сегодня, правда, я не хотел вылезать из кровати, и этому были куда серьезнее причины, чем легкий стриптиз от Мильрады, юной феи, прилетевшей меня будить, так что, открыв глаза и убедившись, что побуревшее от смущения личико феи маячит у меня перед глазами, а платьице натянуто так сильно, что его сверху чуть не покидает грудь, я смачно зевнул:

- Всё, проснулся, проснулся. Спасибо, Миль, ты, как всегда, великолепна!

- Ну тебя! – пискнула фея, - Извращенец! Никакого стыда! Убери уже это волшебство!

- Ни. За. Что!

- Джо – извращенец!! – тонко взвыла фея, отлетая от меня сложным зигзагом, призванным скрыть обнажающиеся детали её организма, - Пошляк! Хам! Негодяй!

— Это всё я, - довольно подтвердил, еще раз с удовольствием зевнув, - Так и есть.

Ладно, перед смертью не надышишься, нужно вставать. Тем более, что всё плохое случится вечером, а до него еще надо дожить.

Встать, лениво шевельнув пальцами, запуская тем самым заправление кровати, с хрустом потянуться, встряхнуться, пойти в туалетный уголок. Сделав свои дела, умыть свою пятнадцатилетнюю рожу в рукомойнике, а затем активировать зубную щетку, которая сама начнет порхать возле моей зевающей пасти, наводя порядок и чистоту. Пасты зубной в этот мир не завезли, увы, так что щетка пашет на чистой магии. Сполоснув ротовое отверстие и еще раз освежив харю, вернуться в комнату.

Легкие штаны, сорочка, нечто вроде толстых носков с подошвой, называемых в этом прекрасном мире, внезапно, носками! Следом, как и любой ученик Школы Магии, я надеваю эту самую ученическую робу коричневого цвета, которая мне поначалу казалась очень неудобной. Сейчас попроще, особенно после некоторых эпизодов, случавшихся в нашей повседневной школьной жизни. Роба эта распределяет по всей своей поверхности любой угрожающий юному волшебнику фактор… а вы знаете, сколько в жизни юного волшебника угрожающих факторов? Нет, вы не знаете!

Следом идёт шляпа. Да, глупая широкополая шляпа с конусовидным заостренным центром, которая, внезапно, тоже защищает от факторов, причем даже там, где её ткани нет! Сказать вам, что шляпа и роба являются комплектом, работающим совместно? Ай, не надо, вы уже сами догадались.

Всё, я готов к труду и обороне, то есть к завтраку. Почти. Ученическую палочку в кобуру на поясе, жезл на другое бедро просто в петлю, в руку взять посох – и вот теперь можно выходить!

На первом этаже, в нашем маленьком общем зале, меня уже ждут двадцать семь только что спустившихся сюда учеников Башни Башен.

- Здравия желаю, господа временные жильцы! – бодро гаркаю я при виде их сонных, но вполне живых физиономий.

- Доброго утра, староста! – вразнобой отвечает мне народ.

- Вперед, за жратвой! – протягиваю жезл, копируя позу дорогого Ильича.

- Ура! – уже пободрее откликаются мне люди. То есть будущие волшебники.

И мы выходим из башни. За моей героической спиной слышны шутки, бурчание, незлобивые насмешки друг над другом. Юные волшебники пихаются, сплетничают и в шутку жалуются друг друга на разные детские мелочи. Не сравнить с тем состоянием, в котором они ко мне приходили в начале прошлого года. Унылые, разочарованные в себе и в жизни, считающие, что потерпели полный крах, попав в Башенные маги.

Всё это изменилось.

- Привет, Джо!

- О, это Джо! Здорово! Привел своих? Я с вами сяду!

- Джо-о! Будем сегодня иллюзиями мериться?! Вызываю тебя!

Суперзвездой я не стал, было некогда, да и времени на подобную ерунду нет. Но вот те, кто всё-таки попал, а затем и вышел из Башни Башен, вновь заняв свое место на престижных факультетах, те меня видеть рады. В отличие от всех остальных. Не могу их винить. Три магических инструмента, по праву носимых учеником Башни – это плевок в лицо любому студиозу, не желающему понимать, что никакой ложки (то есть иерархии) не существует.

Особенно в этом плане старается Мойра, наша школьная краса, гордость и защитница обижаемых моими иллюзиями фей, которые ей дуют в уши при каждом удобном случае. На самом деле, весь секрет в том, что эта девчонка умудрилась создать на алхимическом столе особое зелье, невероятно сладкое и мананасыщенное. На него мгновенно подсели летающие заразы, так что теперь Мойру иногда кличут Повелительницей Мух, за что та злобно мстит. Ей хочется быть Королевой Фей.

Завтрак окончен и народ разбегается по своим делам. Большинство идут на уроки, меньшинство, вроде меня, имеющего уже тридцать четыре золотых звезды, свободно до обеда. Поэтому я иду в главное святилище школы – Библиотеку. Подальше от всех, потому что эти все умудряются надоесть мне всего лишь за время завтрака. Ну подумаешь, сегодня день, когда волшебники обретают себе фамильяра, но зачем столько разговоров об этом?! Вы даже не знаете, кого получите!

…один я знаю. Это и портит мне настроение.

- Приветствую тебя, великий дух знаний, Вермиллион! – торжественно ору я, войдя в святилище всех волшебников, - Слава вечная тебе, мудрый архимаг!

Эхо от воплей моего ломающегося голоса насилует внутренности огромного здания, а заодно и уши худого пятиметрового призрака, висящего над стойкой администратора. Вермиллион не просто полупрозрачный призрак синего цвета с выдающейся бородой аж до колен, о нет! У него четыре одинаковых лица и восемь рук, а жопы нет вообще, со всех сторон перед. Он всезнающ, всеведущ, мудр как тридцать три попугая и вреден как чахоточный цыган, только что появившийся в городе.

- Заткнись, балбес! – грохочет оторванный от всех четырех книг, читаемых разом, Главный Библиотекарь, - Пять лет твой визг по утрам сбивает меня с мысли! Прокляну!!

- Кто кроме меня вознесет тебе славу, о синейший из мудрецов? – я подпускаю в голос побольше лести, не говоря при этом, а шепча, - Кто поведает о мирах далеких и страшных? Кто раскроет вечно голодному на знания духу тайны мироздания за границами Орзенвальда?

Всё верно. Вермиллион – один из наименее безобидных обитателей Школы Магии, он со смертью не утратил своего могущества, но для меня он лучший друг, брат и союзник. Невольный, разумеется. Я нарушаю покой великого мага в самое неудобное время, я спрашиваю его совета, шучу над ним непрельстиво, а он ворчит, ругается и шипит, но продолжает помогать и советовать. Ибо мои истории – совсем не то, что он когда-либо сможет найти в книгах.

- Прогони Крико! – требует библиотекарь, видя, как я крадусь к своему излюбленному уголку, - Этот пугнус полночи ржал, читая фривольные романы, а потом еще и храпел, уснув! Ровно до тех пор, пока твой омерзительный визг не заставил его заткнуться! Выгони отсюда это животное!

Как вы уже поняли, несмотря на скверный характер, огромное могущество и маниакальное любопытство, Вермиллион – очень добрый. Даже осла-мутанта не стал прогонять. Из библиотеки. Но это наш с ним секрет.

С Крико, пугнусом недолюбливающей меня тетушки Лонкабль, мы находим общий язык быстро. Чрезвычайно умный ослик тихо и быстро удаляется, а я не перекрашиваю его шерсть в ядовито-оранжевый цвет, как в прошлый раз. Взаимопонимание, как я его люблю.

- Хорошо, - изволит оторваться от книг Вермиллион, наблюдая изгнание непарнокопытного, - Я добавил в третий ряд слева у тебя несколько томов по семантике древних заклятий. Только держи язык за зубами. Как обычно.

- Разумеется. Благодарю тебя, - кланяюсь духу.

Читать можно, практиковать нельзя. Количество выпоротых телекинезом жоп, как и отлучений от библиотеки на месяц, было несчетным. Не считая перекрашивания осла, произошедшего по требованию самого Вермиллиона. Месяц без библиотеки для любого ученика мага – это то еще адище, честно вам говорю, но всегда найдется захваченный чтивом энтузиаст, который достанет палочку и раззявит пасть, дабы попробовать. Вот тогда дедушка негодует.

На моем столе, как и всегда, завал книг. Кроме них тут располагается самопишущее перо, убористо заполняющее блокноты в твердом переплете. Это, вроде как, моя подработка, за которую хоть и платят сущие медяки, зато именем ректора мне позволено делать две копии – одну Библиотеке, а вторую себе. Проще говоря, я уже давно собираю свою библиотеку, которая, правда, будет состоять из таких вот записанных здесь блокнотов. Ну, поначалу.

А где собака порылась? Порылась она там, где волшебник – отнюдь не ученый и тем более не писатель. Как вы уже, наверное, поняли (что-то понятливые вы у меня!), основная масса колдунов делится на а) Боевые маги – «выкуси мой огненный шар, сучонок!», а у этих парней не жизнь, а сплошная качалка резерва, и б) Мастера – алхимики и артефакторы, которые что делают? Правильно, арбайтен. То есть, подавляющая… совсем подавляющая часть моих сородичей не имеет никакого отношения к умственному труду. А те, кто имеют, например Исследователи, совершенно не обязательно обладают талантом как писать, так и выражать свои мысли. Магия – не совсем наука, в ней нет палаты мер и весов, а отношения каждого отдельного волшебника с ней – индивидуальны.

В общем, я беру книгу, вижу в ней пятнадцать процентов полезного (своим высокоорганизованным умом) и восемьдесят пять процентов ереси, которую туда напихал очередной, страдающий графоманией, колдун. К примеру вот, огромный том, один из десяти, руки Венусы Болонской, кстати, мага Башни. Оная Венуса регулярно пила чай с Кетельбриком, магом, рассказывающем истории о древних заклинаниях, который этот Исследователь изучал. Изучал-изучал, но помер где-то на краю мира, унеся с собой все дневники, гримуары и записки. В итоге остались лишь записи Болонской, а там на каждые пять страниц соплей и слухов лишь пара небольших, но сверхценных абзацев по магии от Кетельбрика. Все десять томов, в итоге, уместятся в один блокнот, который преподаватели и будут рекомендовать ученику к изучению.

А все благодаря мне, имеющему мощнейший спам-фильтр человека двадцать первого века, плюс неплохое понимание образа мыслей у людей из более ранней истории.

Что? Говорите, мне мало платят за такую работу? Блокноты эти не бесплатные, это раз. А библиотечные книги ученикам копировать нельзя. Как нельзя? Вот так – нельзя. Изучать можно, пока ты учишься, а потом будь добр, бери деньги и телепортируйся в библиотеку Гильдии, где тебя ожидают копии этих работ. За деньги. Так что, господа, я тут в дамках!

Библиотека мой второй дом после Башни. Вермиллион с моего второго визита сюда приноровился кидать заклинание отвлечения внимания на этот стол, поэтому дети никогда не мешали мне работать. Хотя хотели, тут уж ничего не скажешь. Ну еще бы, это же Джо! Единственный в своем роде придурок, который захотел идти в башенные маги! Надо же поиздеваться!

…поначалу так и было. А вот когда у меня на первом курсе уже было шесть золотых звезд по предметам, тогда пренебрежительное отношение окружающих изменилось на возмущение, злость и зависть. А я в невидимости. Ищите и обрящете!

Вообще, учиться было весело, бегая от задир и умников. Последних на меня натравливал его эльфейшество Эльдарин Син Сауреаль, наивно полагая, что если дети со мной подружатся, то я перейду из «башенников» в «исследователи». Заноза дырка задница этот эльф! К счастью, допуска в чужие башни нет ни у деканов, ни у учеников, так что я мирно и счастливо прожил первый год… а вот на втором пришли первые переведенцы.

Жалкие, унылые, выброшенные на обочину жизни. Потратившие все три палки в забавах и хулиганстве. У одного палка даже взорвалась, хотя это было, вроде бы, нереально. Их гнали и над ними надсмехались. Когда преподаватели решили, что новые ученики Башни Башен готовы, они позвали меня.

И я показал этим недотепам, как надо любить родину! Что заниматься нужно не на уроках, а все время, что надо следить за собой, что без контроля и труда не выловишь и рыбку из пруда. Конечно, дети не были готовы к подобному, но упорный труд даже из обезьяны сделал человека, а уж мне стоило лишь немного времени потратить на парочку самых перспективных ребят, чтобы за ними потянулись и остальные. А уж когда первый из них восстановился на своем факультете…

В общем, хитрый план Боливиуса Вирта, демонстрирующий Тервинтера Джо как вполне успешного (если не лучшего) ученика, работал на славу. Против я не был. Особое отношение нужно было отрабатывать. Дивиденды же сыпались постоянно и по чуть-чуть.

Кстати, о них.

Оторвавшись от книг, я прекратил заряжать перо новыми мыслеобразами, а потом встал. Кажется, церемония фамильяров подходит к концу, пора и мне туда явиться. Последним.

Волшебники не колдуют двадцать четыре часа в сутки, а вот их источник производит магию вообще постоянно. Когда резерв полон под крышечку, то последствия малоприятны. Магия «закисает», накапливается всё больше, требуя выхода. В результате колдуна может начать корежить как физически, так и психически. Да, этого состояния легко избежать, просто творя волшебство, только вот источник в таком случае будет развиваться еле-еле. Поэтому маги придумали себе фамильяров – условно разумных, но точно полезных существ, которые кормятся с их источника круглые сутки. До этого дня работу по правильному «отсосу» магии выполняли феечки, которые нас заодно и будят по утрам, а вот теперь пришла пора переходить к автономности.

Сегодня в Школе Магии волшебным подросткам привязывали фамильяров!

Церемония шла с самого утра. Маги телепортировали группу учеников в специально подготовленный зверинец, где детишки выбирали животину, с которой проживут всю оставшуюся жизнь. Выбор был относительно велик, но я уже знал, что абсолютное большинство будет выбирать лишь между несколькими вариантами. В топе-пять у нас кот, сова, жаба, свинья и собака. Ну тут всё понятно. Кот универсал, сова идеальная камера наблюдения и шпион, жаба великолепный надзиратель за зельями, свинья отличается умом и тончайшим нюхом, что крайне важно для тех же зелий и поиска трав, а собака сторож и охотник. Изредка еще кто-то себе выбирал ворона, большого, черного и внушительного, но такие маги потом жалели – у птицы был свой характер, а также чересчур много мозгов и лени. Такое счастья мало кому надо.

Мне, в общем-то, выбор не грозил. Дойдя до кабинета ректора и постучав в дверь, я обнаружил внутри как самого магистра, так и трех других – Краммера, Саммерс и Син Сауреаля. Трое из четверых этих достойнейших и умелых магов стояли около камина с бокалами вина, а женщина, то есть сама Трилиза Саммерс, магистр алхимии и артефакторики, стояла чуть поодаль возле кипящего прозрачного котла, наполненного зеленоватым содержимым, в котором варился… (безо всякого огня!) кот.

- Тервинтер Джо, - сухо констатировал эльф, бросив на меня взгляд, - Вы не заставили себя ждать.

- Волшебник всегда приходит вовремя, - кисло улыбнулся я, косясь на варящегося кота.

- Волшебник не таскает на себе кучу дров…, - хмуро пробурчал магистр Боевой магии, в чьем взгляде теплоты было не больше, чем в моем, направленном на котёл.

- Это вынужденная мера, магистр Краммер, - очень вежливо ответил ему я, - Мне, как ученику, необходимо практиковаться со всеми тремя инструментами в течение дня.

Так и есть. У каждого инструмента свой КПД работы с магией, но при этом разная специализация. Колдовство голыми руками имеет коэффициент полезного действия в районе тридцати процентов у среднего мага, перстень или кольцо повышают этот предел до пятидесяти. Посох не только обладает показателем в шестьдесят, но и вкачивает любые паразитные потери магии в действующее заклинание. Жезл, как универсальный инструмент, работает на семьдесят процентов и частично вкачивает паразитную потерю, а вот палочка при её точности и эффективности в восемьдесят процентов никак выпущенную свободную энергию не контролирует. Зато, непрерывно практикуясь и обладая палочкой, идеально магу подходящей, последний может и сто процентов КПД выдать. Если опытный.

То есть, нашему Магистру-исследователю брать в руки посох или жезл бессмысленно, а в лапище Краммера лопнет любая палочка и треснет любой жезл. Такие дела. Кропотливо развивая себя по всем направлениям, я делаю себе голову и большой геморрой, но зато, когда закончу, смогу с некоторым успехом использовать любые заклинания. То, что Создателю Заклинаний сама природа прописала, только у какого ребенка хватит силы воли и духа, чтобы десять лет издеваться над собой, то вслушиваясь в малейшие колебания энергии палочкой, а то шараша боевым заклинанием в куклу-мишень?

Краммер фыркнул, пошевелив своим выдающимся носом. Боевой маг завидовал.

- Путь, выбранный Тервинтером, тернист, но обилен на сладкие плоды, - очень поэтично выразилась госпожа Саммерс, продолжающая варить кота, - но давайте, всё-таки, к делу.

- Да, точно, - спохватился ректор, - Джо, проходи сюда, становись в центр. Сейчас начнем.

- Распыляясь на несколько направлений, вы, Джо, ограничиваете себя в вершинах, которых могли бы достигнуть, - брюзгливо пробормотал эльф, извлекая свою палочку-зубочистку и вставая возле вставшего в центр магического круга меня. Правда, тут же поправил, - Ученик, вы куда собрались в полном наряде, да еще и со всеми своими арканумами? Раздевайтесь, живо!

- Как, совсем? – грустно пробормотал я. В кабинете царила прохлада, не зря же они все собрались у камина!

- Разумеется! – фыркнул эльф, - Быстрее, Тервинтер! Здесь вы никого не смутите!

Ректор молчал и улыбался с самым заговорщицким видом.

Через пару минут я уже дрожал в центре довольно сложного магического круга, сжимая в руках мокрый и теплый труп кота. С него капало теплым, капало мне прямо на яйца, всё это дело испарялось и охлаждало меня еще сильнее, а всем этим важным взрослым, собравшимся вокруг инсталляции имени «Джо», было злорадно начхать на мои проблемы!

- Обычная привязка фамильяра к студиозусу элементарна! – разглагольствовал эльф, мелко-мелко строча своей белой палочкой воздух, - Этот процесс более чем естественный. У нас же, господа, задача создать тело для уже привязанного духа, который, по словам его хозяина, мало того, что вплавлен прямиком в его душу, так еще и представляет из себя полноценное разумное существо!

- Ну, не очень полноценное, - лязгал я зубами, — это, всё-таки, к-кот.

