Двойник 2

Пролог

Двойник 2

Константин Назимов

Аннотация:

Уже не двойник и не копия — единым целым себя ощущаю.

Сложен путь, много на нем преград и проблем. Своих не брошу и не предам, понадобится — глотку врагу перегрызу. Обрести высшую магию не просто, но тяжелее ее удержать и правильно распорядиться. Нельзя пытаться, необходимо справиться и это не обсуждается. Миссию же императора необходимо выполнить, хоть все против этого. Неожиданные повороты, предательства и интриги, жизнь на грани выживания. Сложные переговоры и битвы, когда кажется вот-вот и проиграл. И вновь вперед, с упорством тарана, в качестве которого то или иное заклинание. А цена ошибки повлечет гибель друзей и близких. Ничего, меня так просто не взять, а захотят — умоются кровью. Слово даю и его назад уже не возьму, в каком бы статусе не оказался…

Пролог

Почти три недели крепость в осаде. Ситуация с каждым днем становится хуже, это понятно каждому защитнику, однако, никто сдаваться не собирается. От гарнизона осталось едва ли треть, да и то большинство получили ранения. Северяне и орки готовятся к одному из последних штурмов. К врагам подошло подкрепление, подвезли десяток катапульт, и в их лагере заметно оживление. А вот защитникам помощи ждать неоткуда. В Каршанской империи дела обстоят печально, враг давит со всех сторон, а в столице творится непонятно что. Указы выходят один за другим, вечерний отменяет дневной, а утром и вовсе подданные получают совершенно иное волеизъявление императора. В крепость сведения приходят с задержкой, да и то далеко не все. Бывший глава тайной канцелярии свои выводы сделал, получив донесение от своих доверенных людей. Журбер задумчиво перечитал короткое сообщение и тяжело вздохнул. Ему предстоит принять одно из сложнейших решений за всю свою жизнь. Да, он предан Волтуру, и не только из-за магической клятвы, от которой избавляться не собирается. С правителем его связывает давняя дружба, в том числе и то, как развивалась империя ему нравилось… до недавнего времени. Сейчас же на кону стоят жизни очень и очень многих. Он даже не берет в расчет тех, с кем не так давно сошелся и стал дружен.

— Жаль, что так сложилось, — вздохнул бывший советник императора и устало потер глаза.

Он вновь прочел донесение, уже понимая, что их миссия бесполезна и не принесет ожидаемого результата. В чудеса Журбер давно не верил, как и в то, что крепость устоит. Пожалуй, пора начинать реализовывать один из запасных планов, которые они с Волтуром обсуждали. Император не был дураком, умел просчитывать варианты и признавать ошибки. Правда, то к чему все идет они даже предположить не могли. Удар по империи оказался слишком хорошо подготовлен. И ведь отправься они к горцам на пару месяцев или недель раньше, то все могло бы получиться. Опоздали! Это уже очевидно и понятно, императора не спасти, а самим лезть в петлю не очень-то хочется. Ладно он уже старый и пожил достаточно, но как насчет племянницы и дочери императора? Они же совсем девчонки! Ну, с его точки зрения. Да и Айлексиса жаль, наследник герцогства показал себя очень рассудительным и правильным со всех точек зрения. Ни одного неверного решения не принял, действовал четко и уверенно, даже в стрессовых и практически безысходных ситуациях не пасовал. Пожалуй, даже сам бывший глава тайной канцелярии не справился бы лучше. Опять-таки, молодой аристократ не считал зазорным просить совета, к подчиненным относится внимательно.

— Что ж, будет еще один план, который возник спонтанно, — задумчиво произнес Журбер, а потом добавил: — Вряд ли он реализуем, но чем черт не шутит.

А если уж честно и откровенно, то бывший советник императора сам не верит, что хоть одна из его комбинаций осуществима в текущих реалиях. Но он не привык отступать и сдаваться, готов сражаться до последнего вздоха, как бы пафосно это не звучало. Следует ли незамедлительно приступать к реализации плана? Нет, пока он не имеет права так поступить, только если начать подготовку, чтобы в нужный момент попытаться сделать ход, который никто не ждет.

— Можно? — раздался усталый возглас из-за двери.

— Заходи, открыто, — буркнул Журбер.

В кабинет вошла его племянница, до недавнего времени которую все называли Шипкой и не знали, что она имеет титул.

— Свения, что-то случилось? — поинтересовался Журбер.

— Случилась осада, — хмыкнула баронесса.

— Думаешь мне об этом неизвестно? — криво усмехнулся бывший советник императора.

— Запасов еды хватит на неделю, не больше. Лекарств нет, целители валятся с ног и раненым почти не оказывается помощи. Иштания постоянно без сил, раз за разом вычерпывает свой источник до дна. Айлексис все время рискует, отбивая атаки северян и горцев. Настроение среди защитников аховое, уже никто не верит, что выстоим и не ждет подмоги.

— И?

— Комендант крепости ранен, большинство офицеров убито, запас снарядов к катапультам заканчивается, — опустившись в одно из кресел перечисляет баронесса. — Думаю, еще два-три штурма отобьем, но не больше.

— Ты всегда хорошо анализировала, — согласно кивнул Журбер. — Думаю, это уже всем очевидно. Поэтому, просил Айлексиса и полковника о срочном совещании.

— Почему нас с Иштанией не предупредил? — нахмурилась баронесса.

Бывший глава тайной канцелярии потер висок и неопределенно пожал плечами. Он не привык советоваться с женщинами, пусть даже и с теми, кому доверяет. В этом еще одно отличие между ним и наследником герцогства, который возглавляет их миссию к горцам.

— Не назначал точное время, понятия не имею, когда они смогут прийти, — уклончиво ответил Журбер.

— Сейчас затишье, — кивнула баронесса в сторону окна.

— Перед бурей, — мрачно произнес бывший советник императора.

— Что будем делать? — задала вопрос Свения. — Знаешь, как-то нет желания оказаться в плену у орков или северян. Боюсь, наша участь с Иштой окажется незавидной, если такое случится.

— Думаешь нам будет легче?

— Меньше мучений испытаете, — хмыкнула девушка. — Поверь, знаю, о чем говорю. Да тебе это не хуже моего известно. Ведь так?

Журбер промолчал, в крепости, пожалуй, только дочь императора могла надеяться на милость и порядочность врага. Но если орки и северяне прорвут оборону, то ни о каких кодексах и правилах чести не будет и речи. Даже если и попытаются командиры навести порядок, то далеко не сразу. И что будет твориться, когда оборона падет, это даже баронесса не представляет. А вот бывшему главе тайной канцелярии, коменданту крепости, старым бойцам — известно не понаслышке. Еще и поэтому так ожесточенно обороняются защитники.

— И ты здесь? — без стука вошел в кабинет Айлексис, посмотрев на баронессу. — Иштания в подвале? У раненых?

— Да, она там, — подтвердила Свения. — С ней Зурба и Сарика, и еще двое охранников, как ты и велел, ни на шаг от графини не отходят.

Наследник герцогства кивнул и подошел к столу, налил из графина стакан воды и залпом выпил. Лицо молодого человека в саже, на одежде засохшая кровь, за поясом два кинжала, на боку меч. Журбер вопросительно посмотрел на наследника герцогства, тот прикрыл глаза и сказал:

— Полковник сейчас подойдет.

Бург и в самом деле пришел спустя пару минут. Комендант тяжело дышит, прихрамывает, левую руку прижимает к груди.

— Горазды вы бегать, — буркнул комендант, посмотрев на Айлексиса, — за вами не угнаться. Эх, молодость, молодость, — чуть улыбнулся он и посмотрел на Журбера: — Старина, есть ли новости?

— Неутешительные, — покачал головой бывший глава тайной канцелярии.

— И почему не удивлен? — хмыкнул полковник, присаживаясь напротив баронессы. — Госпожа Свения, из лазарета к нам еще никого в помощь не готовы отправить?

— Боюсь, что нет, остались тяжелораненые, — покачала головой та.

— Н-да, дела у нас и впрямь не очень, — покивал своим мыслям комендант.

— Сколько времени еще сдержим врага? — задал вопрос Журбер.

Айлексис переглянулся с Бургом, а потом наследник герцогства сказал:

— День или час, зависит от того, когда враг начнет штурм.

— Ну, пару атак точно отобьем. Пару дней продержимся, — не согласился с ним комендант, а потом неожиданно заявил: — Вам пора уже и честь знать, что-то вы у меня загостились.

— Выгоняешь? — хмыкнул Журбер.

— У каждого своя задача, — невозмутимо ответил полковник. — Нечего вам тут делать, если помощь не ожидается. Согласен? — он с прищуром посмотрел на своего старого приятеля, а бывший советник императора медленно кивнул.

Два старых друга прекрасно понимали друг друга, можно сказать с полуслова. В том числе Бург догадывался, для чего Журбер устроил это совещание. Нет, имелась надежда, что вот-вот подойдут императорские войска или герцогские отряды и погонят врага, но… в это верилось мало. У полковника имелись свои осведомители и они не прислали ни одной утешительной весточки.

— Айлексис, у нас есть императорский приказ и его необходимо выполнить, — напомнил Журбер.

Наследник герцогства подошел к окну и чуть криво улыбнувшись сказал:

— А есть ли в этом толк? Горцы вряд ли встанут на сторону проигравших, не совсем же они глупцы. Боюсь, нас с радостью выдадут северянам или горшанцам. Так может лучше мы уничтожим как можно больше врагов?

— В тебе говорит воин, а не политик, — буркнул Журбер.

— Подумай об Иште, обо мне и той же Сарике, — чуть слышно произнесла баронесса. — Что с нами сделают, если стены падут? Ладно я, сумею себя жизни лишить, но дочь императора должна остаться в живых. Или ты готов ее отдать на растерзание оркам? Знаешь, что они с ней сделают?

— Думаешь я настолько наивен? — оглянулся тот на девушку.

— Так чего же ты тогда не принимаешь никакого решения?! — встала та с кресла и направилась к Айлексису. — Или надеешься, что северяне с орками прекратят штурм?

Вообще-то такой вариант рассматривался, но был признан всеми как маловероятный. Даже ослабленный гарнизон мог доставить проблемы для обозов северян и орков, которые должны уходить для снабжения их армий, захватывающих имперскую территорию. Держать же большие силы, чтобы блокировать защитников крепости тоже никто не будет.

— У нас три варианта, — медленно произнес Айлексис.

— Два, — возразил ему полковник. — Остаться в крепости не позволю.

Конечно, комендант никого не выгонит за ворота на растерзание врагам. Но и саботировать его приказы тоже невозможно.

— Хорошо, два варианта, — устало согласился наследник герцогства. — Пробиваться к своим или продолжить путь к горцам и попытаться выполнить нереальную задачу императора.

— А может быть его приказ? — прищурился Журбер. — Насколько знаю, Волтур ждет от нас удачной завершения миссии и других распоряжений не давал. Если сейчас повернем вспять, то это будет считаться нарушением его воли.

— Что с подземным ходом? — посмотрел Айлексис на Бурга. — Завалы, как понимаю, расчищены? Иначе бы и не состоялся этот разговор.

— Пройти можно, — кивнул полковник. — Пару часов назад доложили, прости, тебе не успел сказать, — он пожал плечами и пояснил: — За тобой сложно угнаться, а орать о таких вещах нельзя.

— И уйти нам придется тихо и незаметно ото всех защитников, — нахмурился Айлексис. — Боюсь, нас посчитают предателями, а ведь мы бок о бок сражались на стенах.

— Глупцы всегда будут думать плохо, а умные будут держать кулаки, чтобы у их соратников все получилось, — усмехнулся Журбер.

— Идем к горцам? — мрачно уточнил наследник герцогства.

— А это уже тебе решать, — хмыкнул тот.

Айлексис не стал сразу отвечать, задумался. В кабинете повисла тишина, все смотрят на наследника герцогства и ведь знают, что у того нет выбора. На что надеются и надеются ли? А парень тем временем как-то грустно улыбается, все-то он понимает. Его мыслей никто из присутствующих не знает, а он все же пытается перебирать варианты. Ищет приемлемое решение в сложившейся ситуации. В том числе и задается вопросом, а имеет ли он право брать на себя такую ответственность? В том же Пуртанске, за его спиной стоял гарнизон, способный дать отпор горшанским захватчикам. Да и в дороге по герцогским землям, уходя от погони и путая преследователей он не сомневался в правильности решений. В том числе и когда вступал в схватку с врагом лицом к лицу. Или отдавал свой магический резерв, чтобы помочь раненым. Но что сейчас? Ведь он занял тело своего двойника, памятью которого пользуется, а вот многих знаний у него нет. Он из другого мира, технологического, там нет магии и совсем все не так устроено. Казалось бы, тут должно быть намного проще, но это далеко не так. И сейчас перед ним два пути. Продолжить выполнять приказ императора или прорваться в один из хорошо защищенных городов герцогства. Сумеет ли провести отряд минуя войска северян и орков? Шансов на это больше, чем продолжать путь. Крепость в любом случае необходимо покинуть и как можно быстрее. Как ни печально, но она падет и в этом нет сомнений, а вот жизни тех, кого ему доверили охранять, он обязан спасти.

— Собираемся, выходим через два часа, на рассвете, — произнес Айлексис и посмотрел на коменданта: — Бург, мне повезло сражаться с вами бок о бок.

— Взаимно, — кивнул тот. — Вы славно дрались.

