Две души в деревенской глуши

Глава 1

Лилия

Электричка показала хвост и унеслась вдаль, оставляя меня на перроне в окружении малочисленных дачников. Подозреваю, если бы не будний день — их было бы гораздо больше. Я ведь и сама специально так подгадала, чтобы не толочься в электричке, как селёдка в бочке.

К тому же я со своим чемоданом да ещё на каблуках выгляжу словно бледная инопланетянка среди садоводов-огородников. Вот кому даже на море ездить не нужно, чтобы загореть. Надеюсь, и я скоро смогу таким похвастаться. Лес, чистый воздух, речка… Что ещё нужно для счастья разведёнки, не обременённой не только семьёй, но и какими бы то ни было отношениями? Особенно когда слетать на юг нет лишних денег, а двухнедельный отпуск на переезд неожиданно удалось выбить.

Люди деловито обходили меня и устремлялись к дороге, расходящейся на две стороны за станцией с говорящим названием «Дачи». Погода портилась на глазах, поэтому все спешили поскорее добраться до места назначения.

— Простите, вы не подскажете, как пройти к Радостному?

— Во-о-он та дорожка налево. — ответила пенсионерка, к которой я обратилась, и опустила взгляд на мои ноги. Поджала губы и покачала головой, но ничего не сказала. И чем ей мои босоножки не понравились? Тонкие ремешки изящно подчёркивают подъём. По-моему, с летним платьем смотрятся прекрасно.

— Спасибо.

Все остальные свернули направо в другую деревню. Я поцокала в нужном направлении, как оказалось, в одиночестве. Всего то десять минут пешком, как уверяла меня хозяйка, продавшая мне в прошлом месяце участок. Тогда мы приезжали на её машине, и расположение мне показалось достаточно близким. Но то ли дело в неудачной обуви, — каблуки частенько проваливались в неровности и выбоины на растрескавшемся асфальте, — то ли в налетевших непонятно откуда тучах, а дорога казалась бесконечной.

Да ещё и чемодан, будь он неладен, тоже не предназначен для передвижения по неровной поверхности. Тормозит. И, как назло, ни одного человека, ни одной попутной машины! Жаль, что я не удосужилась посмотреть прогноз погоды заранее. Надеюсь, успею дойти до того, как начнётся дождь.

Только я об этом подумала, как на нос упала первая капля. Крупная и холодная. А потом ещё одна. Не успею! Пришлось доставать кепку и надеяться, что она хоть как-то убережёт хотя бы голову.

Говорящее название «Радостное» уже не вдохновляет. А ведь когда я принимала решение о покупке, то это тоже сыграло свою роль, а не только хорошая цена. Верилось, что у меня начинается новая счастливая жизнь. На самом деле мне повезло, что получившей в наследство эту дачу женщине срочно понадобились деньги, и она решила продать участок. Как раз тогда, когда хозяйка квартиры попросила меня съехать.

С каким предвосхищением я устремилась к новым владениям, и с каким мрачным настроением бреду по этой дороге. Если каждый раз придётся так добираться, то дело плохо.

Между тем резкие порывы ветра швыряли в лицо пыль, задирали подол платья и трепали распущенные волосы, превращая их в нечто запутанное и невообразимо ужасное. Пять минут пути, а я уже вымотана.

И вдруг небо осветила яркая молния, а раскат грома оглушил. В одно мгновение редкие капли превратились в настоящий ливень. Ветер не только пригибал ветки деревьев, но и больно хлестал меня по глазам, забивался в нос, так что становилось трудно дышать. Зато оставил в покое платье, которое просто прилипло к телу, неприлично облепив меня будто вторая кожа. Кепка и вовсе улетела в неизвестном направлении.

Выбоины на дороге быстро наполнялись водой, превращаясь в огромные лужи. Я встала ступором, не зная, как идти дальше.

Рычащий звук мотора позади прозвучал спасительными фанфарами. Обернувшись, я выставила вперёд руку с поднятым вверх пальцем. Свет от фар ослепил. Остаётся только надеяться, что водитель не поедет мимо попавшей в беду женщины.

Не проехал.

Внедорожник остановился, обдав мои ноги грязью из близлежащей лужи. Это стало последней каплей моего ангельского терпения. Тем более дверь мне никто не спешил открывать, боясь, видимо, замочиться. Тогда я распахнула переднюю дверь и рявкнула:

— А аккуратнее нельзя было? Обязательно обливать меня из лужи?

— Гав! — ответил мне огромный пёс, сидящий на пассажирском сидении. Из-за того, что дождь заливал глаза и норовил вымыть линзы, я даже толком не могла ничего разглядеть. Но испугалась и отшатнулась назад, больно ударившись локтем о дверь.

— Обязательно орать, когда предлагают помощь? — раздался мужской голос за головой собаки, которая продолжала меня изучать, вывалив язык. Хорошо хоть лаять перестала. — Ты и так уже мокрая как курица. Или садись назад, или иди сама. Здесь недалеко.

Вот же хамло! Ещё и «тыкает», будто имеет на это право. Так и хотелось хлопнуть дверью и гордо прошествовать дальше. Только вряд ли этот нелюбезный индивид станет испытывать чувство вины, чтобы доставить мне удовольствие.

Очередная молния и раскат грома ускорили мыслительный процесс. Захлопнув переднюю дверь, я открыла заднюю и запихнула сначала чемодан, а следом запрыгнула сама.

— А обязательно так хлопать? — прилетело риторическое в мою сторону, и автомобиль тронулся. Закатив глаза, я прошипела «Ну, извините!», но оно потонуло в скулеже пса. Он явно боялся грозы.

— Тихо, Гром, тихо. Сейчас уже приедем.

Интересная кличка для собаки, которую этот самый гром пугает. Надо же, как поменялись интонации, стоило только мужику обратиться к питомцу. В сумраке я видела затылок и копну русых волос удлинённой стрижки, а также покрытую щетиной щеку. Шмыгнув носом, я обняла себя руками и уставилась в окно. Мокрая курица, ну надо же! Я понимаю, что выгляжу ужасно, но говорить такое женщине? Хамло и есть.

Словно услышав мои мысли, машина подпрыгнула на ухабе. Я прикусила язык, мужик забористо выругался и ещё крепче вцепился в руль, удерживая машину на дороге. Сильно не разгонишься. А потому сквозь бушующую стихию мы пробирались не спеша, вспарывая светом фар размытое серое полотно, в которое непогода превратила окружающее пространство.

Глава 2

На очередной кочке пёс залаял, а сзади в багажном отделении кто-то скрипуче заблеял. В нос ударила какая-то вонь.

— У вас тут зоопарк, что ли? Чем так пахнет?

— Вот коза!

— Ну вы выражения-то выбирайте! — не выдержав, возмутилась я. — То курица, то коза...

— Я имел в виду, что настоящая коза обделалась. — хохотнул водитель и притормозил. Выглянув в окно, я увидела распахнутые кованые ворота и вывеску. Оказывается, и вправду недалеко оставалось. Ехали всего минуты три. — Тебе куда дальше, красавица?

Я прищурилась… Вроде и комплимент, попытка извиниться за курицу, но в свете того, как я выгляжу, звучит издёвкой.

Честно сказать, я совершенно забыла улицу и номер дома. То ли Речная, то ли Лесная… Копаться в документах при нелюбезном мужике не захотелось. Видно, что и так нервно барабанит по рулю, желая поскорее от меня избавиться.