- Бывшее божественное животное, ты хотел сказать, да, Джо? – подал голос закатывающий рукава ректор.

- Ну да, - кивал я дрожащей головой, - н-н-н-но к-к-к-кот!

- Молчите, Джо! – подала голос и Трилиза, тоже готовящаяся работать, - Вы, конечно, отменно учитесь, но то, что сейчас начнется – далеко за пределами вашей компетенции! Будьте благодарны!

Труп бы протерла полотенцем, перед тем как мне давать, злобно про себя подумал я, был бы благодарен! Хорошо, что оно не пахнет…

- Артуриус, вы готовы? – взял на себя командование ректор.

- Да!

- Трилиза?

- Да-да…

- Эльдарин?

- Заканчиваю… еще строка… всё!

- Хорошо, - решительно кивнул Боливиус Вирт, - А теперь, Джо, не двигайся. Поверь, ты не хочешь знать, что может случиться! Начинаем!

Я могу, сидя в библиотеке и разбирая бредни старых магов, долго злословить на тему, сколько в этом мире рукосуев, графоманов и выпендрежников, но как правильно заметила строгая тощая выдра Саммерс – сам понятия не имею, на что способны местные маги. Я имею в виду из реально мощного колдунства, такого, от которого ты пучишь глаза, прикусываешь губу и понимаешь, что из своего маленького болота видишь только камыш, да срущего неосторожной жабой аиста.

Колдунство вжухнуло будь здоров каждому! Краммер буквально искрил, выдавливая из себя магии так много, что она создавала ветры в комнате, Саммерс, да благословят её боги за юбку в пол, размахивала скипетром, бурча себе под нос повторяемое заклинание, организуя тем самым мощь Боевого мага в некоторую систему волшебных знаков, которую, в свою очередь, насиловал эльф, протянувший сотни тончайших магических поводков к висящим в воздухе символам. Его палочка мелькала как сумасшедшая, сплетая белоснежный канат искрящейся энергии. Этот канат, это мультиволшебство, сам ректор, Боливиус Вирт, направлял уже своей палочкой в мою чахоточную грудь, прямо сквозь дохлого кота.

Сначала всё чесалось так, что я даже дрожать перестал, а затем… затем ухвативший проспавшую почти тринадцать лет часть меня волшебник начал тянуть… в кота. Это было неописуемо. Совершенно. Полностью.

Абсолютно!

Но если бы меня как следует напоили бы, заплатили… нет, буквально осыпали бы золотом…! Тогда бы я признался, что чувствовал себя, как начинающий зоонекрофил, у которого не стоит, но при этом существует некая совершенно безжалостная сила, постановившая, что акт осквернения дохлого животного должен состояться любой ценой! Это было одно из самых ужасных ощущений, что я испытал за несколько жизней.

А затем он проснулся.

Он почувствовал.

Нет, вы не поняли, он, проснувшись, почувствовал себя вялым пенисом зоо-некрофила, который безжалостная сила пихает в неположенное природой место!

Вот тогда нам стало жарко… очень. Настолько, что когда орущая в панике, матерящаяся, воющая от непредставимого ужаса часть меня вошла в труп кота, то основная часть, то есть невошедшая, попросту отрубилась.

Ненадолго.

Открыв глаза, я посмотрел на потолок, на виднеющиеся по бокам лица магистров, исполненные умеренного любопытства, а потом всё это дело заслонила пушистая, но какая-то вздроченная морда белого кота с шикарными черными тенями вокруг глаз. Последние были жутко выпучены и полны чистейшего бешенства!

- Совсем не похож на труп…, - прохрипел я, с трудом выдавив эту фразу.

- Джо!!! – взвыл Шайн, Лунный Кот, бывшее божественное животное бога Дахирима, повелителя случайностей, - Сукин ты сын, Джо!!! Я убью тебя, сволочь!!!

…а затем я вырубился повторно.

Глава 4. Гранд финал

(пять лет спустя)

- Табисагар Моули!

Дружные аплодисменты. Очередной двадцатилетний молодой человек с ярко сияющими от счастья глазами восходит на трибуну, к торжественно выкрикнувшему его имя магистру-ректору Боливиусу Вирту. Ему хлопают все, ученики, преподаватели, деканы, гремлины. Его кошка, мохнатая и отчаянно рыжая, гордо держит огромный пушистый хвост трубой, пока ученик, принимающий из рук Вирта свой медальон Мастера, кланяется затем преподавательскому составу, вручая потом Дино Крэйвену, Мастеру Гремлинов, свою ученическую волшебную палочку. В ответ он получает свой выпускной жезл, которым начинает потрясать над головой, обернувшись к аплодирующей ему толпе.

Никто не жалеет ладоней. Сегодня завершается наше десятилетнее обучение азам магии, сегодня мы становимся магами. Радость, волнение и страх. Впереди, конечно, праздник, но также впереди и последний день мира, который мы, волшебники, знали. Завтра с утра разойдутся дороги ста тридцати новых магов Орзенвальда, причем разойдутся не просто так! Мы впервые в жизни покинем магический мир, ибо уготовано нам всем жить в обычном! Здесь мы станем не более чем нечастыми гостями.

Школа закроется на пять, а может быть, и на десять лет. Никто не знает, когда на Младенческом Фургоне вновь кончатся все свободные места, так что мы пока – самое новое, самое свежее поколение магов. Боевые маги, носители посохов, разойдутся по королевствам этого мира, ища себе покровителей и хозяев, Мастеров поглотят крупные города, вечно голодные на зелья и магические предметы, Исследователей приютят крохотные анклавы магов и ученых, где вечная нехватка подручных стала притчей во языцех, ну а нас, скромных Башенных магов, ждут… наши башни.

И, когда я говорю «нас», то имею в виду двадцать два волшебника. Всего двадцать два. Мало того, что это лучший результат в истории Школы Магии, так еще и стоящие вокруг меня маги Башен отнюдь не похожи на изнывающих от жалости к себе неудачников! Почти все они готовы к переаттестации уже сейчас, но вот, решили взять пример с некоего негодяя, у которого самый противный на свете кот-фамильяр, то есть пожить где-нибудь в сельской местности и вообще понять, чего они хотят от жизни, а затем воплотить это в собственной башне!

- Кантрум Элиза!

- Лапиус Сонна!

- Тервинтер Джо!

А вот и моя очередь.

«Яйца отрежу, если выкинешь что-нибудь», - молчаливо обещаю я коту, сидевшему возле меня.

«Сам обосрешься», - мрачно говорят его глаза, - «Вперед и с песней, неудачник!»

Плюс. В этой жизни я у меня нет внутреннего кота, то и дело разглядывающего мои мысли и комментирующего все подряд. Минус? Теперь это живой кот, и когда он откладывает личинку, запах стоит такой, что хоть цыган выноси! В общем, теперь иногда я очень быстро просыпаюсь.

Мне хлопают много и сильно, даже свистят. Ни грамма не тешу себя иллюзиями, что заслужил подобное. Много чести взрослому человеку немного помочь детям, показав на своем примере, что терпение и труд перетрут всё, если в голове не опилки. Тем не менее, улыбаюсь, машу рукой, играю свою роль до конца. Половина бывших детишек меня бы с удовольствием прибила бы за то, что вместо счастливого волшебного детства было обучение в стиле «работать, негр, солнце еще высоко!», но кого волнуют детские эмоции? Вот полные гордости морды преподавателей – совсем другое дело!

Даже когда сдаю все три палки, получая в ответ палку, жезл и посох мага, особой гордости за себя не чувствую. Немного стыдно, даже. Это ж дети! А я профессиональный бродяга, плут и болтун, офонаревший от невиданной роскоши проживания десятка лет на одном месте, в тишине и покое. Ладно, уже двадцати лет. Ну, с другой стороны, ничего. Маги живут долго. Что этим детям десять лет? Еще успеют спиться и нагуляться!

Церемония заканчивается, наступает черед праздника. Сегодня пиршество особо роскошное, гремлины даже наливают слабоградусный сидр, бдительно следя за тем, чтобы никто не перебрал. Я, выпив стакан и поболтав с парой знакомых, удираю в библиотеку, чтобы как следует проститься с Вермиллионом. Сидящий там же Крайвен, уговаривающий в компании старого призрачного приятеля бутылочку чего-то высокоградусного, капает стаканчик и мне. Он, как я узнал довольно давно, в миру тоже маг Башни.

- Когда слуга колдовать научится, - делится он со мной мудростью, - можно башню оставлять хоть на десять лет. Сами гоблины благодарны будут. Им присмотреть за потоками – раз плюнуть! Только лезь, слышь Джо? Лезь, сталбыть, в самую глушь! Хотя тебя туда и мылят… В общем, помни! Как только у слуги магия ага, так ты, считай, наполовину свободен! Токмо это… с умом свободен. Да…

Мудрый и дельный совет.

Выхожу во внутренний двор, на улице смеркается. Воздух чист и свеж. Зверинец, теплицы, арсенал, склады. Плодовый сад и маленькие садики для красоты, раскиданные тут и там. Мой первый оседлый мир, если не считать самой первой жизни. Но там, в современности, я никогда не чувствовал себя таким зажатым, наоборот. Поезда, автомобили, самолеты, интернет… там человек был куда свободнее, чем в других мирах. А здесь?

Малюсенькая клетка для старого доброго Джо. Мирная, добрая, пастельно-добродушная. Почувствую ли я, что задыхаюсь, оказавшись в куда более тесной башне? Или нет? Хотя, думаю, что нет. Там же телепортационный зал. Вся планета у тебя под рукой, знай только деньги имей, чтобы путешествовать, куда захочешь.

- Скучный Джо! Скучный! С книжкой неразлучный! Страшные глазищи! Вредности там тыщи! Скучный Джо! Скучный…

Когда-то это пела, дразнясь, одна девчонка. Теперь же рулады выводит сонм из сотни слегка подпитых фей, окружающих светящимся облаком Мойру Эпплблум, медленно подходящую ко мне. Девушка цветет в свои двадцать, она уже красива, а сегодня – просто ослепительно красива. Приталенная роба, красивая укладка, феи… Конфетка!

Мне, правда, всегда было плевать.

- Все празднуют, а ты ушел болтать с призраком, которому тысяча лет? – наклоняет голову девушка. Феи, услышав её голос, тут же замолкают. Приворожила она их своим зельем, как пить дать.

- Мы, старые пердуны, должны держаться вместе! – ухмыляюсь я, - А ты что тут, почти одна, гуляешь?

Феи возмущенно пищат. Обещаю наложить свою фирменную иллюзию, от чего они в испуге покидают свою повелительницу, бросая её на произвол судьбы. Кажется, Мойра ничуть не напугана перспективой оказаться со мной наедине.

- Меня долгое время интересовал один вопрос, - негромко поясняет молодая волшебница, пристально глядя на меня, - и сейчас я, кажется, вижу на него ответ. Точно вижу.

- Мне просто за тебя порадоваться или расскажешь, в чем дело?

Наверное, стоило накатить больше заинтересованности в голосе, хотя бы из вежливости, но тут просто позади Мойры нарисовался мрачный Шайн, бегущий ко мне трусцой, и это было куда интереснее. Видимо, девушка это поняла каким-то своим девчачьим чувством, потому что, всхлипнув, тихо бросила «Дурак!», а затем припустила в сторону главного здания.

Ох уж этот Джо! Разбиватель женских сердец!

- Что, опять смудил? – интересуется кот, провожая взглядом уносящуюся волшебницу. Для него, моего вечного спутника, такая ситуация привычна.

- Да как всегда, - беспечно отзываюсь я, - а ты чего?

- Сам чего…, - бурчит тот в ответ, - Идём к ректору, они в кабинете квасят. Говорят, что только тебя им для счастья не хватает.

Что же, сходим, как не сходить.

Моя история с Шайном насчитывает несколько жизней и куда больше лет. Изначально он был простым Лунным Котом, божественным животным Дахирима, который, по приказу своего творца и хозяина (а также вследствие некоторых других причин) спутался со мной. Зверюга ехидная, саркастичная и пессимистичная, он обожал прятаться в моей душе, но при этом в любой момент мог материализоваться, чтобы усладить себя материальным благами. Мы с ним то дружили, то враждовали… в общем, кое-как уживались целую мою жизнь. Вторую, сталбыть.

А потом я умер, оскорбил Дахирима, бог меня пнул и тем самым впечатал мирно спавшего Шайна прямиком в мою душу. Мы стали неразделимы. С тех пор наши отношения лишь усложнились, потому что варианты сепарации одного от другого обычно включали в себя весьма травматические вещи, а их мы себе любимым не желали. В общем да, сложные отношения.

Сейчас они у нас тоже были не простыми, так как котище затаил злобу на то, что я, будучи совсем мелким, и даже не умея говорить, уболтал Боливиуса Вирта (по мысленной связи) усыпить Шайна на десяток лет. Теперь Лунный Кот, лишенный всех своих сил после того, как мы порвали с Дахиримом, еще и был вынужден заботиться о своей полностью материальной тушке, что ему никакого восторга не доставляло.

- Кто старое помянет – тому глаз вон, - изрек я коту мудрость, поднимаясь по лестнице за его пушистой задницей, - К тому же, теперь у тебя есть магические таланты…

- Джо, иди в пень…, - привычно пробурчал Шайн, - Ты хоть понимаешь, что божественное животное стоит выше человека? Всего вашего разнобезобразия? А я теперь – ниже. Питомец!

- Ты всегда им был, - «утешил» я страдальца, - А теперь тебе надо жить свою жизнь, тогда лет через двести мы с тобой разъединимся. Я тебя тут же веслом прибью, шкодник мохнатый…

- Мечтай, придурок. Я первый почувствую это разъединение. Отравлю тебя нахрен и свалю в дальние дали! – буркнул кот, вставая у дверей кабинета ректора.

- В общем, у нас с тобой любовь до гроба, - подытожил я, стучась в дверь, - Только не забудь, что твоё тело фурычит на моей магии. Сдохну я – и…

- Заткнись! Дай помечтать! – досадливо мявкнули у меня за спиной, пока Джо вползал в столь хорошо знакомый ему кабинет.

Сегодня вечером, правда, здесь была совсем необычная атмосфера. Первым мое внимание привлек невесть откуда взявшийся широкий диван, придвинутый чуть ли не вплотную к камину. Диван мощно и гордо держал на себе горизонтально вытянувшегося эльфа в звании магистра, декана и прочих кошерных вещей. Эльдарин Син Сауреаль был пьян в сосиску и счастлив как бурундук, упавший в табакерку с кокаином. Пережить зрелище подобного нравственного падения вечноживущего мне слегка помогла госпожа Трилиза Саммерс, которая, таинственно покачивалась, танцевала у окна медленный танец с магистром и деканом Артуриусом Краммером, в целом напоминая швабру, заигрывающую с медведем. На фоне этого всего, опершийся задом на край стола и мирно бухающий вино из бокала ректор Школы Магии казался почти обыденным зрелищем.

В целом, происходящее, вместе со столом, уставленным выпивкой и закусками, было более чем понятно и приемлемо, за исключением моего нахождения здесь, да еще и вместе с фамильяром.

- Джо! – улыбнувшись, раскинул широко руки нетрезвый ни разу ректор, - Мы тебя ждали!

Вроде бить не будут, решил я, несмело улыбнувшись. От возгласа начальства Трилиза Саммерс с неохотой отлипла от недовольного таким поворотом дел Краммера, а затем, тяжело вздохнув, присовокупилась к ректору, наравне со своим партнером по танцу. Брошенные всеми тремя взгляды на диван выразили глубочайшее сомнения в том, что эльфа можно и нужно кантовать, поэтому вновь устремились ко мне. Я и Шайн продолжали стоять, делая вид лихой и придурковатый.

- С получением медальона Мага, этой вот висюльки, - кивнул Боливиус на свисающий у меня с груди медальон, - твоё обучение было закончено, Джо Тервинтер. Сейчас ты полноценный маг, как и все, в этой комнате, если не считать Шайна, конечно же, поэтому у нас, то есть у тебя и представителей Школы… появилось, скажем так, одно дельце, которое нужно уладить. Пустяковое, поэтому мы и решили, что разговор может пройти в неформальной… обстановке! Ты как к этому отнесешься?

- Ну если пустяковое, то почему бы и нет? – пожал плечами я, наблюдая, как слегка трезвеют деканы. Все четверо здесь присутствующих были в курсе того, что я намного старше, чем кажусь, поэтому и допускали подобные вольности.

- Отлично. Садись, налей себе и своему другу вина, а мы расскажем тебе небольшую историю!

История для моих ушей оказалась совершенно прозаичной. Пускай этот мир и волшебный, фэнтезийный и добрый, но люди везде остаются людьми, даже если они умеют творить магию и живут по полтыщи лет. Последнее, кстати, очень важный фактор, потому что магам, управляющим Гильдией, то есть всем сообществом волшебников, более всего важны маги Башен. Чем больше магов Башен, тем шире распространено влияние Гильдии, тем больше её транспортная сеть и тем меньше… конкуренция среди Боевых магов и Мастеров.

- Именно поэтому каждому из нас запрещено как-либо менять процесс обучения неофитов, Джо, - буркнул мрачно Краммер, потирая свои волосатые лапищи, - Мы учим по шаблону, принятому более тысячи лет назад, а он четко гласит, что волеизъявлению студиозуса в его обучении ничто не должно мешать!

- Я… заметил, - кивнул я, вспоминая, как на первом курсе у нас появилось несколько балбесов, пропускавших неинтересные им занятия. Потом это было выправлено, но суть и смысл были в том, что кроме устного выговора балбесов никак более не приструнили.

- Каждый учебный цикл половина неофитов уходила в маги Башен, - мрачно подытожил ректор, - Подобная практика устраивала, более чем устраивала, всех эгоистов, сидящих там, наверху. Ты сам был свидетелем негодования Эльдарина Син Сауреаля. Думаешь, почему наш первородный так нализался? Он впервые за свою карьеру выпустил аж девять Исследователей! В лучшие годы до этого его потолком было всего трое.

- Кстати, - внезапно дёрнулось мне на язык, - А ведь эльфы все, поголовно, маги…? И другие расы…? А здесь только люди. Эльда…

- Тысячу с небольшим лет назад так постановила Гильдия, - сухо и слегка грустно ответила на мой не до конца заданный вопрос Трилиза Саммерс, - Все маги человеческого происхождения, закончившие обучение, живут в обычном мире, им запрещено надолго возвращаться в волшебный, их дом там, среди людей. Более того, Гильдия отвечает за своих членов перед человечеством. Как понимаешь, Джо, никаких гарантий за представителей других рас, и никакой ответственности за их дела, мы нести не можем. Поэтому…

- Мы не будем превращать праздник в говорильню! Сократим же сие! – вмешался Боливиус Вирт, - В общем, Джо, смотри!

