Двойник Короля 3

Глава 1

Я медленно оглядел кабинет, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Недавние события мелькали перед глазами, как кадры из фильма. Сергей, пронзённый клинком... Его кровь на асфальте... Жуткая тварь с головой Керасова, её противоестественные движения... Женские руки на мужском теле... И этот леденящий душу смех.

Встряхнул головой, но видения не желали отступать. Битва… Была она реальной или нет? Слишком чёткие детали, слишком яркие ощущения. Даже сейчас чувствовал фантомную боль в ноге, где когти твари оставили след.

Как я вообще здесь оказался? Вырубили по дороге? Маловероятно — с моей реакцией это сложно провернуть. В висках заныло от внезапной догадки: «Ментальная магия?»

Я прислушался к источнику внутри. Ядро беспокойно колыхалось, словно живое существо, пытающееся что-то сказать. Магия, влиявшая на меня, ещё оставалась в источнике. Теперь главный вопрос: это следы некромантии или ментального воздействия?

«Вот бы ты говорить могло...» — мысленно обратился к источнику, вспоминая, как раньше различал характер чужой магии. Вся проблема в том, что в прошлой жизни я не сталкивался с такими видами.

Взгляд снова упал на Сергея. Это ключевой момент: если бы битва была реальной, его бы смертельно ранили. Я своими глазами видел, как клинок пробил грудь насквозь, как он истекал кровью на дороге. И вот стоит здесь как ни в чём не бывало.

Либо это действительно ментальное воздействие, либо... В памяти всплыла сцена в переулке, когда слугу задела тень некроманта. Тогда он тоже быстро оправился. Может ли быть, что Серёжа — ещё одна кукла, а там мне показали представление?

— Магинский! — рявкнул Запашный в ярости, вырвав меня из размышлений.

Сергей уже суетился рядом, вливая в хозяина какие-то зелья. Его движения были слишком плавными, неестественными — как у той твари на дороге.

— Слушаю, — я придал лицу такое же бесстрастное выражение, как у слуги.

— Мы договорились? — процедил сквозь зубы ставленник императора.

— Не уверен... — хмыкнул, отмечая, как дёрнулся уголок рта у лысого.

— Ты издеваешься надо мной? — Запашный до хруста сжал подлокотники. Иглы в его лице едва заметно шевельнулись. — Ты отзываешь все свои писульки. Обращаешься в СБИ и всё сваливаешь на Зубаровых. За это я дам тебе двести тысяч рублей.

Интересное предложение. Вот только слишком простое для такого хитрого человека. Где же подвох?

— Хм... — поднял взгляд к потолку, словно размышляя. — Думаю, что я... согласен!

— Наконец-то! — выдохнул Запашный. В его глазах мелькнуло торжество.

— Согласен со своими условиями! — оборвал ставленника императора. — Полмиллиона. Это раз! Насчёт того, что во всём виноваты Зубаровы... Даже не знаю. Если к этому добавить магический кристалл, то, возможно, я бы пошёл на уступки и защитил вас.

Лицо Запашного покрылось красными пятнами, на шее вздулись вены. Он пыхтел, как паровоз на подъёме, но... в его глазах не было удивления от названной суммы. Словно повытчик ожидал чего-то подобного. А вот Сергей еле сдерживал улыбку. Уголки его бледных губ едва заметно подрагивали, как у хищника перед прыжком.

— Откуда у меня, простого слуги императора, кристалл? Они все подотчётны, — выдавил Запашный.

Вот оно что... Сумма его не смущает — значит, готов был заплатить и больше. Деньги — не проблема для «простого слуги». Любопытно.

Я-то ждал ловушку где-нибудь по дороге — засаду, нападение, попытку убийства. А оказаться перед Запашным и торговаться... крайне странно. Что-то здесь не сходится.

— Уверен, вы сможете найти что-нибудь, — улыбнулся. — Ну, или я пошёл?

Повисла тяжёлая пауза. Запашный буравил меня взглядом, пока слуга извлекал иглы из щеки. Они со звоном падали на отполированную поверхность стола. Зелья, которыми его напоили, похоже, ослабили действие яда. Видимого эффекта нет, но, надеюсь, отрава уже проникла глубже, делая свою работу.

— Серёжа, — дёрнул щекой ставленник императора. — Принеси деньги и кристалл.

Слуга застыл, убрал руки от хозяина и отвесил церемонный поклон. Мы остались в кабинете вдвоём. Во взгляде Запашного читалась странная смесь эмоций — ненависть и злость переплетались с плохо скрытым интересом.

Что бы здесь ни произошло, я их явно зацепил. Семён Владимирович оказался куда опаснее, чем я предполагал. По какой-то причине он решил меня не убивать. Хотя, возможно, и пытался, просто не вышло.

Моё же желание прикончить эту тварь росло с каждой секундой. Сейчас у нас временное перемирие, но стоит ему только разобраться со своими проблемами — ударит как можно сильнее.

Что же его так напугало? Мои угрозы? Или Служба безопасности империи? Запашный не тот человек, кто станет договариваться просто так. И сейчас я уже придумывал план, как уничтожить его первым.

В кабинете густо пахло женскими духами и сексом. Если бы эти тяжёлые шторы хоть иногда открывали, запах бы выветрился. Я рассматривал обстановку, пытаясь вспомнить, как очнулся в комнате, и взгляд невольно зацепился за рыжий волос на ковре.

Так и подмывало спросить, как я здесь оказался. Но это означало бы раскрыть свою уязвимость, показать провал в памяти. Не будь у меня опыта прошлой жизни, так бы и поступил. А пока подыграю немного. Пусть думают, что у них получилось, что бы они ни пытались сделать.

Вернулся Сергей с кожаной сумкой и резной шкатулкой в руках. Положил передо мной.

— Вот! — Запашный махнул рукой. — Забирай, и я надеюсь, что в ближайшие дни твои слова и показания изменятся. Не советую со мной играть.

— Конечно, — встал я и открыл шкатулку.

Внутри лежал кристалл размером с теннисный мяч. Его грани переливались всеми цветами радуги. От камня исходили волны чистой силы. Они покалывали кожу, как электрические разряды. Когда я коснулся кристалла, источник внутри встрепенулся, будто голодный зверь. Ядро заворочалось, жадно впитывая энергию, исходящую от камня. По каналам потекла энергия.

— Устраивает? — в голосе Запашного прозвучала едва уловимая насмешка.

— Более чем, — кивнул я, пряча кристалл обратно в шкатулку.

— Деньги пересчитывать не будешь? — на лице повытчика мелькнула хищная улыбка.

— Вы же серьёзный человек, — состроил я невинный вид. — Уверен, что там всё чётко, — сделал паузу. — Если не будет хотя бы рубля, то сделка сорвётся.

— Благодарю, что вы, Павел Александрович, посетили мой особняк! — кивнул ставленник императора. — Надеюсь, наши с вами недомолвки решены.

— Я тоже надеюсь, — подхватил сумку и коробку.

— Серёжа вас проводит, — бросил Запашный мне вслед.

Мы вышли со слугой. Я невольно замедлил шаг, разглядывая убранство дома. Хрустальная люстра под потолком отбрасывала радужные блики на мраморные стены. Ступени лестницы устилал персидский ковёр, его ворс пружинил под ногами. На площадках замерли античные статуи, их белый мрамор контрастировал с тёмным деревом панелей.

Картины в тяжёлых золочёных рамах следили за каждым шагом. Полотна мерцали под стеклом: батальные сцены, портреты императорской семьи, пейзажи далёких стран. У парадной двери массивные колонны подпирали расписной потолок, фрески изображали сцены из древних легенд. Вот и выход из особняка.

На улице меня ждал знакомый тёмно-синий автомобиль.

— Спасибо! — Сергей отвесил глубокий поклон, его лысина блеснула в лучах заходящего солнца. — Вы отличный собеседник.

В голосе слуги сквозила издёвка, но я не обращал внимания. Забрался в машину. За рулём сидел уже другой водитель, как я и предполагал. Крепкий мужчина средних лет, руки в мозолях от оружия. Явно не простой шофёр — костюм с иголочки, да и магический источник у него есть.

— Господин, вас домой? — спросил мужик, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида.

— Да, — кивнул я. — Именно туда.

Мотор заурчал, и машина тронулась. Ядро в груди беспокойно трепетало от недавнего магического воздействия.

Мне хватило опыта с Лампой и подарком Жоры. Всё ещё не могу забыть, как алхимик поглотил мой кристалл в одно мгновение. Нужно переходить на новый уровень, и ждать я не намерен. Достал камешек, сжал в ладони. Он приятно холодил кожу.

Потянул энергию в себя, такую знакомую, плотную, мощную. Не чета той манапыли, которую использовал раньше. От каждой волны силы по телу пробегали мурашки. Этого кристалла точно хватит для третьего уровня.

Губы сами растянулись в улыбке. Скоро я смогу скопировать вторую магию, и тогда...

Нужен только подходящий соперник. С этим проблем не будет — могу выбрать кого-то из своих людей. Хотя нет! Лучше взять магию на дуэли с Зубаровым. После того, как на них спустят всех собак, они наверняка захотят быстрее провести поединок и избавиться от меня. Глупцы сами полезут в ловушку.

Именно поэтому я и согласился на условия Запашного. Всё, что он строил годами, теперь рушится, как карточный домик. Прикормленные роды отворачиваются один за другим. Требуховы уже мои, и не просто под контролем, а с кровными узами через скорый брак. Зубаровы тоже встанут против ставленника императора. Деваться им будет некуда. Идеально...

Дом лучше ломать с фундамента, а фундамент — это земельные аристократы. Как только они отвернутся от Семёна Владимировича, останется только раздавить его самого. Интересно, поймёт ли он, что сам дал мне в руки все инструменты для своего уничтожения? А когда разберусь с остальными мелкими родами…Енисейск будет моим! От прежней власти останутся только воспоминания.

Энергия втягивалась в тело мощным потоком. Источник пульсировал всё сильнее, каналы расширялись до предела. Каждую клетку тела покалывало от переполняющей силы. Ядро увеличилось, и громкий хлопок заставил меня оскалиться. В груди разлилось приятное тепло. Ещё одна ячейка для магии готова.

Уже собирался откинуться на сиденье и насладиться дорогой, как внутри запустились незнакомые процессы. Источник словно обезумел. Начал вибрировать, пульсировать, выкачивая что-то из пространства вокруг. Не может быть... Да такого никогда не было! Он сам стал копировать магию, без моего контроля. А выбрать может только из того, что на меня уже действовало.

Твою мать! Нет! Нет! Стой. Я сам выберу! Не хватало ещё подцепить какую-нибудь дрянь. «Некромантия…» — от этой мысли по спине пробежал холодок. Трупы — точно не моё.

***

Запашный после того, как ушёл Магинский

Мужчина сидел и разглядывал своё лицо в позолоченном зеркале. Дырки от игл пульсировали болью, портя его холёную внешность. Ставленник императора всегда гордился своей красотой. Ухоженная борода, правильные черты лица. А теперь...

— Иглокрот? — задумчиво произнёс он, рассматривая зеленоватые шипы на столе. — Странный выбор.

— Семён Владимирович, — в кабинет бесшумно скользнул слуга, только что проводивший гостя. — Что произошло?

— Ничего! — голос Запашного звенел от сдерживаемой ярости.

— У вас не получилось? — Сергей подался вперёд. — Но как так? Ведь сопляк всего на втором уровне, а у вас пятый. Не может быть, чтобы вы не справились...

— Заткнись! Закрой свой рот! Ты совсем уже обнаглел? Да я тебя!.. — взревел Запашный, вскакивая с кресла.

Лысый слуга сжался, изображая страх и трепет, хотя в глубине бесцветных глаз плясали искры злорадства.

Хозяин особняка тяжело дышал, не отрывая взгляда от бутылки коньяка. Рука сама тянулась к хрустальному графину. «Нет!» — оборвал он себя мысленно. Семён Владимирович не мог, не хотел признавать поражение.

То, чем он так гордился, — его уникальная сила, проложившая путь наверх, — дала сбой. Такого не случалось... никогда! Ментальная магия открыла двери в высшее общество, сделала его тем, кто он есть. А тут какой-то сопляк просто взял и справился с ней.

— Почему ты не убил Магинского по дороге, как мы договаривались? — процедил Запашный сквозь стиснутые зубы.

— Я пытался, — голос слуги упал до писка. — Мы остановились по центру. Сделал так, что сломалась машина. Он вылез, и я напал. Кто же знал, что Магинский так силён? Его движения... Я не мог их прочитать. Реакция, приёмы — словно парня во дворце империи тренировали. А как он клинком владеет, да ещё из когтя водяного медведя... — Серёжа перевёл дыхание. — Он меня вообще-то чуть не убил!

Слуга задрал рубашку, демонстрируя уже затянувшуюся рану на животе.

— Если бы не зелья, которые вы купили, я бы умер. Могу вам сказать: отличное качество, эталонка первого уровня творит чудеса, — добавил лысый с плохо скрытым сарказмом.

— Вот и я хочу у тебя узнать, как ты, находясь на четвёртом уровне, не справился со вторым? — попытался съязвить ставленник императора. А потом задумался: «Где Ярослав смог так обучить сопляка? Денег на лучших тренеров империи нет даже у элиты столицы. А тут, в этой дыре... Что-то здесь не так».

— Если бы не наши люди, напавшие на него... — начал Серёжа.

— Десять человек! — оборвал Семён Владимирович. — Столько мы потеряли. Если бы не твоя пространственная магия и перенос сюда, то... С твоим трупом на руках.

— Но я всё равно не понимаю, — слуга позволил себе едва заметную улыбку. — Ваша сила... Даже император её оценил. А тут он…

— Пошёл вон! — взмахнул рукой Запашный.

Эти вопросы и так сводили его с ума. Когда Сергей вышел, ставленник императора всё-таки сдался и налил себе коньяка.

— Павел-Павел... — прошептал лысый за дверью, доставая из пиджака человеческую кость. — Вот зачем ты мне сломал куклу? Я её так долго собирал, напитывал энергией. А ты всё разрушил... Плохой Магинский, плохой!

Его пальцы любовно поглаживали кость.

— Ничего... У меня есть кое-какие детали. Оставшиеся я заберу у тебя, Магинский! — зубы слуги скрипнули от предвкушения.

Запашный встал и рывком раздвинул шторы. Свет заходящего солнца ударил в глаза, заставив поморщиться. Всё внутри клокотало от бессильной ярости. Его ментальная магия, всегда безотказная, почему-то не сработала на мальчишке. Ещё и слуга облажался.

Вся надежда была на то, что он сотрёт Павлу часть памяти и сделает своей марионеткой, как когда-то с Елизаветой. «Послушный Магинский» — как сладко звучало бы это.

Семён Владимирович готовился тщательно. Артефакты для усиления магии, магический кристалл, сложнейший ритуал, требующий огромных затрат. И всё впустую! В груди шевельнулось давно забытое чувство поражения.

Магический источник Павла был каким-то неправильным. Каждый раз, когда Запашный пытался его схватить и подавить, тот растекался, как дым. Силы большого кристалла хватило только на попытки удержать его, но и это не помогло.

Пришлось прервать ритуал, когда Магинский начал приходить в себя.

— Маленький гадёныш! — процедил ставленник императора, касаясь пульсирующей щеки. — Тварь!

По крайней мере, сопляк не понял, что произошло. Запашный успел внедрить ему в голову картинку прибытия и переговоров. Но и тут Павел удивил — вдруг полностью вернул контроль над разумом, потребовал больше денег. Хотя это не проблема, Семён Владимирович взял с Зубаровых целый миллион на улаживание проблем.

А вот с кристаллом Магинский крупно просчитался. Ставленник императора подал знак Серёже принести бракованный. Такие редко попадаются, раньше встречались только на руднике Магинских. Обратный, как его называют знающие люди.

Сначала он даёт силу, а потом высасывает её обратно. И человек не только не переходит на новый уровень, но и скатывается вниз. Павел сам себе вырыл могилу своими руками.

— Думал, что станешь сильнее? — рассмеялся Запашный, поднимая бокал к свету. — Сюрприз!

***

Друзья! Обязательно поддержите книгу лайком и комментарием. Это важно для ее продвижения. Буду крайне благодарен за вашу помощь. Переходите сюда и действуйте.

https://author.today/work/400910

***

Глава 2

Я изо всех сил сдерживал взбесившийся источник. Энергия носилась внутри, как ураган. Каналы швыряли её туда-сюда не в силах удержать. Что за чертовщина? Кристалл пытается высосать из меня магию?

С трудом разжал сведённые судорогой пальцы и отшвырнул камень.

— Господин, с вами всё в порядке? — водитель бросил на меня обеспокоенный взгляд, посмотрев в зеркало заднего вида.

— Да-а-а! — процедил сквозь стиснутые зубы. — В туалет хочу...

— Осталось недолго, скоро будем у вас, — хмыкнул мужик.

А в это время внутри меня бушевал настоящий хаос. Ядро расползлось от груди до живота, пульсируя и дёргаясь, словно живое существо. Я скрипел зубами, пытаясь удержать контроль. Источник, будто издеваясь, всё норовил скопировать какую-то чужую магию.

Картинка за окном расплывалась мутными пятнами. Я впился ногтями в ладони до крови. «Давай, дружище. Справляйся... Не знаю, что там внутри творится, но ты должен! Не подведи меня...»

Машина остановилась. Мигом схватил сумку, швырнул кристалл в шкатулку и вывалился наружу. У крыльца меня уже ждал Витас с людьми.

— Вы вернулись, Павел Александрович! — просиял Лейпниш.

— Угу, — выдавил сквозь зубы, чувствуя, как пот заливает спину.

Автомобиль Запашного развернулся. Я же держался из последних сил — хрен покажу слабость водителю. Чтобы он потом передал ставленнику императора? Ну уж нет.

Как только машина скрылась за воротами, мои ноги подкосились.

— Господин! — Витас едва успел подхватить. — Что с вами? Вас отравили? Напали?

— Отведи меня в комнату, — прохрипел я. — Сумку и шкатулку возьмите.

Повис на руках Лейпниша и Медведя. Моё состояние не укрылось от их встревоженных взглядов.

— Не нужно было мешать водку и пиво! — крикнул, чтобы успокоить людей. Первое, что пришло в голову.

В висках стучало, особняк плыл перед глазами. Слуги метались вокруг, как испуганные птицы. Жора командовал принести зелья и горячую воду, его голос доносился словно сквозь вату.

На лестнице мы столкнулись с Ольгой. Девушка побледнела, увидев меня, но сил на объяснения ещё и для неё не осталось.

Наконец, моя комната. Сумка с деньгами глухо стукнула у двери, шкатулка легла на стол. Меня расположили на кровати.

Не успел коснуться подушки, как в рот полилось что-то горькое... Кажется, зелье восстановления магии. Вкус хвои обжёг горло теплом. Я перестал сдерживать источник. Твою мать!

— Выйти! Быстро свалили на хрен отсюда! — выдавил из последних сил.

Мужики и слуги вылетели за дверь. Энергия вырвалась наружу зелёными волнами, расходясь по комнате. Стены темнели на глазах, превращаясь в чёрное месиво. Что за?.. Из носа хлынула кровь — зелёная, светящаяся в полумраке.

Я схватил флаконы с лечением и восстановлением магии, опрокинул в себя залпом. О-о-о-о! Какая мерзость! Челюсть свело судорогой, едва смог разжать, чтобы глотнуть воздуха. И вдруг рухнул на подушку.

Сука... Попытался обуздать взбесившийся источник. Внутри творился такой бардак, что впору было начать… Я сжал ядро силой воли, заморозил бушующую энергию. В глазах потемнело.

Давай! Да! Да!.. Получилось — весь этот хаос застыл, подчинившись мне.

Я выдохнул, и мысли хлынули потоком. Первое, что осознал: энергии слишком много. Больше, чем мог дать один кристалл. Ядро захлёбывалось силой, каналы трещали по швам. То, о чём говорил и что передал Запашный, на такое точно не способно.

За фактами постепенно проступала неприятная правда. Запашный, усиливавший меня во время отключки? Бред. Но всё указывало на то, что я уже поглотил как минимум ещё один кристалл.

С этим разберусь позже. Сейчас важнее подарок ставленника императора — никогда не видел ничего подобного. Проклятый камень пытался высосать мою силу обратно, словно гигантская пиявка. Даже с опытом прошлой жизни я не могу понять, что творится внутри. Слишком много энергии бурлит в каналах, и, если её вернуть... От одной мысли по телу пробежала дрожь.

Самопроизвольное копирование магии я заморозил, но именно это наводило на странные выводы. Может, Запашный действительно пытался меня усилить? Если кристалл был достаточно мощным, и в момент, близкий к переходу, на меня воздействовали магией... Такое могло сработать. Хотя зачем ему это? Что получится скопировать?

Я перебирал возможные варианты, и каждый нравился мне меньше предыдущего. Земляная магия Требухова слабовата, да и было давно. Так что вряд ли. Яд из шариков? Кровная магия наёмников — мерзость та ещё. И самое отвратительное — некромантия. При мысли о ней к горлу подкатила тошнота. Хотя... У тени была магия пространства. Вот от такой я бы не отказался, с ней можно развернуться.

Вспомнил ощущения, которые испытал, находясь в кабинете Запашного. Давление на голову, путающиеся мысли, словно в тумане. Точно такое же было в поединке с Димой. Наконец, мой мозг уже начал выстраивать логическую цепочку, и от каждого нового вывода холодело внутри.

На меня воздействовали магией, и, судя по схожему эффекту... Во рту появился привкус желчи. Запашный, сука! Кажется, я понял его силу и причину высокой должности. Мыслеклюй — ментальный маг. Теперь все его действия обрели новый смысл.

Губы растянулись в вымученной улыбке. Дрозд будет доволен, ведь у нас полный букет. Некромант, кровные маги, теперь ещё и ментальный. Вот только что ставленник императора с такими возможностями забыл в этой дыре? Снова мысли вернулись к руднику, царапая сознание. Значит, есть что-то важное для императора, о чём я не знаю. Что-то настолько ценное, раз сюда отправили весьма полезного мага.

Факты складывались, как кусочки мозаики, вырисовывая неприятную картину. План Запашного был прост: убить меня без свидетелей! Нет... То видение — вымысел, с моим сознанием игрались.

Выходит, ставленник императора сейчас напуган, раз пытался заставить меня договориться. Ещё одна зацепка — найти источник этого страха и надавить сильнее. Что может пугать мага такого уровня? Что-то связанное с рудником? Или с императором?

