Две хозяйки одного замка

Глава 1. Если не можешь изменить ситуацию – смирись с ней

– Не нравится мне это. – Лайон мерил шагами библиотеку, сцепив руки за спиной.

Алесия только пожала плечами. Ей тоже «это» не нравилось. Только вот на метания не было уже никаких сил. Вся ее моральная выдержка осталась где-то во дворце. А если быть точнее – в том самом зале, где пришлось высидеть часа три возле короля, кисло улыбаясь на поздравления, и вслушиваясь в завистливые шепотки.

Придворные явно недоумевали. Почему его величество вдруг стал благоволить бывшей баронессе Кьярти? К девчонке, которую на порог приличного дома и пускать бы не стоило. С такой-то репутацией.

Но свои соображения все благоразумно держали при себе. Не идти же против воли короля. Поэтому окружающие были любезны. Только вот Алесию буквально передергивало от льстивых улыбочек и сладких слов.

– Леди Бартон, примите мои самые искренние поздравления. – дама, чья грудь буквально вываливалась из выреза модного платья, на миг прикрылась веером, пряча смешок. – Мы все так за вас рады!

Алес ограничилась сдержанным кивком. Ведь всего минутой ранее, эта же дамочка громко шептала на ухо подруге, – «неужели граф Арельс действительно собирается жениться вот на этой? Какой кошмар!».

Приходилось стискивать зубы и терпеть. Жаль, что сам «жених» на приеме не присутствовал. Алесия была бы не против хоть взглянуть на него для начала. Но увы… «подданный, готовый с радостью выполнить волю своего короля» находился в отъезде. И собирался вернуться в столицу лишь за день до свадьбы.

– …граф Нортман Рейнальд Арельс. – задумчиво проговорила она, выныривая из воспоминаний.

Именно так звали «счастливчика», которому вскоре предстояло стать ее мужем. Арельс… Судя по фамилии, человек очень даже непростой. Представитель древнейшего рода, элита среди знати… Зачем ему разведенная баронесса, да еще и с неважной репутацией? Или его мнения тоже никто не спрашивал?

Алес скребнула ногтем по подлокотнику кресла, пробуя на прочность старый лак. Тот не поддался, и девушка вздохнула.

– Думаешь, что-то здесь нечисто? Ну… с этим браком?

Лайон остановился так внезапно, будто налетел на невидимую стену. С секунду он раздумывал, а затем медленно покачал головой.

– Не знаю. Но мне это не нравится.

– Почему? Хорошая партия, завидный жених.

О последнем Алесия догадалась по реакции придворных дам. Слишком уж их всколыхнуло, когда король назвал имя мужчины. Судя по вытянувшимся и потрясенным лицам, означенного графа многие считали весьма «лакомым куском».

Парень переступил с ноги на ногу.

– Видишь ли, я немного наслышан о Нортмане Арельсе. И могу сказать, что этот человек не женился бы на тебе добровольно. Скорее всего, на него надавил своей волей король. И лично для тебя в этом нет ничего хорошего.

– Даже так? –девушка продолжала колупать подлокотник, обнаружив-таки еле ощутимый скол. Да, нехорошо портить мебель, но руки упорно требовалось чем-то занять. Не вышивкой же. – Дело в моей э-эм… не репутации?

Лайон слегка смутился.

– Скорее дело в том, что у графа очень высокие требования к своему окружению. Быть может, именно поэтому он все еще не женат, хоть и считается одним из самых завидных женихов королевства.

– Считался… – буркнула Алесия. Особо острый кусок лака все же впился под ноготь, и теперь девушка с мрачным видом рассматривала выступившую капельку крови. – Скоро этот «завидный жених» будет надежно женат, а заодно и меня утянет в семейное болото. Отказаться я точно не могу?

– Силой тебя к алтарю никто не потащит. – обрадовал брат, и тут же разбавил свои слова «ложкой дегтя». – Однако пренебрежение королевской волей никого еще не доводило до добра. Тем более сейчас, когда о помолвке объявили официально. Даже я, как твой опекун, тут бессилен.

Девушка вздохнула еще тяжелее. Ну почему все так?

Ведь у нее только начала налаживаться жизнь. Поместье отстраивалось, в голове роились идеи, над которыми хотелось поработать. Не время выходить замуж. Совсем не время. Тем более за человека, которого она и в глаза-то ни разу не видела.

Только-только с первым супругом разобралась, а ей уже подсовывают второго. Вспомнив барона Кьярти, Алесия нахмурилась. Да, Карис получил по заслугам, не поспоришь.

Но вдруг ее будущий брак, это карма за барона? Глупо, конечно, но все выглядит именно так. Пожалуй, зря она злорадствовала при виде «жабы» невесты. Неизвестно еще, какой лично ей попадется «жаб». Прилетел бумеранг, откуда не ждали…

– Надеюсь, он хотя бы не урод?

Лайон поднял брови. Мысли сестры скакали, как монета по ступеням. Что, впрочем, не удивительно, учитывая обстоятельства. Хотя последнее, о чем ей стоило бы беспокоиться, так это о внешности избранника. Женщины…

– Затрудняюсь судить. – уклончиво отозвался он. – Но характер у графа точно не мед. Говорят, что Нортман Арельс очень резок и вспыльчив. А еще нетерпим к другим. С другой стороны, свою дочь он вроде бы очень любит…

Дочь?! Девушка моргнула, как-то сразу забыв про занозу под ногтем. Вот только чужого ребенка ей для полного счастья не хватало. Хотя чего-то подобного стоило ожидать, учитывая, что граф вдовец.

– Лианна Арельс уже не ребенок. – успокоил ее брат. – Девочке тринадцать лет.

Алес выдохнула. Ладно… Уж с девочкой-подростком она точно сумеет найти общий язык. Платья, бантики, разговоры по душам. Можно стать не мачехой, а подругой. А если вспомнить, что девчонка любимица отца, дружба с ней определенно пойдет на пользу.

На душе стало чуть легче. Пожалуй, не стоило так расклеиваться. Да, вынужденный брак – штука неприятная, но с ней случались вещи и похуже. Взять то же попаданство в средние века. И ничего, справилась же.

Так что с местным графом она тоже справится. И с высшим обществом. И вообще с любым, кто встанет у нее на пути.

***

Замок Арельсхолм, днем ранее…

– …его сиятельство уже прибыли?

– …вот-вот должны быть.

– …что? Разве его сиятельство ожидается не к вечеру?

– …тише ты, окаянная. – тут же зашикали со всех сторон.

Увы. Слишком поздно.

Юная девица в ярко-алом платье уже подняла голову, отрываясь от разложенных перед нею книг, и сурово оглядела служанок. Откровенно говоря, обычно виконтесса Арельс не обращала внимания на болтовню прислуги, однако именно сейчас девочка была совсем не прочь отвлечься от своих занятий.

Выдержав достаточную паузу, чтобы привести служанок в трепет, она строго произнесла:

– Мой отец прибудет тогда, когда посчитает нужным. И все обитатели замка должны быть готовы к его возвращению в любой момент.

– Да, госпожа. – прошелестели девицы, не поднимая глаз.

– Очень надеюсь, что больше мне не придется это повторять. – виконтесса вновь опустила взгляд на книжную страницу, однако желание учиться пропало окончательно.

Смутное нетерпение, не дававшее покоя с самого утра, стало почти осязаемым. Ведь сегодня действительно должен был приехать отец. На этот раз, он отсутствовал дольше обычного, но тут ничего не поделаешь – государственные дела.

Зато в следующую поездку отец собирался взять ее с собой. И не в скучную, пропахшую навозом столицу, а на остров Актай. Самую южную провинцию королевства. И пусть временами там бывает опасно – случаются эпидемии и вспыхивают мятежи. Юная виконтесса ничего этого не боялась.

Ведь она будет с отцом. Да и королевским наместником там был ее двоюродный дед. И ничего страшного с ним за много лет службы не произошло. Правда самого родственника девочка почти не помнила, но знала, что тот является весьма достойным и уважаемым человеком.

Лианна Арельс рассеянно перевернула еще одну страницу, даже не вникнув в содержание. Ну и как тут сосредоточиться на учебе? Она даже зал для занятий выбрала такой, чтобы окна выходили на подъездную дорогу. И теперь напряженно прислушивалась, не раздастся ли с улицы знакомый цокот копыт.

Было не то скучно, не то томительно…

– Лидия!

Одна из служанок тут же перестала смахивать пыль и вытянулась в струну.

– Да, госпожа?

– Комнаты моего отца полностью готовы? Вы заменили постель на свежую? Почистили камин? Перетряхнули гобелены?

– Да, госпожа.

– Проветрить не забыли?

– Не забыли, госпожа.

– А в кабинете подготовили новые чернила для письма?

– Все сделано, госпожа.

Девочка наморщила нос, вспоминая, не упустила ли чего. Кажется нет… Как же все-таки сложно поддерживать порядок в замке. Но приходится, ведь в отсутствие отца хозяйка здесь она.

Может распорядиться, чтобы еще раз подмели двор?

– …его сиятельство. – вдруг зашептала та служанка, что находилась ближе всех к окну. – Прибыли его сиятельство.

Лианна порывисто встала. Теперь она и сама различала стук копыт по выщербленному камню и нетерпеливое фырканье коня. Сердце в груди забилось часто-часто. Приехал!

Девочке отчаянно захотелось броситься к двери, преодолеть одним махом коридор и несколько лестниц… но несолидно. Она ведь молодая госпожа. С другой стороны – там же отец!

Выдерживая характер, Лианна все же задержалась в зале. Но ровно на то время, чтобы дать еще несколько распоряжений служанкам – унести книги, обновить в некоторых вазах цветы и послать на кухню, пусть готовятся подавать обед.

Затем она степенно вышла в коридор, дошла до первой лестницы, и тут выдержка все же оставила ее. Украдкой оглядевшись по сторонам, виконтесса подобрала юбки и со всей скоростью, на которую была способна, устремилась вниз.

***

Нортман Арельс, как и всегда, прибыл верхом. Несмотря на то, что большинство аристократов предпочитало путешествовать в каретах, мужчина к такому способу передвижения относился с легким презрением. Кареты, по его мнению, нужны были исключительно для женщин, детей и стариков. Ну и для парадных перемещений по столице.

Во всех остальных случаях – седло, и только седло.

Спешившись, мужчина перекинул поводья слуге.

– Отведи лошадь в конюшню, Ларс. Сразу не пои, дай сперва остыть. Потом вычисти и покажи кузнецу. Что-то она на заднее левое копыто стала припадать.

– Слушаюсь, ваше сиятельство!

Затем граф повернулся к камердинеру.

– Фелис, распорядись, чтобы отчеты по замку и поместьям принесли в мой кабинет. Я собираюсь просмотреть их до ужина.

– Как прикажете, ваше сиятельство. – немолодой мужчина склонил голову, продемонстрировав скромную залысину в обрамлении темных, с сединой волос.

– А еще подготовь мой костюм для церемоний. Только замени белый шейный платок на черный и натри пуговицы серым мелом, чтобы не блестели.

Камердинер поклонился еще раз.

Нортман Арельс решительно развернулся и едва не налетел на черноволосую девочку тринадцати лет. Ее щеки сейчас были такими же алыми, как платье. Глаза блестели.

– Лианна! – выдохнул мужчина, заключая дочь в объятия.

Уткнувшись ему в грудь девочка на миг закрыла глаза, вдыхая такой родной и привычный с детства запах. Горьковатый, с отчетливыми нотками лошадиного пота и дыма костров.

– Я так тебя ждала. – тихо произнесла она, зная, что никто кроме отца этих слов не услышит.

Твердые руки чуть крепче сжали ее плечи.

– Поэтому я здесь. Ну-ну, леди Арельс. Чуть больше сдержанности.

Сморгнув крошечную слезинку, Лианна первая отступила назад и улыбнулась.

– В Арельсхолме все благополучно, ваше сиятельство. Прикажете подавать обед, или сперва изволите привести себя в порядок с дороги?

Нортман улыбнулся одними глазами.

– Успеется. Для начала я хотел бы серьезно с тобой поговорить. Но не здесь. Давай пройдем в мой кабинет.

***

В кабинете мужчина привычно занял место за дубовым столом и указал дочери на одно из кресел.

– Наша беседа не займет много времени.

– Я никуда не тороплюсь, отец. – поспешила заверить его Лианна. – Ты хотел обсудить поездку в Актай? Да? Она по-прежнему назначена на первые дни лета? Насколько помню, там очень жарко и…

Граф Арельс пальцем постучал по столу, прерывая поток слов.

– Лия. Я же просил, чуть больше сдержанности.

Девочка тут же прикусила язык. Но ее черные глаза поблескивали в радостном предвкушении. Она всю зиму ждала этого дня. С того самого момента, как отец вскользь упомянул, что подумает над тем, чтобы взять ее с собой.

Нортман откашлялся, прочищая горло.

– В Актае сейчас небезопасно. Снова были нападения мятежников. Поэтому мне придется взять с собой солдат…

– Я ничего не боюсь, отец! Ты же сам учил меня сражаться на мечах. И стрелять из лука…

– Лия! Я еще не закончил. – нахмурился мужчина. – Нисколько не сомневаюсь, что ты в состоянии постоять за себя. Однако на этот раз ты со мной не поедешь. И дело не только в народных волнениях. Видишь ли… – он на миг замолчал, подбирая слова. – В скором времени я женюсь, и…

– Что?! – девочка вскочила на ноги. Радостные искорки в ее глазах превратились в злые огоньки. – Ты же говорил, что тебе не нужна никакая жена! Что мы всегда будем только вдвоем!

– Лия! – Нортман слегка повысил голос, но на этот раз, это не возымело никакого действия.

– Я не хочу, чтобы у меня была мачеха! Не хочу, чтобы ты любил кого-то еще! – по щекам Лианны пошли красные пятна.

– Я ее не люблю.

Девочка поперхнулась невысказанными словами и в недоумении уставилась на отца.

– Не любишь? – почему-то шепотом переспросила она. – Значит и жениться не обязательно. Зачем тебе это тогда?

Граф Арельс устало потер виски.

– Затем, что его величество настойчиво рекомендовал мне этот брак. А я, в первую очередь, верный подданный, и только потом человек со своими мыслями и чувствами. Другие же причины тебя не касаются. Ты еще слишком мала.

Лианна насупилась. Однако отец теперь смотрел холодно и жестко, так что ей пришлось отступить первой.

– Прости. Я помню, что всего важнее долг перед короной. Если так надо – женись. Но потом мы можем просто с тобой уехать, а твоя жена пусть остается здесь. Или, что еще лучше, продолжает жить там, где живет сейчас.

– Нет, Лия. – остановил ее граф. – Жена всегда живет под крышей мужа. И я не намерен отступать от этого правила. Леди Бартон после свадьбы переедет в Арельсхолм. А ты… Ты останешься с ней. Не спорь! – он предостерегающе поднял ладонь, видя, что дочь опять собирается возразить. – Кто-то должен позаботиться о слугах и порядке. А в здравый смысл будущей графини Арельс мне, признаться, вериться с трудом. В любых решениях, касающихся замка, твой голос будет решающим. Все необходимые распоряжения я отдам.

– А если она не согласится?

– Ее мнение меня не интересует. – отрезал мужчина. – Пусть довольствуется тем, что есть. И, к слову…

Закончить свою мысль он не успел. Открылась дверь и на пороге появился камердинер со стопкой бумаг.

– Ваше сиятельство, не помешал? Я принес отчеты по замку и поместьям…

– Нет, ты как раз вовремя. Лия, можешь идти. И распорядись, чтобы обед принесли сюда.

Лианна Арельс прищурилась. Пусть с будущей женитьбой отца она ничего поделать не могла, но все же некоторые вещи по-прежнему оставались в ее власти.

– Ну уж нет, отец. Нам накроют в малой столовой. Я не позволю тебе заниматься делами за едой. Или ты не уважаешь труд нашей кухарки?

Запрокинув голову, мужчина глухо расхохотался.

– Как будет угодно моей маленькой леди. Дай мне только время привести себя в порядок, а затем я сразу же спущусь.

***

Покинув отцовский кабинет, Лианна резким движением поправила покосившийся гобелен, едва не порвав его при этом пополам. Затем шикнула на служанку, которая натирала и без того чистое окно. И с выражением мрачной угрюмости на лице, направилась в сторону кухни.

Внутри у девочки все кипело. Мало того, что и в этот раз отец отправится в Актай без нее. С этим смириться еще можно. Ведь он действительно ничего не обещал. Но мачеха?!

Совершенно чужая дама, которая будет ходить по этим коридорам, да еще и вести себя, как дома? Будет противно улыбаться и, хлопая глазами из-за веера, нести всякую чушь?

А если отец однажды все же полюбит эту леди Бартон и начнет все свое внимание уделять только ей? Или та родит ему сыновей, которые со временем станут хозяевами Арельсхолма?

Лия бессильно сжала кулаки. Ее устойчивый надежный мир впервые дал трещину. Словно старая башня, не выдержавшая гнета веков. Это пугало, и одновременно вызывало колючую злость.

Раз отец сказал, что женится, значит дело решенное. Ничего уже не изменить. Но пусть новоявленная графиня Арельс даже не надеется на теплый прием. Более того, мачеха еще горько пожалеет, что столь бесцеремонно влезла в чужую жизнь. Уж что что, а это Лианна могла ей пообещать.

Глава 2. Важные новости

Вернувшись из столицы, Алесия обнаружила, что аптекарский огород успели доделать без нее. Женский «триумвират» из Ирены, Альмы и Люсии прекрасно понял суть идеи, а потому не стал дожидаться возвращения госпожи. Кто ж знал, как долго та пробудет в столице. А время-то идет.

Глядя на длинные узкие грядки с неровными рядами зелени, Алес лишь вздохнула про себя. Нет, женщины безусловно молодцы. И инициативу следует поощрять. Только вот сама она планировала устроить все немного иначе. Более аккуратно и красиво что ли… Ей хотелось, чтобы огородик был одновременно и украшением двора, но увы… Вместо авторской композиции придется довольствоваться стандартными скучными грядками.

А «спасибо» надо сказать королю, который выдернул ее из поместья в самый разгар важных работ.

– Госпожа, – чуть придерживая уже заметный живот, Ирена легко наклонилась и выдернула небольшой сорняк, – Знаю, нам следовало бы дождаться вас. Но мы не знали, как скоро вы вернетесь. А посадки обычно производят на растущую луну.

Алесия встряхнула головой, выныривая из своих мыслей. В конце концов, местные люди больше тяготеют к практичности, чем к красоте. Это надо учитывать и понимать.

– Все просто замечательно. – серьезно произнесла она, – Вы большие молодцы. Растения накопали по окрестностям?

Ирена кивнула.

– Средние сыновья Альмы подсобили. Перенесли ростки вместе с комьями земли. Некоторые травы зачахли, но мы на их места подсадили новые. По большей части, тут уже все прижилось. Однако по осени думаем набрать семена. Так будет сподручнее.

Алесия едва удержалась, чтобы не стукнуть себя ладонью по лбу. Точно! Можно же было еще прошлой осенью пройтись по полям и собрать семена лекарственных трав. Они же как раз в это время года вызревают. Не пришлось бы тогда гонять ребят с лопатами.

И ведь она вполне могла позаботиться об этом раньше. Если бы меньше думала о планах мести, и больше о насущных делах. С другой стороны, попробуй-ка удержи все в голове. Да еще и без должного опыта.

Обсудив с Иреной хозяйственные вопросы, девушка обратила свое внимание на стройку. Тут можно было только порадоваться. Дела у сборной строительной бригады продвигались неплохо. Хозяйственные постройки росли как на дрожжах. Правда ничего больше не строилось стена к стене.

Алес отдельно настояла на безопасном (противопожарном) расстоянии. А местами планировала обустроить еще и ручейки с водой. Или небольшой пруд. Надо бы озадачить Михаля. Пусть придумает, как это воплотить.

Но самое главное – частокол. И ворота на огромном засове. Чтобы ни одна зараза больше не пробралась.

***

Словом, едва шагнув из кареты, и не успев даже сменить дорожное платье, Алесия с головой окунулась в дела. Можно было бы сперва отдохнуть, но время… Времени было катастрофически мало. Ведь свадьбу с графом (будь он неладен), назначили на последний день весны. И до торжества оставалось чуть меньше трех десятков дней.

К слову, в этом мире год не делили на месяца, а просто обозначали по частям – ранняя весна, средняя и поздняя. Но если прикинуть даты на свой родной мир, то получалось, что выходить замуж придется в мае.

А как говорится: «жениться в мае – всю жизнь маяться». И не то, что бы девушка верила в подобную ерунду… Просто все обстоятельства активно на это намекали.

Отряхнув с рукава крупицы земли, Алесия посмотрела на низко плывущие облака. Одно из них почему-то напоминало фигу. Девушка фыркнула. Символично, ничего не скажешь. Одним судьба отсыпает от своих щедрот, а другим – «фигвамы» в небе рисует.

Хотя ей ли жаловаться? Вон, целого графа заполучила. А это и деньги, и статус, и новые возможности для реализации идей. Если, конечно, сумеет поладить с будущим супругом. Ну или договорится о «ненападении». Он не трогает ее, она его.

Не самый надежный план. Но чтобы придумать другой, надо хорошо понимать, что представляет из себя граф Арельс. А будущий муж знакомиться пока не спешил.

Более того, он даже организацию свадьбы переложил на одного из своих управляющих. Мол, у него самого есть другие, более важные дела. И приехать «жених» собирался буквально за день до торжества.

Ну не свинство ли это с его стороны?

Собственно, именно поэтому Алесия и уехала в свое поместье. Не один граф такой занятой. У нее вон и строительство, и аптекарский огород, и четыре деревни крестьян. А еще школа, слуги… Интересно, сильно ли ей настучат по ушам, если она «случайно» опоздает на свадьбу?

– Госпожа?

Стоило только вспомнить про слуг, как на крыльце возникла Агнета. На голове едва заметное голубиное перо, глаза блестят.

– Госпожа! Вы вернулись! А мы так беспокоились, когда вас вызвали во дворец. – девица понизила голос. – Некоторые даже думали, что вас хотел видеть сам король.

Алес прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

– «Некоторые» угадали. Я действительно была на аудиенции у его величества.

Агнета потрясенно охнула. Для нее правитель королевства был такой же величественной и непостижимой фигурой, как сам бог. А госпожа так легко упоминает о встрече, будто ничего особенного не произошло.

– У его величества… – благоговейно повторила девица, не решаясь на дальнейшие расспросы. Зато в ее округлившихся глазах было столько эмоций, что Алесия все же фыркнула.

Агнета, при всей своей наивности была такой искренней, что это не могло не подкупать.

– И король был так добр, что своей милостью преподнес мне весьма щедрый дар. – продолжила Алес, с трудом сдерживая иронию.

Брови служанки взметнулись вверх. Взгляд стал испуганным.

– Вы так говорите, госпожа… Будто случилось что-то нехорошее.

– Ну это с какой стороны посмотреть. – девушка посерьезнела. – Я обязательно все расскажу. В конце концов, вы тоже имеете право знать. Но для начала пригласи, пожалуйста, Рглора, Ирену, эйсу Кэрин, Эмми и всех прочих в малый зал.

***

Народ собрался быстро. Возвращение госпожи, в принципе, было событием рядовым. Но вот всеобщее собрание по этому поводу устраивалось впервые. Так что обитатели поместья смотрели на Алесию с немым ожиданием. Даже Рглор на этот раз не отпускал свои извечные шуточки.

Все уже знали, что важные новости как-то связаны с волей короля. А это дело серьезное.

Алесия оглядела лица присутствующих. И из глубин памяти неожиданно выплыло – «Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить пренеприятное известие». Да уж… Бессмертные слова из гоголевского «Ревизора» были бы сейчас как нельзя кстати. Жаль, что здесь всю их глубину никто не поймет.

Поэтому пришлось обойтись без классики.

– Друзья, я должна сообщить всем вам важную новость. – начала девушка. И едва удержалась, чтобы не прибавить – «к нам едет ревизор». – Дело в том, что в конце весны… я выхожу замуж.

Она замолчала, ожидая реакции. Но никто из присутствующих даже не шевельнулся.

– По распоряжению короля. Его величество лично подыскал мне жениха.

Первым отмер Рглор. Дернув рыжую бороду, он задумчиво прогудел:

– Вот ведь не было печали.

Ирена тронула мужа за плечо.

– Рглор…

– А я что? Я ничего. – смутился мужчина. – Семья дело хорошее. Да и бабе природой положено за мужниной спиной жить. Чтобы самой жилы не тянуть, и о будущем не тревожиться.

– Главное, чтобы муж был хороший. – тихо произнесла Ирена. Она единственная из всех смотрела на госпожу с сочувствием.

Эйса Кэрин слегка нахмурилась. Брак Алесии ставил в непростое положение их всех. Что если этот «хороший» муж захочет взять дела поместья в свои руки? Оставаться тогда, или уйти?

С одной стороны, она давно еще решила не служить у замужних дам. Но с другой… ужасно не хотелось бросать крестьянских ребят.

– Кто же ваш будущий супруг? – поинтересовалась она, решив не действовать сгоряча.

– Граф Нортман Арельс.

В наступившей тишине отчетливо слышался звук забиваемых гвоздей. Где-то во дворе строители трудились над очередной постройкой. Ближний же круг молча переваривал полученную информацию.

Алес хорошо понимала, вряд ли кто-то из окружающих знает графа лично. Но фамилия «Арельс» должна была им о многом сказать. Если даже она, чужачка в этом мире, поняла масштаб оказанной чести…

Эмми, стоявшая ближе всех к двери, вдруг охнула и залилась слезами. Все внимание тут же переключилось на нее. У эйсы Кэрин нашелся платок, Агнета принесла воды, Рглор усадил старушку в кресло.

Несколько минут пожилая женщина только всхлипывала, а потом забормотала – что, мол, и не чаяла дожить до такого счастья. А уж как бы порадовался его сиятельство старый граф. «Голубка» Лесюшка выходит за самого Арельса, после такого и умирать можно спокойно.

Однако на предложение отправиться со своей любимицей в графский замок, Эмми в ужасе замахала руками. Сама бы она с радостью. Но никак нельзя, чтобы замужняя дама вступала под крышу мужа с нянюшкой. Хозяйкам няньки не положены. Вот когда детки пойдут, тогда другое дело…

Алесия ощутила, как по коже прошел легкий холодок. Дети… Странно, но об этой стороне семейной жизни она почему-то вообще не подумала. А ведь действительно… Ей же придется ложиться в постель, с посторонним по сути человеком. Какая гадость!

Зато графа ждет большой сюрприз. Даже интересно, как он отреагирует, когда поймет, что супруга девственница. И это после нескольких лет первого брака. Мда… своей абсурдностью ситуация больше всего походила на нелепый анекдот.

Эйса Кэрин, поглаживающая Эмми по плечу, вдруг замерла.

– Его сиятельство, граф Нортман Рейнальд Арельс. – проговорила она вполголоса. – Хозяин Арельсхолма… У него случайно нет дочери по имени Лианна Кэйрил Арельс?

Алес насторожилась. Кажется, говоря о девочке, брат упоминал именно это имя.

– Есть. Вы с ней встречались?

Кэрин качнула головой.

– Нет. Но я как-то разговаривала с ее отцом.

Алесия не сводила с учительницы глаз. Неужели есть человек, который знает Нортмана Арельса лично, а не по слухам.

– И что вы можете о нем сказать?

Прежде чем ответить, Кэрин ненадолго задумалась. Девушке вдруг вспомнилось, как ее, еще совсем юную и полную надежд, впервые отправили из монастыря – устраиваться на службу. Маленькой виконтессе из замка Арельсхолм нужны были учителя. И сестра-настоятельница решила, что Кэрин вполне могла бы получить там место.

Только вот сам хозяин замка придерживался другого мнения на этот счет.

­­– Сколько вам лет? – сурового вида мужчина едва взглянул на рекомендательное письмо и тут же отложил его в сторону.

– Семнадцать, ваше сиятельство. – Кэрин старалась выглядеть невозмутимой, но почему-то ей было не по себе. Резкий голос графа Арельса звучал громко. И странно отличался от шелестящих голосов обитательниц монастыря.

– Семнадцать, значит. – мужчина постучал пальцами по столу. – Не слишком ли вы юны?

Девушка не знала, что на это ответить. Однако ответа от нее и не ждали.

– Не сочтите мои слова за оскорбление, эйса Кэрин. Но вы сами лишь недавно вышли из детского возраста. А я не могу доверить свою наследницу юной девице, не имеющей никакого опыта.

– Я обучалась при монастыре, ваше сиятельство. И сестра-настоятельница посчитала, что я могу учить детей.

– Что ж. Пусть это останется на ее совести, эйса. Своего мнения я не изменю. Вам лучше вернуться в монастырь и еще немного повзрослеть, прежде чем искать себе службу. Едва ли столь юная особа в состоянии хоть кого-то чему-то научить.

Это неприкрытое пренебрежение почему-то задело тогда до глубины души. Кэрин действительно вернулась в монастырь, и очень тяжело переживала свою первую неудачу. Хотя, разумеется, никто об этом не узнал. Ведь обитательницам монастыря не полагается иметь чувств.

– Я могу сказать, что он человек очень строгих взглядов. – наконец отозвалась Кэрин. – Его сиятельство прямолинеен, возможно чуть резок, но о своей дочери он проявляет похвальную заботу.

Алес чуть подняла брови. Столь лаконичное описание могла дать только эйса Кэрин. Никаких лишних деталей. Только скудные мазки, как у художника, который вынужден экономить краску.

Но даже это было гораздо лучше, чем ничего.

Эмми наконец перестала всхлипывать, и теперь бормотала себе под нос про великое счастье для своей «голубки». Девушка пару раз кивнула, хоть и не разделяла ее оптимизм. Эйса Кэрин выглядела еще более серьезной, чем обычно. Рглор, приобняв Ирену одной рукой, другой – задумчиво почесывал бороду. Агнета неловко топталась на пороге с чашкой воды.

Ближайшее будущее казалось туманным. Все понимали, как только граф Арельс станет мужем госпожи, именно он, а не граф Бартон, будет распоряжаться поместьем. Да, он не сможет его продать. Но вот прикрыть стройку, распустить слуг, закрыть школу – вполне.

Это уже не опекун с ограниченными правами, а законный супруг. И многое будет зависеть исключительно от его здравомыслия.

Глава 3. Любовь в клятве не упоминается

В столицу Алесия вернулась ровно за день до бракосочетания. Опоздать на собственную свадьбу было, конечно, заманчиво. Но взвесив все за и против, девушка решила от этой идеи все же отказаться.

Как никак, ей еще договариваться с графом о личных границах. А если выставить мужчину перед гостями в глупом свете, оценит ли он? Вряд ли. Она бы точно не оценила.

Да и как отнесся бы к подобному «финту» Лайон, потративший весь последний месяц на организацию торжества? Хотя «торжество» – слишком громко сказано. Несмотря на статус брачующихся, все должно было пройти более чем скромно.

– Как ты и просила, гостей будет немного. Только представители тех семей, не пригласить которых было бы оскорблением. – Лайон показал сестре бумаги со списком фамилий.

Алес скользнула взглядом по ровным строчкам и едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Тридцать-сорок человек – это по мнению брата «немного»?

Лайон продолжал:

– Обвенчают вас в самом западном храме столицы. Он не такой роскошный, как центральный, но Арельсы всегда заключают браки только в нем. Традиция семьи.

Девушка кивнула. Откровенно говоря, место свадьбы ее интересовало мало. Куда больше ей хотелось взглянуть на самого жениха.

– Затем вы отправитесь во дворец, где поблагодарите его величество за участие в вашей судьбе. Там же будет устроен небольшой прием в вашу честь.

Алесия обреченно вздохнула. Опять прием. Лично ей, прошлого более чем хватило. И захочется ли ей благодарить короля после встречи с будущим мужем?

– Прошу! Скажи, что после приема мы отправимся домой, а не будем кататься по столице с визитами вежливости.

Лайон едва заметно улыбнулся.

– Визиты вежливости обычно наносят на второй день. Однако представитель графа Арельса уже принес самые искренние извинения за то, что визиты придется отложить на неопределенный срок.

– Просто замечательно! А почему?

– Потому что на следующий день после свадьбы, Нортман Арельс отбывает по королевскому поручению в Актай, и вернется только ближе к осени.

Актай… Актай. Девушка наморщила лоб, вспоминая. Кажется, это какой-то остров на самом юге королевства. Эх, надо бы при случае освежить знания по местной географии.

– На этом вроде бы все. – подытожил Лайон. И взъерошив светлые волосы, он улыбнулся сестре. – Все будет хорошо. Тем более с тебя многого не требуется. Главное – не споткнись на первых трех ступенях храма, и не забудь слова брачной клятвы.

Алесия моргнула и столь красноречиво уставилась на брата, что тот без лишних просьб пояснил.

– Это же просто примета. Если невеста споткнулась на первых трех ступенях, значит до сына будет сперва три дочери. Всего лишь суеверие. Хотел немного тебя развеселить.

– А брачная клятва – тоже суеверие? – с подозрением поинтересовалась девушка.

Теперь уже Лайон посмотрел на нее с недоумением.

– Ты же уже приносила брачную клятву. Когда… ээм… выходила замуж за барона Кьярти.

– А… ну да. – не слишком уверенно отозвалась Алесия. – Просто это было так давно, что я забыла почти все слова. Не напомнишь?

Лайон поднял брови. Он никак не мог сообразить – воспринимать ли просьбу всерьез? Или сестра просто решила над ним подшутить? Хотя не похоже. Есть вещи, с которыми не шутят.

– Кхм… Я могу записать ее тебе на листе. Повторишь перед сном…

Девушка выдохнула с облегчением.

Но облегчение длилось недолго. Брачная клятва оказалась «простыней» почти на два рукописных листа. И это при том, что почерк у Лайона был далеко не самый крупный. А уж содержание…

«Она, Алесия Ирсана Бартон, дочь покойного графа Осберта Маркуса Бартона и покойной графини Аллии Бетаны Бартон. Сестра нынешнего графа Лайона Осберта Бартона. Перешагнувшая рубеж молодости в нынешнем году. Не имеющая детей от иных браков, и не замеченная в дурных связях.

