Дважды попаданец

Часть 1 Миры Орт Таме Глава 1 Сны, будни и перемены

Глава 1 Сны, будни и перемены

В четыре года маленький дракончик вполне умеет охотиться на мелкую живность, но социальные навыки (например общение) только начинает осваивать. Он еще плохо говорит и не все понимает, из того, что говорят ему. Но способен запомнить (у драконов вообще хорошая память, они и через сотни лет могут узнать своего повзрослевшего потомка или вспомнить старого врага) все, происходящее вокруг.

Я любил гоняться за бабочками. Они были маленькими, яркими и очень интересно мельтешили перед глазами. Только вот невкусными – жуть! Однажды поймал одну такую – желтую как цветок, и потом долго отплевывался, чтобы избавиться от привкуса. И как птицы их едят?

У мамы чешуя серебристая, всех оттенков от серого до почти белого, с золотистыми узорами и черточками. У отца – черная-черная, будто ночная тьма. И крылья у него гораздо больше маминых – он может укрыть нас обоих и останется еще немножко места. Когда я говорю, что тут осталось еще место для сестрички, отец хитро прищуривается и поглядывает на маму. А она только смеется и нежно гладит меня по спине. Она очень нежная и очень-очень красивая. Папа как-то по секрету сказал, что полюбил ее с первого взгляда и с тех пор старался всегда быть рядом. Потому что быть рядом с любимыми – это правильно и хорошо. И однажды я встречу красивую маленькую драконицу и захочу быть вместе с ней, и тогда он будет очень-очень за меня рад.

У меня чешуйки еще не решили, какого они будут цвета, поэтому они тусклые и темно-серые. Мне это не нравится, я ведь я хочу быть как папа, но он говорит, что через год, после линьки, все станет понятно. Мама хочет, чтобы я был похож на папу, а папа – чтоб на маму, но черному цвету тоже будет рад. Мама почему-то фыркает и стучит хвостом.

Вспоминается недавний полет с папой, когда он носил меня к каким-то чужим драконам. Они долго смотрели на меня, чем-то светили и недовольно фыркали и ворчали что-то. Мне у них не понравилось. Но потом мы, возвращаясь домой, немного покружили над долиной. Вот это было… ууух! Так что после этого я начал тренироваться, как говорили мне мама и папа, чтобы крылья поскорее стали крепче и я научился летать. Вчера впервые получилось спланировать с папиной спины до самого конца его хвоста! А хвост у папы очень длинный… Как три меня! Он тогда очень радовался и хвалил меня. Даже пообещал, что мы с ним еще полетаем, когда я смогу пролететь от края пещеры до середины или наоборот.

Отец улетает куда-то и я забираюсь на камень возле входа – ждать его. И сам не замечаю, как засыпаю. Просыпаюсь практически на закате, от шума папиных крыльев. Он возвращается хмурым и задумчивым, даже ругается непонятными словами, прежде чем замечает меня. Тогда хитро подмигивает и просит не говорить этих слов, потому что их говорят взрослые, когда злятся. А я еще маленький. И даже когда я говорю, что совсем взрослый, он оглядывается на свой хвост. И тогда я вспоминаю, что взрослым он начнет считать меня не раньше, чем я стану длиннее его хвоста. Ну да это недолго!

Потом мы ужинаем и устраиваемся втроем у входа в пещеру. Мы с мамой лежим по сторонам от папы, а он показывает когтем звезды и долго-долго рассказывает о них истории. Так мы и засыпаем все вместе.

Просыпаюсь я уже перед рассветом, от того что отец встал. Он стоит на фоне багровеющего неба и смотрит ввысь, на других драконов. Потом оглядывается на меня и жестом показывает не шуметь. Я понятливо киваю – пусть мама поспит еще. Тогда он легко прыгает с обрыва, которым заканчивается порог пещеры, и улетает.

Отец – великий воин. Другие драконы уважают его и боятся. А я ничего не боюсь, потому что у меня есть мой папа.

А потом за нами пришли.

Мужчина рывком проснулся, тяжело дыша. Перед глазами до сих пор стояла жуткая звериная морда, оскаленная в безумном рыке.

- Я опять кричал во сне?

- Да. Рекомендую возобновить прием снотворного для нормализации сна. Записать вас на прием?

- Да, запиши, - он кивнул, будто электронный секретарь мог считывать жесты, - Еще одна такая ночь и я не смогу нормально работать. Который час?

- Шесть двадцать два.

- Включай свет, - вздохнул он и, сунув ноги в тапочки, отправился в кухонную часть. Все равно уже не заснуть, да и до подъема восемь минут, - Завари мне кофе на четверть крепче чем обычно.

- Это верхняя граница дозволенной дозы. Вы уверены?

- Уверен, - мужчина поморщился. Разве нельзя просто выполнить, без уточнений?

Ему было почти тридцать лет. Он не понимал, почему ему снятся эти сны.

Стандартная квартира – четыре метра шириной и шесть в длину, от окна до входной двери. Кровать – 90 сантиметров на 2 метра. Стол – рабочее место с личным терминалом, шкаф с одеждой. Кухня – блок автоповара, шкаф с посудой, выдвижной столик, посудомойка, авточайник с заряженными внутрь чаем и кофе. Санузел – душ, туалет, умывальник, ящик для грязной одежды. Прихожая – стульчик, вешалка и место для обуви. У каждой вещи – свое место. Дважды в декаду приходит уборщик, чтобы перетряхнуть кровать, забрать грязные вещи, оставить чистые, вытереть пыль и сделать другие вещи, о которых хозяин квартиры не знает.

В сутках 16 часов. 6 на сон, 6 на работу, утренние свободные часы - чтобы совершить утренний моцион, подготовиться к работе и прибыть на нее. Вечерние – вернуться с работы, совершить вечерний моцион, отойти ко сну. Некоторым людям, по рекомендации врачей, необходимо спать больше на пол часа-час. Другие, например уборщики офисов, работают в ночные смены. Время рассвета в зависимости от сезона колеблется с пяти до семи. Заката – с тринадцати до пятнадцати. В период длинного дня становится теплее, в период короткого – прохладнее.

Декада = 10 суток. Месяц = 4 декады. Сезон = 4 месяца. Год = 4 сезона = 16 месяцев = 64 декады = 640 суток = 10 240 часов. Одну декаду в сезон человек проводит в месте отдыха и лечения, где проводятся проверки, а также косметические процедуры (например обрезают отросшие волосы).

У мужчины по имени Та-Рон Ан-15 волосы отрастали быстрее, чем у других, и он бы хотел, чтобы косметические процедуры проходили чаще.

- Время 6:30. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь.

В месте раздачи выдавали четыре вида стандартных завтраков, четыре вида обеда и четыре вида ужина. Специальные порции, составленные медиками согласно потребностям организма, доставлялись к квартире. У Та-Рона питание было специальное, совершенно без мяса, зато с обилием каш, фруктов и овощей.

Мужчина достал из блока автоповара утреннюю порцию и поставил на стол, рядом уже стояла чашка с кофе. Ложкой привычно подчерпнул густую, серую с розовым оттенком, жижу. Немного покатал во рту, смакуя легкую сладость и бездумным взглядом глядя за окно. Каждый день – одна и та же пища. Каша, немного фруктов, два кусочка хлеба с маслом или джемом. И кофе, либо чай. В период короткого дня фрукты другие и их немного больше – вот и все. У других мужчин завтраки могли быть другими (он спрашивал у коллег на работе) но тоже почти не менялись.

Что-то стукнулось в окно со стороны улицы и начало шуршать-постукивать по подоконнику. Та-Рон, обративший внимание на звук, привстал, чтобы разглядеть, но увидел лишь какой-то бугорок внизу окна. Бугорок двинулся в одну сторону, на миг затих и двинулся в другую. Потом резко зашуршал, и в окне мелькнули два маленьких, неправильных треугольника бурого цвета. Мужчина вздрогнул, но еще какое-то время прислушивался, надеясь услышать еще что-то. Но нет, бурое нечто не вернулось.

- Время 6:50. Пора одеваться, - сообщил механический голос секретаря и мужчина поспешно вскочил, кое-как догрызая кусочки фруктов. В семь, максимум семь ноль пять он должен выйти.

Сбросив ночную одежду – белую и мягкую, он натянул дневную – синие штаны и куртку. Сейчас, в период перехода от короткого дня к длинному, было хорошо – можно расстегнуть куртку у воротника и как раз оптимально – не жарко и не холодно.

Из динамиков лилась привычная утренняя музыка – она должна бодрить, подстегивать мыслительные процессы. Монодорожка была не так забита, как обычно – очевидно, большинство работников уже проехало. Та-Рон выдохнул – ему бы не хотелось опаздывать. Впрочем, судя по часам, у него еще целых двенадцать минут (вместо пятнадцати!). То есть всего три минуты в запасе. Мужчина медленно зашагал по дорожке, надеясь наверстать свои три минуты перед работой.

Он помнил, что в 7:15 на монодорожку начнет всходить следующая партия работников. Будет трудно выбраться из толпы и успеть вовремя. Поэтому он еще немного ускорил шаг.

В 7:27 мужчина уже был в офисе и привычно кивал коллегам. Выбивание из графика было некритичным, опоздания не произошло. Произошедшее даже несколько взбодрило его. В 7:29 он присел за свой стол и прикрыл глаза. Вместо привычных трех минут на успокоение, у него была одна и это несколько раздражало. Чуть заныла шея. По позвоночнику будто провели чем-то тонким и колючим, потыкали в спину. Та-Рон потянулся рукой потереть шею…

- До-Рин Ан-16, прибыл за задачами!

Он вздрогнул и открыл глаза. У его стола уже стоял младший работник До-Рин Ан-16, светловолосый, ясноглазый и всегда с образцово-нейтральным выражением на лице. За ним стояло еще двое таких же. На часах было 7:31. Мужчина молча кивнул и открыл программу задач.

- Как же удобно, что младшие работники все в серой одежде! Хотя смотри, Та-Рон, у Ки-Руна Ин-14 уже четвертая синяя полоска. От пятой синей до синей одежды совсем чуть-чуть, правда же? Ха-ха… - Пи-Кир Ан-15 хохотнул, потом повернулся к собеседнику, но тот не отреагировал, безучастно смотря в окно. Полноватый мужчина даже обиделся слегка, – Та-Рон, ты чего меня не слушаешь? Ты хоть есть начинал? Нет?

- А? что ты говорил? – мужчина нервно потер шею, - Извини, задумался.

- Эээээ… - протянул Пи-Кир, - Какой-то ты совсем задумчивый сегодня. Уже думаешь об отдыхе?

- Да, пожалуй, - Та-Рон кивнул и провел рукой по голове, - Хочу обрезать волосы. Сильно отросли. А когда они отрастают, начинает болеть шея и колется в спине.

- Ты бы к медикам обратился, - прищурился толстяк, - Вдруг что?

- Да проверяли - вроде ничего нет, - он передернул плечами, - И это не заразно.

- Угу. Уже пять лет ноешь, а они – «ничего нет!» «все хорошо!», - передразнил Пи-Кир то ли медиков, то ли самого Та-Рона, - А что не заразно, я и сам заметил! Ты у нас единственный волосатый! – и мужчина показал пальцем на свою зарождающуюся лысину.

В свои 34 года Пи-Кир был бодрым, полноватым и лысеющим. Он негласно присматривал за младшим товарищем по учебному центру, найдя в нем свободные уши и умение молча выслушивать всю ту чушь, что он болтал. Благо, к этому прилагался недюжинный ум, любопытство и смекалка, иначе давно бы вышибли за неподобающее поведение.

- Ты поел уже? Нет? Ну так жуй поскорее, у нас восемь минут осталось, а надо еще в офис вернуться! А если не хочешь, то отдавай мне!

- Еще чего, - спокойно ответил Та-Рон, разворачивая бумажную упаковку, в которой обнаружился привычный сладкий батончик, и впился зубами в мягкую перемолотую массу.

- Вооот! Другое дело! – Пи-Кир довольно откинулся на спинку стула и мельком глянул за окно – ну вот на что там смотреть? Высокие башни из стекла и бетона - здания офисов, дальше прямоугольники жилых модулей, еще дальше – еще прямоугольники и квадраты складов и производств. Между ними прямые полосы монодорожек, воздушных дорог и рельсов. На земле – редкие островки деревьев и кустов, между дорожек и симпатичных травяных газонов. И все – под линеечку, ровно, стройно, оптимизировано. Что там смотреть?

- Пиии!... – противно запищал электронный секретарь, привлекая внимание мужчин, - Та-Рон Ан-15, напоминаем, вам назначен прием на 10:55, немедленно пройдите в кабинет врача.

- Тч… - Та-Рон закашлялся, бросил на стол недоеденный батончик и, уже вскакивая, схватил бутылку с водой, - Я побежал!

- Старшему офисному сотруднику не положено бегать! – громко сказал Пи-Кир ему вслед. Потому, что кричать не полагалось вообще. Но напомнить нарушителю правила полагается обязательно!

- Вы опоздали на полторы минуты, - спокойно заметил Ло-Тур Ин-6, - Почему?

- Принимал пищу на 36 этаже, в смотровом коридоре. – Та-Рон был так же спокоен, как и врач, но после быстрой ходьбы дышал глубже, чем следовало.

- Да, оттуда долго идти, - кивнул доктор, - Садитесь.

Пока пациент садился, он открыл его медкарту, что-то перечитал, посмотрел. Задумчиво постукал пальцем по столу.

- Как вы себя чувствуете?

- Стандартно. Из отклонений – раздражают отросшие волосы и появилось ощущение покалывания по спине.

- А ваши сны?

- Неприятно но некритично. Когда они начинаются, я плохо высыпаюсь.

- Это может сказаться на вашей работоспособности.

- Да, но вы же выпишете мне снотворное? А после декады отдыха все пройдет, как обычно.

- Хммм… - доктор задумчиво кивнул, - Да, пожалуй. Но спину мы вам обследуем, во избежание, так сказать. Принимайте одну таблетку перед сном. Завтра приходите на 10:40. Следующий!

Один день лишь чуть отличается от другого дня. Немного другие задания, чуть отличается порядок приветствия. Блокнот всегда лежит одинаково, ручка и карандаш – тоже. Та-Рон внимательно наблюдал за своими работниками, координировал их, обучал, подсказывал, потом сводил воедино результаты их работы и отправлял. Он мало общался с остальными на нерабочие темы, но иногда слышал, как они обсуждали между собой места отдыха или мед центры, куда их отвозили к женщинам.

Эти существа были загадкой для них всех. Да, в учебных центрах им рассказывали в общих чертах о том, что женщина – другой пол человека, предназначенный для вынашивания ребенка, и малопригодный к сложной интеллектуальной работе. Из-за высокого влияния гормональных перепадов на работоспособность и снижение работоспособности окружающих мужчин, женщин когда-то решили отделить, перенаправив на другие виды работ. На какие, никто в группе не понял. Как они выглядят – никто не знал. Женщин обучали отдельно, в других учебных центрах.

Когда мужчина достигал своей оптимальной половой зрелости – его начинали раз в год отвозить в мед центр, вместо места отдыха. И так от трех до восьми раз, не всегда каждый год. Разговоров потом хватало надолго, мужчины любили в обед поговорить о женщинах. К тридцати годам все они от одного до трех раз бывали у женщин. Кроме Та-Рона. Почему его не отправляют – никто не понимал, а медики не отвечали.

Та-Рон иногда думал об этом, но как о чем-то, что его не касается. Медикам лучше известно, что нужно человеку, когда и нужно ли вообще.

- До-Рин Ан-16, прибыл за заданием!

Та-Рон вздрогнул и поднял взгляд на подошедшего младшего сотрудника. Он как раз задумался о причинах расхождения результатов в одной из таблиц. Вроде мелкая ошибка, но может сильно ударить по репутации их отдела.

- Ты уже закончил с тем, что я дал тебе ранее?

- Да. Результаты внесены, - сквозь предписанное спокойствие пробивались чувства радости, бодрости и гордости младшего сотрудника. Он работал всего месяц, но работал хорошо, оптимально и быстро. Ошибок он не допускал.

Ранее не допускал.

От парня одуряюще пахло каким-то мясным блюдом. У Та-Рона рот наполнился слюной и заныла челюсть. Он тряхнул головой, отгоняя непонятные мысли и пытаясь сосредоточиться на деле. Напрасно. Перед глазами все стало расплываться…

- Старший сотрудник Та-Рон, почему вы тратите рабочее время? – возмущенно и громче чем следовало спросил До-Рин, - Мы должны работать!

Та-Рон рывком поднялся, при этом будто став вдвое крупнее, от чего До-Рин испуганно шарахнулся от него. Мужчина двинулся на него, парень вскрикнул и тут только понял, что Та-Рон сдвигает его в сторону, со своего пути и быстрым шагом направляется к ближайшему окну. Распахнув его, мужчина почти до пояса высунулся из окна и стал часто, глубоко дышать.

Сотрудники отреагировали по-разному. Кто-то вскочил со своего места, чтобы рассмотреть происходящее получше, кто-то отступил подальше, а вот старшие позволили себе смешки. Только Пи-Кир со вздохом поднялся и подошел к замершему До-Рину.