— Бред! — выдохнул я в потолок, чувствуя, как пульсирует жилка на виске.

Зачем внушать картину битвы с тенью? Проще было бы так: добрался, поговорили, и всё остальное. Если только... В голове забрезжила новая догадка. В висках наконец перестало пульсировать, теперь могу мыслить яснее. Что-то здесь явно нечисто, и я намерен докопаться до правды.

— Павел! — позвал чей-то голос в комнате.

Я приоткрыл глаза. Рядом с кроватью сидела Ольга. Даже не заметил, как она пробралась сюда. Девушка расположилась на полу, вытирая пот с моего лба прохладным полотенцем. Её волосы щекотали мне щеку.

— Что ты тут делаешь?

— Пришла позаботиться, — в голосе девушки звучало искреннее беспокойство. — Когда я вас увидела, подумала, что вы ранены.

— Всё в порядке. Просто несварение, — дёрнул щекой, пытаясь отстраниться. — Можешь идти.

— А... я... хочу остаться, — слова вырвались словно против воли. — Простите!

Закрыл глаза. Женщины... Всегда всё усложняют.

— Вы правда скоро женитесь? — в голосе Ольги прозвучала плохо скрытая боль.

— Замок... Большой... Такой, чтобы если закрывался, никто не мог зайти, — пробормотал, надеясь перевести тему.

— Понятно... — когда открыл глаза, на её лице застыла такая горечь, что защемило сердце. — Наивная, глупая. Кто я и кто вы. Даже ваш слуга лучше меня в алхимии.

Она влила мне в рот лечебное зелье, снова промокнула лоб. Новое зелёное платье с глубоким вырезом подчёркивало её фигуру. Бретельки бежевого кружевного белья предательски выглядывали из-под ткани.

— Мой отец вернулся с вашего задания, — голос девушки стал официальным, холодным, словно ледяная корка. — Продали зелье за полмиллиона рублей.

— Хорошо, — кивнул я, чувствуя, как она пытается спрятать свои чувства за деловым тоном.

— Когда он... — Ольга выплюнула следующее слово. — Увидел Борова, то даже разговаривать стал вежливо с моим отцом и не смотрел на меня. А недавно обещал изнасиловать. Тварь!

— Ты под моей защитой, — собрался с силами, пытаясь сесть.

Через несколько часов мне кровь из носу нужно выйти с братьями на рудник. Плана, как попасть туда, до сих пор нет, а я тут разбираюсь с девичьими страданиями.

— А эта... Люська, — уголки губ Ольги дёрнулись, в голосе прозвучала плохо скрытая ревность. — Она килограммов сто с лишним. Но толстой не назвать. Очень крепкие руки, как у Медведя. Крайне яркая дама.

— Представляю, — невольно усмехнулся, рисуя в голове образ женщины-богатыря.

— Когда мы вернулись, Боров всем заявил, что это его женщина. И чтобы никто к ней не подходил, — девушка помолчала, теребя край платья. — Медведь решил пошутить над красотой Люськи. Теперь у него разбит нос.

— Павел! — дверь распахнулась с грохотом, и на пороге возникла Вероника.

Требухова окинула Ольгу таким взглядом, словно та была грязью на её туфлях. От прежней беспомощной девушки, которую я спас в лесу, не осталось и следа.

— Кто это? — в голосе Вероники прозвучала властная нотка избалованной аристократки.

— Выйди из моей комнаты! — приподнялся на локте, чувствуя, как внутри снова начинает бурлить хаос.

— Я? — она выпятила грудь, словно павлин перья. — Я Вероника Требухова, земельная аристократка! И ты мой будущий муж. Не смей так со мной говорить! А ты пошла вон отсюда, дешёвая подстилка!

Ольга открыла рот и захлопала глазами, как ребёнок, которого ударили. Вероника метнулась вперёд змеёй, вцепившись в светлые волосы Смирновой. Дёрнула на себя с такой злостью, словно хотела выдрать их с корнем.

— Выметайся из комнаты моего будущего мужа. Ему больше не нужны твои услуги! — лицо истеричной дамы исказилось от ярости.

Ольга только схватилась за голову, из глаз брызнули слёзы. Она смотрела на меня с такой мольбой, что внутри всё перевернулось.

Ни минуты покоя! И ведь знал, что эта идея со свадьбой выйдет боком…

Преодолевая слабость, поднялся с кровати. Перехватил руку Требуховой, надавил на запястье. Она разжала пальцы с тихим вскриком. Ольга упала, но Вероника уже занесла ногу для удара. Дёрнул её в сторону, заставляя отшатнуться.

— Ты! — в глазах Требуховой плескалось неверие. — Защищаешь подстилку? Она же никто! Просто девка. Хочешь, я дам тебе своих служанок? Они хоть воспитаны и девственницы, не то что эта белокурая дрянь!

Ольга рыдала, закрыв лицо руками. Её плечи тряслись, и каждый всхлип отдавался у меня в висках.

В этот момент в комнате появился Жора. Слуга окинул ситуацию цепким взглядом, его лицо на миг дрогнуло.

— Я же вам сказал, Вероника Сергеевна, что Павел Александрович плохо себя чувствует! — в голосе Георгия прорезалась сталь.

— Вижу... — она выглянула из-за плеча, губы скривились в презрительной усмешке. — Ты только посмотри! Я тут рядом, а он кувыркается с дешёвкой! Да после того, что было... Ты меня видел голой, трогал. И тебе не понравилось?

Ольга при этих словах зарыдала ещё громче, сжавшись в комок на полу. В её всхлипах слышалась такая боль.

— Жора, выведи её отсюда! — процедил сквозь зубы, с трудом сдерживая бушующий внутри хаос. — Запри в комнате со служанками и не выпускай. Узнаю — казню!

— Да, господин! — кивнул слуга и попытался подтолкнуть Веронику к выходу.

Хлопок. Ещё один. Голова Жоры мотнулась сначала в одну сторону, потом в другую от пощёчин. Его идеально уложенные волосы растрепались, но лицо осталось таким же бесстрастным. Он, не обращая внимания на случившееся, методично пытался вывести девушку.

Следующий удар я перехватил. Сжал её запястье и влепил лёгкую пощёчину. Вероника завыла в унисон с Ольгой, на бледной щеке расцвёл алый след.

— Слушай сюда! — дёрнул её за руку, заставляя смотреть в глаза. — Это мои люди! Ты поняла? Их никто не смеет трогать! Никогда! Это мой дом. Если что не устраивает — вали! С твоего отца я взыщу долги!

— Павел Александрович, — повернулся ко мне Жора. — Госпоже будет опасно дома.

— Не мои проблемы! Видимо, Вероника забыла, где она, как сюда попала и чего мне это стоило, — рыкнул. — Нужно было оставить её там. Пусть бы Зубаровы развлекались.

Требухова рухнула на колени. Синее платье задралось, обнажив стройные ноги и кружевную кромку белья. Вся спесь слетела с неё в один миг.

— Нет! Я прошу! Не надо! — она захлёбывалась словами, вся дрожа. Лицо девушки, только что надменное, исказил животный страх. — Меня...

— Скоро Требуховых не станет, — холодно отрезал я. — Если хочешь оставаться тут, соблюдай правила и мои приказы. Будешь сидеть в комнате, пока я не решу! А сейчас быстро извинилась перед Георгием и Ольгой.

— Я... — она подняла глаза, полные ужаса.

Уж не знаю, что там ей сказал отец, но домой она явно не рвалась. Впрочем, такое поведение я терпеть не собираюсь.

— Геор-гий, — запнулась Требухова, словно каждое слово давалось ей с болью. — Простите меня!

Лицо девушки покрылось красными пятнами. Для земельной аристократки извиняться перед слугой — хуже смерти.

— Ты! — она перевела взгляд на Смирнову и осеклась.

— Ольга Игоревна! — подсказал я, глядя, как та бледнеет ещё сильнее.

— Ольга... Игоревна... Простите меня! Я была не права! — губы Вероники тряслись, из глаз катились слёзы унижения.

— Свободна! — махнул рукой. — Жора, сопроводи её.

Слуга помог Требуховой подняться. Разорванное спереди платье обнажало нижнее белье. Она пыталась прикрыться, пятясь к двери.

Твою мать... Может, и правда построить особняк рядом? Тихо, спокойно, без этих женских страстей.

Перевёл взгляд на рыдающую Ольгу. Покачал головой, подхватил её за подмышки. В следующий миг она повисла на моей шее.

Всхлипы сотрясали тело, слёзы впитывались в куртку. От рыдающей девушки пахло травами и чем-то сладким.

— Тише, — погладил по мягким волосам. — Тише. Всё в порядке.

Заплаканное лицо поднялось ко мне, и вдруг её губы прижались к моим. Соль слёз смешалась со сладостью поцелуя.

— Ты защитил меня перед своей будущей женой, — прошептала она с такой надеждой, что внутри что-то дрогнуло. — Значит... У меня ещё есть шанс!

Она отпрянула и выскочила из комнаты, оставив меня стоять с открытым ртом. Женская логика в который раз ускользала от моего понимания. Я тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли.

А с Вероникой вышло неплохо. Сначала воспитаем девушку, потом можно думать о будущем.

И вдруг в груди всё сжалось. Хреново! Присел на кровать. В этот момент снова скрипнула дверь. Да твою мать! Поднял взгляд. Жора.

— Господин! — обратился он ко мне. — Вижу, что вы переходите на следующий уровень.

— Что? — удивился я, ощущая, как пульсирует источник.

— Почувствовал, когда вы схватили госпожу Веронику, — на его лице промелькнула понимающая улыбка. — Где вы раздобыли магические кристаллы? — в голосе слуги звучало искреннее любопытство.

— Запашный решил поделиться, — хмыкнул я.

— Он? — лицо Жоры вытянулось от изумления. — Как вы этого добились? Это же собственность империи! И тем более вам...

— Глаза красивые, да и шутки у меня смешные, — не удержался от ухмылки. — Вот ставленник императора и расщедрился.

— Только одного не пойму, — Жора подошёл ближе.

Его руки легли мне на плечи, он закрыл глаза и медленно кивал, словно прислушиваясь к чему-то.

— Что с вами происходит?

— Кризис возраста, — юмор в таких ситуациях всегда помогает.

— Вы скачете с «Адепта» до «Посвящённого», и так по кругу. Я такого никогда не встречал, — Жора нахмурился.

— Не могу решить, на чём остановиться, — да я в ударе.

— А где кристалл? — слуга повернулся к столику.

В ответ махнул рукой на шкатулку. Жора открыл её и взял странный камень. Я не переживал, что он начнёт его впитывать. И вдруг руки мужика затряслись, а сам он побледнел.

— Дурак! — рявкнул на слугу. — Ты чего?

— Это... Это... — губы Жоры дрожали. — Обратный кристалл. Они крайне редки, и все под запретом. Если обнаружат, то могут и казнить, даже аристократа.

— Что? — резко вскинул голову.

— Они сначала дают энергию, а потом забирают. Маг может откатиться на ранг или два назад. И потом больше никогда не поднимется выше. Это по факту гильотина. Если не получится сдержать энергию — смерть. Только не говорите, что вы его использовали?

— А ты сам не видишь? — кивнул я.

— Нет! — Жора задрожал всем телом. — Не позволю!

Мужик оказался рядом, его руки снова легли мне на плечи.

— Перевёртыша тебе в жёны... — только и успел выдавить я.

В меня хлынула чужая магия с такой силой, что на миг показалось: Жора не слуга, а Архимаг шестого ранга. Все барьеры, что я выстроил, рухнули, как карточный домик.

Смотрел на Георгия, не веря своим глазам. Его фигура покрылась инеем, словно ледяная статуя. А в моих каналах уже текла энергия льда.

— Что ты творишь? — выдавил я из себя.

Глава 3

Энергия врывалась в меня неудержимым потоком. Каждая клетка тела горела от переполняющей силы. Жора в попытках помочь мне выкладывался полностью — его фигура светилась голубоватым сиянием, от которого в воздухе плясали морозные искры. Мои каналы растягивались до предела, грозя вот-вот лопнуть. Боль прошивала насквозь, выкручивая суставы.

В какой-то момент я потерял контроль над происходящим. Источник жадно впитывал чужую магию, словно губка. Перед глазами плясали цветные пятна, мысли путались. Сквозь мутную пелену видел, как по рукам Жоры ползут узоры инея, превращаясь в корку льда.

Вспышка ослепила, и сознание погасло. Не знаю, сколько прошло времени, но, когда смог снова видеть, едва сдержал изумлённый возглас. Передо мной застыла ледяная статуя — Жора, с головы до ног покрытый коркой инея и снега. Его глаза превратились в две замёрзшие льдинки, грудь не двигалась. Даже воздух вокруг, казалось, застыл.

Я попытался встать, но тело не слушалось. Заглянул в себя, прощупывая состояние источника. Ядро наконец успокоилось, пульсируя ровно и уверенно. А вот каналы... Их словно пропустили через мясорубку — растянутые, воспалённые, они едва справлялись с потоком силы.

«Поздравляю!» — хмыкнул про себя, ощущая, как внутри перекатывается мощь третьего ранга. Посвящённый... Неплохой результат для того, кто только что чуть не умер.

Магия яда, ставшая частью меня, теперь ощущалась иначе — глубже, стабильнее. Свободная ячейка для новой силы манила своей пустотой. Самое главное — обошлось без некромантии. Теперь я сам могу выбрать следующую магию.

Слабость постепенно отступала. Я наблюдал, как «снегурочка» медленно оттаивает. Иней на коже Жоры превращался в капли воды, стекающие по застывшему лицу. Только сердце под промёрзшей грудью всё ещё не билось.

Поднялся на нетвёрдых ногах. Тело дрожало, словно в лихорадке. До ванной добрался, цепляясь за стены. Включил горячую воду на полную мощность. Обычно от такой температуры кожу обжигает, но сейчас даже не почувствовал жара. Стоял под горячими струями, пытаясь согреться.

Мысли текли лениво. План, кажется, начал выправляться. Переход на новый уровень получился, до рудника я точно дойду. Осталось придумать, как проникнуть туда незамеченным.

Вода барабанила по плечам, но озноб всё не проходил. Закрутил кран. Вытерся насухо, накинул халат и вышел. Жора стоял всё там же, только теперь от него не веяло арктическим холодом.

— Господин... — голос слуги звучал измученно, в нём слышалась неприкрытая усталость. — У меня получилось...

— Наверное, — пожал я плечами, разглядывая бледное лицо Георгия.

— Вы бы умерли, — в его глазах мелькнула тень воспоминаний. — Так было с вашим отцом. Он тоже использовал обратный кристалл, и Ярослав Афанасьевич его спас. Пришлось спуститься на уровень ниже, а потом дуэль... Александр плохо себя чувствовал, вот и проиграл.

Внутри всё кипело от ярости. Значит, Запашный и раньше проворачивал такой трюк? Ничего, мы с ним ещё сочтёмся! За всё и сразу.

— У вас получилось то, чего не было в истории нашей страны, — Жора говорил тихо, но в его голосе звучало благоговение. — Кристаллы сильнее людей. Ваш источник... Он вас спас! А развитие… продолжится!

«Слышал? — мысленно обратился я к ядру. — Ты снова справилось... Молодец!»

Тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли. Что ж, пора заняться делами.

— Сколько нам нужно для содержания особняка? — взглянул на слугу.

— Ста тысяч хватит на месяц, — ответил он.

Я достал из сумки пачку купюр — новенькие, хрустящие банкноты легли в дрожащие руки Георгия.

— Что там с проверкой на перевёртышей? Когда? — вспомнил о своём поручении.

— Через несколько дней, — Жора поклонился, пряча деньги.

— Следи за тем, что тут происходит, — начал переодеваться в охотничий костюм. — Держи всех в ежовых рукавицах. Чтобы больше никаких разборок и проблем!

— Как прикажете, — слуга помедлил. — Не злитесь на госпожу Веронику. Она... Её воспитывали как будущую хозяйку. Тем более скоро будет первой женой, а это накладывает определённую ответственность. Она просто хотела себя проявить.

— Мне плевать, — отрезал я, застёгивая куртку. — Мой дом — мои правила! Запомни это. Не они нам помогают, а я. Очень хочу, чтобы об этом не забывали и вели себя соответственно. И следи, чтобы ничего против моего алхимика не предприняли.

— Вам нравится Ольга? — вопрос застал меня врасплох. — Пусть она имперская аристократка, вы можете взять её наложницей или даже женой.

— Жора... У тебя все дома? — искренне удивился я, разворачиваясь к слуге. — Ты о чём думаешь?

— О продолжении рода! — снова поклонился Георгий.

— А я о выживании и захвате власти, — проверил карманы, пересчитывая иглы. — Меня чуть не убили уже хрен знает в какой раз. Больше не поднимай эту тему.

— Как прикажете, — ответил он и, кивнув, вышел за дверь. Наконец-то меня оставили одного.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в багрово-золотые тона. Тёплый летний ветер приносил запахи леса и недавно скошенной травы. Я стоял на улице, чувствуя, как постепенно отступает напряжение после недавних событий. Сумка с деньгами, полученными от Запашного, оттягивала руку — приятная тяжесть.

Заметил, как ко мне спешит Витас. Лейпниш поправлял форму на ходу. На территории уже зажигались первые фонари, их свет отражался в начищенных пуговицах его мундира.

— Вот тут четыреста тысяч, — протянул я сумку. Купюры зашелестели, когда он принял её. — И плюс у Смирнова полмиллиона.

— Откуда столько? — Витас с трудом сдерживал удивление.

— Найми ещё людей, — окинул его внимательным взглядом. — И в этот раз... никаких мутных типов!

Лейпниш чуть сжался под моим взором.

— Только местные и те, кто принесут клятву крови. Выбери сильных. Закупи оружие, может, есть что-то более серьёзное, — продолжал я, наблюдая, как он быстро кивает. — Приступайте к работе над стоянками. Я хочу, чтобы ими был усеян весь наш лес. Охота после окончания стройки должна вестись постоянно.

Остановился, переводя дыхание. Вдалеке мелькали фигуры охранников, менявших посты.

— И постройте укрепления около Сопли! — добавил жёстче. — Не хочу, чтобы ко мне больше приходили Зубаровы. Не смотри так, я знаю про монстров. Придумай что-нибудь.

— Понял, — Витас кивнул, его руки крепче стиснули сумку.

— Всё это нужно было сделать ещё вчера, — бросил я взгляд в сторону тренировочной площадки, где Фёдор гонял новичков. — Отправь в город Медведя.

— Вы мне больше не доверяете? — Лейпниш опустил голову, пряча глаза.

— Да и нет! — ответил честно, наблюдая за его реакцией. — Тут, скорее, чтобы у тебя была замена на непредвиденный случай. А как ты заметил, они у нас постоянно происходят.

— Сделаю, — в его голосе появилась уверенность.

— Ещё жду от тебя мысли по поводу того, что мы будем делать, если Требуховы станут частью рода Магинских.

Витас застыл, словно громом поражённый. В сгущающихся сумерках его лицо казалось восковой маской.

— Вы... Как?

— Неважно, — отмахнулся, глядя, как последние лучи солнца гаснут за верхушками деревьев. — Мы должны быть готовыми к расширению нашего рода хотя бы в теории. У меня уже есть идеи, но я хотел бы услышать и твои предложения.

— Займусь! — Лейпниш с трудом сдерживал возбуждение, уголки губ предательски дёргались в улыбке.

— Пока меня не будет... С охотой сильно не старайся. Воспользуемся временем для укрепления позиций, — понизил голос. — И нам нужна ещё машина. Используй связку Медведя и Борова для поездок в город.

— Будет исполнено.

— Где они? — спросил, оглядывая территорию.

— Ждут вас в своём домике, — Витас указал рукой на небольшое строение, в окнах которого уже горел свет.

Братья ждали в небольшой комнате. Николай изучал карту, разложенную на столе, а Василий мерил шагами помещение. На моё появление в дверях даже не обратили внимания.

— Ну что, герои, готовы? — спросил я, проходя внутрь.

— Мы умрём... — простонал Василий, сжимая и разжимая кулаки. — Точно умрём! Я чувствую.

— Заткнись! — оборвал его старший брат, не отрываясь от карты.

Я подошёл к столу, разглядывая путь, который им предстояло пройти. Особняк Зубаровых отмечен красным крестом — оттуда их поведут к руднику. Охрана, патрули... Всё, как обычно.

Хм… Интересно. Получается, эта территория раньше принадлежала Магинским — река и дальше. Ожидаемо, что рудник находится почти у серой зоны. Даже если там ничего нет, возвращать земли нужно. Это очень упростит жизнь и охоту.

— Зубаровы в курсе, что вы прибудете, — провёл пальцем по бумаге. — А вот здесь...

— Вы издеваетесь? — Василий навис над столом. — Они нас сразу убьют. Даже разговаривать не станут.

— Не ной! — Николай поднял взгляд. — Нам заплатили за работу.

Я усмехнулся, наблюдая за их перепалкой. Карта... В голове уже складывался другой маршрут. Можно обойти с востока, через серую зону. Не слышал, чтобы кто-то из наших туда вообще заходил. Зато выйду прямо на земли Зубаровых, минуя посты.

Вот только риск… Он запредельный. Пока говорили с Витасом, заметил, как с охоты с добычей вернулась одна из групп. Значит, скорее всего, монстров там сейчас немного. Наверное…

Третий ранг. Я просто обязан проверить новые силы. А для этого как раз подойдёт хорошая битва. Тянуть своих людей, чтобы меня проводили, не хочу. Пока о моём желании попасть на рудник знает ограниченное количество душ. Пусть так и остаётся. После подосланных наёмников лучше подстраховаться.

Глаза ещё раз пробежали по карте. Судя по всему, там не так уж глубоко нужно заглядывать в серую зону. Всего на километр. Ну, может, три. Потом перейти Соплю, и ещё три километра по территории Зубаровых.

Я гладил подбородок и думал. Другого решения нет, всё подготовлено к этому шагу. Зелья! Вот что требуется взять с запасом. Благо у нас «вышак» есть, его должно хватить. Иглы, клинок из водяного мишки — всегда со мной. Можно было бы захватить ружьё, но шум привлечёт ненужное внимание. Ладно…

— Слушайте внимательно, — опёрся руками на стол. — Как только попадёте на рудник, ждите внутри. Никуда не суйтесь, не геройствуйте.

— А вы... — Василий сглотнул. — Вы что задумали?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — подмигнул ему.

