Двойник Короля #4

Глава 1

— Убейте его! — прорычал Вячеслав, заходясь в истерике.

Мужик трогал место, где только что стоял его сын, и глазами искал дочь. Даже слёзы потекли от натуги.

— Убейте его! Всех Магинских! Если я лишился всего, пусть и этот ублюдок подохнет! — завопил он что есть сил.

От его крика, казалось, воздух застыл. Все замерли: и люди, и твари. Даже конелев склонил голову, с интересом наблюдая за происходящим.

«Чего?» — мелькнуло в голове.

И тут по мне открыли огонь. Магические пули засвистели, как рой разъярённых ос. Я выставил стену изо льда, понимая, что долго она не продержится. Добавил плёнку из яда. Сквозь мутное, будто засиженное мухами, стекло увидел, как Витас поднимает наших в атаку.

А потом меня просто пнули. Нет, не так — ПНУЛИ. Словно я был футбольным мячом, а конелев решил установить мировой рекорд по дальности удара. Стена льда рассыпалась в крошку, плёнка взорвалась, и с ног до головы окатило моим же ядом. Полёт оказался... познавательным.

«Ух ты, а вот и мой особняк!» — пронеслась неуместно радостная мысль, когда я достиг высшей точки траектории.

К парящему телу метнулась тень. «Твою ж...» — успел подумать, прежде чем воздушный змей решил проверить, насколько я вкусный. Тварь раскрыла пасть. Зубы размером с кинжалы не внушали оптимизма, особенно когда они направлены прямиком на мою голову. Даже успел оценить, что она полностью влезет.

Внизу кипел настоящий хаос. Люди против людей, твари против всех, все против всех. По связи с паучками шёл сплошной поток паники, они потеряли «папочку».

Хрен знает откуда взявшаяся летающая колбаса, думал, что мы их всех положили, пыталась откусить мне голову. Чудом успел схватиться за её челюсти. Повис, судорожно соображая, что делать дальше. Падение с такой высоты? Если выживу, двигаться точно не смогу.

Ударил тварь в морду, попытался забраться сверху. Оплёл ногами её шею, одной рукой вцепился в чешую. Почти получилось... И тут я соскользнул. Теперь болтался снизу, как сосиска на верёвочке.

«Колбаска» решила показать мне, что такое настоящие аттракционы. Мы крутанулись в воздухе. Желудок тут же попытался сбежать через горло. Рука потянулась к кристаллу... Есть! Только эта скользкая зараза выскочила из пальцев и взлетела вверх.

Дёрнулся за камнем, как кот за бантиком. Схватил! И тут до меня дошло: змея исчезла. Началось стремительное падение, причём ощущения в животе были так себе.

В спину что-то впилось. Острые клыки вошли глубоко, я почувствовал, как течёт кровь. Моя! А потом увидел это. Тело начало неметь. Сука! Сжал кристалл, направляя силу. Половину своего источника я влил в камень, как последнюю надежду. И тварь неожиданно подчинилась.

Как я это сделал? От боли вообще ничего не помню... А, плевать!

Мысленно указал направление монстру — к конельву. Я его потом на сумку пущу или сапоги! И тут заметил кое-что интересное: мои храбрые паучки, потеряв «папу», решили действовать самостоятельно. Многоглазые засранцы атаковали монстра всей толпой.

Это был очень трогательный момент, если бы не оказалось так больно. Старался не смотреть под ноги, пока болтался. Кровища лилась ручьём.

Наконец-то! Паутина моих подопечных подействовала. Её было много. Даже не представляю, как в них столько может храниться.

Главное, что тварь больше не могла бить копытами — лапы замёрзли по колено. Паучки стреляли в неё ледяными шипами из своих кристаллов. А потом эти засранцы устроили настоящую метель, как тогда в битве с сородичами.

Когда летающая колбаса выплюнула меня из пасти, я думал, что заору от боли. Но времени на крики не осталось: конелев готовился повторить свой коронный удар. Между его рогами снова разгоралась искра.

Срочно нужно что-то придумать, а идей ноль. Мои люди рядом, он же их всех положит! Вот вообще ничего не лезет в голову, кроме боли. Только сейчас понял, что мне, кажется, сломали рёбра и ключицу.

— Эй, рогатый! — заорал я, привлекая внимание монстра. — Смотри, что у меня есть!

Поднял кристалл, и камень засветился в такт с искрой между рогами чудовища. В его огненных глазах мелькнуло узнавание.

Паучки продолжали свою атаку. Теперь они уже добрались до спины монстра, покрывая его броню ледяной коркой. Тварь дёрнулась, пытаясь их сбросить, но мои маленькие убийцы держались крепко.

«Молодцы, засранцы!» — мысленно похвалил их.

А потом случилось то, чего я совсем не ожидал. Многоглазики синхронно повернули ко мне свои кристаллы. По нашей связи прошла волна... предвкушения? Они что-то задумали.

Я попытался послать им команду остановиться, но эти паршивцы заблокировали канал. Впервые за всё время ослушались приказа. Их кристаллы вспыхнули ослепительным светом, и...

Энергия хлынула потоком. Она текла через меня к камню в руке, а потом к ним, превращая моё тело в живой проводник. Собаки сутулые! Я-то думал, вы мне магии добавите.

Ощущение было такое, будто пытаюсь удержать целый водопад. Рёбра захрустели, в глазах вспышки. Держался в сознании из последних сил.

Конелев заревел. Этот звук прокатился над полем боя подобно грому. Его молния, уже готовая сорваться с рогов, вдруг начала меняться. Искра потускнела, а потом... просто погасла.

Тварь дёрнулась всем телом. Лёд, созданный паучками, начал распространяться быстрее, теперь он уже добрался до шеи чудовища. Монстр попытался стряхнуть корку, но только глубже увяз в ледяном панцире.

Многоглазые засранцы что-то делали, используя меня как батарейку. И, судя по реакции большой твари, у них получалось.

Конелев издал утробный рык. Его глаза всё ещё горели адским пламенем, но теперь в них читалось что-то новое. Растерянность? Страх? Ярость?

Воздушный змей вдруг схватил меня. Хорошо, что новых дырок не наделал. Судя по ощущениям, он в панике. Его чешуя начала пульсировать, а хвост заметался из стороны в сторону. Тварь явно не понимала, что происходит, но инстинкты кричали: пора делать ноги.

Мы взлетели вверх. От резкого движения перехватило дыхание. И тут кто-то начал стрелять в мой «транспорт».

— Не сметь! — закричал я.

Через связь с воздушным змеем ощутил всю боль от попадания пуль в его тело. И мы начали медленно спускаться.

«Держи меня, тупая колбаса!» — подал мысленный приказ.

Перевернулся и осмотрелся. Внизу продолжался бой. Я видел, как Витас ведёт наших людей на остатки Зубаровых. Вячеслав всё ещё зажимал культяпку здоровой рукой. Елена лежала без движения.

И посреди всего этого хаоса возвышалось наполовину замороженное чудовище, опутанное сетью из маленьких сверкающих паучков. Они продолжали качать энергию. Вот только конелев что-то сделал, и лёд начал плавиться, словно масло на сковородке.

«Сука...» — выругался мысленно.

Закрыл глаза. Две энергии сплелись внутри. И я сделал то, чего нельзя делать в бою, — опустошил источник. Вот прямо под ноль, как студент — карманы перед стипендией.

Последнее, что увидел, — как впереди выросла огромная сосулька, ничуть не меньше меня самого. А потом она начала зеленеть и полетела в тварь.

Я целился ему в глаз. Подал сигнал паучкам: «Валите!» Мои маленькие камикадзе неохотно подчинились. А дальше темнота…

Пришёл в себя рывком, как от удара током. Открыл глаза и схватил кого-то за горло. Начал давить, вкладывая остатки сил.

— Гос-по-о-о-д-дин! Э-э-это я... — прошипел знакомый голос.

Разомкнул пальцы и выдохнул. Витас схватился за шею, откашливался. Хорошо, что магии нет, а то убил бы его. Быстро огляделся: мои стоят, лыбятся, как дети у новогодней ёлки. Значит, более-менее всё в порядке. Стоп, а где конелев?

— Павел Александрович, — хмыкнул Лейпниш, — вы просто... Ваша сила... Я даже не знаю, как сказать.

— Не понял, — поднял брови. Мужики смотрели на меня так, будто я только что рассказал самый смешной анекдот в мире.

Приказал своим обойти территорию и добить монстров. И Зубаровых тоже — чтоб наверняка. Елену расположили рядом со мной, девушка так и не пришла в себя. Встать сил не было. Источник пуст, да ещё и куча повреждений. Заливал в рот зелье — самое лучшее, что у нас есть — как компот.

Молодец, что Витас притащил с собой. Вот только вообще ничего не чувствую. Ни вкуса, ни эффекта — словно воду пью. Судя по тем перешёптываниям, что уловил, мой бой крайне впечатлил всех.

Для них я, оказывается, оседлал воздушного змея, чтобы атаковать крайне опасного монстра. С его рангом вышла путаница — называли от пятого до восьмого, как будто в лотерею играли.

Я, видите ли, атаковал его с высоты магией льда. Моих многоглазых засранцев никто не видел, так что вся слава досталась мне одному. По версии бойцов, я героически сковывал конельва, чтобы защитить людей.

А потом, как истинный герой древности, взмыл в небо для завершающего удара. Сосулька, выпущенная мной, якобы не только попала твари в глаз, но и оторвала голову. Хотя тут, думаю, многоногие постарались — успели шею заморозить.

В целом история меня более-менее устраивала. Вот только есть огромная печалька. Точнее, несколько. Тут не ложка дёгтя в бочке мёда, а намного больше.

Конелев растворился. От досады аж зубы заскрипели. Уверен, что из его пасти, рогов и копыт можно было получить отличные артефакты. А уж что бы мои головастики наварили... Даже страшно представить такую алхимическую вакханалию.

Следующая грустная новость: мой подчинённый монстр свалил. Просто положил меня на землю, как мешок с картошкой, и улетел. Иметь такой транспорт было бы удобно, да и разведка сверху... Эх, такие преимущества улетучились.

Ещё я своим ядом убил одного паучка. Теперь их стало меньше, и от этого почему-то щемило сердце. Если бы кто-то сказал, когда я только попал сюда, что буду переживать из-за смерти монстра… Я бы просто плюнул ему в лицо. Для меня оказалось шоком, что они вообще существуют и людей едят.

Кажется, зелье начало действовать. По крайней мере, я смог подняться. Уставился на дочку Зубаровых: Елена лежала на траве, словно сломанная кукла. Дорогое платье, теперь разорванное и испачканное, едва прикрывало тело. По бледному лицу, измазанному копотью и кровью, стекала тонкая красная струйка. Грудь медленно поднималась и опускалась — дышит. Значит, жива.

План в голове начал постепенно меняться. Зачем мне просто посягать на землю? Можно же сделать всё более элегантно. Да так, что комар носа не подточит, просто потому что комара не будет. Это быстрее и легче. А сколько там займут суды и разбирательства?

— Витас! — рявкнул я.

Мужик тут же рванул ко мне.

— Группу самых сильных собери, — посмотрел на догорающий особняк Зубаровых. Эх... Столько денег потребуется, чтобы всё это восстановить. — И пусть тащат Елену к нам, там её в комнату. Жору предупреди. Охрана тотальная. Никого на мою территорию не пускать. Вообще никого.

— Господин? — брови Лейпниша поползли вверх.

— Потом, — махнул рукой. — Давай, в темпе вальса.

Пока мужик собирал людей и выдавал инструкции, я кое-как поднялся. Спина болела адски, словно по ней проехался табун лошадей. Мои паучки были рядом — ребята очень устали, и им нужен отдых. Причём чем раньше, тем лучше. И это я не почувствовал, мне передали с помощью сигналов, как заботливые детки — папаше.

— Витас! — снова позвал мужика.

Голова включилась и начала работать, как хорошо смазанный механизм.

— Монстров под нож. Всё ценное собрать и тащить к нам.

— Есть! — кивнул он и оскалился, как волк перед охотой.

— Через Соплю идите, никаких заходов в серую зону.

— Будет исполнено, — тут же отчеканил мужик.

Ещё чего, здесь просто куча тварей! Оставлять их? Кому? Они мои, и точка! Шатаясь, пошёл к тому, с кем не очень хотел говорить. Да и в план он мой перестал вписываться.

— Как дела? — спросил я главу рода Зубаровых.

Хмыкнул. Мужик свернулся калачиком и плакал, как ребёнок. Звал сына и сжимал землю, где тот стоял, в руке. А ведь, кроме него и дочери, никого больше в роду не осталось. Почти как я и планировал.

— Сдохни! — процедил он через зубы.

Наклонился к нему и сел на корточки.

— Ну чего же вы так? — мой голос стал мягким, как пух. — Вячеслав Кириллович, а как же ваша спесь? Где она?

Развёл руками для драматизма ситуации:

— Унижали мою мать, убили моего отца-слабака. Забрали наши земли. Измывались над моим дедом. Убивали моих людей, охотились на моей земле и забирали монстров. А? Где это всё?

— Просто сдохни, Магинский... — прошептал он.

— Когда-нибудь, возможно, да, — поднялся я. — Вот только после тебя, урод. И чей теперь род, мусор? А?

— Умри! — снова повторил Зубаров.

— Какой же ты идиот… Я пришёл тебе помогать. Мои люди убивали тварей, а что сделал ты? Приказал напасть на меня? Потерял, видишь ли, он всё. А как же честь? Достоинство? Хотя это слишком громкие слова для такого человека, как ты.

Плюнул под ноги. Та ситуация просто вывела из себя. Если бы придурок не приказал меня убить, я бы не лишился шестерых своих людей. Они сразу же бросились на тварей Зубаровых и погибли. А я ненавижу терять бойцов!

Это какими нужно быть придурками! Вас спасают, а вы кусаете за руку этих же людей.

— Мне нет смысла жить, — вдруг заявил Вячеслав Кириллович. — Мой сын... Дочь... Их нет. Ничего больше нет.

— Да уж, — пожал плечами. — Сам виноват. Не будь ты дешёвой подстилкой Запашного и если бы вёл нормально дела с моим родом, этого бы не случилось. А так об тебя вытерли ноги монголы, а твой ставленник императора даже ничего не сделал. И вот прорыв, вы облажались. Ты облажался, твой род...

Мужик выхватил нож и попытался подняться, но у него ничего не получилось. Он ударился лицом и завыл ещё сильнее, как раненый зверь. Мои люди напряглись и уже навели на него оружие. А Вячеслав Кириллович просто взял и воткнул клинок себе в сердце.

— Хоть тут тебе хватило яйц, — хмыкнул я.

Мужики смотрели на умирающего Зубарова с улыбкой. Много же эта тварь нашей крови попила. Паучки за моей спиной передали волну удовлетворения — видимо, они тоже считали, что справедливость восторжествовала.

А я уже прикидывал следующие шаги. Теперь, когда есть Елена, можно провернуть всё красиво и официально. Засвидетельствовать смерть её отца и брата при защите земель от прорыва. Она — единственная наследница. А уж как использовать ситуацию... Запашный, конечно, будет в ярости, но поделать ничего не сможет.

Загремели моторы — к нам ехали грузовики. Десятки машин рвались сюда, как волки на добычу. А перед ними целый кортеж Запашного — начищенные до блеска авто сверкали в лучах заходящего солнца. Судя по всему, урод привёл целую кавалерию. Сука, как же вовремя…

Елену уже унесли. Хорошо! А вот с монстрами мы ещё не успели — трофеи так и остались лежать на поле боя.

Головная машина подъехала к самому особняку, взрывая колёсами землю. Ставленник императора выскочил первым. Его идеально зализанные назад волосы растрепались от ветра, лицо побагровело от ярости. Синий костюм помялся, а на дорогих туфлях остались следы грязи. За ним, как верный пёс, выпрыгнул Серёжа, следом хлынула охрана.

На меня наставили оружие. Мои люди ответили тем же. Воздух загустел от напряжения, а из грузовиков уже выпрыгивали сотрудники Службы безопасности империи в чёрной форме. За ними показались военные в мундирах.

Окинул взглядом эту ораву. Людей слишком много, мы не потянем. Сейчас точно... Паучки за моей спиной беспокойно зашевелились, передавая волны тревоги.

Запашный стоял, расставив ноги и заложив руки за спину, — поза, призванная демонстрировать власть. Его обычно бледное лицо сейчас пошло красными пятнами. Тёмные очки не могли скрыть бешенство в глазах.

— Магинский! — рявкнул он, брызгая слюной. — Тебе конец. Ты решил напасть на род и захватить земли? Зря, мальчик. Зря! У тебя ничего не получится.

— Ты идиот? — искренне спросил я, разглядывая этот цирк с конями.

***

Друзья не забываем про лайки и комменты. Оставляем их тут - https://author.today/work/407104

Еще у меня к вам вопрос. Сегодня было хорошее настроение и почему-то решил сделать главу более юморной и задорной. Как вам? Делать периодически такие или лучше писать без этого? Буду рад вашему мнению.

***

Глава 2

Смотрел на мужика и... Вот даже злиться сил нет. Настолько достали, что просто хочется отдать приказ, чтобы его нашпиговали пулями, а мы двинулись дальше. Перевёл взгляд на Сергея, который как-то странно улыбался и подмигивал, словно мы с ним какую-то шутку разделили.

И вот что мне крайне непонятно: почему этот ублюдок ещё жив? Неужели некромант просто использовал его для передачи послания и всё? Хотя... Может, у этой твари свои планы на слугу Запашного.

— Магинский! — снова выплюнул ставленник императора, разворачиваясь к толпе служивых. — На изготовку!

Ружья, револьверы, мечи, копья крайне быстро направились на меня и моих людей. Вот тварь! Я дёрнул щекой и выдохнул, подумав: «Хорошо...» Оценил ситуацию: не в нашу пользу, если честно.

— Претензии какие? — посмотрел на мужика, стараясь держать лицо.

— Ты! — и тварь плюнула. Вот просто взяла и плюнула, как базарная торговка. Хорошо, что не в меня. — Напал на род Зубаровых! Убил их и разрушил территорию!

— Ещё варианты? — кивнул я. — Будут?

— Что? О чём ты говоришь? Всё и так ясно, — скрипел зубами мужик, как несмазанная телега.

— Эй там на галёрке! — повысил голос. — Вы, конечно, молодцы, красавцы и всё прочее, но, помимо этого идиота, у вас же и свои мозги должны быть. Оглядитесь! Монстров видите? А?

И, кажется, только сейчас все начали крутить головами. Даже Запашный.

— Ну как? Ничего не замечаете? — продолжил кричать. — Не до хрена ли тут тварей? На что похоже? Что аристократы тут бились или, может быть, на прорыв? Где одни облажались, потому что их задницы прикрывал Запашный, а другие пришли и помогли. Да?

Повисло молчание — такое густое, что его можно было ложкой черпать. Ставленник императора просто сжигал меня взглядом, пока я улыбался. Что ж, время этикета и вежливости миновало. Он перешёл все границы.

— Если мы исследуем трупы, то... — начал Запашный, но я его перебил.

— Найдёте очень много всего интересного, — мой голос снова звучал громко. — От серой зоны тянутся трупы, разорванные тварями. Есть следы их перемещения. И тут, помимо того, что часть монстров убита нами, большая часть, между прочим… Вы встретите и тех, кто пострадал от перестрелки. Вон! — кивнул на сложенные тела моих людей. — Убиты случайно Зубаровыми. Такие есть и среди них. Тут был хаос, потому что кто-то не справился.

Выдохнул. Спина ноет, как у старого деда, источник еле шевелится, словно умирающая свечка на ветру. Паучки рядом будто с цепи сорвались, их беспокойство передавалось мне волнами.

— Где наследники? — пыхтел ставленник императора.

Ещё бы! Не получилось у тебя, тварь, на меня всё свалить. Но я знаю, что ты не остановишься, впрочем, как и я...

— В душе не подозреваю, — пожал плечами. — Вон там глава рода с собой покончил. Может, он их и завалил. Разбирайтесь.

— Ты арестован! — попытался возразить Запашный, надуваясь от важности.

— Ой, да иди ты в жопу! — ответил я и снова обратился к силе, которую сюда притащили. — Дёрнешься ты или вы, господа служивые... Если меня не будет в моём особняке через два часа, то сообщения о том, как облажались военные, СБИ, ты, бесполезное существо, уйдут императору. А ещё мои люди выступят против всех. Тут будет жарко, как в аду на сковородке. Ситуация, когда отжимают земли у аристократов, будет греметь на всю империю. Долго после этого вы свои погоны носить будете?

Паучки одобрительно качнули кристаллами, им понравилась моя речь. Хотя, может, они просто радовались, что драки не будет. Маленькие засранцы слишком устали, чтобы начинать новую битву.

Судя по тому, как у всех присутствующих вытянулись морды, до них начало доходить.

— Забрать добычу, и уходим! — повернулся к своим.

— Это собственность... — начал было ставленник императора, но я его перебил.

— Моя! Если император что-то хочет получить, пусть участвует. А так всё произошло на землях аристократов, я и мои люди убили. Добыча наша. И точка!

Развернулся и пошёл прочь. Тут Запашный оказался рядом, словно из-под земли вырос, и с силой сжал моё плечо. Его пальцы впились до боли.