— Я здесь выйду. Спасибо большое.

— Всего хорошего. — бросил водитель, даже не обернувшись. Не то что помочь девушке выйти. Ну конечно, я-то уже мокрая, в отличие от него. Хорошо, что я не избалована джентльменскими порывами, поэтому быстро вывалилась из машины вместе с чемоданом. Только больно подвернула ногу оступившись.

Надеюсь, наши дорожки с этим женоненавистником больше не пересекутся.

Дотащилась до сторожки тут же у въезда. Благо здесь есть навес с лавочкой. Хотя в такую погоду это не сильно спасает. Косые капли попадают даже сюда. На то, что стою в луже, уже не обращаю внимания.

Когда же этот армагеддон закончится? И ведь ничего не предвещало. Как знала, что прогнозам погоды можно верить так же, как и мужикам — то есть никак. Не скажу, что меня жизнь так уж часто сталкивала с обманщиками, но мне хватило и двух: бывшего мужа и отчима. Оба оставили неизгладимый след, потоптавшись на моей самооценке.

Из-за одного из них я и оказалась здесь, когда после развода лишилась жилья. Звено за звеном и цепочка событий привела меня к покупке дачного участка, который я намереваюсь превратить в постоянное место жительства, чтобы не переплачивать за съёмную квартиру. Знаю, что в Радостном некоторые люли живут круглый год, как моя соседка Нонна Васильевна, которая и посоветовала мне удачный вариант, узнав про моё бедственное положение.

То, что здесь есть хотя бы один знакомый человек — уже отлично. Так, что там у нас с адресом?

Достав из сумки файл с документами, который, дурында, не догадалась изучить хотя бы в электричке, я узнала адрес: Речная 23. Отлично. Осталось только найти, где это.

К счастью, ливень, как это обычно бывает, закончился довольно быстро. Так, только продолжал накрапывать небольшой дождик. Подхватив чемодан на руки и обругав свою обувь последними словами, пошла по гравийной дорожке. Взгляд пенсионерки у электрички воспринимался теперь по-другому. Она точно что-то знала про эти дороги. Вроде и есть, а вроде как и не для всякой обуви. Очень хотелось разуться, но боялась ещё больше поранить ноги. Достать из чемодана пару удобных кроссовок означало и вовсе лишиться сухой обуви.

Речная оказалась самой дальней улицей от ворот. Я прочувствовала каждый пройденный метр, каждый камушек. И радовалась, что на улицах никого нет, и меня никто не видит в сумраке наступающего вечера. Только освещённые окна домов да фонари были моими спутниками.

А вот и мой новый старый дом. Покосившийся забор и смотрящее на меня тёмными провалами окон одноэтажное здание выглядели недружелюбно и устрашающе. Калитка неприятно заскрипела несмазанными петлями, будто предвестник из фильма ужасов. Кусты и деревья чёрными кляксами нависли над тропинкой. Того и гляди из-за них кто-то выпрыгнет.

Сейчас я в полной мере ощутила дурость своей идеи приехать сюда на ночь. Не терпелось, да и напрягать присутствием подругу Наташу не хотелось. Её семья и так в двушке вчетвером ютится. Хорошо хоть остальные вещи на несколько дней у них оставила. Обещали привезти в выходные, а заодно посмотреть, как я устроилась.

Открыв ключом дверь и нашарив рукой выключатель, я щёлкнула по клавише. Прихожая озарилась тусклым светом.

Мать честная!

Когда мы договаривались о покупке, я рассчитывала, что бывшие хозяева вывезут всё барахло сами. Видимо, зря надеялась. Накопленное поколениями, пыльное и покрытое паутиной, оно захламляло всё вокруг.

— Апчхи! — оглушила сама себя. В носу неприятно засвербело: то ли от пыли, то ли от простуды. А может, от того и другого вместе — поди теперь разбери. — Апчхи!

В следующей комнате оказалось не лучше. Такое ощущение, что я попала в другой дом. Куда смотрели мои глаза, когда я была здесь в прошлый раз? Хозяйка явно заговорила мне зубы, чтобы втюхать эту рухлядь. При солнечном свете в окружении цветущих кустов и птичьего пения небольшой домик показался мне хорошим. Я была ослеплена перспективой обзавестись первым собственным жильём, и не пахать много лет на ипотеку.

— Немного вложений и он заиграет новыми красками. — пообещали мне уверенно.

Сейчас мой мир окрасился самыми тёмными оттенками. Ноги гудели страшно. Подозреваю, что натёрла кровавые мозоли. Разуться бы, да только грязный пол не внушал доверия. Доски скрипели, в воздухе стоял отчётливый запах сырости. Под крышей страдальчески завывал ветер.

А когда лампочка несколько раз моргнула и потухла, оставив меня в темноте, сердце и вовсе заколотилось от страха. Дрожащими руками я достала из кармана телефон и включила фонарик. Осветила старую мебель, закрытую простынями, и батарею бутылок у стены.

Возникло огромное желание позвонить Наташе и попросить меня забрать. Даже перспектива ночевать у неё на полу между детскими кроватями или на кухне не казалась мне такой уж плохой.

Щёлкнув несколько раз тумблером и в комнате, и в прихожей я поняла, что осталось совсем без света. И как здесь ночевать? Выглянув в окно, заметила свет у соседки. Ну конечно!

Надо обратиться за помощью к Нонне Васильевне. В крайнем случае можно и на ночёвку напроситься. Уже собираясь выйти, я услышала тихие крадущиеся шаги от калитки. Сердце забилось с удвоенной силой. Какой нормальный человек будет красться в чужой дом в темноте? Хоть бы фонарик включили, обозначив благие намерения, но нет!

Отключив свет на своём телефоне, я услышала, как шаги на крыльце замерли. Вот если сейчас постучатся, значит, всё в порядке. Пришли с миром проверить соседей.

Но дверь начала открываться без стука. Без единого призыва типа «есть кто дома?»

Я шагнула за дверь в комнате. Паутина меня уже не пугала. Зато пугало чьё-то тяжёлое дыхание, тогда как я сама боялась сделать лишний вдох. Моя рука нащупала какой-то предмет. Судя по кругу и ручке — сковородка. Тяжёлая, чугунная. То что надо!

Как только незнакомец осторожно вошёл в проём, я замахнулась. Но не рассчитала тяжести предмета, который замедлил мои движения. Сама не поняла, как оказалась обездвижена крепким захватом, а сковорода с громким звуком упала на пол. Рот закрыла мужская рука. Меня обдало парами алкоголя. Этого ещё только не хватает! Неужели в отсутствие хозяев здесь ошивается какой-то забулдыга?

Вспомнив безрадостное детство и неадекватное поведение крепко выпивших родственников, я попыталась вырваться и со всей дури опустила каблук на чужую ногу. А нечего мою грудь лапать! Пленитель взвыл, отступая, и запнулся о мой чемодан. Падая, он увлёк за собой и меня.

Глава 3

Платон

Когда мне позвонила Нонна Васильевна, я выбирал, куда отправиться в отпуск по горящей путёвке. Я так давно не отдыхал, что даже растерялся. Когда ты много лет пахал как проклятый, выгрызая себе место под солнцем, то, достигнув желаемого и притормозив, внутренне ждёшь какой-то подставы.

А если я надолго уеду, и что-нибудь накроется? Хотя автоцентр работает как часы, но сейчас рынок запчастей лихорадит. Приходится маневрировать. Благо параллельный импорт ещё спасает.