— Как насчет сборов в дорогу? — задумчиво произнес Журбер. — Думаю, Иштании необходимо пару часов поспать, — он посмотрел на баронессу, которая понятливо кивнула. — И, пожалуй, я останусь в крепости, — продолжил бывший глава тайной канцелярии, — боюсь буду тормозить наше продвижение.

— Нет, вы пойдете с нами, — жестко сказал Айлексис. — Как бы путь не сложился, но вы нам понадобитесь и это не обсуждается.

— Журбер, старина, ты чего удумал? — поддержал наследника герцогства комендант крепости. — На стенах ты станешь еще большей обузой. Прости, но не готов тебя оставить, — полковник криво усмехнулся.

— Хорошо, — кивнул бывший советник императора, не став спорить.

— Тогда прикажу собраться вашим людям в зале, где расположен вход в потайной ход, — произнес полковник и направился к двери кабинета.

— Я тоже пойду, — встала со своего места баронесса, — необходимо Иштанию уговорить отдохнуть.

— Ступай, — сгребая со стола бумаги и подходя к камину, кивнул ей Журбер.

Айлексис некоторое время наблюдал, как огонь уничтожает документы и записи бывшего советника императора и никак это не комментировал. Молодой человек понимает, что шансы на спасение стремятся к нулю. И неважно какое направление он выберет.

— И как это понимать?! — влетела в кабинет дочь императора.

Скромное платье, без минимальных украшений, волосы подвязаны, в глазах полыхает гнев. Девушка кипит от злости и не собирается молчать.

— Желаете ослушаться приказа императора? — посмотрел на девушку Журбер.

— В лазарете двадцать три тяжелораненых бойца и всего два целителя! Если мы уйдем, то они не справятся, — прищурилась Ишта.

— Графиня, вы готовы пожертвовать сотнями тысяч жизней ради призрачной возможности помочь лишь нескольким? — устало произнес бывший глава тайной канцелярии. — Это не прихоть, так сложились обстоятельства. Иштания, я понимаю, что вас злит и бесит, но, поверьте, другого выхода нет.

Да, жизнь сложная штука и зачастую лишь кажется, что есть несколько путей, но если задуматься, то не всегда это так. Вот и в этом случае, ни дочери императора, ни его доверенному человеку, ни наследнику герцогства практически не осталось места для маневра. Правда, если внимательно посмотреть на ауру Журбера, его задумчивый взгляд и складки на лбу, то присутствующие в кабинете поймут, что их соратник раздумывает над сложной и практически нереальной комбинацией. Старый интриган решил вернуться в большую политику, из которой давно ушел. Однако, ему тоже не оставили выбора, точнее, он не готов смириться с тем, что Каршанская империя исчезнет. А ведь все идет именно к этому.

— Пойдем, провожу тебя до твоих комнат, — подошел Айлексис к Иште и взял ту за локоть. — Нам надо отдохнуть и успокоиться, впереди сложный путь и, не удивлюсь, что мы позавидуем тем, кто останется в крепости.

Девушка хотела что-то резкое сказать, посмотрела на парня и осеклась, прочтя в его глазах дикую усталость, боль и сожаление. А еще она увидела в ауре Айлексиса характерные всполохи боли и прекрасно поняла, что тот ранен, но не желает этого показывать.

— Хорошо, проводи меня, — чуть слышно произнесла Ишта, при этом в интонациях ее голоса проскочили испуганные нотки, заставившие вздрогнуть Журбера.

Правда, бывший советник императора почти сразу об этом забыл, как только молодые люди покинули кабинет. В окно постучал один из его личных голубей, оставленных на экстренный случай в столице. Таких почтовых птиц очень мало, они выведены магами и имеют свойства недоступные своим пернатым сородичам. И если этого голубя отправил тот, о ком думает бывший советник императора, то ситуация даже хуже, чем кажется.

— Совсем из сил выбился, — покачал головой Журбер, распахивая раму и впуская голубя.

У птицы оказался прикреплен к животу небольшой мешочек, на каждой лапе по кольцу, в полости которых нашлись мелко исписанные пергаментные листочки. Бывший глава тайной канцелярии освободил «почтальона» от груза и первым делом поставил перед птицей стакан с водой.

— Пей, а магию в тебя чуть позже волью, — произнес временный хозяин кабинета и прищурившись, усиливая магией зрение, принялся читать адресованное ему послание.

Судя по виду Журбера, то и этот посыльный принес из рук вон плохие вести. Герцог даже как-то резко постарел и осунулся. В нем все же теплилась надежда на лучшее, но теперь и она развеялась, точнее, вновь осталось место чуду, а в него он не верит, но и отступать нельзя. Кстати, мешочек, который принес голубь, так и остался не распакованным, почему-то к нему владелец кабинета не проявил интереса.

Глава 1. ПОКИНУТЬ КРЕПОСТЬ

Глава 1. ПОКИНУТЬ КРЕПОСТЬ

И как Ишта догадалась, что мой источник на нуле, а обломок стрелы в плече? И ведь так покладисто себя дала сопроводить, а потом и в свои покои завела, сославшись, на слабость в ногах.

— Айлексис, ты меня только до дивана доведи, а то враз всех сил лишилась, — чуть слышно прошептала графиня, когда довел ее до дверей, ведущих в выделенные ей комнаты.

— Ишта, ты явно переутомилась, так нельзя выкладываться, — попенял ей, сам едва держась на ногах.

Мне в тот момент даже мысль в голову пришла, что битый небитого ведет. Ну, на самом деле это не так, дочь императора и в самом деле отдает себя без остатка заботясь о раненых и мне об этом хорошо известно.

— Присядь, — заявила девушка, когда подвел ее к дивану.

— Зачем? — я еще не понял, как попал.

— Не будь идиотом, садись и снимай с себя рубаху и кольчугу! — велела Ишта. — Не вздумай никуда уходить, сейчас наберу воды и приду, — она легонько толкнула меня в сторону дивана.

Такого от нее никак не ожидал, завалился не удержав стона. Девушка-то ладонью на обломок стрелы надавила, правда, несильно, но и этого хватило. Хреновый из меня конспиратор получился, да и комендант хорош, заверял, что никто ничего не заметит. И ведь что обидно, шальную стрелу схлопотал, когда последний штурм отбили. Орков со стен скинули, а северяне решили отступить. Вот тогда-то и прилетело десяток стрел, которые пускали издали и еще с земли. Черт меня дернул в бойницу высунуться. В этот момент магической защиты вокруг меня не было, та минут пять как источилась. Ну, древко-то обломали, а вот вытаскивать попросил повременить, знал, что Журбер ждет. Думал и Иштания там будет, а у той разговор короткий — есть рана, то пока она не будет обработана и не будет угрозы жизни, то на стены ни ногой. И ведь добилась того, чтобы полковник ее это правило утвердил. В том числе и собственным примером продемонстрировал, когда ранения получил. Кстати, он сильно возмущаться стал, когда перед ним возникла дочь императора и отказалась пропустить в одну из дозорных башен.

— Но сейчас другая ситуация, — буркнул себе под нос и с трудом стащил с себя рубаху с кольчугой.

Покосился на плечо — наконечник в мягких тканях и, слава Богу, не задел кость. С другой стороны радости мало, стрела оркская, а их лучники те еще затейники. Зачастую такие зазубрины на наконечнике и даже рядом с ним на древке делают, что прямо-таки плакать хочется от боли, когда приходится извлекать из раны.

— Может пока девушка не пришла, мне обломок самому выдернуть? — задался вслух вопросом.

— Я тебе выдерну! Так выдерну, что запрещу рукой неделю двигать! — возмутилась Ишта, услышав мои слова.

И как пропустил, когда та пришла?

— Боюсь, у тебя сил не хватит, чтобы обломок стрелы вытащить, — осторожно сказал девушке, поражаясь ее невозмутимому виду.

Дочь императора, пусть и незаконнорожденная, деловито готовит повязку, пропитывая марлю какой-то дурно-пахнущей мазью.

— Ты меня убить решила? — поморщился я, не дождавшись ответа на свое предыдущее замечание.

— С чего бы? — удивленно посмотрела та на меня.

— Запах, — коротко ответил ей.

— Потерпишь, — фыркнула девушка, а потом добавила: — Прости, но осталась только такая мазь.

Она сполоснула в тазике руки, почему-то закусила губу и подошла ко мне. Мазнула взглядом по ране на боку, посмотрела в глаза, а потом сфокусировалась на обломанной стреле. Удивительно, но пальчики у графини подрагивают, а аура мечется, словно она не залечивала у воинов намного тяжелые ранения, чем мое. Что же ее смущает? Неужели мой пристальный взгляд?

— Трусишь? — удивленно спросил девушку.

— Пытаюсь создать обезболивающее заклинание, — хмуро ответила та.

— А резерва не хватает, — понятливо кивнул. — Говорил же, чтобы не вычерпывала себя до дна. Так и перегореть можно!

— Зато десяток жизней спасла, — огрызнулась Ишта.

— Положи левую руку на мою грудь, пальцами вцепись в древко стрелы, — дал ей указание и чуть повысил голос: — Не тяни, резко дергай.

— Без тебя знаю, не учи.

Ишта все же приступила к извлечению стрелы в моем плече. На лбу девушки показались мелкие капельки пота, сама она судорожно сглотнула, пальцами ухватила древко, а потом зажмурилась и резко дернула. Ну, как резко, то ли сил не осталось, то ли в последний момент испугалась причинить мне боль.

— И это все на что способна? — спросил я. — Вот всегда сомневался в твоих целительских способностях!

Вру, пытаюсь ее из себя вывести. И мне это удалось, глаза графини полыхнули негодованием, она забыла, что мы вместе Журбера с того света вытаскивали и как с ней делился магией в нужную минуту. Да и как ей нотации читал, чтобы прекратила свой лекарский дар тратить до дна, залечивая незначительные повреждения у бойцов.

— Прости! — донесся возглас девушки, когда мое плечо пронзила дикая боль, при этом на рану я направлял болеутоляющее воздействие из своего источника.

Понимал, что крохи моей магии вряд ли помогут, когда будет стрела извлекаться. Но чтобы даже сознание затуманилось, такого никак не ожидал. Ощутил, как из раны брызнула кровь, при этом завалился на диван. Ишта ладонь положила на рану, сама всхлипнула и осторожно меня по щеке ударила:

— Очнись, только не умирай! Ну, пожалуйста, приди в себя! Айлексис, не смей уходить, не бросай меня!

— Так вроде лежу и никуда пока не собираюсь, — приоткрыл я глаза, рассматривая склонившуюся надо мной дочь императора. — Ишта, только не говори, что меня оплакиваешь.

По щекам девушки скатываются крупные слезы, губы дрожат, а сама она настолько несчастна, что хочется прижать и успокоить. Ну, не удержался, так и поступил. Обнял ее тонкую талию здоровой рукой и к себе притянул. Точнее, чуть подтолкнул и Ишта прямо на мою грудь упала. Правда, поцеловать девушку не успел, та очень проворно отскочила, словно какое-то заклинание применила.

— Это что сейчас было?! — нахмурилась графиня. — Мало тебе боли доставила?! Смотри, могу повторить! А то и на некие точки надавить. Неужели думаешь никто из раненых не пытался руки распускать? Изначально-то воины считали, что ими обычная служанка занимается, вели себя как с равной, а то и с высока разговаривали. Такие предложения делали, что у меня даже ноги от стыда краснели.

— Ноги? — изумился я. — Это что же тебе эти наглецы нашептывали?

— Ну, это не так важно, — смущенно отвела взгляд девушка. — Ладно, хватит об этом, дай о твоем плече позаботиться.

— Разве могу отказать? — ответил ей, а потом продолжил: — Полностью в твоем распоряжении.

— Мне нужно только плечо, — нахмурилась та.

— Жаль, — печально вздохнул, — рассчитывал увидеть, как у тебя ножки краснеют.

— Господин Айлексис, не переходите границ, — покачала головой Иштания. — Давайте не забывать про этикет.

— При этом мы с вами вдвоем наедине и если кто-то зайдет, то подумает бог весть что, — продолжил дразнить девушку, но увидев, как та расстроилось, поспешно добавил: — Шучу, не обращайте внимания, раненому такое позволяется. Ишта, не обижайся, последнее время нервы у всех ни к черту, хоть какая-то разрядка нужна.

— Только из-за этого и прощаю, — буркнула графиня, не уточняя с какими моими словами согласилась. — Потерпи, сейчас немного будет жечься, — она приложила ладонь к моей ране и прикрыла глаза.

Из-под пальчиков стало пробиваться голубоватое свечение. Девушка стала значительно лучше справляться с лекарским даром. Кстати, ни боли, ни жжения я не ощутил, только приятное покалывание.

— Ишта, достаточно, — здоровой рукой взял ее за запястье и прервал сеанс лечения. — Ты побледнела и вновь себя чуть ли не вычерпала.

Девушка выдохнула, прищурилась и осмотрела рану. Сама себе кивнула, взяла полотенце, намочила его, протерла мое плечо, а потом наложила повязку с дурно-пахнущей мазью. На мои возражения не реагировала, она вообще предпочла действовать молча, лишь легкий румянец на щеках проступил, да в ауре всполохи смущения появились. Похоже, сказанные мной ранее слова ее все же задели.

— Оденьтесь, — протянула мне рубаху и усмехнувшись добавила: — Чтобы никого не смущать, если кто-то зайдет и что-то не то подумает. Как бы не посчитали, что вы настолько обессилили, раз не смогли ничего.