- Младший сотрудник До-Рин, как вы заботитесь о своей гигиене и здоровье других сотрудников? – хмуро спросил он, - У вашего старшего, Та-Рона, аллергическая реакция на мясные продукты и их запах. Вы обязаны тщательно мыть руки после еды и смотреть, чтобы на вашей одежде, - Пи-Кир ткнул пальцем в розовое пятнышко на серой куртке, - не было пятен. Немедленно направляйтесь в санузел, натрите мылом пятно и вымойте руки. Наказание вам назначит ваш старший. Выполняйте!

Очухавшийся за время отповеди До-Рин четко кивнул и вышел из офиса. Сотрудники, посмеиваясь, возвращались к делам, Та-Рон все еще дышал в окне. Пи-Кир направился к другу и легонько похлопал его по руке.

- Ты в порядке, Та-Рон?

- Я понял…

- Чего?

- Я понял, что не так в таблице. Как же все таки полезно дышать воздухом.

Он медленно выпрямился, продолжая смотреть вниз, с высоты тридцатого этажа. Воздух и высота всегда успокаивали его, чтобы не случилось.

Работа их состояла в аналитике поставок ресурсов в их городской центр - Хин, сведение отчетов из складов, оценка расходов, потребностей и прочее. Собственно, этим занимались с десяток отделов, но именно к ним стекались собранные и проанализированные данные. Их задача – сравнить, еще раз проанализировать и отправить выше, управленцам, чтобы те решали дальше, что и как. По долгу службы Та-Рону было известно абсолютно все о потребностях города и даже чуть-чуть сверх того. Поэтому он ничуть не удивился, когда за пятнадцать минут до конца рабочего дня к нему лично пришел Ми-Чьюс Ул-3 и стукнул рукой по его столу.

- Чем могу помочь, куратор Ми-Чьюс? – Та-Рон поднял спокойный взгляд на парня лет двадцати, только недавно ставшего их куратором. Он был ответственен, старателен и ужасающе неопытен.

- Почему ежедневный отчет опаздывает?

- Исправляем ошибку. Я как раз заканчиваю перерасчеты. Подождите пять минут, пожалуйста.

Молодой куратор побледнел, покраснел, но смолчал, только резко поправил светло-фиолетовую куртку. Где-то в углу До-Рин пригнулся, будто пытаясь спрятаться за монитором – это была его ошибка. Перепутал гранит и грамит, не зная, что есть что, и внес позицию не туда. За это сейчас корпел над справочными материалами, перечитывая описания. Та-Рон привычно не стал выдавать новичка. В первый год, пока опыта не наберутся, отдел дружно прикрывал их в случае чего. Этот еще долго держался без ошибок. Прямо на удивление.

- Итак? – куратор честно выстоял пять минут над ним, остро впиваясь недобрым взглядом в мужчину.

- Все за… - он стукнул по клавиатуре, - …кончено. Данные загружены. Могу я еще чем-то помочь?

- Да, - парень холодно, высокомерно кивнул, - Более не опаздывайте с отчетами, Ан.

- Ул! И этим все сказано, - хмыкнул недовольно Пи-Кир, едва куратор степенно удалился, - Видел сколько гонору? Нееет… Неправильно они поступают. Ему надо было сначала в нашем отделе поработать годика два, а потом уже командовать. А то сам свести таблицы не сможет, как и ошибку заметить!

- Перестань, Пи-Кир, - устало попросил мужчина, - Тем, кто сверху, лучше знать кому и что делать. До-Рин! Вы изучили справочные материалы? Готовы отвечать?

- Да, старший сотрудник! – новичок метнулся к его столу и застыл, старательно краснея, - Гранит – строительный и отделочный камень. Природный материал, что добывают в каменных карьерах и привозят огромными плитами или камнями весом до ста тонн. Грамит – красящее вещество природного происхождения. Добавляется в краску, чтобы получить серый цвет. Используется для окрашивания тканей.

- Молодец, - ободряюще кивнул Та-Рон, - Запомни это крепко. В дальнейшем, если не уверен в своем знании, читай справочные материалы или спрашивай старших сотрудников. Все, через пять минут конец рабочего дня. Можешь идти.

Парень исчез с глаз его, а Та-Рон откинулся на спинку кресла и, закрыв глаза, задумался, все ли сделал, все ли в порядке? Вроде да.

- Не слишком ли ты мягок с ним? – тихо спросил Пи-Кир. Не проворчал, против обыкновения, а именно спросил.

- Он новичок. Все новички совершают ошибки. Их надо опекать как… как… - мужчина замялся, - …маленьких детей. Но незаметно, чтобы они научились сами справляться.

- Что я вижу… - Пи-Кир покачал головой, - Наш Та-Рон стал старым и мудрым.

- Что значит слово «мудрым»?

- Я и сам толком не знаю, - Пи-Кир задумчиво почесал затылок, - Кажется, разумным, понимающим силу и слабости других, способным… эээ… быть как врач-психолог.

Мужчина хмыкнул и поднялся. Сочно, с хрустом, потянулся, и почувствовав привычные уколы вдоль хребта, непонятно почему обрадовался им, будто родным.

Декада прошла как всегда. Работы было много, времени – мало. Благо, он хотя бы стал высыпаться, после того как ему прописали снотворное. Кажется – какое-то новое, потому как он уже не засыпал на ходу, как бывало прежде, а ходил более чем бодрый. Даже волосы и покалывание перестали раздражать, хотя появился неожиданный зуд на кончиках пальцев.

В последний день декады работали всего четыре часа, чтобы раньше уйти домой, набрать пайков в местах раздачи и выспаться в преддверии следующей декады. В этот день подводили итоги, сводили результаты, получали новые задания на следующую декаду, уведомления и назначения, если кого-то переводили.

Поэтому, когда Та-Рону вдруг пришло уведомление от врача, он слегка удивился. Не записывался же, что случилось? На десятый день редко кого вызывали.

- Вы вовремя, - отметил Ло-Тур Ин-6, приветливо кивая пациенту, - Присаживайтесь. Как ваше самочувствие?

- В общем - хорошее, - кивнул тот, присаживаясь в кресло, - Покалывание уже не раздражает, шея немного ноет и все, но появился зуд на кончиках пальцев и под ногтями.

- А ваши кошмары?

- Прекратились, - Та-Рон чуть ли не светился, - И, спасибо доктор, новое снотворное гораздо лучше. Теперь по утрам я не ощущаю сонливости, как бывало прежде.

- Хммм… - доктор уставился на него немигающим взглядом, - В том то и дело, что снотворное то же самое. Изменились вы.

- Что? – после короткой паузы тихо уточнил мужчина.

- Это очень странно, но судя по вашим анализам, вы достигли полной и оптимальной половой зрелости. Ваш организм стал на порядок быстрее перерабатывать снотворное, - врач чуть подался вперед, будто пытаясь взглядом просканировать его тело, - Вы – очень необычный случай. Вам почти тридцать лет, но ваше физическое состояние и гормональный фон примерно соответствуют восемнадцати годам. Вы дольше растете и, предполагаю, будете дольше стареть. Мы давно наблюдаем за вашим феноменом и пытаемся понять, как это получилось. Увы… - он развел руками, - Пока ничего.

- А мои кошмары, покалывание и зуд? – растерянно уточнил Та-Рон, мало что поняв из его объяснений.

- Кошмары – последствие детской психологической травмы. Вы увидели что-то очень страшное, испугались и этот страх преследует вас всю жизнь во снах, так как наяву вы отлично себя контролируете. А эти ощущения – воображаемые. Приборы ни разу ничего не зафиксировали, - отмахнулся Ло-Тур и приступил собственно к делу, - Мы давно ждали, пока вы достигнете оптимальной половой зрелости. Мы не имеем права упускать ваши гены. Следующую декаду вы проведете в медицинском центре С-5 Хин. Завтра утром отправляетесь.

- Вот и увидишь женщин, - Пи-Кир был доволен так, будто это его отправляют, - Они мягкие, округлые и с ними тааак приятно, - восхищенно цокнув языком, мужчина мечтательно закатил глаза.

- А что делать надо будет? – Та-Рон кинул завистливый взгляд в сторону места раздачи и поспешно отвернулся.

- Тебе все покажут и расскажут, - успокоил он друга, - А потом и сам поймешь. Если боишься – спроси у медсестры, она поможет.

- Хорошо, - пробормотал мужчина, глядя перед собой в пространство. Потом вздохнул и перевел тему, - Ты то без меня справишься?

- Конечно! – хмыкнул тот, - Справляюсь же как-то каждый раз, когда ты лечишься, стрижешься и отдыхаешь. Только бы новичок не ошибся.

- Действительно, - Та-Рон криво улыбнулся, но не стал заострять внимание, - Ладно, Пи-Кир, пойду я. Хочу выспаться и подготовиться.

- Приятного тебе времяпровождения, друг мой. С собой ничего не бери, только оденься как обычно и помойся хорошенько, - напоследок посоветовал бывалый путешественник к женщинам.

Мужчина долго рассматривал свое отражение в зеркале в ванной. Волосы отросли непривычно сильно – волоски примерно с его палец длинной. Иногда часть волос непослушными прядками падала на лоб, и Та-Рон нервно убирал их, зачесывая пятерней назад. Тело… было всё тем же. Средней крепости мускулы, которых хватает на поднятие тяжелого ящика, потускневшая кожа, с нетерпением ждущая облучения ультрафиолетом в медцентре. На спине… он повернулся, чтобы увидеть ее в зеркале… Ничего на спине нет. Нормальная спина. И шея нормальная и пальцы. Почему же тогда так зудит, ноет и покалывает? Еще и… ох! В шее странно хрустнуло и вдруг полегчало. Та-Рон на миг неверяще застыл, потом плюнул и пошел спать. Как же его всё достало!

Мама, такая красивая в своем суровом гневе, постукивает хвостом по полу пещеры и выговаривает папе, чтобы он думал, чему учит малыша. Говорит, что рано ему (ну мне) о таком думать. Папа фыркает и говорит, что настоящего самца видно еще до первой линьки, а значит и учить его надо сразу. Мама возражает и они пускаются в спор, но говорят такими умными словами, что мне ничего не понятно.

А я прячусь под старым черным полотном и осторожно ползу. Тихо и медленно, чтобы не заметили и не остановили. Я страшно собой горжусь! Такой способ маскировки придумал! Лежит тряпка себе и лежит. Кому какое дело? Вот я как проползу, кааак проскользну!

- Кажется, в доме завелась зверушка, - вдруг задумчиво обронил папа.

- Какая?

- Кнэша. Да, точно, это маленькая кнэша – это ведь они любят прокрадываться в драконьи логова, чтобы стянуть кусочек мяса?

Я остановился и, забывшись, заозирался по сторонам, выискивая загадочную кнэшу. Интересно же, как она выглядит! Вот ведь противная, наше мясо воровать! Ну где ты? Никак не находится… Я выглянул из-под полотна, через которое было плохо видно, но никого не обнаружил. Только папин хвост прямо перед собой.

- Любимый, это не кнэша, это наш сын! – покачала головой мама, сдергивая с меня ткань. Я чуть не запутался и все таки кувыркнулся, едва успев поджать крыло.

- Действительно! – рассмеялся отец, нависнув надо мной, - Отлично замаскировался, малыш!

- Папа, а где кнэша? – спросил я, лежа на спине.

- Нет ее. Я подумал, что ты – это кнэша.

- А как она выглядит?

- Маленькая как ты, изящная как дракон, но покрыта шерстью, мягкая и у нее нет крыльев.

- Ух ты! – я перевернулся на живот и уселся, глядя на папу, - Вот бы посмотреть!

- Хорошо, - кивает он твердо, - Слетаем после твоей первой линьки.

- Урааа! – с воплем подскочил я и запрыгал на месте. Потом замер, осененный внезапной мыслью, - Ой, папа, а кнэша – это как миленькая драконица?

Отец долго ещё хохотал.

Та-Рон проснулся от настырного пиликанья будильника. В груди было неожиданно тепло, а в голове – пусто. Вспомнить сон никак не получалось, только то, что он был приятный и веселый. А ведь он принял таблетку снотворного! Впрочем… Если бы такие сны снились постоянно, он бы не имел ничего против.

- Время 6:10. К семи вам предписано быть на остановке воздушной дороги, - забубнил электронный секретарь, обнаружив, что Та-Рон проснулся.

Потянувшись, мужчина легко поднялся и принялся за утренние дела. Туалет, умывание, завтрак… Привычные манипуляции он делал на автомате, мыслями все еще находясь в своем сне.

Из этого состояния его вывели звуки за окном. То самое постукивание и шуршание на подоконнике. Сам не понимая, что делает, Та-Рон быстро подскочил к окну. Там обнаружилось маленькое, серо-черно-коричневое создание. Оно оглядывалось и переступало маленькими ногами, что и вызывало те звуки. Какие непривычные движения у этого создания! Резкие, порывистые, быстрые. Оно на миг замирало, а потом вдруг поворачивало голову с странным треугольным… носом что ли? А почему оно стукнуло этим носом по железу?

- Время 6:35. К семи вам предписано быть на остановке воздушной дороги, - пискнул секретарь и неведомое создание мгновенно спрыгнуло с подоконника. Та-Рон только и успел увидеть, как мелькнули два темных треугольника по обе стороны маленького тельца.

«Какое удивительное создание!» – мысленно восхитился и слегка позавидовал мужчина. Потом спохватился и пошел одеваться. До самого прибытия на остановку его мысли крутились то вокруг сна, то вокруг странного создания. И только оказавшись внутри большого просторного аеробуса, как те, что вывозили их в мед центры, но с красным узором на боку, до него дошло, КУДА он едет. В желудке почему-то похолодело, руки дрогнули, но деваться было некуда. К тому же вдруг стало невероятно любопытно, что это такое – женщина?

Глава 2 Медцентр, женщины, прошлое

Этот медцентр был крупнее и просторнее тех, где он раньше бывал. Его обступали стеной деревья, под которыми было много кустов и травы. Иногда на кустах попадались красивые разноцветные листья или целые клубки из листьев. Это было интересно. Надо будет узнать побольше об этом.

Аеробус плавно подвалил по широкой дорожке до самых парадных дверей, остановился и выпустил свой десяток пассажиров. Мужчины застыли, удивленно озираясь, но тут открылись двери…

Человек, вышедший из дверей, наверняка являлся женщиной. Какие-то опуклости на груди, более округлая попа, стройная талия. Мягкие, пухлые губы, огромные глаза, длинные светлые волосы. Руки – маленькие, тонкие. Белый, с красной полосой, халатик едва доходил до колен, обнажая стройные ножки.

- С приездом! – она приятно улыбнулась, - Я – старшая медсестра Оми-Ки Жо-4. Если кто не понял, я – женщина. Если вам что-то будет нужно - просто спросите у меня или у любой другой медсестры или врача. А теперь проходим внутрь, на регистрацию.

Мужчины покорной толпой поплелись за ней, завороженно наблюдая за колебаниями округлой попы. Та-Рон тоже во все глаза рассматривал ее, но в прострацию не впадал, потому прошел регистрацию первым и первым же, в сопровождении Лои-Ки – такой же интересной женщины, только брюнетки, прошел в свою временную комнату. Та ему быстро показала что где, велела переодеться в красную футболку и штаны и ждать, а сама куда-то убежала.

Та-Рон быстро оценил комнату – вдвое больше чем стандартная. Кровать – два на два с чем-то метра, даже с виду мягкая. Две подушки. И зачем ему столько?

В остальном комната мало чем отличалась от его. Кухонный уголок, автоповар, кружки, стулья… все в двойном количестве. Ванна… тоже просторнее. Даже душ просторнее и стенки поддона выше зачем-то. Зачем это?

Через пол часа Лои-Ки вернулась, толкая перед собой небольшой столик на колесиках, на котором была еда… И не только привычные ему фрукты и каши, но и мясо и овощи. Он уже собирался открыть рот, когда заметил за спиной медсестры миниатюрную женщину. Худенькую, большеглазую, в длинном красном халате. Она остановилась у двери, с нарастающим ужасом глядя на него. Он сглотнул и даже чуть осип:

- Привет. Меня зовут Та-Рон Ан-15. А тебя?

Она вздрогнула и отступила на шаг, будто надеясь убежать. Увы, медсестра, заметив заминку, мгновенно оказалась рядом и, закрыв двери, подвела ее ближе.

- Фиа-Ди Же-18, - представила ее медсестра и положила ей руку на плечо, - Ну чего ты, девочка? Все будет хорошо. Я сейчас налью тебе обезболивающего и ты даже ничего не заметишь.

Девочка упрямо замотала головой.

Та-Рон слегка опешил, покачал головой и что-то сообразив, спросил:

- А почему ей должно быть больно?

- В первый раз, - с улыбкой ответила Лои-Ки, - Девушке всегда больно.

- Так это и твой и мой первый раз будет? – с интересом спросил, рассматривая Фиа-Ди.

- Да, - вновь ответила за девушку медсестра, - Поэтому я вам помогу. А еще Фиа-Ди сейчас примет обезболивающее...

- А я? – с показательной обидой спросил Та-Рон.

- А тебе больно не будет! Разве что я тебя ударю…

Мужчина хмыкнул и пришел к выводу, что ему тут будет интересно. Жаль, не получается поладить с Фиа-Ди – она выглядела приятно, но он не представлял, что будет делать с такой миниатюрной женщиной. Медсестра, напоив девушку, усадила её на стул. А ему сунула стакан с приятно пахнущей жидкостью, да и сама глотнула из какой-то бутылочки.

После чего устало присела на кровать рядом с мужчиной, шумно вздохнула:

- Ох, замоталась немного, - и расстегнула верхние пуговицы так, что стало видно как мягкие верхние окружности волнуются. – Та-Рон… Верно? Ты правда первый раз будешь с женщиной?