— Господин, — Николай сложил карту. — Мы... понимаем риск. Но, может..

— Может, обсудим нашу награду? — перебил его младший брат. — Раз уж такое дело.

— Я уже выдал её авансом, — оскалился в улыбке. — Ваша жизнь — чем не награда?

Василий побледнел и отшатнулся. Николай только покачал головой.

— Машина ждёт, — кивнул я на дверь. — Довезут до особняка Зубаровых. Дальше сами.

— А если... — начал было Василий.

— Если провалите задание, — прервал его, — молитесь, чтобы вас убили твари, а не я.

Развернулся и вышел, чувствуя спиной их взгляды.

План начал обретать форму. Медлить было нельзя — ночь не ждёт. Витас с десятком бойцов вызвались сопровождать до края территории. Большего я не позволил, хотя Лейпниш настаивал.

— Господин, — в который раз начал он. — Вы единственный глава рода. Если что-то случится...

— Именно поэтому иду один, — оборвал его.

Стража осталась позади, а я углубился в лес. Миновал сгоревший домик, который мы недавно отстроили. Где-то здесь лежали тела наших людей… Остановился на мгновение и кивнул.

Знакомые тропы петляли между деревьев, словно змеи. Прошёл мимо пепелища, забираясь глубже в чащу. Тишина давила на уши — ни птичьего щебета, ни шороха мелкой живности. Монстры проснутся позже. Утром и днём мы убиваем тех, кто не успел уйти в серую зону.

В голове прокручивал слова Лейпниша и его предложение пойти вместо меня. Даже Медведь вызвался. Но я отказал, объяснять не стал. И дело тут не в геройстве или глупости. После перехода на третий ранг появился редкий шанс. Если найти магический кристалл и поглотить его сейчас, можно рвануть сразу на четвёртый — уровень Чародея.

Такое случается крайне редко, обычно сила растёт медленно, годами. А тут возможность взлететь вверх одним прыжком. Судя по тому, что об этом никто не обмолвился, делиться информацией из прошлой жизни я не намерен. Тем более, что после четвёртого ранга рост замедлится.

Это так называемый путь начала. Ранги достигаются за несколько лет, но в моём случае значительно быстрее. Упустить возможность перейти на средний путь я не хочу. Гнал от себя мысль, что в руднике может не оказаться магических кристаллов. Да даже если так… Плевать! Монстры четвёртого ранга — тоже неплохая причина. Алхимия всё вернёт и с процентами. То же усиление магии должно выйти крайне приличного качества.

Сила нужна сейчас, как воздух. Дуэль с Зубаровыми маячит на горизонте, Запашный плетёт интриги, ещё эта его ментальная магия. Да и тень некроманта не забыта. Враги не станут ждать, пока я стану сильнее — следующий удар по мне будет мощнее.

Наступила ночь. Лунный свет едва пробивался сквозь густые кроны, рисуя на земле причудливые узоры. Мягкий мох пружинил под ногами, доносилось тихое журчание ручья. Прохладный воздух пах влажной землёй и хвоей.

Внезапно я заметил странность. Участок почвы впереди был чуть вспучен, словно кто-то недавно рыл здесь нору. Остановился, разглядывая примятую траву и свежие комья земли. Губы сами растянулись в улыбке: «Иглокрот... Начал готовиться к охоте? Вот же ты мой хороший».

Осторожно приблизился и топнул ногой рядом с холмиком. Земля осыпалась, открывая тёмное жерло норы. Успел отпрыгнуть за мгновение до того, как оттуда высунулась морда монстра. Два чёрных глаза-бусины уставились на меня с каким-то злобным любопытством. Они моргнули, и существо оскалило мелкие острые зубы.

— Ну привет! — усмехнулся, доставая клинок из когтя водяного медведя.

Лезвие неожиданно вспыхнуло ярким зелёным пламенем, словно отзываясь на мой зов. Наконец-то… Я метнулся вперёд, пока тварь не успела нырнуть обратно в своё убежище.

Иглокрот дёрнулся всем телом, его шкура пошла волнами. В следующий миг воздух наполнился свистом. Не меньше тридцати чёрных игл вонзились мне в грудь и руки. Я приготовился к параличу, но... ничего не произошло. Новый уровень сделал своё дело — яд монстра больше не действует на меня.

Взмах клинка рассёк ночной воздух. Лезвие, окутанное зелёным сиянием, с чавкающим звуком снесло половину морды твари. Тёмная кровь брызнула во все стороны, окропив ближайшие кусты. Иглокрот захрюкал, его тело билось в агонии.

И тут внутри меня что-то щёлкнуло. Словно открылся новый канал, о существовании которого я не подозревал. Сила хлынула в руку потоком, сворачиваясь в плотный шар ядовито-зелёного цвета. Магия пульсировала, как живое сердце, готовая вырваться наружу.

«Ну, давай!» — швырнул сгусток энергии в умирающего монстра. Попал!

Чёрные иглы твари вспыхнули, как сухая солома на ветру. Зелёное пламя перекинулось на тело, пожирая плоть быстрее любого огня. Иглокрот даже не успел пискнуть, и через минуту от него осталась только дымящаяся лужица.

Я постоял, разглядывая дело рук своих. В носу щекотало от запаха палёной шерсти. Давно не было хорошей охоты, соскучился уже по настоящим монстрам. Да и новые возможности приятно удивили.

Внутри грыз «хомяк», что я не получил свои иголочки. Осталось штучек семьдесят. «Но зато проверил клинок и магию», — успокоил себя. Хочу ещё! Возбуждение от проявляющихся сил придавало уверенности и бодрости. Как же меня достало быть такого низкого уровня… Хорошо, что теперь я стал гораздо сильнее.

Миновал последнюю стоянку, где только пепел напоминал о недавних событиях. Слева шумела Сопля. Решил ускориться и побежал — тело требовало нагрузок.

Ещё быстрее. Перепрыгнул через поваленное дерево и споткнулся, нога провалилась в мох по колено. Выругался, с трудом выдирая сапог из зелёного плена.

Пригляделся к растительности. Мох здесь рос какой-то неправильный — толстый, пружинящий, с серебристым отливом. Я наклонился, провёл рукой по ворсистой поверхности. Пальцы покалывало, словно от слабых электрических разрядов.

Поднял взгляд и замер. Сосна впереди... Её ствол был не толще моей руки, но при этом взмывал ввысь метров на тридцать. Обошёл дерево, разглядывая неестественно тонкий силуэт. Кора под ладонью пульсировала, будто живая.

Хотел глубоко вдохнуть от удивления, но закашлялся. Воздух застрял в горле вязким комком. Ещё попытка — та же история. Словно пытаешься дышать киселём.

Что-то мелькнуло в ветвях. Присмотрелся: небольшая птица с радужным оперением чистила крылья. Таких раньше не встречал. Рядом зажужжало, и мимо пронёсся жук размером с кулак. Его панцирь переливался всеми цветами радуги.

Шаг за шагом я продвигался вперёд. Под ногами что-то постоянно шуршало и копошилось. А в кронах деревьев разворачивался настоящий концерт — десятки незнакомых голосов сливались в странную симфонию.

Ядро внутри вдруг дёрнулось, словно пытаясь вырваться из груди. По каналам потекла энергия — густая, тягучая, как мёд. Она пропитывала всё вокруг: воздух искрил от магии, трава сияла едва заметным светом, даже земля под ногами пульсировала от переполняющей её магии.

Развернулся вокруг.

— Ну здравствуй, серая зона, — протянул я, наблюдая, как между пальцев проскакивают зелёные искры. Источник жадно впитывал окружающую силу, и от этого кружилась голова.

Глава 4

Я опустился на одно колено, разглядывая выжженный след в серебристом мхе. Интересно, что могло оставить такой отпечаток. Старался прислушиваться к звукам и присматриваться к движениям. Но после нашего тихого леса тут сосредоточиться крайне сложно.

Магия вторгалась в тело. Источник продолжал стучать, реагируя на окружающий фон. «Может, ну его, этот рудник? — мелькнула шальная мысль. — Здесь и так силы хоть отбавляй».

Внезапно радужный жук пронёсся мимо моего уха, заставив дёрнуться. Тварь размером с кулак приземлилась на тонкий ствол сосны. Я потянулся было к нему, но существо растаяло в воздухе, оставив после себя лишь серебристую пыльцу.

Тихий шорох позади заставил меня резко обернуться. Деревья затряслись, пригибаясь к земле. По светлому мху пробежала рябь, будто по воде. Что-то большое приближалось к поляне, раздвигая тонкие стволы.

Я медленно потянулся к клинку, готовясь к встрече. И тут... На пролесок, горделиво вышагивая, выплыла здоровенная птица. Метра три в высоту, не меньше. Её перья отливали металлическим блеском, словно начищенные доспехи. А вместо крыльев... Я протёр глаза. Нет, не показалось — полупрозрачные сгустки энергии, похожие на кожу, как у летучих мышей.

Замер, разглядывая странное создание. Птица неторопливо шла по поляне, оставляя глубокие следы в серебристом мхе. При каждом шаге её металлические перья тихо позвякивали, а крылья переливались всеми цветами радуги. Да они, похоже, из энергии состоят…

— Вот это курочка! — присвистнул я, невольно любуясь существом.

Тварь резко повернула ко мне голову, и я едва сдержал смех. Клюв, длинный и острый, как копьё, вдруг раздвоился, будто у змеи. А из горла монстра вырвалось...

— Ко-ко-ко? — угрожающе пропела птичка, склонив голову набок.

От существа волнами исходила сила, мой источник мгновенно отозвался глухой пульсацией. Насчёт её уровня даже думать не хотелось. Тут сразу понятно, что она не слабее меня.

— Офигеть... — выдохнул я. — Это что за петушок-металлист? Журавль-змея? Нет, стоп... Курица-робот?

Воздух вокруг птицы сгустился. Её «крылья» полыхнули светом, и в меня полетели серебристые перья. Я перекатом ушёл в сторону. Снаряды врезались в дерево позади, разорвавшись с оглушительным треском. Тонкий ствол сосны переломился, как спичка.

«Откуда она их выплюнула?» — промелькнула мысль в голове.

— Ну ты и истеричка! — крикнул я, вскакивая на ноги. — Может, договоримся? У меня как раз с собой есть...

В ответ птица расправила крылья во всю ширь. Полупрозрачные потоки энергии заструились по поляне, выжигая мох. А потом она издала свой боевой клич:

— Кукареку!

Воздух задрожал от этого звука. Магия существа хлестнула по моим каналам, заставляя источник съёжиться. Твою ж... Это уже не шутки.

Монстр взмыл в воздух, его металлические перья засверкали. Энергетические крылья оставляли вокруг светящиеся следы. Красиво, если бы не одно «но» — эта красота собиралась меня убить.

— Ладно, — произнёс я, чувствуя, как клинок скользнул в руку, тут же вспыхнув зелёным огнём. — Раз ты такая принципиальная курица...

Птица камнем рухнула вниз, целясь раздвоенным клювом мне в голову. Я перекатился в сторону, успев заметить, как существо погрузило свой «клинок» в землю по самое основание. Твою ж... Тварь играючи пробила почву и камни.

— Ко-ко? — разочарованно протянула она, выдёргивая клюв.

Из пасти… Не знаю, как назвать это… Она пережёвывала землю и булыжники.

Я метнул три иглы, целясь в шею. Металлические перья вдруг встали дыбом, создавая подобие брони. Отравленные шипы отскочили с противным звоном.

— Шулер! — возмутился, уходя от нового выпада. — У кур не должно быть доспехов!

Существо взмыло вверх, его крылья-сгустки полыхнули ярче. В меня полетел настоящий град серебристых перьев. Я укрылся за тонким стволом дерева, но оно разлетелось щепками от взрывов почти сразу.

Побежал. Резко останавливался, менял направление и снова рывком в другую сторону. Перья втыкались рядом, счёт шёл на секунды. Блин, даже прикрыться нечем. Нормальная защита появляется как раз на третьем уровне, но не у меня. Сука… Перо воткнулась в сапог. Хорошо, что чуть левее и не задело ногу.

Внезапно всё прекратилось. Я задрал голову. Тварь заложила вираж, заходя на новую атаку. И тут... Она начала раздваиваться. Одна птица превратилась в две абсолютно одинаковые копии.

— Да ладно! — выругался, пятясь назад. — Ты ещё и размножаться умеешь? Хотя... — пригляделся внимательнее. — Иллюзия?

— Кукареку! — гаркнули обе твари хором.

Они атаковали синхронно, пикируя с разных сторон. Клинок в моей руке полыхнул ярче, словно отзываясь на опасность. Я присел, пропуская первую птицу над головой, и резко крутанулся, выставляя лезвие навстречу второй.

Меч прошёл сквозь одну из копий, не встретив сопротивления. Иллюзия! А вот настоящая тварь уже разворачивалась для новой атаки.

— Давай, курочка, порадуй меня! — крикнул я, чувствуя, как возбуждение от битвы растекается по венам.

Пришёл к выводу, что иглы бесполезны, буду их экономить. Монстр тем временем снова создал копию. Теперь курочек стало три. Они закружили надо мной, осыпая градом взрывающихся перьев. Кувырок, ещё один. Жар опалил спину, когда долбаные перья начали взрываться. Мох позади меня разлетался клочьями.

Хреново… Почему-то у копий настоящие атаки, а не для отвлечения внимания. Мой мозг судорожно искал способ убить пернатую тварь. Источник внутри забурлил, отзываясь на поставленную задачу. По телу прошла дрожь, сила требовала выхода. Я позволил энергии течь свободно, и руки окутало зелёное пламя.

— Ко-ко-ко?! — удивлённо воскликнули птицы хором, когда в них полетел сгусток ядовитой магии.

Уже приметил копии, а значит, зелёный шарик полетел в кого нужно. Две иллюзии попытались защитить себя, но растаяли. Настоящая тварь рванула вверх, уходя от моей атаки. Её металлические перья встопорщились, создавая подобие купола. Мой яд впитался в эту броню, и... ничего.

— Серьёзно? — я даже восхитился. — Ты ещё и мою магию поглощаешь?

Птица горделиво тряхнула башкой, словно красуясь. А потом перья начали сиять изумрудным светом. Вот же... Она не просто поглотила — она её использует!

Уклонился от веера отравленных перьев. Теперь снаряды не взрывались, а плавили всё, во что попадали. Тонкие деревья за моей спиной тлели, словно свечи.

— Ну всё, — процедил сквозь зубы, перехватывая клинок поудобнее. — Достала! Слишком много у тебя преимуществ…

Тварь кукарекнула и полетела вниз на меня. Её клюв раздвоился, и оттуда вырвалась магия — что-то похожее на луч. Я рванул вперёд, уходя от её залпа. Источник откликнулся на ярость, и клинок полыхнул так ярко, что на миг ослепил нас обоих. Птица была рядом, но замешкалась, начала трясти башкой...

Я воспользовался секундным замешательством твари. Подпрыгнул, используя поваленное дерево как трамплин. В следующую секунду клинок прочертил сияющую дугу, метя в основание крыла-сгустка.

— Кудах! — истошно заверещала птица, когда лезвие рассекло поток энергии.

Свечение померкло, а крыло обвисло безжизненной тряпкой. Существо повело в бок, оно пыталось удержать равновесие. Его металлические перья отчаянно звенели, царапая землю. Поднялись, закрывая монстра бронёй.

— Что, не нравится? — оскалился я, готовясь к новой атаке.

Тварь метнулась в сторону, волоча повреждённое крыло. Попыталась взлететь и рухнула. Осознав, что летать у неё не получится, развернулась на меня. Её клюв раздвоился сильнее обычного, и она выплюнула в меня сгусток... Моего же яда?

— Вот же дрянь находчивая! — восхитился, уворачиваясь от собственной магии.

Птица попыталась ещё раз взлететь на одном крыле, но лишь неуклюже подпрыгнула. В этот момент источник внутри меня словно взорвался. По телу прокатилась волна силы, сконцентрировавшись в руках.

Я швырнул в тварь сразу два сгустка яда. Она попыталась закрыться металлическими перьями, но... В этот раз что-то пошло не так. Зелёное пламя впиталось в броню и начало плавить её изнутри.

— Ко-ко-ко... — жалобно пискнула птица, когда доспехи начали стекать, как расплавленный воск.

Я бросился вперёд, вкладывая в удар всю оставшуюся силу. Клинок вошёл точно в грудь монстра, прошив насквозь. Металлические перья зазвенели в последний раз и осыпались.

— Ко... — выдохнула тварь и рухнула, подняв облако серебристой пыли.

Я опустился на колено, тяжело дыша. Пот заливал глаза, руки дрожали от напряжения.

— Вот это птичка... — выдохнул, разглядывая поверженного монстра. Крутанулся на месте, подумав: «Нет ли ещё кого?» Но вроде спокойно.

Про такую тварь мне никто раньше не рассказывал. Подошёл ближе к телу. Потрогал остывающие перья — всё ещё вибрируют. Такой материал… Если я правильно понял, то он способен впитывать магию. А это мне и нужно. К тому же пёрышки взрываются. Ещё одна интересная способность — защита.

Улыбнулся, радуясь победе. Мой внутренний «хомяк» ликовал.Эта добыча куда интереснее, чем иголочки «чудо-ёжика». Я склонил голову набок, осмотрел тело «курочки». Клюв тоже можно забрать, да и когти.

И тут в голову пришла крайне интересная мысль: «Мы с монстром чем-то похожи». А может, получится как-то использовать способность копировать магию?

— Хоть бы кто подсказал, что у этой твари полезного есть, — произнёс я, перехватывая меч.

За моей спиной висел мешок, который устраняет запахи и сохраняет свойства собранных частей монстров. Клюв, когти, перья уже закинул туда.

Начал разделывать тушу, прикидывая, как потащу всё это добро обратно. И ведь не выкинешь — такие образцы! Боюсь представить, что мои алхимики из неё смогут сделать... Вырезал основные органы, надеясь на их пользу. Тяжеловато, но такими трофеями не разбрасываются.

Перья чуть вибрировали при каждом шаге, пришлось остановиться. Разместил их так, чтобы они не соприкасались. Лишние звуки мне сейчас не нужны.

Двинулся дальше, считая шаги. До границы владений Зубаровых ещё с километр — чуть-чуть осталось. Местность постепенно менялась. Серебристый мох уступал место чёрной, будто обугленной, траве. Тонкие деревья сменились более привычными — крепкими, коренастыми.

«А тварь была интересная, — размышлял я, перешагивая через поваленный ствол. — Если бы не пыталась меня убить, цены бы ей не было. Представляю лицо Лампы, когда притащу ему эти образцы».

Магия в воздухе постепенно редела, становилась привычнее. Источник внутри всё ещё жадно впитывал её, но уже без прежнего азарта. Интересно, это свойство серой зоны или...

Замер и прислушался. Снова тишина. Значит, я близко к границе выхода? Медленно повернул голову и застыл. В паре метров от меня, прямо на стволе дерева, сидело нечто… Или оно стояло?

Белый паук размером с лошадь лениво перебирал лапами, что-то скручивая в паутине. Его полупрозрачное тело словно светилось изнутри, а на спине росли самые настоящие магические кристаллы.

Даже присвистнул от осознания этого факта. Бывают и такие полезные твари? Существо повернуло ко мне морду, и я увидел не восемь, а двенадцать глаз, мерцающих всеми цветами радуги.

— Вот же... — только и успел выдохнуть, когда тварь начала растворяться в воздухе, становясь почти невидимой.

Швырнул мешок с трофеями в сторону — драться с таким монстром с грузом не получится. А в том, что драться придётся, я уже не сомневался.

Тварь метнулась вперёд. Такая махина не должна двигаться настолько быстро! Её передние лапы, утыканные кристальными шипами, чуть не снесли мне голову.

Нырнул под брюхо паука, пытаясь достать мягкое место. Клинок высек сноп искр. Даже там броня! Существо развернулось с невероятной ловкостью, выпуская в меня пучок ледяных игл. Одна чиркнула по плечу, и рука сразу онемела.

— А ты поинтереснее курицы будешь, — усмехнулся, отпрыгивая назад.

Тварь снова начала растворяться в воздухе. В этот раз я уловил, как кристаллы на её спине вспыхнули, преломляя свет. Значит, невидимость — это их работа?

Полупрозрачная паутина полетела откуда-то сверху, заставляя уходить перекатом. Дерево, на которое попала субстанция, начало покрываться инеем.

— Ещё и магия холода? — процедил я сквозь зубы. — Сколько талантов в одной...

Договорить не успел, паук возник прямо передо мной. Его лапы сомкнулись, пытаясь поймать меня в смертельные объятия. В последний момент я метнул горсть игл прямо в морду твари.

Существо отпрянуло, но... Иглы застряли в кристаллической броне, даже не оцарапав её. Паук издал звук — что-то похожее на довольное урчание.

— Ладно, — мои губы растянулись в улыбке. — Раз ты такой крепкий...

Источник внутри забурлил, реагируя на ярость. Зелёное пламя окутало клинок, стекая по лезвию. Паук повернул голову чуть в сторону, разглядывая меня всеми двенадцатью глазами.

— Давай проверим, что крепче! — произнёс я.

Старался не действовать безрассудно и не показывать сразу все свои козыри, которых не так много. Новые твари… Нужно изучить их возможности, а то потом смогут неприятно удивить. Да и так я хоть вижу, что может быть полезным.

Прыгнул вперёд. Паук качнулся в сторону, пытаясь достать меня передними лапами. Ещё прыжок. Клинок со звоном чиркнул по кристаллам, высекая сноп зелёных искр. На белой броне осталась едва заметная царапина.

Тварь развернулась, подминая кусты своей тушей. Воздух вокруг неё сгустился, покрываясь инеем. Температура упала так резко, что дыхание превратилось в пар. Существо выпустило в меня целый шквал ледяных игл.

Источник дёрнулся, предупреждая об опасности. Я упал на колено, выставил клинок. Яд хлынул по лезвию потоком, создавая подобие узенького щита. Иглы врезались в преграду, плавясь и испаряясь.

Паук снова растворился в воздухе. Его кристаллы замерцали, они преломлял свет. Тишина... Резко развернулся — никого, пустота вокруг. Тварь словно растворилась.

Удар сзади едва не снёс меня. Я перекатился, уходя от атаки, но паутина всё же зацепила ногу. Холод мгновенно пробрал до костей, сковывая движения.

Существо возникло в паре метров, его глаза сверкали торжеством. Кристаллы на спине начали пульсировать, накапливая силу.