— Ты, щенок, мусор империи, — прошипел он мне на ухо. — Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю! Думаешь, очень умный? На твоей стороне сила и закон? Скоро увидишь, как этим можно управлять. Я раздавлю тебя, твой род! Всех казнят, и ваша фамилия будет стёрта из истории страны. Вы исчезнете навсегда.

И тут мне на голову начало давить, в глазах потемнело, словно кто-то накинул чёрное покрывало. Мать моя женщина, тело на момент перестало слушаться. Урод применил свою магию. И вдруг мои паучки сделали то же, что и раньше. Вот только наоборот — теперь сила устремилась ко мне.

Тряхнул головой и пришёл в себя. Тут же выпустил очень тоненькую иглу из чистейшего яда прямо в ногу Запашному. Он пошатнулся и отпустил.

— Твои фокусы больше не пройдут! — оскалился я. — Если твоя дешёвая магия и действует на других, то не на меня.

Нужно было видеть его лицо. Там такая гамма эмоций отобразилась — от удивления до разочарования и даже страха.

Отошёл в сторону и чуть не рухнул, мне срочно нужна передышка. Организм еле функционирует, и драку... Её я не вытяну. На морально-волевых повернулся и ещё раз приказал своим людям заняться монстрами. Напряжение… Его тут можно было ложкой есть.

Мужики начали разделку тварей. Похоже, их тоже задело то, что тут устроил Запашный. Забирали они с тварей всё под ноль, как голодные студенты на кухне. Одна группа работала, другая охраняла, и так по очереди. За час мы справились с задачей.

— Именем Его Величества! — объявил ставленник императора, выпятив грудь. — Эти земли берутся под его контроль. Их статус заморожен до дальнейших указаний. Скоро соберётся Совет аристократов под моим председательством и будет вынесено решение.

— Рудник мой! — объявил я.

— Нет! — попытался возразить мне мужик.

— Спорная территория, — пожал плечами.

— Всё законно, — не сдавался Запашный.

— Отлично! — вот эти слова мне и нужны были. — Я, Павел Александрович Магинский, требую немедленную дуэль с Михаилом Зубаровым. Договорённость нашей дуэли была публичной и официальной. В случае выигрыша я забираю рудник обратно.

Повисло молчание. Словно все ждали, что Миша сейчас выйдет из-за угла и скажет: «Ну, давай драться».

— Так как территорию пока берёт под свою охрану император, я требую решить спорный момент, который был согласован заранее. Это моё право аристократа, что выше указа монарха. И неявка на дуэль означает проигрыш.

Запашный сжал кулаки и зубы. Морда красная, как у пьяного в бане, но молчит. Ещё бы, я тоже кое-что знаю...

— Поздравляем хозяина с возвращением своей земли! — закричал Витас.

И его слова подхватили остальные, волна прокатилась по не самой большой толпе моих людей. Паучки за спиной тоже радостно запрыгали. До сих пор не понимаю, они мои чувства как-то ощущают или реально понимают человеческую речь и вообще суть проблем? Ладно, потом…

Криво улыбнулся, и мы удалились. Немного не так я планировал завершить эту операцию. Получить всё не вышло, но рудник вернул. Есть и другие плюсы. Теперь никакого суда в столице. Всё решится тут и силами земельных аристократов.

Итого у меня два голоса — Магинские и Требуховы. У Запашного три — он и ещё два рода. Ну ничего, ещё не вечер, посмотрим, что там на собрании случится.

Мы уже покинули территорию Зубаровых, перешли через Соплю. Мужики тащили баулы. Мешки забиты монстрами по самое не могу — добра хватит на месяц работы алхимикам. Объявил привал. Прислонился к стволу дерева и медленно сполз. Слабость очень не хотелось показывать, но я держусь только благодаря зельям.

Раны критические, и без нормально функционирующего источника они не исцеляются. Паучки делали всё сами: разведывали территорию и убивали тварей, которых находили на пути.

Почувствовал в душе движение. То, что там висело и давило, начало рассеиваться, но пока полностью не исчезло. Нервно засмеялся, осознав: «Моя клятва крови старику выполнена».

Я обещал, что верну земли и что о Магинских заговорят. Выполнил! Больше на мне нет клятв. Полностью свободен и независим. Даже дышать стало как-то легче, словно гора с плеч свалилась.

Витас присел рядом.

— Плохо? — спросил он.

— Всё в порядке, — мотнул головой.

— Господин, вы настоящий Магинский. Лидер и аристократ. И для меня честь служить вам. Да что там... — обвёл он взглядом мужиков, которые смотрели на нас. — Всем. Вы показали себя, силу, храбрость, честь и заботу.

— Ну хватит меня смущать, — хмыкнул в ответ. — Это лишь начало.

— И я очень надеюсь, что мой путь с вами будет долог, — положил руку мне на плечо Лейпниш. — Теперь это цель и задача жизни: посмотреть, куда вы сможете дойти.

Кивнул. Кое-как поднялся, чувствуя себя столетним стариком. И мы побрели дальше.

Строительство было остановлено из-за тревоги и прорыва. Но ничего, скоро вернёмся к этому вопросу. Наконец-то я смогу сделать то, что хотел с самого начала.

***

Ставленник императора на территории Зубаровых

Запашный медленно обвёл взглядом разрушенную территорию Зубаровых. Догорающий особняк, его стены почернели от огня, часть крыши обвалилась внутрь. Люди в форме СБИ сновали между обломками, собирая какие-то улики. Военные оцепили периметр, их начищенные сапоги уже успели измазаться в грязи, смешанной с кровью.

Ставленник императора поморщился от запаха гари и палёного мяса. Тела монстров всё ещё тлели там и тут. Магинский хорошо почистил территорию, забрав самое ценное, но кое-что осталось. Рядом опытный охотник осматривал останки водяного медведя. Его светящаяся кровь медленно впитывалась в землю.

«Денег хватит отстроить всё заново», — хмыкнул про себя Семён Владимирович. Так даже проще, не придётся ничего сносить. Да и жить в чужом доме он не собирался. Все земли аристократов будут перестроены.

У разбитого фонтана лежало тело главы рода. Сергей, склонившись, перевернул труп. Рука мертвеца, посиневшая и закоченевшая, всё ещё сжимала рукоять ножа, вогнанного в сердце.

— Слабак! — Запашный плюнул на труп. Капля слюны смешалась с кровью на груди Зубарова.

Военные уже заняли позиции по периметру: часовые на уцелевшей башне, патрули вдоль забора. Сотрудники СБИ методично прочёсывали территорию, собирая следы битвы.

Магинский сюда не сунется, в этом ставленник императора был уверен. Но что-то не давало Семёну Владимировичу покоя. В воздухе до сих пор висело странное напряжение, словно отголосок чудовищной силы. Почему твари прорвались именно сюда? Почему действовали так слаженно, будто кто-то дёргал их за ниточки? Неужели это монголы?

Запашный остановился у поваленной колонны. На мраморе виднелись следы когтей. Глубокие борозды, словно кто-то расчесал камень стальной расчёской.

Придётся и монголов брать в расчёт. Пора встретиться с этим дипломатом. Ставленник пытался найти Батбаяра, но тот словно сквозь землю провалился. Ничего, объявится. И тогда Семён Владимирович предложит ему то, что тот хочет. А потом попросит сделать то же самое, но уже на другой территории.

От одной мысли о Магинском руки Запашного задрожали, пришлось сцепить их за спиной. Слишком долго он не воспринимал мальчишку как серьёзного соперника, за что не раз поплатился. Семён Владимирович признал: всему виной гордость.

Но больше такую ошибку он не совершит. Теперь Павел получит всё его внимание. Совет аристократов — первый шаг. Два рода под мальчишкой, три голоса у ставленника. Это раз. Профессиональный убийца, способный справиться даже с магом седьмого ранга, уже в пути. Это два.

Сообщение императору отправлено, и монарх обязательно отреагирует — слишком много поставлено на карту. Тогда у щенка просто не останется шансов. План его величества будет выполнен, а Запашный получит своё.

«Мальчишка не понимает, что можно играть на два фронта или даже на три», — усмехнулся про себя Семён Владимирович, наблюдая, как двое солдат оттаскивают тушу огнелиса.

Краем глаза он заметил, как Сергей облизывается, разглядывая труп Зубарова. Слуга в последнее время стал каким-то странным. Даже более жутким, чем обычно — несколько раз не явился на зов, пропадает где-то ночами. Охрана докладывала, что видела его уходящим с территории особняка.

Ставленник императора мог предположить только одно: предатель! Это объяснило бы и проигрыш Магинскому, и то, как тот каждый раз выходил сухим из воды. У мальчишки определённо есть свои глаза в доме Запашного.

На губах Семёна Владимировича заиграла хищная улыбка. Ничего, он потерпит немного и скоро всё узнает. А помощники... Незаменимых нет! Особенно когда речь идёт о предателях.

Солнце клонилось к закату, окрашивая руины особняка в кроваво-красный цвет. Тени удлинились, придавая разрушенному зданию зловещий вид. Где-то в глубине территории раздавались команды офицеров, звон оружия, топот сапог по камням.

«Символично, — подумал ставленник императора. — Скоро и над родом Магинских зайдёт солнце. Навсегда».

Семён Владимирович улыбнулся от этой мысли и направился к своей машине. Пора возвращаться. Впереди много работы.

***

Мы вернулись домой. По моей территории разносились чёткие команды. Люди занимали оборону, расставляли патрули. Группы охотников уходили в лес до самой серой зоны. Другие спешили к реке Сопле, чтобы выставить охрану около рудника.

— А что там делать? — спросил кто-то из новеньких.

— Господин вернул исконную территорию, — с гордостью ответил Медведь. — Теперь рудник снова наш.

Я остановил Витаса, который уже собирался присоединиться к одной из групп:

— Мост через Соплю, а лучше два! — голос хрипел от усталости, но мысли оставались ясными. — Ещё оградить рудник. Поставить забор и за ним большую стоянку. Людей нанять. Теперь река, точнее, часть её, наша.

— Есть! — отчеканил Лейпниш.

— Подготовка к тому, чтобы объединиться с Требуховыми, как идёт?

— Всё продумано. Ждём указаний.

— Скоро, — кивнул, чувствуя, как ноют раны.

— Люди, которых ты купил и нанял?

— Отправили обратно. Они приехали, когда была объявлена тревога. Скоро пошлю снова.

— Алхимики, Боров… — перечислил я, пока голова ещё соображала. — И нам нужно найти новых покупателей для продукции. По деньгам прикинуть, что есть, сколько потребуется.

Осмотрел территорию. Люди двигались слаженно, каждый знал своё дело. Витас и Медведь муштровали их не зря, теперь любой боец может заменить другого.

У ангара алхимиков уже выгружали добычу. Ольга командовала процессом, распределяя трофеи по категориям. Её отец тут же прикидывал, что можно сделать из каждой части монстров. Боров пришёл к ним, чтобы оценить полученные материалы.

А я кивнул. Все за работой, все при деле. Можно немного передохнуть. Паучки следовали за мной, огибая людей. Вот бы сейчас завалиться в ванну, а потом спать! Нет, ещё покушать перед этим. Правда, уставшему человеку не так много нужно для истинного счастья.

Медленно побрёл к особняку, отмечая каждую деталь. Территория преображалась на глазах. От той разрухи, что я застал, почти ничего не осталось. Род Магинских возрождается.

Дверь особняка распахнулась, явив Жору с улыбкой до ушей. Глаза его сияли, словно у ребёнка, получившего долгожданный подарок. Мужчина расправил плечи, отточенным движением придержал створку, пропуская меня и моих спутников внутрь.

Я мысленно отдал команду паучкам. Крошечные создания тут же заскользили по стенам, взбираясь на потолок. Каждый уже знал свою позицию.

Грохот разбитого стекла заставил вздрогнуть. За ним раздался женский крик, полный ярости. И снова что-то разбилось.

Я вопросительно глянул на Жору. Тот виновато пожал плечами, но улыбка не сходила с его лица.

— Ваша новая гостья пришла в себя, — он слегка поморщился от очередного звона битого стекла, — и весьма настойчиво требует, чтобы её отпустили.

— Усыпить девушку можно? — я потёр переносицу. — Поговорю с ней позже.

— Госпожа Вероника тоже... недовольна, — Жора замялся, подбирая слова. — Она крайне возмущена присутствием в доме Елены Зубаровой.

— Плевать! — отрезал я.

— Девушка утверждает, что вы убили её отца и брата, — продолжил слуга. — Говорит, не монстры напали на их территории, а именно вы.

— Вон оно как? — я приподнял брови, а в груди шевельнулось раздражение. — Что ж, навещу её первым делом. Кое-что объясню, — посмотрел внимательно на Жору. — Никто лишний этих слов не слышал?

— Нет! — в его голосе прозвучала гордость. — Я позаботился.

***

Друзья! Поздравляю вас с наступающим Новым годом! Желаю вам провести его в тёплой и дружеской атмосфере. Пусть сбудутся все ваши мечты!

Глав не будет с 31 декабря до 3 января. За это время, надеюсь, вы соскучитесь по герою и истории. Ещё раз с наступающим праздником!

***

Глава 3

Всё-таки нравится мне Жора. Толковый мужик, я бы без него точно не справился. Выправка, опыт и все дела, а ещё сильный, собака, и пожертвовал своим уровнем ради меня.

А я не терплю оставаться в должниках, причём как в мести, так и в щедрости. Смотрел ему в глаза и думал, как вернуть ранг. Нет, тут не просто благодарность, не буду лукавить. Он боевая единица, один из сильнейших под моим руководством.

Чем могущественнее Георгий, тем спокойнее. Признаться честно, я уже пару раз думал его использовать в более значимых делах. Но у нас в особняке есть важная девушка, а теперь и ещё одна. И вот с ними мне предстоит скоро разобраться.

Рука схватила перила, и ноги с неохотой понесли наверх. Всё тело противилось, требовало отдыха. Успокаивал себя тем, что осталось совсем чуть-чуть.

— Спасибо тебе, — бросил я через плечо.

— Это моя работа… — попытался Жора начать отвечать.

— Спасибо, — оборвал его.

Выдохнул и наконец-то закончил подъём. Покрутил головой, пытаясь определить источник шума в моём доме. Налево, значит? Сапоги утопали в ковре, пока я направлялся к комнате Зубаровой.

Около двери застыли несколько человек из моей внутренней службы безопасности. Кивнул мужикам, и они расступились в стороны.

Толкнул дверь и зашёл внутрь. Елена стояла посреди комнаты — платье порвано, обнажило часть груди, лицо измазано кровью и грязью. Её светлые волосы спутались и слиплись. Но глаза... В них горел огонь ярости.

Губы девушки дрожали, на руках плясало алое свечение магии. Рядом с ней застыли служанки и мужик из охраны.

— Отошли в сторону, твари! — крикнула Елена. — Я вас убью!

— Госпожа, успокойтесь, — причитала одна из служанок. — Мой господин вас спас.

— Закрой пасть, грязь! — завизжала Зубарова.

Следом прозвучал удар. Голову служанки тряхнуло, будто у тряпичной куклы. Как же я не люблю это дело! Рука выпустила иголку, а следом ещё одну, и Елена застыла. Перевоспитание девушек — неблагодарное дело.

Пусть она и потеряла брата, свой особняк... Да чего уж там, род. Но я действительно спас эту дуру. И, когда убивали моих людей, отца — никто не переживал. Измывались над дедом… Нет, у меня слишком хорошая память.

— Подойди, — приказал я служанке.

Девушка дёрнулась на мой голос и развернулась. Она опустила голову и оказалась рядом. Поднял её лицо за подбородок и посмотрел. Симпатичная... Светленькие волосики, носик пуговкой и взгляд голубых глазок.

Вот только всё портило то, что ей разбили губы. Под глазом наливался синяк, а из носа сочилась кровь. Нехорошо... Покачал головой и перевёл взгляд на Елену. Девушка стояла и плакала. На лице застыли страх, паника и отчаяние.

Который раз замечаю, что у земельных аристократов тут напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.

Подошёл к Зубаровой и чуть склонил голову. С трудом подавил в себе желание дать пощёчину. На лице возникла кривая улыбка. Никто не смеет просто так трогать моих людей!

Паучки за моей спиной передавали волны возмущения — похоже, им тоже не понравилось поведение нашей гостьи. Один даже попытался материализоваться, но я вовремя остановил этого маленького мстителя. Не хватало ещё, чтобы Елена от страха в обморок грохнулась.

— Раздеть её догола, — сказал я устало, — и выставить перед дверью.

— Господин… — голос служанки дрогнул от удивления.

— Что-то непонятно? — медленно повернулся, в такой ответственный момент спину прихватило. — Поставить эту дрянь в чём мать родила перед дверью, и пусть так стоит, пока мне не надоест.

— Павел Александрович... — побитая служанка сделала маленький шаг вперёд, её голубые глаза умоляюще смотрели на меня. — Она же земельная аристократка, это унизит её.

— Правда? — изобразил удивление, приподняв бровь. — Как я не подумал об этом, — а следом в моём голосе зазвучала сталь. — Ничего страшного. Вообще сначала думал её перед особняком поставить, чтобы все мужики смотрели на эту дрянь. Так что ещё повезло.

— Господин... — снова попыталась защитить служанка.

— Ничего страшного, — оборвал её. — Вон Требухова стояла в лесу, светила своими достоинствами перед толпой мужиков, и ничего. Поплакала и пришла в себя, — даже не понимаю, почему я вообще объясняю свой приказ.

— Правильно! — раздался торжествующий голос позади. — Я бы вообще отдала эту потаскуху, чтобы её имели все кому не лень, а потом заставила туалеты убирать.

Медленно обернулся. В дверном проёме, словно королева на троне, расположилась Вероника. Руками поджимала грудь, а на губах играла победная улыбка. Она смотрела на Зубарову, как кошка на загнанную мышь. Я и забыл, что эти две — давние конкурентки.

— Тебя кто выпустил? — в моём голосе прозвучала такая усталость, что даже паучки за спиной встревоженно зашевелились.

— Меня?.. — лицо девушки приняло удивлённое выражение, словно она актриса на сцене. — А...

По глазам было видно: только сейчас до неё начало доходить, что нарушила мой приказ. Но соблазн прийти и увидеть поверженную соперницу пересилил. Ещё бы, когда тут так орали и громили весь дом.

Сил у меня на этих девиц просто не осталось. Даже злиться не мог — настолько вымотался.

— Это... — повернулся к служанке.

Две иглы уже вылетели и попали в Требухову. Она застыла, как статуя, только в глазах плескался ужас.

— Эту тоже раздеть и поставить их друг напротив друга, — добавил я. — Всё, на сегодня поручения закончены. Всем хорошего дня!

Что-то я как-то мягко поступил. Хотя плевать, меня уже ждут ванна, еда, сон. Вот что сейчас действительно нужно, а с дурочками потом разберусь.

Придерживаясь за стену, словно пьяный матрос после шторма, добрался до своей комнаты. Паучки следовали за мной по пятам.

Скинул с себя вещи — они падали на пол, как осенние листья, — и рухнул в ванну. Включил горячую воду, закрыл глаза. Мелкие помощники устроились по углам, охраняя мой покой.

В какой-то момент я просто выключился. Последней мыслью было: «Надо бы не утонуть...»

Мне слали сигналы, когда в комнату заглядывали слуги и Жора, но я не приходил в себя. Источник пульсировал, и магия текла по каналам, словно ленивая река. Бой «с хрен пойми чем» дался непросто. Рана в спине никак не хотела заживать, будто там кто-то постоянно ворочал раскалённый прут.

Вдруг кто-то вошёл, рядом со мной поставили зелья, и размытый силуэт застыл возле ванны. Я открыл глаза.

— Господин! — рыжая копна волос светилась в лучах светильника.

— Лампа? Что надобно? — поинтересовался я, разглядывая раскрасневшееся от волнения лицо алхимика.

— Вот, — протянул он бутыльки дрожащими от нетерпения руками и поставил рядом. — Я принёс вам наши новые разработки. Мы уже занялись кое-чем интересным. А тут вас ждут третьего уровня эталонка, лечилка, восстановление магии. Уверен, что они сейчас будут очень кстати.

— Хорошо, — кивнул и закрыл глаза. — Благодарю!

Пацан продолжил стоять в моей ванной, переминаясь с ноги на ногу, как нетерпеливый воробей. За дверью Жора контролировал ситуацию, его присутствие ощущалось даже сквозь стену.

— Чего? — спросил я.

— Я выучил алфавит и уже читаю по слогам, причём вполне неплохо, — выпалил Лампа на одном дыхании, словно боялся, что я его прерву. — Приступил к письму. Пусть пока и выходит так себе, но я стараюсь.

— Ага.

— Даже не думал, что выводить буквы настолько сложно, — продолжил он, размахивая руками. — Оля быстро пишет, как и её отец.

А пацан растёт, стал увереннее. Вот Ольга уже превратилась для него в Олю. Да и стоял он более прямо, не мямлил. Изменения в нём более чем устраивали.

— Думаю, что мы сможем сделать вам заларак, — гордо объявил рыжий алхимик.

— Завтрак? — приоткрыл один глаз.

