Две Кати

Часть 1

Пролог.

Солнце слепило глаза, волны отражали этот блеск, от которого хотелось зажмуриться, что Игорь и сделал. Но возникала следующая проблема – в глазах начинали кружение разноцветные круги, похожие чем-то на мыльные пузыри. Хотелось рассматривать их. Но то, что было вокруг, на самом деле интересней.

Игорь, которому недавно исполнилось тринадцать лет, получил долгожданный подарок ко дню рождения – давно обещанную поездку на Атлантический океан. А он хотел именно на Атлантический, потому что довелось прочесть книгу об Атлантиде, которая взбудоражила все мысли и чувства.

Не оставляло убеждение в том, что стоит только попасть на океан, то сразу же и отыщет утерянные следы исчезнувшей страны. Казалось, что будет присматриваться к каждому камню, видеть необычное в очертаниях обтёсанной временем скалы, просить у волн показать скрытое – и оно найдётся.

Единственное, что ему пока удавалось – это втихомолку каждое утро вылезать в окно съёмного домика на берегу океана и, когда никто не мешал, в одиночку беседовать с волнами. А они не переставали удивлять и радовать. Их чистый, бирюзовый цвет, который Игорь любил больше всего, вселялся в душу.

Мальчик садился на прибрежную скалу и неотрывно смотрел на воду, создавая в сознании города с улицами, дворцами и домами, которые покоились на дне. А то, что найти их не могли, так это благодаря знаниям и умениям Атлантов, которые сделали невидимыми, чтобы сохранить. Чтобы не разрешить до поры до времени прикоснуться к неведомым тайнам.

Мальчик был развитым, любознательным и понимал, что многие знания использовались людьми во вред. Вот поэтому мудрый древний народ скрыл их от недостойного человечества.

Однажды, сидя вот так, он увидел в воде плавник. Испугался, подумал, что акула. Мальчик, хотя и был в безопасности, отпрянул в сторону. Но плавник больше высунулся из воды, потом показалось всё тело, которое ни с чем уже не спутаешь – это дельфин.

Игорь давно хотел встретиться с дельфином – смотрел мультики, фильмы, читал книги. Знал о чудесных спасениях людей этими животными. Впрочем, Игорь думал, что это и не животные вовсе, а особый народ, который вынужден жить в воде, или которому это нравится.

Он сбежал навстречу, вошёл в волны, окунувшись до пояса. И дельфин не стал ждать – он подплыл к мальчику насколько возможно, даже скользя по мелкой гальке брюхом. Игоря почему-то окатила уже другая волна – волна нежности. Он сам не понимал почему. Только смотрел в глаза животному, гладил его по мокрой, скользкой голове и улыбался.

Услышав какой-то шум за спиной, оглянулся – вдали показались люди.

—Плыви, – сказал он дельфину и чуть-чуть подтолкнул его к морю.

Дельфин понял, даже, показалось, кивнул. А Игорь, глядя на оставленный белый след из струй и пузырьков, долго ещё стоял, не в силах оторвать взгляд. Но потом, чтобы никто не заметил его присутствия, всё же покинул место встречи.

Так продолжалось ещё несколько дней. Родители так и не заметили его утренних отлучек, чему мальчик был несказанно рад. И вот, однажды, ожидая своего друга, Игорь увидел в вышине, или ему показалось, что увидел, мелькнувший силуэт девушки в серебристом костюме. Мальчик понимал, что такого быть не может.

Он протёр глаза, но силуэт не исчез, а наоборот, на него теперь смотрело прекрасное лицо с ангельскими глазами. Лицо улыбнулось приветливо, а потом исчезло. Мальчик тогда не понимал, что всю свою жизнь будет стремиться к нему и искать. Зато на место встречи приплыл дельфин с зажатым в зубах предметом. Друг высунул голову из воды и ткнул ею в лицо Игорю, будто поцеловал.

Игорь невольно поднёс руку к месту соприкосновения, а дельфин вложил в эту руку принесённый предмет – ракушку то ли на нитке, то ли на шнурке, то ли… В общем, непонятно на чём. Мальчик понял, что ракушку надо надеть на шею и носить. Всегда носить, потому что это подарок. Может быть, талисман.

Вскоре Игорь с родителями уехали. Больше никогда не привелось побывать в этих местах, единственным воспоминанием о которых остался этот талисман, который мальчик, потом парень, потом мужчина всегда носил на шее.

Глава 1.

Всё началось после того, как Катя решила использовать нейросети. Нет, она не проблемы какие-то решала с их помощью, просто захотела посмотреть, какой была бы на другой планете. Есть всякие такие сайты, которые позволяют смоделировать твой самый фантастический вид, воссоздать самую невообразимую обстановку.

Так вот, Катя решилась. И получилось. На неё смотрела фантастически прекрасная девушка, похожая на неё, но всё же не совсем. Надо сказать, что на самом деле Катюша была очень хороша. На тонком, аристократичном личике выделялись большие серо-голубые глаза необычного оттенка – оттенка мечты. Как будто она на всех смотрела сквозь какую-то голубоватую невесомую дымку.

С фотографии на Катю тоже смотрела она сама с такими же глазами, но не совсем. Какое-то неуловимое отличие всё же существовало. Наверное, взгляд был не таким робким, скрывающимся за эту самую дымку. Катя давно поняла, что стеснительна и уже даже примирилась с этим, как ни трудно было сначала. Сама по себе перфекционистка, честная, добрая, умная, талантливая… В общем положительных качеств не счесть. Но все они терялись из-за этой робости, стеснительности.

Катю всегда оттирали, оговаривали. А защититься не могла. Не потому, что не сумела бы, а просто считала это ниже своего достоинства. Любителей же самоутвердиться за счёт неё хватало. Защитников не находилось, потому что девушка сама никогда не просила помощи – тоже считала это ниже своего достоинства, а ещё потому, что у любого, кто на неё взглянет, невольно возникала зависть. А зависть даже хорошего человека часто толкает на неблаговидные поступки.

Тем не менее, девушке удалось самостоятельно поступить в мединститут, закончить его очень неплохо и понять, что это её место. Хотя бы потому, что своё дело знала, делала его добросовестно. И, как ни странно, но с высоты своей должности общаться с людьми было совсем не трудно. Уходила скованность и боязнь, что её отвергнут. Наоборот, она преподносила свои знания так уверенно, что люди беспрекословно верили. И не напрасно.

Катя ещё раз взглянула на то, как её обрисовала нейросеть. Больше всего удивила причёска –светло русые пряди, видно, что не крашеные, были уложены в какие-то переплетения, завитки, на которые бы в реальности девушка не решилась. Она улыбнулась. Смотревшая на неё улыбнулась тоже.

Катя подумала, что показалось, и взглянула снова, после того, как сначала плотно закрыла глаза. Девушка снова улыбнулась и даже подмигнула ей.

— Ну вот, переработала, видно, – подумала Катя и хотела уже закрыть фотографию от греха подальше, но изображение, смотревшее на неё уже с некоторой хитрецой, поднесло палец к губам, как бы предупреждая о чём-то.

Тут уж Катя испугалась по настоящему. Девушка на фото раздвинула свои пухлые губы в улыбке и заговорила. То есть это было уже не фото, а видео. Причём видео из какой-то другой реальности.

Катя подумала, что это полу бессонная ночь сказывается, в которой она почти до утра зачиталась фантастикой, потом, не поспав, пошла на работу. Конечно, молодой организм мог многое выдержать, но, видно, не всё. Фантастика наложилась на усталость, и вот – результат.

Так, во всяком случае, думала девушка. Но всё было не так просто, о чём ей и сообщило в конце концов изображение на смартфоне.

Глава 2.

— Привет, – сказала девушка. – Не бойся, с тобой всё в порядке. Просто прими к сведению, что оказалась действующим лицом одной фантастической истории, о которой пока ещё не написано. Она пишется здесь и сейчас. А мы с тобой фантастику любим, не так ли?!

Катя невольно кивнула, хотя тут же одёрнула себя – что это она делает?! Кивает своей галлюцинации.

— Да ты не бойся, Катюш! – тем временем продолжала девушка.

Катя уже поняла, что то, что видит – это не она. А какая-то другая девушка. Она приняла правила игры и стала втягиваться в разговор:

— А я и не боюсь. Кто ты?

— Я тоже Катя, только из далёкого будущего. Я знала, что ты существуешь. Наша наука уже позволяет себе многое, в частности такое. Хотела найти тебя во времени и пространстве. Но даже с нашими средствами это оказалось не просто.

— А зачем ты меня искала? – задала Катя один из вопросов, которых у неё уже накопилось много за столь короткий период их беседы.

— Мы почти идентичные двойники, за исключением некоторых отличий в характере. Согласись, всегда интересно поговорить со своим двойником. Уже даже поэтому, – ответила Катя 2.

Она наморщила свой хорошенький носик и растянула губы в улыбке. Кате почему-то показалось что-то механическое в этом движении.

— Да, согласна. Пусть я буду Катей 2. Да, прими к сведению, что мы умеем читать мысли, но разговаривать интересней, потому что тут включаются и эмоции, которые можешь наблюдать, а это очень интересно, – сказала при том Катя 2.

— Я так понимаю, что у вас в будущем, наличие интереса приоритет?! – полувопросительно полуутвердительно произнесла Катя.

— Конечно! Впрочем и у вас тоже. Правда в вашем времени больше необходимости выполнять скучную работу.

— То есть, надо понимать, что у вас наступило, то прекрасное далёко?! – так же продолжала спрашивать Катя.

— Не совсем, но в твоём понимании да, – ответила девушка, загадочно улыбнувшись. – Будь проще со мной. Будто разговариваешь сама с собой. Ведь, по сути это так и есть! Мы с тобой почти идентичны, за исключением багажа знаний и некоторых умений. Но поверь, у тебя тоже есть некоторые умения, которых нет у меня. Утратились, потому что в результате эволюции в них отпала необходимость.

— Например? – спросила удивлённая Катя.

— Например, то, что у тебя все эмоции проявляются на лице, и всё это в результате того, как ни странно, что вы не умеете читать мысли. И прочитать, что думаете, можно по мимике, по жестам. Мы умеем, и вся мимика утратила свою функцию. Со временем наши лица стали более бесстрастными.

Нет, конечно, изобразить ту же улыбку или огорчение и мы можем, но зачем, когда ответную реакцию на чужие мысли или действия и так можем дать, причём мгновенно, мысленно. Мы способны выставлять только защитные мысленные экраны, чтобы никто не прочитал, о чём думаем. Но кто-то всегда может застать врасплох. Ты не сумеешь. Это надо долго тренироваться, и требует достаточно большой энергии.

— Получается, и у меня есть свои преимущества! – почти с удовлетворением воскликнула Катя. – Кстати, со мной твои умения читать мысли и не понадобятся, потому что я довольно искренний человек.

— Я знаю, – улыбнулась Катя 2. – И это меня радует. Не потому, что мне так проще, а потому, что для тебя так лучше.

— Фу, ты немного запутала меня! – вздохнула Катя.

— Это потому, что шок от нашего знакомства пока не прошёл. Давай так. Отдохни, подумай, соберись. А завтра, как только включишь смартфон, мы поговорим. Дорожку к тебе я уже знаю.

Катя устало кивнула головой.

Глава 3.

Придя домой, наскоро пожарив себя яичницу, Катя легла в постель, надеясь проспать до утра. Дел никаких не было, хозяйства тоже, которое просило бы есть. Даже кошки нету. Когда мама была жива, то и готовить не приходилось.

Кстати, о маме, – папу-то своего она вообще не помнила. Да и как его запомнишь, когда он скрылся в неизвестном направлении, после того, когда ребёнку исполнилось два года. Ребёнок – это, конечно, она. Может быть, и замкнутость, стеснительность появилась из-за этого, то есть из-за некоторой ущербности. Это сейчас дети сплошь и рядом воспитываются в неполных семьях, а в то время не так сплошь и рядом.

Поэтому ровесники смотрели на неё сверху вниз. На самом деле это было не так, потому что у каждого свои скелеты в шкафах, но Кате так казалось. Она часто представляла себе папу – большого, сильного человека, который бы ходил с ней в зоопарк, вёл задушевные разговоры, брал с собой на рыбалку, например. Да и мало ли ещё что!? Хотя и обида на него, этого гипотетического защитника и собеседника, всё время не покидала.

Мама после ухода мужа долго переживала. Так думалось, хотя то, что происходило тогда и насколько больно было маме, девочка помнить не могла– слишком маленькая была. Но всё случившееся сказалось на их дальнейшей жизни. Мама редко общалась с дочерью – только по необходимости – “как поела”, да и “ поела ли вообще”, изредка, “как дела в школе”? Даже дневник редко проверяла, потому что дочка училась отлично и в контроле не нуждалась.

О родительских собраниях ей сообщали по телефону преподаватели. Потом появился родительский чат. О том, что происходит в личной жизни девочки, да и есть ли она у неё вообще, мать ничего не знала. Создавалось впечатление, что ей было всё равно. Но одевать старалась хорошо, чтобы не задирали ни сверстники, ни у учителей претензий не было.

Тем не менее, маму свою Катя любила и, когда после внезапно обнаружившейся болезни, её не стало, девушка почувствовала такую пустоту и одиночество, что жить не хотелось. Спасали книги, учёба, фильмы. На каникулах путешествовала. Там, то есть в путешествиях, всегда было много интересных событий, мест, рассказов экскурсоводов, внимания противоположного пола, к которому привыкла и воспринимала, как должное. Близко к себе никого не подпускала.

Часто думала, а почему? Хотелось же любви, такой, как в женских романах! Каждой девчонке хочется. Но, видимо, никто не затронул её чувства. Сама проявлять инициативу в отношении того, кто хотя бы немного понравился, она не могла в силу своего характера, а парни подойти не решались. Да и зачем, когда к красивым или интересным ребятам очередь из доступных девчонок? А неинтересные и ей были не интересны.

Потом к одиночеству своему привыкла. Когда хотелось общения, открывала какой-нибудь чат. На работе отношения между сотрудниками только рабочие. Во всяком случае – для неё. Кстати, о работе. После окончания института большинство выпускников уже знали, где будут работать. В основном у них либо родители вертелись в медицине, либо родственники, у кого-то любовники или любовницы занимали тёплые места. У Кати никого не было.

Да и вышла-то она не гинекологом или хирургом, а терапевтом. Узкую специализацию тоже заиметь не удосужилась. А терапевт – самая уязвимая в медицине специальность. У Кати оставался путь в поликлинику участковым с перспективой быть врачом общей практики.

Но тут ей повезло – рядом с домом, во всяком случае недалеко, был санаторий, в котором открылась вакансия. Это Катя случайно узнала, опять-таки случайно зайдя по окончании ВУЗа в отдел кадров. И тут обнаружилось, что буквально на неделе кто-то ушёл на пенсию. Место освободилось.

Катя всё чаще думала, что в жизни нет ничего случайного. Видимо кому-то надо было, чтобы она попала на работу в санаторий. Кому-то, в её понимании, судьбе. Дальше девушка не додумывала. Не было желания. И вот сейчас она послушно шла по пути, уже созданном для неё. И, после недолгого отдыха, стала врачом санаторно -курортного лечения.

Глава 4.

Обязанности были не хитрые – принять направленного медицинским учреждением пациента, собрать анамнез, осмотреть, назначить анализы и лечение. Причём, анализы назначались в любом случае, несмотря на то, что человек их уже по полной проходил перед этим в поликлинике, иначе бы ему санаторно-курортную карту просто не выдали... А лечение, соответственно, в основном физиопроцедуры, массаж, лечебная физкультура, ванны, грязи, но не только. Санаторий хороший и позволял многое в процессе восстановления здоровья.

Кате втягиваться долго не пришлось. Конечно, здесь была своя специфика, но свежи институтские знания, умение пользоваться медицинской литературой и другими источниками. Кроме того, это тоже своеобразный курорт и для врача. Кате не хотелось даже и представлять, какие очереди бы на неё навалились в поликлинике, хотя работы не боялась. Но, если есть возможность спокойно, в комфортной обстановке втянуться в работу, которой ей предстояло заниматься всю жизнь, почему бы и нет?!

— Екатерина Викторовна! Посмотрите пациентку из пятой палаты. После сероводорода у неё почему-то сердце частит! – обратилась к ней Верочка, медсестра.

— Да не может быть! Наоборот сероводород назначаем при этой болезни, чтобы убрать тахикардию! – недоуменно и почти официально ответила Катя.

Конечно же осмотрела. Как и следовало ожидать, всё, как она и думала, в порядке. Впрочем такие случаи, когда её напрасно вызывали, были нередки, и девушка за два месяца работы уже привыкла.

Подозревала, правда, что не случайно её дёргают. Та же самая зависть и безотказность. Ну, да ничего! Не трудно. Надо бы только получше разобраться в мотивах такого отношения, чтобы в дальнейшем изменить его. Разобраться в сложностях, которые всегда возникали в коллективе, но Катя этого не умела и не хотела.

А напрасно! Если хочешь работать, то надо! Да, для этого требуется завести подруг, осведомителей, выхватывать какие-то сведения и из разговоров с пациентами по крупицам, заводить беседы на постороннюю тему.

Овладеть умениями вовремя улыбнуться, сделать комплимент, кому-то оставить шоколадку, поинтересоваться делами, личной жизнью. Помочь, например, поменяться дежурством с коллегой, когда тому удобно, не претендовать на отпуск или другие блага в самое котируемое время. Да много всего, на самом деле.

Рано или поздно она бы научилась, узнала всё об иерархии официальной и фактической, но пока это было тёмным лесом. А так, как покровителей не было, то и наставить, защитить тоже было некому.

— Екатерина Викторовна! – сообщила ей любопытная администратор Соня. – Вас главврач вызывает.

Катя вздрогнула. Такие неожиданности всегда настораживали и не только её, а и любого. Но Катю ввергали почти в шок. Потому что она чувствовала нездоровое внимание к себе со стороны Вячеслав Ивановича.

Она шла по ковровой дорожке длинного коридора, проходила через холл со стойкой регистрации и поднималась в административное крыло. А дальше!.. И вспоминать не хочется, как щёлкал замок, после того, как она входила в кабинет начальника, как начинались расспросы, и различные непристойные предложения.

Кате пока удавалось уворачиваться ото всех притязаний, проводя взглядом, неприступным видом невидимую границу между рабочим и личным, но всё чаще думала: “А надолго ли?” Ставить вопрос ребром не решалась – не умела и не понимала, как это возможно сделать безболезненно для себя. Интуиция подсказывала, что в любом случае будет болезненно.

Стала читать статьи о харассменте, обращалась за юридическими консультациями он лайн, но ничего для себя практически полезного там не усмотрела. Везде надо было решать проблему кардинально. А ей этого не хотелось. Катя почти физически чувствовала, что наступает решающий момент.

Вот и сегодня утром…

Глава 5.

Катя проснулась рано, потому что уснула тоже рано. Ей удалось, так как усталость-то и шок от телефонного разговора сказались. Потянулась, как обычно к телефону, но отдёрнула руку, вспомнив, о чём договаривалась с незнакомкой накануне. Решила пока потянуть время.

Приготовила дежурную яичницу, подумав при этом, что скоро на яйца смотреть будет противно. Надо научиться готовить. А что? Макароны сварить нетрудно, с колбасой смешать обжаренной. Вот и новое блюдо. Чего легче!? С рыбой или мясом будет посложнее. Не говоря там уже об изысках. Но если захочешь, то всему можно научиться.

Включила телек. Посмотрела новости, прогноз погоды, хотя утро ясное, ветра нет. Погода обещает и без всяких прогнозов быть тёплой, потому что “бабье лето”. Катя особенно любила эту пору. Не жарко, красиво и немного грустно. А погрустить она любила, так же как и многие-многие, склонные к поэзии. Почему многие, хотя, в нынешний век должно быть “немногие”, Катя не знала, но догадывалась.. Она заходила на соответствующие сайты, блоги и видела количество интересующихся.

Ей даже казалось, что в обществе назревает определённый поворот спирали навстречу романтизму, как всегда бывает. Общество развивается по спирали – так думалось девушке. И различные изменения в настроениях людей, революции, войны и прочее, укладывались в эту теорию. На каждом новом витке, расположенном выше, но над прежним, возникали те же процессы, что и раньше когда-то, только на другом уровне.

До работы идти недолго. Катя не опаздывала и решила никуда не спешить. Шла медленно, глядя по сторонам, как будто впервые видела свой городок. А на самом деле, её ощущение было недалеко от истины, потому что большинство людей проходит по знакомым улицам, почти не замечая их, будто на автомате. Все сезоны сливаются во что-то абстрактное. То есть: вот это осень, или, например, зима. Или гололедица. Боже! Как скользко! Хоть бы поскорее закончилось. А вот конкретики в этих шаблонных картинах маловато.

Например, Катя сейчас только увидела не просто дерево, мимо которого проходила каждое утро и вечер, а конкретный тополь, который подрос и повзрослел за прошедшую весну и лето, на его ветвях птицы свивали гнёзда и уже вывели птенцов. И те скоро соберутся в свой первый полёт над океанами, чтобы следующей весной снова вернуться. А она, Катя, так всего этого и не заметила.

А ведь у окружающего, в частности у птиц, тоже свои заботы и, может быть, посерьёзнее, чем у Кати – борьба за выживаемость. “А вот, если бы я была птицей”.., – начала думать девушка, но тут в её мысли вторгся чей-то совсем нежеланный, но слышанный уже раньше, голос:

— Привет, подруга! Вот и встретились!

Катя подняла глаза и увидела небритое лицо парня, который уже преследовал её не первый день. Он будто поджидал девушку. Встречал то во дворе, то за поворотом, то, вот, как сейчас, по дороге на работу.

— Что тебе от меня надо? – решила она, наконец, с ним заговорить.

Раньше просто обходила, как неодушевленный предмет.

— О! И голосок у нас имеется! Да ещё и приятный, мелодичный, я бы сказал. Ты случайно не поёшь? А то бы был твоим фанатом.

— Хватит скоморошничать! Говори, что надо! – почти прикрикнула Катя.

— Скоморошничать! Какие слова-то мы знаем, – передразнил её парень.

— Не знаю, как мы, а я-то уж точно знаю, – пыталась говорить с ним миролюбиво.

Понимала, что если задирать парня, то можно навлечь на себя проблемы. А ей они были ни к чему вообще, а сейчас– в частности. Так и опоздать можно! Вот уж непредусмотренная ситуация! Но парень не отставал.

— Знаю, что на работу идёшь. Поэтому навязываться не буду. Но вот после работы обязательно навяжусь, – с усмешкой пообещал он.

— Слушай! Нам с тобой не по пути! Ни сейчас, ни потом, – сообщила ему девушка.

— Это тебе со мной не по пути. А мне так очень даже, – не согласился с ней попутчик, – Ну да ладно. Всё равно мимо не пройдёшь. Поговорим после работы в спокойной обстановке. Так что, надейся и жди!

Посмотрел на её обречённое лицо и захохотал вслед.

— Вот и у меня борьба за выживаемость, – подумала Катя.

Глава 6.

А где-то, в прекрасном далёко, у Кати 2 тоже начался рабочий день. Правда там не надо было ходить на работу, потому что работа постоянно находилась рядом. То есть, Катя жила в том месте, где и работала. В их житье- бытье никому в голову не приходило, что можно по другому. Всё потому, что работали, когда хотели. А хотели почти всегда, потому что без работы скучно.

Ну, например, Катина работа очень похожа по сути своей на работу Кати из нашего времени. Она тоже занималась оздоровлением населения. Чтобы всё это понять, надо начать сначала, то есть с начала рабочего дня.

Катя просыпалась сама без всякого будильника. Рабочий день, как уже было сказано, ничем не ограничивался, то есть, она могла начинать его, когда хотела, когда для этого назревала необходимость, так же и заканчивался.

У каждого члена общества будущего по разному, а у Кати, когда появлялся человек, которому нужны были её услуги. Всё остальное время она оставляла на контроль различных приборов и сетей. Они-то и сообщали Кате, когда наступало время для применения её профессиональных обязанностей.

Квартирное пространство, если так можно сказать, а вернее, место жительства, находилось на природе. Было частью природы, которую все жители берегли, как зеницу ока. То есть, природа была их идолом. Каждое дерево, растение, животное, букашка на учёте. К ним прислушивались, приглядывались, старались уловить всякое движение и желание.

Катя спала под огромным деревом, возле которого по её желанию воссоздавалось место отдыха. Оно могло быть в виде царского ложа, гамака, обычной аскетической кровати, ложа султанши, в общем, всё зависело от желания. Особых приборов, чтобы воссоздать задумку, не надо было. Всё уже встроено в собственном организме человека.

Дерево, под которым спала, было настоящим, но отделяло энергетическим куполом или оболочкой ото всего окружающего девушку. То есть, полнейшая безопасность. Даже комар не мог подлететь к ней. Катя в любой миг убирала эту оболочку, стоило только подумать. Сама могла видеть всё, что происходило снаружи, но её никто не видел. Так же и с каждым.

Катя медленно встала, на ходу обдумывая, что сейчас хочет, чем планирует заниматься. Протянула руку и достала из воздуха или воссоздала, как больше нравится охарактеризовать её действие, одежду, набросила на себя и пошла к водопаду. Утренний туалет предпочитала осуществлять там.

Долго стояла под тёплыми, упругими струями, нежась, перемещаясь, или, наоборот, застыв. Потом нехотя вышла. Она иногда думала, что из-за любви к воде, могла постоянно стоять там. Нет, это, конечно, утрировано. Если так сильно любила воду, что не могла без неё обходиться, жила бы на подводной станции. А так, ей нравилось всё – и вода, и суша, и воздух, в котором любила иногда парить, и огонь.

Да, это отдельная история. Иногда надевала специальный костюм, проходила определённые перестройки организма и отправлялась на солнце, на его поверхность или поглубже. Когда возникала охота, отправлялась на другие планеты, на выбор. Как говорится: “ Любое желание по Вашему капризу”.

Частенько любила встречать утро на горной вершине. Никакого труда не стоило добраться из любой точки пространства, если поступит вызов, обратно для осуществления её полезной обществу работы.

Сегодня была дома. Именно так она называла то место, где сейчас находилась. Подняла руку кверху, выставив ладонь таким образом, будто бокал держала, и там по её желанию образовался поднос с приборами для завтрака. Сегодня захотелось яичницу, потому что та, другая Катя ела это блюдо чаще всего. А Кате 2 очень хотелось побывать в “её шкуре”. Позавтракав, стала думать о работе.

Катя, как и каждый член общества, любила свою работу. Она сама её выбирала. Нет, конечно, и всякие помощники были задействованы, то есть искусственный разум подсказывал, что больше подходит. К чему генетическая предрасположенность, как устроен её психотип.

Так и оказалось, что для Кати самым оптимальным было заботиться о здоровье населения.

Глава 7.

А Катя из нашей современности в то же самое время вошла в приёмный корпус несколько возбуждённная – всё не могла успокоиться после неожиданной встречи. Впервые пожалела, что не имеет парня, который мог бы защитить её.

— Надо срочно найти, – подумала с иронией.

На самом деле было страшновато. И не в пример известной пословице – утро вечера мудренее, наступившее утро не разрешило проблемы, а наоборот, их добавило. И она положилась на другую пословицу – придёт день, придут заботы. Пословицы Катя любила. На любой случай можно подобрать меткое выражение.

— Ой, Екатерина Викторовна! – крикнула ей Соня, оторвав взгляд от стойки регистрации. – Вас уже Вячеслав Иванович с утра спрашивал.

— Ой, простите меня, Соня, совсем забыла, что утро-то уже закончилось! – тоже крикнула ей осмелевшая Катя.

На самом деле не осмелевшая, а просто до такой степени возбуждённая, что привычный барьер на мгновение куда-то растворился, да так, что Соня удивлённо посмотрела в её сторону.

Катя, чтобы сразу разрешить все возможные неприятности, а не думать о них полдня, направилась к главврачу.

— Надо придумать план действий, – решила она, но ничего не приходило в голову.

Спасение пришло оттуда, откуда не ждала – навстречу попался Игорь. Это один из её пациентов. То есть, не совсем обычный пациент. Он жил здесь уже несколько месяцев. Спортивное общество оплачивало отдельные апартаменты, питание, лечение и пр. Есть такое платное крыло в санатории.

Игорь профессионально занимался спортом – боксом. В одной из своих схваток серьёзно травмировался и вот теперь вынужден был восстанавливаться. Никто на самом деле не знал, что парень уже восстановился. Он несколько симулировал, но оправдывал себя чувством, в котором даже себе до конца не признавался. Знал только, что хочет понять, что с ним происходит и к чему это может привести. Проще сказать – очень нравилась Екатерина Викторовна или Катенька.

Такой девушки раньше никогда не встречал. Право пациента позволяло видеться с ней по нескольку раз в день, разговаривать. Он подозревал, что иначе к доктору трудно было бы подступиться.

— Екатерина Викторовна! – крикнул Игорь.

— Да! – обернулась она к нему.

— Как хорошо, что мы встретились! Иначе пришлось бы специально дёргать Вас, – сообщил парень.

На самом деле он лукавил. Уже полчаса специально ждал в холле, чтобы увидеть девушку. Уж мимо-то она не пройдёт. Все пути ведут через это место.

— Вы что-то хотели, Игорь? Случилось что? – озабоченно спросила Катя.

— Не так, чтобы уж случилось, но хотелось бы поговорить…

— Может быть, зайдёте ко мне в кабинет!? – начала девушка, а потом подумала, что вот он, счастливый случай. – А впрочем, пойдёмте со мной!

Парень встрепенулся. Это что-то новенькое.

— Я хочу предложить Вам интересную методику, – продолжала Катя, на ходу выдумывая, что бы она хотела предложить и с этим предложением пойти к главврачу.

— Я весь внимание! – воскликнул парень.

— Я готова с Вами продолжить лечение в бассейне, – предложила девушка.

— О-о!

— Да, ведь известно, что в воде предметы легче. Ваша рука, не чувствуя веса, или чувствуя его облегчённо, даст мне возможность как можно ближе подобраться к источнику боли.

— Было бы к чему подбираться! – подумал парень. – Ну да ничего! Сымитируем!

— Ну как, согласны? – спросила Катя.

— Не просто согласен, а с большим удовольствием, – с чувством, но осторожно ответил Игорь.

— Вот как хорошо всё разрешается! – обрадовалась девушка. – В случае чего и защитник будет рядом. Тот, о котором она недавно думала. На ловца и зверь бежит.

Это она процитировала одну из своих любимых пословиц. Интересно, а сколько их вообще существует?!

Глава 8.

А в прекрасном далёко Катя 2 подумала, что разминка для неё уже закончена. Надо приступать к полноценному дню. Провела рукой по воздуху и увидела возникшего перед ней секретаря. Это был, конечно, биоробот, которого специально создала. Ну, не совсем специально. Изначально планировалось, что из него выйдет полноценный спутник жизни.

Надо сказать, что Катя была обычной девушкой, которая, как и все мечтала о любви. В реальности такую любовь встретить трудно. Возможно, конечно – сколько прекрасных молодых парней! Но Все эти сложности со знакомством, объяснениями! Катя не хотела тратить своё время. Проще придумать такого, который нравится. Он уже изначально будет знать, зачем, для каких целей ей понадобился.

В её реальности самое трудное изо всего процесса возникало на первом этапе – на этапе задумывания. Каким должен быть её избранник? Катя вспомнила, как это было: она села в кресло воссоздания, которое уже заранее настроилось на процесс и стала творить.

— Так, рост. Между 180 и 190. Вес – около 65. Конституция – нормостеник, атлетического сложения. Цвет кожи– смуглый. Ноги длинные, плечи широкие, таз узкий. Мышцы упругие.

Катя поняла, что повторяется. Атлетическое строение уже предполагает то, что она сейчас задаёт. Ну да ничего! Никто её не осудит за это. Да и вообще, осуждение – это атавизм. Дальше:

— Лицо. Лоб высокий, волосы тёмные, слегка курчавые. Глаза карие, большие, нос прямой, рот …

Тут Катя задумалась. Какой же рот? Впрочем, можно оставить без чёткого определения. Пусть интеллект сам придумывает. Но девушка решила всё же определиться.

— Рот с припухшими губами.

На самом деле, где-то там, внутри себя понимала, что то, что сейчас создаёт не совсем, что ей нужно. А что ей нужно, она и сама не знала. А если и знала, то не хотела признаваться даже себе.

Через несколько минут перед ней во плоти появилось, что заказала – великолепная атлетическая фигура, стоящая, как в зале изобразительных искусств. Лицо было тоже, как у статуи – застывшее и без всякой мимики. Впрочем, отсутствие мимики характерно для её времени – тут ничего удивительного.

Парень смотрел на неё большими, влажными глазами, чуть приоткрыв пухлые губы. Он, конечно же не понимал, что от него хотели, но зато Катя понимала. И то, что она видела, совсем не соответствовало её смутным желаниям. Но назад пути не было – только вперёд.

А вперёд – это либо отправить его на инициацию, где он, возможно, получит душу, либо оставить интеллектуалом с рефлексами и прочим, но на уровне высокоорганизованного животного. То есть – недочеловек. Если бы Катя только понимала, что в этом определении есть нечто фашистское! Одно служило оправданием, что дело не в определении. На самом деле, получившийся объект был, по сути, биомашиной.

Таких “недочей” хватало в её времени. Они отправлялись на работы, которые сами выбирали, к которым проявляли способности. Это, как дрессированные собаки, например, – спасатели, поводыри. Здесь другие сферы для применения. Например, те же спасатели, но по другому,-- помощники по хозяйству, первооткрыватели на необжитых планетах, смотрители над животными, да много чего. Или, как секретари, которым он, Корел, и стал в итоге.

Катя никогда не пожалела, что у неё такой секретарь. Использовала его и для получения информации, например, как сейчас, когда хотела узнать о предстоящих делах. И для какой-то физической работы, и для “аферы”, то есть какой-то проказы или шалости. Человек есть человек, и стремление к совершению не совсем дозволенного, но очень уж интересного, не исчезло и в будущем.

— Что у нас на сегодня? – спросила Катя, – Есть желающие поправиться?

— Да что ты, Катенька! Такие сейчас редкость. Никто никого не нагружает работой – все сами её берут. У каждого свои бассейны, водопады, рощи, в общем,-- чего душе угодно.

— А с других планет? Может быть, кто-то заглянул на свою древнюю, но не забытую планету-прародительницу после освоения новых земель, вспомнив о нашей медицине?

— Нет, такое тоже нечасто бывает. Если там кто-то заболел, или травму получил, то местная медицина их просто не выпустит. К нам может заглянуть только какой турист и, обследовав достопримечательности, ради интереса побывать и здесь. Но, как обычно бывает, времени для поездок всегда в обрез. Столько всего посмотреть хочется, поэтому не до нас. Хотя бывают исключения.

— Ну, ладно. Придётся самой навязываться, осматривать или опрашивать местных. Животных тоже. Вот эти отказать не могут.

Катя подумала, что из-за недостатка работы ветеринарные врачи, которые были в прошлом, о которых она читала, теперь упразднены, а их функцию взяли на себя различные приборы, искусственный разум и такие, как она. Ведь человеческое общение и отношение никто не заменит.

— Решено!-- положила конец своим раздумьям, – Сегодня иду к животным. К людям пойду завтра.

— Понятно, Катенька, – ответил Корел с дежурной улыбкой.

Глава 9.

Катя 1 шла теперь уже не одна. Персонал удивлённо посматривал, кто-то шептался – такая красивая пара из них получилась. Прямо стандарт. Хрупкая девушка и высокий, замечательно сложенный парень с чёткими, мужскими чертами лица, очень уж привлекательными.

Конечно, он был в спортивном костюме, как и почти все пациенты санатория, но взгляд… Взгляды, которые этот богатырь бросал на доктора были совсем не похожи на взгляды просто постороннего. Пациент тоже смотреть так не будет.

Меж тем Катя продолжала объяснять Игорю: ”Простите, но сегодня Вы мне послужите макетом или моделью. Говорить буду я”.

— А мне дозволяется вставить что-то? – иронично спрашивал парень.

— Простите, не иронизируйте. Ну, сориентируемся по ходу дела.

— Спасибо и на этом, госпожа, – собеседник наклонил голову в полупоклоне, подражая то ли гусару, то ли…

Впрочем, кому, Катя точно не знала. Не очень долгое время прошло с тех пор, когда были бары и крестьяне, но что мы о них знаем? Да и хотим ли знать? А недолгое время кажется очень долгим – глубокой древностью. Стираются границы между последовательностью событий, нравами, которые царили в разные века. Да и немногие представляют, какие события были, да и были ли вообще.

Вошли в кабинет к главврачу, пройдя через секретаря, которая кивнула Кате, сообщая, что её ждут.

— Постойте, а это ещё кто?-- настороженно спросила она.

— Это мой пациент. Я по поводу него.

— А, ну ладно, – недоверчиво протянула секретарша, но согласилась.

Вячеслав Иванович сидел в конце длинного стола, покрытого зелёным сукном. Сейчас так уже не делают – прошли советские времена, когда это было модно. Но у хозяина кабинета, вероятно, что-то осталось в памяти, какие-то ассоциации. Скорее всего такая скатерть являлась для него атрибутом власти и респектабельности.

Он поднял голову от компьютера, удивлённо посмотрел на Игоря, которого не ожидал увидеть здесь, но сориентировавшись, кивнул головой.

— Садитесь! – официально пригласил он.

— Вячеслав Иванович! Я привела с собой пациента…

— Знаю я Вашего пациента! На таких наш бюджет держится, – откровенно сказал Вячеслав Иванович.

Катя при этом подумала, что он, в принципе, неплохой человек. Вот только его домогательства! Но у каждого, видно, свои недостатки. Вячеславу Ивановичу лет сорок или около того. Приятной, основательной наружности. Аккуратный и самодостаточный. Не ленился. Много делает для санатория. И, что называется, днюет и ночует здесь.

На самом деле, Вячеслав Иванович был женат. Двое прекрасных детей. Катя видела его семью, которая не раз приезжала сюда. Живые дети дошкольного или младшего школьного возраста. Они бегали по ухоженым санаторским дорожкам, внося разнообразие в размеренную жизнь учреждения.

Видя отца, бросались к нему. А вот с женой отношения прохладные. Не сказать, чтобы так уж ругались, но смотрели друг на друга без участия, без нежности. Не чувствовалось, что это семья.

— Может быть, у них что-то случилось, – думала Катя, – Например, она ему изменила, а теперь приезжает, замаливая свои грехи и прося прощения?

Это Катя фантазировала на тему сериалов, которые иногда смотрела по телевизору. Если бы хотела, то узнала, что там происходит на самом деле. Но ей было всё равно. Но так, как волей - неволей втянута в события, то и думала иногда о них.

Глава 10.

— На самом деле, я хотел поговорить с Вами по другому поводу, но ладно. Это не к спеху. Выкладывайте, что случилось?! – буркнул он, несколько недовольный изменением своих планов.

— Вячеслав Иванович! Я хотела предложить и использовать новую методику лечения, – начала Катя.

— Охотно послушаю, – сказал главврач, окончательно оторвавшись от компьютера, откинувшись на кресле и всмотревшись в пришедшую парочку.

Конечно, не парочку, но так хотелось сказать, глядя на этих двоих.

— Вячеслав Иванович! То, что хочу предложить, совсем не новость. Известно, что в воде даже роды принимаются. Проходят различные водные соревнования. Мы используем лечебные ванны. Я же хочу предложить диагностику в воде.

— Ну-ка, ну-ка, интересно! – заинтересовался Вячеслав Иванович.

— Предлагаю завести пациента в воду и…

— Постойте, что значит завести? Он Вам что, конь, что ли?

— Нет, не в этом смысле. Уточню, пригласить в воду. Предложить сначала проплыть кружок для известного уровня напряжения, а потом расслабить, –продолжала смущённо Катя.

— И как же Вы его собираетесь расслаблять? – уже откровенно не скрывая насмешки, продолжал спрашивать Вячеслав Иванович.

— Я предлагаю лечь ему на спину на воде, отвлечься ото всех проблем. Мы тут можем даже музыку включить, – совсем уже смутившись, продолжала придумывать новый “метод” Катя.

Тут ей на помощь пришёл Игорь.

— А что? В этом есть смысл. У вас здесь прекрасный бассейн. Можно его усовершенствовать для таких занятий. В каком-то огороженном участке, например, посадить водные растения. Сделать искусственный водопад.

Там же оборудовать джакузи. Но, самое главное,-- доктор, который будет задавать ритм, темп. У Екатерины Викторовны с её прекрасным тембром голоса очень даже получится расслабить с помощью психотерапевтических техник пациента.

— Постойте! Екатерина Викторовна не психотерапевт и не инструктор по ЛФК, тем более, не тренер по плаванию, например! – несколько ревниво осадил его главврач.

Но тем не менее, замечание его было вполне обоснованным.

— Да, она не… И так далее, но вполне могла бы совместить всё это, – не сдавался Игорь.

— Этак мне придётся платить ей не одну, а две, а то и три ставки, – насмешливо продолжал главврач.

— Ну и заплатите. А если нет, то наше общество оплатит дополнительные занятия со мной. Я думаю, они пойдут на это.

— Ну ладно. Оставим лирику, дальше что? Для чего всё это?-- спросил уже несколько раздражённо главврач.

— Для того, чтобы обследовать пациента, осмотреть его, максимально облегчив возможности движения конечности. Убрав боль, насколько возможно, не притупив при этом рефлексы, – продолжила Катя.

— А в этом, возможно, есть какой-то смысл, – уже заинтересованно сказал Вячеслав Иванович.

Ведь он не зря занимал своё кресло. На самом деле обладал достаточно большими познаниями и научной степенью.

— Вижу, что Вам понравилось, Вячеслав Иванович, – уверенно обратился к нему Игорь. – Можно приступить завтра?

— Ох, уж очень Вы скорый! Надо же дооборудовать рабочее, так сказать, место.

— Согласен, но что-то уже можно начать прорабатывать сейчас, без дооборудования, – твёрдо высказался Игорь.

— Ну хорошо - хорошо! Завтра, так завтра, – устало отмахнулся Вячеслав Иванович.

— Спасибо, доктор! Дай Бог Вам здоровья, – весело сказал Игорь, подхватил Катю под руку и, почти танцующей походкой вывел из кабинета.

Главврач недовольно посмотрел вслед.

Глава 11.

Игорь оказался ещё тот дипломат. На самом деле, известный спортсмен, и от него многое зависело в санатории. Кроме того, случись что, и газетная шумиха была обеспечена. Он хотел продолжить разговор на тему, но Катя опередила.

— Игорь, давайте завтра. Согласна, идём завтра с утра в бассейн. Да, ещё будет такая нестандартная просьба. Вам, насколько я знаю, многое позволено, как и возможность приходить в санаторий и покидать его, когда заблагорассудиться. Вот, если бы проводили меня сегодня до дома!

У парня ёкнуло сердце. Неожиданность!