Я рванул застывшую ногу, разрывая сковавшую её паутину. Осколки хрустнули под сапогом. Чёрт, больно!..

Паук медленно приближался, его кристаллы пульсировали всё ярче. Воздух вокруг монстра покрылся морозными узорами.

А мои пальцы уже открыли пробку бутылька. Зелье восстановления магии одним махом оказалось внутри меня. Источник поблагодарил за угощение приятным ритмом. Я выдохнул. По каналам потекла сила, концентрируясь в руках. Выставил клинок, готовясь к атаке.

Тварь замерла, словно оценивая ситуацию всеми своими глазами. Она ударила внезапно, будто обладала пространственной магией. Исчезла в одном месте и появилась в другом — рядом со мной. Лапы с кристальными наростами метили в грудь. Я перекатился вперёд, уходя из-под удара, и оказался под брюхом монстра.

Клинок полыхнул зелёным, вспарывая белую шерсть. По лезвию пробежала дрожь, меч звенел и вибрировал. Пришлось использовать всю силу, чтобы удержать рукоять и не выпустить её. Возникли искры. Они падали прямо на лицо, обжигая его. Хотелось прикрыть глаза, но я смотрел и давил. Давай! Давай же…

Броня всё-таки поддалась. Мой клинок проник глубже, и почувствовал это не только я. Паук дёрнулся, попытался придавить меня своей тушей.

Едва успел откатиться в сторону, когда его тело рухнуло вниз. В то же мгновение воздух наполнился ледяными иглами. Они летели со всех сторон, превращая пространство в смертоносную ловушку.

Яд хлынул по телу потоком, окутывая защитной плёнкой. Иглы плавились, не долетая до цели. Вот только ударная волна никуда не делась. В меня словно несколько десятков пуль всадили через бронежилет.

Я вскочил. Тварь уже исчезла, растворившись в морозном мареве. Услышал звон кристаллов за спиной, развернулся, встречая новую атаку. Монстр материализовался в прыжке. Паук-лошадь летел навстречу, его передние лапы сложились в подобие копья. Существо целилось точно мне в голову.

Времени на отступление не оставалось. Источник взорвался яростью, выплёскивая силу через все каналы разом. Клинок окутало такое яркое сияние, что на миг всё вокруг окрасилось в ядовито-зелёный цвет.

Паук не успел среагировать. Его самодельное ледяное копьё из сложенных лапок столкнулось с моим клинком. Меня потащило назад. Руки вздулись от напряжения. Все, что я мог, — это давить! И вот результат. Толкнул оружие вперёд и махнул. Две части размером с мою руку отделились от монстра.

Тварь не успела сгруппироваться, и её поволокло. А я отскочил в сторону. Прыжок! Лезвие, усиленное ядом, вошло точно между кристаллов и его спины. Раздался оглушительный звон, и... тварь остановилась. Тучное тело упёрлось в дерево.

По её белоснежной броне пробежала трещина, расползаясь от места удара. Кристаллы на спине начали мутнеть, теряя прозрачность. Яд проник внутрь, разъедая существо.

Паук рухнул на землю, его лапы расползлись. Существо пыталось подняться. Я уже занёс клинок для последнего удара, но тварь внезапно засветилась изнутри. Её тело начало... таять? Растворяться в воздухе?

Отпрыгнул в сторону. Кристаллы вспыхнули в последний раз и осыпались ледяной крошкой. Там, где только что лежала огромная туша, осталась лишь горстка мерцающих осколков.

Я выдохнул, опираясь на меч. По телу разливалась усталость. Давно не приходилось так выкладываться. Только я хотел пожаловаться, что после боя мне ничего не осталось, как лёгкий шорох привлёк внимание.

Медленно повернул голову и похолодел. Из кустов, окружающих поляну, выползали десятки маленьких белых паучков. Каждый размером с собаку, и на их спинах уже пульсировали знакомые кристаллы.

— Вот же... — только и успел выдохнуть, когда первая волна малышни рванула в мою сторону.

Глава 5

У мелких тела не такие прозрачные, цвет больше оттенок кости напоминает. Кристаллы на их спинах пульсировали, разгоняя подступающую темноту холодным светом.

Пауки заполнили поляну, окружая меня плотным кольцом. Обратил внимание, что они немного разные по размеру. Трое покрупнее держались позади, их кристаллы светились ярче остальных. Эти явно опаснее. Еще пятеро размером поменьше двигались более нервно, то и дело пощелкивая жвалами. А вот совсем мелкие, их было около десятка, пока жались по краям, словно ждали команды.

«Стая», — мелькнула мысль. Как волки, есть матерые охотники, молодняк и щенки.

Крупные особи неторопливо обходили меня по кругу, их движения были выверенными, осторожными. Мелочь постепенно растекалась в стороны, пытаясь зайти с флангов. А вот средние уже припадали к земле, готовясь к атаке.

Я покрепче сжал меч. Твою мать… Другая рука уже нырнула в куртку и нащупала зелье. Срочно нужно восстановиться, но достать его не успел.

Первый атаковал без предупреждения — в полумраке мелькнул лишь размытый силуэт. Я едва успел отпрыгнуть, когда его кристальные жвала клацнули возле бедра. Охренеть, у них пасть, как у собаки, такие и кусок приличный могут оттяпать. Тут же второй бросился мне в спину, целясь ледяными наростами на лапах.

Я крутанулся, выставляя клинок впереди себя. Лезвие чиркнуло по броне, высекая сноп искр во тьме. Тварь отскочила, даже не поцарапанная. Крепкие, уроды, как и их мамаша. Повезло же мне найти такую хорошую добычу.

Но есть и отличие в поведении мелких тварей. Они двигались быстрее родительницы, будто меньший размер придавал им невероятную ловкость. Третий паучок метнул в меня паутину. Я перекатился, уходя от кристаллизующейся субстанции.

Удар сзади застал меня врасплох. Острые наросты на лапках располосовали куртку, обжигая кожу арктическим холодом. Я развернулся, огрев тварь рукоятью меча. Паучок отлетел, кувыркнулся в воздухе, но тут же приземлился на все восемь лап.

— Ох! — вырвалось из меня.

Магия в каналах начала становится какой-то вязкой. Пальцы с трудом нащупали флакон в кармане. Стекло скользило в повлажневшей от пота ладони. Твари словно почуяли мою слабость. Задвигались активнее, сжимая кольцо. Не придумал ничего лучше, чем начать крутиться на месте с мечом. Требовалось выиграть хоть несколько секунд.

Зубами вытащил пробку. Руки были заняты обороной. Жидкость обожгла горло, растекаясь огненной волной по телу. На миг даже в глазах потемнело от мощного прилива силы. Источник затрепетал, принимая новую энергию, каналы расширились, пропуская усиленный поток магии.

Твари словно почувствовали, что я восстановился и начали действовать. Три паучка прыгнули одновременно, целясь в разные части тела. Один метил в горло, второй — в живот, третий — в ноги. Я перекатился вперёд, пропуская их над собой. Кристаллы на спинах пауков вспыхнули ярче, заливая поляну мертвенным светом.

Выпрямился, разворачиваясь. Клинок полоснул ближайшего по лапам, на этот раз лезвие вошло в плоть. Тварь завизжала, кувыркнулась, оставляя на земле белёсые капли крови. Остальные замерли, словно оценивая ситуацию.

Один из паучков дёрнулся, его источник на спине вспыхнул. И в воздухе тут же повисла морозная взвесь. Температура упала так резко, что дыхание застыло в горле ледяным комом.

Не успел среагировать. Сразу двое метнули паутину, которая затвердела на лету, превращаясь в острые иглы. Одна чиркнула по плечу, вторая впилась в бок. Я зашипел от боли. Холод начал расползаться от ран, сковывая движения.

Твари атаковали единым фронтом. Они двигались слаженно, словно стая хищников. Двое отвлекали, пока третий заходил со спины. Четвёртый готовил магическую атаку, а пятый прикрывал раненого собрата.

Выдохнул, осматривая наше поле сражения. Совсем мелких я перебил. Кого-то просто раздавил, других разрубил. У них не было кристаллов, проблем не возникло, но вот последние крупные твари... Если бы не знал, что это монстры, подумал, будто они разумны. Действуют, собаки, очень правильно.

Началась новая атака. Я развернулся вокруг своей оси, выпуская поток яда широким кругом. Зелёное пламя отбросило ближайших тварей. Один паучок не успел увернуться — яд попал на его кристаллы. Они потемнели, теряя свечение.

— Нравится? — оскалился я. — Иди сюда угощу еще. У меня много добавки!

Тварь без магии стала заметно медленнее. Её движения потеряли былую точность. Остальные мгновенно перестроились, закрывая ослабевшего собрата своими телами.

Метнул три иглы в ближайшего паука. Тот попытался уклониться, но один снаряд всё же вошел. Яд проник в внутрь, и существо забилось в судорогах. Его кристаллы потускнели, а потом...

Я едва успел отпрыгнуть, когда тварь взорвалась изнутри. Осколки разлетелись во все стороны острым градом. Один вонзился снова мне в плечо, обжигая холодом.

«Плохая идея, — поморщился, вытаскивая кусочек из кожи. — Так без трофеев останусь». Хорошо, что крови почти нет. Мороз немного помогает.

Другие паучки отступили, перегруппировываясь. Их кристаллы пульсировали в унисон, наполняя воздух морозной силой. Похоже, готовят что-то серьёзное.

Достали! Давайте, нападайте всем скопом! Где ярость и жажда моей крови? Суки осторожные…

Битва уже знатно выбила из сил. Раны болели, а магия всё хуже слушалась. Если они хотят меня вымотать, то у них отлично получается… Минут пять ещё продержусь.

В воздухе закружились снежинки — сначала редкие, потом всё гуще. Холодные искры падали на кожу, мгновенно тая и снова замерзая. Твари создавали локальную метель, и видимость падала с каждой секундой. Белые силуэты почти слились со снежной пеленой, только кристаллы на их спинах тускло мерцали во тьме, словно болотные огни.

Ветер усиливался, швыряя в лицо колючие ледяные иглы. Дыхание застывало в воздухе белым облаком, мешая следить за противником. Каждый вдох обжигал горло арктическим холодом. Пауки словно растворялись в метели, появляясь то справа, то слева призрачными тенями.

Один прыгнул справа — клинок чиркнул по пустоте. Второй слева — снова промах. Их тактика стала понятна: они не просто прятались в снежной буре, они использовали её как оружие, дезориентируя и изматывая жертву.

Удар сзади сбил меня с ног. Я перекатился, уходя от клацающих жвал. Иней покрыл куртку там, куда достали ледяные наросты на лапах твари. Резко вскочил, прижимаясь спиной к дереву.

«Так не пойдёт, — стиснул зубы, оценивая ситуацию. — Нужно забрать их кристаллы… Но как?»

Источник внутри отозвался на мысли. Яд потёк по клинку, окутывая лезвие зелёным сиянием. Может, не убивать их магией, а...

Паук прыгнул прямо в лицо. В последний момент я успел выставить меч. Не рубящий удар — аккуратный, точный. Лезвие прошло по шее твари, отделяя голову от туловища.

Тушка рухнула к ногам, кристаллы на спине погасли, но не взорвались. Получилось! Остальные твари зашипели, отступая во тьму.

«Значит, так... — оскалился я, перехватывая клинок поудобнее. — Будем действовать аккуратно».

Метель тем временем усилилась. Три паука атаковали одновременно. Их тела сплелись в единый комок когтей и кристаллов. Я отпрыгнул в сторону, позволяя им пронестись мимо. Разворот, выпад. И ещё одна голова отделилась от тела.

Тварь рухнула, не успев даже дёрнуться. Её собратья метнулись в разные стороны, растворяясь в снежной круговерти. Похоже, быстро учатся на своих ошибках. Вот только ненадолго…

В грудь ударила волна холода. Два паука зашли с флангов, их кристаллы пульсировали в унисон. Воздух вокруг начал кристаллизоваться. Одежда затрещала от мороза, дыхание перехватило.

Я крутанулся вокруг своей оси, проворачивая клинок. Лезвие чиркнуло по одной твари — мимо! Но второй не повезло. Голова отлетела, тело рухнуло, конвульсивно дёргая лапами.

Метель вокруг превратилась в настоящий буран. Снег хлестал по лицу, забивался в глаза. Тварь растворилась в белой мгле, только тусклое мерцание выдавало её присутствие.

Удар справа — едва успел отбить. Слева — снова защита. Сзади... Не успел! Когти полоснули по спине, обжигая холодом. Ноги начали неметь, каждое движение давалось всё труднее. Последний монстр оказался самым прытким.

«Ещё немного, и превращусь в ледышку», — стиснул зубы, борясь с подступающим онемением.

Паук выскочил из метели, целясь лапами мне в грудь. Вот оно! Я позволил твари сбить себя с ног. Холод пронзил тело, когда мы покатились по снегу.

Существо нависло сверху, его жвала клацнули возле шеи. А я... В последний момент извернулся и всадил клинок точно под кристалл. Лезвие вошло в плоть, словно в масло.

Паук дёрнулся, пытаясь отпрыгнуть, но я уже провернул меч, подцепляя нарост. Кристалл отделился одним движением — чисто, аккуратно. Тварь забилась в агонии, её лапы царапали землю.

А потом... Тело монстра начало распадаться. Без кристалла оно словно потеряло целостность. Снежная буря тут же стихла, только белые хлопья ещё кружились в воздухе.

Я приподнялся на локте, разглядывая добычу. Кристалл в моих руках медленно темнел, теряя силу. Но он был цел — главный трофей этой безумной схватки.

Встал на ноги, морщась от боли. Раны от холодных когтей саднили, но хоть кровь больше не текла. Заледенела… С хрустом размял затёкшие мышцы. Огляделся и понял, что метель окончательно улеглась, позволяя оценить поле боя.

Четыре обезглавленных тела лежали там, где упали. Их кристаллы тускло мерцали в темноте. Пятый паук, которого я убил ядом, превратился в груду осколков. Последняя тварь... От неё остались лишь белёсая жижа на земле и огромный кристалл в моих руках.

«Так, с чего начать?» — оглядел добычу, прикидывая варианты. Конечно же с их штуковин на спине. От них просто фонит магией. Воткнул клинок и… Первая попытка провалилась — тело рассыпалось. Может, если аккуратно подпилить у основания? Нет… Та же история.

Достал иглы. Яд должен растворить плоть вокруг кристалла. Но стоило мне воткнуть ее в нарост на спине, как тот взорвался, осыпав меня ледяной крошкой. Твою ж...

Подошёл к ближайшему трупу. Попробую что-то другое. Ледяные наросты на лапах выглядели многообещающе, такой материал алхимикам точно пригодится. Я перехватил меч, примерился... Аккуратный надрез, и острая штука отделилась вместе с кусочком плоти.

«Отлично, — убрал трофей в мешок, валяющийся рядом. — Теперь кристаллы…». Никак они меня не отпускали.

Склонился над пауком. Нарост на спине всё ещё пульсировал, хоть и слабее. Я попытался подцепить его, но тело твари мгновенно рассыпалось серой пылью.

— Твою ж... — отпрыгнул, выругавшись.

Потратил несколько минут. В конечном итоге у меня получилось собрать несколько десятков наростов и три кристалла. Ох, и повозился же я с ними. Пришлось голыми руками тащить. Порезался, замерз. Но магия на кончиках пальцев позволила вытащить, не разрушая их.

Осмотрел свои труды. Хреновенькая добыча, что тут скажешь. Хомяк в моей душе негодовал. С большого паука ничего не досталось, так ещё и с малышки жалкие крохи. Может, результат был бы лучше, если бы я не торопился?

Мешок заметно потяжелел. Я поморщился, закидывая его на спину. Раны от когтей всё ещё саднили, но времени на лечение нет. Нужно успеть к руднику до восхода.

Двинулся через лес, сверяясь с картой в памяти. Серая зона постепенно редела, но ее странности все еще проявлялись. Заметил, как стволы деревьев словно выпрямлялись, возвращаясь к привычным формам. Мох под ногами уже не искрил от каждого шага, а тихо пружинил.

Воздух менялся. Из густого, напитанного силой киселя превращался в обычный ночной. Дышать стало легче, но источник внутри словно загрустил, потеряв подпитку извне. Даже звуки становились другими: вместо странного гула и шепота послышался привычный ночной лес.

На границе зон уловил едва заметную рябь. Будто воздух подрагивал, как марево над костром. Ещё шаг, и... реальность словно щёлкнула, возвращаясь к норме. Обернулся. За спиной клубился полупрозрачный туман. Интересно…

Впереди замелькали огни. Выбрался на небольшой пригорок, пригибаясь к земле. Костры охраны горели по четкой схеме — три больших по периметру, создавая основное освещение, и несколько маленьких ближе ко входу, для часовых.

Сам рудник напоминал небольшую возвышенность. Вход подпирали толстые брёвна, словно челюсть какого-то древнего чудовища. И смотрело оно, что характерно, прямо на земли Магинских.

Патрульные двигались парами, соблюдая дистанцию. Подождал и посчитал про себя. Интервал — пять минут, маршрут проложен грамотно, без слепых зон. У самого входа в рудник четверо: двое сидят у огня, двое стоят по бокам.

Факелы описывали круг, но... Вот оно! Между сменой патрулей и обходом часовых была крошечная пауза. Буквально полминуты, когда тени ложились так, что создавали узкий тёмный коридор к входу.

Пополз вперёд, прижимаясь к земле. Мешок с трофеями тянул вниз, но бросать его нельзя, слишком дорого он мне достался. Холодная роса пропитала одежду, заставляя ёжиться. Раны от когтей отзывались болью при каждом движении.

Я замер, вжимаясь в траву. Луч факела скользнул совсем рядом — патрульный проходил по своему маршруту. Сердце пропустило удар, когда свет замер в паре метров от меня. Охранник остановился, прислушиваясь.

«Давай, двигай дальше», — мысленно поторопил его.

Человек зевнул, потянулся и побрёл своей дорогой. Я выждал ещё минуту и пополз дальше. До следующего патруля должно быть около трёх минут, если они держат равномерный интервал.

Впереди маячил особенно яркий костёр. Пришлось сделать крюк, уходя в более глубокую тень. В темноте я нащупал какую-то ямку и замер в ней, пропуская очередной патруль.

— Холодно сегодня, — донеслись голоса охранников у входа.

— Да и вообще душно как-то...

— Это ты после вчерашнего.

Скрип шагов. Кто-то направился в мою сторону. Я вжался в землю сильнее, надеясь, чтобы мешок не выдал меня случайным звуком. Свет факела метнулся совсем близко, заставляя задержать дыхание. Сапоги прошли в метре от моего укрытия. Охранник остановился, шумно высморкался и побрёл обратно. Я досчитал до ста, давая ему время отойти подальше.

До входа в рудник оставалось метров тридцать открытого пространства. Чтобы добраться туда, придётся пересечь освещённую костром зону. Наконец. дождался, когда очередной патруль скроется из виду.

— Эй, там! — окрик заставил вжаться в землю. — Смена через час!

— Да идём мы, идём... — один из охранников потянулся. — Отолью только.

— И я с тобой, — второй зевнул. — Задубел тут стоять.

Оба отошли к кустам. Порыв ветра донёс их приглушённые голоса и смех.

Вдруг в темноте что-то мелькнуло — словно шнурок извивается высоко в воздухе. Я присмотрелся: водяной змей. Тварь кружила над входом, выискивая добычу.

Один охранник вернулся, поёживаясь от ночной прохлады. Огляделся, заметил отсутствие напарника:

— Эй, Мишань, ты где там?

В ответ только шелест ветра в кронах. Что-то темное мелькнуло в вышине, заставив меня прижаться к земле. Водяной змей... Тварь беззвучно скользила между звезд, выискивая добычу.

— Миша! — в голосе мужика появилось беспокойство.

Я напрягся, глядя как второе существо заходит с другой стороны. Достал иглы, прикидывая варианты. Если твари нападут, шум привлечет весь лагерь. Долбанные летающие колбаски, не могли другое выбрать для своей охоты?

Влажный свист рассёк воздух. Охранник вскинул голову, успев только вскрикнуть. Змей камнем рухнул вниз, хватая человека поперѣк туловища. Тело дёрнулось в воздухе, как тряпичная кукла.

Выстрелы разорвали тишину, второй охранник открыл огонь из кустов. Пули впивались в чешуйчатое тело твари, не причиняя вреда. А потом сверху спикировала еще одна тень, утаскивая стрелка в ночное небо.

По лагерю прокатился сигнал тревоги. Факелы заметались, послышались крики и топот десятков ног. Кто-то орал команды, пытаясь организовать оборону.

«Сейчас!» — мысль заставила двигаться.

Я вскочил, сжимая мешок. Трофеи внутри предательски звякнули. Сердце колотилось как бешеное, когда рванул к темному зеву рудника. Позади грохотали выстрелы, звучали проклятья, но я уже влетел во вход.

Темнота и затхлость ударили в лицо. Ничего не видя, побежал вперёд. Мешок бился о стены, и эхо разносило звон по туннелю. Крики снаружи становились глуше, а тьма впереди — гуще.

Нога вдруг зацепилась за что-то. Тело по инерции полетело вперед. Я выставил руки, но это не помогло — камни больно ободрали ладони. Кубарем покатился дальше, пытаясь сгруппироваться.

Наконец замер, тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле. И тут пальцы нащупали что-то... мягкое и тёплое?

— Что за?..

Глава 6

Рука ещё раз сжалась, ощупывая мягкую округлость. Я с осторожностью прислушивался. Снаружи творилась настоящая вакханалия. Выстрелы гремели почти непрерывно, крики сливались в единый гул. Змеи, похоже, разошлись не на шутку.

— Понравилось? — вкрадчивый женский голос прозвучал настолько близко, что я вздрогнул.

— Сложно так сразу ответить, — произнёс, лихорадочно соображая, куда попал.

— Хм...

Яркая вспышка на миг ослепила. Факел в чьей-то руке разогнал тьму, и в то же мгновение за спиной раздался грохот. Вход в рудник засыпало камнями. Звуки снаружи стали глуше, словно нас отрезало от мира. Вот только кого «нас»?

Глаза постепенно привыкали к неровному свету. Тени плясали на стенах, и в их движении проступил до боли знакомый силуэт. Сердце пропустило удар. Передо мной стояла та самая служанка из особняка — брюнетка с короткой стрижкой. Перевёртыш, который убежал. Маргарита? Или Симона?.. Так и не научился их различать.