— Дразнишь?

— Возвращаю должок! — гордо вздернула та подбородок.

— Будем считать, что разошлись при своих, — хмыкнул я и натянул рубаху. — Да, спасибо за лечение. Графиня, у вас очень мягкий целительский дар и нежные руки. Не понимаю, почему предупреждали, что будет больно.

— Обычно раненые жалуются, что обжигаю, когда магией воздействую, — задумчиво произнесла девушка и предположила: — Возможно из-за того, что у вас есть такой же дар. Кстати, нам действительно придется оставить крепость? Айлексис, но ведь защитников не пожалеют. Придумай что-нибудь! Пошли за помощью, ты же наследник герцогства, а мы в твоих землях!

Иштании не все известно, в том числе и то, что ближайший город пал, продержавшись всего три дня. Замки аристократов еще держатся, речь про тех, кто в паре дневных переходов верхом. Графы и бароны на мои письма почти все ответили. Они даже не в осаде, но получили от герцога некие указания, которым обязаны следовать. Да и сам отец мне прислал письмо, из текста которого следовало, чтобы рассчитывал на себя. Увы, крепость, в которой находимся, списали со счета. Оборонять ее нет смысла, как и нет возможности прийти на помощь. Судя по скупой информации, поступающей ко мне, Журберу и полковнику, северяне и орки продвинулись на сотню километров в глубь герцогства. При этом есть подозрение, что захватили они большее количество земель.

— Император возложил на нас определенную миссию, — медленно произнес я, не став объяснять собеседнице положение дел. — Мы и так задержались в крепости, но теперь обязаны продолжить путь.

— Ты бросишь раненых и оставишь защитников на растерзание врагу? — с какой-то нехорошей интонацией в голосе, спросила девушка.

Похоже, она разочарована, даже толика презрения проскочила.

— Вариантов нет, — чуть кивнул я.

— Поняла, иду собираться, мы же скоро выходим, верно? — она резко развернулась и направилась к дверям.

Что-то мне ее настрой не понравился, и где только телохранительница шастает? Почему не с ней? Да и служанка госпожу не спешит искать. Гм, нет, не прав, о тех, о ком подумал находились в коридоре, поджидая Ишту. Наверное, их отыскал Журбер и послал к графине. Но почему они не обозначили свое присутствие и даже не уточнили, а не нужна ли помощь? Готов поспорить, что и это проделки герцога! Неужели пытается меня с дочерью императора свести? Нет, это точно бред. Боюсь, девушке уготована незавидная участь и бывший советник Волтура это косвенно подтверждал. Хотя, нет, герцог, если честно, не скрывал, что Иштанию собирались использовать, как разменную монету. И ведь она тоже об этом знает, иначе бы и не согласилась отправиться к горцам. Хм, а вот это не совсем вяжется с ее характером! И почему только сейчас об этом подумал?

— Господин, вы в порядке? — появился в дверях Гунбарь.

— Нормально, — отмахнулся я и кивнул ему на одно из кресел: — Проходи, есть разговор.

Мой помощник и телохранитель молча выполнил распоряжение без вопросов.

— Хочу узнать твое мнение, — потер я висок.

— Слушаю, — чуть удивленно буркнул тот.

Он привык выполнять распоряжения, действует четко и точно. Инициативу почти не проявляет, а в начале нашего путешествия пытался, как говорится, жизни учить.

— Уже знаешь, что решили покинуть крепость? — задаю ему вопрос.

— Да, остатки бойцов собираются.

— Марику предупредил? — уточнил я.

— Ей рассказала Шипка, просила много вещей не брать, — ответил Гунбарь.

— Как думаешь, нам следует приказ императора пытаться выполнить или действовать исходя из сложившейся ситуации?

Воин задумался, потер щетину на подбородке, а потом медленно произнес:

— Боюсь, не могу дать ответа, слишком многого не знаю. Опять-таки, уверен, замысел правителя и вам до конца неизвестен.

— Я тебя просил изучить маршрут к горцам, — напомнил ему, предварительно кивнув, показав, что его услышал и ответ принял. — Насколько безопасно с нашими силами добраться до столицы горцев?

— Верительные грамоты у нас имеются, — осторожно сказал Гунбарь, — на территории горцев нас не тронут северяне и орки, в этом уверен на сто процентов. Как себя поведут воины охраняющие границы страны, в которую идем сказать сложнее. Думаю, с ними тоже проблем не будет, побоятся взять на себя ответственность и нас не арестуют. Скорее всего, с почетным караулом сопроводят до нужного нам места, переложив ответственность на чужие плечи. Помогать не станут, поэтому надо быть готовыми покупать повозки и лошадей, а на это уйдет много золота.

— Это проблемы главы тайной канцелярии, — отмахнулся я и объяснил: — Он у нас за казначея.

— Но лучше бы забрать с собой казну крепости, — предложил Гунбарь. — Полковник ее с удовольствие передаст, чтобы врагу не досталась. Как ни прискорбно, но защитникам уже денежное довольствие получать нет смысла, а нам звонкая монета может потребоваться.

— Ты прав, — поднялся я с кресла, — с комендантом переговорю, если потребуется, напишу ему расписку. Сколько у нас осталось бойцов? — запоздало спросил своего телохранителя.

— Пятнадцать человек, не считая женщин и нас с вами, — ответил тот.

— Остальные? — чуть хрипло спросил, так как горло перехватило.

— Большинство не пережило штурм стен, несколько воинов получили тяжелые ранения и дорогу не выдержат.

— Ясно, иди проконтролируй сбор, а я переговорю с комендантом, — дал указание своему телохранителю.

Мы вместе с Гунбарем покинули комнату и разошлись. Времени остается немного, а еще куча дел. В том числе и с полковником необходимо переговорить и кое-какие моменты обсудить. Комендант крепости тот еще жук, далеко не все карты раскрыл. И есть у меня вопросы к тайному ходу. Не могли при строительстве заложить только один выход! Так никто не делает, а следовательно, есть и другие пути, чтобы покинуть это место. Вот только почему-то об этом промолчали и тот же Журбер сделал вид, что ничего не знает. Это бывший-то глава тайной канцелярии о таком не в курсе?! Смешно! Кстати, мне это тоже непростительно, как наследнику герцогства.

— Господин полковник, есть пара вопросов, — зайдя в кабинет коменданта крепости, который, взял пример со своего старого приятеля и сжигал какие-то документы в камине.

— Готов ответить, но пока ознакомьтесь с несколькими тропами, которыми пользовались контрабандисты, — кивнул Бург на карту, разложенную на столе. — Я там пометил их старые базы, на которых сумеете передохнуть.

— Мы там никого не встретим? — задал ему вопрос, подойдя к письменному столу полковника и изучая его пометки.

— Гарантировать не могу, — пожал тот плечами, кидая в камин какие-то свитки. — Если и столкнетесь, то со сторожами, не более того. В такое время торговля прекращается, товар сбыть нереально.

— Вопрос денег и заказа, — хмыкнул я, не согласившись с хозяином кабинета. — И у меня еще вопрос.

— Слушаю, — подошел ко мне Бург и рассеянно оглянулся по сторонам. — Что же еще надо сжечь? — буркнул сам себе.

— Как насчет других путей из крепости? Только не говорите, что их нет.

— Есть, почему не быть, — пожал плечами мой собеседник. — Два из них давно завалено, один приказал три дня тому назад обрушить. Там не пройти при всем желании.

— Жаль, — вздохнул я. — Ладно, как насчет того, чтобы передать мне казну крепости?

— Без проблем, но она почти пуста, всего-то тысяча золотом, — он выдвинул ящик письменного стола и выставил на стол несколько увесистых мешочков. — Забирайте, вам деньги могут понадобиться, а вот нам уже они без надобности.

— Сейчас расписку напишу, — я взял лист бумаги, но Бург меня остановил:

— Не тратьте понапрасну время, это не бог весть какие большие деньги, а бумагу вашу все равно придется сжечь, чтобы врагу не досталась. Да, господин Айлексис, планирую подземный ход, по которому покинете крепость, завалить, так что назад путь будет отрезан.

— Господин полковник, — я внимательно посмотрел на военного, — не уверен, следует ли биться до последней капли крови. Возможно, вам придется вывесить белый флаг и сохранить жизни воинов и свою. Обещаю сделать все возможное и при первом случае освободить из плена. Не думаю, что орки придут в восторг, если таких хороших защитников, столько времени оказывавшим им достойное сопротивление, захотят казнить. Переговоры ведите именно с одним из вождей, не с командиром северян. Это моя вам настоятельная просьба.

— Боюсь, не смогу принять ваш совет, — помедлив, ответил полковник. — Простите, но привык следовать зову чести. Постараюсь унести с собой как можно больше врагов.

— Вы один стоите сотен, а то и тысяч рядовых. Империи еще пригодитесь живым, мужественно встретив суровые испытания, — медленно произнес я, а потом добавил: — В крепости есть сугубо гражданские лица, пожалейте их. Мы с вами недавно были на стене и оба знаем, что больше двух штурмов не отбить. Как только подземный ход за нами завалят ваши бойцы, то сразу же приступайте к переговорам. Если потянете время, то буду благодарен. Ну, а если не получится, то ничего страшного.

— Господин Айлексис абсолютно прав, мой старый дружище, — вошел в кабинет полковника Журбер. — Честно говоря, хотел тебя тоже убедить так поступить и все время подбирал слова, и набирался храбрости, чтобы такое сказать. Надеюсь, мы еще встретимся, — хлопнул он по плечу Бурга.

— Не обещаю, — буркнул комендант крепости, но в его ауре уже нет всполохов негодования и злости.

Мы еще некоторое время пообщались, а потом поспешили к поджидающим нас людям, с которыми пришли в крепость. Правда, их осталось намного меньше, но каждый готов исполнить свой долг и не обсуждает приказа. Нашлись и те, кто отказался отправиться с нами к горцам и решили остаться в крепости до последнего. Эти люди из нашей обслуги, вольнонаемные и им приказывать не могу. Целитель же передал через Шипку, что не готов бросить своих коллег и тяжелораненых воинов, которые без его магической подпитки умрут.

— Командир, — подошел ко мне лейтенант Пунгелов, — отряд готов к выполнению задачи. Из пятнадцати воинов у семерых легкие ранения, но на скорость передвижения отряда это не скажется. Провизии на три дня пути, болтов по десять штук на каждого, остальные оставили защитникам крепости.

Я кивнул офицеру, чтобы тот отошел со мной в сторону и когда убедился, что нас не услышат, то сказал:

— Гаррай, вот наш маршрут, — я отдал офицеру карту, которую позаимствовал у полковника и успел выбрать один из вариантов, обведя линию предполагаемого движения. — Запомни и если со мной что-то произойдет, то доведи отряд до горской столицы. В приоритете жизнь графини Иштании и герцога Журбера. Без них двоих миссия окажется под угрозой.

— Понял, — коротко ответил тот, не став задавать уточняющих вопросов.

— Поспешим! — повысив голос, объявил я собравшимся и первым направился к спуску в подземный этаж, где в одном из залов начинается подземный ход.

Как-то так получилось, что воины меня оттеснили в центр отряда. Судя по переглядываниям Гундбаря, Зурбы и Гаррая, то это их идея. Так как проход не слишком широкий, то мне не осталось выбора, а спорить не стал. Жаль только невозможно обсудить сложившееся положение с Журбером, в каменном тоннеле слышимость изумительная.

— Сейчас будет уже, — предупредил один из проводников полковника, — подходим к реке.

С потолка тут и там капель, под ногами лужи, а потом и вовсе местами все водой залито. Кое-где стоят подпорки, валяются груды камней и глины. Подземный ход требует ремонта, но вскоре тут и вовсе никто не пройдет. Даже если не получится обвалить каменную кладку, то природа и вода свое возьмет. Зря полковник переживал, что этот секрет может достаться оркам или северянам. К тому же, от него им нет практической пользы. Если только крепость не восстановят и будут ее использовать по прямому назначению.

— К стенам и балкам не прикасаться, идем друг за другом, — негромко произнес проводник.

Уже гуськом двигаемся, местами пригибаемся, а последние метров пятьдесят и вовсе с трудом между глыб пробираться приходится.

— Уходите отсюда, через полчаса мы обрушим подземный ход, из входа в пещеру полетят камни, а река, скорее всего, на какое-то время поднимется и все тут затопит, — сказал мне проводник и обвел местность рукой.

Мы километрах в пяти от крепости, за горой не видно, что там происходит, но судя по работающим катапультам врага, то орки и северяне пошли или готовятся к штурму. Кстати, место, где оказались, можно назвать красивым. Вышли почти у самой реки, течение бурное, над водой небольшой пар поднимается, лучи солнца пробиваются между скал, птички поют. Вот только сейчас не до красот природы.

— Уходим, — кивнул на довольно-таки широкую тропу, уходящую в сторону возвышающихся гор.

Мы уже на территории горцев, незаконно пересекли границу и следует готовиться к любому повороту событий. Можно верить заверениям полковника, что тут нет сторожевых отрядов и границу никто не охраняет. Однако, сейчас тут все могло измениться, в том числе и перед большой шайкой разбойников мы не такая и сложная добыча. Спешим, стараемся уйти от места выхода. Где-то через полчаса, за нашими спинами раздался грохот, подземный ход проводники обрушили и обратной дороги нет.

