Двойная Экспозиция

Глава 1. Экспозиция

Вдох.

Холодный воздух грубо резанул по гортани. Медленно выдохнул, стараясь сдержать кашель.

Голова гудела. Давление в висках отдавало тяжелым ритмичным гулом. Звуки окружения доносились издалека.

Медленно приоткрыл глаза, и солнечный свет резанул по сетчатке.

Затошнило. Глубокий вдох.

Он опустил голову вниз и прикрыл лицо ладонями. Обмёрзшие пальцы коснулись щек. Кожа под ними начинала гореть.

Порыв ветра взъерошил волосы, заставив поежиться.

Горький привкус пыли смешивался с запахом свежей выпечки, бензина... Но сильнее били в нос затхлость и гниющие яблоки.

Он громко и протяжно выдохнул.

Нужно закурить.

Мимо него, хохоча, проплыла компания пестро разодетых молодых людей. Следом, ритмично цокая каблуками, пронеслась женщина в пуховике, о чем— то громко спорящая по телефону. Автобус с глухим скрипом тормозных колодок остановился.

Он медленно выпрямил спину на вдохе, стараясь не делать лишних движений. Тело качнуло вперед.

Хлопнул себя по левому карману... И застыл.

Запустил руку в недра куртки. Пусто. Только заводской шов.

— Они в другом кармане, — прозвучал голос позади.

Позвоночник пронзило током до затылка. Под грудиной стянулся узел, перекрыв дыхание.

Он резко обернулся. Фокус плыл, но угадывались знакомые черты. Чёрная куртка. Светлые короткие волосы.

— Нестор, сука... Ты когда— нибудь перестанешь забывать в каком кармане ты их, блять, оставляешь? — голос, чуть уставший. — И дай одну. Мои закончились.

Заныло под ключицей.

Нестор неуверенно полез в другой карман, не поворачивая головы. Холодный скользкий полиэтилен коснулся пальцев.

— Ну, что, — Саша мигом сполз на один уровень с Нестором, — очнулся, философ?

Пальцы едва могли удержать пачку.

— С— Саня... Ты...

— Господи, блять, дай их уже мне, — выхватив пачку, он одним движением снял пленку и уже подкуривал первую сигарету.

Руки Нестора подрагивали в такт сердечному ритму. Прикрыл глаза, мотнув головой.

— Ты опять завистнуть решил, блять? — Саша с усилием впихнул в пальцы Нестора пачку его же сигарет.

— Да здесь я, — Нестор пальцами помассировал виски. — Нихрена не помню, честно.

Колёсико зажигалки не поддалось сразу, жалобно скрипнув под пальцами. Дешевый принт Сатурна на фиолетовом фоне сверкнул на солнце.

Привычная горечь табака на губах окончательно помогла прийти в себя. Тело сразу стало осязаемым.

— Живой хотя бы, и то радует, — тяжелая рука легла на плечо, и тепло пробилось сквозь куртку.

Опустив голову, Нестор уперся взглядом в ботинки.

— Подожди, мы... тут и спали?

— Ни хрена, философ, мы вообще не спали, — хмыкнул Саня, тут же глубоко затянувшись. — Ты мне последние пару часов точно рассказывал о..., — он на секунду задумался и почесал подбородок, — о субьективности восприятия мира, пока блевал на набережке, потом мы приперлись сюда, потому что, сука, тебе нравится тут сидеть и думать о жизни. Ну что, додумался?

— Ой блять... — протянул Нестор, спрятав лицо в ладонях.

— А еще, — Саша тихо хихикнул, — ты весь вечер называл собаку моей мамы Пельменем.

— Сука...

— Джеки уже начал путаться как его зовут. И бегал то к матери, то к тебе... Но к тебе чаще, ты ж половину своей тарелки ему отдал.

Бычок одним точным движением полетел в сторону ближайшей мусорки, приземлившись рядом.

— Хотя ладно, я считаю, что Пельмень ему подходит больше. — Саша тут же нырнул рукой в карман Нестора, достав пачку.

— И как... теть Наташа? Много возмущалась? — он скосил взгляд, не поднимая головы. — Сань...

Прикрыв лицо рукой, Нестор помассировал переносицу.

— Первые раз десять просила тебя называть его Джеки. — Криво улыбнулся друг, зажав сигарету в зубах. — Потом смирилась.

— Ну хоть не обиделась?

— Не, — Саша махнул рукой.

Нестор замелит как у того слегла подрагивали руки.

Саша шумно втянул воздух, и сглотнул, вперив взгляд в тлеющую сигарету.

— Ты будешь курить или расходимся? — Саня поднял глаза. — А то я промёрз как собака.Тебя провести или сам доберешься?

Нестор поднялся, пошатнувшись и едва не улетев, и начал стряхивать снег с пальто.

— Сам, наверное. Может, за минералкой зайду...

Саша последовал примеру.

— Маякни по приходу. А то вдруг бомжи за своего примут. Я хоть буду знать, где искать.

Нестор закатил глаза.

— Сань?

— Что?

— Иди нахуй.

— Только после тебя.

Каждый шаг обмёрзших ступней отдавал лёгким покалыванием и болью. Колено подогнулось, и Нестор уперся рукой в столб.

Холодный металл под облупишейся краской.

Дверь в подъезд была приоткрыта. Стоило зайти, и запах котлет с пережаренным луком свел желудок.

Диод у лифтовой кнопки горел красным.

Из квартиры рядом доносился детский плач и тихий женский голос.

Зажал кнопку. Из шахты послышался скрежет. И затих.

Нажал еще раз.

Простоял еще пару минут.

Вскинув голову вверх, тяжело втянул воздух, и, пошатываясь, побрел к ступеням.

Последний пролет Нестор преодолел, опираясь рукой о стену.

Дверь закрылась с хлопком. Ключ тихо звякнул об тумбу.

Не включая свет, стянул ботинки в проходе.

Периодами тело била мелкая дрожь, сводя мышцы.

Прикрывая глаза ладонью, он зашел на кухню, щурясь от яркого солнечного света. Проступили очертания стола. Стульев. И...

Нестор моргнул и мотнул головой, отвернувшись к раковине.

Поток воды ударил в ладони. Бледные с проступающими синими прожилками.

Обернулся еще раз, на стул.

— И кого я тут ожидал увидеть? — выдохнул Нестор. — Апостола Петра?

В нос ударил тошнотворный запах застоявшегося сигаретного пепла.

Пепельница поблескивала от солнечных лучей, рядом на гладкой поверхности стола рассыпан пепел.

Щурясь, он задернул штору. Поставил чайник.

Взял первую попавшуюся чашку с полки и уже собирался закинуть туда пакетик чая. Белая, с бесячей кривой надписью «Самый классный мужик на свете».

Отставил. Взял другую.

Пользуясь моментом пока чайник еще нагревался, переоделся, бросив вещи на спинку стула. Поверх остальных.

Периферией выцепил свое отражение в зеркале. В футболке на пару размеров больше он казался еще более тощим.

Фланель халата приятно скользнула по открытым участкам кожи.

Дома.

Чайник наконец— то закипел. Вынув из кармана куртки телефон, зажал кнопку включения. Экран остался черным.

По мышцам словно пропустили разряд тока. На мгновение перед глазами возникла картинка: сто пропущенных звонков от клиентов и еще пятнадцать от начальника с сообщениями по типу «Твой отпуск не подписан, ты уволен за прогул».

Экран все же загорелся. Оставалось еще восемнадцать процентов.

Единственное свежее уведомление было от Саши.

«Добрался норм?»

Нестор спрятал телефон в карман. Ответит потом.

Он облегчено выдохнул.

Попутно проверяя рабочие чаты и переписки с клиентами, Нестор сделал глоток. Язык обожгло, и прикрыв рот рукой, он подавил желание выплюнуть чай.

Уведомление о низком заряде появилось снова.

Пять процентов.

— Сука... — стукнул пальцами о стол, и все же поднялся.

Стул и колени скрипнули одновременно.

В переходе с гостиной в спальню в нос ударил запах чего— то приторно сладкого.

Застыл.

Горло свело спазмом. Повертел головой по сторонам, и все же пожал плечами.

Шаг. Колени подогнулись.

Нога поехала вместе с ковриком по линолеуму.

Рука схватилась за воздух.

Глухой удар.

Волна боли от затылка расплылась по черепу.

Хруст.

И мир затих.

Поток ветра ударил в лицо, взъерошив волосы. На щеке холод чувствовался, будто кожа была... влажной. Постарался поднять руку. Не получилось.

Щеки коснулось что— то шершавое и мокрое. В нос ударил запах гниющей тряпки. Дернулся, отворачивая лицо в сторону.

Нестор поднял глаза.

Комната. Углы и потолок тонули во тьме. Длинная. И тесная. Стены давили по бокам, но их не было видно. Тонкие светящиеся нити тянулись из одной пустоты в другую. Протянул руку, и пальцы коснулись толстой плетенной веревки.

Моргнул.

На длинном шнуре, пошатываясь от невидимого ветра, висели листы. Белые. Кое-где просвечивались изображения, и снова пропадали, сливались в одно снова пропадали.

Еще один порыв ветра — и почти все листы, сорвавшись с веревок, разлетелись, опадая на пол гниющей листвой.

— Добр..й день, Нестор... — голос, шелестящий и безликий, зазвучал со всех сторон, и в голове одновременно.

Листки дерева снова взмыли вверх, сменяя цвет на зеленый и уменьшаясь в размерах, сворачиваясь в зачатки, пока не пропали вовсе.

Нестор протянул руку, сорвав с веревки оставшийся белый лист. Гладкий, скользкий и... теплый.

Дышать стало тяжелее.

Впереди, за веревками, темнота становилась гуще, стягиваясь в силуэт.

Воздух наполнялся сладковато— горьким запахом... яблок.

Кто ты? Что ты...

— Й.. с... Пан Ц..зи.. — шелест и шуршание складывались в слова.

Нестор сделал шаг назад. Лопатки уперлись в холодный металл.

Чернота выцветала, серела и сплеталась. Пока не фигура не проявилась полностью.

Сердце пропустило один удар, и тут же грубо ударилось о грудную клетку.

— Не буд..шь...розум..ть, то.. не... вид — шелест становился глубже, напоминая отчетливей голос.

Лица у гостя не было... Оно меняло черты, размывалось, и снова собиралось заново. На миг оно сложилось в знакомые черты, и снова поплыло. Волосы светлели, тут же выцветая и становясь черными. Пиджак — слишком реальный, с оторванной пуговицей. Цвет серый, черный, пепельный, синий...

Какой..?

Знакомый.

— Послу...й, ты.. там... мож.. ...зменить...

— Что? — через силу смог пошевелить губами. — Зач— чем..?

Пан ц..зи.. не двигался, но с каждой секундой был все ближе.

Лист в руках стал тяжелым. Дерево. Лакированное. Руки тянуло вниз.

На белом листке выступил образ. Знакомая кухня. Стол.

Но нет. Слишком длинный.

— Сам.. ты ...х..тел.. Не буд..ш.. памят..ть, — голос звучал все ближе, — пам..ть прийде... позже.

Сощурился.

— ... Высветли сам себ... — Слова отбились от воздуха слишком осязаемо.

Гроб.

Пальцы ослабли, и лист упал. Звон керамики резанул по ушам.

Гость стоял почти вплотную.

Щеку пронзила резкая боль. Во рту появился отчетливый металический привкус.

— Просыпайся. — Позвучало слишком громко и слишком реально.

Запах яблок сменился на дешевые духи...

Пространство вокруг начало рябить и выцветать, а сам силуэт рассыпался.

Последним рассыпался пиджак.

Сизый...

Глава 2. Белый шум

Резкая боль пронзила щеку.

— Да проснись ты, блять!

Ещё один удар заставил голову метнуться вбок до тихого хруста в шее.

Жар расползся от затылка до макушки.

В нос ударил запах дешёвого мужского парфюма.

Лопатки упирались в край кровати. Ноги неудобно подвернулись на линолеуме.

Его руки подрагивали от пульсации крови по артериям. Сердце гулко и отчетливо билось о грудную клетку.

— Нестор!

Чужие пальцы крепко вцепились в плечи, продавливая мышцы до костей.

Он приоткрыл глаза и судорожно набрал воздух в лёгкие. Тошнота подкатила к горлу.

В полутьме комнаты черты лица медленно складывались в одно изображение.

— Ты, блять,... ?! — сцепив зубы, Саша отвернулся к окну и коротко выдохнул. — ... как?

Сквозь ткань халата проступала дрожь рук Сани, все ещё лежавших у него на плечах.

— Заебись, — облизнул пересохшие губы Нестор.

Сжал ладонь, подняв большой палец. Рука так и осталась лежать на полу.

Друг опустил голову вниз и убрал ладони с его плеч.

Свет от фар мелькнул по стене, разогнав стоявшую в комнате темноту.

Горло сводило от жажды.

— Принеси воды, — произнёс Нестор.

Саша коротко кивнул и поднялся. На пороге на секунду замер, обернулся.

Послышался скрип шкафчиков, цокот керамики и шум воды.

В полутьме комнаты белесым шнуром на столе лежала зарядка. Диод монитора мигнул синим. Ковёр сложился гармошкой впритык к батарее. В противоположном углу возвышался шкаф.

Голова непроизвольно дёрнулась, и Нестор едва не повалился на бок. Мышцы груди свело, усилив подкатывающую тошноту.

Задержал дыхание.

Громкие шаркающие шаги, и проёме возник Саша с кружкой в руках. Той самой белой.

Пальцы дрожали. Он старался не уронить ее на пол.

Саша присел рядом на корточки.

— Ты как? Голова гудит? Комната расплывается? Меня... помнишь, блять?

Сделав короткий глоток, Нестор откинул голову назад.

— Тебя хер забудешь,.. Саш.

Дно чашки глухо цокнуло о линолеум.

— И как ты вообще сюда зашёл? Я же... — он запнулся.

Боль стрельнула в затылок, заставив поморщиться.

— Не закрыл дверь на замок. — Сказал Саня. — И это спасло тебя от замены, как минимум, блять, замка.

Память выдала только звон ключей о поверхность тумбочки.

- Сука...

— Я тебе звонил. У тебя ж хуевая привычка игнорить сообщения, но телефон у тебя всегда включен. Какого хуя у тебя телефон вне зоны?... — Саша запнулся, скосив взгляд в сторону.

- Сел, - Нестор отвел взгляд: возле порога расплылось тёмное неровное пятно.

— Я ж приехал. Постучал. Дернул за ручку... Открыта. Я подумал, ебать, тебе квартиру вскрыли... И тут ты валяешься... Думал, уже все...

Голос друга становился тише. Слова выходили короткими рывками на выдохе.

— Сколько сейчас времени?

— Блять, я думал, ты умер, Нестор! — выпалил Саша, резко подняв голову. - Какое, нахуй, время?

В комнате повисла тишина.

— Так сколько? - провел ладонью по липкому линолеуму. — И ты не видел мой телефон?

— Ты, сука, только что валялся в отключке, чуть не сдох, и первое, что тебя интересует, сколько, блять, времени и где твой телефон?! — Облизнув губы, Саша осекся и коротко выдохнул.. — На зарядке. Мать твоя звонила пол часа назад. Я сказал, что ты спишь. Просила перезвонить, как проснёшься.

Облокотившись на край кровати, Нестор постарался встать. Напряжение мышц ударило в шею.

— Ну куда ты, сука, встаешь?

Саша выкурил все сигареты: как свои, так и Нестора. Поэтому, уверив, что не грохнется в обморок ещё раз за эти сутки, послал его за новой пачкой.

Утренний чай все так же остался стоять на кухонном столе. Рядом стояла помытая и сверкающая на свету кухонной лампы хрустальная пепельница.

За пару глотков осушив чашку, Нестор выбросил старый пакетик, и лениво закинул новый. В чашку Сани тоже. Поставил воду на огонь.

Его все ещё немного пошатывало. Окружение то сжималось до одной точки, то покрывалось белыми пятнами. Затылок ныл, но уже не так сильно.

Пятно возле порога Саня убрал сразу, пока Нестор проверял рабочие чаты. И, судя по цвету воды и тряпки, он неплохо приложился об порог. Сложнее было оттирать светлую ткань халата хозяйственным мылом. Надеялся, что пятна после высыхания не останется.

Дверь с тихим щелчком открылась.

Холодный поток воздуха неприятно взъерошил мокрые волосы.

— Твоих не было. Взял другие. — Буднично ответил Саша, вешая куртку в коридоре.

Две пачки сигарет звонко приземлились на кухонный стол.

Стул скрипнул.

Аккуратно разлив кипяток по чашкам, Нестор пододвинул чашку ближе к другу. В своей же он быстрыми движениями размешал сахар и долил холодную воду из фильтра на столе.

— Я тебе сыпал. — Сказал Нестор, когда друг потянулся за сахарницей. — Но не размешивал.

Саша кивнул. Ложка тихо поцокивала о внутренние стенки кружки. Немного остудив, сделал короткий глоток.

Пододвинув пепельницу на центр между собой и другом, Нестор распаковал пачку и в одно движение вытащил две сигареты. Подкурил. Вторую положил возле пепельницы, призывая Саню присоединиться.

Тонкая полоска дыма поднялась до потолка.

— Ты в порядке? — устав разглядывать царапины на столе, Нестор посмотрел на друга.

Саня замер с чашкой в руке. Шумно выдохнул через нос, медленно поставил кружку на стол, так и не сделав глоток.

— В порядке ли я? — глухо переспросил он, едва разжимая челюсти. — Да, блять. В полном... Когда твоя мать звонила, мол, как там Нестор... А я, сука, смотрю на тебя, а ты лежишь... И я говорю, та все нормально, спит он, проснется, перезвонит, а самого, сука, трясет... И думаю, проснешься ли ты вообще?!

— А скорая? — вопрос вырвался сам собой.

Саша сжал кулак так сильно, что послышался хруст.

— Я звонил. Сразу же, как приехал. Но...— Спокойный голос задрожал, и он поднял глаза.. — Знаешь, что сказала эта сука на линии? — сжатые губы растянулись в нервной ухмылке. — Если мы будем ездить на вызов к каждому перепившему алкашу, то у нас и персонала не хватит. Похлопайте по щекам и дайте водички, блять. Как перестанет дышать — тогда и позвоните. Тогда, сука, и позвоните! Или такси вызывайте. Я ждал такси час! Понимаешь?! Ебучий час! Говорю, заплачу по двойному, сука, тройному тарифу.. Я хожу кругами по квартире. Меня уже тошнит от сигарет... А я не знаю, что делать...

Саша резко замолк. Последние слова эхом отбились от стен кухни.

Жар обег кожу. Нестор сдвинул фильтр между пальцев и затушил окурок.

— Спасибо, Сань. — Слова прозвучали тихо.

Они около часа просидели на кухне.

У Сани больше не было сил на разговор. Он сидел, вперив пустой взгляд в столешницу.

Вторая сигарета так и осталась нетронутой.

Нужно было подготовить место для ночевки. Это не обсуждалось.

Он разложил диван. Положил у изголовья вторую подушку, на которой обычно спал сам. Ничего, одну ночь потерпит.

Тихий скрип табуретки и шаркающие шаги донеслись из— за стены. Следом шум воды и тихий цокот керамики.

С одеялом было сложнее. Кроме небольшого фланелевого пледа— халата больше ничего не нашлось. Немного поколебавшись, Нестор стянул свое тяжелое пуховое одеяло на диван.

На секунду замер, оперевшись о подлокотник. В памяти всплыл сорванный голос Сани на кухне.

Тихие шаги.

Нестор поднял голову. Саня стоял в дверном проеме, вытирая руки о полотенце. В тусклом свете черные провалы от недосыпа под глазами казались почти болезненными, резко контрастируя со светлой радужкой.

— Плохо? — голос друга звучал глухо.

— Нет. — Нестор выпрямился и мотнул головой. — Просто задумался.

Саша бросил полотенце на быльце дивана:

— Я не иду на работу. Уже написал начальнику сменыЗавтра едем в больницу с утра.

Пружины дивана прогнулись с тихим скрипом.

— Окей.

Взгляд невольно упал на порог — туда, где час назад Саша упорно оттирал кровь.

Остаток ночи прошел беспокойно.

При повороте шеи ноющая боль отзывалась в затылке. Сколько раз при смене позы он сказал «ой, блять», Нестор перестал считать после раза пятого.

Периодически скрипели пружины дивана. Тихие шаги, замирающие на пороге спальни.

Обрывки кошмара не шли из головы. Чем больше он старался вспомнить, тем больше картинка размывалась.

Начинало светать.

Отлежав уже все, что только можно, Нестор аккуратно приподнялся на локтях и сел на край кровати. Встал, придерживаясь за подлокотник.

Перекатываясь с носка на пятку, он направился на кухню.

Саша дышал тихо и равномерно. В расслабленных пальцах лежал телефон. На экране повторялось одно и то же короткое видео. После третьего повтора Нестор аккуратно нажал на паузу, и, дождавшись, пока экран затухнет, нырнул в проем.

На кухне снова пахло гнилыми яблоками.

Осторожно, стараясь не скрипеть, Нестор проверил мусорное ведро под раковиной. На дне пакета в ведре лежали скомканные чеки поверх банок от энергетика.

Захлопнул. Выпрямился. Запах стал сильнее. И исходил из... крайнего шкафчика.

Пакет уже знатно позеленевших от плесени яблок стоял на полке с судочками. Нестор тяжело вздохнул. Говорил же матери, не надо привозить — он их не ест. Два мусорных пакета для верности — и аромат пропал.

Открыл окно на проветривание. Немного поколебавшись, Нестор все же взял полуночную сигарету и закурил.

Из открытой створки в квартиру вместе со свежим воздухом проникали звуки просыпающегося города. Кто— то посигналил. Залаяла собака. Вдалеке рев машинных моторов набирал плотность.

Наблюдая за тлеющей сигаретой между пальцев, Нестор уже пытался спланировать день хоть примерно.

Желудок свело.

После больницы нужно бы перекусить. Последний свой прием пищи он выблевал еще на набережной сутки назад. А варить пельмени было лень.

За стеной послышалась мелодия. Санин будильник. На шесть.

Пересчитав деньги в руках, Нестор протянул их таксисту.

— Сдачи не нужно. Это на чай. — Вежливо улыбнувшись, он открыл дверь машины и поспешно вышел. — Хорошего дня!

Пожилой мужчина благодарно кивнул.

— Хорошего и вам дня! — донеслось до ушей Нестора прежде, чем дверца захлопнулась.

Проводив взглядом машину, он направился к ступеням городской больницы.

Саша уже должен был взять талон к травматологу.

Поток холодного воздуха ударил в лицо. Нестор зажмурился, почувствовав, как мелкие снежинки коснулись кожи.

Дверь открылась. Резкий запах хлорки вперемешку с корвалолом ударил в нос. Кутаясь в зимнее пальто, из дверного проема вылетела женщина, едва не врезавшись в Нестора. Опухшие от слез глаза посмотрели куда— то сквозь него. Прошептав «извините», она быстро слетела по ступеням.

Саша уже стоял возле окошка, нетерпеливо постукивая пальцами об узкую полочку. За ним уже выстроилась нехилая очередь.

Заметив Нестора,он коротко кивнул, мол, подходи.

— Тут твою медкарту найти не могут. — Саша положил локоть на подоконник.

— Так ее тут и нет. Мать все забрала к себе. И мою, и батину.

Короткий взгляд Сани сейчас выражал больше осуждения, чем Гаагский трибунал.

Нестор неловко улыбнулся в ответ.

— Я могу выписать вам талончик и без медкарты. — Рутинно произнесла медсестра, не поднимая взгляда от документации. — Дома просто вклеите анамнез. Не вы первые. К травматологу, правильно?

— Да. — Саша опередил друга на доли секунды.

Нестор просто выдохнул и сжал губы.

— Ваши фамилия, имя, отчество. И дата рождения. — Рука медсестры выжидающе замерла над пустым талоном.

— Помнишь как тебя зовут?

Саша едва заметно ухмыльнулся. Впервые за утро.

— Забыл. — Нестор пододвинулся ближе к окошку. — Записывайте. Нестор Дмитриевич...

Последний пролет Нестор преодолевал уже на принципе. В глазах темнело от усталости. Кровь толчками била в виски и отдавалась болью в затылке. Схватившись за поручень, Нестор на секунду остановился. Перевел дух. Перед глазами плясали белесые мушки.

— Нормально? — на плечо легла тяжелая ладонь.

Нестор коротко кивнул. Выдохнул. И поднялся на еще одну ступень.

— Какого хрена мы не подождали лифт, скажи ты мне? — уже третий раз за подъем спросил Саня. И третий раз друг упорно проигнорировал вопрос.

Преодолев последнюю ступень, Нестор выпрямил спину и тяжело выдохнул. С ощущением победы коротко взглянул на лестничный пролет. Справился.

Очередь состояла всего из пятерых.

— Кто последний в 405? — все еще задыхаясь, поинтересовался Нестор.

— Мы, — подняла руку пожилая женщина.

Мальчик, которого она все это время прижимала к себе, тихо хныкнул. И прижался к ней сильнее. Нестор заметил, как женщина аккуратно придерживает обмотанную в платок руку ребёнка.

— Тогда мы за вами. — Саша переглянулся с другом и сел на другой край скамьи.

Нестор приземлился рядом и достал телефон.

Очередь перед ними постепенно редела. Подходили новые люди.

Наконец— то в кабинет зашли женщина с ребёнком, и Нестор прислонился к стене рядом с дверью.

— Следующий. — Послышался мужской голос из— за двери.

Он протянул куртку Саше и взялся за ручку.

Резкий толчок в плечо заставил его отшатнуться.

Возле двери, наспех сбрасывая с себя тяжёлую шерстяную шубу, уже стояла пожилая женщина. Запах старой квартиры и пота разнесся по узкому коридору.

— Вообще— то наша очередь. — Возмущению Нестора не было предела. — Давно ждем.

— Я только спросить, — отрезала бабка, бросив оценивающий взгляд на них двоих, и зашуршала пакетом.. — А вам— то куда? Молодые, здоровые. А я женщина старая и больная! Подождете. А я спешу!

— На тот свет успеете, не переживайте, — выпалил Нестор.

Неожиданная волна боли ударила по ребрам сбоку.

Бабка замерла и открыла рот.

— Проходите. — Саша улыбнулся. Слишком вежливо. — Мы подождем.

— Хам! — дверь громко захлопнулась.

Нестор потирал бок, прощупывая ребра пальцами.

— Больно же.

— Умничай поменьше.— Саша даже не повернул головы.

— Итак, на что жалуетесь? — врач принял из рук Нестора талон и положил перед собой.

В кабинете пахло йодом и едва уловимо спиртом.

Память выдала запах заграничного коньяка, от которого Нестору отшибло память накануне. Он судорожно вдохнул, подавляя тошноту.

— Упал ночью. Ударился затылком. О... ступени. — Нестору очень хотелось показать, что шарит в медицине. Все же просмотры медицинских пабликов не должны пропадать зря.

Удержался.

Стержень ручки тихо зацарапал по бумаге.

— Угу. Отлично. Помните сам момент удара? — взгляд травматолога методично изучал Нестора, иногда останавливаясь. — Или очнулись уже на полу?

— Да. Был хруст. Глухой. — Фантомная боль пронзила затылок. — Поскользнулся и упал назад.

Рука заметно дернулась в попытке помассировать ушибленный участок.

Он чувствовал себя сейчас как на допросе. Но признаться что просто поехал на ковре было неудобно.

Дверь в кабинет открылась, и в проем зашла тучная медсестра. Коротко взглянув на пациента, она пододвинула стул и села с другой стороны стола, напротив врача. Тот даже не посмотрел в ее сторону.

— Как давно это было? — талон тактично переместился на другую сторону стола.

— Где— то около полуночи. — Нестор сидел настолько ровно, что мышцы спины уже начинали поднывать.

Он, мягко говоря, пиздел. С другой стороны показаться уж слишком безответственным он не хотел. Поэтому предпочел соблюдать золотую середину.

— Пили вчера?

Отложив ручку, доктор скрестил пальцы, наблюдая за Нестором.

— Да.

— Голова сейчас болит? Наблюдались мушки перед глазами? Галлюцинации? Тошнило?

Нестор на секунду замолчал. Вспомнил запах гнилых яблок на кухне. И как выкинул их с утра.

— Нет. Не болит. Галюцинаций не было. Тошнило.

Вопросы продолжались еще около десяти минут. Следом тесты на рефлексы.

Он снова почувствовал себя так, будто проходил медкомиссию на работу.

— Наталья Семеновна, — отложив талон, врач обратился к коллеге. — Заполните пока направление на рентген.

Та уже как пару минут буравила его тяжелым взглядом из— под толстых линз.

Доктор встал, ловкими движениями натягивая перчатки. В нос ударил запах латекса. И снова спирта.

От касания к волосам Нестор непроизвольно вздрогнул. Если бы его затылок сейчас пронзила невыносимая боль, и то было бы поприятнее. Холодные пальцы точечно касались кожи головы. В том месте, где вчера была сосредоточена боль, обдало холодом. Немного пощипывало.

Неприятные мурашки от чужих рук.

— Больно? — немного надавив рядом с раной, спросил доктор.

— Неприятно. — Он едва сдерживался чтоб не дрожать. — Но не больно.

Пальцы спустились к шее.

— А так? — Мышцу свело от давления пальцев.

Плечи дернулись сами собой.

— Теперь да.

Перчатки комком полетели прямо в мусорку.

— Перелома как такового нет. — Сухо констратировал врач, откидываясь на спинку кресла. — Реакция нормальная. Отклонений от нормы нет. Наталья Семеновна, пишите «Ушиб мягких тканей головы». Но на рентген можете сходить. Для профилактики.

Стараясь не подавать виду, Нестор наконец— то выдохнул.

— А хруст? — тут же вспомнил он.

— Начинающийся остеохондроз. Пока не страшно, но если продолжите ходить в позе буквы «Зю», то через пару лет хрустеть шея будет постоянно. Вот направление и рецепт. Через неделю жду вас на осмотр.

Плечи наконец— то расслабленно опустились. Но он все еще продолжал чувствовать фантомные прикосновения пальцев к волосам.

Медсестра ушла в ординаторскую, тихо шаркая ногами о кафель.

Он встал, в ожидании команды уйти.

— Куда же вы, больной? — остановил его врач. — Нужно обработать рану. Пройдите за Натальей Семеновной.

Нестор взглянул в проем. Распутывая обвившийся провод, в дверях уже в ожидании стояла Наталья Семеновна.

— А это обязательно?

Снова касание фантомных рук к затылку.

— Пить до потери пульса и биться головой было не обязательно. — Суровый взгляд медсестры пробрал до мурашек. И предчувствие неприятной процедуры тоже. — А это — обязательно.

Нестор нервно сглотнул.

— Следующий!

Стоило только переступить порог поликлиники, как дышать стало заметно легче.

— Ну что, страдалец, что тебе там прописали? — поинтересовался Саша. — Трепанацию делать будут или уже бесполезно?