Он медленно кивнул и сам того не замечая, выпил всю жидкость в стакане. Взгляд его прикипел к округлостям.

- И что делать ты не знаешь?

Он покачал головой.

- А хочешь, я покажу? Объясню как сделать приятно и женщине и себе?

Медленно подняв взгляд и заметив лукавую усмешку медсестры, он ответил:

- Хочу.

Он исследовал ее. Сначала пугливо, не спеша, страшась причинить боль, немного неловко и грубовато. Женщина быстро научила его целоваться, и он исследовал её тело – узнавал наощупь, на запах, даже на вкус – всю. А она поясняла, что это он обнаружил, для чего это и что будет если… Ох… Лои-Ки выдохнула и изогнулась навстречу его рукам, нашедшим самое нежное и горячее местечко. Медсестра подшучивала над его неумелыми движениями, указывала, что делать и пыталась торопить, но мужчина внезапно рыкнул, и заткнул её поцелуем…

Голые, потные, они лежали рядом и отдыхали. Та-Рон мысленно признавал, что так хорошо ему еще не было – прав был Пи-Кир! Женщины – это нечто! К тому же…

- Теперь у тебя будет ребенок от меня? – повернулся он к Лои-Ки, но та покачала головой.

- У меня уже не может быть детей, не спрашивай почему – долго объяснять, - она потянулась в кровати, довольная, гибкая, красивая, - Я смотрю, ты уже готов к продолжению? Кажется Фиа-Ди уже не против быть с тобой.

Действительно, взгляд у девушки немного затуманился, халат сполз с плечей а руки… Та-Рон с интересом посмотрел на нее, легко поднялся и наклонившись, поцеловал. Одновременно уверенно и неумело сминая мягкие губы. Она ответила не сразу – сначала пугливо замерла, но вскоре оттаяла, подалась навстречу, прильнула обнаженным телом, ведь халат так кстати распахнулся…

Фиа-Ди она ласкали вместе. Лои-Ки теперь показывала на примере, что да как, заставляла не спешить, быть очень аккуратным и нежным. Но девочка все равно вздрогнула и вскрикнула, после чего он заметил кровь. Но потом ей, видимо, стало полегче.

Отдохнув, они втроем ели, а Лои-Ки рассказывала им, что есть в этом медцентре. Как оказалось, тут не только «делают детей», но и наблюдают за женщинами первый месяц. Потом отправляют обратно на работы, и за ними наблюдают их врачи. За месяц до срока – отправляются в другой медцентр и там живут примерно год после рождения малыша.

- А что дальше? – спросил заинтересованно Та-Рон.

- Ребенка отправляют в воспитательный центр, женщину – обратно на работу.

- И они больше никогда не видятся?

- Нет, - Лои-Ки странно посмотрела на него, - А зачем? Воспитатели… лучше знают как их растить.

- Но… Это же… Просто родственная связь… Я…

- Ты что, помнишь своих родителей? – удивилась Лои-Ки и, заметив неуверенный кивок, предположила, - Может ты сын дикарей?

- Кого? – Фиа-Ди заинтересованно вскинулась, но тут же поморщилась.

- До того, как наша могучая цивилизация пришла в этот мир, тут жили другие люди. Большинство истребили, но маленьких детей часто забирали в воспитательные центры, чтобы разнообразить наш генофонд. А некоторые сбежали в леса и горы и спрятались. Их до сих пор иногда вылавливают и если находят ребенка… Ну сами понимаете. Может и ты такой?

- Да, кажется… - задумчиво ответил Та-Рон, - Мне рассказывали, что меня нашли в жуткую дождливую ночь. Была гроза, я лежал на обочине и меня случайно заметили какие-то люди. Отвезли в центр… А родителей я не помню… Только теплоту, заботу, веселье… Что еще… Не знаю слов. Я почти всю память потерял тогда, даже говорить заново учился.

- Ох… - Лои-Ки покачала головой, тоже не находя слов.

- Но… мне бы не хотелось, чтобы мои дети росли без родителей, - голос Та-Рона дрогнул и он отвел взгляд. Женщины почему-то промолчали.

С Фиа-Ди Та-Рон навсегда распрощался следующим утром. Лои-Ки увела её в женское крыло здания, а мужчина… выскользнул на улицу. И долго, почти до заката, бродил по тропинкам огромного сада, что раскинулся вокруг медцентра. Здесь оказалось много зелени – травы, кустов, деревьев. Много пучков разноцветных лепестков, которые просто одуряюще пахли. Много непривычно кривых или просто незнакомых растений. Изредка попадались на глаза летающие создания, вроде того, что он видел вчера утром.

Люди почти не встречались. Несколько раз мимо проходили спешащие врачи или медсестры, при этом красные одежды «пациентов» мелькнули вдали раза два.

Сад был непривычно… неупорядоченным. И если возле корпусов это не бросалось в глаза, потому как над садом явно поработали, то чем дальше, тем меньше чувствовалась рука садовника. Все свободнее чувствовали себя кусты и деревья, трава на обочинах выросла почти до колен, порою выбиваясь и на дорожку пучком чахлых травинок. И вот… Увлекшийся мужчина внезапно вышел к высокому сетчатому забору. Мощеная дорожка бежала дальше, за старую потрепанную ограду, и выглядела гораздо грязнее чем по эту сторону. Да и сад вокруг был необычайно заросший, даже по сравнению с тем, что он наблюдал прошлых минут десять.

- Ей! Ты чего тут делаешь? – раздался вдруг голос и Та-Рон, оглянувшись, обнаружил незнакомца в темно-зеленой форме.

- Я гуляю и не знаю, как вернуться, - спокойно сообщил он хмурому собеседнику, - А кто вы?

- Садовник, - буркнул тот, - Вам нельзя так далеко заходить.

- Почему?

- Не положено! Возвращайтесь.

- Но я не знаю как, - все так же спокойно сообщил Та-Рон.

- Я вас отведу. Из какого вы корпуса?

Та-Рон замялся, и тогда садовник, ворча что-то про гуляющих идиотов, вцепился в короткий рукав его футболки.

- А6? Далеко же вы забрались! Тут идти почти час! Пойдем к ближайшему корпусу, я сдам вас медсестрам, пусть сами разбираются.

- Хорошо, - покладисто кивнул он и пошел за садовником.

Несколько минут они шли молча. Садовник сперва явно спешил, но потом, видимо, устал и сбавил темп. Тогда то Та-Рон и подступил ближе.

- А что это такое?

- Что? Где? – садовник сбился с шага.

- Эти разноцветные листья.

- А… Так это цветы. Розы. Вы их не трогайте, они колючие.

- А это?

- А это пионы. Тоже цветы.

- Значит цветок – это общее название вида растений, а розы и пионы – это название конкретных видов, так?

- Так. Пойдемте скорее. У меня еще дел по горло, - поторопил спутника садовник, но мужчина не отчаивался.

- Хорошо, только расскажите еще про цветы!

- Да зачем это вам!? – взревел тот.

- Любопытно. А есть ли… желтые? – неожиданно для самого себя спросил он.

- Конечно есть! Одуванчики например. Только я их всех вывел… Все они портят!

Садовник развернулся и чуть ли не бегом отправился вперед. Та-Рону, чтобы не остаться одному, пришлось поспешить за ним.

Дольше всех ругалась Лои-Ки, успевшая обыскать весь корпус и сад вокруг. Оказалось, она чуть ли не с полудня ждала его, вместе с невзрачной женщиной с усталым взглядом. Отчитав загулявшего пациента, медсестра успокоилась и наконец напоила его и Шао-Да Же-19 все теми же микстурами. Но с этой женщиной Та-Рону совсем не понравилось. Она просто легла, развела ноги, закрыла глаза, и ни на что больше не реагировала. Из-за этого у мужчины осталось… противное послевкусие. Но он решил не настаивать.

- Я нашел вас! – довольно сообщил запыхавшийся Та-Рон, обнаружив мужчину в зеленой форме.

Садовник вздрогнул… медленно обернулся и скривился.

- И что вам надо?

- Расскажите, пожалуйста, ещё про цветы. И вот про эти летающие существа.

- Зачем вам это, а? Да и вы могли бы сами почитать в справочниках.

- А я уже пытался. У меня нет доступа к этим материалам, - с сожалением признался Та-Рон, - Пожалуйста, расскажите мне хоть что-то!

- Вы отвлекаете меня от работы, - садовник нахмурился, - Пожалуйста, вернитесь в свой корпус.

- Меня зовут Та-Рон Ан-15, а как зовут вас?

- Да отстань ты! – садовник отвернулся и присел возле куста роз.

Странными ножницами он обрезал прутья, на которых росли цветы, и клал их рядом, на такие же, только засохшие. Та-Рон присел рядом и потрогал прутики – те были колючими, но как-то странно. Кто мог бы не заметить такие огромные колючки?

- А что вы делаете?

- … Розы приказано извести, - после короткой паузы пробурчал садовник, - Но они все равно вырастают. Но это ничего. Одуванчики я одолел, одолею и розы.

- Давайте… я вам помогу?

- Просто не отвлекай, - садовник с кряхтением надавил на ножницы, перерезая очередной прут, - Это не так-то просто… У роз жесткие стебли!

Значит эти прутья – это стебли? Понятно.

Неправильная бабочка – это жук! Маленький, черный, с блестящей спинкой. Когда он ползет по каменному полу, его лапки тихо скребут и царапаются.

А еще, когда жук ползет по морде – это очень щекотно.

Мама куда-то улетела, а отец спит в углу пещеры. Я подкрадываюсь к его морде и крылом щекочу ноздри. Папа слегка фыркает и отворачивается. Ууу… Я вновь подкрадываюсь и продолжаю щекотать. Так, ещё… Ещё…

И тут папа чихает, и меня сносит! Аж к другой стенке! Ещё и пламенем и дымом окатывает! Ой как горячооо!!!

Отец зевает и сонно отворачивается к стенке пещеры, пока я пытаюсь понять, что со мной произошло. Почему так жарко?

Та-Рон проснулся от того, что ему было жарко. Рядом лежали две женщины, и их руки и ноги оплетали его тело, при том, что они еще и одеялом накрылись. И, вновь странное – в груди ощущался тугой горячий клубок. Мужчина кое-как вывернулся из их рук и пошел в санузел.

Только холодный душ принес облегчение. Жар спал, клубок исчез, оставив после себя обидную пустоту. Потом и это прошло, зато внезапно проснулся голод. Та-Рон завернулся в полотенце, чтобы согреться, вернулся в комнату и не глядя схватил что-то с подноса. Рот наполнился почти забытым вкусом… Мясо?

Мужчина сглотнул слюну. Прошлых три дня он старательно продолжал избегать мяса, помня о своей аллергии. Но тут… Та-Рон медленно, со вкусом прожевал, испытывая невиданное блаженство. Проглотил. И понял, что если сейчас же не съест ещё, то захлебнется собственной слюной.

На этот раз он нашел садовника намного быстрее. Хотя ему понравилось бегать, так чтобы ветер бил в лицо, и по здешним дорожкам бегать было одно удовольствие – почти все прикрыты от любых глаз и камер. Но садовник обнаружился уже на пол пути.

- Явился? – окинул неприязненным взглядом навязчивого пациента. Потного и довольного, - Держи секатор. Надо вот эти заросли проредить.

Это были заросли ивы. Такие старые и густые, что вывести их, опять же, было абсолютно невозможно. Но они попытались. Садовник строго указывал, что срезать, а сам пилил маленькой пилкой стволы потолще. Потом они особым образом складывали срезанное, хотя Та-Рон не понимал, зачем они это делают. Но процесс был интересным – они, по словам садовника, переплетали срезанные и несрезанные ветки.

Ближе к вечеру они добрались до некого просвета - «поляны». В её середине лежал огромный старый ствол ивы и стояли фигуры. Та-Рон сначала даже не понял, что это не настоящие люди. Замер, разглядывая, ожидая пока те что-то скажут об их приходе.

Но фигуры молчали.

- Что, испугался? – садовник впервые посмеивался, на памяти Та-Рона, - Это статуи.

- Что такое статуи?

- Фигуры, сделанные из камня. Люди, цветы, животные, птички…

- Спасибо… - кивнул Та-Рон, завороженно смотря на черно-серые фигуры.

Это была веселая женщина, держащая на руках малыша. Вокруг них бегали еще дети – вперемешку девочки и мальчики. Чуть дальше оказались фигуры мужчин – один постарше и двое молодых. Они будто замерли в стремительном беге.

Упавший ствол ивы отделил мужчин от женщины. Ветки – отделили ее от детей. Некоторые статуи были сильно повреждены, а под самим стволом оказалось еще несколько каменных фигур, которые не удалось опознать. Хотя нет, вот еще одна статуя – молодая женщина, ниже пояса придавленная стволом дерева. На её лице была улыбка, взгляд направлен куда-то вверх… Как и обломанные руки. Они лежали рядом, а в них – фигурка птицы, расправившей крылья.

- Что это за статуи? – спросил Та-Рон молчащего садовника, - Они остались от дикарей?

Но тот скривился, как раньше, и отвернулся.

Этот ночью Та-Рон долго не мог уснуть, хотя за день устал так, как никогда прежде. Перед глазами так и стояло лицо той девушки с птицей. Он опустил взгляд на Лои-Ки, что так и оставалась ночевать в его комнате. Умиротворенное, спокойное лицо. Красивое. Немного похожее на ту девушку. Как жаль, что у них не получилось ещё одного разговора, такого как в первый вечер. Как же интересно узнать больше о дикарях! Что вообще значит это слово? Почему садовник опять скривился?

Может до прибытия Таме в этот мир, в этом месте было что-то другое? Но что?

Отец совсем не умеет играть в прятки! И в догонялки тоже. Даже если я прячусь или убегаю, а он ищет и догоняет. Он уже пять раз проходит мимо того места, где я прячусь и повторяет «Где же наш малыш спрятался?». И ходит по проходу в кухню или из кухни, а я сижу и хихикаю.

Вот мама всегда сразу меня находит. И как у нее получается? В нашей пещере от нее вообще не спрятаться! Ну только в папином кабинете. Как-то я спрятался за лежанкой, но к папе прилетел чужой дракон, и мне пришлось долго слушать скучный взрослый разговор. Почему я не вылез? Потому, что это был очень страшный дракон! Когда я был еще чуть меньше, он на меня чуть не наступил! Мама меня едва успела забрать, а папа на него очень долго рычал.

Папа прошел мимо меня уже в шестой раз! Ой, а чем это от него пахнет? Кушать пора?

- Та-Рон! Та-Рон, проснись!

- А? Что? – мужчина поморщился и натянул одеяло повыше, - Я сплю!

- Пора завтракать, Та-Рон! Вставай давай!

Лои-Ки еще немного потормошила мужчину, но безрезультатно. В итоге медсестра махнула рукой и просто пошла греть завтрак на троих. И это неожиданно подействовало – едва потянуло вкусными запахами, мужчина вылез из-под одеяла и поплелся в санузел.

- Та-Рон, ты в порядке? Выглядишь… не очень, - Лои-Ки склонила голову, глядя на мужчину, что мутным взором уставился на стол.

- Я… долго не мог уснуть. Забыл принять снотворное, - он вяло улыбнулся, - Но я в порядке, не беспокойся, Лои-Ки.

- У тебя бессонница?

- Нет. Просто странные сны, - он нехотя ковырнул кашу, - А можно и мне мяса?

- У тебя в медкарте четко написано – никакого мяса! – Лои-Ки впилась в него взглядом.

Та-Рон уныло кивнул, и больше не пытался договориться. Женщина, пришедшая прошлым вечером, вообще молчала, не поднимая взгляд от тарелки. Кое-как заглушив голод, он прихватил с собой пару фруктов и привычно направился в сад.

Только через несколько минут он вспомнил, что хотел узнать у Лои-Ки больше о дикарях. Но она выходила сразу за ним, вместе с той женщиной. Теперь их и не найти…

Садовник на этот раз не нашелся. Набегавшись по дорожкам, Та-Рон выдохся, махнул на все рукой и поплелся в заросли ивняка. К статуям.

На поляне ничего не изменилось. Под деревьями застыла прозрачная тень – сквозь зеленые кроны то и дело пробивались лучи солнца. Тут было влажно и прохладно. Пройдясь по зарослям, мужчина обнаружил еще много непонятных каменных вещей. Что-то похожее на скамейки. Огромные каменные чаши, поставленные одна в другую. Статуя девушки, которая что-то делала с большим треугольником, из верхней грани которого торчали кривые, изогнутые вверх железные прутья.

Или вот – статуя мужчины. Обыкновенного полноватого мужчины, что сидит на скамье и с улыбкой смотрит вдаль. У него было неприятное морщинистое лицо, спина согнулась, такие же морщинистые руки крепко сжимали круглую вершину короткой палки. Еще и голова полностью лысая… Очень неприятный по внешности мужчина, но ощущение от него… Какое-то теплое.

- Что смотришь? Ты то таким не будешь.

Та-Рон вздрогнул и оглянулся. Садовник стоял в нескольких шагах от него, опираясь на… что-то на палке. Его лицо было преисполнено привычного отвращения.

- Каким – таким?

- Старым и сморщенным! – сплюнул тот, - А может и сгорбленным. Это уж как повезет!

- Значит так выглядят старые люди? – Та-Рон оглянулся на статую, - Но почему я их никогда раньше не видел?