Глава 2. ГОРЫ

Глава 2. ГОРЫ

***

События глазами графини Вилар

Стараюсь улыбаться и не показывать вида, что с трудом переставляю ноги. Мышцы ноют, а даже на малое целебное заклинания не осталось магии. Нет, ни грамма не жалею, что перед тем, как покинуть крепость обошла раненых и влила каждому энергию. Целители и так с ног валятся, а им теперь не помогу ни я, ни Шипка, ни Сарика. Конечно, последняя лишь может помочь с перевязками, как и Зурба с Марикой. Но ведь и это много значит! Уже не вспоминаю про уход за тяжелоранеными. После такого путешествия, когда столкнулась со столькими смертями во мне что-то изменилось. Нет, не надломилось, я стала на все смотреть другими глазами. Вот взять того же Айлексиса, тоже с трудом идет, на лбу пот, но старается всех подбадривать и обещает вскоре устроить привал. Нет, об отдыхе нельзя думать! А то аж запнулась и чуть не распласталась на камнях.

— Госпожа, отдайте мне ваш заплечный мешок, — попросила Зурба, а потом добавила: — Вы из сил выбились, а горы ошибок не прощают.

— Не переживай, тропа широкая и к краю не подойду, — ответила ей и кивнула на Журбера: — Лучше ему помоги, неужели не видишь в каком состоянии герцог.

Удивительно, моя телохранительница, вся такая непробиваемая и невозмутимая — покраснела! Нет, постаралась от меня скрыть эмоции, но не смогла. Второй раз ее такой наблюдаю. Первый-то раз случилось несчастье, ее сестра погибла и тогда за рассудок Зурбы даже переживала. Но чтобы телохранительница от простого намека так себя повела? Неужели испытывает что-то к советнику императора? Так у них же разница в возрасте огромна! Хотя, надо отдать должное Журберу, тот сто очков молодым даст, а если пользоваться услугами целителей, специализирующихся на омоложении и поддержании жизненного тонуса, то его возраст и вовсе не так велик.

— Не могу я у господина Журбера взять багаж, — буркнула Зурба. — Если только он прикажет.

— Только из-за этого? — понизив голос, поинтересовалась у воительницы. — Не из-за того, что он тебе нравится?

— Госпожа, да что такое говорите, — покачала головой моя спутница, но взгляд отвела.

Врет и не краснеет! Точнее, уже не краснеет, щеки-то румянец так и заливает. Интересно, а чего это герцог теряется? Неужели не понял, как в его сторону неравнодушно дышит моя охранница? Хотя, ему не до интрижек и развлечений. Вечно о чем-то думает, да в своем блокноте заметки шифрует. Непроизвольно сравнила герцога с Айлексисом и поняла, что они в чем-то очень схожи. Оба упрямы и непробиваемы, как каменные глыбы. Еще и подшутить горазды! И чего на меня так внимательно наш командир смотрит? Ой, явно ауру считывает и хмурится. Неужели догадался, что магии у меня нет? И чего источник никак не очнется, не желает принимать энергию.

— Госпожа графиня, простите, а куда подевался ваш магический резерв? — задал вопрос Айлексис. — Насколько помню, вы перед спуском в подземный ход выглядели лучше. Или поставили обманку на свою ауру?

Влипла! Как есть влипла! Вот и Журбер к разговору прислушивается. Сейчас начнут отчитывать, что того неразумного ребенка. Так! Лицо сделать невозмутимым, спину распрямить, в глаза добавить холода и уверенно ответить:

— Это не ваше дело. У девушек не принято интересоваться их физическим состоянием.

— Если только они не подчиненные. А вы, напомню, именно таковой и являетесь, — жестко ответил этот несносный чурбан.

Помощь пришла откуда не ждали.

— Графиня права, далеко не все тайны мужчинам надо знать о женском здоровье, — сказала Свения.

— Баронесса, ваш резерв тоже на нуле, — едко заметил Журбер. — Думаю, наши дамы поделились силой с целителями и ранеными, прежде чем покинуть крепость.

— И тем самым замедлили наше продвижение, — процедил Айлексис. — Как жаль, что нет возможности их наказать.

— Ну, они сами себя накажут, если кому-то потребуется помощь, а они кроме обморока ничего не сделают, — хмыкнул герцог.

Зурба, предательница, согласно кивнула, а баронесса, вот же удивительно, не смогла найти достойный ответ и засопела. А вот Айлексис, обрадованный поддержкой начал меня отчитывать и даже за руку схватил. Да что он себе позволяет?! С негодованием фыркнула и ладонь из загребущих пальцев вырвала. При этом успела уловить, что в меня некая часть энергии из парня влилась. Идиот! Ему еще после ранения восстанавливаться, а он жизненной силой делиться вздумал. Только открыла рот, чтобы выразить свое недовольство, как Айлексис объявил о привале. Его рейтинг в моих глазах непроизвольно поднялся, особенно когда я со стоном опустилась на землю, привалившись к стволу ели и прикрыла глаза. Если честно, то не могу разобраться в своих эмоциях к нашему несносному командиру. Иногда возникает желание его придушить, чтобы не мучиться. Кстати, баронесса явно со мной часто согласна, достаточно заметить, какие взгляды на парня кидает и кулаки сжимает. Прикрыла глаза и почувствовала, как проваливаюсь в сон.

***

Повествование от лица графа Айлексиса.

Вижу, что люди в нашем небольшом отряде устали, каждый мрачен и время от времени посматривает в сторону, где находится крепость. Уверен, любой задается вопросом, как там те, с кем сдружился за время осады. Честно говоря, мне тоже не по себе. Понимаю, что другая задача стоит и она более важная, но поделать с собой ничего не могу. Надеюсь, комендант последует нашим с Журбером просьбам и сохранит людей.

— Граф, — обратился ко мне Гунбарь, — пора привал сделать. Послать пару воинов назад, чтобы посмотрели не идет ли кто за нами. Да и вперед бы стоило разведчиков отправить.

Гм, он мягко намекает, что пора мне за свои прямые обязанности браться и держать руку на пульсе.

— Займись этим, согласуй с Гарраем, поговорим на привале, — ответил я.

— Графиня с трудом ноги передвигает, герцог запыхался, — намекнул мой телохранитель и помощник.

— Не слепой, вижу, — буркнул я, — как только будет подходящее место, то остановимся, не на горной же тропе людям отдыхать.

Сам уже ноги передвигаю на морально-волевых, необходимо полчасика медитацией заняться и магическую энергию подсобрать. Кстати, а с чего это мы тропу на магические ловушки не проверяем? Если эти места контролируют контрабандисты, то они свои базы обязаны были хоть как-то обезопасить. Или их тут никто не трогает? Отряды из крепости на эту территорию не имели права заходить, территория-то горцев. Правда, если случилась стычка, то зачастую границу нарушали, это мне прекрасно известно.

— Привал! — объявил я, когда отряд оказался на поляне.

Через нее проходят аж четыре дороги, имеются старые очаги от костров. Есть стойла для лошадей, под деревьями стоят бочки с водой, сложена небольшая поленница дров и даже есть сколоченный навес от дождя. Чувствуется, что это место было довольно популярное, но судя по остаточным следам аур, то пару недель тут точно никто не останавливался.

— Разбиваем лагерь? — обратился ко мне лейтенант.

— Да, — согласно кивнул ему, наблюдая, как Ишта без сил привалилась к ближайшему дереву и медленно опустилась на землю. — Нам всем нужен отдых.

— Мы не так далеко от крепости, — осторожно заметил Гаррай. — Если она падет, а нас там не обнаружат, то начнут искать.

— Знаю, — согласился с ним, — но если продолжим в таком темпе идти, то нас нагонят на раз. После же отдыха люди пойдут в два, а то и в три раза быстрее.

— Полностью с господином Айлексисом согласен, — сказал Журбер, подходя к нам и слышавший мои последние слова. — А еще нельзя ошибиться с направлением, — он указал на разветвление троп.

На этом обсуждение закончили. Люди, узнав о таком решение, повеселели, даже пара шуток прозвучала.

— Графиня, — подошел я к Иштании, — прошу вас о себе позаботиться и больше не вычерпывать свой источник без острой на то необходимости.

— Граф, не надо читать мне нотаций, — поморщилась та. — Я уже не маленькая девочка, отдаю себе отчет в своих действиях.

У самой аура блеклая, магию почти не принимает, устала, а смотрит с вызовом! Н-да, продолжи мы путь и через десяток минут она бы без чувств свалилась. А сейчас гордо подбородок вздернула и с вызовом смотрит.

— Ой, госпожа, господин, простите, что прерываю, но думаю надо перекусить, — вмешалась в наш короткий разговор Сарика.

Горничная Ишты нарушила все дозволенные рамки служанки. При этом она даже попыталась встать между мной и своей хозяйкой. Решила, что мы сейчас разругаемся? Ну, такое желание имел, даже язык прикусил, с которого были готовы сорваться резкие слова. Очень хотел сказать, что не ожидал от дочери императора глупости и дурости.

— Айлексис, как ваше плечо? — спросила Иштания, отведя взгляд и похлопав по руке Сарику.

— Спасибо, почти не беспокоит, — выдохнул я, стараясь успокоиться и унять раздражение.

Дело еще в том, что моего запаса магии хватило на диагностику Ишты. Ее организм истощен, мышцы на ногах напряжены, сильно ослаблена, а источник девушки даже не пытается подпитывать владелицу.

— И все же, мне необходимо вас осмотреть и сделать перевязку, — произнесла дочь императора и посмотрела на служанку: — Сарика, найди в моем мешке мазь и подготовь повязку.

— Не стоит беспокоиться, — покачал я головой. — Иштания, вы лучше о себе позаботьтесь. Если к вечеру не сумеете немного восстановиться, то сам займусь вашим лечением.

— А не много ли вы себе позволяете?! — вспыхнула графиня.

— Господин, не слушайте мою госпожу, она слишком устала, — вновь влезла в наш разговор Сарика, что удивительно для служанки.

Ну, я хотел продолжить, и мы бы с Иштой наверняка переругались, но подошла Шипка и обстановку разрядила:

— Айлексис, я все понимаю, но где дамам прикажите спать? Простите, но нас пятеро, а мужчин намного больше! Сами понимаете, что нам потребуется уединение, в том числе и в кустики сходить, а тут все как на ладони!

Действительно, это проблема, о которой не задумывался, а необходимо учитывать даже такие мелочи, которые на самом-то деле таковыми не являются. Но у нас с собой нет палаток и дамам придется смириться с такими условиями. Другой вопрос, что им требуется где-то в туалет ходить, а этот вопрос следует быстро решить. Кстати, спасибо еще что столько времени терпят. Пришлось обойти поляну, чтобы подыскать местечко, для естественных женских нужд. Попросил лейтенанта, чтобы воины в это место не забредали, после чего объяснил все Марике. Та остальным женщинам в отряде обещала передать. При этом не скрыв удивления, что сам им не стал говорить. А вот мне нет желания общаться ни с графиней, ни с баронессой, почему-то на обеих зол. На Ишту, которая много раз свой резерв вычерпывала, а на Шипку из-за того, что та не остановила и не уследила. Боюсь, сорваться и разругаюсь с дочерью императора.

— Айлексис, парни из разведки вернулись, — подошел ко мне Гунбарь.

— Что говорят? — жуя хлеб с вяленым мясом, поинтересовался я.

— Одна тропа завалена. Васт, он у нас в горах родился, утверждает, что обвал рукотворный и произошел недавно.

— Недавно — это сколько? — настороженно уточнил я у своего помощника.

— Может часа три назад, а может и больше, но не позднее суток, — задумчиво произнес мой телохранитель.

— Вот как? — потер я висок. — Кто-то видел, как мы из подземного хода выбрались и один путь отсек?

— Не исключено, — покивал Гунбарь.

Я вытащил карту и принялся ее изучать. В общем-то, ничего страшного в том, что пройти по тропе невозможно, это направление мы бы не выбрали. Впрочем, судя по записям и отметкам полковника, то обойти место завала несложно. Нет, там не пройдут ни повозки, ни верховые, но у нас их нет.

— Утром выдвинемся к бывшему лагерю контрабандистов, — показал своему помощнику намеченный маршрут и кивнул в сторону широкой тропы: — По ней пойдем, а если и она окажется завалена, то нас это не должно смутить, поищем пути обхода.

— А что, если выдвинуться сейчас, — задумчиво поинтересовался мой собеседник и посмотрел на небо. — Не нравится мне погода, как бы дождь к вечеру не начался. А непогода в горах таит в себе много опасностей.

— Ни облачка, ветра нет, птицы спокойны, — пожал я плечами, вопросительно посмотрев на собеседника.

— Васт настаивает, что будет гроза и ливень.

— Позови его, — вздохнул я, непроизвольно посмотрев в сторону Ишты.

Девушка все так же подпирает собой ствол ели, служанка над ней хлопочет, разула и ноги в плед завернула. Н-да, а ведь вечером тут будет прохладно, я бы даже сказал холодно, а теплых вещей с собой не взяли. Если же еще и дождь пойдет, то и вовсе окажется беда.

— Господин, вы хотели меня видеть? — задал вопрос воин, которому лет тридцать пять на вид.

— Васт, правильно? — уточнил я.

— Так точно, Ваше Светлость! — вытянулся тот по стойке смирно.

— Обращайся ко мне как к командиру, — велел Васту, не став того нагружать, как следует обращаться к графу.

Специально ли он спутал и меня в герцогский ранг произвел — без разницы. Сейчас у нас другие заботы.