Повинуясь взмаху руки хозяина кабинета, с пола рядом со стеной, увешанной полочками и портретами бывших ректоров, сползла иллюзия невидимости, демонстрируя мне… меня.

Четыре штуки меня. Ну, то есть копии, почти. Различные по возрасту. Вот я, десятилетний ребенок, вот чуть постарше, годика эдак на два, вот уже вытянувшийся пятнадцатилетка, а вот полная копия выпускника. В учебных робах и шляпах, с палочками на поясах, клоны глазели строго вперед, не мигая.

Шайн испуганно икнул, бросившись лакать своё вино.

- Это големы-доппельгангеры, - внушительно произнес Боливиус Вирт, простирая руку к этим «существам», - Они были созданы нами на основе твоих матриц, Джо, снимаемых нами ежедневно. Благодаря тому, что ты забрал себе комнату старосты, да еще и умудрился все десять лет оставаться на посту, мы смогли снять с тебя много информации, которую затем вплели в эти имитаторы. Ничего лишнего, уверяю тебя, большая часть твоей памяти, особенно старой памяти, им не присуща. Это всего лишь конструкты, которые смогут…

- Притворяться тобой, - перебил его Краммер, - Точнее, не тобой, а учеником Школы Магии! Магом Башни! Каждый учебный цикл!

- Аа…, - дошло до меня. Вот чего они хотят.

- Разумеется, мы не имеем никакого права активировать это хитрое, подлое и совершенно преступное проклятие в виде неистребимых големов…, - протянула Саммерс, едва заметно улыбаясь, - …которые будут стимулировать собственным примером других учеников из следующих циклов. Но если свободный маг, внезапно оказавшийся рядом с ними, прольет каплю крови на грудь каждого из этих злокозненных творений, то нам не останется ничего, кроме как смириться с подобным произволом.

- Ну я даже не знаю…, - пробормотал я, шагая к этим куклам и на ходу протыкая себе ладонь острием палочки, - …экое хулиганство. Может, даже революция?

- Ну какая революция, о чем ты? – куда благодушнее, чем хоть один раз ранее, прогудел Боевой маг, глядя на мои телодвижения, - Нам же никто не отдавал приказов, кого и как воспитывать, да? Рекомендации и правила, не более. Настойчивые, Тервинтер, досадно настойчивые…

- Я знаю, каково это, - кивал я, пихая кровоточащую ладонь под робы своим клонам, - Всем хочется больше тепла на своих теплых местечках…

Меньше конкуренция, выше прибыль. Сидящие у черта на куличиках недоучки, зарабатывающие случайным заказом или мелким управлением погодой, навсегда выключены из Большой Игры, зато служат на чрезвычайно важных и нужных точках. Обленившиеся, отупевшие, воющие с тоски, но такие необходимые. Умникам всегда нужно больше послушных тупиц.

Когда я закончил, то все четыре голема, вспыхнув светом в глазах, начали медленно погружаться в пол, пока окончательно не исчезли. «Проклятие» было активировано.

- Я рад, что мы не ошиблись в тебе, Тервинтер Джо, - положил мне руку на плечо ректор, - Думаю, что Эльдарин еще раз напьется от счастья, когда мы ему расскажем о сегодняшнем вечере!

- Кстати, а почему он…? – я замялся, не понимая, как задать вопрос.

- Потому что он настоящий волшебник, Джо, - правильно понял меня Боливиус Вирт, - Как и ты.

///

Портал в обычный мир, открытый сейчас перед Школой, был куда внушительнее, чем те, что предназначались для «внутреннего» перемещения. Сияющее окно в воздухе было обрамлено левитирующими кусками разломанной арки, щедро украшенных светящимися магическими рунами. Пробой в измерение, куда более бедное на магию, требовало серьезной защиты и дополнительных мер безопасности.

Вот на эту сторону спрыгнул еще один, крайне прилично одетый гоблин с бумажкой в руках. Поведя по сторонам острым носом, он выкрикнул имя, на которое отозвался один из ближайших к порталу выпускников. Юноша, таща немалых размеров баул, подошёл к гоблину и тот, взяв его за руку, утянул в магическую гладь портала. Еще одна душа покинула Школу Магии, навсегда.

- Говорите, его даже не пришлось уговаривать? – пробормотал стоящий у окна чуть бледноватый эльф, скрытно наблюдающий за уходящими учениками. Особенно часто его взор привлекал сидящий на внушительном сундуке смуглый парень, оживленно болтающий со своим котом. Оба были странным образом друг на друга похожи за счет теней вокруг глаз. Поодаль стояла небольшая группка девиц, утешающих одну из них. Та, окруженная стайкой фей, горестно всхлипывала, бросая взгляды на сидящего с котом парня.

- Нет! – чрезвычайно довольным тоном откликнулся господин ректор, стоящий посреди своего кабинета с палочкой в руках. Повинуясь жестам магического инструмента, картины, дипломы, статуи и прочая собственность мага летали в воздухе, упаковываясь в удивительно маленькие чемоданы, лежащие на полу в раскрытом состоянии. Точно такие же, но уже закрытые, стояли у ног могучего волосатого господина с носом-картошкой, и худенькой, чрезвычайно строгой на вид женщины, стоящей рядом с ним.

- Представь себе, - продолжал Боливиус Вирт, - Мы даже не объяснили ему зачем это сделали, лишь в самых общих чертах. Джо сразу же пошёл активировать големов! Меня гордость за него взяла!

- Гордость…, - пробормотал декан факультета Исследователей, не сводящий взгляд с уходящих учеников, - Гордость… А ведь ему немало лет, господин ректор. Очень немало. Почему, думаете, он не поторговался? Не дал себя поуговаривать? Странно же…

- Говорит эльф, умудрившись нажраться до потери сознания! – хмыкнул Краммер, - Вот ведь…

- И вот это! – повысил голос обернувшийся к нему остроухий, - Тоже странно! Я, конечно, рад, даже счастлив, но господа, видели ли меня хоть раз в подобном состоянии?!

- Ни разу, - тут же ответила Саммерс, одна из самых «старых» учителей школы, - Но ты и девятерых ни разу не выпускал! Поэтому…

- Нет, подожди, Трилиза, что-то здесь не то, - прекратил колдовать Боливиус Вирт, останавливая волшебство и начиная хмуриться, - Эльдарин никогда не теряет над собой контроль. И Джо, так быстро и правильно всё понявший…

- И не торговавшийся! – указал эльф.

- Да он и так от нас получил абсолютно всё, что мы могли ему дать! – буркнул Краммер, - Статус старосты, доступ в библиотеку, он сдавал экзамены по первой просьбе! Что еще?! Всё, что Вирт мог для него сделать – это поспособствовать распределению Тервинтера в Рикзалию!

- Рикзалию? – эльф изящно обернулся, - На Побережье Ленивых Баронов?

- Оно самое, - дёрнул щекой Артуриус Краммер, - Место, где вообще ничего и никогда не происходит. Сонный уголок. Вот это – всё, что мы могли парню дать! Ну, за исключением копий книг, но он их сам делал! Ему незачем было с нами торговаться, и Тервинтер это прекрасно знал! Да он даже у Крэйвена ни разу ничего такого не попросил!

- Хо…, - эльф снова отвернулся к окну, замолчав, а переглянувшиеся волшебники, пожав плечами, вернулись к своим занятиям. Ректор собирал свое имущество, а уже готовые деканы просто его ждали.

- До того, как потерять вчера самообладание, - внезапно заговорил Эльдарин Син Сауреаль, - Я соизволил выпить по рюмочке с Дино Крэйвеном, который, как вы знаете, отбыл еще ночью…

- И что? – досадливо буркнул Вирт, торопясь с «упаковкой».

- Почти ничего, господин ректор, - протянул эльф, - но если мне не изменяет память, то вы лет пять назад проговорились, что идея о создании големов-доппельгангеров Тервинтера Джо не совсем ваша, а подал вам её…

- Вермиллион её мне подал, еще на первом курсе этого цикла, - откликнулся магистр, заметая последние безделушки в чемоданчик, - Я не понимаю, куда вы клоните, Эльдарин?

- Я…? – пронаблюдав, как смуглый парень с котом проходят в портал вслед за гоблином, эльф обернулся, - Я клоню к тому, что мы все, вчетвером, были капитально обжулены!

- ЧТО?! – вопрос на три голоса был почти хоровым.

- Мы, своими собственными руками, сотворили чудовище, господа, - медленно и внятно проговорил похмельный эльф, - Благодаря созданному нами доппельгангеру, благодаря появившейся связи… Джо Тервинтер…, или его совершенно разумный фамильяр, могут в любое время появиться в Школе Магии, обладая, при этом, полнейшим допуском к библиотеке и её хранителю. Мы собственными руками вписали метрики этого иномирового гостя в защитную магию Школы, собственными руками сделав этот допуск в виде ничем не искоренимого доппеля, призванного учить других учеников своим примером! Вот почему он так легко активировал големов! Он знал о них!! Знал еще до того, как узнали мы!

У Боливиуса Вирта выпала из рук палочка, покатившись по паркету. На виске ректора блеснула капелька пота. Руки Трилизы Самммерс задрожали, перед тем как она, не сдержавшись, вцепилась в рукав тут же обнявшего её Краммера.

Услышанное было почти кошмаром. Маг, свободный маг, обладающий доступом в самое ценное, самое закрытое, самое охраняемое сокровище Гильдии?! Пожизненным доступом! Они сами его ему дали! Сами азартно плели заклятия, спорили и мирились, создавали вместе шедевр в виде идеального ученика!

- Крэйвен! Вермиллион! Тервинтер Джо! – громко, почти торжественно, проговорил декан факультета Исследователей, — Это был изящный заговор, господа преподаватели! И он увенчался успехом! Нас, всех четверых, обули как слепых котят!

Немая сцена продлилась почти минуту, после чего приложивший к покрытому испариной лбу руку эльф вымученно улыбнулся:

- А знаете, что самое остроумное во всей этой схеме? Что мы, как не крути ситуацию, все равно оказываемся главными соучастниками этого заговора!

- В библиотеку! – не своим голосом взревел господин ректор, вставая раком в поисках своей укатившейся палочки, - В библиотеку! Немедля!

Глава 5. Дом, милый дом

- Как вы можете убедиться собственными глазами, господин маг, это башня модели «Катоблепас», - деловито гудел гоблин в очках, держа перед собой немалых размеров свиток, - Построена триста восемьдесят два года назад, сменила троих хозяев, но сохранилась просто превосходно, уверяю вас! Тем не менее, у меня даже сохранились записи, тут раньше стояла башня серии «Глум», но её демонтировали по приказу…

- Уважаемый Гомкворт…, - пробормотал я, озирая свой новый дом.

- Не извольте беспокоиться! – твердости в голосе гоблина, отвечающего за мое новое размещение, прибавилось, но отрываться от пергамента он не стал, - Так, моложе «Глума» здесь ничего не было, но это ведь неважно, не так ли? Итак, «Катоблепас», сменила трех…

- Уважаемый. Гомкворт! – прибавил я голос, заставляя гоблина отвлечься, чтобы мне было удобнее ему признаться, - Я расширений не чувствую!

- А их тут и не было! – сделал удивленный вид мой провожатый, — Вот, у меня записаны все три акта передачи этой башни, черным по желтому «никаких расширений!». И не забудьте пожалуйста, что у магов башен квота в один бесплатный переход в неделю! Если будете злоупотреблять сетью, то мы будем вынуждены поставить вам на вид и оштрафовать!

- Тут что, обезьяны жили?!! – хрипнул я, не вслушиваясь в последнее и панически оглядываясь в поисках кота, но тот давно уже умотал на разведку. А ведь должен был охранять сундук!

Итак, уважаемые дамы и господа, диспозиция! Даже не она, а картина маслом. Итак, представьте себе местность, сплошь состоящую из очень пологих холмов, покрытых сочнейшей зеленой травкой. Лепота, иначе не скажешь! Небо синее, облачка плывут крохотные, солнышко греет прям замечательно, воздух чистый как слеза младенца, немного потроха ноют из-за того, что магии в мире меньше, чем я привык, но на этом все. Полный аллес абзац! Мы стоим на холме, где прямо по центру торчит башенка метров двадцати пяти в высоту с круглым основанием диаметром где-то двадцать метров. С холма видны холмы, травка, речушка, даже кусочек моря, а еще деревня плюс-минус в паре километров ходьбы.

Всё красота, кроме гребаной башни модели «Катоблепас»! Нет, модель известная и каких-либо претензий к модели я не имею, надежная она, качественная, не из говна и палок! Но!

Но!!

Без расширения внутреннего пространства – это халабуда на тридцать-сорок метров жилой (и ни разу не удобной) площади, и плюс-минус тапок столько же в подземных двух этажах!

- Всё совершенно верно, господин маг, - уважительно покивал на мой крик души гоблин, - Только напомню вам, что нижние два этажа вы можете использовать только и строго для хранения припасов и не взрывающихся ингредиентов! Лаборатории и ритуальные круги размещать там категорически запрещено! Там еще колодец на нижнем уровне, он полностью функционален! Первый этаж башни содержит в себе портальный круг и устройство по приему денежных средств, доступ к ним вы не имеете права преграждать никому ни на единый миг! Всё остальное – в вашем полном распоряжении! Да, без расширений, но их тут никогда и не было!

Последнее привело меня в ужас.

- Вы хотите сказать, что триста восемьдесят два года здесь жили волшебники, которых устраивала такая площадь дома? – выдохнул я.

Тридцать, максимум сорок квадратных метров, исключая второй этаж под кухню. Эти метры разделены на три последних этажа. То есть, дамы и господа, если на последний, самый верхний этаж «Катоблепаса» занести кровать, то волшебнику остается две круглые комнаты с совершенно мизерным пространством. Это если не тюрьма, то нечто очень к ней близкое! У меня комната старосты где-то двадцать пять квадратов была, а я там только спал!!

- Господин Тервинтер…, - гоблин снял очки, взглянув на меня своими небольшими желтыми глазами в упор, - Если отставить формальности…

- Ради магии, оставьте их! – горячо попросил я в ответ, - Выкиньте их, уважаемый Сорквурст!

- Хорошо, - облегченно выдохнул гоблин, вновь надевая очки, - Видите ли, господин Тервинтер, я предпочитаю знать волшебников, с которыми дальше придется работать, возможно даже до конца моей жизни. Ваше обучение и отметки вызвали восхищение всего нашего департамента также, как и ваш изначальный выбор стать магом Башни вызвал недоумение у очень… очень многих работников Гильдии. Вы, господин Тервинтер, себя показали исключительно незаурядной персоной. То есть – полной противоположностью тому, чем на самом деле является маг Башни. Полной. Вы понимаете?

- Сейчас я понимаю, что испытываю огромную нужду неформально послушать вас в неформальной обстановке, - сориентировался я, слегка трогая пальцами висящий на поясе кошелек.

- Гоблины Гильдии не берут взяток! - строго и довольно резко отметил Сорквурст, но тут же смягчился, - Меня заплюют на работе, если я откажу магу Тервинтеру в такой малости. Предлагаю вам следующее – мы осуществляем привязку башни на вас, а затем отправляемся в Мифкрест, где вы угостите меня обедом…

- Целиком и полностью поддерживаю! – тут же рявкнул я, дёргая Шайна по внутренней связи, - Давайте привяжем этот «Катоблепас»!

Гоблин зубасто оскалился.

Будь обстоятельства иными, я бы с огромным удовольствием и интересом осмотрел бы Мифкрест, столицу магов всего мира, но сюда я, благодаря телепорту башни, мог попасть в любое время, а вот пообщаться со знающим, опытным и лояльно к тебе расположенным гоблином – нет. Приоритеты как раз главное, что старина Джо изучил в своё время, так что вместо отчаянного щелканья клювом на каменные дома, стены и разную летающую ересь, я почти не отрывал взгляд от ценнейшего источника информации, который, выведя меня из приемного портала, тут же повлёк в таверну за обещанным обедом.

И да, я не пожалел, даже несмотря на то, что пришлось кормить не только некрупного гоблина, но и очень даже крупного и наглого кота.

- Ну и жопа же…, - выдохнул я, вновь оказавшись в приемном зале теперь уже моей личной башни.

- Ага, - отозвался Шайн, тоненько рыгнув, - Несчастные ублюдки...

После шума большого волшебного города, который мы зацепили лишь краем глаза, мрачный и пустой зал первого этажа, пропахший забвением, внушал полное уныние. Единственным ярким пятном тут была мой отпечаток ладони кровью на стене, фиксирующий волшебство этой прекрасной башни и целиком замыкающий её на мне. Возле моей метки из стены выступали две каменные ладони, сложенные вместе, как будто ожидающие, что в них прольется дождь. Вместо дождя сюда должно литься золото тех, кто собирается воспользоваться транспортной сетью магов… но, если вместо золота направить в ладони свою магию, полностью перекачивая резерв в башню, то в ладонях, наоборот, появятся деньги. Сначала медяки, а затем, когда твой резерв вырастет, а каналы огрубеют от ежедневной перекачки магии, и серебришко.

- Конченные неудачники, - выдохнул я, - Они обменяли свой дар на будку и кусок хлеба.

- Ну а что ты хочешь от людей? – фыркнул кот, - Они живут двадцать лет на всем готовом, а затем оказываются сами по себе в другом мире, никому не нужные, никого не знающие. Не удивительно, что многие из них склоняются к самому простому решению.

- Ладно, плевать. Давай уже займемся инспекцией нашего жилища. Я чувствую, что нас еще ждут чудные открытия.

Башня мага представляет из себя довольно простое строение. У первого этажа отдельный вход для желающих воспользоваться услугами телепортации, либо обратиться к самому магу. Этот вход не запирается. Второй, личный вход мага в башню, сразу же выводящий хозяина на лестницу, соединяющую подвальные и остальные этажи, начиная со второго, расположен на другой стороне башни и представляет из себя небольшую, но чрезвычайно крепкую дверь. Кроме мага или по его воле, никто эту дверь открыть не может.

Вот через личный вход мы и вошли, готовые ко многому, если не ко всему. В общем-то, ничего такого найдено и не было, голые стены и пол, немного пыли, три маленьких тесных этажа с крошечными эркерами, и малюсенький чердак, который тут же отжал Шайн, заявив, что это будет его личное место. Ну, никто кроме кота бы туда не поместился, так что ладно. Обозрев это уныние, я спустился в самый низ, проинспектировав подвальные этажи. Те тоже блистали пустотой.