Волна холода окатила выбритый затылок. Поежился.

— Левомеколь, спасатель и антисептики. — По памяти повторил Нестор, поправляя воротник куртки. — У мамы возьму. У нее лекарств хватит на половину населения Индии. — Молния застегнулась с сухим треском. — И это только в косметичке.

Скосил глаза на друга, ожидая реакции. Саша в ответ только хмыкнул.

— Пойдем пожрем? — он выжидающеаоднял глазаа. — А то меня уже воротит. Со вчерашнего вечера нихрена не ел.

— А я думал, тебя воротит от моей новой стрижки? — Нестор неловко поправил капюшон.

— Не переживай, от нее тоже, — тяжелая рука опустилась на плечо.

Тепло пробилось сквозь слой синтепона.

Саня фыркнул, опуская голову, чтобы скрыть расползающуюся по лицу довольную ухмылку.

— Погнали, — Нестор хлопнул себя по карманам.

Убедившись, что все на месте, он начал спускаться по ступеням.

А ключи?

Остановился. Засунул руку в карман. Пальцы нащупали жесткую чековую бумагу.

Одним движением он вытащил из кармана кипу магазинных чеков, скомканных и выцветших. Перед глазами мир начал плыть.

— Че там? — Саша уже стоял внизу, нетерпеливо ожидая друга. — Чет потерял?

— Ключи? — Нестор смял и переложил бумаги в другую ладонь и снова прощупал карман. — Ты их не видел?

— А, так они у меня, — Саня моментально вытащил что— то из кармана. — Я ж квартиру закрывал. Забыл, голова дырявая?

Поднял руку. Нестор заметил фиолетовый брелок между пальцев друга.

Выдохнул. И слетел по ступеням, оказавшись рядом с Сашей.

Дверь открылась, и лицо обдало теплом. Свежая выпечка, молотый кофе, жареные котлеты...

Нестор сглотнул. От обилия запахов желудок скрутило.

Он спланировал заказ еще на подходе, разглядывая сквозь панорамные окна. Но сейчас, стоя перед кассой в очереди, взгляд метался между шаурмой и лапшой. Хотелось всего и сразу. Но если закажет оба блюда, то второе точно выбросит.

Остановился на ВОК.

— Сань, а ты что будешь? — Нестор взглянул на друга.

— Та мне как— то похер, — тот лишь пожал плечами. — Давай бургер что ли.

— Будешь кофе?

Чёрные круги под глазами были единственным напоминанием о ночи.

— Давай, — поколебавшись секунду, ответил Саня. — Американо, наверное. Или какую ты там хрень пьёшь?

— С молоком. Две сахара. — Нестор кивнул, продвигаясь ближе в очереди.

Оставалось всего трое перед ним.

Время репетировать заказ.

Тихий скрип двери.

Глухой хлопок и звук сминаемой куртки.

— О, Михалыч, ты что ли? — удивленный прокуренный бас заставил Нестора дёрнуться. — А ты чего не на смене? Ты ж сегодня меня менять должен. Прогуливаешь?

Над Саней навис грузный мужик. Массивная рука лежала на плече друга.

В нос ударил сладковатый запах солярки вперемешку с одеколоном.

— Прогуливаю, — Саша уже сжимал ладонь коллеги в рукопожатии. — Гулял до утра так, что решил не идти. На проходной же,— он кивнул головой, — в моей смене такая стерва сидит, что унюхает перегар за километр.

Усы мужика дрогнули в улыбке.

— Наташка что ли? — он убрал руку с плеча. Почесал отрастающую бороду. — И то верно... Мужика бы ей нормального. Такого чтоб ух! Тогда бы так не кидалась как сука с течкой на каждого.

Саша тут же спрятал обе руки в карманы. Повернулся полностью.

— А ты тут какими судьбами? — Саша улыбался. — Ты ж на левом живешь. Заблудился, Игнат?

Мужик громко хохотнул.

— Та вот на рынок ездили с Юлькой. — Он обернулся. — Юль, иди сюды! Че застряла в проходе?

Юлька подошла, тихо поцокивая каблуками.

— Знакомься, Михалыч! Дочка моя, старшАя, Юлька, — мужик обхватив ее узкие плечи одной рукой, в сердцах прижал ее к себе. — Юлька, — Александр Михалыч.

— Пап! — смущённо выдала девушка, сделав попытку отстранится.

Притихла.

Поймав косой и немного обречённый взгляд Сани, Нестор кивнул и отвернулся. Губы невольно растянулись в искренней улыбке.

Еда уже стояла на столе. Полупрозрачный дымок поднимался вверх над лапшой.

Одну поставил напротив, там, где должен сидеть Саша. Рядом с бургером и кофе.

Оглянулся по сторонам. Саши не было видно.

Снял термокрышку со стаканчика. Поджал губы. Просил же на кассе не накрывать.

Аромат кофе сразу ударил в нос. Сделал глоток.

Достал телефон. Вспомнил, что Саша обещал его матери, что сын её наберёт. Но сейчас, пока он в кафе, до тирады было ещё часа полтора.

Спрятал.

— Ох, блять... — Саня глухо приземлился напротив.

Выгнув спину, сбросил куртку назад. Закатал рукава и взял вилку.

Остановился.

— Только, блять, попробуй. — Угрожающий взгляд исподлобья — Нет!.

Нестор уже не мог держать серьёзное лицо. И так дольше положенного.

— Ну что, Михалыч, как тебе Юлька? — мышцы щёк заныли от улыбки.

Саша стиснул челюсть.

— Я в тебя сейчас вилку воткну... — Щеки Сани едва заметно покраснели.

Смех вырвался сам собой.

Впервые за сутки дышалось легко.

— Вот че ты ржёшь как конь? — с наигранной обидой спросил Саша. — Ну нормальная девка... Кхм... Девушка... — Уголки губ дрогнули. — Сука... Жри давай! Смеётся он.

Аппетит пришёл не сразу, и первые порции Нестор буквально запихивал в себя. Саня уже умял лапшу, и, уже без особого энтузиазма распаковывал бургер.

— Лапша какая— то пресная у них, — выдал вердикт Нестор, откинувшись на спинку диванчика.

Брови Сани взлетели вверх от такого упрёка. Сложилось впечатление, что он сам её готовил все это время, а не краснел перед Юлькой.

— Охренеть... Ты слишком много выебываешься для человека, который сутки питался только никотином. И Божьим словом. — Упаковка уже лежала на подносе.

Нестор уже полулежал, кутаясь в куртку. Синтепон приятно грел тело, а еда — душу.

— Та ладно. Можно было и лучше. — Лениво констатировал он.

Мимика Сани выражала чёткое и ясное «Нестор, да ты ахуел».

Нестор в ответ только ухмыльнулся.

И резко подскочил.

— О, Нес! — донеслось сбоку.

Дрожь прошла по телу.

Саша напротив поперхнулся.

— Видишь! А я же говорила, что карта желаний работает! — восхищённо запищал женский голос.

Челюсть свело. И шею от резкого поворота головы.

Ленка стояла возле их стола с подносом. Рядом, переводя взгляд с Нестора на Саню, стояла вторая девушка. По лицу было видно, что она не совсем понимала, почему они подошли именно сюда.

— К чему это, Лен? — девушка подняла одну бровь и посмотрела на подругу.

Та лишь вздохнула. Как вздыхают недопонятые гении.

Нестор бросил короткий взгляд на Саню. Он так и замер с бургером в руках.

— Ну, Свет, не тупи! — она скривила губы. — Ну, я ж недавно писала «хочу встретить молодого человека с короткими русыми волосами и зелёными глазами», и видишь, Вселенная исполнила моё желание!

Подруга на секунду зависла.

— Так это и есть твой... Серега? Молчание.

— Нет, Свет, — Лена едва заметно смутилась. — Это Нестор. Ну, бывший мой.

Света переменилась в лице. Совсем немного. Но этой микромимики хватило чтобы Нестор понял — она уже о нем наслышана. И очень хорошо.

— Не против, если мы к вам подсядем? — она улыбнулась и выжидающе посмотрела на Нестора.

Он натянул куртку на плечи, кутаясь. Перевел глаза на Саню. Он уже тактично сдвигался ближе к окну.

— Нет, я хочу сесть у окна. Ты не против, Саш?

Короткий взгляд. Нестор едва заметно кивнул. Подвинулся, освобождая место для друга.

Запах благовоний просачивался в память Нестора. Дышать стало тяжелее.

Он постарался расслабиться. Хотя бы внешне.

Саня тихо приземлился рядом.

— Ну, приветик поближе! — Лена уже сидела напротив Нестора. — Как дела? Что новенького?

Она широко улыбалась. Но взгляд резко контрастировал с этой мимикой.

Вдохнув побольше воздуха, Нестор улыбнулся. Губы дрогнули.

— Отлично. Вполне.

— Шикарно, — подал голос Саша.

И наконец— то укусил бургер.

— Вот перекусить зашли, — Нестор поставил локти на стол, скрестив пальцы. — А ты как?

— Прекрасно. Решила начать жизнь с чистого листа. — Она рукой показала на сидевшую рядом подругу. — А это Света. Моя подруга. Я столько ей о тебе рассказывала в последнее время!

Судя по взгляду Светы, ей очень хотелось слиться с диваном.

Саша монотонно жевал. Кажется, он поймал дзен.

— А чего это вы такие...? — от звенящей заботы в голосе Ленки стало не по себе. — Что— то случилось, Нес?

— Нет. Просто не выспались. Ночью были... кое— какие дела. Важные. — Голос Нестора звучал дружелюбно. И монотонно.

Ленка вздохнула.

— Мы тут со Светкой карту желаний обсуждали..

— Это мы уже поняли, — хмыкнул Саша.

Бросив на него косой взгляд, Ленка продолжила:

— И кармических партнёров. И мы, — она на секунду замолкла, — со Светкой сошлись на том, что мне отношения с тобой были даны для отработки кармического урока. Для того, чтобы вырасти над собой. Чтобы вырасти как личность!

Саня с интересом положил руки на стол. Посмотрел на Светку. Едва заметно улыбнулся. Она неловко улыбнулась в ответ, опустив взгляд.

— Ну, — Нестор невольно дёрнул плечами, — я за тебя рад. Что у тебя все хорошо. Что ты...— запнулся, — выросла как личность.

Лена явно ожидала всего, но...

— И знаешь, глядя на тебя, — она запнулась, — я не понимаю что в тебе нашла.

Брови Нестора невольно поползи вверх.

— Ты такой... — осеклась.

Саша тактично «подавился». Лена даже не дёрнулась. Она улыбалась.

— Видишь, Свет, я же говорила. — она театрально вздохнула. — А тебе, Нес, не помешало бы тоже проработать карму. Судя по твоему виду...

Рука инстинктивно почесала затылок.

— У тебя не все хорошо в жизни. Но мне ты можешь сказать. Я помогу, подскажу, что надо.

Нестор убрал локти со стола, откинувшись назад.

— И что ты мне предлагаешь? — он почесал ладонь.

— Вселенная, она же все знает лучше. Вот ты сейчас страдаешь. Не показываешь это, но страдаешь. — Она говорила так уверенно, что Нестор готов был уже в это поверить. — И все эти испытания в твою жизнь пришли не просто так. Это карма. И пока ты её не проработаешь, то в жизни чёрная полоса не закончится.

Нестор сосредоточил взгляд где— то позади Ленки.

Тихий хруст пальцев сбоку.

— И к чему ты мне это говоришь?

— Мне жаль тебя. Тебя же явно тянет на дно, а я хочу помочь. — Лена двинула плечами. — Вселенная свела нас сегодня не просто так. Это был знак, что тебе нужна помощь. Расскажи, что с тобой случилось?

Он стиснул зубы.

— Дай сигарету. — Сашин голос прозвучал звонко. — Курить хочу пиздец. Аж зубы сводит.

Быстро порывшись в карманах, Нестор выудил пачку и протянул Саше.

Он быстрым движением выхватил её из рук.

Короткий взгляд. Нестор кивнул.

— Свет, — девушка дёрнулась от звука собственного имени, — куришь?

Он резко вскочила.

— Да. — Света улыбнулась. — Лен, я сейчас вернусь.

До этого момента она не курила.

Улыбка резко пропала с лица Лены. Она прикусила губу, буравя взглядом Нестора.

— И что ты хочешь? В чем заключается твоя помощь? — Нестор заметил, как в глаза начинают поблескивать. — Зачем ты вообще сюда села, если тебе больно меня видеть?

Она плавно облокотилась на стол всем весом.

— Потому что ты... мне все ещё дорог как человек. Которого я любила. Которого я люблю. А ты... Я ж знаю, ты тоже.. это все... — облизнула губы, — Саша, да? Он тебе наговорил, какая я плохая? И что ты теперь?! Выглядишь как бомж. Побитый. Опухший. К чему тебя привела такая жизнь, Нестор? Я же... Я просила, молилась, чтоб тебя увидеть ещё раз.

Её губы дрожали. Глаза бегали.

— А ты... Ты постоянно куда— то уходил. Я видела как ты смотрел на меня в последние... месяцы, — судорожный вдох. — Ты не видел, а я видела... Видела, что твой Саня постоянно крутился рядом с тобой... Он же ни с кем не встречался, и тебе не давал... А ты, как дурак, последние деньги тащил ему. На что? На алкашку? На сигареты? Ой, ну ему надо, ему надо продуктов купить, маму кормить... А нам не нужно было?

Нестор сжал губы. Лена почти шептала.

— Ты мне не покупал ничего. Мы с тобой тогда в отпуск не поехали из— за того, что ты ему свою половину отдал. И знаешь, когда тогда кран упал... — ЕЕ била дрожь. — Я молилась... чтобы он тогда сдох.

Последние слова впились в сознание. Сердце глухо ударилось о ребра. Дыхание перехватило.

Тело Нестора резко подалось вперёд. Его лицо застыло в нескольких сантиметрах от лица Лены.

— Пошла. Нахуй. — Слова прозвучали спокойно.

Челюсть Нестора свело спазмом. В глазах Лены промелькнула боль, смешанная с отчаянием.

— Ну что, аура была почищена, кармические уроки выучены и вы собирались засосаться прям тут? — едко заметил Саша, потирая руки. Следом за ним подошла Светка.

Нестор откинулся назад. Выдохнул.

— А ты посмотреть хотел? — стараясь ненавязчиво улыбнуться, Нестор привычно съязвил. — Тогда надо было не отвлекать.

Лена молча вскочила, опустив глаза. Круто развернувшись, быстро зашагала в сторону туалета.

— Ну и зачем ты ее до слез довел? — проводив Лену взглядом, Саня осуждающе взглянул на Нестора.

— Кармический урок проходить не захотел. — Нестор одним движением пододвинулся к краю. — Где сигареты?

Автобусы один за одним проезжали мимо — ни одного в их район. Звук тормозных колодок царапал голову изнутри, заставляя каждый раз ежиться и прикрывать уши. Потоки воздуха становились холоднее, ощутимо пробиваясь сквозь ткань. Очередной «Богдан» остановился. Толпа, толкаясь локтями, влезла в открытые двери, оставив только их двоих на остановке.

Нестор стоял, прислонившись к трубе, и перебирая в карманах чеки. В памяти всплывал недавний разговор с Ленкой, прокручивался до конца и перезапускался снова. Где— то подсознательно он понимал, насколько тупой и абсурдной была ситуация. Как бы не повела себя Лена, не стоило так с ней... Взгляд непроизвольно упал на Сашу. Облокотившись на колени, он сидел, опустив голову. Чеки в руке тихо хрустнули. Стоило.

Путь домой занял больше времени.

Замок тихо щелкнул. Тёплый воздух ударил в лицо. Суставы со скрипом натягивались под кожей при каждом движении. Молния поддалась не сразу, но в итоге куртка одним точным движением оказалась на вешалке.

— Зайдёшь погреться? — Нестор выжидающе застыл, взглянув на друга.

Саша отрицательно покачал головой, стоя на пороге.

— Не, я домой. Мне ещё матери объяснять, какого хрена я среди ночи смылся и где пропадал до утра.

Веки Сани поднимались с небольшим запозданием.

Нестор коротко кивнул.

— Хорошо. Маякнешь. И... — он набрал в лёгкие побольше воздуха, — извинись за меня перед теть Наташей. За вчерашнее.

— Вот сам придёшь и извинишься, — в глазах друга промелькнуло желание выдать подкол, но он лишь тяжело вздохнул. — До скорого. Дверь закрылась с глухим скрипом механизма. Послышались утихающие шаги.

Простояв пару минут, разглядывая дверь, Нестор снял ботинки.

Он закрыл дверь на ключ, привычно бросив его на тумбу. Звон метала эхом разнёсся по квартире.

Халат все ещё был влажным. Фланелевая ткань пахла хозяйственным мылом, но результат того стоил — пятна не было заметно. Он пододвинул сушилку ближе к батарее.

Диван прогнулся под весом тела, тихо скрипнув.

Облокотившись, Нестор опустил лицо в ладони. Замер. Плечи поднимались в ритм дыханию — ровному и тяжёлому.

Из коридора донеслось низкое короткое жужжание.

Ладони медленно сползли вниз, остановившись на уровне подбородка.

Привычный поток мыслей затих, оставив после себя только пульсирующее ощущение в висках.

Медленно выдохнув, Нестор поднялся и, немного пошатываясь, побрёл в коридор.

На телефоне светилось одно новое уведомление от отца.

«Позвони матери. Она нервничает.»

Открывать рот, и, тем более, говорить Нестор был сейчас не в состоянии. Уже почти приняв решение набрать после, он заколебался.

Собираясь с силами перед разговором, он переоделся, бросив вещи в угол возле кровати. Перетянул своё одеяло с подушкой обратно на кровать. В воздухе мелькнул запах дешёвых мужских духов.

Едва поднимая ноги, он побрел на кухню. Телефон, лежавший на краю стола, завибрировал. Экран загорелся и почти сразу протух.

Стул тихо шаркнул по линолеуму. Скрипнул.

Нестор взял телефон в ладонь и нажал на кнопку включения.

«Дома. От мамы привет».

Набрал номер. Включил громкую связь.

Глухой гудок тянулся дольше, чем обычно.

Второй.

Нестор положил локти на стол, глядя на букву «М» на экране и надеясь, что она исчезнет.

Третий...

— Алло! — раздалось в трубке. Тело рефлекторно дёрнулось. — Нестор, ты меня слышишь?

— Да, мам, — коротко ответил он, едва ворочая языком. — Как ты?

— Ты почему матери не звонишь? — с упреком спросил голос. — Почему вчера не позвонил, как я просила? Опять где— то шляешься?

Шумный вдох вырвался сам.

— Я спал просто, только проснулся. — Устало произнёс Нестор.

Голос на секунду замолк.

— Ну— ну, я ж слышу, когда ты врешь. — резануло по ушам. — Звонила тетя Оля, говорит, видела тебя сегодня возле поликлиники с Сашей этим твоим. Что ты там делал? Опять он куда— то...

— Да все нормально, мам! Не надо переживать, просто... — Нестор на секунду задумался, вперившись в стол. — Я подвернул ногу. Думал, связку потянул, а Саша со мной поехал. Все нормально.

Он взъерошил волосы. Пальцы запутались. Замер.

— Рассказывай, куда ты опять влез? Только правду.

— Да все правда нормально. — Нестор резко поднял голову, посмотрев перед собой. Будто надеясь увидеть там мать.

Голос на той стороне трубки вздохнул с ощутимым возмущением.

— Знаю я твоё «нормально». Ой! — послышался глухой удар через трубку.

Шорох. Тихое причитание.

— Все, иди отсюда, Дима! И без тебя тошно! — голос вернулся чётко. — Почему мне ответил Саша вечером с твоего телефона? У него был?

— Нет. Он остался у меня. Мы вчера немного посидели у меня... — Он сглотнул. Горло свело.

— Так хорошо посидели, что с утра в больницу поехали?! — эхом отбилось от стен. — Ты за дуру меня держишь, Нестор!

— Мам, все, хватит, пожалуйста, — он закрыл лицо ладонью, пальцы разошлись по щекам. — Все правда нормально.

— Свет, ну хватит, — бас отца донесся с фона. — Он пацан взрослый, сам разберётся.

— Что разберётся? С чем разберётся?

— Свет... — телефон на секунду замолчала.

На экране мелькнуло уведомление от Саши — какая— то картинка.

— Завтра тебя ждать? — серьезно, уже без истерики, спросила мать.

Нестор шумно выдохнул.

— Не знаю еще. Я наберу. — Откинулся на спинку стула.

— Хорошо, жду. — Резко и звонко.

— Света, та ёб твою мать, оставь ты ту кастрюлю в покое! — снова глухой голос отца на фоне.

Лязг.

Гудки. И звенящая тишина после.

Он закрыл глаза. Спина поднималась и опускалась в такт дыханию.

Палец начал жечь. Опустил взгляд на вторую руку, которую все это время держал под столом. Кожа возле ногтя была счесана почти в мясо.

Нестор попытался сглотнуть. Горло свело сухим спазмом.

Поднялся, опираясь одной рукой на спинку стула, второй — об угол стола.

Нужно выпить воды.

Открыл шкафчик сверху. Петли тихо скрипнули.

«Самый классный мужик в мире» — бросилась в глаза пёстрая надпись. Приподнявшись на носок, Нестор привычно потянулся за тёмной керамикой позади. Ступню свело. На секунду потерял равновесие, отшатнувшись назад.

Тёмная керамика предательски цепляет бок соседней белой чашки. Той самой, бесящей. Глазурь скрипнула по глазури. Белая чашка опасно накренилась и сорвалась вниз.

Пальцы разжались.

Рывок вперед.

Заныло под ключицей.

Резкий, бьющий по ушам звон.

Ребра сдавило.

Все сжалось в одну пульсирующую точку. Которая тут же разорвалась, ударив в затылок.

В глазах потемнело.

Шаг назад.

Там осколки.

Ступню пронзила острая боль.

Ком подступил к горлу, перекрывая доступ кислорода...

Пальцы начинали едва ощутимо ныть. С каждым ударом сердца боль нарастала.

Он боялся открыть глаза.

Там осколки.

Тягучее чувство расползалось где— то за ключицами, сводя плечи.

Глоток воздуха. Сладковатый запах резанул в нос. Удущающий.

Нестор резко открыл глаза, переведя взгляд на руки. Он крепко сжимал пальцами белую чашку.

Память снова выдала звон бьющейся об пол керамики.

Быстрый взгляд на пол. Осколков нет. Тёмная чашка, которую он брал, стояла почти у края.

Керамика тихо цокнула о поверхность кухонного стола несколько раз, пока Нестор старался её поставить.

Ещё раз изучил пол. Чисто.

Выдохнул.

— Ай, в пизду, — одним резким движением он снял верхушку с фильтра для воды, стоявшего на столе, и почти что швырнул на стол.

Сделал пару глотков. Вода потекла по шее, промочив воротник.

Сватив телефон, он, пошатываясь, вылетел из кухни.

Через секунду вернулся.

«Самый классный мужик» — выловил взгляд надпись.

Кутаясь в одеяло до самого подбородка, Нестор лежал, стараясь не двигаться. Холодок пробегал по телу, стоило снова мысленно вернуться на кухню. Он чувствовал, как нижнее веко едва ощутимо подёргивалось.

Задерживая дыхание, он выдыхал медленно, рывками, в ритм сердцебиения.

И сам не заметил, как отключился. Глубоко. Тревожно. Без снов.

Глава 3. Курсы допроса от штандартенфюрера СветЛанды

У автора закончились адекватные названия глав, потом поменяет.

Ощущения прохлады в плечах медленно пробивалось сквозь сон. Нащупав край одеяла, он натянул его до подбородка. Тяжесть была приятной, практически убаюкивающей. Подушка уже сбилась, и переставала быть удобной. Чем дальше, тем сильнее становился дискомфорт. Приподняв голову, Нестор подмял край поближе и постарался снова принять удобное положение. Шумно выдохнул, уткнувшись носом в прохладную ткань.

Пружины тихо скрипнули.

Бок начинал едва ощутимо поднывать.

Перевернулся на спину, стараясь как можно дольше сохранить сон. Сквозь веки начал пробиваться свет.

Перевернулся на другой бок. Легкий холодок комнаты на контрасте ощущался сильнее. Лениво приоткрыл глаза.

Свет проникал в комнату полосой, пробиваясь в щель между шторами.

Картинка приобретала резкость, и он узнал очертания компьютерного стола. Кнопка внизу монитора мигнула синим.

Снова закрыл.

Свесив руку с края кровати, нащупал лежавший на полу телефон.

Замер, прислушиваясь к телу. Затылок и шея едва ощутимо ныли.

Зажал кнопку включения. Долго вглядывался в экран, пытаясь уловить изображение.

Десять утра.

Ни одного уведомления, кроме рабочих.

Выключил. Сейчас это не его заботы.

Не меняя позы, расслабился.

Сухость во рту окончательно заставила проснуться. Нехотя сбросил с себя одеяло.

Опустил ноги, почувствовав холодный линолеум. Завис. Перевел взгляд на сдвинутый к батарее гармошкой коврик. Нужно его сегодня выровнять. Или вообще скрутить и спрятать в нишу между стеной и шкафом. Места вроде должно хватить.

Едва поднимая ноги, побрел к сушилке.

Халат уже полностью просох. Местами фланель одубела, колышками впиваясь в шею. Не критично, но неприятно.

Хотя жажда усиливалась с каждой секундой, Нестор оттягивал момент похода на кухню.

Повернул голову в сторону балкона. За окном на фоне серого неба кружила стая ворон.

Ещё в проходе он выловил взглядом чашку. Она стояла ровно на том месте, где он вчера её оставил. Белая. Целая. С бесящей надписью.

Ощущение тяжести под рёбрами тут же ухнуло куда— то вниз, оставив после себя приятную пустоту.

Шкафчик так и остался открытым. Аккуратно, словно опасаясь, что белая керамика выскользнет из рук, он уже было собирался поставить её на место. Остановился. Поставил возле раковины, пододвинув вплотную к стене.

Фильтр так и остался лежать на столе в луже воды. Собрал, налил воды из— под крана — в него и в свою чашку.

Привкус хлора на языке.

Бойлер оказался холодным. Как и при каких обстоятельствах он его выключил, Нестор не помнил. Но факт оставался фактом — ждать час.

Балконную дверь приоткрыл на проветривание. Перетащил пепельницу с кухни в гостиную, поставив её на стул перед собой. Закурил.

Откинувшись на диван, достал телефон.

Саша был в сети ещё вчера. Последнее сообщение с картинкой.

Немного поколебавшись, набрал «Как ты?». Отправил. Положил телефон рядом экраном вверх.

В голове точечно всплывали вчерашние сутки. Больница, Ленка, мама... Все перемешалось. Фразы смешивались, перетекая из одного голоса в другой, в третий. И чашка...

Глубоко и резко затянулся, и едва сдержал кашель.

Да, вчерашний день был выматывающим, а чашка... просто сработала как триггер. Ну разбилась бы, купил новую.

Сглотнул. Снова затянулся.

Кого он старался обмануть?

Телефон рядом завибрировал, и Нестор, не глядя на экран, смахнул плашку вправо.

— Привет, — голос прозвучал слишком хрипло. — Что ты? Как ты?

— Та вроде норм. Вырубился вчера. Такое чувство, что вчера смену отпахал, а не с тобой по больницам ездил. — По ту сторону послышался короткий зевок. — А ты там что?

— В целом, — Нестор прокрутил в руке тлеющую сигарету, — вроде нормально.

На том конце послышался скрип пружин.

— А не в целом? — тон на секунду стал серьезней.

— А не в целом вчера устал так, что чуть твою чашку не разбил, — тяжело выдохнув, Нестор поджал губы от внезапного откровения. — Но поймал. Живая. Стоит.

— Ну и хер бы с ней, — бросил Саня. — Трагедия. Главное что ты ни во что не въебался ещё раз, а чашка — то такое.

Нервный смешок вырвался сам. Нестор готов был поклясться, что на том конце друг просто повёл плечами.

— Так что ты, сегодня отдыхаешь перед ночной? — ловким движением потушил сигарету и бросил в пепельницу. Достал вторую. — Мать вчера сильно возмущалась?

— Ну, кстати, не сильно. Гришка больше возмущался, и то только потому, что он сам таскал мамкину картошку с рынка. А у него, — тихий щелчек зажигалки по ту сторону, — спина, видите ли, больная. — Выдох. — Но когда пиздил медь с завода на прошлой неделе, то, наверное, вылечился для благого дела.

— Ну так благое дело лечит, — губы растянулись в улыбке.

— Пока не покалечит, — философски подметил Саня. — Да, щас подойду! Ладно, страдалец. Я полетел, мать зовёт. Если что, на связи.

Нестор коротко хмыкнул — уголком рта, без звука.

— Окей, давай. На связи.

Гудки зазвучали раньше, чем Нестор успел убрать телефон от уха.

***

Плавным движением руки он протёр запотевшее зеркало.

Нащупал пальцами отрастающую щетину, приблизившись почти вплотную к стеклу. Что ж, все оказалось не так критично, как ощущалось.

Отёчность спала, и линия скул стала заметнее. Теперь хоть на себя похож.

Нужно было максимально привести себя в порядок перед визитом.

Рану на затылке пощипывало, но он не мог ещё один день проходить с грязной головой. Хватало и проплешины с пластырем для целой тирады на пол дня.

Ещё раз взглянул на себя в зеркало в поисках того, за что может зацепиться заботливый взгляд матери.

Вздохнул и взял бритву.

***

Тихий скрип колодок. И автобус отъехал от остановки.

Желание возвращаться домой на городском транспорте под музыку улетучилось. Проще будет на такси.

Нестор достал телефон. Предыдущее сообщение матери было прочитано. Отлично, значит дома. Ждет.

«Через пятнадцать минут буду. Поставь чайник».

Сигарета истлела быстрее, чем хотелось бы.

Нестор тяжело вздохнул, сбивая остатки пепла пальцами. Взгляд пытался зацепиться хотя бы за что— то, напоминающее мусорку на привычном месте — там торчали два ржавых уголка.

Нашел картонную коробку с окурками возле ступеней. Тихий щелчок пальцами — и бычок оказался в общей куче.

В нос резанул запах размокшего пепла.

Поднял воротник, прикрыв затылок.

Палец застыл в сантиметре от потертых кнопок.

Какой код?

Остановился, перебирая в голове все варианты. Стоило довериться мышечной памяти, а не стараться вспомнить последовательность. Но уже поздно.

Уже почти набрал номер матери. Замешкался.

«Забыл уже как домой попасть? Что этот твой съем с тобой сделал, сыночек?» — промелькнуло в голове.

Спрятал назад в карман.

Достал пачку и вытащил ещё одну сигарету. Щелчок зажигалки прозвучал одновременно с писком подъездной двери.

В глаза бросился выгоревший клетчатый халат. Растрёпанные седые волосы.

— День добрый, дядь Валер, — выдохнул Нестор.

Мужчина на секунду замер в проеме.