— Нет, Вам ничего особого, я думаю, делать не придётся, только сопровождать меня, – продолжала Катя, уже не задумываясь, как воспринимаются её слова.

— О! Вы у нас, как английская королева! Впрочем, не удивительно! С большой радостью готов сопроводить Вас! – сказал Игорь немного иронично, хотя за иронией скрывалось настоящее, большое чувство.

Катя поняла, что сморозила и покраснела.

— Нет, я не то…

— То-то. И так, – перебил её парень. – Всё нормально. Я прекрасно понял Вас. Кто-то пристаёт, наверное.

— Да, а откуда Вы.., – начала Катя, поразившись проницательности парня.

— Не первый год живу и нравы, обычаи знаю получше Вас. Из-за этих нравов в своё время и боксом занялся.

Катя начала испытывать к парню уважение и доверие. Он нравился, но только, как друг. Она боялась спугнуть хорошее его отношение к ней. Так приятно было осознавать, что кто-то придёт на помощь. В конце концов, поймёт. Она никогда в жизни не испытывала такого. И только сейчас поняла, насколько это приятно и необходимо ей, одинокой девушке.

— Договорились? В пять часов я у Вас. Не передумайте только! Если уж Вы попросили, значит, вся ситуация действительно серьёзна, – убедительно и озабоченно попросил Игорь.

— Хорошо! Если не случится ничего экстраординарного!

Они разошлись. Катя с тёплым чувством добиралась до рабочего места, ловя на себе любопытные взгляды сотрудниц.

— Что, жених Ваш? – почти нагло спросила стоящая у стойки напротив Сони Верочка. Она вертела в руках ручку и, оценивающе посматривала на Катю.

— А не кажется ли Вам, Верочка, что Вы вмешиваетесь не в своё дело?! – осадил её почти одним прыжком вернувшийся Игорь.

Он давно уже всё понял об отношениях в коллективе и на этот раз решил защитить девушку.

— А вам вообще не положено вмешиваться, Вы пациент, – продолжала ничуть не смущённая Верочка.

— А Вам не положено нарушать субординацию, – ответил парень.

— А какое тут нарушение? Просто вопрос на личную тему, – продолжала отбивать мяч, как в теннисе, Верочка.

— Вопросы на личную тему задавайте своим подругам, а не доктору, который, насколько я знаю, Вашей подругой не является, – бросил он последнюю фразу, как решающий мяч забил. – Пойдёмте, доктор.

Катя подчинилась и бессловесно пошла туда, куда повёл защитник. На самом деле, она готова была сквозь землю провалиться. Но только не обладала такой способностью. Ещё слёзы благодарности выступили на глазах. А Игорь, опять поняв её состояние, ни слова ни говоря, ушёл.

Глава 12.

Катя 2 ждала сигнала. А сигнал – это выход в эфир Кати 1. Только вот, та не торопилась. Да и Кате 2 было не к спеху. Самое главное, это начать. А она уже начала.

Катя 2 тоже не имела круга общения. Родители были далеко и, как все, заняты своими делами. Катя уже привыкла, ведь по закону общества после совершеннолетия, которое наступало здесь в 21 год, два года жила самостоятельно под незримым присмотром старших.

Работала, отдыхала. Знала, что под наблюдением, но это не напрягало, потому что те, кто следили, в итоге получали от машин только то, что выбивалось из привычной нормы – если наблюдаемый совершал что-то экстраординарное. Поэтому за право сохранения тайны личного пространства можно было не опасаться.

Но хотелось человеческого друга или подруги. Корел не считается. Однажды Кате пришло в голову найти своего двойника – кто ещё лучше сможет понять её?! Но, как ни странно, на Земле таковых не обнаружила. Посмотрела за пределами – тоже.

Другой бы на её место успокоился, но только не Катя. Её упорству мог бы позавидовать любой исследователь. Катя иногда, учитывая такую свою особенность, думала: “А правильно ли я выбрала профессию?”Так вот, Катя придумала, как расширить поиски.

— Мы все, живые, подчиняемся генетике. Может быть, где-то, если не сейчас, так в прошлом, у кого-то случился такой же набор генов, как и у меня! -- пришло в голову. – Может быть, жила когда-то такая девушка, мой предок?!

Современные технологии позволяли обратиться к прошлому. Не просто почитать об этом или увидеть на экране, но и побывать в прошлом своим сознанием. Причём можно было точно до секунды рассчитать время, в которое хотела бы окунуться.

Но только мысленно, переместив туда своё сознание. Физическое же присутствие не допускалось. С этим строго. Ничто в природе не должно нарушать физические законы. То есть там, где прибыло, должно столько же и убыть. А это практически невозможно.

— Почему невозможно? – озарило её, – А если взамен меня прибудет абсолютно такой же человек, как и я? Прибудет сюда, а я туда.

Катя думала, зачем ей это надо было?

— А затем, – отвечала она себе. – Что хочется ощутить на себе лучи того солнца, прикоснуться к тем людям, почувствовать себя частью того общества.

Желание захватило её. Здесь-то всё уже ощутила или, так казалось. Оставалось только в каком-то из времён найти подходящую девушку. Чтобы всё совпало – и внешность, и возраст. Хотелось бы, чтобы она была не моральным уродом, хотя сейчас не понять, как это. Но читала…

Катя почти уверена была в предприятии. Где-то в цепочке времён должна существовать и цепочка ДНК её предка с полным совпадением всего перечисленного. Она так загорелась этой идеей, что почти не комплексовала из-за недостатка работы.

Нет, конечно, можно было связаться с какой-нибудь понравившейся девушкой или с юношей из современного мира, но Катю уже не остановить. Идея захватила полностью всё существо. Это, как казино для игрока. Раньше так назывался и выглядел азарт.

— Неужели я азартна до такой степени? – думала она о себе. – Но нет. Не может такого быть. Искусственный интеллект и дальнейшее наблюдение за личностью просчитали бы ненормальность и устранили. Значит, всё в пределах допустимого!

Катя искала. Это на самом деле стало основным занятием её деятельной натуры. Просмотрела множество времён, начиная от первобытно-общинного строя. Представляла себя на месте женщины “оттуда”, причём из разных слоёв. Такое увлекательное занятие! Иногда, правда, положение, например, рабыни ужаснуло б любого, но только не Катю. Она считала, что и здесь бы нашла свои плюсы.

— Устроила бы какое восстание. А что?! Почему-то в истории не было Жанны Дэ Арк рабовладельческого строя, например. А если бы я там была, то…, – с усмешкой думала девушка. – Вы все не знаете меня!

Эпохи пролистывались в её сознание, как книжные тома. Планета меняла полюса. Совершались катаклизмы и войны, там, где Катя была в поиске.

— Ах, так вот кто я на самом деле – революционерка! И, наверное, самое безопасное для общества, поместить меня именно в то время, где и нахожусь, – продолжала думать.

Наконец, о чудо! Нашла. Несказанную радость испытала при этом. Многодневный итог поисков, удовлетворение и открывающиеся возможности. Захватывало дух похлеще, чем в парении высоко над Землёй.

Но найдя, не слишком спешила идти дальше. Всё-таки присутствовала какая-то боязнь перед неизвестным, хотя Кате, обычно это было не свойственно. Но всё же решила попробовать.

Её сознание попало в ту реальность. Она увидела мальчика на берегу океана, который разговаривал с дельфином. И так это было красиво, так трогательно, что улыбнулась. Но, поняв, что нарушает привычные восприятия мальчика, переместилась. Стала искать ту самую девушку, своего дневника. Но в этом конкретном времени нашла только девочку.

— Да, подумала Катя. – Слегка не угадала. Надо дать корректировку лет на десять.

Глава 13.

Катя из нашего времени, вернувшись на рабочее место, не сразу могла прийти в себя. Негативные эмоции могут вызывать такой же по силе ответ, как и позитивные. В данном случае, почти состояние шока. Чувство благодарности, умиления, защищённости, что-то ещё, сливалось в одно целое, вызывая почти прострацию. Если бы кто сказал, Катя не поверила.

Она не знала, как дальше смотреть в глаза этому парню – возникало ощущение, что что-то должна ему. А Катя не любила быть обязанной. Надо чем-то хорошим отплатить. Только чем? Профессиональные обязанности бесплатны. Ах да! Бассейн. Вот тут-то она выложится по полной! Пришедшая наобум идея, чтобы выпутаться из ситуации с начальником, сейчас стала проявляться яснее, обретать пути для практического воплощения.

Катя решила сходить к бассейну, чтобы на месте посмотреть, в каком конкретном месте начать воплощать задуманное. Бассейн действительно был хорош – большой, причудливой формы, имеющей широкие и узкие места, округлые и угловатые. Девушка прошлась по периметру и нашла, что хотела. В одном месте оказался уже почти отгороженный уголок, спрятавшийся за большой кадкой с пальмой.

Пальма, конечно, не водное растение, но оно же на берегу! Какая разница, что рядом тонны воды? Тут же спуск или подъём, ведущий к скамейкам, стоящими друг напротив друга. Между ними столик. Очень уютный уголок. А если включить тихую, медленную музыку, то будет, что надо.

— Екатерина Викторовна! – подошёл к ней работник бассейна. – Если хотите поплавать, – вон раздевалки. В купальнике, и, милости прошу. А так, одетой, нельзя.

— Николай Петрович! Я в халате, мне можно! Считайте, что какому-то пациенту стало плохо и Вы вызвали меня.

Николай Петрович, конечно, понимал неправомочность своего замечания, но, просто захотелось поговорить, покомандовать, если хотите. А с тихой, скромной докторшей такое, возможно, прокатило бы. Но, нет.

— Ладно, ладно! Принято. Вы что-то хотели? Может быть могу помочь?-- спросил он примирительно.

— Ну разве что составить со мной график. Завтра с утра по распоряжению начальства я планирую проводить здесь оздоровительные занятия с пациентом.

— Это с каким же? – хмыкнул Николай Петрович.

— С Игорем. Знаете?

— Да кто ж его не знает? Это гордость нашего санатория, да и всего спорта страны, я так подозреваю, – ответил Николай Петрович и добавил с хитрецой. – Да и парень больно хорош. Уж прямо под стать Вам.

— Что за намёки, Николай Петрович?! – смутилась Катя. – Парень, может быть и хорош, но для меня он всего лишь пациент.

С Николаем Петровичем Катя, почему-то не чувствовала обычной скованности. Он, почему-то располагал к себе. Может, потому, что не завидовал и не претендовал?!

— Так когда лучше подойти? Желательно, чтобы народу было поменьше!

— А вот если бы вы вместо завтрака здесь поплавали. А что? Завтрак перенести в Вашей власти.

— Спасибо, Николай Петрович! Это мысль. А Вы не против, если вот этот уголок будет наш? – спросила Катя с надеждой.

Она уже считала этот участок своим и не хотела получить отказ.

— А что?! Место подходящее – тихое, укромное, красивое. Согласен, дорогая. Приходите. Никого сюда не пущу. Даже ленточкой огорожу.

— Ну вот, и договорились, – в тон ему, с благодарной улыбкой утвердила Катя.

Глава 14.

По пути в кабинет Катя пошла к кабинкам по физиотерапии. Спросила у медсестёр, как там дела. Поинтересовалась исправностью приборов, спросила, не стало ли кому плохо? Всё, к счастью было в порядке.

Потом Катя зашла в спортзал, взглянула на начавшиеся занятия по лечебной физкультуре. Увидела разновозрастных пациентов, выполняющих несложные упражнения – каждому по силам и для укрепления или восстановления здоровья. Ей нравилась Надежда Станиславовна, руководительница отделения. Невысокая, стройная, средних лет женщина располагала к себе хотя бы тем, что не вмешивалась в чужую жизнь, не участвовала в различных группировках, не плела интриги, а спокойно и достойно занималась своим делом.

На самом деле таких сотрудников и сотрудниц было немало, но они не выпячивались. Не доставляли лишних беспокойств и проблем, а делали работу, для которой здесь и находились. А до чьих- то дел времени и любопытства у них не было. Своих хватало. И молодого, приветливого доктора воспринимали по достоинству, за её знания и отношение к делу.

Кате находиться здесь было приятно. Она проверила у завхоза и наличие всех материалов, грязей. Спросила, как с водой? Может быть это и не входило непосредственно в сферу её деятельности, но Катя так не считала. И другие тоже не говорили: “Не вмешивайтесь!” Чувствовали её заинтересованность делом

Даже спортинвентарь осмотрела. Зашла в кабинет ароматерапии. Здесь под звуки усыпляющей музыки проводилось лечение запахами. Кате очень нравился и кабинет, и инструктор – молодой мальчик, увлекающийся травами.

— Стас, не было происшествий? Аллергии у кого-нибудь?-- спросила она на всякий случай.

Если бы было, уже всех на уши поставили.

— А как там с травяными бочками? Плохо никому не стало?

— Да ну, что Вы, Екатерина Викторовна! Вы же не пошлёте тех, кому может быть плохо!-- пожав плечами, ответил паренёк.

— Да всякое может быть! Болезнь – это одно, а человек другое. Ты же знаешь, что мы должны лечить не болезнь, а больного!-- сказала Катя прописные истины, аж самой неудобно стало.

Не любила нравоучений. Парень ничего не ответил, просто подозрительно посмотрел на неё, как бы подумав, что с доктором что-то не то происходит. Так Катя добралась до кабинета.

А перед ним уже сидело несколько человек, новоприбывших. Это Катя поняла сразу. Своих пациентов помнила. Даже если бы один раз увидела – не забыла. Рядом стояла кипевшая негодованием Верочка.

— Где Вы ходите? А если бы кому плохо стало, а Вас нет на рабочем месте, – резко выдохнула она, будто начальство.

— Я не обязана перед Вами отчитываться. Но если интересно, обратитесь к начмеду и поинтересуйтесь, что у меня есть и другие обязанности помимо приёма пациентов, а если кому плохо – найдите меня или кого другого – полный санаторий врачей! – ответила осмелевшая Катя.

Скорее не столько осмелевшая, сколько озабоченная, так что стало не до стеснительности… Сегодня действительно наплыв какой-то или прорыв. Столько людей сразу редко бывает. Катя, обычно не допускает очередей.

Верочка не нашлась, что ответить, только хмыкнула и с осуждающим видом удалилась. Уж можно быть уверенной, что действительно пойдёт к начмеду и вывернет там всю ситуацию наизнанку. Стало немного не по себе. Никому не хочется быть оболганной, да и оправдываться за то, что не верблюд, тоже.

Глава 15.

Приняла всех, назначила лечение. Справилась уже к концу рабочего дня. Даже задержаться пришлось, потому что и очередные осмотры тоже надо было проводить. Вышла за двери усталая. Думать ни о чём не хотелось, разве что поскорее добраться до дому.

Но за дверью ждал Игорь, как договаривались. Он посмотрел на замученную Катю и будто на себя принял часть её груза. А Кате почти физически стало легче.

— Ну что, – бодро проговорил он. – Сопровождение готово!

Катя лишь устало улыбнулась в ответ. И так ему стало тепло от этой улыбки, что готов был растаять.

— Разрешите предложить Вам свою руку! – подставил ей своё предплечье.

— Нет, Игорь, не сейчас. Сами понимаете, что мне только разговоров не хватало!--напрямую сказала Катя.

Как уже говорилось, она была довольно искренней. Может быть натура такая, а, может быть, пока не накопилось то, что хотелось по-настоящему скрыть.

Игорь настаивать не стал. Пропустил только вежливо Катю через входную дверь. Так полагалось по этикету, только в наше время он всё чаще переставал действовать.

Вышли за пределы санатория, двери которого прямо переходили в аллею, столь красочную в это время года. Игорь ещё раз предложил свою руку:

— Теперь уже можно! Никто не видит, Екатерина Викторовна, – шепнул Игорь, демонстративно оглядевшись по сторонам, показывая себя и Катю действующими лицами какого-то шпионского фильма.

Катя в ответ рассмеялась и взяла его под руку.

— Вот так парень!-- подумала при этом, – И внешность, сила, доброта. Такой поймёт, не предаст, поддержит. Да и с юмором всё в порядке. Почему же я не влюбляюсь? Или, может быть, не способна? Впрочем, может быть не знаю, что это такое? И всё, что сейчас происходит и есть любовь?

Но что-то ей подсказывало, что нет. Катя задумалась об этом. Благо и погода располагала – такая тёплая, печальная и красивая. И Игорь ненавязчиво впорхнул в её мысли, тоже сказав об этом:

— Как Вам, Екатерина Викторовна? Правда замечательно! Золото и багрянец!-- проговорил он, мог бы и продолжить высоким штилем, да постеснялся.

— Да Вы ещё и поэт Игорь. Кстати, мы почти ровесники, даже Вы постарше. Неудобно как-то, я Вам–Игорь, а Вы – Екатерина Викторовна.

— Согласен. Мысленно я давно уже обращаюсь к Вам Катенька, – радостно ответил он, приняв недвусмысленное предложение.

— Я тоже люблю эту пору,-- продолжила Катя. – Только утром думала об этом.

— Как хорошо, если бы мы вместе могли думать! – сказал и сам испугался.

Не поспешил ли?!

Но Катя не вникала, а смотрела куда-то вдаль:

— А мы вместе и думаем.

Вдруг напряглась, что Игорь сразу же почувствовал. Он проследил за её взглядом и увидел заросшего парня, который сначала приподнялся со скамейке ей навстречу, но потом увидел рядом с девушкой мощную фигуру Игоря, обратно присел.

— А вот и обидчик! – подумал Игорь.

Но так, как повода не было вступать в схватку, решил сам его создать.

— Ой, смотрите, Катенька, у Вас везде поклонники! Вон как на Вас этот парень уставился! – громко сказал он, почти вплотную пройдя мимо преследователя девушек, скажем так.

И напрягся, приготовившись к неминуемому, как казалось, действию. Но напрасно. Парень никак не прореагировал. Он только молча наблюдал, помахивая сломанной веткой, будто от комаров отбивался. Тогда Игорь предпринял новую атаку:

— Какая необычная осень, Катенька! Комары, видимо есть! Вон парня вконец замучили, – и он указал грубо пальцем в Катиного преследователя.

Но никаких ответных действий не последовало. Тут уже Катя вмешалась:

— Пойдёмте Игорь. Я немного устала. Домой хочется!

Игорь вынужден был подчиниться.

Глава 16.

— Спасибо, Игорь, – поблагодарила Катя, когда дошли до подъезда, – Не знаю, чтоб я без Вас делала.

— Не стоит благодарностей! – ответил он, – Но это только начало, уж будьте уверены. Завтра он придёт с подкреплением. Так что мне придётся и дальше провожать Вас.

— Извините, что напрягаю,-- Катя поняла его слова по своему.

— Да что Вы! Мне только в радость. Я бы в любом случае теперь этого дела так не оставил, даже если бы Вы отказались от моей помощи. Это же не шутки. Так что теперь от меня не откреститесь.

— Спасибо! – ещё раз сказала Катя. -- Извините, домой не приглашаю.

Она не стала объяснять почему. Да и не обязана была. Это же не свидание.

После того, как захлопнулись двери подъезда, Игорь ещё постоял некоторое время, дождался, пока свет в окошке зажжётся, вздохнул и пошёл в санаторий. Он специально внимательно всматривался в окружающих, пытаясь увидеть того парня, чтобы поговорить и дать понять, что с ним шутки плохи, но того и след простыл.

Придя в санаторий, пытался составить план на случай возникшей драки.

— Может, ребят подключить? – думал он.

Но посчитал, что не надо. Хулиганы, увидев их, скроются. Только ребят дёргать будет. Но что же делать? Он в хорошей форме, отдохнувший. Многих сможет уложить. Но сколько их будет?

Больше всего боялся за Катю, чтобы ей не досталось.

— Проще всего пройти окольной дорогой, но не посчитает ли Катя это трусостью?!-- продолжал думать он.

Да, вот так задачка!

А Катя, придя домой, включила телевизор, чтобы ощущать рядом с собой присутствие мира, чтобы не оставаться одной. Хотела было по привычке взять телефон, войти в сеть, но передумала. Не хотела пока встречаться с Катей из будущего. Вмешивать её в свои проблемы, пугать. Столько надо было ещё сказать им друг другу, и начинать надо не с этого!

Свет она включила сразу – не потому, что было темно, а потому, что со светом веселее. Телепередачи немного отвлекли, ввергнув в свои проблемы. В мире продолжают бушевать страсти… где-то. А где-то кто-то тяготится слишком спокойной жизнью. Так было, есть и будет. Потому что человек не статичен – всегда в движении.

— Кстати, Игорь готов был за меня ввязаться в драку, – подумала она. – Хотя сам ещё не здоров. Ему никак нельзя напрягать, а тем более, ещё больше травмировать руку. Слышала, что скоро соревнования. К ним наоборот должен быть полностью готов,-- думала она.

Поймала себя на ощущении, что думает о парне, как о близком, далеко не безразличном человеке. Как о друге, о брате, но, ещё раз, не как о любимом, чего он бы хотел.

Катя же не наивная дурочка, она понимала, что за чувства испытывает к ней парень. Казалось, вот-вот загорится сама от его взгляда, почувствует дрожь руки в ответ на его дрожь, Забьётся сердце от его вольного или невольного прикосновения. Но почему-то этого не происходило.

Она готова была отдать ему свою руку, понимая, что такого парня в жизни больше может не встретить, но почему-то надеялась. Надеялась встретить кого-то другого, при виде которого станут подкашиваться ноги, при звуке голоса которого будет замирать сердце, которое готова будет отдать только ему.

— И что мне надо?! – спрашивала себя. – Царевича-королевича?

Так сказала бы бабушка, которой у Кати никогда не было или, вернее, которую никогда не видела или не помнила.Так все бабушки говорят. Вспомнила она фразу из фильма с одноимённой героиней. Там ещё Гурченко снималась.

Мысли перескакивали одна с другой, но все стремились к одному – разрешить ситуацию с обидчиком, решить вопрос с Игорем. И, где-то на задворках, пусть не главная, но сидела ещё одна мысль о встрече с Катей 2. И своё будущее она, почему-то связывала с ней.

Включалась в процесс интуиция, которая что-то пыталась подсказать.

— Вот интересно,-- думала Катя, – А есть ли способы прокачать интуицию? Техники особые? Или просто надо думать о проблеме и прислушиваться к любой мелькнувшей мыслишке или ощущению?

Сейчас бы это очень понадобилось. Вот что, например, подсказывает мне сейчас шестое чувство? Сущую ерунду, которой быть не может. Что моя любовь уже на пороге. Если присмотреться как следует, то можно даже облик увидеть. А может быть, во сне? Там ведь ослабевает контроль сознания, вернее, совсем исчезает. Так же, как и недоверие.

И к Кате, несмотря на все проблемы, пришло ощущение счастья или счастливое предчувствие, которое гони- не гони, а всё равно ворвётся.

Глава 17.

Катя уснула не поздно, потому что так ждала сон. И он ей приснился.

Она сидела на какой-то скале, круто утопающей в море, но не утонув, всё же возвышающейся в нём. Голубовато зелёные волны набегали на пустынный берег, перекатывая мелкие камешки. Они были мирными и ласковыми, но в этом спокойствии Кате мерещилась ленивая, расслабленная поза кота, который полу прикрыв глаза, наблюдает за мышью, то и дело выглядывающей из норки.

— Неужели будет шторм? – думала Катя во сне.

И действительно, в чистом пока небе внезапно появилась чёрная тучка, которая росла, гонимая невесть откуда взявшимся ветром. Волны стали сильнее вздыматься, поднимались почти до тучи, которая тоже увеличивалась в размере. Между ними, то есть тучей и волнами, появилась сильная птица с длинными крыльями, которая, казалось, так и хотела врезаться либо в эти волны, либо в эту тучу, либо отогнать всю эту начинающуюся бурю от Кати.

Почему-то на волнах возникла утка, точнее селезень с сине зелёным отливом перьев. Селезень качался на волнах. Всё существо Кати кричало, прогоняло его. Он был, как бы не из этой реальности, потому что селезни обитают не на море, а совсем в других водах. Но селезень подплывал всё ближе, ближе, так же, как всё ближе подлетал буревестник.

Буря стихла, как будто и не бывало. Селезень и гордая птица очутились на берегу, предстали перед Катей, ударились о землю и превратились в добрых молодцев, как в сказках. В одном Катя узнала Игоря с его тёмными волосами и гордой, могучей фигурой, а другой молодец был не знаком. Был тоже высок и красив, но не так. Как-то более романтично, что ли.

Особо врезался в сознание светло-русый, такой же как у неё цвет волос и взгляд, похожий цветом на сине зеленые волны. И эта напряжённая, направленная к ней фигура, и эти рассыпанные по плечам длинные, слегка кудрявые волосы, а особенно взгляд врезался в разум Кати, повергая всё её существо в смятенье и возбуждая то, что она уже думала невозможно возбудить.

Волна накатывала на неё, погружая в пучину, откуда, казалось, невозможно выбраться, потом возносила к звёздам. В глазах расплывались радужные круги, бешено колотилось сердце, прерывалось дыхание. И возникало знание, которое раньше от неё было сокрыто – это понимание всего сущего, что так живёт.

— И почему всё было скрыто от меня? – думала она. – Пусть здесь и высокое, и низкое, и тёмное, стыдное, и радостное, просветлённое, но оно является сутью жизни, что не опишешь и не объяснишь словами.

И счастлив тот, кому открылась эта суть, или, наоборот, несчастлив. Но это, как райское яблоко, которое вкусила Ева, является проблемой выбора и предоставляет его. И, не познав существующее, невозможно понять, “ что такое хорошо, что такое плохо”, как сказал Маяковский.

Катя проснулась озадаченная и обновлённая. Что-то такое открылось ей. Что-то готово было открыться. Девушка поняла, что это тот самый порог, который она предчувствует.

Ещё только рассвет, можно чуток поспать, но не спалось уже. Знакомый мир представал незнакомым. Это, как в сумерках, тоже незнакомое, но влекущее во тьму, а здесь,-- то, что обещает свет.

Катя верила обещанию. Ей показалось, что, наконец почувствовала свою интуицию и прислушалась к ней. Раздался звонок телефона. Катя вздрогнула, но не взяла. Она возьмёт сегодня, позже. Чувствовала, что начала дорожить каждой минутой проведённой здесь, в своём мире.

— А где же ещё? – спросила себя Катя.

Но в сознании засело слово: “Здесь-здесь-здесь”. Слово растягивалось и куда-то уплывало. Наверное, в рассвет.

Глава 18.

Катя шла на работу. Вокруг суетился народ, частью которого она, как никогда, ощущала себя. Каждый жил своей жизнью в своём маленьком мирке, который зависел от большого, как и большой от маленького. Например, бомба. Ворвавшись в большой мир, разрушит маленькие. Или кто-то смастерил взрывчатку в маленьком, но от неё пострадают и в большом тоже.

Катя не знала, почему пришло сравнение с бомбой, наверное подсознательно ждала взрыва, который готов был в клочья разнести всё, чем жила. Хотя по-настоящему ждала хороших перемен, а взрыва только боялась. И вот он.

На Катю медленно надвигался тот небритый преследователь.

— И что ему только надо от меня? Пора бы уже понять, что неприятен один даже вид, – думала девушка. – Но ему плевать на моё мнение. Наверное, охотничий инстинкт – заполучить добычу, победить её, несмотря на сопротивление. И чем сильнее добыча сопротивляется, тем желаннее трофей.

Парень подошёл вплотную, засунув руки в карманы, накинув капюшон на голову. Трико пузырилось на коленях. Драные кроссовки явно просили каши, что парня нисколько не смущало.

— Слышь, ты! Скажи своему защитничку, пусть лучше не появляется, не то пожалеет, – сквозь зубы процедил он.

— А то что? – ответила смело Катя.

Она могла скромничать, смущаться, но если надо было кого защитить, отбрасывала всё это в сторону, как белый флаг, который использовал уже своё предназначение.

— А то сама знаешь, что бывает, – парень достал нож и провёл лезвием по своему большому пальцу.

— А ты знаешь, что он известный боксёр, – попробовала Катя напугать обидчика, но парень только хрипло рассмеялся:

— Ну вот и устроим турнир.

Катя пришла на работу явно не в хорошем настроении. Это сразу почувствовал ожидающий её Игорь.

— Опять он? – спросил тот, даже не расспрашивая.

Почему-то слишком хорошо понимал Катю.

— Ну ладно! Не будем о грустном, – сказал Игорь, пытаясь разогнать нависшие тучи. – Давай лучше подумаем о предстоящем занятии.

И действительно, Катя переключилась. Она пригласила его в кабинет.

— Какую музыку предпочитаешь? – спросила.

— Свою! – улыбнувшись ответил Игорь.

Он достал телефон, включил запись и в комнату грациозно вплыла мелодия, исполненная мужским приятным баритоном под гитару.

— Так это блюз! Осенний блюз. Но раньше его не слышала. Явно не Розенбаум, но не хуже,-- пыталась охарактеризовать Катя.

— Вот это моя музыка, о которой и говорю, – чуть неожиданно смущённо произнёс Игорь.

— Твоя? То есть, ты автор? – удивилась Катя.

— Да, – просто ответил парень.

— Ну что ж, подойдёт для занятия. Да и я как следует вслушаюсь и запомню, – пообещала Катя.

— Буду рад.

Катя думала, рассказывать ли ему о сегодняшней встрече или нет? Потом решила, что не надо. Незачем портить настроение ещё и Игорю. Взяла купальные принадлежности, уложила в сумку. И они пошли, уже привыкшие идти под взглядами, как по коридору людского любопытства и обсуждения.

Глава 19.

Когда подошли к бассейну, Катя взглянула на Николай Петровича, подтверждая, что они явились. Тот в ответ кивнул и показал рукой на то место, которое было выбрано вчера. Девушка подвела Игоря туда, спросив:

— Ну, как? Пойдёт?

Игорь даже не ожидал, что будет так хорошо. Захотелось поскорее уже окунуться в возбуждающую воду. А то, что это будет вместе с Катей, возбуждало вдвойне.

— Давайте в раздевалку, молодые люди, – приказал Николай Петрович.

Пусть и доктора, и кумиры, но тут он командует.

Переодевшись первым, Игорь подошёл к столику и включил музыку. А вышедшая следом Катя только улыбнулась и медленно вошла в воду, как и полагается мифологическим богиням. Мужчины только смотрели, причём Николай Петрович даже рот открыл.

— Давай, Игорь, времени у нас не так много. Потом народ появится, да так, что и музыку твою не услышим.

Игоря долго приглашать не пришлось. Он не стал сходить по ступенькам медленно и грациозно, а с разбегу нырнул в чистейшую, ещё никем не замутнённую голубизну. Катя, видев это, невольно подумала, что парень абсолютно здоров.

— Что это? Симулирует? Зачем? С другой стороны хорошо, что человек выздоровел. Пусть и не понадобятся теперь мои занятия, – думала расслабленно девушка.

Почему-то всё стало не важно. Она просто наслаждалась и этим утром, и музыкой, и чистой водичкой, и обществом такого замечательного во всех отношениях человека, как Игорь.

— Но не герой моего романа, – вспомнила сон и желание во сне.

Игорь, красиво сделав круг, подплыл к ней. Встал напротив и сказал:

— Ну, вот он я. Что там теперь по плану? Расслабление?

— Да-да Игорь! Ложитесь на спину. Послушайте музыку. Подумайте о приятном. В общем, расслабьтесь! – почти ласково сказала Катя.

Ей не хотелось уличать его в чём-то. Просто тоже наслаждалась тем, что даёт жизнь. Легла рядом с ним на воде на спину, прикрыла глаза, взяв парня за руку.

— Вот так. Спокойно. Хорошо ведь! – промурлыкала, нежась в тёплых струях.

— Лучше не бывает,-- улыбнулся Игорь, прикрыв глаза.

— Ну, а теперь становимся у бортика. Подходи ближе! – пригласила Катя.

Она сама не понимала, зачем это делает. Просто решила испытать себя. Испытать парня, предоставив ему желаемое или частицу его. Взяла предплечье Игоря в руку, перебирая мышцы, как струны. Нащупала сухожилия, которые немного напряглись при её прикосновениях. Входила пальцами глубже, глубже между мышцами. Прощупала и застарелые переломы, то есть костные мозоли после них. Больше ничего.

— Ну ты здоров, Игорь, – сказала она. – Зачем притворяешься.

— Потому что ты мне нравишься,-- сказал парень, пытаясь выровнять участившееся дыхание.

Он обнял девушку за талию и притянул к себе, так, что живот Кати упёрся в его восставшую плоть, грудь прикоснулась к его мускулистой груди.

— Пусть у меня с мышцами всё в порядке, зато с головой и сердцем нет. И ещё кое с чем, – сказал без обиняков и почти без намёков.

— Игорь, прости. Давай завтра продолжим. На сегодня это всё, – только и ответила Катя.

Она испытала себя. Ничего не почувствовала,-- одно разочарование. Вот-вот, казалось бы, должно возникнуть желание, как во сне, но не возникало. Ничего, конечно, не сказала Игорю. Пусть думает, что всё возможно.

— А правильно ли это? Гуманно ли или наоборот, глупо и вредно, – всё равно что продлить агонию, – думала она.

Но что-то подсказывало, что правильно. Так надо. Что это только начало каких-то отношений. Катя недоумевала, каких? Её состояние как будто раздвоилась. Интуиция ей нашёптывала одно, а разум сопротивлялся. Выставлял логические доводы. Даже устраивал проверки.

Но сегодня и действительно всё на этом закончилось, потому что в бассейн стали врываться сытые и довольные люди, жаждущие понежить теперь своё тело, а не только желудок. Их вторжение дало знать, что Кате с Игорем действительно пора на выход.

Глава 20.

Катя вернула в кабинет, приняла какое-то количество пациентов, а потом появилось время, которое она обычно находила, как использовать. Но только не сегодня. Катя, наконец, решила продолжить общение с Катей 2.

Стоило лишь включить смартфон, как в нём появилось любопытное личико Кати 2. Катя всё забывала, что это её собственное лицо– разглядывала его, и не могла наглядеться.

Это, как на художественное произведение – можно смотреть бесконечно, если оно приближено к жизни. А здесь сама жизнь, которая не скрывается, не заморачивается, не гордится и много ещё “Не”.

— Привет, – сразу же сказала Катя 2. – Я вижу, что ты теперь готова. Понимаю и понимала твоё состояние, поэтому дала время нам обоим. Во первых надо привыкнуть к тому, что мы с тобой не одни, а, наоборот, едины. Во вторых, то, что к тебе явился посланник, как пишут в ваших фантастических историях, из будущего, а ко мне, естественно, из прошлого. В третьих, ты понимаешь, что я к тебе явилась не просто так. Если и не понимаешь, то чувствуешь или предчувствуешь.

— Правильно. А ты всегда так логична и всё раскладываешь по полочкам? – с интересом, а не с иронией спросила Катя 1.

— Да! Предпочитаю ясность. Прежде всего определяю цели и задачи. Несмотря на то, что мы живём триста лет, да, не больше, в жизни столько всего интересного, что время транжирить я не хочу, – чётко ответила Катя 2.

Но Катю 1 изо всей тирады заинтересовал факт, что живут они всего 300 лет и она спросила об этом:

— “А почему?”

Катя 2 поняла к какой части её фразы обращён вопрос.

— Ну, наши геронтологи определили, что это хорошая продолжительность хотя бы для того, чтоб человек ощущал конечность жизни и ценил её. Во вторых это в три с лишним раза больше, чем у Вас. А даже вы кое-что успеваете сделать за свой срок, мы тем более успеем за свой. Потом добавляются всякие социальные, генетические моменты, наука о народонаселении. Предвидение или провидение. В общем, много всего. Если тебе интересно, даже появляется какая-то усталость от жизни, – начала просвещать дальше Катя 2.

Но Катя 1 прервала её:

— Да мне интересно, но так же, как и многое. Может быть, потом расскажешь.

— Расскажу, если будет время. А, может быть, поступим по другому, – задумчиво проговорила Катя 2.

— Ты мне скажи сначала вот что. Просто боюсь не успеть спросить о чём-то самом основополагающем. Может быть связь прервётся, – начала Катя 1.

Она действительно хотела успеть. Нельзя упускать такую возможность прикоснуться к будущему.

— У вас сейчас тоже осень? – продолжила начало своего вопроса.

— Нет, Катя. Сезонов не существует, хотя Земля по прежнему на своей орбите, вертится вокруг солнца и своей оси. Просто у нас поддерживается постоянная температура для комфортной жизни всего живого, – терпеливо приготовилась объяснять Катя 2.

— То есть вы не знаете, что такое зима, весна, осень. Скорее всего живёте в постоянном лете, – подтверждала догадки Катя 1.

— Не совсем. Это не лето, а просто климат – тёплый, около 24-25 градусов. Я знаю, что и у вас уже есть установки, чтобы охладиться, или, наоборот, сделать потеплее. А нам ничего делать не надо. Температура, также, как и влажность, отсутствие катаклизмов, например, тайфунов, наводнений, землетрясений и многое чего, контролируется искусственным разумом.

Даже вулканы и то… по мере крайней необходимости. Если кто-то любит другую температуру, то заказывает её в своей точке пребывания, – Катя 1 рассказывала об этом, даже не как хорошо подготовленный урок, а просто, как об элементарных вещах, которые впитываются с молоком матери.

Кстати она подумала именно так, такими словами и только сейчас поняла, что некоторые вещи, пословицы – атавизмы, которые идут из глубины веков. Вот, как это выражение – “с молоком матери”. Никто и и не знает, что такое молоко матери. Дети с рождение выкармливаются специальным питанием. Впрочем, начало было уже положено в этом времени. Она подумала, что надо рассказать и об этом и Кате 1. Но стало очень скучно. А скуки не терпела. Решила переключить внимание на время Кати 1.

Глава 21.

— Скажи, а у вас есть какие-то музеи или, например, такие хранилища, где можно посмотреть кое-что из истории, произведения искусства, о вашем быте?– спросила она.

— Конечно! Музеи и галереи, и выставки, и театры, целые охраняемые зоны, где сохраняется природа, быт, памятники искусства и… – ответила Катя 1. – А разве для тебя это секрет? Я думала, что имея такие возможности, как связаться со своим двойником из прошлого, вы уж точно можете посмотреть всё, что у нас есть.

— Ты знаешь, есть такой странный момент, что эти три века: 19, 20, 21, почему-то полностью закрыты от нас. Может быть потому, что они стали основополагающими для развития всего будущего на многие тысячи лет? Не знаю. У нас многое знают, но многое остаётся за гранью понимания. И конца этому не видно, – объяснила Катя 2.

Ей самой было интересно знать, почему так происходит. А Катя 1 тоже задумалась над этими вопросами и вообще, над вопросами бытия.

— А, может быть, и хорошо, что всегда остаётся много неизвестного – есть к чему стремиться, что-то достигать?

— Да, согласна. Так вот, мы не можем заглянуть к вам, полагаемся на то, что осталось – памятники, книги и т. д. Это большая удача, что я связалась с тобой. Просто нейросети, с которыми работала , каким-то образом вошли в резонанс с магнитным полем Земли, а Земля-то у нас одна, и мы встретились. Но что касается правильности истории, касаемой вашего времени, я не уверена, – Катя 2 сказав эти слова слегка погрустнела.

— Спрашивай! Я тебе всё расскажу и покажу. Вот, видишь меня, стол, стул, мой смартфон, кабинет? – спросила Катя 1, почему-то с жалостью, не сомневаясь в положительном ответе. – Вот, точно так же я тебе покажу, всё, что смогу. Это, как передачи транслировать, или блоги вести.

— Да-да, конечно,-- ответила Катя 2.

Она через расстояния, через века почувствовала эмпатию, исходящую от этой прекрасной своей, может быть, прародительницы.

— Кстати, мне не очень нравится твой стул. Неудобный. Сделай себе другой. Ты же, как я понимаю, вынуждена много времени сидеть на нём, – позаботилась она.

— Как это сделай?-- спросила Катя 1. – Я же не плотник и не столяр. У меня другая специальность.

Катя 2 ничего не поняла.

— Я не знаю, кто такой столяр или плотник, но сделай… Это же элементарно. Надо только подумать о том… Впрочем, извини. У вас пока нет таких технологий. Я начинаю путаться во временах, потому что не знаю точно, когда появилась возможность создавать предметы с помощью мысленного приказа искусственному разуму. Да и когда появился искусственный разум, точно не установлено, – объяснила она.

— А почему? – заинтересовалась Катя 1. – У вас, как я понимаю, сейчас благополучное время. А, наверное, на Земле были какие-то исторические катаклизмы?

— Да, были и войны, и эпидемии, и климатические изменения, которые тоже влияли на историю. Даже был момент, когда человечество могло полностью погибнуть. Но, к счастью этого не случилось. И, я думаю к твоей и моей радости тоже, русский язык, на котором мы с тобой разговариваем, сохранился. Как таковые страны не совсем, потому что человек может жить, где пожелает, но приоритетные для определённой нации зоны существуют, – ответила Катя 2.

— Вот такой вопрос, – замялась Катя 1. – А существуют ли семьи в смысле отец и мать? В нашем времени по этому вопросу большая напряжёнка.

— Да, существуют. А иначе бы жизнь не существовала. Никакие пробирки, искусственные детородные органы или генетические и не только модификации не способны были бы поддержать её. Да ты вспомни,-- ещё в вашей истории погибали страны, которые пошли против природы человека. Мы, на самом деле тоже не знаем, сколько их существовало всего. История – понятие во многом субъективное, – с грустью ответила Катя 2.

Почему грусть? Да потому, наверное, что жалко людей, которые загубили свои жизни “ ни за что”. Катя 1 прекрасно понимала Катю 2. Ведь, несмотря на какие-то различия, разную жизнь, разный опыт, они были слишком похожи. И не только внешне.

— Я понимаю, что ты уже устала от вопросов, – смущённо сказала Катя 1. – Но вот ещё важное – человечество уже живёт не только на Земле?

— Да, на Земле живут немногие. Это, как заповедник, который мы должны сохранить в целости и сохранности. Столько, на самом деле обитаемых планет, что ты и представить себе не можешь! – подтвердила Катя 2.

— Обитаемых, в смысле? Там мы живём, люди, или какие-то похожие или не похожие на нас существа? – не смогла скрыть свой интерес Катя 1.

— И то и другое, – снисходительно ответила Катя 2. – Впрочем, ты об этом скоро подробно узнаешь.

Она сказала это так, будто приняла для себя какое-то решение. Видно не просто оно ей далось. Катя 1 это почувствовала. Да и вообще, она с удивлением поняла, что общаясь с Катей 2 , “прокачала”, что называется, свою интуицию. Она почему-то заранее знала, что ответит ей Катя 2. Или, может быть, это она транслирует мне свои мысли каким-то образом? Здесь много неясностей.

Глава 22.

— Давай я тебе покажу, как живу! – предложила Катя 1.

— Давай, – радостно согласилась Катя 2.

Деятельная её натура оживилась. Исследовательский инстинкт сразу же навострил ушки. Да и хотелось каких-то движенией, элементарно. Она не любила подолгу зависать на одном месте. А тут такая возможность и пройтись в такт движениям Кати, и посмотреть и осмотреться. Это уже в рамках задуманного.