На девушке была какая-то грязная накидка, едва прикрывающая тело. Там, где края сходились, проглядывала обнажённая кожа. Её глаза в свете факела казались почти чёрными, а кожа казалась белой, как мел.

— Павел Александрович, — она улыбнулась, и в этой улыбке мелькнуло что-то хищное. — А вы тут что делаете?

— Я? — машинально ткнул в себя пальцем, пока другой рукой уже шарил в поисках меча. — Да так, прогуляться решил.

Нащупал рукоять и потянулся к иглам. Перевёртыш здесь... Почему? Что она охраняет?

— Думаю, не стоит... — девушка сделала шаг навстречу, и я невольно сглотнул. — Знаете, вы первый молодой человек, который имел наглость меня трогать за грудь, — в её голосе прозвучала неприкрытая угроза.

— Правда? С почином, — кивнул, лихорадочно просчитывая варианты. — Вот только я не специально, просто споткнулся.

— Конечно... — протянула брюнетка. — Я лежу, отдыхаю, никого не трогаю, а тут меня щупают, да ещё так жадно.

Мысли метались, как обезумевшие. Что она здесь делает? Случайность?.. Нет, слишком уж всё подготовлено. В руднике явно что-то есть, раз его охраняет перевёртыш, или…

— А я вас ждала, — эти слова обрушились, как камни.

— Рад, что не подвёл.

Холодок пробежал по спине. Откуда она могла знать о моём приходе? Тёркины... Живы ли братья? Если перевёртыш их схватила и пытала, они могли рассказать о цели визита. А может, просто играет со мной, пытаясь выудить информацию?

— Скажите честно, — девушка шагнула ближе, грязная накидка на её бёдрах чуть разошлась. — Вам так не терпелось узнать, что тут в руднике?

Моя рука крепче сжала рукоять меча. В голове крутились варианты: «Атаковать сразу или попытаться выяснить про братьев?» Перевёртыш явно знает больше, чем показывает.

— Раз уж мы так мило беседуем, — поднялся я с колен, — может, расскажете, где Тёркины?

Её улыбка стала шире:

— А вы переживаете за них? Как мило...

Факел в руке брюнетки качнулся, тени заплясали по стенам. На миг показалось, что они обретают собственную жизнь, тянутся ко мне. Я дёрнул головой, прогоняя наваждение.

— Знаете, — девушка вдруг стала серьёзной. — Мне приказали убить любого, кто сюда войдёт. Но... — она облизнула губы. — Вы меня заинтересовали.

— Польщён, — процедил сквозь зубы, отмечая, как плавно смещается её тень в полумраке, пытаясь загнать в угол. — Но обычно дамы знакомятся немного иначе.

— О, я не обычная девушка, — тихо рассмеялась брюнетка. — И вы это прекрасно знаете. Кстати, как там проверка на перевёртышей? Нашли кого-нибудь?

Твою ж... Она в курсе даже этого. Значит, в особняке есть ещё шпионы. Или Жора проболтался? Нет, он бы не стал. Хотя это вполне логично — после того, как мы вычислили её, решили проверять остальных.

— Очень устал, дорога сюда вымотала, — начал я, разминая затёкшие плечи. — Давайте без игр. Где мои люди? Чего вы хотите? И что делаете в моём руднике?

— Вашем? — девушка изящно изогнула бровь. — Хм... А я думала, что это место уже давно стало собственностью Зубаровых.

— Они тоже так думают, — сделал шаг к ней, пальцы крепче сжали рукоять, — но ошибаются. Как ваша сестра, кстати?

— Симона! — имя прозвучало, как удар хлыста. Выходит, передо мной Маргарита? Но это сейчас уже не имело значения, ведь перед моим взором предстала пугающая картина.

В следующий миг её тело начало меняться. Кожа потемнела, словно впитывая тени от факела. На ней проступила жёсткая чёрная шерсть, блестящая в неровном свете. Глаза залила густая карамель, превращая их в бездонные омуты. Уши вытянулись и заострились, а накидка затрещала, не выдерживая трансформации.

Меня схватили так быстро, что я успел только метнуть две иглы ей в голову и выставить клинок. Лезвие упёрлось между грудей твари, но... не причинило вреда. Когтистые пальцы стиснули мою челюсть.

— Ненавижу! — прорычала она голосом, больше похожим на звериный рык.

— Я не понимафю! — выдавил я, чувствуя, как сжимаются её пальцы, впиваясь в щёки.

«Даже коготь водяного медведя ничего с ней сделать не может», — мелькнула паническая мысль.

— Георгий ранил Симону, она чуть не умерла! — гремел голос существа, бывшего когда-то Маргаритой. — Еле её тут выходила.

— Рад, что она жива, — произнёс, когда хватку чуть уменьшили. Слова царапнули горло.

В следующий миг меня швырнули, как тряпичную куклу, в сторону. Спина и затылок встретились со стеной. В глазах потемнело, воздух вышибло из лёгких. Клинок вылетел из ослабевших пальцев, жалобно звякнув где-то в темноте.

Я сполз по шершавой поверхности, чувствуя, как по спине течёт что-то тёплое. Но руки уже окутывало знакомое зелёное свечение. Источник отозвался на опасность, наполняя каналы силой. Значит, ещё повоюем!

— Вы мне не соперник! — заявила девушка, и её тело снова стало человеческим.

Факел высветил изящный силуэт. Я невольно залюбовался — красивая, зараза.

— Если хотите попытать удачу... Вперёд! — она помедлила, и вдруг в голосе промелькнула неуверенность. — Я бы вас убила, но мне нужна помощь.

«Вот оно что!» Значит, не всё так просто. Пока можно поиграть по её правилам. Думаю, близнецы где-то здесь, да и информация о перевёртышах лишней не будет.

— Странно вы просите! — поднялся, морщась от боли. Взгляд заметался в поисках мешка с трофеями.

— Это из-за вас она пострадала! — в голосе Маргариты прозвучала неприкрытая боль.

— Спорно, — подошёл к своим трофеям, краем глаза следя за девушкой. — Вы убили моих служанок и приняли их форму. Что-то выведывали, пытались навредить.

— Неправда! — она дёрнулась, словно от пощёчины. — Их убила ваша подстилка — Елизавета!

Я удивлённо поднял брови. Верить на слово существу, способному менять облик, не собирался. Но информация... интересная.

Маргарита тем временем, ничуть не смущаясь наготы, подобрала обрывки ткани. Ловкими движениями соорудила некое подобие одежды — набедренную повязку и что-то вроде топа.

— А с чего мне верить? — спросил, поднимая мешок. — Вы же перевёртыш.

— Мы, — она выделила это слово, — не убиваем просто так! У нас есть честь и правила.

— Ха-ха-ха-ха! — взорвался я смехом. — Дети, которых меняют насильно ещё в раннем возрасте. Кормят манапылью и зельями, дают пробовать кровь монстров. И всё, чтобы вырастить из них идеальных шпионов и убийц.

— Да что вы знаете! — тут же покраснела девушка. — Да! Нас создали против нашей воли. Мы с сестрой были захвачены в плен монголами, и они… лишили всего! Думаете, я об этом просила? А Симона? Мы пережили такие ужасы, что вы и представить не можете!

— Мне пожалеть? — спросил я.

— Нет! Нам нужно поговорить, — Маргарита шагнула ближе, в свете факела её глаза снова блеснули нечеловеческим огнём, — но не здесь. Слишком близко ко входу.

— А мои люди? — напомнил я.

— С вашими близнецами всё хорошо, — девушка кивнула куда-то в темноту. — Они дальше. Правда, немного... испугались, когда меня увидели.

— Могу их понять, — хмыкнул, вспоминая её трансформацию. — Ведите.

— Только без глупостей, — предупредила она. — Я действительно сильнее вас. И быстрее.

— Даже не сомневаюсь, — потёр ушибленную спину. — Но раз нужна помощь, думаю, до смерти калечить не станете.

Маргарита усмехнулась:

— Умный. Это в вас и привлекает. Идёмте, покажу кое-что интересное.

«Ну-ну, — подумал я, шагая следом. — Посмотрим, что ты припасла. А заодно выясним, что тут происходит на самом деле».

Шли молча. Пещера постепенно расширялась, потолок поднимался выше. В свете факела стены отливали странным блеском.

Я наклонился, разглядывая пол. Мелкий серебристый песок покрывал камни тонким слоем.

— Манапыль? — провёл пальцем, и крупицы магии заискрили.

Зачерпнул горсть, засыпая в карман. Поднял взгляд выше и замер. В стене тускло мерцали крошечные кристаллы, похожие на звёзды.

Маргарита улыбнулась, заметив мой интерес:

— Там дальше её больше.

«С такими ресурсами...» — мысли сразу заметались между возможностями. Теперь я не просто хочу этот рудник обратно. Он уже мой, и всё, что в нём есть, — моё! Рука жадно сжимала горсть манапыли в кармане. Очень хотелось потянуть магию из неё, но решил оставить это на потом.

— Почему сюда не заходили Зубаровы? — спросил я.

Что-то не сходится. Ведь тут всё достаточно рядом, и чтобы это не забрали? Не верю. Монстров у самого входа я не видел. Странно…

— Скоро узнаете, — девушка качнула факелом, освещая поворот туннеля.

Шорох в темноте заставил меня насторожиться. Красные глаза сверкнули впереди, как угли. Огнелис. Длинное мускулистое тело, покрытое чёрной шерстью, выскользнуло из тени. Но что-то с ним было не так — крупнее обычного, и хвост светится изнутри тусклым огнём.

Тварь зашипела, как огромная змея, обнажая клыки, и... растворилась в воздухе.

— Не бойтесь, — Маргарита даже не дрогнула. — Они тут все такие. Сильнее своих лесных собратьев.

Словно в подтверждение её слов из бокового прохода выползла воздушная змея. Но не та, что я видел раньше, — эта была раза в два длиннее. Её огромная голова покачивалась в воздухе, а вдоль тела пробегали волны силы, от которых воздух вокруг дрожал.

В следующем зале нас встретила стая грозовых волков. Их зрачки сияли не просто электрическим светом. Настоящие шаровые молнии перекатывались в глазницах. Пластины на телах отливали металлическим блеском, а вокруг лап плясали уже не искры, а полноценные разряды.

Под ногами хрустнуло. Я опустил взгляд. Человеческий череп, расколотый чьими-то мощными челюстями. И чем дальше мы шли, тем больше попадалось останков. На некоторых костях ещё висели куски почерневшей плоти.

Вожак стаи, заметив нас, лишь повёл ухом. Никакой агрессии — только холодный оценивающий взгляд существа, знающего свою силу.

Всё это время я сжимал рукоять меча и держал иглы наготове. Никак не мог поверить, что вот, совсем рядом, вижу тварей, а они не нападают. Маргарина бросала на меня взгляды и лишь улыбалась.

Прокрутил в голове варианты. Как бы ни хотелось признавать, но она сильнее меня. Пока… Хотела бы убить — сразу бы убила.

Тем временем стая грозовых волков скользнула мимо, растворяясь в темноте. Но я кожей чувствовал их присутствие. Они не ушли, а затаились, наблюдая. Странно, все твари здесь вели себя одинаково: замечали Маргариту, оценивали меня и отступали в тень. Словно выжидали.

— Они... разумные? — выдохнул я, перешагивая через очередной скелет.

— Не совсем, — Маргарита покачала головой. — Просто эволюционировали. Магия рудника меняет их.

— Значит, это всё из-за магии рудника? — я поднял горсть манапыли, позволяя ей рассыпаться между пальцев. — Но почему они вас слушаются?

— Не слушаются, — Маргарита качнула головой. — Просто... Признают во мне свою. Такую же тварь, — последнее слово она произнесла с горечью.

Девушка замерла. Из бокового туннеля донеслось тяжёлое дыхание. Водяной медведь... Он двигался неторопливо, почти лениво. Его чешуя тускло светилась в темноте, между пластин пульсировали отростки.

Тварь принюхалась, и вдруг её мутно-белые глаза уставились на мой клинок. Что-то изменилось в этом взгляде — будто монстр узнал оружие, сделанное из когтя его собрата.

И в следующее мгновение рёв сотряс стены туннеля. Медведь бросился вперёд, двигаясь с нечеловеческой для такой туши скоростью. Маргарита дёрнулась, пытаясь изменить форму, но... ничего не произошло. Тварь снесла её, ударив сильно о стену.

Обдумать сей странный факт я не успел — мишка уже был рядом. Этот монстр отличался от того, которого мы убили с отрядом. Крупнее, быстрее, и его чешуя словно жила собственной жизнью, переливаясь зеленоватым светом.

Я отпрыгнул, уходя от удара когтей. Они вспороли камень, выбивая куски породы из стены. Клинок чиркнул по боку твари, срывая несколько чешуек. Монстр взревел, разворачиваясь в тесном пространстве.

Нырнул под его лапу, метя в брюхо, но тут хвост медведя, покрытый острыми шипами, снёс меня с ног. В глазах потемнело от удара о стену.

Очнулся я, глядя в оскаленную пасть. Жёлтые клыки размером с кинжал тянулись к моей голове. Только меч, зажатый в руках, не давал твари сомкнуть челюсти на моём горле.

Источник внутри взорвался яростью. Зелёное пламя окутало клинок, и я дёрнул его вверх, разрезая что-то внутри пасти монстра. Яд хлынул в рану.

Медведь заорал так, что заложило уши. Его голова металась из стороны в сторону, разбрызгивая светящуюся жижу.

Момент! Иглы скользнули между пальцев, вспыхивая ядовитым светом. Первая партия вошла точно в левый глаз, вторая — в правый. Тварь взвыла, пятясь назад. А я уже формировал шары концентрированного яда. Один за другим они врезались в морду существа, разъедая плоть.

Медведь бился в агонии, его тело ударялось о стены, обрушивая камни. Светящаяся жижа, заменявшая ему кровь, заливала пол. Отростки между чешуй потускнели, превращаясь в обычные водоросли.

Я перехватил клинок, готовясь нанести последний удар.

— Не убивай его! — отчаянный крик Маргариты отозвался эхом.

«Чего?» — пронеслось в голове.

— Он страж…

Но было уже поздно. Мишка сдавал позиции. Его огромное тело содрогалось в конвульсиях, чешуя тускнела на глазах. Ещё один вздох, и туша рухнула на пол.

— Что ты наделал?! — подскочила девушка, не обращая внимания на слетевший с груди топ. — Без него сюда могут проникнуть новые монстры, и они не будут признавать меня и сестру. Мы слишком слабы для этого!

— Он первый начал, — хмыкнул в ответ, вытирая пот со лба.

— Миша был на грани перехода на пятый уровень... И твой клинок...

Внутри что-то ёкнуло. Пятый? Тогда почему он так легко умер?

— У монстров эволюция не такая, как у людей, — в её голосе звучало неприкрытое сожаление. — Во время перехода они становятся слабыми.

Я достал нож, примериваясь к огромным клыкам. Каждый размером с мою руку, ещё и острый, как бритва.

— Ты что делаешь? — возмутилась Маргарита.

— А, по-твоему, не видно? — продолжил работу. — Такие трофеи не каждый день достаются. Представляешь, какие клинки из них получатся?

— Но это же... Это же Миша!

— Был Миша, — поддел очередной клык, — а теперь отличный материал.

Собрал всё, что смог, с туши. Клыки легли в мешок первыми. Следом когти. Забрать органы? На почти пятом уровне они крайне ценные, но возиться с разделкой. Перемазаться… Да ещё вес увеличится в мешке. Он и так уже тянет меня к земле.

Маргарита стояла рядом, недовольно цокая языком и качая головой. А я думал: «Что-то здесь неладно». Перевёртыш внезапно ослабела — не смогла изменить форму, когда на нас напал медведь. Да и сама признала свою слабость. Возможно, у них есть какие-то лимиты в умениях. Или я чего-то не знаю, что повлияло на девушек в этой пещере. А значит…

Поднялся, разворачиваясь к девушке. Клинок упёрся ей в живот. Глаза Маргариты расширились от неожиданности.

— Зачем мне тебе дальше помогать? — спросил прямо.

— Но... но... — она занервничала. — Потому что твои люди у нас, и они погибнут.

— Твоя сестра тоже, — парировал я.

— Их убьют монстры! — выдала девушка. — Как только нас не станет… Вы — еда. Их много, и вы не справитесь. Все поляжете тут.

— Тоже верно, — кивнул и опустил оружие.

— Пойдём! — она дёрнула меня за руку.

Я оттолкнул её ладонь, прислушиваясь к ощущениям. Источник внутри пульсировал, словно рядом притаился монстр. Но никого не было видно...

— Идём! — снова потянула девушка. — Нам нужно торопиться. Симона… Она долго не… Пойдёмте, пожалуйста.

Её глаза стали мокрыми и умоляющими. А я медленно повернулся к туше медведя. Там что-то есть, нутром чую.

— Нет! — Маргарита толкнула меня в грудь.

Какой-то особой силы я не почувствовал, словно обычная девушка.

— Значит, не показалось, — озвучил свои мысли вслух.

— Нет! Нет! Не забирай! Оно наше с сестрой! — в меня стучали кулаками.

Я отодвинул в сторону Маргариту. Девушка поджала губы и смотрела на меня. С трудом воткнул меч в живот твари и резанул вдоль. Ожидал увидеть кристалл, но... Разочарование накрыло волной.

Глава 7

Я читал, что внутри тварей на пятом уровне могут быть кристаллы. Магия накапливается там годами, превращаясь в твёрдый камешек — результат поглощения силы убитых магов и манапыли. Но его здесь нет! Разочарование скрутило внутренности. Столько всего полезного уже нашёл, а это стало бы жемчужиной моей охоты. Жаль…

Но источник продолжал подавать сигналы. Ядро билось внутри, словно пыталось сказать, передать. Что-то здесь есть, что-то важное...

— Не надо! — Маргарита дёрнулась ко мне, голые ступни девушки оставляли влажные следы на камнях. — Прошу, не лезь туда!

Проигнорировал её слова, погружая руку глубже в тушу медведя. Тёплая кровь-жижа обволакивала пальцы, пульсируя в такт с чем-то внутри. Каждое движение отзывалось всплеском света.

Остатки магии монстра ещё теплились в теле. И тут... Что-то шевельнулось, ткнулось в ладонь влажным и тёплым. Я замер. Нащупал... Круглое, размером с кулак, колотилось как бешеное. Сердце? Нет, там что-то ещё.

— Медвежонок? — прошептал я, когда пальцы коснулись крошечного тельца, свернувшегося клубком рядом с сердцем матери.

— Отойди от него! — в голосе девушки звенело отчаяние. Её кулаки сжались, аногти впивались в ладони до крови.

Я осторожно потянул существо наружу, стараясь не повредить. Тельце легко скользнуло в руки, оставляя за собой светящийся след. Размером едва ли с кошку, оно умещалось в ладонях.

Чешуя ещё не затвердела. Мягкая, почти как кожа. Между пластин едва заметно пробивались светящиеся отростки, похожие на нити водорослей. Маленький хвостик дёрнулся, когда детёныш поднял голову. Мутно-белые глазки уставились на меня с любопытством. Совсем как у взрослой особи, только без той жестокости.

Маргарита метнулась ко мне, пытаясь выхватить медвежонка. Её движения казались слишком медленными, неуклюжими. Я просто поднял руки над головой, и она даже в прыжке не смогла дотянуться. Странно видеть перевёртыша таким... обычным.

— Отдай его! Немедленно! — голос девушки срывался, в нём слышалась мольба вперемешку с яростью.

Детёныш в моих руках вздрогнул от этого крика. Его тельце напряглось, а потом... стало светиться изнутри. Сначала едва заметно, словно угли в затухающем костре, потом всё ярче. Сила наполняла его, как вода наполняет сосуд.

И вдруг яркая вспышка ударила по глазам, заставляя зажмуриться. Когда я проморгался, понял, что в руках пусто. Только тепло ещё растекалось по ладоням да покалывало кожу, будто подержал шаровую молнию.

Мой источник забился сильнее, как в момент копирования магии. Я дёрнулся всем телом, заглянул в себя — пустота. Ячейка оказалась не занята. Что это было? Почему такая реакция?

— Нет! — крик Маргариты больше походил на звериный вой. Она рухнула на колени, раздирая ногтями камни. Капли крови с её ладоней падали на серые булыжники, оставляя тёмные пятна. — Ты всё испортил! Всё!

Перевёл взгляд на тело матери-медведицы. Теперь её поведение перед смертью обретало смысл. Отчаянная атака, странная слабость во время перехода на новый уровень... Она готовилась к родам.

Эта мысль прошила сознание, как молния. В той книге о подобном не было ни слова. Монстры способны размножаться?

— Что это было? — провёл ладонью по лицу, стирая с него брызги светящейся жижи. Поморщился от резкого запаха — смесь железа и чего-то похожего на озон. — Зачем вам медведь? И почему детёныш просто... исчез?

Маргарита поднялась, пошатываясь. В её глазах плескалась такая ярость, что я невольно положил ладонь на рукоять меча. Девушка дёрнулась, словно хотела броситься на меня, но... Вместо этого просто развернулась и побрела вперёд по туннелю, бормоча что-то себе под нос.

Я смотрел ей вслед, мысленно выстраивая картину происходящего. У перевёртышей должен быть хозяин. Тогда почему они прячутся тут, на моей земле, пусть пока и занятой Зубаровыми? Ещё этот странный страж с детёнышем.... Не просто же так подселили к нам сестёр.

Стены туннеля постепенно расширялись, уходя вверх тёмными сводами. В камне поблёскивали крошечные кристаллы, похожие на застывшие капли росы. Шаги отдавались гулким эхом, а воздух... Он становился гуще, словно наполнялся невидимой силой.

Вдруг что-то мелькнуло в темноте. Тень размером с небольшую кошку метнулась прямо мне под ноги. Источник внутри дёрнулся, реагируя на опасность. Рука автоматически легла на меч, пальцы сжали рукоять.

Но вместо атаки... По телу прокатилась волна эмоций: страх, такой острый, что перехватило дыхание, растерянность, от которой закружилась голова, и голод — тянущий, выворачивающий внутренности. Я замер, пытаясь разобраться. Эти чувства... не мои. Они принадлежат существу, которое прячется во тьме.

— Не трогай его! — Маргарита развернулась молнией, схватила меня за руку. Её пальцы дрожали, пытаясь оттащить мою ладонь от меча.

Я сделал несколько осторожных шагов вперёд, вглядываясь в темноту. Свет факела выхватил из мрака съёжившуюся фигурку. Медвежонок, тот самый, что растворился у меня в руках, вжался в землю и жалобно поскуливал. Его крошечное тельце дрожало, а мутно-белые глазки светились уже не любопытством, а животным страхом.