— Привет, мелкий, — в голосе звенела усталость. Короткий оценивающий взгляд — Мать за сигареты по шее не даст?

— Поздно уже по шее давать, — Нестор пожал плечами.

Затушив наполовину выкуренную сигарету, он бросил ее в коробку.

Спертый воздух подъезда пах сыростью и свежим супом.

Дверь открыл отец.

— Ну наконец— то! — легкая улыбка скользнула по губам мужчины. Повернул голову, немного подавшись назад. — Светка, сынок твой ненаглядный приехал! Иди встречай.

— Иду, иду! — донеслось из кухни. Цокот посуды о дерево.

Тепло руки приятно обожгло промерзшую кожу.

— Привет, пап, — не отпуская отцовской ладони, сказал Нестор.

Губы сами расплылись в улыбке.

— Заходи, что в проходе встал? — прижавшись к стене, мужчина кивнул головой. — Замерз сильно?

Нестор на секунду замешкался, нащупав молнию. Тихий треск — и он уже вешал куртку. Старался не поворачиваться спиной, пока была возможность.

— Как дела? Чего не звонишь матери? — отец сложил руки на груди. — Нервничает же...

Пусть сейчас мужчина и постарался выглядеть серьезно, но взгляд Нестора выцепил сеточку морщин в уголках глаз.

— Дела были, — он неловко завел руку, потерев шею. — Работа, да и по дому надо было прибраться. Так что дел невпроворот.

— Но можно ж было хотя бы минуту выделить, для родной— то матери! — на пороге, вытирая руки о полотенце, возникла мать. — Ну иди сюда, балбес! Дим, подержи.

Впихнув мужу в руки вафельное полотенце, Светлана мягко обняла сына. Тепло пробилось сквозь тонкую ткань водолазки к ребрам.

Нестор немного наклонился.

Запах зажарки смешался с легким ароматом женских духов и терпким застоявшейся муки.

— Фу, опять курил? — мать отстранилась от Нестора, не убирая рук с его рёбер. — Обещал же бросить!

Взгляд Светланы то поднимался, то опускался, иногда задерживаясь чуть дольше. Он практически чувствовал на каких участках мать останавливала внимание.

— Совсем на себя не похож стал, — мать тяжело вздохнула. Нестор отвел взгляд вбок. — Ну ты глянь на него, Дим! В гроб и то краше кладут. Бледный, худющий как спичка стал на своем... — Свет, а пирожки у тебя там не сгорят? — задумчиво подметил отец. — Ой! — резко развернувшись, Светлана ринулась в сторону кухни. — Чего ты мне не сказал?! Заботливое давление рук исчезло. Дышать стало легче. Коротко переглянувшись с отцом, Нестор снял обувь. Сделал шаг. Застыл. Пододвинул ближе к стене. — Ты там это, — заговорщицки понизил голос Дмитрий, пододвинувшись ближе, — в следующий раз как загуляешь, постарайся не попадаться на глаза Ольге Николаевне. Куда ты там уже влез?

— Никуда. Поскользнулся дома просто. Ничего критичного, кроме как, — Нестор повернул голову, демонстрируя затылок, — вот этого. Счесал. Вот и был у врача, на всякий случай. Как думаешь, мама сильно будет возмущаться?

— М— да... — протянул Дмитрий, — молодец, что уж сказать.

Нестор тяжело вздохнул натянул водолазку до самого подбородка.

— Что теть Оля уже опять наговорила? Я уже успел спиться или пока есть шанс на спасение?

Отец кашлянул, прикрыв рот ладонью. Щеки чуть заметно дернулись. Закинул полотенце не предплечье.

— Ты хоть при матери такого не скажи. Проходи на кухню, — он кивнул в сторону проема. Театрально вздохнул и поджал губы. — И нет, шанса на спасение нет.

Нестор опустил взгляд. И широко улыбнулся.

Чашка с глухим цоканьем опустилась на стол. Тихий скрежет керамики по столу резанул по ушам.

— Совсем ты себя не бережешь, сынок, — поднос с пирожками приземлился ровно на центр стола. — Так похудел, что скоро ветром сдувать на улице будет...

Аромат пережаренного масла и печенных яблок практически ощущался во рту. Горячие. Румяные.

Нестор сглотнул, почувствовав как сводит желудок.

— Да нормально я ем, — он откинулся на спинку стула. Холодные перегородки коснулись спины. — На работе просто иногда некогда даже подышать выйти лишний раз, не то чтобы пообедать.

Взгляд зацепился за чайник на столешнице — голубой, с аляповатым цветочным рисунком и капельками застарелого жира.

— Ты ж говорила, что тебе не нравится этот чайник? — подметил Нестор.

Светлана на мгновение застыла над сковородой

— Когда это я такое говорила? — она нахмурилась, повернувшись к сыну.

— Когда я тебе его подарил на День Рождения, — уголок губ дернулся в полуулыбке. — Ты тогда сказала, что лучше бы не тратился. И грозилась его выкинуть, если я его не заберу.

Она перевела взгляд на чайник.

— Да не придумывай. Хороший чайник, — она повела плечами и перевернула очередной пирожок. — Да, ручка у него не такая удобная как у старого, но объемом— то он побольше...

— А тогда сказала, что...

— Ешь давай, умничает он! — рявкнула мать, не поворачиваясь. — Я для кого тут спину с самого утра не разгибала?

Немного подавшись вперед, Нестор взял самый верхний пирожок.

Оставшуюся порцию пирожков Светлана сгрузила на тарелку. Выключила печку. — Ну что, рассказывай, — вытирая руки о полотенце, мать села напротив, — куда ты там уже успел влезть?

Нестор положил руки на стол и аккуратно пододвинул к себе чашку, немного приподняв над поверхностью.

— Никуда. Упал просто, я же тебе говорил, — он сделал мелкий глоток, придерживая дно второй рукой.

Он встретился взглядом с матерью. В ярком свете лампы глаза были практически золотистыми, и смотрели куда— то внутрь. Отвел глаза, стараясь не менять позы. Но следующий глоток чая не пошел.

— Только что правда, а что вранье, из того, что ты мне вчера говорил, я не знаю, — она положила локти на стол. — А зачем тогда в больницу ездил, раз просто упал? Чем ты упал?

(— Вы прячете у себя врагов Рейха, ведь так, месье Нестор? Они под половицами.) Сглотнул подступивший к горлу ком.

— Поскользнулся. На улице. Когда за сигаретами выходил, — чашка глухо стукнула о стол. Набрал воздух в легкие: — Уехал назад. Ударился... головой об асфальт.

Мать откинулась назад на стуле, сложив ладони на груди. Замерла.

— Божечки! — она вскочила со стула, едва не перевернув чашку.— Как? А почему сразу не позвонил?! Сильно? Болит? Сознание терял? Дима, принеси мою аптечку!

От такой дистанции стало тесно. Нестор отодвинулся чуть дальше, все так же невозмутимо держась за чашку.

— Ходил к врачу. Сказали, ничего страшного, просто ушиб. Рентген делал, — он повернулся лицом к матери.

— Да не может быть такого, чтоб так сказали! Там точно... —

— Могу выписку врача показать и результат рентгена, — констатировал он.

Мать тяжело выдохнула, буравя взглядом Нестора сверху вниз.

— Что такое, Свет? — в проеме возник отец с огромным пакетом в руках. — Зачем аптечка?

Она обернулась и сложила руки на груди.

— Ты видел вообще, что с твоим сыном? Он опять куда— то влез, а врет все, что просто упал. — ее голос скакал по тональностям. — Из— за этого Сашки, да?

Плечи Нестора дрогнули. Чашка стала тяжелее.

— Мам, да при чем тут... — резко приподнял голову.

— А чего он в больницу с тобой ездил? Небось, совесть проснулась? — ладони матери резко поднялись к груди.

— Мам... — едва слышно.

Взгляд Нестора уперся в ее тапочки — выцветшие розовые. С зайчиком.

— Что мам? — не глядя на мужа, она выхватила у него аптечку. — Сначала курить научил... Ты ж не курил, пока с ним не начал гулять. А потом что? — она уже распаковывала пакет на столе, подвинув пирожки. — Мало того, что деньги твои не отдает, так еще и тащит тебя непонятно где, что ты с утра по больницам потом катаешься? И скажи, что это не так? Дима, где пантенол?

Нестор бросил короткий взгляд на отца. Он так и стоял в проеме, скрестив руки.

— Да все не так! — стук керамики о стол.. — Я правда упал. И Саша тут не при чем. Он просто...

— Что просто? У тебя все просто. — Светлана не поднимала головы. Но взгляд метался от аптечки к сыну. — Давай мы ему еще и нашу квартиру отдадим, если он попросит. Чего уж там. А он бы! Хоть постеснялся бы брать!

Тело резко подалось вперед. Предплечье свело от удара об угол.

— У него умирал отец! — слова вырвались сами. — А я... — судорожный вздох, — Пап, скажи..!

Дмитрий сделал шаг.

— Мать права, Нестор, — тяжело вздохнув, положил руку на плечо сыну. — Ты, конечно, молодец, но...

Короткий взгляд матери.

— Что молодец, Дима? Он отдал СВОИ деньги чужому абсолютно человеку! — Светлана отвлеклась от поиска и выровняла спину. — Он тебе хоть что— то отдает? — рука мелькнула в воздухе, — Та чего я спрашиваю?! Нет, конечно! Зачем же? Будет он у тебя, дурака, на шее сидеть всю жизнь, пока ты будешь по съемным углам ныкаться и непонятно кому не понятно за что платить!

— Мам, я сделал ровно то, что сделал. — Голос зазвучал ровно. И резко. Как упавшая бетонная плита. — Пап, отойди, пожалуйста. Я встану.

Светлана отшатнулась от такой резкости и уставилась на сына, нахмурив брови.

Шорох пакета прекратился.

— Сынок, я понимаю, Саша... — мать немного замялась, — он не плохой человек для тебя. Но ты тоже... — вздохнула, — Сколько ты копил?

— Не важно. Это были мои деньги, — Нестор стоял возле стола, глядя куда— то в угол кухни.

Тихое тиканье часовой стрелки отбивалось от стен. Резкий гул холодильника заполнил кухню.

Телефон на столе тихо завибрировал. Экран загорелся.

Немного наклонив голову и сощурившись, мать подняла телефон и переложила в ладонь.

— Дурак ты, сынок, — наконец выдохнула Светлана. — Кто бы тебе так помогал, как ты. Ладно, щас переговорю, гляну, что у тебя там, горе ты луковое. — И тут же приложила телефон к уху. — Да, Галь? О, хорошо. Я тогда ставлю чайник. Что— что ты говоришь?

Шарканье тапочек о линолеум удалилось. Голос и тихие вздохи теперь глухо доносились из соседней комнаты.

Нестор все еще смотрел вслед матери.

Мышцы челюсти сводило.

— Сядь, доешь, — Дмитрий коротко кивнул на стул.

Отец подтянул к себе стул и сел рядом.

Грубые теплые пальцы обхватили запястье. Напористо потянули вниз.

Не оборачиваясь, Нестор вздохнул и поддался.

— Не обижайся на мать, — отец положил локоть на стол, глядя на сына . — Мы тебе добра хотим. Я понимаю все...

— Но я должен думать в первую очередь о себе и своем будущем, — Нестор положив локти на колени. Шею свело. Голова сама накренилась. — Знаю...

— Делал бы еще, а не только знал, — отец потянулся за пирожком.

Ладонь сомкнулась на ручке. Поворот вбок.

— Ты это куда собрался? — голос матери ударил по ушам.

Сквозняк прорезал уютное тепло комнаты.

— На балкон. — Нестор повернул голову. — Курить.

— Я тебе покурю сейчас, — широкими шагами Светлана пересекла комнату и уже стояла рядом, схватившись за ручку поверх пальцев сына. — Не хочешь меня слушать, то хотя бы не позорь меня перед теть Галей.

Горячая ладонь матери обжигала кожу.

Взгляд скользнул по лицу вверх к макушке. Отрастающие корни волос. Темно— русые.

Не дожидаясь реакции сына, Светлана сжала ручку и потянула дверь на себя.

Дернул на себя руку и уже потирал ноющий участок.

— Бля...ин, — резкая боль до запястья.

Глухой хлопок двери. Воздух снова обретал плотность от тепла.

— Что, больно прищемила? — в голосе матери мелькнуло раскаяние.

— Не приятно, знаешь ли.

— Пойди поздоровайся с теть Галей, — мать стала перед дверью, уперев руки в бока. — А то как не родной.

Поправив воротник, он уже сделал шаг в сторону коридора.

Остановился.

— Мам, дай, пожалуйста, левомеколь и спасатель, — едва повернув голову, сказал Нестор. — Врач прописал.

— Хорошо, — кивнув, Светлана тяжело вздохнула. — Иди давай, я сейчас подойду.

— И вот, представляешь, Дим, реакцию бухгалтера на... — Галина скосила взгляд, и, заметив в проходе Нестора, и широко улыбнулась. — Ой, Нестюша! И ты здесь?

Он шумно вдохнул воздух носом, прикрыв глаза.

— Добрый день, Галина Семеновна, — мышцы лица от напряжения свело. Уголки губ растянулись в подобии улыбки. — Рад вас видеть.

Отец тихо кашлянул, прикрыв рот запястьем.

— Как дела, родненький? Что нового? — женщина заерзала на стуле, садясь в полоборота. Ловким движением убрала упавшую на лоб светлую прядь. — Как работа?

Нестор оперся спиной о кухонный шкаф. Ручка врезалась под ребра. Немного сдвинулся в бок.

— Да все хорошо, вроде, — пожал плечами. — Ничего нового. Пока в отпуске, а так ... работа работается.

— А как там Леночка? — тонкие пальцы женщины обхватили чашку. Кольцо тихо цокнуло о стенки. — Не обижает?

Резкий звук фарфора о дерево отбился от стен кухни.

— Нормально, — голова чуть накренилась вбок.

— Да разошлись они с Ленкой, — Светлана зашла на кухню и сходу впихнула в руки сына пакетик. — На! Чего стоишь? Присаживайся.

— Я постою, мам. Ноги затекли сидеть, — положил пакетик рядом, на столешницу.

Брови Галины поползли вверх.

— А как так— то? — Накренила голову. — Такая хорошая девочка...

— Не сошлись характерами, — Нестор скрестил руки на груди.

Звон металла о стол.

Отец сидел, держа перед собой чашку и стараясь остудить чай.

Скрежет металла о линолеум.

— Да балбес он, вот и разошлись, — Светлана резко села, откинувшись на спинку стула.

— Эх, жалко, — Галина Семеновна коротко вздохнула. И повернулась к Светлане. — Слушай, Свет, а в кого он у вас такой такой зеленоглазый? А то я смотрю, у тебя — карие, у Димки — голубые. Или... — она заговорщицки понизила голос, — в соседа?

Тихий смешок.

Нестор шумно вздохнул, покосившись на отца. Тот отхлебнул чай.

Светлана только махнула рукой.

— Ну ты и скажешь, Галь, — губы матери растянулись в улыбке. — В деда Андрея он, — кивок в сторону Дмитрия, — в отца его. И зеленоглазый, только у Андрея Аркадича глаза прям яркие были, а у нашего — водянистые. И нос орлиный, как у деда. Вот только.. — Он смерила взглядом Нестора, вздохнула, — ума ему не передалось.

— Да ладно тебе, Свет, — Дмитрий облокотился о стол. — И хорошо, что не передалось. А то был бы еще один, «теневой бухгалтер»...

— Дим, — короткий взгляд Светланы.

Отец откинулся на спинку. Почесал макушку.

В кармане джинс зажжужжало. Нестор достал телефон.

«Что ты там? К матери ходил за лекарствами? Или дома отлеживаешься?» — высветилось сообщение.

Разблокировал. Быстро набрал.

«Сейчас у нее. Дома напишу»

«Ок»

— Мам, я пойду, — Нестор поднял взгляд от экрана.

Светлана повернулась.

— Куда это ты?

— Домой, — Нестор спрятал телефон в карман.

— Сиди, — отрезала мать. — Щас договорим, я тебе соберу домой. А пока жди.

Нестор переглянулся с отцом. Тот кивнул.

Снова облокотился, взяв в руки пакет с лекарствами.

— Галечка, а как там твой Сереженька? — Светлана, широко улыбаясь, пододвинула ближе пирожки. — Бери, только сегодня приготовила.

— Ой, спасибо, я уже напробовалась, вкусные, — Галина Семеновна поднесла чашку к губам и сделала глоток.

На каемке остались розовое пятно помады.

— А Сереженька мой, с красным дипломом университет закончил, — короткий оценивающий взгляд на Нестора. — С рекомендацией, — она подняла указательный палец, — от самой Валентины Михайловны.

Нестор только хмыкнул.

— Ну так твой Сережка— то молодец, не то что мой, — взгляд исподлобья, — да, Нестор?

Губы сами растянулись в ухмылке. Слишком вежливой.

— Ну, мам, — Нестор театрально вздохнул, — извини что, в отличии от Сережи, не оставался после пар с Валентиной Михайловной для более глубокого... изучения анатомии в подсобке.

Глаза Светланы округлились. Отец прикрыл рот рукой.

Галина застыла, чуть не уронив чашку. Послышался лухой смешок из угла.

— Нестор! — голос матери ударил по барабанным перепонкам. — Ты нормальный?!

Нестор едва заметно кивнул и выровнял спину.

— До свидания, теть Галь, — щеки заболели от слишком широкой улыбки. — Я спешу.

И бодрым шагом вышел в проем.

— А ну назад, Нестор! — схватившись, следом вылетела Светлана. — Ты что себе позволяешь?

Галина медленно повернула голову и посмотрела на Дмитрия.

Он только пожал плечами. Уголки губ едва заметно дрожали.

Полувыкуренная сигарета полетела в коробку у подъезда.

Открыл дверь и аккуратно сел в машину.

— Добрый день! — водитель поправил зеркало. — Куда едем?

Нестор выловил свое отражение и улыбнулся. Откинулся на спинку сидения и почувствовал как спина провалилась в мягкий поролон.

— Домой, — выдохнул Нестор и откинул голову назад. — Адрес должен был высветиться.

Водитель кивнул и щелкнул ключами.

Пакетик тихо зашуршал под пальцами.

***

Тихий скрежет металла. Скрип ручки.

Заперто.

Треск молнии.

Щелчок выключателя. Полка холодильника скрипнула под тяжестью пакета с продуктами. Глухой хлопок. Завтра разберет.

Нестор уже завязывал халат.

Одежда привычно висела на спинке стула.

Колени тихо скрипнули. Откинулся назад, почувствовав лопатками мягкость сбитого поролона. Прикрыв глаза и запрокинув голову, медленно втянул воздух. До ноющей боли в ребрах. Тихий хруст в районе поясницы, и напряжение в плечах вышло вместе с воздухом из легких.

Грудная клетка поднималась и опускалась равномерно. Шершавая ткань под пальцами едва заметно нагрелась.

Рука непроизвольно дернулась. Открыл глаза. На полотке тонкой ниточкой провисала паутина.

Нужно было написать Сане.

С легким усилием сжал пальцы. Суставы скрипнули.

«Ты понимаешь, сколько я из— за тебя выслушала? Ты вообще думаешь, что говоришь?» — первое же сообщение.

Смахнул. Потом.

Саша был в сети.

«Что, не работается на смене?»

Быстро напечатал. Положил палец на кнопку выключения.

Прочитано.

«Та работы нет пока. А ты что? Дома уже?»

Пальцы застыли на экраном. Перед глазами мелькнула кухня. И поднос с пирожками.

Тряхнул головой.

«Да. Это пиздец. Знал бы что мать такой разнос устроит, то не поехал бы»

«Ну сам захотел». Печатает. «Слышь, не хочешь завтра со мной к баб Нюре поехать?»

Нестор вперил взгляд в стоявший напротив телевизор. Почесал затылок, стараясь не задевать пластырь. По планам на завтра вроде никому ничего не обещал. Да и отсидеться дома он еще успеет.

Саша вышел из сети.

«А погнали. Во сколько электричка?»

Посидев немного в ожидании, Нестор отложил телефон на диван.

Черный пластик пульта отблескивал на полке. Вот бы он умел силой мысли двигать предметы, то не пришлось бы вставать.

Вибрация.

«9:04» — выцепил взгляд.

Вдох застыл на половине.

Пора бы переставить рабочий будильник с этого времени. Мотнул головой. Пальцы обхватили телефон. Не поднял. Губы дрогнули в полуулыбке.

"Окей" — набрали пальцы.

Отложил. Выдохнул.

Нужно выбрать видео на вечер. И заварить чай.

P.S. Прошу, оставляйте комменты. Мне интересно знать работает ли эта история или нет(((

Глава 4. Мечтают ли инфоцигане о киберлошадях?

-Уважаемые пасс...ры, пригород... поезд... прибывает в...

Замер.

Стук колес заглушил хрипящий голос громкоговорителя.

- ... на третью колею...

Пальцы в карманах сжали чеки. Ломаный угол впился в кожу.

- Повторяю, уважа..

Тяжелая рука легла на плечо. Тело качнуло и Нестор чуть сдвинул ногу в сторону.

Удар сердца отозвался в позвоночнике.

- Втыкаешь, философ?

Саша уже стоял рядом, держа в руке картонную подставку с двумя стаканчиками. Уголки губ чуть подняты.

Аромат кофе смешался с мужским парфюмом.

Нестор медленно, слишком медленно прикрыл глаза, задержав их закрытыми на долю секунды. Челюсть свело от тупой боли. Выдохнул через нос - коротко и со свистом.

- Блять, Сань, ты когда нибудь перестанешь так делать? - мышца на щеке дернулась.

Скосил глаза, не поворачивая головы.

- Да, - Саша пожал плечами, приподняв брови - Когда ты перестанешь выпадать из реальности.

Вытянул стаканчик с картонного подноса и впихнул в грудь Нестору.

Придерживая дно второй рукой, Нестор аккуратно перехватил стаканчик.

- Давно ждешь? - свободной рукой достав пачку, друг привычным движением отщелкнул крышку и вытянул зубами сигарету.

- Минут двадцать точно, - сняв крышку стаканчика, Нестор выкинул ее в ближайшую мусорку.

- А какого хрена ты так рано приехал? - тихий щелчок зажигалки. - До электрона еще минут... - Саша посмотрел на циферблат над проходной вокзала, - пятнадцать.

- Ну... - Нестор зажал сигарету губами и зашарил по карману в поисках зажигалки, - думал, ты раньше подтянешься. Да и тогда пришлось бы на такси ехать. Автобус график изменил, а на какой хрен пойми.

Зажигалка с Сатурном мелькнула в пальцах.

- Та смена сегодня была... - Саша сделал небольшой глоток, - пиздец. Еле разребся с утра.

- Так писал же вчера, работы нет, отдыхаешь, - взгляд скользнул по лицу Саши. Кожа под глазами истончилась, сетка капилляров стала заметней.

- Электрики - долбоебы, - он прикрыл глаза и медленно открыл, выдыхая. - Вчера секцию шин не обесточили, и автоматы на доменной коротнуло. Ковши встали. А ковши, сука, с раскаленным чугуном. И, блять, мне звонят в час ночи, мол, Михалыч, у нас ЧП, щас доменная станет, надо переключить на линию. В общем, - сделал глубокую затяжку, - думал раньше закончу, а проходную только в половине восьмого пролетел. Хорошо, что Наташка не доебалась как всегда. Или не успела.

Уголки губ Саши дернулись вверх.

- Так у вас же там дежурные на доменной сидят, - брови Нестора опустились вниз, ближе к переносице.

- Ага. Сидит одна девчуля, - Саша сбил пепел пальцем.- Месяца три назад только пришла, а уже на подстанцию посадили. А опыта-то ноль, сразу после шараги.

Щелчок пальцами - окурок полетел в сторону мусорки. И приземлился мимо.

- Погнали? - Саша повернулся корпусом и застыл в ожидании ответа. - А то потом не пропихнемся.

Мимо, скрипя колесиками огромной клетчатой сумки, поковыляла пожилая женщина. Нестор посмотрел ей вслед. Бросил окурок в стакан. Тихое шипение. Запах мокрого пепла ударил в нос.

- Погнали, - пальцы обхватили ручки дорожной сумки.

Электричка дернулась, звякнув сцепкой.

Мимо рядов, переваливаясь с ноги на ногу, прошел мужчина в тулупе из козьей шерсти. В нос бил запах вяленой рыбы и дешевого мокрого табака.

Нестор переставил дорожную сумку с пола рядом с собой. Положил локоть поверх.

Саша сидел напротив, облокотившись на спинку. Опустив голову, он крутил в руках зажигалку, периодически щелкая колесиком.

- Чего нервничаешь?

Зажигалка застыла между пальцев друга. Он поднял глаза, не поднимая головы.

- Поговорить с тобой хотел, - Саша облизнул пересохшие губы. Его щеки едва заметно дернулись.

- Говори, - Нестор повел плечами, не отводя взгляда.

- Та по поводу Светки, - рука дернулась к лицу, и Саня прошел ладонью по отрастающей щетине. - В общем,... я... она писала мне..

Брови Нестора опустились к переносице.

- А откуда у нее твой номер?

Ладонь остановилась на подбородке.

- Я дал. Когда вы там в кафешке с Ленкой сидели, я ж ее на улицу позвал, - он смотрел на мелькающую за окном промзону. - Вроде, нормальная...

- А от меня ты что хочешь? - губы Нестора, сжатые в тонкую линию, расползлись в улыбке. - Благословения или совета? - хмыкнул. - Советчик с меня херовый, ты сам знаешь. Особенно, по отношениям.

Напряжение внутри ухнуло куда-то вниз. В солнечном сплетении разлилось густое тепло.

Плечи Саши опустились. Он повернул голову, с подозрением глядя на Нестора.

- Блять, все признание обломал, - уголки губ друга поднялись вверх. - Ну тип она ж подружка Ленки. И...

- И ты думал, я буду против? - Нестор положил локти на колени и приподнял голову, глядя в лицо.

- Ну вообще-то да, - передернув плечами, Саша почесал щеку.

- Да хоть и с Ленкой встречайся, - щеки поднывали, но Нестор ничего не мог поделать. - Так что, когда зовешь даму на свидание? Или уже?

- Как от баб Нюры вернемся, напишу, - в уголках глаз Саши появились морщинки. - Чего лыбишься-то как дурак?

Нестор тихо хмыкнул, заинтересовавшись ботинками.

- А ты чего?

- Иди нахер, Нестор, - Саша отвернулся к окну.

Его щеки подергивались, и он в конце концов улыбнулся - широко и искренне.

Снег уже начинал подтаивать. Разъезженная грунтовка раскисла, превратившись в месиво из коричневой жирной грязи. Кое-где на обочине пробивалась мелкая трава - потемневшая от ночных морозов.

- Блять! - нога Нестора с хлюпаньем увязла по щиколотку. Ступню обволокла холодная и вязкая жидкость.

Вторая нога уже тоже уходила в грязь.

- Сука, Нестор! Я ж сказал, иди за мной, - Саша стоял на расстоянии чуть впереди, держа в руках обе сумки - свою и Нестора. - А ты какого-то хера поперся туда.

Нестор застыл, осмотрелся по сторонам. Резким движением дернул ногу, чуть потеряв равновесие. Широкий шаг - и под подошвой почувствовалась опора.

Нужно найти более устойчивую поверхность. Связка натянулась под кожей и начинала поднывать.

- Я и забыл, какие тут дороги, - вырвав вторую ногу из месива, Нестор оступился и попал в лужу. - Да блять!

Саня разминал пальцы на ручках сумок.

- Так ты зимой сюда и не ездил никогда, - хмыкнул друг.

- Вот и хорошо, что не был, - дыхание сбилось. Резкий поток ветра прошил ткань пальто насквозь. - Хер бы я с тобой тогда вообще поехал.

Нестор шагнул и протянул руку, обхватывая ручку. Ремешок впился в пальцы. Суставы тихо, но ощутимо скрипнули.

Выпрямил спину, резко и шумно выдохнул.

В конце улицы виднелся перекрёсток, а там еще пару домов и можно было расслабиться.

Калитка скрипнула.

Гусиный гогот вдалеке.

Громкий басовитый лай рядом резанул тишину.

Кровь ударила в виски. Пальцы до побеления сжались на ручке. Нестор сделал шаг назад, почувствовав мягкую опору лопатками.

- Та че ты дергаешься? - ладонь мягко легла на плечо, оттянув назад. - Бим! Не узнал?

Саша сделал шаг вперед, и, впихнув в ладонь Нестора свою сумку, протянул руки. Нестор перехватил ремень. Коротко выдохнул. Вгляд упал на огромную полую кость в грязи. В воздухе застыл запах размокшей земли и влажной собачьей шерсти.

Массивная вытянутая морда высунулась из драных тряпок, глухо гавкнув.

- Ничего он вымахал, - Нестор выглянул из-за плеча Саши.

- Нихера, то ты просто не обратил внимания.

Крупный пес лениво вылезал из теплой конуры. Рыжие клочки подшёрстка колтунами свисали с боков. Бим завилял хвостом и тут же встал на задние лапы.

Саша отшатнулся назад, но грязные лапы все равно скользнули по куртке с тихим шелестом. На черной ткани остались две мокрые полосы.

- Ну Бим, блин, - Саша чуть наклонился, схватив пса за уши прежде, чем он снова успел прыгнуть. Потрепал. - Не узнал, подлец? Не узнал?

Пес тихо заскулил.

Нестор сделал шаг ближе, выровнявшись с другом. Отпустив Бима, Саня взглянул на руки - на ладони налипла шерсть.

Пес тут же повернулся к Нестору, подпрыгнув. Нестор инстинктивно сделал шаг назад. Цепь тихо лязгнула.

Глухой стук двери об деревянный косяк.

- Что вы там с собакой обнимаетесь? - голос бабы Нюры послышался откуда-то сбоку. - Сашенька, внучок, чего в дом не проходите?

Нестор мотнул головой.

К ним, перекидывая полотенце через плечо, мелким шагом подходила пожилая женщина. Из-под синего цветастого платка выбивались седые вьющиеся пряди.

- Да, ба, щас и собирались, - Саша провел ладонями по куртке пару раз. Шерсть осталась на ткани.

- Это гаденыш тебя уже вымазать успел! - схватив черенок, старушка потрясла им перед собой. - А ну быстро в будку!

Пес, опустив морду, юркнул в конуру.

Саша чуть наклонился, обхватив покатую спину старушки.

- Совсем уставшие с дороги, - пролепетала Нюра куда-то в Сашино плечо.

Губы Нестора растянулись в улыбке.

- Здрасьте, баб Нюр!

Отпустив Сашу, она сделала шаг в сторону Нестора. Друг мягко перехватил обе сумки, Нестор разжал пальцы.

- Здравствуй, здравствуй, мой золотой! - сквозь плотную ткань пальто к лопаткам пробилось тепло.

Сложившись почти пополам, Нестор почувствовал под пальцами цепкую льняную ткань. Запах горящих поленьев и выпечки. Глубоко вздохнул.