— Ну, мой кабинет ты уже видела, – начала Катя 1. – Здесь я провожу большую часть рабочего времени. Стол, стул ты тоже видела – они прямо перед тобой. Шкаф – здесь у меня книги, инструменты.

— Всё-всё покажи и объясни, зачем тебе каждый инструмент, – заинтересованно спрашивала Катя 2.

— Нет, это ты мне скажи, зачем тебе надо так подробно знать об этих вещах? – спросила Катя 1, как учительница или родительница, заподозрившая какую-то каверзу.

— Не скажу, – ответила Катя 2, ну, прям, как ребёнок, так, что Катя 1 даже невольно засмеялась.

— Ладно, слушай! – и она стала рассказывать о тонометре, о весах, о шпателе о термометре, о сантиметровой ленте… много чего.

Катя 2 слушала, открыв рот. Это, если б Катя 1 попала в каменный век и ей бы не просто показали, но и предложили поучаствовать в реальной жизни своей сверстницы. Кате 1 было немного обидно ощущать себя на таком уровне. Но, отвергнув все обиды, она продолжила проводить экскурсию и дальше.

Рассказав всё о кабинете, решила предложить выйти сначала на территорию прогуляться, но в дверь постучали.

— Можно?-- спросил вежливый голос.

— Да, входите, – разрешила Катя, потом понизила голос и спросила, глядя на экран смартфона. – Тебе интересно или выключить?

— Да что ты! Очень интересно! Продолжай! – попросила возбуждённая Катя 2.

Катя 1 поставила телефон на стол, привалив его к книге и обратила всё внимание на вошедшего. А им оказался Игорь.

— И ещё раз здравствуйте! –поздоровался вошедший.

Катя 2 увидела того самого – прекрасного мужчину, которого её воображение воссоздать не смогло бы, потому что не предполагало, что он вообще может существовать в природе.

Мужчина, вернее парень, которому было лет 25-27 окинул кабинет цепким взглядом тёмных, умных глаз, которые могли и обласкать, и серьёзно обидеть. Он, конечно, обратил внимание на смартфон на столе, но Катя 2 там предусмотрительно скрылась. Игорю удалось увидеть только кусочек природы. Прекрасной, но ничем не лучше и не хуже, чем природа в этом времени, на этом клочке Земли.

Подумал, что Катя просматривает какой-то фильм или собирается в путешествие и заранее изучает места.

— Доктор, не знаю, как Вы, но я чувствую себя великолепно, – объявил Игорь, переходя на “Вы” – он же находится в официальном учреждении, там где выполняет свою работу доктор, пусть даже такой замечательный во всех отношениях, как Катенька.

Да и вообще, Игорь решил не гнать лошадей, потому что боялся, что может испортить Катино к себе отношение. Лучше медленно. Так надёжнее. Он может наблюдать, что нравится, а что – нет, девушке. Следить за малейшими изменениями в её настроении. А всё потому, что парень был настроен серьёзно. Даже очень. И отступать не привык.

Откуда он мог знать, что в этом кабинете находится сейчас ещё один человек. Если бы знал, то ни за что не поверил в такую фантастическую историю, потому что был реалистом. Но человек, известно, сам себя не знает, не поймёт о своих скрытых возможностях, пока они не проявятся. Так и возможность воспринять реальность в фантастических её проявлениях пока была для него загадкой.

Глава 23.

— У меня тоже хорошее настроение, – ответила Катя. – После нашего с Вами утреннего занятия чувствую бодрость и работоспособность.

А потом, она предпочитала обращаться к пациенту на “Вы”, чтобы показать Кате 2 своё обычное общение с пациентами, а кроме того, скрыть возникшие между ней и Игорем особые отношения. Но забыла, что Катя 2 может читать мысли. И что, уже всё поняла.

Она видела неловкость Кати и её симпатию, так же, как и то, что Катя 1 прекрасно осведомлена о характере отношения к себе со стороны парня. Но сама такого не испытывала. Да, была теплота, благодарность, даже восхищение, но не то, что у парня.

У него же при взгляде на девушку возникал взрыв эмоций, гормоны в крови зашкаливали. Все чувства были натянуты, как верёвочки для подвязывания огурцов в парнике – стоит посильнее зацепить и можно оборвать. А все висящие на них плети вместе с огурцами обрушатся и могут получить повреждения.Такое сравнение про парник Катя 2 подсмотрела в каком-то фильме о прошлом.

Парень даже избегал смотреть на девушку, потому что несмотря на весь самоконтроль, мог не справиться. Боялся сорваться и заключить Катю в объятия, пусть этого делать нельзя, пусть Катя может не понять, тем более какой-нибудь посетитель, случайно заглянувший в дверь.

У Кати 2 возникла ревность и зависть.

— Что это? – думала она. – Ведь даже в своём времени я не испытывала такого, а тем более здесь, где совсем неуместно.

Как может возникнуть ревность к девушке из прошлого? Как можно ревновать юношу, с которым даже не знакома и вряд ли познакомится.

— А почему вряд ли?! – не согласилась с собой Катя 2. – Чем сложнее задача, тем больше хотелось решить её. В этом она так была похожа на Игоря! И у Кати 2 уже чётко сформировался план, который до этого находился в зачаточном состоянии. Главное, появился стимул, который толкал для осуществления плана.

Катя 2 продолжала подглядывать и читать мысли не только своей тёзки, но и Игоря.

— Игорь, – произнесла она мысленно.

И даже сочетание букв в его имени, а тем более возможных звуков вызвали в ней приятные ощущения. Она, как и Катя 1, пока не знала любви. Читать о ней и стремиться совсем не то, что узнать воочию. А узнать можно только при встрече. Катя 2 узнала только что.

Ей нравилось всё. И высокий рост, и ощушаемая сила, и смелось с непреклонностью, и благородство, способность понять другого и поставить себя на его место. Нравилось и лицо. Она ведь много раз представляла себе слащавые лица, старалась немного сделать их не такими слащавыми. В итоге получился Корел.

А здесь она увидела того, кто, обладая такими замечательными качествами, о которых она подумала, ещё кажется и сильнее её самой.

— А ведь другой мне не нужен. Я не любительница подтирать носы. Меня может пленить только тот, на которого бы я смотрела снизу вверх, – отчётливо поняла Катя 2. – Но как же быть? Ведь он любит Катю 1.

От огорчения хотелось то ли плакать, то ли бросить всё и уйти в свою реальность, а потом подумала, что они, обе Кати так похожи, что не отличишь. И если на месте Кати 1 вдруг окажется она, то парень тоже будет продолжать любить, даже не заметив подмены.

А Катя 1, хотя и не могла читать мысли, зато обладала такой эмпатией, что мельком взглянув на подругу, всё поняла про её состояние. Сначала обрадовалась – она умела радоваться за других, а потом огорчилась, потому что они, эти двое, разделены таким барьером, который не преодолеть, тем не менее, решила удивить Катю 2 ещё больше.

— Игорь, включите, пожалуйста, эту Вашу песню, – попросила она.

— Понравилась? – обрадованно спросил парень

— Ещё как! А ещё хочется спросить – при каких обстоятельствах Вы придумали её? – спросила девушка.

Ей действительно было интересно. Она и не предполагала поначалу такой лиризм в этом стопроцентном мужчине.

— Я придумал её, глядя в окно и тоскуя по настоящей любви. Не по той, плотской, которую не трудно удовлетворить, а именно по настоящей. Какое-то время назад уже начинал отчаиваться, потому что то, чего хочу – не существует. Это чувство только придумано художниками, музыкантами и литераторами. Но теперь понял, что нет, не зря ждал.

Он включил мелодию. Тихонько, чтобы у Кати не было неприятностей. А то, недоброжелателей хватает. В комнату протанцевала музыка. Именно в форме блюза, но это была такая красивая мелодия, которую Катя 2 в своём времени не слышала, хотя у музыкантов столько подручных средств! А здесь, насколько она поняла – просто гитара.

Гитару Катя 2 слышала и раньше. Она прекрасно понимала, на что способен этот инструмент, особенно в руках профессионала. А здесь явно играл не профессионал, а человек, который захотел выразить свою душу. И у него это получилось.

Мелодия рассказывала о сильном, но почему-то тоскующем или раненом человеке, который хотел найти родственную душу. Мелодия рассказывала, что он всего себя готов бросить под ноги человеку, носителю этой души. Пела цельная натура, не озабоченная стремлением к славе музыканта или поэта. Единственным желанием её было только стремление, как можно точнее рассказать о своём состоянии.

Глава 24.

Это было красиво! Трогало, звало, восхищало, покоряло. Хотелось раствориться в звуках и сказать: “Я твоя! И никуда не уйду, даже если гнать будешь!”

На самом деле не так – Катя 2 никогда бы не стала навязываться. Добиваться – да, но только не навязываться.

Игорь выключил динамик, но песня продолжала звучать. След её повис в пространстве, став уже его неотъемлемой частью. Каждое событие, дело, творчество, просто существование или, даже мысли, оставляют свои следы. Они, видимо, распределяются где-то там в высоте по полочкам или по сосудам или просто остаются в качестве энергии. Хорошее к хорошему, плохое к плохому, а потом либо помогают живущим, либо работают на уничтожение.

Катя, как одна, так и другая, не сомневались в таком положении вещей. Они и сами собирались оставлять только положительные следы. Наверное, где-то получалось,-- где-то нет. Человек, даже самый хороший,-- всё равно человек. Не может быть, чтобы не сделал чего-нибудь плохого или, хотя бы, не подумало нём. Да, даже осудить – тоже считается.

Хотя осуждение почти исчезло в будущем, но это потому, что мало сталкиваться приходилось друг с другом. Поэтому исчезнувшие для некоторых, или почти исчезнувшие точки соприкосновения, максимально исключали зависть, стремление выделиться за счёт другого. Проводились и специальные уроки, воспитывающие доброе отношение друг к другу.

И Библия никуда не исчезла. Она, как и в прежние века, далёкими образами, которые иногда трудно было понять, воспитывала высокое, доброе, вечное. В отношение религии: она тоже существовала. Каждый верил во что-то своё, по прежнему объединяясь в группы. Да и открытия, которые беспрерывно совершались, не опровергали учение, а, наоборот подтверждали его. Люди были умны и способны понимать, что такое мироустройство, которое есть, не может возникнуть просто так, случайным набором атомов или генов. Во всём чувствовался непостижимый разум.

Но тем не менее, Катя 2 со стыдом заметили, что стоило только пересечься интересам, как возникла и зависть, и ревность, и желание быть на месте соперницы. Хотя какая Катя 1 соперница?! Она же не любила Игоря и не претендовала на него. Просто волею судьбы именно ей повезло встретиться с ним.

— Игорь,-- проговорила тем временем Катя 1. – Там, наверное, народ за дверью. Прости, но мне надо заниматься своей работой.

Игорь нехотя встал.

— Но мы договорились? К пяти прихожу и провожаю. Так? – спросил он с надеждой.

— Да, Игорь! Куда я без Вас?

Игорь вышел, но потом вновь заглянул.

— Да! Ожидают. Народу не терпится пообщаться с Вами! – сообщил он почти нежно.

В кабинет стали заходить люди. Катя 1, по просьбы Кати 2, показывала, как она ведёт приём, хотя не понимала, зачем той это надо было!?

— Ну, может быть, всё интересно о нашей жизни, так же, как интересно мне о том, как они живут,-- подумала при этом.

Она опрашивала, осматривала, интерпретировала анализы, измеряла вес. Если надо, назначала или меняла лечение. Даже специально громко произносила диагнозы. Если Катя 2 тоже медик, ей будет интересно, хотя в будущем, наверное, совсем не так.

Да и есть ли там вообще болезни? Имея такие возможности, а Катя 1 не сомневалась, что там возможности большие, можно вообще предотвращать болезни. А если что-то появляется, в смысле болезни, то приборы быстренько всё продиагностируют, быстро стабилизируют, заменят какой-нибудь орган, прижгут чем-то рану – и, как не бывало. Катя 1 так себе всё представляла.

Глава 25.

Вот уже последний пациент ушёл. Экран смартфона засветился, почти так же, как Катя 2, наблюдавшая там.

— Всё так интересно! У нас работы почти нет, а здесь!.. Особенно мне нравится, что от тебя много зависит. Именно от тебя, а не от приборов. Какая ты счастливая, Катя!

Катя 1 удивилась, потому что счастливой себя совсем не считала, а, может быть, не ценила?! На самом деле, немного устала и предложила:

— А не хочешь ли ты, Катя, прогуляться? У нас красивая территория. Конечно, у вас, лучше! Почему-то, даже совсем не сомневаюсь. Но здесь тоже хорошо. Тем более, сейчас золотая осень.

— Как это золотая осень? – заинтересовалась Катя 2.

На самом деле она с трудом представляла, что такое вообще осень, а, тем более, золотая.

Вышли в парк. Катя вместе со смартфоном прошлась по аллеям, которые ей больше всего нравились. Показала фонтаны, на которые Катя 2 тоже смотрела с интересом. В её действительности такого не было. Впрочем… На некоторых площадях было установлено что-то подобное, но не сравнить. Там всё в природном стиле.

Сели на скамейку. Кате 2 даже и это было интересно.

— Ой! На этом вы сидите? – искренне удивилась она.

Кате 1 даже обидно стало за всю свою действительность, как за свой собственный дом. Но, конечно, виду не подала, а потом одёрнула себя

— Да что это я?! От неё же всё равно ничего не скроешь.

На самом деле, это Катя 2 не подала виду. Она только спросила:

— А почему деревья такие красные, жёлтые. Это особый вид?

— Нет, это сезонное увядание, – ответила она устало.

— Как это увядание? Зачем? Деревья всегда должны расти, радовать нас, участвовать в фотосинтезе, давать свои плоды, – удивилась она.

— Так и будет, но в своё время. Пройдёт осень, наступит зима. Станет холодно для всех и для деревьев тоже. Вот листья и увянут. Деревья их сбросят. Но есть и деревья, которые не сбрасывают листву. Вечнозелёные. Впрочем, это целая лекция. Если тебе интересно, сходи в ботанический сад. Там всё подробно объяснят.

— Да я бы сходила! – разочарованно протянула Катя 2, но развивать эту тему не стала, наоборот переключилась.

Она, почему-то погрустневшая, вглядывалась в листву, пытаясь запечатлеть в памяти форму, окрас каждого листика. Ведь целый пласт истории Земли был ей недоступен.

— Как красиво! – восхитилась она. – Какие цвета! Переходы! Смотри, листья и на скамейку нападали!

Она сказала это с таким искренним удивлением, что Катя 1 улыбнулась про себя.

Вот ведь как бывает! То, что привычно для неё, что почти не замечается, может вызвать такие эмоции!

— Катенька, –перевела тему Катя 2. – То, что я видела – это вся твоя работа?

— Нет! – ответила девушка. – Я слежу ещё и за тем, как человек себя чувствует на физиопроцедурах. Какие нагрузки физические ему не подходят. Это называется ЛФК – лечебная физкультура. Но не всем можно нагружать себя. А если можно, то в какой степени?

— Ой! Хотела бы я посмотреть! – загорелась Катя 2.

— Нет! Ходить там со смартфонами запрещается. Да и как можно объяснить съёмки, которые я в таком случае должна была бы вести? Ну, это нарушение личного пространства. Да я представить даже не могу, чтобы показывала почти интимные видео или фото всему свету, что называется! – возмутилась Катя 1.

— Поняла-поняла, извини! А квартиру-то свою можешь показать? – уже робко попросила Катя 2, что совсем ей было не свойственно.

Но это не робость, а что-то другое.

У Кати была заснята квартира и она начала показывать.

Глава 26.

— Я живу в девятиэтажке, в однушке, – начала она.

Слова эти показались бы, возможно, непонятными, но только не Кате 2. Она видела мысленно всё, о чём ей рассказывали. Мыслеобразы, так сказать.

Катя гордилась своей квартиркой. Она была небольшая, но не сказать, что совсем маленькая. Кате больше и не надо. Всё необходимое есть. И то, что есть, Катя делала максимально красивым.

То есть, что называется сделала? Просто покупала вещи, которые ей нравились. Украшала их приятным текстилем. Находила наиболее выигрышное место. Развесила картины, эстампы. Красивые, современные люстры. Расставила лампы, торшеры. Ей хотелось, чтобы света было много.

На технике не экономила – старалась покупать качественную. Чтобы работала хорошо и долго служила. Поэтому квартира была очень уютная и оборудована, можно сказать, по последнему слову техники.

Всё это показала подруге. Кате 2, конечно было интересно, даже понравилось, но, как может понравиться давно прошедший век. Заинтересовали репродукции.

— Ой! Это копии, я понимаю?! – спросила она, не сомневаясь в ответе.

— Да! Оригиналы находятся в художественных галереях.

— Покажи ещё раз, – попросила Катя 2.

Потом просила ещё и ещё. Она всматривалась, оценивала, потом произнесла:

— Какие вы счастливые, Катя! Можете любоваться такими произведениями!

— А вы что, не можете? – удивилась Катя 1.

— Мы нет. Все произведения были утеряны в результате всяких катаклизмов. И не восстановить, потому что материализоваться в вашем мире мы не можем. Именно, в вашем, – с сожаление произнесла она.

— Жаль! Но у вас же есть свои художники?!

— Есть, но картин таких нет. Есть другие, пусть даже замечательные в своём роде. Но такое написать не смогли бы при всём желании. Хотя бы потому, что условия уже не те.

— Да, сожалею! А ты мне покажешь что-то из твоего мира? – спросила Катя 1, затаив дыхание.

— Вот, смотри, – и перед мысленным взором Кати 1 возник чудесный мир с замечательной заповедной природой, реками, морями, водопадами, горами.

Всё так, как у нас, только нигде мусора не было. Катя увидела чудесные плоды, прекрасные многоуровневые города с летающими между зданиями машинами. Катя 2, конечно, следила за мыслями Кати 1, поэтому сразу же пояснила.

— Да, у нас есть и, что называется, летающие автомобили, но это на любителя, желающим адреналина. Нам они не нужны, потому что способны перемещаться в любую точку с помощью мысли.

Она говорила об этом так обыденно, почти устало, что Кате 1 даже жалко её стало. Как можно всем этим не восхищаться?! Не ценить?! Но Катя 2 только усмехнулась.

— У меня к тебе предложение, – сказала она, – ты перемещаешься в моё время, раз оно тебе так нравится, а я в твоё. Оно мне тоже так нравится!

Катя 1 даже застыла от неожиданности. Она и представить себе не могла такое счастье, такую возможность и, вообще, реальность всего этого. Она даже ущипнула себя, как водится, чтобы убедиться, что не во сне. Хотя и так успела понять за эти два дня, что не сон, а вот такая реальность!

— А что, Катя, – продолжала Катя 2. – Что тебя здесь держит? Родителей нет. Друзей, любимого тоже. Твоя реальность тебе уже поднадоела. Кроме того, как я поняла, ты оказалась в очень опасной ситуации.

— Ты о чём?

— Ты знаешь о чём – о том парне. Избавиться тебе от него вряд ли получится. Такие как вцепятся, так и…

— Да откуда тебе знать? – раздражённо ответила Катя 1.– У вас - то такого нет.

— Да, нет. Но, во первых, я знаю, читая твои мысли. Ты же понимаешь?! А во вторых, да, согласна. Сейчас у тебя появился защитник. Но не будет же он всё время рядом? Даже, если ты вдруг решишься замуж за него выйти, – сказала, и даже сердце больно кольнуло.

Но предпочитала не думать об этом, а продолжила:

— Так вот, у Игоря свои дела. Он же не безработный! А потом, ты таким образом подвергаешь опасности и Игоря. Хочешь-не хочешь, а вопрос решать надо. Не спрячешь ведь голову в песок.

Конечно, Катя 1 понимала всю резонность замечания. Озвучились сейчас её мысли.

— А если ты окажешься на моём месте, он будет нападать теперь уже на тебя! Оно надо?!-- попыталась Катя 1 образумить девушку.

Она не хотела ей такой участи. Это её судьба, ей и разбираться.

— Нет, Катя. Судьба сейчас в наших с тобой руках. Мы с тобой оказались уникальными. Никому нельзя поменяться временем, только нам с тобой из-за идентичности. Конечно, возникнут какие-то сложности, но справиться можно. Я знаю себя и тебя тоже. А то, что я буду делать с этим негодяем, – не беспокойся. Уж защитить себя сумею.

У Кати 1 даже глаза загорелись, которые, как известно являются зеркалом души. А душа стремилась туда – к новой жизни, к счастью.

Глава 27.

— Ну, я вижу, ты согласна, – удовлетворённо сказала Катя 2.

Сама она стремилась всей душой в это время, оказаться на месте Кати 1. Решение зрело постепенно. Сначала просто хотела посмотреть что там, да как,-- в этом загадочном времени. Потом, познакомившись с Катей, побывав в её голове, окунувшись в её жизнь, захотелось побыть подольше. Она не сомневалась, что это можно устроить. Особенно нравилась профессия и возможность действительно применить здесь свои силы.

Потом природа. Она была не такая, не рафинированная, как в её времени. Как бы все жители ни стремились к естественности. Изменив сам климат, естественный ход времён, они утеряли её – естественность. Да,-- дикость, необузданность, но Кате нравилось.

Потом произведения искусства, утерянные в её времени. Катя уже сейчас готова была посетить все галереи, зоопарки, ботанические сады, библиотеки. Это было так захватывающе. Даже с её способностями и возможностями, которые никуда не исчезли, Катя подозревала, что на всю жизнь хватит всего того непознанного, что так хотелось познать.

И, самое главное, Игорь. Кате не надо было закрывать глаза на свои чувства к нему или разбираться, копаться в них. Она уже знала, что любит этого парня. Конечно, Катя была не уверена, насколько она сама, а не Катя 1, придётся ему по душе. Ведь любим мы не за собрание физических и душевных признаков, а за что-то неуловимое. Только одна душа может понять другую и принять.

Катя решила не раздумывать о том, что будет и как. Она могла логически спрогнозировать события, но это не факт, что они потекут именно так. Она поступила или хотела поступить, как обычно, то есть броситься в воду с разбегу.

Одно знала, что при виде этого парня настолько сладко и в тоже время тревожно замирает сердце! Уже не могла обходиться без него. И сознание, что может вернуться туда, к себе и навечно потерять его во времени, причиняло почти физическую боль.

В определённом возрасте молодёжь в её времени обучали отношению полов. В физическом, психологическом плане. Говорилось о совместимости или нет. Утверждалось, что наверняка существует любовь, но испытать её дано не каждому – всё зависит о готовности к ней.

Читались лекции о любви, проигрывались сценарии. Обучали вести диалог с тем человеком, с которым постоянно живёшь бок о бок. Учили возможности сделать жизнь друг друга приятной, наполненной. А эту наполненность не поймёшь, пока конкретно не столкнёшься.

Говорилось и о том, что любовь может быть не взаимной. Может исчезнуть однажды или измениться. Может у кого-то из партнёров появиться другой предмет увлечения. Насколько это бывает больно и как с этим справиться. Неволить никто никого не стал бы.

В её времени можно было жить и в одиночестве, вдали ото всех остальных – и даже скучно не будет. Столько всего интересного, что можно узнать, где можно побывать! Можно было постоянно встречаться с друзьями. Существовали и вечеринки, конечно, не совсем в понятии теперешнего времени.

И работать можно было тоже либо в коллективе, либо уединённо, заниматься искусствами. Даже всё время посвящать им. Хлеб насущный добывать не надо. Стоило лишь пожелать. Была защищённость, к которой все стремятся. Но Кате было нужно другое, наоборот незащищённость, чтобы самой, своими силами и способностями создать её, эту защищённость.

Она многого не знала об этой жизни. Предполагала, что есть и отвратительные стороны. Но приготовилась к такой возможности. По большому счёту, хотелось сделать не только жизнь одного или двух человек или коллектива лучше, хотелось улучшить в целом жизнь всей планеты. Большинству людей такие желания покажутся странными, наивными, неосуществимыми. Но это были именно те задачи, к которым всегда подсознательно стремилась Катя.

И как хорошо, что она приобрела те умения, которых в этом времени нет! Они ох как пригодятся! Уж здесь-то Катя была уверена.

— Приступим? – спросила она.

— Как, уже? – испугалась Катя 1, цепляясь за реальность.

До последней минуты до конца не верила во всё, что сейчас происходит.

— Нам лучше общаться через компьютер. Нужно будет приложить к экрану обе ладони друг против друга – ты в своём време, я, естественно… – не стала договаривать Катя 2 потому что они были уже у двери в кабинет.

Включился компьютер, и стал осуществляться переход, перенос, расщепление, превращение, да мало ли чего?! И вот, свершилось.

— Зови Корэла. Он поможет тебе во всех вопросах, – кричала куда-то в пространство Катя 2.

Она слишком увлеклась собой и мало подумала о Кате 1. Надо было получше всё объяснить, рассказать. Как она теперь? Справится ли? Но где-то внутри зрела уверенность, что они ещё встретятся. Связь-то двусторонняя и никуда не исчезнет.

Часть 2

Часть 2.

Глава 1.

Катя 2 теперь оказалась в 21 веке. И не просто оказалась, а стала такой же принадлежностью его, как и всякий другой, кто сейчас существует на этой Земле. Она сидела у компьютера. Знала, что рабочее время уже закончилось и скоро увидит Игоря. Вот ничего не страшно, а встречи с ним страшилась!

Она уже чувствовала его присутствие, его поступь, приближающуюся, как поступь судьбы.

Игорь вошел, как всегда шумный, большой, привнеся с собой дыхание постороннего мира. Да, пока постороннего, но теперь уже, слишком реального.

— Ну, что, доктор, готовы? – спросил, ободряюще улыбнувшись.

И так приятно стало от этой улыбки! Парень, казалось, даже не заметил, но так посмотрел!

— Пойдём, Игорь! Что оттягивать неизбежное?

— И то правда.

Они вышли на территорию. Конечно, люди ещё любопытствовали, но не так как раньше – привыкли. Вошли в аллею, которая почти интимно смыкала своды над ними. И так хорошо было, что не требовалось никаких разговоров. Просто идти рядом, ощущать друг друга. Катя посмотрела на Игоря и обратила внимание, что не только она смотрит на него. Почти все женщины обращали внимание. Ещё бы– высокий подтянутый, в то же время, чувствовалось, очень сильный. К тому же красивый.

Катя испытала гордость.

— Неужели он со мной? Неужели для меня? – подумала она.

Впрочем, и Игорь думал то же самое с одной лишь разницей, что предыдущие события показали – эту девушку ещё надо было завоёвывать. А это похлеще, чем любой самый сложный бой.

Он уже хотел было что-то сказать, чтобы немного разбавить молчание, но сразу стало не до слов, потому что навстречу вышел тот самый преследователь. Он был не один. Целая толпа таких же в поддержку. Впрочем, этого и стоило ожидать.

— Ну что, красавица! Вот и опять встретились! – развязно произнёс хулиган, делая вид, что Игоря вообще не замечает.

Обстановка была накалена. Ещё немного – и вспыхнет пожар.

— Слушай, парень! Иди своей дорогой!-- миролюбиво произнёс Игорь.

— А ты вообще не вмешивайся. Кто вообще такой?!-- заносчиво проговорил Ник.

Так звали его друзья товарищи, а точнее– собутыльники.

— Игорь Стрельцов, если не знаешь, – спокойно представился Игорь.

Толпа за преследователем слегка отшатнулась. Послышались перешёптывания. Игоря знали, пусть не все в лицо, но уж по фамилии – точно. Связываться с ним не особо хотели. И не столь из боязни получить отпор, сколь из-за того, какой общественный резонанс эта история могла получить. Кто-то даже ушёл. Но остальные-то остались. Пусть даже из любопытства – что же в итоге будет?!

Мимо проходили люди, но как-то торопливо. Осознавалось,-- что-то назревает, но вмешиваться никто не хотел.

— Тебе, красавица, придётся пройти со мной! Я давно этого ждал, – сообщил, как само собой разумеющееся Ник.

Катя решила подать голос:

— А что, если я не хочу с тобой никуда идти?!

— Не всё зависит от наших желаний , – засмеялся парень.

— То есть ты хотел сказать, что не всё зависит от моих желаний, но так же и от твоих, – смело ответила Катя.

— Ты потому такая смелая, что защитника нашла? – бросил Ник с пренебрежением. – Только вот где твой защитник сейчас будет!? Да, я знаю, что он мастер спорта по боксу, но таких боксёров у нас много! Вон, посмотри!

Он показал на группу поддержки, хохотнул и протянул руку к Кате. Это тот самый момент, который ждали. Всё остальное было только прелюдией.

Глава 2.

Игорь, конечно знал, что самая лучшая защита – это нападение. И нанёс свой сокрушительный удар. Ник не ожидал всей его силы, поэтому в его взгляде появилось недоумение, когда оседал.

В ушах шумело, круги перед глазами. Мир вокруг предстал в кроваво-красном свете. Тут уж его сотоварищи тоже пошли в атаку. Налетели на Игоря с разных сторон, вцепляясь и обвисая на нём, как свора собак.

Игоря одного на них всех не хватало. Он привык к ударам, но когда их масса одновременно… Кому-то сильно досталось. Катя не хотела вмешиваться, потому что её возможности могут вызвать недоумение, а ей не хотелось раскрывать инкогнито. Но что поделаешь?!

Катя первый раз в жизни применила метод, который должен повергнуть нападавших в ужас. На самом деле методов было много – она могла поставить защитный экран, расшвырять нападавших различными видами энергии, переместиться в пространстве, наконец.

Но всё это сейчас было неприемлемо – ретироваться не могла, потому что это значило бросить любимого на произвол судьбы. Применить какой-то вид энергии тоже не могла, потому что может причинить явный вред окружающим и выявить свои непонятные для этого мира способности. А, главное, не хотела, чтобы Игорь узнал о них.

Вообще планировала скрывать свою необычность как можно дольше. Пусть Игорь продолжает любить обычную Катю. Ставить энергетический экран тоже не могла. Это приведёт окружающих, и не только нападающих, к ненужным вопросам – а что же здесь произошло? Почему что-то невидимое, что не могут преодолеть, вдруг возникло на пути?

Остаётся только психическое воздействие. Катя сконцентрировалась и направила на обидчиков пучок энергии, действие которого сразу же увидела. А они почувствовали. Возникла паника, ужас, который, видимо, испытывали моряки, выбрасывающиеся за борт корабля. Говорят, что воздействовали инфракрасные волны. Но Катя подозревала, что в её случае возникло что-то смешанное.

Ноги подкосились у нападающих. Застывший в расширившихся, безумных глазах ужас, поднял волосы кверху, как электрический заряд. Обидчики выставили вперёд руки, как словно пытались отодвинуть эту волну от себя. Они упирались, будто в барьер и пятились назад на негнущихся ногах. Некоторые, у которых ноги подкосились, падали, зажимая, почему-то, уши ладонями, усиливая панику ещё больше.

Пытающийся встать Ник, который немного пришёл в себя, снова ушёл в небытие. Это лучше, чем испытывать ужас. Хотя, может быть, испытал.

Катя, увидев результат своих усилий, скажем прямо, не очень больших, встряхнулась, как это делают спортсмены после разминки. Подошла к Игорю, который с удивлением наблюдал эту картину.

— Что это было? –спросил он.

— Не знаю,-- пожала плечами Катя. – Да ну их! Пойдём отсюда!

Она прикоснулась кончиками пальцев к ссадинам на лице Игоря, и все вопросы перестали его мучить. По мышцам пробежала сладкая дрожь. Катя подула на ссадину на лбу, как это делают ребёнку. Движение, которому никто не учит. Оно передаётся из века в век и используется всеми женщинами мира, которые желают принести облегчение своим любимым.

Будто анестезию получил Игорь. Он подумал, что ради этого готов терпеть и не такие удары. Невольным быстрым движением прижал нежные пальцы к ране.

— Ой! – отдёрнула руку Катя. – Тебе же больно!

— Нет, приятно, – ответил Игорь охрипшим голосом.

Ему стало так хорошо, что никуда и уходить не хотелось. Но, действительно, не стоять же здесь! Сам взял Катю под руку, сейчас всё дозволялось на правах раненого, и пошёл вслед за ней туда, куда вела.

Глава 3.

А вела Катя к дому, к своей теперь квартире. Маршрут себе ясно представляла, потому что увидела в мыслях Кати 1. Вот только ключа не было. Как-то, в спешке, одна не передала, другая не получила.

Катя не переживала. Мысль не металась, не билась в поисках выхода. Потому что замок могла открыть мысленным усилием. Вот только бы Игорь не увидел!

— Игорь! Посмотри в ящике почту, если не трудно,-- попросила она парня, может, квитанцию какую прислали?!

Игорь конечно спустился в лифте, посмотрел. Катя, тем временем очень легко и просто открыла дверь. Лишний раз убедилась, что ей не надо заранее комплексовать, что-то придумывать – а как оно будет? Решение придёт само по мере надобности.

Вышел из лифта Игорь. Он покачал головой, сообщая, что почты нет, потом с трепетом вошёл в открытую дверь, куда так стремился последние два месяца. Представлял себе, как произойдёт его первый визит. А что он произойдёт – не сомневался, даже если его с позором и выгонят.

— Нет, это что-то ненормальное со мной творится! – думал он. – Сколько дверей я открыл или вошёл в них! Но такого страха, восторга никогда не было.

Он даже подумал, что надо запомнить это мгновение, как знаменательное. Ведь память будет помнить только яркие мгновения. Хотя, наверное, не обязательно, но больше вероятности.

Квартирка ему понравилась. Почему-то ожидал, что будет не хуже. Вспомнил, что представлял, но не вспомнилось, а думалось, что вот это самое. Катя пригласила сесть на светлое мягкое кресло возле журнального столика, включила нижний свет. Было светло ещё, но света понадобится много.

— Игорь! Сейчас будем промывать твою рану, – сказала, как само собой разумеющееся, Катя.

В принципе, оно так и должно быть – любую рану сначала надо промыть, обработать антисептиками. Вот только антисептики не знала, где лежат, так же, как и бинты и прочее. Не зондировала мысли Кати 1 в этом напрвлении.

Но Игорю-то надо показать, что обрабатывает. Взяла кухонное чистое полотенце, намочила его, предварительно налив воду в мисочку. Смыла грязь, кровь, слизь – в общем все следы произошедшего инцидента. На кухне налила воды в чашку

— Вот, Игорь, обработаем антисептиком,-- сказала, показывая на чашку.

Не думала, что врать придётся, но что делать? Снова нежно проводила пальцем по ранам и ссадинам. И они на глазах затягивались.

— Вот что значит, когда любимая прикасается, – сказал Игорь.– Раны сами затягиваются.

На самом деле он был немного удивлён. А у Кати после слова “любимая” сладко ёкнуло сердце.

— Ну, у меня врождённые способности к целительству, – смущённо ответила она.

И здесь не лукавила – так и было.

— Кроме того, есть такой чудодейственный бальзам, который мне на Тибете дали. Все раны затягивает, – добавила она.

Здесь уже врала напропалую. Выкручивалась, что называется. Понимала, что нечем гордиться, но другого выхода не было. От Игоря исходила такая сильная сексуальная энергия, что Катя сама загорелась. Она почувствовала волну возбуждения.

— Вот, если бы сейчас прижал к себе, то не могла б сопротивляться, – призналась сама себе.

Парень не решался, что ему было не свойственно. Но сейчас всё не так, как прежде. Он положился на судьбу, которую, как известно, торопить не надо. Прикрыл глаза. Не мог избавиться от видений такого желанного тела, возникавшего перед ним в самых соблазнительных ракурсах. Постарался расслабиться, что и удалось большим усилием воли.

— Вот она, Катя, такая близкая, желанная. Всё равно это рано или поздно случится. Так зачем же терять время, ждать? – подговаривала его шальная мыслишка, пытающаяся сломить волю.

Но что-то значительно более высокое и могучее, что главенствует над всеми мыслями, говорило, что такого делать не надо.

— Катенька, можно чаю? – попросил он.

Испытал уже удовлетворение, назвав её Катенькой. Как будто интимно прикоснулся к девушке.

— Это можно! Это без похабства, – разрешил ему контролёр.

— Ох, извини Игорь! Сразу надо было предложить! – всполошилась Катя.

Пошла на кухню, пошарила там, найдя заварку. Больше догадалась, чем знала. Включила свои дедуктивные способности. На плите увидела чайник и поняла о его назначении. Рассматривать, как включается плита, не стала. Заморочек и так хватало. Включила своей собственной энергией.

Нашла в холодильнике уже приготовленные бутерброды. Обнаружила какую-то выпечку и мысленно сказала Кате 1” спасибо” за её запасливость.

— А вот мне придётся научится готовить, – подумала.

Взяла поднос и отнесла в комнату с чашками, заварочным чайником, тарелками. И, наконец -то, сама смогла перевести дух.

Глава 4.

Села в такое же кресло напротив Игоря. Чай оказался очень даже приличным, что до Кати, то восхитительным, потому что в их времени не выращивался. Попробовала пирожное:

— М-м-м, очень вкусно, – бросила Катя 2 похвалу своей тёзке.– Пробуй, Игорь, должно понравиться. Оказывается и здесь не так плохо!

— Что? – не понял Игорь. – А почему должно быть плохо? Мне так очень даже хорошо.

Он, хитро прищурившись, смотрел на девушку. Нравилось смотреть. Всё умиляло, даже, как ест, искренне высказывая восхищение и не стесняясь аппетита. Тем более, что лишний вес ей явно не грозил. Поднесла зеркало к Игорю.

— Посмотри-ка! А правда ли драка была? Что-то я следов не вижу, – констатировала Катя.

— Это потому что ты лечила. Мне очень повезло иметь такого личного доктора.

На самом деле был удивлён. Это же ненормально, чтобы все ссадины зажили. Можно было включить музыку, но это такой избитый ход обольщения, что он, также, как и она отказались от такой идеи.

Да и незачем,-- казалось, что лёгкая, нежная музыка и так присутствовала в комнате. Она слегка шевелила голубые занавески, тихим ветерком из форточки ложилась на подушки цвета бордо с розоватой оторочкой, утопала в мягком прикроватном коврике. Кое-где мелькали и жёлтые цвета, имитирующие свет.

Раньше Игорь считал эти цвета не своими, но сейчас воспылал к ним расположением. Цвета органично вписывались в картину неизвестного художника, висевшую на стене. Там не всё в порядке было с техникой рисования. Да и не надо. Пусть отсутствует верная перспектива, но ряды растений, вероятно, лаванды так романтично уходили к горизонту и терялись в нём, что Игорь не мог избавиться от ощущения свежести, красоты и нежности, да и не хотел.

Он отставил чашку в сторону и взял Катину руку в свои боксёрские ладони. Держал так бережно, как хрустальную. А и впрямь кожа будто светилась, и просвечиваемые венки тоже казались произведениями искусства.

Игорь медленно поднёс пленённую руку к губам, горячо посматривая при этом на Катю. Воздух вокруг тоже стал плавиться от его взгляда.

— Вот, если бы он обнял меня! – мечтала Катя, не заходя пока дальше. Она уже не в первый раз чувствовала истому и нетерпеливое желание, но тоже старалась сдерживаться – хотела проверить себя. Именно себя, почему-то. В его чувствах была больше уверена.

А она, Катя?! Да, сейчас пылает, но надолго ли? Вспомнила уроки о любви. Там допускалась такая возможность – когда один из партнёров или оба достигают желаемого, им становится скучно. Поэтому Катя продляла эти мгновения блаженства. Ведь больше всего приносит ощущений не столь сама радость или счастье, сколь достижение оных.

На самом деле даже представить не могла, что может охладеть. Её душа уже почти вся растворилась в его, создав одно целое. Те мысли, которые читала, полностью соответствовали и её состоянию. Потом почувствовала некоторую нечестность, которая больше всего стыдила её существо – она может читать его мысли, а он нет.

Игорь чувствовал себя здесь, как дома. Есть ведь такое пожелание – чувствуйте себя, как дома. На самом деле, мало, кто хочет, чтобы кто-то ещё был как у себя дома в их пространстве. А Игорь хотел, и Катя хотела.

Игорь представлял, как полулежит на этой кровати с хорошей книгой, как помогает Кате готовить пищу или мыть посуду, как Катя будет всегда ненавязчиво присутствовать рядом, дополняя его жизнь и наполняя её. Так же, как и наоборот. Как будет встречать её после затянувшегося дежурства, или она закольцует его шею по возвращению.

А в “горе и радости”? Советы, участие? А о ночах Игорь думать не мог. Слишком болезненно пока. Да, страсть, влечение плоти присутствовало в его отношении и очень сильно, но больше бережность и нежность. Он готов был взять хрупкую девушку на руки и никогда не опускать на землю. Пусть так и живёт между небом и землёй, защищённая ото всех горестей и неудач для него, с ним.

Впрочем, а почему это он решил здесь поселиться? Ведь не нахлебник какой или альфонс. У него квартира будет побольше. Да и никак не хуже. А если Кате что не понравится – всё исправит по своему вкусу. Он будет не против. Тем более, что доверял этому самому вкусу беспрекословно.

Там и с друзьями встретиться можно будет. Катя, наверное, не будет запрещать. Он представил, как Катенька подружится с Сашкой и Никитой – его лучшими друзьями. Испытанными временем и боями. Да и вообще тем “пудом соли”, который надо съесть.

— Вот уж, фантазёр,-- подумал о себе.– Уже всю жизнь наперёд расписал. Но запретить себе быть рядом с Катенькой хотя бы в фантазиях, не мог.

Катя почувствовала умиротворение, прочитав мысли Игоря. Ей очень понравились картины, которые себе нарисовал.

— Но ты ведь ничего на самом деле не знаешь обо мне, – подумала девушка,.– Одно уж то, что мысли читаю, может отпугнуть. А другие способности?!

То есть у Кати были свои тайны, которые разрушали отношения.

Во всяком случае, возможность такая была. И открыться не могла – не поверит. А если поверит, то, если не отвернётся, – станет осторожным. А это в свою очередь убивает доверие, а значит, и отношения.

Игорь, почувствовав тень чёрной кошки, вдруг встрепенулся.

Он не понял, в чём дело, но спрашивать не решился от греха подальше. Подумал. что Катя просто устала. Катя тоже, чтобы не объясняться, решила поддержать эту мысль.

— Игорь, уже поздно. Мы с тобой много пережили за этот день. Надо хорошенько выспаться, отдохнуть. Может быть, подумать,что будет дальше. Такие личности, как этот Ник не бросают свои затеи. Им главное, победить, настоять на своём, самоутвердиться любыми способами. Будет строить каверзы, по другому не победить.

— Придумаем что-нибудь, – беспечно, может быть слишком, ответил.– Не хочется сейчас об этом, Катенька.

Он стоял перед ней покорный и почему-то виноватый. У Кати защемило сердце. Она дотронулась до его жёстких, непокорных волос, погладив их нежно. Потом, от себя не ожидая, слегка коснулась его вмиг пересохших губ своими губами и сказала:

— Пока, Игорь. Жду тебя завтра. Будем опять заниматься в бассейне.