Ну хоть те, кто принимал башню от последнего почившего волшебника, сделали всё на совесть – сняли заклятия (если они вообще были), выбросили хлам и забрали всё ценное за работу. Только что тут ценного могло быть?

Правильно, ничего.

С трудом затащив свой сундук на последний этаж, я сел на него, принявшись проводить инспекцию. Итак, что у нас есть в активах?

- Шестнадцать золотых и четыре серебряных монеты. Медь, серебро и золото идут в Рикзалии также, как и в Мифкресте: двадцать меди — это одна серебрушка, десяток серебряных - один золотой. Основной платежный ресурс серебро, так что у меня, получается, сто шестьдесят четыре серебряных монеты. Это очень приличная сумма для Джо-бродяги, но совсем недостаточная для Джо-мага, которому нужно обустроить башню. Категорически недостаточная, даже хорошая кровать стоит от тридцати золотых.

- Книги. Много-много одинаковых блокнотов, куда были переписаны вычищенные от «мусора» учебники и гримуары. Неимоверно полезно, категорически нужно, невероятно роскошно, но совершенно никак не применимо здесь и сейчас.

- Запасной комплект одежды из трусов, штанов, сорочки, робы и шляпы. Зачарованный, как и основной. Подарок Дино Крейвена.

- Знак Мага, простенький посох, такие же жезл и палочка. Всё это мои инструменты. Еще кот. Условно разумный, вредный как моя жизнь, просит жрать.

- Собственно, запасы провизии на три дня, так что мы с ним жрём, запивая слабеньким вином. Активом можно не считать.

И… всё.

Ладно, это все равно один из лучших стартовых раскладов, что у меня были. Третью жизнь я начал в теле, которое только что вывалилось из петли, оставшись живым, так его, это тело, тут же захотели пристрелить, чтобы «закончить работу». Тогда спас случай.

Что с моими обязанностями?

- Следить за равновесием магического фона в вверенной мне области. Купировать любые завихрения. Проще говоря – вообще ничего не делать, так как Побережье Ленивых Баронов – самое спокойное место в мире.

- Следить за порядком и чистотой зала телепортации, обеспечить к нему свободный доступ. Купленная в ближайшем селении метла и пятиминутное зачарование полностью решат эту проблему.

- По желанию оказывать услуги мага живущим на прилегающей территории. Оплата договорная, не облагается налогами, подразумевается, что эти земли отданы магу на «кормление».

- Информировать Гильдию о любых странных событиях на своей территории. Мутации, аберрации, проклятия местности, нетипичные болезни, пролетал дракон, пробегали кентавры. Так далее, тому подобное.

На этом всё. Совсем всё.

- Что думаешь, Джо? С чего начнем? – чешущийся задней лапой Шайн, дожевавший колбаску, выглядел так, как будто собирается вздремнуть часиков десять. Надо будет взять с него пример.

- Как всегда, дружище, - хмыкнул я, - Сначала выживание, потом всё остальное.

- Что ты имеешь в виду под «остальным», а, Джо?

- Деньги, Шайн. Я имею в виду деньги.

Интерлюдия

Утро в деревне Липавки начиналось как обычно. Знайда сидела себе в ветхом сарайчике и доила козу, в то время как услышала два довольно знакомых ей звука. Первый издавал человечий голос, и он был про «ааа!!», а второй был бычачий, торжествующий и даже несколько ехидный. В этом «му» звучало торжество, известное едва ли не каждому жителю деревни.

Правда, не успела Знайда увязать в своей голове эти звуки, как какой-то крупный и неопознанный, но определенно летающий объект пробил в сарае дыру и, просвистев мимо доярки и её меланхоличной козы, впилился в копну сена, где удачно и скрылся до лучшего времени.

Ага, поняла девушка, Кум снова нашел себе жертву. Кумом звали лучшего быка в Липавках, производителя всем на зависть, его смотреть даже сам барон приезжал. Крыл Кум любую корову, всегда с первого захода, так что на него едва ли не молились. Вот только в остальном этот крупный бычара был той еще свиньей! Хитрый, но сильный, Кум периодически выбирался в люди, где и учил любого подвернувшегося под рога мужика, что спиной к такому красивому быку стоять нельзя. Причем еще и красться умел, скотина такая!

Все эти мысли неторопливо промелькнули в голове Знайды, достигли финала, прошли стадию осознания, а затем, когда уже дырка в сене зашуршала, девушка догадалась среагировать.

- Ой! – неуверенно сказала она, переглянувшись с козой.

Снаружи сарая довольно замычал Кум. Из дыры в сене донеслось довольно внятное и злобное «Едрит Мадрид!», а вслед за этим странным словосочетанием дырка изрыгнула из себя парня в платье. Ну, в чем-то таком, как отец Хризантий ходит, поправила себя неспешная разумом, но очень основательная Знайда. Смуглый и совершенно незнакомый ей парень, с темными кругами вокруг глаз, шмыгнул курносыми носом, а затем напялил себе на голову странную широкополую шляпу. С виду он был совершенно не похож на боднутого быком человека, но до такой тонкости Знайда не смогла бы додуматься, разве что коза.

Последней было все равно.

Шмыгнув носом еще раз, парень снял с пояса короткую и острую на вид палку, после чего решительно прошагал мимо девушки и козы в проломленную стену сарая. Знайда, тут же обидевшись, независимо поправила рубаху, в которой сисек было видно аж до пояса. Ну а чего? Дома же, жарко… Шо за люди? Летать летают, ругаются, а на главное – ноль внимания!

Через минуту на истошные крики Кума начала подтягиваться чуть ли не вся деревня. Огромный бурый бык, бывший одним из самых гордых и самодовольных существ, которые когда-либо посещали Липавки, вёл себя как мелкий мальчишка, которого отстегали крапивой по заднему месту. Он, периодически подпрыгивая, панически убегал от ступающего по его следам парня в робе, периодически пыхающего в зверя чем-то из своей смешной палочки. Причем, само действие было крайне неторопливым – парень размеренно шёл, а бык бежал, быки, вообще-то, бегать умеют, только вот Куму что-то сильно мешало. Каждые два-три скачка огромный бык то приседал, то пытался прислониться задом к чему-нибудь, а затем, бросая взгляд на парня, снова пытался убежать.

Наконец, Кум догадался сделать пять скачков вместо двух, что дало ему фору достаточную, чтобы облокотиться задом об угол дома и несколько раз задом этим поелозить. Издав рёв наслаждения, бык тут же жалостливо застонал, получая очередное пыханье от своего преследователя, от чего подскочил, взбрыкнув всеми четырьмя копытами, и вновь устремился в бегство.

Парень, гоняющий Кума, тоже не молчал, а ругался вполне человечьим голосом. С этой ругани Знайде стало ясно, что если бы не какая-то «роба», то парню бы конец пришёл от этого подлого животного. Селяне, подошедшие на шум, тут же разделились на два лагеря. Кто-то радовался, что Кума наконец-то учат уму-разуму, а кому-то было не по душе, что пришлый мутный тип обижает их родную кровиночку.

Знайда тем временем смотрела этот аттракцион, а в её голове неспешно оформлялась мысль. Точнее вопрос. Когда он приготовился, девушка, ни к кому конкретно не обращаясь, да и вообще себе под нос, его задала:

- Чего это он?

И ей ответили!

- Да просто наслал жопный зуд на вашего быка, - сказал ей крупный белый котище в пятнах, сидящий у её ног, — Вот тот и бегает. Через часик отойдет.

- А…, - поняла Знайда, кивнув коту, - Понятно…

Кот облизнулся. Его пасть была в чем-то, очень напоминающем козье молоко.

- Ой…, - внезапно девушка осознала, что стоит расхристанная с рубахой, расшнурованной до пупа, на лицезрении всех соседей, но только успела спрятать свою выдающуюся грудь назад, под одежду, как из дыры в сарае вылез Богун, её дядька и кормилец.

Начав, конечно же, орать и сердиться. Претензии у него были к дыре и к тому, кто её сделал, причем виновником Богун сразу назначил парня, гоняющего Кума, тут же требуя с него возмещения огромных убытков. Соседи забухтели еще сильнее, лагеря покровителей парня и защитников быка почувствовали новую точку напряженности. Сам же парень, обернувшись, досадливо поморщился, пару раз взмахнул палкой, произнеся какую-то тарабарщину, после чего дырка в сарае сама собой закрылась и тот вообще стал выглядеть лучше прежнего!

- Ох! – удивилась Знайда.

- Это волшебник новый, - авторитетно объяснил кот ей и еще паре детишек, подошедших поближе, - Жить в башне будет.

Ну что пришлый, это ясно. Богун, здоровенный и волосатый, стал крайне недоволен тем, что ущерб был исправлен без нанесения ему, Богуну, денежных средств, от чего решил надавить на совсем молодого паренька, во имя своей жадности и благополучия. Противно скандаля и угрожающе раздуваясь, мужчина припустил к подлому восстановителю своей собственности. А чего? Ущерб был нанесен? Был! А был оплачен? Нет!

Редкостного скотства этот Богун, все знают.

- Едрит Мадрид! – сердито высказался парень, оборачиваясь к вымогателю.

- Ой! – сказала что-то понявшая (но не до конца) Знайда.

Через пару мгновений уже не только Кум бегал от волшебника, но и сам Богун, причем у последнего получалось и хуже, и лучше, так как мужик, запустив себе в зад обе руки, с упоением там все себе расчесывал, не забывая верещать как резаный при каждом попадании из палочки у парня.

Теперь все происходящее скорее веселило свидетелей, чем вызывало какие-то другие эмоции, но увы, всё хорошее должно было закончиться точно также, как и молоко, которое Знайда успела выдоить из козы, но, конечно, менее таинственно – пришёл староста и всех разогнал. Волшебник (а кто это?) расколдовал Кума, тут же убежавшего со всех копыт домой, но оставил чесаться Богуна, благо тот делал это тихо, лишь слегка подвывая от удовольствия. После чего они со старостой начали говорить, к ним еще кот присоединился, Знайде стало скучно, и она ушла укоризненно смотреть на козу, выпившую свое же молоко.

Вот так вот и состоялось знакомство молодого волшебника башни с жителями деревни Липавки.

С тех пор волшебник начал регулярно появляться в деревне, но без особого ажиотажу, будучи скучным как сборщик налогов. Все вел какие-то разговоры с жителями, покупал продукты, инструмент одалживал, но не хулиганил, разве что детвору, просящую показать что-нибудь эдакое, награждал жопным зудом, но недолгим, а так, для острастки. Ну, если не считать тех придурков, что полезли к нему в башню в погоне за говорящим котом, которого хотели предприимчиво продать. За это им выдали особое колдунство, да такое, что староста с родителями ихими приходил к башне просить простить хулиганов.

В общем, показал он себя, по пересудам жителей деревни, суровым и справедливым, но жутко скучным волшебником. Те уже подзабыли последнего, лишь дед Сугой помнил, да и то лишь то, что тот колдун пил, не просыхая и колдовать не умел. А этот наоборот, обещал, что, если что – с дождем поможет, от чего староста прямо улыбался всем ртом.

Знайде было все равно, слишком сложные это были материи. Куда интереснее для этой девицы стал кот, время от времени её навещавший, пока Богун не видит. Кот охотно болтал с девушкой, не обижал её, но мышей не ловил, только кошек любил, каких в деревне отыщет. Шайн Знайде понравился, их даже можно стало назвать друзьями.

То, что детвора, злая и охочая до насмешек, перестала донимать эту простушку, водящуюся с колдовским котом, Знайда, разумеется, не замечала. Как и некоторой покражи молока. Зато, когда через четыре дня новый житель башни зверски сильно выручил кузнеца Завроса, сотворив что-то колдунское с ломом в кузнице, можно было сказать, что парень со странным именем Джо стал среди местных если не своим, то уж точно не злодеем, которому лишь бы быков погонять.

Кум бы, конечно, с ними не согласился.

Глава 6. Очень волшебные дела

- Да…

- Да уж…

- Угу…

(долгое тяжелое молчание)

- Джо? – проникновенно спросил меня кот-фамильяр.

- А? – откликнулся я, сидя на траве возле башни и сверля своим тупым взглядом зеленую-зеленую траву.

- Помнишь, я как-то раз сказал тебе…, - многозначительно пробурчал Шайн, - …что бог не каждого встречного может принять своим святым, да, Джо?

- Помню-помню, - кивнул я, - мол, тут надо соответствовать, быть на одной волне, всё такое.

- Так вот, Джо, кажется, я тебе набрехал, - мрачно выдал мой пушистый собеседник, - Ты выбрал самую дальнюю, самую тихую, самую унылую область во всем Мироздании, а затем приковал себя к ней. Дахирим бы сдох со смеху.

- Это больно слышать! – с мукой в голосе отозвался я.

- Точно тебе говорю, если он узнает, то помрёт. Твоя месть осуществится. Я уже слышу его предсмертный хохот! – не унимался кот.

И был целиком в своем праве.

Королевство Рикзалия расположено на материке Афанус мира Орзенвальд. Умеренно близко от экватора, на побережье Сионского моря. Считается если не колыбелью цивилизации, то крайне близко к этому значению. Общая политическая атмосфера вокруг Рикзалии напоминает Европу, которая, вместо того чтобы упоенно резаться внутри и снаружи, заснула сном обдолбавшегося транками дистрофика. В целом, подобное миролюбие можно было бы отнести к обстановке во всем мире, но тут все было в терминальной стадии.

А теперь вишенка! Мы находимся в самом медвежьем углу Побережья Ленивых Баронов, огромного графства, разделенного на несколько десятков малюсеньких баронств, имеющих в Рикзалии особенный правовой статус – каждое из этих баронств представляет из себя полнейшую ненаследуемую синекуру, которой награждают (или наказывают) верных (или не очень) слуг трона. Причем, какого-либо влияния или власти эти бароны, по существу, не имеют, а мирно и довольно счастливо доживают свой век, собирая свою баронскую часть налогов. Всем остальным занимаются слуги графа Азекса Караминского, верного вассала герцога Глаумворт, близкого родственника короля.

Проще говоря, мы в центре огромного дома престарелых, где на ленивых стариков лениво работают крестьяне, от которых никто ничего не требует. Местная валюта? Медь или бартер, серебро собирают лишь на приданное невестам. Местные потребности?

…отсутствуют.

Тут даже лечить некого, в каждой деревне бочка слабого целительного зелья, в которое добавили слабый же эликсир предохранения. В результате люди везде поголовно здоровы и трахаются как кролики, не плодясь при этом сверх меры. Вот тебе и средневековая медицина. Это не просто фэнтезятина, а еще хуже той, предпоследней, что у меня была! Там хотя бы была Система, и все, от мала до велика, были заинтересованы в прокачке своих умений и уровня, а тут вообще ужас!

Некуда приткнуться. Я маг, я волшебник, я умею кунг-фу и знаю много полезного, но ни одному человеку в ближайших трех деревнях не надо ни-че-го! За деньги, естественно. Да и денег у них нет! Мне пятьдесят золотых нужно только на палочку, с помощью которой я смогу расширить башню, а где их взять?!

- Лошара.

- Сам такой. Обманываешь простушку и доволен.

- Ничего ты не понимаешь, Джо. Я разведываю. Богуна помнишь? Ну, того придурка, который хотел с тебя денег за дырку, которую ты сам же и заделал? Так вот, этот мужик, конечно, тот еще кретин, но жадный до изнеможения. Постоянно со своей племянницей разговаривает… ну, односторонние тут беседы, у девчушки мозгов нет, всё в грудь ушло. Так вот, он тоже о деньгах мечтает и тоже не знает, где их взять. Мол, все дела местные ведут через представительства графа. Так что тут тебе тоже жопа.

- Не понял?

- Наша дислокация – баронство Бруствуд, Джо, - почти с сожалением протянул кот, - А значит, только тут ты можешь вести беспошлинный бизнес. Дела с графством уже будут облагаться дополнительными налогами!

Эхехе-хе… да уж, Дахирим бы точно помер от смеху. Сам Джо Тервинтер, бродяга, выживальщик, колдун по найму, святой, приключенец и мошенник, спаситель миров и герой, выживший в бесчисленном множестве самых разных ситуаций, выучившийся на прекрасного мага вдобавок, сидит теперь на заднице посередине нигде, имея в собственности лишь башню, грубо сколоченную кровать, библиотеку и немного запасов в подвале!

Ладно, еще есть кадушка для стирки белья и мытья посуды, немного посуды и ведро для воды. А еще я заколдовал свою дверь, в смысле в башне, заклятием неведомости, из-за чего теперь её никто кроме нас с Шайном не видит и не может определить. На всякий случай. Но на этом моменте мои успехи за неделю – всё!

- Ладно, приступаем к плану Б! – сделав решительное, умное и красивое лицо (от чего Шайн истошно закашлялся) я воздел себя на задние копыта и упрямо выдвинул челюсть навстречу новому дню.

- У тебя есть план Б? – неверяще спросил пушистый.

- Есть, - гордо ответил я, - Идём!

Мы с котом встали в центре платформы переноса внутри моей башни, а затем нас перенесло магией в другое место. Спустя капельку нервов, прорву осторожности и забег на сто метров (крадучись), я, умильно улыбаясь, попросил висящее передо мной существо:

- Вермиллион, одолжи палочку, а?

- Джо! – тут же каркнул призрак архимага, втыкая в меня далеко не радостный взгляд, - Где мои летописи?!!

- Какие летописи?! – неправедно возмутился я, - Я сижу посреди нигде, моя кровать состоит из соломы, а денег – нет! Дай палочку! На пару дней!

Синеватый призрак прищурился, а затем велеречиво донес до сознания жалкого смертного истину, в которой проблемы негров шерифа не волнуют. Обещал летописи истории мира – неси. Потом поговорим.

- Ну подумай сам, - увещевал я злобного призрака, - Мне в любом случае нужно сначала хоть как-то обустроиться! Сейчас у меня есть горстка золота, на которую я едва смогу прожить в Мифкресте то время, пока башня растет! Но даже так, у меня там будет куда больше возможностей, причем, касающихся и летописей, чем в задрипанной башне посреди Побережья Ленивых Баронов. Ты что, хочешь еще десять лет прождать?

- Я ждал и побольше! – сварливо отозвался четырехликий маг, но было видно, что это он для порядка.

- И зачем? – фыркнул я, - На пару же дней прошу. Хочешь кота в залог оставлю?!

- Эй!! – шерсть у Шайна стала дыбом, - Так вот зачем ты меня с собой взял?! Скотина! У него жрать нечего!