— Я чувствую его эмоции, — произнёс задумчиво, пытаясь осмыслить происходящее. Волны чужого страха накатывали снова и снова, отдаваясь внутри дрожью. — Как такое возможно?

— Неважно! — фыркнула Маргарита, но её голос дрогнул. — Уже... неважно.

Вот тут я категорически не согласен. Ощущать эмоции твари — такое в мои планы точно не входило. Огляделся, запоминая каждую деталь. Каменные своды уходили во тьму, в стенах поблёскивали прожилки кристаллов. Это мой рудник, и скоро я отсюда всё вытащу. Каждый кристалл пойдёт на личные нужды.

«Перевёртыш думает, что использует меня...» — ухмыльнулся про себя. Всё наоборот. Пройти глубже без сражений с монстрами — бесценная возможность. Ещё и своих балбесов нужно забрать. В итоге получаю даже больше, чем рассчитывал.

Заметил, как медвежонок неуверенно двинулся следом, прижимаясь к стенам. Крошечные отростки между чешуек едва заметно пульсировали, создавая причудливые тени. Странное создание... От него накатывали новые волны эмоций: страх постепенно уступал место любопытству, а голод становился всё острее, отзываясь спазмами в моём собственном желудке.

Туннель резко расширился и вывел нас в просторный зал. Факел Маргариты здесь казался лишним — стены испускали собственное сияние, заливая пространство холодным светом. Я застыл, не веря своим глазам.

Кристаллы. Десятки, сотни магических кристаллов пронзали камень, словно клыки неведомого чудовища. От крошечных, размером с ноготь, до огромных — с ладонь.

Они пульсировали в такт друг другу, будто единый организм, наполняя воздух густой силой. Источник внутри меня затрепетал, жадно впитывая исходящую от них мощь. По каналам потекла чистая энергия, заставляя кожу покрыться мурашками.

«Моё. Это всё моё!» — от одной мысли сердце забилось чаще. С таким количеством кристаллов... Четвёртый ранг? Легко. А может, и выше получится прыгнуть.

Пришлось оторваться от созерцания своего будущего богатства. В центре зала, у самого большого кристалла, застыла напряжённая сцена.

Близнецы Тёркины держали на мушке бледную девушку. Симона... Её лицо исказилось от боли, на шее проступили чёрные линии, похожие на выжженное клеймо. По венам растекалась тьма, превращая кожу в паутину чёрных нитей.

— Сестра! — Маргарита ринулась вперёд, оставляя за собой погасший факел.

— Стоять! — рявкнул Василий, передёргивая затвор.

Эхо выстрела заметалось под сводами. Его руки дрожали так сильно, что пуля ушла в потолок, выбив сноп искр.

— Ещё шаг, и твоя сестричка получит пулю в голову! Я эту суку перевёрнутую... — он облизнул пересохшие губы. — Размажу ей мозги по стенам! Посмотрим, как вы восстановитесь.

— Павел Александрович, — голос Николая звучал глухо, словно из-под земли. Старший брат держался спокойнее, но пальцы, сжатые на прикладе, выдавали напряжение. — Вы живы! Мы думали, что эта тварь убила вас.

— Они монстры! — Василий сорвался на визг, его зрачки расширились от страха. — Как те, в туннелях. Только хуже! — он судорожно держал ружьё, костяшки пальцев побелели. — Притворяются людьми, а потом... — его передёрнуло, ствол ружья заходил ходуном. — Мы чуть с ума не сошли, когда поняли, что рассказы отца о перевёртышах — правда.

Симона закашлялась, по её подбородку потекла чёрная жидкость. Запах... Я принюхался. Что-то знакомое. Яд? Пытался вспомнить: «Это точно не мой. Тогда в особняке я даже не ранил сестёр. Жора? Нет, тоже не мог».

— Помоги ей! — в голосе Маргариты зазвенело отчаяние. Девушка побежала к сестре, но замерла, когда Василий лязгнул затвором. — Она умирает!

— Отлично! — истерический смех младшего Тёркина эхом отразился от стен. — Сама сдохнет, а мы вместе прикончим вторую тварь!

— Тихо! — рявкнул я так, что медвежонок у ног подпрыгнул.

Осмотрелся, оценивая ситуацию. Одна умирает, а другая настолько слаба, что даже форму сменить не может. Самое время избавиться от перевёртышей... Проблема решится сама собой. Но Маргарита права… Без проводника нам отсюда не выбраться.

У входа в туннель снова мелькнули тени монстров. В проходе то и дело вспыхивали глаза тварей — красные, белые, янтарные. Они выжидали, наблюдали. Не знаю, как сёстры на них воздействуют, но хочу научиться такому же.

Бросил ещё один взгляд на братьев. Дальше пути нет, придётся возвращаться через лабиринт. Втроём против всех тварей у нас не получится пройти такой путь.

— Коля, держи на мушке того, кто пытается напасть на господина! — крикнул Василий, тыча пальцем в мою сторону.

Я опустил взгляд. Медвежонок жался к ногам, его крошечное тельце дрожало. Чужие эмоции накатывали волнами: страх, растерянность, голод. Они начинали раздражать, путали мои собственные мысли, но сейчас было не до этого.

Симона снова закашлялась, её тело выгнулось дугой, как от удара током. Чёрная жидкость уже не просто сочилась, она фонтаном брызнула изо рта. Тонкие струйки потекли из глаз и ушей, словно кровавые слёзы. Запах... Принюхался сильнее. Странный, ни на что непохожий аромат.

Девушка рухнула, ударившись затылком о камень.Тело затрясло, как в эпилептическом припадке. Маргарита вонзила ногти в свои ладони с такой силой, что между пальцев потекли струйки крови. Они капали на пол, смешиваясь с чёрной жижей.

— Пристрелить их обеих! — Василий трясся, как в лихорадке, ствол ружья в его руках ходил из стороны в сторону. — Они же твари! Нелюди! Сами видели. И эти когти, и шерсть, и...

— Успокойся, — повысил голос Николай, хотя его собственный взгляд метался между мной и перевёртышами. — Хозяин разберётся.

— Разберётся?! — младший сорвался на визг, брызгая слюной. — Ты видел, что они делали? Как менялись?

Маргарита метнулась к сестре. Грянули выстрелы — близнецы разрядили ружья в перевёртыша. Эхо заметалось под сводами пещеры, осыпая нас каменной крошкой. Едкий запах пороха перебил вонь странного яда, но толку от стрельбы не было никакого.

— Стоять! — рявкнул я, когда братья потянулись за мечами. Лезвия уже наполовину покинули ножны.

Маргарита приблизилась к сестре, её пальцы дрожали, когда она пыталась приподнять голову Симоны. Если не ошибаюсь, сейчас можно получить очень ценный подарок. От одной мысли источник внутри затрепетал.

— Не двигайся, сука! — Василий дёрнулся, как припадочный, сжимая рукоять меча. Пот заливал его лицо. — Ещё шаг, и я снесу тебе голову!

— Заткнулись! — рявкнул на близнецов.

Двинулся вперёд, глаза жадно выхватывали детали. Кристаллы в стенах пульсировали. Сила, чистая сила — она моя. Я сдерживал улыбку, чтобы не выдать своих мыслей. Скоро откроется ещё одна ниша для копирования магии.

Маргарита рыдала. Она даже не повернула голову, когда я приблизился. Будь у неё возможность, уже бы давно разорвала братьев на части. А я подметил мысленно: «Момент идеальный, пока её силы не вернулись».

Склонился над Симоной. Чёрные узоры на коже пульсировали, словно живые змеи. Интересно... Очень интересно. Таких свойств у ядов я ещё не встречал. Определённо стоит потом поэкспериментировать. Но сначала...

— Вы с ума сошли? — Василий нервно переступал с ноги на ногу. — Она же тварь! Нелюдь! Убейте её!

Медвежонок снова ткнулся мне в бедро, от него волнами исходило беспокойство, смешанное с любопытством. Чужие эмоции уже порядком достали — мешали сосредоточиться.

— Брысь! — отпихнул его локтем. — Мешаешь.

— Я его пристрелю! — младший Тёркин вскинул ружьё, прицеливаясь в маленького монстра.

Грохот выстрела ударил по ушам. Эхо разлилось под сводами, осыпая нас каменной крошкой. Медвежонок растворился в воздухе, как утренний туман, чтобы через секунду материализоваться снова у моих ног. Его страх отозвался внутри моей груди ледяным комком.

— Вася, хватит! — Николай перехватил руку брата, когда тот потянулся за следующим патроном. — Дай Павлу Александровичу работать.

Я выпустил немного своей силы, направляя её тонкой струйкой через ладони. Метка на шее Симоны вспыхнула зелёным огнем. Девушка выгнулась дугой, из горла вырвался нечеловеческий вой.

Чёрные линии под кожей забурлили, словно живые змеи. Я сконцентрировал свой яд вокруг метки, заставляя его замереть на месте. Чужая сила сопротивлялась. Густая, вязкая, она пыталась растечься дальше по венам. Но я держал крепко, не позволяя ей ускользнуть.

Два потока сплелись в странном танце. Мой яд, яркий и обжигающий, против чужого — холодного, тягучего. Источник внутри дрогнул, когда они соприкоснулись. Я чувствовал, как чужая сила пытается подавить мою, высосать, обезвредить...

А потом что-то изменилось. Чёрные линии вдруг потускнели, словно выцветая. Чужой яд больше не давил на тело девушки. Наоборот, он потянулся к моему, жадно впитывая. Симона задрожала, её дыхание стало ровнее.

«Вот оно!» — дёрнул на себя, втягивая чужую силу через ладони. По каналам потекла субстанция. От неё немели пальцы, а в голове появилась звенящая пустота.

Источник содрогнулся, принимая новую энергию. Что-то в этом яде было... особенное. Он словно пытался подчинить, подавить, лишить воли.

— Господин, может, не стоит? — голос Николая дрожал. Парень опустил ружьё, но рука всё ещё лежала на рукояти меча. — Она же... не человек.

— Точно! — подхватил Василий, брызгая слюной. — Видели бы вы, во что превращается! Шерсть чёрная, когти...

— Она приходит в себя! — Маргарита подалась вперёд. В её голосе прозвучала надежда.

— Стоять! — Василий щёлкнул затвором последнего заряженного ружья. — Ещё шаг, и…

Воздух сгустился, словно перед грозой. Каналы обожгло ледяным огнём. Чужой яд внутри будто ожил, забурлил. Симона распахнула глаза, полыхнувшие янтарным светом.

Земля содрогнулась. Кристаллы в стенах вспыхнули ярче, отзываясь на всплеск силы. А внутри... Внутри что-то менялось. Чужой яд растекался по телу, неся с собой странное оцепенение. Источник дрожал, пытаясь справиться с новой силой.

В следующий миг земля под ногами содрогнулась, будто проснулось древнее чудовище. Тело Симоны изогнулось. С её пальцев сорвались искры — золотистые, будто капли расплавленного металла. Они впитывались в камень, заставляя его светиться.

— Сука! — Василий нажал на курок. Щелчок… — Патроны закончились.

Земля вздрогнула снова, на этот раз сильнее. Кристаллы в стенах запульсировали ярче. Я попытался вскочить, но ноги подкосились. Упал на одно колено, стараясь удержать контроль. Каналы горели огнём. Две силы сражались внутри, не желая уступать.

— Симона... — Маргарита ринулась к сестре.

— Стоять! — рявкнул я.

Медвежонок заскулил, прижимаясь к ногам. Его страх накатывал волнами, перемешиваясь с моей болью. Твою ж... В глазах темнело.

Симона приподнялась. Кожа её пошла рябью, словно под ней перекатывались волны. Воздух вокруг девушки сгустился.

— Господин! — Николай дёрнулся ко мне, но застыл на полушаге.

По стенам пещеры пробежала трещина. Она змеилась между кристаллами, заставляя их мерцать ещё ярче. Откуда-то сверху посыпались камни. А потом... Всё взорвалось.

Вспышка ослепила. Ударная волна швырнула всех к стенам, только Симона осталась стоять. Её тело окутал золотистый кокон света. Я попытался подняться, но ноги не слушались.

— Павел... — голос Маргариты донёсся словно издалека. — Бегите!

С потолка посыпались камни размером с кулак. Один ударил по плечу, заставив зашипеть от боли. Кристаллы в стенах пульсировали всё ярче.

«Мои кристаллы...» — мелькнула паническая мысль. Нет, только не это! Такое богатство...

— Госпо... — начал было Николай, но его прервал грохот.

Часть свода обрушилась, открывая чёрную дыру наверху. В проёме метнулись тени, блеснула сталь. А потом... Воздух разорвали выстрелы.

Пули высекали искры из камней. Василий с Николаем скатились за выступ, прячась от шквального огня.

— Павел Александрович! — крик старшего брата потонул в грохоте выстрелов.

Новый взрыв потряс пещеру. В образовавшийся провал хлынул яркий свет, выхватывая из тьмы силуэты в камуфляже. На их шлемах поблёскивали странные символы.

— Монголы? — выдохнул Николай. — Какого чёрта они здесь делают?

Симона вскинула руки. Золотистое сияние вокруг стало нестерпимым. Маргарита метнулась к сестре, подхватывая её. Тела девушек начали меняться, покрываясь чёрной шерстью.

— Остерегайся их... — донёсся до меня шёпот Маргариты. — Они уже близко.

Очередной взрыв обрушил ещё часть свода. Я с замиранием сердца смотрел, как драгоценные кристаллы исчезают под обвалом. Внутри всё сжалось от бессильной ярости.

Перевёртыши скользнули в боковой туннель, растворяясь в темноте. Из образовавшейся дыры бросили верёвки — сверху уже спускались люди в форме. По нам стреляли.

— Используй то, что у тебя в руках, — прозвучал голос Маргариты у меня в голове.

Я опустил взгляд и увидел, что сжимаю…

Глава 8

Кусочек кристалла… Вот и вся благодарность от перевёртышей. Стиснул его до боли в пальцах, держа руку в кармане.

Мы продолжали стоять за выступом, пока сверху сыпались пули. Искры высекали фонтанчики из камней, осколки летели во все стороны. Тянуть энергию в себя я даже не пытался. Спасибо, хватило подарка Запашного — еле оправился тогда.

— Господин, — дёрнул меня за плечо Николай. — Что делать?

— Биться! — кивнул на монголов. — Твари залезли на мою землю, а я очень не люблю делиться.

— Я пустой, — Василий показал разряженное ружьё и поморщился.

— Тоже, — подтвердил его брат, проверяя патронник.

— А мечи вам на что? — достал свой клинок, прикидывая расстояние до противников. — Попытаюсь уложить тех, кто с оружием. Как упадут, рвитесь к ним и хватайте их огнестрелы.

Иглы скользнули между пальцев. Последние двадцать штук — надо использовать с умом. Я выглянул из-за укрытия. Трое с ружьями держали нас на прицеле, двое спускались по верёвкам. А за ними ещё.

— Да сколько ж вас, тварей? — спросил вслух.

Метнул первую партию, целясь в горло ближайшему. Яд сработал мгновенно — монгол захрипел, его палец судорожно дёрнул спусковой крючок. Выстрел ушёл в потолок, осыпав всех каменной крошкой.

— Пойдём! — рявкнул братьям.

Они рванули вперёд, пока я посылал следующие иглы. Ещё один противник рухнул, роняя оружие. Третий успел развернуться, но опоздал. Отравленная игла прошла над дулом и воткнулась ему в узкий глаз, которым он целился.

Количество стреляющих росло быстрее, чем я от них избавлялся. Непрекращающиеся выстрелы заставили прижиматься к земле.

Спускавшиеся сверху противники успели занять позиции, их пули выбивали искры из камней совсем рядом с моей головой. Я перекатился за упавшую глыбу, краем глаза замечая, как Тёркины подхватывают брошенные ружья.

Последние иглы... Значит, нужно бить наверняка. Высунулся на долю секунды, выцеливая узкие глаза за прицелами. Бросок! Один есть — монгол завалился набок, его оружие разрядилось в пустоту.

Василий нажимал на курок. Хлопки следовали друг за другом, каждая пуля находила цель. Головы монголов лопались, как перезревшие арбузы, забрызгивая стены красным. Николай бил по корпусу, превращая животы в решето. А я... чертыхнулся! Всё оружие валялось слишком далеко.

Сверху лезли «тараканы». Спускались по верёвкам, поливая всё свинцом. Прижался к камню, выжидая момент. Есть!.. Когда очередной боец завис на полпути, рванул вперёд.

Краем глаза заметил, как близнецы отбросили опустевшие ружья. Их руки сплелись в замысловатом жесте. В следующее мгновение земля вздыбилась, выпуская каменные шипы. Враги не успевали среагировать, насаживаясь на острые пики. Следом полетели каменные шары, разбивая черепа. Что-то похожее на копья прорастало прямо под ногами противников.

«Интересно…» — отметил про себя. Братья действовали синхронно, словно единый организм. Их магия земли соединялась в общее заклинание, удваивая силу.

Но додумать не успел. Передо мной возникла пятёрка монголов. Клинок описал широкую дугу, рассекая воздух. Первому я снёс голову, второму распорол грудь. Тела падали, а меч продолжал свой смертельный танец. Третий, четвёртый... Кровь брызгала во все стороны, окрашивая камни в багровый.

Рванул к следующей группе. Бросил быстрый взгляд на братьев — молодцы, справляются. Количество врагов заметно уменьшилось, но монголы продолжали лезть.

Услышал звон металла о камень. Что-то покатилось под ноги, потом ещё. И ещё. Клинок вошёл в горло очередному врагу, второму я распорол бок, но разум уже кричал об опасности.

— Граната! — заорал, разворачиваясь к близнецам.

Они не слышали, увлечённые боем. Сука... Меч превратился в клюшку. Я на бегу отбивал взрывчатку в стороны. Тёркины продолжали крошить врагов, не замечая опасности. Успел добежать, ударил по последней гранате, отправляя её в полёт.

Грохнуло. Серия взрывов накрыла пещеру, превращая бывший рудник в ад. Ударная волна подхватила меня, швырнула вперёд. Я врезался в близнецов всем телом, сбивая их с ног. Нас отбросило к стене и засыпало каменным крошевом.

— Твою мать... — прошипел сквозь звон в ушах. В голове гудело, словно там поселился целый улей пчёл.

Взгляд лихорадочно метнулся по стенам. Я сжал кулаки до боли, заскрипел зубами. Мои кристаллы... Всё богатство погребено под завалом!

Николай лежал рядом, его лицо заливала кровь, часть уха просто отсутствовала. Василий распластался чуть дальше, из раны в плече сочилась тёмная жижа. Старший вскочил и рванул ко мне. Затряс за грудки, что-то крича, но звуки доходили словно сквозь толщу воды.

Быстро оценил обстановку. Мы в полной заднице! Проход в туннель почти завалило, только сверху свисали обрывки верёвок. И пока мы тут валялись, монголы уже успели спуститься. Вот же твари... Окружают, берут в кольцо.

— Мы не сдадимся! — наконец прорвался сквозь звон голос Николая.

— Ты что, головой ударился? — попытался спросить нормально, но из горла вырвался крик.

— Да-а! — заорал в ответ парень.

Рука машинально нырнула в карман, но вместо игл нащупала только кристалл. Плевать! Ладони окутало зелёное сияние. Я сформировал маленький шарик яда, потом ещё один. В итоге семь сгустков выстроились ровной линией. Вжух! Выпустил их веером в приближающихся уродов.

Четыре разбились о водяной щит первого монгола. Сука! Но хотя бы остальные три нашли цели — прожгли дыры в телах, заставив врагов забиться в конвульсиях. По нам тут же открыли шквальный огонь.

Я нырнул за камень. Николай закрыл своей спиной брата, на его куртке расцветали алые пятна.

Машинально уже формировал новую партию ядовитых шариков. Выскочил, метнул их веером. Монголы, заметив снаряды, притормозили — главарь выставил водяную стену.

Я же рванул к Тёркиным, схватил Николая за шкирку, затащил в укрытие. Вернулся за Васей. Положив братьев на камни, проверил пульс — живы. Выхватил лечилку, зубами выдернул пробку. Плеснул зелье на раны обоим, остатки влил в горло.

— Выходи, русский! — прогремело с акцентом.

— Сам ты узкий! — вырвалось само собой.

— Отдай перевёртышей, и, возможно, я убью тебя быстро, — предложили мне.

— В жопу иди! — сконцентрировал большой шар яда.

— Ха-ха-ха! Правду говорят, что вы безумцы. Отдай моё!

«Где ж я тебе найду Симону и Маргариту, придурок?» Хотя... Теперь вот знаю, кто хозяин. Но все вопросы потом!

Источник застучал как бешеный. Я выставил руки, растягивая шар в подобие щита. Слабенького, но его хватило, чтобы поглотить водяное лезвие, снёсшее наше укрытие.

Схватил меч. И тут возникла одна идея... Рванул к монголам. Главарь уже формировал новую атаку. Я ускорился и принял его магию на клинок. Руки обожгло, словно кипятком облили. Ноги заскользили назад по камням. Упёрся всем телом, но... Я выдержал. А вот оружие — нет! Урод!

В меня уже летела новая волна. Вдруг понял, что не успеваю! Дёрнулся в сторону, приняв быстрое решение: рана останется, но жить буду.

И тут передо мной возник водяной медвежонок. Тварь прыгнула, принимая удар на себя. Маленькое тельце врезалось в живот, словно пушечное ядро, выбивая воздух из лёгких. Я согнулся пополам, дрожащими руками прижимая к себе существо. Его эмоции хлынули в меня потоком — только боль, чистая и яркая. А следом накрыло волной такой ненависти, что в глазах потемнело.

Монгол хохотал, наслаждаясь зрелищем. Я опустил медвежонка на камни, чувствуя, как источник внутри бурлит от ярости. Вся магия рвалась наружу, но устремилась в карман, где лежал кристалл. Ногу обожгло, а в голове стало пусто, словно вычерпали все силы разом.

Грохот за спиной заставил обернуться. Твари, которые встречались нам в туннелях, прорывались сквозь завал. Грозовые волки били телами о камни, расчищая проход. Первыми протиснулись воздушные змеи — их гибкие тела скользнули в щель.

«Твою мать!» — приготовился к битве. Кроме кулаков, ничего не осталось, но... «Колбаски» пронеслись мимо, устремляясь прямо к монголам. Их главарю пришлось выставлять водяные щиты один за другим.