— Гунбарь сказал, что ты считаешь тут к вечеру дождь пойдет. С чего такой вывод? Уверен? — внимательно посмотрел я на воина.

— Когда-то в горах, со скалы в сильный ливень упал, колено повредил, так оно начинает ныть к непогоде, ни разу не ошибалось. Однако, есть и другие приметы, птиц почти неслышно, мелкая живность ищет укрытия. Боюсь, нас ждет сильная непогода. Сель и сход камней в этом месте не страшен, но мы тут можем застрять на неопределенное время.

— Боишься, что тропы завалит? — потер я подбородок.

— Да, — покивал Васт, — так оно и случится. Не уверен, что пройти через пару дней не сумеем, но вода пойдет сверху вниз и пока ее поток не прекратится, нам останется сидеть и ждать.

Не могу сказать, что он меня убедил на сто процентов, но с какими-то доводами пришлось согласиться. Обвел взглядом только-только начавших обустраивать людей. Графиня с баронессой как раз начали есть, при этом Свения что-то втолковывает Иште, а та хмурится и отрицательно качает головой. О, обе в мою сторону посмотрели. А не мне ли кости перемывают? Боюсь вскоре в их глазах стану деспотом, а то вовсе кем-то похуже. А уж если дождь не соберется, то вовсе они со мной разговаривать не станут. Погодка-то на загляденье, не очень жарко, просто красота, все условия для отдыха, а скоро вечер. С учетом того, что в горах темнее стремительно, то рассиживаться нельзя.

— Внимание! — я встал и громко крикнул. — Мы не будем здесь ночевать. На сборы пятнадцать минут, до темноты надо добраться до более безопасного места.

Воины мои слова восприняли спокойно. Раз командир так считает, то придется потерпеть. А вот дочь императора с немым укором на меня посмотрела, в ее глазах прочел обиду и раздражение. Неужели приняла на свой счет, что ей так мелко захотел насолить?

— Айлексис, что случилось? Почему так резко изменил план? — поспешно подойдя ко мне, спросил Журбер.

— Не исключаю того, что случится непогода, а эта поляна далеко не лучшее место ее пережидать, — пояснил я.

Герцог не стал со мной спорить, но демонстративно посмотрел на небо. Ишта задержала Свению, которая хотела тоже ко мне подойти за разъяснениями. Уверен, баронесса сказала бы пару ласковых слов, в ее ауре буквально вскипело негодование. Однако, наш отряд продолжил путь минут через двадцать, в отведенный срок воины сумели уложиться, а дам пришлось ждать. Ну, пять минут не так долго, с учетом того, что пройти предстоит еще много. Первый час никто не роптал, но почти каждый, нет-нет, да и поглядывал на небо. Еще часа через полтора, когда стало смеркаться, мне во всеуслышание высказала Ишта свое «фу». Ее поддержала Свения, покивала Сарика, и даже Марика согласно вздохнула. Воины и те согласились со словами графини, даже Гунбарь и тот раздосадовано в кулак кашлянул. Невозмутим остался лейтенант, Журбер и Васт. Думаю, Гаррай не позволил себе показать, что решением командира недоволен, по этой же причине невозмутимо идет и герцог. А вот Васт придерживается своего мнения. Мало того, он у меня уточнил, сколько еще до цели.

— Минут через сорок будем на месте, — прикинул я пройденное расстояние.

— Не успеем, — покачал головой воин.

При этом никаких предпосылок! И все же, я попросил отряд ускориться. На меня уже все, за исключением Васта, посмотрели недоуменно. Вот только моя интуиция подсказывает, что нас ждут большие проблемы. Откуда взялся налетевший ветер и черная, непроглядная туча? Буквально секунду назад светило солнце, а теперь уже видимость резко снизилась. Самое интересное, что раскатов грома никто не слышал, а тут так грохнуло — уши заложило! Не сговариваясь с Гунбарем, мы оказались у дам. Мой телохранитель взял под локоть белошвейку и служанку графини. Зурба рванула к Журберу, а я обхватил за талии оставшихся дам, они оказались ближе всех. Вот, честное слово, мы с Гунбарем не сговаривались. Об этом и хотел сказать, да только порыв ветра и ливанувший, как из ведра дождь, не позволил этого сделать. Не прошло и десяти секунд, а вымокли до нитки. Еще и похолодало, раскаты грома, вспышки молний, погода сошла с ума! Идти стало в стократ тяжелее. Попытался выставить воздушный щит, но он продержался секунд пять, а потом схлопнулся. Еще и магические потоки вокруг нас стали бесноваться. В скалу, находящуюся по ту сторону ущелья, ударила молния и вниз полетели большие валуны. По тропе поток воды, стало скользко, Свения чуть не упала, но сумел ее удержать.

— Прижимаемся к скале! — прокричал я, потянув за собой девушек.

Вовремя! Начался камнепад и уже над нашими головами. Я успел заметить, как один из валунов смел сразу двух воинов, сбросив их с тропы. Дочь императора отчетливо всхлипнула, девушку стала бить дрожь. Ветер усилился, дождь стал и вовсе похож на стену, через которую только вспышки молний пробиваются. Такого шторма мне видеть не приходилось. Зато стал понимать, как погибали в моем мире в горах подготовленные группы. Казалось бы, у них имелось оборудование, прогноз погоды, но тем не менее, сходы лавин их накрывали, не оставляя шансов на спасение. А поток воды уже чуть ли не до середины икр доходит, тропа превратилась в буйную реку. Тут не только продолжать движение нельзя, можно в любой момент опору потерять и тогда поток утащит вниз. Тупиковая ситуация! Идти вперед невозможно, а ждать стоя у скалы и надеяться, что устоишь, а сверху не упадет на голову валун такое себе занятие. Еще и в источнике крохи магии, а буквально в паре сантиметрах ее столько, что аж страшно. Прикинул и выпустил жгут, погружая его в один из потоков, после чего сразу же выставил над нашей троицей купол. Думал поток магии прервется, но он продолжил поступать. Его перенаправил в стенки созданной защиты. Теперь не страшен ни дождь, ни ветер, ни камни. Думаю, даже если скала обрушится, то нам ничего не будет, мы в этакой капсуле, которую ничем не пробить. Воздух? Он вскоре закончится, но мне известно устройство простейших клапанов, их в сфере сделал аж восемь штук. А потом и шумоизоляцию сделал и при этом резерв в источнике полон и даже пытается прибывать. Даже возникла эйфория от всемогущества. Напитал магической энергией графиню и баронессу, благо дам продолжал за талии к себе прижимать.

— Как ты это сделал? — потыкала пальчиком Ишта в стенку защитного купола.

— Мы не задохнемся? — уточнила баронесса.

— Сумел поймать поток магии, в нем энергии столько, что не страшно ничего, — сказал я.

— А можно чуть нагреть воздух внутри купола, а то у меня зуб на зуб не попадает, — произнесла Свения, подумала и добавила: — Неплохо бы и одежду нашу высушиться. Граф, не почтите за наглость, но сделайте это.

— Да-да, Айлексис, пожалуйста, уж очень холодно, — поддержала подругу Ишта и, не удержавшись, чихнула.

— Бытовая магия? — озадаченно спросил девушек и не дожидаясь ответа сказал: — Боюсь не получится из этого ничего. Не рассчитаю силу и одежду спалю. Хотя, — посмотрел на Ишту, а потом на Свению, — во избежание эксцессов, вы разденьтесь, а я попытаюсь вещи высушить. Обещаю — буду стараться!

— Не поняла, это что вы, господин граф, сейчас предложили? — насупилась Ишта.

— Он желает нас рассмотреть в чем мать родила, — хмыкнула баронесса. — Если же подумать, то Айлексис прав, не доверю ему одежду сушить на себе. — Она посмотрела на меня и лукаво улыбнулась: — Раздвиньте границу купола, а то раздеваться неудобно.

Я же хотел дам немного отвлечь и смутить, можно сказать — подколол, а баронесса мою игру раскусила. Сейчас вот мне обраточку делает. И ведь готов поспорить — разденется до гола, еще и попой посверкает, а потом надо мной будет скалиться. С эмоциями-то вряд ли справлюсь, после такого адреналина.

— Ты права, — поддержала Свению дочь императора, — надо раздеться. Граф, не поможете с меня штаны стащить? А то они промокли и к ножкам прилипли.

Это еще и Ишта к подруге подключилась?! При этом дамы и не пытаются приступать разоблачаться. Играют со мной! Хм, интересно, кто первый сдастся? Стихия и не думает стихать, в защитный купол пару раз ударило несколько камней, небольшое дерево с вырванными корнями, но мы в полной безопасности и это радует. Правда, дамы на мне решили отыграться за свои страхи и переживания. Нельзя им позволить такое и спустить, чего бы мне этого ни стоило.

Глава 3. ПОСЛЕДСТВИЯ БУРИ

Глава 3. ПОСЛЕДСТВИЯ БУРИ

Нет, девушки не стали меня доводить до белого каления, наверное, этому поспособствовала молния, угодившая в купол. Разряд оказался настолько сильным, что меня знатно тряхнуло, большим зарядом электричества и огромным потоком магии. Не понял как, но оказался на коленях, прижав ладони к защитному куполу и отдавая полученную энергию. Сработал какой-то инстинкт, не иначе, слишком мой источник от магии стал распирать и грозить разлететься. Все бы ничего, но вокруг нас образовалась совсем уж плотная защитная оболочка. Повезло, что предусмотрел клапана, которые исправно подают воздух.

— Алексис, ты как? — с дрожью в голосе спросила Иштания.

— Как-как, жить захочешь не так раскорячишься, — буркнул я, ощущая боль в каждой клеточки тела.

Если сейчас стихия исчезнет, то не смогу и шага сделать. Да что там шага, двинуться и то не в состоянии.

— Никогда не видела, чтобы маг мог такую защиту выставить, — потыкала пальчиком в защитный купол баронесса. — Граф, как вам такое удалось? Это же высший магический уровень, про таких только в легендах упоминается.

— Баронесса, вы мне льстите, — криво усмехнулся я и признался: — Черт его знает, как получилось, желал вас с графиней защитить и самому не сгинуть.

— Айлексис, у тебя странная аура, очень насыщенные цвета, а всполохи настолько сильные и причудливые, что глаза режут, — произнесла Ишта.

Прикрыл глаза, обращаясь к своему источнику и понял, что продолжаю в себя закачивать магическую энергию.

— Возьмите меня за руки, а ладони положите на сферу, надо тратить магию, — произнес я, а потом пояснил: — Простите, но придется вас использовать в качестве этаких накопителей, в которые буду сливать излишки и сразу перенаправлять их в защиту, другого выхода не вижу.

Девушки переглянулись, про недавние шуточки и подколки забыли, осознают, что сейчас не до этого. Первой меня взяла за кисть руки дочь императора, а вот Свения чуточку помедлила, но тоже присоединилась к подруге.

— Кстати, вы можете тоже какие-нибудь заклинания делать, — сказал подругам и поспешно добавил: — Только не боевые!

Чувствую себя этаким магическим трансформатором, в который приходит сила, но излишки необходимо тратить, а иначе произойдет выгорание и то и разорвет. Внутри сферы вдруг запорхали бабочки — Ишта развлекается, при этом чувствую, что она еще и целительские заклинания применяет. А вот Свения с визуализацией не спешит, при этом от нее исходит не меньший магический отток, какие-то она заклинания тоже создает.

— Баронесса, а что вы делаете? — поинтересовался я. — Вы сейчас расходуете энергию больше, чем я с графиней вместе взятые.

— Магический взор, — прошептала та. — Рассматриваю округу с высоты птичьего полета и даже получаю изображение из порта Пуртанска.

Бабочки исчезли, Ишта последовала примеру подруги, следом и я такое же заклинание создал. Расход энергии стал и вовсе огромным. Миг и меня уже не переполняет сила, еще секунда и иссяк поток, из которого я тянул магию.

— Дамы, стоп! — резко выдохнул и перестал с ними делиться силой.

Вовремя, мой источник заполнен на три четверти. Ни о каком избытке магии и речи не идет.

— Блин, Айлексис, еще бы минутку дал и смогла посмотреть, чем занимаются мои девочки в доме удовольствий! — разочарованно выдохнула баронесса.

— Подсматривать не хорошо, — буркнул я.

— Это какая же силища у нас только что была, — прошептала Ишта. — Мы могли бы даже горы сместить или даже попытаться переместиться. Ходят же легенды, что в древности маги могли перемещаться на большие расстояния. Считала это выдумкой, но после такого, — она обвела свободной рукой пространство вокруг себя, — уверена, что это возможно.

— Не факт, — не согласилась с ней Свения. — Очень уж расход энергии большой на обычные заклинания. Потребовался бы огромный накопитель, для такого.

— Однако, теоретически такое возможно, а значит и на практике могло получаться, — задумчиво произнес я.

Мы втроем использовали этакую сырую силу, без должной обработки и оптимизации. Задача стояла сбросить излишки магии, а не создать что-то значимое.

— Буря стихла, пора отсюда выбираться, — произнесла графиня и похлопала по защитной сфере.

От недавней непогоды почти ничего не осталось. Ветер стих, дождь прекратился, гроза ушла, но уже стемнело и вместо солнца в небе полная луна, тускло освещая обстановку. По горной тропе еще текут ручьи, но потоков воды нет.

— А как насчет нашей одежды? — напомнила баронесса. — Кто-то обещал ее высушить!

— Почему сами это не сделали? — вопросом на вопрос, ответил я, пытаясь снять защитное заклинание.