И вот звонок.

Обменявшись привычными любезностями, Нонна, как она просит себя называть, замялась:

— Платоша, даже не знаю, кого ещё озадачить… Коленька к родителям жены уехал. Ярик вообще контракт продлил. Василий…

— Конечно, меня. — оборвал причитания старушки. — Что нужно сделать?

— Нюрка моя приболела. Живот каменный, раскакаться, прости за подробности, не может.

— А ветеринар из соседнего колхоза?

— Палыч третий день «накатывает». Да и в лечебницу нужно мою кормилицу. — Нонна тяжёлым вздохом терзает мне душу.

— Отвезу, конечно. Без проблем. Опять, поди, что-нибудь сожрала.

— Ох и сожрала, милый! Чего только не жрёт. — воодушевилась старушка. — Так я тебя жду?

— Завтра с утра заскочу. У меня как раз отпуск наметился.

Ну вот и перспектива на ближайшее время вырисовывается. Что там отпуск, когда помочь Нонне Васильевне — святое дело. Если бы не она, то ничего путного из воспитанников детского дома, наверное, не вышло бы. А так кто-то на военную службу подался, кто-то в политику ушёл.

Я вот тоже хоть и без высшего образования, но благодаря её установкам и каким-никаким связям потихоньку встал на ноги. Окончил автотранспортный техникум, начинал с помощника автослесаря и дорос до директора собственного автоцентра с сорока пятью работниками под моим началом. Небольшой, но приносящий хорошую прибыль бизнес.

Всех поддерживала Нонна Васильевна даже после выпуска. Всегда привечала, как мамка родная. Для нас она такая и есть, хоть своих детей так и не народила.

А после того как ушла на пенсию и окончательно поселилась на даче, оставшейся от супруга, то некоторые воспитанники то и дело приезжали к ней погостить да помочь заодно по хозяйству: дрова заготовить, огород посадить—прополоть, дом подремонтировать. Я и сам периодически заезжал на выходные: уж больно рыбалка в тех местах хороша.

Решено! А про путёвку можно ещё подумать, всё равно ничего толкового на глаза не попалось. Просто лежать на пляже неинтересно. Люблю активный отдых.

Утром забрал козу из Радостного и отвёз в ветеринарку. Пришлось оставить её до вечера промывать желудок. Заодно и Грома показал врачу. Несколько месяцев назад пришлось с благотворительной целью побывать в собачьем приюте, и как увидел этого пса — случилась взаимная любовь. Понял, что он должен быть моим. Умный, хоть и диковатый. Такой же, как и я приютский…

Заехал за продуктами для Нонны Васильевны. Никогда с пустыми руками к ней не приезжал. Особенно она любит эклеры, которые я тоже купил.

Нюрку определил в багажник, где она от пережитого у ветеринара шока затихарилась, прежде боднув меня в бок так, что искры из глаз посыпались. Сквозь прореху в любимой рубашке виднелась приличных размеров ссадина. Хорошо хоть трещины в ребре нет, хотя гематома будет знатной. Кое-как обработав рану влажными салфетками, сел за руль.

Грома пришлось на середине дороги пересадить на переднее сиденье, потому как он очень нервничал. Когда небо начало затягиваться облаками, стало понятно почему. Ливень налетел неожиданно, швыряя в лобовое стекло воду, листья и мелкие ветки деревьев. Видимость на дороге стала ужасной, свет фар бликовал на покрытом водой асфальте. Пришлось прилично снизить скорость.

И это спасло меня от греха.

Когда чуть ли не посреди дороги перед машиной выскочил человек, я успел вильнуть и резко затормозить. Сердце колошматило как ненормальное. Не сразу разглядел тонкую девичью фигуру, насквозь промокшую и с ведьмовскими, свисающими паклей волосами, облепившими голову.

Идиотка!

Неужели не понимает, что свет фар в такую погоду не поможет издалека заметить препятствие? И тут незнакомка вместо благодарности предъявила претензии, что я её, видите ли, забрызгал. Да пусть порадуется, что не лежит сейчас под колёсами машины! Давно я не испытывал такого стресса.

Сорвался, хотя не в моих правилах хамить женщинам. А громко хлопнувшая дверь и вовсе пришлась серпом по причинному месту. И даже не буду думать, сколько незнакомка принесла с собой воды на сидение и грязи. Проехать мимо я бы всё равно не смог бы.

Вместе с запахом дождя и грозы в салон ворвался аромат весенних цветов. Приятно.

Я поглядывал на сидящую позади незнакомку в зеркало заднего вида. В сумраке только и заметно было, как обхватила себя руками. Замёрзла в тонком мокром платье и жмётся в угол. И, как назло, нет ни пледа, ни другого чего подходящего. Я бы предложил свою порванную рубашку, но был уверен, что из гордости или брезгливости не возьмёт. Включил печку. И вот вроде мой внедорожник достаточно просторный автомобиль, а всё равно как-то тесно рядом с ней, неспокойно.

Благо осталось немного. Кочка, ещё одна — как показатель моего утраченного терпения. Гром залаял, а Нюрка, наконец, подала признаки жизни и заблеяла, но по салону поплыла характерная вонь.

— У вас тут зоопарк, что ли? Чем так пахнет? — сморщила нос незнакомка.

Видно, у ветеринара не всё из Нюрки вышло, а тут натряслась в дороге. Хорошо хоть брезент под неё постелен.

— Вот коза! — посетовал вслух.

— Ну вы выражения-то выбирайте! — возмутилась девица. — То курица, то коза...

До меня только тогда дошло, как это выглядит со стороны. Честно говоря, не очень. Но меня всё равно разобрал хохот, который я с трудом сдержал.

— Я имел в виду, что настоящая коза обделалась. Тебе куда дальше, красавица? — решил немного реабилитироваться и даже попытался развернуться, чтобы посмотреть на неё прямо, но раненый бок прострелила боль, намекая, что нужно поменьше шевелиться.

— Я здесь выйду. Спасибо большое.

Ну здесь, так здесь. Судя по воинственному виду, спорить с ней бесполезно. Да и быстро налетевший ливень уже стал утихать. Проследил, как девушка пошла к сторожке, а затем мой взгляд переместился на заднее сиденье.

— Ну твою ж ...!

На месте эклеров лежало приплюснутое нечто, раздавленное чемоданом, с размазанным по сидению кремом. Ещё раз выругавшись на неудачный вечер, поехал дальше.

Глава 4

— Ох, ты ж моя девочка! Испугалась? — сетовала Нонна Васильевна, поглаживая козу по голове. И снова запричитала, заметив мою порванную рубашку. — Ох, а с тобой что произошло, Платош?

— Ваша девочка «приласкала». — усмехнулся, вытаскивая животное из багажника. Пришлось подогнать машину ближе к дому, благо здесь ещё покойным хозяином построен крепкий навес. То, что нужно в такую непогоду. — Покажите, где помыть это обделавшееся чудо.

— Давай её в сарайку, там и тазик есть. А вода вон в бочке.

Быстро вымыв козу и закрыв её, я вернулся к Грому. Всё это время он тихо дожидался меня в машине.

— Платош, да ты зайди. Хоть чаем напою. У меня сегодня пирог с земляникой. — засуетилась хозяйка.

— Знаете, чем меня завлечь. — смеюсь, чувствуя, как собирается слюна в уголках рта. — Только я не один.