Палочка мне нужна была позарез. Инструменты, что нам выдали по окончанию Школы, были относительно хорошие, относительно качественные, но… напоминающий АК-47. То есть подходили любому волшебнику, включая и полных дегенератов. Много ты автоматом не накопаешь. Хороший же и качественный инструмент…

Представьте себе, что магия – это глуховатая и упрямая бригада гномов-профессионалов. Как бы косно ты не выражался, какие бы допуски в заклинании не выдавал, эта бригада всё равно, пусть и на свой глазок, но что-то рабочее сообразит. Однако, когда ты выдаешь предельно четкое техзадание, прописанное и указанное точным инструментом, тогда результаты много выше, тоньше и круче. Магия реализует желаемое с минимальными потерями. И, если мы говорим о серьезной магии, то выпускные палки-копалки тут совсем не пляшут! Пространство увеличить – это вам не жопу зудеть заставить!

- Нет у меня моей палочки…, - хмуро и тихо пробурчал Вермиллион, - …уже лет триста как. Не нужна была. Но остался сколдекс…

- Уп-пса! – подавился я, - Не-не-не, ваше магичество! Я и так тебе должен…

- …летописи! – тут же каркнул ну очень желающий знать историю мира призрак, - Летописи ты мне должен!

Сколдекс – это одноразовая палочка, сделанная из кристаллизованной маны волшебника, копия его настоящей, но, при этом, идеальная, как… палочка. Совсем идеальная, понимаете? Такое используется только для самой точной, самой сложной, самой высокой магии. И сейчас, повинуясь жесту Вермиллиона, тонкая белая сущность сколдекса является из воздуха прямо перед ошарашенной рожей Джо. Я, завороженно наблюдая за процессом, жалобно пищу, что в Мифкресте вот это выдерут из рук за десятки тысяч монет.

- Нет, ты воспользуешься им для своей башни! – рычит, аж стекла звенят, дохлый маг, - Но сделаешь это по моему заклинанию! Что у тебя там, м?!

- Катоблепас…, - хриплю, понимая, что этот долг хрен я когда отдам.

- Хм…, - призрак простирает все свои восемь рук запуская свою призрачную магию, вокруг него эпически кружатся листы, пергаменты и даже целые книги, которые он тут написал сам, а затем, один выдернутый из медленного смерча литературы лист падает к благоговейно держащему сколдекс мне.

- Эти расчеты…, - грозный голос Вермиллиона почти лопается от напускной суровости и искреннего самодовольства, - …я провел по твоему принципу, Тервинтер Джо! Вот ты их и реализуешь!

- У меня/него магии не хватит! – верещим мы с котом.

- Хватит! – милостиво машет тройкой рук призрак, - Мой сколдекс после написания формулы развеется на дополнительную силу!

Всё, это попадос.

Мельком пробегаю глазами по пергаменту. Всё вроде знакомо, модифицированное заклинание, пределы, правда, узкие, но, вроде бы, всё понятно. Только вот…

- Это уровень архимага, - подавленно говорю я, тряся пергаментом, - обычный маг подобное не сможет создать!

- Я верю, что ты сможешь, - величественно заявляет мне Вермиллион, - Ты все равно не удержишься, Джо. Ты такой…

- Дай мне его сюда! – неистово орёт, подпрыгивая на месте, Шайн, - Урони этот сучий пергамент! Я его раздеру! Давай, Джо! Роняй!!

Он меня тоже знает.

Неожиданная мысль посещает мою затраханную голову.

- Вермиллион, а Вермиллион? – покрепче сжав пергамент, поднимаю я голову к библиотекарю, ко всем его четырем бесстыжим рожам, - А ведь у сколдексов есть срок годности…

- Прочь, наглый человечишко! – тут же начинает разоряться призрак, - Пропади пропадом твоё наглое лицо! Бесстыжее хамло!!

- Да ладно тебе, суду всё ясно…, - у меня с сердца падает камень размером с мавзолей Ленина, - Я всё сделаю. Шайн потом расскажет, что вышло. Ему больше некуда будет податься, если сдохну. Расскажи лучше – ректор и деканы узнали?

- Да сразу же, - меняет тон маг, как будто бы ничего и не было, - Не успела твоя задница скрыться в портале…

Через пару часов мы уже стоим возле башни, у обоих бурчат животы, требуя обеда.

- Джо…, - чавкает ветчиной Шайн, - Слушай, ты уже не святой бога вероятностей! Ты не можешь брать на себя такие риски! Не думаешь о себе, подумай хотя бы обо мне!

- Угу, точно, ага, - мычу я, погруженный в перечитывание заклинания, выданного мне чересчур хитрожопым призраком, - Успокойся. Оно старое как говно мамонта. Просто Верм пересчитал допуски, уменьшил их с целых до сотых, добавил… Воплощение?! Он серье… ну конечно же он серьезно…

- Джо-оо!!

- Да расслабь булки, котяра! Когда заклинание заработает, мы с тобой будем уже в Мифкресте, блин! Нам ничего не грозит!

- Сразу надо было говорить!

- Уйди уже с глаз моих. Иди вон своей Знайде мозги полируй, паникер хренов!

Кот ушел с гордо задранным хвостом, а я остался возиться с подставой от архимага, пытаясь понять, на что он вообще рассчитывал, предлагая мне просроченный (возможно!) сколдекс и модифицированное заклинание. Вряд ли старик желал бы мне смерти, это совершенно не в его интересах, учитывая наш маленький будущий междусобойчик между Крайвеном, призраком и мной, но мало ли? Уж больно вкусно расписывал библиотекарь рожи прилетевших к нему на разборки деканов. Там, конечно, своя петрушка и к ней я отношения не имею, но мало ли…

Ай ладно, всё равно я использую это! Блин, я неделю как из Школы, а у меня на руках рецепт и возможность выдать заклинание уровня архимага! Это всё равно, если ты живешь в Саратове, справляешь грустно на набережной наедине с бутылкой водки свой двадцатый день рождения, а тут внезапно появляется улыбчивый Чарли Шин, обнимает тебя за плечи, а потом ведет на свою яхту, стоящую на Волге, где много шлюх и кокаина! И каюта с джакузи! И вы там неделю оттягиваетесь!

…а может быть, даже автограф? Ну, после всего?

Конечно, я коней не гнал, а внимательно раз за разом читал заклинание. Оно было годным, очень, единственное, что смущало – это Воплощение. Оно всегда смущает.

Мы, волшебники, ни разу не программисты, а, вы удивитесь, волшебники! Вот, к примеру, я пять дней назад в деревне за медяк приобрел хорошую метлу. Разумеется, в сыром виде она мне бесполезна, я волшебник, а не подметальщик, поэтому метлу надо заколдовать на подметание, причем определенных мест, с определенной частотой и чистотой. Как это делается? Просто. Сначала мы метлу колдуем на прочность, гибкость и общий хороший вид, затем, чтобы не заряжать её как какое-то пылесос, наколдовываем ядро маны, которое будет пополняться в башне само по себе, а затем, наконец, накладываем Воплощение.

Что это? Чтобы работать как метла – надо думать, как метла! Волшебник создает в голове образ «Я метла, я подметаю, я убираю. Вот эту вот территорию, вот отсюда и досюда, если она будет грязной или просто так раз в три дня. Еще я подметаю, если меня позовут, могу прогнать кого-нибудь, если прикажут, храню себя для любимого хозяина, защищена от всех остальных». Вот такую мыслю мы и пихаем в метлу, из-за чего она, если с душой и магией пихать, может стать даже слегка умнее, чем мы от неё хотим. Это мы, господа и дамы, называем Воплощением. Так шлепаются чайники, кастрюли, сковородки, тапочки, да почти всё!

Но зачем Воплощение башне? Она, блин, стоит! От неё, как бы, большего не требуется! Однако, Вермиллион посчитал, что оно нужно. Ладно…

От истошного вопля на следующее утро у меня чуть не дрогнула рука. Вообще, Шайна нельзя упрекнуть за издавание громких и омерзительных звуков, учитывая обстоятельства, но, с другой стороны, если бы он не шлялся по малознакомым девкам и кошкам, то и не проспал бы до самого полудня!

- Ты чиво наделал!!! – взвыв благим матом кот, обнаружив меня на втором этаже башне. Я бы бодр, сосредоточен и твердо держал в руках сколдекс Вермиллиона, которым на стенах башни уже были написаны несколько… сотен строк белыми светящимися символами.

Панические крики сильно отвлекают.

- Молчи твой рот! – сухо бросил я коту, - Занят!

- О Великий Дахирим, отторгнутое дитя твоё взывает о милости и помощи! – начал молиться кот, натурально усевшись на задние лапы и простирая передние к потолку, - Снизойди же к плоти от плоти своей, ответь на мольбу о спасении! Забери меня от этого идиота, господь мой!! Забери скорее!!! Я всё отдам, всё…

Вот же сука шерстяная.

К счастью, мне оставалось не так уж многое, лишь давным-давно заученные формулы этого самого расширения, только вот потом надо было сразу начинать читать заклинание, не позволяя уже начавшему работу сколдексу потерять хотя бы гран магии, а тут этот орёт…

Впрочем, уже сделать было ничего нельзя, в смысле совсем. Сундук с моими пожитками и книгами уже стоял в портальном зале, сам ритуал начался, а то, что я не догадался запереть Шайна в сундуке – мой собственный просчет.

Отрешившись от всего, кроме висящего передо мной пергамента с заклинанием, я начал начитывать его, совершая сколдексом один за другим движения, долженствующие попадать в такт словам и слогам. Инструкции, расписанные на стенах, были словами песни и указанием к действию, а вокально-инструментальная часть ритуала подводила направляющие энергий, собираемых башней, к истокам нужного колдовства.

Чтение шло, явно желающий мне зла кот орал благим матом, но я применил хитрый и подлый трюк, воспользовавшись тем, что работаю лишь правой рукой – заткнул себе ухо левой! В воплях Шайна появились обиженные нотки, он попытался зайти с нужной стороны, совсем забыв, что мне не нужны обе ноги, чтобы стоять твердо! Пинок, доставшийся зловредной кошатине, запустил её вниз по лестнице, а я, воодушевленный успехом, начал дочитывать заклинание.

…и таки дочитал!

Покрывающие круглую комнату символы вспыхнули, приходя в движение, а я разжал пальцы, позволяя сколдексу зависнуть в воздухе, сияя всё сильнее и сильнее. Зрелище растворяющегося сгустка магии великого волшебника было очень притягательным, но у меня совершенно не было времени на это смотреть! Поэтому и отправился вниз, туда, куда со сдавленным мявом недавно улетел кот.

Шайн сидел у стены, держась обеими лапами за голову, от того и не дёрнулся, когда я, схватив кота за шкирку, ринулся к сундуку. Еще пара секунд, и мы растворяемся в воздухе, перемещаясь на Мифкрест.

- Гад! – вякнул кот, отпущенный мной на волю прямо в общем зале, - За что?!

- Времени не было, - бросил ему через спину я, - Модифицировал заклинание, там было всего двадцать секунд до активной фазы… и да, сам ты гад.

- А если бы я не проснулся?! – пришел в ужас семенящий по моим стопам зловредный котяра, который чуть не похерил мне только что всё, - Ты бы не успел меня разбудить!!

- Ничего бы с тобой не приключилось, - буркнул я, - Магия бы просто выкинула все незадействованные объекты из башни. Дождался бы у Знайды.

— Вот я как знал! Как знал!!

Наши отношения с Шайном всегда были очень сложными и запутанными. С одной стороны, кот мне помогает по мере сил, с другой стороны, как только я оказываюсь в ситуации, где мне можно подложить гадость, эта скотина тут же вспоминает свои многочисленные и местами надуманные обиды. Ну вот за эту подлянку я, как минимум, сэкономлю деньги на его кормежку, пока мы в столице магов. Пусть крутится как хочет.

- Ох и сволочь же ты! – окончательно обиделся кот, - Я просто молился!

- Ты мне под руку молился, кусок шерсти…

- Не тебе одному экспериментировать над магией! Хотя. Стоп. Стоп…! – озадачился Шайн, вставая посреди дороги, - Ты что сделал?! Модифицировал модифицированное архимагом заклятие?!

- Потом! – бодро откликнулся я, - Идем быстрее к нашему гоблину! И не смотри по сторонам, а то дорогу забудешь!

А что? Запросто. Я лишь второй раз в этом городе. Перво-наперво нужно доложиться о том, что у башни наступило волшебное время, чтобы телепорт к ней заблокировали.

- Маг Тервинтер Джо! – встретивший нас в своем кабинете Гомкорт Сорквурст был недоволен и напряжен, - Столько переходов за неделю! Вы помните, о чем я вас предупреждал?!! Один переход в неделю! Только один!

- И еще один на обзаведение имуществом для нового башенного мага, - кивнул я гоблину, - Я внимательно изучил наши права и обязанности, а также знаю, что нерастраченные переходы копятся до пяти, потом начиная «сгорать».

- Да, но вы все равно превысили лимит! – у гоблина аж уши поднялись, - Я буду вынужден…

- Нет, не будете. Последний переход я проделал вынужденно, так как башня сейчас находится в стадии расширения внутреннего пространства, поэтому-то, господин Сорквурст, я и здесь. Мне нужно, чтобы вы завизировали моё заявление, а затем отключили доступ к башне во имя общей безопасности.

- Тогда… другое дело, - поняв, что я, несмотря на молодость, не совсем отморозок, гоблин успокоился, хватаясь за перо, - Сколько дней займет трансформация? Один? Два?

- Думаю, две недели, - скромно проговорил я.

Перо упало из ослабевшей гоблинской руки. На пол. Медленно и красиво.

- С-сколько…? – цвет кожи почтенного гоблина приобрел радующий глаз салатовый оттенок.

- Это авторское заклинание архимага Вермиллиона, уважаемый Сорквуст, - смиренно, но корчась внутренне от гордыни, пробормотал я, - Выполненное его личным сколдексом. Мои расчеты показывают, что завершение случится через полторы недели, но я же только выпустился… Давайте возьмем две?

Да, этому приятному существу сейчас совсем бы не помешал валокордин. К счастью, я знаю подходящие заклинания…

Глава 7. Районы, кварталы

Что вам сказать за Мифкрест? Это город, он человек и пароход! То есть, одновременно, и город, и остров. Город на острове, город-остров. Тут нет полей, лесов и рек, только здания, фонтаны, парки разные, волшебство всякое, да местное население. Такие дела. Столица магов, сердце Гильдии – это вот это всё, по чему я сейчас иду ногами, вертя головой. Шайн тоже идёт и тоже вертит. Нам интересно, мы впервые в цивилизации, а без сундука с книгами и посоха, оставленных в гоблинской камере хранения, еще и идём налегке!

Но кое-что уже видели. Что есть в Мифкресте? Волшебство. Много волшебства, бытового и декоративного. Фонтаны журчат, фонарики светят, письма сами туда-сюда летают, магические животные тоже летают, ходят, бегают и ползают. В общем, эта вся живность и магичность сильно сбивает с толку, отвлекая внимание, но местные, все как один, мастерски игнорируют эти чудеса.

Местные. Население, то бишь. Вот тут, конечно, всё очень удивительно, но если вы думаете, что волшебники бегают по Мифкресту стадами, то думаете вы неправильно! Их тут почти нет по сравнению с другими разумными. Эти самые другие, как легко можно понять, и населяют город, являясь в своем абсолютном большинстве не просто какими-нибудь человеками, а разными расами, чья разумность зависит от волшебства! Человеков тут еще меньше, чем магов, и я собратьев-колдунов полностью в этом деле понимаю – куда проще верить в лояльность населения, если оно от тебя зависит целиком и полностью!

Гоблины, гномы (не путать с дворфами, гномы совсем чахотошные и мелкие), зооморфы, гремлины и феи шатаются туда-сюда по своим делам с самым деловым видом. Некоторые здороваются с юным волшебником (его зовут Джо, если что), некоторые хотят погладить кота (тот против), но в основном никакого ажиотажа молодой и красивый я не вызываю. Город велик, здания тут разного формата, но в основном все каменные, от трех до восьми этажей. Восемь это, как понимаете, для низкорослых рас, а на наш глаз будет просто четыре без чердака.

Я двигаюсь по улицам этого довольно жизнерадостного цирка в места, где есть побольше лавок, а может быть, растёт и целый базар. Как говорится: хочешь узнать жизнь – приценись. Заодно и веду подсчет голов различной расовой национальности, пытаясь выяснить, кто тут доминирующая раса. По всему выходит, что зооморфы – эти ребята и девчата гуманоидного типа, богато оснащены частями какого-нибудь зверя типа волка, кролика или мартышки, а ростом лишь чуть поменьше стандартного человека. И то, это величина плавающая. Довольно привычные для меня гуманоиды, плотно с ними контактировал в одной жизни…

Вот, например, козо-девочка мне по плечо, вполне прилично одетая, с вырезом на заду под хвостик, сидит себе за столиком в кафе и кушает пирожное. Очень приличная девочка, причем её наряд по временным рамкам, может котироваться и восемнадцатым, и девятнадцатым веком. А вот собако-человек породы сенбернар, повыше-то ладно, еще и шире меня в три раза, прёт куда-то в рабочем комбинезоне с заплатами, неся раздвижную лестницу подмышкой. На дальнем конце лестницы зайцами едут две треплющиеся феи, но мужику, вроде бы, всё равно.

В общем, жизнь, богатая разнообразием форм, но совершенно не отличающаяся разнообразием по сути. Последнее меня утешает.

А вообще, город красив, очень. Необыкновенно уютен и чист, с небольшими, но очень частыми проявлениями магии. Например, на каждом подоконнике, мной увиденном, стояли горшки с растениями! С внешней стороны! Цветы, а то и небольшие деревца, буквально повсюду, и этому есть объяснение – за всей этой фантасмагорией ухаживает действующая магия. Ножнички, лопаточки, леечки, метелочки. Волшебством пропитано буквально всё. Настоящая искусственная биосфера… для поддержки разумности местных жителей. Кажется, здесь принципиально невозможны какие-либо революции – без влияния волшебников местные попросту не смогут остаться разумными.

- Во всём ты ищешь логическое объяснение…, - ворчит Шайн, - А поступаешь при этом, как идиот!

- Кто бы говорил. Ты несколько часов назад пытался меня угробить. Причем, являясь моим фамильяром. То есть, либо ты бы сдох сразу со мной, раз мы делим одну душу на двоих, либо остался бы в теле кота, в котором смог бы жить и соображать только рядом с другими волшебниками. Как ты думаешь, Шайн, многим ли нужен такой кот как ты?

Он некоторое время шел за мной молча, а затем, всё же, нехотя буркнул:

- Не удержался я. Уж больно шанс хороший был.

- Какой шанс, Шайн? – хмыкнул я, - Почему ты думал, что это магия должна взорваться и меня убить?!