Безо всякого понуждения со стороны, в здравом рассудке и трезвом рассуждении… Соглашается стать женой графа Нортмана Рейнальда Арельса. И клянется быть ему верной супругой, блюсти интересы мужа выше своих, не противиться его воле, и не вмешиваться в дела, без прямого на то позволения…».

Алесия наморщила нос. Но все же дочитала клятву до конца. Хотя больше это походило на договор, где одна из сторон оказывается в не самых выгодных условиях. «Быть мудрой, почтительной, неизменно доброжелательной. С гневом отрицать любые недостойные намеки и сообщать о них супругу».

И, что самое печальное, – ни слова о любви.

***

Учить клятву пришлось почти всю ночь. Раз за разом вчитываясь в ровные строчки, девушка невольно чувствовала себя студентом, отложившим подготовку к экзамену на самый последний момент. Однообразный текст никак не хотел укладываться в голове.

Если в стихах можно хотя бы зацепиться за рифму, то в брачной клятве зацепиться было решительно не за что. Во-первых – проза. А во-вторых – полное отсутствие смысла и сюжета. Сплошные – «должна» и «обязуюсь».

Поспать в итоге удалось всего часа два. Поэтому утром, когда в комнату впорхнула служанка, Алесия пребывала не в самом благожелательном расположении духа. Глаза слипались, скулы сводило от зевоты, а в голове, вместо собственных мыслей, монотонно тянулось – «клянусь быть супругой… почтительной… вести хозяйство твердой рукой» …

Тьфу!

– Госпожа… Госпожа! – Агнета легонько потрясла Алесию за плечо.

Та встрепенулась, сообразив, что успела слегка задремать. Прямо вот так – сидя на кровати, с открытыми глазами.

– Госпожа, я принесла вам травяной отвар для умывания. – девица заглянула ей в лицо. – И горячий шоколад с булочкой. Пора вставать. А внизу вас уже мастер по прическам дожидается, его сиятельство сказал, что…

– Не надо. – выдохнула Алесия, останавливая поток слов. Меньше всего ей хотелось, чтобы кто-то посторонний копался сегодня в ее голове. Еще растрясет текст клятвы, который с таким трудом был туда вмещен.

Агнета растерянно моргнула.

– Унести шоколад?

– Унеси мастера по прическам.

– Ээм… А… – служанка покосилась на дверь и покорно кивнула. – Как вам будет угодно, госпожа.

Дождавшись, пока Агнета умчится передавать поручение, Алесия усилием воли заставила себя встать. Оптимизм, который она старательно поддерживала в себе все последние дни, куда-то улетучился. Настроение было тягуче-противным. Будто встала не ради собственной свадьбы, а убрать за котом, которого стошнило на любимый коврик.

А от одной мысли, что следующую ночь придется провести с совершенно посторонним мужчиной, к горлу подкатывал едкий комок. Какая же гадость!

Облокотившись руками на умывальный столик, Алес заглянула в таз с травяным отваром. Из отражения на нее смотрела черноглазая девушка. Хмурая, чуть заспанная, но все равно довольно очаровательная.

Деревенская жизнь определенно пошла ей на пользу. Круги под глазами канули в небытие. Щеки слегка округлились, из-за чего лицо теперь казалось еще более милым и наивным. Повезло графу, такую красотку себе отхватил. Причем, даже не приложив особых усилий.

Вопрос только в том – оценит ли? В этом девушка очень сомневалась.

***

Умывшись теплым отваром из ромашки и выпив шоколад, Алесия почувствовала себя гораздо бодрее. Счастливой невестой она по-прежнему себя не ощущала, но о грядущем торжестве думалось уже без прежнего отвращения.

Могло быть и хуже.

В комнату вернулась Агнета, держа на вытянутых руках нежно-голубое платье. Одно из тех, что некогда принадлежало прежней баронессе. Довольно скромное по меркам высшего света, но от пошива специального свадебного наряда Алес отказалась наотрез.

– Госпожа, изволите одеваться?

В глазах Алесии зажглись едва заметные огоньки.

– А может мне отправиться в храм прямо так? – она кивнула на ночную рубашку. – Только представь, в каком восторге будут столичные сплетники.

– Госпожа! – возмущенно охнула Агнета. – Это… это же!

– Это всего лишь шутка. – успокоила ее девушка. – Просто у тебя было такое серьезное и торжественное лицо, что я не удержалась.

Агнета только покачала головой. У нее в голове не укладывалось, как можно шутить в такой день.

После одевания настало время прически. С ней Алесия тоже решила не мудрить. Просто заплела две объемные косы и собрала их в «корзинку». Получилось на удивление неплохо. Почему-то с волосами всегда так, чем меньше стараешься, тем симпатичнее результат. Даже Агнета не нашла к чему придраться.

– Вам очень к лицу, госпожа. – похвалила служанка. – Может… только… добавить в волосы немного цветов? Я слышала, так сейчас делают все дамы.

– Чтобы голова походила на клумбу? – поморщилась Алес. – Не хочу. Лучше гребень. Тот, что мне Лайон подарил на рубеж молодости.

Агнета просияла. Она искренне огорчалась, что госпожа редко надевает подарок брата – гребень с цветами из драгоценных камней. С другой стороны, вещь была слишком дорогой для деревни. Еще потерялась бы ненароком.

Наконец, приготовления подошли к концу. Алесия еще раз прошлась пальцами по прическе, выпустив напоследок несколько локонов. И решительно встряхнула головой. Она по-прежнему не ощущала себя невестой. Скорее уж солдатом, готовым к бою.

– Как я выгляжу?

– Госпожа, вы всегда прекрасны. Но сейчас особенно!

Впрочем, ожидать от служанки другого ответа не приходилось. Агнета всегда была готова восхищаться своей госпожой. И делала это вполне искренне.

Интересно, что скажет Лайон?

***

У Лайона слов не нашлось. По крайней мере в первые несколько минут. Он молча рассматривал ее с таким выражением лица, будто видел впервые. Затем покачал головой.

– Ты сейчас совершенно не похожа на себя.

Алесия чуть изогнула бровь.

– В хорошем смысле, или в плохом?

– Скажем так, если Нортман Арельс останется равнодушным, значит, у него нет ни глаз, ни сердца. Ты сейчас такая юная, свежая… Как первый день весны.

Девушка улыбнулась, принимая комплимент. Хотя в памяти невольно всплыл первый весенний день в поместье. Слежавшиеся сугробы, грязь. Все же поэтичные сравнения порой очень далеки от реальности.

– Будем надеяться, что граф тоже любит весну. Может статься так, что ему больше по душе зима. Или осень…

***

К западному храму постепенно съезжались гости. Официально – поздравить молодых. На деле – лично взглянуть на столь странный и неожиданный союз. Родовитый граф и разведенная баронесса. У многих в голове не укладывалось, как такое могло произойти.

– …говорят, на их браке настоял сам король. – прошептала одна пожилая дама, склонившись к самому уху такой же немолодой подруги.

– Глупости, его величество никогда не вмешивается в личную жизнь подданных.

– Герцогиня Горткон была тому свидетельницей. – дама на миг умолкла, кивнув кому-то из знакомых, а затем продолжила свистящим шепотом. – Она рассказывала, что его величество едва ли не лично привез бывшую баронессу во дворец, расцеловал ей руки, осыпал комплиментами и усадил рядом с собой.

– Не может быть! – ахнула собеседница.

– И это еще не все. Затем, его величество объявил, что лично выдаст ее замуж. За особые заслуги перед королевством.

– Какие у этой девчонки могут быть заслуги? Разве что в постели короля? Мужчины порой так неразборчивы…

Прикрывшись веерами, дамы стыдливо хихикнули. Но предположение обеим пришлось по душе.

Шагах в тридцати от них, тоже происходил не менее занимательный разговор.

– У графа Арельса только дочь, а ему нужен наследник мужского пола.

– Почему же он тогда женится на девице, не способной иметь детей?

– Подозрительно это. Еще и с бароном Кьярти, говорят, какая-то странная история была.

– Жалко девчонку. Нортман при первом же удобном случае свернет ей шею, как некогда первой жене.

– Его вина не была доказана. Но если и так, разведенная девка другой участи не заслуживает. А у его величества появится прекрасная возможность взять земли графа под опеку, до совершеннолетия виконтессы. Потом и виконтессу можно будет выдать замуж за верного человека. Те же Ормсы явно не откажутся от столь лакомого куска.

– Хотел бы я знать… – начал один из мужчин, но почти сразу умолк, так и не закончив мысль.

Потому что в этот самый момент, к храму подъехала еще одна карета. Черная, с золотой отделкой по обеим сторонам. На каждой дверце – витиеватая буква «А». Среди присутствующих пронесся легкий шепоток – «граф Арельс».

Сам граф, не удостоил присутствующих даже взглядом. Лишь сказал пару слов кучеру, и с самым суровым видом направился в храм.

***

Алесия приехала всего минут на пять позже жениха. И, сама того не зная, последовала примеру Нортмана. А именно – полностью проигнорировала обращенные к ней взгляды.

Правда сделала она это не из гордости или высокомерия. Просто все ее усилия были направлены на то, – чтобы не забыть слова клятвы. На фоне этой задачи, даже волнение ушло куда-то на дальний план.

«Обязуюсь быть мудрой, почтительной, неизменно доброжелательной…».

О-ох… Насколько же проще все устроено в родном мире, где все нужные слова проговаривает сотрудник загса, а от невесты с женихом только требуется сказать – «да».

– Волнуешься? – шепнул Лайон, склонившись к самому уху сестры.

– Радуюсь. – едва слышно буркнула девушка. – И трепещу перед встречей с женихом.

Брат чуть сильнее сжал ее пальцы.

– Все будет хорошо. Я выберу время после церемонии и поговорю с Арельсом.

Алес слегка качнула головой. Как и в случае с Карисом, она не хотела слишком вмешивать брата в свои дела.

– Пока не нужно.

– Уверена?

– Да.

Лайон покусал губу, но спорить не стал. Вот за что девушка любила брата, так это за умение услышать – «нет». И не навязывать свою точку зрения, когда это не требуется.

Сам храм Алесии понравился. Немного тяжеловесный, похожий на маленький замок, он был явно выполнен в стиле близком к романскому. Простые строгие линии и никаких излишеств в виде резьбы и всяких заостренных форм. Последним часто грешила готика, однако в этом мире до нее похоже еще не доросли.

– Это один из старейших храмов королевства. – вновь заговорил Лайон. – Поэтому обряд будет проводиться по старому образцу. Ты войдешь через восточный вход. Граф Арельс через западный. Подниметесь к полуденному алтарю, там вас встретит священнослужитель. Это единственное отличие.

– Отличие от чего?

– От церемонии в центральном храме, где жених дожидается невесту у алтаря. Тут же вы оба пройдете навстречу друг другу. Ну а дальше все будет как всегда.

– Спасибо, что предупредил.

Девушка сделала глубокий вдох. Как же иронично. Будь эта свадьба «настоящей» – по доброй воле, с любимым человеком, она была бы сейчас на седьмом небе от счастья. Хотя… В памяти острым уколом вдруг возникли события годовой давности. Как она выбирала свадебное платье. Представляла восхищение в глазах жениха. «Данечки»… Лучшая подруга восторженно щебетала, расхваливая каждый новый фасон… А спустя всего несколько дней…

Алесия резко встряхнула головой. Изменщик-Данечка давно остался в прошлом. И совершенно не заслуживал того, чтобы она думала о нем в день своей свадьбы. Лучше подумать о чем-нибудь хорошем. Например о том, что граф Арельс, вопреки всему, может стать идеальным мужем. И она даже сумеет полюбить его…

***

Или не сумеет?

Высокие двери распахнулись совершенно бесшумно. Зал был уже полон людей. К слову, в храме находились только те, кого пригласили официально. Остальные «гости» вынуждены были остаться снаружи и дожидаться окончания церемонии там.

Неслышно выдохнув, Алесия сделала первый шаг. Волнения вроде бы не было. Но коленки почему-то слегка дрожали. В храме стояла звенящая тишина. Неужели в этом мире никто не догадался написать свадебный марш?

Ну или могли бы просто позаботиться о музыке. Если у нее от волнения вдруг заурчит в животе, это же услышат все. Первые ряды, как минимум.

Хотя… А не все ли равно?

Второй шаг дался чуть легче. На третьем девушка осознала, что снова в состоянии дышать. Остаток пути до алтаря она преодолела без проблем. И даже не споткнулась на тех самых ступенях, о которых ее предупреждал Лайон.

Уже молодец.

Поднявшись на возвышение, Алес наконец взглянула на жениха. И испытала всепоглощающее разочарование.

Не полюбит.

Граф Арельс оказался совершенно не в ее вкусе. Просто анти-идеал. Алесии нравились светловолосые парни с голубыми или синими глазами. Худощавые, улыбчивые. Среднего роста (чтобы не смотреть снизу вверх), и желательно ровесники.

Вот Данил (Данечка), жених из родного мира, полностью соответствовал ее вкусу. Она могла бы влюбиться в Лайона (не будь тот ее братом). Да даже Карис, если забыть о мерзком характере, внешне был вполне ничего.

А чем дольше девушка смотрела на Нортмана Арельса, тем меньше он ей нравился. Во-первых, мужику на вид лет тридцать (можно только порадоваться, что ему хотя бы не за сорок. Шесть лет разницы еще можно пережить).

Во-вторых, – рост. Граф был минимум на голову выше нее. Телосложение крепкое. Черные, чуть взъерошенные волосы. Поджатые губы. Черные глаза. Резко очерченные черты лица, и грубоватая кожа с легким загаром.

Ну просто… Солдафон. Это слово просто идеально передавало впечатление от жениха.

Но особенно добила Алесию щетина. Уж мог бы и побриться перед собственной свадьбой. Впрочем, сам граф вообще смотрел куда-то поверх ее головы. Видимо и его не впечатлила невеста.

– Кхм… – пожилой священнослужитель кашлянул, прочищая горло. – Мы собрались сегодня здесь, чтобы стать свидетелями счастливого союза между этим мужчиной, и этой женщиной. Вступая в брак, они берут на себя ответственность не только друг перед другом, но и перед королевством, обществом и будущими поколениями. Брачная клятва – это не просто дань традиции, но и устный договор, который заключается здесь и сейчас, в присутствии многочисленных свидетелей. И отречься от него, значит пойти против совести…

Алес слегка заскучала. Священнослужитель «скрипел» минут пять, и под звуки его голоса, глаза закрывались сами собой…

– Алесия Ирсана Бартон!

Девушка встрепенулась.

– Готовы ли вы принести брачную клятву мужчине, что перед вами?

Вопрос явно был риторическим. Можно подумать, у нее есть возможность сказать «нет».

– Готова.

Священнослужитель кивнул.

– Я, Алесия Ирсана Бартон, дочь покойного графа Осберта Маркуса Бартона и покойной графини Аллии Бетаны Бартон. Сестра нынешнего графа Лайона Осберта Бартона. Перешагнувшая рубеж молодости в нынешнем году. Не имеющая детей от иных браков, и не замеченная в дурных связях.

Безо всякого понуждения со стороны, в здравом рассудке и трезвом рассуждении. Соглашаюсь стать женой графа Нортмана Рейнальда Арельса. И клянусь быть ему верной супругой, блюсти интересы мужа выше своих, не противиться его воле, и не вмешиваться в дела, без прямого на то позволения…

В зале по-прежнему стояла звенящая тишина. Вдоль стен мерцали свечи. На алтарь, из маленького окна, под самым потолком, падал солнечный луч.

– Я обязуюсь всегда следовать за своим мужем, и оставаться на месте, по одному его слову. Клянусь не допускать неверности даже в мыслях, и с гневом отрицать любые недостойные намеки… Отрицать любые недостойные намеки…

Алес прикусила губу. Дальнейший текст просто испарился из памяти. Кажется, там было что-то про хозяйство. Или про детей? Судорожно соображая, она, тем не менее, продолжила говорить:

– И клянусь быть ему верной супругой, блюсти интересы мужа выше своих, не противиться его воле, и не вмешиваться в дела, без прямого на то позволения…

Граф Арельс впервые за все время опустил на нее глаза. Однако сейчас его мнение мало волновало девушку. Она пыталась вспомнить текст. Священнослужитель подсказывать не спешил. Старичок вообще пребывал в какой-то полудреме.

– Обязуюсь всегда следовать за своим мужем…

В зале слегка зашевелились.

– …вести хозяйство твердой рукой. – прошипел граф сквозь стиснутые зубы.

– Вести хозяйство твердой рукой, – повторила Алесия, не поведя бровью. – Держать слуг в повиновении, быть мудрой и неизменно доброжелательной к другим…

Оставшуюся часть клятвы она договорила без запинок. Благо, там было уже немного.

Священнослужитель не сразу отреагировал на тишину. Некоторое время он еще жевал губами, а затем дал слово Нортману Арельсу.

Мужчина заговорил. Голос у него оказался чистым, ровным и неожиданно приятным. Что ж. Должны же у будущего супруга быть хоть какие-то положительные черты.

– Я, граф Нортман Рейнальд Арельс… Перешагнувший рубеж молодости шесть лет назад…

В целом, мужская версия клятвы заметно отличалась от женской. Сперва шло перечисление имущества и земель. Затем упоминались дипломатические миссии и военные кампании, в которых граф принимал участие.

Что же касается обещаний, их можно было уложить в несколько фраз. Будущий супруг обещал быть верным. Заботиться о благосостоянии семьи. Не поднимать на жену руку, не унижать, не пренебрегать. И защищать интересы супруги, если кто-то по недоброму умыслу выдвинет против нее ложные обвинения.

Звучало многообещающе. Однако что-то подсказывало, что все эти слова – простая формальность. Алесия каждой клеточкой ощущала, что графу она не по душе.

Было ли дело в ее «не репутации», или во внешности, или в самих обстоятельствах брака… Девушка не знала. Нортман Арельс практически на нее не смотрел. И в то же время, от него буквально исходили волны неприязни.

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно провозгласил старец. Его скрипучий голос звучал словно со стороны.

Зрители разразились аплодисментами. Зал храма наполнился веселыми голосами. Алесия покосилась на новоиспеченного супруга. Тот, не удостоив ее даже взглядом, молча предложил локоть. А затем, с крайне мрачным видом, повел через толпу.

Глава 4. И опять... и снова...

– Граф, графиня, поздравляем от всей души!

– Долгих вам лет семейной жизни!

– И наследника. А еще лучше – двух или трех!

Пожелания сыпались со всех сторон.

Алесия улыбалась так, что сводило скулы. Кого-то благодарила, кому-то кивала. Граф тоже подавал признаки жизни, отвечая на поздравления тем, кто находился к нему ближе всего. Наверное, со стороны они казались вполне счастливой парой.

Однако девушка чувствовала, что супруг буквально тащит ее за собой, разбивая толпу гостей, словно ледокол. Ему так не терпится остаться наедине? Или просто не любит находиться в центре внимания?

Кто ж его разберет?

– Вы просто очаровательны, графиня!

– Благод… – Алесия повернулась к очередному гостю, и едва не врезалась в дверцу кареты, которую перед ней распахнул граф Арельс. – О-ох.

Столкновения каким-то чудом удалось избежать. Однако мужчина все равно смерил ее уничижительным взглядом. Будто в случившемся только ее вина. В отместку, Алес забралась в карету, полностью проигнорировав предложенную руку. Не только супруг может демонстрировать дурной нрав.

Графу ее своевольство явно пришлось не по душе. Сжав пальцы в кулак, он поднялся следом и занял мягкую лавку напротив. Алесия невольно приготовилась.

К чему?

Да к чему угодно! К резкому слову, ехидному замечанию, холодной отповеди… Однако мужчина избрал четвертый путь. Скрестив руки на груди, он устремил свой взгляд в окно. Вот так. Будто кроме него тут больше никого нет.

Девушка чуть прищурилась. Ситуация начинала ее забавлять. Если кому и строить из себя обиженную на весь мир «принцессу», так это ей. Между прочим, это ее выдернули из родного поместья и передали в лапы местного титулованного солдафона.

А может, супруг ждет, что она будет лезть из кожи вон, чтобы привлечь его внимание? Пожалуй, любая другая девица на ее месте уже попыталась бы заговорить.

Ну… если так, то ничего его сиятельство не дождется. Алесия тоже перевела взгляд на окно, твердо решив, что не проронит ни слова, пока мужчина первым не обратится к ней.

Какую-то часть пути они проехали в полной тишине. Карета мерно покачивалась. Мимо проплывали серые дома, постепенно превращаясь в невесомые воздушные замки… Потом внезапно появилась залитая солнцем поляна, со множеством цветов. И над этой поляной зависла одна, совсем маленькая, грозовая тучка…

– …графиня, вы уснули? – пророкотало что-то, сквозь приближающийся гром.

– Что?

Алесия дернулась, едва не свалившись на чьи-то колени. Прекрасная поляна исчезла. Вокруг снова была карета, а за окном мелькали серые дома. Граф Арельс сидел напротив и сверлил ее презрительным взглядом.

– У меня сложилось впечатление, что вы спите. – голос мужчины звучал уже не так приятно, как в храме.

Алес пару раз моргнула, приходя в себя. Какая потрясающая наблюдательность – «сложилось впечатление… вы спите…». Может она чувств лишилась, от привалившего ей «счастья»?

– Тут просто очень душно. – вывернулась девушка, решив пока не показывать «зубки».

Граф Арельс поморщился, но все же протянул руку и приоткрыл окно. Карету тут же заполнил легкий ветерок. Он приятно охладил лицо и… Алесия едва не чертыхнулась, обнаружив, что пока она дремала, вырез платья успел заметно сползти, и теперь прикрывал грудь на самой границе приличий.

Неловко получилось. Как-то в своей деревне, она успела подзабыть о коварстве местных нарядов. Резко подтянув платье повыше, Алес отвернулась к окну. Щеки ее пылали. Интересно, как долго этот мужлан любовался занимательными видами? Или он затем ее и разбудил, чтобы она не оскорбляла его требовательный вкус?

Пожалуй, надо было плюнуть вчера на клятву, и хорошенько выспаться. Новоиспеченный супруг явно не стоил таких стараний. И страданий тоже не стоил.

Остаток пути прошел в молчании. Впрочем, девушку это более чем устроило. Она копила моральные силы для второго акта – приема во дворце. Надо выглядеть если не счастливой, то хотя бы довольной жизнью. Чтобы никому не давать повода для злорадства.

***

Его величество, Теодор двенадцатый восседал на высоком троне в малом зале для торжеств. Обычно, ежедневные приемы проходили в залах попроще, но сегодня, ради новоиспеченной четы Арельсов, было сделано небольшое отступление от правил. Надо же продемонстрировать молодым (а заодно и всему двору), благорасположение короля.

Придворные перешептывались, то и дело поглядывая в сторону дверей. И наконец, их любопытство было вознаграждено.

– Его сиятельство граф Нортман Рейнальд Арельс и ее сиятельство графиня Алесия Ирсана Арельс! – торжественно объявил лакей.

Шелест голосов тут же смолк. Присутствующие, как один, повернулись к вошедшим. Большинству из них граф Арельс был знаком, поэтому все внимание сосредоточилось на его молодой жене.

Как никак, бывшая баронесса была одной из самых обсуждаемых фигур в прошлом году. А уж какой ореол слухов сопровождал ее имя… Кто-то считал, что она распутная девица, готовая упасть в объятия любого конюха. Другие же утверждали, что баронесса скорбна умом, оттого первый муж и держал ее подальше от высшего света. Находились «сочувствующие», считавшие, что баронесса сошла с ума от невозможности иметь детей.

В противовес им, высказывалось мнение, что граф Бартон потому и выдал свою дочь за барона, что виконтессы были нелады с головой. Словом, слухи, щедро посеянные Карисом, дали самые неожиданные всходы.

А теперь, эта загадочная девица вознеслась на самую вершину общества. И многих мучил вопрос – как это произошло?

– Граф, графиня. – его величество кивнул, позволяя супружеской паре подняться. – Рад, что в такой значимый день вы нашли время побывать и во дворце.

– Ваше величество. – Нортман Арельс еще раз склонил голову. – Мы прибыли, чтобы поблагодарить вас за то участие, которое вы, великодушно приняли в нашей судьбе. Ведь лишь благодаря вашей высокочтимой воле этот брак стал возможен.

Алесия незаметно покосилась на мужа. Ей показалось, или за ширмой красивых слов действительно прозвучало недовольство? Едва заметное, в оттенках интонации. И все же, оно было.

Зато король будто ничего не заметил. Ну или сделал вид.

– Надеюсь, граф, молодая супруга пришлась вам по душе?

– Думаю, ваше величество, что вы никогда не предложили бы мне дурную женщину. Так что я всем доволен.

Иронию в голосе графа Арельса не заметил бы только глухой. Однако монарх лишь благожелательно улыбнулся.

– Весьма рад, что сумел вам угодить. Все же, человек вашего возраста и положения не должен быть один. – его взгляд обратился к Алесии. – Графиня, вы выглядите просто превосходно.

Девушка присела в поклоне.

– Благодарю, ваше величество.

– Надеюсь, что этот брак станет для вас более удачным. Ваш супруг, человек редких душевных качеств. Он всей душой предан короне, и ни при каких условиях не запятнает свою фамильную честь.

Последние слова прозвучали довольно многозначительно. А едва уловимый взгляд, брошенный на графа Арельса, заставил Алесию насторожиться.

Как там говорил Лайон?

Нортман никогда не женился бы на ней добровольно. Вполне возможно, что на него надавил своей волей король.

Может ли так статься, что «награждая» ее, король одновременно «наказал» графа? Скажем, за не к месту проявленный характер. Или за дерзость. Или за то, что слишком долго игнорировал более подходящих невест?

Гадать можно долго. Но ответ знает только его величество.

Алес еще раз изобразила реверанс.

– Думаю, ваше величество, что вы никогда не предложили бы мне дурного мужчину. Так что, я более чем счастлива.

Судя по всему, ее слова пришлись монарху по душе. Сказав еще несколько, ничего не значащих фраз, Теодор двенадцатый отпустил молодоженов в зал, пообщаться с гостями.

Первым делом, Алесия поискала глазами брата. Ей повезло, Лайон был уже здесь. На душе стало чуть спокойнее, по крайней мере, теперь она не одна. Тем временем, к молодой супружеской чете пробился невысокий полноватый мужчина, с огромной залысиной на весь затылок.

– О, Нортман, не представишь ли меня своей очаровательной супруге? Мне не удалось подойти к вам в храме, но хочу отметить, что восхищен, просто восхищен…

– Герцог Август Виосент Рельс. – без энтузиазма процедил мужчина.

– О-о-о… – Алес с интересом взглянула на нового знакомого. – Мой брат о вас очень высокого мнения.

– Ваш брат? – Август Рельс слегка наморщил лоб, затем его лицо посветлело. – Бартон… Лайон Бартон, да? Замечательный молодой человек. Умный, благородный. Немного, правда, неопытен в делах, но это дело поправимое. Ближе к осени, я собираюсь познакомить его со своей племянницей. Нежное, трепетное создание, уверен, ваш брат оценит ее по достоинству…

– Э-эм… не сомневаюсь. – Алесия мило улыбнулась герцогу, мысленно отметив, что Лайона нужно предупредить. Пусть будет в курсе, что на него тут уже строят матримониальные планы.

– Граф Арельс. – из толпы выплыл очередной гость. – Вас можно поздравить с удачной женитьбой?

– Можете, граф Богудс. – Нортман с такой силой притянул к себе жену, что та от неожиданности едва удержалась на ногах. – Тоже желаете отметить, как она очаровательна?

– Главное, чтобы жена нравилась вам. – граф Богудс растянул губы в неприятной улыбке. – Длительное одиночество плохо сказывается на характере мужчин. Догадываетесь, о чем я?

И как-то гаденько усмехнувшись, он удалился.

Алес поморщилась. Какой же неприятный тип. Пожалуй, ей еще повезло, что выбор короля пал всего лишь на угрюмого графа Арельса. Который, к слову, так стиснул ее локоть, что там наверняка останутся синяки.

– Ваше сиятельство, – шепнула она одними губами, – Я, конечно, все понимаю, но мне больно.

Мужчина тут же разжал пальцы.

– Извините, графиня.

Ого, этот чурбан умеет извиняться? Мило. Очень мило.

Гости подходили одни за другими. Кто-то ограничивался краткими поздравлениями. Некоторые окидывали Алесию откровенно оценивающими взглядами. И это неимоверно злило. Пялятся, будто на зверушку в клетке!

Улучив момент, Алес решила все же заговорить с мужем. А то за столько времени, он на нее даже не взглянул. Со стороны, должно быть, это выглядит странно.

– Я слышала, граф, что у вас есть дочь?

Арельс, вместо ответа, коротко кивнул.

– Почему же виконтесса не была в храме? Ваша дочь могла бы разделить с нами этот день.

– Лианна в Арельсхолме. Ребенку ее возраста нечего делать в столице.

– Но ведь…

Нортман снова сжал ее локоть, заставляя умолкнуть.

– Семейные дела не обсуждаются на публике, графиня. Даже вы должны об этом знать.

Девушка вспыхнула. Одновременно, ее охватило непреодолимое желание наступить графу на ногу. Жаль, что это было бы слишком мелко. Как она уживется с этим человеком, если в первый же день семейной жизни, он делает все, чтобы настроить ее против себя?

Радовало одно, уже завтра супруг уедет. Уедет далеко, и очень хотелось верить, что надолго. А до тех пор, она больше не будет пытаться с ним заговорить. Иначе лимита дружелюбия не хватит на гостей.

Чтобы немного отвлечься от мрачных мыслей, Алес принялась разглядывать придворных дам. Платья, украшения, прически. В моде сейчас были высокие начесы и живые цветы в волосах. Некоторым даже шло. Только как же потом все это вычесывать? А мыть?

Жаль, что ей не под силу изобрести шампунь. Вот бы был прорыв для этого века. А то на выбор – желток, мыльный корень, зола. Даже масляные маски не поделаешь за отсутствием растительных масел. Не сливочное же в голову втирать.

Погрузившись в собственные мысли, Алесия не сразу заметила, что оказалась в другой части зала. Их с графом просто несло в потоке людей. Мужчины, женщины, новые лица, и вдруг… Сердце невольно затрепетало, а по коже пробежал легкий озноб.

Правда, спустя всего миг, девушка поняла, что обозналась. В самом деле, не мог же Данечка, ее несостоявшийся жених оказаться здесь. Просто молодой человек, привлекший ее внимание, был безумно на него похож.

Такие же светлые волосы и голубые глаза. Только вот улыбка другая. Держится иначе. Да и лицо не то. Однако в душе всколыхнулась целая буря чувств. От глубокой, пронизывающей обиды, до тягучей тоски.

Нет, Данила она бы никогда не простила бы за измену. Но парень, что стоит у окна, это не он. Только вот сама она теперь замужняя дама. Алес до боли закусила губу. Почему жизнь порой так несправедлива?

Граф Арельс, проследив ее взгляд, сделался мрачнее тучи.

– Не успели выйти замуж, а уже заглядываетесь на других мужчин? – процедил он, склонившись к самому ее уху.

Алесия выдохнула, призывая на помощь все свое самообладание. Пусть муж и раздражает до скрипа зубов, изменять она ему точно не будет. Не то воспитание. И пусть не изображает тут трагичного Отелло.

– Я смотрела в окно. – произнесла она, полностью перенимая его тон. – Потому что устала и хочу домой.

– Вот как?

Девушка видела, что супруг не верит не единому ее слову. Только вот на его мнение ей было как-то побоку. В душе противно ныла затянувшаяся было рана.

***

Весь обратный путь Нортман Арельс внимательно смотрел на нее. Буквально прожигал взглядом. Только теперь уже Алесия не поворачивала в его сторону головы. Ей было плохо. Воспоминания из прежней жизни волнами проносились по телу, и стуком отдавались в висках.

Свет ночных фонарей, холодный блеск льда. Взгляд цепляется за снежинку, упавшую на рукав. Она останавливается, желая разглядеть ту получше… глухой удар.

– Простите! Я… я не хотел!

Молодой человек, в забавной шапке, протягивает руку. Сверху нависает звездное небо, а еще… Еще Ира смотрит в пронзительно-голубые глаза, и ей просто хочется в них раствориться.

Парень помогает ей подняться, покупает в качестве извинений кофе и вызывается проводить домой… С этого началась их история. А закончилась…

Алесия отрешенно посмотрела на мужчину, что сидел напротив. Глубоко неприятного и совершенно чужого. И на нее вдруг накатило горькое осознание – никакой любви в ее жизни больше не будет. Чтобы до бабочек в животе и до дрожи в коленках.

Если и существовал призрачный шанс, что в этом мире нашелся бы человек, с которым она могла бы стать счастливой, то теперь все. Она замужем. Замужем… И если очень повезет, то когда-нибудь они с графом сживутся настолько, что смогут смотреть друг на друга без отвращения. И это самое большее, о чем можно мечтать.

***

Городской особняк новоиспеченного супруга Алесию тоже не впечатлил. После теплого и уютного дома брата, резиденция Арельсов казалась просто грудой холодных камней.

Нет, внешне жилище графа выглядело вполне прилично. Добротный дом в три этажа, с колоннами у входа. В окнах чистое стекло без металлических сот. А это, в нынешние времена, удовольствие недешевое.

Зато внутри… Первое ощущение – будто попала в склеп. Прохладно, сумрачно. Большая часть комнат заперта, половина мебели закрыта чехлами. Невольно напрашивалась мысль, что хозяин здесь постоянно не живет. Скорее, бывает наездами.

Алес еще раз огляделась по сторонам. В принципе, тут вполне можно свить уютное гнездо. Провести хорошую уборку, протопить камины, добавить света. Ну и небольшая перестановка бы не помешала. С другой стороны, стараться ради чужого человека и его дома как-то не хотелось.

– Ваши комнаты находятся в левом крыле, графиня. – бросил Нортман, даже не пытаясь выглядеть любезным. – Экономка проводит вас, и выделит все необходимое. Марса!

Из хозяйственного коридора тут же показалась невысокая полная женщина в белом фартуке и чепце.

– Звали, ваше сиятельство?

– Позаботься о моей жене – графине Арельс. – произнес мужчина, небрежно кивнув в сторону Алесии. – И проследи, чтобы никто из слуг меня не беспокоил. Я буду в своем кабинете.

– Слушаюсь, ваше сиятельство. – экономка почтительно склонила голову и выпрямилась лишь после того, как шаги хозяина затихли где-то на верхнем этаже.