— А с кем? Неужто девушка с тобой?

— Нет.

Распахиваю пассажирскую дверь, являя своего дружка. Он разлёгся на двух сидениях в ожидании.

— Ого, какой большой! Как зовут?

— Гром.

Услышав кличку, пёс поднял голову.

— Умный. Да вы вдвоём проходите. Для него тоже найду чего-нибудь вкусного.

И правда, чего отказываться, когда приглашают. Видно же, как старушке хочется с кем-нибудь поговорить, скрасить одинокий вечер. Вон даже свой любимый сериал по телевизору выключила, чтобы со мной пообщаться.

— Конечно, лучше бы это была девушка, — заметила Нонна Васильевна, когда усадила меня за стол на уютной кухне, а Гром улёгся у ног. — Ты один у меня не пристроенный остался.

— Ну вот как найду подходящую, так и пристроюсь.

И ведь не соврал. Я не то что избегаю привязанностей, просто как-то не складывается. Не находится та, которую бы я хотел видеть рядом с собой каждый день. Временные связи не то чтобы меня устраивают, но переводить их в постоянные, пока не было желания. И ведь не мальчик в свои тридцать шесть. Спиногрызов опять же хочется, наследников. Но не заводить же их от первой встречной.

— Ой, ты смотри-ка! Свет в соседском доме. — заметила Нонна Васильевна, выглянув в окно.

— Это тот, что неухоженный? Приехали хозяева?

— Да куда там! Продали его в прошлом месяце, а новая хозяйка должна к выходным приехать.

— Как продали?! — встрепенулся, вспомнив, что и сам посматривал на этот участок. Идеальное место для дачи с выходом на речку.

— А вот решила его Ирина продать. Срочно ей деньги понадобились. И недорого.

— Зря мне не сказали. Я бы купил.

— Ох, я и не подумала! Быстрей одной из своих девочек предложила. Она после развода как раз искала жильё.

— Из своих — это из приютских? Я её знаю?

— Да не совсем. Она у нас пару лет всего пробыла уже после того, как ты выпустился. Мать у неё умерла, а отчима прав лишили за пьянство. Вот Лилечка у нас до совершеннолетия и жила. Общаемся иногда. Я через неё к хорошему врачу попала. Ты смотри-ка, свет выключили. Точно кто-то чужой!

— Да что там брать?

— А не скажи. Там старинного добра хватает. Ирина хотела всё на помойку свезти, да я уговорила оставить. Сейчас вон по телевизору показывают, какие хорошие деньги платят антиквары. Лилечка приедет и разберётся. Ох!

Смотреть, как переживает старушка невыносимо. С другой стороны, если сделать добро новой хозяйке, так, может, она перепродаст мне дачу? Я же помню, в каком состоянии участок. Там нужно вложиться не только материально, но и физически. Одинокой женщине это будет сделать крайне тяжело.

— Пойду посмотрю, что там и как.

— Вот, возьми. — благословила меня Нонна Васильевна, протянув пылевыбивалку для ковров.

— Вы серьёзно?

— Да просто спугнёшь.

Закатив глаза, я пошёл разбираться, что происходит в соседнем доме. Почесал нос и, сморщившись, заметил, что запах после Нюрки ещё остался. Достав из машины спиртовые салфетки, которыми до этого обрабатывал рану, ещё раз тщательно обтёр руки.

Калитка оказалась открыта. Стараясь не шуметь, я приблизился к чужому дому. Какой бы хозяин сидел в темноте? Правильно, никакой. А луч фонарика между тем мелькал тут и там. Точно что-то ищут.

Остановился на крыльце, когда свет погас. Услышал воришка меня. То, что он был один, я практически не сомневался. Уж слишком бесшумно действовал. Войдя внутрь, я ощутил мимолётное движение слева и, пользуясь приёмами рукопашного боя, которым обучился когда-то в армии, обезоружил вора.

На пол полетел тяжёлый предмет, которым меня хотели приложить по голове. Я прижал к себе холодное тело в мокрой одежде. Значит, он попал под ливень. Маленький какой-то, тщедушный. Только хотел сказать, чтобы не рыпался, как моя ладонь легла на мягкое, упругое полушарие. По моей шкале идеальный размер женской груди!

Воспользовавшись моей растерянностью, незнакомка извернулась и наступила каблуком мне на ногу. Выругавшись, я попятился, но обо что-то споткнулся и полетел вниз, утягивая за собой воришку.

Упав на спину, я почувствовал резкую боль в боку, отчего спёрло дыхание. Сегодня меня точно что-то добьёт. Женщина сверху поёрзала, пытаясь встать, но, собрав силы, я перевернул её на спину и пригвоздил к полу своим телом, удобно устроившись между бёдер.

— Слезь с меня! А-а-а! — заверещала заелозив. Голос показался смутно знакомым, а в паху неожиданно потяжелело от двусмысленных движений. Этого ещё только не хватает!

Невозможная догадка стала складываться в моей голове.

— Не рыпайся! Ничего я с тобой делать не собираюсь. — рыкнув, переместился так, чтобы одной рукой захватить две её, а согнутой ногой прижать к полу тело. Вытащил из кармана джинсов телефон. Включил подсветку и навёл на замершую подо мной женщину.

Ну так есть! Спутанные длинные волосы, закрывающие половину лица и жмурящиеся от яркого света глаза, тонкое платье, облепившее тело, рядом — чемодан. Неужели по чьей-то наводке из города тащилась?

— Что, не повезло с погодой, воровка? — усмехнулся, узнавая свою мокрую курочку. Знакомый аромат весенних цветов разбавил затхлый запах дома.

— Я воровка? Да это ты, алкаш, пробрался в МОЙ дом! — возмутилась она дёрнувшись. — И хватит светить мне в лицо!

— Твой дом? — отстранившись и выпуская добычу из своих рук, я пытался сложить картину воедино. Как там звали новую хозяйку, у которой я собрался перекупить участок… — Лиля?!

— Я-то Лилия, а вот ты кто такой? — подозрительно спросила девушка, отползая от меня в сторону. Видно, что напугалась. Дрожит вся.

Опустив телефон так, чтобы не светил в лицо, я тяжело вздохнул. Да уж… Кажется, я только что поставил крест на возможности перекупить этот дом. Меня разобрал смех от нелепости ситуации.

Глава 5

Лилия

Я много ожидала, но не того, что ворвавшийся в мой дом незнакомец будет смеяться. Побывав под его большим телом и испытав ужас от возможности насилия, меня до сих пор трясло. И причин для веселья я не находила. Фонарик на телефоне освещал лицо снизу вверх, и я была абсолютно уверена, что впервые его вижу. Однако…

— Откуда вы знаете, как меня зовут? Мы разве знакомы?

— Почти.

— Да хватит уже смеяться! — не выдержала, когда он пошёл на второй круг. А ещё смутила заразительная и совершенно обаятельная улыбка, высветившая глубокие ямочки на щеках. Нельзя не отметить, что мужчина довольно привлекателен. И голос с удивительным тембром где-то слышала. Кажется, что мы всё же встречались.

— Прости… Это сильнее меня.

— Я не разрешала мне «тыкать».

— Боюсь, мы уже так близко познакомились, что «выкать» будет ещё хуже. — снова улыбнулся этот гад, вставая и протягивая мне руку.