Сумки с глухим ударом приземлились на деревянную лавку.

Нестор уперся коленом в пол и принялся развязывать мокрые шнурки. Прикоснулся. Отдернул руку. Посмотрел на пальцы - грязь налипла на подушечки.

- Ну, ба, - шумно выдохнул Саша, и застыл над вещами, - что у тебя там с сараем?

Друг резко разогнулся. Тихий хруст позвонков.

- Ой, - старушка быстрым движением схватила ложку со стола, и, зачерпнув соль,бросила в кипящую кастрюлю, - та там крыша начала протекать. То прошлой зимой еще нормально, не снежная была, а в этом году такие кучугуры навалило сверху, что доски потрескались. Дед Савва там лазил, - она резко повернулась, глядя на пустой стул, - еще хуже стало.

- Ну, ба, он-то уже не молодой, силы уже не те, - молния тихо затрещала под пальцами Саши.

Поставив ботинки в сторону, Нестор встал. Сквозь мокрую ткань носков пробивалось тепло.

- Та и молодым был такой же, - старушка махнула рукой. - За что не возьмется - ... - коротко и тяжело вздохнула, - то лучше бы не брался.

Нашупав лакированное дерево, Нестор оперся об угол рукой, стягивая носки. Ткань цеплялась за кожу.

- Ой, ноги-то совсем мокрые. Ты снимай, снимай. На печку вон там повесь хай посушатся, - не отвлекаясь от занятия, баб Нюра ткнула пальцем позади себя.

Споймал взгляд Сани. Тот кивнул, прикрыв глаза.

- Ба, мы тогда переоденемся, и пойдем посмотрим с Нестором, - подхватив свою сумку, Саша сделал шаг в гостиную.

Доска громко ударилась о поверхность стола.

- Та, Сашенька, пускай твой друг отдыхает, - взяв луковицу со стола, старушка разрезала ее пополам. - Мы с тобой вдвоем посмотрим сходим. Я покажу.

Сомкнув пальцы на ремешке, Нестор приподнял сумку.

- Да ладно вам, мы вместе.. - взгляд скользнул по лицу старушки. Короткий взгляд светлых глаз.

- Та что ты, золотой, - морщины на щеках баб Нюры стали отчетливей. - Ты лучше... - она резко повернула половину луковицы на доске, - вон картошечку почисть. Но это если не устал. Нет - я сама тогда. На вечер супчик сделаю.

Нестор переглянулся с Сашей.

- Хорошо, тогда я сейчас, - кивнул.

Пружины кровати тихо скрипнули и прогнулись. Глубже, чем в квартире.

Нестор откинулся назад, почувствовав через тонкую ткань водолазки колючую ткань ковра. Немного поерзав, поднял ноги на кровать, обхватив колени.

- Чего это баб Нюра так резко, - повернул голову к окну.

Сквозь светлые занавески пробивался дневной свет.

Сумка тяжело упала на половицы. Саша поддел края свитера руками и застыл.

- Чтоб ты там себе окончательно ничего не отпилил, - стянул его через голову и бросил на стоявший рядом стул.

Нестор тихо хмыкнул.

- Это было один раз всего, - пожал плечами и поднял ладонь перед собой. - И то...

Шрам тонкой полоской пересекал ладонь вдоль линии жизни.

- И это надо было додуматься, блять, - Саша опустился на колено. Резкий треск молнии. - Ловить, сука, падающее стекло руками.

- Но оно бы разбилось, - Нестор опустил руку.

- Оно и так, блять, разбилось, - Саша поднял голову, тяжело вздохнув. - А ты еще пол двора кровью заляпал. То баб Нюра теперь от греха подальше никуда, кроме кухни, и не пустит.

Нестор с усилием оттолкнулся от стены лопатками. Сел на край, свесив ноги.

Рука легла на сумку рядом, нащупав замок. Поколебался. Встал.

Саша уже натягивал домашний свитер. Серое жирное пятно на светлой грубой вязке.

- Ты так и будешь? - Саша приподнял подбородок.

- Ну да, все равно пора уже стирать, - подкатав рукава до локтя, Нестор оперся о стену. - Слушай, давно хотел спросить.

Саня запустил руку в карман, вытащив зажигалку.

- Ну? - колесико щелкнуло.

- А как у баб Нюры полное имя? А то все баб Нюра и баб Нюра.

Заведя руку за голову, Саша почесал макушку. Постоял, разглядывая пол.

- А я ебу? - пожал плечами друг, подняв голову.

Тарелка тихо цокнула о дерево. Нестор медленно пододвинул ее на край стола, где должен был сидеть Саша.

Следом расставил еще три. Себе в последнюю очередь.

Кисловатый запах борща расползался по кухне.

Выпрямился, оглядел стол. Нужно было еще разложить ложки.

Лодыжки что-то с усилием коснулось. Опустил голову. Снизу, из-под стола на него смотрели два желтых круглых глаза. Тихое требовательное мяуканье. Еще один толчек в лодыжку.

Развернулся и подошел к столешнице. Нащупал ручку.

Ящик с тихим скрипом выехал из пазов.

- Та все там нормально будет, - дверь глухо ударилась о косяк. - Не будет больше протекать.

Резкий поток воздуха ударил по мокрым кистям. - А куры...

- И куры больше не будут через крышу к соседям летать, - тяжевая дублёнка ухнула на скамейку.

Саша провел рукой по волосам, стряхивая снег.

Баб Нюра зашла следом. Потянулась, схватилась за ручку. Потянула на себя и остановилась.

- Савва, чтоб тебя черти подрали, ты так и будешь с собакой целоваться? Борщ уже стоит.

Глухой голос снаружи.

Шум воды. Саша взял первое попавшееся полотенце и вытер об него руки.

Положив последнюю ложку перед собой, присел на стул.

- Ну и черт с тобой, - глухой хлопок дверей.

Тихий скрип стула. Подкатав рукава, Саня взял ложку в руки. Сел в полоборота.

- Ба, та оставь ты деда в покое, он тоже замахался, - голос шел натужно и устало.

Баб Нюра поковыляла к плите.

- Та, у соседа пол дня пить замахался? -достала хлеб из шкафчика. - А потом смотреть, как ты по крыше лазишь и под руку бубнеть.

Саша тяжело вздохнул. Короткий взгляд на Нестора. Тот только пожал плечами, едва заметно улыбаясь.

- Ох, ну и погода, - дверь снова открылась.

В нос ударил запах мокрого пепла. И яблок.

К горлу подступил ком. Кадык дернулся. Нестор задержал дыхание на секунду. И медленно выдохнул.

- О, сынок, и ты тут? - дед Савва стянул ушанку и протянул руку.

Грубая теплая ладонь сомкнулась на пальцах с легким давлением.

- Ага, - сглотнув, Нестор улыбнулся одними губами.

Баба Нюра плюхнулась на стул и положила возле каждой тарелки по куску хлеба.

- А был бы дома, а не пил с Валеркой пол дня, то знал бы, что они вдвоем еще в обед приехали, - ложка тихо цокнула о край тарелки. - Вон Нестор какой молодец, помогал мне готовить.

Нестор опустил взгляд, заинтересовавшись трещиной на краю тарелки. Короткий вдох.

- Так а что это за вечеря да и без сто грамм, - на стол по центру опустилась трехлитровая банка.

Старушка открыла рот, сделав глубокий возмущенный вдох. Саша положил руку на ее, и повернулся к деду.

- А разливай, - опустил взгляд на Нестора, повел глазами. - Будешь?

- Да, - он коротко кивнул.

Рука с тихим хлопком опустилась на плечо.

- Вот это по-нашему! - седые усы растянулись в широкой улыбке.

Холодный метал коснулся кожи. Нестор взял ложку и зачерпнул борщ.

- Ба, слышишь, - положив ложку рядом, Саша повернул лицо к бабушке, - а погадай мне?

Воздух застрял где-то в районе ключиц. Нестор плотно сжал губы,пытаясь подавить рвущийся наружу спазм, но грудную клетку уже сводило от нехватки кислорода.

- Ты чего? - Саша опер ладонь о стол, приподнимаясь.

Тело дернулось от удушливого кашля.

Тяжелый удар ладони между лопаток.

Дед Савва сел на стул рядом, еще раз ударив по спине и задержав руку.

- Нормально?

Глубокий вдох. Гортань еще першило.

Прикрыл рот ладонью, с глухим хрипом откашливаясь.

Короткий взгляд друга. Нестор кивнул. Саша осел, но руку со стола убрал не сразу.

- Милок, та зачем тебе гадать-то? - баба Нюра подскочила, подхватив свою и Сашину тарелки и уже потопала к умывальнику.

- Та на будущее, - переведя взгляд с Нестора на старушку, Саша довольно улыбнулся. - Может, что интересное расскажешь. Там не знаю... Может, человеком уважаемым стану. Женюсь, гляди.

Перед Нестором с цокотом стала рюмка.

- Ну раз так, - баб Нюра опустилась на стул, - давай руку.

Саша протянул, переглянувшись с Нестором. Приподнял брови.

- Та не эту. Правую.

Дед Савва уже наполнял рюмки.

Саша чуть прилег на стол, протягивая вторую руку.

Старушка резко развернула ладонью вверх и начала водить пальцем.

-Щекотно, ба, - Саша внимательно наблюдал за тем, как двигается палец.

- Цыц!

Нестор заметил на периферии движение. Перевел взгляд в угол. Длинный тонкий хвост мелькнул за печкой. Кот, сидевший возле печи, поднялся, выгнул спину и медленно переваливаясь с лапы на лапу, подошел к углу. Поднял голову. Вскочил на столешницу.

- Ну что там? - голос Саши прозвучал приглушенно.

Баба Нюра резко согнула ему пальцы внутрь ладони.

- Та что, кури поменьше, - она резко махнула рукой. - И проживешь дольше.

Плечи Нестора дернулись.

Саша подтянул ладонь к себе.

- И все? - разочарованно спросил друг.

Старушка кивнула.

- Ну а что ты хотел? Нормально там у тебя все.

Он разочарованно вздохнул. Перевел взгляд на Нестора.

- Нестор, а может и тебе? Гляди, че интересное о себе узнаешь, - взгляд исподлобья. - Не навели ли на тебя Ленка порчу своими картами.

Нестор шумно втянул воздух. Поджал губы.

В глазах у Сани мелькнул вызов.

- Ну давайте, - Нестор протянул ладонь. - Но только ради того, чтоб убедиться за Ленку.

Тонкие сухие пальцы обхватили ладонь, вжавшись в мышцы. Ладонь дернулась от спазма. Хватка стала сильнее.

Нестор почувствовал, как ведут по линиям на руке. Пальцами второй вцепился в в угол стола.

- Ой, золотой, - палец остановился ровно по центру ладони, - тяжелая у тебя судьба... Будто горе за тобой ходит.. Но вот понять не могу..

Цокот металла о керамику. Тихое чавкание.

За спиной послышался грохот. Удар дерева о пол. Звон стекла.

Нестор одернул руку, прижав к себе. Сердце ударилось о ребра и холод прошил позвоничник от затылка до поясницы. Мышцы груди свело. Вдох не пошел. Выдохнул.

Взгляд упал рюмку.

Баб Нюра так и осталась сидеть, держа руки перед собой.

- Васька, блять! - Саша резко встал со стула.

Нестор закрыл глаза, сделав глубокий рваный вдох. Оперся холодными влажными ладонями о край стола, нащупав трещину, провел пальцами.

Сердце всё ещё бешено колотилось о ребра, по инерции.

Спазм в горле разомкнулся, выпуская застрявший воздух с жалким, сиплым свистом.

Плечо прогнулось под весом чужой руки.

Поднял веки, встретившись взглядом с Сашей. Опустив брови, он смотрел прямо в глаза. Уголки рта опущены.

Нестор выдохнул. Мышцы шеи расслабились и голова опустилась вниз.

- Ты че? Громких звуков уже шугаешься? - с едва слышной тревогой спросил друг.

Дрожащие губы растянулись в улыбке.

- Ленку просто вспомнил, - хмыкнул Нестор.

Давление на плечо пропало.

- Ах ты скотина! - кот шмыгнул в проем.

За ним полетело полотенце.

- Эта Богоматерь мне от матери досталась!

Саша отодвинул стул, сел на место старушки.

- Дед, наливай!

Дно рюмки цокнуло о стол.

- Вот так бы и сразу! - дед пальце провел по усам и взял в руки банку.

Придерживаясь за столб, Нестор медленно опустился ниже и нащупал мокрое дерево.

Колени тихо хрустнули, и холод пробился сквозь штаны. Поток ветра прошелся по плечам.

Достал пачку дрожащими руками.

Руку увело в сторону, и пальцы сомкнулись в воздухе.

Закрыл глаза и медленно выдохнул.

Аккуратно и медленно нащупал пачку, проведя вверх по целофану, пока пальцы не нащупали фильтр..

Зажал зубами фильтр. Тихий щелчок зажигалки.

Корпус кренился вниз. Упер локоть в колено.

Глубоко и медленно затянулся.

- Ты там живой? - послышался тихий голос Саши позади.

Капля воды упала на руку и соскользнула вниз.

- Нет...

Тяжелый шаг вниз.

- Знаешь, что самое хуевое, Сань? - Нестор провел языком по губам. Голос прозвучал глухо.

Саша тяжело опустился рядом.

- То, что ты сейчас выблюешь весь первак деда себе на ноги? - Саша едва заметно накренился назад.

Нестор смотрел на тлеющую сигарету.

- И не только это, - он подпер рукой лоб. Холодные пальцы коснулись кожи. - Самое хуевое... Я сегодня думал про Ленку...

Саша хмыкнул. Щелкнул зажигалкой. .

- Оно и видно было, что думал, - искра высветила тонкие резкие скулы .

Нестор провел языком по зубам.

- Нет, я... Я же тогда поступил как гандон, - сигаретный дым резанул по гортани. - Просто хлопнул дверью. Ушел. Нихуя не объяснил...

Друг тяжело вздохнул.

- А от меня ты что сейчас хочешь? - пожал плечами. - Чтоб я тебе сказал, что так, блять, и есть? Или что ты хочешь услышать?

Нестор накренился вниз. Рука на плече мягко потянула назад.

- Ничего, просто... - он шумно выдохнул через рот, - в кафе тогда... Она напомнила про кран...

- Бля, хорош...

Нестор резко поднял голову. Лицо Саши плыло, но он знал, что сейчас смотрит в глаза.

- Ты не нихуя не понимаешь, - голос едва заметно задрожал. - Ты.. ты тогда приехал, сука, со смены... На юбилей твоей матери, мы ж тогда с Ленкой приехали...

Прерывисто и коротко вдохнул воздух. Где-то за ключицами заныло, расползаясь по груди.

Саша фактически не дышал.

- Ты... тогда сел за стол, и начал... - кадык дернулся, - Ржал как конь, рассказывал, как твою бытовку распидорасило... а ты просто... - замолчал, сделав короткий вдох, - а я... сука, а я понимал... что... я скидывал тебе приколы весь день.

- Блять, Нестор, - ладонь сжалась на плече.

- А ты... - Нестор закусил губу. Затянулся. Кинул окурок в сторону. - Я понимал, что... блять, когда я тебе звонил... мог бы ответить другой.. сказать...

Вдохнул и прикрыл рукой глаза.

- Сказать, что Сани больше нет.

Зубы тихо скрипнули.

- Да и...

- И не похуй, Сань, мне совсем не похуй, - шмыгнул носом. Повернул голову сплюнул. - И я не могу остановиться... я постоянно думаю, блять, а что если?

- И до чего додумался? - друг покачал головой. - Хуйню несешь, Нестор. И сам себя, сука, загоняешь.

Нестор закусил губу. Привкус металла на языке.

- Я здесь. Ты здесь. Мы живы. - голос Саши звучал хрипло и спокойно. - Я сейчас сижу рядом. Вот моя рука. Вот твое плечо, блять. - Пальцы снова сжались на плече. - Так что успокойся. На...

Фильтр коснулся губ. Приоткрыв рот, Нестор зажал сигарету зубами.

Искра зажигалки выхватила осунувшееся лицо и дрожащие губы.

- Прекращай... - Саша вытянул сигарету из пачки зубами, - столько пить. И загоняться... По тому, чего не случилось.

Нестор едва заметно усмехнулся.

- Ты меня... чуть не похоронил пару дней назад, а я тебя - почти как год.

В темноте за сараем что-то мягко хрустнуло.

Глава 5. Особенности спиртового производства в открытом космосе

Теплая тяжесть в районе груди пробивалась в сон. Кожа на лице казалась чужой и слишком тесной.

Он постарался поднять руку, чувствуя, как тянутся связки под кожей. Запястья ныли, стоило немного пошевелить пальцами.

Вскинул руку, уронил на грудь. Пальцы коснулись мягкой, слегка слипшейся от влаги шерсть. От терпкого запаха кошачьей шерсти в горле стал ком.

Втянул воздух ртом, чувствуя поток на обветренных губах. В животе было пусто до неприятной легкости.

Тихое «мур» и движение тепла под пальцами.

Открыл глаза. Полоса желтого света, пробивавшаяся из приоткрытой двери, разрезала потолок по диагонали.

От каждого вдоха мышцы под ключицами едва ощутимо растягивались и ныли, боль в плечах отдавала в предплечья и позвоночник.

Тяжелое и чуть хриплое дыхание доносилось с другой части комнаты.

Из— за двери слышались тихие шаркающие шаги и приглушенные голоса. Тихий лязг металла. Шум воды.

Слабость разливалась по телу, делая любое движение подвигом. Но подвигов совершать сейчас не хотелось.

В памяти всплыли ступени. Мокрое дерево под пальцами. Горечь сигарет. «Хуйню несешь, Нестор... Прекращай»

В солнечном сплетении возник комок и ухнул куда— то вниз.

Резко повернул голову к стене.

В полутьме узор ковра состоял из черных и светло— серых геометричных пятен.

Звук битого стекла. Гадание. Первые рюмки первака.

Плечи дернулись вверх.

Движение, и точечное давление от кошачьих лап в грудную клетку. Следом глухой удар о половицы и мелкие удаляющиеся шаги.

Вдыхать воздух стало легче, но пустота на груди была неуютной.

Скрип пружин. Грубый ворс ковра коснулся лба.

Он смотрел куда— то сквозь стену. В голове покручивался вчерашний вечер раз за разом. Уткнулся в подушку носом, прикрыв глаза.

Сон больше не шел.

Сигарет нигде не оказалось. Перекатываясь с носка на пятку и держа равновесие, аккуратно взял Сашины с тумбочки. Зажигалка оказалась в джинсах. Влажные и с пятнами грязи сбоку, они валялись рядом с кроватью.

Щелкнул колесиком. Работает.

Стараясь как можно тише открывать молнию, Нестор достал домашние вещи. В полутьме комнаты кое как ориентировался по ощущениям. Пальцы слишком четко чувствовали ткань.

Тихо скрипнули петли. На пороге Нестор обернулся, выловив в темноте затылок друга, и выскользнул в проем.

Баб Нюра неспешно чистила морковь.

Серьезное, сосредоточенное лицо разгладилось.

— Как ты себя чувствуешь, золотой? — ее тонкие губы растянулись в улыбке.

Ноги подкосились, и Нестор уперся ладонью о косяк.

— Я... нормально, — он опустил глаза, упершись взглядом в расплетенный край ковра. — Я вчера... немного перепил... Извините, если.. что лишнее сказал... или сделал..

— А, — старушка махнула рукой и продолжила очистку, — не переживай. Мы тут все свои. Но, — она показала морковью на Нестора, — калитку на огород вы мне поправьте.

— Хорошо. Может, — сглотнул подкативший к горлу ком, — вам помочь?

— Иди, отдыхай. Я сама, — опершись о колено, баб Нюра медленно встала.

Снова началась оттепель. Влажный воздух, плотный и вязкий, обволакивал лицо и руки.

Он старался не смотреть на ступени, сразу же направившись по крыльцу в сторону огорода. Мокрое дерево чуть скользило под подошвой.

Сквозь вязкий туман пробились очертания плетёной калитки. Верхняя петля вырвана, дверца провисала, упершись торцом в облущенный столбец.

Зажав сигарету в зубах, Нестор наклонился. Ладонь чуть скользнула по вогкой липкой древесине. Сжал пальцы крепче.

Из креплений петли торчали гвозди. Придётся снимать полностью.

Выдохнул, опустив голову.

Сверху на голову упали капли.

На ветке яблони сидела ворона. Хрипящий «кар» разорвал тишину, и птица сорвалась с ветки.

Начинало светать.

— ... и вот с тех пор Людочка— то наша, — противень, скрежетнув о стенки, вошел в духовку, — и живет одна. Мужик как уехал в город, так и не вернулся, а дочку она забрала. Эх, тяжко ей одной да за хозяйством...

Баба Нюра вытерла руки и повесила полотенце на быльце стула.

Нестор обхватил ладонями кружку. Жар пробивался через толстое гранённое стекло.

— А ты что? — петли шкафчика громко скрипнули. — Нашел себе девочку?

Покачал головой и сделал маленький глоток. Челюсть свело от сладости.

— Нет еще. Да и пока... не хочу.

— Вот и правильно. Гуляй пока молодой, успеешь еще. А то поженятся по молодости, по глупости, а потом всю жизнь как.... — махнув рукой, старушка подожгла комфорку и поставила сковороду.

В лодыжку что— то требовательно толкнулось. Нестор опустил руку под стол, коснувшись пальцами длинной шерсти. Тихо замурлыкав, кот принялся тереться о ладони.

По кухне расползался сладковатый аромат теста.

Сбоку послышались тяжелые шаги и скрип половиц, и в кухонном проеме возник дед Савва. — Доброе утро, — его седые усы чуть растянулись.

Выровнявшись, Нестор облокотился о край стола и взял чашку.

— Доброе, — Баба Нюра повернулась, зажав в руке нож. Взгляд быстро опустился и поднялся.

— Куда это ты собрался, алкаш старый? Опять к Валерке?

Дед Савва почесал подбородок.

— А чего сразу к Валерке? В магазин, у нас же... — он быстро оглядел кухню, — хлеба ж нет.

— А для кого я пирожки пеку?

— Ну, это ж пирожки...

Стекло тяжело цокнуло о столешницу.

— Я схожу, — оперевшись рукой о стол, Нестор поднялся. — Мне все равно нужно. А вы там, что скажете, я куплю.

Дед Савва тихо буркнул себе под нос.

Туман прорезали косые лучи солнца. Вчерашний редкий снег таял, оставаясь лежать только на участках, куда еще не доставал рассвет.

Грунтовка под подошвами сменилась асфальтом. Сбил налипшую грязь с обуви.

Собачий лай — грубый и визгливый, доносился с обеих сторон и оставался позади.

Тянуло прелой листвой вперемешку с отсыревшим сеном.

Нестор остановился. Поднял голову и медленно, прикрыв глаза, вдохнул как можно глубже. Задержал дыхание. Прислушался к пульсу — чуть учащённый от быстрого шага. Мысли в голове затихли.

Плотный влажный воздух обволакивал ладони.

Плечи опустились вместе с выдохом.

Сквозь редевшую пелену проступали цвета. Взгляд выцепил зеленый забор впереди. Отлично, значит, не потерялся.

Вздернул капюшон вверх. Пальцы коснулись отрастающих волос на затылке. Пластыря не было. Отпал, видимо, где— то по дороге, если не раньше. Или мог остаться на подушке. Да и черт с ним.

Навстречу, косясь на одну сторону из— за тяжести пакета, шла женщина.

— Фух, — остановилась, встала на дороге, опустив пакет. Тот глухо ухнул об асфальт.

— Доброе утро, — спрятал озябшие руки в карманы.

— Доброе, доброе, — лицо женщины разгладилось, и низкие брови едва заметно расслабились.

Чуть замедлив темп, Нестор прошел мимо. Впереди уже виднелся фасад.

Дверь открылась, и кожу обдало теплом. Запах сырости смешивался с кофе. Просторное помещение с несколькими прилавками в белесом свете лампы напоминало больницу.

За прилавком, переводя взгляд с продуктов куда— то вниз и назад, стояла девушка.

— ... три тыщи восемь плюс.. — замолчав на секунду, она резко подняла голову. — Доброе утро!

Мягкая, слегка уставшая улыбка появилась на лице. Поправив выбившуюся из небрежного пучка темную прядь, она захлопнула тетрадь и выровнялась.

— Доброе утро, — Нестор кивнул, вежливо улыбнувшись. — Сигареты, минералку и хлеб. Парочку. И пачек тоже пару.

Сделал шаг к прилавку. Нос уловил едва различимый запах высушенных трав.

Развернувшись, она потянулась к стенду.

— Какие вам? — схватившись за нужную пачку, девушка резко отпустила ее и замерла. Пальцы сдвинулись на соседнюю.

— Да, именно эти и нужны, — запустив руки в карманы, Нестор нащупал кошелек. — И, наверное, пакет. Если есть.

Сигареты, хлеб и минералка уже были на прилавке.

— Вам сложить? — задержав взгляд на Несторе, девушка потянула купюры на себя. Пересчитала. Протянула сдачу.

— Нет, не нужно, — бутылка опустилась на дно. — Спасибо.

Ручка пакета резанула пальцы.

Развернувшись, Нестор сделал шаг к выходу, пряча кошелек в карман.

— Подождите! — окликнула его девушка. — А как же зажигалка?

Он повернул голову, сдвинув брови к переносице.

— Какая зажигалка?

— Ну у нас акция... — цокающий звук пластика о прилавок. — Ну эту и еще пару марок сигарет, от двух пачек выдается.

Развернулся, бросив взгляд на зажигалку. На продавщицу. Поколебавшись, стянул, положив в карман.

— Спасибо, — улыбнувшись одними губами, направился к двери.

— Заходите еще! Хорошего и легкого дня!

Дверь захлопнулась за спиной. Нестор остановился на пороге, достал зажигалку. Чиркнул колесиком. Рабочая.

Туман уже почти рассеялся.

Скрип петель. Защелка с тихим шарканьем встала в паз.

Бим сидел возле конуры, ударяя хвостом о землю.

Остановившись, Нестор перехватил пакет другой рукой. Пальцы застыли в полусогнутом состоянии. Сжал и распрямил.

— Иди сюда.

Хвост завилял чаще. Лениво поднявшись, пес подошел ближе и уткнулся носом в выставленную ладонь. Наклонившись, Нестор погрузил пальцы в мокрую клочковатую шерсть и почесал за ухом.

Выпрямился. Рука остановилась в паре сантиметров от штанов. Потряс в воздухе, стряхивая налипшую шерсть.

Посмотрел на дверь. Взгляд остановился на ступенях. Прикрыл глаза.

«Сань, мне совсем не похуй».

Под ребрами завязался узел.

Пакет тихо зашуршал, опустившись на стол.

Выложил хлеб. Выставил бутылку, и остановился, обхватив рукой горлышко. Нужно отнести в комнату. Не сейчас.

— Как у тебя еще сил хватает куда— то ходить, блять?

Рука дрогнула. В виски ударила кровь, и грудина провалилась куда— то к позвоночнику.

— Надо было в магазин, за минералкой, — бутылка показалась тяжелее, чем была.

Развернулся.

Саша стоял, опираясь рукой о дверной косяк и слегка пошатываясь. Сипло выдохнув через сомкнутые зубы, он уперся основанием ладони в лоб и стянул ее вниз. Пальцы с хрустом прошлись по небритым скулам. Друг замер, щурясь.

Нестор молча протянул минералку. Язык уперся в небо с такой силой, что мышцы шеи начали гореть.

Ладонь с хрустом сомкнулась на пластике. Переваливаясь с ноги на ногу, Саша пододвинул стул к себе и резко сел. Спинка жалобно скрипнула.

— Сань...

Крышка с сухим треском прокрутилась.

— М?

Нестор оперся о стол, с силой сжимая лакированное дерево.

Закинув голову назад, Саша сделал первый глоток. Вода потекла по шее и промочила воротник.

— Насчет... вчера... — сцепив зубы, начал Нестор.

— А что вчера?

— Насчет того, что я сказал..

— Ой блять... — оперев дно бутылки о колено, друг повернул голову. — Ты хоть мозги мне не еби с утра, раз себе не можешь.

Он медленно протер губы тылом ладони.

— Хуйню морозил? — Нестор усмехнулся, чувствуя, как пальцы на столешнице расслабляются.

Саша прикрыл глаза, задержав их закрытыми чуть дольше, и устало выдохнул.

— Как, блять, и всегда.

Взяв бутылку, Нестор сделал глоток. Газ обжег десны.

Свет в окнах тускнел. Перевернувшись на другую сторону, Нестор пролистнул очередное видео. Скинул Сане. Перелистнул. Вернулся, скинул Максу.

С кухни доносился запах зажарки и пережареного масла.

Через час выходить. Сумка с вещами уже стояла возле кровати.

По приезду нужно будет купить домой продуктов. Поставить стирку. Помыть посуду. И... А что «и»? И не выходить из дома ближайшие пару дней.

Телефон в руках завибрировал. Мать.

Подождав, пока экран потухнет, Нестор положил телефон на грудь. Не сейчас.

Пора было собираться. Сел на край кровати. Взгляд задержался на пустой кровати у стены напротив.

На столе в эмалированной миске уже возвышалась горка пирожков. Кот свернулся клубком под столом. Баб Нюра, сгорбившись над сковородой, перевернула еще одну партию и обернулась.

— А не скажешь, сколько времени, золотой?

Нестор достал телефон из кармана и посмотрел на экран, задержав взгляд на плашке пропущенного вызова.

— Десять минут шестого. Нам скоро выходить.

— Ой, я совсем замаялась. Думала, еще на ужине посидите и пойдете, — тяжело вздохнув, старушка показала лопаткой на шкафчик. — Возьми пакетик, сложи вам пирожков. И не стесняйся, бери. И вон в углу я там вам сложила что было, разберетесь.

В углу, прислоненные к стене, стояли два огромных пакета. Поднял один, согнул руку в локте, поставил.

— Та не надо было так много...

Послышался щелчок замка. Вытирая руки о подол старой куртки, в дом зашел Саша. Снял куртку, бросив на лавку. Молния тихо цокнула о дерево.

— Так, баб Нюр, калитку я поправил, смазал петли, теперь как новая, — перевел взгляд на Нестора. — А с тебя — пиво.

— А почему это с меня? — сложив руки на груди, Нестор наклонил голову вбок, едва заметно прищурившись. — Ты же сам на нее вчера вешался, пока не сломал.

— Ну так я на нее вешался, пока тебя держал, чтоб ты в огород не упал вперед головой.

Шкварчание масла на сковороде на мгновение стало единственным звуком на кухне.

Приподняв брови, друг смотрел на Нестора. Губы расползлись в ухмылке. Припухлость спала, и линия челюсти снова стала четче.

— Так, молодежь, прекращайте мне тут.

Повернувшись, старушка положила дымящийся пирожок поверх остальных. Помахала лопаткой, бросив суровый взгляд на внука.