Алесия все это время стояла неподвижно, скрестив руки на груди. Шансы договориться с мужем по-хорошему, таяли на глазах. Граф просто пренебрегал ею. Хотя… может это и к лучшему?

Если ему настолько нет до нее дела, быть может семейная жизнь станет для них просто ширмой, за которой каждый останется сам по себе? Не предел мечтаний, конечно, но в местных реалиях…

– Ваше сиятельство? – осторожно обратилась к ней Марса, – Позвольте показать вам ваши покои.

Девушка кивнула. Не стоять же в этом зале до утра.

– Скоро должна прибыть моя личная служанка.

– Агнета? – порадовала своей осведомленностью экономка, – Так она уже здесь. Приехала незадолго до вас. Я пришлю ее к вам, но сперва… может все-таки осмотрите свои покои, ваше сиятельство?

***

Когда граф Арельс говорил – «комнаты», Алесия, признаться, думала, что он имеет в виду какую-нибудь захудалую спальню. Кто же будет выделять хорошее помещение для нелюбимой жены?

Но нет. Покои новоиспеченной графини действительно представляли из себя комнаты. В количестве аж трех штук.

Первая, скорее напоминала прихожую. Мягкий диванчик, вешалки, и зеркало на половину стены. Алес, ненадолго задержалась перед ним, изучая отражение. Раньше как-то не было возможности разглядеть себя в полный рост.

Ничего нового она не увидела. Хрупкая белокурая девушка в голубом платье с белым поясом, затянутым под самой грудью. И никто не догадается, что под одеждой скрыт легкий рельеф мышц. Все же год тренировок и физической активности не прошел даром.

Хотя… если бы знала заранее, что придется выходить замуж, то старалась бы гораздо меньше. Однозначно.

Вторая комната оказалась спальней. Традиционная кровать с балдахином, камин, туалетный столик. А еще – устойчивый запах пыли и паутина по углам. Слуги явно прибирались здесь нечасто. Даже банально проветрить никто не соизволил.

А здесь у нас что?

За последней дверью обнаружился импровизированный санузел. Ширма с ночным горшком и большое металлическое корыто, которое, должно быть, играло роль ванны. Уровень – комфорт, хоть и с легкими следами ржавчины.

– Ваше сиятельство желает обмыться после долгого дня? – поинтересовалась экономка, заметив, что молодая хозяйка как-то слишком уж внимательно рассматривает корыто для мытья.

Алесия ненадолго задумалась. В родном мире, горячая ванная с пеной и морской солью была отличным способом снять стресс. Здесь же об этой привычке пришлось забыть. В тазу или ведре особо не искупаешься. Даже в доме брата для водных процедур была лишь деревянная кадка, высотой примерно чуть выше колена.

Похоже, ванна – это некий символ роскоши. Так почему бы себя не побаловать? А заодно будет время, обдумать тактику разговора с мужем.

Марса, получив ответ, развила бурную деятельность. Сперва на ванну была накинута чистая простыня. Какому-то лакею был отдан приказ – срочно греть воду. Окно женщина закрыла плотной шторой – ради приличий.

Алес едва успела подумать, что придется принимать ванну в темноте, как кто-то из слуг уже зажег свечи. Получилось довольно-таки атмосферно.

– Чего-то еще желаете, ваше сиятельство? – экономка стояла на пороге, ожидая дальнейших указаний.

– Нет. Хочу побыть одна.

Дождавшись, пока Марса уйдет, девушка скинула «свадебное» платье и прямо в нижней сорочке шагнула в горячую воду. Не слишком удобно, но полностью раздеваться в чужом доме – крайне неразумно. Слуги тут явно не обучены стучать.

Она закрыла глаза. Очень хотелось просто смыть этот день, со всеми его событиями и впечатлениями. Забыть бы лицо красивого незнакомца… И презрительное высокомерие супруга тоже…

По телу приятными волнами расползалось тепло. Алесия опустилась чуть ниже, позволив воде почти касаться ушей. И тут, в блаженной тишине, кто-то отчетливо кашлянул.

Первым желанием было – выругаться. Громко и вслух. Вторым… Да собственно тоже. А вот чего точно не хотелось, так это открывать глаза. Алес как-то сразу догадалась, кого увидит перед собой.

И она не ошиблась.

Глава 5. Холодный прием

В нескольких шагах от ванны стоял граф Арельс. Собственной персоной. В его взгляде по-прежнему не было и намека на симпатию. Даже не так. В черных глазах отчетливо читалась неприязнь.

На какой-то миг Алес замешкалась. Почему-то она считала, что супруг будет избегать ее общества. Благо, размеры дома позволяют. Кто же мог подумать, что он возьмет, и почти сразу заявится к ней. Хотелось бы знать – зачем? И как поступить? Встать и разговаривать с графом в виде мокрой мыши? Или остаться в воде и смотреть на него снизу вверх? Пожалуй… пусть будет второй вариант.

– Вы хотели мне что-то сказать, граф? – поинтересовалась она ровным голосом.

Мужчина прищурился и… промолчал.

Он что, издевается? Алесия неслышно выдохнула. Или просто не знает, как подойти к интересующему его вопросу? В ее взгляде зажглись насмешливые огоньки.

– Может, вам не терпится приступить к супружеским обязанностям? Могли бы ради приличия дождаться ночи.

Нортман поморщился. В отблеске свечей его лицо чем-то напоминало маску.

– Если вы думаете, что способны привлечь меня, как женщина, то вынужден вас разочаровать. Я скорее взял бы в свою постель жабу…

– Ммм… А у вас, я смотрю, весьма специфичные вкусы, граф. – брякнула девушка, не дав ему договорить.

Нарываться, конечно, не стоило, но слова сами сорвались с губ. Да и поведение муженька начинало слегка действовать на нервы. Можно подумать, он один тут жертва обстоятельств.

Мужчина скрипнул зубами, и отвернулся так резко, что едва не сбил свечу.

– А у вас, графиня, слишком острый язык, дурное воспитание, несдержанность и… – он на миг запнулся, подбирая подходящее слово. Алес просто не могла не воспользоваться ситуацией. Хотя разумнее было бы, прикусить язык.

– …и это далеко не все мои положительные качества. – закончила она. – Да, ваше сиятельство. Я именно такая. И вам ужасно не повезло, что его величество не остановил выбор на девушке, которая полностью соответствовала бы вашим высоким требованиям.

– Я никогда не оспариваю мнение его величества. – холодно отрезал Нортман, явно не уловив иронии.

Алесия с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Никаких чувств, кроме антипатии, супруг у нее не вызывал. А быть милой, ласковой и любезной с человеком, который смотрит на нее, как на кусок г… кхм, на кусок отходов жизнедеятельности? Противно.

– Я тоже никогда не оспариваю мнение короля. Иначе не оказалась бы сейчас здесь. Не думайте, что только вы не желали этого брака. Однако случившееся не изменить. В наших силах лишь обустроить семейную жизнь так, чтобы не встречаться без лишней необходимости. Я готова вновь вернуться в деревню и вести там крайне уединенный образ жизни. Более того, могу даже не появляться в столице без вас…

– Исключено. – прервал ее мужчина. – Завтра утром вы отправитесь в Арельсхолм. И будете жить там, как положено добропорядочной жене. Замком управляет моя дочь. А единственное, что требуется от вас – не опозорить мое и ваше имя каким-нибудь гнусным скандалом.

– Это каким же? Может еще и пример приведете, чтобы я знала, чего бояться?

На этот раз, иронию граф уловил. В его взгляде зажглись злые огоньки, а через миг Алес обнаружила, что мужчина буквально нависает над ней, вцепившись руками в борта ванны.

– Если позволите себе непристойное поведение, или вольности в общении с другими мужчинами, то горько в этом раскаетесь. – процедил он, не отрывая от нее глаз.

Девушка не дрогнула. Умом она понимала, что супруг вполне может ее сейчас притопить, а потом объявить, что произошел несчастный случай. Мол, графиня решила искупаться и случайно уснула. Слуги все подтвердят. Однако раздражение, которое вызывал этот чурбан с титулом, было сильнее здравого смысла.

– Вот оно что. Вы, как и все прочие, радостно подхватили гадкие слухи, которые распустил обо мне бывший муж? Вам не приходило в голову, что в них нет ни капли правды?

– Я верю лишь своим глазам. – резко бросил мужчина. – И видел, каким взглядом вы облизывали виконта Сомертона. На собственной свадьбе!

Алесия закусила губу. Не объяснишь же, что просто приняла виконта за бывшего парня. Да еще и из другого мира. Однако взглядом она его точно не облизывала. Это же надо было подобрать такое нелепое сравнение.

А супруг… неужели ревнует? Или просто самолюбие взыграло?

– С виконтом Сомертоном я не знакома, граф. Если вы имеете в виду того молодого человека у окна… Я просто обозналась, случайно приняв его за брата. Согласитесь, они отдаленно похожи.

В лице Нортмана мелькнуло сомнение. Алес не отводила от него глаз. Хотелось бы знать, какие мысли шевелятся в этой голове. Есть ли они вообще?

– Я не верю ни одному вашему слову, графиня. – наконец выдохнул мужчина. – И я вас предупредил.

Бросив на жену еще один мрачный взгляд, граф Арельс вышел, напоследок хлопнув дверью. Огоньки свечей слабо затрепетали.

Алесия обреченно закрыла глаза и медленно сползла вниз, позволив воде укрыть себя с головой.

***

Агнета, тем временем, быстро шла по коридору, прижимая к себе стопку льняных полотенец. Она бы еще раньше отправилась к госпоже, но Марса, местная экономка, взялась разъяснять новенькой обязанности графских слуг.

А потом, девица слегка заплутала в этажах. Слишком уж большим оказался дом. Когда же верный путь отыскался, возникла новая беда. Из нужной двери вышел сам господин граф.

Завидев хозяина замка, Агнета крепче вцепилась пальцами в полотенца, низко склонила голову и прижалась спиной к каменной стене. Этот мрачный человек пугал ее одним только видом. Всей душой она надеялась, что господин граф пройдет мимо. Просто пройдет, не повернув в ее сторону головы…

Но Нортман, равнодушно скользнув по ней взглядом, вдруг остановился.

– Ты личная служанка моей жены? – произнес он таким суровым тоном, от которого у бедной девицы сердце ушло в пятки.

– Д-да, ваше сиятельство господин граф… – выдавила Агнета, не поднимая лица.

Мужчина поморщился.

– Достаточно «ваше сиятельство». – резко осадил он служанку. – Как тебя зовут?

– Аг… Агнета, ваше сиятельство…

Нортман задержал на ней взгляд, словно запоминая. Затем коротко кивнул.

– Это все, что я хотел узнать. Можешь идти.

Не дожидаясь повторного приказа, Агнета проскользнула мимо. И лишь оказавшись за спасительной дверью, смогла перевести дух.

***

Вернувшись в свой кабинет, граф Арельс некоторое время стоял у окна, разглядывая уходящую в сумерки улицу. Настроение у мужчины было прескверным.

Он и сам не мог себе объяснить, зачем отправился к новоиспеченной графине. Хотел еще раз взглянуть на девчонку, ставшую его женой? Что ж. Второе впечатление оказалось не лучше первого.

Глупая смазливая кукла, начисто лишенная манер. Даже у его дочери, несмотря на юные годы, больше здравого смысла. Пожалуй, он верно рассудил, что оставлять хозяйство на эту особу просто нельзя.

Может действительно стоило бы отправить ее в какое-нибудь дальнее поместье и забыть на несколько лет?

Мужчина нахмурился и нехотя качнул головой. Увы, но нет… Рано или поздно об этом узнают в свете и начнут чесать языками, доискиваясь до причин. А имя Арельсов должно оставаться чистым. Не только ради памяти предков. Те все равно не услышат сплетен и домыслов. Но ради дочери, которой однажды предстоит вступить в брак. На ее репутации не должно быть даже тени от чужой грязи.

Поэтому новоиспеченную супругу придется держать возле себя. И контролировать каждый ее шаг. Но это потом, после возвращения. А пока…

Граф Арельс опустился за рабочий стол и взял в руки кисть для письма. Надо оставить несколько распоряжений, на случай, если задержится в Актае. И еще раз просмотреть отчеты по деревням. Кажется, кто-то из управляющих писал, что опять ожидается неурожай?

Не редкость для крайних земель. Как крестьяне вообще умудряются что-то выращивать? Там же сплошные болота, камни и песок. Значит, опять снижать налоги. Или разрешить охоту на зайцев и кабанов?

Мужчина устало потер виски. Такое вот наследие предков, которым приходится управлять. И контролировать. Нельзя давать низкородным много воли. Но и выжимать из них все соки тоже нельзя.

С кисти скатилась капля чернил, и неровной кляксой растеклась по листу.

А ведь к прежним владениям добавилось несколько деревень – приданное новой графини Арельс. Нортман порывистым движением смял испачканный лист. Даже мимолетная мысль о жене вызывала в душе глухую ярость.

Когда его величество впервые упомянул о бывшей баронессе Кьярти, граф Арельс был убежден, что женщина – вдова. Иначе никогда бы не позволил так себя обмануть. А потом… потом уже нельзя было отказаться от своего слова.

На стол опустился новый лист. Все необходимые распоряжения будут оставлены… Почти все. Не коснутся они только земель супруги. Если крестьяне смогли почти год продержаться под присмотром женщины, значит и до осени как-нибудь протянут.

Нортман отдавал себе отчет, что пренебрегает своими обязанностями, пуская часть дел на самотек, но… Но жена была настолько не по душе, что заботиться о ее землях просто не хотелось. Да и находиться с ней под одной крышей тоже. Со временем придется, но это потом…

– Фелис!

Верный камердинер возник на пороге и замер, словно безмолвная тень.

– Пусть подадут моего коня. И собери со стола бумаги.

– Ваше сиятельство изволят прогуляться по городу?

– Я буду ночевать в казармах у городской стены.

Слуга чуть замялся.

– А как же ее сиятельство? Ведь сегодня…

– Фелис! – оборвал его граф. – Я велел подать коня.

– Слушаюсь, ваше сиятельство. – поклонившись, слуга растворился в коридоре.

Граф Арельс выдохнул и сам сгреб бумаги со стола. Пожалуй, так будет лучше для всех. Он все равно не сможет сосредоточиться на делах, пока эта женщина где-то поблизости. Она же поймет, что все ее уловки и прелести не имеют над ним никакой силы.

А еще (что немаловажно), если слухи верны и графиня падка на мужчин, у нее не должно быть ни единого шанса выдать бастарда за законного наследника. И обеспечить это можно лишь одним способом. Просто не делить с графиней постель.

***

Графиня – с которой решили не делить постель, провела просто замечательную ночь. А именно – выспалась во всех позах. И проснувшись с первыми лучами солнца, вновь ощущала себя бодрой и полной сил.

А когда выяснилось, что супруг уже отбыл по своим делам, утро стало еще добрее.

– Его сиятельство распорядились, чтобы вы, как проснетесь, сразу же отправились в путь. – Марса переминалась на пороге, не поднимая глаз на новую госпожу.

Все слуги уже знали, что господин граф покинул дом еще ночью, не удостоив вниманием молодую жену. И экономка успела отчитать нескольких служанок, которые слишком много трепали языком по этому поводу.

– Граф ожидает, что я отправлюсь в его замок? – поинтересовалась Алесия, выбираясь из-под одеяла.

– Вы отправитесь в его замок. – подтвердила женщина. – То есть… прошу прощения, ваше сиятельство. Вы отправитесь в ваш замок.

– А если я решу вернуться в свое поместье?

Марса потупилась.

– Боюсь, это никак невозможно. Его сиятельство приказали…

– Чтобы я отправилась в замок. – закончила девушка. Глаза ее насмешливо блеснули. – А знаете, пожалуй, я так и поступлю. Я, как почтительная жена, должна исполнять приказы супруга.

– Очень мудро с вашей стороны, госпожа. – поклонилась экономка.

Дождавшись, пока за женщиной закроется дверь, Алес раскинула руки и вновь упала на кровать. Перина мягко обхватила ее со всех сторон, а в воздух поднялось несколько белых перьев. При ярком солнечном свете, вчерашний день казался теперь далеким и туманным.

Значит, граф Арельс рассчитывает, что жена безропотно удалится в замок и будет там сидеть? Хм…

Девушка несколько раз с удовольствием потянулась, а затем сложила руки на животе и задумалась.

Что ж, раз супруг действительно этого желает, она выполнит его приказ. Только не из женской покорности, и даже не под гнетом обстоятельств. Нет. С ее стороны будет один трезвый расчет.

Во-первых, стоит воспользоваться отсутствием хозяина и хорошенько изучить замок. Не только в познавательных целях, но и в сугубо практичных. Чтобы если что, суметь оттуда сбежать. Можно назвать это разведкой перед боем.

Во-вторых, – попробовать приручить падчерицу, слуг, и любых возможных домочадцев. Будет весьма полезно, если в случае открытого противостояния они окажутся на ее стороне.

И наконец, нужно поискать на графа какой-нибудь компромат. Шантаж – это, конечно, плохо. Но если супруг не оставит ей выбора, она пойдет и на это.

Ну а за поместьем пока присмотрит брат. Лайон все равно бывает там довольно часто. И даже в курсе почти всех ее дел.

Подведя черту в своем мысленном списке, Алесия бодро вскочила с кровати и принялась за зарядку. Новый статус – еще не повод менять привычный распорядок дня. Она и так последние дни что-то расслабилась. Теперь надо наверстывать.

Наклоны.

Прыжки.

Планка с мысленным счетом до ста.

– Ваше сиятельство! – охнула Марса, без стука распахивая дверь. – Вам нехорошо?

Алес замерла, застигнутая врасплох. Мда… Это не Агнета, которая трижды постучит, прежде чем войти. Графских слуг еще только предстоит обучать основам этикета. И первым же пунктом – стучать в дверь.

Но сейчас надо было красиво выйти из ситуации. Девушка неспеша села и провела рукой по ковру.

– Со мной все хорошо. А вот с ним…

Экономка подняла брови.

– А что с ним не так, ваше сиятельство? Хороший ковер. Теплый.

– Он пахнет пылью.

И ладно бы просто пах. За время стояния в планке, Алес успела разглядеть слой сора и песка. Почему никто не додумался банально подмести? Или все ожидают изобретения пылесоса? Не дождутся ведь.

Женщина намека не поняла.

– Это ведь ковер, ваше сиятельство. – проговорила она. – Чем же ему еще пахнуть? К тому же, его совсем недавно чистили… по зиме.

– Я так и поняла.

Ковры чистятся по зиме. Окна моются дождем. Алесия встала, украдкой отряхнув локти. Это в ее поместье царила такая чистота, что можно было босиком ходить по двору. А что ждет в замке? Свинарник королевских масштабов?

Эх, ладно. Поживем увидим. Если что, никогда не поздно сбежать домой.

***

Арельсхолм находился в четырех днях от столицы. В четырех днях! И это с хорошими лошадьми и в удобной карете. На телеге, наверное, пришлось бы тащиться неделю. А то и полторы.

Первый день Алесия просто сидела и смотрела в окно. Во второй – научила Агнету играть в слова. Хотелось бы в города, но не тот уровень знаний у обеих. Поэтому:

– Валенок.

– Веник.

Алес покачала головой.

– На последнюю букву, а не на первую.

– Ох, госпожа, простите. – служанка покусала ноготь большого пальца, – Копун?

– Это еще что за слово?

– Ну копун, госпожа. Лавочник, который так медленно собирает заказ, что покупатель успевает уйти в другую лавку, а потом еще вернуться домой и сварить суп.

Девушки рассмеялись.

Потом Алесия задумалась.

– Тогда недра.

– Никогда не слышала, госпожа.

– Это то, что находится под верхним слоем земли. И уходит очень глубоко.

Игра неплохо пополнила обеим словарный запас, но к концу третьего дня успела наскучить. В карете вновь воцарилась тишина, прерываемая лишь редкими замечаниями.

И наконец, спустя целую вечность, путницы увидели его – огромный замок, венчающий один из холмов, будто причудливая корона.

Крыши островерхих башен переливались в лучах заходящего солнца. Цепочки узких окон терялись на фоне серого камня. По склону холма изгибались остатки крепостных стен. Подъездная дорога замощена камнем.

Впечатляюще.

– О-ох! – выдохнула Агнета, прижав ладони к щекам. – Это так… Такое… Вот здесь точно водятся приведения…

Алесия невесело усмехнулась. Пожалуй, приведения были бы меньшим из зол. Некоторые обитатели замка могут оказаться куда хуже, чем бесплотные духи. Почему эта мысль вдруг возникла в голове?

Напротив больших ворот толпилась кучка слуг. Но не они привлекли ее внимание, а юная девица, стоящая чуть в стороне. На вид той можно было дать от тринадцати до пятнадцати лет.

Падчерица, виконтесса Арельс?

Скорее всего.

Совсем юное личико. Длинные черные волосы, рассыпанные по плечам. И ярко-красное платье, добавляющее девочке лет. Слишком броское и агрессивное для столь нежного возраста.

Но не понравилось Алесии именно выражение лица виконтессы. Точно так же смотрел вчера граф. Высокомерно, с легкими нотками презрения. Губы сжаты в тонкую полоску, в черных глазах неприязненные огоньки.

– Графиня Арельс? – произнесла юная леди высоким голосом, когда карета наконец остановилась. – Добро пожаловать в Арельсхолм! Весьма рада знакомству. – она ядовито улыбнулась. – Надеюсь, пребывание здесь вы запомните надолго.

О-о-о… Алес царственно кивнула и задержала на падчерице изучающий взгляд. На первое впечатление полагаться, конечно, не стоило. Но вид у девчонки был весьма красноречив. Пожалуй, проще изловить в лесу гадюку и уже с ней играть в платья, бантики и разговоры по душам. А этот «зверек» позубастее будет.

Однако требовалось дать ответ.

– Виконтесса, сердечно рада личной встрече. Надеюсь, однажды мы станем добрыми друзьями?

И по вспыхнувшему взгляду поняла – едва ли.

Глава 6. Плохая хозяйка, или...

Лианна шла по замку с видом королевы. В конце концов, это ее дом с самого рождения. И настоящая хозяйка здесь она. На мачеху девочка поглядывала с чувством собственного превосходства. Правда Алесия предпочитала пока этого не замечать. Сейчас ее внимание было сосредоточено на другом.

Каменный коридор закончился залом. Из зала наверх вела широкая лестница. Затем показался новый зал. Откуда-то возник просторный переход. Алес мысленно отмечала каждый этап пути. Пожалуй, приехать сюда заранее и изучить логово супруга – было здравой идеей. Слишком уж замок напоминал лабиринт.

Наконец, они остановились возле массивных дверей.

– Ва-аши покои, графиня. – произнесла девочка, чуть растягивая слова. – Как и положено, они соседствуют с комнатами моего отца. Вы можете все здесь осмотреть, но позже. А сейчас, приведите себя в порядок и спускайтесь к ужину. И очень прошу, не заставляйте себя ждать.

Алесия смерила падчерицу долгим взглядом и улыбнулась, проигнорировав вызывающий тон.

– Можешь называть меня по имени, я не обижусь. И давай на ты?

Виконтесса поморщилась и задрала нос.

– То, что вы, леди Арельс, стали женой моего отца, еще не означает, что я должна проникнуться к вам теплыми чувствами. – она особенно выделила «вы» и «вам». – Советую это запомнить. Лучше приведите себя в порядок и спускайтесь к ужину.

Она повернулась к мачехе спиной, как бы ставя в разговоре точку. Алесия прикусила губу. Что ж, первый шаг обернулся провалом, протянутую руку дружбы девчонка не оценила. С другой стороны, глупо, наверное, было ожидать, что виконтесса встретит мачеху с распростертыми объятиями.

Посторонняя женщина, претендующая на внимание отца. А Лианна пусть уже не ребенок, но и до взрослого человека ей еще далеко. Так что на ее поведение может влиять банальная ревность.

Хотя… исключать избалованность и дурной характер тоже не стоит. Надо бы приглядеться к девочке повнимательнее. Что-то Алесии подсказывало, что падчерица еще попытается вывести ее на конфликт.

***

Осмотреть комнаты Алес действительно не успела. Едва Агнета натянула на нее свежее платье, как на пороге воздвигалась какая-то служанка. Из местных. И этой девице тоже не пришло в голову постучать, прежде чем войти.

– Ваше сиятельство, юная госпожа Лианна Арельс интересуется, как долго еще ждать, пока вы спуститесь к ужину?

Алесия пожала плечами.

– Пожалуй, я могу спуститься хоть сейчас.

– Но ваши волосы, госпожа… – запротестовала Агнета, замерев с гребнем в руках.

– Ими можно заняться позже.

Вытянув гребень из пальцев служанки, Алес быстро собрала волосы в узел, не заботясь о том, что из прически выпала пара прядей. В легкой небрежности тоже есть красота, если все в меру.

– Я готова. – объявила она девице. – Можем идти.

Местная служанка слегка замялась.

– Ваше сиятельство, я сперва должна доложить леди Лианне когда вас ожидать…

– Не вижу смысла терять время. Заодно покажешь куда идти. Все равно я еще плохо знаю замок.

Девица явно была не в восторге. Видимо указания были – намекнуть новой хозяйке на непунктуальность, а не привести ее вниз. Однако спорить служанка не посмела.

– Как вам будет угодно, ваше сиятельство.

Лианна Арельс сидела в кресле перед камином, и явно не ожидала столь скорого появления мачехи.

– Вы… вы уже пришли…

Алесия утвердительно кивнула, стараясь принять как можно более невинный вид.

– Вы же сами просили, виконтесса, чтобы я не заставляла вас ждать. – она с повышенным интересом оглядела небольшую столовую. – Правда слуги что-то не торопятся накрывать на стол. Я слишком рано?

В глазах девочки мелькнуло разочарование.

– Вы вовремя, графиня. Ужин сейчас подадут.

Однако прошло не менее получаса, пока слуги, наконец, начали выносить еду. И все это время в столовой царила гнетущая тишина. Лианна хмурилась и кусала губы. Алес молча изучала интерьер, давая падчерице возможность переварить первое разочарование.

К слову, столовая худших ожиданий не оправдала. Во-первых, тут царила поразительная чистота. И сколько девушка не приглядывалась, нигде ей не удалось заметить и следа пыли.

Во-вторых, неуловимо пахло чем-то очень и очень приятным. Но не едой. Цветов на подоконниках тоже не наблюдалось. А запах был. Ненавязчивый и чуть сладковатый. Да и в целом, почти уютно.

Гобелены, камин. Стол, рассчитанный максимум человек на десять. Для обедов в узком семейном кругу? Наверное. Но тут наблюдения пришлось прекратить, так как подали ужин.

Алесия внимательно посмотрела на блюдо, стоящее перед собой. Что ж… от голода она здесь точно не умрет. Этой порции хватило бы человек на трех. Здоровый кусок мяса в окружении тушеных овощей. С виду неплохо.

А вот порция падчерицы оказалась в разы меньше.

– Я подумала, что вы будете очень голодны с дороги. – ангельским голосом произнесла девочка.

Алес насторожилась. Столь резкая смена настроения говорила о том, что где-то кроется подвох. Может это мясо предварительно изваляли на полу или отобрали у дворовых собак? Ладно, лучшая защита от брезгливости – неведение. А огонь все равно убивает большую часть микробов.

– Благодарю, леди Лианна. Вы очень милы. – с этими словами, она попыталась отпилить от мяса небольшой кусочек.

Кусочек отпиливаться не хотел. Складывалось впечатление, что мясо жарили еще со вчерашнего дня и успели засушить до состояния хорошей подметки. Что примечательно, виконтесса нарезала свою порцию без особых проблем.

Ладно, это было ожидаемо. Отложив нож, Алесия решила уделить внимание тушеным овощам. И едва не скривилась после первой же ложки. От количества соли сводило не только скулы, но и пальцы на ногах.

– Как вы находите мастерство нашей кухарки? – елейно поинтересовалась девочка.

– Я нахожу, что ей есть еще куда стремиться. – язык до сих пор щипало, а на столе не было ничего, что можно пить. Она жестом подозвала одну из служанок. – Принеси, пожалуйста, воды.

– Графиня, вы совсем ничего не едите. – Лианна улыбнулась с видом маленькой гадючки. – Может, желаете хлеба?

Выяснять, что не так с хлебом, уже не хотелось.

– Благодарю, но есть слишком много на ночь – вредно для фигуры. – девушка разгладила салфетку. Аппетит окончательно пропал. – К тому же, я устала с дороги и хочу отдохнуть. Спасибо за ужин. И… если вас не затруднит, передайте, пожалуйста, кухарке, что если она и дальше собирается так бездумно расходовать соль и продукты, то я вынуждена буду подыскать на кухню кого-то более экономного. Доброй ночи, виконтесса.

Алесия церемонно кивнула и ушла, оставив падчерицу одну за столом. Девочка потыкала вилкой остывающее мясо и наморщила нос.

– Вот так взять и уйти в разгар ужина. Никаких манер. – она неприязненно усмехнулась. – А кухарка, значит, бездумно расходует продукты и соль? Мило. Ну ничего, если графиня хочет экономию, она ее получит. Завтра же. На завтрак или обед.

***

Оставшись наедине с собой, Алесия с удивлением обнаружила, что даже особо не злится на мелкую нахалку. Бахнуть соли в еду – не слишком серьезная пакость. Так, на уровне детского сада. Можно было бы просто приказать служанке заменить тарелку. Можно… Но не хотелось.

Девушка распустила волосы и принялась медленно собирать их в косу. Итак, падчерица открыто продемонстрировала свое отношение. И наверняка, это только первый шаг. Будут и другие. Обязательно будут. Вопрос только в том, как на них реагировать?

Возмутиться?

Алес покусала губу. Но скорее всего, этого девчонка и добивается, – обид, скандалов, угроз. А значит, надо действовать тоньше. Что раздражает скандалистов больше всего?

Когда их усилия уходят в пустоту.

Так что какое-то время надо ничего не замечать и посмотреть, насколько далеко девчонка готова зайти в своих пакостях. Иначе как еще оценить степень ее коварства и фантазии?

А потом… Потом будем исходить из того, что виконтесса успеет за это время натворить. Виноватого ребенка построить проще.

Но супруг, конечно, «молодец». Додумался оставить огромный замок на неуравновешенного подростка. Тоже, блин, отец года.

За окном постепенно смеркалось. Устроившись поудобнее в глубоком кресле, Алесия сама не заметила, как задремала. Проснулась она от того, что кто-то легонько потрогал ее за плечо.

– О-ох, госпожа. Ну как же вас так угораздило? Прямо в кресле заснули… Сейчас я вам постель постелю. И ко сну помогу переодеться. Я бы раньше пришла, но заплутала немного. Все эти переходы, ступеньки… И совершенно не у кого спросить – куда идти?

Алес рассеянно кивнула, не слишком вслушиваясь в оправдания. Можно подумать, она такая строгая и требовательная хозяйка. Вовсе нет. Просто если не дать Агнете выговориться, та будет ходить и очень горестно вздыхать.

Девица, тем временем, успела взбить подушки и, откинув одеяло, опять ойкнула.

– Ну разве так можно делать?!

– Что там еще? – заинтересовалась Алес.

Неужели падчерица и здесь подготовила ей сюрприз? Что там под одеялом – черви? Или всего лишь грязь?

– Постель ужасно сырая! – сердито объявила Агнета. – Видимо, ее после стирки совсем не просушили!

Сырая? Алес кивнула своим мыслям. Ну вот, пакость номер два. Глупо было думать, что девчонка ограничится одним ужином. С другой стороны – плевать. Что там у нас по соседству, спальня графа?

Отлично. Его постель тоже прекрасно подойдет. Особенно, в отсутствие самого хозяина.

– Но госпожа, – запротестовала Агнета, – Разве так положено?

– А кто мне запретит? – хмыкнула девушка, – Быть может, именно в комнатах моего дражайшего супруга, мне будет легче справиться с тоской по нему.

Служанка растерянно моргнула, не найдясь, что сказать.

Но Алесия ответа и не ждала. Она решительно пересекла комнату и распахнула дверь, которая, как ей казалось, вела в покои мужа.

Ого! Девушка едва удержалась, чтобы не присвистнуть.

Комната оказалась сравнительно небольшой. Чуть меньше ее спальни. И почти половину занимала огромная кровать под роскошным балдахином. Камин и пара низких столиков просто терялись на ее фоне.

Гора подушек, отделанное бархатом покрывало… Губа у графа, конечно, не дура.

Она и сама не отказалась бы здесь спать. Может выселить супруга в какую-нибудь каморку? Зачем ему одному такая большая кровать.

Ясность внесла Агнета, неслышно скользнувшая на порог.

– Ой, госпожа… Мне кажется, это не покои его сиятельства. Больше похоже на супружескую спальню.

Ааа… Алес едва не стукнула себя по лбу. Ну конечно! Судя по всему, служанка права. Кровать предназначена для двоих. Хотя тут и десять человек спокойно уместятся. Если будут лежать смирно и не вертеться.

Ну и пусть. Она согласна переночевать и здесь. Тем более, дальняя дверь, ведущая в покои супруга, неожиданно оказалась заперта.

***

Кровать оказалась роскошной не только с виду. Спать на ней было тоже одно удовольствие. Зарывшись в гору подушек и приправив это великолепие тяжелым одеялом, Алесия буквально провалилась в сон.

Наконец-то не жесткая лавка в карете, и не худой тюфяк случайного постоялого двора.

А с утра, едва открыв глаза, девушка обнаружила еще одну приятную вещь. Окна выходили на восток. Так что первые же лучи солнца рассыпались по спальне яркими солнечными зайчиками.

Много ли нужно жаворонку для счастья?

При свете дня супружеская спальня показалась еще симпатичнее. Ну а что до пыли, покрывавшей все поверхности, это уже дело для слуг.

Вернувшись к себе, Алесия натянула первое попавшееся платье, и уже было собралась приступить к зарядке, как двери широко распахнулись. Без стука!

На пороге топтались несколько девиц в коричневых платьях. Замковые служанки? Отлично.

– В-ваше сиятельство? – удивленно пискнула та, что стояла ближе остальных. – Вы уже не спите?

– Как видите. – подтвердила Алес, разглядывая внезапный гостей. – Что вас сюда привело?

Служанки неловко переглянулись и потупились.