Садовник передернул плечами, подхватил свой непонятный инструмент и пошел. Та-Рон быстро его догнал и молча пошел рядом.

Ах, нет. Он все же не выдержал:

- Я совсем ничего не знаю о тех, кто жил тут до прихода Таме. Я впервые услышал об этом в свой первый вечер здесь. Но… возможно я тоже сын дикарей.

- Не дикарей! – садовник остановился и схватив парня за ворот футболки, притянул к себе и зашипел ему в лицо, - Шегиэ. Это значит «люди». Люди, ты понял!?

- Понял. Шегиэ. Люди, - Та-Рон медленно поднял руки, хотя ему хотелось сильно ударить садовника в лицо. Но бить нельзя. Бить неправильно. Хотя хочется. – Я потерял память до того, как меня нашли. К тому же я был совсем малышом. Расскажи мне о них. Ты же что-то знаешь, да?

Конечно, он знал. Когда прилетели инопланетяне, Гиаю было 11 лет. Он жил с дедушкой – садовником, потому что его родители были видными учеными и все время были заняты. Но они очень любили сына и каждый их приезд был как праздник. Вот и в тот раз – отец и дед о чем-то весело спорили, а мать и бабушка были заняты на кухне, когда музыка сменилась срочными новостями. На контакт вышла космическая цивилизация! Все страшно обрадовались. Их ученые только недавно вывели спутник на орбиту, а тут – огромные космические корабли! Отец был уверен, что к ним прилетели новые друзья. Дедушка отнесся к незваным гостям более настороженно. Мало ли что?

Родителей сразу вызвали в их институт. Все ожидали, что инопланетяне поделятся знаниями – а значит нужно будет немедленно их осваивать! Чтобы догнать! Чтобы сравняться и рука об руку идти в будущее! Но…

Переговоры не ладились. Попытки шегиэ навести языковые мосты раз за разом проваливались. Пришельцы (очень похожие на людей) просто продолжали говорить на своем языке и непонимающе качали головами.

А потом открылись порталы, из которых появились атмосферные корабли. Не такие большие как космические, но тоже огромные. Они разлетелись над планетой… И начался ад. Корабли работали огромными магнитами, подбирая все – машины, корабли, инструменты. Выворачивало даже арматуру из бетона. В первый же день обрушилось бесчисленное количество зданий… Но Гиай этого ещё не знал. У них просто пропало электричество и связь. Их загородный домик стоял в стороне от прочих – дед любил тишину и потому выкупил участок практически в чаще леса. Гиай помнит, как в тот день, в полдень, что-то гудело вдали и железные детали катились все в одну сторону. Магниты зацепили их дом самым краешком.

Встревоженный дед сходил в поселок, и вернулся через час, с тремя заплаканными внуками его старого друга. Поселок был разрушен, большинство взрослых погибло. Уцелели дети, игравшие вдали от домов. За пару дней приблудилось еще два десятка детей, подростков и случайных выживших. Потом те, кто постарше, ушли прятаться в леса.

О родителях Гиай больше ничего и никогда не слышал, но не ныл. Может они и живы ещё, просто прячутся? Дед боялся отпускать детей в поселок за припасами, но если бы не отпускал – они бы быстро умерли от голода. Если кто находил тела – ходил хоронить. Лесные, как могли, помогали и делились добычей в обмен на дедовы поделки. Впроголодь, но первый год прожили.

Летом пришельцы их нашли. Как – непонятно. Старались же не высовываться, но…

Даже разбежаться не успели. Пришельцы прилетели рано утром, когда все собирались на завтрак и вдарили по людям каким-то излучением, из-за которого никто не мог сдвинуться. Приземлились. Деловито стащили всех вместе, рассортировали по возрасту… Всех, кто старше Гиая в одну группу, кто младше – в другую. Самого мальчика долго разглядывали, прежде чем все же пихнули в младшую группу. Он сначала даже немного обиделся, что его к маленьким детям определили, но потом…

…потом всех, кто старше, убили. Равнодушно, будто делая рутинную работу. Как-то очень четко запомнилось как дед, всегда такой спокойный, мудрый и стойкий как дуб… Как дрожал у него подбородок, как метался взгляд, пока не наткнулся на внука. Дед сглотнул, выдавил из себя улыбку, мол, держись, прорвемся. И умер - инопланетянин равнодушно выстрелил ему в лоб и пошел дальше.

Дети от страха даже не плакали.

Девочек сразу увезли куда-то. Мальчиков завезли в центр Эм-2. Дали новые, номерные имена. Сурово учили языку, наказывали за любую провинность. Иногда самых глупых куда-то уводили, и их больше никто не видел. Со временем они привыкли, втянулись, втайне продолжая строить планы мести. Но все сошлись во мнении, что сначала надо узнать о врагах побольше.

Какие же они были глупые…

Учебные центры Эм и Ем занимаются подготовкой разнорабочих. Садовники, носильщики, уборщики, помощники строителей и тому подобное. Воспитатели и врачи в центрах говорили, что до приезда к ним в жизни детей ничего не было. Это звучало глупо, даже нелепо, ведь все дети помнили – родителей, родных, прежнюю жизнь! Но воспитатели сурово на них смотрели и чеканили «Ни-че-го!». Младших даже смогли убедить, а старшие затаились, оставшись при своем. Гиай, а теперь Ан-Бор Эм-2, вовремя сообразил, что распределят их по тем работам, которые им лучше всего удаются. И парень из кожи вон лез, чтобы проявить себя хорошим садовником… как дед. И ему удалось.

Доведя буквально до совершенства сотни газонов, к тридцати годам Гиай оказался в этом медцентре. В далеком прошлом – в парке науки и культуры, на краю которого стоял институт родителей. К тому времени все руины давным-давно разобрали, здания поставили новые, остался только… запущенный парк и дорожки. И мужчина в который раз обманул систему, сумев остаться в этом саду.

Нет, ближе к корпусам он честно делает свою работу, но в глубине садов, вдали от камер наблюдения, он сильно хитрит. Например обрезка розам только на пользу, а сухие колючие стебли отпугнут любителей шастать по клумбам. Ивы он нарочно разводит, еще и заплетает в сплошную ограду, чтобы посторонние не прошли. И ходит хмурый, злой, чтобы пациенты и врачи поменьше гуляли.

- А это, кстати, дед мой, - Гиай кивнул на старика, сидящего на скамейке, - Отец моей матери. Видный был ученый, один из основателей института. Жаль, уже не помню, что он изучал-то? Тебя как звать, парень?

- Та-Рон…

- Да по нормальному, а не это! – снова скривился садовник.

- Говорю же – ничего не помню. Мне четыре было. Нашли на обочине в жуткую грозу, - мужчина вздохнул, - Но я помню, что меня… как же это слово? Мне было хорошо, приятно и весело. И мне очень, просто невероятно сильно нравились родители.

- В языке этих Таме даже нет слова {любовь}, - Гиай покачал головой, - Все у них неправильно. Ладно, уже закат – тебе пора. Приходи ещё завтра, поболтаем, поможешь. Может тоже захочешь стать садовником? – он подмигнул.

- Спасибо, я подумаю над этим.

Та-Рон поднялся и отряхнул штаны. Он уже шагнул вперед, когда перед ним что-то замельтешило. Что-то маленькое и желтое. Полетело вперед и…

Он как-то по детски прыгнул вперед и всплеснул руками, ловя бабочку между ладонями. В руках забилось, часто-часто затрепетало. «Желтые бабочки очень противные на вкус. Откуда я это знаю?» И прежде, чем он задумался над своими действиями…

- Кхе-кхе!

- Парень? Что это с тобой? Ты чего? – садовник подошел поближе.

- Я съел желтую бабочку.

- Что? Ты сумасшедший что ли?

Гиай даже отступил на шаг от парня, который судорожно кашлял и отплевывался. Потом дал ему бутылек воды из своих припасов и похлопывал по спине, пока тот давился то кашлем то смехом сквозь слезы.

- Так зачем ты съел бедную бабочку?

- Потому, что знал, что желтые бабочки невкусные. Я уверен, что в детстве ловил бабочек и одну съел… Да… Я не знаю, как объяснить. После приезда в центр такого никогда не было, а значит… было до. Значит это тоже воспоминание от детства. Значит что-то осталось при мне. Ведь после я помню всё, а до – очень размыто.

- Ты что, помнишь каждый миг своей жизни? – усмехнулся Гиай.

- Да… А ты разве нет?

Глава 3 Медцентр, холод, расставание

Лои-Ки скрестила руки на груди, расставила ноги пошире и очень нехорошо посмотрела на Та-Рона. Мужчине стало бы страшно, если бы не стало жарко при виде двух интересных округлостей. Он сглотнул и усилием воли поднял взгляд повыше.

- И тебе не стыдно? – тихо, зло спросила медсестра.

- Что?

- Тебе не стыдно, говорю, каждый день ходить неизвестно где, когда ты должен быть тут? Ты не только нарушаешь правила, ты еще и заставляешь меня беспокоиться! И почему ты опять такой грязный?!

Та-Рон действительно был очень грязен. Штаны на коленях черные от земли, на локтях царапины, в волосах мусор. Мужчина покосился вниз и кивнул.

- Я пойду в душ.

И он просто развернулся… и пошел. Лои-Ки на минуту даже опешила от такого поворота, но вскоре отмерла и рванула следом. Пухленькая рыжая девушка тоже заглянула в санузел.

Мужчина уже успел раздеться и закинуть одежду в корзину для грязного. Он сочно потянулся, когда услышал томный вздох, тихое шипение и чье-то «Ай!». Обе женщины стояли в дверях. Лица их густо покраснели.

- Так где ты был? – непреклонно продолжила допрос Лои-Ки.

- Гулял. Тут красивый сад. Я таких раньше не видел, - он зашел в душ и включил воду.

- А почему такой грязный?

- Споткнулся и упал.

- Скорее упал и повалялся! – припечатала она.

- Лои-Ки.

- Что?!

- Подойди, а?

Медсестра сердито засопела, но подошла к нему. Мужчина высунулся из душа и… поцеловал ее в губы. Потом проник рукой под халатик и нащупал кое-что интересное. И очень влажное. Лои-Ки застонала ему в губы.

- Поможешь мне помыться?

- Но ты же…

- Всё потом… - уверенно ответил он, помогая ей раздеться.

Сегодняшняя женщина вскоре присоединилась к ним.

- Так почему ты гуляешь в саду? – спросила Лои-Ки, вытирая мокрые волосы.

Та-Рон уже растянулся на кровати. Его правый бок согревала дремлющая рыжая. Ему было хорошо, приятно и хотелось мяса. Но сегодня на столике его не оказалось. Какая жалость! Мужчина покосился на спящую и тихо заговорил:

- Я помогаю садовнику.

- Садовнику? – Лои-Ки удивилась, - Но зачем?

- Мне интересно. Да и я привык, что у меня всегда есть дело. Сидеть тут весь день – скучно.

- Хммм, - медсестра покачала головой, - Не понимаю я этого. В земле копаться, это же фу!

Он неопределенно пожал плечами. А потом к нему под левый бок скользнула мягкая женская фигурка. Повозилась, устраиваясь поудобнее и укрываясь одеялом.

- Лои-Ки, расскажи еще о дикарях.

- Зачем тебе это? – сонно поинтересовалась она.

- Любопытно, - он заметил ее недоумевающий взгляд, - Я очень любопытен, но разделы о растениях, о животных, о дикарях… все это закрыто. Я могу узнать о них, лишь спрашивая других людей.

- А доступных разделов тебе мало?

- Я уже всё изучил.

- Ух ты… Так ты у нас умник… - Лои-Ки сладко зевнула и ткнулась носом ему в подмышку, - Спи, Та-Рон.

- Папа, папа, смотри! Я дракон без крыльев! – я сложил крылья как мог плотнее и шел на задних лапах, с трудом удерживая равновесие. Получалось не очень. Я часто заваливался вперед или назад, а задние лапки уже немного болели.

- Что? – отец оторвался от чтения и растерянно уставился на меня. Потом нахмурился и зарычал, - Больше никогда так не говори!

Я тоже растерялся и плюхнулся вперед.

- Почему?

- Крыльев лишают только очень плохих драконов за очень плохие поступки, - обстоятельно объяснил отец, - Лишенье крыльев – страшный позор. Береги свои крылья, сынок.

Я развернул свои крылья и внимательно их осмотрел.

- Хорошо, папа.

Та-Рон проснулся от того, что его скрутило от боли в спине. Весь хребет, от шеи до копчика неумолимо ныл, да еще и лопатки зудели как… как никогда раньше! Мужчина вывернулся из-под женщин и с трудом добрел до душа, где его скрутило пуще прежнего. Ну почему? Почему!? Почему!?!?!?

Он свернулся калачиком на дне поддона, не в силах даже включить воду. К спине медленно но верно присоединялось все остальное тело. Та-Рона будто что-то выворачивало, скручивало как тряпку, одновременно распирая изнутри. Горло вскоре перехватило, заныли челюсти, заболели даже кости черепа… В груди нарастал жар.

И когда у Та-Рона уже помутилось перед глазами и он подумал «Всё! Это конец!» его вдруг начало отпускать.

Он судорожно вдохнул. Он хватал ртом воздух, будто не мог надышаться, он всхлипывал от боли и даже не замечал слез. Боль отпускала, оставался только зуд и мерно тлеющий клубок в груди.

И вот мужчина нащупал скрюченными пальцами кнопку включения воды. Сверху на него полилась теплая, мерная душевая капель. Горящий внутри клубок угасал, забирая с собой все тепло и заставляя дрожать от холода. Та-Рон с трудом сел, опираясь на стенку, добавил температуру и закрыл слив.

- Та-Рон? Что случилось? – Лои-Ки нашла пациента в душе, по подбородок в воде, - Ой, кипяток же!

- Да? – он посмотрел на нее мутным взором, - Мне холодно.

Женщина потрогала его лоб. Холодный, мокрый. Сам мужчина был бледный и тяжело дышал. Лои-Ки раздраженно цыкнула – она была довольно посредственным медиком и не имела ни малейшего понятия, что может быть с Та-Роном. Конечно, ей может влететь, если окажется что с её подопечным какие-то проблемы, но если он пострадает… Влетит ещё больше.

Первым делом она отвела рыжую девушку в её комнату. После чего отыскала старшую медсестру и попросила о помощи.

Оми-Ки тоже ничего не смогла понять. Отчаянно мерзнущий пациент наотрез отказался выходить из горячей воды. Точнее поднялся было, и тут же сел обратно. Рассказ мужчины, о том, как его скрутило, они не знали как воспринимать. Явных повреждений не было. Неявных вроде тоже. На отравление не похоже.

Вызвали главврача, но тот только отмахнулся и прислал двух стажеров. Молодые мужчины равнодушно описали случай, измерили температуру тела пациента, ради этого даже вытащив его из воды на минуту, и были таковы. Лои-Ки, правда, отобрала у них электронный термометр, чтобы каждый час самостоятельно измерять температуру. На этом врачебная помощь закончилась. Никто просто не понимал, что происходит с Та-Роном.

Через два часа он начал согреваться. В обед согласился выйти и поесть. Аппетит у него проснулся просто зверский и мужчина смел две порции супа и все, что оставалось на подносе. Лои-Ки с дрожью заметила, что он заметно исхудал, черты лица обострились, глаза запали. Что же с ним произошло? Медсестра только головой покачала и не стала возражать, когда после обеда Та-Рон залез обратно в горячую воду. Измерения температуры и то, что рассказывал сам Та-Рон, показывали, что он быстро идет на поправку.

Вечером он все-таки выбрался из воды. Кутался в халат, мерз, но чувствовал себя вполне сносно, и потому Лои-Ки рискнула привести сегодняшнюю женщину. И, конечно, прикатить тележку с порциями еды.

Горячая еда, мясо (о котором Лои-Ки просто забыла, что ему нельзя) и две страстные женщины окончательно согрели Та-Рона.

- Что это на тебе? И почему вчера не пришел? – Гиай не знал, хмуриться или смеяться.

- Заболел, - Та-Рон поплотнее закутался в одеяло, стараясь не подметать им дорожку, - Сначала было безумно жарко и все тело болело, потом боль отступила, но стало очень холодно.

- Простудился что ли?

- Нет, - мужчина поморщился, - Такие болезни меня не берут. Это другое. Но что – никто не понимает.

Садовник покачал головой и вернулся к своим розам. Та-Рон стоял, подставляя лицо солнцу. Оно было жарким, но ему все еще было слишком холодно. Как все-таки хорошо здесь, в этом саду! Тепло, зелено, приятно и женщины каждый день. Может и правду стать садовником и остаться тут? Та-Рон покосился на Гиая, и вскоре отмел мысль о смене профессии. Оно, конечно, хорошо… но он не уверен, что сможет заниматься садоводством всю жизнь.

- Сегодня восьмой день, - сообщил Та-Рон, - Я скоро уеду.

- Ага, - Гиай, не отвлекаясь, кивнул, - Вы все тут на декаду.

- Мне будет не хватать твоего ворчания, старик, - Та-Рон ухмыльнулся, заметив как ухмыляется садовник, - Расскажи еще?

- Да чего рассказывать… - он отмахнулся и медленно выпрямился, придерживаясь за спину, - Только память зря бередить.

- Но вы и ваши… друзья, хотели отомстить. Разве нет?

Гиай надолго замолчал, пустым взглядом смотря на зеленую массу перед собой. Потом тяжко вздохнул.