Об этих занятиях она раньше прочитала в мыслях у Кати 1, а теперь читала другую интерпретацию– своего любимого человека.

Игорь повернулся и почти выбежал за двери, потому что дальше оставаться было выше его сил. Он же не железный – не выдержит.

Глава 5.

Кате долго не удавалось уснуть. Тоже не железная, тоже не могла успокоить желания. Мечты присоединились. Уносили её туда, куда хотела – совсем как в её времени. Но там не было Игоря. А сейчас, когда узнала, что такое любовь – совсем скучной, неинтересной представилась прошлая жизнь.

Зачем все красоты, когда радость от их лицезрения никто не разделит, все развлечения тоже хороши, когда другой человек находится рядом и тоже испытывает, что и она. Возникает общность, которая и приносит радость в существование.

А с Игорем и развлечений не надо – достаточно только, чтобы находился рядом. Вот и теперь – ушёл, и ничего не мило. Не хочется что-то улучшить в быте. Всё равно некому оценить.

Катя, поскольку не спала, решила использовать это время с пользой. Включила компьютер, нашла кулинарные сайты и стала впитывать информацию. Когда показалось, что теорией овладела, решила применить её на практике. Обследовала как следует кухню. До этого пока так и не удалось – что-то находила, на что-то взглянула. На самом деле это быт, а без быта никак не обойтись, особенно в это время.

Там, в будущем, можно было и не замечать каких-то мелочей. Казалось, они устраняются сами собой, пища уже существует, стоит только мысленно заказать, жильём не заморачивались – где понравилось – там и дом, одежду не хранили, потому что тоже по желанию доступно, что угодно.

А здесь о быте надо позаботиться самой. Катя открывала по очереди дверцы шкафов, догадывалась о применении каждого предмета, который находила. Чтобы убедиться в своих догадках, опять советовалась с компьютером. Нашла у запасливой и аккуратной Кати 1 множество заготовок для пищи. Катя 2 по другому и не могла назвать муку, крупы, картофель, другие овощи. Собралась сварить картофель, поняла, что его надо помыть, что и сделала.

Но возникло смутное сомнение, что это ещё не всё – надо почистить его, потому что на кулинарном сайте то, что идёт в пищу, выглядело по другому. Как это сделать, Катя не могла догадаться. Она попробовала использовать свои способности: направляла на картошку пучки энергии, поднимала клубни мыслительным усилием к потолку, потом бросала на пол. Даже о стену бросала.

— Что ж это такое?! – возмущалась она. – Столько сложностей! А ведь я почти даже и не начинала.

Снова обратилась к компьютеру с запросом: “Как почистить картофель?” Хорошо, что компьютер предмет неодушевлённый. Иначе Кате было бы стыдно. Узнала, что такое нож и как им пользоваться. Попробовала. Она, конечно предполагала, что будет не просто, но не настолько же!

Почистить не удавалось. Кроме того на руках образовались всяческие порезы, которые Катя, конечно же, сразу залечила, но больно же! Попробовала это делать медленно по шагам, найдя соответствующие сайты и следуя им. Сколько радости было, когда увидела первую, очищенную картофелину!

— Удивительно, как простые, самые простые вещи могут радовать! – подумала она.

Теперь надо сварить. “Поставить на плиту воду в кастрюле и довести её до кипения”,-- прочла Катя. Сначала решила научиться включать плиту так, как это делали все люди, что оказалось самым простым. Дождалась кипения, забросила картофель, – всё строго по инструкции. Поняла необходимость следовать ей.

Видела, как повара на сайте пробуют пищу. Решила тоже сделать так, но получила только ожог. Тут уже Катя не выдержала. Она бросила ложку на пол и потопталась ещё по ней.

— Что со мной? – подумала при этом. – Видимо, живя в другом веке, приобретаю и рефлексы соответствующие.

Но Катя на полпути никогда ничего не бросала. Прочла, что надо сначала охладить то, что решила попробовать. Самый простой способ– подуть. Подула, попробовала – не понравилось. Что-то не хватает. Перечитала рецепт, поняв, что упустила детали. Да! А деталью этой оказалась соль.

Но теперь была очень осторожна. Сначала прочла несколько раз, вдумалась, мысленно представила процесс и, наконец, добавила соли именно столько, сколько было нужно. Не надо было совершать ошибки, которые до неё совершали другие, лучше прочесть о них, что и сделала.

В итоге удалось попробовать первое приготовленное самостоятельно блюдо. Это такая радость, какую, вероятно, испытывал древний человек, впервые добывший мамонта. Нашла хлеб, порезала его – а резать уже умела. Нашла в холодильнике овощи и сделала из них салат. И показалось Кате, что ничего вкуснее ещё в своей жизни не ела.

Насытившись, подумала о количестве прочитанных ею рецептов. О жарении, тушении, варке на пару. Узнала о микроволновке. И хорошо, что Катя сразу не обнаружила мультиварку – она тогда бы не научилась всему сама. А так, принялась осваивать новые блюда.

У неё сразу в нескольких местах что-то происходило. Кипело, жарилось, засыпалось, нарезалось. Притом нарезать Кате показалось скучно и она своими средствами механизировала процесс – то есть всё стало резаться, подчиняясь её мысленному указанию. Это было быстро и весело. Катя почувствовала удовольствие и удовлетворение

Продолжала следовать точно инструкции, поэтому ничего не пригорало, не пережаривалось, не разваривалось или наоборот. Запахи стояли обалденные. Пока не научилась печь и запекать, но планировала заняться и этим.

Под конец решила приготовить сырники, обнаружив творог в холодильнике. Её просто заинтересовало само название – сырники. То есть, подразумевалось что-то сырое? Усвоила в итоге ещё один урок, что нельзя судить по названию. Это, как выражение, которое почему-то сохранилось в будущем : “Не суди по обложке”. Катя подумала, что по ассоциации это то же самое.

Скоро вся кухня была заставлена различными блюдами. Как будто на целую свадьбу наготовлено – Катя поняла смысл ещё одного сохранившегося выражения. Она попробовала по чуть-чуть от каждого кушанья – и ей это очень понравилось

— Вот Игорь удивится! – подумала она.

А ещё подумала, что каждое совершённое действие теперь мысленно координировалось с Игорем – “Вот он удивится”, “Вот обрадуется” или, может, наоборот “Игорю не понравится”. Катя уже собиралась подумать о том, как все эти блюда сохранить, но услышала звонок в дверь.

Глава 6.

Катя осторожно подошла, выглянула в глазок. О предназначении этого атрибута двери догадалась. Там стояли молодые люди – ничего подозрительного. Катя открыла. Кстати, надо подумать о том, как сделать ключ – не хотелось постоянно прятать свои способности от Игоря.

На девушку смотрел недовольный, сонный парень, а за ним пряталась девушка в очках.

— Кстати, зачем очки? – подумала Катя.– Уж выправить зрение проще простого. Надо предложить.

— Что это у вас происходит? – с порога начал парень.– Уже за полночь. Люди отдыхают – завтра на работу. А у вас шум, грохот.

Женщина за ним согласно кивнула и опять спряталась. А Катя сначала не поняла, о каком шуме он говорит. Потом догадалась:

— Это ж я картошку швыряла и другие предметы.

Ей стало стыдно. Как это не подумала, о других? О том, что в этих клетках всё слышно. Клетками назвала квартиры. Впрочем, не намного погрешила против истины, потому что многие люди и в этом веке так называли свои жилища.

Потом парень потянул носом, уловив вкусные запахи и облизнул недовольные губы. И Катя могла наблюдать превращение, как из недовольных они превращались в очень даже довольные. На губах заиграла невольная улыбка.

— Ой, ребята, прошу прощения, что сразу вас не пригласила, – засуетилась Катя.– Проходите. Всё равно не спите по моей вине. Дайте хоть реабилитироваться немного. Столько всего наготовила – самой не съесть!

Женщина испуганно принялась отнекиваться, но Олег, так звали парня, подхватил её под локоть и втянул в квартиру, где Катя, продолжая суетиться, усадила их в кресла, быстро поставила приборы, выставила блюда.

Ребята только смотрели удивлённо, как то и дело мелькал перед ними её образ, почти как на быстро прокрученной плёнке. Всё приготовив, Катя и сама присела. Она достала из холодильника неизвестно как оказавшуюся там бутылку вина.

— Наверное, на всякий случай, – подумала Катя.

А потом вспомнила, что у её тёзки скоро день рождения. А традиция отмечать такие праздники сохранилась и в их время.

— Ну ничего, Катя 1 была бы на меня не в обиде, – подумала она.

Насчёт вина. И в их время оно использовалось. Вкусно, приятно. Веселило, раскрепощало. Слегка кружилась голова. Но обычно хватало бокала для достижения эффекта, ведь, когда не пьёшь, то действие вина сильнее чувствуется.

Олега долго упрашивать не надо было. Он откупорил бутылку, разлили по бокалам. Положил себе кое-что из аппетитных кушаний.

— Хорошо, что мы с Вами наконец, познакомились, – сказал он, подняв бокал. – А то живём этажом ниже, а не общаемся. Так выпьем же за знакомство!

То, что её зовут Катя, а их – Олег и Ирина, сообщили друг другу ещё раньше. Олег попробовал все блюда, выставленные на стол с неоднозначным звуком, говорящим, что ему очень понравилось. При этом поглядывал на жену, которая скромно опускала глаза.

Катя поняла в чём дело и проговорила, чтобы предупредить могущую возникнуть неприязнь:

— На самом деле – не поверите, я первый раз готовлю. Захотелось постараться для своего парня.

— Да? А кто он? – выказала Ирина сразу же свою первую реакцию -- любопытство.

Почему-то считается, что любопытство – чисто женская черта. На самом деле нет – любопытство сродни любознательности. Если бы люди не обладали этим качеством, то и не двигались никуда с одного места. Не было бы открытий, науки, искусства. Да, и искусства тоже. Потому что любопытство толкает узнать и показать, если можно, что там, за невидимой чертой.

Глава 7.

— Это Игорь Стрельцов. Он сегодня был здесь, – ответила она почти равнодушно, на самом деле, – очень даже заинтересованно.

Ей не терпелось узнать мнение посторонних об Игоре, лишний раз прикоснуться к нему в своих мыслях и реакциях. Да и, наверное, похваться. Чего греха таить?

Игоря в городке знали все, потому что по другому быть не могло. Как могли не знать гордость своего города, его достояние?

— О! Игорь Стрельцов! – воскликнул парень.

А мысли его сказали больше. Катя почувствовала, что значимость её возросла в глазах Олега, потому что ассоциироваться с Игорем – это много. Ира тоже думала так же. Правда к её мыслям примешивалась невольная зависть. Несбыточная, потому что у неё уже есть муж, а ещё потому, что Игорь на неё и не посмотрел бы.

— Кстати, Ира, мы могли бы вместе поколдовать на кухне! – предложила Катя.– Чему-то ты бы меня научила, чему-то я.

Она понимала, что ей это даже больше нужно, чем Ире. Ира с радостью согласилась. Ей льстило такое внимание, да и продолжение обещало быть интересным. Кроме того, научиться готовить хотя бы такие блюда, которые им предложили, очень хотелось. Обменялись контактами.

— Ты, Ира, можешь и без звонка заходить в любое время, – предложила девушка.

Ира обрадовалась, и Катя прямо почувствовала потепление в её мыслях.

— Да,-- вспомнила Катя. -- Потеряла все ключи от квартиры и теперь не знаю, что делать. Ты мне не поможешь, Олег?

Катя решила использовать все подворачивающиеся возможности для адаптации в этом мире. А Олег должен знать, как сделать ключи..

— И что, даже запасных не осталось? – спросил Олег.

— К сожалению, нет, – развела руками Катя.

— Пластилин найдётся? – продолжил Олег.

Катя с трудом представляла, что это такое, но в находчивости ей не откажешь.

— А вон, посмотри на полке, – попросила она. – Или в шкафу.

И распахнула дверцы шкафа, где вперемежку стояли всякие интересные для Кати 1 предметы.

— А, вот, то что надо! – воскликнул Олег.

Пошёл к двери, сделал слепок.

— Кстати, ребята, вы ничего не знаете о таком персонаже по имени Ник? – спросила она, как бы между прочим.

— Как же! Известная личность! Ни одна разборка без него не обходится, – ответил Олег.

— Иногда было страшно на улицу выходить, – добавила Ира. – Но в последнее время он что-то поутих.

— Как же, поутих! – не согласилась Катя. – Переключил внимание на меня. Проходу не даёт. Уж не знаю, какими путями обходить его. Постоянно поджидает в аллее.

— Эту аллею, на самом деле можно обойти, а потом быстренько прошмыгнуть в подъезд, – предложила свой вариант Ира.

_ Ну, это не выход, – протянул Олег.

— Так предложи выход!– продолжила Ира. – В полицию накатать заяву? Пробовали уже. Заберут, а потом на следующий день выпускают.

— Да, тяжёлый случай, – согласился Олег.

А Ира, которая больше мужа была в курсе, рассказала:

— Тут, я слышала, такой случай произошёл. Эти бандиты к кому-то приставали. Затеяли драку. Это, вот-вот, сегодня было… Так что в итоге? В итоге ретировались не солоно хлебавши. Люди рассказывают, что будто обезумели все. Глаза расширились от страха, волосы на голове встали дыбом, как будто чёрта увидели или инопланетян.

— Да, и что потом? – спросила как можно спокойнее Катя, чтобы не выдать излишнюю заинтересованность.

— А ничего. Бежали, так что подошвы горели.

Катя, конечно поняла, что про подошвы– это ещё одно выражение, которые переходят из века в век. И люди часто не знают, откуда взялись.

— Ладно, Катя,-- подитожил Олег. – Нам пора. Завтра на работу вставать.

— Да-да, я понимаю. Кстати и мне тоже на работу… Подождите ещё минутку.

Она метнулась на кухню, вынесла сложенные в пакет кое-какие вкусности.

— Вот, возьмите, у Олега аппетит хороший, а мне много,-- всучила пакет новым знакомым.

Те не стали отказываться. По свойски, что называется. Все смели надеяться, что знакомство продолжится и дальше.

Глава 8.

Игорь пришёл домой почти на автопилоте. Он теперь называл домом санаторий. Странное дело – ведь и квартира неподалёку, почему же слово “домой”он применил по отношению к временному своему пребыванию. Наверное потому, что “домой” в нашем понимании означает то, куда мы возвращаемся теперь, – будь то лагерь какой, санаторий как сейчас, квартира, снимаемая где-нибудь в другой стране.

Игорю хотелось забыться вплоть до того момента, когда утром снова не увидится с Катей. Даже мечтать не хотелось, потому что реальность превосходила самые прекрасные мечты.

Он уже хотел было открыть дверь ключом, как увидел, что она уже открыта. Мелькнула мысль о ворах. Неужели и санатории посещают? Осторожно вошёл, по стеночке, стараясь не шуметь. В комнате горел ночник. И тут Игорь увидел, что не один. Посетитель, а вернее, посетительница и не думала скрываться. Это была Верочка.

— Вы что тут делаете? – задал Игорь вполне естественный вопрос.

— Да брось, Игорь. Ты же всё понимаешь. Зачем молодая женщина приходит к молодому мужчине ночью. Думала, пораньше придёшь. Уже и уснуть почти успела.

Она встала и вальяжной походкой, по пути расстёгивая халатик, пошла навстречу Игорю.

Закинула руки ему за шею. Вжалась в его грудь, продолжая свои манипуляции дальше. Стала гладить грудные мышцы, проводила по рукам сверху вниз и наоборот.

— Какой ты сильный и красивый! Но и я же неплохая. Почему двум красивым людям не быть вместе?

— Послушай, Верочка, кажется, – наконец опомнился от такого натиска Игорь. – Ты, конечно, красивая женщина, но не для меня. Кому-то обязательно будешь нужна.

— А почему не для тебя? Кто для тебя? Катька, что ли!? – сказала, почти ненавидяще.

Игорю слышать имя любимой из уст этой женщины было совсем невыносимо.

— Ну, во - первых не Катька, а Екатерина Викторовна для тебя. А во вторых, не буду скрывать – да, для меня Катя. Только она. И другой не надо, – твёрдо ответил он.

— Не могу сказать, что некрасива. Это была бы явная неправда. Но скучная, пресная, как совсем недосоленная селёдка. Зачем тебе такая? Я же страстная, горячая. Со мной точно не заскучаешь, – продолжала напирать женщина.

— Не смей даже языком касаться её имени. Обсуждать с тобой достоинства любимой не буду, как и отвечать на явные несправедливости. А теперь, прошу на выход. Сильно устал за этот день. Тем более, что терпеть твоё общество совсем не должен.

Верочка поджала губы и нехотя удалилась. А что ей ещё оставалось?

Игорь, наконец, получил возможность уткнуться лицом в подушку, но только после того, как задвинул дверь на задвижку. Вскоре почувствовал, как мысли начали путаться. Слышал какие-то возгласы в коридоре, крики, но старался не обращать на них внимания. Да и вообще казалось, что это ему уже снится.

Ночь, наконец, утихомирила все страсти, утешила неутешаемых, утолила чьи-то страдания и печали. Даже подарки преподносила в снах, где сбывалось самое несбыточное, достигались амбиции, брались барьеры, побеждались противники.

Сквозь сон Игоря пробилась мысль, что скоро значимые соревнования, в которых надо быть на высоте. Но об этом он ещё подумает завтра. Луна воровато заглядывала между шторками, будто стремилась выведать какие-то секреты, типа узнать особый состав для смазывания лыж. У него-то особых секретов не было, разве что стойкость, работоспособность, упорство, ну и физические данные, конечно.

Можно говорить и о коронных ударах. Но они известны. Сколько раз уже проигрывались бои на чужих записях. Отыскивались слабые места. Строились каверзы, чтобы не дать спортсмену набрать нужную форму. Но за всем этим следили тренеры и прочий персонал.

За время отдыха Игорь набрал хорошую форму. Он продолжал тренироваться в спортзале, не давая себе поблажек. Правда, испросил разрешения закрывать двери спортзала на время его пребывания там. Не надо было, чтобы посторонние видели, что ему давно не место в санатории.

Да и тренеры требовали. Времени до соревнований оставалось немного. Игорь думал, что не разочарует их, хотя никто не гарантирован от неожиданностей, таких, например, как вчерашняя теперь уже драка. Мог же получить и серьёзные травмы. Но только поступить по другому не мог. Он должен был защитить свою любимую.

Хотя, на самом деле так и не уразумел, как ему это удалось. Силы были слишком неравными. И до сих пор не понял, почему враг бежал. Будто вмешались Высшие силы. Вот и не верь после этого в Бога.

Глава 9.

Наступило утро, которое мудренее, ушли вчерашние разборки и другие события. Ровно в 9 утра Игорь был у дверей Катиного кабинета. Сердце сладко замирало в предчувствии. На самом деле парень решился сделать предложение и довольно необычным образом.

Ещё раньше поговорил с Николаем Петровичем, попросил о помощи. Старик, конечно, не отказал. Такие события он любил. А кто ж не любит? Так вот, Игорь снял с шеи ракушку, которую когда-то подарил ему дельфин у океанскогоберега и никогда с ней не расставался в честь своего чудесного спасения. Но это отдельная история.

Ракушка стала талисманом, с которым парень никогда не расставался. Но сейчас он приготовил свою реликвию для Катеньки. Для неё ничего не жалко. Вложил в ракушку кольцо и спрятал его в бассейне за кадкой с пальмой. Николай Петрович на это время должен был оставить их одних и бассейн закрыть для утренних хозяйственных работ.

Катя встретила парня весёлая, улыбающаяся. На щеках румянец, разгоревшийся при виде парня, а может быть это лучи солнца разогрели нежную кожу.

— Привет! Что, идём? – спросила.

— Естественно, – ответил парень.

Разговаривать особого желания не было – обдумывал, как всё произойдёт. А происходило пока по плану. Катя даже удивилась пустынности подвального этажа, где обрёл себе место бассейн. Ни одного даже случайно заблудившегося посетителя. И персонала не было.

— Такое впечатление, что что-то случилось, – предположила Катя.

— Нет, Катенька, это я уговорил Николай Петровича, чтоб не беспокоил и никого не пускал.

Катя покраснела ещё больше, тем более, то прочла немного непристойные мысли парня, но ничего не сказала. Тёплая вода раскрыла свои объятья, как всегда ласковые и всё и всех прощающие.

— Иди ко мне! – позвал Игорь.

Он стоял у кадки, приготовившийся к чему-то, и упрямый. Будто решался самый важный вопрос в его жизни. “Пан или пропал”, – говорила вся его поза. Глаза чуть исподлобья смотрели в её глаза. Напряжённые руки готовы были защитить Катю ото всех напастей, так же, как и всё его существо. Там было достаточно глубоко, и Катя видела размытые очертания ног под собой. Когда подошла, ноги почти стали общими, фрагментами переходя друг в друга.

— Катенька, моя любовь, моя жизнь, выходи за меня замуж. Может, я не самый хороший, – полу испуганно сказал он.– Но для тебя стану таким. Мне уже ночь не в ночь стала без тебя, день не в день.

Катя, хоть и ожидала что-то подобное, но всё равно была немного ошарашена, поэтому пока молчала, не в силах вымолвить ни слова. Мысли её кричали: “ Да, ДА, конечно да”, но Игорь не умел читать мысли. Он напряжённо ждал. Потом подошёл к кадке, достал из-за неё ракушку с кольцом. В молчании повесил ракушку ей на шею, а кольцо надел на палец.

Тут Катю будто прорвало. Она бросилась к парню, плотно прижавшись, с доверием и искренностью заглядывая в глаза. Она сама поднесла губы к его губам и поцеловала. Как давно мечтала об этом! Этот поцелуй получился сначала робким, неумелым, а потом уже страстным, долгим и непрерывным. Они не могли оторваться друг от друга. Тела, давно уже ставшие почти едиными, ещё больше, теперь уже физически сливались вместе.

Игорь не мог терпеть. Он стал медленно и сладострастно покрывать всё тело поцелуями – каждый его участок. Накладывал жёсткие губы, ставшие сейчас мягкими и беззащитными, и на глаза, и на щёки, шею и ниже.

Когда Катя почувствовала их на груди, то почувствовала и такое неистовое желание, что даже испугалась. Её тело стало извиваться в истоме, будто, если потянется, то на него снизойдёт всё блаженство мира. Игорь продолжал нежно и неотступно. Целуя, покрывая свою голову при этом водой и задерживая дыхание, сколько мог.

Его давно восставшая плоть стремилась к Кате. Он плотно прижался, насколько мог, но дальше решил остановиться, – не сейчас, не в воде. Надо, чтобы она испытала всю полноту ощущений. Сердце гулко билось, как после победной схватки. На этот раз их общей победы надо всем, что разделяло.

— Катенька, любовь моя, не сейчас. Встретимся сегодня у тебя. Поверь, это будут самые томительные часы ожидания в моей жизни, – сдавленно проговорил он и большим усилием воли отстранился.

Глава 10.

День набирал свои обороты неожиданно быстро и резко. Катю вызвали к главврачу. Она давно уже привыкла к непонятным взглядам, которые постоянно ощущала на себе. Но привыкла та Катя, – Катя 1. А на Катю 2 обрушился поток мыслей и различных чувств.

— Вот, получит сейчас! Так ей и надо!– слышалось с одной стороны.

— А казался таким хорошим парнем! Надо же, знаменитость – и туда же!

— Да все они извращенцы, – это уже мужененавистники.

— А казались такой хорошей парой! – пробивались между общим строем чьи-то сочувствующие мысли. Но они были в меньшинстве. В основном зависть, какая-то месть, не Кате, а скорее, их собственной судьбе. И много ожидания – чем всё кончится.

А что произошло? Катя не могла понять. Суть дела забивалась всеобщим возбуждением, которое несло негативный оттенок. Вошла в кабинет с желанием, как можно скорее разобраться во всём. Не могла даже придумать, что же такое могло случиться за этот час после расставания с Игорем?

— Может быть, убил кого? Случайно? Или не рассчитав силы – в защиту её, Кати?– строила догадки и не верила ни одной из них.

— Екатерина Викторовна, – тихо сказал Вячеслав Иванович. – Решил поговорить сначала с Вами, чтобы подготовить к тому, что сейчас скажу, зная о сложившихся между вами отношениях. Да-да. Знаю! В коллективе ничего не утаишь, тем более такие вещи. Честно скажу, Вы мне самому нравитесь в понятном смысле. Но также понимаю, что Игорь больше Вам подходит. Вы как будто созданы друг для друга. А промыслу Божьему противиться не могу.

Катя при этом прочла его мысли – всё соответствует. Оказывается, он благородный человек. Вот что значит – нельзя делать поспешные выводы.

— Катя! Если хотите знать моё мнение, то я ничему из этого не верю.

— А чему, Вячеслав Иванович?

—А -а-а, так Вы вообще ничего не знаете? Верочка, наша медсестричка сегодня ночью дежурила и утверждает, что Игорь набросился на неё – бедную,несчастную. Нанёс повреждения! Разорвал одежду. Изнасилования не случилось, потому что сотрудники отбили, – Вячеслав Иванович буравил взглядом Катю, которая даже и представить себе не могла что-то подобное.

— Вячеслав Иванович! Это бред какой-то! Мы виделись с Игорем и вечером, и сегодня утром. Смею Вас заверить, что он ничего об этом не знает, если не сумасшедший маньяк какой.

— Я уже сказал и продолжаю говорить, что полностью на Вашей стороне. Советую не волноваться слишком, собраться, подумать и придумать доводы в его пользу, может быть, вспомнить что-то, найти своих свидетелей. Но для этого должна голова быть холодной и способной к концентрации.

— Спасибо, Вячеслав Иванович! Я буду бороться. Игорь сегодня сделал мне предложение. Это после попытки изнасилования-то! – иронично, насколько позволяло её разбитое сознание, сказала Катя.

— Идите! Через час будьте готовы снова прийти ко мне. Устроим собственную доследственную проверку. Я так понимаю, что Игоря, если эта история выйдет за наши пределы, могут снять с соревнований?!

— Да! Но это не самое главное, – пробормотала она.

— Я понимаю.

Катя была взбудоражена и одновременно подавлена настолько, что с трудом могла владеть собой. Она почти ненавидела весь мир.

— Что мы им сделали? – думала она. – Неужели нельзя принять и порадоваться за людей, если они счастливы?

Потом заставила себя мыслить логически. Кому нужна была эта история!? Завистникам, конкурентам или Верочке? И приходила к выводу, что Верочке. Значит, надо что-то предпринимать в эту сторону. Только вот где она? С утра не видно.

Пошла в ординаторскую, заглянула на посты, в кабинеты. Подошла к регистрационной стойке.

— Может, домой уже ушла после дежурства?! – подумала со страхом.

Но неожиданно увидела в процедурном кабинете. Верочка была одна.

— А, пришла! Давно не виделись, – с обычной своей агрессией начала женщина. – Твой-то на меня набросился. Видать не даёшь ему, то что нужно!

— А ну, ведите себя прилично,-- осадила Катя. – Сохраняйте своё человеческое лицо и обычную субординацию.

Верочка немного оторопела от неожиданного отпора, но тут же взяла себя в руки.

— А то что? – спросила нагло.

— А то, что у меня в кармане диктофон. Хочешь послушать?

И Катя воспроизвела в пространстве сказанные только что слова. Верочка притихла. Но у Кати уже созрел план. Ручка, которую держала женщина в руках внезапно вырвалась из них, как будто живое существо. Верочка оторопела и онемела одновременно. А ручка продолжала выписывать кульбиты в воздухе. Верочка вскочила со стула и с криками выбежала из кабинета.

Но это ещё было не всё. Катя, которая шла следом за орущей женщиной, вдруг внезапно, как из воздуха, возникла перед ней, так что Верочка вынуждена была остановиться.

— Ведьма, Ведьма! – кричала она, показывая пальцем на Катю и обращаясь в испуге и исступлении к проходившим мимо людям.

Катя только пожимала плечами, отвечая на взгляды наблюдателей. Верочка побежала на выход. С безумными глазами подбежала к регистрационной стойке, где стояла отвернувшаяся зачем-то Соня. Катя, конечно же, материализовалась опять перед Верочкой.

— А-а-а! – закричала та, выпучив глаза. – Ловите её! Ведьма!

Свидетелей было много, что Кате и надо. Обезумевшую Верочку подхватили под руки и отвели в процедурный кабинет, откуда та только что бежала. Верочка превратились в пациентку, которой требовалась инъекция седативных препаратов. И может быть, госпитализация в психиатрическое отделение.

Глава 11.

Конечно, Верочку отстранили от работы и отправили домой, хотя главврач, который знал уже все подробности, сомневался в достаточности этих мер. Он понял, что всё случилось неспроста. И так или иначе связано с Катей.

— Вот так девчонка, –думал он. – Палец в рот не клади. С такой, оказывается, лучше не связываться. А казалась такой скромницей!

Но на этом инцидент не был исчерпан. Оставались свидетели. Конечно, Вячеслав Иванович, подозревал, нет, просто был уверен, что это специально подученные люди, вовлечённые Верочкой в аферу. В явный оговор.

— Но они от своего не отступятся, если уже ввязались, – продолжал думать он.– От этого зависит дальнейшая работа этих людей здесь.

Ему даже жалко стало своих недальновидных сотрудников.

— Ну что же делать? Сами виноваты! Надо мозги иметь,-- продолжал думать он.

Через час все участники событий, за исключением отправленной домой Верочки, собрались в кабинете главврача. Причём Игорь выглядел уверенным и умиротворённым.

— Он, наверное, ничего ещё не знает, – подумала Катя.

Главврач без всяких предисловий описал ситуацию. Тут состояние Игоря явно изменилось. Мелкий пот стыда, несправедливости, выступил на лбу. Первым слово дали ему.

— Что я могу сказать?! – чётко, без страха, приняв своё положение защищающегося, принялся объясняться Игорь. – Я вернулся поздно. В комнате обнаружил ту самую Верочку, вокруг которой и завертелись все события. Она стала домогаться меня. Я к ней даже не прикасался, если не считать, что она ощупывала, поглаживала, то есть пыталась возбудить меня. Конечно, выпроводил её.

Катя представила себе эту неприятную для неё картину. Но что же поделаешь? Видимо, надо пройти и это.

— Потом в коридор не выходил. Свидетелей не видел. Закрыл дверь на задвижку и уснул. Слышал сквозь сон какой-то шум в коридоре, но не обратил внимания. Во всяком случае, не принял на свой счёт, – продолжал Игорь.

— А вы,-- обратился Вячеслав Иванович к свидетелям. – Видели, как Игорь нападал на пострадавшую?

У него даже язык теперь не поворачивался назвать её по имени.

— Нет, не видели. Но услышали шум. Выбежали из кабинетов и увидели пострадавшую в разорванной одежде, с царапинами, лохматую. Не возникло никаких сомнений, – сказали правду свидетели, как мысленно внушала им Катя.

А она уж постаралась. Напрягла все свои способности.

— Ну что ж, как можно говорить, утверждать что-то, если не видели воочию? – пристыдил их главврач.

Похоже, что всё было так, как они рассказывали.

— Вот, а потом Верочка нам всё рассказала, – продолжал один из свидетелей.,– Естественно мы возмутились. И, конечно, не подумали, что она может наговаривать. Какой нормальный человек станет делать это?

— Нормальный, может быть, и не станет, а ненормальному, как нечего делать. Сегодняшние утренние события показали, что наша сотрудница серьёзно больна. Вероятно пропущенная шизофрения с манифестацией и манией преследования. Но это пусть определят специалисты, – подвёл резюме главврач.– А у Вас Игорь, прошу прощения за свою сотрудницу. Всякое бывает. Ваши адвокаты не будут предъявлять претензии, надеюсь.

— Нет,-- коротко ответил Игорь.

Он собирался уже молча выйти, но Катя опередила. Она подбежала и у всех на глазах поцеловала своего суженого.

— Хочу объявить, что Игорь сделал мне предложение, а я его приняла, – сообщила всем.

Потом взяла под руку и вывела из кабинета.

— Катенька, – начал было Игорь с выступившими на глазах слезами.

— Не надо, милый, ничего говорить сейчас.

Она смахнула слёзы с его ресниц и сказала:

— Тем более, что герои не плачут… Всё, Игорь. У меня ещё работа. Встречаемся сегодня вечером у меня, согласен?

— Нет, – ответил парень, чем немного смутил девушку.– А проводить? Вдруг на тебя опять нападут?

— Ах, да! После сегодняшних событий вчерашний вечер кажется таким далёким!

Игорь улыбнулся тепло, будто солнце, наконец, выглянуло из-за набежавшей тучи и пошёл к себе.

Глава 12.

Катя с Игорем встретились после работы, как и договаривались. Вышли в приятную прохладу из ставшего душным помещения – простора не хватало, свежего воздуха. Всё благоприятно разрешилось, но осадок-то остался.

Не говорили об этом, даже и не старались, а решили проигнорировать случившееся – не слишком ли много чести будет Верочке и подобным Верочкам, пребывающим в уверенности, что всегда могут опорочить человека. Всё зависит от степени их желания. А так, будто и ничего не было.

Постепенно возвращался свет и крепло единение. Парень даже говорить ни о чём не мог – настолько умилило его желание любимой поддержать. Сердце будто млело. Ветки касались одежды, озаряя её своим дополнительным багряным или жёлтым светом. Где-то высоко пролетели с печальным криком журавли.

— Покидают Родину! Как должно быть им одиноко!-- печально сказал Игорь.– Хорошо, что хоть товарищи рядом.

Он не понимал, насколько всё, что сказал, относилось к Кате. Она оставила свою Родину, свой уклад жизни и вряд ли вернётся к нему. И хорошо, что любимый рядом. Да иначе бы и не решилась. Это было бы такой глупостью!

Катя не часто, но иногда думала о том, как там Катя 1. Самое плохое в её ситуации, что попала в будущее, ничего не зная о нём, практически. А она, Катя, не объяснила, занятая своими планами. Конечно и одну понять можно! И другую. Но той Кате сейчас тяжелее, ведь в “прекрасном далёко” нет такого Игоря.

Катя вспомнила, как пыталась создать себе спутника жизни, и ей стало немного стыдно, как будто чем-то недозволенным занималась. А на самом деле выбор пар был неограничен. Никаких расовых или социальных ограничений.

Дозволялось и создать кого-то по желанию. Но на всё про всё отводилось две попытки. Если они не увенчались успехом, то дальше, как повезёт в жизни. Можно проводить её в одиночестве или среди случайных связей – и такое тоже допускалось.

С Корэлом у Кати не получилось. Была возможность использовать другую попытку, что и начала уже делать там, в будущем. Решила переключиться к противоположности. То есть волосы у парня теперь будут светлые, глаза цвета морской волны. Рост такой же. Занятие для него не придумала – профессию. Чем бы ни занимался, готова была всё принять, лишь бы возникла та самая искра между ними. И, как теперь понимает, она бы не возникла.

Появившийся в жизни Игорь был не таким каким рисовала себе будущего героя своего романа. И создать искусственно такого по своему желанию она, как теперь понимает, не могла. Трудно сказать,что возбуждает интерес в человеке. Бывает, и черты лица правильные, и профессия, и ранг, и рост, и всё, о чём только можно сказать, но не нравится. Или нравится, как-то отстранённо, как написанная картина. Всё хорошо – а не живое, не моё.

А бывает всё неправильно, а влечёт. Может быть это усмешка, или изогнутая бровь, или особенный прищур глаз, или манера держать себя среди людей. Или способность своего избранника понять тебя и поддержать, посочувствовать. А когда и нарисованный в сознании физический облик, который ты не можешь осознать, и внутренне содержание совпадает, тогда ты понимаешь, что это твой человек.

Катя 1, оказавшаяся в будущем, не знала, а, может, узнала уже о сюрпризе, который Катя 2 приготовила. Сначала себе, потому что не знала, что в итоге получится, а потом, то есть сейчас – ей.

_ Надо попробовать связаться с ней,-- думала она, – Помочь чем-нибудь.

До неё только сейчас стало доходить, как много того, что необходимо для жизни в обществе будущего у Кати нет. Можно, конечно, списать всё на неполадки в здоровье. Но медики, приборы, которые подключатся к обследованию, сразу же обнаружат недостаток встроенных функций. Ведь не могли же они так просто исчезнуть или истереться, как шестерёнки.

Возникнут вопросы. А без этих функций не обойтись. Катя не сможет перемещаться в пространстве, читать мысли, воссоздавать предметы, только подумав о них. Первое время в чём-то Корел поможет, а потом? Катя хотела думать, что всё образумится, а если нет? Не сможет же она вернуться туда и потерять Игоря. Даже подумать об этом не могла.

И в то же время, что она за человек, если подвергает другого человека такому испытанию, причём, намеренно?! Получается, что в угоду себе. Она не хотела даже думать о том, каким словом это называется. Вот ещё один момент, не позволяющий полностью открыться перед Игорем. Этот момент угнетал её, повиснув, как нагрузочные гири на плечах.

Глава 13.

Неправильно было думать всё же, что с Катей плохо до такой степени. Она уже пробовала связаться со своей тёзкой за эти дни. Хотя времени прошло всего ничего, и каждая минута была и так перегружена.

Катя посылала мысленные сигналы, сидя у экрана компьютера или смартфона, но никакого ответа.

_ А не поспешили ли мы с обменом? Надо было более тщательно всё продумать и подготовить, – думала Катя.

Но увидев Игоря, все мысли куда-то спрятались – посторонние мысли, не связанные с ним. Это очень сильно угнетало Катю и заставляла стыдиться себя.

— Ничего, – подумала она. – Буду пытаться вновь и вновь. Не надо отчаиваться.

А Катя 1 оказалась в чрезвычайной ситуации – в лесу и совершенно одна. Бывает, что люди теряются, но они знают, куда надо стремиться вернуться, где их дом. Во всяком случае, представляют его.

Катя же не удосужилась спросить об этом у своей тёзки. Она понимала, что Катя 2 может жить, где захочет. А она? Ну, вот она хочет жить здесь в красивом доме. И что? Ничего не происходит, хотя усиленно представляет себе этот дом, думает о нём.

Попробовала пожелать себе бифштекс. Но где она – эта самобранка? Катя осмотрелась. Этот лес больше был похож на парк – высокие, стройные деревья с красивыми, большей частью могучими кронами с разными оттенками зелени. Зелень и под ногами.

Катя наклонилась и провела рукой по траве, ухоженной, как на газоне. Нигде не застревали поломанные ветки, сучья, не разбросаны шишки даже под дубами. Кстати, и дубы только казались дубами, а на самом деле листья были немного другой формы. Остальные различия не понять – она не специалист. Но где тот специалист, который ухаживает за всей этой рафинированной природой?

Где тот опытный садовник, который убирает колючки, высаживает красивые цветы, что на лесные совсем не похожи. Это какие-то не виданные ею разновидности роз, орхидей, пионов, гиацинтов, тюльпанов и прочих. Да, все цветы, которые в Катино время невозможно было встретить растущими вместе, в один сезон и в одном климате, теперь было возможно.

Запахи, конечно, затмевали разум. Это хотя бы радовало, и ситуация не казалась в результате совсем безнадёжной. Тропинок нигде не было. Везде ровная, вычищенная, вымытая, одной высоты трава.

Катя переместила взгляд на деревья и увидела не одни дубы. Здесь были якобы и берёзы, и клёны, и липы, но главное, и плодовые деревья. Не дикоросы, а настоящие со свисающими с ветвей сочными и тоже пахучими плодами.

Рискнула сорвать один плод, похожий на банан. Хотя прекрасно знала о предупреждении не брать в рот незнакомые плоды, – надкусила. Вкус был очень приятный, ни с чем не сравнимым.

После этого уже без опаски пробовала и другие плоды с не менее очаровывающим вкусом. Голод исчез и Катя подумала:

— Не всё так страшно, оказывается. От голода помереть нельзя, даже, если отказаться от мяса и деликатесов. В рабство никто не берёт, поэтому можно пока просто ходить, гулять, изучать этот мир. Спать тоже можно где угодно, даже не имея кровати. Трава такая пушистая, что и подстилать ничего не надо, впрочем, как и укрываться. Здесь такое приятное тепло.

А если же очень захочется чем-то укрыться, то снимет халат с себя – ведь Катя попала в этот мир с работы, в чём была. А была в халате. Кстати, надо посмотреть, может там в карманах кое-что завалялось. В незнакомом мире всё может пригодиться.

Катя теперь, когда первый шок от неожиданности прошёл, услышала пение птиц, – нежное, будто райское. Приглядевшись, стала улавливать мордочки зверей, которые выглядывали из-за деревьев и тут же прятались. Хотя, казалось, что это было похоже больше на ритуал или игру, чем на опасение человека из страха.

Нет, человека эти животные не боялись, впрочем, как и хищников тоже. Катя скоро убедилась в этом. Она решилась пойти. Куда неизвестно, но чтобы узнать куда, надо идти.

Глава 14.

Медленно шла мимо деревьев, то и дело прикасаясь к их стволам руками, ощущая мягкость и нежность мха кое-где. Видела множество ягод и грибов. Но вот их-то отведать бы не решилась, какими б съедобными ни казались.

Выдела и муравейники, где жили обычные земные муравьи, хотя может быть и земные, но необычные. Пушистые хвосты белок и горностаев, мелькающие среди деревьев, отбрасывали иногда тень на неё. А света и тени здесь хватало – всего в меру.

Увидела кормушки для зверей, чему несказанно обрадовалась – значит здесь действительно всё под контролем, под человеческим контролем. А потом испуганно, впервые за время пребывания, шарахнулась в сторону, прячась инстинктивно за ствол дерева – увидела большого хищника, похожего на медведя, который не спеша подходил к кормушке.

Сердце Кати учащённо забилось, дыхание стало прерывистым. Страх сковал движения и мысли. Только остался один инстинкт, заставляющий прятаться и ждать и молить Бога, чтобы зверь не заметил.

Но медведь, насытившись, постоял, поводил носом по сторонам, принюхиваясь. Может что-то и учуял, но никак не выдал свои чувства при этом. Постоял и спокойно пошёл в сторону, встретив по пути другую зверушку, уже не хищную, спокойно подходящую для водопоя к лесному озеру, которое Катя заметила совсем недалеко.

Навстречу стали попадаться и другие звери, которые не обращали внимания друг на друга или, во всяком случае не выказывали ничего враждебного. Так повторялось ещё какое-то время, пока Катя не успокоилась – поняла, что здесь не боятся друг друга. Все живут в согласии. Видимо, всего для жизни хватает.

Она подошла к озеру и уже почти не обращала внимания на соседствующих рядом животных. И они на Катю тоже не обращали особого внимания. Видно, Катя 2 здесь не раз бывала и примелькалась уже. Только, если так, если она занимается и животными тоже, то у неё должны быть какие-то любимчики?! Уже бы давно встретили её, подбежали. Или запахи у них с Катей разные, и животные не воспринимают её?