Грозовые волки материализовались рядом с врагами. Молнии плясали между клыков тварей. Огнелисы замыкали атаку, их хвосты извергали потоки пламени. Воздух наполнился криками, выстрелами и рёвом монстров.

Тот урод — явно маг не ниже шестого ранга — крошил тварей, как капусту. Но даже ему пришлось отступать под слаженными атаками воздушных змеев. Один из них обвился вокруг монгола и рванул вверх, утаскивая того в пробитую дыру.

Я стоял с открытым ртом, наблюдая за бойней. В голове билась единственная мысль: «Когда монстры закончат с врагами, они переключатся на нас?» Но, если все твари здесь, туннель должен быть пуст. Это наш шанс!

Рванул к близнецам. Ноги поскользили, я чуть не упал. Дёрнул головой и посмотрел на мишку ещё раз. Не думал, что буду благодарен монстру.

— Господин! — Василий смотрел на меня круглыми от ужаса глазами. — Коля… Он...

— Потом! — рявкнул я, хватая Николая, лежащего без сознания.Близнец помог закинуть брата мне на плечи.

— Бери мой мешок, и руки в ноги!

Василий бросил последний взгляд на побоище, кивнул и подхватил сумку. Мы ринулись к туннелю, пока твари были заняты остатками монголов.

Неслись по тёмному каменному коридору, спотыкаясь о каждый выступ. Ни черта не видно. Василий несколько раз падал, с хрустом проезжаясь лицом по булыжникам, но тут же вскакивал, догоняя меня. В висках стучала кровь, мысли путались — слишком много всего случилось, нужно время переварить.

— Павел Александрович! — крикнул за спиной Василий, его голос дрожал.

— Беги! — бросил через плечо. — Всё потом!

— Господин! — в вопле прорезались истерические нотки.

Я сбавил скорость, чувствуя, как ноют плечи под тяжестью Николая.

— Коля... Он не дышит! Я чувствую... Он... Он...

Скинул старшего на землю, развернулся к проходу. Прислушался, ведь в любой момент могли нагрянуть монголы или твари. Пальцы легли на шею близнеца. Сука! Пульса нет.

Руки заметались по куртке, выгребая всё оставшееся зелье. Бутыльки с глухим стуком покатились по камням.

— Вливай всё ему в глотку! Нет! Просто открой и положи рядом, — рявкнул на Василия.

— Коля мёртв! — младший опустил голову, плечи его затряслись.

Звук пощёчины эхом разнёсся по туннелю. Голова Василия мотнулась в сторону.

— Быстро! Я не спрашивал твоего мнения, — рявкнул в ответ, и парень стал рефлекторно открывать бутыльки.

Я сложил свои ладони на груди Николая, начал ритмично давить. «Раз, два, три...» — считал про себя.

— Как скажу, вдувай ему воздух в губы. Нос зажми, — бросил застывшему Василию.

— Целовать? — его глаза расширились от шока.

— Давай!

Младший набрал полные лёгкие воздуха, прижался к губам брата. Я продолжал непрямой массаж сердца, пока не почувствовал под ладонями слабый толчок. Есть!

Схватил открытые бутыльки. Скорость? Нет, не то! Влил в горло зелье восстановления магии, следом выносливость. Последнюю лечилку опрокинул туда же.

Николай закашлялся, его тело выгнулось дугой. В это же время из глубины туннеля донёсся шорох.

— Бежим! — вздёрнул старшего на спину.

Василий подхватил мой мешок, и мы рванули дальше в темноту. Впереди забрезжил выход из туннеля.

Притормозил, хмурясь: «Разве его не завалила Маргарита? Какого хрена тут происходит?» Плевать! Ускорился и резко застыл у самого выхода, щурясь от яркого света.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Я огляделся по сторонам — вроде чисто. Хотя нет, у входа валялось несколько тел в форме людей Зубаровых. На некоторых виднелись следы звериных клыков, других изрешетили пулями.

Я прикинул маршрут до своих земель. Чёрт, даже сигнальной ракеты нет, чтобы вызвать Витаса. Его помощь была бы сейчас как никогда кстати.

— Ладно, бежим! — сказал я и рванул в сторону реки. — Найдём Соплю, перейдём её, и мы дома.

Руки немели под тяжестью Николая. Магия того монгола знатно потрепала не только братьев. Старший начал постанывать мне прямо в ухо. Василий, услышав голос брата, просиял, словно ему золотой слиток подарили.

Лес мелькал перед глазами размытыми пятнами. Мышцы горели от напряжения, в боку кололо. Каждый шаг отдавался болью во всём теле.

— Помолчи! — рявкнул я на Николая, когда тот снова застонал. Вертел головой, пытаясь уловить шум реки. Есть! — Туда! — бросил через плечо и побежал на звук бурлящей воды.

Мутные потоки неслись между крутых берегов. Даже в сумерках было видно, как здесь глубоко.

— Я плавать не умею! — голос Василия дрожал.

— Я тоже, — обернулся к нему, — но выбора нет. Либо вода, либо монголы, либо монстры, либо Зубаровы… Решай сам.

Младший Тёркин опустил глаза:

— Оставьте меня. Спасите брата!

— Щас! — дёрнул щекой.

Вдохнул поглубже и прыгнул. Холодная вода обожгла тело. Течение тут же подхватило, потащило в сторону. Николай судорожно вцепился в мои плечи, мешая грести. Его пальцы впивались до синяков, а тяжесть тянула ко дну.

Я вынырнул, хватая ртом воздух. До берега оставалось метров пять. Снова нырнул, работая руками и ногами. Коля, похоже, потерял сознание — хватка его ослабла.

Наконец, пальцы нащупали камни. Я навалился на берег, выталкивая бесчувственное тело Николая. Пришлось упереться ногами в скользкое дно, чтобы протолкнуть его подальше.

Перевёл дух и снова в воду. На том берегу маячил силуэт испуганного Василия.

— Слушай внимательно! — крикнул ему. — Я беру мешок, ты хватаешься за шею. Только не дёргайся и не паникуй!

— А можно я ногами помогу? — в голосе парня звенел страх.

— Нет! Просто держись!

Трофеи упали в воду. Я подхватил мешок — сука, тяжёлый. Василий шагнул в воду, закрыв глаза и нос, и тут же ушёл в глубину. Началась паника. Я нащупал его под мутной толщей потока и вытащил. Он тут же вцепился в шею мёртвой хваткой, его трясло.

Поплыл. Каждое движение давалось с трудом. Мешок тянул вниз, Вася душил. Паника младшего крайне мешала. Мои лёгкие горели от нехватки кислорода и напряжения.

Берег показался спасением. Вот он, совсем рядом. Осталось немного. Наконец, Василий оттолкнулся от моей спины, пытаясь выбраться. Но вдруг соскользнул с камней, чуть не упав в воду, и случайно ударил по моей руке. Мешок выскользнул из моих пальцев.

— Ползи! — рявкнул я, глядя, как течение уносит драгоценные трофеи.

«Хрен я лишусь своей добычи! — мелькнула злая мысль. — Хватит того, что кристаллы похоронило под завалами».

Набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул в мутную воду.

В первые секунды не видел ничего. Только размытые тени. Течение било в грудь, норовя перевернуть. Глаза щипало от грязной воды.

Что-то тёмное мелькнуло внизу. Мешок! Оттолкнулся от дна, но поток снёс в сторону. Воздух в лёгких заканчивался, а трофеи уносило всё дальше.

Снова вынырнул, жадно хватая ртом воздух. Заметил, как мешок вынесло на отмель метрах в десяти ниже. Поплыл туда, борясь с потоком.

В ушах шумело, руки и ноги наливались свинцом. Очередная волна накрыла с головой, во рту появился привкус ила. Но я уже видел цель — кожаный ремень сумки зацепился за корягу. Нужно только стянуть, и тогда получится спасти и забрать трофеи.

«Ну, давай!» — подбодрил себя, делая последний рывок.

Пальцы схватили мокрую кожу. Дёрнул на себя — мешок не поддавался. Нырнул, пытаясь разглядеть, за что он зацепился. Это оказался недоеденный тварями и морскими гадами труп.

Воздух кончался, в глазах темнело. Ещё рывок. Ремень наконец поддался. Я оттолкнулся от коряги, выталкивая себя и добычу на поверхность.

Только собрался вынырнуть, как что-то тяжёлое обрушилось в воду рядом. Сердце пропустило удар. О нет, только не водяной медведь! Но в мутной воде мелькнуло знакомое лицо. Николай?! Да вы издеваетесь?

Старший Тёркин камнем шёл ко дну. Я поплыл к нему, выпуская из руки мешок. Поймал безвольное тело за воротник, потащил наверх. Лёгкие горели от нехватки воздуха. Кое-как ногой зацепился за лямку своей поклажи, чтобы её не утащило, подтянул и взял.

Вынырнул, отплёвываясь от илистой воды. Конечности едва слушались: в одной руке мешок с трофеями, в другой — бесчувственный Николай. Течение сносило к берегу, когда зрение наконец прояснилось.

Вася готовился к атаке, а на него надвигался огнелис. Тварь больше, чем я встречал в нашем лесу.. Её хвост светился багровым пламенем, выдавая силу монстра минимум третьего ранга.

Огненный шар сорвался с хвоста твари. Василий вскинул руки, пытаясь создать земляной щит, но... Магия прошла сквозь его защиту, ударила прямо в живот. Вспышка озарила берег, и младший отлетел, словно тряпичная кукла.

За спиной раздался утробный рёв. Я резко обернулся. На том берегу, где мы только что были, возвышался водяной медведь. Его морда была измазана кровью. В огромных челюстях безжизненно повисла часть тела человека из отряда Зубаровых.

Выдохнул и услышал выстрелы рядом.

«Почему бы и нет? — подумал я, и на лице заиграла улыбка. — Да уж, дрянной выдался денёк…»

Глава 9

Рванул к берегу, борясь с течением. Река била в грудь мутными волнами, холод пробирал до костей. Коля безвольно болтался на плече, его намокшая одежда тянула вниз. Мешок, зажатый в другой руке, казался чугунным.

Позади раздался всплеск — водяной медведь прыгнул в воду. По поверхности пошли волны, они накрывали с головой, забивая рот илистой жижей.

На берегу огнелис приближался к поверженному Василию. Его хвост раскачивался, подобно маятнику, на конце собирался огненный шар. Тварь готовила смертельный удар. Младший Тёркин пытался отползти, оставляя кровавый след на земле.

Вдруг грянул выстрел. Пуля чиркнула по шкуре монстра, высекая искры. Огнелис развернулся, ощетинившись. Второй выстрел, третий... Тварь отпрыгнула от града свинца.

«Наши!» — мелькнула в голове мысль.

Я швырнул мешок на берег. Он плюхнулся в прибрежную грязь. Следом вытолкнул Николая, надеясь, чтобы старший был ещё жив. Позади совсем близко плеснуло. Медведь нагонял. Рывок вперёд, пальцы вцепились в прибрежные камни, соскальзывая с покрытых тиной поверхностей.

Морда монстра вынырнула рядом, обдав волной вони. Тухлая рыба, гниль и что-то ещё, от чего к горлу подкатила тошнота. Мутно-белые глазатвари уставились прямо на меня, между пластин чешуи сочилась светящаяся жижа.

— Огонь! — рявкнул знакомый голос откуда-то сверху.

Грохнул залп — не меньше десятка ружей. Пули вспенили воду вокруг твари, некоторые отрикошетили от чешуи. Медведь взревел. Тварь нырнула, но тут же последовал новый залп. Вода вокруг чудовища вскипела от свинца.

Я рывком выбрался на берег, колени подкашивались. Одежда, пропитанная речной водой, казалась чугунной. Из горла вырвался приступ кашля — организм пытался избавиться от грязной воды.

По склону спускались люди с ружьями, впереди шёл Медведь. Бойцы перезаряжали оружие на ходу, не сводя глаз с реки. Двое уже спешили к Василию с бутыльками зелий.

— Господин! — Фёдор просиял, протягивая руку. — Живой?

Его лицо светилось такой неприкрытой радостью, что я невольно усмехнулся:

— Ага.

Поднялся и глянул в воду: мишка решил не выныривать. Сплюнул речную муть. Во рту всё ещё стоял привкус ила. Окинул взглядом отряд. Человек двадцать, все напряжены, ружья наготове.

Двое помогали Василию — зелье уже влили, теперь закладывали тряпками живот. Младший стонал. Значит, жив! Николая тоже подхватили, понесли вверх по склону. Старший был бледен, как смерть, но грудь слабо вздымалась — тоже выкарабкается.

— С вами всё в порядке? — Медведь протянул фляжку.

— Даже не знаю, как ответить, — честно признался, делая глоток.

Вода прочистила горло, смывая привкус тины. Сознание прояснилось, и тут же накатило осознание: «Мы едва выбрались. Ещё чуть-чуть, и...» Тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли. Несколько раз было очень близко, буквально в шаге от смерти.

Снизу донёсся всплеск. Водяной медведь снова показался на поверхности. Бойцы вскинули ружья, но тварь держалась на расстоянии. Её мутные глаза следили за нами, чешуя пульсировала зеленоватым светом.

— Нужно уходить, — Фёдор оглянулся на доносящиеся издалека выстрелы. — Монголы проникли на наши земли!

— Заметил, — кивнул я, разминая затёкшие плечи.

— Вы их встретили? — подался вперёд один из бойцов. — Убили кого-то? — и тут же осёкся, склонив голову. — Простите... Просто супостата нужно бить и давить!

— Что ещё знаешь? — спросил я у Медведя.

— Наши люди прочесали лес — никого не нашли. Они почему-то двинулись к Зубаровым, — в его голосе смешались облегчение и недоумение. — Судя по канонаде, там настоящий бой был.

— Выдвигаемся? — спросил кто-то из бойцов.

Я кивнул, с трудом поднимаясь. Мышцы дрожали от усталости, мокрая одежда неприятно липла к телу. Подхватил мешок с трофеям. После всего, что случилось в руднике, ни за что его не брошу.

Люди рассредоточились, занимая позиции для нашего победного возвращения. Шестеро несли братьев — по трое на каждого. Остальные держали периметр, ружьяу всех наготове.

Шли быстро, насколько позволяла ноша. Из-за деревьев доносились странные звуки. Это необычный ночной лес, что-то явно изменилось после рудника.

— Господин, — окликнул один из бойцов. — Как монголы прошли незамеченными?

— Через серую зону, — бросил я. — Ну, или их кто-то впустил…

— Да кто это мог быть? — тут же возмутился другой мужик. — Невозможно! Одно дело друг другу глотки драть, и совсем другое… — голос говорившего стал тише, когда на него зыркнул Медведь. — Врага все ненавидят!

Люди переглянулись.

— Как бы они прошли через серую зону? — хмыкнул Фёдор. — Да ещё такой толпой… Их бы разорвали!

Василий снова застонал. Сквозь тряпки, которыми были затянуты раны, проступала кровь, несмотря на зелья. Огнелис третьего ранга, а может, и сильнее. Хорошо Николай начал приходить в себя, хоть и оставался слаб. Открывал глаза, смотрел в пустоту и снова закрывал.

— Стой! — Медведь поднял руку.

Впереди хрустнули ветки. Отряд замер, вскидывая ружья. Из кустов выскочил огнелис — крупный, с пылающим хвостом. Залп грянул прежде, чем тварь успела атаковать. Монстр отпрянул, растворяясь в темноте.

— Твари словно взбесились! — пробормотал боец, перезаряжая ружьё. — Лезут и лезут. Раньше такого не было.

— Может, из-за боя? — предположил кто-то. — Шум их привлёк?

А вот тут у меня просто куча предположений. И первое из них — кристалл. Рука сама скользнула в карман, где лежал подарок Маргариты. Странная вещица... Вроде просто камень, но источник отзывается на него, как на что-то живое.

Перевёртыши... Теперь многое начинало проясняться. Сёстры появились в особняке не просто так. Собирали информацию? Изучали? Не вяжется… Род был слаб, ещё пара месяцев, и Магинские бы исчезли.

А потом, когда мы их раскрыли, — девицы сбежали в рудник. Почему именно туда? И Симона... Кто-то специально отравил её этим странным ядом. Что бы они делали, если бы я не пришёл?

Слова монгола всплыли в памяти. Им не нужны были кристаллы, они искали перевёртышей и почему-то решили, что я их прячу.

Замер, поражённый внезапной догадкой.

— Господин? — Медведь встревоженно глянул на меня.

— Всё нормально, — мотнул головой.

Но мысль уже оформилась. Девочки не хотели возвращаться. Бежали от хозяев, спрятались в единственном месте, где их не стали бы искать. А монстры... Монстры Маргариту и Симону почему-то не трогали.

Очередной залп вдалеке заставил всех пригнуться. Канонада раздалась на землях Зубаровых. Там ещё остались враги? Это нам даже на руку. Уже накидал несколько идей, как использовать слабость их рода в своих целях.

— Получается, монголы пришли с большими силами? — подал голос один из бойцов. — Может, война началась, а мы и не знаем?

— Помолчи! — оборвал его Медведь.

Рука снова коснулась кристалла в кармане. Как бы я ни гнал от себя эту мысль, но, похоже, твари подчинились моему приказу и атаковали монголов. Вопрос в том, как работает? И главное — как воспользоваться?

Только этот подарок полностью окупает весь путь к руднику. Применение занятной штуковине я точно найду. Пришлось тряхнуть головой. Старая привычка: стоит на чем-то задержаться, как мозг тут же подкидывает варианты действий и рассчитывает последствия и пользу.

В другом кармане что-то кольнуло пальцы. Манапыль... Я же набрал прилично. Источник внутри затрепетал в предвкушении. Ещё немного, и прорыв на следующий уровень. Вот только...

— Чья магия мне больше подойдёт… — произнёс я вслух. — Лёд Жоры или что-то другое?

— Что? — непонимающе уставился на меня Медведь.

Отмахнулся. Среди этих людей чувствую себя относительно безопасно, поэтому не боюсь озвучивать мысли вслух. Нужно выбрать правильно. Яд уже стал родной стихией, но основные знания лежат в других областях. Хотелось чего-то привычного.

Хорошо, что у меня получилось остановить копирование во время поглощения обратного кристалла...

Я немного отвлёкся от пути и вдруг заметил кое-что. Первый монгол возник из-за деревьев внезапно — словно тень соткалась из сумерек. На груди блеснули металлические бляхи с незнакомыми символами. За ним ещё и ещё, будто лес рождал их из темноты. Изогнутые мечи описывали плавные дуги в воздухе.

— Огонь! — рявкнул Медведь, вскидывая ружьё.

Залп прогремел слаженно, словно один выстрел. Трое противников рухнули, окрашивая траву кровью. Остальные рассыпались между деревьями, змеиными движениями уходя от пуль.

Один взмыл прыжком в воздух. Зелёный шарик яда настиг его на взлёте, прожигая грудь насквозь. Тело рухнуло, дёргаясь в конвульсиях. Враги что-то кричали на непонятном языке.

Глянул на мужиков. Да я таких довольных лиц не видел, даже когда мы водяного мишку положили. Наконец, последний противник упал. Я оценил ситуацию: справились хорошо.

— Медведь! — повернулся к запыхавшемуся командиру. — Хочешь, чтобы я учёт вёл, сколько вы магических патронов тратите?

— Что? — проглотил Фёдор.

— Последнего, которого ты убил, — кивнул на тело. — Три в живот и четыре в голову. Тебе было интересно посмотреть на мозги?

— Что? — замер Медведь и как будто только сейчас увидел, что сделал. — Нет! Я… Да плевать мне.

— Горячка боя, — продолжил в ответ. — Всё понимаю, но думайте головой! Экономьте ресурсы.

— Понял, господин! — вытянулся по струнке мужик. — Больше не повторится.

Тогда в пещере у меня не было времени разглядеть их экипировку. Кожаные доспехи с металлическими пластинами лежали внахлёст, словно чешуя. Высокие сапоги оплетала странная шнуровка, похожая на змеиные кольца. На груди блестели бляхи, покрытые письменами. Ещё шлемы…

— Перезаряжай! — крик одного из бойцов вырвал меня из размышлений.

Монголы метнулись вперёд единым движением, их клинки сливались в сверкающий поток. Сформировал два шарика яда, метнул навстречу. Зелёные сгустки прожгли дыры в груди ближайшего врага. Он рухнул, не издав ни звука. Фёдор всадил пулю точно в лоб другому монголу. Брызги крови окропили траву.

— Господин! Справа! — заорал кто-то из бойцов.

Я развернулся рывком, выставляя защиту из яда. Клинок противника чиркнул по зелёному щиту. Моя рука выхватила меч из ножен. Дёрнул конечностью и располовинил монгола от плеча до пояса.

Внезапно слева раздался треск веток. Из леса вывалилась группа людей. Форма Зубаровых, их было человек двенадцать. Они бежали, спотыкаясь и оглядываясь через плечо. Что же тут забыли?

— Стоять! — рявкнул Медведь, разворачивая ружьё.

Наши тоже направили стволы. Люди Зубаровых замерли, тяжело дыша. В их глазах плескался животный страх.

Низкий рык прокатился по лесу. Из тени деревьев выступили грозовые волки — не меньше десятка. Их глаза пылали молниями, между клыков плясали электрические разряды.

— В кого стрелять? — Фёдор держал на прицеле и монстров, и людей Зубаровых.

— В тварей! — крикнул я, формируя новые сгустки яда.

— А это кто? — один из бойцов дёрнул стволом в сторону чужаков.

— Монстры! — закричал кто-то из людей Зубаровых. — Убейте их!

Первый волк прыгнул без предупреждения. Грянул нестройный залп — пули высекли искры из его шкуры. Тварь рухнула, но следом понеслись остальные.

Мир взорвался хаосом. Выстрелы мешались с криками и рычанием. Молнии вспарывали сумрак, озаряя оскаленные морды и перекошенные от страха лица. Люди и монстры сплелись в один клубок.

В какой-то момент Зубаровы перемешались с моими. Приходилось целиться, перед тем как использовать магию и прикрывать только своих.

Зелёные шары яда прожигали тела волков. Двое, трое... Краем глаза заметил, как один из людей Зубаровых упал, разорванный клыками. Его товарищ всадил клинок в глаз твари, но тут же получил удар молнией в грудь. «Слаженности им не хватает», — мелькнула мысль.

Медведь палил уже из двух ружей, его лицо почернело от пороховой гари. Наши держались плотным строем, прикрывая друг друга. Сука… Двое ранены, и один мертв.