— С алкашами не общаюсь, — буркнула, пытаясь встать самостоятельно. И охнула, покачнувшись, потому что опустилась на пятку, которую должен был поддерживать каблук. Вот только его не было. Сломала!

— И почему это я алкаш? — всё же поддержал меня незнакомец, хватая за локоть.

— Потому что спиртом воняет и бутылки вон… — махнула в сторону. Высвободилась из захвата и отстранилась. Я уже поняла, что убивать меня и насиловать никто не собирается, а потому немного успокоилась.

— Ну, допустим, бутылки впервые вижу. А пахнет спиртовыми салфетками, которыми я руки обработал после козы. Ладно, один-один: я тебя обозвал, потом ты меня. Можешь сказать спасибо, что лицо твоё трогал чистыми руками.

— Премного благодар… — начала язвить, но тут до меня дошло, кто стоит передо мной. — Так это ты меня обрызгал?

— Я бы предпочёл слово «спас», но я уже понял, что благодарности не дождусь. Ты почему сидишь без света?

Кажется, мы оба немного погорячились при первой встрече. Да и вторая вышла не менее занимательной. Но мне по-прежнему было не смешно.

— Уж не по своей воле точно. — не могу сдержать сарказм. Он из меня так и прёт. Наверное, это стресс продолжает выходить. — Сначала зажёгся, а потом всё вырубило.

— Наверное, пробки выбило. Хорошо, что не коротнуло. Проводка здесь старая, а дом отсырел без пригляда.

— Откуда знаешь? О, ты, наверное, сосед напротив! — догадалась я. В прошлый свой приезд я видела издалека на том участке мужчину.

— Не совсем. Где щиток?

Тяжело вздохнула и пожала плечами, нервно поправляя волосы. Ох! Вместо шелковистых локонов нащупала мокрый колтун. Ну и видок у меня! И как-то сразу вспомнился и непрезентабельный вид, и как меня назвали мокрой курицей. Проснулась женская сущность и решила, что перед ней довольно симпатичный мужчина, перед которым не хочется выглядеть как абы кто.

«Он хам!» — напомнила ей нашу встречу.

«Ну у всех бывают недостатки. Перевоспитаешь». — последовала вторая мысль.

Поняв, что меня несёт уже совсем не в ту сторону и мне не нужно ни симпатичных, ни обаятельных, ни тем более хамоватых мужиков, я отвернулась, ища свой телефон, который улетел на пол. Там же нашла и сломанный каблук.

Между тем вернулся незнакомец, выходивший из комнаты в поисках щитка.

— Ну что там?

— Надо днём смотреть. Да и вообще прежде электрика вызвать, а то мало ли чего… Пойдём, Нонна Васильевна, наверное, жутко волнуется. Она как раз чайник поставила, хотя бы согреешься.

Это многое объясняет, как и наличие в багажнике козы.

— Так ты от Нонны Васильевны?

— Ага. Это с её подачи мы решили, что в дом пробрался воришка, когда увидели мигающий свет. — снова начал смеяться мужчина.

— Неужели? — тоже усмехнулась, представив, как разрабатывался план-перехват из соседнего дома.

— Даже когда мы с тобой упали, я был уверен, что ты — приехавшая из города воришка, собравшаяся вывезти награбленное в чемодане. Прости, если напугал. Никак не ожидал увидеть здесь в такое время хозяйку.

Тут уж я не выдержала и рассмеялась в голос, выплёскивая остатки напряжения. Аж слёзы выступили из глаз.

— Уф-ф… Ладно, допустим. Но что здесь брать? Если только бутылки сдавать. По остальному хламу помойка плачет.

— Я тоже так сначала подумал, но Нонна меня переубедила. Она тебе потом расскажет свой замысел.

Я вышла вслед за мужчиной, который шёл впереди и освещал дорогу телефоном.

— Осторожно, здесь ступеньки и лужа. — предупредил, предлагая опереться на протянутую руку. Не стала отказываться, но всё равно поскользнулась на камушке. Идти в сломанных босоножках, да ещё и с натёртыми мозолями оказалось очень больно.

— Что с тобой? Ногу подвернула?

— Нет, каблук сломался.

— Дай посмотрю.

Мужчина присел, приподняв мою ногу и осветив её фонариком. Пришлось опереться о широченные плечи и проверить пальчиками налитость мышц. Впечатлилась.

— Твою ж за ногу… — выругался мужчина и снял с меня целую босоножку. Встал и потряс обувью, отчего капли грязи осели на лице. — Ты совсем ненормальная на таких каблучищах в деревню ехать? Да у тебя там всё в месиво!

— От ненормального слышу! — возмутилась неожиданной отповедью и схватилась за каблук зависшей передо мной в воздухе босоножки. И плевать, что он весь в грязи. — А ну отдай, хамло!

— Я детдомовский, мне можно. — усмехнулся мужчина и выкинул босоножку куда-то в кусты. А потом и вовсе подхватил меня на руки. — Ох! — застонал и опустил обратно. — Так не пойдёт.

— Что, силёнок не хватает? — зло ухмыльнулась. — Такой высокий и мощный, а как женщину на руки поднять — слабак. И на будущее — детдомовскими меня не напугать.

— Язва. — рыкнул незнакомец и присел, чтобы в следующую секунду взвалить меня к себе на плечо с другой стороны. — Не рыпайся, иначе уроню. Слабак же! — хлопнул меня по ягодицам, словно ставя точку в нашем споре. Судя по голосу — обиделся. Задело его, видите ли…

Ну и ладно. А то уж слишком быстро мы контакт наладили. Тоже, что ли, обидеться?

К сожалению, я не видела, что на крыльце нас встречает Нонна Васильевна. Только поняла это, когда услышала её обеспокоенный голос:

— Ох, батюшки! А я уж не знаю, что и думать! Кто это?

— Встречайте, Нонна, вора-рецидивиста.

Глава 6

Меня поставили на ноги, перед этим проелозив по всему своему телу. Оценила. Прониклась. И ещё сильнее разозлилась. Развернулась к старушке, не забыв «случайно» заехать локтем в бок мужчине. Он так охнул, будто я со всей силы саданула. Вот притворщик!

— Добрый вечер, Нонна Васильевна.

— Лилечка?! Девочка, что с тобой произошло? Платон? — забеспокоилась женщина, из чего я сделала вывод, что мой внешний вид — и правда дрянь.

Зато узнала, как зовут своего нового знакомого, дай бог ему вежливости и терпеливой женщины рядом. Имя-то какое примечательное, монументальное.

— Я ни при чём! Почти… — поднял раскрытые ладони и отошёл в сторону мужчина.

Ага, всего лишь немного меня повалял и облапал. А так да, ни при чём.

— Не беспокойтесь, Нонна Васильевна. Я просто под ливень попала, а тут ещё и свет в доме вырубился.

— Да ты же замёрзла! Давай-ка проходи. Нужно было сразу ко мне идти, как приехала. Позвонила бы, я бы Платошу попросила тебя подхватить.

— Подхватил уже, — усмехнулась, ловя смеющийся мужской взгляд.

— Пойдём, я там чаек как раз поставила. — не поняла переглядываний Нонна Васильевна. Не рассказывать же ей, что наше знакомство на дороге не совсем удалось.

— Лиле бы в ванную сначала. — вставил слово Платон. И вот вроде прав, но снова заострил внимание на мой внешний вид. Мог бы и промолчать. Никакого такта! — А я пока сиденье замою, а то потом сложнее будет.