- Мне тебя, надоеда, тоже будет не хватать, - выдавил он из себя наконец, - А друзей моих уже не найти. Даже если они меня не забыли, через десять лет их всех не станет… И меня раньше всех.

- А что с тобой случится, Гиай?

- Мне 47 лет, - признался садовник, но увидев непонимание, продолжил через силу, - Когда человеку исполняется 50 лет, его отправляют на вечный покой… убивают, если ты не понял.

- Любого человека?

- Да… Вроде только очень умных или очень нужных оставляют еще на десяток лет.

- А ты откуда знаешь?

- Да был тут один надоедливый. В прошлом году. Он в охране того места работает. Сказал, что запомнил меня и ни за что не проигнорирует. Обидчивый такой… - садовник нервно рассмеялся, сжимая руки в кулаки, - Я ничего не могу сделать, слышишь? Ничего! И хотел бы, но…

- А другие пациенты? Или медсестры? Ты хоть с кем-то говорил?

- Нет, конечно, - нервная усмешка искривила его губы, - Откуда мне знать, кто прислушается, а кто пожалуется, и меня отправят на вечный покой до срока? С медиками я вообще не имею права говорить, разве что заблудшего пациента отдавая. А больше… тут и нет никого.

Та-Рон промолчал, не зная, что и говорить. Вскоре он пристроил свое одеяло на подходящей ветке и принялся помогать садовнику выкапывать какие-то кусты и выпалывать сорняки. Общими усилиями к вечеру они превратили заросшее нечто в небольшую симпатичную клумбу, усеянную ромашками и розами.

Увы, когда Та-Рон собирался обратно, ему вновь поплохело. Он слишком резко выпрямился и его тут же повело, да так, что чуть не упал. Садовник поворчал, но подставил болезному свое дружеское плечо. Так и дошли до корпуса А6, где их уже поджидала встревоженная Лои-Ки.

- Та-Рон! Ну что опять? Где ты ходил? – медсестра подхватила одеяло, наброшенное на его плечи, - И с какой стати ты кутаешься в одеяло?

- Холодно ведь… - мужчина смущенно развел руками и поёжился от прохладного вечернего ветра, - Знакомься, это Ан-Бор, садовник. Он помог мне вернуться. Ан-Бор, знакомься, это Лои-Ки, медсестра. Она присматривает за мной.

- Рад знакомству, - кивнул садовник, - Я пойду, наверное…

- Рада знакомству, - четко кивнула мрачная Лои-Ки, - Да, нам всем пора. Та-Рон, мы тебя уже заждались!

«Разговора вновь не получилось. Жаль» - мысленно вздохнул Та-Рон. Едва он пришел, сегодняшняя женщина буквально набросилась на него и устроила… жаркий вечер. Ну хоть согрелся… А когда они уснули, удалось перехватить немного мяса. А что потом? Потом он забыл принять снотворное, но это не помешало ему немедленно уснуть.

- Папа, а кто такой «друг»? – я склонил голову набок, смотря на отца. Он устроился на пороге, сквозь полуприкрытые веки смотря вдаль, на горы. Вот он выпустил из ноздрей тонкую струйку дыма и покосился на меня.

- Друзья помогают друг другу, вместе гуляют, веселятся и горюют, вместе делают что вздумается… Это как брат, но не по крови а по духу… Самых близких друзей принимают как названных братьев или сестер.

Я подхожу ближе и устраиваюсь под боком у отца. Где-то высоко мелькает несколько драконьих фигур, но тут же скрываются в облаках. Я восхищенно вздыхаю – как же хочется летать!

- А у тебя есть друзья?

- Есть, - тихо выдыхает отец.

- А много?

- Нет. У вожаков не бывает много друзей.

- Тогда надо найти! И у меня будут дяди и тёти!

Отец отворачивается и смеется. Мне кажется, он доволен.

Проснувшись, Та-Рон ясно помнил невероятное существо – огромного черного зверя на фоне гор и закатного неба. И во сне он почему-то совсем не боялся его.

- Та-Рон! Ну и любитель же ты поспать! – Лои-Ки сдернула с мужчины одеяло, - Если хочешь еще раз погулять по саду, то сегодня последний шанс.

- А? Что? Почему? – Та-Рон сел в постели и сонно потер глаза.

- Потому, что завтра до вечера ты должен закончить с десятой женщиной. А потом тебя отвезут домой, и ночевать ты будешь у себя.

- Чего? – мужчина слегка опешил, - Уже завтра?

- Именно! Давай, завтракай скорее, - ворчливо добавила медсестра.

Страстная женщина уже завтракала, бросая на него лукавые, заинтересованные взгляды. Но Та-Рону было не до того. Торопливо умывшись и позавтракав, он убежал в сад. Даже не вспомнив, что ему было холодно.

- Я завтра не смогу прийти, - он присел на бортик круга, внутри которого была вода. Кажется, Гиай называл это «фонтан».

Садовник молча кивнул, продолжая свое дело. С помощью сетки на палочке он вылавливал ракушки и складывал их на бортике. Когда их набралось с десяток, Гиай присел возле Та-Рона и принялся расколупывать ракушки ножом. Лишь вскрыв седьмую, он нашел то, что искал.

- Это жемчужина, - Гиай осторожно положил маленький белый шарик на ладонь Та-Рона. А потом рассказал удивленному собеседнику что это и как получается.

- А зачем она мне? – он рассматривал жемчужину как чудо.

- Это мой тебе прощальный подарок, - садовник улыбнулся, - Сомневаюсь, что мы еще встретимся, надоедливый парень-без-имени.

- А я… Что я могу подарить? – смутился Та-Рон.

- Ничего не надо, - отмахнулся Гиай, - Я просто рад, что спустя столько лет смог хоть с кем-то поболтать, рассказать о своей жизни. Да и знать, что не все ещё отупели и есть в мире нормальные люди – само по себе подарок. Это вселяет надежду, что время Таме однажды закончится.

- Гиай я… - Та-Рон прикусил губу и серьезно посмотрел на собеседника, - Я знаю значение, но не знаю слово. Ну… Так называют людей, которые не родственники, но вместе делают разное, веселятся, грустят, один другого выручает если надо…

- Это называется друг, - садовник рассмеялся, - Странный ты! Одно помнишь, другое не помнишь. О третьем вообще не слышал.

- Уж какой есть, - тот тоже хохотнул, - И теперь я твой друг. А ты, Гиай, мой друг. Хорошо?

- Хорошо! – Гиай протянул руку и, заметив непонимание, пояснил, - Протяни руку. Когда шегиэ о чем-то договаривались, они жали друг другу руки.

И они ударили по рукам.

Лои-Ки на этот раз была необычайно ласкова. Та-Рону нравилась эта чудесная женщина – то мягкая, нежная и приятная, то гордая, жесткая и напористая, будто воспитатель. Такого в его жизни не бывало. А женщины, которых она приводила… Они не особо запоминались. Сегодняшняя, прямо скажем, была абсолютно никакой. Более того, после всего она попросила отвести её обратно, и Лои-Ки пришлось ходить туда и назад.

Зато утро у нее освободилось.

- Та-Рон, отпусти меня!

- Нет, - он прижал женщину к себе, - Не отпущу.

- Но Та-Рон! Мне надо идти! – медсестра попыталась вывернуться, и неприятно удивилась, когда поняла, что не может – мужчина был очень силен.

- Сначала расскажи.

- Что рассказать?

- О дикарях, - он заглянул ей в глаза, - Расскажи, пожалуйста.

- Да зачем тебе? – проворчала, отводя взгляд, - Это же всё в прошлом.

- Но ты же что-то знаешь?

Лои-Ки неопределенно хмыкнула. Потом вздохнула, а взгляд её затуманился.

Её матери было лет девять, когда прилетели Таме. Их семья была в пешем походе, в горах, и когда над планетой закружились магниты, их маленькую группу миновало это напастье. О происходящем они узнали только через два дня, когда пришли к конечной точке, в старенькую деревню. Люди в группе разные были. Кто-то просто решил уйти в горы и прятаться. Кто-то захотел мстить, особенно старшие люди, которые помнили плохие времена и высоко ценили всеобщий мир, что царил едва ли тридцать лет. И они-то вспомнили о старой военной базе в этих горах. Законсервированной вместе со всем оружием.

Родители матери Лои-Ки, подумав, решили спрятаться в горах. Все ради дочери. Поэтому они так и не узнали, нашли ли что-то старики – ушли раньше. Но через несколько недель над горами разнеслись звуки взрывов, и неподалеку от их лагеря рухнул летательный аппарат захватчиков. Обыскав обломки, группа обнаружила еще живого пилота. Люди по доброте душевной забрали мужчину в лагерь, кое-как выходили, прячась среди гор и ущелий от поисковых партий чужаков и стариков. Девочка, как младшая, помогала лечить и выхаживать пострадавшего, заодно уча его язык. Сам он наотрез отказывался учить их язык, будто не признавая.

Группа умудрялась скрываться почти пол года. Но потом на них все равно вышли и захватили. Тот пилот указал на девочку, сказав, что та умеет говорить, и её увели. Своих взрослых и пилота она больше никогда не видела.

Её, как умную, отдали в едва построенный учебный центр для медсестер. Воспитывали, заставляли забыть прежнюю жизнь, учили. В восемнадцать отправили работать в медцентр. Их тогда было мало, все были широкого профиля, поэтому девушка наблюдала весь процесс. Освоилась, привыкла, оглянулась… Узнала горы на горизонте… А потом поняла что ждет ребенка и… сбежала.

В горах она нашла выживших. Не сразу, конечно, да и никто не хотел принимать её в свою группу. Поэтому женщина нашла себе пещерку, да там и осталась, в одиночку растя малышку Оним. Уже позже к ней присоединилось еще несколько человек, да и женщины на сносях приходили к повитухе.

Тайла с малых лет учила дочь обеим языкам, и таме и шегиэ. Учила лечить, жить в горах, не говорить с незнакомцами. А если незнакомцы будут говорить на языке Таме – ни за что не рассказывать, где их пещерка.

Увы, наука пригодилась Оним. Перед маминым днем рождения малышка пошла за цветами, но неосторожно вышла на открытое место и… Они появились будто из ниоткуда. На все их вопросы девочка отвечала, что заблудилась. Мужчины поругались немного, но в итоге отправили её в учебный центр для медсестер. Стоит ли уточнять, что цветы маме она так и не принесла?

Оним переименовали в Лои-Ки.

- А дальше… - женщина вздохнула, - Училась как все, в восемнадцать отправилась работать, родила двух детей… Знаешь, а когда я только попала в учебный центр, мне понравилось. Тепло, сухо, светло, просторно, есть душ и туалет. Учат, конечно, так и мать учила. Конечно, я скучала по ней, по другим нашим, по горам, по природе, но упиваться этим не было времени, а потом я привыкла… Мама говорила, что если попадусь, то мы уже не увидимся, поэтому я смогла смириться. Только когда отдала первого ребенка, начала понимать, почему мама сбежала. Я бы хотела сбежать, но не знала, и не знаю до сих пор – куда? В какой стороне искать ту сырую пещеру? И найду ли я в ней людей?

Та-Рон не прерывал рассказ. Просто слушал, и Лои-Ки была благодарна ему за это.

- Ладно… Потом был второй ребенок, и мне сказали что все, с меня хватит. Мне даже легче стало, ведь больше не придется расставаться. А потом я была с пациентом. Врачи, конечно, сердились и когда убирали ребенка, сделали так, чтобы больше не было детей. С тех пор… я здесь. Работаю, развлекаюсь… Вот и всё.

Она замолчала. В уголках ее глаз одна за другой набирались слезы, и стекали по скулам, едва не попадая в уши. Одна за другой слезинки стекали по мокрым дорожкам, вымачивая плечо мужчины и простынь.

- Что это? – он коснулся слезы.

- Это слёзы. Знаешь, люди плачут, когда им больно или грустно, - она улыбнулась, - Женщины вообще часто так делают. Поплакала и легче стало…

- Тогда плачь, Оним, а я побуду рядом, - он нежно поцеловал её в лоб.

Они едва не опоздали. На последнюю женщину у Та-Рона оставалось чуть больше часа, но он справился, с сожалением отметив, что определенно выдохся. Потом он переоделся в свою синюю одежду, и Лои-Ки проводила его до регистрации, чтобы выписать. Простились они немного раньше, а теперь – лишь сухо кивнули друг другу, и Та-Рон вошел с аэробус с красным узором на боку.

Он понимал, что больше никогда не увидит её. Они оба – узники неумолимой системы, которая не знает слов «любовь», «дружба», «семья».

Аэробус плавно поднимался, и Та-Рону открывался вид на огромный парк, разбросанные по нему корпуса, и маленькую хрупкую фигурку возле ближайшего здания. Она помахала ему рукой, и ветер разметал ее распущенные черные волосы.

// Есть такой вопрос. Уважаемые читатели, напишите, пожалуйста, нужно ли ставить, что тут 18+ ?

Глава 4 Возвращение в «реальность»

Стандартная квартира. Кровать. Санузел. Стол.

- Время 6:30. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь.

Та-Рон молча кивнул. Есть не хотелось. Вообще ничего не хотелось, но он кое-как доплелся до санузла и сунул голову под кран. Холодная вода взбодрила не хуже кофе. Мокрые спутанные волосы неопрятными прядями повисли вокруг лица. Только теперь мужчина заметил, что за декаду они стали порядочно длиннее… Как раньше – за добрый месяц.

- Время 6:35. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь уже громче.

Та-Рон с трудом взял себя в руки и занялся утренним моционом. Туалет, умывание, завтрак, одеться… Между делом вытереть волосы и расчесать их гребнем, который сунула на прощание Лои-Ки. Прошлых пару дней она сама расчесывала ему волосы…

Жемчужину и гребень он сунул в карман, прежде чем выскочить и побежать к моно-дорожке.

В 7:20 он был возле офиса. Запыхавшийся, но довольный. Незнакомые работники странно на него поглядывали, но молчали. Лишь у входа он вспомнил о правилах, поспешно застегнул куртку и поправил одежду.

- Кого я вижу, Та-Рон! – Пи-Кир хлопнул товарища по плечу, - Ещё более лохматый!

- Я тоже рад тебя видеть, Пи-Кир, - улыбнулся мужчина, - Как вы без меня?

- Порядок. Даже новичок не ошибался. Он после того случая по три раза всё проверяет, - хмыкнул толстяк.

- Ну это у него скоро пройдет, - мужчины оба хохотнули.

- Ты то как? Как тебе женщины? – Пи-Кир с интересом подался вперед.

- Просто потрясающе, - выдохнул Та-Рон, держа улыбку, - Но нам пора бы на работу.

День, два, три… Та-Рон заново привыкал к правилам, но ему было неудобно, тесно, будто он попытался одеть одежду на пару размеров меньше и теперь ходил в ней, старательно не замечая, как расходятся швы. Ему казалось, будто что-то давит на ребра с боков и невозможно вдохнуть полной грудью.

Четыре, пять, шесть… Он забывал принимать снотворное и по ночам видел тех странных существ. Больше всего – того черного и серую, очень красивую. Легкую, изящную, воздушную… Очень ласковую и нежную. Поутру на языке вертелось слово «мама» и до одури хотелось устроиться под крылом, где, он точно знал, тепло и спокойно.

Семь, восемь, девять… Десять? Да, декада пролетела. Он сознательно отказался от снотворного. Странные боли уже перестали мучить, но пришла новая напасть – отросшие волосы лезли в глаза. Пришлось вспомнить, что делали в медцентре и самому попытаться обрезать волосы. Но ножницы не брали волосы у корней, и буквально наощупь он нашел длину, после которой волосы обрезались. Так у него появилась короткая, нелепая челка из мягких, но очень крепких волос. Остальное стричь не решился.

Пи-Кир следующих пару дней бессовестно ржал, едва увидев его прическу. Точнее в первый раз остолбенел, расспросил и с тех пор ржал. Остальные сотрудники недовольно на него косились и прятали ухмылки.

Двенадцать? Та-Рон перестал понимать, что в его жизни было сном, а что – реальностью. Ему казалось, что только там, в медцентре, он жил по-настоящему. А эта жизнь… среди стекла и бетона, среди нерушимых правил в пределах навеки утвержденного распорядка… Казалась чем-то ненастоящим, декоративным, тягучим. Но он продолжал жить по инерции, не зная как вырваться из этого цикла.

- Пиии!... – противно запищал электронный секретарь, - Та-Рон Ан-15, вас вызывает психолог, немедленно пройдите в кабинет врача.

Он вздрогнул и нервно покосился на часы. До обеда еще минут пятнадцать. Что случилось? Он допустил ошибку? Та-Рон предупредил Пи-Кира и поспешил к психологу. Тот весьма не одобрял опоздания.

- Та-Рон Ан-15 прибыл по вызову, - заглянув в кабинет, сообщил он.

Ло-Тур Ин-6 кивнул, не отвлекаясь от просмотра записей.

- Проходите. Вы быстро.

Та-Рон зашел и привычно присел в кресло. Он постепенно успокаивал дыхание и наблюдал за врачом. Что-то было не так.

Ло-Тур дочитал и холодно посмотрел на пациента.

- Вы раз за разом не вкладываетесь в распорядок, составленный для вас, - старательно скрывая укоризну, сказал врач, - Частота напоминаний от секретаря превышает норму более чем в четыре раза.

- Исключительно в нерабочее время, - спокойно уточнил Та-Рон.