- Иди в пень! – окончательно смутился и разозлился кот, - Быть твоим фамильяром – это еще хуже того, что было раньше! Я чешусь, вынужден умываться, пить, жрать, срать… не тогда, когда я этого хочу, а регулярно! А еще меня тянет к кошкам! К простым животным! Мне их приходится топтать, приходится драться с другими котами! Доволен?! У меня депрессия, Джо!

- Угу, и ты назначил меня виновником своих бед, - хмыкнул я, - просто потому, что сам не разбираешься, что тебе нужно от жизни.

- Ты это так видишь?!

- Ну да, ты же провёл пять лет в Школе Магии, придурок пушистый. И хоть бы одну книгу открыл. Смирись уже, ты просто кот, который потерял приставку к видовому обозначению. И больше ничего.

Шайн совсем не дурак, уверяю вас. Но он животное, со всеми вытекающими последствиями. Точно такими же, как окружающие меня педестрианы волшебного города, идущими по своим делам. Они не люди, их разум не человеческий, но достаточно близок к нашему, чтобы сосуществование было возможно. А вот Шайн сосуществовать просто так не может, он просто кот с манией величия. Паразит человеческой цивилизации, можно сказать, только чересчур умный, чтобы его это устраивало.

- Кот не может написать стихи, нарисовать картину, создать статую, - вслух рассуждал я, огибая скрюченную бабушку-мышку, тащащую куда-то мешок капусты, - Но подумай – а обязательно ли тебе быть котом? Может, мы попробуем изменить тебе парадигму бытия? А ты, изменившись, перестанешь быть занудным и бесполезным куском шерсти, а станешь ну… кем-то лучшим. Кем угодно. Вот, например, смотри…

В булочной, где на крошечном свободном пятачке хозяин устроил три столика со стульями, на одном из них сидел весьма представительно выглядящий коточеловек, аккуратно расправляющийся с поздним завтраком в виде хлебобулочных изделий. Его внешний вид отличался от имиджа какого-нибудь клерка девятнадцатого века лишь наличием длинного хвоста, морды и усов.

Шайн воспылал и ринулся общаться. С последним у нас сначала не получилось совершенно, потому что коточеловек, хоть и с интеллигентным видом, но наотрез отказывался поверить, что «этот фамильяр разговаривает и может мыслить, не нужно таких шуток, господин волшебник!», однако, кое-как, но мы сумели его убедить, что мой взъерошенный от нетерпения кот вполне настоящий. Короткая беседа таки состоялась, мой пушистый друг оказался снабжен необходимыми сведениями.

- Пф, восемьдесят лет жизни…, - бурчал Шайн, вновь топая за мной, - Курам на смех! Но это лишь у потомков... Хм.

- Видишь, фамильяры действительно могут принять человекоподобный образ, - довольно кивал я, - у могучих магов, правда. А затем даже размножаться. Так что у тебя есть надежда! И у меня тоже есть! Ладно, потом договорим, пора приниматься за дело!

Как вы думаете, чего волшебнику Джо не хватает прямо сейчас, срочно и немедленно? Пищи насущной? Ночлега? Кирпича с веревкой, чтобы утопить кота? Отнюдь.

Мне нужна была одежда.

Твой прикид – это основополагающая, базоформирующая штука, без которой невозможно нормально общаться с любыми разумными. У нас тут не двадцать первый век, в котором миллиардер может разгуливать в рваных джинсах, да и его миллиарды бы тут не котировались достаточно. Статус, имидж, всё это обязано быть подчеркнуто и донесено до возможных собеседников и партнеров, в обязательном порядке. Будь я адекватно одет – коточеловек не стал бы морщиться, общаясь с Шайном, но увы, на мне была роба и шляпа, довольно бедненькие на вид. И пусть эта роба и эта шляпа обеспечивают защиту не хуже рыцарского доспеха, они любому вменяемому существу говорят о том, что перед ним – очень бедный и совершенно непривлекательный для ведения дел или разговора волшебник. Начинающий.

Через пару часов я выходил из лавки портного, бывшего человеком-лисом с тремя феями на подхвате, одетый куда более представительно, чем в робу выпускника Школы Магов. Белоснежная рубашка тонкого полотна, жилетка из темной плотной ткани, черные и простые, но, всё-таки, брюки, а также совершенно безыскусный ремень в них, тем не менее, хорошего качества. Нашедшийся неподалеку сапожник хотел содрать с меня больше монет за неплохие городские ботинки, но быстро понял, что имеет дело не с фраером, поэтому сбавил цену до нормальной. Ниже опускаться он не захотел ни в какую. В итоге, приведение себя в человеческий вид стало мне в два с половиной золотых. Приличные деньги, но так мало вышло из-за того, что всё, что я купил – было не заколдовано. Иначе бы ценник взлетел в восемь раз.

- Что-то дороговато…, - с сомнением заметил я Шайну, когда с приведением себя в божеский вид было покончено.

- Ты сам сказал, что в Мифкресте мало волшебников, - фыркнул кот, - хотя знаешь, не удивлюсь, если узнаю, что эти хваленые Мастера, особенно алхимики, быстро становятся похожи на магов башен! Только не тупеют, а застревают в своих колбочках и котлах, разучиваясь накладывать заклинания!

- Устами котёнка глаголет истина, - кивнул я. Профессиональная деформация – без неё никуда. Я неоднократно варил зелья на уроках, затесавшись в группу Мастеров, и могу сказать, что процесс этот долгий и вдумчивый, требующий очень бережного и кропотливого дозирования магии. Как, впрочем, и создание качественных заколдованных вещей. Вот я, к примеру, без особых проблем наложу сегодня парочку-тройку полезных заклинаний на свои шмотки, но они будут простенькими и грубыми, а держаться и работать будут за счет того, что вещи будут находиться на излучающем магию мне. Создание же полноценного волшебного предмета требует куда более вдумчивый и тонкий подход! Ну, как и в случае башни, да.

Выйдя на окраину города, чуть ли не под самую стену, из-за которой слышался шум прибоя, я начал искать в этом бедненьком районе временное жилище. С этим проблем не возникло. За один серебряк в сутки я снял мансарду у многодетной оленихи, к которой меня направил одноглазый волк довольно прохиндейского вида в обмен на кружку пива. Сама женщина-олень, владелица здания, не промышляла сдачей в аренду этой небольшой комнатки, но узнав во мне волшебника, даже попыталась заселить бесплатно.

- Вы только поколдуйте что-нибудь вечером, господин маг! – просила эта худощавая дама по имени Смирель, - Чуть-чуть хотя бы! Детям будет полезно!

- Никаких проблем, - улыбался я, - Как приду, так и поколдую. Да и сейчас нужно немножко…

- Ой! Дайте мне немного времени, я соберу детей под комнатой! – тут же всполошилась она.

Мда, а вот это мне уже не нравится, хотя, чувствую, я еще долго буду познавать этот удивительный, волшебный и добрый мир, в котором то и дело из теней и закоулков выглядывает какая-то пронзительно понятная старому доброму Джо циничная жопа!

К примеру, ответ на вопрос – чем может зарабатывать себе на жизнь население целого острова, когда тут ни полей, ни шахт, ни орбитального лифта к астероидам, ни компуктеров с интернетом, чтобы все эти лисо-волко-обезьяно-вороно-свиньелюди могли зашибать деньгу на удаленке?

Все ответы были там, за пределами мансарды, ну еще, может быть, в голове у весьма мне благодарной оленихи Смирели, но я, посчитав, что она никуда не денется, вышел обратно в люди. Двенадцать золотых мне настойчиво рекомендовали озаботиться увеличением их количества. Немедленно!

Зачаровав свою одежду и оставив во временном жилье кота сторожить робу (спать на ней), я вышел в этот огромный и прекрасный город, намереваясь как следует покопаться в его подбрюшье. Старина Джо, тот еще пронырливый тип, ведающий все возможные пути мошенничества, подлога, воровства и контрабанды, выходил в свет, имея твердую цель найти для себя легальный способ обогащения. Старые ухватки в этом мире и жизни точно не сработают, учитывая, что узнать, где я живу, способны очень многие, а рисковать, чтобы подломить банк в мире, где существуют бесчисленные заклятия самого разного назначения… ну, идиотизм же?

Вот именно.

Как оказалось, жители Мифкреста, даже те, чья мораль гнулась под малейшим ветерком, придерживались того же мнения. Город был не просто образцово законопослушным…, он был стерилен.

Рухнув на кровать, я застонал, вспомнив, что обещал еще поколдовать вечерком. Ноги и руки отваливались, голова вспомнила, что сегодня с утра перенапряглась, а теперь гасила лампочки одну за другой, намекая, что этот поезд никуда не поедет. Поедет! Но я еще полежу и пострадаю. Вслух, чтобы не заснуть.

- А что ты хотел? – разместившийся у меня на животе Шайн был недоволен потерей лежанки, - Сам же распинался, что магическим созданиям необходимо жить рядом с волшебниками. Вон как олениха тебя сегодня просила. Почему? Потому что все в этом городе работают на Гильдию Магов и, что еще хуже для тебя – работают головой, а не лапами.

Я издал предсмертный стон. Инспекторы, бухгалтеры, писцы, архивисты, банкиры, не говоря уже об обслуживающем персонале! Целиком и полностью завязанные как на волшебстве магов, так и на поставках еды… с помощью магии! Это не город! Весь Мифкрест – сплошная Гильдия Магов! Здесь невозможно делать бабки, невозможно строить бизнес, тут даже некому доверять!

Видимо, из пучины отчаяния, усталости и апатии у меня внезапно выстрелила идея.

- Зато! – подскочил я на кровати, - Зато здесь витрина всей Гильдии! Здесь можно оценить всё, что волшебники по всему Орзенвальду предлагают своим клиентам! Увидеть их товары, зачарования, зелья, книги, магических прислужников и големов!

- Ты выкрутишься, - поощрительно похлопал меня лапкой по колену Шайн, - Ты что-нибудь придумаешь. Всегда выкручиваешься. Скотина…

- Что-что ты там мявкнул? – прищурился я, - Кажется, огласил мечту стать первым в мире котом-веганом? Мы это устроим!

- Пошёл в жопу! Колдуй и ложись спать!!

На следующий день я отправился в центр города, уже имея вполне конкретный ответ на вопрос о том, куда нужно смотреть попаданцу, желающему честно и много заработать. Ушел, правда, недалеко, только покинул гостеприимный дом мамы-оленихи, как меня тут же окружили четыре сурово выглядящих гоблина с чем-то, напоминающим палки-шокеры. Они, совсем недружелюбно скалясь, захотели, чтобы я прошёл к ним, причем не куда-нибудь в застенки, а в кабинет Гомкворта Сорквурста, моего непосредственного куратора.

Прибыв на место, я обнаружил, что кроме нервного гоблина меня тут ожидает еще и не менее нервный волшебник в дорогой робе, от заклинаний на которой у меня аж заболели глаза. Лишний элемент гоблинского кабинета был умеренно стар, умеренно крючконос, умеренно бородат и неумеренно криклив.

- Тервинтер Джо!! – заорал он, как только увидел мои чудесные глаза и всё остальное, - Вы обвиняетесь в воровстве у Гильдии Магов! В особо крупных размерах!!

- Нет, не обвиняюсь! – тут же отпёрся я, ставя обоих обитателей кабинета в состояние сильнейшего когнитивного диссонанса.

- Как не обвиняетесь…? – вопрос был задан Гомквортом, быстрее пришедшим в себя.

- Обвинение-то у вас неофициальное! – недобрительно потыкал я пальцем в сторону опешившего старпёра, - Не арестованный я, гоблинов вы отослали, а теперь орёте. А то ведь я и клятву магическую дать могу, что нигде ничего ни разу не крал!

Ранее оравший поперхнулся и засипел. Увидев его затруднительное состояние, приближающееся к инфаркту, гоблин, поправив очки, доверительно мне сказал:

- Речь идёт о сколдексе, господин Джо…

- А он причем? – натурально удивился я, - Во-первых, это не вещь, а магия. Во-вторых, мне его передал творец и хозяин сколдекса, призрак архимага Вермиллиона. По собственной воле и инициативе, прошу заметить! Ну а если этот призрак является собственностью Гильдии Магов, то прошу предоставить мне доказательства!

Старец в богатой робе подумал и начал менять колер кожи на бледный, причем быстро так, прямо как молодой. Но, что характерно, при этом еще умудрился просипеть:

- А книги…?

- Какие книги? – еще раз удивился я.

- Те, которые вы принесли из Гильдии, - вживался в новую роль Сорквурст, - Вы же оттуда их принесли?

- А как он о них узнал? – удивился я, потыкивая пальцем в продолжающего бледнеть старца.

- Я сказал, - честно признался мой куратор.

- Ладно, - соглашался добрый я, - А как вы, уважаемый Сорквурст, узнали о содержимом этих книг?

Тут уже начал бледнеть гоблин. Всё-таки я сдал свой багаж в камеру хранения, к которой он, казалось бы, ни ухом, ни рылом…

- Вы украли книги из Гильдии!!! – наконец выдал зачетное рычание неизвестный мне тип.

- Я? – непосредственно удивился я, надеясь, что старец выкинет еще какую-нибудь шутку со сменой окраса, - Украл? А потом стою перед вами такой красивый и готовый разбрасываться клятвами?!

О! Получилось! Он начал синеть!

- Прекратите издеваться над почтенным Солимвуром! – умоляюще взвыл мой зеленый (с продрисью от волнения) куратор, хватая себя за уши, - Что у вас за книги, Тервинтер?!!

- Мои книги, - пожал я плечами, - Я их написал для Школы Магии. За это ректор и разрешил мне изъять по одной копии в личное владение. Это было официальное поручение от руководства Школы, за которое я даже получал оплату.

«Почтенный Солимвур» грустно каркнул нечто невнятное, прожёг меня полным ненависти взглядом, а затем буквально испарился на месте, так и не закончив свою последнюю покраску.

Ни фига себе, тут маги жируют, подумал я. Телепортация в обычном мире, без жестов и слов!

- Фух! – обрушился пожилой зеленокожий разумный на свой стул, тут же вцепляясь себе указательным пальцем под галстук и начиная воевать с аксессуаром, - Господин…

- Да давайте уж по именам друг с другом, а? – кисло отозвался я, - Ну, если это прилично.

- Давайте… гос… Джо, - изъяв из внутреннего кармана крошечную фляжку, гоблин присосался к ней, как к родной. Опустошив тару, он звучно крякнул и ожил, помахав длинными ушами, а затем, расслабленно откинувшись на спинку стула, пояснил, - Это был Вердант Солимвур, заместитель представителя Исследователей при Совете Гильдии…

- И что же такому важному господину могло понадобиться от нищего мага башни с края мира, не подскажете? – закинул крючок я.

- На этот вопрос у меня ответа нет! - тут же резковато ответил гоблин, но, отведя взгляд в сторону, пробубнил, - Однако, если предположить…, то, скорее всего, дружба этого мага с архимагом Вермиллионом. Он, если вы, Джо, не в курсе, никому не раскрывает секрета становления призраком. Ни-ко-му.

- И ни с кем не дружит, да? – угадал я сходу, тут же пробурчав себе под нос, - Ну, тогда всё понятно…

Кто последний во всем мире будет интересоваться вопросами продления своей жизни? Ну конечно же очень молодой, но уже проживший несколько жизней тип. Ах Верм, продуманный ты негодяй! Теперь понятно, почему ты сычуешь и никто тебе эти гребаные летописи не несет!

- Уважаемый Сорквурст! – выдал я свою лучшую улыбку, - Всей душой и разумом понимая, что такая наша встреча была совершенно не в ваших планах, уверяю вас, что моё хорошее отношение к вам не изменилось ни на каплю!

- Рад это слышать! – чуть ожил гоблин, виновато приопуская уши, - Сам не ожидал подобного… Утро так хорошо начиналось…!

- А тут такой афронт, будем уж честны, - покивал я, - Ну что ж тут сказать? Бывает. А вы можете ответить молодому магу на пару элементарных вопросов, связанных с городом? Ну раз я все равно здесь?

Глава 8. Ищущий да отхватит

- А я тебе говорил, что с твоей рожей тебя всегда будут пытаться гопнуть! – ворчал Лунный кот, нахально едя на моем плече, - Ты даже в этом сиропном мирке умудрился вляпаться!

- Да ладно тебе, - хмыкал в ответ я, - Старикашка отвял сразу, как только блеф не прошёл!

- Может быть потому, что на твой тощий зад уже нацелились рыбки покрупнее, а?

- Всё может быть, гадать бессмысленно, - я был настроен философски, - видишь, даже книги не смогли забрать, значит, законы на этом острове кое-что да значат. Гм…

- Что?

- Да вспомнил, как тут все по струнке ходят, - признался я, - Так что законы тут ого-го как значить должны. Так что будем законопослушны.

- Что-то мне захотелось рыбки. Ворованной.

- …Шайн?

- А? – голос у кота был очень довольный.

- А я ведь и в тюрьме смогу колдовать, Шайн, - потыкал я головой теплый бок вредного животного.

- И чё?

- И то. Ты «жрёшь» у меня приблизительно пятнадцать процентов резерва на своё существование, так что если я опущусь ниже этой нормы, и побуду таким пару неделек…

- Ладно-ладно! Я всё понял!

Понятливый он у меня. На лету схватывает! Прямо как человек!

Экономика магов была штукой весьма специфичной, так как не была заинтересована в самом главном ресурсе человечества – низкоквалифицированном труде. Волшебникам не нужны были охранники, риэлторы, рабы (даже сексуальные!), крыша от государства, дворники и депутаты. Если магу ниже среднего пошиба что-то требовалось, то он заколдовывал одну вещь копать, вторую носить, а третью сторожить. По сути, магам требовалось от людей лишь с трудом ими добываемое золото, чтобы затем это золото обменять на с трудом добываемые теми же людьми редкие минералы, растения, части кровожадных монстров и прочее говно единорога.

Некоторые такие вещи стоили безумно дорого (вроде сколдекса, да?), поэтому абсолютное большинство волшебников жило в безумной роскоши (с точки зрения обычного человека), но небогатыми. А что делать, если говно единорога требуется на регулярной основе?

Первым делом мою губу закатал Квартал Благовоний. Мужчина правит миром, член правит мужчиной, членом правит женщина – так было и будет в любом мире, заселенном этими похотливыми обезьянами, поэтому представительницы прекрасного пола всегда готовы заложить душу за фальшивую красоту. Гильдия полностью и бесповоротно монополизировала этот момент, поэтому пристроиться к этому бесконечному фонтану золота мне было никак нельзя. Только специально аттестованный Мастер алхимик или артефактор имел право делать косметические вещи, а прогрессивный налог в его случае скромно говорил про процентную ставку от семидесяти пяти. С централизованной поставкой ингредиентов, квотами на продажу и анальной карой за попытку нарушить условия этого гешефта.