Всмотрелась в воду озера, где плескались многочисленные рыбы – тоже сытые, толстые с блестящей на солнце чешуёй. Тихая поверхность озера, как и вся мирная жизнь здесь, успокаивала Катю.

— Всё бы было хорошо, если б оно оказалось просто путешествием, прекрасной экскурсией, и предстояло возвращение домой, а ещё лучше к друзьям или знакомым, которым можно рассказать, – думала Катя. – Только возвращения никакого, видимо не будет. И я, как Робинзон Крузо, оказалась на прекрасном, пусть и обитаемом, острове. Только без человека. А может не острове, а равнине какой. Впрочем, не всё ли равно?! Человек существо общественное. И пусть он даже мнит себя одиночкой, ему всё равно без человека не прожить. А если прожить, то плохо.

И так тоскливо стало, что она расплакалась почти навзрыд.

— Какая же дурочка! Как могла так рисковать!? Ведь не зря говорится – не зная броду – не лезь в воду. Повелась на представления о прекрасном будущем. Может быть и прекрасное, но не для неё. У неё нет таких же навыков и умений, элементарных знаний об устройстве этого мира. Так.., какие-то картинки!

Надо было узнать хотя б, где живёт Катя. Как это – “Везде”. Везде можно жить время от времени, а постоянно всё равно в одном месте. Там, где остаются какие-то дорогие тебе вещички, пусть, допустим, любимого кресла уже нет – каждый раз пусть похожее, но другое. В том месте, где человек живёт остаются любимые фотографии, картины, фильмы, книги, чашка, блузка, в конце концов. Хорошо, конечно, когда есть огромный выбор разнообразных вещей, но чего-то любимого ничто не заменит.

Хотя бы расположение её работы знать! Об обязанностях потом как-то узнала б, вникла. Или расположение тоже – везде? Но есть хотя бы часть, которая не везде, откуда поступают распоряжения, где хранятся отчёты. Это самое общее, основополагающее.

От безысходности даже легла на землю и уткнулась лицом в пушистую траву. Плечи содрогались от рыданий. Тихий прозрачный воздух тоже дрожал от звуков тех же самых рыданий, которые раньше здесь никто не слышал. И земля поливалась не дождём или какой-то влагой из специальных установок, а, наверное впервые в этом мире, человеческими слезами.

Внезапно, как ужаленная змеёй, о которой и не предполагала, подскочила –её кто-то тронул за плечо.

Глава 15.

На Катю смотрели маленькие глазки существа, похожего то ли на человека, то ли на обезьяну, то ли на человекообразную обезьяну, то ли на снежного человека или йети. Но Катя подозревала, что это было ни то, ни другое, ни третье.

Голубая шерсть животного или нет переливалась на солнце. Верхние конечности, которые до этого трогали девушку, отдёрнулись. Животное распрямилось, встав с корточек и стало ростом чуть повыше Кати. Тело было скорее грациозное, чем тяжеловесное. Больше похоже на Тайскую сувенирную обезьяну.

Зубы оскалились, как понимала Катя, в улыбке. У девушки было, видно, слишком испуганное выражение лица, потому что существо снова потянулось к ней и погладило по голове. Катя теперь спокойнее отреагировала – не дёрнулась, не отдёрнулась. Но продолжала молчать.

Тут произошло то, что Катя, обладая даже самым развитым воображением, представить себе никак не могла – обезьяна заговорила.

— Давай знакомиться, меня зовут Йе, а ты Катя, – услышала Катя совсем не противные звуки в диапазоне колебаний герц, соответствующего человеческому голосу.

— Здесь все разговаривают? – спросила Катя, не решаясь произнести “Животные” , чтобы не обидеть существо, статуса которого не знала, как и всех встреченных сегодня.

Теперь думала, что они могут быть и не животными вовсе.

— Нет. А тебя только это смущает? Не хочешь задать вопрос, откуда я знаю твоё имя? – продолжала Йе.

А почему, собственно, “продолжала?”

— Прости, ты он или она? – спросила Катя.

— Я он. И – откуда знаю твоё имя? Оттуда, что ты очень похожа на Катю, которая приставлена за нами наблюдать, лечить и прочее, но ты не она.

— Почему ж не она? – спросила первое, что пришло в голову, потому что до сих пор оставалась такой же ошарашенной.

— Потому что волны, которые излучает всё твоё тело, как и отдельные его части, не соответствуют волнам Кати, как и всем живущим сейчас. Так же, как и мысли.

— Но ты сказал всем живущим, – подметила внимательная Катя.

— Да, на Земле сейчас такие волны, поэтому делаю заключение, что ты не из этого времени. Нет, не из пространства, потому что во всём пространстве, сейчас существующем, похожие волны, а у тебя другие.

— А ты способен улавливать их, правильно? – сказала догадливая Катя.

— Правильно. А ещё больше эмоции. Я бы не обратил на тебя внимания, если б не твоё искреннее горе. В теперешние века люди эмоции не выказывают, потому что читают мысли. Ты их не читаешь, потому что волны у тебя другие. Видишь, как всё завязано?!

— Да, больше скажу, тебя бы давно вычислил искусственный интеллект, но не может из-за этих самых волн, впрочем, так же, как и меня, но с моим феноменом искусственный разум уже смирился, – продолжил просвещать Йе.

— Так кто же ты такой? – спросила уже осмелевшая Катя.

— Я тебе откроюсь, – ответил новообретённый друг. – И не потому, что так расположился к тебе, а потому что мы оба, так можно сказать, товарищи по несчастью. Одному скучно – вместе веселее. И вообще для взаимопомощи нам следует держаться вместе.

— И всё-таки, откуда ты наблюдатель, зачем и что, вообще, наблюдаешь?-- не теряла Катя нить разговора.

— Я с этой планеты, из этой реальности и из этого времени. Заметь, Катя, мог бы сказать из альтернативной реальности. Как проверишь? Или тоже путешественник во времени. Хотя этот вариант отпадает. Ты уже, наверное, знаешь, что никто не может остаться в другом времени, кроме абсолютно идентичных существ. Вам с Катей в этом смысле повезло.

— Но, если ты с этой планеты, то путешественником во времени мог бы оказаться.

— Да, но тут много “Но”. Не хочу сейчас об этом. Просто вижу в каком ты состоянии. Тебе надо зацепиться за что-то, чтобы обрести почву под ногами, а потом мы продолжим разговор. А сейчас хватит стресса и информации. КОРЭЛ!

Катя уже слышала где-то этот громом поразивший символ или имя. Оно прозвучало из уст Йе, как гортанный призыв индейца.

Будто ниоткуда (Кате ещё придётся привыкать к этому) возник красивый молодой человек и кинулся к Кате.

— Катя! Я уже потерял тебя, – произнёс он так тепло, что сердце бы любой женщины растаяло. – Тебя так давно не было! Где можно скрываться? Я уже запрос в ИСРАЗ отправлял, но тихо. Не сетуй на меня за излишнюю заботу, ведь я твой секретарь, я обязан. И не только. Ты для меня самый близкий человек. Одно уж то, что воссоздала меня! Так что я жизнью тебе обязан. Да и вообще, кто я без тебя?

Катя почти ошалела от такого потока слов, озабоченности, признаний, информации, что только молчала. Да и вообще давно усвоила, что слово серебро, а молчание – золото. И по мере возможности пыталась следовать этой пословице. Ей, конечно, было интересно, что такое ИСРАЗ, где она живёт, и что дальше намерен предпринимать Корэл, но решила молчать сколько возможно, положившись на дальнейший ход событий.

Глава 26.

Корэн предложил Кате сопроводить её домой, как он сказал.

_ Ну вот, – подумала она, – Всё разрешится без видимых усилий с моей стороны, как и предполагала. Надо только иметь терпение.

Она оглянулась. Йе стоял в ожидании, но переводил взгляд из стороны в сторону, словно не зная чего ждать, что сейчас произойдёт. Весь его вид как-то сразу изменился. Поведение стало похоже на поведение животного – тут уж ни с чем не спутаешь. Корэл всё время говорил и говорил с перерывами для того, чтобы услышать ответ, но так и не услышав, продолжал говорить.

— На самом деле у нас ничего не произошло. А что вообще может произойти на такой тихой планете и тем более, в нашем уединённом уголке? Пациентов так и не было. Заявок на профилактику тоже. Звери вели себя тихо. Никто никого не съел.

Кате при этом показалось, что он усмехнулся, но нет. Тут люди, насколько она узнала, не проявляют эмоций, не то что почти робот.

— По галактическим новостям передавали о наших новых достижениях, об открытиях и завоеваниях неизведанных пока планет. Новых цивилизаций открыто не было. Войн, эпидемий тоже. Кати продолжают поглощать Катей.

— Что? – спросила Катя, встрепенувшись.

Это была невольная реакция на ту билиберду, которую она только что услышала. Показалось даже, что Корэл издевается над ней и подозрительно посмотрела на парня. Не решалась называть его иначе – ну совсем ничем не отличался от обычных земных мужчин.

— Прости,-- сказал Корэл. – Мне показалось, что ты либо не слушаешь меня, либо не слышишь, либо онемела, либо тебя подменили.

Он даже не понимал, ( или понимал?) насколько прав.

Вскоре подошли к зданию, похожему на стеклянный купол. На самом деле – самый обычный энергетический экран. Корэл подвёл её к приборам, возле которых сразу же выдвинулся небольшой стол и мягкое сиденье, напоминающее стул или кресло.

— Прости, я, наверное, надоел тебе своими разговорами, – сказал Корэл, и Кате показалось, что обиженно. – Но ты не разговариваешь со мной. Думаю, что устала, хотя на тебя не похоже. Оставлю пока. Нужен буду – позовёшь.

И он, как опять показалось Кате, обиженно, удалился.

— Может быть, они тут не всё знают о своих помощниках? – подозрительно подумала она. – Или попросту недооценивают их? Ведь даже любое животное, у которого нет души в известном смысле, способно испытывать эмоции, даже растения. Или вообще люди будущего недооценивают значимость эмоций?!

Она взглянула на приборы. Один из экранов загорелся с просьбой разрешить обратиться к ней. Катю, конечно, это удивило. Ей казалось, что для обращения здесь позволений не надо. Но нет, оказывается – надо. Какая деликатность!

Экран опять загорелся, напомнив о себе. Катя нажала на ту кнопку, которая даже выдвигалась, напрягаясь от нетерпения. Рядом с ней появилось ещё одно кресло или стул и на нём сидел парень приятной наружности, но недостаточно атлетичный и довольно-таки худенький. Для мужчины – не типичный представитель будущего общества в представлении Кати.

Он застенчиво улыбался.

— Ну вот, почти, как я, – подумала Катя. -- Вероятно поэтому и выбрал меня в собеседницы, или подруги, или даже в предмет воздыхания.

Хотя почему, поэтому? Ведь Катя 2 другая. Но ведь она делала предположения, а как иначе?

— Ты куда-то исчезла. Корэл всех на ноги поднял, – продолжил парень в надежде на ответ, и Кате не хотелось его разочаровывать.

Надо было что-то отвечать, но такое, что не насторожило бы парня. А что может быть безобиднее, чем вопрос: “Как дела? Что нового?” Что она в итоге и спросила.

_ Новости тебе, уверен, Корэл рассказал, а как дела у меня? И сам не знаю. Картины не пишутся, стихи не сочиняются. А больше ни к чему не тянет.

— В таких случаях надо уйти на природу, как я, и не комплексовать. Или обратиться к изучению первоисточников. Ведь ты не будешь утверждать, что всё уже изучил, познал?!

— Нет, конечно, за кого ты меня держишь? – обиделся парень.

— А он действительно обиделся, – отметила про себя Катя

Так нетипично для этого общества.

— А что тебя удивляет? – спросил Дэн (Да, именно так его звали). – Ты же помнишь, что я не типичный, впрочем, как и ты. Можем испытывать эмоции. Поэтому ИСРАЗ сильно потрудился, чтобы встроить нас в свою сеть и потом считывать. Таких теперь, Катенька, в мире немного. И таким, как мы прямой путь в искусство. Я считаю, что и тебе тоже и, что зря ты занялась медициной – не для тебя.

Катя во все глаза глядела на парня. Он нравился ей. Но что-то не хватало. Вот если бы можно сконструировать! Парень при этом посмотрел на девушку почти нежно и улыбнулся. Он встал, чтобы сильно не занимать время собеседницы и приготовился уйти. Катя останавливать не стала – она действительно устала и хотела отдохнуть, и поспать бы тоже не мешало.

Дэн ушёл, а Катя позвала Корэла.

— Приготовь мне сегодня постель и закажи поужинать что-нибудь на твой вкус, – попросила она.

— Катя, что-то случилось? Ты не похожа сама на себя. Я уж волноваться начинаю, – действительно обеспокоился секретарь.

— Нет, всё в порядке, просто иногда хочется почудить, – успокоила его Катя.

— А-а-а! Это мне понятно. Тебе действительно надо отдохнуть.

Корэл, как и положено хорошему секретарю, чинно удалился. Через несколько минут приготовил всё, что Катя просила. Провёл к кровати и принёс заказанное блюдо. Катя приятно удивилась почти королевским размерам ложа и приятному шёлковому белью. А поставленное на туалетный столик блюдо оказалось выше всяких похвал.

— Спасибо, Корэл, это восхитительно!-- поблагодарила она и заодно похвалила. Корэл удивлённо посмотрел, видно опять Катя была сама не своя, но всё равно улыбнулся.

Глава 27.

Катя была в другом времени, но теперь не ощущала этого. У неё уже, несмотря на то, что прилагала минимум усилий, появились здесь друзья. И их даже больше, чем в родном мире, хотя там прожила 23 года. И осознание данного факта больше всего притягивало к этому времени. И самое главное, что наступила какая-то раскрепощённость – ей ничего и никому не надо было доказывать. Во всяком случае – пока. После минутного отчаяния наступило принятие и привыкание.

Катя постепенно погружалась в сон. Этот мир, сам не желая того, вынужден был принять пришелицу и предоставить права пользования и этой ночью, и днём, который наступит, и вообще этим временем, и пространством со всеми благами, которые в них есть.

А Корэл, создание этого мира, так и не мог почувствовать себя здесь своим. Он был живым и именно человеком, но чувствовал себя будто принадлежащим к касте неприкасаемых или “нигером” во времена расизма в Америке. В то же время, несмотря на какое-то превосходство, с которым Катя к нему относилась, преданно любил её. Знал, что безответно, знал что пропасть между ними, знал, будто он шут, а Катя – королева, но продолжал любить. Ведь этого запретить никто не может.

И именно этой любовью – невозможной, но существующей, был равен каждому существу, живущему на планете во всех высоких и низменных проявлениях этого чувства. Поэтому ещё до признания Кати не Катей почувствовал всю разницу между ними. Он осознавал, что ту, настоящую Катю, потерял, а эта такая же, но только копия.

Всё его существо было против такой подмены. С безвозвратностью ничего не поделаешь, но не винить, как ему казалось, причину этого бедствия, новую Катю он не мог. Вреда принести в принципе тоже не мог. Хотя, смотря что подразумевать под вредом!

Прежде всего решил доказать, что здесь находится подменыш. Для этого взял волос Кати, как брали когда-то для генетической экспертизы и отправил в ИСРАЗ. Ведь этот орган никогда не спал – всегда на посту.

Генетическое подтверждение пришло сразу – 99 процентов соответствия. Корэл не ожидал такого результата, поэтому его даже постигло разочарование вопреки логике. Эта неправда горела в его сознании, как клеймо, хотя не верить не было оснований. Но интуиция -то всё равно не согласна.

Корэл принялся корить себя, что поспешил– только себе навредил. Никто теперь не будет тщательно выявлять отклонения в поведении Кати – генетика на её стороне. А ведь можно было проверить соответствие мыслеволн, или папиллярного узора, или сохранность встроенных функций.

А почему бы самому не взять отпечатки пальцев – папиллярный узор даже у близнецов разный. Получилось, что Корэл теперь действовал, как разведчик в тылу врага! Если разобраться – вредил Кате! Но в его понимании, хотя он и не осознавал всю противоречивость своих стремлений и действий, он наоборот наказывал подменыша. А что будет после того, как докажет, допустим,-- не думал.

А Катя проснулась посвежевшей, более уверенной в себе, потому что во сне пришло осознание, что всё делается по судьбе. А раз по судьбе, то надо предоставить ей право течь своим ходом.

— Какое чудесное утро! – воскликнула она, посмотрев в сторону, напоминающую окно. Да, окно во всю стену.

Корэла рядом не было, а если бы был, то опять удивился бы, – потому что утро здесь всегда было чудесное. Но Катя-то не привыкла! Хотя что это она?! Кого волнуют такие оправдания?! Тем не менее утро было, действительно, чудесное и звало на природу. Пошла искать ванную – не нашла. Туалет– тоже. Кухоньки, хотя бы маленькой, но с какими - нибудь бутербродами тоже не наблюдалось. Крикнуть Корэла, спросить всё это? Нет – совсем уж подозрительно.

Решила действительно выйти на природу, к водопаду, который заметила раньше, что и сделала. Она любила воду, так же, как и Катя 2. Только Катя 1 не знала. На самом деле они вообще мало знали друг о друге. Об этом и подумала Катя 1 после утреннего моциона. И такую близость почувствовала к своей тёзке.

— Как хорошо бы было с ней поговорить теперь! – подумала.

глава 28.

— Привет, Катя! – услышала Катя знакомый голос.

— Привет, – ответила она, увидев перед собой Йе.-- Ты вообще не спишь?

Спросила она так, на всякий случай.

_ Что ты! У меня есть возможность поспать в любое время и в любом положении, даже повиснув на ветке вниз головой. Это тебе надо искать кровать. А возможностей воссоздавать-то и нет теперь! – раскусил её всезнающий Йе.

— Да, ты прав. Так же не знаю, как теперь питаться. Кафэшек нет, денег тоже, магазины, где можно купить, наверное, давно утилизировали за ненадобностью, или реконструировали. Квартиры даже нет в привычном значении этого слова, которая бы была с кухней, холодильником, продуктами, чайником, – жаловалась, чуть не плача Катя.

Йе почувствовал её состояние и, как и раньше, погладил по голове.

— Ничего! Привыкнешь! Здесь не так уж и плохо. А вот повода Корэлу сомневаться в тебе не надо давать, в этом ты права, – посоветовал Йе.

— Я же ничего тебе про это не говорила!-- удивилась Катя его проницательности, ведь, если волны у него другие, то и мысли читать не умеет.

— Катя, я мысли читать не умею, зато хорошо считываю эмоции и по нескольким твоим словам и другим неуловимым на первый взгляд моментам, всё понял о твоём состоянии,-- сказал он сочувствующе.

Катя потянулась и обняла нового друга, ощутив тёплую, приятную его шерсть.

— Чтоб я без тебя делала?! –искренне прониклась девушка.

Йе почувствовал. Он вообще всё очень сильно чувствовал. Кате бы поосторожнее быть с ним в этом отношении.

— Катя! Мне очень хочется тебе помочь. Но… чем могу. В принципе, пищу тебе сам готов приносить из кормушек, но согласись, что это будет странно выглядеть. И спать ты можешь на природе. Скажешь, что причуда такая. Но для тебя же это не полноценная жизнь, я понимаю. А, потом, Корэл и так уже насторожился, а дальше совсем обо всём догадается. Если не догадался.

— Да, мне тоже так кажется, – с сожалением вынуждена была согласиться Катя.

— Его излишнее рвение может сыграть плохую шутку. Тебя заберут на исследования. Не дадут жить спокойно. Будут внедрять в организм свои технологии. Я считаю, что этого не надо, потому что очень рад, что ты со своей уникальностью появилась в этом мире. А их технологии что-то дают, конечно, но и что-то отбирают. А мир хорош именно своей разносторонностью. Именно она даёт более полный и верный взгляд на события, – выдал Йе почти целую речь.

— О, да ты философ, – обняла друга Катя. – Но что же мне делать? Я уже заметила, что он тайком взял волос на анализ. Этого-то не боюсь, скорее всего, генетика не подведёт. А вот… например, отпечатки пальцев. Здесь различия всё равно будут.

Высказала сомнения Катя. она чувствовала, что Йе сейчас единственное существо, которое может их разделить и помочь. И не ошиблась.

— Да! Но я знаю одно растение, которое может тебе помочь, – вспомнил что-то Йе.

— Как это? – недоверчиво спросила Катя.

— Увидишь, – потянул он Катю за собой.

Они пошли в сторону, где группкой стояли совсем незнакомые девушке деревья.

— Вот, возьми, – протянул сорванный листок. – Потри этим соком кончики пальцев.

Катя опасливо смотрела на лист, как на экзотическое, опасно ядовитое растение. И напрасно. Да, растение действительно было экзотическим, привезённым с других планет, но обладало массой полезных свойств, в частности удалять различные следы, как будто их и не бывало. Как это многим пригодилось бы в нашем мире! А в этом мире было необходимо сейчас Кате.

— Не бойся! Этот сок сотрёт папиллярный узор вообще, будто ты робот, – сообщил Йе.

— Так разве это хорошо? – испуганно спросила Катя.

— Для тебя лучше, чем сейчас. За робота тебя уж точно никто не примет, потому что генетика. Другие данные о тебе, то есть, о прежней Кате уже хранятся в этом мире. А вот то, что ты, допустим, увидела какого-то клеща(а их быть не должно, хотя изредка встречаются) на каком-то животном и решила удалить его без следа, и для этого капнула соком растения! Клещ исчез, но узоры твои на пальцах при этом пострадали. Ты должна сразу же, как увидишь Корэла, сообщить об этом и попросить, чтобы он отправил просьбу о восстановлении отпечатков.

— Как? – опять удивилась Катя. – Они же сразу отправят меня в лаборатории. Получится, что я сама напрошусь на то, от чего хочу убежать.

— Нет. Что называется “малой кровью”. Отпечатки восстановятся, стоит получить ответ, а это делается мгновенно.

— Ну, ты и стратег! – восхитилась Катя.

— Скорее тактик, – согласился польщённый Йе.

Глава 29.

Катя так и сделала, когда вернулась. Задерживаться надолго не могла, потому что Корэл опять её потеряет и поднимет целую бучу. Следуя советам Йе, рассказала о своих опытах с соком растения и увидела, как разочаровала его, хотя тот старался не подать виду.

— Заказать тебе поесть что-нибудь?-- спросил как ни в чём ни бывало секретарь.

— Нет, спасибо, я уже перекусила, – небрежно ответила Катя и увидела опять след какого-то удивлённого разочарования на лице секретаря.

Она на самом деле перекусила фруктами по совету Йе и поняла – как ей повезло в знакомстве с ним. А вот в отношении секретаря!.. Катя начинала думать, что если она и создала его сама, то получился какой-то Франкенштейн. Скоро ей сообщили, что папиллярный рисунок восстановлен.

Но оставалось много неясностей. Например, как же всё-таки питаться?

Пошла в лабораторию и решила обследовать её как следует. Прошлась по одной стене, уже знакомой – ничего не обнаружила, за что зацепиться взгляду. Углов не было, поэтому прошлась по стене – достаточно условно. Скорее по части окружности круга. И набрела на что-то. Она просто почувствовала, что мимо пройти нельзя.

Отдельно ото всего стоял прибор, который при появлении Кати стал жужжать. Девушка потянулась к нему – нажала на что-то, потому что очень хотелось нажать. И… Перед ней возник юноша. Прекрасный юноша, как былинный герой из сказки – высокий, с могучими плечами, длинными ногами, но достаточно изящный по сравнению например, с Игорем, хотя и того крепышом не назовёшь.

Светлые волосы рассыпались по плечам, слегка завитыми волнами. Глаза цвета морской волны смотрели на неё ясно, но пристально, можно сказать – призывно. Катя подумала, что где-то уже видела этого немыслимого красавца. Ах, да! Она вспомнила сон. Да, там во сне был именно он – тот самый селезень с синезелёным взглядом или цвета морской волны.

Катя поздоровалась, немного смущённо, потому что взгляд его уже выдерживать не могла, потому что почувствовала то самое желание, которое не могла у себя вызвать ни при каких других обстоятельствах.

— Привет!

— Привет,--ответил юноша и снова взглянул на неё так, что сразу же захотелось спрятаться, чтобы никто ни о чём не догадался и, прежде всего, он.

Парень улыбнулся, а Катя сразу же прикоснулась к шее и верхней части груди – не горячая ли, потому что ощутила, как жаркая волна начинает окатывать всё тело. С одной стороны хотелось бежать от него, а с другой – к нему. Прикоснуться к широкой груди, запутаться средь его шелковистых волос, как в сетях и бесконечно долго смотреть в эти необыкновенные глаза, пока он не остановит взгляд поцелуем. Она уже, как под гипнозом сделала шаг навстречу, как увидела загоревшийся экран рядом с собой.

— Привет, подруга! – донеслось до Кати приветствие из пространства и времени, которое по неведомым путям добралось до неё и, как можно вовремя

— Катя! – обрадованно закричала Катя 1. – Слава Богу, что ты вспомнила обо мне, наконец -то.

— Я и не забывала, просто не могла пробиться!

— И как же теперь удалось?-- немного недоверчиво спросила Катя 1.

— Сама не знаю. Может быть время пришло! Может быть ты оказалась именно в том месте. А, может быть, всё вместе, – попыталась и сама разобраться в возможности открывшегося канала связи.

— Как там у тебя дела? – с искренним интересом спросила Катя.

— У меня замечательно. Самое главное – мы с Игорем любим друг друга, и он сделал мне предложение, – сообщила радостную весть Катя 2.

— Я тебя поздравляю. Почему-то даже не сомневалась. С самого начала знала, что так и должно быть. Видела, что ты полюбила его и даже ревнуешь. А он и сам не понимал, что любил именно тебя в моём обличьи. Я и согласилась на наш обмен главным образом из-за этого. Как ты справилась с бытом, работой? – полюбопытствовала она.

— Спасибо тебе. Ты даже не представляешь всю глубину моей благодарности. С работой, бытом справилась худо-бедно. Тут везде свои приключения, но я о них расскажу как-нибудь позже, если получится. Даже друзей завела – семейная пара с этажа ниже. Я-то справлюсь. Мои возможности никуда не исчезли, а вот у тебя их нет, что и беспокоит, – рассказала Катя 2 обо всём понемножку.

Кате 2 многих усилий требовалось, чтобы наладить канал связи. Это ж не между городами, даже странами, даже межпланетными станциями и прочими внеземными, подводными и подземными объектами – это между объектами, разделёнными во времени. Иногда она чувствовала бесполезность своей затеи, но упорнее человека, чем Катя, трудно найти. Хорошо это или плохо, но факт. И, когда свершилось, и она увидела Катю 1 на экране, трудно даже передать, какое счастье почувствовала.

Тут и радость достижения цели, и радость встречи с очень дорогим для себя человеком, и облегчение от того, что ноша, которую столько времени несла на плечах, наконец-то упала. Она может поговорить с Катей, узнать о её проблемах, дать необходимые советы, и, наконец-то почувствовать, что сама не такая уж “сволочь”. Ну, это несколько утрировано, но Катя 2 склонна была иногда считать так.

И ещё один момент – прошлая жизнь или родной дом, где осталось детство, родители, тоже никуда не исчезла. Она где-то рядом. Пусть далеко, кажется, недостижимо, но, если иметь упорство…

Глава 30.

Тем временем, беседа продолжалась. Наступал главный момент – проинструктировать Катю 1.

— Правильно тебя моё положение беспокоит, потому что сначала оно меня повергло в отчаяние, да и теперь не знаю, как например питаться, где спать и другое. Кроме того твой Корэл оказался ещё той штучкой, – тоже попыталась вместить как можно больше информации в единицу времени Катя 1.

— Слушай внимательно! Хочу успеть сказать самое главное, – а то, вдруг, связь прервётся. Пройди дальше по окружности. В стене увидишь выемку. Толкни. Там всё, что тебе нужно, даже кухонька и прибор, который сам может создавать пищу без всяких мысленных приказов – с помощью ручного управления.

Потом, парень напротив тебя – дай имя ему сама. Это мой сюрприз тебе. Я мысленно собирала его для себя, конечно. Вижу, что получилось очень даже хорошо. Но, если бы не было Игоря. Теперь всё изменилось. Его не будет – и меня не будет. И это не слова, – с загоревшимися глазами Катя вспомнила об Игоре.

— Да, я понимаю, но… Дальше, что с парнем? – вернула Катя 1 подругу к разговору.

— Да. Это только половина дела. Дальше подаёшь заявку на инициацию. Это через секретаря. Там человек, реальный, живущий в нашем времени, должен дать своё согласие принять тело, которое перед тобой, как своё. Иначе он, воссозданный, так и останется на уровне получеловека, как Корэл. Тогда, конечно, ты можешь поменять Корэла на него, но тебя же всё равно это не устроит?!

— Да! – коротко ответила Катя 1.

— Ну так вот. Если кто согласится – твоё счастье! Он становится обычным, полноценным человеком. Впрочем, не обычным. Это я вижу по твоим глазам. Но, если не повезёт, то тебе придётся самой искать себе пару. Даётся всего две попытки создать себе, кого хочешь. Короче, всё в твоих руках и руках судьбы, – улыбнулась Катя 2.

Катя 1 почувствовала такую любовь к этой девчонке, которую ещё неделю назад не знала, какую редко испытываешь даже к самому родному человеку.

— Надо же! Мы с тобой как близнецы, только во времени!-- сообщила она свои выводы.

— Согласна! Что ещё? Ну… А, вот, Корэл. Не расслабляйся. Он достаточно умён. Видимо понял, что ты не я и теперь мстит за наш обмен. Не понимает, глупый, что я уже не вернусь, и если тебя “расколят”, он тут же перестанет быть твоим секретарём. А куда дальше попадёт – неведомо. Но я думаю, что ты всё решишь, решай только дела по мере их поступления. Это я только могу браться за всё сразу, – засмеялась Катя 2.

— Расскажи ещё о существе, которое стало мне другом – это что-то похожее на человекообразную обезьяну, покрытую голубой шерстью.

— А, знаю, о ком ты, – перебила Катя 2. – Ну что… Это существо – продукт ядерной войны, которая всё же случилась на земле, но в ограниченном районе. И вот, там, где падали бомбы, образовалась зона отчуждения, непригодная для жизни человека. Её огородили всякими доступными методами и забыли на долгие века. А, на самом деле, там жизнь продолжала идти по своим законам.

Экран замигал. Кати испугались, но изображение восстановилось.

— Ох! – выдохнули обе.

— Вот, – продолжила Катя 2. Оказалось, что там какие-то люди, о которых мы не знали, выжили всё же. Претерпели мутации. Постепенно деградировали. То есть превратились во что-то похожее на обезьян. Но разумные. Правда интеллект, мы думаем, ниже среднего, но… Короче, мы о них вообще мало что знаем. Изучаем. Я боролась за то, чтобы никаких нейросетей, по возможности. Сама старалась изучить. Только плохо на контакт идут. А тебе удалось. Молодец.

— Катя– огорошила Катя 1. – Йе даже разговаривает.

— Что? Да это же революция! Вот тебе сфера деятельности. Вот чему можешь посвятить всю жизнь, – не могла справиться с возбуждением Катя 2.

— А у тебя какая сфера деятельности? Насколько я понимаю, ты решила наш обмен оставить в статусе завершения? – иронизировала Катя 1.

— Да, – смутилась Катя 2. – Не могу по-другому. Я уже сказала, что мне без Игоря не жить, а перенести его в будущее не могу. А сферу деятельности с моей кипучей энергией я везде найду.

— Понимаю. Не беспокойся и не кори себя. Мне кажется, что всё случившееся – судьба. И кажется, прекрасная судьба, – сказала и посмотрела на парня, который стоял напротив и следил за их разговором. – А его я решила назвать Денисом или Дэном.

— Прекрасный выбор. Я…

Тут экран погас. Канал связи закрылся.

Глава 31.

Катя сидела опустошённая. Да, разговор, как прохладный душ в знойный день, как нежданная радость и план на дальнейшую жизнь, руководство по разрешению проблем. Но с исчезновением Кати 2 ушла даже не большая часть её жизни, а почти вся. Здесь только начало нового, совсем неизвестного существования, и Катя 1 почувствовала какое-то вселенское одиночество. Только забыла, что она здесь не одна.

На плечо легла чья-то ладонь. Да, именно обычная, человеческая ладонь. Катя оглянулась и встретилась глазами с тем самым существом, которое до разговора с Катей 2 занимало все её мысли. Как она могла забыть, что даже кошки всё чувствует, а тут целый почти человек. К тому же не слепой и не глухой. Он улыбнулся Кате ободряюще, Катя улыбнулась ему. И они вместе улыбнулись друг другу.

Катя первым делом позвала Корэла, который явился незамедлительно, и приказала срочно попросить об инициации Дениса.

— Заметь, – сказала строго. – Я прослежу. Если немедленно вопрос не будет решён…

— Да, я всё понял,-- Корэл взглянул на неё почти подобострастно.

На мгновение ему показалось, что та, прежняя Катя вернулась. Во всяком случае понял – что-то изменилось.

Через несколько минут подошёл с сообщением о готовности транспорта, который переправит её и спутника через час к месту инициации. В глазах, конечно, горела ревность, обида, неприятие, чувство соперничества, но тут уж ничего не поделаешь. Вот и говори после этого, что в будущем все негативные эмоции будут изжиты. Это несбыточная мечта. Да и кто сказал, что к сожалению.

Катя оставила Дениса в одиночестве и дошла до выемки, о которой говорила сегодня Катя 2. Толкнула дверь – открылась бесшумно, затем также бесшумно закрылась после того, как Катя туда вошла.

Она стояла посреди достаточно большого помещения. А снаружи и не скажешь, что под куполом скрывается такое большое пространство. Свет проникал отовсюду и его было столько же много, как и на улице. Запах леса и цветов. Иллюзия водопада, который так любила Катя – под Катю же и было сделано. Или не иллюзия? Катя подошла поближе – настоящая вода.

Окна не требовались, но будто бы они были между колоннами, увитыми цветами необыкновенной красоты. Стволы деревьев, и, возможно, не имитация. Катя пока не стала с этим разбираться. И то самое лесное озеро, которое Катя уже видела. Даже немного разочаровалась: “ Зачем? Выйдешь – и всё то же увидишь”. На самом деле, озеро, которое не понравилось Кате, будто бы уловило её ощущение, изменилось на мраморный пол, покрытый толстым ковром.

Кое - где стояли мягкие кресла и мраморные столики с инкрустацией золотом и самоцветами. В глубине пряталось ложе нимфы, на которое, как балдахин свешивались грозди цветов и винограда. Причём он был так похож на настоящий, что Катя даже потрогала. Оказалось – да, действительно, настоящий. Попробовала – очень сладкий и вкусный сорт.

Небольшая перегородка, за которой скрывалась ванная комната и туалет. После того, как Катя осмотрела санузел, увидела и кухоньку, которая тоже отграничивалась стеной, отделанной природными материалами. Там и приборы, и привычный Кате шкаф с посудой, и даже плита, похожая на электрическую. Это, видимо, во время разговора, Катя 2 сумела, дотянувшись из прошлого, кое-что воссоздать из привычной обстановки для Кати 1 в будущем.

Ну, и тот самый прибор, который мог создавать различные кушанья. Катя вернулась и теперь заметила произведения искусства, расставленные или развешенные то там, то тут, какие-то приборы для занятия творчеством, причём самым различным и прикладным тоже. Около кровати заметила скрытые шкафы с одеждой. Катя не сомневалась, что ей понравится. Она даже выбрала себе одно платье,чем-то похожее на свадебное, только не длинное и без розочек, рюшей, фаты, блёсток и прочих украшений и надела его.

Катя 2 постаралась внести сюда даже достаточно много полок с книгами. В принципе, за всю жизнь не перечитаешь, даже если жизнь длинная. Сказать, что Катя была поражена, значит не сказать ничего. Слёзы радости, умиления и благодарности щедрости даров подруги, катились по щекам. Ей потребовалось даже время, чтобы успокоиться.

Глава 31.

Катя подошла к Денису, взяла его под руку и пошла к машине ( Она предполагала, что это будет машина). Да, какая -то модификация современного автомобиля, конечно, навороченного, немного необычного. Катя не стала разбираться в сходствах и отличиях – у неё сейчас были другие приоритеты.

Надо было пройти инициацию. Нет, Кате после встречи, небольшой акклиматизации здесь, получения прекрасного жилища и разрешения всех насущных проблем или почти всех, стало достаточно комфортно здесь. Возникли уже и планы и появились желания. О некоторых из них даже говорить было стыдно. Они всё ж были интимными.

Сейчас, например, ехали по сказочной стране в машине экстра класса на какую-то тусовку. Для Кати интересную и важную. Рядом с ней сидел прекрасный принц, или нечто похожее на прекрасного принца, впервые за время пребывания Кати здесь возникло ощущение лёгкого ветерка. Настолько лёгкого, что он вызывал только ощущение нежности, ласки и предчувствия поцелуев.

Катя даже покраснела, как будто кто-то мог прочитать её мысли. Денис точно не мог, пока во всяком случае, а других в машине не было. Но находясь с таким парнем, невозможно было думать, что он не человек. Ну, во всяком случае, не полностью. Сознание не воспринимало это.

Их привезли к огромному дворцу. Странно, что такие сооружения ещё сохранились в этом мире. Но они делали его богаче и монументальнее. Вокруг прекрасный, ухоженный парк, естественно цветы, естественно много воды. Бесспорно, будущее, кроме как прекрасным, воспринимать было невозможно.

Денис вышел, галантно подал Кате руку и они, как какая-то высокопоставленная пара стали подниматься по ступенькам дворца. Их встретили красивые молодые люди, конечно, биороботы, или такие, как Корэл, – догадалась Катя. Провели в большую приёмную, которая больше напоминала студенческий лекторий, или Римский цирк с рядами кольцеобразных скамеек или чего-то, похожего на скамейки и с ареной посередине.

Кроме Кати и Дениса здесь были и другие люди, даже достаточно много. Катя обратила внимание на местную моду, чтобы самой определиться. Увидела, что мода в отсутствии моды. Допускалось всё, что угодно. Только цвета одежд светлые. Это и понятно – постоянное лето.

Ну и всё-таки, одежды свободнее, чем в её времени. Когда смотришь на других, то волей -неволей и сам стараешься вписаться в общую картину. Катя осмотрела себя и подумала, что особо стесняться нечего, как она делала почти всегда. На этот раз на неё никто не обращал внимания, во первых, и одежда её всё-таки вписывалась в средний стандарт, во-вторых.

На арену вывели какую-то прекрасную девушку, чем-то похожую на Мерелин Монро. Она также мило улыбнулась своими яркими губами и почти также прижала руками платье к бёдрам, как будто опасалась порыва ветра. Кате стало ясно, что это воссозданная кем-то девушка, которая тоже желает стать полноценным человеком.

Да! Она угадала, потому что с рядов привстал молодой человек, который представлял, скажем так для простоты, данную модель. По рядам с прибором, похожим на планшет, проходил молодой человек и изучал предпочтения присутствующих. Когда он подошёл к соседствующей женщине, Катя услышала небольшой опрос.

— Это Вы выражаете желание стать ею?

— Нет, я думаю. Хотелось бы посмотреть всех.

— Вы, наверное, правы. Не первая выражаете такое желание.

Молодой человек после сказанных слов объявил почти то же самое для всех. Голос его без всяких дополнительных приборов зазвучал так, что всем стало слышно.

— Мы решили изменить тактику по желанию присутствующих. Вам будет предоставлена возможность сначала осмотреть все модели.

Тут же по рядам стали ходить и другие молодые люди. Они забирали модели для представления. Пригласили и Дениса, сначала спросив разрешения у Кати, которая подумала при этом, что будто на танец приглашают. Спросили имя.

— Кого? Меня или моего спутника? – уточнила Катя.

— И Вас и его.

Катя ответила.

Дениса увели, так же, как и других.

Вскоре они все предстали на арене.

— Как при покупке рабов, – опять подумала Катя и тут заметила, как к ней кто-то пробирается меж рядов.

Глава 32.

Тот, кто пробирался, остановился перед Катей. Она взглянула на него и, конечно, узнала. Это был Дэн.

— Привет, – сказал он, улыбнувшись. – Я знал, что мы скоро встретимся.

— Интуиция? – спросила Катя.

— Нет, кое-что прочёл в твоих мыслях,-- уклончиво ответил парень.

Он тоже смущался, не меньше, чем Катя, но ей можно. Она девушка. Всё-таки у слабого пола есть свои преимущества! Светлая рубашка подчёркивала то ли загар, то ли румянец. Глаза блестели.

— А какие, интересно, у него глаза? – спросила сама себя девушка.

Видно эта мысль прозвучала слишком чётко, потому что Дэн, широко улыбнулся, что было не свойственно для этого мира. Практиковались либо дежурные улыбки, либо почти застывшее выражение лица. Дэн не только широко улыбнулся, но и широко раскрыл свои глаза и почти демонстративно развернулся к Кате.

— На, смотри, – почти приказал он.

— Ох, опять не учла, что ты читаешь мысли, – рассмеялась она.

— Такие мысли грех не читать, – ответил Дэн.

— Это он всё делает, чтобы поддержать меня, убрать скованность, – подумала при этом.

— Я рад, что ты понимаешь меня и, да, рад,что нравлюсь тебе, – опять без обиняков сказал Дэн.

На самом деле Катя радовалась его появлению – не хотелось оставаться в одиночестве. И ей действительно было с ним хорошо и просто. И так хорошо понимали друг друга при этом.

Дэн тоже поглядывал на неё и продолжал улыбаться.

— Так какие же всё-таки у меня глаза? – спросил он, крепко держа начало нити разговора.

Катя внимательно всмотрелась:

— Почти такие, как у меня – голубые. Только у тебя, как будто их солнце освещает, а у меня, словно дымка набежала.

Последние три слова они сказали вместе и рассмеялись.

На арене зазвучала музыка, под которую стали проходить модели. Причём каждому присутствующему на трибунах был виден и общий строй, и крупно увеличивались отдельные из строя, когда они проходили перед каждым зрителем. Рассмотреть их успевали все, потому что двигались они медленно.

И это была правильная тактика, потому что все действительно смогли увидеть картину в целом. А выглядели те, кто на арене впечатляюще – все красавцы и красавицы, но разные. Потому что фантазии, их создавшие, тоже были разными. Катя для интереса сравнила – ни одного совпадения.

Но Денис выделялся особенно.

— Да, фантазия у Кати 2 оказалась на высоте, – подумала Катя – И ещё раз спасибо ей.

Сделала для меня всё что возможно и невозможно.

— Я не спросила – а ты тут какими судьбами? Тоже создал кого-то, кто может стать спутницей? – спросила Катя.

И заметила при этом лёгкий укол в сердце, не иначе, как ревности. Она при этом сравнила себя с собакой на сене, которой и не нужен был бы один, но всё равно не отдаёт, чтобы не достался другой женщине.

— Нет, – уклончиво ответил Дэн.