- В рабочее время тоже бывают случаи, когда вы не укладываетесь в распорядки. К слову, общая частота ваших нарушений возросла после вашего недавнего посещения медцентра. А там… вы почти каждый день нарушали режим.

- Мне нравится узнавать новое и поэтому с удовольствием гулял по необычному саду. И сейчас продолжаю раздумывать над увиденным в нерабочее время.

- А так же продолжаете бегать, - заметил он, - Более того – что с вашими волосами?

- Бег бодрит меня лучше, чем кофе и музыка, - сдержанно ответил мужчина, - А волосы начали лезть в глаза и мешать зрению. Это мешает рабочему процессу, поэтому я попытался обрезать их. Но не смог.

- Та-Рон… - врач нахмурился и прикоснулся к механизму на своем столе. Кажется, это называется метроном, - Бегать не положено. Как и стричь волосы. Волосы стригут в медцентре… Скажите мне, Та-Рон, что есть порядок?

Мужчина выпрямился на стуле, глядя прямо перед собой. Он нутром чувствовал неприятности и сейчас от него требовался исключительно правильный ответ. На столе сухо и мерно постукивал метроном. Тук. Тук. Тук.

- Высшее благо.

- Правильно, - Ло-Тур кивнул и спокойно, гипнотизирующе продолжил, - Порядок есть высшее благо для человека. И долг каждого гражданина – в каждом дне и в каждом действии нести это благо миру. Нести Порядок тем, кого терзает Хаос и неопределенность. Все в нашей жизни должно быть упорядочено и единообразно, дабы не создавать почву для неравенства, которое ведет к зависти, войнам, лишениям. Каждый должен исполнять свою роль и старательно работать на своей должности ради общего блага и процветания…

Глаза Та-Рона слегка остекленели. Казалось, он едва слышно повторяет слова врача. Он был спокоен, неподвижен, нейтрален.

Тук… Тук…

Он был почти правильным.

Квартира. Кровать.

- Время 6:30. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь.

Та-Рон четко встал, посетил санузел, присел за стол и позавтракал. Выпил кофе. Переоделся. Уже перед выходом остановился перед зеркалом, проверить все ли в порядке с одеждой. Пятерней расчесал отросшие волосы. Задумался. Достал из внутреннего кармана куртки расческу и торопливо расчесался, будто украдкой. Засунул расческу назад, четко кивнул своему отражению и вышел из квартиры.

Жаль, пришлось возобновить прием снотворного. Врач настоял, что именно сны вносят хаос в его жизнь. А хаос недопустим! Ещё ему прописали новое сильное успокоительное.

Та-Рон вернулся в норму и жил как прежде. Работа-квартира. В промежутках - принятие пищи и монодорожка.

Дорожка… Пока она несла его на работу, у него было время подумать. Вспомнить. Если бы ещё не эта навязчивая музыка! Если бы не вечные стуки монодорожки! За годы к ним привыкаешь, и они кажутся чем-то естественным, но порою вновь начинаешь замечать их… Они одновременно успокаивают и раздражают.

Офис. Закрыть на минуту глаза. Вдох-выдох… Приветствие.

Задачи, таблицы, сведение данных.

Обед на 36 этаже, в смотровом коридоре.

Снова офис. Задачи. Таблицы. Данные. Отчеты.

Вечер. Прибыть домой. Ужин. Принять успокоительное и снотворное. Отойти ко сну.

Закрыть глаза... Открыть.

Квартира. Кровать. Противный писк электронного секретаря. Завтрак…

И так день за днем по кругу. Это единственно правильный, утвержденный порядок. Стандартный ежедневный цикл, в котором нет места пробежкам, метаниям, размышлениям. Только жизнь и работа.

«А жизнь ли это?» - задумался Та-Рон и оглянулся. Прошло уже девять декад с посещения медцентра. Пи-Кир уехал на отдых, и ему теперь приходилось работать за двоих. Однако в офисе был идеальный порядок. Та-Рон провел рукой по отросшим волосам. Через три декады он уедет в медцентр и их наконец обрежут. Он покачал головой и продолжил. Работа… Работа… Работа…

День выдался жарким, даже к вечеру не похолодало. Как раз период длинного дня в разгаре. Та-Рон, не задумываясь о правилах, полностью расстегнул куртку. В общем это было допустимо, если жара донимает. Мечталось ему о прохладном душе и о чем-то мясном. Но, увы, мясо недопустимо. Не то что душ.

Квартира… Что такое? Двери были распахнуты, а прихожая перегорожена тележкой. Из санузла доносился странный шум.

Та-Рон замялся на пороге. Что происходит? Это уборщик? А из санузла послышался шум воды и тихий стон. Мужчина сглотнул и заглянул в дверь… Человек в тускло-зеленой форме склонился над умывальником, усиленно умываясь. Зеленые формы у работников, которые выполняют физические работы на земле – садовники, уборщики, операторы подметающих и моющих машин.

- Кто вы? – уточнил Та-Рон, хотя в общем и так понял.

- Ой, простите пожалуйста, - торопливо залепетал человек, - Я уже заканчивала, когда мне стало плохо. Я сейчас же закончу и уйду!

Человек начал суетливо убираться, периодически роняя то тряпку, то губку и испуганно причитая. На Та-Рона он так и не посмотрел… А сам Та-Рон замер в дверях. Он был… поражен, да? Ведь человек в его санузле оказался… женщиной! Совсем юной и весьма знакомой.

- Фиа-Ди Же-18?

- А? – она оглянулась и тоже застыла, очевидно, узнав мужчину, - Ты?

Фиа-Ди была бледна, Та-Рону даже показалось, что её лицо зеленого оттенка, хотя этого быть не могло. Еще девушка была истощена – щеки впали, глаза будто стали больше. Руки – тоненькие, изящные… Она казалась чем-то невероятно хрупким и воздушным, к чему и прикоснуться страшно. Да ещё и в свободной, бесформенной куртке, лишь оттеняющей её хрупкость.

- Так ты работаешь уборщицей? – спросил он растерянно.

- Д-да, - она смущенно кивнула и залилась румянцем, - Прости, я сейчас закончу.

- Не торопись… Все в порядке, - он тепло улыбнулся, - Я очень рад тебя видеть.

- Правда? – она удивленно моргнула и несмело улыбнулась ему в ответ, - С-спасибо…

Она тут же смущенно отвернулась и стала протирать душ. Та-Рон прикрыл дверь в квартиру и теперь стоял, прислонившись к косяку. Он хотел ей помочь, но не знал как и что делать. К тому же это – её работа. Нельзя отнимать работу у других или мешать выполнению.

- Что с тобой, Фиа-Ди? Ты… - он с трудом нашел слово, - похудела.

- У меня будет ребенок, - сказала она спокойно, не отвлекаясь от натирания чего-то.

- От меня? – тихо уточнил мужчина.

- Да, - кивнула, - Из всей десятки только у меня будет ребенок. Старшая медсестра и врачи очень ругались…

- Вот как… - он почему-то почувствовал облегчение от новости, что с другими женщинами не получилось, - Да, наверное, они были очень недовольны. Перед отправлением в медцентр врач говорил мне, что им очень интересны мои гены. Но что же с тобой?

- Я не знаю, - она подняла на него печальный взгляд, - Организм совсем перестал принимать еду. Все, что ем, вскоре выходит обратно… Врач говорит, что вообще это нормально, но это истощает мой организм. Сейчас пытаемся подобрать мне новый рацион.

- А мясные блюда пробуете?

- Врачи сказали, что тебе запрещено, а значит и мне теперь нельзя.

- Мне… - мужчина задумался, вспоминая. А почему ему запретили? Нет, это все таки не аллергия. Это желание. – Мне запретили потому, что у меня в детстве была неадекватная реакция на мясо, и я не хотел больше ничего есть. Может наоборот, тебе оно необходимо?

- Думаешь? – она подняла на него полный надежды взгляд. Но тут же погрустнела, - Но как сказать об этом врачу? Если они узнают, что мы говорили, нас могут наказать.

- Просто предложи попробовать. Ведь вариантов уже нет?

- Нет… - она тихо вздохнула и поднялась, - Дай пройти.

- Да, конечно, - он отступил от дверного проема и наблюдал, как девушка подвешивает вещи для уборки на тележку.

- Останься еще ненадолго, - вдруг попросил Та-Рон.

- Нельзя. Вечером надо отметиться. А потом ужин и сон.

- Расскажи хоть, как ты живешь.

- Я… Наша комната вдвое больше, мы живем вчетвером, - кратко сообщила она, - В остальном всё точно так же… Хотя ладно, у нас дополнительная туалетная кабинка и больше прихожая. На этом точно всё.

- А как вы работаете?

- Убираем по четыре комнаты в день. Этот этаж – мой. За декаду два прохода делаю. А ты что о себе расскажешь? – она подняла на него взгляд. Тележка уже была собрана. Осталось только уйти.

- Я работаю аналитиком. Утром еду на работу, там работаю, обедаю, вновь работаю и возвращаюсь сюда… В общем это всё, - мужчина умолк и поджал губы. А ведь и правду – всё.

Они неловко молчали, думая каждый о своем. Ни один не знал – что ещё сказать? О чем поговорить?

- Ты… изменился с тех пор, - заметила неловко.

- Волосы отросли, - он подергал кончики волос, показывая длину, - Просто ужасно неудобно. Хорошо, что Лои-Ки дала мне расческу, - Та-Рон достал из кармана гребешок и провел по волосам, - Так они не путаются.

- Не только волосы. Ты стал выше и крупнее немного, - хмыкнула Фиа-Ди, - Я точно знаю – ведь именно я приношу тебе стираную и новую одежду. И у тебя размеры изменились.

- Правда? – удивился он, - Я и не заметил.

- Ладно… Мне действительно пора, Та-Рон, - она открыла дверь и взялась за ручки тележки.

- Да, конечно, - кивнул он, выходя следом в коридор, - Когда придёшь в следующий раз, задержишься у меня? Хочу увидеть тебя вновь.

Фиа-Ди оглянулась и… кивнула.

- Хорошо, я постараюсь.

- До встречи.

Он запоздало ополоснулся и торопливо поужинал, забыв принять снотворное. Полежал в задумчивости и когда уснул…

Я правда любил гоняться за бабочками. Они же такие яркие и красивые! Но они редко прилетали в нашу пещеру. Зато иногда мама брала меня с собой вниз, в долину. Вот где было ярко и весело! Там и лес, и трава, и цветы и очень много бабочек… А иногда и другие дракончики и их мамы. Когда я был ещё меньше, я играл с двумя, но потом мы перестали играть вместе. Не знаю, почему. Ведь было так весело!

Сегодня меня понес вниз папа. Он долго выбирал где лучше приземлиться, кружил над поляной, а потом осторожно опускался вниз. Низко летать, конечно, тоже хорошо, но лучше высоко и долго.

Папа отпустил меня и устроился посреди поляны, пока я обходил её. Цветок, цветок… Бабочка! Урррааа! Прыжок, еще прыжок… Бум! Это я ударился лбом о камень. Голова загудела, закружилась… Я сидел и потряхивал головой. Отец посмеивался, наблюдая за мной.

Голова быстро прошла, и я пошел дальше, в заросли кустов. Ну а что? Надо осмотреть! Вдруг там что-то интересное? За спиной послышался шум и шаги. Это папа за мной идет. А можно ведь в прятки поиграть! Или в догонялки? Лучше и то и другое! Папа в лесу всегда хорошо играет! А главное – правильно!

Я пробрался через кусты, проскочил полянку и повернул в другие. Папины шаги отдалились. Не найдешь! Потому, что я повернул обратно по своему следу! Вот какой я хитрый.

Сижу в кустах, жду когда папа найдет меня. Ой, шум крыльев! Он летит? А, нет, это чужие драконы. Черный с синим узором и красная драконица. Она красивая, но грустная.

- Так ты не возьмешь меня под крыло?

- Нет, - он прижимает крылья и гордо поднимает голову, - Мало ли с кем ты была.

- Но я была только с тобой! – говорит отчаянно.

- Как будто я тебе поверю, - он скалится, - Это единственное, зачем ты меня позвала?

- Но ты же… я же… - красная растерянно садится, и разевает пасть, не зная, что сказать, - Мы ведь…

- Нет никаких «мы»! – вспыхивает он и сплевывает огнем на траву, - Больше не прилетай.

Он распахивает крылья и собирается взлететь, когда на поляну медленно выходит мой папа. Он очень серьезно смотрит на черно-синего. Прищуривается и зло рычит сквозь зубы:

- Это не первый твой проступок. Я вынесу на совет рода предложение о твоем исключении. А ты, - он смотрит на красную, - Прилетай на совет через три дня.

- Н-но… - распахивает пасть дракон.

- А теперь прочь оба! – рычит он и драконов как ветром сдувает. Отец устало вздыхает и смотрит прямо на меня, - Вылезай, сын.

И я послушно вылезаю. Нашел же!

- Папа, а что это было? – спрашиваю, устраиваясь возле него.

- Дракон, который… Как бы объяснить… - отец в задумчивости укрывает меня крылом, - Вот! Это дракон, который не хочет брать под крыло свою драконицу.

- А почему?

- Потому, что глупый. Настоящий дракон никогда не бросит свою любимую и своих малышей. Запомни это крепко, сын.

- Время 6:30. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь.

Та-Рон поморщился. Полежал еще с минуту, вспоминая странный сон. И нет, не слова – смысл слов. Настоящий мужчина никогда не оставит свою женщину и дитя. Он нахмурился и помотал головой. Вдох, выдох… Надо на работу.

Санузел. Завтрак. Монодорожка.

Последующие дни ничем не отличались друг от друга. Он вновь принимал снотворное и успокоительное. Работа шла хорошо. Он был спокоен и эффективен. Из-за жары большинство окон было открыто, и дующий из них ветер приятно холодил лицо и играл с волосами… Только вот волосы так и норовили попасть в глаза или в рот. Он с трудом успокаивал себя мыслью, что осталось три декады до стрижки. Даже меньше уже.

Помогало слегка намочить волосы, но через полчаса всё возвращалось на круги своя. К тому же в какой-то момент он понял, что шея опять начинает немного ныть. Едва заметно, ненавязчиво. Но это настораживало.

На пятый день он едва дождался окончания рабочего дня. С трудом сдержался, чтобы не бежать домой, а мерно вышагивать по монодорожке. Подошел к закрытой двери своей квартиры… Открыл. Выдохнул. Тележка стоит.

Он зашел, тщательно прикрыл за собой дверь и заглянул в санузел. Нет? Даже в душ заглянул. Значит в комнате? Действительно - Фиа-Ди спала на его кровати, забавно раскинув руки и ноги. Та-Рон сам не заметил, как его губы расплылись в улыбке. Как же он рад видеть её! Он присел рядом на пол, смотря на спящую девушку. Красивая, нежная… Кажется, ей стало лучше – на щеках играет легкий румянец.

Та-Рон сидел так, чувствуя себя очень счастливым.

Вот она поморщилась, заворочалась… Смешно наморщила нос. Чихнула. Открыла глаза.

- Привет, Фиа-Ди.

- Привет, Та-Рон… - она села на кровати, потирая глаза, - Прости, я уснула.

- Ничего. Как ты?

- Уже лучше, - тепло улыбнулась, - Врач все же добавил в рацион мясо. Спасибо за совет.

- Вы бы и сами сообразили со временем, - смущенно ответил он.

- Наверное.

Они какое-то время молча смотрели друг на друга. При этом он счастливо улыбался.

- У тебя волосы сильно отрасли. Неудобно?

- Да, - он тряхнул головой, показывая, как разлетаются волосы, - Лезут в глаза и в рот. Раздражают очень и мешают работать.

- Тогда держи, - Фиа-Ди вдруг стянула с головы ткань, которой прикрывала волосы, а потом стянула резинку. Ее волосы красиво рассыпались по плечам. А раньше он и не обращал внимание, что они у нее такие длинные! – Это резинка для волос. Подвяжи себе волосы.

- Спасибо, - ответил он, беря резинку, и неловко попробовал завязать нечто на голове.

- Не так, Та-Рон! – она покачала головой, - Давай я покажу. Смотри сзади! Вот так волосы подхватываешь, потом вот так…

Он послушно смотрел и повторял. Она смеялась, указывала на ошибки и он вновь пытался. Вот они уже сидят рядом на кровати, и мужчина ласково обнимает её.

- Скажи, Фиа-Ди, а где ребенок?

- Тут, - она положила руку внизу живота, - Сейчас он очень маленький и его не видно, но скоро он подрастет и мой живот станет большой.

- Вот тут? – он ласково погладил её животик сквозь футболку, - Как удивительно.

Он сам не понял, почему сложил вторую руку, как крыло и положил ей на плечи. Это казалось естественным, правильным, будто пришедшим из самого нутра или из глубин воспоминаний. Они посидели рядом еще немного, когда Фиа-Ди опомнилась и подскочила.

- Мне надо идти, Та-Рон! Я… Спасибо.

- Тебе спасибо, что дождалась, - он тоже поднялся и напоследок обнял, потеревшись шеей об её шею, - Ты придешь ещё?

- Да, приду, - улыбнулась Фиа-Ди.

Этой ночью ему снова снились черный дракон и серая драконица. Снилось, как они мирно спят, укрытые крыльями черного.

Глава 5 Пробуждение

Квартира. Кровать.

- Время 6:30. Завтрак готов, - оповестил электронный секретарь.