– Юная госпожа Лианна Арельс приказала навести порядок в ваших комнатах. – виновато произнесла одна из девиц. – Прямо сейчас…

– Вот как? – прищурилась Алесия. То, что падчерица внезапно сменила гнев на милость, как-то настораживало. – И что именно юная госпожа поручила вам сделать?

– …помыть окна и полы до самого дальнего уголка.

– …перестелить постель.

– …почистить от пыли балдахин над кроватью и натереть все ручки и подсвечники. – вразнобой заговорили служанки. – Дела очень много. Потому юная госпожа и приказала, начать как можно раньше. Чтобы мы до вечера точно управились.

– Как это мило с ее стороны. – бесстрастно заметила Алес, начиная понимать мотивы девчонки.

Наивно полагать, что виконтессой двигала исключительно забота о мачехе. Скорее всего, девчонка просто решила нагнать полную комнату слуг с утра пораньше, чтобы те шумели, звенели ведрами, открывали окна, двигали мебель… В общем, делали бы все, чтобы спокойный утренний сон стал невозможным.

Но тут падчерица просчиталась. Сложно испугать ранним подъемом человека, который всю жизнь привык рано вставать.

– Приступайте. – разрешила она. – А после займитесь соседней спальней. Мне не нравится, что там везде пыль.

– Как прикажете, ваше сиятельство.

Девицы принялись за уборку. Алесия приглядывала за ними, пока не пришло время завтрака. На этот раз, прием пищи она решила не пропускать.

Во-первых – банальное любопытство. Какой «сюрприз» ждет на этот раз? И во-вторых, ничто так не способствует аппетиту с утра, как пропущенный ужин.

Поэтому, добавив от себя несколько указаний, девушка спустилась вниз. Лианна уже была в столовой. В ярко-алом платье с золотым шитьем, она восседала на своем месте, чинно сложив руки на коленях.

– Доброе утро, леди Арельс. – певуче произнесла девочка. – Как вам спалось?

– Лучше не бывает. – в тон ей отозвалась Алес. – И спасибо, что прислали служанок, виконтесса. Люблю, когда уборка проводится с утра пораньше. Так у слуг остается больше времени на другие дела.

Теперь уже падчерица настороженно взглянула на нее. Видимо, ожидала другую реакцию.

– Была рада вам угодить, графиня. – после короткой паузы произнесла она. – Кстати, я передала кухарке ваши пожелания. И она приняла их к сведению. – в черных глазах зажглись насмешливые огоньки.

Алесия безмятежно улыбнулась. А когда перед ней поставили блюдо, едва смогла удержать смех.

В тарелке аппетитно дымилась рассыпчатая гречка.

Что ж, девчонка постаралась. Это же надо было додуматься подать кашу, которую в этом мире ест только скот, да крестьяне в голодные годы. Откуда падчерице знать о вкусах одной отдельно взятой попаданки?

– Боюсь, ничего более экономного мы не можем вам предложить, графиня. – с притворным сожалением произнесла Лианна.

Алес, стараясь слишком широко не улыбаться, заверила ее, что все в порядке. К слову, гречка на этот раз оказалась совершенно не соленой. Видимо, на соли кухарка теперь тоже экономит. Ну тогда…

Виконтесса Арельс едва не поперхнулась лепешкой, увидев, как мачеха вылила в гречку стакан молока. А затем, сдобрила все это ложкой белого меда. Девочку даже слегка замутило от одной мысли, что такое станет кто-то есть.

Мачеха стала. Да еще с таким мерзко-довольным лицом. Остаток завтрака Лианна просидела молча уставившись в свою тарелку. Она была уверена, что если еще раз увидит точки горькой пшеницы, плавающие в молоке, то ее просто стошнит.

К счастью, ее мучения длились недолго. Завтрак подошел к концу, слуги начали убирать посуду. И девочка, после некоторого колебания, все же решилась. Первые неудачи еще же не повод отступать?

– Леди Арельс. Вы здесь новый человек… Не желаете ли осмотреть замок?

Глава 7. Противостояние

Осмотреть замок?

Алес взвесила предложение на мысленных весах.

Учитывая «надежность» экскурсовода, это определенный риск. Вряд ли кто-то придет на помощь, если падчерица решит запереть ее в каких-нибудь подвалах. С другой стороны, если всего бояться, то лучше вообще не выходить из спальни. Так что, при должной бдительности – почему бы и нет?

– Откуда начнем осмотр? – девочка смотрела с видом святой невинности. – Может с фамильной галереи?

Алесия и это предложение приняла без возражений. Галерея, так галерея.

Судя по количеству лестниц, фамильная галерея находилась где-то на четвертом этаже. Сумрачный узкий зал с портретами в потемневших рамах. По правую руку – изображения мужчин. Причем некоторые аристократы выглядели так, будто перед тем, как позировать художнику, зажевали горький лимон.

Напротив мужских портретов располагались женские. Где-то один. Где-то в столбик два или три. Видимо жены. Один из графских предков выделился тем, что напротив висело сразу пять женских лиц.

– Это Герльд Берар Арельс. – произнесла Лианна, проследив ее взгляд. – Был прославленным военачальником и всю жизнь защищал рубежи королевства. В последнем бою пропал без вести… – она чуть понизила голос. – Все думали, что он погиб. Но сто лет назад в замок вернулся его дух. Полупрозрачный оборванный старец с окровавленным мечом в руках. Иногда он появляется в коридорах и протяжно стонет…

Девочка искоса взглянула на мачеху, проверяя, какое впечатление произведут ее слова. Алесия, с интересом выслушав страшилку, только пожала плечами.

– Бедолага. Развлекается, как может. Не будем его за это осуждать.

Лианна наморщила нос и поджала губы.

– А здесь, – она перешла к следующему портрету, – Леди Мариэлла Арельс.

С холста смотрела унылая девица двадцати лет. Темные прилизанные волосы, пустой взгляд. На какой-то миг Алес даже прониклась к неизвестной сочувствием. Может эта девушка мечтала совсем о другой жизни. Но ее заставили выйти замуж. Причем супруг, судя по портрету, выглядел как настоящий вурдалак.

– Леди Мариэлла была очень грустной и несчастной. – сообщила виконтесса. – Она очень любила своего мужа. И когда узнала, что тот полюбил другую… – девочка выдержала трагичную паузу, – То пошла и выбросилась из окна западной башни. Но даже это не принесло ей покоя. Облаченная в длинное белое платье, со свечой в руках, она приходит к каждой новой графине Арельс… И тех, кто напоминает ей разлучницу, забирает с собой.

Несмотря на внешнюю невозмутимость, Алес почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Сумрачный зал, мрачные лица, освещаемые мерцанием свечей – все это приятно щекотало нервы. Пожалуй, какая-нибудь более впечатлительная дама, могла бы хлопнуться здесь в обморок. Но для нее, выросшей на хороших ужастиках, этого было явно мало.

– Кстати, леди Арельс, не желаете ли сами посетить эту башню? – Лианна бросила на нее насмешливый взгляд. – Или боитесь?

– Я мало чего боюсь. – хмыкнула Алесия, и падчерица слегка скисла.

Но ненадолго. Довольно быстро к девочке вернулся прежний энтузиазм.

– Как здорово! Тогда мы можем посетить не только башню, но и самые мрачные уголки замка. Это ведь так увлекательно!

Видимо поняв, что попытка напугать провалилась, Лианна решила сменить тактику. Теперь она явно собиралась взять мачеху измором.

Лестница в западной башне оказалась бесконечным винтом. Алесия мысленно порадовалась, что имеет довольно крепкие ноги. И работа над выносливостью тоже прошла не зря. Подняться наверх удалось практически без отдышки. Зато какой шикарный вид открывался сверху!

Впрочем, долго любоваться падчерица ей не дала.

– Ой, леди Арельс. Я такая неловкая. Наверное, вам было бы интереснее взглянуть на хозяйственный этаж? Он в самом низу, над подвалами.

И они пошли вниз.

А потом снова вверх.

Северная башня. Старая часть. Охотничий переход… Алес довольно быстро оценила коварство выбранного маршрута, большую часть которого составляли ступени. Либо вверх, либо вниз. Девушка подозревала, что на некоторые этажи можно было попасть и прямо, но виконтесса упорно вела ее в обход. Сперва вверх, затем вниз.

Можно было, конечно, просто развернуться и уйти к себе. Однако Алесия решила не показывать слабину. Ведь этого девчонка от нее и добивается. Спустя три часа, прогулка окончательно превратилась в молчаливое противостояние.

Лианна больше не улыбалась. Напротив, ее лицо стало сосредоточенным и хмурым. Щеки раскраснелись, на висках выступил пот.

– А здесь… – выдохнула она, переводя дух.

– Фамильная галерея. – подсказала Алесия. – Желаете прогуляться по ней в четвертый раз?

Девочка одарила ее откровенно неприязненным взглядом.

– Я бы с радостью. Но, в отличие от вас, графиня, у меня хватает и других дел. – она резко захлопнула дверь и ушла, оставив мачеху в одиночестве.

Дождавшись, пока затихнут шаги, Алес осторожно толкнула дверь. Не заперта. Хотя, в случае чего, можно было бы воспользоваться выходом напротив. Или скромным коридорчиком для слуг, который начинался где-то в середине стены.

Сложно запереть человека в месте, где каждое второе помещение – сквозное.

Алесия немного постояла, прислонившись к стене, давая ногам отдохнуть. А затем, поддавшись неясному желанию, прошла в самый конец галереи.

Портрет мужа она узнала сразу. Хотя граф Арельс и выглядел тут моложе на десять лет. Обычный темноволосый парень с твердым взглядом. И если отбросить собственные вкусы, его можно было бы назвать даже симпатичным.

Некоторые знакомые девчонки, еще из прошлой жизни, сходили с ума от подобных типажей. Взять ту же бывшую подругу… которая в итоге увела у нее жениха.

Алес до боли прикусила губу, уже привычно задавливая неприятные мысли. Рано или поздно, прошлое перестанет всплывать у нее в голове. Лучше подумать о чем-нибудь другом. Например о том, что граф уже был женат.

Интересно, что же случилось с его первой супругой?

Медленно повернувшись к противоположной стене, Алесия задержала взгляд на самой последней картине в этом ряду.

Девушка. Очень молодая. Не старше двадцати лет. Ярко-синее платье, и такого же цвета глаза. По плечам рассыпаны волны темных волос. На пухлых губах застыла холодная полуулыбка. Тонкие брови и очень выразительные черты лица.

Следовало признать, первая графиня Арельс была невероятной красавицей. Ясно теперь, почему супруг так старательно избегал второго брака. Разве кто-то мог сравниться с его первой женой?

Хотя Алесия и считала свое новое тело весьма привлекательным, увы… Девушка с портрета была просто вне конкуренции.

Но Лианна, похоже, пошла в отца. И практически не унаследовала красоты матери. Разве только совсем чуть-чуть…

***

Вернувшись в спальню, Алесия без сил рухнула на кровать. Ноги гудели и подкашивались. Сколько шагов она намотала за утро? двадцать тысяч, тридцать? И все по лестницам, по лестницам.

Радовало одно, подобной стойкости падчерица от нее явно не ожидала.

Больше всего девушке хотелось плюнуть на все и пролежать до самого вечера. Но живот протестующе заурчал, напоминая об обеде. Да и потраченные калории требовалось восстановить.

Со стоном, которому позавидовал бы любой призрак, Алес выползла из кровати. И направилась вниз, попутно размышляя, что она уже слишком стара для столь гиперактивных детей.

На этот раз, Лианна никак не прокомментировала опоздание мачехи. Девочка угрюмо ковырялась в тарелке, размышляя о чем-то своем. Переосмысливает поведение?

Что-то сомнительно.

Как и утром, перед Алесией оказалась чашка гречки. С большим куском мяса поверх. Соли в меру, да и мясо настолько сочное, что буквально пропитало всю кашу внизу.

Алес невольно посочувствовала падчерице – бедняжке опять не повезло. А потом добавила себе сметаны и тушеных овощей. После прогулок по лестницам, есть хотелось просто зверски.

– Приятного аппетита, – весело пожелала она.

Помрачнев еще больше, Лианна молча кивнула и больше не поднимала на мачеху глаз. Вид у девочки был какой-то потерянный. Алесия закусила губу. Пожалуй, пора сворачивать это глупое противостояние и просто поговорить.

Все же Лианна еще ребенок. Пусть избалованный и не слишком воспитанный, но ребенок. И даже ее попытки насолить – выглядят наивно и по-детски. К тому же, девочка рано потеряла мать. А ее отец… О своем супруге Алес была не лучшего мнения.

– Спасибо, что показала замок. – надо же с чего-то начать разговор. – Это было весьма увлекательно.

Увы… Слова остались без ответа.

– Послушай, раз нам все равно вместе жить, быть может стоит узнать друг друга получше?

И опять тишина.

Алесия чувствовала, что ее слова звучат как-то фальшиво, но на ум ничего толком не шло. Ну как так? Даже с Гленом было легче найти общий язык, чем с этой маленькой аристократкой.

– Можем после обеда вернуться в фамильную галерею. Расскажешь про остальные портреты. Страшные истории я тоже люблю.

Равнодушный стук ложки.

– А может ты любишь вышивать?

– Я люблю, когда ко мне не лезут с глупыми разговорами! – взвилась Лианна. – И это не ваш дом, графиня! И никогда не станет вашим! Вы не нужны ни мне, ни моему отцу!

Алес выдохнула и отложила ложку. Что ж…

– Я это прекрасно понимаю, виконтесса. И не поверите, я тоже не горела желанием выходить замуж за вашего отца. Но раз обстоятельства сложились именно так, то…

– Мне это не интересно! – девочка раздраженно отодвинула стул. – И слушать вас я не стану! Вы мне отвратительны. С вашей горькой пшеницей, и… И… – она беспомощно оглядела столовую, пытаясь подобрать слова. – И не смейте распоряжаться в моем доме! Прежде чем приказывать слугам, спрашивайте разрешение у меня!

Выдохнувшись, Лианна почти бегом выскочила за дверь. Щеки ее горели, а в душе плескалась бессильная злость. На мачеху. На ее безмятежно-веселый вид. И даже на отца, который оставил ее с этой противной женщиной, вместо того, чтобы взять с собой в Актай.

***

Оставшись одна, Алесия задумчиво посмотрела на кашу. Вот и поговорили… Впрочем, вспышка падчерицы особого впечатления на нее не произвела. Даже аппетит не испортила.

Сколько Алес себя помнила, чужие истерики вообще не могли выбить ее из колеи. Напротив, в такие моменты в душе всегда поселялось холодное спокойствие. Ну и немного равнодушной снисходительности что ли. Это неплохо помогало в школьных конфликтах, когда требовалось «держать лицо».

Вот пассивную агрессию девушка переносила хуже. Но острее всего ранили именно поступки, а не слова. Хотя поступки падчерицы сложно было воспринимать всерьез. Так, пакости на уровне детского сада.

А просьба – согласовывать каждый приказ для слуг? Это же просто смешно.

Нельзя сказать, что она хорошо изучила нюансы средневековой жизни. Но кажется, жена графа занимает более высокую ступеньку в сословной иерархии, чем его дочь? И уж кому-кому, а слугам это должно быть хорошо известно.

Однако прояснить наверняка можно только одним способом.

Закончив обед, Алесия распорядилась вызвать к себе экономку. До этого женщина попадалась на глаза лишь мельком, но им в любом случае требовалось поговорить.

Тария – старшая по хозяйству и над слугами, не заставила себя долго ждать. На вид ей было не меньше шестидесяти лет. Мышиного цвета волосы убраны под чепец. Серые, чуть выцветшие глаза, в окружении белесых ресниц, не имели особого выражения.

Для своей должности экономка была уже слишком стара, и будь хозяин замка чуть внимательнее, он бы давно это заметил. Впрочем, Тария и сама не хотела уходить на покой. Когда-то она родилась в этом самом замке, в семье кухарки и конюха. А дед нынешнего графа проявил к судьбе девочки неожиданный интерес, отправив ту в школу при монастыре. А потом отдав в обучение к старой экономке.

В свое время, по этому поводу ходило немало толков среди слуг. Но эти сплетни давным-давно забылись, а Алесия и подавно не могла о них знать. Она просто видела перед собой женщину. Немолодую. Не слишком симпатичную. Но ведь слуг ценят не за внешность, а за тот невидимый груз, который они несут на своих плечах.

– Вы хотели меня видеть, ваше сиятельство? – Тария чуть склонила голову, кланяться по всем правилам ей мешала больная спина.

– Мне нужно с тобой поговорить. – Алес кивнула на одно из кресел, – Присаживайся.

Но женщина не шелохнулась.

– Слуги не сидят в присутствии господ, ваше сиятельство. Так издавна заведено, и не мне нарушать сложившийся порядок.

– Ну хорошо. Как знаешь. – «тыкать» старой экономке было не слишком вежливо, но обращение на «вы» к нижестоящему тут никто не поймет. – И раз уж речь зашла о правилах и порядке, ты наверняка знаешь их лучше, чем кто-либо в замке?

– Так и есть. – спокойно подтвердила экономка. – Ведь я начала свою службу еще до рождения молодого графа.

– Тогда скажи, когда граф находится в отъезде, кому должны подчиняться слуги?

Алесия заметила, что женщина слегка замялась, прежде чем дать ответ.

– Его жене… ваше сиятельство. – едва разжав губы, наконец произнесла она.

– Спасибо. Это все, что я хотела узнать.

Однако Тария уходить не спешила. Переступив с ноги на ногу, она заговорила вновь.

– …подчиняются жене, если не было других распоряжений его сиятельства. Простите, госпожа, но слово графа для нас превыше всего.

Алес не шелохнулась.

– И что же сказал мой дражайший супруг?

– Его сиятельство пожелали, чтобы Лианна Арельс и дальше училась управлять замком. Хоть она не может никого нанимать или увольнять, но в любом вопросе, ее слово остается решающим для слуг… Разумеется, это только до возвращения графа.

– И я действительно должна согласовывать с ней каждый свой приказ?

Экономка опустила глаза.

– Вы же новый человек, ваше сиятельство. Еще не все знаете, а ведение замка – тяжкий труд. Леди Лианна то уже привыкла, почитай с десяти лет учится делам. Очень разумная девочка. А вам и забот поменьше…

«И забот поменьше… И власти никакой…». Отпустив экономку, Алесия задумалась. Супруг и здесь подложил ей свинью. Нет, ну прямо редкостных качеств человек. С одной стороны – его забота о дочери похвальна. Мало ли, каким человеком окажется жена.

С другой же – ну так отпустил бы новоиспеченную графиню в ее поместье, раз такой мнительный. Или в какую-нибудь дальнюю деревню бы сослал. Все лучше, чем здесь. Да еще и в таком унизительном положении, когда надо спрашивать разрешение на каждый чих.

В том, что падчерица не даст воли никаким ее инициативам, девушка не сомневалась. И решение напрашивалось одно. Плюнуть на все и уехать к себе домой. И там уже посоветоваться с Лайоном о своем будущем, а заодно обдумать, как бы получше утереть графу нос.

Благо, что деньги с реализации рюкзаков идут через брата, так что некоторая финансовая независимость у нее есть.

Но чтобы ее отъезд не выглядел побегом с поля боя, надо выждать еще несколько дней. А до того времени следует показать юной виконтессе, что любая власть имеет две стороны.

***

Решение было не окончательным. Если бы Лианна извинилась, или хоть как-то показала, что жалеет о своих словах, Алесия охотно пошла бы на примирение. Но увы… вместо этого, девочка решила продемонстрировать свою власть вечером того же дня.

Местная служанка, на просьбу поменять несколько сгоревших свечей, виновато потупилась и сообщила, что прежде должна спросить позволения у юной госпожи. Алес только усмехнулась про себя. А понимает ли виконтесса, что в эту игру можно играть и вдвоем?

– Хорошо. Тогда сходи, пожалуйста, к Лианне Арельс и спроси, можно ли заменить свечи в моих покоях на новые?

Девица убралась. И вернулась только через полчаса. С одной свечой.

– Лианна Арельс просила передать, что достаточно света и от одной свечи. – служанке явно было не по себе, но девушка поощрила ее доброжелательной улыбкой.

– Весьма разумно. Я тоже очень положительно отношусь к экономии. Кстати, ты же не забыла спросить – можно ли задернуть в моей спальне шторы?

– Н-не спросила, ваше сиятельство.

– Тогда сходи и спроси. Ведь все приказы должны исходить только от хозяйки замка.

Вернувшись минут через десять, служанка сообщила, что шторы задернуть можно.

– А можно ли переставить кочергу у камина из левого угла в правый?

– Зачем вам, госпожа?

– Мне кажется, там ей самое место.

Служанка спросила и это. А потом – разрешение, чтобы откинуть одеяло. И позволение – завязать развязавшуюся ленточку на балдахине.

Нехорошо, конечно, гонять прислугу почем зря, но Алесия знала, чего добивается. И вот…

– Юная госпожа просила передать, что приказы вы должны согласовывать сами, а не через слуг. Мы должны работать, а не ходить из покоев в покои. – девица закусила губу. – Прошу простить, ваше сиятельство, но это ее слова.

Алес величественно кивнула.

– Что ж, леди Лианна и здесь права. У вас действительно много работы, так что я буду наведываться к виконтессе сама. Кстати, как рано она просыпается? Не хочу потревожить ее в неурочный час.

– Между восходом солнца и полуднем, ваше сиятельство.

Ага… Это примерно часов в десять утра. Все складывается даже лучше, чем можно было ожидать.

– Спасибо, можешь идти.

Служанка почти бегом бросилась к двери.

– А нет, стой.

Девица замерла с самым несчастным видом.

– Я хотела еще попросить, чтобы ты позвала мою личную служанку – Агнету. Или это тоже нужно согласовывать с юной госпожой?

– Ну-у… Наверное, я могла бы просто передать Агнете, что вы ее ждете, госпожа?

– Даже не знаю… – взглянув еще раз на служанку, Алес сжалилась. – Ладно, пусть это будет наш маленький секрет. Иди.

Глава 8. На лесной дороге

Утро для виконтессы Арельс началось с громкого стука двери и наигранно-удивленного восклицания мачехи:

– Ох, леди Лианна, прошу простить! Не знала, что в это время вы еще спите!

Из вороха белых и розовых подушек показалось что-то маленькое, сонное и взлохмаченное. Оно протерло глаза, пару раз хлопнуло черными ресницами и, увидев нарушительницу спокойствия, состроило злобную гримаску.

– Графиня… – прошипела девочка. На ее лице отчетливо виднелся след от подушки. – Кто вам позволил…

Однако Алес не дала ей договорить. Старательно излучая жизнерадостность, она бодро перешагнула порог, не дожидаясь приглашения. Потому что слишком оптимистично было надеяться, что падчерица предложит ей войти.

– Очень жаль, что пришлось вас разбудить, но мне нужна вода для умывания!

– И причем тут я? – буркнула Лианна, едва сдерживая зевок. В голове еще крутились обрывки недавнего сна, из-за чего было очень сложно вернуться в реальность. – Для этого есть слуги.

– И вы не против, если они согреют для меня воды?

Девочка моргнула чуть припухшими глазами. Ах да… В другое время она бы нашлась с ответом, но сейчас так сильно хотелось спать…

– Скажите, что я разрешила.

Лианна рухнула обратно в подушки и закрыла глаза. Но спустя ровно минуту мачеха вернулась вновь.

– Кстати, виконтесса, пока вы не уснули, могу ли я попросить служанок провести легкую уборку в моей комнате?

– Можете.

Алесия слегка поклонилась, как бы в знак благодарности. На цыпочках вышла за дверь. И мысленно досчитав до ста, снова заглянула к падчерице.

– И вот еще что, можно мне и сегодня на завтрак горькую пшеницу с молоком и медом? Безумно ее люблю.

Лианна зашипела, как рассерженная кошка. Она только-только начала погружаться в новый сон. А звонкий голос графини, бил по ушам словно набат.

– Нельзя! Никакой горькой пшеницы на нашем столе! Тем более с молоком! – взвизгнула она. – У нас тут не крестьянская изба. Извольте завтракать лепешками с маслом, как и положено!

– Фу. Терпеть их не могу. – притворно скривилась Алес. – Хотя масло еще вытерпеть можно. Это не мед, и не сыр…

Принцип – «не бросай меня в терновый куст», известный любому, кто читал сказки дядюшки Римуса, сработал на ура. Девочка купилась моментально, даже не заподозрив подвох.

– Ваши вкусы меня не интересуют, графиня. Будете есть то, что подадут. И мед… и сыр… – она широко зевнула. – А сейчас уйдите, я хочу спать!

Алесия послушно выполнила приказ, и только оказавшись в коридоре позволила себе легкую улыбку. Если падчерица не сделает выводы из сегодняшнего утра, то можно повторить урок завтра. И послезавтра. И даже после-после…

Заодно мелкая вредина поймет, что за свои решения нужно отвечать. Интересно, как надолго ее хватит?

***

Когда за мачехой наконец закрылась дверь, виконтесса Арельс вновь прикрыла глаза. Но сон больше не шел. Девочка повернулась на бок, подложив под щеку ладонь. Удобнее не стало. Тогда Лианна старательно подобрала тяжелое одеяло, чтобы то обнимало ее со всех сторон. Однако даже это не помогло вернуть сладкий утренний сон.

Небо за окном было еще слегка сероватым. Над холмами стелился белесый туман. Где-то вдалеке раздавалась прерывистая птичья трель. Глаза закрывались сами, но почему-то не засыпалось.

Поворочавшись и так, и этак, девочка с размаху накрыла лицо подушкой и глухо зарычала. Ранние подъемы она ненавидела всей душой. А мачеха специально разбудила ее. Назло! И заслуживала за это самого сурового наказания.

Правда на ум ничего не шло. Вот отец умеет любого наглеца поставить на место одним взглядом. Но это отец. Его многие боятся и уважают. И если бы он был здесь… Глаза защипало и Лианна крепче прижала к лицу подушку.

***

Стойкости падчерицы хватило дней на десять. Алесия методично появлялась на пороге ее спальни примерно часов в пять-шесть утра. И каждый раз с новой просьбой. То спрашивала – можно ли перестелить постель? Иногда жаловалась на слишком горячую воду для умывания и интересовалась, – позволено ли будет ее разбавить?

Пару раз просто заходила пожелать доброго утра. Правда глядя на сонные, чуть припухшие глаза, девушка порой ощущала себя извергом. В глубине души ей было даже немного жаль девчонку.

С другой стороны, в ее родном мире миллионы школьников вставали в шесть-семь утра и шли учиться. И ничего.

Ее саму всегда поднимали в пять. Мама уходила на работу в пекарню. Требовалось закрыть за ней дверь. А потом спать уже как-то и не хотелось. Годы прошли – привычка осталась.

Нет, юная виконтесса тоже пыталась отыграться. Например, на завтрак подавались лепешки с медом. Алесия к ним почти не прикасалась, по утрам ей вообще редко хотелось есть. Лепешки посыпанные сыром, появлялись на столе в обед, а иногда и на ужин.

Зато о гречке приходилось теперь только мечтать. Алес нехотя признавалась себе, что тут перехитрила саму себя. Впрочем мясо, овощи, кукурузная и пшеничная каши тоже были неплохи.

Случались и настоящие пакости, хотя действовала падчерица как-то скучно, без огонька. Опрокинутый на платье соус, Алесия встретила веселым восклицанием, что у нее теперь есть повод пошить себе новый наряд. А большого жука, подсаженного на прическу, девушка не только поймала голыми руками, но и уговаривала виконтессу полюбоваться, какой тот хорошенький.

Нет, будь на месте Лианны взрослая соперница, Алес церемониться бы не стала. За специально испорченное платье, она не постеснялась бы вылить на голову нахалке горячий чай. А жука сунула бы за шиворот или в тарелку.

Но с подростком так нельзя. Это не равный соперник, а более слабый. Поэтому девушка держала себя в руках. Хватит с виконтессы и ранних подъемов.

Всего через десять дней падчерица сдалась.

– Вы можете и сами приказать слугам, если вам что-то требуется! – прошипела девочка, даже не открыв глаза.

– Но ведь настоящая хозяйка в замке вы. – напомнила Алесия. Она как раз пришла спросить, можно ли передвинуть столик на два шага ближе к окну. Ведь так на него будет лучше попадать солнечный свет.

– И как хозяйка, я не хочу, чтобы меня дергали по таким пустякам. Ваша комната, вы и разбирайтесь со слугами. А от меня отстаньте! – она накрылась с головой, показывая, что разговор окончен.

Алес только хмыкнула. Вот и первая победа. Теперь можно собраться, и со спокойной совестью навестить поместье. И это не будет выглядеть, как отступление.

***

Сборы много времени не заняли. Алесия отдавала себе отчет, что вернуться еще придется. Хотя бы один раз. Так какой смысл тащить с собой ворох вещей? Достаточно взять самое необходимое, что пригодится в дороге.

Да и из поместья в замок было перевезено далеко не все. Поэтому графиня Арельс отбывала практически налегке. Все нужное у нее дома. А дом, разумеется, не здесь.

Лианна не скрывала своего торжества.

– Неужели вы нас покидаете? – голос девочки звучал сладко, словно медовое вино. – Какая жалость!

– Я еще вернусь. – пообещала Алесия и отметила, как с лица падчерицы сползла улыбка.

– Можете не торопиться, графиня.

На этом обмен «любезностями» можно было бы закончить, но девочка решила внести финальный штрих.

– И вот еще что. Фамильная карета слишком хороша для деревни. Так что вам придется воспользоваться обычной – дорожной.

Алес только пожала плечами. Собственно, она и сама собиралась так сделать. Фамильная карета была, конечно, стильной. Черный цвет, золотые буквы и завитки. А еще, она буквально кричала – едет важная шишка. Наверняка при деньгах. Идеально, если нужно пустить пыль в глаза. Но когда путешествует одинокая женщина со служанкой, стоит выбирать что-то поскромнее. Мало ли какие отчаянные головы попадутся на пути.

Зато дорожная карета ничем не выделялась среди множества других карет. Красно-коричневая, легкая, можно сказать – типовая. По одному виду никогда не поймешь, аристократ в ней едет, или какой-нибудь горожанин среднего достатка.

– Вы словно угадываете мои мысли, виконтесса. – девушка вернула падчерице улыбку. – К тому же, в фамильной карете еще и сидения ужасно неудобные. Так что благодарю за заботу.

Лианна до боли закусила губу. Мачеха и здесь вывернула все на свой лад, что безумно раздражало.

Утешало девочку только одно. Замок остается за ней. Пусть графиня Арельс убирается на все четыре стороны. А если вернется… – юная виконтесса сверкнула глазами, – Тогда придется придумать нечто такое, чтобы мачеха уехала снова. И уже навсегда.

***

Больше невоспитанных детей изматывает только долгая дорога. Когда много часов подряд смотришь на однообразные пейзажи, то невольно накатывает тоска. Главное, в такие моменты не вспоминать о своей любимой машине, оставшейся в недосягаемом будущем.

Да и о какой мобильности передвижения может идти речь в мире, где расстояние измеряется в днях?

Алесия немного повозилась, устраиваясь поудобнее. Агнета тут же встрепенулась и открыла глаза.

– Поправить подушку, госпожа?

Девушка отрицательно мотнула головой.

– Не нужно. Спи.

Второй день пути подходил к концу. Небо все больше окрашивалось в алый цвет. Солнце опускалось ниже. Тени проплывавших мимо деревьев становились длиннее. А Алес почти физически ощущала скуку.

Казалось бы, ее супруг такой важный «птиц». Неужели он не мог перенести свою резиденцию куда-нибудь поближе к столице? Разве ему самому не жаль столько времени убивать впустую? Пока доедешь до нужной точки, с ума сойдешь.

В родном мире было проще. Если не за рулем, то всегда можно уткнуться в телефон, где к твоим услугам кино, музыка, книги… Девушка вздохнула. Положим, книги есть и здесь. Но попробуй-ка почитай, когда то подбрасывает, то трясет.

Закатать бы все эти дорожные колеи в асфальт. Что там в его состав входит? Щебень, песок – этого добра по королевству хватает. Но нужна еще связующая часть. Кажется… битум?

Алесия старательно напрягла память, однако состав битума на ум не шел. Единственная смутная ассоциация была с нефтью. Но что и как… Увы, скудные познания на этом заканчивались.

Да и после «награды» за голубь-граф, нести в этот мир светлые идеи прогресса не слишком-то хотелось. Мало ли, как король наградил бы за асфальт? Ей бы принудительное замужество переварить. А вот мужа переваривать не хотелось. Неприятный и несъедобный тип.

Так что лучше сосредоточиться на мелких и бытовых вещах. Таких, которые никого в высших кругах не заинтересуют. Но повысят уровень жизни. В первую очередь лично ее, и близких ей людей.

И для начала, вспомнить из прежнего мира что-то такое, что может развлечь в пути.

Алес вновь погрузилась в недра памяти. Первое, что приходило на ум – кроссворд. Компактно, увлекательно и… совершенно не подходит. Во-первых, пергамент и бумага тут в цене. Во-вторых, чернила выльются на первой же кочке. Надо думать еще.

Нужно что-то многоразовое и несложное в изготовлении.

Шашки, шахматы?

Уже теплее, но если рассыпятся по карете – замучаешься собирать. Хотя эту проблему можно решить с помощью магнитов.

А если человек едет один?

Алесия положила на колени подушку и погладила пальцами сухую жесткую ткань. Почти такой же жесткой была клетчатая сумка, когда они с мамой уезжали в город. Вспомнилась маленькая автостанция, и шумный городской вокзал. Запах пирожков. Витрины с журналами, тетрисами, кубиками и…

Точно! Как она могла забыть?

Была в витрине еще одна скромная игрушка, которую мама купила ей на последнюю мелочь. И здесь эту штуку вполне можно воплотить. Придется, правда, немного адаптировать под местные реалии. Заменить пластик на дерево и чуть довести до ума.

Зато ничего не рассыпется в дороге. Да и играть может не только ребенок, но и взрослый.

Вот уж действительно, все гениальное – просто. Девушку охватил легкий душевный подъем. Жаль, что нельзя обратиться к плотнику прямо сейчас.

Хотя нет. Плотник, конечно, человек хороший, но руки у него явно не из анатомически предназначенного для рук места. Лучше попросить Рглора, он…

Додумать Алесия не успела. Карету вдруг повело, а затем с силой стукнуло в бок. Их с Агнетой буквально скинуло на пол. Причем так неудачно, что служанка умудрилась разбить губу.