— Та ладно тебе, ба, — подкатывая рукава, Саша зашагал к раковине.

— Сашенька, ты там глянешь мне телефон перед тем как будете уезжать?

Повернув голову, Нестор заметил, как кот ловко запрыгнул на стул. Приподняв голову, Васька глядел прям на миску.

— Ага.

Кот поставил одну лапу на край стола.

Подхватив кота, Нестор прижал его к себе. Положил ладонь на его макушку, второй рукой придерживая под задние лапы.

— Ии! — возмущенно воскликнула баба Нюра. — Куда ты его! Весь же в шерсти будешь! А тебе ехать еще!

Пальцы утонули в длинной шерсти. Тепло пробилось сквозь тонкую водолазку. Васька тихо замурлыкал. К темной ткани прилипла светлая рыжая шерсть.

— Да ладно, баб Нюр, отстираюсь, — Нестор поднял взгляд от кота на старушку, мягко улыбаясь.

Саша только хмыкнул, вытирая руки о полотенце.

— Ну я тогда переодеваться. Нестор, сложишься?

— Да, окей.

Саша сидел за столом в куртке. Кнопки старого телефона громко пикали при нажатии. Над ним, затаив дыхание и переминая в руках полотенце, стояла баба Нюра.

Нестор сидел напротив, держа на коленях дорожную сумку. Достал телефон, посмотрел на время.

— Сань, ты там долго? У нас скоро электричка.

Друг только поднял глаза, посмотрев из— под опущеных бровей.

— Щас, подожди. Успеем. Надо, пробежимся.

— Сашенька, та ладно, потом как в следующий раз... — старушка махнула рукой.

— Та подожди, ба.

Стук по стеклу. Нестор дернулся от неожиданности, резко повернув голову в сторону звука. За окном стоял дед Савва. Баба Нюра вопросительно кивнула. Помахав рукой, он скрылся.

Дверь открылась, и дед Савва ввалился в проем.

— Ты где ходишь, черт старый? — уперев руки в бока, баб Нюра стала в полоборота. — У тебя внук уже уезжает, а ты там...

— Нюр, — голос дрогнул, старик стянул с себя шапку.

Всегда озорной взгляд деда сейчас был слишком спокойным и усталым.

— Что случилось? — в миг лицо бабы Нюры стало серьезнее.

Нестор скосил глаза на друга, встретившись с ним взглядом. Тот замер.

— Там у Надьки... — запнулся дед Савва. — Егор умер.

Старушка тихо охнула.

— Как умер? — резко повернул голову Саша. Мышца на его щеке дернулась.

Отодвинув стул, старик тяжело сел.

— На рыбалку пошел с утра. Да под лед провалился. Вытянули, а он уже... не спасли, — старик оперся локтями о колени, согнулся и опустил голову. — Завтра хоронят, в одиннадцать.

Телефон сухо опустился на стол, разрезав тишину. Васька тихо мяукнул под столом.

Саша медленно поднялся, опираясь рукой о стол. Вытащил сигареты и вышел на улицу, прикрыв за собой дверь. Впервые за два дня она закрылась тихо.

— Ох, бедная Надька, — вздохнула старушка, взяла в руки свой телефон и спрятала в передник. — Молодой еще такой... Эх...

Дорожная сумка глухо упала на пол.

Нестор поднялся, направившись к двери. Взялся за ручку и замер на секунду.

— Мне как Валерка сказал, то я...

Дверь захлопнулась прежде, чем дед Савва договорил.

Бим тихо скулил. Саша чесал его за ухом, сидя на корточках и зажав сигарету зубами. Нестор подошел ближе, доставая пачку из кармана.

Тихо щелкнул зажигалкой.

Рука Сани резко остановилась, и он убрал ее с холки пса. Тот развернулся, и медленно забрался в будку.

Выдохнув дым в темноту, друг опустил голову.

Они сегодня никуда не поедут. И это не обсуждалось.

Нестор стоял, спрятав руку в карман. Сигарета зависла у рта на секунду. Сделав глубокий затяг, сбил пепел пальцами и выбросил почти целую сигарету в темноту. Сделал шаг ближе, остановившись над Сашей.

— Уйди... — почти беззвучно произнес друг, — пожалуйста...

Секунду поколебавшись, Нестор аккуратно, стараясь не нарушать тишину, выдохнул — тяжело. Сгустившийся воздух давил на плечи.

На пороге остановился, развернулся. Сжал зубы, почувствовав напряжение в скулах. Саша так и сидел.

Нестор прислонился к столбу, достал еще одну сигарету. Зажигалка тихо щелкнула. Снова.

В доме было непривычно тихо. Баб Нюра пошла спать, дед Савва еще какое— то время сидел на кухне, но в итоге тоже ушел следом.

Периодически скрипели пружины кровати.

Нестор открыл глаза: привыкшие к темноте, выловили у противоположной стены сгорбленный силуэт. Медленно, стараясь не издавать лишних звуков, стянул с себя тяжелое одеяло.

Поднялся и направился на кухню. Тихо скрипнули петли шкафчика. Хрусталь цокнул. Вернулся и замер на пороге. Опустил глаза, поджав губы.

Нужно ли?

Выдохнул.

Под ногой скрипнула половица.

Стекло цокнуло о дерево тумбочки. Жидкость зажурчала, ломая тишину.

Саша повернул голову. В тусклом свете фонаря из окна глаза едва заметно блеснули.

— Ты откуда взял?

Не сводя взгляд с рюмок, Нестор тихо хмыкнул.

— Я помню, где баб Нюра прячет самогон от твоего деда. Не думаю, что она будет ругаться...— поднял голову, встретившись взглядом с другом. — А если и будет, то похрен, пусть хоть сапой по позвоночнику влепит...

Выпрямил спину. Поставил банку и подхватил рюмку.

Рука дрогнула, и часть водки пролилась на пальцы.

Протянул Саше.

Не разгибаясь, друг протянул руку, перехватив рюмку.

Взявшись за спинку стула, Нестор пододвинул его ближе и сел напротив.

Саша вскинул голову и одним глотком осушил рюмку. Кадык дернулся. Он поджал губы, выдохнув через нос. Замешкавшись, Нестор посмотрел на самогон и быстрым глотком осушил рюмку.

Горло обожгло и свело спазмом. Задержал воздух и зажмурил глаза.

— Я думал, — повернул рюмку, свет фонаря блеснул на каемке, — что несколько дней точно не смогу даже смотреть на водку, не то чтобы... пить.

И едва заметно улыбнулся.

Друг молчал. Нестор аккуратно взял рюмку из его рук. Налил им обоим снова. Протянул.

В этот раз Саша почти сразу выпил.

— Знаешь, Нестор, когда... — он глядел вниз, уголок рта дергался, — когда умер отец, я думал, что... не мог помочь. Я знал, что.... Я, блять, хоронил его каждый день. Каждый, сука, час, когда выходил за дверь палаты. Каждый раз, как уходил. И я просто ждал этого момента. Не желал, но... я просто знал, день, месяц — и все...

Он замолк. Кадык снова дернулся.

— Но знаешь, блять... Одно дело, когда хоронишь того, кто вроде бы и прожил жизнь. Это не легче нихрена, но ты... понимаешь, что...

Нестор сделал короткий глоток. Рюмка звонко опустилась на тумбу.

— Но другое это когда ты понимаешь, что, сука, человек... младше тебя на год, так тупо.. Это странно и... страшно. Когда осознаешь, что... что все может закончится в любой момент... И...

Он опустил лицо, спрятав его в широких ладонях.

— И я понимаю, о чем ты говорил. Вчера. — Саша выдохнул слова, и тошнота подкатила к горлу Нестора. — И не думай, блять, что я сам об этом не думал. Просто... старался не думать. Сука...

Нестор накренился вперед. Ладонь замерла над плечом друга. И опустилась. Сквозь хлопок чувствовались сбитые мышцы плеч.

Он облизнул губы, приоткрыл рот и... замер. — Да, блять, меня могло размотать краном... Думаешь, я не понимал? Думаешь, я не просыпался среди ночи... — голос звучал глухо. — А ты... Не думай, Нестор, что ты один загоняешься... — вена на Сашиной шее вздулась. — Только ты никого не хоронил, и не знаешь, как это... когда стоишь, смотришь на крест и понимаешь, что вчера ты не сказал ничего, а сейчас уже, блять, и слушать некому...

Нестор сжал на мгновение пальцы на плече сильнее и расслабил, рука соскользнула вниз. Под кадыком защипало как от изжоги.

— Ты прав, Саш, я никого не хоронил, — спокойно, разливая очередную порцию самогона, — но это не значит, что... Держи.

Саша не ответил. Его плечи едва заметно дернулись.

Минуту подержав в руках рюмку, Нестор поставил ее.

Встал, схватившись рукой за спинку стула. Приподнял. И просто опустил, оставив стоять на месте.

— Пойдем покурим, — он повернулся и замер, ожидая ответа.

Убрав руки от лица, друг уперся о край кровати и поднялся следом.

Глава 6. Ну и сволочь же ты, Человек-Паук!

Адекватных названий не будет вплоть до финала написания.

Ночь прошла беспокойно. Нестор проваливался в сон, выныривал, снова проваливался. Привычный шорох на кухне сегодня был тише.

За окном в который раз закричал петух.

Стряхнув налипшую шерсть с водолазки, Нестор накинул куртку и вышел на улицу. В лицо ударил солнечный свет, и он зажмурился, прикрыв ладонью глаза.

Во дворе, рядом с бабой Нюрой, хватаясь то за грудь, то поднимая ладони ко рту, стояла незнакомая старушка. В стороне, спрятав руки в карманах и смотря на калитку, стоял Саша. Дед Савва, видимо, ушел раньше.

Спустившись по ступеням, Нестор стал рядом с другом. Сейчас он казался даже ниже ростом, чем был на самом деле. Саня повернул голову, и его сжатые в тонкую полоску губы чуть расслабились.

— Ты бы еще дольше собирался, а то мы успеваем, — хмыкнул он.

— Прости, старался, как мог, — язвительно бросил Нестор и, нырнув рукой в карман, вытащил полупустую пачку. — Будешь?

Саша покачал головой. В уголках глаз проступала едва видимая сетка капилляров.

Зажав сигарету в зубах, Нестор достал свою любимую зажигалку, чиркнул колесиком. Еще раз. И еще.

— Да блин...

Повернувшись корпусом в полоборота, баб Нюра посмотрела на них двоих:

— Ну что, идем?

Кивнув, Саня бросил взгляд на друга.

Выдохнув сквозь сжатые зубы, Нестор спрятал сигарету в пачку. Зажигалка отправилась в карман, и пальцы почувствовали еще что— то в глубине куртки. Еще одна. Точно, акционная.

В конце улицы у открытых настежь ворот уже собралась толпа. В руках одних пестрели венки с черной лентой, у других — гвоздики. У стены дома стояла крышка гроба и прислоненный деревянный крест с табличкой.

Они подходили, не спеша. Баба Нюра говорила, замолкала, охала, вторая старушка вздыхала. Пару раз Саша шаркнул ногами.

Промерзшая за ночь дорога снова начинала размокать под лучами солнца.

В толпе мелькнула голова деда Саввы.

Саша остановился возле ворот. Баб Нюра, чуть повернув голову, прошла рядом и направилась к дверям дома, где уже собрались другие женщины.

Из-за угла дома появилась серая кошка, и, маневрируя между ногами собравшихся, забежала в приоткрытую дверь дома.

Нестор скосил взгляд на друга: его скулы стали острее, а над виском прошла едва заметная судорога.

В карманах едва слышно шуршали чеки.

Мимо, кивнув им головой, прошла женщина. Черный кружевной платок съехал назад, обнажая русые с сединой волосы. Они кивнули в ответ.

— О, Санька! — хриплый голос прозвучал сбоку.

Тело Саши чуть дернулось, и он резко повернул лицо в сторону звука. Двое подошли к ним почти вплотную, и запах размокающей земли сменился одеколоном.

— Драсте, дядь Коль, — пожал протянутую ладонь Саша, приподнял голову. — Вить, привет.

— Привет, — на выдохе произнес парень.

— А ты? — мужик перевел взгляд на Нестора.

Чеки тихо хрустнули в кармане. Вынул руку, протянув мужчине, чуть наклонившись.

— Нестор.

— Николай Евгеньич, — грубая разгорячённая кожа царапала ладони.

Кивнув, мужчина стал рядом.

— Виталий, — второй подошел ближе.

— Приятно.

Нестор выровнял спину, снова спрятав руки в карманах. Почувствовав гладкий пластик зажигалки под пальцами, принялся прокручивать колесико большим пальцем.

— Как жизнь молодая? — Николай Евгеньевич стянул шапку с головы.

На лоб упала сальная черная прядь.

— Нормально, жить можно, — повернувшись вполоборота, Саша задержал взгляд на толпе во дворе. — А вы как? Все так же, в рейсы катаетесь?

Мужчина покачал головой.

— Уже лет пять как нет. Куда мне уже? — вздохнул Николай с тихим сипом. — То руки неметь начали за рулем, то спину клинить. То решил, на кой черт оно мне надо...

Саша пожал плечами.

— Понятно.

Из дома вышла девушка. Накинув на темные волосы платок, она подозвала одну из женщин, и снова пропала за дверью. Женщина зашла следом.

Громкая мелодия звонка заставила Нестора дернуться.

Вытянув из кармана телефон, Витя отошел на расстояние, приложил к уху.

— Что— то батюшка задерживается, — пар вырвался изо рта Николая, рассеиваясь. — Ладно, молодежь... — Сделав шаг, остановился, крикнул: — Вить!

Кивнул головой на двор. Виталий махнул рукой и отвернулся, уйдя еще дальше.

Ножки табуретки звонко стукнули об асфальт.

Громкий прерывистый кашель. За спиной слышались тихие старческие перешёптывания.

Духи, шерсть и прелость четкие до тошноты. Мимо прошел старик, и до носа донесся запах влажного табака на синтетике.

Нестор отвернулся и потер нос.

Женщина вышла из проема, и остановилась, придерживая дверь отрытой.

Пацан лет двенадцати напротив громко чихнул, и был тут же одернут за плечо матерью.

Лакированное дерево блестнуло на солнце, из темноты прохода вынырнул гроб.

Николай Евгеньевич перехватил край и начал пятиться назад.

Горло запершило. Нестор глубоко вдохнул, и, прикрыв рот рукой, закашлялся.

— Осторожно, осторожно, твою мать, придерживай...

Глядя за край гроба, Николай пододвинул ногой табуретку вбок. Дерево жалобно заскрежетало об асфальт.

Звук больно резанул по ушам так, что на мгновение заныли зубы.

Нестор скосил взгляд на друга. Тот стоял практически не вдыхая. Уголок глаза дернулся от скрипа табуретки под весом.

Легкое касание сквозь плотную ткань пальто.

— Возьмите, пожалуйста, — обмотав свечку в платочек, девушка уже протягивала ее Нестору. Ее руки едва заметно подрагивали.

Продавщица.

— Спасибо, — дешевый хлопок цепко зафиксировался в пальцах . — Сань...

Повернув голову, Саша перехватил свечу, и кивнул.

Сладковатый запах воска. И сушенных трав.

— Как батюшка начнет отпевать, подожжёте свечку, — она подняла глаза, говоря спокойно и тихо.

Вперед из— за спины вытянулась рука, девушка вложила в нее платок. И еще одна. Раздав всем, она двинулась дальше вдоль ряда.

Сверху, на ветках старой груши, послышалось воркование, сливаясь с тихим перешептыванием.

Нестор поднял голову. Горлица покачивалась вперед— назад на ветке.

Сырой поток ветра ударил в открытый участок шеи.

Поп, высокий и жилистый, в пуховой куртке, подошел к изголовью гроба. Рядом, раскрыв папку, стали две певчие — молодая и чуть старше.

Баб Нюра стояла позади них, приобнимая за спину сгорбившуюся молодую женщину. На контрасте с раскрасневшимся лицом ее волосы казались светлее.

Голоса затихли. Только горлица продолжила ворковать. Шелест синтетики.

Тихий всхлип и резкий выдох.

— Благословен Бог наш... — глубокий бас священника заполнил собой воздух.

Женщина по ту сторону наклонилась и что— то прошептала другой, та резко нахмурила брови и дернулась. Подняла свечку к груди. Достала спички и подожгла фитиль. Рядом стоящий мужик наклонился, перехватив огонь.

Напротив люди передавали трепещущее пламя друг другу.

Толчок в плечо. Николай Евгеньевич, прикрывая ладонью пламя, кивнул вниз и протянул руки ближе.

Перехватив пламя, Нестор повернулся к другу. Свеча в его руках, замотанная в платок, накренилась вбок. Согнувшись, поджег фитиль.

Саша поднял взгляд. Светлая радужка стала почти бесцветной.

Пространство стало вязким, почти осязаемым. Провел большим пальцем вдоль свечи, чувствуя выемки под пальцами. Надпись. Храмовая. Мать всегда покупала такие свечи.

Взгляд зацепился за край гроба. Скользнул вбок.

Мимо двора, ревя мотором, проехал мотоцикл.

Нестор опустил взгляд, стараясь сосредоточиться на молитве. В плечах появилась тяжесть, тянувшая тело вниз.

Поп с напевом произносил слова, ускоряя и сбавляя темп, но получалось выловить только отдельные слова.

Глубоко вдохнул, чувствуя как легкие раздвигают грудную клетку. Прикрыл глаза. Воск прогибался под пальцами. Теплый. Гладкий.

— Святый Крепкий... — писклявый дрожащий голос и вторящий ему низкий женский.

Диссонанс холодной водой окатил сознание.

— Святый безсмертный, — пробасил священник.

Присутствующие подняли руки, принявшись осенять себя крестом.

Пацан напротив поднял руку, на секунду задержав сложенные пальцы у лба. Рука дернулась к левому плечу. Замерла.

Нестор перевел взгляд на Сашу. Опустив голову, он обматывал уголок платочка вокруг пальца. Свеча согнулась. Обгоревший фитиль и потеки воска по бокам.

Под табурет с гробом забежала кошка, та же серая. Остановилась, села, принявшись чесать за ухом.

Женщина возле бабы Нюры дернулась, сделав шаг вперед. Замерла. Сплела руки в замок и опустила.

— Господи помилуй! Господи помилуй! Г— о— осподи... — высокие протяжные ноты заставили плечи дернуться. На секунду голосов стало больше.

Кадило тихо звякнуло в руке. Запах ладана почти заместил воздух. Всхлип.

Грудину свело. Знакомо. Слишком. Горло сдавило спазмом.

Нестор мотнул головой, впервые посмотрев на покойника.

На фоне светлых, почти светящихся от солнца, подушек серое лицо Егора казалось нереальным. Неровная темная щетина на впалых щеках. Спокойное серое лицо. Нижняя челюсть проваливалась к шее, почти касаясь галстука.

Не то лицо...

Чужая рука потянула назад, и Нестор отступил. Перед глазами блеснула золотистая крышка кадила. И еще раз.

Дым защипал глаза. Резко поднял ладонь, протирая веки. Запах ладана стал терпким, горьким, затхлым... как мокрый табак.

Свет перестал быть ярким. Голос попа все такой же напевный, звучал слишком близко. — Упокой, Боже душу усопшего раба Твояго!

Певчие вторили, надрывно. Пискляво и гортанно.

Закусив губу, Нестор сглотнул ком в горле. Выровнялся.

Скосил взгляд в сторону. Саши рядом не было.

Вглядывался в лица людей по своей стороне, ища знакомое.

Провел тыльной стороной ладони по носу.

Повернул голову.

Палец обожгло, и он едва не уронил свечу. Кожа под восковой каплей начала стягиваться. И печь.

Перехватил свечу второй рукой. Мизинцем сдер налипший воск.

— Извините, — послышалось сбоку.

Протиснувшись между пожилым мужчиной и женщиной, Саша встал рядом.

За двором было значительно холоднее. Ветер ударил в спину, взъерошивая волосы и заставляя съежиться.

Порывшись в кармане, вынул зажигалку, пару раз щелкнул колесиком. Сатурн на фиолетовом фоне блеснул на солнце. Не работает. Жаль.

Среди чеков нащупал вторую.

— Поджечь? — предложил женский голос где— то впереди.

Подняв голову, Нестор увидел одну из певчих рядом, ту, что постарше.

Белый платок соскользнул с головы, и ветер трепал короткие каштановые волосы.

Женщина поднесла зажигалку к сигарете прежде, чем он успел среагировать.

— Спасибо, — коротко ответил Нестор.

— За такое не благодарят, — певчая уже поднесла тонкий фильтр к губам.

Взгляд скользнул за ее спину.

Из ворот вереницей выходили люди. Николай Евгеньич вынес крест за двор, прислонив его к забору, и огляделся по сторонам.

Певчая, будто почувствовав, стала боком и так же посмотрела на процессию.

— А баб Нюра тебе кем приходится?

— Никем. Я тут просто, за компанию, — фильтр прилип к губе. Рванул, и почувствовал легкий металлический привкус на языке. — А что?

Женщина приподняла брови, прикрыв глаза.

— Ничего. Спросила просто.

— Ну а вы?

К микроавтобусу, стоявшему через несколько дворов, подошли две женщины, принявшись обвязывать полотенца на зеркалах.

— Во— первых, давай без «вы». Я еще не такая старая. Лариса, — от усмешки морщины вокруг ее рта стали четче, и она протянула тонкую ладонь.

— Нестор, — пальцы были горячими, будто она только что их грела у огня.

— Странное имя для молодого человека, — взгляд Ларисы остановился где-то в районе лба. — А почему так?

Хмыкнув, он ухмыльнулся.

— Ну не все Несторы рождаются сразу дедами.А так.. честно, без понятия.

Из двора, спрятав руки в карманы, вышел Саша. Рядом с ним, с кипой платков в согнутых руках, шла продавщица. Следом подошла молодая женщина, которая все время стояла у изголовья во время отпевания. Принявшись говорить, она резко откинула голову чуть назад, замерла. Друг положил руку на ее плечи, и она уткнулась в плечо. Стоявшая рядом девушка положила ладонь на ее вздрагивающую спину.

— Нестор, ты же с города, верно? — накинув платок на голову, Лариса поправила выбивающуюся челку на бок.

Он снова повернулся к певчей.

— Ага.

— А что там с работой и жильем в городе? У меня просто сестра без работы который месяц сидит.

К двору подъехал спринтер, став чуть поодаль.

— Ну, насчет общей ситуации не скажу, но у нас вроде требовался человек, на обзвон клиентов.

Лариса улыбнулась еще шире и спрятала руку в карман, принявшись рыться внутри.

— Слушай, а можешь узнать? В долгу не останусь, — достав телефон, она быстро разблокировала его и подняла лицо. — Дашь номер свой?

Сложив руки на груди, Нестор на секунду замер, остановившись взглядом на коричневой краске забора.

— Я через две недели выйду из отпуска, только тогда смогу.

Певчая кивнула, протягивая ему телефон. Быстро найдя себя с ее телефона и отправив точку, Нестор отдал его назад.

— Спасибо. Я тогда тебе напишу. Или ты тогда, как что— то узнаешь, и что я тебе должна буду, — она забросила край платка на плечо.

— Ларис! Собираемся, — крикнул издалека Николай Евгеньевич, подняв руку. — Нестор, иди сюда, дело есть!

Лариса вошла во двор.

— Будешь гроб нести с Витькой, — кивнул на сына Николай Евгеньевич. — Дай руку.

Подняв взгляд от телефона, Виталий посмотрел на отца, потом на Нестора, и снова уткнулся в экран.

— Не давит? — отстранившись, мужчина оценил собственную работу.

Нестор опустил голову. Белый платок с цветочным узором резко контрастировал на фоне пальто.

— Нет, нормально, — сжав руку в локте, проверил обхват и свободу движений.

Мужчина кивнул.

Мимо, чуть наклонившись, прошла женщина, держа под руку вторую.

— ... плохо, перец вообще не взошел.

— Не, у меня взошел. Недавно в интернете прочитала, что...

Следом, оглядываясь по сторонам, шел пацан.

Людей во дворе становилось все меньше.

— Нестор, — Саша подошел сбоку, поправляя на плече такую же повязку. — Дай сигареты. Я свои найти не могу.

Порывшись в карманах, Нестор вытянул пачку и протянул другу.

— Зажигалку надо?

Покачав головой, Саша перехватил сигареты и размеренным шагом отошел на несколько метров. Остановился и обернулся.

— Ты идешь, нет?

Спрятав руки в карманы, Нестор двинулся к другу.

— Вы там не долго, через пару минут уже едем, — окликнул их Николай, и, взяв Виталия под руку, двинулся внутрь двора.

Отойдя на противоположный край дороги, Саша склонил голову, щелкнув зажигалкой. Его плечи опустились, и он выдохнул — тяжело, со свистом.

Облизнув губу, Нестор подтянул платок на руке выше.

— Ты хоть бы конца похорон подождал, — Саня чуть прищурился, скосив взгляд.

— Не понял.

Нахмурился Нестор.

— Прежде чем с Лариску клеить, — уголок Сашиного рта криво выгнулся.

На мгновение Нестор остановил взгляд на лице друга: морщины на лбу почти разгладились, линия челюсти стала мягче.

— Не завидуй, — сведенные лопатки поползли в стороны. — Ты тоже времени зря...

Осекся.

Уголок Сашиных губ дернулся и поехал вниз.

— Она просто спрашивала про работу для сестры, — Нестор выровнял спину, чувствуя как поясница начинает ныть. — Я обещал узнать.

Клуб дыма таял в воздухе. Саша смотрел вперед, зрачок почти не двигался.

— Закажешь билеты? — на выдохе сказал друг и тихо щелкнул пальцами.

Горящий уголек упал на подмороженную траву.

— Сейчас?

— Потом. После поминок.

Кивнув, Нестор проследил, как баб Нюра садится в машину, приподнимая полы пальто.

Витя вышел из двора, махая рукой.

Плечо перекосило в сторону от веса ладони.

— Идем. Немного осталось, — рука соскользнула с плеча, и Саша двинулся к двору.

Пальцы коснулись холодного гладкого дерева.

Виталий стал на противоположно стороне, приседая и выравниваясь.

— Ну что стоите? Несем, — тихий хруст колен, и Николай Евгеньевич схватился за изножья.

Нестор старался не смотреть на лицо покойника, сейчас находившееся на расстоянии вытянутой руки. Запах ладана перебивал формалин и какой— то едва уловимый, сладковатый...

Ниже солнечного спелетения появилась тяжесть. Отвернулся, присел, перехватывая удобнее.

Угол гроба уперся в плечо, продавив мышцу. Отставил ногу, выровнялся.

Шаг. Упер в плечо. Шаг. Напряг предплечья, ослабляя нагрузку. Шаг. Снова плечо.

За спиной закрылись ворота с тяжелом металическим лязгом.

Дно гроба с тихим ударом опустилось на шины в кузове.

Нестор выпрямил спину. Ощущение тяжести в плече все еще перекашивало в сторону.

В салоне воняло бензином.

Пододвинулся к окну.

В кармане почувствовалась вибрация. Вытащил телефон.

Мать.

Палец замер над плашкой «отклонить». Вибрация. И смахнул в другую сторону, приложив к уху.

— Да, мам, — спокойным полушепотом ответил Нестор.

— Ты почему трубку не берешь? — голос с высоких тонов скатился вниз. — Ты знаешь, как я...

— Не сейчас, — сухо ответил он. — Буду дома, наберу.

Отдалил телефон.

— Что значит «буду дома»? Ты где, Нестор?

Сбросил.

Спина провалилась в продавленный паролон сидения. Прикрыл глаза.

Рядом тяжело опустились, и знакомый мужской одеколон ударил в нос.

Подошва ушла в грязь. Подался вперед, второй ногой уперся на тающий снег.

С тихим хлопком обувь вырвалась из грязи, вытер.

Возле кузова уже стояли остальные. Николай Евгеньич махнул рукой куда-то между могил.

Одернув пальто и поправив съехавший платок, Нестор двинулся к ним. Грязный покрытый ледяной коркой снег трещал под ногами.

Опер ногу о порожек, застыл. Нужно аккуратно выносить. Перевел вес на вторую ногу. Земля плотная, не увязнет.

— Давайте мы выдвинем, Нестор, Виталик, перехватите, — дал команду Николай. — Серег, стань чуть дальше.

И снова тяжесть в плече. Теплый терпкий запах древесины.

Снова та же последовательность: шаг, плечо, шаг, предплечья, шаг.

Гроб качнулся, и Нестор почувствовал, как угол резко впился в шею. Мышцу свело до ключиц.

— Витя, блять, иди ровно!

Знакомая боль.

Ток от плеча в ладонь. Пальцы начали неметь.

Впереди, между крестов, уже проглядывались пестрые венки. Гора земли.

Шаг. Вдох. Шаг. Выдох.

Тот же вес. Только гроб другого цвета.

В позвоночник будто резко вбили штырь.

Какого цвета?

Кожа на голове сжалась.

Светлее...

Нога резко увязла в земле, и дно гроба поехало по плечу.

Вдох.

Земля. Ладан. Мокрый пепел.

— Нестор! — глухой голос как из— под воды.

Короткий глубокий вдох.

— Нога. В грязь. Сейчас.

Выровнял спину. Мотнул головой, коснувшись щекой лакированного дерева.

Нужно донести.

Зубы скрипнули, и челюсть обдало жаром до затылка.

Шаг. Предплечья. Шаг. Плечо.

Выставили лавки. Аккуратно присев, опустили гроб на них.

Выпрямился.

В предплечье вцепилась рука и дернула Нестора в сторону. Колени пружинили. Стоит согнуть сильнее, и тело упадет.

— Нестор, какого хуя? — пальцы сомкнулись, продавив мышцы к кости.

Саша стоял напротив. Губы, сжатые в тонкую линию, дергались.

— Душно, — к горлу подкатила тошнота, перекрывая воздух.

Пальцы разжались и сжались еще раз. Открыв рот, друг набрал воздух. Задержал на секунду и шумно выдохнул через нос.

— Сядь, — потянул вниз.

Нестор опустился. Сгорбился, уперев локти в колени. Правый ботинок облепила жирная рыжая грязь.

Поднялся. Колени все еще подгибались. Оперся о забор рукой. Холодные металлические прутья под потрескавшейся краской.

Поп закрыл молитвослов, передав его Ларисе, и наклонился к подошедшей женщине.

Поставив венок возле оградки, Николай Евгеньевич задержался, глядя на деревянный крест с табличкой. Махнув рукой, развернулся, направляясь в сторону тропинки между могил.

Могильщики принялись работать лопатами.

Наблюдая за процессом, стояла женщина в платке и Саша. Остальные стояли дальше и уже расходились.

Нестор подошел ближе.

— Надь, — друг потирал руки, — пойдём. Пора.

Женщина стояла у могилы, опустив голову. Земля с глухими ударами о дерево, заполняла яму.

— Надь.

— Сейчас, — глухо и монотонно сказала вдова.

Саша скосил взгляд на Нестора.