Он занялся привычной рутиной. Уже вторую декаду он периодически виделся с Фиа-Ди и от этого был натурально счастлив. Понимал, что это глупо, что им обоим никакой пользы от этого… Но не мог отказаться от этих встреч. И она, кажется, тоже.

На работе на его прическу посмотрели с интересом. Хорошо, что он вовремя сообразил заменить ту резинку для волос на обыкновенную, для бумаг. Результат тот же, а вещь в сохранности. Хорошо же? И всё действительно было бы хорошо, если бы не вернулись те ощущения. Шея, спина, копчик. Кончики пальцев на руках и ногах. Лопатки. Иногда чуть ныли глаза, но такое и раньше бывало, когда он долго неотрывно читал. Порою по всей коже начинался зуд или частое мелкое покалывание, но потом все проходило.

Хотя нет, все это можно было терпеть. С голодом было сложнее.

Дошло до того, что на обед он набирал десяток батончиков, половину съедал сразу и половину – до вечера, а потом набрасывался на ужин, будто весь день ничего не ел.

В какой-то момент перестало действовать успокоительное, а за ним и снотворное. Сны стали безумно яркими, живыми, будто были воспоминаниями. И Та-Рону всё чаще казалось, что это действительно воспоминания. Но это же невозможно, да?

И он старался держаться. Держать себя в руках. Порядок – высшее благо. Хаос – это ужасно. Любое проявление хаоса недопустимо. Всё должно быть упорядочено и единообразно. Ещё одна декада, его отправят в медцентр, обстригут волосы и всё пройдет, как проходило всегда.

Та-Рон прибыл на свое рабочее место. Закрыл глаза, потер шею.

- До-Рин Ан-16, прибыл за задачами!

- Отлично, - он кивнул и посмотрел на монитор.

Задач сегодня было не слишком много. Он быстро распределил их и сам принялся за сверку вчерашних таблиц. Что-то он стал часто ошибаться, хотя при первой же проверке легко обнаруживал все недочеты.

- Та-Рон, уже обед, - толкнул его в бок Пи-Кир, - Пошли.

- Да, - мужчина поднялся, встряхивая головой. Заработался так, что забыл о времени.

На 36 этаже был как всегда великолепный вид. Мужчина задумчиво стоял у окна, глядя на небо и едва жуя. Взгляд опустился чуть ниже… Город – стекло и бетон, серость, редкие газоны и еще более редкие деревья. А выше – небо. Белые, всегда изменчивые облака поодиночке летели по небу… Одно было похоже на… на ту, которую он видел во снах. Будто она летела, раскинув крылья.

От этого внутри проснулась невероятная тоска. Ему тоже хотелось развернуть крылья и полететь…

- Та-Рон, нам пора на работу, - Пи-Кир в последнее время стал меньше болтать. Все равно видел, что друг ничего не слышит.

- Да, я доем и пойду… - он открыл второй батончик и впился в него зубами.

- Доешь по дороге, - буркнул мужчина, подхватывая его под локоть, - Нам уже пора на работу.

Та-Рон тихо, раздраженно рыкнул и поплелся следом, на ходу жуя. Уже в офисе он догрыз третий батончик и выкинул упаковки в урну. Еще два… Жаль, нельзя есть на рабочем месте. Только выйдя в санузел можно заодно проглотить чего-то.

К нему подскочил До-Рин, старательно округляя глаза.

- Старший сотрудник! У меня таблицы не сходятся! Я не понимаю в чем дело. Прошу, объясните.

- Хорошо, садись, - Та-Рон бухнулся на свой стул и открыл нужное задание, - Что не так?

- Вот тут, - юноша ткнул пальцем, - Я дважды проверил. Не сходится!

- Да что тут может не сойтись? – проворчал мужчина, - Просто ты зачем-то разбил значение на два.

- Но в сопроводительных документах разные параметры! Это разные позиции.

Они ещё минут пять спорили, едва не повышая тон. Наконец, Та-Рон открыл нужные спецификации и едва ли не ткнул парня в них носом. Сам раздраженно отодвинулся, вынул из кармана батончик, открыл и начал жевать. На него начали нервно коситься. Наконец и До-Рин обратил внимание на шуршание и поднял взгляд.

- Старший сотрудник Та-Рон! – от возмущения он даже повысил голос, - Принимать пищу на рабочем месте категорически воспрещается!

Если бы на этом все и закончилось, ничего бы не случилось. Но парень выхватил батончик из руки Та-Рона и… лихо бросил в урну.

Та-Рон не успел понять, что делает. Он слишком сильно разозлился. Забирать у него еду? Ещё и выкидывать?

В груди Та-Рона будто разгорелось пламя, он впился пальцами в край стола и тихо зарычал. Руки ожгло болью, глаза заныли...

До-Рин шарахнулся, сбил стул и уперся спиной в стену.

- Т-та-Рон, чт-то с в-в-вами? – заикаясь, спросил шокированный парень.

- А что? – зло уточнил он. Страх мальца ему понравился.

- В-ваши г… г-глазза изменнились…

Он моргнул. Оглянулся, от чего его коллеги ощутимо струхнули. Что случилось? Чуть подумав, Та-Рон направился в санузел, попутно замечая, что с его зрением что-то произошло. Он видел мельчайшую соринку, любой изъян, ему казалось, он видит даже ток крови под поверхностью кожи. Наконец, он добрался до зеркала и уставился на себя.

Его глаза действительно изменились. Карая прежде радужка, стала желто-оранжевой, да такой, будто в глубине его глаз горел огонь. А зрачок… стал узким, вытянутым, как у черного из снов иногда.

- Та-Рон, что с тобой? Ты в порядке? – осторожно спросил подошедший Пи-Кир, - Мне позвать врача?

- Да, пожалуйста, - мужчина заторможено кивнул, - Мои глаза очень страшные?

- Да как сказать… - толстяк смущенно хохотнул, - Меня больше пугают твои руки.

Та-Рон опустил взгляд и увидел, что его руки частично покрылись твердыми серыми ромбами с округлыми краями, а вместо ногтей оказались черные когти. Он провел когтями по левому рукаву и убедился, что они очень острые – ткань вообще не сопротивлялась. Ромбы, как оказалось, доходили чуть выше локтя.

Он сам явился к встревоженному врачу в сопровождении сотрудника охраны порядка. Врач поспешно кого-то вызвал и стал расспрашивать Та-Рона. Что произошло? Что он при этом чувствовал? Что-то подобное раньше было? В то же время он поспешно снимал пациента на видео и трогал ромбы, пытаясь поддеть, чтобы узнать, как они крепятся к коже.

Потом прибыл аеробус и Та-Рона с врачом забрала группа охранников. За пол часа они добрались в научно-исследовательский медцентр, где поднялась нешуточная круговерть. Та-Рона сканировали, брали анализы, описывали, расспрашивали и исследовали всеми возможными способами. Ещё бы! Непонятный вид!

Но ночью, когда он спал, всё пропало.

- Доктор, кто я? – спросил Та-Рон тихо у кружащего вокруг него незнакомого врача.

- Мы пока не знаем. Постараемся выяснить, - сказал задумчиво, пытаясь отрезать пучок волос.

- А что со мной будет?

- Решат, когда мы выясним это.

- Но как же моя работа?

- Сейчас ваша работа – дать вас исследовать, - пробормотал врач, рассматривая затупленные ножницы. Кажется, третьи. Всё, что можно было состричь, он уже состриг. Увы, волосы ничему не поддавались. Возможно, придется придумать что-то другое… Вырывать волосинки он уже пробовал.

Та-Рон вздохнул. В этом НИМе он был всего второй день, но ему тут уже не нравилось. Хорошо, хоть один раз покормили тем, что он захотел (невероятное ощущение сытости). Плохо, что не отпускали домой и на работу. А ведь сегодня он должен был встретиться с Фиа-Ди… К тому же у него уже раз пять допытывались, как он это сделал, что чувствовал и так далее…

И если на вопрос, «как» он не мог дать ответ, потому что сам не понимал, то по поводу «что чувствовал»… Это была злость и желание ударить. Буквально порвать на части. Но потом он удовлетворился страхом парня а после… Был слишком шокирован происходящим. Настолько, что пришел в себя, но при этом был слишком напуган, чтобы подумать и что-то понять или предпринять.

Разместили его, к слову, в просторной комнате с тремя прозрачными стенами. К непрозрачной примыкал санузел. Кроватей было две. Одна, нормальная, под стенкой а другая, высокая и более твердая, в центре. Еще у второй кровати были колесики, различные полоски пластика, еще какие-то приспособления…

Вот ещё жаль, что одежду забрали. Он чудом смог забрать свои вещи – жемчужину, расческу и резинку. Новая одежда была типа ночной – белая и мягкая.

Вечером, после ужина, к нему зашел странный немолодой мужчина. Та-Рон привычно встал и выпрямился. Незнакомец замер напротив, в нескольких шагах, осматривая Та-Рона цепким взглядом.

Он перекатился с пятки на носок и обратно. Хмыкнул. Впился взглядом в глаза Та-Рона.

- Я - командир Ар-Жен Ян-1.

- Мое имя Та-Рон Ан-15, - четко представился Та-Рон. Ян? Военный? Первый номер значит, что это было первое училище, а буквы группы и имени значат первые наборы. Невероятно!

- Я знаю, - военный прищурился, - Сопротивляться собираешься?

- Нет. Надеюсь, что исследования скоро окончатся, и я смогу вернуться к работе.

- Хорошо. Похвальная преданность делу, - он кивнул, - Для скорейшего окончания исследований, необходимо чтобы ты отвечал на вопросы максимально честно. Понимаешь?

- Да, - Та-Рон ответил быстро, четко, готовый немедленно ответить на любой вопрос.

- Отлично. Тогда скажи – кто ты?

- Я… я не знаю, - растерянно ответил он, - Я знаю, что мне было четыре, когда меня нашли. А что было до того – я не знаю.

- Действительно не знаешь? Или ты так думаешь?

- Или… меня в этом убедили, - ни с того ни с сего заявил Та-Рон.

- Хм! – хмыкнул Ар-Жен, недовольно хмурясь. Кажется, ему не понравилась наглость парня.

Та-Рону хотелось многое сказать, но что-то останавливало его. Он чувствовал, что если выскажется – быть беде.

- Завтра ты должен будешь ответить на все вопросы. Нам очень интересно узнать - кто ты.

- Мне тоже это интересно. Я жду сотрудничества с вами, - вежливо ответил Та-Рон.

Утром к нему в комнату занесли простой квадратный стол и три стула. Потом пришли двое военных, уселись напротив… Они спрашивали о другом. Что он помнит о себе? Помнит ли, откуда он? Как оказался в воспитательном центре?

Та-Рон послушно отвечал. На все вопросы по несколько раз. Рассказывал свою короткую историю, объяснял, что до того ничего не помнит… Но они спокойно выслушивали его и продолжали спрашивать.

Спрашивать…

Спрашивать!

В какой момент Та-Рон начал злиться, а в груди начал разгораться жар, он и сам не понял. После десятого круга вопросов? После того, как они пропустили обед?

Но сорвался в тот момент, когда один из военных наклонился вперед и проникновенно поинтересовался:

- Неужели вы совсем ничего не помните? При вашей-то памяти?

Глаза Та-Рона будто застила красная пелена. Он зарычал и сжал руками подлокотники этого дурацкого неудобного стула! Потом медленно встал и наклонился над побледневшим военным:

- Я помню, - зарычал он, - как воспитатели говорили, что до воспитательного центра ничего не было. НИ-ЧЕ-ГО НЕ БЫ-ЛО, - повторил по слогам и оскалился.

- Они были неправы, - тихо ответил второй, тоже побледневший, - Было. И ты помнишь… Но, может, не понимаешь?

У второго тонко-тонко билась жилка на виске, у первого по лицу стекал вонючий пот… Та-Рон поморщился и отодвинулся. Потер нос…

Опять?

Он удивленно уставился на вновь выросшие ромбы и когти. На рассыпавшиеся под его руками края подлокотников… На стол, с дырками от когтей.

Да, опять.

- Глаза тоже? – спросил, задумчиво рассматривая дело рук своих.

- Да, - ответил второй.

Первый медленно встал и отошел к двери. Внезапно захотелось погнаться за ним, но это сразу прошло. Незачем.

- Ты где-то видел такие глаза и кожу?

- Нет… Да… Возможно, - он встряхнул головой, - Но это просто сны.

- А что было в тех снах? – осторожно спросил военный. Хотя он явно обрадовался, Та-Рон услышал, как его дыхание стало изменилось.

- Пещера, бабочки… Несколько раз лес. И двое… Он с такой кожей, но черной, будто ночная тьма, она – с серо-серебристой, как туман… - задумчиво ответил Та-Рон. Прежде он всего пару раз рассказывал врачу-психологу о своих снах, и тот обозвал их чушью и бредом разыгравшегося воображения. С тех пор сны были его тайной. Чаще всего они, почему-то, пугали, и лишь недавно хороших снов стало больше.

- Расскажи…

- Нет, - резко ответил Та-Рон, вновь начиная злиться, - Мы пропустили обед. Я хочу есть. Сейчас же.

- Хорошо, сейчас принесут обед, - успокаивающе сказал второй.

- И мяса побольше… пожалуйста.

- Хорошо.

После обеда продолжили не сразу. Врачи сделали ещё анализы и наблюдения, на этот раз с небольшими экспериментами. Что может разрезать своими когтями? Что всё же не может? Так, чем толще металл, тем труднее… Нашли ещё несколько материалов… Как далеко и хорошо видит? В каком спектре освещений? Различает мелкие надписи на другом конце комнаты. Полная тьма и очень яркий свет ему недоступны. Насколько крепка чешуя? Кто-то наконец сообразил, что это за кожа! Чешуя, значит… Весьма крепка, но не бесконечно. Да и под чешуей почти без изменений – всё те же мышцы и кости.

Наконец ученые закончили, и вернулся военный. Только второй. Первый, разозливший, остался снаружи.

- Расскажи, как выглядели те двое, из твоих снов?

- Я… не знаю, как объяснить, - он пожал плечами. Стул заменили на другой, к тому же более удобный. Это успокаивало.

- Почему?

- Не знаю с кем сравнить. Не знаю слов.

- Они были как люди?

- Нет, - Та-Рон покачал головой, - Они совсем не были похожи. Они ходили на четвереньках и у них были крылья… Иногда они летали. А я только учился.

- Крылья? – военный удивленно моргнул, - А что еще?

- Сзади отросток… длинный такой. Голова другой формы и с наростами, вроде из кости…

- Кхм… Ладно, к этому мы еще вернемся. Что ты видел в этих снах?

- Ну… Я был ребенком, - Та-Рон почему-то смутился, - Я учился и еще… не знаю слово. Делал разное, потому что мне было интересно.

- Например?

- Ловил бабочек… Залезал куда-то и ждал, пока черный или серая меня найдут. Однажды спрятался в кабинете отца… черного, но к нему пришел кто-то и я долго слушал их скучный разговор, но показываться не хотел…

Они еще какое-то время разговаривали, и Та-Рон рассказывал о своих странных снах. Хотя, кажется, это все же не сны. Чем дальше, тем больше он вспоминал, всплывали мелочи и подробности. Иногда ему казалось, что он помнит даже как был внутри чего-то белого и твердого.

Этот военный был терпелив, он старался не спрашивать об одном и том же больше двух раз, хотя иногда уточнял какие-то мелочи. Да, мужчина был явно озадачен, но в то же время безумно заинтересован.

Закончили перед самым ужином. Военный вежливо попрощался и вышел. Снаружи его уже ждал командир Ар-Жен… Едва Та-Рона заперли, он приступил к трапезе, стараясь не повредить вилки и ложки так и оставшимися когтями… И тут… Он замер, не донеся кусок до рта. Нет, нельзя показывать, что он слышит разговор снаружи. Но жевать стал медленнее…

- Так вы говорите, что он не человек? – спросил Ар-Жен, холодно смотря на того, кто ужинал внутри медицинского бокса.

- Не совсем, - кивнул подошедший главврач, - Оболочка человеческая, но если особым образом воздействовать на образец днк, он полностью меняет свойства и демонстрирует признаки другого вида. Очевидно – рептилии.

- Да, и по его воспоминаниям он жил в пещере с двумя рептилиями. Предположительно – отцом и матерью, - уточнил военный.

- Насколько примитивны?

- Вычислить невозможно. Он упоминал технические приспособления, но в их устройстве ничего не понимал.

- Социальный уровень развития?

- Неясен. Но своего отца, черного, назвал большим командиром и эффективным военным.

- Хм! – брови Ар-Жена взлетели на лоб. Он мягко перекатился с пятки на носок и обратно… - Спасибо за работу. Теперь к вам, - он повернулся к терпеливо ждущему врачу, - Что там с особым воздействием?

- Мифическое ментальное воздействие, именуемое в просторечии магией, как нам с вами известно, вовсе не сказка, - главврач криво улыбнулся, - Судя по косвенным признакам и показаниям единственного доступного нашей команде прибора, Та-Рон может накапливать магию в своем теле и использовать её для изменения своей ипостаси. Кажется, таких существ называли оборотнями в одном из покоренных Таме миров. Одна ипостась – человеческая, совместимая по всем параметрам с обычным человеком, вторая – звериная, о совместимости нам ничего не известно. И ещё, для смены ипостаси нужно довольно много магии, а согласно нашим данным в мире Орт очень слабый магический фон, оборотням трудно выжить в такой среде.