Сфера не поддается, ее структура изменилась, купол прочный и не собирается исчезать. Честно говоря, я даже вспотел, представив, что сам сделал ловушку, из которой не выбраться. Я же какие только заклинания в стенки не вливал, упрочняя и улучшая изначальную защиту. Потоки магии причудливо переплетены, десятки, если не сотни узлов держат разрозненные заклинания. Мало того, еще и автономная подпитка имеется! Когда ее-то умудрился создать? Н-да, к любым магическим действиям необходимо подходить вдумчиво и просчитывать последствия.

— Из головы вылетело, — призналась Свения, а вот Иштания на меня внимательно смотрит и чего-то ждет.

Не выдержав, графиня спросила:

— Айлексис, у нас проблемы? Ты не можешь снять защиту?

Девушка ко мне вновь на ты обратилась, хотя недавно выкала. Впрочем, сам за собой заметил, что так же с дамами разговариваю. То строго по этикету, то как к подругам обращаюсь. Хотя, мне-то простительно, в своем мире сверстникам и сверстницам никогда не выкал.

— Дайте пару минут подумать, — уклончиво сказал и принялся распутывать узлы на защитном контуре.

Первым удалил подпитку, потом стал ослабевать стенки сферы. Оказалось, что их аж десять штук, а последняя и вовсе что-то вроде электрической пленки, в которой притаилась пойманная в ловушку молния. Даже не задаюсь вопросом, как такое получилось. Предупредил девушек, что придется выпустить заряд, и чтобы они плотно закрыли глаза. Ветвистый сгусток молнии направил в сторону скалы за расщелиной. Громыхнуло знатно, во все стороны полетели камни, мелкие из которых градом обрушились на нас. Я такой исход предвидел и выставил обычный воздушный щит, но, на всякий случай, дам повалил на землю и накрыл их своим телом.

— В оргии отказываюсь участвовать, — глухо произнесла баронесса, когда стих «обстрел» из камней.

Как-то так получилось, что я оказался поперек подруг, а те на меня вопросительно смотрят и при этом обе покраснели.

— Граф, что вы себе позволяете? — прошипела Ишта. — Мне кажется или мне в живот упирается некая часть вашего тела?

— Это рукоять кинжала, — встав, ответил ей на претензию, подумал и добавил: — Может и вру, но будем считать, что это он.

— А мне досталась рукоять меча, больно так по бедру ударил, так что тебе грех жаловаться, — усмехнулась баронесса.

— Идем, надо искать отряд, надеюсь, все выжили, — произнес я, кивнув в сторону, куда держали путь.

— Я видела, как валун снес в расщелину двух воинов, — чуть слышно произнесла Ишта.

Медленно кивнул, не став ничего говорить. После такой стихии потери в отряде однозначно будут. Но если бы остались на поляне, то, скорее всего, там бы все и полегли. Как и предупреждал Васт. Нам повезло, что оказался воин, который почувствовал приближение природного катаклизма.

Идти по тропе в лунном свете оказалось не так-то просто. Я даже подумывал привязать к себе девушек, чем-то вроде поводка. Остановило то, что они бы вряд ли согласились, да и ремень у меня один, к которому еще ножны прикреплены. А имей веревку, то так бы и поступил. Кстати, во всей этой катавасии мы потеряли заплечные мешки. Когда и как они исчезли никто из нас вспомнить не смог. У меня там ничего ценного не хранилось, герцогская малая печать в кармане, верительные документы тоже. Подруг не очень озаботила утрата вещей. Впрочем, дамы повздыхали, что переодеться им теперь точно не во что и поэтому потребуется посетить какой-нибудь город горцев. В поселениях платьев на свой размер они точно не приобретут, как сомневаются, что разживутся жизненно необходимой мелочевкой. Что графиня и баронесса понимают под последним утверждением я даже не стал уточнять. Боюсь, у меня на это другие взгляды. Положительное, как ни странно, тоже нашлось и касалось оно моего магического резерва, который в разы вырос. Да и источники девушек тоже претерпели изменения в лучшую сторону.

— Свения, что вы видели, когда рассматривали происходящее с высоты птичьего полета? — поинтересовался я.

— Крепость, из которой ушли, пала. Часть стены разрушена, ворота распахнуты, над одним из шпилей вывешен белый флаг. Во внутреннем дворе собрали защитников во главе с полковником и с ними беседовал шаман орков, — задумчиво ответила баронесса.

— Не удалось услышать, что говорили? — спросила Ишта.

— Нет, но судя по работницам крепости, которые тоже были там, то они не пострадали. Ну, так мне показалось, — медленно произнесла Свения, а потом, предотвращая следующие вопросы, продолжила: — Как-то так получилось, что до Пуртанска мой магический взгляд перенесся мгновенно, но кое-что сумела рассмотреть. Видела, как в одном городе отбивали штурм. Вроде бы обратили северян и орков в бегство, те убегали, а их преследовала конница. Где это происходило не поняла. В портовом же городе все спокойно, разгружались купеческие суда, на якорях стояли три имперские боевые галеры, — баронесса замолчала и прикрыла глаза.

От Свении произошел резкий отток магии. Девушка охнула и стала оседать, успел ее подхватить под локоть и спросил:

— Что случилось?

— Попыталась магический взгляд вернуть и осмотреться. Энергии в источнике хватило метров на пятьдесят, — устало произнесла та. — Похоже, рано посчитала себя всемогущей.

Мне только и осталось головой покачать. Вроде бы племянница Журбера осторожная и рассудительная, а повела себя глупо! Неужели не сообразила, что недавно через себя пропускала огромный поток энергии, который требовалось потратить. Он же ни в какое сравнение не идет с теми накоплениями, которые есть в ее источнике. Впрочем, при должном подходе, оглядеться вокруг могла бы, но она захотела слишком многого. Разумеется, чтобы магический взор добрался до той же крепости, потребуются огромные накопители, а у нас их нет. Кстати, пока нам чертовски везет, что не наступил откат. Но он точно последует, слишком через себя пропустили большой заряд, да и сами источники изменились. Легко мы точно не отделаемся, в этом уверен и времени остается все меньше. Кровь из носа, но нам необходимо отыскать отряд или хотя бы то, что от него осталось.

Неужели у меня дар предвидения появился? Буквально через пятнадцать минут и нас троих начало так крутить, что хотелось лечь и умереть. Такое ощущение, что кости из суставов выворачивает, кожа то горит огнем, то покрывается инеем, сознание туманится, в глазах троится, руки и ноги дрожат. Девушек к себе прижал, те словно куклы передвигаются и только стонут. У меня еще носом кровь пошла. Ну, точно провидец! Но я шел и тащил на себе двух дам, бросить их не собирался и даже мысли такой не возникло. Каким-то чудом дошел, как в бреду увидел, что ко мне подскочили воины из дозора. Что-то радостно говорят, но смысл ускользает. Попытались графиню и баронессу от меня оторвать, но я на них рыкнул и создал перед собой огненный шар. Парни поняли правильно, отстали и сопроводили до лагеря. Последнее, что запомнил, как к нашей тесной компании бросился Журбер и Гунбарь. Значит они стихию смогли пережить и это обрадовало. Улыбнулся им и только тогда сознание меня покинуло. Нет, еще точно помню, как стал заваливаться, потянув за собой Ишту и Свению.

— И почему он в себя не приходит? — донесся до моего сознания голос дочери императора.

— Лежит как замороженный принц, — вздохнув сказала баронесса.

— Какой принц? — спросила Ишта.

— Тебе в детстве сказок не читали? — удивилась Свения. — Впрочем, не удивлюсь, что это быль. Там какая-то злая колдунья повздорила с сыном короля. Заколдовала яблочко и ему подсунула. Когда же парень его съел, то превратился в спящего красавца. Маги чего только не делали, колдунью поймали, пытали всячески, а потом и вовсе голову ей отрубили. Даже из ее крови делали элексиры — не помогло! Подумав, поместили принца в хрустальный гроб и замуровали в фамильном склепе. Прошло пару сотен лет, и какая-то воительница обнаружила гробницу. Позарилась на меч с кинжалом, разбила гроб, да поскользнулась порезавшись. Прямехонько на принца упала, кровью своей обрызгала, да еще и поцеловала случайно, — баронесса замолчала, а графиня ее поторопила:

— Дальше, что дальше-то произошло?! — нетерпеливо воскликнула Иштания.

— Ой, да и не помню уже, — задумчиво произнесла баронесса.

— Не ври, рассказывай, — буркнула графиня и, похоже, пихнула подругу.

Ну, может и не пихнула, глаза открыть не получается, но девушки точно завозились.

— Ладно, слушай, — сдалась Свения. — На чем я остановилась?

— Воительница на принца упала, — подсказала Ишта.

— Точно, — хмыкнула баронесса. — Так вот, упала она так удачно, да еще в этот момент вдох глубокий сделала, что принца-то и поцеловала. Тот, не будь дураком, сразу проснулся, глупышку обнял, от себя не отпустил и прямо на стеклянном ложе с ней любовью занялся. Представляешь, как им было неудобно?

— Врешь! — выдохнула дочь императора.

— Это же сказка или быль, как могу врать? Сама-то там не была и свечку не держала. Однако, думаю, в нашем случае такой вариант стоит попытаться повторить.

— Ты это о чем? — не поняла графиня подругу.

— Целуй графа и посмотрим очнется он или нет!

— Да ну тебя, — буркнула Иштания, но как-то неуверенно. — Не верю в такое!

Хм, а получилось бы неплохо, попытайся меня девушка поцеловать, когда я почти очнулся. Жаль, что продолжению, как в рассказе баронессы, не бывать. Лежу-то на обычной кровати, нет, вру, на чем-то очень жестком, но точно не в хрустальном гробу. Кстати, сказку такую в своем детстве слышал, правда, с другими деталями и без таких подробностей. Впрочем, рассказ баронессы не так и плох. Любой правитель бы отыскал колдунью и церемониться не стал. Насчет же финалочки, то сомневаюсь, что принц что-то мог сделать, пролежав в одной позе столько времени. Он бы двинуться не смог, не то что кого-то там обнимать. С другой стороны, на то и сказка, да еще замешенная на магии. Последнюю нельзя со счета сбрасывать, она на многое способна.

— Так и не поцелует никто, не желают, чтобы очнулся, — прошептал я, приоткрывая веки.

Нахожусь в какой-то пещере, горит несколько магических лампадок, вход завешен тканью, мебели нет, в стене выдолблены полки, на которых стоят какие-то склянки. Девушки переглянулись и склонились над моим лицом.

— Кто первая-смелая? — поинтересовался я и попытался приподняться.

Ну, как и говорил, мышцы не слушаются, а, надеюсь, провалялся тут не так много времени, как какой-то принц. Впрочем, направил на себя малое целебное заклинание, благо источник полон.

— Айлексис, ты все шутишь! — обвиняюще ткнула пальцем мне в грудь баронесса.

— Он над нами издевается, — поддержала подругу графиня. — А мы за него переживали, ночи не спали. И такая благодарность!

— Но целовать-то меня отказалась, — хмыкнул я и сел.

— Ты рано очнулся, я почти ее дожала, — усмехнулась Свения.

— Как давно в таком состоянии? Что нового? — задал вопросы, ощущая, что жизненно необходимо сделать несколько вещей.

Хочется сполоснуть лицо водой, привести себя в порядок, посетить уборную и съесть быка! Очень голоден, такое ощущение, что желудок к спине прилип.

— Три дня прошло, как ты нас вывел к отряду, — сказала племянница герцога. — Журбер пытался настоять, чтобы путь продолжили, но мы тебя оставлять отказались, — сказала та, но потом поспешно уточнила: — Только не подумай, одного бы не бросили, хотели оставить парочку воинов.

— И на том спасибо, — кивнул девушкам, после чего намекнул, что желаю поискать кустики.

Из пещеры выбрался и убедился, что уже поздний вечер. Лагерь контрабандистов оказался неплохо оборудован. Имеются навесы, очаги для срытого разведения костров.

— Все спят, кроме дозорных, — шепнула баронесса, появившись следом за мной.

— А вы выполняли роли сиделок? — уточнил у девушки.

— Да, после того как ты нас спас, то решили отдать должок, — усмехнулась та.

Интересно, чья это мысль? Скорее всего, Журбер предложил так говорить, чтобы подруги не чувствовали себя обязанными. Ну, не собирался с них что-то требовать. И уж тем более не помышлял поступать, как неизвестный принц из легенды. Сейчас вряд ли бы сумел, а он был силен, если со спасительницей сразу же любовью занялся. Но на самом деле если что-то между ними и произошло, то точно не в хрустальном гробу, готов поспорить.

— Разбуди Гаррая и Журбера, хотел бы с ними переговорить, — попросил я Свению.

— А мне что сделать? — задала вопрос Иштания.

— Тебе? — потер я скулу, ощущая под пальцами щетину. — Организуй чего-нибудь перекусить. Надеюсь, у нас не закончилось продовольствие?

— С едой полный порядок, — заверила меня дочь императора.

Кивнул ей и направился к до боли знакомому строению из моего мира, этакому деревенскому туалету, сколоченному из плохо обработанных досок. Даже кустики не понадобились!