Тварь метнулась ко мне — оскаленная пасть, пылающие глаза. Слишком близко, не успею сформировать шарик яда. Рука сама поднялась вперёд. Отступил в сторону и схватил за искрящуюся шерсть на холке.

По телу прошёлся электрический разряд. Все мышцы напряглись разом. Дыхание перехватило. От спазма пальцы, окутанные зелёным сиянием, сжались сильнее. Я вырвал кусок плоти.

Волк взвыл. Молнии в его глазах погасли, электрические разряды между клыков исчезли. В другой руке я уже сформировал шарик и закинул его в открытую пасть. Пошатнулся, когда снова смог управлять мышцами.

Осмотрелся. Вроде бы всех положили. Выдохнул и облизал сухие губы. Кровь? Вроде бы больше жертв среди моих нет. Ненавижу терять людей!

— Тварь! Ты убил моего брата! — человек в форме Зубаровых бросился на меня с мечом.

Грохнул выстрел. Голова нападавшего разлетелась красным облаком. Медведь опустил дымящееся ружье.

— Один выстрел, — кивнул он мне.

Хорошо, что успел выставить ядовитый щит и кровищей меня не задело.

Поле битвы затихало. Попытался понять, кто за кем гнался. Зубаровы преследовали монголов? Или обе группы бежали от взбесившихся тварей?

Люди уже деловито подцепляли мёртвых монстров на лапы. Я посмотрел на Фёдора, но тот лишь пожал плечами:

— Не пропадать же добру, господин.

Кивнул, разглядывая поле боя. Тела людей и монстров вперемешку. Зубаровы все мертвы… Не только я их не прикрывал, но и мои люди тоже. По факту они стали наживкой, которая заняла тварей, пока мы с ними расправлялись.

После всего, что сделали против Магинских… Ещё и на моей земле. Скажите спасибо, что сразу не убили.

— Сдохли не на своей земле…. — хмыкнул один из мужиков, пиная тело того, кто попытался на меня напасть. — Вы, твари, тоже убили моего брата! А ещё отца…

— Идём! — отдал приказ Медведь. — Помогите раненым и нашего оставьте. Хорошо ушёл на своей земле. Мы запомним его.

Остальные кивнули. Мои пальцы скользнули в карман, нащупывая кристалл. Он словно пульсировал в такт с затихающей энергией мёртвых волков. Очень надеюсь, что не эта штука их сюда привела… Выбросить?

Рука в кармане всё ещё сжимала кристалл. В голове крутились десятки вопросов, но сейчас важнее добраться до дома. «А там... — усмехнулся про себя. — Там будет время во всём разобраться».

— Коля! — пришёл в себя Василий. — Брат!

Близнец попытался встать, но его тут же положили обратно на землю.

— Спокойно, — подошёл к нему. — Мы уже у нас, и братец твой жив.

— Хватит истерить… — процедил через зубы Николай. — Живы будем — не помрём.

Младший выдохнул и закрыл глаза. А Николай жестом попросил меня наклониться к нему.

— Господин, — прошептал он. — Вы спасли меня и брата и не один раз. Тут не только клятва… Я и Вася… Мы ваши должники и расплатимся за всё.

— Отдыхай, — кивнул ему. — Сейчас доберёмся до особняка, ещё зелий получите, и вас осмотрят.

Раненых подняли, и мы двинулись вперёд. Заметил, что уже не обращаю внимания на тяжесть своего мешка. Мысленно предвкушал момент разбора трофеев. Это словно Новый год и подарки под ёлкой.

Пусть и немного, но кое-что получилось с собой забрать. Даже улыбнулся от этой мысли. Оставалось ещёё немного до домика, где раньше химичил Лапма.

Тихо… До сих пор не понимаю, почему лес тут так себя ведет, а в серой зоне по-другому. Словно жизнь там… Впереди мелькнули силуэты огнелисов — уже третья стая за последний час. Твари даже не пытались напасть. Просто следили, держась на расстоянии.

— Странно они себя ведут, — Медведь поравнялся со мной. — Словно у них есть приказ. Никогда такого не видел.

На что я кивнул, соглашаясь. Канонада стихла, только редкие выстрелы нарушали тишину. Выдохнул, когда оказались на моей земле. Такой голод накрыл, что даже тошнить начало.

— Что за... — я замер.

Горели костры. Много костров. Много машин по всей территории, ещё и грузовики. Мелькали десятки силуэтов. Жандармы, люди в форме Службы безопасности империи и какие-то военные. Заметил Запашного, рядом маячили глава Зубаровых и представители других родов.

— Что тут происходит? — добавил после паузы.

— Мы ушли в лес, как услышали выстрелы, — виновато пробормотал Фёдор.

— Близнецов как-нибудь незаметно пронесите, — приказал я. — Их не должны заметить.

— Всё сделаем, господин, — закивал Медведь. — Вы назначали собрание родов?

— Что-то не припомню, — дёрнул щекой. — А я хотел трофеи разобрать и с алхимиками пообщаться.

Глава 10

Мои люди окружили гостей плотным кольцом. Витас заметил нас издалека — метнулся навстречу, на ходу поправляя форму.

— Господин! — поклонился он. Взгляд его забегал по моей мокрой одежде.

— Докладывай, — оборвал я расспросы.

— Информации мало, — Лейпниш понизил голос. — Монголы напали на земельных аристократов. Точно пострадали Зубаровы, Смолёновы и Бочкарёвы. Много раненых. Потом нагрянула Служба безопасности империи, следом ставленник императора и главы родов. Ищут вас, хотят поговорить.

— Что ты им сказал?

— Все на охоте, — Витас бросил взгляд на носилки с близнецами. — И вот вы вернулись.

Двинулся к дому, пока Медведь с Витасом занялись Тёркиными.

«Поговорить, значит, хотят? Что ж, и мне интересно узнать про нападение монголов. Не могли же они устроить такое только из-за пары перевёртышей...» — раздумывал я.

Гравий хрустел под ногами. Люди в форме СБИ провожали меня внимательными взглядами. Мешок на моём плече отлично вписывался в легенду об охоте.

У входа встретил Жора:

— Павел Александрович, — поклонился он. — Гости в зале, ждут вас. Я распорядился принести новый костюм к вашей комнате.

— Спасибо, дружище! — шагнул к лестнице и увидел человека, маячившего за спиной слуги.

— Это моя работа — следить за домом и покоями, — Жора едва заметно поджал губы. — К сожалению, не всегда удаётся сделать так, чтобы вас не беспокоили.

Я поднялся по лестнице, замечая людей СБИ на каждом пролёте. Вот это уже перебор. Одно дело чинно ждать в зале, и совсем другое — расползтись по всему дому.

Поднялся к себе, схватил костюм, отпер дверь. И сразу понял, о чём говорил Жора. Они были в моей комнате! Глаза быстро пробежались по обстановке: ящики выдвинуты, бумаги на столе явно перебирали. Взгляд зацепился за пустое место на полке. Шкатулка! Там же обратный кристалл...

Сердце ухнуло вниз, я заставил себя успокоиться. Хотели бы схватить — уже сделали бы это. Но за обыск всё равно спрошу…

Сжал зубы от нахлынувших воспоминаний из прошлой жизни. Следящие устройства в каждом помещении. Служба безопасности, дышащая в затылок. Чтение переписки и постоянные обыски. Не выношу, когда в мою жизнь так бесцеремонно вторгаются.

Мешок с добычей свалился на пол, следом полетела мокрая одежда. Времени мало, но, раз не торопят, можно и в душ. Холодные струи ударили по плечам, смывая речную грязь и усталость.

Я уже натягивал костюм, когда в дверь постучали.

— Кто? — замер с галстуком в руках.

— Господин, гости очень вас ожидают! — голос слуги звучал приглушённо.

— Вызови Витаса, — велел ему. — И сам приходи.

Ответом послужили быстрые шаги. Пока есть минутка, окинул взглядом трофеи, поморщился. Кристалл от Маргариты и говорилку Дрозда переложил во внутренний карман. Поправил манжеты, одёрнул пиджак.

Путь до зала показался бесконечным. За каждой дверью мелькали тени людей СБИ. В голове крутилось: «Что им известно? Зачем пришли? И почему именно ко мне?»

Толкнул двери. Свет из высоких окон заливал помещение, выхватывая пылинки в воздухе. Первым делом я отметил, как расположились гости — кто с кем держится рядом, кто старается отойти подальше. В зале витал тяжёлый запах табака и пота.

Двери закрылись за спиной, петли тихо скрипнули. Мой взгляд упал на кресло хозяина дома — массивное, с высокой резной спинкой. Там развалился Горбачёв, закинув ногу на ногу, словно у себя дома.

Синяя форма СБИ идеально выглажена. Начищенные до блеска сапоги поблёскивали в лучах закатного солнца. Мужик впился в меня взглядом, будто препарировал. В уголках его губ притаилась циничная усмешка.

Рядом в кресле сгорбился Запашный. Под глазами залегли глубокие тени, словно он не спал несколько суток, но взгляд по-прежнему источал привычное высокомерие.

Зубаров замер у окна, нервно теребя хвост тёмных волос. Дорогой костюм помялся, словно в нём спали, а на правом рукаве виднелись следы засохшей грязи. На скуле багровел свежий синяк размером с куриное яйцо. Когда наши взгляды встретились, он отвернулся первым.

У дальней стены жались ещё двое. Маленький колобок с окладистой бородой на круглом лице то и дело промакивал платком блестящую от пота лысину. Шёлковая ткань уже промокла насквозь, но человечек продолжал механически вытирать голову.

Его сосед — прямой, как жердь, с копной вьющихся чёрных волос — старался держаться в тени. Глаза мужика бегали по сторонам, выдавая нервозность. Пальцы теребили пуговицу на жилете — того и гляди оторвёт.

— А вот и молодой Магинский! — Горбачёв чуть наклонился вперёд, сидя в моём кресле, кожа протяжно скрипнула под его весом. Улыбка стала шире, обнажая ровные белые зубы. — Как прошла охота?

В его голосе звучала едва уловимая издёвка. Я невольно сжал кулаки. Хозяин дома, вынужденный стоять перед гостями, которые без спроса заняли его кресло... Что ж, поиграем.

Ничего не ответил и молча прошёл по залу. Встал напротив лейтенанта, чувствуя спиной взгляды остальных.

— Это моё место, — спокойно произнёс я, отмечая, как дёрнулся кадык Запашного.

— Правда? — изобразил удивление Горбачёв, его брови взлетели вверх. — Не знал... Вы уж простите.

Мужик медленно поднялся. Сапоги скрипнули по паркету, когда он занял место рядом с Запашным. Ставленник императора старательно отводил глаза, делая вид, что разглядывает узор на стене.

Я уселся в кресло, всё ещё хранившее тепло чужого тела. А в зал тем временем заглянули Витас и Георгий — их силуэты замерли в дверном проёме.

— У нас тут разговор не для ушей слуг, — открыл рот лейтенант, поджимая тонкие губы.

Жора уже развернулся к выходу, но я успел ответить:

— Мой дом, мои люди, мои правила! — каждое слово падало, как камень. — Если вас что-то не устраивает, я никого не задерживаю. Это вы без приглашения пришли, а они тут живут и служат.

— Олег Сафронович, — подал голос Запашный, его пальцы нервно теребили пуговицу на пиджаке. — Оставьте, я же вам говорил, что у молодого человека нет манер, уважения. Да и опыта тоже.

— Слушаю! — закинул ногу на ногу, устраиваясь поудобнее.

— Вы в курсе, что монголы предприняли вылазку? — дёрнул щекой Горбачёв. На его скуле заиграли желваки.

— Было что-то такое, — даже не повернулся к нему, разглядывая реакцию остальных. — Пока я следил за своими землями, охотился и убивал монстров, напали несколько десятков.

— Вы их схватили? — тут же взволновался лейтенант, подаваясь вперёд всем телом.

— Сначала да, — кивнул, глядя на Витаса. — А потом убил.

— Павел Александрович, — слово взял Зубаров, пальцы которого всё ещё теребили хвост волос. — Сейчас у нас тут собрание родов земельных аристократов.

— Не вижу Требухова, — перебил его, отмечая, как вздрогнул человечек у стены.

— Сергей Геннадьевич? — ставленник императора фыркнул, словно услышал дурную шутку. — Он занят.

— Сейчас на допросе у нас, — улыбнулся Горбачёв, и в этой улыбке не было ничего приятного. — Как и вы скоро окажетесь.

— Не советую угрожать в стенах моего дома, — повернулся к лейтенанту, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость. — Что ж вы никак не поймёте это простое правило Магинских?

— А я не угрожаю вам, молодой человек, — он встал и подошёл к окну. Закатное солнце очертило его силуэт красным.

Горбачёв достал из внутреннего кармана потёртый портсигар. Ударил папиросой о металлическую крышку — глухой звук эхом разнёсся по залу. Чиркнул спичкой, и сладковатый запах табака поплыл в воздухе.

— Монголы редко устраивают диверсии, — выпустил он струйку дыма. — Последняя была десять лет назад, и её масштабы... Не такие, как сейчас. И пострадали все. Понимаете, к чему я клоню?

— Что вы не справились со своей работой? — ответил вопросом на вопрос, отмечая, как дёрнулся кадык лейтенанта.

Зубаров подавил в себе смешок и тут же вернул лицу серьёзность. Его пальцы перестали перебирать волосы.

— Не понимаю, чем занималась разведка... — продолжил я, наблюдая за реакцией гостей. — Как проворонили монголов?

— Они пришли через серую зону! — повысил голос лейтенант. Жилка на его шее запульсировала. — А дальше земли аристократов. И отсюда вопрос...

— Как монголы могут перемещаться там, не боясь монстров? — снова перебил Горбачёва, наслаждаясь, как темнеет его лицо.

Мужик напрягся всем телом. Он сделал глубокую затяжку — дым заструился из ноздрей, — но ничего не ответил.

— Да, — кивнул ставленник императора, его голос стал вкрадчивым. — Именно это нас и беспокоит. Подобная возможность бесценна. Монарх хочет разобраться в столь важном вопросе, — Запашный наклонился. — Пока о вылазке монголов знаем только мы, и слухи не должны дойти до столицы. Паника никому не нужна.

— Что-то я не понимаю, — перевёл взгляд на Запашного, отмечая, как тот невольно отклонился назад. — Собрались мы тут, чтобы что? СБИ — понятно, хочет прикрыться и пытается повесить на меня и Требуховых сговор с врагами.

— А что, это не так? — Горбачёв оживился, как гончая, взявшая след.

— Доказательства есть? Или у вас снова предположения, которые вы хотите натянуть на факты? — улыбнулся я, чувствуя, как внутри растёт холодная ярость. — Давайте представим, что мы виновны.

— Решили наконец-то сознаться? — лейтенант потянулся к револьверу. Кобура скрипнула под его пальцами.

— Я и Сергей Геннадьевич как-то пропустили врага из серой зоны, — не отреагировал на Горбачёва. Уже начинает раздражать. — Вот только что делать с теми монголами, которых мы убили на охоте? Странный у нас договор, не находите?

Повисло молчание. Двое у стены переглянулись, их лица побледнели ещё сильнее.

— Мы тут собрались лишь для одной цели, — Запашный выпрямился, словно проглотил палку. Он делал вид, будто занимается тем, ради чего его прислали сюда. — Никакие разногласия между родами не должны мешать общей цели. Император ждёт, что вы защитите свою территорию.

— Хм... — посмотрел на Георгия, замечая, как слуга слегка кивнул. — Что-то много всего получается, не находите? От монстров — это я ещё понимаю. А вот от армии другого государства...

— Магинский! — Горбачёв выбросил сигарету на пол, искры разлетелись по паркету. — Смеешь ослушаться?

— Да! — кивнул я, наблюдая, как его лицо наливается кровью. — Георгий?

— Господин, — поклонился слуга. На его бесстрастном лице не дрогнул ни один мускул. — По закону земельные аристократы могут быть использованы в случае официально объявленной войны. В их обязанности входит защита своих территорий от монстров. В остальном они вольны действовать и поступать на своё усмотрение.

— Вопросы? — кивнул я, отмечая, как побелели костяшки пальцев лейтенанта.

Горбачёв пыхтел, словно закипающий чайник, а Запашный морщил нос, будто учуял что-то неприятное.

— Я человек маленький, — подмигнул ставленнику императора. — Людей у меня немного. И жертвовать ими я не собираюсь.

— Это измена! — Горбачёв дёрнулся к кобуре.

Витас среагировал мгновенно — холодный щелчок взведённого курка эхом разнёсся по залу. Дуло его ружья смотрело точно в лоб сотруднику Службы безопасности империи.

— Тише, лейтенант, — глянул на ещё дымящуюся сигарету, от которой по паркету расползалось чёрное пятно. — Вы у меня дома, и я в своём праве.

— Павел Александрович, — голос Запашного стал мягче, словно мёд полился. — Ввод войск, объявление войны... Это крайние меры, которые вызовут в стране не самые хорошие настроения.

— Ну так и не я император, чтобы об этом думать, — пожал плечами, замечая, как нервно постукивает носком сапога Горбачёв. — Что вам нужно от меня?

— Я... — поднялся ставленник императора, расправляя складки на пиджаке. — От имени нашего государства прошу вас не разжигать конфликты между родами и сильнее контролировать свою территорию! — его рука скользнула во внутренний карман. — Вот, — на стол лёг небольшой предмет. — Это артефакт связи с СБИ и военными. В случае ещё одного проникновения врага мы должны отреагировать немедленно.

— Магинский, — Горбачёв шагнул ближе, от него несло табаком и потом. — Если вы настоящий аристократ, то не только о своей земле будете переживать, но и о государстве, — его палец упёрся мне в грудь. — Я вас не забрал на допрос лишь потому, что, в отличие от Требухова, вы не сидели спокойно в особняке, пока монголы топтали наши земли.

— Мои земли! — поправил лейтенанта, не отводя взгляда. — И я сам с этим разобрался.

— Павел Александрович, — Запашный встал, одёргивая манжеты. В его движениях появилась нервозность. — Пока есть угроза — никаких дуэлей, претензий и разногласий. Постарайтесь меня услышать, иначе это будет расценено как государственная измена.

— Как только всё закончится, — Горбачёв наклонился ко мне, обдавая запахом перегара, — сам лично тебя на каторгу сопровожу.

Я медленно перевёл взгляд на сотрудника СБИ. Тот достал из кармана обратный кристалл, который тускло блеснул в лучах заходящего солнца.

— Свидетели есть, — улыбнулся он, поигрывая камнем. — Нашли у тебя в комнате. Так что жди, Магинский. А если будешь послушным мальчиком, может быть, я забуду об этой штуке.

Я сохранил внешнее хладнокровие, хотя внутри всё кипело от ярости. Ставленник императора повернулся, на его лице играла довольная ухмылка. Один за другим гости стали покидать зал, оставляя после себя только запах табака.

— Повышенная готовность! — перевёл взгляд на Витаса. Лейпниш уже подобрался, словно перед прыжком.

— Уже, — кивнул он и вышел из комнаты. Его шаги быстро затихли в коридоре.

— Простите меня, — Жора склонил голову так низко, что подбородок коснулся груди. В его голосе звучало искреннее раскаяние. — Я ничего не мог сделать. У них был официальный документ на осмотр особняка.

— Разберусь, — встал, чувствуя, как затекли мышцы от долгого сидения в одной позе.

Мысли крутились в голове, словно осы в гнезде. Запашный, сука... Картина складывалась отвратительная. Мало того, что тогда пытался убить и подчинить своей воле, а когда не вышло — решил поиграть с кристаллом. Так теперь ещё и меня выставили владельцем этой дряни.

Лейтенант думает, что прижал к стенке и, пока я нужен, воспользуется? Губы растянулись в хищной усмешке.

— Ошибаешься! — оскалился я, глядя на закрывшуюся за Жорой дверь.

Получается, император не хочет шумихи из-за ситуации с монголами — слишком много потрясений для страны. Хорошо... А эти ещё и попытались на меня надавить, чтобы я не воспользовался слабостью родов. Зубаровы, Смолёновы и Бочкарёвы... Какая замечательная возможность предоставилась, и её тут же забрали.

Вернулся в комнату. Мешок с трофеями лежал у кровати, дожидаясь своего часа. Я развязал тугой узел — пора сделать ревизию добычи. Замер, когда в голову пришла идея.

Пальцы нащупали говорилку Дрозда. Выпустил магию, активируя артефакт, и по металлу пробежала рябь.

— Да! — голос капитана прозвучал глухо.

— Егор Климович. Не отвлекаю?

— Что нужно, Магинский? Я занят, — процедил он сквозь зубы. В его дыхании слышались хрипы, словно сейчас бежит.

— Помните, что у вас есть долг передо мной, — не обратил внимания на грубость. Что-то в его голосе царапнуло слух.

— Да? — удивился мужик. Затем раздался звук, похожий на лязг металла.

Мешок едва заметно дёрнулся. Я бросил быстрый взгляд, но ткань снова замерла.

— Хочу, чтобы одна вещица исчезла у одного человека, как и бумаги, — продолжил я, наблюдая.

— Если это не нарушает закон... Помогу, — выдохнул Дрозд. Его голос стал ещё более прерывистым.

— Ну, тут как посмотреть.

— А вот и ты, собака сутулая! Наконец-то я нашёл тебя, — засмеялся капитан.

Тишина обрушилась внезапно. В голове мелькнуло: «О ком это он?»

Я влил ещё магии, но говорилка молчала, только по металлу бежала едва заметная рябь. Пожал плечами и отложил артефакт.

Оставлять кристалл и документы у Горбачёва нельзя! С этим нужно разобраться. И, как только развяжутся руки, начну действовать.

Бросил металлическую пластину на кровать. Снова повернулся к мешку — тот явно шевельнулся.

— Магинский? — прозвучало из артефакта. Голос изменился до неузнаваемости. Металлический, словно через трубу говорили.

— Магинский? — произнесли настойчивее.

Я медленно поднял пластину, не сводя взгляда с мешка.

— Пора нам с тобой встретиться и поговорить. Через три часа. «Четыре Гуся».

Стоны Дрозда на фоне ударили по ушам. Кукловод! Тот самый некромант собственной персоной.

— Магинский, нет! — последний хрип капитана оборвался, и артефакт погас.

Мешок дёрнулся сильнее, ткань натянулась. Я сжал кулаки, готовясь к атаке. Зелёное пламя вспыхнуло на руках.