— Нет... Не завтрак, а заларак, — поправил с важностью профессора. — Это вид артефактов с зельем внутри. Пусть он и будет не очень высокого уровня, но благодаря ему вы сможете победить даже сильных тварей. Я вместе со Смирновыми займусь усилением магических свойств предмета, а Боров создаст сам артефакт. Он, когда увидел, что вы принесли... Чуть у нас всё не забрал. Так и сказал: «Давно в роду не было столько материалов».

— Хорошо, — потянулся я. — Молодцы.

Боль, кажется, отступила. Спина уже не ныла, да и кости не ломило. А ещё было так спокойно, что бубнёж пацана помогал дремать.

— Павел Александрович! Господин! — позвал он.

Выдохнул и убрал горячее полотенце с лица.

— У меня тут есть один вопрос, — Лампа весь сжался, словно ожидая удара. — Позволите ли вы его задать?

— Нет, — улыбнулся.

— А? — скуксил лицо пацан и поджал губы. — Хорошо. Простите!

— Лампа! — выдохнул. — Ты стоишь в ванной, я тут в воде голый лежу, слушаю тебя уже минут десять. И думаешь, что не послушал бы ещё?

— Так можно? — просиял он, как начищенный самовар.

— Да! — кивнул.

Какой же наивный...

— Я хочу поехать в город и купить себе костюм, — на выдохе произнёс Кукурузкин. — Красивый, такой, чтобы на свидание пойти можно было и я в нём не дураком выглядел.

Зелёные глаза смотрели на меня умоляюще и хлопали, как у котёнка, выпрашивающего сметану.

— Я тут познакомился с одной девушкой. Хоть и знал её раньше, но она на меня не обращала внимания. А сейчас, когда стал алхимиком, начала здороваться, — мялся Лампа. — Пригласил её погулять вечером, и она сказала, что наденет платье. А у меня... ничего нет.

Смотрел на него и испытывал противоречивые чувства. Вроде как рад за парня. Но я серьёзно должен этим заниматься? Не думать о союзах и битвах, не плести интриги и становиться сильнее, а разрешать Лампе купить костюм?

— Жора! — позвал я. — Можешь пройти.

Слуга появился мгновенно, словно материализовался из воздуха.

— Господин, — склонился он и покосился на Лампу.

— У нас кое-что меняется в жизни рода, — встал я из ванны.

Слуга тут же подал мне халат с такой грацией, словно всю жизнь только этим и занимался. Я схватил бутыльки, которые принёс рыженький, и прошёл в комнату.

— Скооперируйтесь с Витасом, — продолжил говорить и начал писать на бумаге. — Деньги у него и у тебя есть. Наладьте как-то общую казну, распределите расходы. Оборона, охота и всё, что с этим связано, а ещё жизнь особняка и людей. Алхимики получают довольствие. Ты тоже, как и Витас. Наёмники — понятно. Для Борова и других самых полезных людей определите бонусы, премии. Так, чтобы все вкладывались.

— Павел Александрович, — склонил голову Жора с таким видом, словно я предложил ему научить свиней летать. — Слугам необязательно платить. Достаточно того, что у них есть кров, одежда и работа.

— Ты меня услышал? — дал Георгию листок бумаги, где всё это написал. — Деньги должны храниться в нескольких независимых местах.

— Лампа! — повернулся к пацану, который во время разговора с Жорой успел раз десять поменять позу от волнения. — Что там с зельями на продажу?

— Всё готово! — выпалил он с такой гордостью, будто лично изобрёл алхимию. — Но с новыми поставками мы сможем сделать где-то... в два-три раза больше.

— Отлично. Заготавливаем большую партию, я в город сам поеду искать новых покупателей. И оставить много нужно для внутренних нужд, — покрутил бутылёк с зельем в руке. — На этом всё.

В комнату вошли служанки и внесли еду. Запах заполнил собой помещение и все мои мысли, как туман заполняет низину. Меня оставили одного с многоглазыми монстрами на стенах. Паучки одобрительно качали кристаллами, хотя, может, они просто тоже проголодались.

Лампа на прощание ещё раз просиял улыбкой, явно уже представляя себя в новом костюме. Забавный пацан...

Закончил с едой. Взял зелье и выпил сразу из двух бутыльков. Вкуса по-прежнему нет никакого, только тепло, что проникло в желудок, а оттуда к источнику. Он вспыхнул на мгновение.

— Ах! — выдохнул я. — Неплохо...

Снова расширился и сжался. Энергия потекла по каналам, как весенний поток. Она пульсировала, разгоняя магию по телу. Все раны и повреждения начали светиться, будто кто-то зажёг сотни крошечных свечей под кожей. И буквально через несколько минут я стал здоров.

Никакой боли. Магическое ядро полное, как луна в ясную ночь. На лице расползлась довольная улыбка.

А мне нравится эталонка третьего ранга! Эх... Вот бы пространственное кольцо, чтобы туда закинуть таких зелий несколько ящиков и всегда иметь под рукой. Но это так, мечты. Сейчас хорошо, что они вообще у меня есть.

Потянулся. Голова стала мутной, и веки налились свинцовой тяжестью. Моё тело само собой переместилось к кровати. Упал на матрас, который скрипнул подо мной. Голова утонула в подушке — мягкой, словно облако. Укрылся одеялом с головой.

— Наконец-то, — с блаженной улыбкой произнёс я.

Сон наступил почти сразу, накрыл тёплой волной. Кажется, мне снилось, что я у джунгар ищу их осколок кристалла. Бои, новые знакомые и девушки. Прямо приключение из тех книжек, что читал в детстве.

Сигналы от паучков заставили меня проснуться. Подключился к нашей общей сети и использовал глаза одного из них. И почему все гости хотят ко мне зайти ночью? Как будто днём нельзя... «Не трогать! Наблюдать! Ждать!» — послал приказ своим многоглазым охранникам.

— Павел Александрович! — прозвучал голос Маргариты, мелодичный и дразнящий. — Я пришла услышать о вашем решении.

Убрал одеяло и замер. В лунном свете, льющемся через окно, стояли две фигуры — Маргарита и её сестра Симона. Две идеальные копии друг друга, созданные магией и природой.

Аппетитная грудь с торчащими сосками, плоский живот с едва заметной ложбинкой пупка, бархатистая кожа, мерцающая в полумраке. Длинные чёрные волосы струились по плечам, едва прикрывая соблазнительные изгибы.

Я проглотил, чувствуя, как пересохло в горле. Взгляд скользнул к стройным ногам и задержался на треугольнике внизу живота, затем метнулся к груди. В тёмных глазах сестёр плясали озорные искры — они явно наслаждались произведённым эффектом.

Моё тело отреагировало на эту красоту. Значит, восстановился и отдохнул, давно такого не было. Хмыкнул.

«Что же вы затеяли? — мелькнула мысль. — Думаете, мной можно манипулировать?»

Щёлкнул пальцами, и паучки выпустили паутину. Морозная сеть окутала совершенные тела, создавая причудливые узоры. Сначала у одной появились трусики, потом у второй. Следом прикрылись груди.

Самоуверенность мгновенно испарилась с их лиц, уступив место изумлению. Сёстры задрожали от холода, их зубы застучали.

— Вон халат, — махнул рукой в сторону кресла. — Второй в ванной.

Симона схватила ближайший, кутаясь в него, как в спасательный жилет. Маргарита, гордо вскинув подбородок, направилась в ванную, но по её коже бежали мурашки.

Повернулся и насладимся тем, как двигается её филейная часть. Блин, и таких две… Права была Маргарита, мечта любого мужика… Тряхнул головой, чтобы отогнать мысли.

— В следующий раз постучите, — хмыкнул я, наблюдая, как их лица заливает краска смущения. — Если я захочу, чтобы вы разделись, то прикажу.

— Мы не рабыни, — фыркнула Маргарита, гордо вздёрнув подбородок. — Мы согласны тебе служить, но как свободные!

— Имена у вас какие?

— Цэцэг и Сарангэрэл, — тихо произнесла Симона.

Я скривился, словно откусил кислое яблоко. Нет, это сложно и неудобно.

— Других не знаем, нас в детстве похитили, и мы уже забыли настоящие, — добавила Маргарита, в её голосе впервые прозвучала горечь.

— Ладно, — посмотрел на девушек в мужских халатах, которые делали их странно беззащитными. — Пусть Симона и Маргарита останется.

— Но... — тут же напряглась девушка. — Тут все знают. Я не хочу больше сражаться с Георгием! Если бы он использовал всю свою силу, то мы уже бы погибли.

— Это моя проблема, — перебил её. — И вообще, я ещё не решил, нужны ли мне перевёртыши. Всё-таки Магинские становятся сильнее и влиятельнее. Не хочу портить себе репутацию.

— Я думала, что ты далёк от предрассудков, — обиженно фыркнула Маргарита, надув губы, как капризный ребёнок.

— Это да.

Паучки послали новые сигналы. Вон чего... Всё-таки решил действовать? Ну, ладно.

Посмотрел на девушек и улыбнулся.

— Что нужно, чтобы ты согласился? — поинтересовалась Маргарита.

— Хм… — встал, и теперь уже они смутились. Улыбнулся и подмигнул. — Там внизу есть одна личность, которая меня достала. Я хочу, чтобы вы избавились от него. Разорвите на части.

— Скажи, кто! — тут же обрадовалась девушка.

— Но вы не должны светиться перед моими людьми и показывать, кто вы на самом деле, — добавил я. — А по поводу твоего вопроса, — сделал паузу, — там у нас кукла некроманта.

Глава 4

Маргарита и Симона переглянулись, на их губах заиграли лукавые улыбки. По телам девушек пробежала лёгкая дымка, словно утренний туман над рекой. Она окутала силуэты, размывая очертания.

Паучки на стенах дёрнулись, передавая волну тревоги. Их кристаллы вспыхнули ярче, наполнив комнату холодным светом. По нашей связи хлынул поток сигналов: «Опасность! Враг! Защищать!»

Я прикрыл глаза, вслушиваясь в ощущения маленьких убийц. Сквозь их восприятие различил движение у особняка. Тень металась между деревьями, то появляясь, то растворяясь в ночной мгле.

«Некромант... Никак не угомонится», — поморщился я, вспоминая недавнюю встречу с его куклой. И ведь знал же, что тварь придёт снова. Такие, как он, не отступают. Им нужно либо получить своё, либо сдохнуть. Ну что ж… Помогу со вторым.

— Мы разберёмся с этим, — Маргарита шагнула к окну, её тело уже почти полностью растворилось в дымке.

Симона скользнула следом за сестрой, оставляя за собой лёгкий шлейф тумана. Халаты упали на пол пустыми оболочками. А через мгновение оба перевёртыша вылетели наружу, словно два призрачных вихря.

Я метнулся к шкафу, на ходу отдавая команды паучкам. Часть осталась охранять дом, остальные двинулись со мной.

Натянул спортивный костюм — чёрная ткань мягко облегала тело. Кинжалы сами скользнули в потайные карманы, меч я прицепил к поясу. Только иголки не стал брать с собой.

Замер на пороге, прислушиваясь к ночным звукам. Этот момент я не учёл. Объявил проверку, а о том, что будет дальше, не подумал. Если поднимется тревога, весь особняк всполошится. Люди схватятся за оружие, начнётся хаос.

Не теряя времени, побежал. Спустился по лестнице, стараясь ступать бесшумно. В голове крутились мысли. Я действительно ещё не решил, нужны ли эти две особы рядом со мной. А моё предложение — лишь возможность посмотреть их в деле.

Толкнул входную дверь и вылетел в ночную прохладу. Луна заливала территорию серебристым светом. Патрули неспешно обходили периметр. Ничто не выдавало недавнего присутствия куклы. Выдохнул. Странное облегчение, что его не заметили. Это вроде и плохо, и хорошо одновременно. Ладно…

Один из паучков, который следил за перевёртышами, передал картинку, когда я подключился к нему. Две фигуры двигались в сторону леса, преследуя размытый силуэт. Я побежал следом за ними.

На первой заставе меня встретил Фёдор. Его массивная фигура выросла из темноты, как скала.

— Господин! — прогудел он. — Всё спокойно. Вы тут?

— Да я так, воздухом подышать, — улыбнулся Медведю. — Не спится.

Кивнул и двинулся дальше. Бойцы отсалютовали, пропуская меня. Углубился в лес. Кроны деревьев сплетались над головой плотным пологом.

Через глаза паучков наблюдал интересную картину. Маргарита и Симона загоняли куклу дальше в лес. Хоть их тела и растворялись дымкой, в зрении монстров я видел силуэты. Девушки двигались с нечеловеческой скоростью, нападая на тварь.

Отключился от паучка и…Не заметил ничего, кроме смутных теней. Только через восприятие своих маленьких убийц мог наблюдать за этим завораживающим зрелищем. Хочу такие же глазки, они бы мне крайне пригодились.

Подключился к связи с паучком. Твою ж... Кукла утянула их в пространственный карман! Как тогда, во время нашей битвы с Дроздом. Источник запульсировал, и по каналам потекла магия. Я ждал, готовый в любой момент подключится к сёстрам.

Маргарита первой сорвалась в атаку. Её тело превратилось в вихрь тьмы, который обрушивался на куклу. Удар, ещё удар... Когти девушки рвали его плоть, оставляя глубокие борозды. Высекали кровь, что дымилась на земле. Вот только игрушка некроманта даже не вздрогнула.

Симона зашла справа. В отличие от сестры, она действовала по-другому, её движения текучи, как ртуть. Волосы струились за спиной чёрным шлейфом, обнажённое тело мерцало в полумраке пространственного кармана. Девушка нырнула под удар куклы и вонзила пальцы ему в бок, вырвала кусок плоти.

Очень завораживающая битва. Пикантности ей добавляет то, что они голые. Груди девушек колыхались в такт их движениям. Упругие ягодицы напрягались при каждом прыжке.

И, что удивительно, я точно знал, кто из них кто. Маргарита двигалась резче, её атаки направлены в жизненно важные точки. Симона более плавная, она словно играет с добычей.

Кукла попыталась уйти в туман, но перевёртыши не дали ей такой возможности. Стоило твари начать растворяться, как они оказывались внутри «дыма-тела». Их собственная дымка смешивалась с сущностью куклы, не позволяя той ускользнуть. Каждый раз они возвращали врага в реальность.

На моём лице заиграла улыбка. Что, не получается использовать своё преимущество, тварь?

— Ты не уйдёшь! — голос Маргариты звенел яростью.

Она провела когтями по лицу противника, оставляя глубокие борозды. Его кожа слезла лохмотьями, обнажая бледное мясо под ней. Кукла зашаталась, но всё ещё держалась на ногах.

И тут в руке твари появился меч. Тот самый, что был в нашей битве с Дроздом. Но как? Его же забрали тогда… Кто-то помог вернуть оружие?

Я тряхнул головой и вгляделся в бой. Клинок рассёк воздух. Урод целился в шею Симоны. А моё сердце пропустило удар. В прошлый раз её уже ранили, и она едва не умерла от яда… Тогда, в руднике, на них напал сам некромант или же его кукла?

Рефлекторно сформировал ледяной снаряд, моя магия отозвалась мгновенно — в ладони уже рос ледяной кристалл. Не уверен, что получится, но швырнул его прямо в пространственный карман.

Оболочка лишь несколько мгновений сопротивлялось моей магии. Снаряд прошёл через дымку и в следующую секунду угодил в руку твари.

Конечность оторвало вместе с мечом. Кукла пошатнулась, и сёстры набросились на него, как две хищницы. Их когти рвали плоть, зубы впивались в горло. Симона воткнула руку в грудь твари, словно что-то там искала.

— Вот оно! — торжествующий крик девушки эхом отразился в пространственном кармане.

Маргарита тут же бросилась к сестре на помощь. И вот уже её рука в теле врага. Они вырвали орган вместе, действовали с пугающей слаженностью.

Реальность вокруг них пошла рябью, словно потревоженная гладь пруда. Пространственный карман схлопнулся, возвращая всех в обычный мир.

Перевёртыши стояли передо мной и держали в руках странное… Сердце? Бросился к ним. Паучки последовали за мной. Взглянул на куклу, та не двигается. Мои помощники уже окружили его. Пусть только шелохнётся. «Еда! Вкусно! Еда! Хозяин…» — мелькали сигналы в голове, направленные от монстров.

Посмотрел на то, что девушки сжимали с довольными лицами. Действительно сердце. Чёрные нити обвивали его, пульсируя тёмной энергией. Мой источник тут же отреагировал на силу, которая исходила от этих нитей. Они, словно черви, то проникали, то выныривали из органа.

— Вот и всё, — Маргарита улыбнулась и посмотрела на меня.

Её обнажённое тело блестело от пота в лунном свете. Капли крови стекали по упругому животу, очерчивая линию бедра.

— Теперь он не сможет создать новую куклу, — выдохнула Симона. Её грудь часто вздымалась от тяжёлого дыхания.

— Это и есть источник власти некроманта над марионетками? — протянул я руку, но не коснулся жуткого органа.

— Да, — кивнула Маргарита, глаза которой горели торжеством. — Без него он не сможет контролировать свою игрушку. Уверена, неплохо постарался, чтобы передать ей и силу некроманта, и пространственную магию.

Почему тогда в битве с куклой Дрозд не сказал, что если у него вырвать сердце, то можно победить? Он же вроде как разбирается в этих тварях. Не знал или не?..

Посмотрел на орган и подумал. А можно ли его как-то использовать? Сделать артефакт, к примеру? Пространственное кольцо мне бы очень подошло, а вот магия некромантии вообще не интересовала. Мозг уже искал возможности.

— Судя по силе некроманта, создать ещё таких он способен. И, скорее всего, не остановится. В следующий раз их будет больше, — Симона поёжилась, обхватив себя руками. В её голосе проскользнуло беспокойство.

По спине пробежал холодок. Не от ночной прохлады, а от мыслей. Пришлось отвести взгляд от девушек. Серебристый свет луны превращал их тела в произведения искусства, вылепленные из мрамора, — слишком опасное и притягательное зрелище.

Сейчас меня больше интересовали их сила и польза, которую они принесут роду. То, как сёстры двигались в бою, способность девушек проникать в пространственный карман... Не зря решил их проверить.

— Ты доволен? — Маргарита шагнула ближе, от её кожи исходил лёгкий пар. — Мы прошли твоё испытание?

— Пришлось вам немного помочь, — покачал головой, намеренно делая голос холодным. — Если бы я не вмешался, Симона бы опять пострадала. Эта манера играть с жертвой снова чуть её не погубила. И ты сама всё видела.

— Сестра! — Маргарита резко развернулась, волосы девушки хлестнули по воздуху. — Сколько раз я тебе говорила?

— Но... Я... Просто... — Симона опустила глаза, и впервые за весь вечер в её позе появилась неуверенность.

— Меня интересуют только результаты, а не ваши желания или предпочтения.

Тишина повисла в воздухе, густая, как патока. Сейчас главное показать: их желание быть в моём роду намного сильнее, чем моё. Только тогда я смогу выставить условия. Просто служба меня не устроит, нужна полная уверенность в их верности. Сёстры уже предавали своего хозяина, пусть даже он и заслужил это.

Маргарита прожигала Симону взглядом. Тени от ветвей скользили по её лицу, делая его похожим на театральную маску.

— Итак, девушки, — начал я, чувствуя, как потрескивает от напряжения воздух. — Вы можете остаться, но при условии.

— Каком? — Маргарита вскинула подбородок. — Я и так всё предложила, даже нас, но тебя это не интересует.

— Клятва крови, — посмотрел в её глаза — тёмные омуты, затягивающие душу.

— Нет! — отрезала она. — Новый поводок? Пусть нас и считают тварями, но мы живые существа. С чувствами, желаниями и потребностями.

— Вы поклянётесь в том, что не навредите мне и моему роду ни словом, ни делом, — очертил границы будущей клятвы. — Будете выполнять мои приказы ровно до того момента, пока служите. И даже после вы не пойдёте против меня. Вот и всё. Захотите уйти... — развёл руками. — Не держу.

Сёстры переглянулись. Ветер шевелил их волосы, создавая впечатление живой тьмы. Я не требовал ничего сверхъестественного, просто страховался от удара в спину.

Потенциал моего рода с ними значительно вырастет. Наконец-то я смогу использовать Жору для более сложных дел. Мужик — воин, а возится с особняком. Понимаю, клятвы, воспитание... Но мои планы уходят намного дальше земель Магинских.

— Я согласна, — Симона повернулась, и в её взгляде мелькнуло что-то странное.

— Сестра! — Маргарита дёрнула девушку за руку. — Ты!

«Еда! Вкусно! Па-па...» — от последнего сигнала передёрнуло. Обернулся к своим маленьким убийцам, которые истекали слюной над телом куклы.

— Кушайте, — махнул рукой.

Лес наполнился звуками пиршества. Сёстры напряглись, отступив на шаг. Они о чём-то шептались, а я не лез, пусть сами решают. Свобода выбора требует ответственности. Каждый должен определить, чего хочет и что готов отдать взамен.

Двинулись обратно. Лунный свет пробивался сквозь кроны деревьев, расчерчивая тропу серебристыми полосами. В воздухе пахло хвоей и влажной землёй. Я шёл впереди, прислушиваясь к мягким шагам сестёр за спиной.