— Нет? Ты не создатель модели, значит, просто зритель?

Дэн не ответил, показывая руками на сцену. Ему, казалось, нравилось, что происходит. Катя тоже отвлеклась от разговора, потому что раздались рукоплескания с одной из трибун, когда мимо проходил Денис. Даже ревность пробудилась. Теперь уже ревность касалась Дениса. Но Катя успокоила себя тем, что Дениса забрать никто не сможет. Он только для неё.

— Но почему так происходит? Почему мне нужны они оба? Почему ревную их обоих? Я просто собственница. И пусть Денис прочитает мои мысли. Пусть узнает, кто я такая. Так мне и надо!-- напряжённо думала она.

Денис вновь обернулся к ней и погладил по голове, как это несколько раз делал Йе.

— Вот. На самом деле поняла, кто я на самом деле, – собственница, которая вызывает к себе только жалость, – разоблачила наконец себя.

Дэн снова обернулся к ней и сказал:

— Хватит заниматься самобичеванием. Отвлекаешь.

На самом деле это смешно, но Катя даже немного обиделась.

Тем временем на сцене действие разворачивалось. Когда все несколько раз прошли по арене, стали выходить по одиночке. Ведущий этого шоу, если так можно назвать это действие, тоже решил изменить тактику и Катя при этом подумала:

— Хорошо вообще, что можно изменять тактику. Получается так естественно, демократично . А потом это целесообразно. Появляется наиболее приемлемый вариант, как всё должно протекать.

Ведущий объявил:

— Теперь никто не будет ходить по рядам и опрашивать. Если кому понравится модель и он решит стать ею, то пусть сам встаёт и идёт на сцену.

— Да, – кто-то закричал. – Можно добавить?

— Добавляйте,-- разрешил ведущий.

— Рядом со своей моделью должен встать и тот, кто воссоздал её.

Часть 3

ЧАСТЬ 3.

Глава 1.

Катя сразу затрепетала. Она не планировала выставлять себя на всеобщее обозрение. Но ничего не поделаешь – назвался груздем, полезай в кузов. Кроме того Дэн в качестве поддержки сжал её руку.

На арену стали выходить модели по отдельности, авторы вместе с ними. После получасового примерно разглядывания, выходили желающие принять на себя облик данного героя или героини.

Иногда никто не выходил. Тогда автор и модель уходили, что называется, не солоно хлебавши. Иногда выходили сразу несколько. Тогда автор выбирал. И выбранный человек занимал место его модели. Остальных уводили.

Иногда выходил кто-то один. Он один занимал уготованное ему тело, а его собственное тело уподоблялось телу модели. Короче, происходил обмен. То, что оказывалось в итоге не человеком, уводилось для использования в каких-то сферах применения.

Настала очередь Дениса и Кати. Когда они оказались вместе на арене, то все присутствующие ахнули – такая красивая пара из них получалась. На арену вышло много желающих, так что пришлось выбирать Кате. Она обошла ряд молодых ребят.

— И что им не живётся в своём теле! – подумала она. – Ведь очень даже приличные парни.

Но тут до неё дошло, что многие из них, может быть, и не планировали, а решились на этот шаг, чтобы быть с Катей, стать её парой. Она покраснела. Но тут подняла голову, чтобы рассмотреть очередного претендента. И снова покраснела – перед ней стоял Дэн. Скромно стоял, чуть смущённо улыбаясь. И тут только Катя поняла, зачем он здесь. Дэн знал обо всём заранее. Прочёл в её мыслях.

Она молча взяла его за руку и подвела к Денису. Свершилось! Дэна, который теперь и не Дэн вовсе, увели. А Катя пошла с Денисом под руку к выходу.

— Интересно, как у них теперь будут соседствовать два сознания и как одна душа всё это сможет объять?--думала она.

— Вот ты всегда так,-- думаешь и боишься всего заранее. А не надо. Как будет, так будет, – сказал Денис, теперь ставший каким-то другим. Катя сразу это почувствовала даже без слов – по взгляду, по движениям, по позам, которые принимало теперь это прекрасное тело. Так интересно было наблюдать и анализировать! Особенно, если знаешь, что оба мужчины, оказавшиеся в одном теле выбрали и полюбили только её.

На самом деле о проблеме выбора можно было говорить только по отношению к Дэну. Но ведь и Денис, несмотря на то, что не выбирал её, как ребёнок не выбирает своих родителей, тоже любил её. Катя это уже чувствовала раньше.

Она вспомнила, как он смотрел на неё. Не показалось же! Как положил руку на плечо, чтобы поддержать, как бережно подал ей руку при выходе из машины.

— Ты, Катя не очень-то,-- сказал Денис. – А то одна часть меня, которая принадлежит Дэну, ревнует.

— Ох, всё забываю, что эта же часть читает и мои мысли! – засмеялась Катя.

В итоге они вместе рассмеялись.

— Вы привыкаете друг к другу, сливаясь, и я привыкаю к вам, сливая, так что давайте не торопить друг друга. Очень уж необычная ситуация у нас получилась,-- урезонила своего спутника Катя.

— Вот поэтому в чём-то и легче бывает, когда автор не знает ничего о том человеке, который собирается занять место его модели,-- попробовал рассуждать Денис.

— Кстати, тебя не смущает имя Денис? – спросила Катя и не стала уточнять, кого не смущает.

— Нет, ты так удачно его подобрала, как будто заранее знала, что с тобой буду именно я, – ответил Денис или Дэн в облике Дениса.

— Может быть, и знала, – усмехнулась Катя.

Кто их, женщин разберёт?

Глава 2.

А в другой реальности и в другом времени тоже разворачивалось действие. Кое-что тревожило Игоря. Оказывается, что он сегодня ещё раз говорил с главврачом, который ему теперь стал очень нравиться. Хороший мужик!

Так вот, он тоже решил, что кое-что его смущает – за последнее время Катя изменилась. Вроде бы Катя, а вроде бы и нет – характер другой. Она стала более раскованной, уверенной в себе.

— Можно было бы подумать, что это всё из-за тебя, – любовь ведь творит с человеком чудеса. Внешность такая же, голос, ум, но кажется, что ещё что-то изменилось, – высказывал свои сомнения Вячеслав Иванович.

Он пытался разговаривать не только с Игорем, но и собой – решить ответ на загадку. Игорь человек умный. Ум хорошо, а два лучше. В конце концов, всё происходящее и его касается.

_ Я хочу рассказать тебе Игорь, ещё вот о чём, – продолжил он рассуждать. – Я сегодня рассказал ей до нашей общей встречи о Верочке и предложил подумать, как можно её урезонить, так она, Катя, всё разрешила.

Представляешь, у Верочки сразу же произошёл этот психический срыв, который сделал все её слова и действия только результатом проявления болезни. Слишком фантастическая история, но она не даёт мне покоя. И, если представить, что у Кати действительно особые способности, то даже подумать невозможно, какие и к чему могут привести.

— Пусть даже и так, – ответил Игорь. – Меня всё это не пугает, даже наоборот, возбуждает любопытство. Одно могу сказать, что Катя не для слабаков. А я себя таким не считаю.

Вот такой разговор произошёл. Он никак не повлиял на его отношение к Кате, но поселил в сознании тревожность. И самое главное, то, что Кате приходится кое-что скрывать – нехорошо. Для неё. Она должна при этом ощущать свою вину, а Игорю этого не хотелось.

Тут услужливая память сразу же подсказала о каких-то нестыковках во время вчерашней драки. Откуда взялся ужас, заставивший противников бежать? А то, что ужас был, сомневаться не приходилось. Игорь видел его на их лицах, почти физически ощущал в поспешном бегстве.

А потом, почему сразу же почти после Катиных прикосновений исчезли все раны и ссадины? Не было разбитости и усталости, как будто и драки не было. Игорь задумался.

— Знаешь, Игорь, что я особенно ценю? – спросила вдруг Катя, вторгшись в его мысли.

— Что? – заинтересовался парень.

— То, что с тобой можно интересно молчать и думать при этом о своём. А если надоест думать о своём, можно начать решать загадку, о чём ты думаешь.

— Да, радость моя! У меня такие же ощущения.

В этот раз хулиганы не встретились – наверное решили не связываться, а может быть отложили попытки до лучших для себя времён. Когда Катя с Игорем дошли до двери, то там их уже поджидал Олег. Он вручил соседке ключи, заинтересованно посмотрел на Игоря.

— Давно мечтал познакомиться. Вот он, Игорь Стрельцов в полном своём величии.

— Ну что ты! Я такой же как все и мне неловко почитание, – смущённо ответил Игорь.-- Видеть такую оценку моих успехов! Пусть и заслуженную. Да, допускаю – слишком много трудов эти успехи мне стоили. Ты сосед, кажется? Будем рады, если будешь заходить.

— Да, мы уже вчера с женой были здесь в гостях, после того, как Катя полночи не давала нам покоя.

— Это ещё почему? – притворно возмутился Игорь.

— Да готовила она. Наверное, тебя хотела удивить своими изысками. Меня-то уж точно, удивила, – поддерживал разговор Олег.

— Катя у нас кладезь сюрпризов. Ну что ж, если для меня, то с удовольствием отведаю, – улыбнулся Игорь. – Тем более, что проголодался после сегодняшних приключений.

Игорь подумал, что действительно ничего не ел сегодня. В горло ничего не лезло.

— Да, подождите меня минутку, – торопливо сказал Олег, будто вспомнил что.

Через несколько минут появился перед ними с бутылкой вина.

— Это, что называется, от нашего стола к вашему столу, – сообщил он, передавая хорошее сухое вино. – Вчера нас Катя угощала, а сегодня мы вас.

— Ну что ж с удовольствием выпью, хотя нельзя перед соревнованиями, но бывают исключения.

Простились. Вошли в квартиру и сразу же потянулись друг к другу. Поцелуй, к которому никогда, вероятно, привыкнуть невозможно. Будет возбуждать всегда и обещать чего-то большего.

С трудом оторвались друг от друга. Катя усадила Игоря в то же кресло, что и накануне. Побежала на кухню и принялась там хлопотать. Достала всё приготовленное из холодильника, красиво разложила по тарелкам. Быстренько покрошила салат, порезала хлеб и вынула из шкафа бокалы. Принесла поднос в комнату и молча стала ждать Игоря, который зашёл в ванную.

И вот они сидят друг напротив друга, как множество пар на свете в предчувствии, ожидании. Так же сидели влюблённые и раньше, так же будут сидеть и в будущем и знать, что всё лучшее ещё только будет. “Его ещё не произошло”. Хотя, это спорное понятие. Для Кати-то будущее произошло.

Но она не хотела забивать себе голову сейчас такими вещами. Её голова была занята своими ощущениями, которые опять стали подниматься из неведомых глубин, материализоваться из пространства (Катя многое могла рассказать о материализации), спешить к ним из времени или в потоках времени. Катя подняла бокал с налитым туда уже вином и предложила вечный тост:

— За нас с тобой!

Кружилась в космосе планета, рождались и исчезали галактики, возникали или нет конфликты, перестраивались материки, но тост “За нас с тобой”, волновал сидящих друг напротив друга людей значительно больше, чем всё вместе взятое, как будет волновать каждого, оказавшегося в такой ситуации всегда.

Глава 3.

Катя ещё отпила немного из бокала под неотрывным взглядом Игоря. Его глаза искрились, как это вино. Всё напряжённое тело было направлено к ней, остаётся только… И вот он встал, поднял и поставил Катю лицом к себе и опять поцеловал. Столько нежности и обещания блаженства было в этом поцелуе, что Катя полностью отдалась на его волю. Игорь отнёс любимую на кровать и принялся медленно раздевать.

Это превратилось даже в какой-то ритуал. Катя уже сама готова была в нетерпении сорвать с себя одежды, но Игорь прижав её руки одной рукой к телу, продолжал своё действо. Хорошо, что современные одежды – не кринолины барышень предыдущих веков, поэтому Катя скоро почувствовала на своём теле губы и руки( две руки) любимого. Они, и губы и руки, изучали каждый клочок, каждый изгиб её тела, стараясь касаться, как можно нежнее.

— Интересно, как такие ручищи могут быть ещё и мягкими и нежными? Нелегко ему, наверное, – подумала при этом Катя, потом удивилась себе. – Как это я ещё думать могу при этом?

Но вскоре уже думать вообще не смогла. Полностью подчинилась возникшему желанию, окунаясь в него, бросаясь, вторгаясь в непознанную пока область, которую узнавала впервые, и то, что узнала, ей понравилось. Катя даже не поверила, что возносится без всяких умений и методик куда-то в космос, или, наоборот, погружается в пучины, или стоит на краю Вселенной, наконец-то узнав, что она из себя представляет.

Игорь ощущал то же самое. Нет, не то, что испытывал много раз в своей жизни. Это были другие ощущения. Именно блаженство – по другому и не скажешь. А раньше,-- скорее разгрузка или предчувствие мечты, которая всё никак не могла воплотиться. И когда это случилось, Игорь всё никак не мог поверить в реальность происходящего. Он просто лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок, видя там звёзды.

Игорь, конечно, понял, что смог принести Кате такие же ощущения. Он специально этого добивался, сдерживал себя. Пусть будет медленно, неторопливо, потому что ожидание ещё больше возбуждает желание. Нет, это была не отработанная методика, а то, то подсказывала ему сейчас интуиция. Получилось, что и у него всё было, как в первый раз. Обо всех других он уже забыл.

Потом Игорь как бы очнулся и бережно обнял любимую. Ласково поцеловал. Привстал на локте и заглянул ей в глаза.

— Я уже и дня не смогу без тебя прожить, – прошептал он.

— Я тоже,-- слова выпорхнули, как бабочки,-- ласково и свободно.

— Так что же мы будем делать?-- спросил, улыбнувшись. – Предлагаю переехать ко мне, а свадьбой заняться после соревнований.

Катя уже видела его квартиру в мыслях Игоря, потом и в своих, тоже и всеми фибрами желала переехать туда, тем более, что квартира Кати 1 была не её. Она бы всё по-другому устроила, хотя не против Катиного вкуса. Он был тоже хорош по своему. Но здесь, скорее всего подключалась женская ревность и желание быть лучшей для любимого.

Подумала при этом о ребятах с которыми познакомилась вчера и, которые могли бы стать хорошими друзьями.

— Но у Игоря тоже есть друзья. А, потом, Олег с Ирой не на краю света живут. И, вообще, почему я могу мыслить так практично в такие моменты? Другая бы, сломя голову кинулась за Игорем, предложи он ей это, – масса мыслей атаковало Катю. Она даже руки приложила к вискам, чтобы избавиться от них.

— А почему после соревнований?--спросила девушка без всяких особых эмоций, просто, чтобы узнать.

— Потому что мне сейчас установят строжайший режим. Ты же хочешь победы? Знаю, хочешь, потому что она будет и твоей.

— Да, – просто ответила Катя. – Я могла бы и без победы прожить, жила же до этого как-то. Но для тебя это важно. Поэтому всё понимаю и соглашаюсь. И считаю, что и с переездом можно не торопиться, потому что такие ночи, как эта будут отнимать у тебя слишком много сил.

Игорь только улыбнулся и опять принялся целовать и ласкать её. Снова начиналось извечное действо, которое является кульминацией любви.

Глава 4.

Утро разбудило их на работу. Нет, не совсем так. Во-первых, на работу надо идти только Кате, во вторых, – разбудило, слишком громко сказано. Потому что и глаза-то для сна сомкнулись только минут на пятнадцать. Игорь привык, конечно, ко всяким ограничениям, к умению собраться при любых обстоятельствах, но для Кати это было непривычно, потому, что всю жизнь делала, что хотела и когда хотела. Никаких ограничений.

Но то, что они, то есть ограничения, наступили, Катю только радовало. Она хотела трудностей – получила. Но это ещё, как подозревала, не трудности. Расставаться не хотелось, как и вставать, для начала. Так бы и лежала в его объятьях и ощущала опять и опять нарастание желания. Ну вот оно, опять. Нехотя, сделав над собой усилие, бережно сняла руку Игоря, обнимающую её.

— Что, дорогой, будем на завтрак?-- спросила она, разыгрывая сценарий о супругах, которые уже давно живут вместе.

Игорь понял, усмехнулся и опять притянул её к себе.

— Тебя! Тебя мне будет достаточно.

Катя высвободилась.

—Так, у нас с тобой в холодильнике масса всего наготовленного. Я уж выберу что-то на свой вкус, – предложила она.

Игорь молча согласился. Катя, открыв дверку холодильника, была неприятно удивлена – от некоторых кушаний шёл кислый или другой какой, но неприятный запах. Девушка попробовала, и вкус ей не понравился. Катя раньше и понятия не имела, что продукты могут портиться. А тут – на тебе. Сдержала себя. Сделала вид, что ничего не случилось. Выбрала то, что не изменило своих качеств и принесла в комнату.

Потом поставила чайник, заварила и тоже принесла. Игорь уже был на ногах. Оделся, сходил в ванную и теперь сидел на кровати, уперев локти в колени. Не хотел расставаться с тем местом, где было так хорошо. Увидя входящую с подносом Катю, хотел тут же вскочить и снова заключить её в объятья. И сдерживаться тоже не хотелось. Хватит уже, насдерживался.

Но тут уж Катя была непреклонна. Она увернулась от недвусмысленного движения любимого, потянула за руку и усадила на кресло. Принялись завтракать, но странный завтрак получился – больше смотрели друг на друга, чем в тарелку.

— Чай, – сказала Катя как бы между прочим. – Осторожно только. Он горячий.

Игорь сразу же поставил на стол взятую было чашку. Медленно помешал ложечкой.

— Катенька, а если я откажусь от соревнований?! Невыносимо больше оставаться на расстоянии от тебя! – сказал задумчиво.

— Нет, милый. Ты будешь биться и победишь, – ответила девушка и подумала, что будто на войну отправляет. Так, наверное говорили жёны и любимые своим воинам, уходящим на битву, может быть, последнюю в жизни.

— Слава Богу, что не на войну. Ему же ничего не грозит? – спросила себя неуверенно.

— А бывает так, что бой как-то неблагоприятно заканчивается для боксёров? – спросила Игоря.

— Ну, бывают там травмы разные, ссадины, – уклонился от более подробных объяснений парень.

При этом Катя прочла его мысли, и то, что узнала, ей не понравилось. Но делать нечего. Остаётся ждать и надеяться. Она прижалась к нему, спрятав свою голову на груди, которая ещё совсем недавно была полностью в её власти.

Игорь понял окрас этого объятия и медленно, успокаивающе поглаживал её, ничего не говоря. А Катя думала о том, что хрупко человеческое счастье, как и сама жизнь. Причём, во все века. В будущем, правда, из мёртвых, что называется, поднимут, но и там не всегда. Она снизу вверх посмотрела на любимого и сказала себе.

_ Да, сейчас не будущее, но я за него. И я не позволю случиться ничему плохому. И буду всегда присматривать за Игорем. Жалко, что близости пока быть не должно, зато есть мы с ним. И есть наша любовь.

Глава 5.

Встревожил почему-то телефонный звонок, адресованный Игорю.

— Да, кто звонит?

— Игорь, узнаёшь? –добрался и здесь до него голос, от которого уже отвык за два месяца.

— Да, как же тебя не узнать, Сергеич!

— Ну хорошо! А то я уж думал с глаз долой, из сердца вон!-- продолжал вторгаться голос в их действительность.

— Нет. Такого не случится, со мной, во всяком случае, – ответил Игорь и почему-то при этом посмотрел на Катю.

— Не пора ли тебе, друг сердечный приступать к тренировкам? – продолжал голос, а с ним вместе и мысль, которая в последнее время посещала не только его обладателя.

— Да и сам думаю, что пора!

— Так вот и скажи об этом своей красавице! – вкрадчиво предложил голос.

Почему-то Игорь даже не удивился. Он слишком хорошо знал своего тренера. Не сомневался, что по его просьбе за ним, Игорем, ведётся негласное наблюдение. Сергей Сергеевич, так иногда казалось Игорю, будто и не расставался с ним никогда – жил тут, за столом сидел, спал в одной комнате.

— Славу Богу, что не в одной постели, – ужаснулся при этой мысли Игорь.

— Ну, так что, друг сердечный, я жду тебя сегодня! И никаких отмазок, – приказал тренер или “друг сердечный”, как прозвали его ребята.

— Сергей Сергеевич! – начал было Игорь, но услышал в ответ только гудки.

— Вот ведь,-- подумал парень. – Впрочем ничего другого от того и ждать было нечего.

Игорь спрятал телефон и с сожалением посмотрел на Катю.

— Придётся тебе, любовь моя, выписать меня сегодня. Пора! Да я уже, как ты давно знаешь, и не больной или там травмированный, вовсе.

— Игорь, как ни жаль, но раз надо, то надо, – ответила девушка.

— Ну вот, а я уж надеялся, что упрашивать будешь ещё поболеть. А ты вон какая, жестокая, – сказал шутя, но доля небольшого разочарования всё же сквозила в его словах.

Когда дошли до санатория, Игорь напомнил о своём и её долге.

— Да-да, я всё поняла. Мне дважды напоминать не надо. Подготовлю документы и принесу тебе. Подожди. Этот день у тебя получится всё равно “ни туда ни сюда”. Так уж смирись.

Игорь нехотя ушёл. Слишком не хотелось оставлять Катю. А к ней тем временем прибежала медсестра физиокабинета.

— Екатерина Викторовна! Грязи не завезли. Там у них на складах или на дороге что-то случилось. Надо будет чем-то заменить.

— Конечно, Анна Фёдоровна. Давайте пациентов сюда, – сказала она.

Осмотрела каждого. Утешила, ободрила, описала картину, если не полного выздоровления, то явного улучшения в их состоянии и предложила изменить лечение.

— Что ж, Евгений Павлович, у Вас всё замечательно. Но надо ещё чуть-чуть полечиться – время позволяет. У Вас сейчас процесс почти ремиссии…

— Не совсем, Екатерина Викторовна, – перебил её пациент. – Позвоночник что-то совсем подводит.

— Вот, это я и хотела сказать, пока не перебили. Так вот, предлагаю нам с Вами изменить лечение. Сконцентрируемся на магнитотерапии на поясницу

— Как скажете, доктор, лишь бы помогло.

— Поможет обязательно, Евгений Павлович. Главное настрой. А у Вас он всегда на высоте. Я тут слышала, что танцуете. Являетесь утешением всем нашим женщинам на вечерах. Только вот, не там ли поясницу свою перенапрягли?!

— Каюсь, там, – смущённо ответил Евгений Павлович.

— Всё поправим, – обнадёжила его Катя.

Так же было и со следующими. Пациенты выходили ободренными, почти радостными.

— Вот так доктор!-- говорил один. – Ещё и ничего не сделала по сути, а уже повезло.

— Так и надо!-- отвечала пожилая женщина. – Доктор должен словом лечить прежде всего.

— Да, но и другого лечения никто не отменял!

— Будет Вам и другое лечение.

Катя, закончив приём, решила пойти посмотреть, что там с грязями. Резервуары были пустыми и, когда наполнятся – неизвестно.

— Непорядок, – подумала она. – Что ж, надо помочь.

Она вызвала соответствующий образ, в данном случае грязей, выставила соответствующее напряжение их поступления, поставив как бы на режим ежедневного пополнения и ушла с чувством выполненного долга. Подошла к медсестре.

— Анна Фёдоровна! Я сейчас проверила резервуары – там есть немного. На несколько человек хватит. Может, будет даже больше, чем нужно. Пойдёмте, посмотрим.

Посмотрели. Анна Фёдоровна согласилась:

— Да, действительно. Поспешила, наверное, не доглядела.

Дальше рабочий процесс пошёл своим чередом.

Глава 6.

Катя сделала выписку. Подписала у начальства, естественно, и с уже готовым документом вошла в комнату к Игорю. Он, увидев девушку, ни слова ни говоря, кинулся навстречу. Целовал, почти, как безумный. Куда девалась вся сдержанность?!

Уложил на кровать, рассчитанную на одного человека, но Катя была такая тоненькая, что много места не занимала. Полностью опять растворилась в его ласках и унеслась в страну блаженства. Хотелось держаться за это счастье и никуда не отпускать. Она даже материализовала своё желание – действительно ухватилась за сильные руки боксёра своими слабыми, но способными победить даже его.

— Катенька! Если скажешь не уходить, я никуда не уйду, – сказал Игорь, поняв этот жест.

Он прижал её к себе, покрывая поцелуями.

— Для меня в этой жизни только ты главное. Всё к твоим ногам. Планы, устремления. Как скажешь!

— Игорь! Я уже говорила. Не мучай меня. Не ставь опять перед проблемой выбора. Мы встретимся, даже соскучиться не успеешь, – отвечала бедная Катя. – Вот только интима не обещаю.

— Но сегодня-то ещё можно!?

И они опять притянулись друг к другу магнитом любви и желания, столь сильным, что не разорвать.

Через некоторое время стук в дверь вернул в реальность.

— Кто бы это мог быть?-- встрепенулась Катя, ведь она на работе.

Лишних разборок не хотелось.

— Это я, – послышался голос вездесущего Сергея Сергеевича. – Так и знал, что понадобится моё личное присутствие. А Вы, Катя, не чините препятствий моему подопечному.

Как? Каким образом человек за дверью мог знать, что она находится здесь. Мелькнула мысль, а не прибыл ли он из будущего? Причём даже там не все могли видеть через стены, а только самые продвинутые.

— Я, Екатерина Викторовна, тренер этого образчика мужского достоинства, который сейчас перед Вами.

Катя покраснела, потому что в словах усматривалась двусмысленность, а потом, опять подозрение, что этот человек и мысли читает.

— Я, Екатерина Викторовна, ничего плохого Вам не желаю. Впустите меня пожалуйста, надо поговорить, – почти жалобно просил мужской голос.

— Впустим его, Катя, иначе от него не избавиться, – миролюбиво проговорил Игорь.

Пришлось открыть.

— Ну вот и познакомимся! Я так понимаю – дело к свадьбе, – говорил тот же голос, теперь в мужском обличии.

Игорь знал, что манера тренера говорить может смутить любого, сам-то уже привык.

— Сергей Сергеевич! Ты поосторожнее с моей будущей женой! Я ведь не посмотрю на твой почтенный возраст.

Теперь уже Сергей Сергеевич смутился и возмутился:

— Какой-такой почтенный?! Я ведь не старик!

— Ладно-ладно! – примиряюще сказал Игорь. – Стоило ли тебе приходить, ноги свои ломать?

Игорь всё же не утерпел, подколол его. Тут уже Катя вмешалась, потому что такое объяснение могло затянуться надолго.

— Сергей Сергеевич! Я так понимаю, что Вы пришли поторопить Игоря. Но не следовало так стараться. Выписка уже на руках. Так что, он свободен. Напрасно считаете, что я держу его тут насильно.

Она говорила в их манере, иронично, но так, что можно и обидеться.

— Что Вы, Катенька! Я совсем даже не считаю, что его тут удерживают. Посмотрел на Вас воочию и увидел, что лучшей партии Игорю и пожелать невозможно. Я удивлялся, что это он так долго не женится – ведь желающих хоть отбавляй. А он, оказывается, Вас ждал.

Катя улыбнулась:

— Так же, как и я его!

— Эх, был бы я помоложе, отбил. Да ничего не поделаешь. Теперь только и остаётся, что смотреть на чужое счастье!

— Ну-ну, Сергеич, хватит прибедняться! Уж у тебя-то счастья разного хватает, – вмешался Игорь.

— Хм… Ну ладно, не об этом речь. Пора, друг сердечный, собираться. Если забыл. как это делается, то я помогу и вспомнить, и собраться. Вещей-то, небось, немного!-- продолжил тренер, заглядывая в шкаф.

— Катя, спаси меня, – дурашливо крикнул Игорь. – Террористический захват. Вот он всегда так действует. За счёт этого и команду набрал.

— А команда-то, надо сказать, неплохая, – продолжил в такой же манере тренер.– На самом деле, ребята, срочно надо начинать тренировки. Я терпел до последнего, надеясь на серьёзность и самостоятельность Игоря, но терпеть больше некуда.

Вытащил из шкафа спортивную сумку и стал бросать туда вещи.

— Нет уж, – остановила его Катя. – Это теперь моя обязанность. Да и потом, разрешите прикоснуться, если не к Игорю, так хоть к его вещам.

Тренер ошалело смотрел на Катю.

— Вот так девушка! Никогда таких не встречал. Если бы парнем была, без разговоров к себе взял.

— О-о, ты не представляешь, Сергеич, как я рад, что она не парень!

— И я рад за тебя. В качестве девушки она даже больше и мне нравится.

— Ну-ну, Сергеич! Ты говори, да не заговаривайся.

— Игорь, на самом деле я взял тут шампанское, конфеты, букет цветов – положенный джентльменский набор для твоей Катеньки.

Метнулся за дверь и достал там всё сказанное, как фокусник из шляпы.

— Но всё раздумывал, дарить или не дарить. Решил – посмотрю на поведение. А теперь думаю, что мало взял. Надо было б утроить.

— Хорош, Сергеич, Кате всего этого не надо, – прервал его Игорь.

— А и правда,-- слегка обиженно промолвила девушка, потому что любой приятен подарок. – На самом деле мне только Игорь и нужен. Дождётесь, что заберу его от Вас навсегда!

— Нет-нет, только не это! – скоморошно запричитал тренер. – Хотите, на колени встану!?

— Вот этого от Вас мне точно не надо. А Игоря сама уговаривала поторопиться. Раз надо, значит надо.

Тренер так быстро, что при всё желании не успеть предотвратить, кинулся к Кате и расцеловал её в обе щёки.

— Вот и я прикоснулся к твоему сокровищу,-- сказал он удовлетворённо.

— От тебя, Сергеич, разве убережёшь что!?– проворчал парень.

— А и не надо! Сам не претендую на чужое.

Игорь только головой покачал. Вот ведь – всегда последнее слово оставит за собой.

— Ну что! Выпьем напоследок шампанского! – предложил тренер.

— Нет, Сергеич, мне нельзя, да и тебе не желательно. А Катя вообще на работе. Не надо портить ей репутацию. Уж одного, что я тут верчусь около неё, достаточно!

— Хватит! – приказал тренер. – А то мы так и не расстанемся!

Он схватил упирающегося Игоря за рукав и почти насильно вывел из комнаты.

— Катенька! Я позвоню, как только доберусь до телефона! – кричал Игорь.

Потом всё стихло. Катя осталась одна и почувствовала жуткое одиночество. Вот так, наверное, и Кате 1 одной в другом времени, в другой действительности.

Глава 7.

А Катя 1 уже не чувствовала одиночества. И в этом времени ей уже почти всё нравилось. Были, конечно, моменты… Но сейчас она не хотела об этом думать. Зачем думать о чём-то неприятном, когда сегодня совершилось самое приятное в её жизни – у неё появилась пара.

Само слово или словосочетание – пара, ей не очень нравилось. Можно было бы для этого случая оставить из прошлого более романтические слова. А так, будто физиологический процесс какой совершается. Интересно, много ли в этом времени вообще романтики? Что она вообще знает? – общие черты.

— Не горюй, – сказал Денис. – То, что ты знаешь общие черты – уже хорошо, как и то, что тебе в целом нравится наше время.

— Что? Что ты сказал? – удивилась Катя. – Почему ты как бы отделяешь меня от своего времени?

— А почему это тебя удивляет? Что я знаю больше, чем ты думаешь? – спросил он в ответ.

— Да, меня это удивляет, – ответила девушка

Она представляла, как и о чём будет разговаривать с Денисом после обозначения их совместного будущего, но то, что начнётся пикировка, этого не предполагала.

— Катя, то, что идёт пикировка – это хорошо, потому что ты в этом случае сметаешь преграды, которые заставляют тебя закрываться, – объяснил он. – Но от меня-то не скроешься, как бы не закрывалась, потому что я читаю твои мысли, знаю о тебе если не всё, то многое и никому, если не захочешь, не выдам. Потому что наблюдаю за тобой. И то, что знаю,-- мне нравится. Никакая другая, кроме тебя мне не нужна.

— Но я же воспроизвела модель независимо от тебя, не знала, что именно ты Дэн будешь в этом образе, – сказала отрезвляюще Катя.

— Начнём с того, что это не ты воспроизвела модель, а та, другая Катя. Да, я это знаю. Я раньше дружил с Катей, но полюбить её не смог бы – она слишком сильная, импульсивная для меня. Ведь каждому своё! Но, как сказал, мы общались. И я знал, что она не может найти себе такого, кто бы ей подходил в этом мире и пытается воспроизвести его с помощью фантазии. Я даже видел, что она уже воспроизвела. Катя необычный человек. В ней уживаются черты первооткрывателя и романтика. А этот сплав нужен всегда. Подходит и вашему времени.

— Ты даже знаешь, какому времени? – удивлённо спросила Катя.

— Да, Катенька, – ответил он. – Ты не волнуйся. Я понимаю, что тебя смущает, будто бы ты наложила своим воспроизведением модели какие-то обязательства на меня.

— Да,-- ответила Катя. – А разве нет?

— Ты действительно очень мало знаешь о нашей жизни. Воспроизведение модели ни тебя, ни её ни к чему не обязывает. Это лишь попытка найти родственную душу с внешностью, которая нравится и тебе и ему. А так.., – каждый свободен.

— Да!? То, что ты сказал, мне одновременно и нравится и не нравится. Нравится, что остаётся свобода выбора, нравится, что появляется реально воплощённая мечта и не нравится очень, что навалится вселенское одиночество, если эта мечта тебя покинет.

— Всё так. Только я тебя никогда не покину, во всяком случае, по собственной воле, потому что люблю тебя. Я уже сказал, как это всё начиналось, но вот, когда увидел тебя после обмена, то понял, чего мне в Кате недоставало. Это всё нашёл в тебе. Ну и потом, Катя меня тоже не любила и не полюбила бы никогда, я же это понимал. А ты меня …

— Да, ты мне понравился уже в образе Дэна, хотя не признавалась даже себе. Это не совсем любовь, а только предпосылка к ней – не знаю. Как жаль, что не знакома была с тобой раньше! Может быть, и модели никакой не понадобилось бы, – призналась и Катя, почему-то без тени смущения.

— Ну, тут уже всё решили за нас с тобой. А потом разве плохая внешность у меня получилась? – спросил он, горделиво поведя плечом.

— Замечательная внешность, – смущённо покраснела Катя.

— И мне тоже нравится. А потом, появляется больше уверенности в себе, – искренне ответил Денис.

— А у тебя и раньше внешность была неплохая, даже очень. Всё думала, кого же ты мне напоминал, а потом вспомнила – Шурика из “Кавказской пленницы”, была такая кинокомедия советского времени, – ответила с улыбкой Катя.

— А что такое советское время? – спросил с любопытством Денис.

— Это такой период в русской и, не только, истории. Но я тебе потом, если хочешь, расскажу, – немного задумчиво произнесла Катя.

Денис понял, что она вспомнила о своём времени. Может быть ностальгия какая возникла. Решил отвлечь. А лучший способ отвлечь – переменить тему.

— А ты знаешь, почему у нас с тобой нет смущения? – спросил он.

— Да, знаю, потому что мы понимаем друг друга и знаем всё друг о друге – скрывать нечего, – ответила Катя.

— Потому что мы любим друг друга, глупая. Конечно, понимание граничит с любовью, но не совсем. Зачем бы я стал менять свой облик? Я, конечно, был не такой крутой, выражаясь на вашем жаргоне, как сейчас, но тоже мог найти кого-то себе. Тихую, скромную девушку. Но она мне не нужна, поверь, знаю о чём говорю. Мне нужна только ты.

— Давай дадим друг другу время! Не будем требовать что-то, форсировать события, если они вообще наступят, я имею в виду… хорошие события. Согласна – ты знаешь меня дольше, я совсем почти ничего не знаю. Только чувства и предчувствие, и то, что подсознание подсказывает!

— Да, любовь моя. Неужели ты думаешь, что я не понимаю этого?

— Покажи мне свой дом, – тихо попросила Катя. – Надеюсь он у тебя есть.

— Есть, моя радость, говорю же, что я такой, как ты.

Глава 8.

— А у меня ещё есть предложение – давай устроим свадебное путешествие! Так у вас говорится?-- спросил Денис.

— И где ты так хорошо изучал наш век?-- удивлённо спросила Катя.

— Люблю читать, – коротко ответил Денис.

Они ехали по прекрасной земле будущего, вдыхали чудный воздух и надеялись, как и все влюблённые пары, что всё только начинается. Всё, имеется в виду хорошее. На самом деле Кате нужен был и проводник по этой действительности. Она видела только её клочок. И впечатления получила смешанные. Да, казалось бы, здесь всё прекрасно устроено – чисто, красиво, безопасно. Нет даже работы для врача – значит нет и болезней. Инфекций-то уж точно.

Катю смущал и этот момент, поскольку она врач и понимала, что какие-то бактерии нужны. Потому что наш кишечник их уже содержит множество. И если исчезают совсем бактерии, то и исчезнет иммунитет к ним. Если не встречаешься с вредоносным элементом, то и не получишь знание о нём.

А знание от встречи никогда не бывает безопасным. Всегда наступает какая-то атака и ответ на неё. В результате остаётся именно иммунный ответ– в следующий раз организм уже не прореагирует так бурно, потому что выработал какие-то методы защиты.

И Кате было страшно, а что будет, если какие-то микробы всё же проберутся в эту действительность?

— Не бойся, – ответил Денис на её мысленные опасения. – Если мы не думаем обо всём этом, то это не значит, что никто не думает. Для этого есть искусственный разум, который всегда настороже. Если что-то обнаружит, то сразу же уничтожит – мы даже не почувствуем.

— Знаешь, Денис, мне кажется, что так же можно поступить и не только с микробом, – сказала Катя.

— Ты не бойся высказывать свои мысли. Они ни для кого не секрет, – ответил Денис.

— А вот тут я с тобой не согласна. Почему-то для тебя и для Кати не секрет. А для искусственного разума секрет, как я поняла. Впрочем, мне кажется, что понимаю – всё дело в эмоциях. Ты и Катя – эмоциональны. Поэтому можете воспринимать меня.

В то же время, искусственный разум может воспринимать вас, потому что у вас есть встроенные функции, а у меня нет. Вот из-за этих функций искусственный разум не воспринимает меня. Иногда мне кажется, что это хорошо. Не могу объяснить – интуиция, – тихо ответила Катя.

И такой маленькой вдруг показалась, такой хрупкой, что Денис не выдержал, хотя давал себе обещание не слишком торопить события, обнял её. В этом объятии было больше нежности, чем страсти, но она уже была настороже. Она уже начинала разрастаться, был бы повод. А поводом могло стать даже сочувствие к девушке, оказавшейся оторванной от своей действительности, ото всего, к чему привыкла.

— А была ли у неё эта действительность? – подумал Денис

Ему почему-то показалось, что не очень-то. Потому что там не было ни одной души, с которой Катя могла бы поделиться, которая бы не относилась к ней настороженно по тем или иным причинам.

Из-за её стеснительности она и сама не могла открыться. А когда человек открывается, то теряет свою, скажем так предполагаемую опасность. Возникает какая-то симпатия. Конечно, больше, если собеседник находит близкие себе качества. Они лучше понимаются.

Сейчас он обнимал девушку, у которой есть только он. Так хотелось защитить её, уберечь, утешить. Стать для неё всем, что не имела. Потому и прислушивался к её мыслям. Мог бы поставить экран, например, который позволял не только укрываться, чтобы другие не слышали, но чтобы их не слышать.

Денис чувствовал под своей рукой её доверчивость, и не только. Эту свою половинку, как половинку яблока, которую хочется присоединить к себе, чтобы убедиться, что значит из половинки стать целым. Стал постепенно отступать на задний план разум, который призывал не торопиться, подниматься снизу вверх возбуждение – что называется возрастать.

Он повернул к себе девушку и стал всматриваться в её лицо, изучая его. Эти серьёзные светло-серые с голубоватым или синеватым отливом глаза, настолько большие, что казалось–смотрят прямо в душу. А это почище, чем читать мысли. Эта бледная, почти прозрачная кожа.

Казалось иногда, что все венки наружу. Как там могут таиться ещё рецепторы – нервные окончания. Казалось, что вся кожа–сплошной рецептор – настолько остро ощущает всё происходящее. Этот красивый носик – предмет зависти всех греко - римских скульптур и эти чуть влажные, нежные, приоткрытые губки.

И Денис уже не раздумывая, впился в эти губы своими и почувствовал, что не может оторваться от них. Только теперь стал понимать истинный смысл восточных стихов, где написано: “Как пчела от цветка”. Да! Он готов быть этой пчелой – лишь бы цветок был с ним.

Но тут стали возникать и другие желания. Они торопили его руки, которые, казалось сами, без команд мозга, знали себе дорогу. Они обводили её руки, её фигурку, которая очень даже хорошо ощущалась под тонкой одеждой. Наконец-то возникло осознание, что нет никаких запретов, что все преграды спали. Он может делать то, что так хочется сейчас. И никого не надо бояться, опасаться, впрочем, как и её, и себя.

Денис, не отрываясь от таких желанных, как говорят, сладких, губ не прекращал прижимать Катю к себе всё плотнее, так, что она почувствовала его восставшее желание, которое готово было и дальше сметать все преграды. Она и в себе ощутила то же самое и невозможность сопротивляться, но всё же попробовала.

— Не сейчас, Денис, – шептали её губы в перерывах между поцелуями, как ни странно не охлаждая, а возбуждая ещё больше.

Катя уже чувствовала свою грудь в его руках и потянулась в истоме всем телом навстречу ему, стремясь вжаться, как можно глубже и ничего не было важнее этого. Но потом … Они приехали. Машина остановилась перед каким-то величественным зданием, больше похожим на космопорт, каким его Катя себе представляла.

Денис нехотя оторвался от девушки. Впрочем готов был нести её прижатой к себе, выходя из машины, и дальше, но это будет … В общем, не надо.

— Пойдём, моя красавица, – прошептал он нежно. – Я хочу показать тебе Землю.

Глава 9.

Они вошли в здание, верхние этажи которого терялись в космосе. Во всяком случае, глаз не достигал их пределов. Поднялись на платформе, которая сразу же по требованию Дениса возникла перед ними, на какой-то уровень, и Кате показалось, что она действительно оказалась в космосе.

Стояла вместе с Денисом и ещё некоторыми посетителями на чём-то твёрдом, но том, что выдвигало их и отодвигало куда-то от здания. Создавалось впечатление, что небольшая группка людей парит среди чёрного пространства, в котором вспышки звёзд слепили глаза, яркие краски звёздной пыли как бы проносились сквозь них, светящиеся причудливые формы различных космических явлений поражали воображение.

Катя в испуге прижалась к Денису, когда как павлиний хвост, пронёсся хвост увлекаемой в неведомые глубины кометы, и схватила его за руку. Он сильнее прижал девушку к себе и прошептал:

— Не бойся. Мы здесь, на Земле. Никуда не улетели. Между нами и Вселенной мощная невидимая оболочка, которая не подвержена никаким случайностям. Но ощущение, согласен, неповторимое. Поэтому и хотел тебе это показать. Я думаю, нам надо присесть.