— А с сиденьем что? — полюбопытствовала Нонна Васильевна.

— А там натюрморт, оставленный чьим-то чемоданом. — усмехнулся мужчина, и, бросив на меня выразительный взгляд, направился к машине, стоящей под навесом.

Это, как я понимаю, камень в мой огород. Ну и что же я там страшного натворила? Когда он вытащил то, что там лежало, стало стыдно.

— И что это?

— Эклеры. — улыбнулась старушка, узнавая по этикетке своё любимое лакомство, и мне стало стыдно вдвойне. — Да ладно, не переживай, Платош. — словно прочитала наши мысли. — В следующий раз привезёшь. А теперь пойдём, Лилечка, душ пока примешь. Мне Василий вот уж как два месяца новый нагреватель поставил. Теперь всё время вода горячая есть.

Подхватив под локоть, старушка повела меня в дом. Но на чистом, светлом полу сразу стали видны мои грязные босые ноги, оставляющие следы. А тут ещё знакомый пёс выскочил и давай меня обнюхивать. Подставил голову под руку: мол, ласкай. Кажется, он узнал меня и не против продолжить знакомство.

— Обычно он всех сторонится, а тут вон чего… — заметил вошедший вслед за нами Платон.

— Это потому что я хорошая. — улыбнулась и под насмешливое фырканье хозяина почесала Грома за ушами.

— Нонна Васильевна, мне бы тряпок каких ненужных.

— Сейчас подам, Платоша. А ты, Лилечка, прям так приехала, без вещей?

— Как же… С целым чемоданом. — Мой взгляд сцепился с мужским, словно деля одну на двоих тайну. С трудом удержалась от улыбки. — Мне, кстати, вещи бы чистые оттуда взять. Сейчас схожу.

— Я сам. — отрезал Платон, посмотрев на мои ноги и нахмурившись. — И аптечку заодно из машины принесу. Обработать нужно.

— А у меня всё есть. Сейчас подам. — засуетилась Нонна Васильевна, обратив внимание вниз. Хорошо хоть промолчала. Или тоже бы осудила босоножки, если бы увидела?

Платон вернулся с вещами тогда, когда я стояла в ванной и офигевала от своего внешнего вида. Такое ощущение, что меня пытали. Или бомжевала. Здесь не мокрая курица, здесь целая ведьма! Такой страшной и жалкой я себя не припомню.

— Лиль, я чемодан принёс.

— Ага, спасибо. Оставь его под дверью.

Снова показываться на глаза мужчине в таком виде не хочется. Хотя после того, что он увидел и сделал — просто обязан жениться. Нервно хохотнув от собственной шутки, выглянула за дверь — в коридоре никого. Забрала чемодан. Заодно его помыла и себя привела в порядок.

Горячая вода после пережитого — это кайф! Вспомнила, что в моём новом доме удобства только на улице, а значит, до зимы нужно озаботиться соответствующим ремонтом. А это деньги. Кредит, что ли, взять? Да и мастера толкового надо найти, чтобы по уму подсказал, как сделать.

Отдельный очищающий ритуал провела над своими ногами. И правда ведь натёрла до крови. Обеззаразив язвочки соответствующим составом, наложила пластырь. Теперь не стыдно показаться.

И вот ведь Платон мне нужен как собаке пятая нога, а всё одно платье посимпатичнее надела, волосы, промытые с бальзамом, до блеска расчесала, кремом щёчки увлажнила и даже тушью два раза по ресницам мазнула, и блеском по губам провела. Всё же наличие рядом мужчины, пусть и ненужного и, возможно, несвободного — обязывает.

Вот только когда я вышла на кухню, впечатлиться пришлось мне.

Так и замерла в дверях, неприлично распахнув рот. Вот это тело! Сразу видно, что человек не просиживает выходной на диване с бутылкой пива. И это Платона я приняла за алкаша? Каюсь, была неправа. Ни дряблости, ничего обвисшего. А ведь не мальчик уже. Безволосая мужская грудь и вовсе мой фетиш, хватает и той русой дорожи волос, скрывающейся за поясом джинсов.

— Лилечка, заходи. Я Платоше рубашку штопаю. — заметила Нонна Васильевна, держа в руках иглу с ниткой и предмет одежды, без которой мужчина меня так впечатлил.

Глава 7

Сам он, приподняв одну руку, рассматривал свой бок. Подойдя ближе, я впечатлилась ещё больше и покраснела. Под грудью расцветала приличных размеров гематома. Неужели я так сильно его локтем саданула? Или неудачно так упал на чемодан?

— Это из-за меня, да?

Платон улыбнулся, демонстрируя мне ямочки на щеках. Запрещённый приём! Лукавый взгляд говорил, что мужчина заметил моё излишнее внимание. Да и сам в ответ изучающе рассматривал, словно впервые увидел.

— Я бы хотел сказать, что да. Но — нет. Ты лишь добавила неприятных ощущений.

— Моя Нюрка постаралась, негодница. — покачала головой старушка. — Посмотрела бы ты, Лиль, нет ли там перелома или трещин в рёбрах.

— Так ведь я не травматолог. — развела руками. — Да и рентген бы не помешал.

— Нет у меня ничего. Заживёт. В первый раз, что ли? — махнул рукой Платон и поморщился от боли.

— А что, не первый? Подраться любишь? — поддела.

— В армии чего только не было.

— И всё же нужно обработать и фиксирующую повязку наложить. С таким не шутят.

Я принесла свою аптечку, где как раз была мазь от ушибов и синяков. Память от крепкой, как кулак, любви мужа. Действенная, на себе проверенная. Села на табуретку перед Платоном и заставила себя включить профессионализм, а не плыть от подтянутого, красивого тела и жёсткого, как стиральная доска, живота. Без излишне выпуклых кубиков, но с заметными косыми мышцами, уходящими к… Так, в ту сторону точно не нужно думать и смотреть!

— Повернись и руку подними. — пальцами прочертила рёберные дуги и нажала: — Так больно? А так? Ну, похоже, и правда всё неплохо. Но завтра всё равно съезди на рентген.

— Ты врач, что ли? — удивлённо посмотрел на меня Платон сверху вниз.

Я же нанесла мазь на синюшный участок и аккуратно начала его втирать. Вроде бы это излишняя забота, может и сам сделать, а не привыкла я находится в стороне, видя чужую боль. Поэтому и пошла в медицинский.

— Ну, какие-то навыки оказания первой помощи от общего курса остались. А что, непохожа? — вскинула взгляд наверх и улыбнулась: — На мокрую курицу больше?

— Ты мне теперь до старости будешь это припоминать? Извини, погорячился. Так какой, говоришь, ты врач? Вдруг придётся обратиться.

— Дерматовенеролог.

— Кхм-кхм… Да уж… Страшная специальность, Лилия. Надеюсь, твои услуги мне не понадобятся.

— Ну, это как предохраняться будешь. Да и вообще соблюдать чистоплотность. — ответила тихо, но, судя по приподнятой брови, меня услышали. Ну почему я не могу перестать язвить? Отстранилась и обратилась к Нонне Васильевне, увлечённой штопкой и делающей вид, что её с нами нет. Однако чуть заметная улыбка намекает, что всё прекрасно слышит: — Мне бы полотно какое для тугой повязки.

— Полотенчико подойдёт?

— Давайте.