Мысли уже неслись дальше. Утром поеду в город искать новых покупателей. С полученными деньгами закуплю машины, оружие, найму людей. У меня уже созрел план, как показать слабость ставленника императора. Решил взять земли Зубаровых под контроль? Что ж, посмотрим...

— Господин! — Медведь застыл на полуслове, его массивная фигура словно окаменела.

— Что такое? — приподнял я бровь.

— Вы сказали, что пошли воздухом подышать, — Фёдор переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть глаза.

Из домика высыпали бойцы. Кто-то на ходу застёгивал куртку, другие едва не спотыкались. Все они замерли, разинув рты, будто впервые увидели женщин.

— Фёдор! — наконец понял причину суматохи. — Хватит пялиться на девушек. Одежду принеси, штаны и куртки.

За разговорами совсем забыл об их наготе. Сёстры держались за мной, изображая испуганных дамочек. Но я-то видел, как они наслаждаются произведённым эффектом. Если бы олухи знали, на что способны эти «беззащитные» создания...

Наконец, девушки оделись, и я повёл их дальше. Пора было закрепить наш договор клятвой крови. Через несколько часов рассвет, и меня ждёт новый увлекательный день.

Когда поднялся наверх, то заметил двух аристократок. Они стояли друг напротив друга, от их прежней враждебности не осталось и следа. В глазах девушек читалось понимание общей участи.

Обе совершенно голые. Замер, чуть разглядывая их тела. Ну ничего не могу с собой поделать, нравятся мне женщины. Пусть эти ещё юные и глупые, выросшие с золотой ложкой в заднице. Избалованные девочки. Вообще не понимаю, как бы их замуж выдали с такими-то характерами… Хотя молодые люди, тот же Дима или Миша, те ещё инфантилы.

Подошёл к дамам. Вытащил иголку сначала из Требуховой. Она пошатнулась, но устояла на ногах — гордость не позволила упасть.

— Говори, — даже не взглянул на неё.

— Я... — голос Вероники дрогнул, на глазах выступили слёзы.

Потянулся воткнуть иголочку обратно. Одного движения хватило, чтобы девушка взяла себя в руки. Спина выпрямилась, подбородок чуть приподнялся. Всё же она дочь земельного аристократа.

— Всё поняла! — в её голосе появилась твёрдость. — Вы тут господин и хозяин, ваше слово — закон. Мы здесь гости и под вашей защитой.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями. В каждом жесте теперь читалось признание моей власти.

— Если бы не вы, то я и мой отец лишились бы рода и всего, что у нас было. Я очень ценю, что благодаря вам, Павел Александрович, с моим родом не случилось того, что произошло с Зубаровыми. Только ваша милость и то, что мы поняли вашу силу, нас спасли.

Её голос креп с каждым словом. Она больше не играла влюблённую девицу. Говорила, как наследница рода, признающая превосходство сильнейшего. Та, что осознала своё положение. Девушка продолжила:

— Для меня огромная честь находиться в вашем особняке... Под вашей защитой. И я буду ждать нашей свадьбы столько, сколько потребуется.

Кивнул и вытащил иголку из Елены. Она покачнулась, и мне пришлось её поддержать. В глазах плескалась целая буря эмоций.

— Дура! — выдохнула она и посмотрела на Требухову.

Удивился её упрямству и уже собрался вернуть инструмент для мыслей обратно, но Зубарова продолжила:

— Я дура... Если бы не вы, то меня бы убили так же, как и моего брата.

По её щеке скатилась одинокая слеза. Первый признак того, что гордость Зубаровых наконец дала трещину.

— А мой отец... Решил на вас напасть. Вы имели право убить и меня, и его. Но спасли. Да, я понимаю, чтобы потом использовать. Но это лучше, чем смерть или быть сожранной монстрами.

Её плечи поникли. Прежней надменной аристократки словно не существовало.

— Вы рисковали, ваши люди, когда выносили меня. А я, тварь неблагодарная, начала кричать у вас дома, крушить и бить слуг. Простите меня, пожалуйста, Павел Александрович!

— Молодцы, — кивнул, отмечая искренность в их словах. — Рад, что вы поняли.

Вытащил иголки из тел. Мои служанки словно материализовались из воздуха, укрывая девушек. Но Елена вдруг рухнула на колени. В этом жесте не было ни позы, ни игры — только отчаяние загнанного зверя.

— Павел Александрович, я лишилась всего. Хоть и дура, но понимаю это. Моего рода не стало. Всё, что осталось… Заберут! Разорвут! Я уже потеряла всё.

Её голос дрожал, но в нём звучала решимость:

— В лучшем случае ждёт брак с имперским аристократом. Прошу вас... — она подняла глаза, в которых больше не было ни капли высокомерия. — Избавьте меня от этой участи! Взываю к вашей чести. Я земельная аристократка... Понимаю, что не могу требовать.

— Я тебя услышал, — кивнул и направился дальше.

«Честь? Где она была, когда вы рвали род Магинских?» — мелькнула мысль, но я отогнал её. Быть мелочным — не в моём характере. К тому же получил всё, что хотел. Два рода скоро станут моими, а Елена... Её отчаяние сыграет мне на руку. Сама вцепится в возможность спастись, когда придёт время.

Остановился у двери Жоры. Даже постучать не успел. Створка открылась бесшумно, словно слуга ждал моего прихода. На нём красовался идеально выглаженный костюм — ни единой складки или помятости. Он что, вообще не спит?

— Господин! — поклон вышел таким точным, будто его отмеряли по линейке.

— У нас расширение, — кивнул на стоящих за спиной сестёр. Их фигуры в одолженной одежде казались особенно хрупкими. — Этих девушек я нашёл в лесу. Говорят, раньше служили Зубарову. После его смерти клятва крови исчезла. Очень просились к нам.

— Крови? — брови Жоры едва заметно дрогнули. — Они маги?

— Ну да, — пожал плечами с невозмутимым видом. — Зубаров очень ценил себя и свой род.

— Мне подготовить для них комнату? — в голосе слуги не дрогнула ни одна нотка.

— Да. Рядом со мной, — сделал паузу. — И принеси всё для клятвы. Я сейчас её приму, и они отправятся отдыхать. Бедняжки, такое пережили… Монстры, прорыв, битва. Кое-как спаслись и унесли ноги.

Жора сделал шаг ближе. От него пахнуло лёгким ароматом дорогого одеколона:

— Господин, вы уверены в них? Вдруг это шпионки? — голос слуги стал тише. — Монголы, джунгары, ставленник императора... Мало ли тех, кто хочет вам навредить?

— Да, я их проверил, — поправил воротник куртки. — Уверен, что они не представляют угрозы ни мне, ни роду. Но ты можешь за ними следить.

— Конечно, — Жора выпрямился, словно проглотил штык. — Даже если бы вы не попросили, я бы это делал.

— Ну вот и отлично, — хлопнул его по плечу. — Ладушки. Выдели комнату, пусть переоденутся, и потом отведи их ко мне. Подготовишь всё для клятвы.

Оставив сестёр с Жорой, бросил последний взгляд на Зубарову и Требухову. Они так и стояли, опустив головы, закутанные в простыни, которые принесли служанки.

Направился к себе ждать ритуала. Сна ни в одном глазу — зелья алхимиков сработали на славу. Полное восстановление, словно и не было изматывающей битвы.

«Пожалуй, — мелькнула мысль, — стоит выдать им премию. Такие зелья дорогого стоят».

В дверь постучали. Жора привёл перевёртышей. В форме служанок сёстры выглядели ещё притягательнее. Тёмная ткань подчёркивала изящество фигур, а высокие воротнички придавали им какую-то трогательную беззащитность. Мой верный слуга быстро подготовил всё для ритуала и, поклонившись, покинул комнату.

Что-то в поведении девушек настораживало. Их тела едва заметно подрагивали, словно от холода или волнения. Глядя на них сейчас, никто бы не подумал, что эти создания недавно разорвали на части куклу некроманта. Они смотрели на меня странными взглядами. Будто я отдал им самый постыдный приказ, а девушки не знают, как его выполнить.

— Приступим, — поднялся с кресла, чувствуя нарастающее напряжение в воздухе.

— А? — Маргарита дёрнулась и отступила на шаг. По её телу пробежала дрожь. — Да, конечно... Просто это наш первый раз.

— Чего? — приподнял бровь, разглядывая их странную реакцию. — Разве вы не приносили клятву крови монголам?

— Нет! — Симона замотала головой так резко, что её волосы хлестнули по щекам. — Нас поили специальным зельем, чтобы подчинялись. Мы сбежали и прятались, а потом были в этом доме. Его действие закончилось.

— Понятно... — начал я, но Маргарита неожиданно прервала.

Она приблизилась вплотную, её глаза впились в мои. В тёмных омутах плескались волнение и страх, смешанные с чем-то ещё. Девушка медленно провела языком по губам, делая их влажно-блестящими. Её пальцы потянулись к застёжкам платья, а сама она наклонилась ко мне.

Я отпрянул, как от огня. Вот этим сейчас точно не собираюсь заниматься.

— Почему? — в её вопросе прозвучало искреннее удивление, смешанное с обидой.

— Я уже сказал по этому поводу, — мой голос стал жёстче. — Давайте принесём клятву крови, и вы свободны. Завтра я выдам вам задания.

— А как, ты думал, перевёртыши приносят клятву крови? — Маргарита снова шагнула ко мне.

***

Рядом с особняком Магинских

К дому неспешно подъехала машина — чёрный автомобиль представительского класса. Идеально отполированные бока отражали свет факелов, горящих у ворот особняка рода Магинских. Двигатель работал настолько тихо, что казалось, будто автомобиль плывёт по воздуху.

Задняя дверца открылась, и оттуда вышел мужчина средних лет. На первый взгляд, ему около тридцати, но морщинки в уголках глаз и едва заметная седина на висках выдавали истинный возраст — далеко за пятьдесят.

Его трость с серебряным набалдашником упёрлась в землю. Металлический наконечник легко вошёл в грунт, когда идеально начищенные туфли коснулись земли. В глянцевой коже отражались огни факелов, отбрасывая причудливые блики.

Чёрный костюм, сшитый на заказ прямо в империи у портного, который обслуживает самого монарха, сидел безупречно. Каждая складка выверена, каждая линия подчёркивает статус владельца. Одежда стоила целое состояние, но человек его положения не мог позволить себе выглядеть иначе.

Голубые глаза, холодные, как лёд, медленно оглядели территорию рода. От его взгляда, казалось, сам воздух застывал. На породистом лице появилась брезгливая гримаса.

От мужчины исходила странная аура. Его магический источник едва теплился, почти неразличимый. И только опытный маг мог бы заметить, как иногда по нему пробегают волны чудовищной силы.

— Первый раз такое нелепое задание, — произнёс он с лёгким столичным акцентом.

В его голосе звучало искреннее недоумение человека, которому поручили раздавить муравья.

— Валентин Симонович, — раздалось сзади.

За ним из машины выскользнула девушка лет двадцати с небольшим. Но и её возраст был обманчив — даме давно перевалило за сорок. Помощница и напарница в его... особых делах. Она двигалась с кошачьей грацией, каждый её жест выверен и отточен годами практики.

— Нам заплатили за это, причём по двойному тарифу, — добавила, пытаясь скрыть презрение в голосе, вот только оно всё равно проскользнуло.

— Это даже несерьёзно, — пальцы Валентина Симоновича сжали навершие трости. По серебру пробежала едва заметная рябь силы. — Какого ранга мальчишка? Третьего, четвёртого? Пятого? — он небрежно махнул рукой. — Это неважно... Я не чувствую тут сильных людей, кроме разве...

Мужчина прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие кинжала. Магия на мгновение всколыхнулась, прощупывая территорию особняка.

— Трёх человек, — на губах появилась кривая улыбка. В свете факелов ухмылка казалась особенно зловещей. — И то они тоже не станут проблемой. Особенно для меня.

От таких слов даже его помощница едва заметно вздрогнула. Она слишком хорошо знала, на что способен этот человек. Не зря его услуги стоят целое состояние, а от одного имени бледнеют даже главы сильнейших родов.

— Когда вы думаете начать? — спросила дама, машинально поправляя перчатку на правой руке.

— Сейчас, — Валентин Симонович пожал плечами, словно речь шла о чём-то обыденном. Например, о прогулке в парке или чашке чая.

***

Глава 5

— А как, ты думал, перевёртыши приносят клятву крови? — Маргарита снова шагнула ко мне.

— Как? — спросил я, чувствуя исходящие от неё волны странной энергии.

Девушка остановилась и улыбнулась — медленно, загадочно. А потом прижалась к моим губам своими. Вкус клубники ошеломил. По телу прокатилась волна энергии, источник вспыхнул ярким импульсом, который прошёл через меня в перевёртыша.

Маргарита отпрянула, издав тихий стон. Её щёки залил румянец, тело начало подрагивать, взгляд стал затуманенным. Симона оттолкнула сестру и приблизилась ко мне, обхватила шею руками.

Её поцелуй оказался другим — более мягким, нежным. Вишня... От неё пахло спелой вишней, и вкус губ… Та же волна силы, тот же отклик источника. Теперь рядом стояли две раскрасневшиеся девушки, их дыхание сбилось.

— Такие, как мы... — Маргарита судорожно вздохнула, провела языком по губам. — Клятва крови происходит через поцелуй, — её голос стал хриплым.

— Понятно... — хмыкнул я, наблюдая за их реакцией. — И вы до этого никогда?..

— Нет! — выдохнула Симона, комкая пальцами ткань платья. — Перевёртыши могут дать только одну клятву крови в жизни.

И вдруг магический круг, начертанный Жорой, вспыхнул ярким светом. Связь окутала нас невидимыми нитями.

— Мы клянёмся, — начали девушки в унисон, — что не навредим Магинскому Павлу Александровичу ни словом, ни делом. Будем выполнять его приказы, пока служим ему. И даже если мы уйдём, то никогда не сделаем ничего против него.

Свечение погасло. Сёстры стояли, тяжело дыша. Их глаза блестели огнём.

— Господин! — выдохнула Маргарита.

— Господин! — эхом откликнулась Симона.

— Теперь ты понимаешь, почему мы сомневались? — Маргарита посмотрела на меня и поклонилась. — Лишиться возможности и будущего, чтобы связать себя с тобой...

Меня немного поразила такая форма клятвы перевёртышей. А если бы это были парни? Б-р-р-р! Передёрнул плечами. Нет, тогда нам точно было бы не по пути.

— Монголы очень ревностно относятся к своим созданиям, — Симона не сводила с меня затуманенного взгляда. — Мы должны были принести клятву очень важному человеку, но сбежали. Больше нас не подчинят эти твари, их зелье не сработает. Если схватят, то нам будет грозить только одно… Смерть!

— Теперь вы часть моего рода, — твёрдо произнёс я. — И останетесь рядом со мной. Ни в чём не будете нуждаться, я позабочусь о вас. Вот только зачем ты начала раздеваться?

— Думала, что после захочешь продолжить, — её улыбка стала лукавой. — Но ты снова нас поразил.

— Впечатлил, — Симона наклонилась ближе.

— Так, всё! — поднял руку, обрывая эту сцену. — Вы свободны.

— Как прикажете... Господин. Но стоит вам... — Маргарита сделала шаг навстречу.

Взрыв за окном оборвал её слова. Источник отозвался мгновенно. Девушки оскалились, словно хищницы, готовые к броску. Паучки сжались, их кристаллы тускло откликнулись на волну силы.

Мы выбежали из моей комнаты. Жора уже ждал в коридоре, словно знал, что сейчас что-то случится.

— Вы! — бросил я сёстрам. — Охранять особняк и всех людей в нём, — повернулся к слуге. — Ты со мной!

Сеть паучков передавала волны паники. Маленькие засранцы боялись, но всё равно последовали за мной.

Мы вылетели из двери. Первым делом огляделся, ища источник угрозы. Ворота! Рванули туда. По пути к нам присоединялись люди — кто в чём, но все с оружием наготове. Тревога разнеслась по территории, бойцы выбегали из домиков.

В небо взлетели сигнальные огни, оповещая об атаке на особняк, но, кроме выбитых ворот, я ничего не видел. Ни противника, ни звуков выстрелов.

Только источник буквально кричал о присутствии кого-то очень сильного. Волны чужой энергии расходились, как круги по воде. Ускорился, но, когда добежали до ворот, заметил странность: мы с Жорой оказались тут одни.

Остальные бойцы застыли, словно статуи. Машина у ворот, свет фар режет глаза. Две фигуры выделялись на его фоне чёткими силуэтами.

Я сбавил темп, остановился. Теперь смог разглядеть их лучше. Девушка лет двадцати с небольшим — высокая, стройная. Приталенный синий костюм подчёркивал фигуру, но не вульгарно, а строго, по-деловому.

Белоснежные волосы собраны в высокий хвост, ни одной выбившейся пряди. На шее — идеально завязанный шёлковый галстук, такой обычно носят банкиры или дельцы.

Яркая красная помада выделялась на бледном лице, делая его похожим на фарфоровую маску. В глазах девушки застыла усмешка. Так смотрят на надоедливое насекомое перед тем, как его раздавить.

Рядом с ней возвышался мужчина средних лет. Его трость с серебряным набалдашником в виде головы дракона поблёскивала в свете фар. На рукояти плясали странные отблески — не от света машины, а словно изнутри металла.

Чёрный костюм в тонкую полоску сидел как влитой. Тёмные волосы спадали на плечи идеальной волной, будто их только что уложил лучший столичный цирюльник.

От мужчины исходила странная аура. Его магический источник едва теплился, но иногда по нему пробегали волны такой силы, что у меня мурашки бежали по коже. В такие моменты воздух вокруг будто сгущался, становясь вязким, как мёд.

Паучки за моей спиной вжались в землю, их кристаллы потускнели от страха. Точно так же они реагировали на конельва. Маленькие засранцы передавали волны паники, от которых звенело в висках.

— И всё? — в голосе девушки прозвучало неприкрытое разочарование. — Это все, кто смог сюда добраться?

Её тон совсем не вязался с внешностью — низкий, командный.

— Ещё двое в особняке остались, — поморщился мужик, словно от зубной боли.

— Вы кто? — спросил я в лоб. — Пока ещё это можно списать на недоразумение. После выплаты компенсации, конечно.

— Ты Магинский? — девушка склонила голову набок.

— Пять минут назад был, — ответил, чувствуя, как паучки занимают позиции для атаки.

Из оружия у меня только кинжалы и меч, хотя внутренний голос подсказывал: против этих двоих даже не пригодятся.

В голову словно вбили раскалённый штырь. Давление нарастало волнами от виска к виску. Каждый удар сердца отдавался вспышкой боли. Я поморщился, пытаясь сопротивляться.

А потом тело начало каменеть. Сначала пальцы на ногах, следом колени, бёдра... Волна оцепенения поднималась всё выше. Мышцы отказывались слушаться, словно их залили свинцом.

Источник забился внутри, как пойманная птица. Магия хлынула по каналам, пытаясь пробить невидимые путы. Яд и лёд сплелись в единый поток, но... Ничего. Сила будто уходила в пустоту.

«Думай! — приказал себе. — Должен быть выход». Мозг лихорадочно перебирал варианты: «Я смогу выпустить магию. Протолкнуть к кисти. Ещё… Ещё?»

И эти твари даже не шевельнули пальцем!

Связь с паучками оборвалась, словно её и не было. Только рука, сжимающая осколок кристалла, ещё чувствовала слабые отголоски древней магии. Из неё я и собирался ударить. Сука, что за день такой?! Сначала провести остаток ночи предлагают с близняшками, и теперь это. Нужно было соглашаться…

Хмыкнул про себя и приготовился атаковать. Хоть что-то я в любом случае сделаю.

Девушка приблизилась плавным, текучим движением. Её глаза внимательно изучали моё лицо. Тонкие пальцы скользнули по щеке, очертили линию скул, коснулись губ. От этих прикосновений по коже пробегали искры чужой силы.

— Совсем молоденький, — хмыкнула она с какой-то хищной нежностью. Повернулась к мужчине: — Может быть, я сама?

Её взгляд стал оценивающим, как у покупателя на невольничьем рынке. И тут передо мной появилась рука. Жора? Он схватил её за запястье. Сильно сжал, отчего девушка даже вздохнула. А потом на конечности начал появляться лёд.

— Ещё раз тронете моего господина, и я вас убью, — металлическим голосом произнёс слуга. — И не посмотрю на то, что вы девушка.

Она дёргалась, но вырваться не получалось, и тогда повернулась к мужику с такой жалостливой мордой.

Урод снова поморщился. Стукнул тростью по земле. И в этот момент из неё моментально вырос каменный шип, который ударил Жору под дых. Слуга выпустил дамочку, пошатнулся и снова выпрямился.

— Прошу покинуть территорию рода Магинских. — очень твёрдо заявил он.

Вокруг Жоры начала собираться метель. Сначала лёгкая, едва заметная взвесь снежинок. Они закружились в воздухе в причудливом танце. С каждым мгновением их становилось всё больше, пока вокруг слуги не образовалось настоящее снежное торнадо.

Девушка метнулась к своему спутнику длинными прыжками. Мужик даже не повернул голову в её сторону, словно происходящее его совершенно не интересовало. Он разглядывал что-то вдалеке с таким видом, будто находился на светском рауте, а не в центре магической схватки.