Перед ними появился столик с креслами вокруг него. Как положено, на столе стоял букет. Откуда-то взялись закуски и вино. Полились звуки музыки – тоже космической.

— Так звучат планеты, – сообщил Денис. – Вот поёт Юпитер для тебя и желает счастливой семейной жизни.

Катя покраснела и спросила:

— А разве она у нас уже началась?

— Нет, –ответил Денис. – Но, если ты согласна, то и начнётся.

Он достал традиционную красную коробочку с кольцом и протянул Кате.

— Согласна? – спросил с улыбкой, но немного напряжённо.

Она же может опять сказать: “Давай подождём. Узнаем друг друга”. А пока будет узнавать, познакомится с другими молодыми людьми, вон сколько было желающих вселиться в тело Дениса! Нет, надо брать быка за рога или ковать железо, пока горячо. И подумал, что очень хорошо, что Катя не умеет читать мысли. Не хотел выказывать ей свой страх.

— Согласна, – безыскусно ответила Катя, которая действительно не знала о сомнениях, которые терзали Дениса.

Тот сразу же подскочил к Кате и надел кольцо на палец. Заиграл свадебный марш по мысленному заказу Дениса. Это был его выбор – у каждого свой. Потом Кате и Денису поднесли красивую книгу, чтобы они поставили свои подписи, что те и сделали.

Катя была, как под гипнозом. Все события, которые происходили почти мгновенно, в её время заняли бы значительно большее время. Раздались рукоплескания. Это, оказывается, были уже приглашённые люди.

Подошли родители Дэна – милые, симпатичные люди, которые поздравили молодожёнов.

Денис пригласил за столик. Они представились – Станислав и Татьяна. Отчеств здесь не было, как-то не принято. Рассказали что-то о детстве Дэна, не требуя при этом никаких слов от Кати, просто рассказывали, посматривая при этом на сына, который иногда вставлял свои замечания. Наконец, Катя решилась спросить:

— А вы не против того, что ваш сын поменял свою внешность?

— Нет, – ответили родители, почти одновременно. – Для нас это тот же Дэн, просто , допустим, повзрослевший, возмужавший. Кроме того, он заранее предупредил об этом.

— О чём? – удивилась Катя. – Получается он знал? Заранее знал, что именно его выберут? Но это же невозможно.

— Когда любишь, всё возможно, – мудро сказал отец.

Катя покраснела и взяла бокал, чтобы отпить глоток,-- скрыть смущение. Мама Дениса это заметила, но вида не подала. Она сказала:

— Давайте выпьем за то, чтобы эта любовь всегда была с вами и тогда всё будет нипочём, так же, как и нам с мужем.

И она потрепала по плечу супруга при этом.

— Просим свадебный танец! – послышались крики окружающих.

Заиграла музыка. Нет, Катя никогда её не слышала раньше, но она была прекрасна! Денис предложил руку и под вечные раз-два-три начался прекрасный танец.

Катя умела танцевать. Она поблагодарила сама себя за то, что когда-то посещала танцевальный кружок. Поэтому не смущалась. Да и вообще смущаться было нечему – платье на ней приличное, светлое, свежее и красивое – хорошо, что успела надеть его во время посещения комнаты в лаборатории, на ногах, правда, были балетки, но не важно – удобнее.

Самое главное, что она танцевала с немыслимым красавцем, который смотрел в её глаза глазами цвета морской волны, чьи сильные, грациозные при том руки обнимали её, чьи длинные ноги иногда вплетались между её ног в фигурах неустаревающего вальса.

Катя продолжала видеть и космическую пыль, и вспышки звёзд, и кометы и радужные круги в глазах. Ей не хотелось, чтобы танец кончался. Казалось, что она даже не касалась пола, а парила. Может так и было? Она бы ничему уже не удивилась.

Денис меж тем прижимал её всё ближе, в его глазах зажигался огонь желания, или то были отблески светил?

_ Спасибо тебе за сказку, – сказала Катя и добавила. – Любимый.

Это слово вылетело само собой, она самостоятельно не смогла бы его высказать. Слишком трудно! Так всегда думалось. А теперь сказала и подумала, что это самое правильное, что сделала в своей жизни.

Она одновременно и высказала своё отношение к главнейшему теперь для неё человеку, обозначила свой статус и для него и для себя, показала, что умеет ценить и быть благодарной и выказала своё необыкновенно счастливое состояние.

Танец закончился. Денис подвёл Катю к краю платформы, и они оказались одни. Казалось, протяни руку и поплывёшь туда, к звёздам. Кате в таком состоянии уже всё мнилось возможным. Если то, что хочешь, свершается по мановению волшебной палочки, то и космос по её же мановению можно сделать пригодным для жизни.

Денис притянул Катю к себе и они стояли, готовые взлететь, – вместе, в одном порыве, на одном вздохе.

— Посмотри, Катя! Это Земля.

И Катя впервые увидела голубой диск рядом с собой – может быть ракурс поворота платформы позволил увидеть.

— Я же говорил, что покажу тебе Землю!

Катя потянулась к нему в поцелуе просто потому, что по другому не могла выразить все те чувства, которые толкнули её на это. Ей не важно, что подумают окружающие, хотя движение, которое совершила так естественно. Её не остановило смущение или то, что обычно мужчина должен проявлять инициативу, как думала раньше,-- она сделала, что хотела.

— Правильно,-- вмешался Денис. – Делай, что хочешь, и тогда мы с тобой поладим.

Глава 10.

После свадьбы, которая была самая сказочная и романтичная, какую только можно представить, они поехали домой.

— Куда поедем, к тебе или ко мне? – спросил Денис

— Я предлагаю ко мне.

— Я бы тоже хотел это предложить, но решил, пусть предложение исходит от тебя, чтобы не показалось обидным, – согласился Денис. – По всем канонам, муж должен вести жену к себе. Но, как бы тебе ни казалось, что всё делается по мановению волшебной палочки – это не так.

Первое – у меня холостяцкое жильё, которое если захочешь мы переоборудуем, но потом. На всё сразу у меня возможностей не хватило, второе – ты же не как все в нашем мире. Тебе требуется что-то, что можно потрогать – мыслеприказ у тебя отсутствует. А в моём доме нет такого.

— Зато у меня есть – Катя постаралась, – похвасталась Катя. – Она вообще замечательная.

— Не сомневаюсь. Иначе бы не дружил с ней, – согласился Денис. – Поехали?

— Поедем и быстрей. Не терпится уже. Устала сильно за этот насыщенный день, – сказала Катя.

— Только поэтому?-- допытывался Денис.

— Нет, не только, – покраснела Катя.

Денис удовлетворённо улыбнулся. Доехали быстро. Встретил, конечно, уже знавший обо всём и недовольный Корэл. Он услужливо открыл дверь автомобиля, скрывая своё состояние.

— Добро пожаловать, – сказал с дежурной улыбкой дежурные слова

— А тебе счастливо прийтись к месту, – к месту или ни к месту ответил Денис.

Но тут главное показать, кто в доме хозяин. Показалось, что показал.

Катя провела Дениса, наконец, в свою квартиру. По другому это помещение называть не хотела. Что ж! Её право!

— Катя! Тут и правда слишком хорошо! Настоящее обиталище моей лесной нимфы! – восторженно говорил он.

— Правда?! – оценила Катя реакцию мужа.

Муж! К этому слову ещё привыкать и привыкать, но одно уже обозначение того, что за этим следует, несёт современным девушкам, которые сами могут строить свою судьбу, эйфорию. Катя принялась показывать, что здесь есть – проводить экскурсию, как раньше проводили экскурсии по английским особнякам.

То, что показала, продолжало нравиться Денису.

— Катя, мне нравится твой вкус. Лучшего бы я и пожелать не мог, – сказал он нежно.

— Это не мой вкус, а вкус Другой Кати, – сказала Катя даже с сожалением.

— Нет, это и твой вкус тоже, потому что Катя всё здесь устраивала именно следуя ему. Сама-то она привыкла не иметь ничего постоянного. Уж я-то знаю, – не согласился Денис.

Катя хотела немного обидеться за подругу, объяснить, что так было раньше, а сейчас у неё, она уверена, всё изменилось. Но не стала. Навалилась какая-то усталость и расслабление. Может же она позволить себе расслабиться, наконец?

— Конечно, можешь, – ласково сказал подошедший вплотную Денис.

Он положил руки ей на плечи и медленно, бережно усадил на кровать.

— Подожди! Принесу вина! – попросил он.

Быстро метнулся на кухню и уже через несколько секунд, как показалось Кате, пришёл с бутылкой вина и бокалами. Поставил на прикроватный столик, разлил по бокалам.

— Ну, за начало нашей семейной жизни! – сказал, глядя на девушку своим магнетическим сине-зелёным взглядом.

Катя пригубила, улыбнувшись. Дрожь пробежала по телу, подчиняясь всё тому же взгляду, который ласкал и раздевал одновременно. Подключились и руки, которые ухватили подол платья и потянули его вверх. Катя послушно подняла свои руки. Дальше он медленно снял бельё и несколько секунд смотрел в приглушённом свете, который подстроил под них умный дом, на такое совершенное тело.

— Катенька, даже прикасаться страшно! Так и ждёшь окрика – не трогать руками произведение искусства! – сказал он восхищённо.

Потом медленно, чуть дыша, почти невесомо обвёл контуры всех выступающих частей, вызвав дрожь, стал покрывать поцелуями каждый участок тела, по его телу пробежала ответная дрожь, и он мгновенно оказался без одежды.

Притянул к себе уже не сдерживаясь, ту, что ждала этого с трепетом, уложил на кровать теперь уже два тела, слившиеся вместе и, подчиняясь безудержному желанию, заставил их обоих восходить на немыслимые высоты любви.

Глава 11.

А в нашем времени Катя, опустив голову, шла по коридору, как вдруг навстречу ей выскочила возбуждённая медсестра. Да и вообще в санатории творилось что-то непонятное. Бегали рабочие, суетился персонал, ко входу и подсобным помещениям подъезжали технические машины.

— Екатерина Викторовна, – сообщила ей медсестра. – Мы тонем в грязях.

— Как это? –удивилась Катя, хотя стала о чём-то догадываться.

— Все резервуары с грязями почему-то заполнились и теперь надо их откачивать, – кричала медсестра, уже не в силах скрывать возбуждение.

— И давно это? Почему все знают, а я нет, – несколько растерянно отвечала девушка.

— Вас не могли найти, – без намёка, без всякой подоплёки продолжила сотрудница. – Впрочем, не знаю, зачем я Вам это говорю. Чем поможете-то?

Катя побежала к резервуарам. Она поняла, что каждая минута на счету. И уже твёрдо знала, в чём тут дело. А это – её “благое вмешательство”. Желание устранить дефицит грязей. Но не зря же говорится, что благими намерениями выстлана дорога в ад!

У резервуаров работа кипела вовсю. Подведённые шланги выкачивали, вкачивали в цистерны грязи, в общем старались спасти положение, но им это плохо удавалось. Грязи прибывало больше, чем откачивалось. Катя увидела некоторые дорожки, специально выстланные гравием, чтобы там не скапливалась сезонная грязь,-- в грязи.

Сотрудники санатория и некоторые любопытные пациенты, которым не повезло, вляпывались, грязь оттирали травой с обуви. А некоторые в ряд стояли в сторонке и наблюдали, чем же закончится это почти стихийное бедствие.

Катя, увидев разрушительную картину, которую сама же создала, чуть в шок не впала от осознания своей вины. Но не до шока. Надо было спасать положение. Она зашла с той стороны, где её не видно будет и попыталась сконцентрироваться, чтобы прекратить подачу. Перекрыть все энергетические краны.

Не сразу, но ей это удалось. Работа пошла удачнее и быстрее. Лишнюю грязь откачали. Подвели моечные машины, которые стали из шлангов проливать дорожки. Вскоре последствия катастрофы были устранены. Паника спала. Остались только вопросы – что же случилось? Откуда взялось столько грязи?

Конечно, Катю никто обвинить не мог, но достаточно было того, что она сама себя обвиняла. Она потерянная, со скорбным выражением лица шла к кабинету.

— Екатерина Викторовна! – догнал её Евгений Павлович. – Не расстраивайтесь так! Всё же хорошо закончилось!

— Спасибо за поддержку, Евгений Павлович!

— Да что Вы! Ведь никто не пострадал!

Ещё бы кто-то пострадал, – отвечала Катя со страдальческим выражением лица.

— Милый доктор. Я впервые вижу Вас такой. Если будете расстраиваться по каждому поводу, то что скоро останется от Вашей чудной красоты? – продолжал мужчина.

Катя даже подозрительно посмотрела на него – а не подкатывает ли он к ней?!

Но Евгений Павлович источал только сочувствие и всем своим видом показывал только добрые намерения. И, тем не менее, манера выражаться выдавала в нём дамского угодника. Недаром же был самым галантным кавалером на их тематических и не только вечерах!

— Вы сегодня уже ходили на процедуры? – спросила она, но потом вспомнила, что заменила их на магнитотерапию.

— Нет,-- ответил тот.

— А и хорошо, а то бы тоже в грязи могли искупаться, возможно, – сказала девушка.

И только в кабинете Кате удалось, наконец, побыть наедине с самой собой. Она опустила голову на руки, сидя за столом, и прикрыла глаза. Навалилась усталость. Сказалась и бессонная ночь. Тут всё время вклинивались мысли об Игоре. Но главное, о её просчёте. Почему не продумала, чем такое вмешательство может закончиться?

Да были благие намерения, но нужны знания, а намерения потом. Надо сначала получше изучить этот мир, во всяком случае, свои обязанности, прежде, чем вмешиваться со своими технологиями и возможностями.

Уже было обеденное время и Катя ощутила чувство голода. Она подумала о том, что сумев создать какое-то количество грязи, может и создать себе блюдо?

— Нет, – одёрнула тут же себя. – Уже попробовала.

Но другие мысли отвергали осторожность:

— А что случится? Это же не для других, а для себя только. Кому, кроме себя можешь навредить?

Катя вняла этим мыслям, кроме того хотелось реабилитироваться перед собой, отвлечься или, просто, банально хотелось есть. Идти в столовую было выше её сил – глаза не могла поднять от стыда.

Она сосредоточилась и стала создавать то, что уже готовила. Картофель тушёный с мясом. В воздухе после определённых усилий стало проявляться желаемое блюдо. Но тут дверь в кабинет открылась и перед глазами Кати предстало уже не блюдо, а перекошенное от удивления и ужаса лицо Верочки.

— А-а-а! – закричала та и побежала по коридору. – Ведьма! Люди, она ведьма!

Сотрудники, попадающиеся по пути, стали отлавливать обезумевшую женщину.

— Кто её впустил сюда? – спросила подбежавшая старшая медсестра. Её надо было в психушке запереть! Но теперь уж точно. Иначе и нам всем не поздоровится.

Верочку скрутили и увели в неизвестном направлении.

Глава 12.

На самом деле она пришла, узнав от позвонившей подруги о скандальном случае, произошедшем в поликлинике. Зачем зашла к Кате, самой было не понятно – то ли хотела извиниться, то ли наоборот поглумиться, то ли доказать что-то, то ли просто потому, что преступника всегда тянет на место преступления. А Верочка постоянно устраивала Кате каверзы, так же, как и последнюю – попытка соблазнения Игоря и дальнейшая попытка обвинить его в изнасиловании.

Она уже знала, что Игорь оправдался, но это обстоятельство только усиливало злость женщины. Такие, обычно не понимают, что как аукнется, так и откликнется, а если в итоге получают откат, то не понимают за что.

И теперь, усмирённая, но пылающая ненавистью, продолжала строить планы мести. А та, кому предназначались все её усилия, то есть Катя, в это же время пыталась убрать следы своего неудачного опыта. То, что ей удалось воссоздать, было похоже на клейкую, липкую массу такого же цвета, как и те самые пресловутые грязи. А попробовать на вкус вообще не решилась.

Она всеми силами старалась уничтожить следы. Сняла полотенце возле умывальника, вытерла им всё испачканное и сбросила в мусорку. Вымыла полотенце, снова вытерла. И так несколько раз, пока на полу ничего не осталось. Постиранное полотенце скоро высохнет и санитарка уберёт его, поменяв на новое. Вот только нельзя убрать следы всего происшедшего из сознания.

Обеденный перерыв давно закончился, но рабочий день продолжался, и Катя, голодная и всё ещё не пришедшая в себя, продолжала встречаться с пациентами. К ней в кабинет заглядывали и сотрудники, чьё отношение явно изменилось в сторону потепления.

Ей сочувствовали в связи с Верочкой, наговорам которой раньше верили. А теперь мучило раскаяние. Заглянула опять сестра физиокабинета.

— Екатерина Викторовна! Посмотрите пациента, пришедшего на физиотерапию. Аппарат почему-то не работает. Может быть будет возможность опять поменять назначения?

— Да сколько можно менять, Анна Фёдоровна!? Мне кажется, он уже устал и будет недоволен, – озадаченно сказала Катя.

— Ну, посмотрите, может быть ещё что придумаете?! – сказала медсестра уже у двери, зная, что Катя не оставит без внимания её просьбу.

Катя вошла в кабинку, где лежал Евгений Павлович в ожидании хоть кого-то, кто, наконец, подойдёт к нему.

— А вот и Вы!-- недовольно сказал он. – Не прошло и полгода.

— Ну а ко мне-то какие претензии? Или есть?

Катя понимала, что человек, расстроенный и больной, ищет причины своих несчастий. А, если не находит, то пытается их свалить с себя и перевалить на другого. Она привыкла, что работать приходится с больными людьми и была готова к этому. Поэтому не обиделась.

— Прибор почему-то не работает, но сейчас поколдуем немного, – сказала это в шутку, но в связи с недавними обвинениями женщины, которую все посчитали больной, слово поколдуем приобрело двусмысленное значение.

Евгений Павлович опасливо посмотрел в её сторону.

— Ну-ну,-- сказал он.

— Евгений Павлович! Что случилось? Мне показалось, что Вы ко мне хорошо относитесь, что же изменилось?

— Вот именно хорошо! А что в ответ?

Катя сделала вид, что не поняла намёк.

Почти старик, а туда же. Она сосредоточилась, посмотрела на кнопки, попыталась подергать за рычаги, подкрутить их, но только вызвала своими действиями тревожное мигание лампочек.

— Что это? – крикнул пациент.

Катя в панике, но требовалось сконцентрироваться, чтобы использовать свои способности для включения приборов. Ведь с токами - то умеет работать!

Только то, что случилось потом превзошло даже невозможное, – пациент поднялся в воздух и продолжал там висеть, будто лежал на кушетке. От неожиданности и осознания невозможности всего происходящего, только молча вращал глазами и не мог вымолвить ни слова. Из открытого в ужасе рта вырывалось сиплое шипение.

Катя хотела вернуть всё обратно, но паника – плохой помощник. Тогда, обессиленная, присела на кушетку. Мышцы сами по себе расслабились, не в силах выдерживать напряжения, мысли спутались, и Катя чуть сама не потеряла сознание.

Но тут краем глаза увидела, как пациент медленно опустился на кушетку. Оказавшись в своём привычном состоянии, он вскочил и с вновь обретёнными силами и возможностями бурно реагировать выбежал из кабинки.

Глава 13.

Но это ещё не всё на сегодня. Те поля, которые сдвинулись в результате её воздействия, сказались и на других приборах. Некоторые перегорели. А вот, что случилось в кабине электрофореза. Там у женщины было назначено введение лекарств с помощью приборов.

Она не первый раз проводила эту процедуру и поэтому теперь в полусонном состоянии спокойно лежала себе на кушетке и думала о чём-то своём. Вдруг женщину насторожило лёгкое пощипывание в груди. Она тронула это место ладонью и закричала от ужаса. Золотой кулон исчезал прямо на глазах. Нет, не быстро, но заметить можно, тем более уже половина его исчезла. Место исчезновения было таким ровным, будто срезанным острым, расплавленным ножом.

Женщина переводила взгляд то на кулон, то на прибор, который горел странным оранжевым светом и гудел при этом, как ядовитое насекомое, пережёвывающее свою добычу.

— Скажите, что это мне только снится! – пролепетала женщина вошедшей в кабину Кате.

— К сожалению, нет, – честно ответила Катя. – Но такого, что произошло, быть не должно. Видимо какой-то сбой в электромагнитных полях. Но ведь и Вы сами тоже виноваты. Не соблюдали технику безопасности. А мы предупреждаем всех, чтобы снимали на время процедур весь металл с себя. А сейчас надо успокоиться и выйти отсюда.

— А что с моим кулоном? Со здоровьем, в конце концов. Ведь золото никуда не испарилось, а вошло внутрь меня.

— С вашим кулоном… К сожалению, восстановить его нельзя. Поэтому, честно скажу – не знаю, что делать. А вот в отношение здоровья можете не волноваться – золото только полезно. За границей даже готовят различные дорогие кулинарные изыски с растворённым золотом. Египетские врачи в древности много работали с этим металлом и достигли значительных успехов. Я ещё много чего слышала замечательного о двухатомном золоте, но пересказывать не буду, потому что это непроверенные факты.

— И это всё? – спросила женщина, видимо ожидающая немедленной компенсации.

— Да! Всё, что сейчас могу Вам сказать.

Женщина развернулась и вышла, хлопнув дверью.

Как же у Кати было тяжело на душе! Она добрела кое-как до своего кабинета, переоделась, так как рабочий день уже закончился и согбенная, словно держала на спине груз всего мира, пошла домой. Не хотелось сейчас ни о чём думать. Но очень хотелось спать. Поэтому, придя домой, не поев, даже не раздевшись, плюхнулась на кровать и сразу же уснула.

Только утром сумела кое-как разлепить веки. Наскоро выпила чаю с бутербродом и пошла на работу. Там, конечно, как и предчувствовала, её ждал вызов к главврачу.

— На Вас, Екатерина Викторовна поступили жалобы от Евгения Павловича, который обвиняет Вас в колдовстве и от.., – и он назвал фамилию женщины, у которой растворилась часть кулона.

Катя не знала, что сказать в своё оправдание. Ведь по сути она действительно была виновата. А как объяснить то, что произошло, не знала. Как можно сказать, что она из будущего? Да и не поверит никто – настолько невероятно. Сказать, что проявились какие-то скрытые прабабкины ведьминские способности? Кстати, это будет более похоже на реальность. Может, так и сделать?

— Конечно, его обвинения, то есть Евгения Павловича, больше смахивают на мракобесие, но ведь есть же что-то…

— Вячеслав Иванович, у меня..,-- начала Катя.

Тут в кабинет вошла медсестра, которая вчера просила Катю о помощи.

— Вячеслав Иванович! Хорошо, что Екатерина Викторовна здесь. Это я виновата, – запыхавшись проговорила она.

— Не понял, в чём Вы виноваты? – спросил он.

Действительно непонятно, что хотела сказать сотрудница.

— Это я попросила вчера Екатерину Викторовну что-то придумать. Приборы не работали. Пациент был на взводе, и я скинула всю эту галиматью на доктора.

Катя благодарно посмотрела на медсестру. К плохому привыкнуть можно и не реагировать на него слишком эмоционально, а вот к такому неожиданно хорошему… Она отвернулась, чтобы не показать слёзы умиления, но окружающие всё поняли.

_Ой, беда с вами, вздохнул Вячеслав Иванович, но что же делать с пациенткой, которая просит компенсацию по поводу утерянного кулона? Ведь всё же наши приборы так или иначе виноваты. Конечно, мы можем сказать, что это она сама виновата, не сняла, хотя ей говорили.

Но это опять суды. Тягомотина. А потом слухи всякие. Журналисты мусолить будут. Да к тому же стоимость такую заломила, что если мы сложим пожертвования ото всех наших сотрудников, то всё равно не расплатимся. Сказала, что в кулоне был огромный бриллиант. Представляете, самое твёрдое вещество на Земле испарилось!?

— Вячеслав Иванович! Я тут больше виновата, поэтому и отдавать мне, – решительно сказала Катя и, сославшись на головную боль, вышла.

Глава 14.

Игорь после расставания с Катей был несколько угрюм, но утешался тем, что скоро увидятся, и то что он сейчас делает, нужно будет им обоим. Хотя бы деньги. У него были, конечно, сбережения, но он их почти все успел потратить за эти прошедшие сутки.

Развернул бурную деятельность – заказал новую обстановку для квартиры, чтобы порадовать Катю. Это влетело в копеечку. Назначил дату свадьбы и заказал её оформление довольно дорогой фирме.

Естественно, арендовал ресторан и выбрал ресторанные блюда. Попросил друзей купить свадебное платье, костюм, кольца! Да много всего. Вот так и получилось, что в результате этих заказов ушли все деньги.

Но надо ещё и тренироваться. Как только вышел на ринг, то почувствовал, что и не уходил – настолько приятно было оказаться в форме, что сразу же с удивлением отметил тренер.

— О! Не иначе, как Катино влияние, – сказал он.

Игорь спорить не стал, потому что и сам считал так. Тёплая встреча с друзьями, расспросы, потому что все уже всё знали. Да Игорь и не планировал скрывать. Ребята только немного обиделись, что сразу не раскололся.

— Разве так друзья делают? – укорил Никита. – Ты сначала должен был показать свою Катеньку нам. Мы бы разобрали её по косточкам и, может быть, наложили своё вето.

А, ну тогда всё в порядке. Значит не обиделись.

— Познакомлю ещё. Уверен, что вам понравится. Катя не может не понравиться. Если не верите, спросите у Сергеевича.

— Да Сергеич уже все уши прожужжал, что таких девушек вообще не бывает. Не пожалел нас.

Любопытство усилилось, а оно валит получше любого боксёра.

— Игорь на подъёме. Так что берегитесь, враги, – предупредили друзья всех присутствующих.

Конечно, это сказано в шутку, но в каждой шутке, как известно есть доля истины. Игорь хотел бы поторопить время, чтобы побыстрее победить их, этих самых врагов, но время – величина неизменная. И перенестись в прошлое или будущее нельзя, так же, как ускорить или замедлить его, как думал Игорь, впрочем, как и большинство людей. Но очень уж хотелось поскорее воссоединиться со своей Катенькой.

Вот только беспокоило, что Катя не отвечает на звонки. Да, прошли сутки после их расставания. Игорь много раз звонил, но ответа так и не получил. Сердце ныло, как будто что-то случилось.

— У меня всё спокойно, даже можно сказать хорошо. А вот у Кати – неизвестно.

И он решил, несмотря на все уговоры тренера, всё выяснить самому.

— Слушай, Сергеич, я взрослый, ответственный, как ты говоришь, человек, так что отговаривать меня бесполезно. Если я решил пойти к Кате, то пойду. Ну пойми же ты меня. А вдруг что случилось?! Ведь, не случайно же она не отвечает. Не могла же забыть меня или вдруг отказаться за какие-то сутки.

— Всё бывает,-- уклончиво сказал Сергеич, чем ещё больше усилил нетерпение.

Игорь стал пропускать самые элементарные удары. Было видно, что мыслями не здесь.

— Ну ладно, иди уже. От тебя сейчас всё равно толку нет, – разрешил Сергей Сергеевич. – Только завтра, как штык, здесь.

И вот, ещё не закончился рабочий день Кати, а он уже ждал у её дверей, и когда она подошла и увидела Игоря, то обессиленно упала ему на руки. Взял ключ, выпавший из рук, открыл дверь и внёс в квартиру драгоценную свою ношу.

Глава 15.

Когда Катя очнулась, то увидела сидящего возле неё Игоря, прикладывающего мокрое полотенце к её лбу.

— Игорь! – выдохнула она. – Будто тысячу лет тебя не видала!

Вот оно, время, о котором размышлял сегодня Игорь. А ведь и чудес никаких не надо, чтобы замедлить или ускорить его. Иногда день тянется, как годы, а иногда годы протекают, как один день – всё зависит от восприятия человека, от его счастья или несчастья, любви или нелюбви.

— Что-то определённо случилось, – подумал Игорь.

Он чуть ли не насильно накормил её бутербродами с сыром и колбасой, напоил сладким чаем, что, вероятно, было даже важнее, потому что чистая глюкоза быстрее всосётся.

Катя молчала. Только тихо улыбалась и не сводила взгляда с любимого.

— Боже! как же я её люблю! И сильную – победительницу, и таинственную – со своими неведомыми способностями, и такую, как сейчас – слабую и беззащитную, –думал он.

Потом взглянул ещё раз на Катю и произнёс:

— Ну, рассказывай, что случилось?! Ты хоть включала телефон? Видела, сколько там моих звонков?

Катя запоздало посмотрела и стыдливо извинилась. Потом рассказала обо всех происшедших за эти сутки событиях, стараясь ничего не упустить и не утаить. Ей надо было выговориться. При всём этом пришлось коснуться своих необычных способностей и волей неволей объяснить, откуда они у неё.

Конечно, поверить в это было сложно, но пришлось, потому что не мог не верить любимой. Кроме того, как по другому объяснить все факты, которые уже несколько дней не давали покоя!?

— Да! Всё это необычно! Но случаются чудеса. А моё чудо – это ты. И я считаю, что прибыла в нашу реальность специально для меня. Даже страшно представить, что бы было, если б этого не случилось!

— Как? А та, другая Катя, которая жила здесь вместо меня, или я сейчас вместо неё – уже запуталась. Ведь полюбил-то ты изначально её, а не меня.

— Это была только твоя заготовка, – ответил Игорь. – Я предчувствовал тебя в её образе. К тому же она не любила меня. И рано или поздно я бы это понял. А жить с нелюбимым или нелюбимой или той кто тебя не любит, или тем, кто не любит тебя – ужасно. Я правильно сказал?

Он облегченно улыбнулся, высказав, наконец такую трудную фразу. Катя улыбнулась ему в ответ и потянулась для поцелуя. Поцелуй был, но нежный, бережный, потому что для другого не место и не время.

— Что же делать дальше?-- спросила Катя.

— Я придумаю, где достать деньги, не думай об этом. Сейчас тебе надо поспать, а я рядышком прикорну. Буду твой сон охранять.

Катя улыбнулась, смотрела на Игоря, который гладил её по голове, как маленькую. И внезапно стало так легко, как действительно бывало в детстве, когда мама гладила её по голове – давно забытое ощущение. Но оно было, потому что и в будущем забота твоих близких всегда снимает твои собственные заботы. Хочется просто уснуть и видеть счастливые сны, в которых всё чудесным образом разрешается.

А теперь Игорь был для неё всем – и мамой, и папой, и временем, и Землёй, и целой Вселенной.

Глава 16.

На следующее утро Игорь убежал на тренировку, а Катя на работу. Но вопрос, где добыть денег, не исчез. Катя не знала, как это сделать в теперешнем мире. Продать что? Вся обстановка в квартире теперь была её навсегда – они с Катей 1 договорились. В принципе, у неё много всякой дорогой техники. Можно попробовать продать что-то из неё. Надо поспрашивать на работе, как это сделать. Да и из сотрудников кто-то взять может.

Но почему же сердце так неспокойно?! Наверное потому, что сегодня утром уловила в поведении Игоря что-то настораживающее, будто он задумал чего. Катя продолжала работать – обязанности с неё никто не снимал, но думы все с Игорем. Пробовала звонить – не отвечает. Значит, совсем дело плохо. Хотя что это она, Игорь может быть на тренировке, а телефон в раздевалке! Но сердце подсказывало, что это не так.

Она стала просматривать новости из соцсетей с мыслью, что поймёт, если будет какая зацепка. Наткнулась на боксёрский блог. Там выяснила, что известный боксёр Игорь Стрельцов вернулся к тренировкам и планирует участие в соревнованиях. А в другом блоге выудила другую информацию, что Игорь Стрельцов выставил свою кандидатуру для участия в боях без правил, которые должны состояться сегодня.

Что-то толкнуло узнать побольше об этих боях и правильно, потому что после этой информации решила отпроситься и бежать останавливать Игоря – это он ради неё ввязался в авантюру.

Катю отпустили, тем более, что после всего пережитого ей полагался отгул. Она принялась спрашивать у мужчин в санатории, где проходят бои без правил. Узнала меж расспросами, что это запрещённый вариант, и настоящие спортсмены там обычно не участвуют.

— А почему?-- спрашивала Катя.

— А потому, что это бои без правил, – отвечали ей.

— А в чём опасность боёв без правил? – продолжала интересоваться дотошная Катя.

— А в том, что часто это бои на выживание, – просвещали её.

Катя с усилившейся тревогой ринулась туда, куда указали. Это был торец старого кирпичного здания с железной кованой дверью. Катя попыталась войти туда ,с силой потянув за грубую массивную ручку, но путь ей преградили два парня неприятной наружности.

— Куда собралась, красавица? – спросил развязно один из них.

— Хочу бои посмотреть, – бесстрашно ответила Катя.

— А пропуск у тебя есть? – так же продолжал напирать парень.

— А какой пропуск должен быть? – ответила Катя.– Скажите, может быть достану!

— А теперь уже не достанешь. Его достают заранее, – продолжал парень.– Ну, мы можем договориться.

Он взглянул на начинающую что-то понимать Катю и потянул руку к её груди.

— А! Сейчас договоримся! – сказала Катя. – Послушай сначала, что тебе скажу и пусть твой друг послушает.

Она взглянула на этих двоих, которые обратили к ней всё своё внимание, сконцентрировалась и широко раскрыв глаза впустила в них какую-то невиданную энергию. Парни застыли, как в мифе о Медузе Горгоне, которая превратила их в камень.

Катя вошла в дверь. Бои были в разгаре, потому что уже далеко за полдень, а начало с утра. Игорь Стрельцов прибыл неожиданно, чем сильно обрадовал устроителей. И они неожиданно изменили сегодняшнюю программу, объявив, что любой желающий может сегодня выступить против чемпиона. Он один против всех.

В принципе, может быть и по другому. Если кто выигрывает, тот продолжает биться до победы с новым желающим. И так, пока не останется один, и желающих больше не будет. Один, то есть победитель, и получает весь куш. О конце боёв возвестит гонг.

Вошедшая Катя увидела Игоря, который стоял на ринге весь в ссадинах и крови. Он уже не первый час выдерживал желающих побить чемпиона. Казалось, уже все закончились, но в последний момент на ринг поднимался новый, и представление продолжалось.

Ставились ставки, пахло потом, грязью, человеческими испарениями, отрыжкой лука, чеснока и выпивки, а главное деньгами. Для грязных денег всё это и устраивалось. Бывало, что кто-то из боксёров и погибал. Но с этим индустрия боёв без правил научилась справляться. Механизмы утилизации были отлажены.

Катя видела, что Игорь на пределе. Он уже еле стоял, покачиваясь, но держался и, видно, ещё долго способен держаться. Уже ставились ставки на то, сколько он выдержит. А что будет дальше, после того, как не выдержит, мало кого интересовало.

В воздухе сквозь смог прорывались звуки ударов, стонов, вскриков, смеха, угроз, грязных ругательств. Катю тошнило, но больше от мысли, что назревает что-то ужасное, что она остановить не в силах. Чувствовала состояние Игоря, насколько ему больно и трудно. Она попыталась прорваться мыслью к его сознанию, но не удалось, потому что само сознание было уже спутанное.

Катя пробиралась ближе, сквозь потные, разгорячённые тела. Её отталкивали, не пускали, но где-то подныривая, где-то протискиваясь, девушке удалось подобраться к канатам. Вдруг она увидела Ника. Он поднёс Игорю бутылку с водой, куда перед этим насыпал горсть таблеток… Катя увидела это… Игорь взял.

Ужас сковал сначала все члены Кати, потом наоборот раскрепостил, чтобы все силы, которые были у девушки собрались в одну:

— Игорь! Не пей!

Но Игорь уже успел сделать глоток. В проблеске сознания и последнего прощания он взглянул на Катю и стал медленно валиться на ринг. Вообще всё замедлилось. Жесты людей, перекошенные рты, вращающиеся глаза. Катя в этом замедлении успела подхватить любимого.

Она поняла, что в бутылке был клофеллин, потому что успела прочитать об этом любимом средстве воров и проституток. Выхватила у кого-то бутылку с чистой водой, положила тело Игоря себе на колено, а дальше стала тут же промывать желудок. Кроме того все свои целительские способности применила, все энергии, вложила всю свою любовь.

Для посторонних её действия воспринимались, как метания солнечного зайчика, переводимого кем-то с одного предмета на другой – настолько время для неё и всех остальных текло по-разному.

Катя склонилась к Игорю и поцеловала его со словами: “Что ж ты наделал, глупый! Зачем же решился погубить нас с тобой! Ты же знаешь, что я тоже умру, если тебя не будет”. Игорь открыл глаза, которые стали проясняться, сознание возвращаться, как и силы. Потому что Катя отдала ему свои.

Они встали вместе среди всеобщих рукоплесканий. Люди поняли, что произошло. Они даже поймали Ника и устроили суд Линча. А Игоря вместе с Катей вынесли из помещения на руках. Кто-то собрал деньги, вытребованные у главарей заведения. Да те и не сопротивлялись. Слишком большая шумиха получилась.

Глава 17.

Катя проснулась первый раз за всю жизнь не одна, а рядом с мужчиной – прекрасным мужчиной, любимым мужчиной. Она потянулась к нему, вспомнив всё, что было между ними ночью. Легла на спину и попыталась снова представить что было и как было. А потом подумала:

— Зачем представлять? Надо продолжить.

Положила голову на грудь спящего Дениса, который раскинув руки, улыбался и что-то бормотал. Он обнял Катю не проснувшись. И, поняв, что его не разбудить, Катя пошла в ванную. А потом, возвращаясь и проходя мимо водопада, решила постоять под ласкающими струями.

— Пусть Денис ревнует! – думала Катя. – Меня могут ласкать не только его руки.

— Катя, – послышалось ей где-то рядом.

— Вот именно, что послышалось,-- подумала Катя никого не обнаружив.

— Катя!

Катя вышла из-под водопада, оделась и как можно тщательнее осмотрела всё вокруг. Опять никого. Но голос перестал играть в прятки, которые, вероятно, его всё же забавляли.

— Катя, это я, Йе! Я за стеной. Я тебя не вижу, не беспокойся, но чувствую, что ты тут рядом. У меня прекрасно развито чувство, как у кошки, например, которая ощущает хозяина за … Ну не знаю точно за сколько. Знаю, что далеко. Но речь не об этом. Здесь за водопадом тоже есть дверь. Подойди. Увидишь!

— Что заставило моего друга прийти в столь ранний час? – спросила Катя высоким штилем литературных произведений прошлых веков.

Хотя, что назвать “прошлых веков”? Далеко прошлых веков, так будет правильнее.

— Катя, –продолжал Йе. – Назревает что-то серьёзное! Я чувствую это, как кошка землетрясение.

— Придумываешь, Йе! – сладко потянувшись, сказала Катя.– Я так чувствую бесконечное счастье впервые в жизни.

— Рад за тебя. Но твоё счастье висит на волоске,-- продолжал обеспокоенно Йе.

— Но что у тебя есть, кроме предчувствия? - наконец решила приблизиться к проблеме Катя, но больше для того, чтобы отвязаться от Йе.

— Катя! Кроме предчувствий тоже предчувствия. Я видел сегодня доли, – не отказывался от своей идеи рассказать всё Кате Йе.– Выходи сюда. А то не очень хочется разговаривать с тобой через стену.

Катя нашла дверь и вышла на простор. Подумала о том, что то, что снаружи почти не отличается от того, что внутри, – только количеством пространства.

— Пройдём в лес, я не хочу, чтобы наш разговор услышали, – шёпотом продолжал Йе.

— Да кого ты боишься? – продолжала удивляться Катя.

— Послушай, чего не знаешь. Там, где мы живём, в том самом изолированном месте, кроме нас живут ещё и доли. Это люди, которых радиация изменила в другую сторону – они выглядят, как длинные голубые тени. Развивались все эти долгие годы по другому пути, не подконтрольные ни вашему правительству, ни искусственному разуму.

— Понимаю, – начинала вникать в проблему Катя.– Это, как японцы после второй мировой войны, закрытые от всего мира стали интенсивно развиваться по своему пути.

— Так вот, – продолжал Йе. – Доли приобрели сейчас достаточно могущества, чтобы взять всю слишком рафинированную и благополучную Землю под свой контроль. Земляне уже не знают, что такое защищать себя. Кроме того слишком много отдали под контроль искусственному разуму. Они считают, что достигли всеобщего благоденствия и не смогут понять, что оно сейчас висит на волоске. Вот почему я сказал при нашем знакомстве, что хорошо, что ты не такая.

Катя насторожилась. Она понимала о чём говорил Йе. Ей интуиция тоже подсказывала, что вокруг что-то не так. А если недоброжелательные силы задумают сделать то, что говорит Йе, то теперешняя Земля просто не справится. Для Кати Земля была, есть и будет домом, и ей не хочется, чтобы она попала под власть каким-то диктаторам.

— Рассказывай Йе, какие ещё мысли?! – теперь уже обеспокоенно спросила Катя.

— Я думаю, что ночью должен случиться переворот. Наблюдаю какую-то суету. Следи за Корэлом. Мне не нравится, что он затаился. Не нравятся его настроения. Мне кажется, что он тоже будет принимать участие в перевороте, как и все недочи.

— А кто такие недочи? – спросила Катя.

— Это так называются модели, которые созданы людьми, но людьми не стали. Но не стали и животными. То есть –они как бы между. Согласись, это может быть обидно, – рассказал Йе.

— Соглашусь. Я и раньше об этом думала, – сказала Катя.--Дальше! Пока ты выстраиваешь достаточно реальную картину того, что может быть.., – говорила обеспокоенная Катя.

— А дальше давай думать вместе.

Глава 18.

— Надо подключить Дениса! – начала Катя.

— Дениса подключать придётся в любом случае и постараться делать это интенсивнее. Потому,что без него ты мне не помощник – всё равно постоянно будешь о нём думать.., потом, что мы с тобой вдвоём можем сделать против… Я даже не знаю сколько их, кто входит в эту группировку, скажем так.

— Да, ты прав, – ответила Катя. – Без Дениса я теперь даже думать не могу. Ну и потом, он сильный и умный. Он знает, как здесь всё устроено, а мы с тобой нет.

— Ну не совсем. Перед тобой полномочный представитель нашей расы. Я не случайно здесь в наблюдателях – самое подходящее место. Безопасное. Никто тебя не принимает всерьёз. А на самом деле, начну с того, чтобы ты знала, как всё устроено. На Земле остаётся и правительство, несмотря на то, что полномочия, и достаточно большие, оно передало ИСРАЗУ.

Катя поняла теперь, что означает ИСРАЗ. Она начала, независимо от себя тоже что-то придумывать.

— Так вот,-- продолжал Йе.-- Все практические моменты нашей жизни, как например – поддержание температуры, влажности, обеспечение пищей, одеждой, информацией, медициной, жилищем, в конце концов, всё отдано во власть ИСРАЗА.

— Я так понимаю, что и полицейские функции тоже? – спросила Катя.– Такие, как отслеживание тех элементов, которые угрожают порядку?