С медициной было гораздо проще, это могли варить все и везде, но только если такие лекарственные составы, мази и зелья не касались внешности пациента. Впрочем, при дворе каждой плюс-минус крупной шишки был Боевой маг, который как раз внимательно следил (за хорошую зарплату!) за порядком в бизнесе. А заодно работал посредником между местными и Гильдией, так что сами понимаете, к чему всё ведет.

Все повязаны!

Простолюдины же в своей массе никого не интересовали. Сытая, спокойная и размеренная жизнь в мире вела к тому, что инфляция была незаметной, наличности на руках у крестьян было маловато, а потребностей в магии и того меньше. Разве что в медицине, но, как я уже упомянул: «в каждой деревне бочка лечебного зелья с разведенной в этой бочке пригоршней состава, предохраняющего от зачатия». Молодые болеют мало и трахаются много, а вот тем, кто постарше – полечился и стреляешь холостыми, не умножаешь сущности.

Квартал Чудес, где продавались волшебные вещи, занял у меня три дня на анализ и целый вечер борьбы с желанием нажраться в слюни. То ли с горя, то ли от бессилия. В этом мире правил бал индивидуальный подход, а я, дитя и сторонник системного, с отчаянием смотрел на мир индивидуального потребителя, выросшего в среде с абсолютным отсутствием шаблонного спроса!

Волшебные предметы? Их был дохреналион! В Квартале Чудес продавалась настоящая уйма вещей, к тому же не простых, а тех, которые может изобрести не очень здоровый, благодаря Причудам, разум волшебника. Для имеющего золото клиента могло найтись или быть создано ну очень многое. Ночная ваза с «выключателем» запаха, копье с автонаведением (на ближайшую по курсу броска цель!), кольцо с определителем правды, подвеска, защищающая от определителя правды, не весящая ничего кольчуга с непробиваемым (насколько магии хватит) подкольчужником!

Я шёл, слушая словоохотливых продавцов из магических рас, я шёл, рассматривая таблички с пояснениями, я шёл, взирая на настоящие презентации… в общем, я шёл на все три буквы!

Если не мохнатить бабушку, то мне, как любому нормальному человеку, нужно было найти свою нишу. Создавать нечто востребованное, легкое в производстве, быстро продающееся, не привлекающее внимание к моей скромной персоне, желательно без уплаты налогов и раскрытия имени производителя! Конкурировать с профессионалами в создании волшебных предметов я тупо не мог, так как не был магом, уже деформированным в нужную градацию. И не хотел им быть!

Но подумайте, сколько таких как я среди молодых волшебников в довольно старом и очень спокойном мире? Сто чертовых процентов!

И ведь вам это все рассказывает не просто попаданец, у которого в «копилке» сорок лет жизни в техномире, бывшее брюшко, огромное чувство величия и тупой до слез мозг (как помнится по книгам). Я профессиональный бродяга и мошенник, бывший святой и тот еще выживатор, но стоило мне только попытаться начать вести честную жизнь…

- А когда ты её вообще вёл? – саркастично удивился Шайн, послушав мои жалобы, - Мы вечно кого-нибудь обували! То ограбим, то обворуем, то могилу раскопаем, то с мертвых снимем. Ты за все эти жизни честно работал месяца… три всего, и то только потому, что в шпиона игрался!

- Ты не делаешь мне легче…

- Я к тому, - пристально посмотрел на меня кот, - что ты всех сейчас за дураков держишь. Мол, посмотрите на меня, я большой красивый волшебника, я учился и выучился, а теперь хочу бабла бесплатно и чтоб мне в жопу дули! Да тут все такие! Если люди не воюют, то они работают головой! А тут войн раз-два и обчелся! А магам деньги всегда нужны, поэтому ты на золотую жилу посреди улицы никогда не наткнешься! Думать надо!

На следующий день я наткнулся на золотую жилу прямо посреди улицы.

Я намеревался пробраться в Квартал Механизмов, где было особенно много гномов (не дворфов!), но сменил план, увидев украшенный зеленью бульвар, а на нем лавку, возле которой упитанная, но красивая фея с развевающимся за ней рекламным шарфиком зазывала мимогуляющий народ отведать бамбу. Эта самая бамба была просто невероятно похожа на самую что ни на есть шаурму, поэтому я соблазнился сразу, с первого взгляда.

Шесть меди долой из бюджета, и мы с Шайном сидим на лавке, уминая шаурбамбу. Вкус изумительный, соус прекрасный, мясо натуральное…, а то, что мимопроходящие посматривают на нас с эдаким культурным превосходством, так это дело знакомое. Помнится, жил в Питере, там таким взглядом владели все, а вот как, по сути, копнешь, так девять классов образования и даже квадрат Малевича тебе не станцуют. Так что мы поели, а после я, решив, что человек и звучу гордо, решил этот бульвар пройти в прогулочном темпе.

И вот на нем, чуть ли не в самой середине, мной и Шайном был обнаружен весьма большой магазин, в котором царил натуральный ажиотаж. Ну как ажиотаж? Представьте себе обычный столичный город магов, средние века (ладно, почти Реннесанс), торговые кварталы, да? Так вот, в средней лавке, дай карма, чтобы три клиента в день на пятнадцать зевак, если она, конечно, не продает что-то ну очень модное. А тут, в удивительно большом магазине с шикарной вывеской «ИЛЛЮЗИОН» народу сновало под три десятка!

И У НИХ БЫЛО ДВЕ КАССЫ!!!

- Кончай орать всем лицом, Джо. Сделай его попроще! – скомандовал кот, - Ты выглядишь как макака, которой подарили банан за ночь любви. Засунув в задницу, пока она спала!

— Это у меня лаваш от твоей бамбы застрял, - признался я, проглотив сухую корочку, совершенно неинтересную коту ранее, - Идём глянем, что это за ересь.

Внутри представители самых разных магических рас оживленно выбирали себе в больших ящиках какие-то прямоугольные пластинки с поверхностью, очень напоминающей лазерный диск. Такой, металлической и радужной. Причем и держали они эти пластинки аккуратненько за бока, клали в кошелечек, расплачиваясь с продавцом серебряными монетами.

Это было весьма любопытно, но вот беда – продавцы были постоянно заняты, а мне хотелось позадавать им вопросы. Стоять в магазине и ждать, пока кто-то из взмыленных гоблинш в сарафанах освободится, я посчитал излишним, от того и вышел подождать наружу. В наруже, путем недолгого органолептического анализа окрестностей, мы нашли еще один магазинчик. Старый, с потускневшей вывеской и слегка запыленными окнами, он красовался названием «Первый Иллюзион».

- Там точно можно поспрашивать! – бодро решил я, двинув к обнаруженной цели.

Стекла оказались не запыленными, а просто уставшими от жизни, ибо это был Стиль. Именно он, с большой буквы. Внутри лавки, представляющей из себя скорее неимоверно уютный и просторный кабинет, весьма богато отделанный деревом и увешанный портретами, летало множество горящих свечей, дающих освещение. Я аж заробел, впёршись в это царство хорошего вкуса. Никаких пластинок нигде видно не было.

А вот хозяин был. Благодаря присобаченному к двери колокольчику, мелодично звякнувшему, когда мы с котом ворвались внутрь, где-то в полутьме скрипнула дверь, являя нам старого, согбенного, невеликого ростом… волшебника, вышедшего к нам со скоростью сто пятьдесят метров в час. На носу у этого почтенного джентльмена были очки, а сам он, как и я, щеголял в рубашке и штанах, накинув на плечи еще и нечто вроде свитера, повязанного под горлом рукавами.

- Ээ… добрый день! - выдал я, переглянувшись с Шайном, - Прошу прощения, кажется, я спутал ваш прекрасный дом с магазином…

- Ничего страшного! – бодро каркнул старичок, улыбаясь всем лицом и даже глазами, - Вы поспели как раз к чаю! Прошу вас, присаживайтесь! Сейчас все будет! И да, вы ничего не спутали, молодой волшебник! Хе-хе…

«Поспеть как раз к чаю» на моем языке бродяги и пропадуна значит, что с чаем будут употреблять именно тебя. Но этот мир… он оказался настолько абсурдным, что из комнаты, подарившей нам ранее Эквильбота Хексса, этого самого старичка, выбрался по воздуху чайный сервиз, пара блюд с плюшками и печеньем (свежими! Горячими!), после чего состоялось самое натуральное чаепитие, в ходе которого этот почтенный волшебник приложил немало сил, чтобы полностью уничтожить мой грех незнания о такой замечательной вещи, как иллюзион!

А что поделать, если он как раз, собственной вот этой вот головой, как-то и изобрел эту самую штуку? Это теперь его, Хексса, прямой и непременный долг – уничтожать такое незнание!

Я далеко не сразу понял, что попал в западню. Весь этот магазин, весь этот уютный антураж, всё было предназначено для того, чтобы заманить внутрь потенциального слушателя, а затем, усадив его поудобнее, сделать жертвой бесконечной словоохотливости Эквильбота Хексса, четыреста шестидесяти двух лет от роду как волшебника, изобретателя манадрима и вообще хорошего человека. Ну, не будь он очень хорошим человеком, его бы давным-давно убили, не так ли? Да?

Итак, жил-был вполне обычный Боевой маг по имени Эквильбот Хексс, характера доброго, ума умного, Причуды болтливой. Из-за последнего граф, при дворе которого работал Хексс, довольно часто отсылал своего мага в края дальние и места опасные, чтобы тот, конечно же, набрался нового материала для своих бесконечных историй. Наверное, граф хотел (отчаянно желал всем сердцем), чтобы Эквильбот где-нибудь подох, но удивительное дело – тот оказался очень хорошим Боевым магом и мозги у Хексса работали просто прекрасно.

В общем, он пережил графа, его сына, и даже его внука, что логично, но затем его всё-таки выпихнули на пенсию, в Мифкрест. Как таковой пенсии, конечно же не было, да и самому Хекссу к тому времени стукнуло всего двести пятьдесят лет. Вся жизнь была впереди!

…но Боевой маг в городе? Что ему тут делать? Пусть даже деньги есть, но город – это не двор графа, где куча тренированных выслушивать другого человека часами придворных! В городе страшно! Соседи сбегают, в гости никто не идёт, вскоре у дома появляются предупреждения и пост гоблина-надзирателя! Да и в слуги никто не стремится!

Хексс ощутил себя на грани отчаяния и… принял решение переквалифицироваться из Боевого мага в Мастера. Такой путь был далеко не легким для волшебника, но деваться ему было некуда, а стимул найти себе хоть какую-то компанию силен, как никогда. Всё-таки, этот волшебник любил жить и чужие уши.

Дорога до Мастера зачарований заняла около тридцати лет, но Эквильбот справился, попутно даже начав неплохо зарабатывать в Мифкресте, однако, с окончанием обучения он вновь потерял доступ к жертвам, то есть – к учителям. Тем не менее, теперь у него был не только нужные навыки, но и идея о том, как жить дальше.

- Воплощение! – победно вскричал гостеприимный хозяин, в восьмой раз разливая нам чай, - Воплощение! Потенциал этого свойства магии безграничен, мой молодой друг! Да, требуется лишь слегка сосредоточиться, чтобы вложить в поварской котёл силу, которая не позволит содержимому выплескиваться или менять ему самому цвет, когда содержимое достигает точки кипения, но что, если пойти дальше? Что, если вложить целую историю, однажды представшую перед твоими глазами, в Воплощение? Что если вложить его самого не в метлу, чайник или коврик для ног, а в специальный материал, который, резонируя при подаче дополнительной магии, будет являть зрителю то, что вы в него вложили?!! Влиять, согласно законам Воплощения! Мы получим историю, дорогой друг! Историю, которую пережили вы, и которую, при наличии определенного таланта, сможете поведать другим! Словами и образами, настоящим записанным кусочком жизни! Важен лишь навык передачи образов в Воплощение!

- Ага… ага…, - я кивал как зомби, автоматически прихлебывая чай. Шайн сидел на полу, запрокинув голову к потолку, зажмурив глаза и вывалив язык из пасти.

Тогда, более ста лет назад, Эквильбот Хексс отхватил свой кусочек славы. Манадримы, те самые радужные пластинки металла, в которые он воплощал свои рассказы, басни и реальные приключения Боевого мага, расхватывались сотнями! Маги желали ощутить другую жизнь, волшебные существа желали ощутить себя магами, юные чародеи жаждали узнать, каково быть пожившим и опытным… Хексс был счастлив! В его доме всегда хватало слушателей!

Но затем, спустя каких-то двадцать лет торжества, всё изменилось. Появилось сразу несколько волшебников, которые между делом научились записывать манадримы… и их записи вызывали куда большее оживление у публики! Прекрасные оперы, эльфийские леса, морские приключения и стычки с пиратами… а Эквильбот, к своей скорби, уже не мог выбраться из Мифкреста. Точнее мог, но растерял все свои навыки боевого мага в угоду зачарованию манадримов, а сопровождать его не взялся бы ни один разумный.

Отца и создателя новой диковинки быстро вытеснили из бизнеса, который, ярко вспыхнув десятки лет назад, сильно подувял на сегодня.

- Понимаете, мой молодой друг, манадримы начали считаться чем-то личным, - принимая с летающих подносов легкий второй ужин, раскладывал тарелки на столе волшебник, - Всё-таки, как я и говорил ранее, Воплощение – чрезвычайно могущественное явление, в котором волшебный мир будет еще разбираться и разбираться. Мы, маги, живём долго, поэтому те, кто сегодня хотел бы записать что-нибудь эдакое, например, пардон, поход в лесной бордель к дриадам, уже начинают остерегаться, что их мыслительный почерк Воплощения будет расшифрован другим волшебником, и, когда-нибудь, через полсотни лет, эта история выползет на свет, когда маг, записавший этот поход, будет баллотироваться в Высшие маги какого-нибудь королевства, а то и Империи! Других останавливает декрет Гильдии, запрещающий активно колдовать на записях манадримов, потому что это, видите ли, послужило причиной ухудшения навыка к волшебству у многих любителей иллюзий. Мы же, волшебники, индивидуалисты, поэтому чужой навык, прочувствованный сквозь Воплощение, может заставить потускнеть ваш собственный! Это, конечно, лечится… но кому это надо? Кроме того, как я подозреваю, Гильдия не хочет, чтобы по манадримам некоторые волшебники учились или доучивались совершенно бесплатно!

Кроме того, было множество других нюансов. Вечно малое количество качественных исполнителей (сам Хексс считался непревзойденным мастером, будучи выше на три головы любого другого), высокая популярность запрещенных или аморальных пластинок, ну и, разумеется, их общая редкость. Всё-таки, маги заняты своими делами, исследованиями и бизнесом, а навык записи требует постоянной шлифовки. Так что сейчас, увы, всё это дело перешло в руки нескольких энтузиастов, записывающих короткие сценки, которые с удовольствием расхватывает молодежь волшебного народа. Сам же Эквильбот коллекционирует и продает истинные шедевры (вроде оперы в Стансе, 4801-го года), некоторые из которых стоят целое состояние, а некоторые (например, сборник его собственных рассказов на восемь килограммов пластинок) никто не берет, хотя это – настоящее сокровище любого магазина Иллюзиона, непревзойденного качества и исполнения…

Мне уже очень хотелось умереть, а еще больше – выбежать отсюда с криками, размахивая руками над головой, и с волосиками назад, но собрав всю свою силу воли, я выдавил вопрос:

- Наверное, создание манадрима – тяжелый процесс?

- Ой, что вы! – отмахнулся небрежно гостеприимный (с-сука!!!) хозяин, - Тут вся хитрость во владении Воплощением, а сам манадрим – это всего лишь защищенная пластинка сплава мрудия и колесканской меди! Вы просто зачаровываете его! Позвольте, я расскажу в подробностях!

Кот, лежащий у моих ног, издал слабенький, но предсмертный, хрип.

На бульваре стоял начавший клониться к вечеру день, когда я, цепляясь за всё подряд, вынес из «Первого Иллюзиона» не подающее признаков жизни тело Шайна. Долгая дорога домой была сладостна тишиной, в которой не звучал голос проклятого Эквильбота Хексса, а лежащий в кармане манадрим, купленный у него вместе с несколькими «пустыми» пластинками, настойчиво выпадал из памяти каждые несколько секунд.

- О! Господин Тервинтер! – обрадовалась мне как родному олениха, увидев, как я поднимаюсь наверх, - А я уж боялась, что с вами что-то случилось!

- Да…, - хрипло промычал я, покачивая котом и баклагой пива, - Случилось… но ничего… ничего…

Это того стоило.

Наверное.

Потому что, если нет – то Шайн меня точно убьет. И будет прав.

Глава 9. Великое колдунство

- Я ждал этого несколько лет! – торжественно сказал я, разглядывая радужную металлическую пластинку на своей ладони.

- Чего именно? – фыркнул Лунный кот, сидящий на кровати рядом, - Заработка?

- Не совсем… Не совсем, мой друг…

Открыть счет в Первом Волшебном Банке было нетрудно, куда сложнее мне было смириться с тем, что этот самый банк, кстати, принадлежащий полностью волшебным существам, а не магам, проценты начисляет отрицательные. Ежегодно банкиры снимали один процент суммы вклада в свою пользу и это считалось самыми выгодными условиями во всем мире. Банки у смертных берут трёшку, и это логично – потому что они хранят деньги. А также позволяют переводы, расписки и выписку счета.

Переговоры с владельцем «Иллюзиона» также много времени не заняли. Когда я, весь анонимный и таинственный, появился у этой кошкоженщины в кабинете, она лишь издала вздох, подняв свои красивые зеленые глаза к потолку. Мы с ней неплохо попили кофейного напитка, беседуя о погоде, пока её проверяющий с вытаращенными глазами не принес назад мой пробник. Затем кошка прилегла на софу, умостив манадрим у себя на лбу, а спустя уже тридцать минут мы с ней уже были совсем другими зверьми, называемыми в простонародье акулами бизнеса. Договор мы заключили в соотношении семьдесят к тридцати в пользу Сиффрры Хашисс, чему я был только рад.

Стандартный договор, как намяукала мне эта мадам, подразумевал, что «Иллюзион» продает и распространяет манадримы какого-то конкретного волшебника, следовательно, расходы на расходники, рекламу, размножение пластинок и выплату налогов несли оба. Выручка делилась пополам. В нашем же случае, согласно заключаемому договору, госпожа Хашисс сама будет заниматься всем, от начала и до конца, а затем будет высылать прибыль на счет волшебника, которого она даже не знает в лицо. К ней, конечно, могут прийти заинтересованные волшебники или кто-либо еще другой, но «поверьте, господин автор эксклюзива, мы здесь, в Мифкресте, далеко не беззащитны».