Зафиксировала бок, чувствуя пристальный взгляд. Без каблуков я казалась себе маленькой на фоне Платона, который возвышался надо мной на целую голову. Его «гуляющий» кадык находился на уровне моих глаз и заставлял нервничать. Тело реагировало на этого мужчину определённым образом, и я ничего не могла с собой поделать.

— Готово.

Я отошла, чтобы помочь Нонне Васильевне налить чай. Раздался звонок телефона. Накинув заштопанную рубашку, Платон ответил. Я стояла не так далеко, но успела услышать причитания высоким женским голосом. Ну вот, жена беспокоится.

Стало даже неудобно за мысли, которые я позволила себе в сторону занятого мужчины. И ведь совершенно точно в ближайшее время я не планирую никаких отношений, ещё не успев остыть от развода. А тут что-то нахлынуло… Не иначе как от стресса на события незабываемого вечера. Вот высплюсь и завтра встану чистая и свободная от всяких ненужных мыслей.

— Мне пора. — нахмурившись, заметил Платон. Понятно, досталось от благоверной за позднюю отлучку.

— А как же чай?

— В другой раз, Нонна Васильевна. В другой раз. Мне пора. Приятно было познакомиться, Лиля, — подмигнул мне на прощание и свистнул своего пса.

— Ага, и мне.

То, что наше знакомство стало незабываемым — это факт.

Мы стояли с хозяйкой на крыльце и провожали машину. Всего лишь. А почему-то казалось, что мир резко посерел, перестало хватать красок. Эмоций! Мой тёмный неприветливый дом на соседнем участке и вовсе вызывал беспокойство и страх. И так не хотелось туда возвращаться, да ещё и одной. Как я буду дальше там жить?!

— Оставайся ночевать у меня, — предложила Нонна Васильевна, словно ощущая мои переживания.

— Спасибо, мне и правда не стоило приезжать вот так на ночь. Признаться, в первый раз дом казался мне более уютным и приветливым. Завтра придётся хлам разбирать.

— Это я попросила Ирину всё оставить как есть. — удивила меня соседка.

— Зачем?

— Много что там может найтись интересного.

— Да? Кроме бутылок и сковородки ничего ценного не заметила, — скептически хмыкнула.

— О, запойным был первый муж Ирины. От него и осталось. Любил сюда без жены и детей приезжать, квасил по тихой, пока не помер. Я же помню ещё симпатичные вещички, какие были у матери Ирины, доставшиеся той от бабушки. Сейчас антиквариат хорошо ценится.

— Посмотрим. Главное, что теперь у меня есть собственное жильё. — глубоко вздохнув, я втянула стылый влажный воздух. Опять дождик моросит, и ветер отзывается шелестом листьев.

Нонна Васильевна внимательно на меня посмотрела и неожиданно сказала:

— Замуж тебе надо, Лилечка.

— Какой замуж?! Я только что оттуда, и мне не понравилось.

— Так не все ж такие козлы, прости меня Нюрка, попадаются. Есть и положительные мужчины. Только оглянись.

— Да неужели? Нет-нет. Мне и одной хорошо. У меня, можно сказать, только свободная жизнь начинается.

— Тяжело тебе будет одной дом поднимать.

— Ничего. С божьей помощью и кредита подниму. А то, глядишь, и правда какое сокровище в доме найду. Апчхи!

— Пойдём чай пить, а то заболеешь. Я там липы заварила и мяты. Пойдём! — засуетилась старушка, окружая меня давно забытым материнским теплом.

Глава 8

Платон

Голос соседки буквально звенит в ушах, заражая паникой. Этот день решил меня добить негативом, преподнося одну плохую новость за другой. Понятно, что никакого чая мне не светит и надо срочно возвращаться домой. Попрощался быстро и с неохотой. Даже не ожидал, что пикировки с Лилией меня так взбодрят. Это же надо, как преобразилась моя курочка после ванной! Чистая, душистая. Аромат такой сладкий, что слюну вызывает. Взгляд от неё не мог оторвать!

А её пальчики на моей коже и тёплое дыхание, заставляющие мышцы сжиматься в опасной близости от паха? Это запрещённый приём! Там потяжелело только от одного взгляда зелёных, направленных снизу вверх, глаз. И такая там была глубина, что утонуть можно, словно в омуте. В какой-то момент меня чуть не затянуло, и я уже представил, как зарываюсь пятернёй в длинные волосы, и мягкие губы на своей коже…

Как ещё Лилия не заметила моей реакции — удивительно. Наверное, потому, что смотрела куда угодно, но не туда, где всё полыхало. Только боль в области ребер и присутствие Нонны Васильевны меня отрезвили, напоминая о необходимости держать себя в руках.

Давно уже так ярко не реагировал на женщину. Подозреваю, что виной тому адреналин, вызванный событиями этого незабываемого вечера. Вот высплюсь — и всё как рукой снимет. Это просто одномоментная реакция на красивую девушку. И ничего больше.

— Платон, аварийная бригада всё перекрыла, — отчиталась Любовь Алексеевна, встречая у дверей. На ней лица нет. Её муж пожал мне руку.

— Жаль, что мы так поздно от дочери приехали. С внуком заигрались, а тут гроза. Решили переждать.

— Кто ж знал, что тут такое? — начала причитать пенсионерка. Обычно бойкая старшая по дому, в этот момент она чуть не плакала.

— Сильно залило?

— У нас всё плавает. Боюсь, что и твоей квартире досталось.

— Ох, ё… моё! Гром, стой!

Открыв двери, обозреваю провисший натяжной потолок, потёки на стенах и лужи на полу. Единственное, куда не добралась вода — это мой кабинет. И только потому, что он выходит на другую сторону и обложен качественной звукоизоляцией. Больше всего пострадала гостиная, совмещённая с кухней. Спальню тоже задело.

— У тебя же есть знакомые строители? Помнится, они мне ремонт делали. — спросила Любовь Алексеевна, осматривая мои владения, павшие под натиском лопнувшей трубы в её квартире. Этот стояк наша жилищная компания ещё не успела поменять. И вот результат!

— Да, есть знакомый. Завтра позвоню, чтобы оценили ущерб. У вас хоть застрахована квартира?

— А как же!

— Вот и у меня тоже. Так что не переживайте. А Денис не откажет, сделает ремонт.

Пока позвонил приятелю, у которого есть ремонтно-строительная бригада, пока помог пожилым соседям собрать воду, пока навёл порядок у себя — спать лёг под утро. Без сновидений, уставший до жути завалился на диван в кабинете. Даже до боли в рёбрах уже не было дела.

Вспомнил о ней только проснувшись, и поехал на рентген, как наказала мне доктор Лилия. Не травматолог, да. Но какая же у неё занятная специализация!

К счастью, обошлось без серьёзной травмы. Прописали мазь и покой, по возможности, которой у меня не было.

— Ну вот, примерно во столько выйдет ремонт со скидкой. Сейчас на рынке всё подорожало, но я тебе из старых запасов сделаю. — подчеркнул конечную сумму Денис. — Но сначала нужно всё просушить. А через недельку-другую можно приступать. Я как раз заказы раскидаю. Сезон, сам понимаешь. К тебе и то только по вечерам да выходным смогу выбраться.

Денис знает, что мы сочтёмся, когда он приедет в мой автосалон. Там тоже у него хорошая скидка вип-клиента.

— Договорились.