– Госпожа, о-ох, вы целы, госпожа? – заволновалась девица, совершенно не замечая капель крови на своем лице.

Алес медленно подняла голову. Ныло колено. Но, кажется, просто ушиб.

– Все хорошо. – она протянула Агнете платок и прислушалась.

Снаружи гудели голоса.

– …у тебя, приятель, совсем что ли глаз нет? Разве не знаешь, что должен был дать мне дорогу! Если бы я на своей карете колеса свернул, ты вовек бы не рассчитался! Несколько царапин, так и быть прощу…

– Воля ваша, господин, но это вы мчались, как оглашенный. – бубнил кучер. – Да еще и не по своей стороне.

– Тут любая сторона моя. Разве сам не видишь по карете?

– Вижу. Но и то скажу, что мои господа никогда знаками не кичатся и всегда ездят по правилам. Меня бы на конюшне запороли, если бы я хоть даже телегу задел.

Молодой голос хохотнул.

– Твои господа – обоз да кобыла? Или жена так крепко за горло держит? Ладно, приятель, на первый раз прощу. Но на будущее знай, высокородным господам принято уступать…

Дальше подслушивать Алесия не стала. Высокородным господам принято уступать? Дорожно-транспортные отношения, вечные для любой эпохи. Ну ничего. Сейчас кое у кого произойдет переосмысление ценностей. Против подобных дорожных хамов она «отрастила зубки» еще в те времена, когда ездила с большим восклицательным знаком на заднем стекле.

– Вы куда, госпожа? – испуганно пискнула служанка, когда Алес решительно толкнула дверцу кареты.

Девушка многообещающе усмехнулась.

– Скоро поймешь.

***

Выбравшись наружу, Алесия за доли секунды оценила обстановку. Мда… Так оно и выглядит, средневековое ДТП.

Две кареты. Одна побогаче, с большими колесами, обшита синим бархатом и отделана серебром. Вторая – ее. И у той, и у другой царапины на боках. Причем у скромной графской кареты еще и вмятина. А вот это уже свинство.

Девушка сделала глубокий вдох, напитываясь праведным гневом. И бросилась в атаку. Фигурально. Потому что стоять она осталась, где стояла, скрестив руки на груди. Зато ее ледяной голос с такой силой пронзил летний вечер, что и кучер, и незнакомый молодчик так и подлетели на месте.

– Если вы знаете, что высокородным господам надо уступать, то почему не пропустили мою карету? Более того, еще и испортили ее. А она нравилась мне гораздо больше прочих!

Молодой человек повернулся, и Алесии на какой-то миг показалось, будто земля ушла из-под ног. Она уже видела эти голубые глаза. И светлые волосы. И даже легкую улыбку на красиво очерченных губах.

По телу пробежала волна мурашек. Парень был очень похож на Данечку. Но, конечно же, это был не он.

– Простите, госпожа? – молодой человек тоже внимательно изучал ее. И его интерес Алес ощущала буквально кожей.

– Бог простит. – к счастью, острый язык мог действовать отдельно от мозга. И этой краткой секунды хватило, чтобы прийти в себя. – А еще я хочу знать, по какому праву вы отчитываете моего кучера?

– Я…

– Это вы нанимали его на работу? Или обеспечиваете ему жалование?

– Нет, госпожа. – парень обезоруживающе улыбнулся. – Простите, мы с вами знакомы?

Алесия прищурилась. В глубине души ей хотелось быть милой. Только вот обстоятельства не располагали.

– Косвенно, виконт Сомертон. Вы были во дворце в день нашей свадьбы с графом Арельсом. Правда поздравлений от вас мы так и не дождались. Но это мелочи. Зато сегодня вы мало того, что испортили мою любимую карету, так еще и отчитали кучера, хоть и не имели на это никакого права.

Виконт моргнул. До этого момента он слушал словно завороженный, но сейчас требовалось отвечать.

– Простите, графиня. Я ведь не знал. – он взмахнул длинными ресницами. – Мне просто хотелось испытать новую карету. Дорога обычно пустынна в этот час. Да и как можете видеть, я даже без кучера. Видимо слишком сильно разогнал лошадей…

Алес покусала губу. Если бы молодой человек взбрыкнул, его можно было бы стегнуть острым словом. Но рычать в ответ на покаянную речь? Это было не в ее характере.

– Предлагаете на первый раз вас простить?

Виконт Сомертон снова улыбнулся, и от его улыбки внутри разлилось приятное тепло. Словно от горячего вина с пряностями.

– Это было бы очень великодушно с вашей стороны, госпожа. – парень почтительно склонил голову, но почтения в его голосе совершенно не чувствовалось. Скорее легкий флирт.

Алесия усмехнулась про себя. Кажется, кое кто явно прослушал, что дама замужем. И хотя ей самой муж никак не сдался, флиртовать она не собиралась. Тем более с первым встречным. Как бы тот ни был хорош.

– Хорошо. Я приму ваши извинения, если… – она позволила себе лукавую улыбку. – …если вы извинитесь и перед моим кучером.

– Что?! – поперхнулся виконт, – Я должен извиниться перед слугой?

Алесия пожала плечами.

– Оскорбление слуги, равно оскорблению его господина. А мой супруг, к слову, ужасно самолюбив. И вряд ли оценит, что вы испортили чужое имущество, – она кивнула на помятый бок кареты. – А еще, подвергли опасности его жену.

Хотя за последнее граф скорее бы поблагодарил. Но красавчику явно не стоит об этом знать.

Виконт Сомертон глубоко вдохнул, но тут его взгляд зацепился за маленькие буквы «А», выгравированные по центрам колес. Затем парень представил, что сделает с ним отец, за ссору с Арельсом, и внутренне поежился.

Да и идти на конфликт с самой графиней тоже не хотелось. Женщина была чудо как хороша. Яркая, живая, с поистине королевской уверенностью в себе. Жаль, что их знакомство не состоялось раньше.

Молодой человек последние несколько лет провел за границей, так что ни о разводе, ни о репутации бывшей баронессы ничего не знал. Барон Кьярти тоже не входил в круг его знакомых.

Так что виконт просто видел перед собой женщину, которую не отказался бы заполучить. Потому что таких на его пути еще не встречалось.

– Ну же, я жду. – напомнила Алес.

Комары, почуяв свежую кровь, кружились вокруг кровожадной стайкой. Но отбиваться или почесываться знатной даме не пристало. По крайней мере, при чужих. Приходилось стоически терпеть укусы.

Виконт Сомертон отмер и повернулся к кучеру. Алесия могла поклясться, что у последнего слегка дергался глаз. Не каждый слуга может похвастаться, что перед ним извинялся благородный господин.

А извинялся «господин» красиво. С полным признанием вины и использованием витиеватых фраз. Кучер же подобным красноречием не обладал. И все, что он сумел выдавить из себя – «…не стоило. Да я же не в обиде, господин.».

Конфликт был исчерпан за примирением сторон. Виконт напоследок поцеловал Алесии руку, задержав ее в своей ладони чуть дольше, чем того требовали приличия.

– Мы еще увидимся с вами? – и добавил чуть слышно, – Моя госпожа…

Последних слов девушка предпочла не услышать. Хоть они и растворились где-то в животе приятным теплом. А на первые, пожала плечами, приняв максимально равнодушный вид.

– Не могу вам этого обещать, виконт. Но все может быть.

Она вернулась в карету, чувствуя легкое покалывание в ногах. Сердце тоже билось в странном предвкушении. Взгляд голубых глаз… Теплый голос…

Таким же был Данил.

Алес до боли закусила губу, вспомнив, чем закончились ее первые отношения. И это слегка охладило бабочек в груди.

Нельзя, конечно, всех судить исключительно по Данечке. Однако рассудительность и трезвый рассудок никогда не повредит. Неизвестно еще, что за человек этот виконт. Пусть он и выглядел искренним, кто знает, какие тараканы бродят в его голове?

А еще… как бы это грустно не звучало, она сама немножко замужем. Даже если муж гад и хам, это еще не повод поощрять симпатии других.

Глава 9. Глоток свежего воздуха

На холме гулко перестукивались топоры. Пахло деревом и свежими опилками. Над баней курился легкий дымок. Солнце, перевалив далеко за полдень, даже не думало сбавлять жар.

Лица и спины крестьян, занятых на стройке, блестели от пота. Но все же, эта работа была легче ежедневного сельского труда. А если учесть, что за нее еще и платили… Мужики были очень довольны, как устроилась их жизнь. И трудились на совесть. Знали, что если где оплошают, то на хлебное место тут же найдется десяток желающих.

А им только и останется – снова возиться в земле, да копить на налоги.

– Эх, робята. – один из строителей вытер со лба пот и оглядел плотно подогнанные доски. Своей работой он остался доволен. Даже нож в щель не пройдет. – Слыхали, что Фенел говорит, – мол надо бы и в Костоломице избу для мытья по осени поставить. А еще лучше две. Одну для баб, другую для мужиков.

– А чего ж сразу для мужиков отдельно? – хохотнул кто-то в стороне.

– А то, умник, чтобы на чужих жен никто зазря глаза не пялил. Иначе такая усобица начнется, все друг друга переломаем.

– Нам в Паводе тоже неплохо бы мойную избу возвесть. Ежель только кузнец согласится и для нас железную печь сковать. Может госпожу попросить, чтобы с ним переговорила?

Несколько мужиков с правобережья замахали руками.

– Вот еще, по такому пустяку хозяйку тревожить. Сами по-свойски переговорим. Крист парень душевный, в просьбе не откажет. А мы ему подновим избу. Он же как раз по осени женился, ему теперь надо.

Это предложение было встречено одобрительным гулом голосов.

У правобережья с левобережьем сейчас был хрупкий, но мир. Деньги от стройки текли во все четыре деревни. Посев прошел хорошо. А что касается мелких усобиц, тут Рглор строго всех предупредил. Первая же драка – деревня на деревню, и он лично зачинщикам головы оторвет.

А Фенел, староста правобережья, ему в этом поможет. Потому что случись что, с него первого будет спрос.

Над поляной прокатился гулкий звук. Кухарка, своя деревенская баба, стучала черпаком по котлу. Она одна успевала готовить для всех. И для детей-учеников, и для тех, кто работал на стройке.

Обед!

Мужики чинно сложили инструмент и потянулись к школьной столовой. Еще одно преимущество работы – тут кормили. И, по всеобщему мнению, очень даже хорошо.

***

Первым подъезжающую карету заметил Глен. Мальчишка как раз полз в высокой траве, выслеживая яркого жука. Жук приподнимал половинки ядовито-зеленого панциря, выпускал тоненькие крылья, предупреждающе гудел. Будто чувствовал, что за ним идет охота. И охота увенчалась бы успехом, если бы вдалеке не раздался цокот копыт и фырканье лошадей.

Забыв о добыче, Глен вскинул голову. Чужих в поместье не бывало. Граф Бартон чаще всего приезжал верхом, значит это…

– Госпожа! – воскликнул мальчишка, выскакивая на дорогу. Красивая и приветливая хозяйка поместья была для него одновременно и доброй волшебницей, и прекрасной принцессой. И Глен был очень рад, что она снова здесь.

Кучер резко натянул поводья.

– А ну, не шали! – прикрикнул он, – Выдумал еще, перед графской каретой выскакивать. – мужчина набрал побольше воздуха, намереваясь как следует отчитать «босяка», но не успел.

– Глен? – из кареты выглянула Алесия. – Глен! Не хочешь прокатиться?

Мальчишка просиял и, не дожидаясь повторного приглашения, забрался в карету. Алес с удовольствием оглядела ребенка. В целом, она не могла сказать, что любит детей, но к Глену девушка испытывала самую искреннюю симпатию.

И не только она. Радостно ойкнув, Агнета принялась со смехом тискать паренька.

– Какой же ты загорелый! И чумазый.

– Я жука ловил.

– А коленки почему разбитые?

– Мы с холма бегали, кто быстрее. А мне камень под ногу подвернулся. – устроившись под боком Агнеты, мальчишка с любопытством оглядел Алесию.

– Мама сказала, что вы теперь сиятельство, а не просто госпожа.

– И как, ярко я сияю? – поинтересовалась девушка. В глазах ее зажглись веселые огоньки.

– Вообще не сияете. – честно признался Глен. – Но это потому что в карете слишком темно. Вот если выйти на солнце… На солнце все сияет, и монета, и гвоздь, и даже ведро для воды.

Агнета слегка ущипнула его за бок.

– Вот выдумаешь тоже. Это же просто так говорят.

– С ведром меня еще никто не сравнивал. – фыркнула Алесия.

На душе стало как-то легко. После холодных стен замка, одиночества и противостояния с падчерицей, она снова почувствовала себя живой. Казалось, будто Глен поделился с ней своей яркой энергией. Захотелось вновь с головой окунуться в свой маленький налаженный быт, и забыть первые пару недель лета, будто их и не было.

– Ну рассказывай, как вы тут без меня жили?

Жили, по словам мальчишки, хорошо. Не успела карета заползти на холм, а Алес с Агнетой уже знали, что новая изба, которую ставил Рглор для своей семьи, почти готова. Что у Глена там будет отдельный уголок, с кроватью качалкой и своим собственным сундуком. Что Рглор закупил в деревне несколько цыплят, которых приходится сторожить от хищных птиц. Что у Глена скоро появится маленькая сестренка, и мальчик очень надеется, что она будет не такая несмышленая, как сестры Таши.

– Почему именно сестренка? – удивилась Алесия. – Вполне может быть и брат.

– Не, – замотал головой парнишка. – Рглор так сказал. А он все знает.

Девушка пожала плечами, но спорить не стала. Рглор, конечно, довольно умный человек для своего времени. Но вряд ли у него в глаза встроен УЗИ-аппарат. Наверное, он просто ориентируется на народные приметы, которых тут в избытке.

А Глен все болтал, рассказывая про растения, которые прижились на аптекарском огороде. Про ежа, который забрался в школу и перепугал там девчат. Про эйсу Кэрин, которая после уроков показывает ему буквы и обещает к осени научить читать.

– Она такая умная, госпожа. Про все на свете знает. – он с секунду помолчал, а потом доверительно произнес. – Я решил, что когда вырасту, то обязательно на ней женюсь. Ведь умная жена лучше, чем красивая, да?

Отвернувшись, Агнета сдавленно хихикнула в рукав. Алесия изо всех сил постаралась остаться серьезной, хоть это было и нелегко. Кажется, у ее брата наметились конкуренты? Она и сама не могла объяснить, откуда взялось это подозрение, но ей казалось, что Лайону чем-то симпатична учительница.

– А чем плохо иметь красивую жену?

Глен ненадолго задумался.

– Наверное, неплохо. Но красивая у нас вы, госпожа. А вы теперь замужем.

Агнета снова икнула, сдерживая подступающий смех. Алес метнула на нее быстрый взгляд.

– А давай тогда тебе Агнету посватаем? Она тоже красивая.

Служанка зарделась. Однако мальчишка отрицательно покачал головой.

– Когда я вырасту, она станет уже совсем старой. Зачем мне старая жена?

Агнета коротко всхлипнула, не находясь, что ответить. У нее даже слезы выступили на глазах. Разве можно остаться невозмутимой и серьезной, при подобном разговоре?

Парнишка воспринял ее реакцию по-своему.

– Ты только не расстраивайся. Мы тебя за Иогаса выдадим. Он через травинки свистеть умеет. Хочешь, я попрошу, чтобы он на тебе женился?

– Н-не надо! – поспешно остановила его Агнета.

– Ты подумай. Он даже обувку чинить умеет, если кто порвет. – уговаривал Глен.

Алесия, не выдержав, звонко рассмеялась. Служанка наоборот подобралась и насторожилась. Она знала, что никогда не покинет свою госпожу. Да и замуж ей категорически не хотелось.

Карета, наконец, остановилась и забавный разговор тут же оказался забыт. Двор порадовал кучками опилок, запахом дерева и начатым сараем. Чуть ниже, на склоне, виднелась новая изба. Она не вписывалась в план застройки. Место выбирал лично Рглор, а Алесия просто не стала с ним спорить.

Пожалуй, понадобится не меньше года, чтобы довести тут все до ума. Строительная бригада всего одна. Работы много. Даже забор еще не начали ставить. Но все равно, сделано уже немало.

Алесия потопталась на месте, выбирая, куда пойти. Словно на сказочном перепутье, не хватает только волшебного камня. Налево – школа, там и эйса Кэрин, и Михаль, и ученики.

Направо – дом. Эмми наверняка примется причитать и вцепится в нее до самого вечера. Нет, домой в самую последнюю очередь.

А прямо – изба. Даже отсюда видно Рглора, который что-то обтачивает на крыльце. Все такой же рыжебородый, с кирпично-красным загаром. Рукава закатаны по самые локти. Недолго думая, Алес направилась именно к нему.

Рглор лучше остальных должен знать, как идут дела в поместье, что со стройкой, и все ли в порядке по деревням. Вот и расскажет. Насидевшись в замке без всякого дела (не считать же делом глупое противостояние с падчерицей), девушка хотела с первой же минуты влиться в нормальную жизнь.

Не терял времени и Глен. Еще раз оглядев карету и погладив лошадей, он прямиком отправился под навесы, которые были сейчас вместо мастерской. Там, обложившись всяким интересным инструментом, над куском телячьей кожи колдовал Иогас.

Сверяясь с чертежом на пергаменте, он что-то прикидывал, отмерял, и даже не подозревал, какое ответственное поручение его вскоре ждет.

***

– О-о-о… еще одно сиятельство засияло. – добродушно пророкотал Рглор, завидев хозяйку поместья. – Никак графствовать надоело, вот и о нас вспомнила? И как тебя только муж одну отпустил, в дорогу-то?

– А я и не спрашивала. – в тон ему отозвалась Алесия. – К тому же, граф Арельс не запрещал мне бывать в деревне.

Собственно, это было правдой. В приказе отправиться в замок, не значилось ни слова о том, что замок запрещено покидать.

– Ну если не запрещал… – усмехнулся Рглор, кажется, уловив несказанное. Но в детали углубляться не стал. – А у нас тут все по-старому. Разве только еще одно сиятельство обещалось к вечеру нагрянуть.

– Лайон? – выдохнула девушка. Пожалуй, по брату она соскучилась больше всего. Да и нужно все-таки прояснить перспективы своего брака. Возможен ли развод? Или существуют ли еще какие-нибудь законные способы избавиться от мужа? Лайон явно лучше разбирается в местных законах, чем она.

А еще, хотелось незаметно расспросить про виконта Сомертона. Не то, чтобы Алес строила на него планы. Для начала просто узнать бы, что он за человек. Нелогично, нерационально, но что-то все же зацепило ее в этом красавчике. А может, это просто отпечаток прошлой любви?

Рглор, не заметив, что госпожа слегка ушла в себя, продолжал:

– …доску упер. Хорошую, между прочим. И в толк не возьму, зачем она ему.

– Кто упер? – не сразу сообразила девушка. – Лайон?

Мужчина поднял брови.

– Михаль! Как ты, сиятельство, уехала, так и он заперся на своем чердаке. Что-то мастерит, а что – не рассказывает. Говорит, скоро узнаем. Даже к обеду спускаться перестал. Я бы его там и оставил, проголодается – сам выйдет. Но Ирена, добрая душа, не согласилась. Пришлось Ташу просить, чтобы она ему еду на подносе носила. Как господину какому-то. А то он и день, и два без еды может просидеть.

– А что он такое там мастерит? – заинтересовалась Алесия.

– Кабы я знал. – Рглор пожал плечами. – Но скажу, что опять ерундовину какую-то. Его бы к полезному делу приставить.

– Оставь его. Пусть мастерит сколько хочет. Рано или поздно что-нибудь дельное придумает.

– Ага, как же… – проворчал мужчина себе под нос. Михаля, с его вечными странными идеями он слегка недолюбливал, но терпел, как неизбежное зло.

Однако хмурился Рглор недолго. Закончив обтачивать какую-то деревяшку, он обстоятельно отряхнул штаны от опилок и чуть пригладил огненную бороду. А потом предложил Алесии осмотреть новую избу.

***

Иогас сидел в тени под навесом и задумчиво разглядывал выделанную кожу. Несуразный какой-то получился кусок. Для рюкзака – слишком маленький. Для ремня тоже не подходит. Еще и пропорот немного по центру.

Отец такое обычно списывал в брак и продавал за половину цены, но парню хотелось сообразить что-нибудь дельное. Смогла же леди Бартон придумать рюкзак. А ведь она вообще далека от кожевенного дела.

Взяв обломок мела, Иогас провел едва заметную черту. Может…

На противоположную лавку забрался Глен и уселся, подперев щеки кулаками.

– Что ты делаешь? – поинтересовался он, без лишних предисловий. Иогас был для мальчика таким же своим, как Рглор. Да и, собственно, как любой обитатель поместья.

– Вот думаю, на что этот кусок пустить.

– Ммм… – Глен поболтал ногой. – Может сумку? Или пояс. Нет, погоди! Сделай сумку-пояс!

– Что? – рассмеялся юноша. – Сумку-пояс? Это вообще как?

– Ну такой широкий-широкий пояс, куда можно инструмент крепить. – подсказал Глен. – Удобно же, стоишь на лестнице, чинишь крышу, и все под рукой. Не надо каждый раз раскладывать и следить, чтобы не укатилось.

Иогас поднял брови. А ведь действительно. Как такая простая идея не пришла ему самому? Устремив взгляд сквозь кожу, он уже видел широкий пояс с аккуратными кармашками… Такую вещь и отец оценит.

В этот самый момент, Глен тяжело, не по-детски вздохнул. Парень внимательно посмотрел на него.

– Ну-ка давай рассказывай, что у тебя стряслось?

– У меня ничего. – признался мальчик. – А вот у Агнеты… – он немного помолчал. – В общем… Ты не мог бы на ней жениться?

Иогас поперхнулся и едва не выронил мел.

– А нужно?

– Было бы неплохо. – Глен завернул уголок кожи. – Она хорошая. Немного трусиха, правда. Зато добрая. И почти такая же красивая, как наша госпожа.

– Ну с этим сложно поспорить. – кивнул парень, едва сдерживая улыбку. – А жениться обязательно сейчас, или у меня есть время на свадьбу подкопить, и на будущее житье?

– Подкопи. Лишним не будет. – Глен слез с лавки. – Вдруг Агнета занавески пошить захочет. Или всякие подушки с одеялами. Вот и купишь ей нужную ткань, как Рглор маме. И не забудь красивый платок.

– А платок-то зачем? – непроизвольно вырвалось у Иогаса.

Мальчишка снисходительно взглянул на старшего товарища. Все-то этим взрослым нужно объяснять.

– Просто надо. Она обрадуется. Моя мама радовалась.

– Запомню. – голос Иогаса звучал серьезно, но в глазах плясали веселые огоньки. – И обязательно учту.

***

Изба Алесии понравилась. Просторная, светлая, совсем не похожа на темные избы крестьян. Тут тоже пахло деревом, местами лежали доски, а почти половину кухни занимала большая печь. Оно и понятно, не устраивать же в деревянной избе камин.

– Еще пара десятков дней, и тут можно будет жить. – пояснил Рглор, с удовольствием оглядывая бревенчатые стены. – Остались небольшие доделки по внутреннему убранству, да мебель толковую завезти. Стол и табуретки я сам сколочу, а вот кровати и сундуки уже не по моей руке.

– Их тебе Евресий делает? – поинтересовалась Алес.

Деревенский плотник, по ее мнению, был неплохим человеком. Но вот как мастера, она его совершенно не воспринимала. Тот жуткий шкаф, который Евресий пытался соорудить в прошлом году, до сих пор являлся девушке в кошмарах. Смесь гроба, скворечника и деревенского нужника.

– Евресий? – Рглор взъерошил огненные волосы и хохотнул. – Ни за что! У меня приятель в столице есть, на одной улице росли. Хороший плотник, мастер. У него своя мастерская и небольшая лавка. Выше головы не рвется, делает мебель для простых людей, но добротную.

Алесия ненадолго задумалась. Ей бы тоже не помешал хороший плотник. В прошлом году, после первой неудачи, она как-то забросила идею шкафа. Слишком уж много было других забот. Но по-прежнему хотелось хранить платья на плечиках, а не в сундуках. Иметь комод с выдвижными ящиками. А еще, она помнила раздвижные столы, столы-книжки, складные дачные стулья.

И то, что плотник ориентируется на простых людей – ей только на руку. Обойдутся аристократы без новинок. Ну или надо устроить все так, чтобы о ее участии никто, кроме самых близких, не знал.

Может быть глупо, но светиться категорически не хотелось. К тому же неизвестно, как к ее изобретательности отнесется супруг. Объявит еще, что бабам мозг не положен, и запрет в своем замке без права выхода.

Рглор, когда Алесия попросила познакомить ее с мастером, конечно немного позубоскалил. Но пообещал помочь. Тем более, он и сам собирался посетить на днях столицу. Лавку свою надо навестить, мебель привезти, да для будущего дома закупить всякое нужное.

Так что все складывалось довольно удачно.

И только покинув избу, девушка вспомнила, что хотела попросить Рглора еще кое о чем. Дорожная игра, пришедшая ей в голову по пути из замка. Там ведь ничего сложного, деревянная подложка, квадратики…

Алес встряхнула головой, откидывая упавшие на лицо волосы. У людей столько работы, а у нее игрушки на уме. Надо быть серьезнее. Ну а пятнашки… Пятнашки могут и подождать. Например, до встречи с плотником.

***

Агнета вышла на крыльцо, удерживая перед собой легкое одеяло и пару подушек. Солнце стояло высоко над головой, и нельзя было придумать лучшего времени, чтобы хорошенько прожарить постель в горячих лучах.

На пропитанных жарким солнцем подушках и спаться будет крепче. Может, хоть так госпожа перестанет вскакивать ни свет ни заря? А то ведь встает порой даже раньше слуг. Ну куда это годится?

Девица осторожно шагнула с первой ступени, со второй, и едва удержалась на ногах, наткнувшись на неожиданное препятствие.

– О-ой… – пискнула она, чувствуя, как кто-то придержал ее за локти, помогая спуститься. – Спасибо.

– Да не за что. – прозвенел знакомый голос. – Куда спешишь, такая серьезная? Еще и под ноги не смотришь.

– Иогас? – выдохнула Агнета. Она чуть опустила руки, и над верхней подушкой показались поблескивающие глаза. – Ох, а я уж думала…

Парень улыбнулся и взъерошил короткие волосы.

– Помочь?

Девица поспешно качнула головой. Постель своей госпожи она бы не доверила никому. И уж тем более человеку, который возится с кожей.

– Не нужно, я сама.

– Ну как знаешь. – Иогас пожал плечами, но вместо того, чтобы вернуться к своим занятиям, зачем-то пошел рядом.

– Тебя давно не было видно. – произнес он, после недолгого молчания. – Я уж думал, украли.

Агнета тихо хихикнула.

– Да ну тебя. Я же госпоже служу. А госпожа замуж вышла. Не могла же я оставить ее одну.

Она сгрузила свою ношу на деревянный настил, и разложила подушки так, чтобы на них попадало побольше солнца.

– Значит, я зря волновался? – Иогас вдруг стал серьезным. – Просто мне нужно было кое-что тебе сказать. Что-то очень важное…

Агнета с подозрением взглянула на него.

– Учти, я на твои шутки больше не поддамся. Мало вы с Михалем мне глупостей говорили зимой?

– Сейчас не глупость. – голос парня звучал проникновенно-торжественно. – Ты не против стать моей женой?

– Что?!

– Если согласишься, куплю тебе красивый платок. – Иогас еще держался, но в глазах его плясали веселые огоньки.

Агнета вспыхнула до самых корней волос.

– Никогда! – выдохнула она, поспешно отвернувшись.

– Учти, ты разбиваешь мне сердце. – парень прижал руки к груди. – А уж как расстроится Глен.

– Глен? – девушка еще раз взглянула на Иогаса, и вдруг все поняла. – Вот же… Значит, это он попросил тебя?

– И, между прочим, очень тебя расхваливал. – подтвердил Иогас, сквозь смех. – Мол, и добрая, и красивая.

– Ну все, хватит!

– Ладно, ладно! – парень поднял руки в примирительном жесте. – Я же это так, без дурного умысла.

Агнета метнула на него строгий взгляд.

– Я бы за тебя все равно не пошла.

– Знаю. – кивнул Иогас, – Кстати, будешь? – он достал из кармана пару орехов. – Специально для тебя припас. Как вообще живется в замке?

Девушка взяла с его ладони один орех и неслышно вздохнула. Рассказывать о мелких неурядицах, заносчивых замковых служанках и неприветливой атмосфере ей не хотелось.

– Неплохо там живется. Но здесь гораздо лучше.

Глава 10. Тайна Михаля

Ближе к вечеру действительно приехал Лайон. И очень удивился, обнаружив в поместье сестру.

– Разве ты не должна быть сейчас в Арельсхолме?

– Я сбежала. – как можно беззаботнее сообщила девушка. И по лицу брата поняла, что шутку он не оценил. Слишком уж серьезный у Лайона сделался вид.

– Что произошло? – негромко спросил он, не сводя с сестры внимательного взгляда.

Алесия тяжело вздохнула и возвела глаза к потолку.

– Жизнь не готовила меня к тому… – трагично начала она, – что в замке Арельсов обитают приведения. И что они бродят ночью по коридорам, звеня ржавыми цепями и пустыми ведрами…

Молодой человек недоуменно вскинул брови, и Алес рассмеялась. У нее, наверное, с самой весны не было такого хорошего настроения, как сегодня. Свежий воздух, близкие люди, любимый дом.

– Не будь таким серьезным. – поддела она брата, – Я пошутила. Разве мне нельзя просто навестить поместье и посмотреть, как тут без меня идут дела?

– Можно… У тебя и правда все хорошо?

Алесия прикусила губу, вспомнив о падчерице, и о ее отце. Но Лайон только прибыл. Не вываливать же на него все свои проблемы прямо на пороге. У них еще будет время поговорить о делах.

И это время наступило где-то после ужина. Алес предпочла бы вообще перенести разговор на другой день, но Лайон не уступал, и девушка сдалась. В конце концов, с кем еще ей обсуждать важные жизненные вопросы?

Они расположились на бревнах у недостроенного амбара. Над головой поблескивали звезды. Где-то в траве стрекотали кузнечики. Тонкий месяц походил на объеденную дольку арбуза. Девушка мысленно приставила палец к его рогам. Получилась буква «Р». Растущий значит.

– Зря ты все-таки отказалась, чтобы я поговорил с Арельсом. – первым произнес Лайон. Голос его звучал приглушенно, с отчетливыми нотками сожаления.

Алесия только покачала головой. Что-то ей подсказывало, что граф вряд ли стал бы с кем-то обсуждать свои семейные дела. Если даже с законной супругой говорить не захотел.

– Это ничего бы не изменило. – вздохнула она. – Да и… ничего плохого он мне не сделал. – (если не брать в расчет пренебрежение и резкие слова). – Просто граф мне совсем не нравится. Он не самый приятный человек.

Лайон нахмурился и сжал пальцы.

– А его дочь?

На язык так и просилось – вся в отца, но выглядеть всеми обиженной жертвой как-то не хотелось.

– Весьма изобретательна для своих лет. Она осталась в замке. – Алес немного покусала губу, и решила спросить прямо в лоб. Чего уж тянуть. – Скажи, а граф может со мной развестись?

Брат даже вскинулся от этих слов. А потом отрицательно покачал головой.

– Только если для вас обоих это был бы первый брак. Да и наследница у него уже есть… Поэтому, боюсь, в вашем случае развод практически невозможен.

Слова Лайона девушку не обрадовали. Хотя она и подозревала, что услышит нечто подобное.

– Жаль…

Молодой человек о чем-то задумался, устремив взгляд перед собой. Несколько минут прошли в томительной тишине. Алесия тоже молчала. Если брат пытается придумать выход, не стоит его отвлекать. Наконец, он нерешительно произнес:

– Вас могут развести в случае государственной измены. Если твой супруг выступит против короля, то лишится титула, имущества и головы. Ты же могла бы, как остаться его вдовой, так и потребовать развода. Так говорит закон. – парень вдруг резко встряхнул головой. – Что такое я говорю! Не бери в голову. Во-первых, это очень опасно. А во-вторых – невозможно. Арельс предан его величеству всей душой.

– Чужая душа – потемки… – едва слышно произнесла Алес.

Слова брата требовалось обдумать. Очернить можно любого. Хотя… Девушка прислушалась к себе и осознала, что не стала бы расчетливо подставлять человека под удар. Конечно, против Кариса она сознательно использовала подлог, но там была совсем другая история. И барон Кьярти получил по заслугам.

А изводить человека только потому, что ты ему не понравилась? Это подло. Внутри все восставало даже против одной этой мысли. Алесия отдавала себе отчет, что максимум пошла бы на шантаж. И то, только в том случае, если граф окажется последним гадом. А ей придется защищать себя.

Так что вариант с изменой королю не просто отпадает. Он даже не в числе на рассмотрение.

Лайон постучал пальцами по бревну.

– Самое большее, что можно сделать – это добиться раздельного проживания. Если будет угроза твоему здоровью или жизни…

Алес и эти слова взвесила на мысленных весах. Звучало уже лучше, но… При раздельном проживании она все равно останется Арельсу женой. А это значит: никакого личного счастья, любимый мужчина максимум в статусе любовника, невозможность завести собственных детей. А случись с ней что, граф еще и унаследует все имущество и наработки.

Со всех сторон – тупик. Идеально, если супруг сам сгинет где-нибудь в Актае, по собственной инициативе. Тогда она просто останется вдовой. Да ей даже деньги графские не нужны. Только свобода.

Девушка тронула брата за плечо.

– Я обдумаю все, что ты сказал. Спасибо… А сейчас, давай поговорим о чем-нибудь более приятном. Такой уютный вечер. Кстати, на днях мы с Рглором отправляемся к плотнику. Составишь нам компанию?

Лайон принял предложение, даже не поведя бровью. После визита к кожевникам его было сложно удивить. Что же касается брака… Тут надо думать и читать законы. Может и найдется лазейка, которая устроит всех. Парень трезво оценивал, что не сможет на равных тягаться с Арельсом или королем, но и оставлять сестру без помощи он тоже не собирался.