Обошел могилу с другой стороны. Взгляд задержался на воткнутой табличке.

Пятнадцатое февраля... Двадцать пятого.

Пятого?

Перевел взгляд на друга. Тот кивнул, и Нестор пошел по тропинке к выходу. Остановился. Обернулся.

Саша так и остался стоять у могилы рядом с женщиной, держа руку на плече.

Спринтер остановился возле знакомого забора.

Разговор за спиной резко оборвался.

Нестор ткнул в экран, на плашку «бронь» и спрятал телефон в карман.

Схватился рукой за спинку кресла впереди.

Саша все так же сидел. Мимо меж сидений к выходу протиснулась женщина. Следом остальные.

— Сань, выходим? — тихо спросил Нестор, приподнимаясь над сидением.

— Ага, — ответил друг, не поворачивая головы.

Спринтер опустел.

— Слышишь, Нес, думаю, немного посидим, помянем, и домой, — поднявшись, Саша остановился в проходе. — Надо будет ключи от дома у баб Нюры забрать.

— Я думал, мы подождем, — застегнул верхнюю пуговицу Нестор.

Саша покачал головой, направившись к выходу.

— Честно, я чутка заебался. И замерз.

Спустившись вниз, Саша обернулся и достал сигареты.

Нестор стал рядом.

Хлопок двери. Щелчок механизма. Мотор зарычал, и спринтер медленно отъехал от двора на дорогу.

— А теперь, блять, — Саша выдохнул дым через нос, — что с тобой было?

Колёсико щелкануло вхолостую. Зажав сигарету в зубах, Нестор остановился.

— Не знаю, честно, — пожал плечами и все же закурил. — В глазах просто потемнело. По шее ударил гроб, может, передавил что— то.

Тихо хмыкнув, друг развернулся. Во дворе собрались почти все. До ушей доносились обрывочные фразы. Тихий смех.

— Саш, — облизнув губы, Нестор выдохнул: — Когда дядь Мишу хоронили... Ты не помнишь, я нес гроб?

Затянувшись, Саша стиснул зубы. Кадык дернулся, и он глухо закашлял.

— Ты думаешь, я помню? Я не помню где был сам и что делал. — плечи еще раз дернулись. — А нахера тебе?

Брови Саши опустились к переносице.

— Просто спрашиваю. Просто... Не знаю, — Нестор поднял руку вверх, взъерошив волосы. — Я будто раньше был на похоронах.

Друг поднял взгляд и прищурился.

— А почему ты вспомнил именно моего батю?

Он сбил пальцем пепел. Жар упал под ноги.

— Самое очевидное, что вспомнил? — пальцы прокрутили зажигалку в кармане. — Потому что раньше вроде не...

— Ты это, хуйню не неси, окей? — спокойно ответил Саша, достав зажигалку и поджег сигарету снова. — Я не знаю, что ты себе придумал, но ты хоть меня и мою семью сюда не втягивай.

— Хорошо. — Произнес Нестор на выдохе. — Прости.

Друг только махнул рукой.

Одним глотком осушил рюмку с вином. Кислое и терпкое. Челюсть свело, и через секунду в груди разлилось тепло.

— Пусть земля ему будет пухом, — Николай Егеньевич провел тыльной стороной ладони по темным усам и опустил рюмку.

— Пусть земля будет ему пухом, — почти беззвучно повторил Нестор, приподняв пустую рюмку.

Комната пропахла кисловатым запахом рассольника, выпечки и жженным воском.

В торце стола стояла фотография с черной лентой, наполненная водкой рюмка с куском хлеба сверху. Нестор остановился взглядом на улыбке. Перед глазами всплыло синеватое лицо Егора на белых подушках.

Отвернулся.

Вылавливал из общего гула фразы.

— ... дачу продал на прошлой неделе...

— ... та в следующем году совсем взрослый...

— .. я соду использую...

Вышел из— за стола, направившись к выходу. Остановился, поправил воротник. Коснулся повязанного платка. Снова съехал.

На плечо легла рука. Легче. Тоньше.

Повернув корпус, Нестор чуть пошатнулся. Продавщица.

— Возьмите, пожалуйста, панехиду, — она протянула кулек.

Мягкая уставшая улыбка застыла на ее лице.

— Спасибо, — перехватив панехиду, Нестор кивнул.

— И платочек можете снять уже.

— Лана! — окликнули девушку. — Иди сюда! Глазки она строит, а я одна тут буду стоять раздавать?

— Иду, Оксана, иду, — поправив платок на голове, она обогнула Нестора и подбежала к женщине.

Положив платок на полку возле дверей, Нестор вышел на улицу.

Рядом с проёмом стояла табуретка.

У ворот стоял Саша рядом с вдовой. Протерев глаза ладонью, она улыбнулась и заговорила, и друг просто кивнул в ответ.

Нестор встал возле порога на секунду. Двинулся к ним.

— ... и вот она мне говорит, что «извините, мы перепутали», — закончила Надя, и шмыгнула носом. Губы дрогнули, но улыбка не пропала.

— Конченые одним словом, — вздохнул Саша. — О, явился. Ну что, идем?

— Ага. Ты ключи взял? — спросил Нестор, и получил в ответ кивок. Перевел взгляд на вдову. — Мои... соболезнования.

Глаза Надежды блеснули.

— Вам спасибо, что... — она улыбнулась чуть шире и сжала зубы.

— Надь, — тихо произнес Саша, уже подняв руку, но вдова подняла ладонь.

— Нормально. Переживем. Спасибо, что пришел. Знаешь, ждали на юбилей, а получилось... — коротко всхлипнула, — как получилось. Заберешь инструмент? Я гараж открою.

— Потом, Надь, в следующий раз. Никуда он не денется. Я сейчас его не потащу.

— Хорошо, Саша. Позвонишь тогда, — она скрестила руки на груди, оперевшись спиной о забор.

— Что понадобится, звони, пожалуйста, хорошо? Там если надо. Чем смогу — помогу.

— Хорошо.

Голова коснулась подушки. Пружины под телом прогнулись.

— Ты хоть бы снял грязное перед тем как лечь, — бросил Саша, садясь на кровать напротив.

— А сам что? — Нестор прикрыл глаза. Грудь поднялась и медленно опустилась.

Тишина в доме. Непривычно.

— Через сколько электрон?

Плечи опустились. Покрывало покалывало через тонкую ткань водолазки.

— Через четыре часа выходим. Я поставил будильник.

Короткое молчание.

— А нахрена тебе будильник? — спросил Саша.

— Чтоб не проспать, — губы стали тяжелыми и едва шевелились. — Ты ж заебался.

Кровать напротив скрипнула.

— Заебался, — тяжело выдохнул Саша.

За окном послышался лай Бима.

Нестор приоткрыл глаза, скосив их на друга.

— Так что, ты после ночной напишешь Светке? Или как приедем?

Сложив руки на животе, Саня лежал. Веки опускались медленно и с запозданием поднимались.

— Не знаю, честно.

Нестор заметил ползущего вдоль окантовки паука.

— Ты хоть расскажи потом, как прошло.

— Как ты мне про Ленку рассказывал?

Сглотнул. В груди кольнуло.

— Я не думал, что мы с ней сойдемся. Так, на пару ночей...

— Отличные пару ночей, что она тебе почти год мозги ебала. Ты и то ее меньше, чем она тебя, — Саша едва заметно улыбнулся, повернул голову в сторону.

Набрал в легкие побольше воздуха. Задержал.

— И то верно.

Сцепка электрички звякнула. У входа уже толпились пассажиры.

Перехватив крепче ручки дорожной сумки, Нестор поднял ее над сидением.

Руку свело от резкой тяжести до локтя. Опустил. Перехватил удобнее.

Двери открылись.

В лицо ударил пыльный воздух перрона.

— Резче выходи, Нестор, сумки ж, блять, тяжелые!

Шаг — и подошва коснулась асфальта.

— ... уваж.. пас...ры,.. поезд... — захрипел динамик.

Сумка опустилась на лавку. Внутри тихо звякнули банки. Подняв ладонь, Нестор сжал и разжал побелевшие пальцы. Суставы скрипнули.

— Фух, блять, — Саша выгнул спину, подняв голову вверх.

Нестор достал телефон из кармана, рукавом протер запотевший экран.

Свет от фонаря отбивался от экрана.

— Я сейчас такси вызову. Какой номер дома? — он поднял взгляд на друга.

Саша разминал плечи.

— А ты что, не помнишь?

— А напомни, с какого раза ты запомнил номер моей квартиры, Сань? — уголки губ дрогнули, растянувшись в ухмылке.

— Дом сорок шесть. Второй подъезд, — достав из кармана шапку, друг натянул ее почти до бровей. — Так ты ж в другой части города живешь. Богатый сильно?

Смахнув плашку рабочего чата сверху, Нестор ввел адрес.

— А ты хочешь по маршруткам это все везти? Я на два адреса вызову, так дешевле.

— Посторожишь сумки? Я за кофе, — хлопнув себя по карманам, друг вынул кошелек. — Две сахара?

— Две сахара, — кивнул Нестор. — Давай, у нас есть минут пятнадцать.

— Окей.

Звон ключей о тумбу и щелчок выключателя.

Сумка опустилась на пол. Банки тихо цокнули внутри.

Стянул ботинки, оставив их на проходе. Перешагнул.

Повесил пальто. Плечи обдало прохладой через ткань водолазки.

Заглянул в ванную. Стрелка температуры на бойлере на максимуме. Отлично.

Зашел на кухню, бросил пачку на стол, следом цокнул о дерево пластик зажигалок.

Стянул через голову водолазку, кинул на спинку стула.

В гостиной схватил халат с подлокотника, не включая свет.

Фланель коснулась оголенной спины.

Вытянул телефон из карманов пальто. Стекло — запотевшее и холодное, протер о халат.

Поджег конфорку, поставил чайник.

Взгляд скользнул по столешнице к раковине. Чашка все так же стояла, прислоненная к стенке. «Самый классный..».

Открыл шкафчик, достал свою черную. Остановился. Дно чашки зависло над столешницей.

Снова вернулся взглядом к белой подтянул ее ближе, бросил пакетик чая и пару ложек сахара.

Поставил черную на полку.

Открыл форточку и щелкнул зажигалкой.

Колени скрипнули синхронно со стулом.

Затянулся — глубоко и задержал дыхание.

Чайник начинал издавать свист, и Нестор, опираясь ладонью о стол, поднялся. Зажал сигарету зубами, обмотал ладонь тряпкой и, обхватив ручку, поднял его над плитой. Залил кипяток в белую чашку.

Переставил ее на стол, и сел, не убирая пальцев с ручки. Керамика грелась, обжигая раскрасневшиеся пальцы.

Мышцы спины расслаблялись с каждой секундой, упираясь в деревянную спинку стула.

Еще один затяг до боли в ребрах.

Из открытой форточки потянуло сыростью и мокрым асфальтом.

Выдох.

Прикрыл глаза, чувствуя как лицо опускается вниз.

Дома.

Отшатнулся от потока воды на плечи. Горячо.

Потоки воды, стекающие по лицу вниз.

Склонил голову на бок: под кожей мышцы растягивались до боли.

Поднял руки, разглядывая сетку линий на ладонях с проступающими венами. Шрам белесой линией повторял линию жизни.

Закрыв глаза, подставил лицо под струи воды и застыл.

Колени подкашивались под весом тела.

В отражении металлической подставки взглядом выцепил свое искаженное лицо — бледное, с обострившимися чертами.

Кровать прогнулась под весом. Закинул ноги. Сбившийся край одеяла давил на лопатки. Упер одну руку, намереваясь подняться и перевернуться. И остался в таком же положении.

Горевший в коридоре свет освещал часть гостиной. Потом выключит.

Достал телефон из кармана халата. Экран зажегся и Нестор прищурился.

Вверху висела плашка о новом сообщении от Саши.

Выключил экран, положил на грудь. Не сейчас.

Сердце равномерно и отчетливо билось о грудную клетку.

Гладкая поверхность гроба под пальцами.

Светлее...

Сжал ладонь.

За стеной заиграла музыка, послышались голоса. Шаги. Шум воды по трубам.

Завтра нужно разобрать сумку. Закинуть вещи в стирку. Приготовить поесть. По стене мелькнул свет от фар.

Завтра...

Глава 7. Груповой молебен и хищные грибы Узбекистана

Вибрация где-то под ребрами пробивалась сквозь ткань.

Медленно, не открывая глаз, перевернулся на спину. Плечо повисло над краем, и тело начало съезжать с кровати в пустоту.

Еще одна вибрация. И еще.

Втянул воздух носом, скривился.

Половина тела повисла в воздухе.

Телефон перестал звонить.

Опустил руку, коснувшись пола — холодный скользкий линолеум.

— ... блять...

Оперевшись коленом о стену, Нестор сползал на пол с кровати — плавно: упор на ладонь, на локоть. Затылок коснулся пола, шея тихо хрустнула. Не удержав равновесия, тело ухнуло вниз, и лопатки свело от удара.

Немного больно, но в целом похуй.

Телефон снова завибрировал, уже под бедрами.

Свет пробивался сквозь закрытые веки.

Поднял ладонь, уронив ее на лицо. Потер глаза, провел чуть ниже, сжав щеки под скулами — щетина колола пальцы.

Шумно вдохнул, задержав дыхание.

Откинул руку в сторону, сбитая шершавая ткань ковра под тыльной стороной ладони. Коврик.

Ступни коснулись стены — гладкие холодные обои. Оттолкнулся, распластавшись на полу. Половина одеяла уехала с кровати, и телефон глухо цокнул о пол, запутавшись в ткани.

Снова вибрация прекратилась.

Приоткрыл глаза. Белый потолок с кривым рыжеватым пятном. Тонкая нить паутины покачивалась на плафоне люстры.

Нащупал телефон, тот снова завибрировал — уже в руках.

«М» — высветилось на экране. Смахнул, включил громкую, положив на грудь.

— Да, алло, — хрипло произнес Нестор, едва ворочая языком.

Снова закрыл глаза.

— О, привет! — послышался бодрый голос Макса в трубке. — Ты что, спишь там еще?

Громкий рипящий голос ударил по ушам. Скривился, положив ладонь на лицо.

— Не поверишь.

На секунду Макс замолчал. И чихнул. Шмыгнул носом.

— Будь здор.. — челюсть свело от зевка, — ров...

Макс только хмыкнул.

— Значит, правда.

— Ты какого хрена звонишь в такую рань?

Из динамика засигналила машины.

— Та какую рань?! Уже почти двенадцать дня, а ты еще дрыхнешь, — с укором заметил друг. — Что мы сегодня, встречаемся по пиву?

Нестор тихо простонал.

— Не знаю... Я никуда не хочу.

— Что ты как дед старый? Погода — огонь, почти весна, пройдем...

— Макс, — оборвал его Нестор, приокрыв глаза: луч солнца просвечивал гардину, — я не хочу никуда выходить. Хочешь, приходи.

На том конце трубки хмыкнули.

— Ты, блин, в отпуске...

— Вот именно, в отпуске.

— Окей, когда к тебе можно подвалить?

Подняв телефон с груди, Нестор приподнял голову и посмотрел на время.

— После пяти...

На том конце цокнули языком.

— Я тогда... — голос утонул в реве мотора. — Та блин! Я к четырем тогда подъеду. Скинешь тогда на пиво. И напишешь какое брать.

Потер переносицу.

— Любое. Я тебе налом верну как придешь.

Молчание в трубке.

— Ну тогда до скорого!

Нажав на кнопку завершения вызова, Нестор вдохнул и задержал дыхание. Холод пробивался через ткань халата к позвоночнику.

Упираясь рукой о дверцу холодильника, поставил банку с соленьями вниз.

Захлопнул.

Из ванной доносились ритмичные удары стиральной машинки о стены.

Открыл форточку, и в лицо ударил запах тающего снега.

Зажал сигарету в зубах и чиркнул колесиком зажигалки. И снова. Фиолетовый пластик блеснул между пальцев. Встряхнул пару раз. Снова чиркнул.

Заработала.

Спрятал в карман. Взглянул на экран телефона, лежавшего на столе — экран так и остался черным.

Бросил окурок в пепельницу.

Взгляд снова на телефон: в черном стекле отражался потолок.

Зажал кнопку включения. Новых уведомлений не было. Выключил.

Ковер ухнул в нишу между шкафом и стеной. Подвинул ногой выпирающий край, и взглянул на пустой линолеум.

Непривычно пусто.

Перевел взгляд выше: одеяло горбом возвышалось по центру кровати.

Махнув рукой, вышел из комнаты, задернув штору.

Достал телефон.

Саша был в сети вчера. Последние несколько сообщений с картинками.

«Как ты?» — набрал Нестор и спрятал телефон в карман.

Найдя пульт, включил первое попавшееся видео, сделал звук почти на максимум.

— Здарова, солнышки(пускай пока будет Хэппи Вульф)! Хорошие новости: за последние тридцать дней канал не закрылся, а я...

Желудок сводило от запаха пельменей.

Подставив стул ближе к дивану, Нестор ушел на кухню.

В дверь постучали — громко и напористо. И еще раз.

Поставив на паузу, Нестор на секунду задержал взгляд на экране, оперевшись ладонью о колено.

В дверь еще раз затарабанили — сильнее.

— Блять, — он тихо выдохнул и поднялся. — Иду!

Завязав сползающий ремень на поясе потуже, коснулся ручки, второй рукой проворачивая защелку.

Замок тихо щелкнул.

— Я думал, ты опять уснул, — на пороге стоял Макс, уже протягивая пакет.

Из— под пуховой куртки, застегнултой наполовину, красным пятном в глаза бросался свитер.

Нестор перехватил ручки, поставив на тумбу.

— Привет, — протянул ладонь, холодные влажные сжали ее.

— Фух, — стянул шапку друг, спрятав ее в рукав куртки, — зря ты дома сидишь. Погодка... ммм, шепчет.

Повернувшись к зеркалу над тумбой, Макс провел рукой по коротким темным волосам — ладонь остановилась на макушке, он приблизился.

Повернулся к Нестору.

— Пускай шепчет, — тот пожал плечами, махнув рукой. — Заходи.

— Ты что, заболел или че решил дома сидеть? Сука! — ботинок с глухим ударом полетел в центр коридора.

— Прости, не успел прибраться, — Нестор пододвинул его к стене ногой.

— Та ладно, понимаю, — Макс косо улыбнулся. И направился следом за другом. — И ты все это время сидел дома?

Пакет зашуршал, стоило его поставить на диван.

— Нет, я вчера только вернулся домой.

— О, а куда это ты ездил? — Макс опустился на диван, тут же откинувшись на спинку. — Было....

Он вдохнул, задержав дыхание на секунду, и громко чихнул. Шмыгнул носом, прикрывая его тыльной стороной ладони.

— Сал... — выдохнул, — Салфетки есть?

Нестор замер, бросил взгляд на полки.

— Нет. Есть туалетная бумага. Или полотенца. Пойдет?

— Нет.

Потерев рукой глаза, Макс поднялся и направился в коридор. Порылся в карманах куртки, и через минуту вернулся, вытирая нос салфеткой.

— Ты кота завел что ли? — сев на диван, коллега достал еще одну салфетку, переводя взгляд то на Нестора, то по комнате.

— А, ты про это... — он схватил водолазку со спинки стула. — Нет, просто в гостях был. Пару дней назад как вернулся.

Скомкав одежду в руках, отнес в ванную и бросил сверху на стиральную машинку.

Запах мокрых тряпок смешивался с запахом порошка. На полу под умывальником валялась тряпка — ржавые пятна проступали на голубом фоне. Нужно будет либо постирать, либо... Хотя проще выкинуть.

Пододвинул ногой ближе к стиралке, и пару раз пшикнув освежителем воздуха, вернулся в комнату.

— Легче?

Кивнув, Макс снова откинулся на спинку дивана, положив локоть на подлокотник.

— Ну ты это, в следующий раз предупреждай.

— Окей, запомню, — хмыкнул Нестор. — Слушай, сколько я тебе должен?

— Двести девяносто.

Взяв кошелек из спальни, порылся и протянул коллеге купюры.

— Держи триста.

Макс ухмыльнулся.

— Отсоси у ...

— Макс, иди нахер, — Нестор широко улыбнулся, плюхнувшись рядом на диван.

— Сука, — друг замер,уголки губ дрогнули, но он продолжил улыбаться. — Это было грубо.

— Ты меня на работе еще этой шуткой достал, — Нестор вытянул из пакета банку и присел рядом.

— Но не настолько же.

— Ровно настолько.

— Та ладно тебе, Нес, — рука опустилась на его плечо с хлопком.

Нестор вздрогнул, и резким движением сбросил ладонь коллеги, отодвигаясь.

— И этим тоже. Просил же.

Хруст открываемой банки отразился от стен. Пиво зашипело и начало переливаться через край.

— Макс, блин! Ну не на ковролин же!

— Что? — коллега выставил руки перед собой, оглядывая колени.

Тяжело вздохнул, Нестор наблюдал за тем, как жидкость капает вниз. На синем ковролине расплывалось темное пятно.

Кисловатый запах расползался по гостиной.

— Оно теперь вонять будет.

— А, можно подумать, у тебя тут магнолиями пахнет, — едко подметил Макс и сделал глоток. — Выветрится. Будет заодно повод проветрить, а то из— за дышать нечем.

Нестор прикрыл глаза, задержав их закрытыми чуть дольше. Выдохнул.

Взял банку и, направившись на кухню, открыл над умывальником. Прихватив пепельницу, вернулся к Максу.

Уже пододвинул стул ближе к дивану, поставил пепельницу.

— А чего тебе не нравится «Нес»?

— Потому что не нравится.

Тихо хмыкнув, Макс сделал глоток.

— Так же лучше. А то постоянно такое чувство, будто я к деду обращаюсь, а так... моложе, что ли.

— Не переживай, мне ментально за восемьдесят, — открыв дверь на балкон, Нестор переступил порог и подкурил сигарету. — Разрешаю.

— Скажи еще к тебе Нестор Дмитрич обращаться.

— Можно и так, — стряхнув пепел, он повернулся к Максу. — Так как у тебя дела? Что нового?

Макс протер глаза и шмыгнул носом.

— Та что нового. Полина все так же мозги выносит. То дай денег на ногти, то на реснички, то на новое платье, а потом «Макс, а почему у нас денег нет?» Макс, почему мы не сделали ремонт? Макс, почему... — он опустил голову, потирая переносицу. — Достало, честно.

Нестор взглянул на сигарету и сбил пепел пальцем.

— А ты с ней говорил?

— Говорил, конечно.

— И что?

Сделав глоток, коллега уставился в экран телевизора.

— И ничего. Говорит, «как сам спускаешь деньги в свои игрушки, то нормально, а как мне, то жалко?» Так, блин, — с обидой в голосе выкрикнул он, — я за три месяца всего одну игру купил, а она каждую неделю по салонам. Блин...

— Понятно, — Нестор затушил сигарету и с тихим хлопком прикрыл дверь на балкон.

— У тебя с Леной так же было?

Взгляд Нестора опустился на подлокотник, где на серой ткани виднелось прожженная дыра.

— Ну почти, — веко дернулось, он выдохнул и улыбнулся. — Так что там на работе? Без меня, оказалось, ничего не сгорело, ничего сломалось?

Тихо хихикнув, коллега закинул ногу на ногу.

— Все сгорело. Все сломалось, — ехидно подметил он. — От Костика, кстати, отдельный «привет». На него твои задачи переложили.

— И правильно. Пускай помучается. Он же на меня обычно свои скидывал, а тут, — повел плечом Нестор, — извините. Он же лучший сотрудник отдела. Чуть ли не на короткой ноге с начальством.

Макс вжался в диван, проведя языком по губам.

— Зря ты гонишь. Норм он чел. Просто...

— Что «просто»? — голос, ровный и сухой, начинал дрожать. — Просто скидывать на меня свою задачи типо «помоги по— братски», а потом хуесосить перед Сергеем Анатольевичем что я не успеваю сделать свой объем работ и проебываюсь в сроках? Отличная тактика, рабочая. — Он сжал пальцы на банке до хруста. — И слухи распускать, что я — наркоман. Прекрасно.

Макс замолчал, хлопнув Нестора по колену ладонью.

— Та ладно тебе. Вы просто еще не разобщались нормально... Не поняли друг друга...

— И не собираюсь... — Сквозь зубы прошипел Нестор.

— Ты какой— то, — подняв взгляд на друга, Макс постучал по банке, — злой.

— Потому что я устал. Устал все разгребать и получать за это дополнительно по шапке, — отвернувшись, Нестор достал телефон.

Палец нащупал кнопку включения.

Нет уведомлений.

Выключил.

— Кстати, Нес, это, Ирина в декрет уходит.

— Серьезно? — буднично спросил Нестор и сделал глоток.

Взгляд зацепился за темное пятно на ковролине. к.

— Да. Хрен его знает, кто на логистике будет, хотя, я думаю, Данилка, он давно на это место целится. Хотя, может, и Лиля.

Макс замолк:

- Какая Лиля?

Громкий стук в дверь заставил дернуться.

Резко выпрямил спину. Переглянулся с Максом, тот только сдвинул плечами.

— Ты ждешь кого-то? — коллега нахмурился.

— Нет, вроде больше никого, — поднявшись, Нестор направился к двери. — Сейчас. Посидишь?

Макс кивнул и сделал глоток.

За дверью, спрятав руки в карманы, стоял Саша.

— Привет, Философ, — поправив съехавшую на брови, шапку.

— Я думал, ты сегодня работаешь, — сделал шаг назад Нестор. — Заходи.

— Не. Слышь, дай зарядку, телефон сел.

— Окей, сейчас, — Нестор развернулся, сделав шаг, и остановился. — Пиво будешь?

— Блять, Нестор. Я на смену. Мне через проходную.

Поставив банку на тумбу, Нестор быстрым шагом направился в гостиную.

Зарядки на месте не было. Отановился, оглядывая комнату.

— Нестор, блять, резче.

— Сейчас, — нырнул в спальню, схватив зарядное со стола. — А твоя где?

— А я знаю? — голос из коридора. — Дома, наверное. Или у баб Нюры осталась. Та похуй, найдется.

Поймав на себе взгляд Макса, Нестор кивнул и вылетел в коридор.

— А, и дай сигарету.

Саша уже стоял с банкой в руках. Вытерев губы тыльной стороной ладони, друг протянул пиво.

— Ты ж через проходную.

— Она неправильно стояла, — выхватив зарядку из рук, Саша спрятал ее в рабочую сумку. — Все, давай. На связи.

Пожав руку, он развернулся и слетел вниз по ступеням.

Захлопнув дверь, Нестор пододвинул свой отлетевший ботинок ближе к другому. Вернулся к Максу.

Тот уже сидел, листая что— то в телефоне.

— Так вот, кто там у нас на логистику мылится, — закинув ногу на ногу, Нестор откинулся на спинку дивана.

Тот отложил телефон, на секунду обернулся к проему в коридор.

— Так, что, — застегнув молнию на ботинке, Макс поднял голову, — через неделю увидимся?

Прислонившись к стене, Нестор сложил руки на груди. Холод стены пробивался сквозь ткань халата к лопаткам.

— Через полторы. Не сокращай мне отпуск, — хмыкнул он, ухмыльнувшись.

Закончив со вторым ботинком, коллега выпрямился и принялся обтряхивать колени. Пыль контрастировала с черной тканью джинс.

— Та ладно тебе, Нес. С таким отпуском, как у тебя, и свихнуться можно.

Он в ответ только пожал плечами.

— Меня устраивает.

Хлопнув себя по карманам, Макс стал в пол оборота. Протянул руку, улыбаясь.

— А, кстати, кто это заходил? — он кивнул головой на дверь.

— Друг мой, Саня, — наклонившись вперед, Нестор сжал ладонь коллеги. — А что?

— Друг? — подозрительно скосил взгляд коллега. — Ты не рассказывал о нем.

— А должен был?

Заведя руку за голову, Макс потер затылок.

— Та нет, но... — выдохнул он. — Слушай, Нес, ты не подумай ничего, что я пытаюсь там лезть в твои дела и прочее. Просто он какой— то... — уголок рта приподнялся, — неприятный тип. Залетел, ни здрасьте, ни до свидания. Еще и мат через слово...

— Макс, — Нестор медленнее обычно моргнул, взглянув исподлобья, — замолкни, ок?

— Та че ты? — обиженно нахмурившись, протянул коллега. — Ну правда же.

— А ниче.

— Просто... странно.

— Странно что? — Затянул пояс потуже.

Плечи Макса поднялись к ушам.

— Что ты, вроде норм парень, а он какой— то мутный т... — он осекся.

Нестор склонил голову на бок и приподнял бровь.

— Ты сейчас нахуй пойдешь.

На лестничной клетке послышался смех.

Тихое жужжание телефона в кармане у Макса. Выхватив его, он несколько раз ткнул в кнопку включения. Снова спрятал.

— Бывай, увидимся, — взявшись за ручку, коллега открыл дверь.

— До скорого.

Механизм лязгнул, и Нестор шумно выдохнул через рот.

Дверь на балкон открылась с тихим щелчком. Морозный сырой воздух ударил в лицо и прошелся по плечам сквозь ткань халата.

Держа чашку так, чтобы горячая керамика не касалась кожи, Нестор поджег сигарету. Запах кофе отчетливо бил в нос.

Сделал затяг — глубоко и медленно. Задержал дыхание, подняв лицо вверх. Выдохнул, глядя как дым рассеивается на фоне голых веток дерева.

Сигнал машины внизу. Громкий смех. Издалека доносились обрывки фраз — женский голос в истерике сыпал обвинения, перебиваясь мужским.

Кофе обжег губы. Горький с легкой сладостью, перебил терпкий вкус тлеющего табака.

Перевел взгляд на окна дома напротив.

В одном кто-то задернул штору.

Чуть далее кто-то открыл окно и мелькнула искра, и на балкон, обнимаясь, вышла пара.

Нестор опустил голову вниз, облокотившись о перила.

Машина припарковалась у подъезда, и через минуту фары погасли.

Вдалеке послышался лай собак.

Еще один затяг. Искра сигареты полетела вниз, на секунду мелькнув где— то на асфальте, и потухла.

Порыв ветра. Сверху сорвался мелкий снег, мелькая в свете окон и фонарей.

Сбив пепел пальцем, Нестор выкинул окурок с балкона.

Закрыв балкон, направился в комнату. На секунду остановился, глядя на уже едва видимое пятно на ковре.

Кнопка на системнике щелкнула и экран компьютера загорелся.

Взяв наушники со стола, Нестор натянул их и мельком перевел взгляд на окно — за стеклом пролетали крупные хлопья снега.

Глава 8. Скоро буду в Нирване. Пока в ахере

Следующие несколько суток слились в одну длинную ночь.

Игра, сварить поесть, постирать вещи, проверить уведомления, скинуть Саше прикол. Пару раз выходил из дома, в сумерках, просто закупиться энергетиками, вином и сигаретами, и снова садился за компьютер. И продолжал проходить сюжет.