Герцог с лейтенантом отказались что-либо рассказывать, пока я не поем. Кстати, перловая каша оказалась на удивление вкусной, как и чай из травок. К сожалению, наши запасы продовольствия подошли к концу. При шторме много вещевых мешков оказались утеряны, но больше всего расстроило, что наш отряд потерял четверых воинов. Двое попали под камнепад, я сам видел, как они упали, а еще о паре подчиненных Гаррая ничего неизвестно. Они прикрывали отряд и держались позади метрах в пятистах, следили, чтобы за нами не было погони.

— Тропу завалило так, что пройти невозможно, — объяснил лейтенант. — Парней от нас отрезало и остается надеяться, что они уцелели.

— Что сомнительно, — вздохнул Журбер. — Мы и вас-то с девушками не чаяли живыми увидеть. Никогда такой бури не видел, да еще с магической составляющей. Скорее всего, непогоду усилили шаманские орки, они на это способны.

— И зачем им это? — пожал я плечами. — Уж скорее всего в этом замешаны контрабандисты, когда увидели куда двигается наш отряд. Как понимаю, никого тут из лихих людей не обнаружили, а те не спешат объявляться.

К этому моменту исследовал пещеру, где провалялся пару дней. Она оказалась обжитой, такое ощущение, что кто-то тут жил, но недавно ушел.

— Даже если и они, то что это меняет? — пожал плечами Журбер. — Нам необходимо спешить, время стремительно уходит.

— Завтра выдвинемся, — кивнул я и посмотрел на лейтенанта: — Дорогу разведали? Не хотелось бы упереться в очередной завал.

— Нам предстоит спуск, — достал карту лейтенант. — Есть два пути и оба чистые. В первом случае выйдем к поселению горцев, а от него день пути до ближайшего города. На мой взгляд такой маршрут предпочтительней, сумеем приобрести припасы и, возможно, купим пару повозок и лошадей.

— Денег не хватит, — буркнул прижимистый герцог. — В этой местности лошади чуть ли не на вес золота. Боюсь, предстоит добираться пешком.

— В городе обратимся к местным властям, пусть посодействуют, чтобы быстрее оказались в Золтогоре, — спокойно сказал я, чем вызвал спор среди своих соратников.

Их аргументы понимаю, боятся, что нас сдадут северянам или оркам, отряды которых наверняка наводнили близлежащие к границе места. Но другого варианта у нас нет. Мы не в состоянии бегать и скрываться в чужой стране. Нас на раз вычислят и поймают. Не удивлюсь, что контрабандисты уже сообщили о незваных гостях и к нам спешит пара горских отрядов. Оказать же сопротивление мы способны небольшой шайке бандитов, против хорошо подготовленных воинов гор мы не продержимся и часа. Тут же чуть ли не в каждой горе есть шахты или подземные ходы. Тем не менее, мне попытались доказать, что ошибаюсь и риск слишком велик. Не мог не согласиться, поэтому чуть изменил план. Вперед выдвинусь лично, взяв в помощники Гунбаря. Договорюсь с местными властями, сообщу об этом и только тогда подтянется отряд.

— Что, если вас арестуют и передадут северянам или оркам? — задумчиво поинтересовался Журбер.

— Не получив от нас вестей, вам предстоит действовать самостоятельно, — пожал я плечами и перехватил руку Гаррая, который что-то хотел показать на карте: — Не говори, не хочу знать о запасных вариантах, которые смогу неосознанно выдать врагу.

На этом и порешили. Моих верительных грамот хватит, чтобы сумел переговорить с властями этой земли, точнее, гор. Вряд ли на себя кто-то возьмет ответственно и арестует посланцев Волтура. Конечно, не факт, что захотят помочь, если этого не произойдет, то останется тратить монеты, а их не так много. Удивительно, но категорически против высказалась Ишта, когда ей рассказали о наших, точнее, моих планах. Мы даже с дочерью императора прилюдно поругались, не имея на то никакого права. Пришлось ей напомнить, кто является командиром и волен принимать непопулярные решения. К этому моменту лагерь проснулся, и свидетели нашей ругани оказались почти все. Ну, настоял, вернее, слушать Ишту не стал. Та осталась при своем мнении.

— Идем, — кивнул Гунбарю, когда начало рассветать.

— Удачи, — пожелал герцог с лейтенантом, а вот Иштания промолчала, даже не отреагировала на тычок в свой бок, которым подруга наградила.

Если так и дальше пойдет, то дорога превратится в мой персональный ад, который устроит дочь императора.

— Осуждаешь? — поинтересовался я у своего помощника.

— Нет, но и завидовать не стану, — честно ответил Гунбарь, когда начали спускаться по тропе, а лагерь остался позади.

Буквально через час подозрения графини нашли подтверждение. У моих ног вонзился арбалетный болт, а из-за валуна нам предложили сложить оружие. Кто нас пытается пленить? Надеюсь те, кто готов разумно мыслить.

Глава 4. ДОГОВОР С ГОРЦЕМ

Глава 4. ДОГОВОР С ГОРЦЕМ

***

События глазами баронессы Свении.

Наблюдая, как граф со своим помощником уходит разведать путь, я пыталась понять, что чувствую сама и как на происходящее реагирует подруга. Как-то так получилось, что с дочерью императора сблизились, сами того не желая. По задумке своего родственничка, к которому все же неоднозначно отношусь, Иште я должна была стать наперсницей и наставницей. Особенно, если девушку начнут использовать в политических целях. Нет, ничего против договорных браков между аристократами не имею, если это меня не касается. В общем-то, к этому все терпимо относятся, но торговать собой не желаю! Насмотрелась, как девочки в доме удовольствий этим занимались и поймала себя на мысли, что аристократы ничем не лучше. Какая разница с кем спишь, если за это деньги получаешь? Ну, в светском обществе берут не только золото, но и титулы, положение. И, тем не менее, когда престарелый мужчина женится на молоденькой девице с титулом, то это вызывает некое отторжение. Разумеется, о любви речь в таком случае не идет. Наверное, что-то со мной не так, но лучше кухаркой или подавальщицей буду работать, а на это не пойду.

— Свения, о чем задумалась? — поинтересовалась Ишта, когда Айлексис скрылся за поворотом.

— О жизни, — неопределенно ответила я, а потом спросила: — Скажи, ты действительно готова ко всему, что будет у горцев?

Непросто так задала этот вопрос, хочу понять, правильно ли графиня оценивает положение дел. Но что сделаю, если той мозги запудрили? Открыть глаза? Тогда пойду не только против Журбера, но и императора, а это уже получится измена. При этом есть еще магический договор найма, который подписала. Как мои действия расценит магия?

— С чего вдруг об этом спрашиваешь? — посмотрела мне в глаза дочь императора. — Сама все знаешь, мы пытаемся спасти империю. Правда, сомневаюсь, что династический брак удастся заключить. Мое положение при императорском дворе оставляло желать лучшего, Волтур признал дочерью недавно.

— Понятно, — чуть улыбнулась подруге, а потом неожиданно для себя поинтересовалась: — К Айлексису ничего не чувствуешь?

Иштания нахмурилась, дернула плечиком, а потом ответила:

— Граф сложный человек, иногда хочется его придушить собственными руками, а бывает очень милым. Чувства? — графиня фыркнула. — А разве могу себе их позволить?

— Но когда я рассказывала сказку, ты готова была его поцеловать, — улыбнулась я.

— Как и ты, — хмыкнула та. — И не говори, что графу не благодарна. Он нас спас и чуть ли не на себе приволок, когда идти не могли.

— Долг платежом красен, — неопределенно ответила, а потом усмехнулась: — С моей репутацией наследнику герцогства не подойду. Поэтому-то и не зарюсь. В этом плане тебе не соперница. Ладно, пойду пообщаюсь с дядей, есть к нему пара вопросов, — кивнула в сторону Журбера, что-то обсуждавшего с лейтенантом.

Не захотела дочь императора откровенничать или действительно к Айлексису испытывает смешанные чувства, в которых нет любви. Если разобраться, то поступки графа далеко не всегда понятны. Точнее, он способен выбесить даже меня, чего уж там говорить про ту, у которой мало опыта в общении с мужчинами. Нет, не могу похвастаться своими любовными похождениями, от себя этого не скрыть, но повидала разных господ, с их странными взглядами и наклонностями. Удивительно, но Айлексиса пока не сумела разгадать, словно у него какая-то тайна. И, действительно, Ишта права, поведение графа зачастую озадачивает. Или в этом и есть его харизма? Боюсь, помани он любую девицу или светскую даму и ему никто не откажет. Взять хотя бы Азалию, у нее была в Пуртанске превосходная репутация. Нет, слухи, точнее, сплетни ходили, что больному мужу изменяет, но подтверждений этому ни разу не нашлось, к разочарованию сплетниц. И, тем не менее, перед Айлексисом не устояла, но никто ее за это не осудил и даже порадовались. Мол, какая же госпожа молодец!

— Ты что-то хотела? — отвлек меня от раздумий Журбер, к которому не заметила, как подошла: — Стоишь уже некоторое время и о чем-то мечтаешь. Свения, рад, что наши отношения наладились. Ты бы знала, мои переживания, когда тебя не обнаружил после того, как буря стихла.

— Простите, задумалась, — чуть склонила голову. — Хочу предупредить.

— О чем? — прищурился бывший глава тайной канцелярии, вмиг превратившись из добросердечного родственника в жесткого человека.

— Насчет того, что ждет Иштанию, — медленно произнесла я. — Простите, но если пойму, что ей будет грозить опасность, то не буду ее уговаривать и готовить принять такую участь, принеся себя в жертву.

Герцог внимательно на меня посмотрел, хмыкнул, пожал плечами и сказал:

— Как бы нам всем чего-то не хотелось, а приходится идти на жертвы, — он поднял руку, останавливая готовое сорваться у меня негодование: — Успокойся! Не собираюсь жизнь Иште уж совсем портить, не такое я чудовище. Однако, зачастую капризы излишни, а ты сделаешь все, чтобы дочь императора была готова к любым неожиданностям. В том числе, если потребуется, сама ее подготовишь к первой брачной ночи. Это не только в интересах империи, но и всех нас касается. Ты ее наперсница, так оставайся в этой роли и не бери на себя что-то большее. Поняла? И еще, насчет графа Айлексиса, не думаешь ли ты, что он выступит в роли защитника? Он далеко не глуп, в этом могла убедиться, следовательно, примерно представляет для чего идем к горцам в такой компании. Да и сама Иштания об этом знает и согласилась помочь императору.

Н-да, вот и поговорила! И ведь ничего другого не ждала. Неужели рассчитывала, что советник императора проявит жалость и участие? Наивная! Журбер привык играть жизнями, ставя интересы империи превыше всего. Разумеется, если потребуется, он и меня продаст. Точнее, попытается, я-то не собираюсь смиренно идти на убой. Но и сказать своему родственничку нечего, особенно после его слов про графа. Неприятно, что Айлексис на одной стороне с Журбером. Мне казалось, что он не такой. Вот и верь после этого людям и думай о них лучше, чем они на самом деле. Не стала ничего отвечать герцогу, кивнула, развернулась и поплелась в сторону навеса, необходимо обдумать его слова.

***

События глазами Айлексиса.

Стоим с Гунбарем и ждем, когда к нам подойдет грузный горец, рост которого доходит до моей груди. А представитель контрабандистов не торопится, у него вальяжная походка, но в глазах настороженность, мышцы напряжены, готов в любой момент вступить в схватку. Хм, при этом пятеро его товарищей на нас арбалеты нацелили. Нет, горцы в укрытиях сидят. Ну, это после того, как болт у моих ног в землю воткнулся, я магическое зрение подключил и просканировал окружающую местность. Честно говоря, в очередной раз забыл про такую возможность. Но, наверное, это к лучшему. Знай о засаде, то неизвестно как бы себя повел, при этом сам хотел на контакт с местными выйти.

— Айлексис, что будем делать? — шепнул мой телохранитель. — Явно в засаду угодили, но если попытаться скрыться за тем валуном, — он едва заметно кивнул, указывая направление: — то шанс получим неплохой.

— Не дергайся, если сразу не попытались убить, то хотят поговорить, а это мне и нужно, — ответил ему и добавил: — Ты в разговор не вмешивайся, за оружие без приказа не хватайся. В крайнем случае выставлю магический щит и у нас будет время уйти.

Своему источнику уже отдал указание и, надеюсь, что купол успею поставить до того момента, как нас атакуют. Правда, у приближающего горца имеется, как минимум, один боевой артефакт неизвестной мощности. Вроде бы что-то связанное с магией земли, но это не точно. Не так хорошо, как хотелось бы в аурах магических штучек разбираюсь. Зато у стрелков обычные болты.

— Чужакам не рады, — произнес горец, когда расстояние между нами сократилось до пяти метров. — Что вы тут забыли? Уходите с нашей земли.

— Разве так гостей встречают? — усмехнулся я. — Мы не пришли враждовать и чего-то требовать. Уважаемый, конфликта не хотим, но и от своей цели не отступим.

— И какова ваша цель? — насупился горец.

— Меня зовут граф Айлексис Вард, возглавляю миссию императора Волтура второго из Каршанска к вашему правителю. Наш отряд попал в затруднительное положение, и я с помощником отправился разведать путь, надеясь отыскать представителей местной власти, — произнес я, а потом добавил: — С кем имею честь беседовать?

— Ну, считайте, что с помощником старосты, — подумав, ответил мой собеседник. — Загор меня кличут, мы тут, гм, — он запнулся, — за порядком следим.

— Загор? — переспросил я и, когда горец утвердительно кивнул, продолжил: — Не вам ли передавал привет комендант крепости, господин Бург Осташ? Он просил сказать, что не всегда крупная рыба лучше, чем мелкая. Правда, не понимаю, на что полковник намекал.