***

Дальнейшая беседа, в основном, касалась плотника, новой мебели и стройки. Лайон немного рассказал о том, как идут дела в его деревнях. Алесия предупредила брата о планах герцога Рельса и о его племяннице. Лайона ее беспокойство позабавило, но все же он обещал быть настороже.

Месяц скрылся за светло-серыми облаками, когда Алес поняла, что еще немного, и уснет прямо здесь. Глаза просто закрывались сами собой. Видимо, избыток свежего воздуха и впечатлений давал о себе знать.

Провожая сестру до крыльца, Лайон заметил, что в одном из школьных окон мерцает тусклый свет. Отблеск месяца? Или кто-то забыл свечу? Только нового пожара здесь не хватало.

– Я еще немного побуду во дворе. – произнес он, умолчав о своем наблюдении.

Алес кивнула. Она бы тоже осталась, но тогда завтра утром встанет невыспавшейся и злой. Можно лечь хоть за полночь, но привычка все равно поднимет ее часов в пять утра. Пожелав доброй ночи, девушка шагнула в дом.

Лайон дождался, пока за ней закроется дверь, а потом направился к школе. Надо же выяснить, кто и зачем оставил свечу.

***

Кэрин сидела над книгой, подперев щеку ладонью. Взгляд девушки скользил по страницам, то и дело задерживаясь на отдельных строках. «Слово о зарождении пустынных царств и самой длинной песчаной ночи» попалось ей случайно. Просто столичный лавочник хотел сбыть книгу, не пользующуюся спросом, а потому, отдал ее за половину стоимости.

Возможно, повлиял на цену и внешний вид – потрепанная обложка, потрескавшиеся местами страницы. У Питера, лавочника из крепости Квардес, книги всегда были чистые и новые, он выкупал их напрямую у писцов, и никогда не предложил бы покупателю испорченный товар. Но в столице, видимо, не так щепетильны.

Впрочем, внешний вид значения для Кэрин не имел. Ведь важнее всего содержание. А упоминание о самой длинной песчаной ночи она встречала лишь однажды. В трудах одного мыслителя, который писал, что как-то над родиной его предков погасло солнце и не возвращалось на небо почти тысячу дней.

Тогда, признаться, она приняла это за выдумку. Но теперь в ее руках было если не доказательство, то хотя бы более подробный рассказ о тех временах.

Девушка медленно вчитывалась в поблекшие от времени строки. Вот кочевники основали свое первое царство. Первое десятилетие мирной жизни, а потом из злой горы попытались выбраться подземные духи. Конечно, им это не удалось, но были сожжены несколько поселений, а в небе погасло солнце. Холод, болезни, гибель урожая.

Тогда жена местного правителя принесла довольно необычный обет. Она поднялась на самую высокую башню и поклялась не спускаться вниз, пока солнце вновь не появится на небе. А чтобы умилостивить высшие силы, женщина рассказывала им сказки. Непрерывно, почти тысячу дней.

Решение, по мнению Кэрин, было довольно странным. Искренняя молитва принесла бы намного больше пользы. Но чего еще ждать от былых народов? Однако история ее уже захватила. Девушка перевернула еще одну страницу и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Поспешно захлопнув книгу, она подняла глаза.

– Ваше сиятельство?

Смутившись, Лайон шагнул из тени. Он и раньше дал бы о себе знать, просто сам не заметил, как засмотрелся на освещенные тусклым светом изящные черты. Было в учительнице что-то такое, что притягивало взгляд.

– Простите, эйса Кэрин. Не хотел вас тревожить. Просто мне показалось, что кто-то забыл в классе свечу…

Лицо Кэрин вновь стало строгим и равнодушным. Будто все живые черты скрылись за неподвижной маской.

– Не беспокойтесь, ваше сиятельство. Просто я… – она слегка замялась. Не говорить же, что сперва успокаивала учеников, чтобы они не подстраивали другим комнатам пакости, а потом засиделась над книгой.

– Читали? – Лайон скользнул взглядом по потрепанной обложке.

– Да. – односложно отозвалась девушка, надеясь, что после этого граф Бартон уйдет.

Но молодой человек почему-то не спешил.

– Я тоже люблю читать. Когда на это есть время.

Кэрин коротко кивнула и скрестила на груди руки. Больше всего на свете ей хотелось остаться одной.

– Вы презираете меня… За то, что было тогда в крепости? – выдохнул Лайон и тут же прикусил язык. Пожалуй, стыд за то, что один раз в жизни перебрал с алкоголем, будет преследовать его до конца дней. И что еще хуже, именно в таком непотребном виде он впервые предстал перед Кэрин.

К его удивлению, девушка отрицательно качнула головой.

– Я не призираю вас, ваше сиятельство. И никак к вам не отношусь. Все, что интересует меня в жизни, это ученики и моя работа.

– И все?

– И все. – подтвердила она все тем же равнодушным тоном. – А сейчас простите, я пойду…

Кэрин направилась было к двери, но Лайон решился предпринять еще одну попытку.

– Что вы читали? Не сочтите излишним любопытством, эйса.

– «Слово о зарождении пустынных царств и самой длинной песчаной ночи».

О такой книге Лайон слышал впервые. Впрочем, пустынные царства мало кого интересовали. Что там могло быть интересного? Пыльные бури и песок. Кэрин, нежно погладив истрепанную обложку, вдруг смягчилась.

– Если хотите, я как закончу, могу одолжить ее вам. В конце концов, вы не жалели своих книг для школы.

Если бы только для школы. Большую часть книг беззастенчиво потаскала сестра. Но для нее Лайону ничего не было жалко. Тем более он знал, что Алесия брала их не только для себя. Однако отказываться от предложения парень не стал.

– Я запомню ваше обещание, эйса Кэрин. И буду ждать.

***

На следующий день Алесия отправилась к Михалю. Она нисколько не сомневалась, что юный изобретатель посвятит ее в свои планы, но…

– Я рад вашему возвращению, госпожа, но выйти пока не могу. – раздалось из-за двери. Следом послышался звук, будто кто-то скребет деревом о дерево.

– Мне кажется, я имею право знать, что происходит в моем поместье?

Минутная тишина.

– Узнаете, госпожа. Но только когда я закончу.

Алес набрала в грудь побольше воздуха и медленно выдохнула. Любой другой аристократ на ее месте, наверное приказал бы выволочь наглеца из его убежища и выпороть. Чтобы неповадно было возражать господам. Однако она так просто не могла. Чтобы демонстрировать феодальные замашки на ровном месте, нужно было родиться и вырасти в эти времена.

– Почему же это такой секрет?

– Потому что так надо. Пока я не закончу, никто не поймет.

Интригующе. Девушка покусала губу.

– Это полезная вещь?

– Не для вас. – отрезал Михаль. – Шли бы вы, госпожа, по своим делам. Я же сказал, как доделаю – покажу.

Алесия вспыхнула. Она, конечно, верила в изобретательность Михаля и надеялась взрастить из него гения. Но характер у парня был не сахар. И как он с таким гонором вообще дожил до своих лет?

– Ну и сиди здесь один. – холодно произнесла она. – Завтра тоже можешь не спускаться.

– Я и не собирался.

– Завтра я планировала провести урок и рассказать о… – девушка на миг задумалась, но на ум пока ничего не шло. – Рассказать о довольно редком и необычном явлении, о котором никто не слышал. Быть может, даже сам король…

Уловка удалась. Михаль, наконец, высунулся из своего убежища. Правда при этом, он плотно прикрыл за собой дверь. Так что разглядеть происходящее на чердаке не представлялось возможным.

Алес обратила внимание, что парень бледен, с темными кругами под глазами, руки в порезах и ссадинах. Зато глаза его горели странным, почти фанатичным огнем. Значит, Михаль действительно охвачен какой-то очередной идеей.

– О каком же явлении вы собираетесь рассказать, госпожа?

Девушка, вместо ответа, повернулась спиной. Она знала, что юного изобретателя можно ловить на любопытство, как рыбу на червя. Вот и решила слегка подразнить его. Однако Михаль принял ее слова за чистую монету.

– Ладно! – выдохнул он, – Вы можете взглянуть. Просто не хотел, чтобы и вы, госпожа, подняли меня на смех. Это очень нужная вещь. Только окружающим этого не понять.

Парень посторонился, пропуская ее на чердак. Жилище «гения» не впечатляло. Пара соломенных матрасов, чердачное окно, и груда того, что на первый взгляд показалось бы хламом. Сломанный стул, немного инструментов, веревки, куски кожи. Два колеса, похожих на велосипедные. Уж не изобретает ли Михаль велосипед?

Алесия и сама подумывала о таком виде транспорта. Однако уровень технического прогресса пока еще не достиг нужного уровня. Ту же цепь, она явно повторить бы не смогла. Да и где взять резину для колес? Словом, одни сложности.

Парень расхаживал из стороны в сторону, обхватив локти. Заметно было, что он слегка нервничает.

– Ну и над чем я должна была посмеяться? – не выдержала Алес.

Михаль выдохнул и уселся на сломанный стул.

– Вот над этим… – он похлопал по неровному подлокотнику. – И это я еще колеса не приделал.

– Ты хочешь сделать стул на колесах? – удивилась девушка. Такого поворота она не ожидала. Обычно идеи Михаля отличались размахом, и касались в основном сельского хозяйства, а тут…

– Я же говорил, не поймете! – парень вскочил на ноги и заметался из стороны в сторону. – Потому что вы можете просто взять, и уйти! Своими ногами. Вам не надо никого ждать, чтобы вас, допустим, перенесли на крыльцо. Или посадили на лавку. Только вот бывает и по-другому!

По телу почему-то прошел холодок. А еще, Алесия вдруг другими глазами посмотрела на Михаля. Он додумался до того, до чего должна была додуматься она. Еще осенью, когда Таша со своей семьей появилась в поместье…

– Ты делаешь инвалидное кресло, для Люсии? – тихо спросила она.

– Стул. – буркнул Михаль. – Я все придумал. Он должен быть устойчивым. Не катиться без надобности. Легко останавливаться. И чтобы им мог управлять тот, кто сидит. Я знаю, как это сделать. И если бы не мои руки!

С руками у парня действительно была беда. Левша, с искалеченной левой рукой…

– Почему ты не попросил о помощи Рглора?

Михаль насупился.

Как выяснилось, парень было попытался… Но Рглор лишь посмеялся над его идеей. Мужчина отвесил несколько шуточек и посоветовал не заниматься ерундой. Вот Михаль и взялся за дело сам.

Что ж… С Рглором на эту тему придется поговорить. Пусть он не слишком жалует изобретателя с его идеями, но нельзя же вообще все принимать в штыки.

– Теперь вы, госпожа. – напомнил Михаль. – О каком явлении вы хотели рассказать завтра в школе? Если про грозу, то я слышал это еще зимой.

Вопрос застал девушку врасплох. Ляпнула же на свою голову. Но какое будет к ней доверие, если она сейчас пойдет на попятную?

– Это такое явление… – начала Алесия, мучительно пытаясь припомнить хоть что-то из школьного курса. – Оно… Да в двух словах и не расскажешь. Увидишь завтра сам. Я бы рассказала и сейчас, но мне очень надо идти.

В лице Михаля мелькнуло разочарование.

– Ладно. Если так нужно, то я подожду.

***

Пересекая двор, Алесия очень жалела, что не откусила свой язык еще по дороге. Ну вот зачем она ляпнула про загадочное явление? Хотя понятно зачем. Хотела подразнить Михаля, чтобы не думал, что у него одного есть тайны. Поведение уровня первоклассницы. Но теперь срочно нужно что-то придумать. Простое и одновременно впечатляющее.

Хорошая задачка на вечер, ничего не скажешь. Она покусала губу. Ей бы сейчас планшет, или телефон. Было бы готовое техническое чудо. Однако за одну ночь такое точно не изобретешь. Надо думать.

Но сперва…

Рглор отыскался у аптекарского огорода. Бросив рубаху на доски, которых по двору было в избытке, мужчина мастерил аккуратную оградку. Глен, перепачканный землей и опилками, помогал ему по мере сил.

– …вот так, сынок. Только пальцы не подставляй. Если изранишься, матушка нас за это по голове не погладит.

– Ага. – парнишка откусил обломленный ноготь и взял молоток. – Теперь я сам.

Алесия замедлила шаг. Жаль нарушать царящую идиллию, но с Рглором нужно поговорить. Не откладывая в долгий ящик.

– О, сиятельство. – фыркнул мужчина, стряхивая опилки с рыжих волос, – Ты помогать пришла, или так, полюбоваться?

– Можешь уделить мне пару минут?

– Минут? – Рглор взъерошил волосы, – Ну если отыщешь в моих инструментах, то бери.

Девушка слегка поморщилась. Сколько не следи за своей речью, а все же прорывается еще что-то из родного мира. Благо, что свои люди относятся к этому довольно снисходительно. А чужих в ближайшем окружении нет.

Не было. До брака.

– Нам надо поговорить. – исправилась она.

– Вот оно что. – Рглор отложил молоток и кивнул Глену. – Так, сынок, беги умойся. Да матушке на глаза покажись. А потом продолжим. Без тебя я тут точно не управлюсь.

Мальчишка чуть надулся, а потом поскакал к дому на одной ноге. Сейчас он ничем не напоминал ту болезненную бледную тень, которую Алес увидела в каморке у прачечной больше года назад. Обычный живой ребенок, окрепший на свежем воздухе.

Дождавшись, пока Глен скроется в кухне, Рглор натянул рубашку, которая тут же промокла от пота, и поднял бровь.

– Ну, сиятельство. Так что у тебя стряслось?

На объяснения ушло от силы минут пять. Затем Рглор стукнул себя по лбу и расхохотался.

– Так Михаль сразу бы сказал, зачем ему это нужно. А то – стул на колесах, да стул на колесах. Я думал, очередное баловство.

– Ты ему поможешь?

– Помогу. Только на будущее, пусть гонор свой не показывает, а сразу говорит что и к чему. Вот скажи, сиятельство, как браться за дело, незнамо, что делаешь? Мол, закончим – узнаешь.

Алесия только улыбнулась. Да, была у Михаля такая черта – до последнего не сознаваться, что мастерит. С другой стороны, если вспомнить, как в деревне высмеивались любые его идеи… Да и характер у изобретателя тоже не сахар.

Договорившись с Рглором, девушка попутно осмотрела аптекарский огород. Тот радовал неровными рядами зелени. Если все сложится удачно, травникам больше ненужно будет лазить по горам, выискивая нужные растения.

А там, можно разбить подобные грядки и по другим деревням. Странно, что до этого еще никто не додумался. Но ей это только на руку.

***

День медленно тонул в ворохе мелких дел. Эмми, обложившись белыми и розовыми нитками, вязала чепчики и маленькие носки. Алесия только покачала головой, в очередной раз подумав – что будет, если родится мальчик?

Или Рглор, своим демонстративным ожиданием дочери пытается обмануть судьбу? Вроде мужчины обычно ждут именно сыновей. Хотя наверняка это может знать только Рглор.

Ирена шила подушки. Алес невольно пожалела, что не помнит устройство старых швейных машин. Тех, которые работали без электричества.

Люсия, расположившись на крыльце, шлифовала шершавым камнем скалку. Алесия вдруг вспомнила, что мать Таши умеет немного работать с деревом. И даже делала шкатулки на продажу.

Может, поручить создание пятнашек ей, а не столичному плотнику? Дело вроде несложное, женщина должна справиться. Тем более не факт, что другой мастер вообще согласится вырезать такую безделушку.

Люсия отнеслась к идее дорожной игры с большим энтузиазмом. Ей очень хотелось быть полезной. Глядя, как у женщины загорелись глаза, Алес поняла, что игра будет у нее в самые короткие сроки. Ну а цифры можно и простыми чернилами нанести, для начала.

От Люсии девушка направилась к голубям.

Потом ее выловил Иогас, желавший поделиться интересной идеей пояса.

Затем Лайон предложил небольшую конную прогулку.

Эйса Кэрин.

Школа.

Эмми, желавшая пообщаться со своей деточкой.

День закончился так внезапно, будто его кто-то выключил. Последние силы ушли на то, чтобы рухнуть пластом на постель. Но именно такая жизнь была Алесии по душе. Постоянное движение, маленькие успехи, эмоции.

Девушка закрыла глаза, и тут ее будто прожгло током. Михаль! Она же обещала завтра рассказать ему о каком-то загадочном явлении. Осталось только придумать, о каком.

Сев на кровати, Алес подперла щеку рукой. Природные явления… Законы физики… Опыты… Хотя для последнего требовались реактивы. И, желательно, учебник по химии.

А нужно что-то эффектное и очень простое. Например, как в седьмом классе, когда она, желая произвести впечатление на любимого учителя, превратила класс в камеру-обскура. Ушло десять упаковок фольги, зато какой был эффект, когда одноклассники увидели на потолке проекцию парковки!

И всего-то требуется полностью темное помещение, и маленькая точка, через которую будет проникать солнечный свет. Местных такое точно впечатлит. Главное только, чтобы ее после этого в ведьмы не записали. И не сожгли.

Глава 11. Простое чудо и нечаянная встреча

Новость о том, что хозяйка поместья собирается провернуть какой-то очень необычный фокус, расползлась еще до полудня. И это при том, что Михаль даже не спускался с чердака. Ментальное радио, не иначе.

Впрочем, Алесия и сама не делала секрета из своих планов. Какие уж тут секреты, когда она еще с утра обошла все классы и комнаты, выбирая наиболее подходящее помещение. И в итоге, остановила выбор не на школе, а на бане.

Хоть и сыровато, но гораздо проще закрыть одно маленькое окно, чем два больших.

Не зря же «камера-обскура» переводится, как «темная комната». Значит, для нужного эффекта должно быть максимально темно. Белая простыня, растянутая на противоположной стене, чем-то напоминала экран проектора.

Дольше всего Алес провозилась с плотным покрывалом, закрывающим окно. Его требовалось расположить так, чтобы осталось лишь одно отверстие, размером примерно с крупную монету. Дело пары минут, если пустить в ход ножницы. Но не портить же дорогую ткань.

Мысленно чертыхаясь и перепробовав все способы, Алесия наконец догадалась скрутить покрывало в здоровый жгут, а затем свернуть улиткой. Еще десять минут мучений, и эта пугающая конструкция оказалась втиснута в оконную раму.

Вытерев с лица пот, девушка задула свечу и оглянулась. Да! Теперь она словно находилась внутри большого проектора. Темнота, неровный круг света и перевернутое изображение двора на противоположной стене.

Не слишком яркое. Не слишком четкое. Но оно было!

Можно ли сотворить настоящее чудо?

Можно. Если ты знаешь физику, а окружающие нет.

Жаль, что ее знаний недостаточно, чтобы сделать настоящий фотоаппарат. Но он определенно начинался с такой вот темной камеры. А средневековые художники из родного мира, вообще использовали камеру-обскуру в своей работе. Проецировали изображение на холст, а потом быстренько обводили сверху красками.

Последнее Алес помнила из школьного доклада. Были и другие любопытные факты, но увы… Они успели выветриться за давностью лет. Повезло еще, что физика в любом мире работает одинаково.

Заткнув кусочек света носовым платком, девушка вышла на крыльцо и тут же почувствовала на себе множество взглядов. Не только обитатели поместья, но даже крестьяне со стройки хотели знать, что происходит.

Вопросов, разумеется, никто не задавал, но выразительные лица окружающих говорили лучше всяких слов.

На какой-то миг в душе шевельнулось сомнение. Инквизиции в этом мире, конечно, нет… Но кто знает, чем в будущем обернется демонстрация чудес? Пусть даже и чудес оптики. Может, стоит слегка подстраховаться?

Из задумчивости ее вывел голос Михаля. Парень все же спустился со своего чердака, и теперь сидел у крыльца бани, нетерпеливо постукивая пальцем по ступеньке.

– Вы не забыли о своем обещании, госпожа?

Алес медленно кивнула.

– Все готово. Но сперва я должна сказать несколько слов. – крестьянские дети, незаметно подтянувшиеся к бане, тут же умолкли.

Даже на стройке затих перестук топоров. Мужики вытянули шеи, не желая ничего упустить. Они, конечно, и не рассчитывали, что им покажут загадочное «нечто», предназначенное для ребят. Однако любопытство штука такая, заедает не хуже вши.

– Об этом явлении, – продолжила девушка звенящим голосом, – Я узнала от своего отца, – (все равно никто не докажет обратное). – Еще в детстве. А ему рассказывал его дед, который все вычитал в какой-то книге. К сожалению, сама книга давно потерялась, но я постаралась восстановить этот опыт по памяти. И его смогут увидеть все желающие. Только по очереди.

В первой очереди, разумеется, были ученики. А еще Михаль, Иогас, Глен.

Алес выстроила их вдоль стены и, убрав платок, закрыла дверь. Две… три… пять секунд тишины… А потом в тесном помещении раздался единодушный восхищенный вздох.

– Это… это же наш двор! – пискнула одна из девочек.

– Вверх ногами!

Ребята завозились, пытаясь получше разглядеть «чудо».

– …эй, ты мне на ногу наступил! – зашипел кто-то.

– …не толкайся.

– …глядите, птичка летит!

Через пару минут в бане стало совсем душно. Пришлось выставить всех за дверь. Почти всех. Михаль так и остался стоять в дальнем углу, с таким выражением лица, будто к нему лично спустился Господь Бог.

– Такого не бывает. – произнес он одними губами. – Этого просто не может быть…

– Не веришь своим глазам? – поддел его Иогас.

Но парень лишь отмахнулся от друга. Больше всего ему хотелось закрыть дверь, разрушившую магию, и остаться здесь навсегда. Ну или хотя бы до поздней ночи.

Так и не сумев выпроводить Михаля, Алесия запустила в баню домочадцев и брата. Потом, разбившихся на группки крестьян. Потом снова учеников. Закончить сеанс оказалось гораздо труднее, чем начать.

Стоило выйти одним, как в баню тут же набивались другие. Почему-то изображение двора у всех вызывало такой восторг, будто это, как минимум, кино.

И только вечером, когда солнце склонилось к горизонту, а с простыни пропала картинка, удалось всех угомонить.

Минус день. Зато крестьяне теперь смотрели на хозяйку поместья, как на святую. И девушка даже боялась представить, какие разговоры пойдут по деревням. Хотя она ни о чем не жалела. Вдруг эта небольшая демонстрация однажды прорастет чем-то полезным?

Тем более Михаль не отходил теперь от нее ни на шаг.

– Госпожа, как вы это сделали?

– Все дело в солнечных лучах. Они отражаются от разных поверхностей и… – пришлось буквально на пальцах объяснять свойства световой волны.

– А почему двор был вверх ногами?

Алес покусала губу, припоминая все, что знала об углах отражения лучей. Все-таки любовь, великая вещь. Знала бы она все это, если бы не ее влюбленность в учителя физики?

– А можно ли сделать так, чтобы картинка не исчезала?

– Можно. – и предвосхищая следующий вопрос, – Но мне неизвестно, как.

У Михаля вытянулось лицо. А потом в его глазах зажглись новые огоньки. Все прежние идеи показались парню мелкими и совсем неважными. Зачем пытаться упростить труд, к которому и так все привыкли? Вот ловить солнечный свет и превращать его в картины… Это то дело, на которое не жалко положить жизнь.

***

Следующие несколько дней все разговоры были исключительно про двор, перенесенный на простую простыню. Крестьяне даже отважились обратиться к госпоже с вопросом, подвластны ли ей другие чудеса?

Быть может, она умеет исцелять руками? Или зажигать одним взглядом огонь?

Пришлось вновь напомнить, что это не магия, а всего лишь сила знаний. Поверили мужики или нет, но их почтительность возросла в разы. Остальных удалось убедить, что фокусу со светом девушку научил ее отец – старый граф.

Эту версию принял даже Лайон, который твердо решил изучить замковую библиотеку вдоль и поперек, чтобы найти ту самую книгу. Алесия могла бы его остановить, но увы… о планах брата она не знала.

Ее сейчас куда больше занимала предстоящая поездка к плотнику. Нужно было продумать разговор до мельчайших деталей. Подготовить несколько чертежей. Предложить сотрудничество, или просто сделать заказ?

Лучше первое, но сотрудничество, увы, возможно только через брата. Хотя тут ей повезло, Лайону можно доверять.

Хоть кому-то…

Положив кисть на подставку, Алесия еще раз придирчиво оглядела неровный чертеж. Вроде бы, ничего сложного. Шкаф, он и в Африке шкаф. И в любые времена. Главная сложность – размеры. До метрической системы тут еще не додумались, поэтому приходилось прибегать к таким единицам, как – человеческий рост, длина руки, пядь.

Хотя изобрести линейку – дело несложное. Куда труднее ввести ее в обиход.

Отложив первый лист, девушка вновь взяла в руки кисть. Когда-то ей казалось, что это самый неудобный инструмент для письма. Была даже попытка сделать перо. Очинить гусиное нужным образом ей удалось. Но оно так противно скрипело по бумаге… От одного воспоминания по коже пробежали мурашки. Бррр…

Да и вообще, прогресс, конечно, дело хорошее. Однако не стоит тащить в этот мир все подряд. Лучше сосредоточиться на самом нужном.

***

Визит к плотнику прошел даже лучше, чем можно было ожидать. Томас Шерд – друг Рглора, встретил гостей довольно радушно. Напоил травяным чаем с клюквенным пирогом и только после этого пригласил в святую святых – свою мастерскую.

И там было на что посмотреть. Столы, стулья, резные спинки для кроватей. Но особенно Алесии понравился огромный ковш в виде лебедя. Выглядел он так, будто сошел со страниц книги. И вызывал стойкие ассоциации с застольем, медом, вином.

Проследив за взглядом девушки, мастер неожиданно смутился.

– Это я так, для души балуюсь, ваше сиятельство. В основном, конечно, ко мне идут за мебелью. Но, случается, что и такие ерундовины берут.

Мужчина явно напрашивался на комплимент, и Алес не стала его разочаровывать.

– Разве можно называть ерундовиной такую красоту? Этот ковш и за королевский стол подать не стыдно!

Мастер потупился, но лицо у него стало таким довольным, что девушка только мысленно улыбнулась. Вот так. Пара ложек похвалы, щепотка лести и человек уже твой. Сработает это далеко не с каждым, но знакомец Рглора явно самолюбив. Хоть и не демонстрирует это открыто.

– У вас просто золотые руки! – продолжила она. – Лайон! Взгляни, какая потрясающая вещь!

Брат, обсуждавший в этот момент с Рглором детскую кроватку, отвлекся от разговора и подошел к ним.

– Хм… и правда, очень интересная чаша… – вежливо произнес он. – Изящная работа.

Однако особого восторга в его взгляде не читалось. Оно и понятно. Откуда Лайону знать про княжеские пиры, где мед и пиво лились рекой. Да и картинок из огромного сборника русских сказок он тоже никогда не видел. Иначе понял бы, чем этот лебедь так восхитил сестру.

– Я его покупаю. – решительно произнесла Алесия. – И заберу в Арельсхолм.

Мастер часто заморгал, но девушка не дала ему опомниться. Как гласит народная мудрость, надо ковать железо, пока то горячо. Вот она и «ковала».

– Кстати, у меня тоже есть несколько идей. Жаль, что никак не могу найти мастера, который мог бы их воплотить…

Правильно поняв намек, мужчина клятвенно заверил «прекрасную и мудрую госпожу», что он из кожи вывернется (если потребуется, то два раза), но все сделает.

Алес, для вида слегка поколебавшись, все же достала подготовленные чертежи…

Томас Шерд оказался не просто мастером. А настоящим фанатиком своего дела. Он был буквально влюблен в дерево и свое ремесло. Лишь взглянув на чертеж платяного шкафа, мужчина припомнил, что как-то делал для знакомого лавочника шкаф для книг. А идея складной мебели привела его в настоящий восторг.

Ведь это настоящее спасение для тех, кто живет в маленьких комнатушках. Еще и материала уйдет меньше, чем на полноценный стул или стол…

В итоге, граф Бартон сумел утащить сестру из мастерской только спустя четыре часа. За это время Рглор успел нанять повозку, найти помощников для погрузки мебели, обсудить с кучером плохие дороги и криворуких кузнецов. А Лайон – вспомнить поездку к кожевникам и осознать, что та была еще не самым большим злом.

Зато Алесия осталась довольна. Если мастер хорошо себя покажет, можно подкинуть ему еще несколько идей. От простых кухонных буфетов, до шахмат. А у ее личного кошелька появится еще один маленький денежный ручеек.

Томас согласился на сотрудничество почти сразу. И даже не стал вникать, зачем высокородной графине нужен дополнительный доход.

Жаль, правда, что патента на идеи в этом мире еще не существует. Если можешь повторить – повторяй. Сумеешь сделать лучше – делай. Но быть первопроходцем – все равно выгоднее всего. Большинство людей весьма консервативны, и если успеешь себя зарекомендовать, то к твоим конкурентам уже просто не пойдут.

А идеи у Алесии были.

***

Обратно девушка ехала, прижимая к себе тот самый «сказочный» ковш. Почему-то одним своим видом он будто возвращал ее в далекое детство.

Вечер. Потрескивание дров в печи. И большая книга с яркими картинками. Любимая. Пусть маленькая Ирочка еще и не умела читать.

Лайон, видя мечтательное лицо сестры, тоже теперь поглядывал на чашу с любопытством. Что же в этой деревянной птице такого, что Алес не задумываясь отдала за нее целый грон?

Парень хотел уже было спросить, но в этот самый момент, карета вдруг остановилась. Кучер приоткрыл маленькое окно.

– Простите, ваше сиятельство. Там две телеги сцепились колесами. Никак не объехать. Прикажете повернуть назад?

Лайон коротко кивнул.

Маленькое окошко закрылось. Послышался щелчок вожжей.

– Н-но!

Карета медленно начала разворот и… от чувствительного толчка, Алесия резко подалась вперед. Она не упала. Однако край ковша с такой силой ткнулся под ребра, что девушка зашипела от боли.

– Ты как? – тут же вскинулся Лайон.

– Прос-с-сто ш-ш-шикарно. – выдохнула Алес, когда к ней вновь вернулась способность дышать.

За последний месяц – второе ДТП. Пожалуй, самое время озаботиться ремнями безопасности для карет.

– Я разберусь. – произнес Лайон, открывая дверь.

Алес, недолго думая, скользнула за ним. Не оставлять же брата без поддержки. Да и виноватая сторона, вроде как, они. Хотя тут надо еще разобраться, что и как.

Снаружи топтались два кучера, успевшие покинуть свои места. Вид у обоих был сердитый и весьма боевой.

– …кто разворачивает карету в узком переулке?!

– …а кто мчит так, будто его муха ужалила в глаза?

– …мой господин, между прочим, очень спешил.

– …а мои господа…

Лайон кашлянул, привлекая к себе внимание. Мужчины тут же склонили головы и прикусили язык. Алесия, тем временем, рассматривала вторую карету. Кажется, или она ее уже где-то видела?

Наконец, из нее тоже показался владелец…

– Виконт Сомертон?!

***

Да, не приходилось сомневаться, это был именно он. Тот самый молодой человек, от одного взгляда на которого перехватывало дух. Из-за сходства с Данечкой, или из-за его собственного обаяния… Алес пока не разобралась.

Виконт просто ей очень нравился. Правда сейчас, личную симпатию слегка перебивали ушибленные ребра. А еще злило то, что от одного вида этих голубых глаз, ей хотелось растечься маленькой влюбленной лужицей. Надо этот «парад гормонов» как-то прекращать.

Алесия выдохнула. И заговорила, лишь на долю секунды опередив брата.

– Значит, это опять вы, виконт?

– Значит, опять я. – согласился молодой человек, одарив ее долгим взглядом. – Не кажется ли вам, что нас сталкивает сама судьба?

– Ваш тон неуместен, виконт. – вмешался Лайон. – Моя сестра замужем. Что же касается аварии…

– Полагаю, это была досадная случайность. – пожал плечами Сомертон. – Тем более, никто не пострадал. И простите моего кучера, он никак не мог ожидать, что кто-то попытается развернуться в столь узком переулке.

– Мы не могли проехать из-за сцепившихся телег…

– Или вы желали врезаться в них? – Алесия скрестила руки на груди, будто это могло хоть как-то унять гулко бьющееся сердце. – Знаете, виконт, советую возить с собой ночной горшок, это избавит вас от необходимости постоянно подгонять лошадей!

Минутная тишина…

Первым сообразил Лайон.

– Алесия!

Виконт через силу рассмеялся. Хотя уши у него заметно покраснели.

– У вас очень острый язык, графиня.

– А у вас прискорбное пренебрежение правилами дорожного движения.

– Чем?! – одновременно удивились присутствующие, включая кучеров, которые наблюдали за развернувшейся сценой со стороны.

Алес прикусила язык. Ну да… ну да…

– Даже комментировать это не хочу. – отрезала она, и первой направилась к карете.

***

Актай. Вечер того же дня…

Последний день перехода выдался особенно трудным. Рыхлый песок разъезжался под копытами лошадей. Мелкие мошки кружились перед лицом, так и норовя попасть в глаза. Жарко. Влажно.

Попасть в Актай по суше можно было только летом. Вторую половину года, когда начинались дожди, тонкий перешеек, полностью уходил под воду. Именно из-за этой особенности, за Актаем и закрепилась слава острова. Хоть это было и не совсем так.

Граф Арельс, стерев с лица пот, похлопал своего коня по шее.

– Потерпи. Еще немного, и тебя ждет просторная конюшня, хороший корм, и много свежей воды. – затем мужчина оглянулся на всадников, следовавших за ним. – Будем на месте еще до захода солнца.

В ответ раздался радостный гул. Хотя все и так понимали, что изнурительный переход подходит к концу. Но лишнее подтверждение будто прибавило сил.

На том конце перешейка их уже ждали.

– Мальчик мой! – высокий мужчина, с гладко зачесанными седыми волосами, спешился с коня и первым протянул графу Арельсу руку.

Нортман от души ее пожал.

– Рад тебя видеть, дядюшка. Но стоило ли так утруждаться и лично ехать меня встречать? Это небезопасно.

– Давно ли ты заделался такой наседкой, Норт? Или, думаешь, твой дядя Эгар слишком стар, чтобы совладать с десятком бандитов, если те пожелают выскочить на мою свиту из-за кустов?

– Разумеется, я так не думаю, дядюшка. – улыбнулся граф Арельс. – Но все же…

– Я же отписал королю, что никаких мятежников не было. Просто шайка разбойников, желающая поживиться за счет порядочных людей. Кто же мог подумать, что мне на помощь пришлют целое войско!