Сделка состоялась, а теперь, когда моё время в этом волшебном городе подходило к концу, настала пора отправить Шайна занести мадам Хашисс еще пару пластинок, хотя мы договаривались лишь на одну. Мой дебют как манадрим-автора пройдет аж с трех работ!

- Теперь идём, - подхватил я тощую сумку, в которой болтались остатки еды и несколько пустых манадримов, - Будем создавать мне алиби и колдовать!

Зайдя с котом в тупичок возле Управы, куда я собирался наведаться к Сорквусту, я извлек из кобуры волшебную палочку, направив её на кота.

- Слышь, ты точно уверен в том, что делаешь?! – с некоторой тревогой спросил Шайн.

- Конечно, - недоуменно пожал я плечами, - Этому еще на третьем курсе учат. Предмет «Выживание волшебника в обычном городе».

Ну, это была ложь. Я собирался применить другое заклинание, с восьмого кратенького курса, называемого «Фамильяр волшебника и всё, что с ним можно сделать». К примеру, можно было изменить форму и суть вашего верного спутника, если его разум позволяет такие трансформации, а с этим у нас проблем не было. Тяжеленькое, конечно, заклинание, но я его знал превосходно.

Проходит несколько секунд и кот, превратившийся в человека с максимально невыразительным лицом, дополнительно закутанным в плащ с капюшоном, недоуменно разглядывает свои руки. Пальцы сгибаются и разгибаются, доказывая, что всё работает просто превосходно. Шайн щипает себя за щеку, проникает рукой за пазуху, чешет…

- Только не грызи воротник, - отечески советую я, улыбаясь возвышенно и мудро, - Трансформа не железная. Её, кстати, можно сбросить, если надорвать костюм или проколоть кожу. Вот, держи пластинки. Я тебя буду ждать в кафе.

- Джо…? – задумчиво выдал трансформированный кот, продолжая себя оглядывать, - Говоришь, ты так мог с третьего курса?

- Ну да, - недоуменно пожал я плечами, - А что?

(О да… Я ждал этого момента несколько лет!)

- Да нет, ничего…, - заторможенно протянул фамильяр, с хрустом сжимая кулак, - …но, когда я вернусь, у меня к тебе будет серьезный разговор…

Зайдя к уже практически родному гоблину, я выслушал от него несколько облегченных вздохов и несколько ну очень слабо замаскированных пожеланий не пользоваться телепортом Гильдии в ближайшие полгода, особенно сюда, в Мифкрест. При всей симпатии, что мы излучали по отношении друг к другу, уважаемый Гомкворт Сорквурст очень хотел бы некоторое время обо мне не думать и не вспоминать. Уверив его, что собираюсь заняться исключительно башней, я расстался с гоблином на возвышенно-позитивной ноте, а затем, сев в кафе, выпил чашечку кофе, прощаясь с этим прекрасным цивилизованным местом. Жаль только, что кофе во всем Мифкресте подают на специях, а вместо табака сплошь магические смеси. Надо будет озаботиться нормальными запасами, как только представится возможность.

Мягкая синяя вспышка переносит нас с продолжающим пребывать в облике человека котом прямиком в родные пенаты. Зал башни ничуть не поменялся, и не должен был, так как не был в условиях заклинания, но мне слегка не до этого. Корчась внутри от злобного торжества, щелкаю пальцами… отменяя заклинание превращения, поэтому летящий мне в ухо кулак сменяется пушистой лапкой, мазнувшей мне по заднице, куда утыкается не только она, но и разъяренная кошачья морда!

Ярость Шайна была восхитительно неподражаема! Я ждал этого момента долго! Очень долго!!

- Ненавижу!!! – неразборчиво орал не разжимающий пасть кот, вцепившийся мне в рукав робы, - Немавив-вввжжввуууу!!!

Он рычал, выл, драл мою робу передними и задними лапами, кусался и шипел! Я стоял посреди портального зала своей башни и, пусть не очень разборчиво от душащего меня хохота, но перечислял все подставы и гадости, которые мне сотворил кот, причем только те, которые он делал, так сказать, по велению души, а не по нормальному поводу!

Сцена была потрясающая!

- Убьююю!!

- А ты думал, почему я тебе простил молитву Дахириму?!!

- Ублюю-ююююдок!!!

- А помнишь, как ты мне нассал в зелье для лечения похмелья?! Мне же пришлось его выпить! Я был в охране принцессы!

- Шсвооолоооошь!!! Я столько жизней… был котом!! Просто… котом!!!

Издав этот вой, кот шлепнулся на камень и заплакал. Присев на корточки, я ласково погладил его по хребту, приговаривая:

- И сколько жизней я пытался заставить твою ленивую жопу стать кем-то большим, чем просто своим душевным паразитом, выбирающимся только пожрать, посрать и поныть…

Если вы думаете, что мы просто так временами делаем друг другу гадости, то зря. Из-за козней Дахирима, приковавших нас друг к другу, мы с Шайном оба несчастны. Он утратил свободу, единственную ценность своей абсолютно бессмысленной жизни Лунного кота, а я приобрел наполовину помощника, наполовину обузу, причем весьма низкого качества. При этом сильно раздражающую. Так что, наши длящиеся уж слишком долго отношения весьма сложны и прихотливы. Мелкие гадости, что мы временами делаем друг другу, позволяют слегка сбросить пар.

- Ладно, кончай ныть. Так и быть, дарую тебе право раз в неделю просить меня о смене облика. В свободное время. Вставай, котяра, идём смотреть наше новое жилье.

Две недели — это предельный срок, дольше заклинание расширения работать попросту не могло, а значит, выйдя из башни, я совершенно спокойно мог пройти в ейную жопу, а там, раскрыв дверь заклинанием, аккуратно пройти внутрь, и…

- Ох, ё…, - выдавил я, рассматривая внутреннюю лестницу, уходящую и вверх, и вниз.

- Джо? – оклемавшийся Шайн аккуратно засунул голову в дверной проём, - Ох, ё…

В целом, лестница осталась такой, как прежде, просто она стала более пологой и… широкой. И ступеньки стали какими-то великоватыми.

Чересчур, я бы даже сказал.

- Х-хьюстон! - дрогнувшим голосом крикнул я, - У нас проблемы!

«Проблемы… блемы… блемы… блемы…», - ушло гулять эхо. И вниз тоже ушло. И вверх.

- Либо превращай меня в что-нибудь летающее, либо вали дальше рассматривать это – сам! – поставил ультиматум кот.

В кои-то веки он был прав. На глазок моя башня, сотворенная с помощью сколдекса Вермиллиона и наших с ним «шалостей» с модификацией заклятия, увеличилась раз в двадцать. Ну, её внутренняя часть.

- Да тут и мне взлетать придётся, - с некоторой оторопью признался я, приступая к колдовству.

Долгий и насыщенный нецензурными криками анализ показал следующее: да, мы имеем увеличение внутренней площади приблизительно в двадцать раз, причем физику и логику пространства магия учла полностью, поэтому мне не нужно будет думать о физической нагрузке, лишь о том, где взять много новых ступенек, кардио обеспечено наилучшее. Вдобавок, мы забыли вынести кровать, поэтому у меня теперь самая большая крестьянская кровать в мире, можно уложить всю деревню. Из хороших новостей оставалось то, что мои проверки (сделанные слегка поздновато), показали, что заклинание легло полностью успешно, башня стабильна на все сто процентов, можно обживаться.

- Как?! Как ты тут обживаться будешь?! – орал кот с потолка, где из его «крошечного уютного чердачка» получилось место, куда можно впихнуть целую обсерваторию.

- Ни ссы, прорвемся, - слегка подрагивая голосом, вовсю играл я в оптимиста, - Ступеньки дополним, наложу «сокращение пути», вопрос закрыт. Остальное же место… хм, замаскирую. То есть, попросту, мы спрячем лишнее место, а потом найдем как его использовать! Может, устрою на втором этаже гоблинскую фабрику, а на третьем…

- Замок себе выстроишь?! Да ты строить не умеешь! – кот, имеющий сейчас вид толстенькой фигуристой феи (с крылышками, дающими возможность зависать на одном месте), выглядел довольно феерично.

- А вот тут ты ошибаешься, - хмыкнул я, - Строить-то я как раз умею.

В последнем мире, где я имел честь побывать, действовали дурацкие правила, похожие на какую-нибудь компьютерную игру. Там ты практикуешь какой-нибудь навык, «прокачиваешь» его практикой до десятичных значений, а затем, во время следующего отдыха ночью, тебе в голову банально закачиваются все знания этого уровня (на техническом уровне того мира). Тогда я сразу почуял, чем это пахнет, поэтому «качал» только навыки, которые и так у меня были на высоком уровне, но один, увы, пришлось гнать с нуля. Он назывался «строительство дорог». Поэтому я, увы и ах, но был сейчас настоящим профессионалом в строительстве этих гребаных дорог, а учитывая, что к этим знаниям относятся и мосты с изгородями… про ступеньки и стены речь вообще не идет.

Немного магии, немного иллюзии, и мы превратим это место в нечто приличное! Ах да, а еще очень… очень-очень много камней.

- И работы!

Надо будет ему в следующий раз пузо увеличить, а сиськи уменьшить. А то слишком злорадная фея получилась.

- Видишь это? – повертел я палочкой перед носом «феи», - Работать будет магия!

- Ну-ну, - усомнилась та, ухмыляясь.

- Впрочем, - сделал вид, что задумался, я, - ты тоже будешь.

После этого кот убежал из дому, но на выходе не справился с управлением полетом, боднул дверь головой, хотя его даже это не остановило. Превратившись в свое обычное состояние, он куда-то ускакал. Вот и хорошо, мне и одному этой кровати мало.

На следующий день работа закипела. Я категорически не хотел жить в помещении, где на каждом этаже можно строить особняк, поэтому взялся за маскировку всеми жабрами души! Осмотрел, приценился, написал план, прикинул хрен к носу, а затем ушёл в люди, имея цель и не имея препятствий. Ну, кроме отсутствия денег.

Это, впрочем, сейчас меня не смущало от слова совсем. Медь, серебро и золото – весьма важные и полезные ресурсы, которых в наших краях мало, это установленный факт. Зато в наших краях мало и магии, а камней, по случаю вполне каменистого побережья – до жопы. Приблизительно столько же и физического труда, который я могу, наравне с информацией, обменять на… пам-парам-пам! Магию!

Джо, о чем ты говоришь, хмыкнет какой-нибудь из несуществующих вас. Ты ж до этого тут бегал как загнанная лошадь в поисках бизнеса, а затем жаловался, что местные ничего не будут покупать? Правильно, скажет вам мудрый, но очень молодой волшебник Джо. Ключевое слово «покупать». А если маг вам предлагает починить сарай, сделать одежду чуть ли не новой, привести в порядок дороги в селе так, чтобы все вечные лужи исчезли на долгие годы, углубить пруд, очистить ручей, распугать воронью стаю… Существуют сотни дел и проблем, за которые крестьянин с огромным удовольствием, буквально торжествуя, отдарится своим крестьянским трудом! Например – замешивая тебе, родимому, раствор в промышленных количествах, подвозя к башне песок, щебень и солому, принося трижды в день пожрать и даже слегка выпить. Да у жителей одних только Липавок новая эра началась, когда к ним пришёл волшебник Джо! Даже вторая, если считать усмирение местного бычары!

В своей второй из уже пяти, получается, жизней, я был колдуном-бродяжником в мире меча и магии. Ох, как всё было не так, как здесь! Там такие как я шатались по миру, за гроши избавляя крестьян от дряни, половину из которой организовывали себе сами хлебопашцы. Проклятия, наветы, сглазы, мутации, странные животные и плоды экспериментов мало чем отличающихся от нас придурков, забурившихся в леса, чтобы открыть в себе великую мощь. Тогда самым крутым и зрелищным моим волшебством было заклинание временного освящения ножа, которым я либо отрезал неправильное, либо пытался это неправильное затыкать до смерти. Нет, так-то знал и мог многое, но это было совершенно не эффектно и уж точно без воздействия на реальность так, как здесь.

А здесь я, величаво маша жезлом, колол магией кусок скалы, зависшей передо мной в воздухе. Колол не просто так, а ровненькими кирпичеподобными кусками, чтобы потом сложить их в большую кучу и колоть еще. Когда куча становилась совсем большой, я её колдунством поднимал в воздух и нес домой за собой, прямо как сам себе КАМАЗ. А там, дома, с помощью магии, раствора, соломы и такой-то матери я творил новую внутреннюю архитектуру своей башни!

С помощью магии, конечно. Если сила с тобой, то сила с тобой, вес – он только в голове!

Ко мне даже подходил его светлость барон Гогурт Бруствуд, хозяин местных земель, крепкий такой пузатый выпивоха лет шестидесяти. Ну как подходил, подскакивал на кобыле, причем один. Посмотрев на идущую стройку, то есть на материалы, исчезающие внутри башни, понимающе шевелил сизым носом, моргал маленькими добрыми глазками. Затем, осведомившись, не подновлю ли я конюшни в замке, но по-братски, то есть бесплатно, получил крайне расплывчатый ответ, которым и удовлетворился настолько, что задал следующий вопрос:

- А самогон ты, господин волшебник, варить не собираешься? А то, говорят, прошлый-то мастером был этого дела! Правда, и сам спился, но вещи с аппарата чудесные творил!

- Аппарата нету, но я подумаю, - не стал отказывать я, - Дело хорошее.

- Только, - нахмурился этот забавный тип, - будешь варить на продажу – местным давать запрещаю! Мне можно, остальным незачем. Пусть вином и пивом пробавляются.

- Хорошо, ваша светлость, - в поглощенном работой мне проснулся некий интерес к этому человеку, - Местным ничего дурманящего продавать не буду.

- Вот и договорились! - вполне дружески подмигнул мне этот толстый старик, а затем залез в общедоступную часть башни. Там он помацал воздух над чашей, куда нужно было складывать деньги за телепортацию, получил из воздуха пяток золотых, повеселел и, подкрутив ус, сел на кобылу, ускакав в Липавки.

- Через жопу ты, конечно, с властями договариваешься…, - критично заметил тогда Шайн, выползая из кустов. Коту стало любопытно, как чувствуют себя змеи, поэтому я превратил его в крупного питона и ему неожиданно понравилось везде ходить лежа.

- Ты, как всегда, задницей слушал, - добродушно ухмыльнулся я, вновь берясь за палочку, - Это Побережье Ленивых Баронов. Сюда назначают баронами людей, от которых больше ничего не зависит. Он не власть, а просто волшебник из соседней башни другой формы. Ну, не совсем волшебник, да. Человек тихо и в удовольствие доживает жизнь.

- Но до этого был явно не ленивым толстопузом? – прошипел кот, собирая кольцами своё змеиное тело, - Полезное знакомство…

- Зачем оно мне? – потерял интерес я, - У нас тут своя петрушка.

Дело спорилось, несмотря на свои жуткие масштабы. Во-первых, я разделил лестницу на три части, пустив два трехметровых в ширину отрезка, а остаток зажилив под кладовые. После того, как стена, разделяющая две рабочие лестницы, закрыла одну из них от возможных чужих глаз, я наложил заклинания «короткого пути» на внешнюю лестницу, кратно облегчив доступ на верхний этаж башни.

Следующим шагом была застройка этажей. Всего в изначальной башне их было пять, если не считать портальный зал. Два нижних, три верхних. Их все «раздуло» до такой степени, что в итоге, выстроив дополнительные перекрытия (самую тяжелую часть всей этой моей работы, ибо пришлось много провозиться с колоннами), я получил девять очень просторных этажей сверху и четыре снизу. Ваще огромных.

Это было… легендарно, учитывая, что теперь я мог все свои хотелки, в том числе и сексуальные фантазии, целиком и полностью воплотить на одном этаже. Но имеем, что имеем. Верм своей эктоплазмой поперхнется, когда узнает, что я наворотил!

Два самых нижних этажа я банально спрятал до лучших времен, затем перекрыл доступ на все, кроме последних двух, и вот их потом и начал облагораживать, наводя иллюзию слегка расширенной башни. Это было несложно. Чуть нарастить стены, увеличивая внутреннюю кривизну, затем выстроить переборки, тщательно соблюдая ту же самую кривизну… хоба! И всё получилось!

В итоге башня для неискушенного гостя представляла из себя самую обычную, лишь чуть-чуть расширенную башню волшебника, состоя из трех этажей плюс-минус тапок комфортного размера. Однако тот, кто знал ответ на вопрос «как вступить на другую лестницу», получал возможность увидеть размеры моей гигантомании. И то, не полностью! Помните о спрятанном на верхних двух этажах пространстве, где раньше ютился один кот?

Спустя десять дней каторжного труда, за которые волшебник выполнил каторжную работу двух-трех десятков человек года за три, я зашёл в портальный зал, повторив ту же процедуру, что и барон Бруствуд ранее – помацал воздух над чашей, мысленно отдав приказ перевести мне деньги с банковского счета. Приятно сверкнув, зазвенело, и мне в жадно подставленные грабки свалилось двенадцать золотых монет.

- Живём…, - удовлетворенно проурчал я, мечтая о кровати, холодильнике, унитазе и всех остальных атрибутах комфортного существования человеческого существа.

- Шашлык, вино, - тут же принялся вслух мечтать Шайн, - Курочка…

- Да, стоит отметить! – в кои-то веки согласился я с ним, но неожиданно раздавшийся позади хлопок сработавшего телепорта помешал мне продолжить речи об обжорстве и выпивке.

Обернувшись, я узрел определенно женскую фигуру в плаще с капюшоном, невысокую и вроде бы даже молодую. Фигура испуганно выглядывала из-под капюшона большими синими глазами, периодически моргая и слегка трясясь. У её ног стоял внушительный баул.

- Добро пожаловать в Бруствуд, - вежливость никогда не бывает лишней, - Я местный волшебник, вы можете не обращать на меня внимания.

Увы, но это пришелица делать не захотела.

- Джо Тервинтер? – продрожала она мелодичным голоском полностью половозрелой, но очень молодой самки человека, приносящей обычно неприятности, несчастья и общую беду.

- Смотря кто спрашивает! – тут же окрысился я, предчувствуя проблемы.

- В-вот! – в мою сторону опасливо тыкнули сложенным вдвоем бумажным листом.

Брать мне его категорически не хотелось, но куда деваться?

«Джо, это Элизия, моя подопечная. Будь другом, приюти её на месяцок. За тобой должок, помнишь?

З.Ы. Всё, что ты сделаешь с ней, я потом сделаю с тобой!

Дино Крэйвен»

Вот так вот старине Джо на новоселье подогнали бабу… Правда, был нюанс…