Воздух вокруг начал кристаллизоваться. Я впервые видел подобное. Казалось, сама атмосфера превратилась в вязкую, тягучую массу, медленно стекающую к нашим непрошеным гостям. Мужчина лениво поднял руку, пытаясь остановить магию Жоры. Изящная печатка на его пальце покрылась инеем и рассыпалась ледяной крошкой.

Он нахмурился и сжал кулак, впервые на его лице появилось напряжение. Атака моего слуги начала рассеиваться, словно утренний туман. Я влил энергию в кристалл и на краткий миг восстановил связь с паучками.

«Выпускайте паутину и шипы в тварей!» — мысленно скомандовал.

Морозная паутина взвилась в воздух серебристыми нитями. Она оплетала незваных гостей, словно кокон. Шипы сработали не так эффективно — вонзились только в женщину, не причинив вреда её спутнику.

Жора напрягся, его лицо исказилось от усилия. Он перехватил контроль над рассеивающейся магией, направив с новой силой. Наши атаки слились воедино, и лёд взорвался ослепительной вспышкой.

Когда зрение вернулось, я увидел противника. Мужик стоял как ни в чём не бывало, только смахнул невидимую пылинку с рукава. А вот его спутница пострадала. Лицо и шея девушки покрылись характерными пятнами обморожения. Она смотрела на меня так, будто хочет снять скальп.

— Я сорву с него кожу и сошью себе кошелёк! — выкрикнула дама, дрожа от злости.

Угадал?..

— Букашки! Да вам... — начала было она, но мужчина положил руку ей на плечо, и девушка осеклась на полуслове.

— Неплохо, — кивнул он Жоре. — Седьмой ранг. Магистр, совсем чуть-чуть осталось до Магистра стихий. Думал, что тут у вас все посредственности.

— Разрешите мне их убить, — жалобно протянула его спутница.

— Нет, — оборвал он её. — Итак. Меня зовут Валентин Симонович, — мужик слегка наклонил голову. — Я аристократ, и у меня были тесные связи с Вячеславом Кирилловичем. Но после вашего вероломного нападения на род он погиб. Его дочь... Елена у вас?

Друг Зубарова? И, судя по говору и манерам, из самой столицы. Но новости так быстро не могли дойти туда, да и он сам не успел бы приехать. Значит, кто-то вызвал его заранее... Запашный? Только эта тварь могла! Впрочем, сейчас неважно.

— Не исключено, — ответил я на вопрос.

— Молодой человек, я, как и вы, земельный аристократ, и у меня есть к вам претензии, — начал он, постукивая тростью по земле.

— Вы не имеете права нападать на чужой род просто так! — выпалил Жора, делая шаг вперёд.

— Имею, — улыбнулся урод с такой снисходительностью, словно объяснял прописные истины ребёнку. — У нас были очень тесные связи с Зубаровыми. Считайте, что мы почти породнились. Елена должна стать моей женой.

— Чего?! — удивление само вырвалось.

Что-то тут не сходится. Заливает, гад… Никакой он не дружок Зубарова, по-любому его заказали.

— Отдайте мне мою будущую жену, и тогда я убью вас быстро, — продолжил мужик с таким видом, будто делал одолжение.

— А не хотели бы вы сходить на хутор бабочек половить со своей подругой? — предложил я со всей вежливостью, на которую был способен аристократ.

— Интересное выражение, — бровь мужика изогнулась дугой. — Валерия, запомни его.

Он двинулся в мою сторону неспешно, будто прогуливаясь. И каждый его шаг отзывался взрывом боли в животе и груди. Из земли вырастали каменные шипы, бьющие нам с Жорой под дых. Рука, сжимавшая кристалл, начала неметь. Я снова обнулил источник, вливая всю силу в древний артефакт.

В груди, там, где пульсировало моё магическое ядро, что-то вспыхнуло. Луч ослепительного света вырвался наружу и ударил в противника. На холёном лице урода мелькнуло изумление. Впервые за весь вечер он выглядел по-настоящему заинтересованным.

Урод выставил каменную стену, пытаясь защититься. Мой «лучик счастья» прожёг преграду насквозь, словно раскалённый нож — масло. Удар отбросил мужчину к машине.

Стёкла брызнули осколками. Он рухнул на колени, но тут же поднялся, первым делом отряхивая костюм, будто это было важнее всего на свете.

Мужик повёл шеей, хрустнув позвонками, и... улыбнулся. «Лучик счастья» погас. Остатки каменной стены осыпались к его ногам мелкой крошкой

— Что это у вас за артефакт? — спросил меня урод. — Хочу такой себе. Валерия, забери его.

И сука метнулась ко мне размытой тенью. Жора среагировал мгновенно — воздух наполнился свистом ледяных осколков. Тысячи крошечных шипов, острых, как бритва, устремились к цели.

Вот только тварь успела окутать себя водяным куполом, но это не особо помогло. Ледяные снаряды пробивали защиту, впиваясь в её тело. Алые струйки окрасили воду, превращая купол в жуткий аквариум. На моих губах заиграла хищная улыбка. Пусть она не главная угроза, но даже выбить из строя одного противника — уже неплохо.

Только радость оказалась преждевременной. Раны на теле затягивались прямо на глазах, словно кто-то перематывал плёнку назад. Порезы и проколы исчезали, не оставляя даже шрамов.

«Вот это регенерация!» — мелькнула мысль. Очень надеюсь, что это какой-то вид магии. Если так, то обязательно скопирую способность себе.

Мужик небрежно ударил тростью о землю. Каменный шип вырвался из-под ног Жоры, пронзая его насквозь, как бабочку — булавка. Кровь хлынула из груди слуги.

— Сука... — процедил я сквозь зубы. — Плевать!

«Убивайте!» — приказ хлестнул по ментальной связи.

Мои маленькие помощники атаковали разом. Первый паучок материализовался прямо над головой мужчины, выпуская веер ледяных игл. Урод даже не шелохнулся. Иглы разбились о невидимую защиту.

Второй и третий зашли с флангов. Их кристаллы вспыхнули ослепительным светом. Воздух наполнился морозной силой. Паутина брызнула с двух сторон, пытаясь поймать противника в ловушку.

Мужик лениво взмахнул тростью. Земля вздыбилась, формируя вокруг него защитный купол. Паутина примёрзла к камню.

Четвёртый паук спикировал сверху. Целился жвалами в незащищённую шею. Урод резко развернулся, набалдашник трости полыхнул алым светом. Монстр застыл в воздухе, и тут же его кристаллы потускнели. А потом... просто рассыпалась пылью.

Сердце пропустило удар. Связь с паучком оборвалась, оставив после себя глухую пустоту. Первая потеря полоснула по нервам не хуже удара хлыстом.

Остальные атаковали с утроенной яростью. Они кружили вокруг врага, то появляясь, то растворяясь в воздухе. Паутина летела со всех сторон, шипы вонзались в землю там, где только что стоял противник.

Вот только урод тоже не собирался сдаваться. Он двигался с нечеловеческой скоростью. Его трость превратилась в размытое пятно. Удар, ещё удар...

Второй паучок не успел уклониться. Серебряный набалдашник коснулся его кристаллов, и монстр рассыпался, как горсть песка.

Боль от потери следующего помощника прошила виски. Связь распадалась, забирая с собой частичку силы. Но у меня оставались ещё бойцы…

Три паука сплели вокруг мужчины сеть из ледяной паутины. Каждая нить пульсировала силой, высасывая тепло из воздуха. Иней расползался по земле, превращая траву в хрустальные иглы.

Урод поморщился. Впервые на его лице промелькнуло раздражение. Он крутанулся на месте, описывая тростью полный круг. Волна силы разорвала паутину, отбросив пауков в стороны.

Но они уже атаковали снова. Один вцепился в ногу противника, второй метнул шипы в лицо, третий пытался достать жвалами шею. Мужик дёрнул плечом, и вокруг него вспыхнуло алое сияние.

Три паучка застыли, как мухи в янтаре. Их кристаллы потускнели, теряя силу. Связь истончалась, превращаясь в едва заметную нить.

— Занятные создания, — Валентин поправил манжету рубашки, — но слишком слабые.

Он щёлкнул пальцами. Мои помощники рассыпались пылью, унося с собой последние отголоски ментальной связи. В висках застучало от пустоты. Я остался один на один со своими чувствами.

Два последних паука прижались к земле. Их кристаллы едва светились от страха. Но даже сейчас они были готовы броситься в бой по первому приказу.

Урод небрежно отряхнул костюм:

— Это все твои фокусы, мальчик? Или есть ещё что-то интересное?

Глава 6

Сознание вернулось рывком, словно кто-то дёрнул рубильник. В голове гудело, мысли путались.

— Господин? — голос Маргариты прорезался будто сквозь туман.

— А? — попытался сесть, с трудом фокусируя взгляд.

Медленно осмотрелся, отмечая знакомые детали. Моя комната... Да, это определённо она. Тяжёлые шторы, массивный шкаф, потёртое кресло у окна. Рядом перевёртыши...

Мы победили? Последние события размывались в воспоминаниях, словно акварельный рисунок под дождём.

— Жора! — попытка вскочить с кровати провалилась.

Тело отказывалось слушаться. Вместо стремительного движения получился жалкий рывок, который Симона легко остановила, мягко придержав меня за плечо.

— Тише. Вам ещё рано вставать, — улыбнулась она, и в её тёмных глазах мелькнуло беспокойство.

— Ошибаешься, — мотнул я головой, игнорируя вспышку боли в висках. — У меня много дел, и ждать они не будут. Жора! Где он? Георгий жив?

— Успокойтесь, — Маргарита подмигнула, взглянув на меня с каким-то восхищением. — С вашим стариком всё в порядке, он крепкий орешек. Нам рассказали, что сам себя снял с каменного шипа. Кровища во все стороны, а Георгий выпрямил спину, поправил пиджак и снова начал колдовать.

— Да, мужик он крутой, — согласился я, чувствуя, как отпускает тревога. — Где он? Что с ним?

— У себя в комнате. Ваши алхимики постарались на славу: диагностика, качественные зелья. Опасности для жизни больше нет, — Маргарита коснулась моего лба прохладными пальцами. — Но на какое-то время ему прописан постельный режим.

Выдохнул с облегчением. Пронесло... Сука, как же близко было! Закрыл глаза, и внутри всколыхнулась волна ярости. Убью! Сначала этого пижона из столицы, а потом его суку-подстилку.

Прислушался к источнику и поморщился: едва ли половина силы набралась. Тело в ранах и повреждениях. Вторая битва на грани... И где мой пятый уровень? Почему я до сих пор ещё не перешёл?

События прокручивались в голове, как кадры из дешёвого фильма.

Кристалл! Я распахнул глаза, руки заметались по одеялу. Неужели эти твари его забрали?

— Не это ищите? — Симона протянула мой осколок на раскрытой ладони.

Я схватил артефакт, и знакомая связь тут же отозвалась теплом. От сердца отлегло. Но... Что это? На гладкой поверхности змеилась тонкая трещина. Откуда? Неужели из-за того, что слишком сильно сжимал?

— Господин, — Маргарита снова коснулась моего лба. — Вы использовали силу, заключённую в нём, неправильно. Ещё несколько таких попыток, и разрушите кристалл, навсегда лишитесь куда большего.

Пальцы невольно разжались, по спине пробежал холодок. А какой у меня был выбор? Если бы не та атака, нас с Жорой уже не было бы в живых. Но девушка права, так рисковать древним артефактом...

Голова раскалывалась от проблем, требующих немедленного решения. Я поднял камень, разглядывая тонкую трещину на его поверхности. Столько вопросов... Как он работает? Как подчинять монстров? И главное — почему только мишка способен входить и выходить из артефакта, когда захочет?

Мысль материализовалась в действие. Я представил маленького засранца, и из кристалла потянулась серебристая дымка, закручиваясь спиралью. Через мгновение медвежонок возник посреди комнаты.

— Убейте тварь! — простонал я от боли, когда эта туша со всего маху приземлилась мне на живот. — А-а-а...

Слюнявое существо радостно облизывало моё лицо шершавым языком. От него пахло тиной и почему-то мёдом. В глазах щипало от слюней, а сёстры заливались смехом.

— Па-па! — гордо выдал монстр.

— Смотри! — Маргарита прижала руки к груди. — Он уже учится разговаривать, как мило. А ещё хозяина считает папой. Аха-ха-ха!

— Мишка подрос, — заметила Симона, разглядывая тварь с интересом.

— Свалил! — спихнул я его на пол. — И сиди тихо!

Наконец, смог вдохнуть полной грудью. Одёрнул одеяло и замер: я абсолютно голый. Бросил вопросительный взгляд на перевёртышей. Их лица приняли настолько невинное выражение, что всё сразу стало ясно. Две сестрицы точно приложили к этому руку, в их тёмных глазах плясали озорные искры.

На моей груди виднелись свежие шрамы, уже затянувшиеся розовой кожей.

— Что случилось? — посмотрел на сестёр. — Где та тварь?

Они поведали версию Витаса. У каждого из моих людей была своя история, но, если отбросить фантазии и свести воедино, ситуация вырисовывалась следующая…

Урода и его спутницу арестовали — в разгар нашей битвы прибыла Служба безопасности империи. Картина перед ними предстала... живописная: мои бойцы застыли статуями, Жора насажен на каменный шип, как на вертел, я весь в крови.

Незваных гостей забрали с собой. Хм... Интересно. Тот урод мог бы всех перебить, но не пошёл против имперской службы. Значит, не всесилен... А это даёт определённые возможности в том, как его достать.

— На каком основании их забрали? Куда и на сколько? — уточнил я.

— Этой информацией мы не владеем, господин, — Маргарита поклонилась, не теряя хитрой улыбки.

Что же они тут делали, пока я был без сознания? Ладно, потом разберусь...

Взгляд поднялся выше. На стенах застыли два морозных паука. Связь с ними оборвана, но они всё ещё здесь. Почему?

Воспоминания накатили волной: мелкие засранцы, несмотря на животный страх, бросались на врага. А он методично убивал их одного за другим. По ментальной связи передавались волны боли, ужаса и отчаяния.

Поморщился. Ещё одна потеря из-за этого Валентина «Козлова» и его суки Валерии. Кулаки сжались сами собой. Теперь у меня ещё больше причин успеть их прикончить до того, как они предпримут новую попытку.

Скользнул взглядом по комнате, мысли уже выстраивались в чёткий план. Моего уровня для битвы с таким противником мало. Это показала наша встреча, да чего там, даже магистр Жора только поцарапал его. Значит, нужно готовиться. И хорошо!

Запашный, до чего же ты щедрый враг... В какую копеечку тебе влетел заказ такого мага из столицы?

Теперь понятна их надменность. Для них мы были как букашки, недостойные внимания. Тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Нужно действовать: город, продажа зелий, новые покупатели. Деньги необходимы на оружие, людей, артефакты.

Вопросы роились в голове. Почему мужики не могли двигаться? Да и меня тоже сковало. У него есть ментальная магия? Но ведь Запашный не смог меня подчинить, а тут... Ещё нужно встретиться с Горбачёвым, выяснить сроки задержания моих новых «друзей». Может, получится как-то повлиять на это.

Паучки на стене выглядели измождёнными, их кристаллы едва светились. Я сжал осколок, желая восстановить связь. Она возникла мгновенно, затопив сознание потоком сигналов: «Хозяин! Еда! Сон! Отдых! Смерть! Братья! Сёстры!»

Значит, я был прав, они из одного выводка. Или как там это называется у пауков? Кладка?.. Неважно.

«Будьте тут и отдыхайте», — отдал мысленный приказ.

Никакой особой реакции не последовало. Старался не думать о погибших питомцах, сейчас не время для скорби. Ещё этот мишка... Бесполезный кусок монстра!

Тварь, словно услышав мои мысли, вновь забралась на кровать. Нагло утащила подушку и завернулась в одеяло. Сёстры наблюдали за ним с умилением, будто это было в порядке вещей. Позже разберусь, как сделать из него машину смерти, а пока пусть отдыхает, как и паучки.

— Следите за чешуйчатым, — кивнул Маргарите. — Не выпускайте его из комнаты, а то прибьют засранца. И постель потом перестелите.

— Вы такой заботливый хозяин, — девушка поклонилась с лёгкой усмешкой.

Посмотрел на кристалл. Значит, если связь уже была с монстром, то восстановить её не составит труда. Это хорошая новость. Вот бы ещё найти бы летающую колбасу и снова подчинить…

«Вставать!» — мысленно скомандовал себе. Опёрся на руки, спуская ноги с кровати. Холод пола прострелил ступни, заставив поёжиться. Сёстры метнулись ко мне, пытаясь остановить, но я уже погрузился в размышления.

Лес, рудник... Там что-то есть, я должен это выяснить! И плевать, что кристаллы завалило. Они мне нужны.

Перебирал варианты в голове: «Поднять ранг себе, Жоре и сёстрам я обещал. Да и алхимикам было бы неплохо. С чего начать?... Город, — кивнул сам себе. — Отлично».

Поднялся на ноги, и одеяло соскользнуло на пол. Сёстры впились в меня жадными взглядами, в их тёмных глазах плясали огоньки интереса.

— Помогите одеться, — произнёс я, мысленно обещая им расплату за все шалости.

Фурии выполнили работу безупречно: обтёрли влажным полотенцем, умаслили какими-то благовониями, помогли облачиться в костюм, развесили оружие. Правда, заодно умудрились облапать меня всего. Не будь сейчас такая ситуация, успокоил бы их пыл! Пары суток активного «отдыха» хватило бы, чтобы унять страсть.

Наконец, вышел из комнаты и застыл. У двери дежурила целая делегация. Вероника и Елена, словно две статуи, замерли рядом с охранниками. Хорошо хоть Витаса нет — хватило ума заняться делами поважнее.

— У меня дела! — оборвал все попытки начать разговор. — Ты, ты и ты, со мной. Остальные сидят дома.

Держась максимально прямо, насколько позволяло избитое тело, добрался до комнаты Георгия. Толкнул дверь и замер на пороге. Мужик лежал на кровати — бледный, неподвижный, казалось, даже не дышит.

Ринулся к нему, и в этот момент Жора открыл глаза.

— Господин... — его голос был едва слышен. — Простите, что я подвёл вас.

— Иди в жопу! — вложил в эти слова всю искренность, на какую был способен.

Слуга приоткрыл рот, но так ничего и не сказал. А я заметил рядом с кроватью зелья: выносливость, лечилка и восстановление магии.

— Выздоравливай, — хмыкнул в ответ. — И это... Спасибо! Без тебя те твари меня бы разорвали.

— Это моя рабо...

— Рад, что ты в моём роду, — перебил его. — Не переживай, мы с ними ещё поквитаемся. Обещаю тебе! Слово аристократа.

Лицо Жоры вытянулось от удивления. В уголке глаза блеснула скупая слеза. Он улыбнулся и прикрыл веки, словно эти несколько фраз забрали у него последние силы.

— Так, товарищи алхимики, — обратился я к Смирновым и Лампе, которые тоже ждали меня за дверью и последовали по моему указанию до Жоры. — У нас много дел. Собирайте всё, что приготовили, и мы поедем в город.

Ольга шагнула вперёд, её светлые волосы растрепались, в голубых глазах мелькнула тревога. Платье до колена в горошек колыхнулась вместе с движением.

— Но вы... — начала она и, когда увидела мой взгляд, осеклась. — Как прикажете, господин.

— Молодцы какие, — криво улыбнулся. — Готовьте зелья. И предупредите Борова, о он с нами поедет.

Смирнов потянул за плечо дочь, которая смотрела на меня так, словно не могла решить: обнять, закричать или расплакаться. Лампа плёлся следом с поникшей головой, его рыжие вихры уныло свесились на лоб.

Я вышел на улицу и застыл. Территория гудела. Мои люди метались между домами с оружием наперевес, воздух звенел от команд Витаса и рыка Медведя. Группа бойцов возилась с покорёженными воротами, металл скрипел под напором инструментов.

Стоило им заметить меня, как они замерли, а потом рванули навстречу.

— Павел Александрович! — Витас улыбнулся. — Вы в здравии?

— Более чем, — кивнул, подавляя желание прислониться к стене. — Охоты пока не будет. Стройку продолжаем, готовимся к нападению.

— Уже почти всё сделали, — Фёдор выпрямился, его массивная фигура заслонила солнце.

— Лейпниш, поедешь со мной в город. Привезём ещё оружия, людей, — окинул взглядом новые лица среди бойцов. — Вижу, прибыли те, кого ты недавно купил и нанял?

— Да! — мужик часто заморгал.

— Нужно больше, — продолжил, игнорируя нарастающую слабость в ногах. — И что-то убойное. Посмотрим, что нам предложат. Ещё артефакты... — потёр виски. — Ну, и в парочку мест заскочить. Готовь машину и грузовик, зелья на продажу. С нами поедут Боров и алхимики. Бери все деньги, что у нас есть в твоём распоряжении.

Закончив с поручениями, опустился на землю у стены домика. Прикрыл глаза, чувствуя, как по телу разливается предательская усталость. Пальцы нащупали в кармане флаконы, которые сёстры дали мне перед уходом. Откупорил лечилку и присосался к горлышку, словно умирающий от жажды — к фляге с водой.