– Таков порядок.

– Да-да-да. – бесцветные глаза Эгара блеснули. – Смотрю, а ты превращаешься в такого же зануду, как мой старший братец? Вечная ему память.

При упоминании об отце, Нортман чуть поморщился. Заметив это, седовласый мужчина тут же сменил тон.

– Ладно, все потом. Все потом. Сейчас самое важное что? Добраться до города, разместить людей и дать всем хорошенько отдохнуть. А о делах побеседуем завтра, на свежую голову. Хотя какие в этой глуши дела… – он притворно вздохнул. – Всего-то и развлечений, что редкие нападения разбойников.

***

Дорога до города заняла остаток дня. Потом размещение солдат, указания насчет лошадей. Личный контроль всего… И вот основные дела остались позади. Удобно устроившись на прохладной террасе, мужчины разлили вино. И постепенно завязался неспешный разговор.

Эгар желал узнать обо всех столичных новостях. О старых знакомых. Граф Арельс терпеливо отвечал. А потом, понимая что о таких вещах принято сообщать лично, рассказал и о своей женитьбе.

Скупо, в нескольких словах. Но дядюшка потребовал детали.

– Думаю, мне надо благодарить Феста за свой «счастливый брак». – сообщил Нортман, чуть поколебавшись.

– Объясни? – тут же заинтересовался Эгар.

Мужчина долил себе вина и покрутил в пальцах бокал.

– Все просто. Он уже год лелеял планы, выдать за меня свою дочь. Были и увертки, и намеки, и даже прямой разговор. Я отказался.

– Постой, постой. Какую дочь, Кларенсу? Ей же всего пять!

– Недавно исполнилось семнадцать.

Глаза Эгара округлились. Несколько секунд он осмысливал услышанное. Потом с глухим стоном допил вино.

– Семнадцать… О боги! Как же быстро летит время. Юность набирается сил, а нам лишь остается зачесывать свои седины.

– Да ладно, дядюшка. Ты еще не так стар. – утешил его племянник.

– Так а чего ты не согласился? Насколько помню, мать Кларенсы была красавицей, если девочка пошла в нее…

– Ей семнадцать. Не самый подходящий возраст, чтобы становиться рачительной женой и мачехой.

– Ну, знаешь ли. – возразил Эгар. Жениться надо на юных, и воспитывать супругу уже под себя.

Нортман поморщился.

– Я так не могу. Она же немногим старше моей дочери. Ребенок. Ей бы еще в куклы играть. А мне нужна женщина. Сильная, умная, с разумным взглядом на жизнь.

– Оценит ли твоя супруга, когда ты такую найдешь? – усмехнулся Эгар, вновь наполняя бокал.

Вспомнив про жену, граф Арельс помрачнел и залпом осушил остатки вина. Он не мог воскресить в памяти ни ее лица, ни цвета волос. Но почему-то хорошо помнил разочарование, мелькнувшее в ее глазах, когда они предстали перед алтарем.

Хотя в тот день он действительно выглядел не лучшим образом. Задержался, объезжая земли, явился в столицу в самый последний момент. И, переодевшись, сразу в храм, не успев побриться и привести себя в порядок.

А она, явно потратила на свой внешний вид половину дня. Да и потом, едва из платья не вылезла, пытаясь привлечь к себе внимание. Женщина без чувства собственного достоинства. И без репутации.

«Считаете, ваше величество, что я слишком долго ношу траур? Так может вы сами подыщете мне подходящую супругу?»

Что ж… Достойное наказание, за одну лишь фразу, брошенную в сердцах королю.

Глава 12. "Ненавижу"

Дорожное происшествие все же слегка выбило Алесию из колеи. Новая встреча с виконтом Сомертоном пока не входила в ее планы. Теперь же из головы никак не шли его улыбка и заинтересованный взгляд. Девушка буквально кожей ощущала, что виконту она симпатична.

А вот он ей?

Пожалуй… Да!

Себе Алес предпочитала не врать даже в самых щекотливых вопросах. Ей действительно нравился этот Сомертон. По крайней мере внешне. Хотя над некоторыми чертами его характера еще работать и работать.

Может, это любовь? Та самая, которая с первого взгляда? Или просто отголоски тех чувств, которые она когда-то испытывала к Данечке? Сложный вопрос. Действительно сложный.

Сев на кровать, Алесия принялась переплетать волосы в косу. Будто это могло помочь разложить мысли по полочкам.

Сердце хотело любви. А еще – нежности, восхищения, ухаживаний. В общем, с ним все понятно. Но центр принятия решений у нее, к счастью, не в грудной клетке, а в голове. И мозг имел свое мнение на этот счет.

Первое – о виконте ничего толком неизвестно. Даже Лайон с ним не знаком. А вестись на одни красивые глаза, это просто повторить пляску на граблях. Мало ей было красавчика-Данила?

И второе – у нее уже есть муж. Навязанный, не слишком симпатичный, но вполне официальный. Да и брак состоялся с подачи короля. Так что пока не удалось переменить ситуацию в свою пользу, нельзя даже думать о симпатиях, или о любви. Иначе можно закопать себя в такие неприятности… Еще и брату рикошетом достанется. А уж неприятностей для Лайона Алес хотела меньше всего.

Хороший он у нее все-таки. И единственный близкий человек.

В дверь тихо постучали, а потом на пороге показалась служанка со свечой в руках.

– Госпожа. – Агнета неуверенно оглянулась и прикрыла за собой дверь. – Я не хотела вас беспокоить, но там какой-то молодой человек очень просил передать вам записку.

Алес взглянула на скрученный в трубочку листок, но брать его в руки не спешила.

– Что за молодой человек?

– Слуга. – тут же пояснила Агнета. – Он заглянул со стороны кухни. А кухарка позвала меня, все же знают, что именно я прислуживаю вам.

Что ж…

Развернув записку, девушка пробежала ее быстрым взглядом.

«Леди Арельс, прошу заранее простить мою вольность, но я лишь хотел, еще раз принести свои самые искренние извинения за происшествие на дороге. Надеюсь, следующая наша встреча произойдет в более приятной обстановке. К слову, леди Мелтон на днях устраивает светский вечер, и у меня есть все основания полагать, что вы тоже будете приглашены. С наилучшими пожеланиями, виконт Витор Сомертон.».

Алесия еще раз перечитала записку. Ага, теперь она хоть знает имя виконта. А еще, леди Мелтон явно приходится ему если не родственницей, то как минимум, хорошей знакомой. Иначе откуда виконту знать про список приглашенных? Не исключено, что Сомертон сам поспособствовал приглашению. Увы, но пока парня ждет облом.

Сжав листок в кулак, Алес не задумываясь, бросила его в камин. И отвернулась, лишь когда язычки пламени полностью поглотили желтоватый лист.

– Виконт, которого мы повстречали по пути из Арельсхолма, еще раз попросил прощения за испорченную карету. – зачем-то пояснила она Агнете. – Видимо не хочет ссоры с графом Арельсом.

Служанка хлопнула ресницами и склонила голову.

– Но вам же, госпожа… не обязательно передавать ответ?

– Я и не собиралась этого делать. – Алесия бросила быстрый взгляд на камин. От смятой записки осталась лишь горстка пепла.

***

На следующий день действительно пришло приглашение на светский вечер. Графиня Мелтон в самых изысканных выражениях извещала, что хотела бы видеть не только уважаемого графа Бартона, но и его милую сестру, раз уж та волей случая находится сейчас в столице.

Как же быстро расползлись слухи. Прошло-то от силы всего пару дней. А «бывшая баронесса Кьярти» из персоны нон грата вдруг превратилась в «милую сестру графа Бартона».

– Что скажешь? – поинтересовался Лайон, отпустив слугу.

Теперь в комнате не было посторонних ушей и можно было говорить начистоту.

– А разве я могу бывать в свете без сопровождения мужа? – задала Алес встречный вопрос. Хоть она и успела изучить местный этикет, но в некоторых случаях ей еще требовалась подсказка со стороны.

Благо, что брат относился к этому довольно снисходительно. Легко отвыкнуть от светских формальностей, когда большую часть года проводишь среди крестьян.

– Тебя приглашают не как жену графа Арельса, а как мою сестру. Это разные вещи.

– Ммм… – девушка покусала губу. Зачем люди выдумывают столько правил, а потом ищут, как их обойти? – А отказаться я могу?

Лайон кивнул и, чуть помедлив, прибавил:

– Но нужна убедительная причина, на случай, если захочешь однажды вести светскую жизнь.

Вести светскую жизнь Алесия не собиралась, но и портить отношения с неизвестной графиней тоже как-то не с руки. Кто знает, какие еще сюрпризы подкинет ей жизнь? Врагов точно наживать пока не стоит.

– Передай графине, что я очень сильно хотела прийти. Но мне нужно как можно скорее возвращаться в Арельсхолм к падчерице. Нельзя оставлять юную виконтессу надолго одну.

***

А может и правда наведаться еще раз в Арельсхолм? – эта мысль не давала покоя весь следующий день. Алесия подозревала, что ее визитом в столицу супруг будет более чем недоволен. И эту поездку явно не получится скрыть.

Впрочем, девушка и не собиралась ничего скрывать. Ее цель – не прятаться, опасаясь окрика строгого «хозяина», а жить. Поэтому отсиживаться в поместье никак нельзя. Раз не получилось с приручением падчерицы, надо искать на мужа компромат. Рычаги давления. Общий интерес.

Да что угодно, лишь бы при наступлении осени все ее начинания не задавили на корню. А для этого нужно в замок. Нет смысла тихо сидеть в деревне и ждать, пока судьба окончательно загонит ее в угол. Лучше действовать. Здесь и сейчас.

Однако в поместье тоже стоило заглянуть. Еще раз. Все равно по пути. Оставить распоряжения, предупредить, что в скором времени привезут шкаф (не обставлять же замок Арельсов за свой счет). И заодно захватить пару голубей для связи. Даже возможность отправить сообщение в одну сторону, это лучше, чем ничего.

***

Планы с делом не разошлись. Пробыв в поместье всего дня два, Алес выдвинулась в обратный путь. Домочадцы отнеслись к ее отъезду с большим пониманием. Правда Эмми опять не смогла сдержать слез. Всхлипывая и шмыгая носом, старушка бормотала, что «голубка» все делает верно. Жене положено жить в мужнем доме, таков порядок вещей. Однако слезы беспрерывным потоком катились по морщинистым щекам.

Отвлечь старую нянюшку смогла лишь Кэрин. Она подала Эмми воды, а потом принялась негромко убеждать, что Алесия еще вернется. И не раз. И чем дольше держать ее тут слезами, тем позже девушка отправится в дорогу. Что тоже нехорошо.

Спокойные убеждения подействовали на старушку лучше всего. Алес перевела дух и отправила эйсе Кэрин благодарный взгляд. Учительница ответила легким наклоном головы, в котором было куда больше понимания, чем в иных словах.

Рглор пообещал, что сегодня же они с Михалем начнут работу над самоходным стулом, и очень постараются доделать его к следующему приезду госпожи.

– Только ты, сиятельство, назад не торопись. Дай нам хоть дня три на работу. – добродушно прогудел он, поглаживая рыжую бороду. – Но и слишком не задерживайся в замке. Должен же кто-то оценить наши старания.

Но особенно порадовала Люсия, вручившая госпоже две плоские шкатулки. В первой обнаружились привычные пятнашки с цифрами, а во второй, вместо цифр на квадратиках был нарисован аккуратный двухэтажный дом. Знакомая башня на углу, крыльцо с перилами и навесом.

– Это Таша для вас расстаралась. – похвасталась женщина. – У нее к таким вещам легкая рука. Я, если вы, госпожа, не против, сделала бы еще парочку таких игрушек для наших ребят?

Разрешение Алес дала. Только предупредила, чтобы игра пока не выходила за пределы поместья. Все же, это та идея, которую очень быстро повторят. А в новинках именно она должна быть первой.

Пятнашки же, при должной подаче, явно будут уметь успех. В этом Алесия окончательно убедилась в пути, глядя, как Агнета упоенно двигает квадратики, пытаясь сложить изображение дома.

Ее и саму на несколько часов заняла незатейливая игра. Дорога обещала быть чуть менее скучной, чем обычно. Первый день пролетел незаметно. Второй – сносно. А на третий, судьба-таки не удержалась и подложила свин… «сюрприз».

***

Нет, сперва-то и третий день начался неплохо. Перекусив вареными яйцами и сырными лепешками с зеленью, Алесия с Агнетой немного поболтали «ни о чем». Потом служанка снова погрузилась в пятнашки, а Алес решила немного подремать. Зарывшись в подушки, она чуть прикрыла глаза… и тут кто-то постучал в окно.

Вполне бытовая история, если находишься в загородном доме, или в крестьянской избе. Но в карете? На полном ходу? Сон ушел, так и не успев начаться. У Агнеты и вовсе глаза сделались круглыми, как у совы.

– Наверное, это ветка? – неуверенно шепнула служанка.

Опровергая ее слова, стук повторился вновь.

– Если бы. – проворчала Алесия.

Ей тоже хотелось бы списать все на ветку, пробегающего мимо медведя, или еще какие-нибудь чудеса. Но интуиция подсказывала, что за стуком явно кроется какой-то подвох. Может, лесные разбойники?

Угу. В таком случае, им попался какой-то слишком уж вежливый бандит. Алес мысленно хмыкнула. Ладно, прояснить ситуацию можно только одним способом. Она протянула руку и отдернула занавеску, закрывающую окно.

Первое, на что упал взгляд – лошадиный бок, золотисто-коричневого цвета. На его фоне слегка терялась человеческая нога в обтягивающей штанине и высоком сапоге. Девушка подняла глаза чуть выше, и едва удержалась, чтобы их не закатить. Зато в груди что-то трепетно ойкнуло.

– Какая приятная встреча, графиня! – раздался веселый голос.

– Еще скажите – случайная. – отозвалась Алес, чуть приоткрывая окно.

Виконт Сомертон расплылся в белозубой улыбке.

– Не стану скрывать, я отправился в путь, надеясь догнать вас.

Алесия незаметно сцепила пальцы. Очень хотелось улыбнуться в ответ, но нельзя. Не в том она положении, чтобы демонстрировать свои чувства.

– Сочувствую вашему коню. И очень надеюсь, что в следующей жизни ему больше повезет с хозяином.

Молодой человек внезапно посерьезнел.

– Вы все еще сердитесь на меня?

– О нет. Мне как-то нет до вас никакого дела.

Сомертону явно было неудобно следить за дорогой и одновременно поддерживать разговор. И на краткий миг девушку охватило желание остановить карету. Но здравый смысл строго шикнул на этот безумный порыв.

Алес продолжала старательно «держать лицо», хотя душу буквально разрывало от противоречий.

Виконт Сомертон, сумев подстроиться под темп движения, снова заговорил:

– Как только я узнал, что вас не будет на вечере у моей тетушки, то сразу выдвинулся в путь. Пусть это безрассудство, но вы занимаете мои мысли с самой первой встречи.

– А вы мои. – не удержалась Алесия. И тут же прикусила язык. Дура… Какая же она дура! Надо было срочно исправлять ситуацию. – Как вспомню, что это именно вы, виконт, поцарапали мою любимую карету… – она многозначительно изогнула бровь, давая спутнику додумать самому.

Парень напустил на себя виноватый вид.

– Знали бы вы, как я раскаиваюсь в этом. День и ночь… Но, смею надеяться, что это досадное происшествие не повлияет на наши добрые отношения?

– Я не верю в дружбу, между мужчиной и женщиной.

– Между мужчиной и женщиной может быть не только дружба. – все с той же обаятельной улыбкой намекнул виконт.

Алес закусила губу, мысленно взвешивая каждое слово. Даже бабочки в животе тревожно притихли.

Вот так беззастенчиво клеиться к даме, зная, что у нее есть муж? С одной стороны, его внимание, конечно, приятно. Но с другой… голову терять никак нельзя.

Виконт либо не слишком разборчив в связях. Либо безумно и с первого взгляда влюблен. Или же… преследует какую-то свою, личную цель. И она будет последней идиоткой, если позволит себя провести.

Может, это вовсе западня от супруга? Помнится, графа Арельса очень задел ее интерес к виконту. Да еще и в день свадьбы. Вдруг, он решил теперь таким образом ее подловить? В некоторых ситуациях, лишняя паранойя очень даже нелишняя.

И как быть?

Решение пришло внезапно. Будто озарение свыше.

– Знаете, виконт… – промурлыкала она, резко сменив тон. – У вас такие красивые глаза. И просто шикарные волосы… Моете их куриными желтками? Или отваром ромашки?

Сомертон слегка подвис.

– Э-эм… Э…

– А я бы посоветовала вам крепкий отвар из луковой шелухи. Так вы станете еще более неотразимым для женских сердец.

Парень, наконец, нашелся.

– И для вашего тоже?

– Как знать… как знать… – загадочно отозвалась Алес и, послав спутнику воздушный поцелуй, задернула шторку.

Да, с ее стороны это очень, очень грязный прием, если не сказать хуже. Ведь луковая шелуха это не просто мусор, но еще и довольно качественный краситель. Не зря же в ней проваривают яйца перед Пасхой, чтобы придать им глубокий красный, или коричневый цвет.

Будь Сомертон темноволосым, шутка бы не прокатила. Но виконт блондин. Так что, в зависимости от везения, какой-нибудь оттенок рыжего его точно ждет.

И если парень действительно влюблен или действует по чьему-то приказу, то эту «шалость» он ей простит. Хотя бы на словах. Ну а если он просто охотник за каждой юбкой… что ж. Будет ему тогда хороший урок.

***

В Арельсхолме графиню явно не ждали. Впрочем, Алесия и не рассчитывала на теплый прием. Это было бы слишком наивно с ее стороны.

Лианна, выплыв в просторный холл, скривила губы в улыбке, которую даже при большой фантазии нельзя было бы назвать дружелюбной.

– С возвращением, графиня. – процедила она, скрестив руки на груди.

– Я тоже рада вас видеть, леди Лианна. – отозвалась Алес ей в тон.

Подстраиваться под падчерицу и сглаживать острые углы больше не хотелось. Да и смысл? Доброго отношения девчонка не оценила, выводов из последнего противостояния не сделала. Вот пусть теперь и пожинает плоды.

– К слову, никто бы не расстроился, если бы вы задержались у себя подольше. – виконтесса взмахнула черными ресницами. – Полагаю, что низкородные деревенщины, самое подходящее для вас общество.

Алесия только хмыкнула и чуть изогнула бровь.

– То есть вы, виконтесса, намекаете, что обычные крестьяне воспитаны гораздо лучше, чем одна юная представительница знатного рода? Хотя… пожалуй, в этом я с вами соглашусь.

По щекам Лианны пошли красные пятна. Девочка мучительно пыталась придумать достойный ответ. Чтобы жена отца не думала, что она тут умнее всех. Но в голову, как назло, ничего не шло.

Алес, тем временем, махнула рукой, подзывая двух служанок. Те осторожно приблизились, явно не зная, чего ожидать.

– Мои покои в порядке? – Алесия перевела взгляд с одной девицы, на другую.

– Э-эм…

– Э… Туда никто не заходил, ваше сиятельство. – наконец отозвалась одна из них.

– Очень хорошо. Пожалуйста, проветрите их и протрите пыль. А я сейчас поднимусь.

Лианна, наконец, отмерла.

– Графиня, вы не можете распоряжаться в моем…

– О, и вот еще что. – самым бесцеремонным образом перебила ее девушка. – Передайте кухарке, чтобы подготовила булочки и травяной чай. Я немного проголодалась в дороге.

Девицы, вместо того, чтобы броситься исполнять приказ, растерянно покосились на юную леди Арельс. Ожидают подтверждения команды?

Алес нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Я неясно выразилась?

Уловив в голосе старшей госпожи угрожающие нотки, служанки испуганно переглянулись и поспешили к лестнице. Лианна топнула ногой.

– Слуги подчиняются только мне!

– Вот как?

Алесия смерила падчерицу долгим взглядом. Девчонка опять взялась за свое? Что ж. Раз по-хорошему не вышло, значит придется преподать мелкой нахалке небольшой урок.

***

Спустя час с небольшим, слуги были собраны в одном из залов первого этажа. Все. От экономки до конюхов. Кто-то топтался на месте. Слышались приглушенные голоса. Никто не знал, чего ждать, и многим это действовало на нервы.

– …выгонят?

– …граф не позволит.

– …его сиятельство сейчас далеко.

– …может, еще обойдется?

Алесия, на секунду задержавшись перед высокой дверью, сделала глубокий вдох. Силовое решение проблемы – не ее метод. Но по-другому просто нельзя. Надо было еще в прошлый раз всех построить, а не играть в «добрую госпожу». Крепко стиснув зубы, она шагнула через порог. Разговоры тут же смолкли, и к графине обратилось несколько десятков глаз.

Для начала, Алес скользнула взглядом по лицам. Так, чтобы каждый из присутствующих ощутил на себе ее внимание. А потом заговорила. Медленно. Делая упор на каждой фразе.

– Мне кажется, или в Арельсхолме сложилась весьма прискорбная ситуация? Я, как графиня Арельс, совершенно не могу рассчитывать на слуг. Более того, мне приходится согласовывать все решения с виконтессой, что не только противоречит здравому смыслу, но и сложившемуся порядку.

Лианна, сидевшая на стуле у окна, резко вскинула голову.

– Потому что мой отец приказал…

Алес остановила ее резким движением руки.

– Я не разрешала перебивать себя, виконтесса!

Девочка вспыхнула, но на помощь к ней неожиданно пришла экономка.

– Ваше сиятельство… – почтительно произнесла женщина, склонив голову. – Осмелюсь напомнить, что его сиятельство действительно оставили распоряжения…

– Хорошо. – уступила Алесия. – Принесите эти распоряжения сюда, чтобы и я могла их прочитать.

– Прошу простить, но они были исключительно на словах…

– Ммм… – в глазах девушки зажглись холодные огоньки. – Но все присутствующие готовы подтвердить, что распоряжения действительно были? И слово виконтессы теперь весит больше слова графини?

Несколько неуверенных кивков.

– Очень хорошо. – Алес в упор смотрела на присутствующих. Сейчас придется чуть сыграть на людской психологии, и успех будет зависеть исключительно от уверенности в себе. – Тогда я вынуждена обратиться за помощью к своему брату, и лично к его величеству. Пусть разберутся в ситуации и оценят, насколько прав был мой супруг. И верно ли были поняты его слова.

При упоминании короля, часть присутствующих заметно стушевалась. Граф ведь не беседовал лично с каждым из слуг…

– Вам нечего опасаться. Просто каждого из вас тщательно допросят. Возможно несколько раз. Если потребуется, заберут в столицу, но потом обязательно отпустят…

Первым отмер кучер. Видимо вспомнил, как графиня заступилась за него на дороге. А может, посещение поместья дало свой эффект. Там ведь госпожой искренне восхищались, как никогда не стали бы восхищаться самодуркой.

– Простите, ваше сиятельство. Мы вроде и так подчиняемся вам. Слово поперек ни разу не сказали.

– И мы! – тут же подтвердили конюхи.

Что есть, то есть. Этих парней Алесия вообще видела впервые.

– Да и я из кухни своей не выхожу. – пробасила толстая баба в переднике, – Какой приказ передадут, тот и исполняю.

Совсем юные девицы, облепившие повариху со всех сторон, торопливо закивали.

– Мы просто посуду моем… Мы чистим котлы…

Спустя еще пару минут, экономка с виконтессой остались в меньшинстве. Никто не хотел разборок с представителями власти и уж тем более, пристального внимания короля.

Граф же, когда вернется, едва ли обратит внимание на мелких слуг. Скорее, он спросит с экономки. Ну или с графини. Да и до осени еще много воды утечет. Так что Алесия «победила».

Хотя особого удовольствия эта победа ей не принесла. Да, слуги признали авторитет, будет одной заботой меньше. Зато шансы наладить отношения с виконтессой, не просто устремились к нулю, а ушли в абсолютный минус.

Лианна с таким лицом вылетела из зала, что девушке на миг даже стало ее жаль. С другой стороны, глобально ведь ничего не изменится. Уж чего Алес точно не собиралась делать, так это перегибать палку и портить кому-то жизнь.

Но и унижать себя она тоже никому не позволит. Ни избалованной наглой девчонке. Ни ее грубияну-отцу.

***

Лианна лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Нежно-розовая ткань была вся в пятнах от слез.

– Ненавижу… – прошипела девочка сквозь зубы. – Ненавижу!

В груди горело, будто вместо крови, по жилам растекался жидкий огонь. Бессильная ярость требовала выхода. И не находила.

– Ненавижу!

Графиня не только вернулась в замок, но и переманила на свою сторону всех слуг. Хотя отец оставил хозяйкой ее. Он же обещал, что только ее слово будет иметь вес. Но… если дело дойдет до короля, вдруг у отца и правда будут неприятности?

Девочка стиснула зубы и встряхнула головой.

Нет, этого она никак не могла допустить.

Но и хозяйничать в Арельсхолме эта женщина тоже не будет. Нужно заставить ее уехать. Осталось придумать – как.

Глава 13. Око за око

Где искать компромат на мужа? Самый очевидный вариант – в его кабинете.

Собравшись с духом, Алесия тихо толкнула заветную дверь. В отличие от двери, ведущей из супружеской спальни, эта оказалась не заперта. Удивительно. Графу нечего скрывать? Или он и подумать не мог, что кто-то осмелится заглянуть сюда? Без разрешения?

Девушка медленно переступила порог, ощущая легкую пульсацию в горле. Совесть настойчиво шептала, что вламываться на чужую территорию, да еще и копаться в чужих вещах – это, как минимум, низко.

А вот более темная сторона души придерживалась мнения, что на войне, как и в любви, – все средства хороши. И преимущество надо обеспечить себе заранее. Пока есть такая возможность.

Вряд ли супруг одобрит, что она открыто оспорила его приказ и устроила мини-переворот, переманив на свою сторону слуг. На фоне этого, даже самовольная отлучка в столицу выглядит как-то бледно. Поэтому рычаги давления нужны. Чтобы не быть совсем уж беззащитной.

Алес обвела взглядом графский кабинет. Эх. Ей бы хоть примерно знать, что искать. Бумаги? Подозрительные склянки? Личный дневник с описанием каких-нибудь злодейств? Хотя… вряд ли ее супруг настолько глуп.

Немного подумав, девушка решила ограничиться для начала поверхностным осмотром. Просто чтобы знать: что где лежит, и как. Время есть. А в таком деле нужна максимальная осторожность.

Кабинет графа Арельса особой изысканностью не отличался. Все строго и лаконично, если не сказать – мрачно. Под стать хозяину?

Для начала Алесия осмотрела письменный стол. И испытала легкое разочарование. Никаких тайников. Да что уж. Тут даже до банальных ящичков и полки под столешницей не додумались. Чтобы хранить бумагу, пергаменты и письменные принадлежности.

Пожалуй, надо обсудить эту идею с мастером по дереву. Разумеется, если у того получится нормальный шкаф. Можно было бы даже целый цех организовать, по производству кабинетной мебели. И предлагать сразу комплектами, в разных стилях.

Под самим столом обнаружилась лишь лавочка для ног. Тоже из красного дерева, лакированная, но весьма и весьма простая. Две широкие ножки и доска.

Прощупав обивку стула, Алес заглянула и под ковер. Мало ли… Но надежды не оправдались. Все, что удалось обнаружить – каменные плиты пола и мелкий сор. Видимо служанки, чтобы слишком не утруждаться, предпочитали просто заметать его под ковер.

Надо бы проверить, как с этим обстоят дела в ее собственных покоях и, если понадобится, – устроить небольшой разнос.

Отряхнув ладони, девушка направилась было к книжному шкафу… И замерла, не дойдя до него буквально пару шагов. Ей показалось? Или действительно был какой-то шум? Вот будет номер, если ее застанут в кабинете графа.

Она прислушалась. Где-то что-то скрипнуло, и вновь воцарилась тишина. Что ж. Возможно, это просто ветер. Или кто-то из слуг. Обитателей в замке хватает.

Стараясь двигаться как можно тише, Алесия принялась за шкаф. Но и тут ничего интересного. Книги. Свитки с отчетами – что где посеяли, и какой урожай. Более-менее приятный сюрприз обнаружился лишь на нижней полке. Наглядная карта королевства с дорогами и границами земель.

Процентов тридцать территорий принадлежали лично королю. В основном – города и их окрестности. Семь заметных областей – высшей аристократии. И множество мелких разбросанных кусочков – земли герцогов, графов и баронов всех мастей. Большая часть этих клочков не имела даже подписи.

Но фамилию «Бартон» Алес все же нашла. Скромный такой кусочек к северо-западу от столицы.

Самые обширные территории принадлежали Ормсам. Алесия вспомнила приятного пожилого мужчину, вступившегося за нее во время развода. Земли Арельсов уступали где-то на четверть.

Владения Рельсов – еще чуть меньше, примыкали к столице с запада. Меньше всех из элиты повезло Богудсам. Вытянутый участок к югу имел весьма скромные размеры.

Девушка аккуратно сложила карту и вернула ее на место. Познавательно, но не совсем то, что нужно. Хотя и тут есть над чем подумать. Ее супруг – владелец обширных земель. Из наследников – только дочка. Девочку всегда можно удобно выдать замуж, если что-то случится с ее отцом.

Зачем тогда понадобилось женить графа? Да еще и так срочно?

Алес потерла виски. Земля – это богатство. Особенно в этом мире. Брак заключен по приказу короля. Арельсу выбрали женщину, которая, по всеобщему мнению, не может иметь ребенка. И… и тупик. Разрозненные детали никак не хотели складываться в цельную картинку.

Ясно одно – дело тут явно нечисто. Впрочем… об этом она догадывалась и раньше.

Осмотр соседствующей с кабинетом спальни тоже ничего не дал. Ковер. Кровать. Камин. И здоровенное кресло напротив. На стене вышитые гобелены и круглый щит с накрест воткнутыми мечами. Может, на случай нападения. Может, просто украшение интерьера.

Из неожиданного – букет сухих самоцветов на окне. Красивый. Собранный с большим вкусом. Сомнительно, что граф составлял его сам. Но… его могла подарить и дочь?

Впрочем, даже если тут замешана какая-то женщина – плевать. Уж что что, а ревновать Алесия точно никого не собиралась. Нортман Арельс является ее мужем только на словах. И, если повезет, это продлится недолго.

***

Вернувшись к себе, Алес первым делом заглянула под ковер. Мелкий сор и пыль. Значит, профилактической беседы со служанками не избежать. Стерильной чистоты никто от них не требует, но заметать мусор под ковер это, извините, свинство. И подоконники неплохо бы протереть. Вчера вечером служанки явно обошли их вниманием.

Алесия немного постояла у окна. Хороший сегодня день. Теплый. Только легкая облачность. Может, отправить в поместье одного из голубей? С сообщением, что добралась. И с просьбой привезти потом птицу обратно?

И вовсе не из пустого желания – оторвать кого-то от дел. Просто хочется быть уверенной, что голуби и отсюда найдут дорогу домой. В теории, должны. Но лучше знать это наверняка.

Взяв чернильную кисть, девушка набросала на маленьком листке несколько строк. И задумалась о том, что неплохо бы разработать для голубь-графа какой-нибудь шифр. Во-первых – это уменьшит объем письма. Во-вторых – сохранится тайна переписки, если птица попадет в чужие руки. Надо бы заняться на досуге.

Подсушив записку, Алес свернула ее в несколько раз и направилась в соседнюю комнату. Клетка с птицами находилась именно там. Голубятни в замке не было, а на поиск и обустройство подходящего чердака требовалось время. Что ж. По крайней мере, не придется далеко идти.

– Как вы тут, мои хорошие?

Но вместо привычного курлыканья ее встретила звенящая тишина. В распахнутой настежь клетке обнаружилось лишь несколько перьев. К горлу подкатил колючий ком.

Алесия стиснула в пальцах тонкий листок. Случайно птицы вылететь не могли. В спальне их нет. Окно закрыто.

– Госпожа! – раздалось внезапно за спиной.

Алес буквально взвилась от неожиданности.

– О-ох, простите, госпожа! – смутилась Агнета. – Я стучала, но вы…

– Ты проверяла сегодня голубей? – перебила ее девушка.

– Еще нет, я как раз пришла их покормить. – служанка показала мешочек с зерном.

– Может в мои покои заходил кто-то из замковых слуг?

– Н-не знаю. – моргнула Агнета. – Но на завтраке были все.

Алесия медленно выдохнула.

– Прости. Просто кто-то выпустил птиц. – о худшем даже думать не хотелось. К Мейлу и Эсэмэске девушка успела прикипеть душой. Почти как к домашним питомцам.

– Выпустил? – растерянно переспросила служанка, переводя взгляд на клетку. – Но зачем?

Алес покусала губу. Она тоже хотела бы знать, кому тут вдруг помешали ее голуби. Едва ли кто-то из слуг отважился бы навлечь на себя гнев графини… Виконтесса же в это время обычно еще спит.

Но лучше проверить.

***

Юная леди Арельс не спала. Умытая и одетая, она сидела у окна и водила гребнем по прядям черных волос. Несмотря на ранний час, выглядела девочка чрезвычайно довольной собой.

– А… это вы, графиня? – нежно протянула она, когда мачеха воздвиглась на пороге.

Алесия скрестила руки на груди. Слишком уж велико было желание отвесить падчерице подзатыльник. Пусть это и непедагогично.

– Ты сегодня заходила в мои покои?

Отпираться Лианна не стала.

– Заходила! – с вызовом произнесла она. – Это замок моего отца. И я вправе ходить, где пожелаю!

– И что же ты забыла у меня? – с ледяным спокойствием поинтересовалась девушка. Хотя градус внутреннего кипения неумолимо приближался к отметке сто.

– Хотела избавить замок от пернатых крыс! Этой заразе не место в Арельсхолме.

Та-ак… Медленный вдох.

– Что ты сделала с голубями? – этот вопрос был важнее остальных. Если падчерица скажет, что свернула шеи, то лучше сразу уйти. Иначе можно тоже натворить дел, о которых потом придется пожалеть.

– Я их выпустила на волю! – не скрывая торжества, сообщила девчонка. – И они сразу же улетели. Можешь, конечно, отправиться в лес и попытаться их изловить, но ничего у тебя не выйдет!