— Да! – Ответил Йе. – Через чтение мыслей это не составит труда. Но доли не дают себя прочесть. Они же закрыты для этого мира.

— Так же, как и мы с тобой, – подтвердила Катя.

— Да, поэтому я и говорил, что это хорошо. Иначе бы нас с тобой сейчас уже вычислили, – продолжал Йе. – И мне кажется, нет, я даже уверен в этом, что доли нашли способ войти в сговор с ИСРАЗом. Не знаю, как. Это нам и предстоит сегодня выяснить и чем быстрее, тем лучше, потому что я просто физически чувствую, что время поджимает.

Теперь и Катя чётко ощущала это. Просто раньше не прислушивалась как следует к своим ощущениям, не воспринимала их серьёзно или отбрасывала от себя.

— Мне кажется, Катя, что Корэл и ему подобные вовлечены в процесс. Ты не просто следи за ним, но и опасайся, потому что он, как раненый медведь особенно опасен. А к тому же Катя создала его, как умного и сильного мужчину.

— Согласна! – угрюмо буркнула Катя.

— А вот отчаиваться не надо, – ободрил Йе. – Нам нужны твои свежие и деятельные мозги. Это ты только кажешься слабой, а на самом деле достаточно смелая и находчивая.

Катя только благодарно улыбнулась Йе и пошла в дом.

— Я на связи и всегда здесь, – крикнул вослед Йе.

Катя вошла в квартиру так же, как и вышла – через обнаруженные двери. Это оказалось удобно, особенно в данной ситуации, тем более, что Корэл о них ничего не знал. Такое заключение Катя сделала потому, что, когда после свадьбы Корэл встретил их, то встретил у дверей лаборатории, а не здесь. Подошла к спящему Денису.

Волосы его разметались по подушке, между ногами застряла смятая простыня, как на картине у Самсона.

— Но я не трону твои чудесные волосы, – ласково сказала Катя, склонясь над любимым.

Она откинула прилипшую прядь с его лба и поцеловала это место. Потом принялась целовать дальше: закрытые глаза, равномерно выдыхающий и вдыхающий воздух нос, улыбающийся рот. Здесь задержалась подольше. Поцеловала ещё и ещё, дольше, чувствуя нарастающее возбуждение. Плотно прижалась к такому желанному телу, которое тут же резко откликнулось.

Оно схватило Катю, как сетка птичку и прижало её к кровати. Теперь уже Денис целовал девушку. Долго, страстно. Начались ласки до неистовства. Опять случилось чудо и опять, и опять. И когда они, обессиленные, слегка отстранились друг от друга, впрочем, потом снова тут же потянувшись навстречу, и опять стало нарастать возбуждение, Катя резко встала.

— Нет, Денис, это так восхитительно, что я не могу оторваться, – начала Катя.

— Так же, как и я. Иди ко мне! – позвал он жалобно, протянув руки.

— Нет, Денис, – твёрдо и серьёзно сказала Катя. – Вставай! Сейчас позавтракаем. А потом у меня к тебе серьёзный разговор.

Мой серьёзный разговор – это ты, – ответил Денис, полуприкрыв глаза и магнитом своего взгляда пытаясь вернуть Катю к себе.

— Ах ты хитренький, – рассмеялась Катя. – Ты знаешь силу своего взгляда и пользуешься им.

— Да,-- ответил Денис потянувшись, так, что под кожей заиграли упругие мышцы. – И не скрываю этого. Иди ко мне. Иначе сам поймаю.

— Милый мой! Любимый! Мне тоже не хочется никуда от тебя уходить, но возникла острая необходимость! – обратилась к нему Катя. – Всё будет после…

Глава 19.

Они молча позавтракали, поглядывая друг на друга. Катя знала, что у него на уме, поэтому сразу решила переключить тему.

— Ну, как тебе мой выбор? – спросила она.

— Хоть яд из твоих рук, дорогая,-- ответил он, призывно улыбаясь.

— Не уходи в сторону от предстоящего разговора! – попросила Катя, тоже улыбнувшись.

— Ну вот что ты сейчас сказала?! Как я могу уйти в сторону от того, чего ещё не знаю? – спросил он иронично, но по-прежнему улыбаясь.

— Улыбаешься! Но сейчас тебе будет не до улыбок! – ответила уже сердясь Катя.

— Ты меня бить собираешься? – спросил Денис, изогнув бровь.

— Денис! Перестань дурачиться! Никак не могу из-за тебя приступить к разговору.

— Ну ладно, слушаю,-- ответил он, милостиво сделав серьёзное выражение лица.

— Назревает переворот! Не перебивай меня, – приказала сердито, увидев, что Денис опять готов всё перевести в шутку.

Денис молча посмотрел на неё виновато.

— У меня появился новый знакомый, Йе, из зоны отчуждения, – начала она.

— Знаю, я же следил за тобой раньше.

— Так вот, он и сообщил, что активизировались доли и недочи, – сообщила Катя.

— Ты уже и о них знаешь? – удивился Денис. -- Впрочем, о недочах ты не можешь не знать. Ведь и моё тело из них. А теперь моё прежнее тело стало одним из них.

— Да, дорогой, к сожалению или к счастью – не знаю как и сказать. Но это часть твоей и моей теперь уже действительности. Так вот, Йе говорит, что они что-то готовят. Что он здесь не просто так и знает на что способны доли. Что они как-то сумели вступить в сговор с ИСРАЗом. Как ты думаешь, это возможно?

— В принципе, возможно. Я тоже думал, почему доли так тихо себя ведут. Исходя из натуры человеческой и их положения на задворках цивилизации, они должны быть недовольны своим положением, – задумался Денис.

— Вот видишь! Если логически возможно, то возможно и в действительности, – продолжила Катя.

— Да, но почему я ничего такого не вижу?

— А потому, мне кажется, что ИСРАЗ своими методами закрывает тебе глаза, как бы накладывает невидимую повязку.

— Ну да, – согласился Денис. – А вы с Йе ему не подвластны, потому что он не может ни мысли ваши читать, ни передать что-то мысленно. Согласен. Это может быть серьёзно.

— Я предлагаю поехать в резервацию, или, как там это у вас называется, и поговорить с Дэном. Он же не обычный недоч. Поскольку эмоций, которых у тебя было много, ну да и есть - есть, не будем отвлекаться.., так вот, благодаря оставшимся у него эмоциям мы можем заполучить его в союзники. Подумай сам. Нас так мало, а их… Короче, чем больше союзников, тем лучше.

— Да, мой генерал, – ответил Денис. – Согласен. Или как там надо говорить по-военному, есть?

— Денис, не до шуток! Поедем?

— Да, дорогая, ты права! Если всё так, как ты говоришь, каждая минута на счету.

— Да, Корэла надо нейтрализовать. Он опасен, – с сомнением сказала Катя.

— С этим я тем более согласен, но ничего поделать мы с тобой не можем. Он же не робот, чтобы его просто выключить. И связать его мы тоже не можем, потому что это насилие над личностью. А у нас тут такое не принято, – сказал Денис. – Но что-то нужно придумать. Давай пока попросим Йе понаблюдать за ним, а сами срочно поедем. Будем следовать твоему плану. Стратег ты мой!

Катя покраснела.

— Я вынужденный стратег. Мне это не свойственно.

— Да знаю я всё, не смущайся, – утешил Денис, поцеловав её.

— А Йе ничего говорить не надо. Он сам всё знает и получше нас с тобой.

Глава 20.

Денис и Катя приехали в то место, которому не дали названия, где находились пока что не устроенные никуда недочи. Работу для них было сложно найти, потому что в устроенном, благополучном обществе изжили себя все профессии по производству, по обслуживанию, в сфере информации, за некоторым исключением, в медицине, тоже за исключением каких-то сфер. Много требовалось творческих работников.

Только от творчества зависел прогресс, его техническое и технологическое обеспечение брали на себя механизмы или что-то похожее. Творчество в науке, искусстве, социологии, везде. Конечно требовались и первооткрыватели и люди для освоения открытых планет, так же как недочи.

Вот здесь им применение. Но не только. Секретари людям тоже требовались, причём сфера деятельности секретаря очень обширная, вплоть до контроля всех процессов дома и работы, в итоге, и контроль или его средний уровень, процессов в экономике, природе и т.д.

Политики… Политики, как представители одной из древнейшей профессии, требовались всегда, впрочем, как и представители этой самой профессии. Всего и не перечислишь. Человеческое общество – сложный организм.

Вот и теперь, политики должны быть обезврежены в первую очередь, если планировался переворот. Поэтому после встречи с Дэном требовалось поехать в Дом Правительства.

Дэна нашли сразу. Денису надо было только кликнуть – и вот он перед ними. Кате было неприятно видеть его, потому что трудно сразу перестать воспринимать уже не тем Дэном, с которым разговаривала только вчера. Она путалась в этих вещах. Сердце не принимало. Денис, видя и понимая её состояние, сказал:

— Я всё понимаю, милая, но и мне нелегко. Может быть, я один с ним поговорю?

— Нет, это дело касается не только нас с тобой и наших чувств, а и всей Земли, – тихо сказала Катя.

— Ну, тогда крепись! – сжал её руку Денис.

Дэн действительно был похож на прежнего Дэна и обиды не таил, ну, может быть, чуть чуть. Он мог мыслить, чувствовать, рассуждать. Не так, как Денис теперь, но всё же мог. И самое главное, в нём сохранилось желание помочь людям. Это было, как альтруизм, самоотречение, но было.

— Дэн, – начал Денис.

— Не надо, я знаю о чём ты хочешь меня спросить, потому что знаю тебя, – сказал он, не надеясь на ответ, сочувствие или оспаривание очевидных вещей. – Хорошо, что приехали, иначе мне самому пришлось бы разыскивать вас, что сложнее. Да, действительно, доли затеяли переворот.

Я говорю об этом без предисловий, потому что знаю, что вы уже в курсе, и времени на дополнительные разговоры и объяснения нет. Они начали его даже задолго до прибытия Кати. Уже хорошо подготовились и многое из подготовленного исполнили. Начнём с того, что арестовали правительство. Теперь остаётся убрать с Земли и землян, и заселиться самим.

— И откуда ты всё это знаешь? – вмешалась Катя, которая всё ещё смущалась.

— К нам всё время приходят доли и координируют действия. На сегодня они поведут всех свободных недочей в разные участки Земли, чтобы схватить и нейтрализовать попавшихся им землян. А тех, кто остаётся по домам, нейтрализуют секретари.

— Как же всё у них получилось? Как удалось договориться с ИСРАЗом? – продолжала Катя, которой надо было всё выяснить до деталей.

— Я слышал разговор двух долей, которые играли в карты. Это такая игра у них, – пояснил Дэн. – Так вот, играли и хвастались, что обмануть ИСРАЗ, оказывается, ничего не стоит. У них есть пластины их двухатомного золота. Так вот, надо было блокировать этим золотом каналы ввода информации в ИСРАЗе и ввести свои алгоритмы.

— Что же делать, Дэн, посоветуй!? – обратилась к нему Катя.

— А ничего здесь на местах не сделаете. Даже, если обратитесь к землянам, чтобы они поберегли себя, вам не поверят. Да и разучились они уже сражаться за свою жизнь и свободу, – сказал он, уныло повесив голову.

— Нет, можно сделать! Надо ехать к месту власти, то есть в Дом Правительства и ИСРАЗ! – твёрдо проговорил Денис.

Все согласились.

— Ну что, поехали? Быстрей! – обратился он к Кате. – Ты с нами, Дэн?

Дэн кивнул головой. Они мчались, молчаливые, сосредоточенные. Подъехав к Дому Правительства, обнаружили пустынность, окружившую здание плотным кольцом. Никто не встретил, даже не выглянул. Даже окна, всегда светлые, сегодня были во мраке. Казалось, что мрачная тень нависла не только над этим местом, но и над миром.

— Идём,--скомандовал Денис.

Он подал руку Кате, спросив, не раздумала ли она идти. Но та только покачала головой.

Глава 21.

Как никто не встретил, так никто и не воспрепятствовал. Им удалось дойти даже до зала заседаний, даже обнаружить связанных правителей. Никто не помешал. Видимо считали, что смысла нет кого-то задерживать – всё уже решено. Или только опомнились, или только обнаружили.

Но тем не менее, несколько недочей, которых всё-таки инструктировали изолировать всех землян, наконец выскочили откуда-то. Оказалось, что они не поняли, что в здание вошли посторонние! Ведь только Дениса могли опознать по мыслям, да и то не они, а ИСРАЗ, что он в итоге и сделал, посчитав все “ЗА” и” ПРОТИВ”. Недочи кинулись к Денису, Кате и Дэну с явным намерением не церемониться с ними.

— Вытянуть руки вперёд и приготовиться к сдаче! – приказал один из недочей.

— А кто ты такой, чтобы мне приказывать? – спросил Денис. – Тем более даме?! Как ведёте себя?! Никакой галантности.

По сути это был просто набор слов, но он выбил из привычного алгоритма действий, на что фраза и была рассчитана.

— А теперь слушайте меня! – приказал Денис. – Выходите с вытянутыми руками и приготовьтесь для изоляции.

Недочи тупо смотрели на вошедших и стали недоуменно переглядываться.

На растерянность и был расчёт. Денис и остальные подошли к ним. Особенно недочи оробели перед Денисом, а он спокойно, скотчем, который оказывается и в будущем использовался для тех же целей, связал этих недоумков.

Потом освободили членов правительства и подошли к святая святых – ИСРАЗу, который находился в нише. Огромная субстанция, от которой исходило голубоватое свечение, казалось вглядывалась в них. Мерцали, переходя из одного места в другое огоньки, как на новогодней Ёлке, что-то жужжало.

_ Это мысли жужжат, как с нами справиться, – иронично прошептал Кате на ухо Денис.

Она даже засмеялась, несмотря на важность момента. Да оно и к лучшему, потому что её смех подхватили и члены правительства, который, может быть, в их случае носил истеричный оттенок. Но они таким образом окончательно пришли в себя. Ведь здесь были по настоящему деятельные и умные люди, которые как бы стряхнули с себя оцепенение и принялись отдавать приказы кому-то в пустоту.

— Катя! Поговори с ним! – Денис показал глазами на ИСРАЗ.

— Почему я? – спросила Катя. – Здесь, я уверена, найдутся более достойные люди и облечённые большими полномочиями, чем я.

— Поговори, поговори, девочка! – подошла к ней женщина, член правительства. – Мы тебе даём полномочия. Уверены, что не подведёшь!

Женщина оглянулась на остальных, ища в них поддержку. Те согласно закивали.

— Ну что ж! – согласилась Катя, откинув смущение. – ИСРАЗ – это звучит гордо. Это сосредоточие всех достижений человечества. Это поддержка жизни на Земле, спасение и надежды всего живого, которое само отдало все полномочие такому мощному органу. Здесь уже не раз звучало слово полномочия и не случайно, потому что исходит от каждого человеческого и не только существа, которое считает, что его достойно представят и решат все проблемы, как оно бы само не сумело.

Катя помолчала, всматриваясь в лампочки, которые, как бы в ответ ярко вспыхнули.

— Вот мне кажется, что Вы согласны со мной. Радует, что между нами возможно взаимопонимание, – продолжила Катя.

Окружающие внимательно прислушивались к столь важному монологу, пока монологу.

— Ой, – вдруг вскрикнула Катя. – Какие красивые золотые пластины у Вас!

Она потянулась к ним, словно действительно не в силах оторваться.

— Не обессудьте. Хочется посмотреть. Я же женщина. А женщины любят такие красивые вещички, – и она начала вынимать пластины, конечно, не без опасения.

А вдруг током стукнет или ещё какой энергией. Но всё обошлось благополучно, зато каналы ввода были разблокированы. Члены правительства сначала смотрели во все глаза, а потом поняли, что сделала Катя. Раздались аплодисменты.

— Ну, вот теперь поговорите! – пригласила Катя. – Я думаю, что договоритесь.

Многие кинулись к ИСРАЗу, многие к Кате, но тут на страже стоял Денис. Никого не подпустил ближе, чем на расстояние вытянутой руки.

— Живут же себе герои, незаметные до поры до времени, но, когда они спасают мир, все недоумевают, почему раньше их не замечали!--кто-то сказал с пафосом.

— Давайте лучше выпьем по случаю! – сказала та женщина, которая предложила Кате полномочия.

— Да! – крикнули с радостью. – Шампанское!

Возникло шампанское, бокалы. Катя-то и забыла, что здесь всё делается по мановению волшебной палочки. Вдруг раздался грохот, вспышка пламени. Выглянули в окно. К зданию приближались длинные голубые тени. Одна из них возникла рядом с присутствующими.

— А не рано ли вы шампанское пьёте? – спросила доля.

— А ты что, против? – вопросом на вопрос ответил Денис.

— Конечно! А зачем тогда было всё это? – спросила доля

— Я думаю, чтобы нам всем сплотиться, пересмотреть позиции, заодно и укрепить их! – продолжал словесную дуэль Денис.

— Ты, что ли укреплять будешь? – спросила доля, направляя на него что-то, похожее на оружие.

— А почему бы и нет,-- ответил Денис, неожиданно бросившись, как кобра и сломив эту длинную руку.

Она оказалась из плоти. Даже кровь побежала – голубая. Свет за окном разгорелся с новой силой. Выглянули в окно – там по всей земле, покрывая всё видимое пространство, лежали голубые тени, которые почему-то высветились вспышкой в сумерках. А потом раздался мелодичный звон и заговорила ИСРАЗ:

— Земляне! Спасибо, что пришли мне на помощь. Мы с вами давно уже сосуществуем вместе и будем сосуществовать. Я бы с вами выпила и шампанское, да не могу.

— Так Вы женщина? – спросила любопытная Катя.

— Да, ощущаю себя так. И разобралась, не считай меня недотёпой, что ты не из нашего времени. Но это и к лучшему, как оказалось. Мы рады всем, а тебе особенно.

— Ура! – крикнул кто-то.

А Катя уж подумала, что этот клич канул где-то в глубине веков.

— Ну, если Вы рады мне, можно одну просьбу?-- высказалась Катя.

— Да, говори.

— Мне кажется, что самыми обиженными среди всех оказались недочи. У меня предложение – разрешить заводить им семьи. Может быть счастье обретут. Даже животным это доступно, почему же недочам отказано? Дети родятся… Может, Бог душу им даст. Ведь всё в его руках?!

☺ Согласна, – сказала ИСРАЗ.

Глава 22.

После того, как пик эйфории был пройден, и все немного успокоились, ИСРАЗ выразила желание побеседовать с Катей. Они с Денисом дали своё согласие, и Катя оказалась стоящей будто на каком-то облаке, то есть ощущение отделённости от всех и вся.

— Ну как тебе Катя теперешняя действительность? – спросила ИСРАЗ.

— Очень нравится! – ответила Катя, почувствовав, что с ней разговаривают, как с подружкой.

Было достаточно комфортно, легко и просто. Кроме того Кате очень интересно поговорить с искусственным разумом, наверное, интереснее, чем с пришельцем.

— Ну так было не всегда? До тех пор, пока Дениса не встретила? Не думаю, что тебе до этого всё нравилось, – чуть ли не с усмешкой сказала ИСРАЗ.

— А вот интересно, у Вас есть эмоции? – спросила Катя.

Спросила так, как в другом случае можно было бы сказать – “в лоб”.

— Да. Я же именно разум, а не нейросеть. Поэтому и спрашиваю. Мне интересно всё знать об эмоциях людей, в частности о твоих. И вообще, чувствую, что ты любишь. И очень завидую. Эх, мне бы испытать такое счастье!-- воскликнула ИСРАЗ.

Кате стало жалко её, но что она могла поделать?!

— Катя,-- сказала ИСРАЗ, почувствовав состояние девушки и не желая быть источником жалости. – Я хочу тебе дать на память прибор, по которому ты всегда можешь связаться со мной. Причём, по любому поводу. А иногда я сама свяжусь – бывает одиноко. Потом, мне многое интересно, как я уже говорила, именно в человеческих отношениях.

Катя всё поняла. Она даже попыталась стать на место ИСРАЗ, как часто пыталась стать на место другого человека.

— Это ещё не всё. С помощью этого прибора ты сможешь связаться и с Катей в прошлом. И значительно эффективнее, чем Катя оттуда связывается с тобой.

Катя даже задохнулась от радости. Вот оно счастье! И подумала при этом, как многообразно счастье на самом деле!

— Катя! – меж тем продолжала ИСРАЗ. – То, что ты обеспокоена участью недочей, я ценю. Мы с правительством тоже думали об этом и более того, поселили их сейчас в место, где они могут организовать свою колонию. Говоря понятным тебе языком – свою страну. Пока ограничить её, чтобы посмотреть, что в итоге получится. Президенту дать огромные полномочия и, в том числе, через свой кабинет держать связь со всем остальным миром.

— Да, – поддержала Катя. – Надо бы постараться не вмешиваться в их жизнь.

— Да, если это не будет угрожать существованию жизни всей остальной планеты, – согласилась ИСРАЗ.

— Позвольте предложение! – решилась Катя.

— Конечно. Для этого и делюсь с тобой планами – утвердила слова Кати ИСРАЗ. – Мне кажется, что ты можешь взглянуть на проблему по особому.

— Хочу предложить на должность президента Дэна. Потому что он способен больше думать о других, чем о себе. Конечно, в жизни так бывает не часто, но в идеале именно такой человек и нужен на этой должности, – сказала Катя.

— Вот.., я не ошиблась, именно ты по особому и смотришь, подключая эмоции. Остальные так не смогли бы. Согласна на данную кандидатуру. Кроме того, Дэн обладает и незаурядным умом. Конечно, исчезла возможность предвидения, стремление к высотам, в общем всё, что включается в Душу в форме Духа, но у него, почему-то, больше, чем у других всего этого осталось.

— И ещё хочу предложить по поводу…

— Знаю-знаю, хочешь сказать о своём Йе, – перебила ИСРАЗ.

— Да, – Кате почему-то показалось, что они очень хорошо понимают друг друга. – Мне кажется, что надо пересмотреть статус этих существ.

— Без сомнения. Следов радиации там уже нет. Эти существа, полномочным представителем которых является Йе, прошли определённый путь развития. Надо сказать, достаточно своеобразный путь. Пора дать им возможность стать свободными на своей же планете. Все границы стереть.

— Как Йе обрадуется! – воскликнула Катя.

— Тоже рада это слышать. Чем больше радости, тем лучше, – согласилась ИСРАЗ.

— Хочу попросить кое-что по поводу Корэла– начала Катя.

— Слушаю! – со всей серьёзностью ответила ИСРАЗ.

— Он сейчас, как в нашем времени говорили “Закусил удила” – стала объяснять Катя.

— Я понимаю о чём ты говоришь, – с грустью проговорила ИСРАЗ. – Что ж, придётся его осадить.

— Я как раз хотела попросить не делать этого. Мы хотим сами справиться, – попросила Катя.

ИСРАЗ промолчала.

— А где же будет страна недочей, позвольте полюбопытствовать? – спросила Катя.

— Во время всяких катаклизмов, сдвигов земной коры, которые продолжались на Земле со времени 21 века, в Атлантическом океане поднялись участки морского дна и вполне вероятно, что где-то там обитала древняя Атлантида. Вот мы все и решили поселить туда недочей – пусть обживаются, обследуют. Может быть, какие-то тайны откроются. А потом, ты правильно сказала – будут рождаться дети. И, может быть, уже с человеческой душой, которой удастся постигнуть эти тайны.

— О, у Вас далеко идущие планы. И Вы тоже умеете мечтать! – поразилась Катя.

— А ты как думала?! – заметила польщённая ИСРАЗ. – И ещё: вы вместе с мужем отправитесь нашими представителями туда. И, не удивляйся, не препятствуй,-- на твоего Дениса у нас тоже есть планы. Он сам тебе скажет об этом. А о том, что здесь произошло, всё расскажете, объясните недочам. В общем, как Бог на душу положит!

— Да?!-- воскликнула Катя, у которой проявился вкус к общественной деятельности. – Не смела и просить об этом.

Кате показалось, что ИСРАЗ усмехнулась.

Глава 23.

— Ну что, едем? – спросил Денис, как только увидел Катю.

Она даже не стала спрашивать куда. Итак всё ясно было. Дэн тоже собрался, естественно. Но вот, что было неожиданно.

В ним подошла женщина недоч, которая служила одним из секретарей Дома правительства.

— Можно мне с вами? – спросила она.

— А куда Вы хотите ехать с нами? – вопросом на вопрос ответил Дэн.

— Туда, куда вы собрались. Я думаю, что к остальным недочам, – неуверенно ответила женщина.

Дэн посмотрел на Дениса с Катей. Они молча кивнули.

— Что ж поехали, если Вас отпускают.

— Меня не просто отпускают, а командируют, – уже увереннее сказала женщина, оглянувшись на членов правительства, которые только улыбнулись.

Вот такая компания через час пути подлетала к Атлантическому океану. Им предложили поменять машину на летающий вариант для удобства и быстроты – а лететь такая машина могла ничуть не медленнее, чем современный самолёт – там включались другие принципы аэродинамики.

Недочи встретили прилетевших угрюмым молчанием. Они ничего не знали, следуя договоренности с ИЗРАЗ. Доли исчезли, никто их не позвал для переворота, хотя уже всё время прошло. В общем, ожидание озлобляло их.

Ден взял на себя смелость выступить первым.

— Собратья! – выбрал он такую форму обращения. – Мы с вами оказались одни на этом участке Земли. Нас никто теперь не собирается никуда задействовать – ни для войны, ни для мира. Предоставили право решать самим, как жить дальше. Для этого мне поручено сформировать кабинет правительства, чтобы решать все вопросы, возникающие в нашей колонии. А, поверьте, их возникнет много.

Сначала все молчали, потом стало пробиваться что-то осознанное. Послышались возгласы удивления, недоверия, растерянности. Они не знали, как жить самостоятельно. Даже в мыслях, мечтах не допускали такую возможность. Тут вмешалась Катя.

— Самое главное поймите, что вы все, здесь собравшиеся– женщины и мужчины. Причём, молодые женщины и мужчины, у которых всё устроено так же, как и у остального живого на планете. И инстинкты те же.

А одним из главных инстинктов, кроме самосохранения, является инстикт размножения. Посмотрите на себя – вы все красивые представители, можно сказать, людей. Думаю, что хотите любить. Теперь не надо ждать ничьего разрешения. Вы свободны и сами можете выбирать себе пары и создавать семьи.

Катя старалась говорить как можно доступнее и воздействовать на то, что не может не нравиться. А сначала надо им преподнести “пряник”. Нет, Катя никак не имела в виду, что будет ещё и “кнут”. Это так, по ассоциации. Недочи, казалось, даже посветлели. Стали, действительно, оглядываться. Они и не предполагали, что вообще есть возможность обращать внимание на кого-то, кроме тех, кто их воссоздал. Теперь эти барьеры были сняты. Даже плечи расправились. Появилась стать и грациозность. Изменился взгляд.

— Дома или жилища здесь есть. Их нам предоставили ещё. Остальное в наших руках и головах. Ум есть, умения тоже. Надо разобраться, кто к чему имеет способности, и кто чем хотел бы заниматься. Подходите с этим вопросом, начиная с сегодняшнего дня, к Радмиту. Вот он, если кто не знает, – и Дэн показал на сосредоточенного человека, серьёзно уже занятого предстоящими обязанностями.

_ А какие специальности самые востребованные? – спросил кто-то.

_ Ох, сами знаете, – ответил Дэн. – Те, которыми не очень хочется заниматься – строить, убирать, ремонтировать, наблюдать за общественным порядком, лечить, учить, подсчитывать. Я не спорю, может быть у кого-то остались творческие задатки – их потом выявим. Тоже потребуются, потому что будем строить своё, новое общество.

Вокруг возбуждённо загалдели. Морской бриз овевал прохладой слегка сейчас разгорячённые головы. Появились улыбки надежды на что-то несравнимо лучшее того, что имели до сих пор.

— Можно мне добавить?– Катя вытянула руку вверх, как на уроке.

Окружающие выжидательно посмотрели на неё.

— Я так думаю, что найдутся специалисты или учебники, приборы, способные обучить строить жилища, готовить пищу – ведь теперь самим надо побеспокоиться о самом необходимом. Кроме того самим придётся и добывать эту самую пищу. А тут возникнут всякие этические проблемы, с которыми современные жители Земли пока не сталкивались.

Потребуются теоретики, способные обосновать необходимость некоторых действий. Но вот что вызывает особое опасение – это воздух свободы, который вы пока ещё не почувствовали по-настоящему, не вдохнули полной грудью, не поняли, что он реален.

Я говорю о том, что все жители здешней страны свободны теперь от контроля ИСРАЗ. Никто не будет слушать ваши мысли. Да и сами вы не сможете, потому что , опять-таки, нет ИСРАЗ. А это и великое счастье и несчастье тоже. Потому что возникнет множество соблазнов и возможность не получить наказание за какие-то проступки.

Поэтому, чтобы предотвратить возможность реально нависшей угрозы, нужны органы правопорядка. Ну, здесь не буду учить. Посмотрите сами, те, кто будет стоять у власти, как всё должно быть устроено. Как всё было устроено, пока не существовало ИСРАЗа.

Короче, кроме всего прочего, выберите уважаемых всеми людей для того, чтобы осуществлять контроль закона, который должны выработать органы власти.

Простите, хотела только сказать, что надо устроить больницы, где я смогу помочь, так как врач, а произнесла целую речь. Не смогла удержаться, потому что всё важно.

— Да, – поддержал Денис. – Этим сразу и займёмся. Надеюсь, Дэн не против будет, если проведём первое заседание правительства? Но, поскольку здесь, сейчас образовался стихийный сход, чтобы не откладывать дело в долгий ящик, предлагаю выбрать достойных людей из вашего числа в члены недочского комитета.

Выдвигайте людей. Голосуйте, то есть, поднимайте вверх руки, как это сейчас сделала Катя, кто за этого человека. Если много – то значит “за”, значит – выбран. Если мало рук, значит “Против”, значит – не пройдёт. Называйте, выталкивайте вперёд, а Радмит запишет.

Процесс был запущен. Постепенно люди освоились, стряхнули с себя оцепенение. Стали решаться столь насущные вопросы. Катя даже намеренно сдерживала себя, чтобы не высовываться – пусть жители сами решают. Главное она уже сказала, а все недочи умны и сильны. Сами способны обустроить свою жизнь.

Глава 24.

Кате выделили уже имеющееся помещение под больницу. Она набрала людей, которые понимали, что надо делать или хотели научиться. Таких оказалось немало.

—Вот уж не предполагала, – думала Катя, что когда-то буду во вновь созданной стране чуть ли не министром здравоохранения. Буду обучать каким-то медицинским навыкам. Вот что значит – непредсказуемая жизнь.

Она ловила на себе взгляды Дениса, который всегда оказывался рядом. Давал дельные советы, подключал какие-то ресурсы, если требовалось. Катя была счастлива этим. Но не только взгляды Дениса ощущала на себе, но и взгляды, брошенные исподлобья – взгляды Корэла. И ей было тревожно.

Уже не первый день кипела работа. Научились добывать камни, которых здесь было множество. Обтёсывать их. Тем более, что на первое время каким-то необходимым запасом еды, медикаментов, инструментов всё же обладали. Не бросили же их вот так сразу на произвол судьбы. Это было бы не правильно.

Строились жилища. Оборудовались дома, кухни, общественные уборные. Бани пока не требовались – целый океан рядом. Чтобы не совсем выбиться из цивилизованной жизни, включали что-то типа общественных экранов, где дикторы из большого мира рассказывали новости. Демонстрировались фильмы. Включалась музыка. Устраивались места отдыха и общего сбора.

Катя заметила, что многие молодые люди нашли пары себе по душе и проходили перед любопытными взорами уже не одни. Никто их не осуждал, а наоборот. А дальше уже цепная реакция. Образовалась целая очередь для домов из семейных пар. А они были действительно семейными, потому что потребовали узаконить свои союзы на бумаге.

Несмотря на занятость, Катя с Денисом всё равно находили время побыть вдвоём. От отдельного жилья они отказались, так как было много более нуждающихся. А они что – сегодня здесь, а завтра там.

—Денис, мне всё же не даёт покоя Корэл, – сказала Катя. – Я даже не за себя больше опасаюсь, сколько за тебя. Будь осторожен.

—Да что он сделает? Мы же все на виду! –почти беспечно отвечал Денис.

— Пожалуйста, прислушайся к моим словам! Я не знаю, что он сотворит, но будто ощущаю опасность физически, – продолжала увещевать Катя.

— Хорошо, дорогая, – соглашался Денис, но больше для того, чтобы успокоить любимую.

Они сидели на облюбованной скале, глядя на волны. Вечерняя прохлада обвевала спокойствием. Катаклизмы даже в этой стране не предвиделись, потому что были устранены в целом на всей планете. Кроме того, сильная, любимая рука, обнимавшая плечи, защищала ото всех бед.

Казалось, что были одни, потому что специально выбирали такое уединённое место. Но, оказывается – не одни. Услышали шорох гравия, который ни с чем не спутаешь. Оглянулись – сзади, не скрываясь, на них надвигался Корэл. В наступающих сумерках его лицо было ещё мрачнее и угрюмее, чем обычно.

—Что думаете, искупили вину перед нами? Вы, возомнившие себя богами? Вам разве понять, что может чувствовать человек, униженный, лишённый человеческого достоинства? – спросил он.

Катя понимала справедливость этих слов. Ей давно не давали самой покоя эти вопросы, озвученные сейчас.

— Корэл! Но ведь создавая вас, никто не хотел плохого! Никто не лишал вас удовлетворения элементарных потребностей, а даже помогали! – ответил Денис.

— Именно, что элементарных. И то не всех, – зло выдавил из себя недоч.

— Корэл, в твоих словах есть справедливость, – вмешалась Катя. – Но ведь эти ошибки человечества существуют уже долгое время. Почему же ты только сейчас говоришь об этом?

— Да потому что только сейчас дали возможность высказать вам всё это! – с горечью почти выкрикнул Корэл.

— А не кажется ли тебе, что ты не к тем обращаешься?! Обобщаешь! Только благодаря конкретно нам появилась у тебя возможность вообще высказаться! – резонно ответил Денис.

Но Корэл, казалось, не слышал. Вся обида, накопившаяся за последнее время застыла теперь ненавистью в его глазах

— Да будьте вы прокляты! – крикнул он и тараном кинулся, чтобы сбросить сидевших со скалы.

Но Денис оказался проворней. Он вскочил, отодвинув в сторону Катю, и недоч по заданной инерции уже не мог остановиться и свалился со скалы, как с крутого обрыва на торчавшие внизу обточенные волнами камни и обломки скал.

Денис и Катя бросились к нему, но парень лежал без сознания. Катя нащупала пульс.

—Жив, – сказала она.

Денис подхватил обездвиженное тело на руки и понёс к больнице. Катя бежала впереди, чтобы подготовить всё необходимое для оказания экстренной помощи.

Глава 25.

Катя использовала все свои знания и умения. Она вводила средства, стимулирующие кровообращение, обезболивающие, чтобы уменьшить симптомы травматического шока. Наложили повязки. Как ни странно, переломов не оказалось – слишком качественно был сконструирован.

И только, приведя в сознание, немного успокоилась. Но предвидя непредсказуемые реакции этого обиженного судьбой парня, она приказала молоденькой девчушке не отходить от него. Даже если в туалет или по прочей необходимости, всегда оставлять замену себе. И крепкого парня для охраны.

Когда прошло два дня, и Катя поняла, что Корэлу уже значительно лучше, решилась поговорить. Он лежал среди белых простыней и бинтов, отвернувшись к стене. Его окружали только девушка, действительно не отходившая ни на минуту, охранник у двери и тишина.

—Корэл! – обратилась к нему Катя, попросив взглядом девушку выйти. – Выслушай меня!

Корэл даже не пошевелился, но Катя знала, что её слушают.

— Корэл, я помню, что ты мне сказал и согласна с тобой. За это прошу прощения ото всего человечества. Но ты же человек умный и, даже очень. Знаешь, что человеческая история сплошь строилась на ошибках.

И чем лучше жили люди, чем более сытыми были, тем глобальнее придумывали себе проблемы. Или придумывали за них. Но они-то всё равно велись, соглашались принять их на себя из-за обещаний всё больших благ, всё новых ощущений.

Корэл напрягся. Видно было, что его интересовал разговор.

— Если ты знаешь такое утверждение, а я знаю, то рай на Земле недостижим. Невозможно всё устроить так замечательно и при этом не ущемить чьи-то права. В данном случае самыми уязвлёнными оказались вы. Даже не доли или народ Йе, а ты, видимо, знаешь, что мы с ним общаемся.

Корэл не выдержал. Он уже знал, что Катя всё про него понимает и повернулся к ней лицом.

—Да, знаю, – сказал он, уже не скрываясь.

—Так вот, мы же с тобой понимаем, что в твоей неприязни ко всем больше всего от неприязни конкретно к нам с Денисом,-- продолжила Катя как аксиому, не нуждающуюся в доказательствах.

—Значит, заслужили, – не стал он лукавить.

— Это тебе кажется сейчас, что заслужили. Ну, давай разберёмся.

Корэлу даже льстило, что такая девушка, как Катя, разговаривает с ним на равных.

Он весь обратился в слух, но всем своим видом показывая отсутствие почтения. Нагловатая улыбка заиграла на его губах.

— Я с самого начала знала, что ты понял всё обо мне. Да, я не Катя, верней, не та Катя, которую ты до сих пор любишь. Вот самая главная причина твоей неприязни, даже ненависти. Тебе кажется – я виновата, что подменила её собой,-- откровенничала Катя.

Корэл кивнул. Он посерьёзнел, видно, стало интересно, наконец, выяснить всё по насущному вопросу.

—На самом деле – это была её идея поменяться местами с девушкой из 21 века. Да, я оттуда. И не просто поменяться ради исследовательского интереса, а потому что влюбилась. Поменяться легко оказалось – ведь мы с ней абсолютно идентичны. А найти любовь такой личности, как Катя – трудно. Но, поверь, там оказался именно такой, какой ей нужен – единственный в своём роде. Она сейчас счастлива. Мы с ней иногда общаемся. Если хочешь, я тебе как-нибудь предоставлю тоже такую возможность.

Глаза Корэла загорелись. Вот что значит настоящая, преданная любовь, пусть даже безответная.

—А на меня, тем более Дениса тебе обижаться нечего. Я же не виновата, что не та Катя. На Дениса тем более и ревновать к нему. К той Кате он, по сути, не имеет никакого отношения. За исключением того, что она его, так же, как и тебя воссоздала. Ох! Не нравится мне это слово. Действительно, как ты правильно сказал, человек берёт на себя функцию Бога, а это ничем хорошим не кончается. И в её случае бы не кончилось, потому что всё равно б не полюбила. И был бы рядом с тобой ещё один несчастный недочеловек.

Катю даже передёрнуло от этого слова. Оно звучало слишком по фашистски. А у Корэла глаза после такой исповеди потеплели. Он с любопытством, даже виновато смотрел на Катю.

—И что в итоге получилось? Получились две счастливые пары, слава Богу и, вполне возможно, третья. Ты заметил с каким интересом посматривает на тебя та девушка, которая днём и ночью не отходит от твоей кровати? И не только потому, что я ей приказала. Я, кстати, выбрала её, почувствовав особый интерес. Интерес влюблённости. Подумай об этом.

И, заметив, что парень смутился, утвердилась в убеждении, что интерес их друг к другу взаимен. Помолчали. Потом Корэл сказал.

— Спасибо тебе Катя за этот разговор. У меня всё разложилось по полочкам. А, главное, я почувствовал твою человечность и не заносчивость. Прости, если сможешь.

—Да ты что! Я же тебя понимаю. Иначе бы не разговаривала. И, если помнишь, то разговор начала сама с того, что попросила прощения. Ну, теперь, кажется, всё. Мы скоро уедем. А ты включайся в жизнь и общественную тоже. Стройте сами свою страну. А с Катей поговоришь ещё. Я не забуду.

Эпилог.

Катя сидела на скале, обрывающейся в море. Ласковые волны перекатывали камешки. На горизонте взлетала очередная космическая ракета осваивать новые планеты. В постоянно тёплом климате светило одинаково весело солнце. И к Кате из воды выходил её муж, смотря на неё снизу вверх глазами цвета морской волны. Заметив, что Катя тоже смотрит на него, улыбнулся.

_ Что? Не получается на связь выйти? – спросил он.

_ Почему же?! Она сказала, что сейчас, Игорь только освободится. Он тоже хочет поприветствовать меня. Ну и против тебя, я думаю, не будет!

Денис взошёл на скалу и взглянул на экран прибора, который подарила жене ИСРАЗ, при этом сказав: “ Чтоб всегда была возможность связаться с той самой Катей, из-за которой в итоге был мир спасён”. Он посмотрел на экран вовремя, потому что Катя вышла на связь. Рядом с ней махал рукой Игорь. Катя спроецировала экран на безмятежное небо, в котором улыбалось лицо Кати, которая сейчас в 21 веке, как когда-то улыбалось двенадцатилетнему пареньку, беседовавшему с дельфином на этом самом месте.

—Ты знаешь, Игорю когда-то дельфин здесь вот принёс ракушку из Атлантиды. Ракушку талисман в подлинном смысле этого слова. То есть ту, которая усиливает шестое чувство или интуицию.

— Когда свадьба? – спросила Катя 1, кивнув головой, показывая, что поняла.

— Я же тебе говорила – завтра. Неужели забыла? Ай-я-яй! Память уже должна быть не девичья. Взрослая женщина, как никак, – смеясь ответила Катя 2.

— Нет, не забыла. Просто решила лишний раз поговорить об этом. Такая радость!-- ответила Катя 1 и при этом посмотрела на мужа, притянула к себе и поцеловала.– Спасибо тебе Катя за всё – за комнату чудесную, за этот мир, тоже чудесный и, самое главное, за мужа моего чудесного. А всё это благодаря тебе.

— И тебе тоже! И тебе спасибо, Катя! С ужасом думаю, что если бы ты тогда не решилась, а могла. 1 шанс из 1000 только был. И этот шанс ты мне дала. Приглашаю на свадьбу.

— А что?! – ответил Денис. – Будем? Будем, Катя, ты только экран случайно со стола не смахни. А то так и слетим во время твоего веселья. Кстати, Корэла пригласим. Он теперь на нашей стороне. Ты не против?

— Конечно, ты Катя, постаралась. Да ты чародейка какая-то. У тебя талант перетягивать всё живое на свою сторону. Нет, конечно, я не против пригласить Корэла. Да, насчёт экрана. Вы уже слетели к нам с Катей из моего сна, – сказала Катя 1, – И ты, Игорь, который во сне был буревестником, и ты, Денис, который приплыл ко мне селезнем с перьями цвета морской волны.

Вот так! И не верь после этого снам! И тому, что будущее всегда рядом с тобой. Стоит только очень захотеть и потянуться к нему. Пожелать просветления.