Сознание постепенно прояснялось. В голове, будто на шахматной доске, выстраивались фигуры: Запашный с его интригами, собрание аристократов по землям Зубаровых, некромант, притаившийся в тени, и этот урод из столицы.

Для моей партии катастрофически не хватало фигур, в одиночку такую игру не вытянуть. Открыл ещё один флакон — с восстановлением магии, и во рту растёкся привкус мяты.

Мешает очерёдность ходов... Нельзя начинать с того козла, как бы ни чесались руки. Сначала земли Зубаровых. Чёрт!

Когда открыл глаза, все были готовы. Мы начали загружать ящики с зельями — их набралось целых тридцать штук. Эталонки первого, второго и третьего уровней.

Высшие оставили для наших людей, да и мне отдельный ящик для личных нужд. В который раз пожалел об отсутствии пространственного кольца — сейчас бы просто убрал в него свой запас.

Приказал отнести личный к двери комнаты, кое-что взял с собой. Стоп! Сердце куклы некроманта... Где оно? Помню, как девушки держали его в руках, а потом будто провал в памяти… Ладно, потом выясню.

Расселись по автомобилям. Боров — за рулём грузовика, рядом примостился Смирнов. Ящиков оказалось столько, что часть пришлось положить на переднее сиденье нашей машины.

Тронулись. Ольге досталось место у меня на коленях. Девушка тут же вспыхнула, как маков цвет, и вцепилась в подол платья, словно в спасательный круг. Казалось, даже дышать перестала.

От её тела шёл жар, как от печки. В голову полезли совсем не деловые мысли... Значит, и правда восстановился — хороший маркер.

Когда машину тряхнуло на ухабе, пришлось придержать девушку за живот. Ольга закусила губу и зажмурилась. Я невольно улыбнулся. Вокруг меня столько красивых женщин, и все мои. В прошлой жизни приходилось довольствоваться теми, кого пропускала служба безопасности, никаких отношений и связей. А теперь…

Соблазн был велик, но перед глазами встал образ настоящего короля. Я вспомнил, как женщины превратили его в жирного борова, думающего только о развлечениях. Такой роскоши себе позволить не могу. Всё только начинается, нужно быть начеку. Минувшая ночь это в очередной раз доказала.

Убрал руку.

— Господин, — Ольга повернулась, её губы почти коснулись моего уха. — Можете ещё немного меня подержать...

А я что? Конечно, могу! Тем более рука уже почти касалась её груди.

За рулём сидел новенький — Коля, ровесник Бори. Между верхними зубами щель, а улыбался он только половиной лица — вторую парализовало.

— Куда, Павел Александрович? — поинтересовался водитель.

— Вези к Службе безопасности империи, — ответил я. — Потом по другим делам.

— Думаете, их уже отпустили? — вдруг подал голос Витас.

— Надеюсь, ещё нет.

Дорога тянулась медленно. Лампа всё время молчал, уставившись в окно невидящим взглядом.

— Что случилось? — пнул его ногой.

— А? — встрепенулся пацан. — Ничего... Ай! — дёрнулся он, получив ещё пинок. — Да не получается у меня заларак сделать. Боров дал несколько слабых артефактов, а запитать их от зелья не выходит. Если бы смог, у вас было бы оружие. Тогда и вы бы не пострадали, и Жора тоже.

— Лампа, — Ольга повернулась к нему всем телом, её голос стал мягким. — Ты хочешь сделать то, на что способны артефакторы и алхимики ранга Магистр.

— Я должен! — рыжий вскинул голову, в его зелёных глазах полыхнул огонь. — Должен...

— Успокойся, — произнёс я спокойным тоном. — Всё получится. И ты ни в чём не виноват.

Вот только мои слова отскочили от Лампы, как горох от стены. Паренёк продолжал терзаться, словно нашкодивший щенок. А я невольно улыбнулся: приятно видеть, как твои люди болеют за род душой. Преданность и верность... Именно то, что мне сейчас нужно.

Машина остановилась, колёса скрипнули по гравию. Ольга неохотно приподнялась, будто приклеилась своей задницей к моему паху. Усадил её на своё место и выбрался наружу. Девушка слегка облизнула губы и отвернулась к окну.

Здание Службы безопасности империи возвышалось серой громадой — три этажа кирпича с белыми колоннами у входа. На площадке перед ним теснились чёрные машины. Десятка два, наверное, и ещё грузовики. Люди в форме сновали между автомобилями, словно муравьи.

У входа застыли несколько служивых, у всех оружие наготове, руки лежали на кобурах. Это нападение на мой особняк тут такой переполох вызвало или у них всегда так? Начал подниматься по лестнице ко входу. На меня пару раз бросили заинтересованные взгляды.

Краем глаза заметил знакомый кортеж ставленника императора. Рядом маячил лысый Серёжа, приветливо помахивая рукой. Урод!

Я подошёл к десятку бойцов, которые сторожили вход.

— Барон Магинский Павел Александрович. Хочу поговорить с лейтенантом Горбачёвым.

— Ожидайте, — один из служивых тут же скользнул за дверь.

Что, даже документы не спросят? Уже знают в лицо? Плевать. Сейчас больше напрягало другое. Тварь Запашный наверняка поспособствует освобождению гостя из столицы, и тогда… Будет очень плохо. Кулаки сжались сами собой.

Через пару минут появился Горбачёв. Мундир помят, под глазами залегли тени, верхняя пуговица на рубашке расстёгнута. Мужик выглядел так, словно не спал несколько суток.

— Что вам? — устало спросил он.

— Те люди, которые вероломно напали на мой род и земли... — начал я.

— Пожалуйста, — криво усмехнулся лейтенант.

— Поверьте, я в долгу не останусь, — посмотрел ему прямо в глаза.

— Знаю, — кивнул мужик. — То, что вы тогда позволили мне сохранить лицо и прикрыли на своих землях, о многом говорит.

— За что их задержали и когда выпустят? — задал главный вопрос.

— Хулиганство и порча имущества.

— Чего?! — брови сами поползли вверх. — Это нападение на род! Пострадали я и мой слуга.

— Это максимум, что я смог сделать. Кое-кто очень их защищал.

— Понимаю... — бросил взгляд на кортеж Запашного.

— А что касается второго вопроса, — Горбачёв поморщился, словно от зубной боли, — они свободны. Все бумаги подписаны. Оставили двести тысяч компенсации вам. Точнее, не они сами. Сейчас выйдут со своим покровителем.

Глава 7

Да твою ж! Везёт, как утопленнику.

Горбачёв смотрел на меня потухшими глазами — в них читалась только усталость. Ладно, и на том спасибо мужику. Не думал, что он настолько изменится за короткий период времени.

В этот момент тяжёлая дверь распахнулась с глухим стоном петель. На крыльцо выплыл Запашный, словно хозяин положения. Его идеально зализанные назад волосы блестели в лучах солнца, как начищенная бронза. На тонких губах играла самодовольная улыбка победителя. Синий костюм сидел безупречно,туфли сверкали, как зеркала.

Следом появилась Валерия. Её высокую фигуру портил помятый костюм. На порванном рукаве виднелись следы грязи и чего-то бурого. Губы девушки искривились в презрительной усмешке, а в глазах плескалась плохо скрываемая ярость.

— Барон Магинский, — процедила она, растягивая слова, словно делала одолжение. — Вы ещё живы?

Благо опыт прошлой жизни помогал держать лицо. Меня сейчас хоть помоями обливай — побоку. Есть только одна цель: они должны вернуться за решётку. Если сегодня меня ещё раз навестят... В памяти сразу всплыла картина разгромленного особняка и окровавленного Жоры.

— Приветствую, — кивнул, разглядывая их, как музейные экспонаты. — Устало выглядите, да и костюмчик подпорчен. По кустам, что ли, лазили? — сделал вид, что принюхиваюсь. — Точно, у моего особняка такая хорошая малина растёт. А вы её воровали, получается? Как низко... — покачал головой с притворным сожалением. — Хотя чего ещё ждать от столичных. У нас даже простолюдины так бы не опозорились.

Удар по лицу пришёл молниеносно. Валерия двигалась, как змея. Мою голову мотнуло в сторону, во рту появился металлический привкус. Сука, больно!

Перед глазами вспыхнули звёзды, словно фейерверк в праздник. У твари поставленный удар, но… я ожидал большего. Хорошо, что успел прокусить губу. Кровь потекла эффектно, капая на белоснежный воротник рубашки.

Девушка снова замахнулась, кольца на пальцах блеснули в солнечном свете, но её руку перехватил Горбачёв. Лейтенант действовал с неожиданной для его состояния скоростью.

— Стоять! — рявкнул он так, что часовые у входа вздрогнули. — Семён Владимирович, — повернулся к ставленнику императора, и в его голосе зазвенела сталь. — Я начинаю склоняться к версии о нападении на Магинского. Что эта дамочка себе позволяет? Женщина на территории Службы безопасности империи бросается на мужчину, да ещё и земельного аристократа!

И тут появился он. Валентин «Козлов» собственной персоной. Чёрный костюм в тонкую полоску помят, словно его жевала собака. На рукаве — частицы паутины, и она разъела ткань.

От былой напыщенности не осталось и следа. Глазки бегают, как у нашкодившего кота, и они то и дело возвращались к испорченному наряду.

— Жаль... — улыбнулся я, разглядывая пятна и мелкие дыры на его пиджаке. — Такой костюм испортили. Наверное, в столице портные получше наших будут. Хотя... — сделал вид, что присматриваюсь. — Или нет? Что-то шовчик пошёл, подкладка торчит.

— Павел Александрович, — в его глазах полыхнула ярость, а пальцы сжались в кулаки так, что побелели костяшки. На шее вздулась вена, придавая холёному лицу что-то звериное.

— Признаюсь честно, ожидал большего, — разочарованно покачал я головой, словно учитель, отчитывающий нерадивого ученика. — Столько пафоса, гонора... А я стою здесь живой и относительно здоровый, пока вы, как последние проходимцы, выходите из тюрьмы. Так ещё и вам помогают, — бросил насмешливый взгляд на Запашного. — Нужно будет написать в столицу, рассказать о ваших успехах. Как думаете, оценят?

Валентин дёрнулся, словно от удара. Его лицо исказилось, превращаясь в маску ярости. Ну, давай же, урод! Действуй! Но, кроме скрипа зубов и мысленного обещания жуткой смерти, я ничего не добился.

Запашный только открыл рот, собираясь что-то сказать, как воздух загустел. Мне в живот прилетел водяной шар. Удар был такой силы, словно пушечное ядро врезалось… Валерия всё-таки сорвалась.

Ух... Спиной впечатался в дверь, да так, что петли жалобно скрипнули. Дыхание перехватило, но губы сами растянулись в улыбке. Баба не сдержалась, значит, я на больное надавил. Такие люди, как они, слишком трепетно относятся к своей репутации.

Сполз по двери, оставляя на ней мокрый след, и сел. В голове уже прокручивал, как использовать эту ситуацию. Теперь у Горбачёва будет больше оснований для задержания. Осталось только дожать…

Лейтенант выхватил револьвер — ствол блеснул воронёной сталью. Хлопок! Пуля завязла в каменной стене, выросшей перед Валерией. А сзади Горбачёва уже держал за плечо пижон. Он тоже сорвался. Ещё бы, какие-то провинциалы, грязь, ничтожества посмели напасть на его подстилку!

— Схватить! — заорал Горбачёв, и его голос эхом прокатился по площади.

Из дверей высыпали люди в форме, щёлкнули затворы ружей. Стволы уставились на гостей из столицы. Все замерли, как в немой сцене из театра. Я продолжал изображать побитого аристократа, хотя внутри всё пело от радости.

Уродов скрутили — руки за спину, наручники щёлкнули. Пижон открыл рот, но тут же захлопнул. А вот сучка разошлась: проклятия и угрозы сыпались, как горох из дырявого мешка. И всё это при свидетелях.

— Семён Владимирович, — Горбачёв развернулся к ставленнику, его лицо побагровело от гнева. — Теперь я всё видел сам. Они точно не выйдут. Свяжусь со столицей и лично доложу кому следует. Это беспредел какой-то! — лейтенант сорвался на крик. — Приезжают и думают, что тут нет власти императора?! И вы их поддерживаете?

— Я... я... — Запашный хлопал губами, как выброшенная на берег рыба.

— Позор! — отчеканил Горбачёв. — Об этом я тоже доложу. Вы, похоже, какие-то свои меркантильные цели и обиды ставите выше государя и его правил.

— Нет! Что? — возмутился Запашный, его лицо покрылось красными пятнами.

— Можете идти, и чтобы я вас тут не видел! Они будут сидеть, пока я не решу.

Да у меня сегодня праздник! Ещё одна печальная рожа для коллекции — в глазах ставленника столько боли и позора. Словно лучший спектакль смотрю, а актёры-то все какие талантливые.

На голову навалилось что-то тяжёлое. Собака сутулая, Запашный начал давить ментальной магией! Ух... Похоже, всерьёз взялся. В глазах потемнело, будто кто-то набросил чёрное покрывало, а в голове загудело.

Меня попытались поднять, но тело отказывалось подчиняться. Источник внутри бился, сопротивляясь чужому воздействию. Сука... Ещё одна попытка поставить на ноги, но я стекаю вниз по двери, словно тряпичная кукла.

В голове прозвучал чужой голос, от которого заложило уши: «Ты думаешь, что победил, мальчишка? Лишь отсрочил свою казнь... Ничего, скоро всё закончится, и ты сдохнешь в муках. Клянусь тебе именем императора!»

Снова дёрнули за плечо, и я разлепил глаза. Надо мной склонился Горбачёв, на его лице застыла странная смесь смущения и страха. Крутанул головой: у лестницы замерли мои люди, словно натянутые струны.

Провёл рукой по лицу и уставился на пальцы, они были красными от крови. Что-то многовато для прокушенной губы...

— Магинский, — произнёс лейтенант с каким-то новым уважением в голосе. — А вы актёр от бога. Так всё разыграть, надавить на больные точки, ещё и прилюдно... Я бы вам похлопал, да не поймут, — он невесело усмехнулся. — Вы получили для себя ещё время. Но могу вас заверить: как только придёт распоряжение из столицы, — мужик поморщился, словно от зубной боли, — а оно будет… Мне придётся их отпустить.

— Благодарю! — кивнул, стараясь не показывать, что кружится голова. — Как-то само всё вышло.

Сплюнул кровь и начал спускаться по ступеням. Счастливый случай… Опоздай я на десять минут, и всё. Можно было не гадать, что бы меня сегодня ждало. Жора не в состоянии драться, а других боевых единиц больше нет. Перевёртыши? Нет, показывать их пока не лучшая идея.

Выдохнул. Можно возвращаться к насущным делам и проблемам.

— Господин! — Ольга подлетела ко мне. — У вас кровь!

И девушка, недолго думая, попыталась оторвать кусок от своего платья. Вот только дурёха сделала это весьма неаккуратно: ткань разошлась почти до самых трусиков. Белых, кружевных.

Теперь она стоит, снова красная как рак, и бережно вытирает кровь с моего лица. Не скрою, приятно ощущать такую заботу.

Витас отвлёк меня от мыслей — шагнул ближе, его лицо стало серьёзным.

— Павел Александрович, — в голосе Лейпниша звучала тревога.

— Выиграл нам немного времени, — кивнул я, морщась от прикосновения ткани к разбитой губе. — Эти твари пока ещё посидят. Подумают над своим поведением.

— А потом?

— Погибнем или мы, или они, — пожал плечами, чувствуя, как постепенно отпускает давление на разум. Пришёл в себя, и мы направились к автомобилю.

Наконец, забрались в машину. Девушка снова разместилась у меня на коленях. Я чуть отклонился, стараясь не думать о разорванном платье.

— Кто тут самый большой продавец зелий в городе? — поинтересовался.

— Цветков Лев Тихонович, — тут же ответил Витас. — У них магазин, точнее, сеть по всей стране — «Цветковы и Ко». Поставки со всех уголков империи. Отличное качество и очень дорого. Даже не знаю, для кого они продают.

— Ублюдок... — Ольга заёрзала на моих коленях, её голос задрожал от гнева. — Сделал всё, чтобы мой отец не смог открыть лавку, и поэтому мы обратились... — девушка запнулась. — Тот долг…

Она тяжело дышала, щёки пылали. Да уж, колоритные ребята. Смирнов после последней продажи с Боровом доложил, что у местного криминала не хватает денег на покупку наших зелий, да ещё в том количестве, которое у нас появилось.

Цветков, значит? Думаю, будет полезно завести с ним знакомство. Посмотрим, насколько хорош мужик в торговле и как себя поведёт.

— К нему тогда едем, — кивнул водителю. — Потом оружие, нам нужно лучшее. Патроны, все дела. И следом люди. И... артефакты.

Машина тронулась. Город вокруг просыпался. Простолюдины уже давно на ногах, а вот аристократы только вылезали. По улицам сновали торговцы с тележками, разносчики воды, мальчишки-газетчики.

Неожиданно стрельнула мысль: «Кстати! Почему некромант остановился и перестал убивать имперских? Достиг своей цели? Или возникла новая? Нет... Урод обязательно появится ещё, и я буду готов».

Машина остановилась около старинного здания. Одноэтажное, но с высокими потолками, судя по окнам. Красный кирпич потемнел от времени, а вот фасад выглядел ухоженным.

Широкие окна-витрины сверкали начищенными стёклами. Над входом висела вычурная вывеска «Цветковы и Ко» — золотые буквы на чёрном фоне. По бокам от дубовой двери застыли каменные львы, их морды были отполированы до блеска.

Мы зашли в магазин. Витас держался за моим плечом, Боров пыхтел с десятком ящиков в руках, словно это были спичечные коробки. Лампа семенил следом, вертя головой по сторонам.

Внутри царил особый полумрак дорогих лавок. Свет, льющийся сквозь витрины, играл на стекле шкафов, заставленных бутыльками всех цветов и размеров. Их содержимое мерцало, переливалось, словно живое.

Три девушки-продавщицы выстроились за стойкой, как на параде. Одинаковые тёмно-синие пиджаки, юбки чуть ниже колена, чёрные чулки. На лицах застыли дежурные улыбки — такие обычно тренируют перед зеркалом.

— Чем можем служить? — пропела первая медовым голосом.

— Приветствуем вас в нашем магазине! — подхватила вторая.

— Тут вы сможете приобрести лучшие зелья в стране. Качество гарантировано, — завершила третья.

Вот это напор. Как по нотам разыграли.

— Мне бы со Львом Тихоновичем поговорить, — кивнул в ответ.

— Минуточку, — одна из них выпорхнула из-за стойки и скрылась за неприметной дверью.

Очень скоро появился сам хозяин. Мужичок лет пятидесяти, щупленький — мне едва по грудь. Залысины на голове блестели, словно начищенные. Простой костюм сидел безупречно, выдавая работу дорогого портного. Пенсне он придерживал толстыми пальцами, унизанными перстнями.

Подошёл ко мне, семеня маленькими шажками.

— Приветствую вас в нашем магазине! — произнёс елейным голосом, глядя снизу вверх.

Тон мягкий, обходительный, но взгляд за стёклами пенсне цепкий, как у ястреба. Цветков быстро оценил всех нас.

— Магинский Павел Александрович, — протянул я руку.

— О... — его глаза чуть расширились. — Какая честь! Проходите. Что вас интересует? Я для земельного аристократа даже скидку сделаю — два процента.

— Как щедро, — улыбнулся в ответ.

— Поверьте, очень, — с серьёзным видом кивнул Лев Тихонович. — Её достойны только наши постоянные покупатели.

— Простите, — остановился, — но я тут по другой причине.

— Молодой человек, — Цветков развернулся всем телом, его голос приобрёл стальные нотки. — Мой род не даёт в долг, не поддерживает никого в битвах. Мы только торгуем и всегда со всеми. У нас нет ограничений для клиентов с деньгами.

— Рад это слышать. Моё маленькое производство изготовило зелья. Вот хотел предложить вам их оценить, — начал издалека.

— Хм... Неожиданно, — Цветков наконец соизволил бросить взгляд на ящики. — Но у нас нет проблем с поставками.

— Покажите всю эталонку, что у вас есть.

— Дашенька, голубушка… — он картинно взмахнул рукой.

Девушка открыла одну из витрин, где в специальных углублениях покоились бутыльки: десять первого ранга, пять второго и два третьего. Стекло поблёскивало в свете ламп.

— Позволите? — посмотрел я на хозяина магазина.

Цветков царственно кивнул, не переставая разглядывать нас.

— Лампа, проверь, — толкнул пацана, который пожирал глазами то зелья, то девушек-продавщиц.

Рыжий встрепенулся и подошёл к витрине. Открыл пробки, принюхался, покрутил жидкость на свету. Его лицо мгновенно преобразилось: смущённый мальчишка будто исчез, и теперь перед нами стоял настоящий алхимик. Пацан вернул зелья на место и повернулся ко мне.

— Первый ранг — как у нас почти, второй хуже, а третий вообще не дотягивает до нашего качества.

Лицо Цветкова исказилось, словно он проглотил лимон целиком. Пенсне съехало на кончик носа, а щёки пошли красными пятнами. Я впервые видел, как можно одновременно излучать вежливость и едва сдерживаемую ярость.