Алесия неслышно перевела дух. Если птиц действительно просто выпустили, то ничего страшного не произошло. Они просто вернутся домой. Где для них безопаснее всего.

– А вы, графиня, – виконтесса вновь перешла на светский тон. – Прежде чем поучать меня, лучше скажите, что сами делали в покоях моего отца?

Алес даже не дрогнула. Замечание было справедливо. Один-один. Но признаваться в этом, разумеется, не стоило.

– Я лишь хотела проверить, что и в отсутствие графа его комнаты содержатся в полном порядке. Потому что вы, виконтесса, не в состоянии позаботиться даже о такой малости.

– Это вы к чему? – насторожилась девочка.

– Под ковром – мусор. Камин не чищен с зимы. На окне в спальне какой-то засохший веник. Который, к слову, облюбовала моль.

– Не было там никакой моли! И вообще… это букет. Я сама его составляла.

Алесия чуть помедлила. Объективно, букет из сухоцветов был красив. Может и не стоило задевать ранимую душу подростка, но Лианна сама начала эту войну. И должна получить ответку за голубей. Хотя бы на словах.

– Забавно. Я думала, что букеты из сена дарят только лошадям. Впрочем, вы еще ни разу не продемонстрировали хорошего вкуса, виконтесса.

Падчерица замерла. Как ни странно, своей цели удар достиг. По лицу девочки пошли красные пятна, и Алес вдруг остро пожалела о сказанном.

Слишком уж гадко это было с ее стороны. Как и обыск в покоях мужа. Да, она борется за себя. Но «любые методы» так ли на самом деле хороши?

***

Раскаяние длилось где-то примерно до обеда. Однако первой пойти на примирение Алесия не могла. Не хотела. Ладно, голуби – довольно самостоятельные птицы. И знают дорогу домой. А если бы на их месте был котенок? Или щенок?

Виконтесса все равно выкинула бы беззащитное создание из замка, даже не задумавшись о гнусности такого поступка? Хотелось думать, что нет. Но девчонка уже столько раз показывала себя не с лучшей стороны…

Даже попытка засесть за шифр для голубиной почты, не принесла результатов. Потому что все мысли крутились только вокруг одного. Как достучаться до человека, который упорно не хочет видеть ничего, дальше своего носа?

Как втолковать падчерице, что они с ней не враги? И дружить им тоже не обязательно, достаточно не отравлять друг другу жизнь.

Те, кто учат, что любой конфликт можно разрешить словами, хоть раз сталкивались с людьми, которые наотрез отказываются слушать? Имели ли они дело с невоспитанными и эгоистичными детьми?

Алес обдумывала сложившуюся ситуацию с разных сторон, и выводы напрашивались самые неутешительные. Постоянно сглаживать любой негатив – как носить воду решетом. Муторно и бессмысленно.

На диалог падчерица не идет.

Так может пришло время попробовать новый педагогический метод – на любое действие давать равнозначный ответ?

Невольно вспомнилось далекое детство. Один соседский мальчик постоянно кусался. Ох… сколько же из-за этого было пролито слез. И однажды маленькая Ирочка не выдержала. Взяла и сама цапнула пацаненка за щеку.

Соседу на память остался небольшой шрам. Зато метод оказался действенным. Мальчишка не только перестал кусаться, но и вообще старался лишний раз не показывать зубы. Особенно в ее присутствии.

Как подобный подход сработает здесь, предсказать невозможно. Может, падчерица разозлится еще больше. Может, переосмыслит свое поведение. Случаются же в жизни чудеса?

Но даже если и нет, пара моральных оплеух девчонке точно не повредит.

***

Спустившись к обеду, Алесия первым делом бросила на падчерицу изучающий взгляд. Увы… Ни капли раскаяния в черных глазах. Напротив, юная леди Арельс смотрела с каким-то затаенным злорадством, будто уже подготовила очередную гадость и теперь лишь дожидается момента, чтобы ее подать.

Хотелось верить, что это просто разыгралась фантазия.

Однако, прежде чем сесть, Алес на всякий случай проверила стул. Вроде все в порядке. Сухой, чистый и даже не шатается. Ножки никто не подпилил и не подгрыз. Значит, дело в чем-то другом?

– Приятного аппетита. – елейным голоском пожелала падчерица.

Ее тон заставил девушку насторожиться. Что-то не так с едой? Мда… Креативностью виконтесса не блещет. Опять будет гречка? Пересушенное мясо? Песок вместо соли?

– И вам тоже. – с подчеркнутой доброжелательностью отозвалась Алесия, снимая крышку с блюда.

Она была готова к чему угодно. Но только не к тому, что вместо еды на тарелке окажется здоровая серая крыса. Да еще и дохлая. Хотя, окажись крыса живой, едва ли это спасло бы ситуацию.

Резко отпрянув, Алес едва удержалась, чтобы не закрыть глаза. Брезгливость, смешанная с отвращением, прокатилась по телу жгучей волной и растаяла где-то в горле. Так… Вдох. А теперь медленно – выдох. Главное, сохранять спокойствие. Нельзя давать мелкой дряни повода для злорадства.

Лианна, наблюдавшая за мачехой сквозь опущенные ресницы, тонко улыбнулась. От девочки не укрылась ни бледность Алесии, ни ее мимолетный испуг. Да, это был триумф. Противно было, конечно, самой выуживать крысу из мышеловки, но оно того стоило.

Ощутив на себе торжествующий взгляд, Алес закусила губу. Что ж. Любому терпению рано или поздно приходит конец. А падчерица уже все возможные лимиты исчерпала. На принятие окончательного решения ушло около двух секунд.

– Агнета, можно тебя?

Служанка тут же возникла рядом со столом и, увидев содержимое тарелки, тихо ойкнула.

– Откуда…

Алесия не дала ей договорить. Потянув девицу к себе, она прошептала ей на ухо несколько слов. Выслушав приказ, Агнета переступила с ноги на ногу и часто заморгала.

– Но ведь это же слишком, госпожа…

– Просто выполняй!

Потупившись, служанка накрыла блюдо обратно крышкой и унесла его из столовой.

Лианна растянула губы в ядовитой улыбке.

– Графиня, неужели вы не голодны?

– Голодна? – девушка опустила подбородок на переплетенные пальцы. На смену раздражению пришла монотонная умиротворяющая злость. – Я люблю более холодные блюда, виконтесса. И предпочитаю готовить их сама.

***

Личное поместье графини Арельс.

Очередной летний день близился к своему завершению. На смену зною пришла вечерняя прохлада, а вместе с ней, двор наводнили и тучи комаров. Однако такие мелкие неудобства жизни ничуть не смущали крестьянских детей, которые, насидевшись в жарком классе и хорошо поработав на прополке аптекарского огорода, теперь хотели играть.

Игру, к слову, подсказала та же, обожаемая всеми госпожа. Ещё ранней весной.

И теперь со двора неслось задорное:

– Цепи кованные, мы закованные! Раскуйте нас!

– Кем из нас?

Разрозненные выкрики переходили в звонкий визг, за которым следовали взрывы смеха. Очередное звено попадало в ловушку сцепленных рук и присказка начиналась заново.

Кэрин иногда отрывалась от книги и поглядывала на учеников сквозь чуть приоткрытое окно. Случись такая игра в школе при монастыре, следовало бы спуститься и прекратить всякое веселье.

Дети не должны привлекать к себе внимание. Не должны шуметь.

Но здесь, вдали от монастырских порядков и сурового взора сестры-настоятельницы, царили совсем другие нравы. И девушка могла признаться себе, что ей нравится чужая радость, нравятся живость и эмоции, которых она сама была лишена.

Кэрин знала, что когда придет время возвращаться обратно в монастырь, ей будет по-настоящему грустно. Впрочем, стоит ли думать об этом сейчас?

Склонившись над книгой, она перевернула очередной лист. «Сказание о самой длинной пустынной ночи» читалось трудно. Гораздо труднее всех предыдущих книг. И дело было вовсе не в выцветших строках и помятых страницах.

Само содержание вызывало довольно противоречивые чувства. Кэрин привыкла к пространным рассуждениям и фактам, а пустынные сказки явно были выдумкой от первого до последнего слова. Да еще и отличались просто чудовищной фривольностью.

Чего стоила история о предприимчивом разбойнике, который сумел выманить у древнего духа летающий ковер. А потом, с его помощью, похитил сразу трех принцесс. И вовсе не ради выкупа. Принцесс он сделал своими женами, а три их королевства объединил в одно. Свое. Только вот его название естественно не приводилось.

Кэрин неоднократно убирала книгу в сундук, с твердым решением – никогда больше ее не открывать. А еще лучше – избавиться при случае. Едва ли сестра настоятельница одобрила бы такое чтение.

Но проходил день, и любопытство брало верх. Ведь кроме упоминаний низменных чувств, в историях встречались и фантастические звери. Приключения. Невообразимые миры, населенные духами и великанами. Такого в жизни просто не могло быть.

И эта новизна цепляла, вызывая желание открыть книгу вновь. Правда интуиция подсказывала, что в монастыре такие истории посчитали бы дурными, но девушка и не собиралась никому о них говорить. Как и преподносить книгу монастырской библиотеке. Едва ли там оценят такой дар.

Смахнув со страницы очередного комара, Кэрин углубилась в описание гигантской птицы, способной переносить в своих когтях целый дом. Пожалуй, любопытно было бы взглянуть на нечто подобное вживую…

От размышлений ее отвлек едва слышный стук в дверь. Так скромно стучала лишь одна обитательница господского дома. Резко закрыв книгу, девушка отодвинула ее на самый край стола.

– Да, Таша, можешь войти.

Служанка тихо открыла дверь и застыла на пороге, теребя в пальцах черную косу.

– Не хотела вас отвлекать, эйса… Но там вернулись голуби, от госпожи.

– У ее сиятельства ко мне поручение?

Таша мотнула головой.

– С ними не было записок. Я думаю, вдруг потерялись по пути? И как теперь быть?

– Ты сказала об этом Рглору?

Девица сжалась и снова замотала головой. Шумного и вечно подшучивающего Рглора она побаивалась. Можно было бы передать через его жену, да только Ирену как-то не хотелось волновать. Вот Таша и направилась к учительнице.

Кэрин только вздохнула про себя.

– Я думаю, кто-то просто забыл закрыть клетку. А птицы, оказавшись на свободе, отправились домой.

– Вы так считаете, эйса?

– Я в этом уверена. – твердо произнесла Кэрин.

Служанка выдохнула с заметным облегчением.

– О-ох… а я уже столько всего надумала себе.

– Совершенно зря. – улыбнулась девушка. – Ничего страшного не произошло. И кстати, раз ты уже здесь… – она чуть помедлила. – Передай, пожалуйста, пусть подготовят для меня дорожную карету. Я вспомнила об одном очень важном деле… в столице.

Таша растерянно моргнула, но все же отправилась выполнять поручение. Дождавшись, пока за ней закроется дверь, Кэрин сцепила пальцы и подошла к окну. Тягучее чувство тревоги медленно заполняло грудь.

Панику поднимать не стоило. Ведь птицы могли улететь и сами. Но до Арельсхолма столько дней пути. И в дороге могло произойти все, что угодно, от нападения грабителей до несчастного случая. Только вот крестьян в земли Арельсов не отправишь. Самой поехать тоже нельзя.

Единственный разумный вариант – обратиться к человеку, который действительно может помочь. И имеет на это все права.

***

Арельсхолм.

Ужин проходил в молчании. Хотелось бы сказать – в гнетущем, но нет. Скорее, это было легкое затишье перед бурей. Алес аккуратно орудовала вилкой и ножом, поглядывая на падчерицу. Ела девочка с удовольствием, явно не ожидая никакого подвоха.

Оно и понятно. Цыпленок в овощном соусе был хорош. Сочный, с легкой золотистой корочкой. Даже жаль портить виконтессе аппетит.

А с другой стороны, эпоха терпения и всепрощения давно прошла. И кто сказал, что графиня не имеет права постоять за себя?

Отложив столовый прибор, девушка сделала глоток травяного чая и склонила голову на бок.

– Как вам сегодняшний ужин, виконтесса?

Лианна дернула плечом, отправляя в рот очередной кусочек мяса.

– Не притворяйтесь любезной, графиня. Нам с вами не о чем говорить. А кухарка всегда готовит с большим мастерством.

Алесия чуть изогнула бровь. Можно было бы промолчать, но желание довести начатое до конца, оказалось сильнее.

– Ужин готовила не кухарка. – дав падчерице секунду на осмысление, девушка прибавила, – А я.

Лианна перестала жевать. На ее личике отразилась целая гамма чувств. От недоверия до смятения.

– В-вы?!

Алес величественно кивнула.

– Так и есть. Сегодня днем, виконтесса, вы любезно доставили к столу дичь. Я оценила усилия. И лично приготовила ее для вас…

Жестоко? Возможно. Только вот это откровенная ложь. Дохлая крыса еще днем была выброшена куда-то в выгребные ямы. И Агнета возражала, лишь потому что ей было приказано возражать. Но падчерица об этом не знала. А потому, слова возымели нужный эффект.

Позеленев, девочка зажала рот рукой и пулей вылетела из-за стола. Едва не сбив, при этом, вошедшую служанку. Та едва успела отскочить с ее пути, а потом замерла на пороге недоумевающим столбиком.

– Ваше сиятельство?

Алесия успокаивающе махнула рукой.

– Все в порядке. Мы закончили, можете убирать со стола.

Глава 14. Стечение обстоятельств

– Желаете что-то передать его сиятельству? – зябко ежась от утренней прохлады, слуга едва сдерживался чтобы не зевнуть. Слишком уж неподходящий час для визита выбрала странная гостья. Да и молодой граф никогда прежде не приглашал к себе всяких девиц.

Впрочем, Кэрин выглядела так, что ее при всем желании нельзя было заподозрить в чем-то дурном. Приличное темное платье, строгое лицо.

– Сообщите графу Бартону, что прибыла эйса Кэрин, из поместья графини Арельс.

– Граф сейчас спит…

– Мое дело не терпит отлагательств. – отчеканила девушка, глядя слуге прямо в глаза. – Или вы считаете, что я проделала такой путь и явилась сюда, в нарушение всех приличий, не имея на то веских причин?

Мужчина икнул и первым опустил взгляд.

– Прошу простить меня, эйса… Я сейчас же доложу. Извольте только немного обождать.

Он поспешно захлопнул дверь, оставив Кэрин на крыльце. Хотя девушка и сама не стала бы заходить в дом. Хватит того, что она и так нарушает правила, просто находясь здесь. Сама явилась к неженатому мужчине, пусть даже из беспокойства о его сестре.

Конечно, можно было бы попросить Рглора, но у того столько дел в поместье и деревнях. Еще и обустройство собственной избы отнимает немало времени.

– Эйса Кэрин? – Лайон не заставил себя долго ждать.

Бодрый и подтянутый он появился на пороге почти сразу после того, как за дверью скрылся слуга. Однако от девушки не укрылось, что одевался граф явно впопыхах. Пуговицы застегнуты буквально через одну. Волосы не причесаны, а лишь приглажены водой. Воротник загнут внутрь, из-за чего его хочется поправить. Но это был бы слишком вольный жест.

– Прошу извинить меня за столь ранний визит, ваше сиятельство. – Кэрин чуть склонила голову.

– Зная вас, повод должен быть весьма веским. Что-то случилось в поместье?

– Вернулись голуби вашей сестры. Без записок.

Зеленые глаза встретились с карими, и Лайон окончательно проснулся. Несказанное повисло в утренней тишине. Да, птицы могли улететь случайно. Но могла произойти и какая-нибудь беда. И раз эйса Кэрин здесь, значит она подозревает худшее.

– Я сейчас же отправлюсь в Арельсхолм.

Кэрин выдохнула. Насколько же проще становится жизнь, когда окружающие понимают тебя без лишних слов.

– Благодарю, ваше сиятельство. И… если вас не затруднит…

– Разумеется, на обратном пути я заеду в поместье и сообщу, что произошло. – тут же кивнул Лайон.

Девушка едва заметно улыбнулась и присела в поклоне. На сердце стало легко, как никогда прежде. Будто солнечный луч пробился сквозь камень и осветил самые холодные уголки души.

Кэрин не могла сказать, что прониклась к графу Бартону каким-то особым теплом. И все же… Он определенно заслуживал лучшего отношения.

***

Следующие дни Алесия была недовольна собой. Умом она считала, что поступила верно, но какое-то противное чувство упорно грызло изнутри. Не слишком ли жестокую шутку она сыграла с виконтессой?

«А подкладывать крысу в тарелку – адекватный поступок?» – спорил внутренний голос, не желавший признавать свою вину. К тому же, она скормила девчонке крысу исключительно на словах. А это совсем другое дело.

Только вот ситуация не красила ни одну из сторон. Однозначно, они с падчерицей стоят друг друга.

Правда самокопание шло фоном. Внешне же, Алесия была по уши в делах. Обыск в кабинете супруга ничего полезного не дал. Граф жил весьма аскетично. И свой шкаф со скелетами явно держал где-то в другом месте.

Зато девушка чуть строже построила слуг. Поверхностная уборка стала чуть качественнее, из-под ковров наконец исчез мусор, а из коридоров – паутина и пыль.

Дошли руки и до библиотеки. Весьма приличной по нынешним временам, аж на тридцать шкафов. Эйса Кэрин была бы в тихом восторге. Да и сама Алес потратила почти целый день, выбирая, что почитать.

Кроме привычной истории и землеописаний, тут были труды по астрономии, математике, религии, старым языкам. И полный сборник законов, начиная с самых древних времен. Пожалуй, его стоило изучить более подробно. Особенно ту часть, что касалась семейного права.

С падчерицей Алесия встречалась теперь только в обед и за ужином. И девочка, как ни странно, вела себя тише воды, ниже травы. Даже извечное высокомерие и гримаска недовольства исчезли с ее лица.

Неужели столь радикальный метод возымел педагогический эффект? Или виконтесса вынашивает новый план? Этого Алес не знала. А потому, держалась настороже.

***

Лианна возникла на пороге библиотеки, когда Алесия, продираясь сквозь местный юридический язык, пыталась осилить первый том законов. Читалось, откровенно говоря, тяжело. Из-за словесных наворотов смысл постоянно ускользал. Приходилось возвращаться к предыдущим абзацам и вчитываться как в первый раз.

– Я не помешаю, графиня? – девочка выглядела, как живой образец благонравия. Руки опущены, глазки в пол.

Это настолько не вязалось с ее нравом, что Алес тут же ощутила подвох.

– Э-эм… Нисколько.

– Знаете, я тут подумала… Вы же совсем не знаете окрестностей замка. Может, желаете прогуляться верхом?

Девушка кивнула своим мыслям. Вот это уже больше похоже на правду.

– Увы, я неважно держусь в седле.

Виконтесса на миг задумалась, а потом встряхнула гривой черных волос.

– Тогда в карете? Для этого не требуется навыков.

Вспомнив недавние ДТП, Алесия покачала головой. Как-то не хотелось испытывать судьбу в третий раз.

– Обычно, я предпочитаю пешие прогулки

– Пешие? – протянула девочка, – Это же так долго. Хотя… почему бы и нет? Можем пройти вдоль ручья до деревни, и вернуться назад.

Алес мысленно взвесила предложение со всех сторон. Виконтесса явно что-то задумала. И было слегка любопытно – что? Натравит на нее бешенного ежика? Подстроит укус змеи? Или новую графиню встретят в деревне с вилами и топорами?

Рискнуть, или не рисковать? А может, принять предложение на своих условиях?

– Не думаю, что мне хочется в деревню… Лучше устроим небольшой пикник. Возьмем лепешки, травянок, пару служанок. Пообедаем на природе, пособираем ягоды, если они тут есть.

– Можно и так! – с готовностью кивнула падчерица. В ее глазах зажегся уже знакомый, опасный огонек. – Тогда через два дня…

– Завтра. – решительно произнесла Алес. – Погода хорошая, не вижу смысла откладывать на потом.

Лианна замялась. Судя по всему, в ее голове происходил какой-то сложный мыслительный процесс. Пытается подогнать пакость под заданные рамки? Вполне.

– Ну-у-у… Хорошо. – энтузиазм в ее голосе чуть поугас, – Если желаете, пусть будет по-вашему, графиня. Тогда я пойду… Хочу выбрать для завтрашнего дня подходящий наряд.

Она умчалась.

Алесия, оставшись одна, задумчиво потерла лоб. Интуиция подсказывала, что перемирием здесь и не пахнет. А потому… играть по навязанным правилам никак нельзя. Может, перед самым выходом подвернуть ногу и никуда не идти?

Не самый честный ход с ее стороны. Зато можно будет оценить реакцию виконтессы на крушение планов. Ведь чужой гнев тоже может о многом сказать.

***

Приняв решение, девушка вновь углубилась в старый, пропахший пылью том. Вот что точно роднило ее родной мир с нынешним, так это сложность юридического языка. Чтобы добраться до самой сути, приходилось буквально завязать мозг узлом.

Вдобавок, здесь еще никто не додумался до статей, пунктов и подпунктов. Поэтому законы шли в хронологическом порядке. По годам.

Спасибо хоть, что имелось оглавление. Занимавшее с десяток последних страниц. Без него было бы совсем грустно. Однако то, что смутно походило на семейное право, оказалось разбросано по всем томам. И, увы, особой полезностью не отличалось.

Дотошно изучив каждую строчку в разделе «развод», Алесия пришла к неутешительному выводу, что все это она и так уже знает со слов брата. Существует лишь три причины, позволяющие расторгнуть брак.

Женская измена. Причем в примечании к закону, мужчине рекомендовано не рубить с плеча, а сперва поучить супругу кнутом. Или же, попробовать изолировать несчастную от всех вредных контактов. И только если этого окажется недостаточно, есть смысл просить развод.

Бесплодие. К слову, тоже исключительно женское. И только в том случае, если у мужчины нет наследников от предыдущих браков.

Алес покусала губу. Тут без вариантов. Наследница у графа уже есть.

Ну и государственная измена. Если супруг вдруг покусится на существующий строй, это веский повод с ним расстаться. Что любопытно, тут уже женщина считается пострадавшей стороной. А потому, имеет право не только на свое приданное, но и на половину имущества мужа. Моральная компенсация, так сказать.

Вторая половина отходит к наследнику. И то, только в том случае, если тот не знал о планах отца.

Еще важный нюанс – мальчик наследует за родителями в любом возрасте. Девочка, только если успела перешагнуть рубеж юности.

Эту страницу Алес перечитала несколько раз. И в глубине души возмутилась несправедливости. Если на момент смерти родителей девочке исполнилось шестнадцать лет, то ей, можно сказать, повезло. Даже с учетом назначения опекуна.

Если же нет, то она никогда не сможет ни на что претендовать. И прямой путь ей в монастырь, или же под крыло к «любящим» родственникам. Если, конечно, найдутся желающие, воспитывать сиротку за свой счет.

Интересно, знает ли об этом Лианна? Ведь получается, что положение у девочки довольно шаткое, учитывая постоянные разъезды отца. Мало ли, что может с ним случиться в пути. При таких исходных, довольно глупо ссориться с мачехой.

Следовательно, в законах девчонка не сильна.

Может стоит ее просветить? И заодно намекнуть, что хорошо бы держаться паинькой. Хотя бы ближайшие три года…

Алесия заложила нужную страницу клочком пергамента и закрыла книгу. За окном, судя по густой темноте, успела наступить ночь. Глаза начинали потихоньку слипаться. Зато день прошел не зря.

В библиотеку заглянула служанка. Как же ее там, Лидия?

– Ваше сиятельство? А я вас везде ищу.

– Зачем?

– Там прибыл гость. Говорит, что ему очень нужно вас видеть.

Гость? Девушка нахмурилась. Она, вроде, никого не ждала. Кого же это принесло на ночь глядя?

Однако подробностей от служанки добиться не удалось. Девица только и знала, что прибыл знатный, симпатичный, молодой человек. И очень хочет видеть графиню.

Представился ли он?

Кажется да. Только сама Лидия ничего не знает. Ей просто сказали – позвать госпожу. Вот она и зовет.

Мда… Негусто.

Первым на ум почему-то пришел виконт Сомертон. Молодой, симпатичный – вполне соответствует описанию. И достаточно безбашенный, чтобы плюнуть на все приличия и явиться без приглашения. Зачем вот только? Похвастаться новым цветом волос?

Алес мысленно хихикнула. А потом ее посетила более серьезная мысль. Под описание подпадает не только виконт. Есть еще один человек. И, честно говоря, именно о нем стоило вспомнить в первую очередь.

Лайон…

Если брат был в поместье на момент возвращения голубей, то вполне мог сорваться в Арельсхолм, чтобы выяснить – все ли тут в порядке?

Узнать наверняка можно только одним способом.

– Передай гостю, что я сейчас спущусь.

– Слушаюсь, ваше сиятельство. – девица выскользнула из библиотеки.

Алесия выдохнула и пригладила волосы. Нужно было решить для себя очень важный вопрос. Если внизу ее дожидается именно брат, рассказывать ему или нет о своих проблемах с падчерицей?

С одной стороны, пожаловаться, конечно, можно. А с другой… Неужели она сама не в состоянии справиться с невоспитанным ребенком? Расписываться в собственном бессилии не слишком-то хотелось. Как и посвящать Лайона в мелкие семейные дрязги.

Взвесив все «за» и «против», девушка решила пока молчать. Ни к чему брату лишняя головная боль.

***

На первом этаже ее действительно встретил Лайон. И выглядел он таким встревоженным, что Алес только крепче утвердилась в мысли – не жаловаться. И ничего лишнего не говорить.

Впрочем, при ее появлении брат заметно расслабился и даже изобразил улыбку. Но тени, залегшие под его глазами, были красноречивее всяких слов.

– Извини за столь поздний и неожиданный визит.

– Я тебе всегда рада. – успокоила его девушка. – Но ты выглядишь так, будто ехал дни и ночи напролет.

Лайон едва заметно смутился.

– Почти. Хотел убедиться, что ты в порядке.

– Из-за голубей? – Алес закусила губу и усилием воли заставила себя не отводить глаза. – Прости… Я поставила клетку на окно, чтобы птицы немного подышали воздухом, но не заметила, что дверца плохо закрыта…

– У тебя действительно все хорошо?

– Более чем.

Алесия очень старалась принять беззаботный вид и, кажется, это ей удалось. Немного успокоившись, брат провел рукой по волосам.

– Похоже, я постепенно превращаюсь во вторую Эмми. И скоро начну так же трястись над тобой. – усмехнулся он.

– Можно подумать, я слабое беспомощное создание.

– Ты вся моя семья. И единственный близкий по крови человек. Кроме того, как я буду смотреть в глаза дядюшке там, за чертой, если с тобой что-то случится?

– При самом плохом исходе, отец лично отчитает меня. – парировала девушка, позволив себе нотку черного юмора.

Лайон только покачал головой. По его мнению, шутить с подобными вещами не стоило. Да и неясная тревога, которая гнала его все эти дни, не прошла. Нет. Просто отступила на задний план. Но, быть может, все дело в усталости после долгой дороги?

Сестра в Арельсхолме. Живая. Здоровая. Правда окончательной веры, что у нее все хорошо, почему-то нет. Чувствуется напряжение и легкая отстраненность в глубине глаз. Но лучше об этом поговорить завтра. На свежую голову.

***

Завтрак Лайон благополучно проспал. И не только он. Виконтесса, тоже проснулась ближе к полудню, и смиренно попросила перенести прогулку на вторую половину дня. Алесия спорить не стала. Тем более, она все равно не собиралась никуда идти.

– А еще, я хотела предупредить, что не выйду сегодня к обеду. – Лианна взмахнула черными ресницами. – Я так и не успела выбрать вчера подходящий наряд.

– Может, нужна помощь?

– Ну что вы! – девочка встряхнула головой. – Справлюсь сама. Кстати, а в чем вы собираетесь пойти? Лично мне кажется, что вам к лицу белый цвет.

Белый? Алесия взглянула на падчерицу с подозрением. Все же любопытно, что она там задумала? Собирается вывалять ее в грязи? Если так, то это как-то мелко. Даже для такой убогой фантазии.

– Не самый удачный вариант для прогулок на природе. Но… почему бы и нет.

В глазах Лианны мелькнул торжествующий огонек. И Алес окончательно решила остаться в замке. Да и повод вполне подходящий – ее навестил брат.

Кстати… Сказать падчерице о госте или не сказать? С одной стороны, нового человека никак не утаишь. А с другой, сообщить можно чуть позже, при случае. И если девчонка что-то выкинет, то в своем позоре будет виновата сама. И только сама.

***

Виконтесса действительно не стала спускаться к обеду. Так что в столовой Алесия с Лайоном были одни. Не считая пары замковых служанок, накрывавших на стол. Впрочем, и они – лишние уши, поэтому ничего важного не обсуждалось.

Погода, поместье, столичные дела.

– Я так спешил в Арельсхолм, что обогнал свою свиту дня на два. И, боюсь, они этим очень недовольны.

– Ты ехал сюда с большой свитой?

Лайон пожал плечами.

– Человек пять. И тебе лучше тоже не ездить без сопровождения. Конечно, вряд ли кто-то рискнет разбойничать на землях, соседствующих с Ормсами, но все же… Это тебе не поместье под столицей.

Ормсы… Алесия сразу вспомнила приятного пожилого мужчину, который вступился за нее во время развода. Первые дни в этом мире, когда она еще толком ничего не знала. Хотя белых пятен в ее знаниях хватает и сейчас. Сколько их не заполняй.

– Земли Ормсов настолько безопасны?

– Конечно, – подтвердил брат. – Джеральсон Ормс друг детства его величества. К тому же, он был наставником двух старших принцев. И хотя старый граф уже отошел от дел, он по-прежнему весьма влиятельное лицо. А его земли охраняются не хуже государственных границ.

Алесия ненадолго задумалась. Богатый. Влиятельный. Да еще и сосед. Насколько реально переманить его на свою сторону? Был бы неплохой противовес на случай войны с мужем.

– Он хороший человек?

– Справедливый. И свято чтит закон.

Служанки, тем временем, закончили накрывать на стол и удалились, оставив брата с сестрой одних.

Алес по привычке осмотрела еду. Вроде бы все хорошо. Правда специй кухарка, на этот раз, не пожалела. И мясо, и овощи были щедро сдобрены перетертой ароматной травой. Ее порция выглядела весьма контрастно с порцией Лайона. Брат специи не любил, даже банальные петрушку и укроп. О чем кухарку пришлось предупредить отдельно.

– Никогда не понимал тех, кто добавляет в еду траву. – поддел ее парень, убедившись, что в его тарелке ничего подобного нет.

– Это не трава, а горчица и базилик. Между прочим, из моего поместья.

– Все равно гадость. Как и горькая пшеница.

– И крестьянские щи?

– Про них даже не напоминай!

Одновременно фыркнув, они принялись за еду. Лайон, между делом, делился новостями из столицы. Лавочник, которого он когда-то сманил у барона Кьярти, жаловался, что никак не может выйти на прежний доход. Вроде и место хорошее, и люди идут, а все не так, как прежде.

Алесия сочувственно кивнула. Хотя… Был бы тот лавочник в свое время повежливее, она бы с радостью сбывала через него пятнашки, или рюкзаки. А так… пусть пожинает плоды своего хамства.

Про виконта Сомертона брат тоже упомянул. Мол, сразу после рубежа юности граф-отец отправил его за границу, набираться ума. Набрался виконт ума или нет – судить сложно. Но вот навыки светского поведения явно подрастерял.

Несмотря на это, многие от него в восторге. Особенно дамы.

Последнее замечание слегка царапнуло по самолюбию. У нее что, особый талант выбирать «травоядных субъектов» из отряда «Данечки»? Если так, то любые мысли о Сомертоне надо вытравить из головы.

Правда внутренний голос тихо шепнул, что неплохо бы сперва разобраться – насколько взаимны симпатии местных дам. Может, они просто осаждают виконта, а он мужественно отбивается и ждет свою «ту самую»?

«И флиртует на дороге с первой попавшейся графиней» – хмыкнул внутренний скептик. Это да…

– Ты меня слышишь? – выдернул ее из мыслей голос Лайона.

Алес растерянно моргнула, возвращаясь в столовую замка. Надо как-то заканчивать с привычкой, выпадать из реальности в самый неподходящий момент.

– Слышу. Просто немного отвлеклась.

Она отпила травяной чай, желая унять не то сухость, не то легкую горечь во рту. Но у травянка неожиданно оказался странный вкус. Вяжущий, сладковатый… Внутренности скрутило болезненным спазмом и к горлу подкатил противный ком.

Алесия поспешно выскочила из-за стола.

– Лайон, прости, я… – едва успела сказать она, прежде чем пол окончательно ушел из-под ног.

***

Лианна немного покрутилась перед узким зеркалом и улыбнулась своему отражению. Все же, она очень хороша собой. И яркое платье лишь подчеркивает цвет волос и кожи. А всего через день или два, она снова станет единственной хозяйкой Арельсхолма. Разумеется, только на время разъездов отца.

На краткий миг, внутри шевельнулось легкое сомнение. Как отец отнесется к отъезду своей жены? Вдруг рассердится?

Девочка встряхнула головой. Не рассердится. Он же сам сказал, что не любит Алесию. Просто вынужден подчиниться воле короля. Но если графиня уедет сама, то получается, что отец совершенно ни при чем.

Главное, чтобы все прошло так, как запланировано…

Из коридора вдруг послышался какой-то шум. Лианна высунулась за дверь как раз вовремя, чтобы заметить служанку графини. Агнета промчалась мимо, с испуганным, побелевшим лицом. Следом спешила Сена – одна из недавно нанятых девиц.

Девочка едва успела преградить ей путь.

– Стой! Разве экономка не предупреждала, что слуги не должны бегать? Только ходить.

– Ой… Простите, госпожа. – вздрогнула девица, опуская взгляд.

– Советую, хорошенько это запомнить. – Лианна помедлила. – Что произошло?

– Беда, госпожа. Графиню Арельс отравили.

– Что?! – от лица виконтессы отхлынула кровь. – Как?

– Она совсем плоха… – торопливо залепетала служанка, – Умирает, если уже не…

Лианна с силой вцепилась в дверную ручку, пытаясь устоять на ногах. Умирает? Но… этого не могло произойти! Графиня должна была просто уехать.

По телу прокатилась мелкая дрожь.

…просто уехать.

Но уж никак не умереть!