К этому моменту в моей голове созрел план. Чего сидеть в городе, когда можно отправиться в отпуск, как и хотел. Вот только чем дольше я просматривал туры в горы, тем больше вспоминал зелёные глаза и упругое женское тело в своих руках, под собой…

Ах да, и насыщенный природный запах дач. Квартира — это хорошо, но обзавестись загородным жильём не помешало бы. Когда женюсь, а рано или поздно я к этому приду, — будет, куда детей на лето отвезти.

Лиля, Лилечка… Что же с тобой делать? Как уговорить продать мне тот участок? Ведь не справишься ты там сама, видел я дом. Примерно понимаю, во сколько может встать его капитальный ремонт. Однако и потенциал там хороший. Планировка, крепкий фундамент и стены, мансарда. Баньку бы поставить, да купель с подогревом, чтобы зимой в мороз можно было там проводить время. А рыбалка на той речке что летом, что зимой хороша.

В общем, не заметил, как накидал на листке бумаги участок, каким я его вижу. И так захотелось туда, что и вещи в сумку собрал на неделю, и в супермаркете у дома закупился. Ещё не представляю, как буду говаривать Лилию, но от предвкушения уже всё звенело внутри. Руки так и чесались заняться каким-нибудь делом. Не привык ведь сидеть на одном месте.

Вспомнилось, что Нонна Васильевна жаловалась на заросшую дальнюю часть сада. Вот и причина воспользоваться её гостеприимством. Не откажется приютить меня на недельку. А там я как-нибудь соседку обработаю. Сдастся мне как миленькая, и участок будет мой.

Рано утром следующего дня я уже выехал из города. Гром довольно щурился в окно, словно предвкушал жизнь на природе. Я же нетерпеливо отстукивал пальцами километры и ритм на руле, вторя мелодии старого рока.

Глава 9

Лилия

Глаза боятся — руки делают. С таким настроем я начала новый день.

Приняла наспех душ, быстренько позавтракала изумительными оладьями Нонны Васильевны, оделась и пошла проверять свои хоромы.

Погода стояла чудесная. О вчерашнем ненастье напоминали разбросанные тут и там тонкие ветки деревьев, помятые цветы на кустах да влажная трава. Пригодились калоши, одолженные соседкой. Так у меня появилась первая строка в списке необходимых покупок.

Лето цвело и пахло во всей красе. Пенились пышным кустом гортензии в палисаднике у моего нового дома, а над окном нависли буйные ветви разросшейся сирени, которая пугала своими зарослями накануне. И пахло так, что невозможно было надышаться.

Я зажмурилась у калитки и снова распахнула глаза. Но картинка не изменилась.

Вспомнились ощущения от знакомства с участком, когда я интуитивно почувствовала, что он должен стать моим.

Конечно, вблизи бросилась в глаза облупившаяся краска на фасаде и кое-где сгнившие ступеньки. Да и пышная паутина соревновалась с резными наличниками своими узорами. Вот уж чего я всегда боялась — так это пауков. Бр-р-р… Однако жизнь в частном доме предполагает тесное соседство со всякой живностью, так что как-то придётся бороться с арахнофобией. Веник мне в помощь!

Не заходя в дом, я пошла по заросшей тропинке дальше исследовать участок. Заводить огород я изначально не собиралась. Может быть, пару грядок с зеленью. Знаю, что многие так говорят, а потом грядки разрастаются в геометрической прогрессии. Загадывать не буду. Сад здесь неплохой: две яблони, груша, слива и обожаемая мной вишня. А вот высокая крапива явно лишняя. Надо будет научиться косить.

Пройдя малинник и обнаружив заросли земляники, я попробовала на удивление крупные ягодки. Какие же сладкие! Даже удивительно, учитывая, что за ними никто не ухаживал. Здесь тоже требуются руки хотя бы для минимальной прополки.

Дальше участок заканчивался развалившимся сгнившим забором, а под горку уходил разноцветный луг. Приложив ладонь ко лбу от солнышка, я любовалась местными красотами. А посмотреть здесь было на что!

Река плелась пёстрой лентой, отражая в своих водах небесную синеву и перья облаков, подсвеченные лучами солнца. Птицы соревновались между собой звонкими трелями. Сливаясь, их голоса разносились далеко вокруг. Ну какая же красота и простор!

Обернулась на дом. И недоумевала, как могла так сильно накануне испугаться. Правда говорят, что у страха глаза велики. Да, участок выглядит заброшенным и неухоженным. Небольшая сарайка, притулившаяся под яблоней, просится под снос. А туалет, спрятавшийся в углу сада… Наверное, я даже не решусь туда войти, чтобы не провалиться. Зато кустов хоть отбавляй — удобряй да удобряй! Только о крапиве забывать не стоит. А потому ещё одним пунктом важных дел наметила покос.

В доме меня встретил затхлый воздух и тонны пыли. Улыбнулась, заметив на полу едва различимый отпечаток тела. В дневном свете произошедшее вчера недоразумение воспринималось совсем по-другому. Но бардак никуда не делся, пугая своими объёмами. Придётся здорово потрудиться. Ну ведь не бездельничать же я сюда приехала? Да, всё выглядит страшнее, чем я себе представляла изначально, но обратной дороги нет. В конце концов, не место красит человека, а человек — место.

Я давно уже поняла, что лучшее лекарство от любой проблемы – тяжёлый физический труд. И чем он тяжелее, тем эффективнее прочищает мозги. Некогда будет заниматься сомнениями. Просто нужно взять и делать.

Так для себя решив, я переоделась в шорты и футболку, надела перчатки и принялась наводить порядок. Первым делом распахнула везде окна, впуская чистый, свежий воздух, и занялась приборкой в большой комнате, оставив спальню и кухню на потом.

— Эй, хозяйка! Можно к вам? — раздался мужской голос, когда я мыла окно. Сдунув с лица выбившуюся прядь волос, выглянула наружу и увидела мужчину среднего возраста.

— Здравствуйте. А вы кто?

— Юрий. Только добрался! После вчерашней бури много где проблемы образовались на сети.

— Это я попросила посмотреть у тебя электрику. — за коренастой мужской фигурой я не сразу заметила Нонну Васильевну. Она держала в руках кастрюльку. — Я тебе тут окрошечки принесла, а то ты поди и не обедала.

— Спасибо, не откажусь.

Я улыбнулась, приветствуя помощников. Вот молодец, соседка, позаботилась обо мне. День уже давно перевалил за вторую половину, а я всё тряпкой машу. Наладив мне свет, Юрий ушёл, прежде едва не обидевшись на деньги, которые я хотела ему вручить.

— У нас не принято так… — заметил он, комкая в жилистых руках кепку. Сразу видно, что работяга.

— А как?

— Вы же врач? Кожник?

— Ну да.

— Вот и ладно. Мало ли когда пригодится консультация. Да вишенка у тебя в саду крупная и сладкая. Мой младший сын, бывало, угощался. Без хозяйского пригляда ведь участок был… Но теперь всё! — рьяно заверил мужчина, рубанув воздух ребром ладони, чем вызвал мою улыбку. — Ежели сама когда угостишь, тогда ладно.

— Угощу, обязательно. Мне нравится такой бартер.

— Ну и хорошо. Ну и ладно. Ты если что обращайся, не стесняйся.

Выходя, мужчина ещё раз осмотрел прибранное пространство, довольно кивнул своим мыслям и задержал внимательный взгляд на мне. Подмигнул… и вышел за дверь.

И как это понимать?!