— Молодой человек, — процедил он сквозь зубы, поправляя пенсне дрожащим пальцем. — Не будь вы аристократом... — запнулся мужик, подбирая слова. — Я был бы вынужден объявить вас персоной нон грата во всех наших магазинах по всей стране.

— Знаете, — хмыкнул я, — ваши слова тоже меня почти задели. Поэтому предлагаю сделку. Вы проверите качество наших зелий, и, если мнение моего человека окажется правдой, то купите их.

— А если нет? — в его глазах вспыхнул азартный огонёк.

— Тогда я отдам вам всё бесплатно и ещё триста тысяч сверху, — заявил в ответ.

Глаза Цветкова полыхнули, как у кота, увидевшего сметану. Безумная сделка, крайне рискованная. Лампа побледнел так, что веснушки стали похожи на брызги крови на белом полотне. Витас дёрнулся, словно от удара. Только Борову было плевать — громила строил глазки самой молоденькой продавщице.

Мы скрепили сделку рукопожатием. Цветков щёлкнул пальцами, и одна из девушек принесла золотую тарелку, покрытую странными узорами. Лампа затрясся и зашептал мне на ухо, заикаясь:

— Э-это и-имперский а-анализатор к-качества зелий. С-стоит больше, чем в-весь наш о-особняк!

Девушки закрыли магазин на ключ, их магические источники активизировались. Они что, боевые машины? На две ставки работают, ещё и охраной? Плевать!

Первая эталонка потекла на тарелку тонкой струйкой. Когда артефакт вспыхнул красным, Лампа наконец-то вдохнул. А он до этого не дышал?

— Так... — протянул Цветков с плохо скрываемым ехидством. — Действительно эталонка первого уровня и очень хорошего качества.

Я только пожал плечами. Витас рядом сжимал кулак так, что хрустнули костяшки, и смотрел на меня немигающим взглядом. Только щека дёргалась, выдавая напряжение.

Настал черёд эталонки второго ранга. Цветков медленно, по капле, лил зелье на тарелку-артефакт, растягивая момент. Его губы кривились в предвкушающей улыбке. И вдруг золото вспыхнуло зелёным.

Лампа пошатнулся, словно пьяный. Пришлось подхватить пацана, пока не грохнулся. Витас судорожно сглотнул.

— Поразительно! — воскликнул Лев Тихонович, но в его голосе звучала натянутость. — Действительно второго ранга, и качество лучше, чем у нас, — он облизнул пересохшие губы. — Ну что, проверим третье?

— Давайте, — спокойно произнёс я, хотя сердце колотилось где-то в горле.

Лампа продолжал шататься, у Витаса уже дёргался не только кадык, но и глаз. Боров... послал воздушный поцелуй продавщице. Вот расскажу его Люське!

Третье зелье. Жидкость медленно стекала на тарелку, каждая капля отдавалась ударом пульса в висках. Лампа закатил глаза и отключился. Я передал обмякшее тело Витасу, который уже сжимал рукоять меча побелевшими пальцами.

— Давно у меня не было такой выгодной сделки, — Цветков потирал руки, как фокусник перед главным трюком. — Получу кучу зелий бесплатно… Ещё и за это заплатят! Да мне никто не поверит! Эталонка первого, второго рангов даром, — его голос звенел от возбуждения. — Да я в роду стану легендой. Обо мне будут говорить в каждом магазине нашей сети!

Лев Тихонович уже праздновал победу, хотя проверка ещё не завершилась. Последняя капля застыла на краю флакона.

— Третий ранг высшего качества в Енисейске? — он покачал головой. — Если бы был такой алхимик, я бы знал. Отчаянный вы, барон Магинский! Ох и отчаянный...

Капля сорвалась. Тарелка не вспыхнула. Цветков замер на полуслове, его лицо застыло, как восковая маска. На губах так и осталась торжествующая улыбка. И?

Результат какой? Я же не знаю... Мой алхимик в отключке от волнения, а этот тянет паузу. Слова застряли у владельца магазина в горле, а моё сердце, кажется, вообще остановилось.

Глава 8

Тарелка вспыхнула зелёным, словно маленькое северное сияние. Это не особо прояснило ситуацию, но вроде лучше, чем ничего. Тишина затягивалась. И тут раздались хлопки. Cначала от Цветкова, потом подхватили девушки-работницы магазина.

— Поздравляю вас, Павел Александрович! — Лев Тихонович расплылся в улыбке. — Давно меня так...

Он замер на полуслове, окинув взглядом с ног до головы, словно прицениваясь к новому товару.

— …Не будоражили, — закончил мысль. — Какова цена за ваши зелья? Они действительно отменного качества, и я их отправлю в местечко получше, чем Енисейск.

— Э-э-э... — протянул я. — Это ещё не всё. Боров, тащи остальное. Витас, приведи в чувства нашего молодого сотрудника.

Вышли из магазина, и я выдохнул. Да уж, пощекотал себе нервишки. Следом из грузовика выпрыгнул Смирнов, его пиджак был испачкан в чём-то.

— Ну как? — спросил мужик, отряхиваясь.

— Что, отказался Цветков? — тут же вставила своё слово Ольга. — Как я и ожидала. Зря вы меня не послушали.

— У тебя трусики видно, — указал ей на платье.

Она тут же захлопнула рот и нырнула в машину, как испуганная птичка. Хмыкнул. Милашка, но сейчас пусть лучше не мешает.

— Остаётся вопрос: за сколько мы можем продать эту партию? — повернулся я к отцу девушки.

Судя по лицу, у него в голове уже шли примерные подсчёты. Брови сошлись на переносице и разбегались в разные стороны, словно гусеницы. После минуты раздумий он произнёс:

— Первый ранг — где-то тысяч семьсот. Второй — около миллиона, и я думаю, что третий потянет на два.

— Понял, — кивнул и вернулся в магазин с Боровом.

Наш громила занёс последний ящик и снова уставился на продавщиц, как кот на сметану. Цветков провёл меня в свой кабинет — ту самую комнату, откуда достали тарелку для проверки.

Небольшое помещение выглядело аскетично: массивный стол из красного дерева, два кресла с высокими спинками да сейф в углу. Ни картин, ни безделушек — только то, что нужно для дела.

— Итак, — начал владелец магазина, устраиваясь в кресле.

— Три миллиона девятьсот тысяч, — выдал я цену и расположился рядом.

В торгах нужно начинать с большей стоимости. Да и, судя по реакции, он действительно удивлён нашими зельями. А мне требуется много денег.

— Побойтесь бога! — мужик выставил руки вперёд, словно защищаясь. — Мы что, с вами в столице?

— А вы на сколько рассчитываете? — поинтересовался я, разглядывая, как блестят его залысины в свете ламп.

— Полтора миллиона, и это только потому, что вы мой хороший знакомый, — Лев Тихонович хитро улыбнулся, поправляя пенсне.

Вон оно что... Уже хорошим знакомым стал. И когда успел?

— Не ожидал от Цветковых такого вероломства, — покачал головой. — У меня за два с половиной миллиона заберёт местный криминал. А тут официальный магазин, в котором даже такого качества нет, хочет предложить купить по себестоимости?

— О чём вы таком говорите, голубчик? — не сдавал позиций Цветков, его пальцы нервно теребили цепочку пенсне.

— Да о том, что вы сами сказали. Для зелий нужна территория с монстрами — их найди, убей. А это затраты на оружие, людей. Потом вернись, алхимиков вырасти. Изготовь всё. Сколько опытов и попыток было? Тысячи... — подался вперёд. — Я потерял продукта на десятки миллионов, чтобы прийти к тому, что имею сейчас. А вы меня обмануть хотите?

— Два с половиной! — Цветков ударил себя в грудь, словно клялся на священной книге.

— Благодарю, — кивнул, поднимаясь, — но лучше я найду настоящих торговцев в этом городе. Не терплю, когда меня пытаются надуть.

Лицо Цветкова исказилось, будто он проглотил лимон. Губы задрожали, кулаки сжались так, что побелела кожа. Его взгляд буравил меня, словно мужик пытался просверлить насквозь.

— Прощайте, — я небрежно махнул рукой и покинул кабинет.

В зале Лампа уже пришёл в себя и растерянно хлопал глазами. Витас по привычке держал ладонь на рукояти меча, а Боров...

— Господин Красивый! — окликнул его. — Забираем всё добро и уходим. К сожалению, тут решили, что мы дешёвку продаём.

Девушки-продавщицы переглянулись как по команде. Альберт только пожал плечами и сгрёб сразу десять ящиков, будто это были спичечные коробки.

Из кабинета выскочил Цветков, сжимая в руках маленькую шкатулку. Он подбежал ко мне, глазами показывая, что нужно поговорить.

— Чего вам ещё? — произнёс я нарочито обиженным тоном.

Игра продолжалась.

— Вот тут магический кристалл средних размеров, — кивнул Лев Тихонович на шкатулку и открыл её дрожащими пальцами. — Он потянет на миллион. Надеюсь, это останется между нами. И плюс два с половиной миллиона.

— Нет, — пожал плечами. — Вам, видимо, неизвестно, что у меня в собственности есть рудник. Магические кристаллы не интересуют.

— Что? Как? Он же Зубаровым теперь принадлежит... — Лев Тихонович заморгал, словно сова на солнце.

— Не следите за новостями? Я его вернул, — улыбнулся. — Ладно, я пойду. Нам пора.

— Стойте! — голос Цветкова сорвался на фальцет.

На него было больно смотреть: пыхтел и дёргался, как рыба на крючке. Губы тряслись, будто в лихорадке.

— Хорошо! — выкрикнул он, словно прыгая в ледяную воду. — Хорошо... Я согласен на вашу цену, но требую скидку. Партия большая, и для этого города цена очень высокая. Принято, что в первый раз...

— Два процента! — гордо заявил ему. — Поверьте, такой скидки достойны только мои лучшие покупатели.

Две девушки-продавщицы прыснули в кулаки и тут же приняли невозмутимый вид, взглянув на рассерженного хозяина магазина.

— Договорились, — выдавил Цветков, глотая обиду. — А вы умеете торговаться, Магинский.

Витас переводил недоверчивый взгляд с меня на Льва Тихоновича и обратно, качая головой. Наконец, мы скрепили сделку рукопожатием. С учётом «щедрой» скидки наше добро ушло за три миллиона четыреста тысяч.

Вышли из магазина с чемоданчиком денег. Дверь за нами захлопнулась так быстро, словно за ней все боялись, что мы передумаем.

Смирнов, услышав сумму, расхохотался и начал отвешивать поклоны. Судя по восхищённому взгляду, я превзошёл все его ожидания.

— Теперь артефакты, — кивнул Витасу. — Потом вы с Боровом останетесь в городе. Наймёте людей, купите оружие и привезёте. А я вернусь в особняк.

— Вы уверены? — Лейпниш нахмурился. — Алхимики не смогут вас защитить.

— В этом пока нет нужды, — пожал плечами.

Забрались в машину. Оля устроилась на коленях отца и старательно отводила взгляд.

— Обалдеть! — выдохнул Лампа. — У нас получилось.

— Вы молодцы, — похвалил их. — Но в следующий раз постарайся не терять сознание в ответственный момент. А то я там вообще не понимал, что происходит. Ещё и Цветков с ответом тянул.

Наконец, машина тронулась. А я задумался: «Да, неплохо вышло. У нас с собой сейчас примерно четыре миллиона, остальное у Жоры для нужд особняка. Должно хватить на все мои хотелки». И улыбнулся, довольный крупной сделкой, посмотрел в окно.

Енисейск окончательно проснулся. По улицам уже степенно прогуливались аристократы: дамы под кружевными зонтиками, мужчины в начищенных до блеска сапогах. Торговцы раскладывали товар, зазывалы перекрикивали друг друга.

Мы остановились рядом со зданием администрации. Я открыл чемоданчик, пересчитывая купюры. Взял несколько пачек.

— Так, Игорь Николаевич, — обратился к Смирнову. — Вот вам триста тысяч, купите что-нибудь для алхимии. То, что поможет нам делать зелья лучше и качественнее.

— Господин! — мужик поклонился так низко и чуть не стукнулся лбом о приборную панель. Руки, принимающие деньги, едва заметно дрожали.

— Но смотри мне! — погрозил ему пальцем. — Все чеки Витасу.

— Конечно-конечно, — закивал тот, как китайский болванчик.

Мы выбрались из машины.

— Лампа, ходь сюда, — позвал рыжего. — Вот тебе премия.

Протянул пятьдесят тысяч. Пацан застыл столбом, переводя растерянный взгляд с денег на окружающих, словно ища подсказку.

— Давай, бери! Ты там костюм хотел и мороженое попробовать. Осуществляй мечты и закрывай потребности, — улыбнулся я.

— Правда? — на веснушчатом лице расцвела такая счастливая улыбка, что впору было солнцу позавидовать.

— Да, — кивнул я и повернулся к Ольге, но договорить не успел. Лампа бросился мне на шею, стискивая в объятиях.

— Господин! Спасибо! Спасибо! — всхлипывал он. — Это такая честь для меня! Благодарю!

Витас оттащил рыдающего от счастья пацана, а я повернулся к Ольге.

— Мне ничего не нужно, — гордо и обиженно заявила девушка, вздёрнув подбородок.

— Сюда подойди, — поманил пальцем.

Она приблизилась нехотя, словно каждый шаг давался с трудом.

— Хватит обижаться, — подмигнул ей.

— Я не понимаю, — надула девушка губки. — Кто я для вас? Что вы чувствуете? Ведь давно знаете о моих... — она запнулась. — А я не могу понять, что у вас на уме и в сердце.

— Вот тебе пятьдесят тысяч и ещё твоему отцу, — протянул деньги. — Купите, что требуется.

Посмотрел так, чтобы всё её возмущение исчезло. Она взяла купюры, и глаза девушки тут же загорелись, обнаружив несколько магазинов одежды и нижнего белья поблизости. Смирнов улыбался, кивая мне с благодарностью. Так, вроде с этим закончили.

— Где тут у нас артефакты продают? — повернулся к Витасу.

— Пойдёмте, господин, — указал он рукой.

— Боров, следи за всеми, — бросил я громиле. — Если с ними что-то случится, то... Поверь, тебе не понравится.

По дороге Лейпниш сообщил, что выдал Красивому тридцать тысяч за старания. Я положил руку ему на плечо:

— Тут сотня, — протянул пачку.

— Не нужно... — Витас смутился, опуская глаза. — Вы и так сделали много для меня и моей семьи.

— Бери давай, — подтолкнул мужика. — Помоги своим близким на ноги встать. И это... Оставь ещё денег для наших людей. Выдай всем премии, в зависимости от заслуг. И отправь родным тех, кто погиб.

— Сделаю, господин! — выпрямился Лейпниш.

Так... Ещё с одним делом покончили. Нравится мне вот так — обычные человеческие радости и проблемы. Потянулся на ходу, даже настроение поднялось.

Свернули в переулок и остановились перед вывеской «Артефакты Енисейска». Да уж, кто-то не сильно напрягался с названием.

Толкнули дверь, и колокольчик над головой встретил нас мелодичным звоном.Внутри оказалась не лавка даже, а каморка. Тусклый свет едва пробивался сквозь пыльные окна, выхватывая из полумрака покосившиеся стеллажи. Пахло пылью, металлом и чем-то ещё терпким.

На полках вперемешку валялись артефакты. Кольца, потускневшие от времени, цепочки, свернувшиеся змейками, амулеты со стёртыми узорами. В углу — свитки, небрежно скрученные в трубочки. На стене — пара клинков, покрытых паутиной.

— И это всё? — вырвалось у меня.

Витас хмыкнул, разглядывая убогий ассортимент. Не успел я додумать мысль, как из-за засаленной занавески появилась хозяйка.

Высокая жилистая женщина лет пятидесяти прошла к прилавку, чеканя шаг. Простое серое платье только подчёркивало худобу, но что-то в ней было... неправильное.

Движения текучие, как у хищника перед прыжком. Взгляд колючий, цепкий — такой бывает у матёрых бойцов. А руки... Крепкие, с набитыми костяшками и свежей ссадиной на правом запястье. На среднем пальце поблёскивало кольцо с тёмным камнем.

— Чем могу помочь? — протянула она с ленцой, разглядывая нас, как надоедливых мух.

— Магинский Павел Александрович, — представился я.

— Я не спрашивала, как тебя зовут, мальчик, — скривила женщина тонкие губы. — Чем могу помочь?

— Артефакты. Я бы хотел что-нибудь интересное приобрести.

— Чтобы бабы вешались или штука между ног увеличилась — это в другом месте, — хмыкнула она, поигрывая кольцом. — Там ещё жидкости в бутыльках продают. Зельями, кажется, называются. Хотя тебе, наверное, поможет...

— Послушайте... — начал я.

— Нет, это ты послушай, — оборвала она. — Думаешь, раз аристократишка, так можно время тратить? У меня дела поважнее будут!

Из-за занавески донёсся приглушённый стон.

— Поаккуратнее в выражениях! — Витас шагнул вперёд. — Перед вами земельный аристократ.

— И что? — женщина оскалилась, обнажив неожиданно белые зубы. — Плевать мне на ваши титулы! Мой магазин — мои правила. Валите отсюда, болезные! Я занята.

Воздух сгустился, как перед грозой. Её источник полыхнул. Мощный, тренированный. Какого демона? Что я сделал? Почему ведёт себя, как последняя сука?

— Вы совершаете ошибку, — покачал головой.

— Единственную ошибку я совершила, когда не спустила вас с лестницы сразу, — она подняла руку, и вокруг пальцев заплясали алые искры.

Не дожидаясь её атаки, выпустил несколько ледяных шипов. Навредить не хотел, но и на себя рыпаться не позволю. Первый снаряд ударил в запястье, сбивая прицел, второй — в ногу, лишая равновесия.

Витас материализовался рядом с ней, словно соткавшись из теней. Клинок его меча прижался к горлу женщины.

Я направился за занавеску. Хотел проверить, чем она была занята и почему себя так ведёт. Уже почти смирился с мыслью, что не светит мне никакой приличный артефакт, но… Отдёрнул ткань и замер.

На полу, прикованный цепями к трубе, лежал совершенно голый мужик лет тридцати. Во рту кляп, а на теле — россыпь синяков всех оттенков фиолетового. Прямо художественная галерея. Морда заплыла так, словно он решил пободаться с медведем. При виде меня бедолага сжался, как улитка.

Я моргнул. Перевёл взгляд на воинственную хозяйку, которую Витас сопроводил сюда, не убирая меч от её горла. Это что, она его так? Тощая жилистая женщина отделала здорового мужика, как боксёрскую грушу?

Судя по тоненькой полоске на её шее, дамочка пыталась сопротивляться, и Лейпниш немного помог с этим. Женщина с презрением глянула на скрючившегося пленника и смачно сплюнула. Я наклонился, вытащил кляп. Не то чтобы хотел помочь, просто любопытно стало. За что она его так?

— Спа-си-си-те... — простонал мужик, и голос оказался неожиданно писклявый.

Я потянулся к цепям, но хозяйка дёрнулась так, что Витас едва успел убрать клинок, чтобы не перерезать женщине горло.

— Не трогай его! — рявкнула она. — Это мой муж!

— А? — я застыл с протянутой рукой, переводя обалдевший взгляд с неё на Витаса, который, похоже, тоже подзавис.

— Это правда? — спросил у мужика.

— К сожалению, да... — выдохнул тот так обречённо, будто признавался в неизлечимой болезни.

Картина маслом! Пришёл за артефактами, а попал на семейную разборку, где жена лупит мужа. Причём она его старше лет на двадцать, да и в весовой категории явно проигрывает. М-да…

— Эта собака сутулая пошла налево! — выпалила женщина с такой яростью, что даже пыль со стеллажей взметнулась. — Припёрся под утро с бабскими трусами в кармане. Пьяный в хлам, да ещё и благоухал так, что всю ночь явно кувыркался!

— Жанночка! — мужик заскулил, как побитый щенок. — Я не знаю, что случилось. Сидели с мужиками, а потом... Потом ничего не помню, только как иду домой.

— Врёшь, скотина! — она пнула его с такой силой, что я невольно поморщился. — Светка видела, как ты в публичный дом завалился, пьянющий в дымину. Да ещё и всю зарплату спустил! Мало тебе меня?

— Жанночка, что ты! — пропел он жалобно, как оперный певец на последнем издыхании. — Мне тебя с головой хватает, потом даже ходить не могу.

Стало как-то неловко. Будто подглядываешь в замочную скважину за чужой... Хм... Семейной идиллией.

— Мы тогда пойдём, — кивнул Витасу, который уже пятился к выходу.

— Стоять, Магинский! — рявкнула Жанночка так, что колокольчик над дверью звякнул. — Ты же артефакт хотел?

— Да? — неуверенно протянул я. — Загляну в другой раз, когда вы тут... все свои проблемы решите.

— Говори, какой нужен! — она преградила мне путь к отступлению своей «внушительной» фигурой.

— Что-то защитное. Желательно способное отразить атаку мага уровня Магистра стихий и выше, — выпалил я первое, что пришло в голову, чтобы быстрее отсюда свалить.

Её глаза хищно вспыхнули. Она толкнула Витаса с такой мощью, что мой верный слуга отлетел к стене. Лейпниш чудом устоял на ногах. Да уж, силища у дамочки что надо.