Последние несколько часов мышца под лопаткой начала ныть. Размял плечо, не убирая руки с мышки.

Небо за окном серело.

Сняв наушники, нажал на паузу. Взгляд упал на едва различимое изображение на плакате над экраном. За стеной раздавались гулкие тяжелые шаги.

Телефон показывал половину шестого утра.

Экран перед глазами расплывался, слова путались.

Опер щеку о руку. Пальцы двигались через силу., когда он решился закрыть игру.

На мгновение закрыл глаза, чувствуя как тело становиться тяжелее и крениться вперед. Руки, слишком тяжелые и осязаемые, они отказывались слушаться.

Веки едва отрыл.

Кулер перестал шуметь, и Нестор, натянув одеяло до подбородка, сразу провалился в сон.

Кожи коснулось что— то холодное и мокрое. И еще раз. И еще. Настолько легко и неосязаемо.

Дернулся, но руки не слушались. Сжал пальцы, чувствуя, как пространство сжимается между пальцев.

Поднял голову. Через листву высоких деревьев в глаза бил яркий солнечный свет. Стебли травы высокой качались от сильного ветра, касаясь кожи. Но ветра не было.

Он вдохнул — медленно и глубоко. Нос упорно улавливал другие ароматы... мокрых гниющих тряпок. Залитых водой углей. И яблок.

В районе солнечного сплетения появился тугой комок.

Нужно двигаться дальше.

Сделал шаг, проваливаясь по пояс в густой высокой траве. Еще шаг. Земля под ступнями пружинила, втягивая и выталкивая тело одновременно.

Протянул руку. Древесина скользкая и шершавая, и почти теплая.

Сбоку что— то упало вниз, и он повернул голову в сторону.

Рядом с ним, стоя на коленях и беззвучно рыдая, съёжилась женщина. Качаясь вперед— назад, она прижимала руки к груди. Рядом с ней, склонив головы, стояли мужчины в темных одеждах. Звуков не было. Никаких, кроме монотонного тиканья.

Тик. Так. Тик. Так.

Он повернул голову в одну сторону, в другую. Лица людей плыли. Знакомые и чужие одновременно.

Нестор снова перевел взгляд прямо. Мужчины, женщины стали чуть ближе. К плечам фактически касались.

Яркий аромат сирени вперемешку с ладаном и запахом сырой мокрой глины ударил в нос. Прикрыл глаза и задержал дыхание. Выдохнул.

Перед ним, в центре процессии стоял стол. Светлый, лакированный. Солнце отражалось от гладкой поверхности.

Взгляд упал на угол. Пятно. Знакомое. Моргнул. И не стол вовсе.

Массивный, с покрытым лаком корпусом из светлого дерева, он был удивительно осязаемым и реальным. Протянув ладонь, Некстор почувствовал под пальцами теплую гладкую поверхность обработанного дерева.

Лицо покойника плыло. На секунду проявились знакомые черты: серое лицо на фоне белых подушек. Небрежная щетина. Опустил взгляд ниже. Сизый пиджак с оторванной верхней пуговицей.

Знакомый...

Женщина, стоявшая на коленях, подняла голову. Заплаканные голубые глаза на плывущем лице.

— Справка не действительна. Смерть не удивительна...

Воздух застыл в горле. Сердце ударилось в грудную клетку, и ток ударил в солнечное сплетение. В ключицы. В плечи, сводя их внутрь. Грудину свело.

Он сделал шаг назад. Нога увязла в земле.

Не хочу.

Не правда.

Не так.

Тихий треск. Между лопатками завибрировало.

Нестор открыл глаза.

Белый потолок. Паутина. Люстра. Пятно. Свет.

Дома.

Челюсть дёргалась в такт сердцебиению. Горло пульсировало, а сердечный ритм перебивал дыхание.

Сделал хриплый медленный вдох.

Светлые, слишком светлые стены.

Из— под спины глухо доносилась мелодия будильника.

Он резко сел, свесив ноги с края кровати. Закрыл глаза, спрятав лицо в ладонях — влажных и холодных, — прощупал пальцем пульсирующую мышцу над бровью. Затекшая спина ныла, и боль отбивалась в плечо вплоть до локтя.

Пахло сырой землей. И терпкой сладостью.

И Нестор замер, втягивая воздух, задерживая дыхание, и выдыхал.

Мелодия будильника закончила играть, на секунду замолчала. И началась снова.

Низкий басовый звук гитары дополнился барабанами, следом голосом вокалиста.

Веки не слушались, и, приложив усилие, Нестор приоткрыл глаза. Вздувшаяся венозная сетка на ногах проступала сквозь тонкую кожу.

— Боже, блять... — простонал Нестор, спуская ладони ниже по лицу, и щетина сухо зашуршала под пальцами.

Он вперил взгляд в экран компьютера, где сейчас тускло отражались лучи солнца. На мигающий диод. Он мигнул синим еще раз.

И еще.

И еще.

Спустя пару минут мелодия закончилась, и, не поворачиваясь, Нестор нащупал рукой телефон. Смахнул плашку на первых нотах баса. Поднялся, и, натянув халат, двинулся к выходу.

Глухой удар стекла о линолеум.

Обернулся. Пустая бутылка из— под вина боком лежала на полу.

Половая тряпка в розовато— рыжих пятнах валялась рядом.

Развернулся и вышел из комнаты.

Справка не действительна. Пошатнулся, обперев руку о дверной косяк.

Какая, нахуй, справка?

Приземлившись на стул на кухне, взялся за пачку сигарет, лежавших на столе.

И, поколебавшись, убрал пальцы.

Бутылки в пакете звякнули, опустившись на дно мусорного бака.

Кутаясь в халат от ветра и обходя лужи, Нестор нырнул в подъезд.

На этаже обменялись с соседом кивками.

Бросил взгляд на ковер на входе, и все же убрал веник в угол. И так нормально убрался.

Откинувшись на спинку кресла, протянул пальцы к клавиатуре.

Перевел взгляд на шкаф, тонувший в полутьме комнаты.

«кошмары после ушиба головы нормально ли?»

Через пару секунд ему выдало несколько страниц, и, кликнув на первую ссылку, принялся скользить взглядом вниз по тексту, выхватывая отдельные слова.

«...при среднестатистическом сотрясении последствия проходят в течение 2— 4 недель после инцидента без значительных последствий в будущем. У большинства наблюдаются следующие кратковременные последствие:повышенная чувствительность к алкоголю и психоактивным веществам, ПТСР, фобии, депрессия, повышение тревожности, дезориентация...»

Сведенные плечи опустились при выдохе.

Закрыл вкладку, уставившись на стрелку на экране.

Открыл снова, и, поколебавшись, ввел: «гроб во сне к чему снится».

Уже на пятой вариации значений о переменах в жизни, завершении этапа и желании похоронить прошлое, пролистал вниз.

«Также популярные запросы: рыба во сне, к чему снится свадьба, к чему снится работа».

Подпер челюсть рукой, просматривая остальные ссылки.

«Известная экстрасенс объяснила значение яблок во сне: плод мудрости или дурной знак?»

За ключицами заныло.

Стрелка остановилась в миллиметрах от ссылки. Кликнул.

На половину страницы вылезло фото женщины, держащей свечу над столом с картами.

— Ой, блять, какой херней я занимаюсь, — выдохнул Нестор, и, почесав подбородок, продолжил листать страницу.

«... гнилые яблоки и их запах означают обман, бесплотные усилия....»

« проблемы на работе, сплетням, клевете..»

— Д-да, именно так, — телефон мигнул.

«Как ты там? Живой?»

Снова потух.

«...вы слишком безопасно относитесь к своему кругу близких. Ожидайте предательства с их стороны».

Замер.

В одно мгновение закрыл страницу, и, обхватив телефон пальцами, вышел из комнаты.

Вылив остатки вина в кружку, Нестор сделал глоток и уставился на окна соседнего дома. Телефон загорелся еще раз от нового уведомления.

Желудок скручивало до тошноты.

Зажал сигарету в зубах и опер ладонь о подоконник, рядом с зажигалкой. В стекле изображение двоилось: круги под глазами резко проступали на бледном осунувшемся лице. Бескровные губы сейчас казались еще тоньше.

По пальцам скользнул сквозняк.

Дым устремился в открытое окно.

Потянулся к телефону, зажав кнопку включения, и перехватил сигарету пальцами.

«Живой, куда я денусь. Ты как?»

Свернул вкладку, и зашел в рабочий чат.

Последнее сообщение от Сергея Анантольевича о том, что план не выполняется в сроки и о том, как важно сохранять командный дух.

Он тихо хмыкнул и затянулся.

Перевел взгляд на зажатый между пальцев рыжий фильтр.

В руке завибрировал телефон.

«Норм. Домой только вернулся»

Часы сверху показывали почти одиннадцать ночи.

«Ты ж проходную в семь проходишь. Опять пиздец на работе?»

Уголок рта дернулся вверх прежде, чем Саша успел напечатать сообщение.

«Та со Светкой сегодня виделся»

«Я почему— то не сомневался»

Нестор сбил пепел пальцами. Взгляд скользнул по подоконнику. На белом пластике виднелись затертые прожженные точки.

«А ты что, ревнуешь, чертила?»

Губы растянулись в улыбке.

«Конечно. А как же твое «братву на сиськи не меняют»?»

В ответ прилетела картинка с котиком и прифотошопленной надписью «Иди нахуй, родной, и т.д.»

Пролистав пол галереи в поисках нужной ответной картинки, Нестор все же свернул окошко поиска.

«Ты зарядку когда вернешь?»

Саша прочитал и вышел из сети.

Нестор потянулся за пачкой сигарет.

Всегда ли он держал сигарету в левой?

Рука замерла на пачке. Передвинул ее на центр, вытянул сигарету правой.

Сон не шел. Голова гудела.

Перевернувшись на спину, включил телефон. Свет резанул по сетчатке.

Четыре утра.

Открыв браузер ввел «изменение бытовых привычек после удара головой» и кликнул на первую ссылку.

«..эмоциональная нестабильность, рассеянность, забывчивость, проблемы с кратковременной памятью..»

Выключил телефон, положив его рядом с собой.

Две— четыре недели на восстановление. Постарался отсчитать дни, сбился.

Снова включил телефон.

Двадцать третье февраля.

Отсчитал две недели с момента падения.

В принципе, еще нормально.

Подмяв подушку под голову удобнее, натянул одеяло на плечо.

Сырой воздух полоснул по открытой шее. Перехватив пакет, выбросил пустой стаканчик и свободной рукой поправил капюшон, натянув к макушке.

Воткнул наушники в ухо, достал телефон. От яркого света в экране едва проглядывалось изображение. Увеличил яркость.

В луже под возле ноги бензин переливался из розового в сизый.

Резкий пищащий звук заставил Нестора дернуться. Шаг назад — мимо медленно прокатилась машина и, остановилась на выезде из парковки.

В наушниках заурядный гитарный рифф подхватили барабаны, и, постаравшись попасть в ритм ударов, Нестор двинулся в сторону дома.

Опоздал на милисекунду после удара. Остановился.

Щелкнул пальцами, отсчитывая ритмику.

Раз. Два. Шаг. Попал.

Продолжив едва заметно отщелкивать ритм пальцами, подстроился под музыку.

Несколько голубей, клевавших семечки с асфальта, неуклюже разбежались в разные стороны.

Прошептал слова песни на вдохе одними губами.

Сделав маневр, вынырнул из толпы на светофоре, вырвавшись вперед.

Блик от яркого солнечного света отразился в витрине, ударив в глаза, на миг ослепив его.

Задержался перед входом в подъезд, нащупав новую пачку в кармане. Отпустил.

Дверь открылась, и из проема, пятясь назад и оглядываясь, вынырнула девушка.

Потянул ручку на себя, придержал. Выкатив коляску, девушка мягко улыбнулась и кивнула.

Нестор ответил тем же. Губы растянулись в улыбке.

Проводив соседку взглядом, он залетел в подъезд и быстрым шагом преодолел четыре пролета, пропуская ступени.

Провернув ключ в скважине, замер, ожидая, когда мелодия в наушниках закончится, и только после этого зашел в квартиру.

Все еще продолжая щелкать пальцами, но теперь под мелодию в голове, разобрал пакет и, не переодеваясь, плюхнулся на диван.

Уже было потянулся за пультом. Остановился.

Направился в спальню и аккуратно схватил гриф гитары, возвышавшейся на куче вещей в углу. Струны звякнули под пальцами. Лак местами стерся, и кожи точечно касалось шероховатое дерево.

Расположив корпус на колене, коснулся каждой струны по очереди. Две струны расстроены.

Пару минут — ударил по всем одновременно, чувствуя, как дерево вибрирует под грудиной.

Взял аккорд. Дисонанс резанул по ушам. Несколько попыток, и, периодически зажимая не ту струну, Нестор медленно проигрывал мелодию, иногда мыча себе под нос нужный звук.

Струны с непривычки впивались в подушечки пальцев.

Спустя три часа повторений, он все же смог до конца вспомнить мелодию, иногда перебиваясь на аккорды песен попроще.

Струны замолчали, и, прислонив гитару к дивану, он откинулся назад.

— … take a rest, as a friend, as an old memoria, — выстукивая ритм по подлокотнику, помычал Нестор.

Паутина под потолком качнулась.

Потушив свет в квартире, он задержался на пороге. За окном мелко моросил дождь.

Приоткрыл окно, и в комнату ворвался влажный холодный воздух.

Пружины кровати скрипнули под весом.

Достав телефон, смахнул плашку с сообщением из рабочего чата.

Взгляд зацепился за мигающий диод, скользнул по спинке стула и опустился на пол. По влажным волосам прошелся сквозняк.

Он уже это чувствовал.

Экран загорелся.

Макс прислал очередную шутку про работу.

Потянулся к телефону, заметив аватарку Макса.

Закрыв глаза, он мотнул головой и помассировал переносицу.

Открыл чат.

Видео показалось знакомым. Второе тоже. Третье. В знакомой последовательности.

«Ты мне по второму кругу решил приколы скинуть? Я это видел уже.»

Знак вопроса в ответ.

«В смысле?»

« В буквальном».

Закрыл чат, проверяя все остальные.

В чате с матерью висело непрочитанное сообщение. Открытка— поздравление. Уже как пару дней.

«Спасибо, мам».

Вверху высветилась плашка сообщения от Макса.

«Так видос пару минут назад появился. Как ты мог видеть?»

Нахмурившись, Нестор перешел по видео. «Опубликованно три минуты назад» Свернул приложение.

Надо бы поспать нормально уже.

Шумно выдохнув, положил телефон на пол возле кровати, и укутался в одеяло, отвернувшись к стене.

Жужжание снизу.

Перевернулся и свесил с кровати руку. Экран погас раньше, чем он успел разблокировать.

«Дома завтра?»

«Да»

«Ок»

Сквозняк скользнул по коже руки.

Веки становились все тяжелее. В голове фоново начала играть знакомая мелодия.

Какой рукой я сегодня курил?

Под грудиной все провалилось куда— то к позвоночнику.

Почему гроб светлее? Какой, блять, гроб?

Открыл глаза, устпавившись в стену.

А что, если это не ушиб, а серьезная травма?

Втянув воздух носом, задержал на пару секунд.

Так, все, хорош.

Перевернувшись на другой бок, прислушался. Сердце сильно и равномерно отбивало ритм о грудину и где— то в горле.

Раз. Два. Три. Четыре... Десять. Тридцать ше...

Нестор распахнул глаза, тут же поморщившись от яркого света в комнате.

Щеки касалась влажная ткань подушки.

Одним движением сел, свесив ноги с кровати.

Сжавшийся внутри ком сдавливал легкие.

По плечам и спине скользнул холодный поток воздуха. Вздрогнул, поежившись.

Стопы липли к голому линолеуму.

Щурясь, закрыл окно, и снова сел на кровать.

Наклонился за телефоном, мышца под лопаткой заныла.

Час дня.

Перевернув подушку чистой стороной к верху, проверил чаты. И принялся листать ленту.

Стук в дверь — громкий и напористый — разрезал тишину квартиры.

Палец застыл над экраном.

Накинув халат на плечи, Нестор поплелся ко входу.

Стук повторился.

— Да ебана в рот, иду я! — запустив руку в волосы, провел ей по макушке.

Замок щелкнул — и в квартиру проник запах жаренных котлет вперемешку с резким амиачным.

— Доброе утро, — звонко расстегивая молнию, Саша переступил порог.

Пакет зашуршал, приземлившись на тумбочку.

— Доброе, — скрестив руки на груди, Нестор оперся плечом в стену.

Повесив куртку на вешалку, друг застыл. Его взгляд скользнул снизу вверх.

— А ты, вижу, отдыхаешь по полной программе, — хмыкнул он.

— Завидуешь? — уголки губ приподнялись в полуулыбке.

— Нет, блять, жду пока ты в жука окончательно превратишься в отпуске, — не наклоняясь, Саша стянул обувь и пододвинул ногой к стене.

Брови Нестора взлетели вверх.

— Что за отсылки на Кафку?

Схватив пакет, друг хлопнул Нестора по плечу и направился на кухню. Шлейф мужского парфюма смешивался с потом.

— А ты думал...

Опустив пакет на стул, Саша достал две жестяные банки. Метал глухо цокнул о столешницу.

— Верю, что школу ты хоть иногда не прогуливал.

Саша медленно повернул голову, приподняв брови.

— А ты бы хоть раз прогулял, Философ, — уголок его губ приподнялся. — Гляди, нормальным человеком бы стал.

Нестор театрально вздохнул, закатив глаза.

Стул скрипнул. Достав пачку сигарет из кармана, Нестор достал две, одну положив на стол ближе к Саше. Подкурил.

— Ну что, Сань, — зажав фильтр между пальцев, он положил локти на стол, — рассказывай.

Саша сел напротив, подтянув к себе предложенную сигарету.

— Что тебе рассказывать?

— Что там Светка? Хорошо трахается?

Саша пришурился, сделав глубокий затяг.

— А с чего ты взял, что мы трахались?

— Ну, — сбив пепел пальцем, Нестор посмотрел на тлеющий уголек, и перевел взгляд на Сашу, — либо тебя пиздили по шее всю ночь, либо... даже не знаю... у тебя была очень тяжелая смена на заводе.

Тот только еще сильнее сощурился. На щеках появились красные прожилки.

— Лучше, чем я думал, — банка открылась с треском. — Бля, честно, думал, не даст. А она мне, сука, после кафешки говорит, а поехали, мол, ко мне.

— Бля, хорош, — потушив окурок, Нестор откинулся на спинку стула, широко улыбаясь. — Ты зарядку мою принес?

Затушив бычок о край, Саша воткнул его в кучку остальных, скопившихся в пепельнице.

— А тебе она надо?

— Знаешь, не помешала бы, а то моей скоро пиздец придет.

— Ой, блять, щас, — отхлебнув пиво, Саша встал, направившись в коридор. — Тебе возле телика ее положить? — Та можешь куда угодно, — не оборачиваясь, ответил Нестор.

— Я тогда на телик. А то проебешь, а потом скажешь, что нихера я не приносил.

Тяжелые шаги удалились, и послышался тихий цокот пластика о дерево.

— О, ты вспомнил про гитару?

— Ага.

Достав еще одну сигарету, Нестор снова закурил.

— Кста, глянь что нашел в шкафу на работе.

Он обернулся на Сашин голос.

Держа свитер в руке, друг расставил руки, демонстрируя потрепанную черную футболку со смайликом. Краска местами еще держалась, и на боковом шве зияла огромная рваная дыра.

— Ой, блять, — выдохнул Нестор. — Я думал, ты ее давно выкинул.

Ехидно улыбаясь, Саша повесил свитер на вешалку.

— Как такое можно выкинуть? Ты че? Это ж гранж и вся хуйня...

— Ага, — губы Нестора вытянулись в одну тонкую линию, — хуйня для малолеток.

— А как же «это музыка для интеллектуалов, вы нихера не понимаете, там смысл глубже, блять, чем..» — Саша почесал макушку, — не помню уже, что ты там городил...

Шумно выдохнув чере нос, Нестор медленно прикрыл глаза.

— Выкинь ее нахуй, пожалуйста.

— Ладно, — стянув через голову футболку, Саша открыл дверцу под раковиной.

Стекло в мусорке тихо цокнуло. — Вот теперь настоящий гранж. И кстати, Нестор...

Он вопросительно кивнул.

— Никогда в жизни больше не отращивай волосы. Ты и так пиздец как стремно выглядишь, а тогда еще хуже, — ухмыляясь, Саша вышел из кухни. Прикрыв рот рукой, Нестор улыбнулся.

— Сука... Засчитано.

— Ну что, Сань, еще раунд? — криво усмехнувшись, Нестор скосил глаза на друга.

Тот сидел, откинувшись на спинку дивана и сосредоточенно пялился на надпись «Игра окончена». Кнопки джойстика щелкнули под пальцами.

— Ой, да иди ты нахуй, — выдохнул Саша, переведя взгляд с экрана на Нестора. — Тебе просто повезло, что я отвлекся...

— Пять раз подряд?

— У тебя второй джойстик лагает пиздец.

— Не пизди, я его только купил перед отпуском, — отложив в сторону геймпад, Нестор уперся спиной в спинку дивана. — Так что тебе придется...

Мышца на челюсти дернулась, и Саша медленно прикрыл глаза, шумно выдохнув через нос.

— Ладно, хер с тобой. Сколько пачек?

Улыбка Нестора стала шире. Щеки заныли.

— Пять. За каждый проигранный раунд.

— Охуеть, дружок, — брови Саши взлетели вверх. — Две, не больше.

— Три, — хмыкнул Нестор. — И посуду мне помоешь.

Он повернул голову к окну: на фоне сизого неба кружила стая птиц.

Резким движением друг сел, упершись ладонями о колени.

— Ой, блять, ладно, — диван скрипнул, и Саша направился к балкону. — Погнали покурим, и схожу.

Дверь приоткрылась, и в комнату потянуло сыростью.

Прислонившись к косяку, Нестор закурил, протянув вторую другу.

Резкий поток ветра ударил в лицо. Саша вздрогнул, подтянув плечи вверх. Его руки подрагивали.

— Как думаешь, Нестор, — затянувшись, друг поднял голову, глядя куда— то перед собой, — стоит ли?

— Ты о чем?

— Про Светку, — облокотившись о перила, Саша сплюнул вниз с балкона.

Скривившись, Нестор закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Вроде и нормальная, но хер его знает.

— Сань, если нравится, то хули ты паришься вообще? — он пожал плечами, и свободной рукой поправил халат, закрыв шею.

— Так в том— то, сука, и дело...

— Боишься, чтоб не вышло как с Ирой? — отстранившись от косяка, Нестор стал рядом, положив локти на перила.

Внизу послышался лай собак. В свете фонаря мелькнула кошка. Ринувшись к дереву, она быстро взобралась по стволу вверх.

Саша кивнул, поднес сигарету ко рту и остановился.

— Не парься раньше времени, — Нестор бросил взгляд на кошку, и вниз, где несколько собак, лая, окружили дерево. — Получится — хорошо, не получится... ну и пошла она нахуй.

Друг только хмыкнул.

Нестор тихо засмеялся и выдохнул дым.

— Ты че ржешь? — не поворачиваясь, Саша скосил взгляд.

— Та анекдот вспомнил просто, — облизав губы, он сбил пепел пальцем. — Приходит мужик к врачу и говорит «У меня хер чешется», а врач ему «мой чаще», а мужик отвечает «Нет, мой»...

Спина задрожала, и Нестор прикрыл рот ладонью.

Саша тяжело вздохнул и выбросил окурок вниз.

— Нахуй я вообще с тобой общаюсь...

— Да ладно тебе, — повернув лицо к другу, Нестор заметил, что его губы едва заметно дрожат.

Саша сдался, улыбнувшись.

— Сука, ладно, я погнал. Что— то еще брать?

Закинув ногу на ногу, Нестор пролистнул очередной прикол.

Сверху высветилась плашка рабочего чата. Перевел взгляд на дату. Через пару дней на работу. Под грудиной неприятно заныло.

Смахнул, продолжив листать ленту дальше. Еще одно уведомление из чата — и палец застыл над экраном.

Входная дверь открылась с щелчком.

— Не поверишь кого я сейчас встретил, — послышался грохот обуви об пол и тяжелые шаги.

— Кого? — не поворачивая головы, Нестор замер с телефоном в руках.

— На.

Пакет резко опустился на живот. Приступ тупой боли и тошноты заставил тело сложиться пополам.

— Блять, что ты делаешь? — сцепив зубы, Нестор стянул с себя пакет, сбросив его на пол.

— Ноги двигай, — Саша опустился на край дивана раньше, чем Нестор успел подвинуть ноги. — Леха, оказывается, приехал в город.

— Леха? — ток от солнечного сплетения прошил тело до плечей.

Нижнее веко дернулось.

— Да. Говорит, будут материну квартиру продавать, и забирать мать к себе, — сцепив раскрасневшиеся пальцы, Саша повернулся. — Ты че?

Сделал глубокий вдох, подавляя тошноту. И еще один.

— Да просто... — дрожащими пальцами Нестор с третьего раза попал на кнопку выключения.

— Да что с тобой— то, блять? — губы сжались в одну тонкую линию. — Ты как уебался вообще стал как будто другим. То дергаешься, то зависаешь, то еще что— то блять. Ты можешь мне нормально объяснить, что с тобой происходит?

Челюсть заныла, и зубы тихо скрипнули.

— Я... — облизнул губы Нестор, — я не знаю.

Саша помассировал переносицу пальцами, зажмурившись.

— Я понимаю, блять, что ты там опять какую— то херню себе придумал и страдаешь у себя в голове, но меня это начинает заебывать, честно, — он убрал руки от лица, повернувшись к другу. — Но, может, ты хоть объяснить нормально сможешь?

Сглотнув, Нестор положил телефон на грудь. Сердце билось о грудную клетку тяжело и отчетливо.

— Сань...

— То ты какого— то хуя чуть сознание не потерял на похоронах Егора, будто главный страдалец, блять, то приплетал...

— Саша..

— ... потом мою семью к своей хуйне, то вообще дергаешься хуй пойми от чего, — голос Саши зазвучал громче. — То вообще чуть ли не сопли распускаешь как будто я жилетка для твоего нытья.

— Да ты мне, блять, дашь сказать или нет?! — голос отбился эхом от стен.

Саша замолчал.

Вдох. Выдох.Вдох. Сжатые в тонкую полоску губы дрожали.

— Я не знаю, что... блять, я после того, как... — набрав побольше воздуха, Нестор на секунду замолк.

— Ты меня заткнул, чтобы сказать, что ты, блять, не знаешь?!

— Мне кажется, я ударился сильнее. Что врач, сука, проморгал сотрясение, потому что...

— Потому что «что»? Ты мне...

— Потому что меня начинает глючить, Сань! У меня немеют руки. Я либо не сплю из-за кошмаров, либо вырубаюсь на сутки. Я какого-то хуя начал держать сигарету левой, я постоянно, блять, чувствую запах ебучих яблок, хотя их нет. Я просто не знаю! А вдруг... — сердце пропустило удар и с силой ударилось о позвоночник, — я умираю?

Саша тяжело вздохнул, проведя ладонью по лицу.

— Ой блять... — щелест щетину под пальцами. — Ты просто ебанулся, Нестор... Я... не знаю что еще сказать.

Телефон под пальцами завибрировал.

Взгляд Нестора скользнул по лицу друга — тот смотрел слишком сосредоточенно. Сосуд над виском вздулся.

— Почему я не ожидал услышать от тебя что-то другое? — ровно и глухо выдохнул Нестор.

— Потому что ты заебал своим нытьем. «пожалейте меня, я такой бедный несчастный, такой, блять, потерянный, такой ранимый»...

— Ну так а какого хуя ты все это делаешь? Я разве просил?

Мышца на щеке Саши напряглась, и он тяжело выдохнул через сжатые зубы.

— Иди нахуй, Нестор, — устало произнес друг и резко встал. — Я бы тебе въебал, не будь...

— Ну так въеби, что тебе мешает? — слова вырвались сами, и ком застрял в горле.

Уже двинувшись к выходу, Саша замер.

— Не хочу пол ночи сидеть в каталажке из-за тебя, долбоеба, — почти неслышно отчеканил он, не поворачивая головы.

Дверь закрылась, тихо щелкнув замком.

Прикрыв глаза, Нестор наконец— то глубоко выдохнул. Подскочив с дивана, направился на балкон, по пути доставая пачку.

Сигарета выпала из дрожащих пальцев на ковролин перед балконом. Опустив голову вниз, он замер. Белая на синем.

Переступив через нее, Нестор достал еще одну, закусив ее в зубах. Пламя зажигалки на расстоянии от края.

Снова прикрыл глаза, чувствуя как сводит плечи.

Саша не придет.

Тело повело, и рука оперлась о косяк.

— Сука, да и похуй, — прошептал себе под нос Нестор, и, вытянув сигарету изо рта, спрятал ее назад в пачку.

Паутина под потолком дергалась в такт дыханию.

Плечи дергались в такт сердечному ритму.

Вибрация телефона под пальцами. Экран загорелся и через пару секунд погас. Пальцы дернулись, но запястье не слушалось — руки не слушались.

Нестор прикрыл глаза. Вдох. Выдох. Вдох.

Хотелось в туалет уже последние минут десять.

Открыл глаза, взглянув на потолок.

Тихо.

Под пальцами снова завибрировало.

Рабочий чат.

Смахнул и положил телефон обратно.

Ну так въеби...

Ком в груди переркрыл дыхание. Губы сжались.

Ну нахуя было...

P.S. Пока хватит, как всегда без редактуры))

Глава 9. Таракан Костя и сверхновая типа Максим

Последние дни отпуска пролетели как один. Привел квартиру хоть в какой-то порядок. Сходил к парикмахеру.

Взглянув на себя в зеркало, Нестор провел по волосам рукой. Непривычно коротко. Поправил воротник водолазки, натянув его до самого подбородка, и застегнул пальто. Схватив ключи с тумбы, вылетел в подъезд. Хлопнул по карманам. Телефон. Сигареты. Зажигалка.

Слетел по ступеням вниз, чуть не врезавшись в соседку на пролете. - Да куда ж ты прешь, ирод?! - женщина прижалась к поручням.

- Извините, опаздываю, - бросил Нестор, перепрыгнув три ступени.

На остановке уже стояла толпа. Скрип тормозных колодок. Дверь открылась, и вышло всего несколько людей. - Сука, лишь бы влезть, - Нестор небольшими шагами продвигался к транспорту.

Чеки шуршали под пальцами. Шероховатость купюр. Или чеков?

Резким движением вытянул все содержимое кармана, переложил в свободную руку, и снова запустил ладонь в карман. И вытянул мелочь.

- Передайте, пожалуйста, - коснулся плеча стоявшей рядом женщины. Автобус резко тронулся, и Нестор повис на поручне, выгнувшись назад. Под лопаткой заныла мышца.

Дверь перед лицом открылась.

- Кать, привет, - выдохнул Нестор, стягивая пальто.