— Вы знакомы с Бургом? — чуть расслабился горец.

Ну, уже понял, что встретил того кого хотел. Удача сегодня точно на нашей стороне! Впрочем, комендант был уверен, что любой контрабандист меня к главарю проводит, стоит об этом попросить. Но чтобы тот собственной персоной в горах оказался, на это даже Бург не рассчитывал. Он рассказывал, что Загор из поселения редко выходит, если только на какие-нибудь встречи выбирается.

— Гостили какое-то время, на стенах бок о бок штурм отражали. Вы же знаете, что крепость пала? — спокойно сказал своему собеседнику и печально улыбнулся.

— Слышал, — не стал тот отнекиваться. — А как смогли уйти?

Проверяет, он однозначно в курсе того, как мы передвигались. Не удивлюсь, если его воины и за лагерем следят, а если отмашку даст, то всех перестреляют, как в тире. Н-да, в горах у нас нет ни единого шанса против горцев, даже магические способности не помогут. В лучшем случае, кто-нибудь в живых останется.

— Бург дал сопровождающих, — уклончиво ответил я, но потом добавил: — Нас проводили за реку, а потом они вернулись. В горах уже двигались на свой страх и риск.

— Еще и в магический шторм попали, — покивал Загор. — Кстати, почему с места сорвались и навстречу непогоде выдвинулись? Такой глупости не ожидал и сильно удивился.

Он уже не пытается даже скрывать, что за нами следили его люди. Пока еще не дал отмашку арбалетчикам и те нас держат на прицеле. Не доверяет, и, в общем-то, правильно делает.

— Мы сделали ошибку? — удивился я. — Но как так-то? На той поляне нас могло камнями засыпать или потоком воды смыть.

— Ошибаешься, — усмехнулся Загор. — Если бы с вами был тот, кто в горах разбирается, то понял, что ничего не грозило, не считая дождя. В том месте даже ветер почти не поднимается, что бы не творилось рядом. Место самой природой зачаровано.

— Выход горной магии? — не удержался от вопроса Гунбарь. — Поэтому там стоянку устраивали?

— Айлексис, твой помощник сведущ, но почему-то об этом только сейчас догадался, — хмыкнул горец.

А вот у меня некие подозрения возникли. Васт уверял, что в горах родился и жил, все-то о них знает и непогоду чувствует. Примеры яркие приводил и убеждал, что нам промедление смерти подобно. Я ему поверил, нет, не на слово, сам к таким выводам пришел, но под влиянием. Мог ли он не распознать, что в том месте выход горной магии, являющейся естественной защитой? Наверняка знал! Еще и в эпицентр странного магического шторма мы угодили. Словно нас туда специально привели. Предательство? Есть такая вероятность. Но почему и как это мог враг организовать? Когда в лагерь вернусь, то с Вастом предстоит непростой разговор. Ну, нет, не беседа, допрос.

— Меня зовут Гунбарь, — представился мой спутник. — Уважаемый Загор, а такие бури, что недавно была, в горах частое явление? Не почувствовали в ней чего-то необычного.

— Правильный вопрос, — усмехнулся Загор и кивнул в сторону валунов: — Не желаете присесть, похоже, нам есть о чем поговорить.

— А нас так и продолжат на прицеле держать? — поинтересовался я. — Нет, если опасаешься, то не возражаю. Но что, если у кого-то из твоих подчиненных палец дрогнет на скобе спуска арбалета?

— Тот, кто держал в руках кирку и рубил по несколько часов кряду горную породу с такой мелочью справится, — усмехнулся горец, но все же поднял вверх левую руку и сделал кистью круговой знак, дав какое-то указание находившимся в засаде.

Нет, воины не покинули своих мест, там и остались, но в нас целиться перестали. Это еще не полное доверие, но такие действия обнадеживают на удачный исход переговоров. Мы прошли и присели на валуны. Загор чувствует себя комфортно, а вот нам с Гунбарем непривычно.

— Значит весточку Бург прислал, — задумчиво произнес горец. — Надо же, даже напомнил о давнем споре, — он усмехнулся, но потом продолжил: — Хорошо, помощи не обещаю, но мои воины вас не тронут, если черту не переступите.

— Полковник говорил, что могу рассчитывать на помощь, — осторожно заметил я, а потом поспешно добавил: — За услуги, разумеется, готовы заплатить.

— И что вам требуется? — сделал недовольное лицо горец, при этом не смог скрыть в своей ауре ликования.

Что ж, примерно так комендант крепости и описывал своего старого ни то друга, ни то приятеля. Насколько понял, из пояснений Бурга, то у них своеобразное соревнование идет на протяжении лет десяти, если не больше. Иногда встречались и своими успехами хвастались. Загор говорил сколько караванов под носом полковника провел, а тот в свою очередь хвастался успехами по ликвидации контрабанды. Похоже, веселились они от души.

— Хотим остановиться в поселении, передохнуть, посетить ближайший город, а потом отправиться в Золтогор, — раскрыл я карты и уточнил: — Сколько это будет стоит, если вы возьметесь за нашу защиту от любопытных?

— Тут непросто подсчитать, — задумался горец. — Много неучтенных факторов, а риск стоит денег. Правильно?

Набивает цену и, похоже, торговаться предстоит долго. Иначе он без штанов оставит, обдерет как липку.

— Да какой риск в вашей спокойной стране, — отмахнулся я. — Вы же ни с кем не воюете, ведете торговлю, а то, что не желаете платить пошлины и налоги соседней империи, так у каждого свой взгляд.

— За вами охотятся, вы точно от кого-то убегаете, — хмыкнул глава местных контрабандистов. — Усиленная магией буря чего только стоит. Зачем мне столько хлопот?

— Если разместите в поселении, мы оплатим гостеприимство, разумеется, в разумных рамках, — спокойно сказал я и предложил: — Разобьем наше предположительное сотрудничество на этапы. Каждый оценим, а после удачного завершения дела, то рассчитаемся. Как вам мое предложение?

Я специально сказал, что заплачу после завершения услуг, при этом обозначил, что их можно разделить на части.

— Нет, так дела не делаются, — помотал головой Загор. — Существует задаток, а по окончании дела полный расчет. Сейчас вот вы просите войти в поселение и устроиться на отдых. Услуги трактирщика, еды и всего прочего, чего захотите — не в счет, это отдельная плата. Я же готов дать гарантии, что ваш отряд никто не тронет. За это, — он задумался на пару мгновений, — попрошу пятьсот золотых.

Сошлись на ста пятидесяти, и то Журбер выскажет недовольство, что разбрасываюсь не своим золотом.

— А потом нам потребуется… — начал, но Загор меня перебил:

— Об этом после поговорим, приведи отряд в поселок, людей предупрежу, вас не тронут. Разместитесь в трактире, отдохнете, познакомимся поближе, тогда и посмотрим, будем ли сотрудничать.

— Загор, а ты осторожен, — усмехнулся я.

— Айлексис, так жизнь заставляет, — хмыкнул тот. — Ну, сейчас заплатишь или после заселения?

Опять проверяет?

— Семьдесят пять золотых после того, как руки пожмем и магическим договором скрепим, а остальные после дела. Так же договаривались, правильно? — спокойно ответил я.

— Слово надо держать, даже если и понял, что в убыток сработал, — сделал расстроенный вид горец, но глаза лукаво блеснули.

Думаю, он бы и на меньшую сумму согласился. Впрочем, как и я на большую. Пожали мы друг другу руки, наскоро произнесли стандартные слова договора и призвали в свидетели магию. Каждый из нас выпустил из своего источника искру силы, которая кольнула кожу договаривавшийся стороны.

— Жду в поселении, дорога безопасна, никто не тронет, если только зверь какой или вновь непогода разыграется, — сказал напоследок Загор и махнув своим арбалетчикам не оглядываясь ушел.

Мы же с Гунбарем отправились в обратный путь, благо не так далеко от лагеря ушли, но на ночь глядя вряд ли отправимся в поселение. Но может и рискнем, велик соблазн нормально поужинать и в кроватях отдохнуть. Все же, на горной породе спать то еще удовольствие.

— Граф, вы только переговорите сперва с герцогом и лейтенантом, — буркнул Гунбарь и пояснил: — Если дамы узнают о такой возможности, то точно захотят оказаться в трактире.

Не стал ему отвечать, он очевидную вещь сказал. Приказать я не могу не Иште, ни Свении, но и они самостоятельно в поселение не отправятся. Могут лишь настаивать и подключить все женские хитрости, начиная от угроз со слезами.

— Что думаешь про Васта? — поинтересовался я.

— Побеседовать с ним необходимо. Похоже, горец не врал, нет ему резона, — потер скулу Гунбарь, а потом продолжил: — Странный он тип, я про нашего воина. В горах ориентируется хорошо, но если повел отряд под удар, то сам мог пострадать.

— Или знал, как его избежать, — задумчиво произнес я.

— Странно, что он не сбежал. Неужели не думал, что мы могли догадаться? — озадаченно произнес мой помощник.

— И куда бы он пошел? Да и не мог он предположить, что мне все объяснят, — мрачно ему ответил. — А вот погибшие и на моей совести.

— В тот момент это казалось правильным решением. А парни сами виноваты, кричал им, чтобы у скалы держались, не послушались, — произнес мой телохранитель.

Я не стал его слова комментировать. Понятно, он хочет, чтобы не считал себя виновным в гибели воинов, пусть даже косвенно. Ответственность на предателе и вот с ним-то будет разговор короткий, после того как Васт сознается. Мне только одно интересно, что ему могли посулить и когда, чтобы он на такое пошел. Мало того, как могли просчитать, что окажемся в горах, да еще подгадать и наслать магический шторм. Не будь поблизости тучи, то ничего бы не получилось. Да и сам обряд, когда призывают в помощь такую стихию, если правильно помню из книг, далеко не простой. Он требует большого количества энергии. Если же правильно понимаю, то орки-шаманы его проводили еще не захватив крепость. Вопросов больше, чем ответов, но, надеюсь скоро все узнаю.

— Господин граф, как хорошо, что вы вернулись! — встретил нас на подходе к лагерю дозорный.

— Что случилось? — напрягся я, чувствуя, как внутри полыхнуло беспокойство.

— Точно не знаю, — воин отвел взгляд в сторону. — Говорят, что отравили тех, кого сопровождаем.

— Что?! — воскликнул я и сорвался на бег.

Гунбарь отстал, но до лагеря всего-то пара сотен метров. Не скажу, что побил мировой рекорд на такой дистанции, бежал-то с оружием, еще и в гору, выложился полностью.

— Айлексис, как хорошо, что вернулись! — бросился ко мне Гаррай.

— Докладывай! — рыкнул я на него.

— Журбер изъявил желание попить чаю с Иштанией и Свенией, попросил Сарику подать в пещеру напиток. Перед этим герцог мне сказал, что с дамами ему надо серьезно поговорить и дать наставления, как вести себя при дворе горцев.

— Короче! — прервал я лейтенанта. — Переходи к сути!

— Где-то минут через сорок служанка вновь заглянула в пещеру, хотела узнать, а не надо ли чего. А там, все трое без сознания, чай разлит, — произнес Гаррай.

— Живы? — коротко уточнил я.

— Дышат, — вздохнув ответил лейтенант.

— Их отравили? Кто?

— Сарика говорит, что когда готовила, возле нее крутился Васт, как-то странно за ней увивался и вызвался помочь, а раньше за ним этого не наблюдалось, — доложил Гаррай, а потом добавил: — Приказал служанку и воина арестовать.

— Глаз с них не спускать, — велел я, быстрым шагом подходя к пещере.

— Там сейчас Марика, — уточнил лейтенант, — пытается хоть как-то облегчить страдание отравленных.

Действительно, голос белошвейки услышал, та кого-то уговаривает выпить воды, но ей в ответ никто не отвечает. Зашел в пещеру и увиденное не понравилось. Ауры герцога и девушек полыхают зеленым цветом. Отравленные лежат на полу, возле графини сидит Марика и вливает в ту стакан воды. Потом переворачивает девушку на бок, нажимает на живот и ту начинает рвать. В пещере стоит неприятный запах, уже несколько лужиц рядом с пострадавшими, похоже, белошвейка не один раз пытается таким нехитрым способом промыть желудки. Но у тех яд уже в крови и подобрался к источникам. Последние пытаются отравление нейтрализовать, постоянные всплески целебных заклинаний происходят, но кроме замедления действия яда ничего не происходит. А вот магические силы у пострадавших стремительно тают.

— Господин Айлексис, как хорошо, что вы вернулись! Сделайте что-нибудь, у меня ничего не получается! — увидев меня, произнесла Марика.

Мысли в голове скачут, как сумасшедшие. Перебираю вариант за вариантом, но пока понятия не имею, как помочь девушкам и герцогу. Хотя, имеется один вариант, но он мне не очень нравится.

— Пусть сюда притащат все какие есть емкости, предварительно заполнив их водой! — приказываю белошвейке, а сам достаю из ножен кинжал и опускаюсь на колени перед отравленными.

Как только бывший глава тайной канцелярии допустил, что его отравит какой-то воин? Почему его артефакты не распознали яд? Об этом потом поразмыслю, сейчас необходимо действовать и быстро, промедление смерти подобно, в прямом смысле этого слова. Сам себя убеждаю, что других вариантов нет и придется рисковать. Надеюсь, сумею за их жизни побороться.