Жанна начала скидывать вещи с полок, словно играла в какую-то игру. Её мишенью, конечно же, стал муж. Кубки, куски брони и даже пара мечей — всё «случайно» падало на бедолагу, который продолжал стонать и умолять о прощении.

Наконец, когда какой-то бронзовый бюст с грохотом приземлился мужику на голову и тот блаженно затих, она достала свиток.

— Вот! — торжествующе протянула его. — Это зеркало. Крайне редкая вещь. Привезла из дома в своё время, думала, тут потребуется.

— Сколько? — спросил я без особого энтузиазма.

Изначально-то план был другой. Хотел артефакты для атаки и защиты, чтобы в следующий раз, когда припрётся этот столичный хлыщ со своей подстилкой, измотать их напором. Не верилось, что в такой лавчонке может быть хоть что-то стоящее.

— Я Жаннет фон де Борисская, — выпрямилась женщина, приняв такой величественный вид, что даже пыль в воздухе, казалось, замерла. — По-вашему — княжна. А значит, ты для меня земельный аристократ, как для тебя простолюдин. Никто!

— Простите? — брови сами поползли вверх.

— Ладно... — она махнула рукой с таким видом, словно делала величайшее одолжение.

История её жизни прозвучала, как военный рапорт, — чётко, по существу и без лишних соплей. Род из другой страны, проигранная битва, навязанный брак. Но гордая княжна решила, что такая судьба не для неё. Сбежала, повоевала, помотало её по свету, пока не занесло в эту «дыру», где точно никто не найдёт.

Жила себе спокойно, а потом встретила... Тут она метнула такой взгляд на бесчувственного мужа, что я невольно отступил на шаг… Влюбилась в Эдика. Да вот беда: мужик оказался любителем погулять, а она такое не терпит. Бьёт его регулярно, а тот, слабак, долго восстанавливается.

Часть про то, как муж не справляется с её темпераментом, я бы предпочёл никогда не слышать. Наверное, лицо у меня стало слишком красноречивым, потому что она хмыкнула:

— Что, молодой человек, думаете, женщина в моём возрасте не может иметь... потребностей?

— Витас, а ты как считаешь? — перевёл я вопрос.

— Что? Я? Считаю? Да! Конечно, — закивал он.

Цену за свиток Жанна назначила странную — лечилки лучшего качества. Чтобы, значит, мужа быстрее восстанавливать и снова колотить. А то две недели ждать — это, знаете ли, слишком долго для страстной женщины.

С грустью посмотрел на мужика в бессознательном состоянии. «Ты сам выбрал себе такую жену и продолжаешь делать то, что она не хочет», — мелькнула мысль. Хороший артефакт с одной стороны и частые побои с другой — выбор очевиден.

Передал ей шесть зелий выносливости, столько же восстановления магии и лечилки. Жанночка расплылась в довольной улыбке, как кошка, дорвавшаяся до сметаны.

Она тут же принялась отпаивать мужа. Зелье подействовало быстро: Эдик открыл глаза и уставился на меня затуманенным взглядом.

— Ах! — выдохнул он. — Кто вы?

— Магинский Павел Александрович, — представился я.

— Магинский? — его глаза вдруг прояснились. — А что вы тут делаете? У вас же сегодня собрание родов!

— Что? — внутри всё похолодело.

— Виолетта как раз провожала одного гостя, постояльца. Он торопился, чтобы успеть на собрание, — язык у мужика заплетался.

— Кто это был? — напрягся я.

— Как же там... — он закатил глаза к потолку. — Бочкарёв, кажется. Да, он! Сказал, что сегодня вечером. А потом снова заглянет.

— Так ты был в публичном доме, тварь! — Жанночка одним ударом отправила мужа обратно в страну снов.

— Витас, пойдём! — развернулся я к выходу. — Похоже, Запашный решил отыграться. Нужно успеть на это заседание.

Глава 9

Уже в дверях обернулся. Жанночка склонилась над мужем с зельем в руке и таким выражением лица, что мне стало не по себе.

— Удачи вам... в семейной жизни, — бросил на прощание.

— Заходите ещё, молодой человек, — она подмигнула. — Я уверена, что для вас всегда найдётся что-нибудь полезное.

Выскочил на улицу, оставив за спиной звон колокольчика и приглушённые стоны. М-да, не такого шопинга я ожидал с утра.

— Господин! — Витас смотрел на меня с таким выражением лица, словно мы только что побывали в преисподней.

— Давай не будем это обсуждать? — предложил я.

— Что? Да! — кивнул он с явным облегчением. — Я слышал, хозяйка лавки немного того... Но чтобы так? В Енисейске почти нет артефакторных магазинов, многое из столицы привозят на заказ.

Мы ускорили шаг. В руках я сжимал свиток, полученный практически за бесценок. До сих пор в голове не укладывалось: если он действительно способен отразить атаку Магистра стихий... Вот только есть одна проблема: нужно спровоцировать врага на крайне мощный удар. И, если всё сработает — отлично, а вот ежели нет...

Успокаивало, что я чувствовал в свитке мощную магию, в прошлой жизни таких артефактов не встречал. Как сказала весьма ревнивая хозяйка лавки, для активации нужно просто влить в него силу и сжать в руке.

— Павел Александрович, — Витас семенил рядом. — Может быть, мне с вами?

— Нет, — покачал головой. — Люди, оружие — нам всё это нужно. Поэтому занимайся с Боровом. Денег я сэкономил на артефакте, так что можем себе позволить больше.

— Но как же вы? — не унимался Лейпниш.

— Не думаю, что кто-то захочет там на меня напасть, — соврал я. — В любом случае Запашный решил схитрить. Мол, несколько родов не явились, тогда проведём слушание без них. Хрен ему!

— А где будет собрание?

— Мест не так много, — пожал плечами. — Его особняк или в администрации.

Мы подошли к машине. Рядом с новым водителем никого. Я почесал голову: ждать не буду, мне ещё туда-обратно возвращаться.

— Так, — повернулся к Витасу. — Алхимики на тебе. Ты знаешь, насколько они для меня важны, сам видел. Поэтому за ними глаз да глаз. Купите ещё машин и грузовик и возвращайтесь. На территории сразу начинайте работу. Людей расставь, новеньких — на обучение. Выдай нашим новое оружие. Ну, ты понял.

— А вы точно справитесь? — в его голосе звучала неприкрытая тревога. — Может, хоть кого-то с вами отправить?

— Нет времени, — отрезал я. — Пока соберём всех, пока объясним... Запашный не дурак, наверняка специально так подгадал. Надеется, что не успею.

Сел в машину, и тут же в голове всплыла картина: Жанночка, склонившаяся над мужем с таким выражением лица... Передёрнул плечами от отвращения. Надеюсь, бедолага выживет. Хотя, судя по её словам, он уже давно привык к столь «особому» проявлению супружеской любви.

Развернул свиток, разглядывая странные письмена. Что ж, посмотрим, действительно ли эта штука стоит того, чтобы подвергать мужика таким... испытаниям. Хотя, может, ему это даже нравится? Тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли.

Дал команду водителю выжимать из машины максимум. В ту же минуту колёса взвизгнули по асфальту, и мы понеслись вперёд.

В голове крутились планы на собрание: «Требуховы формально уже мои. Как бы ни хотелось оттягивать момент с Вероникой, но решать придётся. Жизнь новая, а брак всё равно по расчёту, — улыбнулся. — Такова доля аристократа. Хотя, чего скрывать, Вероника — крайне красивая и горячая девушка. С характером немного, но это поправимо…»

Главное сейчас: получить желаемое — все земли аристократов под Енисейском. А дальше нужно наведаться в гости к джунгарам и монголам. Осколки кристаллов должны быть у них.

Нарастить жирку, и можно попробовать отыскать ещё один уже в нашей империи. Неплохо бы понять, сколько их вообще существует, может, найти хоть какую-то инструкцию по работе с ними.

Мысленно уже выиграв сегодняшний спор за земли Зубаровых, переключился на дальнейшие планы. Лес, охота... Что-то я втянулся, давно тварей не убивал. А ещё хочу сходить в серую зону — мне нужны новые компаньоны. Хорошо бы подчинить водяного мишку внушительных размеров или найти свою летающую колбасу.

Да тот же конелев... Вот это я понимаю, тварь! Таких парочку, а лучше десяток — и можно не беспокоиться о землях. Пусть сначала через них пройдут, а потом уже людей подключать. Если хоть что-то останется от войска врагов.

Но как бы я ни мечтал, морозные паучки доказали свою эффективность. Невидимость — их мощнейшее преимущество. Можно брать с собой, управлять на расстоянии, следить за обстановкой. Значит, нужны новые многоглазые «друзья».

Интересно, а если зайти в серую зону поглубже, может, там ещё кто-то интересный найдётся? В книге, которую дал мне Жора, многих тварей не было — выходит, есть и другие виды.

«Да!» — кивнул сам себе. А после серой зоны заглянуть в рудник. Но сначала отправлю туда людей — пусть расчищают завалы.

Взять пару десятков кристаллов, тот же Цветков показал, что они в ходу и за хорошую цену. Получу пятый ранг, а это значит, смогу скопировать ещё одну магию.

На губах заиграла улыбка предвкушения. Понятно, что это всего лишь планы, но я не собираюсь от них отступать. Параллельно избавлюсь от гостей из столицы, потом некромант, и на десерт — Запашный. ..

Тем временем мы уже подъезжали к моим территориям. У ворот, точнее, их подобия, которое успели соорудить, нас быстро пропустили.

Я выскочил из машины, ощущая, как внутри всё звенит от напряжения.

— Не глуши! — бросил водителю. — Сейчас обратно поедем.

Взбежал по ступеням особняка. В холле меня встретили перевёртыши: Маргарита и Симона словно материализовались из воздуха. Взяли привычку от Жоры? Кстати, как там мой друг? Потом…

— Господин, — насторожились сёстры, заметив моё состояние. — Всё в порядке?

— Рабочие моменты, — кивнул в ответ. — Девушек собрать, — бросил команду, — одеть, и чтобы были готовы через пять минут.

— Простите, но это невозможно, — тут же отчеканила Маргарита.

— А? Почему? — развернулся к ней.

— Дамы… — она улыбнулась снисходительно. — Требуется много чего надеть, причесать и другие моменты. Они же аристократки.

— Десять? — попытался торговаться. — Пятнадцать! — сдался от её выразительного взгляда.

После одобрительного кивка влетел по лестнице. Моя комната была закрыта. Отворил замок. На кровати так и лежал сопливый чешуйчатый монстр. Паучки на стенах дрыхли, как после попойки.

Дёрнул за одеяло, и тварь взлетела, шлёпнулась на пол. Сонная морда начала искать обидчика, покачиваясь из стороны в сторону.

— А это чтобы тебе жизнь мёдом не казалась, — улыбнулся я.

Сжал кристалл и приказал сваливать в него. Какая же у мишки была печальная мордочка! Так и читалось: «Хозяин, ну ты чего? Нормально же общались…» Монстр исчез с явной неохотой. Кстати, пока он единственный козырь в рукаве.

Я открыл шкаф, достал новый костюм. Сбросил одежду и через тридцать секунд был готов. В ванной умыл лицо, привёл волосы в порядок — сорок пять секунд.

Ещё пятнадцать ушло на то, чтобы надеть под пиджак ремни для ножей, повесить меч. Свиток и кристалл перекочевали в карманы. А после я занялся переносом оставшихся игл в одежду.

Минута тридцать секунд. Неплохо... Но есть к чему стремиться, воин должен собираться быстрее.

Окинул себя взглядом в зеркале. За это время лицо Павла Магинского изменилось — повзрослело, что ли. Шрамы и царапины придавали более матёрый вид. Если продолжу в таком же ритме, через годик во мне будет сложно узнать земельного аристократа.

Вышел из комнаты и услышал крики и возмущения. Прислушался: Елена... Мало девушке моего воспитания? Нужно было жёстче? Дёрнул щекой и направился к двери.

Распахнул её и застал интересную картину: Зубарова, совершенно голая, носится по комнате от Симоны, которая пытается поймать её с платьем в руках.

— Не буду! Я сказала, не буду, — возмущалась Елена, прыгая через кресло, — пока не поговорю с ним!

— Девочка... — устало выдохнула перевёртыш. — Не заставляй меня делать больно. Поверь, тебе не понравится, а вот я буду только рада!

— Не догонишь! — показала язык Зубарова и метнулась к окну.

— Господин? — повернулась Симона. — Она...

— Оставь нас на минуту, — кивнул на дверь.

Зубарова уставилась на меня с серьёзным видом. Никакого смущения, словно и не стояла сейчас обнажённая. Смотрит прямо в глаза, и в её взгляде читается что-то новое — холодный расчёт вместо привычной спеси.

— Павел Александрович, — поклонилась девушка. Грудь качнулась, но Елена даже не попыталась прикрыться. — Я долго думала.

Снова не ошибся. Ну давай, удиви, что ты там придумала на этот раз. Куда делась та избалованная девица, которая крушила мебель в истерике?

— Вы хотите земли моего рода, — заявила Зубарова тоном опытного переговорщика. — Насколько я понимаю, сейчас оставшиеся слабые роды будут претендовать на территории. Но они никто! Ставленник императора попытается их поджать под себя.

— Продолжай, — кивнул, с интересом наблюдая за этим превращением бабочки в хищницу.

— А для того, чтобы всё прошло спокойно и вы получили земли моего рода, нужно, чтобы они перешли к вам добровольно, — передо мной уже стояла женщина, думающая о своём будущем. В голосе — сталь, во взгляде — решимость.

— Не исключено, — подтвердил, пытаясь понять, к чему она клонит.

— Тогда я готова вам помочь, — выдохнула Зубарова с силой. — Но при условии...

Повисла пауза. Девушка собиралась с духом, а я гадал: «Чего же она хочет? Свободы? Денег, чтобы самой решать свою судьбу? Может, уехать в столицу?»

— Прошу вас, Магинский Павел Александрович, — произнесла Елена с такой твёрдостью в голосе, что я невольно выпрямился. — Возьмите меня в жёны!

— Ха-ха-ха! — раздалось за дверью. Симона, засранка, подслушивает.

Зубарова вспыхнула. Не нагота смущала её, а унижение просить о замужестве. Гордая аристократка, дочь главы рода...

Признаться, я рассматривал такой вариант, но не ожидал, что она сама предложит. Даже интересно, что подтолкнуло её к такому решению?

— Ваш ответ? — в голосе Зубаровой появились стальные нотки.

— Хорошо, — кивнул я.

— Нет! — она подалась вперёд. — Клятва крови! Вы поклянётесь взять меня в жёны, а я поклянусь служить вам и только вам до конца жизни и делать всё, что прикажете.

— Отказываюсь!

В следующий миг девушка метнулась к столу, схватила нож для конвертов и приставила к своему горлу. По белой коже потекла тонкая красная струйка. В глазах читалась такая решимость, что я понял: дурочка не блефует.

— Или так, или... — её рука даже не дрожала, а только сильнее давила на ручку ножа. — Вы будете потом другим способом получать земли моего рода. Уверена, что Запашный сделает всё, чтобы вы...

Чёртова дура продолжала вдавливать лезвие! Сука... Так мной ещё не манипулировали, тем более таким вопросом. Время утекало сквозь пальцы, словно песок.

— Я согласен, — процедил через зубы.

— Сейчас! — в её глазах вспыхнул триумф.

— Нет, мы торопимся, — оборвал Елену. — Даю тебе слово аристократа, что после совета принесём клятву крови.

— Хорошо, — она выдернула нож из горла с таким видом, будто только что выиграла главный приз в лотерею.

Что ж, похоже, у меня появилась ещё одна проблема. Хотя... Может, и к лучшему? По крайней мере, теперь я точно знаю: эта девушка не промах. За внешностью избалованной аристократки скрываются острый ум и стальная воля.

— Симона! — рявкнул я.

Перевёртыш влетела в комнату с довольной улыбкой. Остановилась рядом и склонила голову.

— Хозяин, вы нечто... — шепнула она, чуть касаясь моего плеча. — Девушки сами на вас бросаются. От этого становитесь ещё более желанным.

— У тебя семь минут, чтобы Елена выглядела хорошо. И рану перевяжите чем-нибудь.

Вышел, спустился во двор, сел в машину. Ровно через семь минут появились девушки. Вероника — в изумрудном платье, подчёркивающем её роскошные формы. Рыжие волосы уложены в замысловатую причёску, украшенную жемчугом.

Елена — в платье цвета морской волны, тоже из гардероба Требуховой. Светлые локоны собраны в высокий пучок. На шее тонкий шёлковый шарф, скрывающий ранку.

К нам подъехал ещё один автомобиль. Оттуда выскочил Сергей Геннадьевич Требухов. Взволнованный, с растрёпанными рыжими волосами.

— Павел Александрович, — обратился он, кивнув дочери. — Я узнал, что через час состоится собрание аристократов по вопросу земель Зубаровых. Запашный собрал остальных, меня не пригласили. А? — его брови взлетели вверх, когда он заметил Елену. — Елена Вячеславовна Зубарова у вас?

— Как видите, — пожал плечами.

— Отлично! Это отлично! — расплылся в улыбке мужик и подмигнул мне с таким видом, будто мы с ним провернули гениальную аферу. — В администрацию.

— Едем! — скомандовал водителю.

Машина снова рванула в город. Девушки первое время сверлили друг друга взглядами. Вероника вопросительно смотрела на меня, будто спрашивая, почему я согласился на условия Елены. А Зубарова довольная, с торжествующей улыбкой.

В голове прокручивал варианты речи и возможные ходы Запашного. В словесных баталиях я ему точно могу дать фору. Не зря же столько переговоров и совещаний провёл в прошлой жизни.

Хорошо, что место известно. А ведь особняк урода в другой стороне. Поехали бы туда сначала и потеряли бы время.

Машина подкатила к администрации. Требухов выскочил из своего автомобиля, подлетел к нам.

— Вы позволите мне сопроводить дочь? — спросил он.

— Да, — кивнул в ответ. — Можете ещё и Елену взять, так вопросов будет меньше.

— Хорошо, — согласился Сергей Геннадьевич.

На лице Вероники промелькнула тень недовольства, но выбора у неё не было. Пусть думают, что Зубарова гостила у Требуховых, — это спутает карты.

— Жди нас тут, — бросил водителю.

У самого входа в администрацию меня перехватила фигура в плаще с капюшоном. Движения механические, чёткие — как у заводной куклы. Снова? Некромант успел создать новую? Сука!

Только что он тут делает? Урод хотел, чтобы я убил Запашного, а теперь мешает? Или... В голову закралась неприятная мысль: «Неужели всё было игрой?»

Магия потекла по моим каналам, ладонь легла на рукоять меча. И тут капюшон откинулся: передо мной стоял Серёжа, слуга ставленника императора. Его лысая голова блестела в лучах солнца, на бледном лице застыла кривая ухмылка.

— Павел Александрович! — оскалился он. — Сколько лет, сколько зим?

— Что тебе нужно? — сжал я рукоять сильнее.

— Вы... — произнёс ублюдок и резко дёрнулся ко мне.

Я успел выхватить меч, почти достал его мерзкую рожу, но урод растаял в воздухе и возник за спиной. Что-то острое вонзилось между моих рёбер.

— Ах! — вырвалось против воли.

Грязная магия некроманта начала растекаться по венам чёрным ядом.

— Тварь... — прошипел Серёжа на ухо. — Ты уничтожил мою игрушку. А она ведь была первая. Знаешь, как это важно для меня? А?

Его пальцы погрузились глубже в спину, выкручивая что-то внутри.

— Это как первая жена или женщина. Я столько времени потратил на её создание, а ты отнял её у меня. Где его сердце, ублюдок?

Развернул руку, и меч рассёк воздух там, где только что было его лицо. Урод снова исчез. Сука... В голове наконец-то сложился пазл. Значит, лысая тварь и есть некромант? А всё это было игрой? Запашный, хитрая собака сутулая!

Та сценка с куклой, убивающей слугу... Она была настоящей. Просто Серёжа — тварь-некромант, вот он и не сдох. Всё должно было выглядеть так, будто действует независимый игрок. Сначала хотели меня убить, и потом, когда не получилось подчинить… Даже уважение проснулось к Запашному — молодец, хорошо разыграл партию.

Серёжа материализовался передо мной. Его бледное лицо исказила гримаса безумной радости, глаза горели нездоровым блеском.

— Если бы не хозяин, я бы тебя давно убил! — выплюнул он. — Моя игрушка... Ты её сломал.

— Да мне плевать! — улыбнулся я.

— Зря. Мой хозяин очень сильный. Учитель дал тебе возможность показать себя и решить твои проблемы, но ты ударил по его руке. А вот выполнил бы приказ — жил бы спокойно.

Учитель? Что-то я не понял. Насколько знаю, у некромантов учителя тоже некроманты. Неужели у ставленника императора две магии?

— Он хочет с тобой поговорить, — заявил Серёжа.

— Ну так я уже иду к нему, — хмыкнул в ответ.

— Привет, Магинский! — раздался голос за спиной.

— Вот мой учитель, — гордо заявил слуга и склонился в поклоне.

— Ты? — поднял я брови. — Да ладно?..