Девушка стояла, обняв папку бумаги, придерживая дверь.

- Привет, - нахмурив брови, она скользнула взглядом по лицу, задержавшись на подбородке.

- Что-то не так? - уже потянувшись ладонью к щекам, остановил пальцы.

- Да нет, - лицо снова расслабилось, и Катерина мягко улыбнулась. - Просто показалось. Думала, измазался, а это тень так падает.

Нестор, вытянувшись на носках, бросил взгляд плеча девушки.

- Не пришел еще Сергей Анатольевич, - сделав шаг, девушка прижалась к двери. - Заходи, там Макс уже заждался, минут десять на дверь косится.

- Спасибо, - перекинув пальто через руку, Нестор залетел в кабинет.

Макс сидел, сгорбившись над клавиатурой. Брови то сдвигались к переносице, то поднимались.

Щелчок кнопки пуска. Коллега дернулся, и повернул голову,

- О, Нес! - губы растянулись в широкой улыбке.

Не поворачиваясь, Нестор выложил на стол телефон и пачку.

- Привет.

Крутанувшись на стуле, Макс развернулся всем телом.

- Чего ты такой недовольный? Опять маршрутка опоздала?

Кивнув, Нестор сел за рабочий стол. Пальцы застыли над клавиатурой на мгновение. Набрал пароль. Правильный. Выдохнул.

- Зато ты такой довольный, будто только что выиграл в лотерею.

- Нет, просто настроение хорошее, - повернув голову, коллега кликнул мышкой. На экране появилась таблица. - Так а чего ты раньше не выходишь? У тебя же маршрутка раньше есть..

- Раньше на час. Нахрена мне приезжать сюда на час раньше? - коротко просмотрев задачи, Нестор кликнул на первую попавшуюся.

- Ну кофе попить, - Макс пожал плечами. - Пообщаться там...

- Мне такое счастье даром не нужно.

Развернувшись к экрану, Макс подъехал на кресле ближе.

- Ну как хочешь. Я бы на твоем месте...

- Но ты не на моем месте, - скосил глаза Нестор.

В ответ коллега только хмыкнул.

- Я через двадцать минут за кофе пойду. Погнали? Кнопка мышки щелкнула.

- Погнали. Ты угощаешь.

- Окей, - Макс широко улыбнулся и закрыл вкладку.

Поставив кофе на стол, Нестор аккуратно оторвал верх упаковки и всыпал сахар в стаканчик.

- Ты, - Макс кивнул в сторону кофе, - странно это делаешь. Нужно тип пополам.

Переведя взгляд с коллеги на стаканчик и обратно, Нестор пожал плечами.

- Я так привык.

На листе монстеры рядом с автоматом висела торговая наклейка. Приторно розовая. Придержав лист одной рукой, Нестор отклеил ее, выбросив в ведро.

Мимо, держа судочек в одной руке, и чашку в другой, медленно прошла женщина. Ее короткие рыжие волосы кое-где выбивались из пучка.

- ... нет, погодите, вам нужно будет к одиннадцати подъехать на склад за конструкциями... Да, завтра, не сегодня! - скосив взгляд на них, женщина едва заметно кивнула, придерживая телефон плечом возле уха.

- Драсть, Тамара Григорьевна, - отсалютовав стаканчиком, Макс сделал глоток.

- Нет, по условиям оплаты я проговорю с начальством, и вам сообщу. Да, хорошо. А почему машина малогабарит, если нужна грузовая?

Цокот каблуков удалился, женщина исчезла за поворотом.

- А что, Ирина уже все, - Нестор повернул голову к коллеге, - в декрете ушла?

- Не совсем, - Макс опустил голову и крутанул на пальце ключи. - Как я слышал, она попала в больницу. Вроде там переволновалась... Ее ж недавно Сергей Анатольевич до слез довел...

Кофе обожгло гортань. Прикрыв рот рукой, Нестор сгорбился, задержав дыхание.

- В... смысле? - сдержав кашель, он выпрямился, потирая кадык. - Почему?

Макс поджал губы, повернул голову. В одну сторону. В другую. Сделал шаг ближе.

- Она вроде немного налажала, ну тип там важный объект был, а Иришка не договорилась с мастерами. А клиент же, принципиальный, блин. Сказал типо вы мне обещали сегодня.

- И что? Он же мог просто оставить кого-то на объекте в любой другой день...

- Ну уперся он, - понизил голос до шепота коллега. - Попросил залог обратно, а у нас же уже все закуплено было на этот объект... в общем, Сергей так на нее кричал, что ей поплохело аж в кабинете. - Еще один взгляд на пустой коридор. - Меня не было, но Катька сказала, что Ирину скорая забирала. Муж ее в суд собирается подавать.

- Пиздец, - коротко выдохнул Нестор.

- Ага, лучше не скажешь, - чуть отодвинулся Макс, опершись спиной о стену. - Только, если что, я тебе не говорил.

Бровь Нестора приподнялась. Он сделал глоток.

- Знаешь, Макс, меня очень напрягает твое «если что, я не говорил».

- Ну, - он взъерошил волосы, глядя исподлобья, - я не особо хочу, чтобы об этом узнал Сергей... Что я сказал.

- Тогда лучшей идеей было не говорить, - стаканчик с тихим шелестом упал в мусорку.

- Ну так ты мой друг, я... знаю, что ты не скажешь. Но мало ли, ты ж знаешь.

Нестор только хмыкнул, хлопнув себя по карманам. Достал сигареты, и положил одну за ухо.

- Выйдем поку.. - замолчал на полуслове.

Дверь в конце коридора открылась, и в коридор вышел мужчина.

- Не выйдем, - спрятал сигарету снова в пачку.

Максим промелькнул мимо Нестора и уже придерживал дверь в кабинет.

- Да, мы с вами проговаривали сроки, так что не переживайте. Да-да, все пройдет хорошо. Послушайте... - записав в таблицу слова клиента, Нестор переключил вкладку.

Скосил взгляд на Максима. Тот сидел, привычно сгорбившись, приблизился почти вплотную к экрану, поджав губы.

- Я именно это имел в виду, - улыбнувшись, Нестор перевел стрелку на сбросить вызов. - И вам хорошего дня. Да, спасибо. Тогда до следующего понедельника.

Кнопка под пальцами клацнула. Улыбка сразу же сползла с лица Нестора, брови опустились вниз.

Открыл следующую анкету клиента.

Развернулся к Максу.

- Еще немного, и ты в монитор залезешь. Что там у тебя?

Выровнявшись, коллега откинулся на спинку кресла.

- Я не могу понять, что у меня не сходится. - Он потер переносицу, прикрыв глаза. - Вот посмотри сам. Может, подскажешь. Потому что я уже третий час смотрю и понять не могу, блин, что тут не так.

Подъехав на кресле ближе, Нестор опустил ладонь на мышку.

Пролистнул вниз. Вверх.

- Ага...

- Нашел? - в голосе коллеги промелькнула радость.

- Нет, пока смотрю.

Телефон завибрировал на столе. Скосив взгляд, Нестор заметил высветившуюся плашку. Ладонь дернулась, но осталась лежать на мышке.

Потом.

- Вот теперь вроде нашел.

Макс тут же пододвинулся ближе, положив локти на стол.

Откинувшись на спинку кресла, Нестор немного покачался на нем, не сводя взгляда с часов на стене.

Мимо, накидывая на плечи пуховик, к выходу направилась девушка.

- Не рано ли, Кать? - Нестор постучал по подлокотнику пальцами.

Остановившись у дверей, она не поднимая головы, открыла сумку.

- Ну так я же не выхожу из офиса раньше положенного, - Катя улыбнулась, поправив упавшую на лицо прядь. - Я просто... стою тут.

- Да не гони, Нес, - Макс уже закрыл все программы и держал мышку на кнопке «выключить». - Пять минут осталось.

Заведя руки за голову, Нестор положил ладони под затылок. Волосы покалывали пальцы. Провел по зажившей ране, чуть надавил. Не больно, вроде.

- Ладно, - уголки губ чуть поднялись.

Поднявшись, он накинул пальто на плечи и засунул телефон в карман.

Чеки тихо хрустнули.

Ключи ударились о тумбу. Бросив обувь на проходе, Нестор повесил пальто. Достал телефон.

Сообщение.

Палец замер на секунду. Смахнул.

Повернул голову, выловив свое отражение в зеркале.

В свете лампы лицо выглядело бледнее. Под глазами тени казались контрастнее, а скулы - острее.

В нос бил тошнотворный запах мокрого пепла. Переступив порог кухни, остановился, и перевел взгляд на пепельницу. Пустая, она поблескивала при свете лампы.

Выдохнул, прикрыл глаза и взъерошил волосы.

В раковине на дне пепел собрался вокруг слива. Залив все моющим средством, включил воду. Глядя, как возникшая пена водоворотом исчезает в сливе.

Открыл окно.

Поставил чайник, потянулся за зажигалкой. Рука остановилась в нескольких сантиметрах над ней. Убрал руку и отвернулся.

Плечи тянуло вниз, и он положил ладонь поверх, сжав мышцу над ключицей.

Стул скрипнул.

Подкурив сигарету, зашел в рабочий чат.

Совещание завтра на 15:00.

И следующее.

«Ирина удалена».

Тихо хмыкнул, и сделал затяг.

Пользователь под ником Серый что-то печатал.

Пролистав сообщения к более ранним, Нестор остановился на упоминании Костика.

«Константин, как вы объясните это?». Следом шел отзыв на сайте компании с двумя звездами оценки.

Следом сообщение от самого Костика.

«Написал о ситуации в личные».

Уголок рта поднялся вверх.

«Завтра жду вас в кабинете в 9:15».

«Ок» - последнее сообщение от Константина. С отметкой от Анатольевича.

Сбоку высветилась плашка «новое сообщение в чате».

«Станислав добавлен в группу».

Нажав на имя, Нестор перешел на его аккаунт. Закрытый.

Ладно.

«Приветсвуем в команде Станислава - нового сотрудника отдела логистики».

Сразу появилось сообщение от Макса.

«Добро пожаловать в команду! Надеюсь, тебе у нас понравится».

Следом «Катерина печатает».

Потушив окурок, Нестор вышел из чата.

Неделя обещала быть интересной.

Достав из холодильника открытую бутылку вина, подставил чашку ближе.

Экран загорелся - Макс скинул прикол.

Сверху появилось сообщение.

«Что ты там, философ?»

Удобнее перехватив горлышко, продолжил лить, потянувшись за телефоном.

Ноющая боль от пальцев прострелила руку до локтя.

- Блять!

Бутылка накренилась, и вино полилось мимо чашки.

Руку свело и Нестор разжал хват. Стекло цокнуло о дерево.

Шаг. Рывок.

Пальцы сомкнулись в воздухе.

Бутылка глухо ударилась о пол и откатилась.

По полу расплывалось бордовое пятно. Вино волнами выплескивалось из тары.

Подняв голову к потолку, Нестор закрыл глаза и глубоко вдохнул.

- Сука... - сквозь зубы выдохнул он.

Схватив губку и стоявшую в раковине кастрюлю с остатками гречки, опустился на колено, принявшись собирать вино.

Прижал. Отпустил. Желтый паролон выравнивался, темнея.

Выжал. Снова промокнул в вино.

В нос бил терпкий горький аромат. Поморщился, отвернувшись. Выдохнул и задержал дыхание.

Промокнул.

Сверху упала капля на руку, скатившись вдоль вены.

Остановился.

Еще капля.

Второй рукой растер.

Слишком вязкаяя для...

Замер. Зажмурился.

Для чего?

Мотнул головой.

Вдохнул.

Запах вина становился сильнее, и тошнота начала подкатывать к горлу.

Встал с колен, и через минуту влажная тряпка с рыжими разводами ляпнулась на пол.

Быстро протерев остатки вина, стараясь сдерживать рвотные позывы от запаха, Нестор выбросил ее в мусорку под раковиной.

Схватив чашку, направился к проему. Положил ладонь на выключатель, и обернулся.

Взгляд выцепил угол стола.

Надщебленный.

Темная капля упала на пол.

Выключатель щелкнул.

Он дышал медленно, задерживая дыхание перед каждым вдохом.

Периодически проваливался в сон, и так же быстро выныривал.

За стенкой слышались глухие удары. Шаги. Потер веки холодными пальцами. Открыл глаза, уставившись в потолок.

Журчание воды по трубам зазвучал в другой части квартиры.

Свет от фонаря со двора освещал половину потолка. Тени от ветвей покачивались от сильного ветра.

Через сила поднял руку и нащупал телефон.

Без трех минут пять.

Голова гудела, а веки закрывались сами.

Взгляд выцепил семь новых сообщений.

Саша в сети.

Изображение расплывалось, большой палец застыл над плашкой чата.

Ты заебал своим нытьем...

Выключил экран, перевернувшись на бок.

Пролежав еще час и отлежав все, что можно было, Нестор поднялся с кровати и побрел на кухню.

- Ты сегодня рано, - поправляя рюкзак на плече, Макс уже стоял рядом. - На тебя не похоже. Случилось что?

Не поднимая головы, Нестор взглянул исподолобья, и сделал затяг.

- Решил прислушаться к твоему совету, - пролистнув очередной прикол, он заблокировал телефон, спрятав его в карман. - Вышел раньше.

Максим взъерошил торчащие в стороны волосы и широко улыбнулся.

- Вот видишь, я же говорил...

- Говорил, - хмыкнул Нестор, выкинув окурок в мусорник. - И теперь от чистого сердца скажу: мне не понравилось.

Ладонь Макса приземлилась на плечо.

- Не надо, - чуть подавшись в сторону, Нестор сбросил руку коллеги с плеча.

- Ну и ладно, - пожав плечами, Макс проскочил мимо и поднялся на три ступени.

Схватившись за ручку дверей, он обернулся.

- Ты идешь?

- Две минуты, - прикрыв глаза, Нестор задержал их на несколько секунду закрытыми.

Лицо было тяжелым. Щеки тянуло вниз.

Шатнуло в сторону, и он открыл глаза, щурясь от солнечного света.

- Ну давай. Я тебе кофе сделаю тогда.

Таблицы расплывались перед глазами. Вернувшись к одной и той же строчке в третий раз, Нестор постарался сосредоточиться на отчете.

В виски периодически стреляло.

Оперев голову о ладонь, он лениво прокручивал колесико мышки вниз.

Свернул, открыл почту.

Мягкий свежий запах духов ударил в нос, и мимо стола прошла Катя.

- Ты уже на обед, Кать? - выровнявшись, крикнул Макс.

Она стала в полоборота.

- Нет, я к Тамаре. Она позвонила, попросила зайти, - открыв дверь, девушка замерла на пороге. - Кстати, - она повертела головой в стороны, - а Костю не видели?

Нестор скосил взгляд.

- О, кстати да... Не видел его сегодня, а уже ... - с нотками беспокойства произнес Макс и посмотрел на часы на стене. - Почти двенадцать дня. Может, случилось что...

- А что может с ним случиться? - пробормотал Нестор, щелкнув мышкой. - Опять, наверное, с Сергеем Анатольичем чаи гоняет после пиздюлей. Классика жанра.

Катя скрылась за дверью.

Подкатившись к углу стола, Макс оперся на него локтями.

- Думаешь, серьезно Костя сегодня получил?

- Без понятия. У него спроси... - двигать губами было тяжело.

- Ну Нес, блин, - легкий толчок в плечо.

- Да что? - он повернул голову.

- А вдруг его уволят...

- Давно пора, знаешь, - взяв прищепку со стола, Нестор несколько раз ей щелкнул. - Кстати, насчет увольнения... А почему Тамара Григорьевна на логистике? Разве не должен был Данил заменять Иру?

Брови Макса поползли вверх.

- А ты не в курсе?

- Не.

- Так Данила же уволили, - коллега завел руку за шею, наклонившись сильнее к столу.

- Когда это? - щелканув прищепкой еще один раз, Нестор прицепил ее на лежавший рядом лист.

- Та вот за пару дней до того, как ты вернулся.

- И за что? Он же вроде как был одним из ведущих сотрудников отдела...

Максим только пожал плечами.

- Это я не знаю.

- В жизни не поверю, что ты не знаешь, - криво улыбнувшись, Нестор потер переносицу.

- Серьезно, Нес. Он просто не пришел на работу, а через день я узнал, что он уже не работает.

Хмыкнув, Нестор откинулся на спинку стула.

- И кто теперь будет вместо него? Тамара же вряд ли согласиться на дополнительные обязанности... - в голове всплыл вчерашний чат. - Не Станислав, случайно?

Во взгляде коллеги мелькнуло удивление.

- А ты откуда знаешь? Кто-то уже сказал?

- Предположил просто, - он повел плечами.

- Ну серьезно, Нес...

- Так в чат его вчера добавили. Тут сложно не догадаться, знаешь.

- Хорошего и вам дня, - старался имитировать в голосе бодрость Нестор. - Да, я на линии еще...

Над монитором возник Макс, и стаканчик кофе опустился возле мышки.

Подняв глаза, Нестор кивнул и улыбнулся уголками губ.

- Услышал вас, спасибо... - не дослушав клиента, Нестор сбросил вызов.

Потянулся за стаканчиком.

- Горячий, если что, - коллега помешал палочкой свой кофе и аккуратно отхлебнул.

- Спасибо. - Обхватив пальцами каемку стакана, Нестор подтянул его к себе.

Запах кофе расползался по офису.

- Идем тогда? - развернувшись полубоком, Макс оперся о стол. - А то Катя уже пошла, и Тамара Григорьевна тоже, видел, уже возле кабинета. - Он на мгновение замолчал, приподнял брови и губы застыли в полуулыбке. - Кстати, видел новенького, этого вот Стаса..

Взгляд Нестора зацепился за белое пятно на плече у коллеги.

- Ты видел что там у тебя?

Максим осекся.

- Где? - растерянно разглядывая пиджак, он крутил головой во все стороны.

- На плече. Не на том.

Кофе из стаканчика с тихим плюхканьем капнул на пол.

- Блять, Макс, - вздохнув, Нестор поставил кофе и схватил коллегу за локоть. - Не дергайся, пожалуйста.

Максим стал ровно, задержав дыхание

Хлопнув по плечу несколько раз. Пятно уже не выглядело таким ярким, но убрать его полностью не вышло.

Сделав шаг назад, Нестор оценил качество работы.

- Все? - наконец повернул голову коллега и постарался найти пятно.

- Стирать все равно придется, но уже не так видно, - взяв кофе со стола, Нестор выровнялся. - Идем?

Закинув ногу на ногу, Нестор пролистывал ленту. Макс, расположившися рядом, периодически хихикал.

- Вот этот прикол мне скинь, пожалуйста, - ткнул он пальцем в экран.

- Макс, блин, - Нестор выпрямил спину, повернув голову к коллеге. - У тебя свой телефон есть, вот в него и втыкай.

- У тебя мемы смешнее, - не меняя позы, Максим отправил очередной себе в личные.

Тамара Григорьевна сидела в углу офиса, оперев голову о руку и глядя куда-то в стену. Выбившиеся из пучка рыжие пряди падали на лицо, делая его визуально длиннее. Рядом Екатерина склонилась над телефоном, быстро что-то печатая и улыбаясь.

Дверь открылась, и в комнату зашел мужчина, держа в руках чашку. Из-под расстегнутого пиджака виднелась желтая рубашка и серый галстук. Над глубокой чашкой поднимался пар.

- Всем добрый день! - улыбнулся он, чуть кивнув.

Макс поднял голову от экрана Нестора.

- О, Костя! - улыбнулся он. - А мы все утро тебя искали. Ты где был?

- Добрый, - Нестор выключил экран и положил телефон на колени.

Катя на секунду отвлеклась, крикнув «приветик» и продолжила печатать.

- У меня было важное поручение от Сергея Анатольевича по поводу клиентов, - он сделал шаг ближе.

Нестор мотнул головой от приторного запаха одеколона.

- Константин Валерьевич, а где вы такую шикарную чашку взяли? - оживилась Тамара Григорьевна, мягко улыбнувшись.

Подняв ее на уровень лица, Костя мельком осмотрел керамику.

- Дочка на День Рождение подарила. Прикольная правда? Особенно, - он улыбнулся еще шире и перевел взгляд на Тамару, - вот эти мышки.

На зеленом фоне белые мультяшные мыши несли корзину с ягодами.

- Так поэтому и шикарная, - приподняла брови женщина. - Я теперь себе такую же хочу.

Константин засмеялся.

- Она в единственном экземпляре. Так что, Тома, извините, - не переставая улыбаться, он заговорщицки подмигнул. - О, Нестор, не знал, что ты уже вернулся из отпуска. Хорошо выглядишь, сразу видно, что человек хорошо отдохнул.

- Еще вчера, - Нестор пожал плечами. - Ты же вчера в офис не заглядывал.

Сев на стул слева, Константин отхлебнул из кружки.

- Я был занят. Там важная сделка была, целый день разбирался, - с напускной трагичностью вздохнул мужчина. - Я, в отличие от тебя, действительно работаю, а не штаны просиживаю за ставку.

Нестор облизнул губы.

- Настолько хорошо, что клиенты оставляют жалобу на твою работу, - приподняв брови, Нестор улыбнулся. Слишком вежливо.

Улыбка на лице Константина дернулась, но осталась.

- Знаешь, слишком самонадеянная фраза для человека с сомнительным кругом общения.

Плечо дернулось на секунду.

- А ты так хорошо осведомлен для таких заявлений, Костик? - с той же натянутой улыбкой продолжил Нестор, медленно откинувшись на спинку стула. - Следишь?

- Ребят, хватит, - Макс уже стоял над ними.

- Да зачем мне следить? - мышца на щеке Кости дернулась и уголок рта на мгновение опустился. - По тебе и так видно.

- Нестор, - рука Макса опустилась на плечо - легкая и теплая, - ну хватит, блин...

- Советую проверить зрение, а то уже, наверное, подводит в твоем возрасте, - улыбка сползла с лица Нестора.

Уголки губ Константина опустились вниз. Он шумно вдохнул через нос.

Под пальцами зажжужало, и Нестор, не глядя, погасил экран.

- Опять бодаетесь как два барана? - голос Сергея Анатольевича прозвучал слишком близко. И устало. - Вам не надоело?

Макс обернулся, кивнул головой и тут же сел на стул.

Прикрыв глаза на пару секунд, Нестор выдохнул и повернулся прямо.

- Добрый день, Сергей Анатольевич.

- Добрый, добрый, Нестор. Как отдохнул?- оперевшись о стол, Сергей Анатольевич аккуратно сел на стул.

- Хорошо отдохнул.

- Вот и отлично, - кивнул начальник, и повернулся к проему. - Заходи, Станислав.

В проеме стоял молодой мужчина. Угольный пиджак, черные волосы уложены назад. Его взгляд скользил от одного угла офиса к другому.

- Добрый день, - приветливая улыбка на лице стала еще шире.

- Станислав теперь ваш коллега в отделе логистики. - Сергей махнул рукой на стулья. - Проходи, присаживайся. Вон, рядом с ребятами свободно. - Повернулся к остальным. - Тамара Григорьевна, большое спасибо, что временно взяли на себя обязанности. С меня причитается. И не только обещанный коньяк.

Тамара кивнула, смущенно улыбаясь.

Стас сел по правую руку Макса, положив руки на колени.

Духи, терпкие с легкой сладостью скользнули мимо и рассеялись.

Максим тут же развернулся в его сторону, уже протянув руку.

- Я - Макс! А это.. - он откинулся назад, кивнув в сторону Нестора. - Потом раззнакомитесь. Итак, - прочистив горло, начал Сергей Анатольевич, - теперь о главном: план продаж в этом месяце...

Выйдя за дверь, он с шумом выдохнул, закинул руки за голову и максимально вытянулся. Спина отозвалась недовольным нытьем; лопатки сошлись с тихим хрустом. Мышцы под кожей раснятулись, приятно ноя.

Толчок под ребро. Легкий.

Он резко опустил руки вниз.

- Ну не среди дороги, - рядом стояла Катя.

- Больно же, - потирая бок, Нестор чуть отсупил в сторону.

- Не ври, - насмешливо сощурившись, коллега скрестила руки на груди. - Кстати, остаешься завтра после работы?

Он опустил брови, отведя взгляд в сторону. Мимо, цокая каблуками, прошла Тамара Григорьевна.

- А что... завтра?

- Ну мы решили немного посидеть, - повела плечами Катя. - В честь обновления рабочего состава. Стас сам предложил, а мы так подумали, действительно, давно мы не собирались ни по каким поводам кроме работы.

Нестор повернул голову. За стеклом возле стола Сергея Анатольевича стоял Костик, размешивая что-то в кружке.

- А не проще будет в пятницу? - скрестил руки на груди Нестор. - Перед выходными и все дела..

- Так сокращенный день перед праздником. - Она чуть наклонила голову вбок, продолжая улыбаться. - Да и я занята, сразу после работы домой лететь, кота кормить, а не то он там снова кончится.

- Неужели прям кончится? - Хмыкнув, он ухмыльнулся. - У котов срок годности лет десять минимум.

Катя только вздохнула.

- Боже мой...

Нестор тихо хихикнул.

- Знаю, - губы сами растянулись в улыбке. - Я посмотрю по планам. Но, если что, скинутся не смогу. Мне еще месяц без зарплаты жить.

- Стас сам проставляется. - Катя повела головой в сторону коллеги. Макс уже что-то увлеченно ему рассказывал возле кофемашины. - Сказал, что ему тут нравится, и надеется, что мы сработаемся.

- Ну боевое крещение Максом он уже прошел.

В бок снова ткнули пальцем, и Нестор дернулся, опустив локти.

- Да хватит, блин! - Ты мне тут Макса не обижай! - Катя звонко рассмеялась.

Надпись на компьютере сообщала о завершении работы.

Пододвинул кресло к столу.

Накинув пальто на плечи, Нестор хлопнул по карманам. Сигареты. Ключи.

Под солнечным сплетением сжался узел.

Телефона нет.

Запустил руку в карман.

Кошелька тоже.

Нет.

Глубже.

Стоп.

Жесткая ткань пальто колола ладонь. Шов разошелся.

Фактически сложившись пополам, он уже по локоть ушел в недра пальто.

- Нес, что-то случилось? - обеспокоено спросил Макс, нависнув над ним.

- Пиздец случился, - вздохнул Нестор.

Пальцы наконец-то коснулись гладкого стекла экрана. Выудив телефон, он быстрым взглядом его осмотрел. Свет лампы отражался в черной поверхности.

- Может, - Макс взъерошил волосы, - тебе помочь?

- Ты... очень... поможешь, - Нестор еще раз нырнул в карман, уже в поисках кошелька, - если... не будешь закрывать свет.

Коллега нахмурился, почесав макушку.

- А чем тебе это поможет?

Кожзам скользнул по тыльной стороне ладони. Схватившись пальцами за край, Нестор вытянул кошелек.

- Пространства больше, - тяжело выдохнул он и разогнулся.

Открыл, пересчитал деньги, не вынимая из кошелька.

Дверь открылась с тихим хрустом механизма.

- Добрый вечер, - мягкий мужской баритон прозвучал сбоку.

Нестор поднял голову, отвлекшись от занятия.

Молодой мужчина стоял по другую сторону стола. В нос бил все тот же знакомый запах терпких духов.

- Добрый, - коротко ответил Нестор.

Губы собеседника растянулись в улыбке - мягкой и немного уставшей.

- Не успели с вами еще познакомится, - его пальцы сминали край рукава. - Максим мне успел уже о вас много рассказать.

Нестор скосил взгляд на Макса. Тот поднял руки, сделав шаг назад от него.

- Станислав, - новый коллега протянул руку.

Положив телефон с кошельком на стол, Нестор пожал ладонь мужчине.

- Нестор.

- Приятно познакомится, - кивнул Стас, и спрятал руки в карманы.

- Аналогично.

Схватив телефон со стола, Нестор засунул его в карман. Разжал пальцы...

Замер и глубоко вдохнул.

- Блять!

(добавить описание остановки)

Достав сигарету, Нестор зажал ее в зубах, протянув пачку коллеге.

- Не курю, - Станислав поднял ладонь. - Спасибо.

Нестор только пожал плечами, достав зажигалку. Черная, еще с деревни.

- И как тебе, нравится тут пока? - щелчок колесика - и сигарета начала тлеть.

- В принципе, да, - сделал шаг назад, коллега стал сбоку. - Единственное, знаешь...

- Макс? - выдохнул Нестор клуб дыма, скосив взгляд в сторону собеседника.

Станислав тихо засмеялся.

- Да! - котротко выдохнул он. - Макс всегда такой?

Уголок губ Нестора пополз вверх.

- К сожалению... да, - театрально загрустил он. - Не, на самом деле он хороший. Только трепло то еще. А так... сколько я тут работаю, Макс всегда был таким.

Мимо, не останавливаясь, проехал автобус.

- Мне кажется, что он настолько солнечный человек, что по вечерам вам можно не включать свет в офисе, - проводив взглядом очередную машину, Станислав повернул голову.

Затяжка пошла не в то горло, и Нестор сложился, стараясь подавить кашель вперемешку со смехом.

- Еще пару лет, и его можно высылать на орбиту вторым Солнцем, - потерев кадык, Нестор выровнялся.

- А потом еще десяток, - запнулся Стас от смеха, - и он станет сверхновой.

- Ну это ты уже перегнул.

- Да чего? - свет фар упал на лицо собеседника, высветив прищуренные карие глаза - Сверхновая типа Максим! Звучит же.

- Звучит, согласен. Десять - слишком много для такого процесса, Стас, - улыбаясь, Нестор снова сделал затяг.

- Станислав, - внезапно слишком серьезно прервал его коллега. - Терпеть не могу когда меня называют Стасом.

Брови Нестора поднялись вверх.

- Понимаю, - он тяжело и шумно выдохнул, - искренне.

- Кстати, мой автобус, - поправив воротник, Станислав вытянул руку.

- Тогда до завтра, - Нестор так и остался стоять на месте, проводив взглядом отъехавший транспорт.

Механизм заскрежетал и вошел в паз.

Ключи звякнули о дерево.

Скинув пальто на подлокотник дивана, Нестор направился на кухню.

Чайник. Сигарета.

Достал телефон. Макс прислал несколько новых сообщений.

Смахнул.

Прикрыл глаза, держа пальцы над экраном. Сердце отчетливо билось о грудную клетку.

Вдох. Выдох.

Открыл чат.

Последнее «Что ты там, философ?»

Не читая остальные сообщения выше, быстро напечатал «Нормально».

Закрыл и отложил телефон, уставившись на проем в коридор.

Экран загорелся и тут же потух.

Оставив его на столе, вышел в коридор и достал из тумбы сумку. Черный кожзам осыпался возле молний, защелка на боковом кармане сломана и заменена скрепкой.

Пальто все так же лежало на подлокотнике. Еще раз засунул руку в карман.

- И на что я, блять, надеялся? - провалившись глубже в подкладку, вытащил кипу чеков. Следом еще одну.

Достал из кармана кошелек и переложил в сумку, положил ее на тумбу возле ключей.