- Вы намекаете, что он из другого мира, - удовлетворенно заключил командующий, - Уже выяснили, как он оказался в мире Орт Таме?

- Повторюсь, он был ребенком и ничего определенного не может сказать об этом, – уточнил военный, покосившись на Та-Рона, что продолжал неспешно ужинать.

- Нам нужно некоторое оборудование, которое есть у отдела ИМВ, - сообщил главврач прямо.

- Хорошо. Даю разрешение. Однако я хочу присутствовать при эксперименте.

Разговор давно закончился, военные и медики разошлись… Остались только двое – охранник и дежурный врач, заступившие на ночную смену. Та-Рон доел, не чувствуя вкуса.

Так значит, он из другого мира? Надо вспомнить, как он оказался на той дороге… Надо вспомнить… Он размашисто шагал по комнате, глядя перед собой… Он тут уже третий день! Три дня он не видел небо. И вчера не видел Фиа-Ди… Это злило.

Успокоиться было сложно. В итоге он даже проглотил двойную дозу, сразу и успокоительного и снотворного… И даже умудрился уснуть.

Да, тот самый сон. Отец улетает на рассвете, мелькает в небесах его черная фигура…

Я забираюсь под крыло мамы и устраиваюсь у нее под боком. Тут всегда тепло и уютно. Чуть позже, через щелочку под крылом, я вижу, как долину внизу затапливает белесый туман. Он никогда не доходит до пещеры, а ведь так интересно его потрогать! Ну ничего, научусь летать и сам слетаю. И к облакам тоже!

Сквозь дрёму я чувствую, как мама просыпается. Осторожно поднимается, переносит меня в пещеру, на мою лежанку. Ходит, делает что-то на кухне… Ой, вкусным запахло! Я встаю и сладко потягиваюсь. Потом решительно топаю к маме и она кормит меня мясом. Вкууусным… Потом она показывает мне картинки, рассказывает о разном и спрашивает, что я об этом разном думаю. Это значит «учиться». Это интересно, но иногда играть хочется больше.

Я замечаю бабочку. Прыжок! Бум! Ой, это не бабочка. Это пятнышко света. Я уже умный и знаю, как их пускать разными блестящими штучками. Мама смеется, и я вижу еще одно, у нее на шее.

Потом – укол. Я трясу головой и лапками пытаюсь вынуть из шеи колючку, но лапки не слушаются. Я замечаю, что в пещеру заходят чужие драконы, рычу… и всё, темнота.

Проснулся в чужой пещере. Вокруг были чужие драконы и маленькие драконы, без крыльев. Сначала я испугался, но потом понял, что мама рядом. Только она спит еще. Устала? Надо поскорее ее разбудить и улететь домой. Хотя вокруг столько интересного…

Бескрылые ходят на задних лапах так легко, как у меня никогда не получалось. Я тоже так хочу! На каждом из них ткань, кажется, это называется одеждой. Драконам она не нужна, но бескрылые всегда в ней. А что они делают? Рисуют что-то на полу пещеры? Это у них игра такая или эта, которая работа? Один большой круг рядом с нами, а второй чуть поодаль, в каждом – много линий, узоров, букв и непонятных закорючек.

Ой, меня замечает дракон! Он говорит быть рядом с мамой и вести себя тихо. Я послушно киваю, прижимаясь к родному тёплому боку. Это тот дракон, который на меня чуть не наступил когда-то. Он весело скалится, а потом его зовут и он уходит. Мы остаемся. И другие остаются, только теперь смотрят на меня иногда.

Кажется, они закончили рисовать? Да, теперь они водят над кругами длинными палками со светящимися концами и бормочут, но я не понимаю слов.

Маму поднимают и переносят на один из кругов. Я спешу за ней. Надо быть рядом! Но бескрылый хватает меня и уносит к другому кругу. Я, конечно, вырываюсь, кручусь… Бескрылый рычит, чтобы я успокоился и вел себя тихо. Мама просыпается, отпусти меня!

Но вредный бескрылый ставит меня в круг, больно хватает за хвост и что-то говорит, и я уже не могу пошевелиться. Страшно. Как же так? Мама!

Вокруг нее стоят бескрылые и говорят что-то непонятное, а круг под мамой начинает светиться.

Она открывает глаза и обводит сонным взглядом пещеру.

БУМ! ТРАХХХРРКРА…

Большие двери я едва вижу, только краем глаза. Это от них грохот. Кто-то черный ворвался, поломав двери, и мчит вперед, к маме…

Папа? Папа пришел!

Но мама вдруг исчезает в сиянии. Папа только разметал бескрылых, что как сломанные игрушки разлетелись вокруг.

Мама?

Отец поворачивается ко мне и бежит изо всех лап, и я только сейчас понимаю, что вокруг меня тоже есть бескрылые, которые что-то говорят. И круг уже сияет.

Папа!

Последнее, что я вижу, это как папа сбивает лапой бескрылого, безумно рычит, тянется ко мне и…

Темно. Больно. Страшно. Кажется, будто воздуха не хватает. Я хочу заплакать, позвать маму или папу, но не могу… я чувствую себя маленьким, крошечным, а вокруг ничего нет…

Меня на миг подхватывает кто-то и ласково подталкивает. Мне кажется, будто это мама или папа гладит, но это точно не они. Но лапы ласковые. Боль уходит…

Ой, как мокро и темно! Гремит как! Страшнооо!

Лапки не слушаются, идти неудобно… И больно впиваются в лапки камушки и сухая трава. Я выползаю на ровный камень и вижу, как в мою сторону движутся два огонька. Они освещают мокрый камень и меня… Что с моими лапками? Почему они как у бескрылых?

Это, которое с огоньками, с визгом останавливается, и из него выходит бескрылый в непонятной одежде. Он замирает, что-то бормочет… Потом снимает самую верхнюю одежду и накидывает на меня. Заворачивает меня в нее…

Нет! Я визжу и вьюсь, пытаясь вырваться. Больше вы меня не схватите! Не хочу, чтоб не двигаться!

Не хочу!

Та-Рон с воплем проснулся. Сел на кровати, судорожно дыша. Сон… Да какой сон? Воспоминание!

Дрожащими руками он обхватил голову. Как же так? Кто? Зачем? Что стало с мамой? С отцом? Кто были те люди? Что это за круги?

- Та-Рон! Что случилось?

Он шарахнулся к стенке от бескрылого. Вчерашний военный стоял в паре шагов…

Неожиданно, это немного успокоило его.

- Во сне я увидел, как попал в этот мир, - честно ответил он, но тут же прикусил губу. Он не собирался показывать, что слышал вчерашний разговор.

- Так это отлично! – не заметил оговорку военный, - Расскажешь?

- Да, - кивнул мужчина.

Его руки были в чешуе до плеч. Кисти рук даже немного изменились, став больше похожими на те, что были в детстве.

Одеяло в клочья, кровать слегка поломана. Вокруг снуют перепуганные врачи и военные…

Но он проснулся. Теперь уж точно.

Глава 6 Ментальные воздействия

Восторгам военных и врачей не было предела. Такой прорыв у подопытного! Такой подробный рассказ о похищении! Примчался даже человек из того загадочного отдела ИМВ – пытался вызнать подробности о кругах, которые видел Та-Рон. К его сожалению, Та-Рон сказал, что не рассматривал их подробно, что они были далеко и их заслоняли люди. Только геометрические фигуры смог нарисовать, а вот символы уже нет. Хотя на самом деле отлично их помнил…

Но передавать эту информацию не хотел.

Разговоры продолжались весь день, с перерывом на очередные эксперименты, сканирования и обед. Более ничего интересного не происходило. К вечеру он даже успокоился и чешуя вновь исчезла.

Следующим утром ему принесли дневную одежду и впервые за несколько дней вывели из комнаты. Потом привели на странный аэробус. Правда странный! Переменчивого сине-голубого цвета, с подобием коротких крыльев и незнакомой формой, напоминающей птицу. Ну и, конечно, он был крупнее, и мест внутри было десятка три. Та-Рон попросился сесть у окна. Ему нехотя позволили.

Аэробус взлетел быстро и резко, прямо из ангара. Та-Рона прямо вдавило в кресло, но вскоре это ощущение прошло. А выглянув в окно, он с радостью увидел небо и… Что? Они что, летят сквозь облака? Насколько же тут высоко? Внизу были видны зеленые, синие, более темные пятна и разнообразные коробки. Или не коробки? Стоп. Это же здания!

Та-Рон был в неимоверном восторге от видов внизу, от того, что вокруг небо и облака, от высоты…

Однако полет не продлился долго. Всего через пятнадцать минут аеробус начал тормозить и снижаться возле какого-то огромного комплекса зданий. В итоге он приземлился возле одного, стоявшего чуть в стороне от остальных. Скрывая разочарование от окончания полета, Та-Рон вышел из аэробуса вместе с сопровождающими.

Их встретили и провели внутрь, дальше по коридорам и на лифте вниз, на -10 этаж. Еще коридор и, пройдя через две толстые железные двери, они оказались в просторном помещении.

В центре был большой куб с толстыми прозрачными стенами. Та-Рона попросили раздеться до белья. Завели внутрь. Пристегнули к удобному креслу и опутали проводами.

- Та-Рон, мы готовы, - раздался голос из динамиков, едва ученые закончили и вышли из куба. Говорил Ар-Жен, стоящий в маленькой комнате среди ученых и военных, - Сделай так, чтобы чешуя опять появилась.

- Но… Я не умею, - растерялся он.

- Умеешь, - возразил командир, - Давай, вызови в себе то состояние.

- Злиться плохо…

- Я разрешаю. Парень, вспомни, как тебя позавчера разозлили на допросе.

- Но я… Я…

Та-Рон закрыл глаза, глубоко, нервно дыша.

Разозлиться? Да они всю жизнь наоборот, запрещали злиться и успокаивали… Бескрылые…

- Вспоминай, Та-Рон! Как же ты не можешь вспомнить, при твоей-то памяти?

«Агррр… Я все помню! Достали со своими вопросами!»

В груди вдруг образовался комок жара. Боль прокатилась по телу. Зрение стало четче, а слух – более чувствительным.

- Фиксируем ментальную силу, - оператор сверился с данными с разных экранов, - Широкого диапазона. Так же фиксируем нестабильный трек телепорта.

- Что? – командующего явно пробрало, - Это как?

- Сейчас разберемся… - оператор ни на кого не обращал внимания, его руки порхали над поверхностью пульта, а взгляд скакал с монитора на монитор, - Похоже, его телепортировали, но некий мощный импульс сбил настройки, и его зашвырнуло сюда. Тем не менее, координаты конечной точки есть. Более того, ментальная формула почему-то прилепилась к его энергетической оболочке и собирает силу для завершения телепортации… Так… Накопление силы почти завершено. Что ещё… Есть! Зафиксирована ментальная связь, по которой к объекту поступает магия. Пошел поток… При таких поступлениях он давно должен был телепортироваться отсюда. Значит, это началось недавно, месяца три-четыре назад. Активировать высасывание магии?

- Активируй! – командующий закрыл глаза и выдохнул, - Мы сможем послать группу этим телепортом?

- Только вместе с объектом.

- А открыть портал по координатам?

- Пожалуй… да… Но лучше перестраховаться и закинуть с группой маяк. Надежнее по маяку.

- Хорошо… Возможный размер группы разведки?

- Судя по некоторым признакам, ментальная формула рассчитана на массу до десяти тонн. Если вольем побольше магии и расширим формулу на область, получится отправить людей и груз… - оператор заметил непонимание и кратко закончил, - Потребуется подготовка, но мы сможем.

Дальше Та-Рон не слышал, да и видел все хуже. Видимо высасывание магии подействовало. Клубок в груди начал угасать, по телу пробежала волна боли, а чешуя и когти исчезли. Потом мужчина почувствовал слабость и пустоту внутри. Да из него действительно высосали что-то важное. Он сглотнул. Плохо… Голова кружится.

Последнее, что Та-Рон запомнил, это как открываются двери в куб и к нему бегут напуганные ученые.

Он очнулся в незнакомой комнате от холода. Нет, сперва ему показалось, что это та самая, в которой он прожил прошлых несколько дней, но потом заметил отличия.

Например, толстые железные прутья, что обнаружились вокруг стеклянных стен.

Было ощущение, что сейчас он под землей. Откуда оно, он не понимал, просто ощущал.

Свет выключен, только ночники повсюду, но мужчина и так неплохо видел. Это другая комната, хотя очень похожа на прежнюю. Стандартная, с небольшими модификациями, наверное.

Сам он лежал на кровати в центре, укутанный одеялом. Его руки, ноги и тело были прикреплены какими-то гибкими крепкими пластинами к кровати. И что это значит?

А ещё он был голоден и смутно ощущал запах еды.

Та-Рон пошевелился, пытаясь встать, но пластины оказались весьма крепкими.

- Вы проснулись?! – уточнил дежурный врач радостно.

- Да, - мужчина оглянулся, - Зачем меня привязали?

- Простите, Та-Рон! – врач виновато улыбнулся, подходя ближе, - Вы были без сознания полторы суток, а ещё у вас был плохой сон и вы метались по кровати. Мы боялись, что вы упадете и навредите себе, поэтому привязали к этой кровати. Хотите что-то?

- Хочу в туалет и поесть, - проворчал Та-Рон.

- Ох, конечно! Я сейчас отстегну вас, - врач торопливо отстегнул пластины, освобождая пациента, - Вы пока идите в санузел, а я привезу еды. Мы предполагали, что вы будете голодны, когда проснетесь, так что все стоит наготове.

- Хорошо, спасибо, - кивнул он, сбрасывая одеяло.

- Что это за место? – спросил Та-Рон у знакомого военного через пару часов, когда наступило утро.

- Мы на территории института, где вас исследовали, - ответил тот спокойно, - Ученые хотят задать вам несколько вопросов про тот эксперимент. Вы готовы с ними говорить?

- Да, конечно, - он кивнул, - Мне тоже интересно, что произошло.

Он не успел восстановиться после эксперимента и чувствовал предательскую слабость в теле. Внутри было пусто, его отчетливо морозило… Хотя не так страшно как в тот раз, в медцентре. Он уже отогрелся под душем и теперь просто кутался в одеяло… Но вот что странно. Слух и зрение были как в измененном виде, хотя глаза выглядели человеческими. С чего бы это?

- …Так что случилось? Вы уже разобрались? – это командир Ар-Жен спрашивает у ученых. Голос его весьма недоволен.

- Да, мы примерно понимаем, - это оператор установки. Его остановили у дверей в комнату, - Но для проверки необходимо расспросить объект.

- Проверки… проверки… Мне нужен результат!

- Он есть. Но что, если он окажется ошибочным? – спокойно спросил оператор. Смерил Ар-Жена вопросительным взглядом, развернулся и пошел дальше. За ним шли ещё двое ученых – один постарше, с проседью на висках, а другой высокий, худощавый.

Та-Рон вдруг понял, что кроме командира, никто не называл ему свое имя. Почему?

- Добрый день, Та-Рон, - вежливо поздоровался оператор, присаживаясь за стол напротив него, - Как вы себя чувствуете?

- Терпимо, - обтекаемо ответил мужчина, глядя как двое других устраиваются по сторонам от оператора. Военный остался стоять у двери, наблюдая за происходящим.

- Можете рассказать подробнее? Зная это, мы сможем понять, как помочь вам, - мягко попросил оператор.

- Ладно…

Та-Рон поморщился и рассказал о своих ощущениях, стараясь не упоминать, что слышал их разговор. Потом рассказал о нынешних ощущениях и о прошлом приступе. Тогда ведь было что-то подобное?

- И все же, объясните мне, что со мной происходит? Кто я? Вы ведь уже поняли?

- Мы… - ученые переглянулись.

- Вы – оборотень, - решительно сказал высокий.

- Поясните, - после долгой, непонятной паузы, попросил Та-Рон.

- Оборотень – полумагическое существо, что может принимать облик человека или облик животного, - начал оператор, - Магия это некая сила, основанная на ментальном воздействии. Если человек с магическим даром усиленно думает о чем-то или применяет методики и формулы для реализации ментального воздействия, он может влиять на мир с помощью этой силы. Чтобы сменить облик, оборотню необходимо довольно много магии… Случай в медцентре, скорее всего, был попыткой смены облика. Но вам не хватило магии и наступил откат. Это ощущение, которое вы описываете как пустоту внутри, - уточнил он, - то, что вам все время холодно – еще один симптом отката. Это значит что ваш организм старается восполнить потери магии, перерабатывая в том числе физические ресурсы тела и окружающее тепло в магию.

- Вот как! Так что произошло во время эксперимента?

- Мы… - оператор вздохнул, - я не заметил, что установка высосала из вас слишком много магии.

- Но если бы мы не включили её, вас бы перенесло неведомо куда, - уточнил старик, - На вашу энергетическую оболочку прикреплена ментальная формула для переноса. Тот самый магический круг, о котором вы рассказывали. Мы посчитали, что вам оставалось всего сутки копить магию.

- Так же нас интересует, почему началось накопление магии? – спросил задумчиво высокий, - Что изменилось? И где источник вашей силы? Ведь она поступает к вам извне.

- Извне? – удивился Та-Рон, - Это как?

- Это… - оператор недовольно зыркнул на высокого, - Это как электричество. В одном месте оно вырабатывается и передается по проводам в другое место. Вы же это знаете?

- Да, про электричество знаю. С магией так же?

- Примерно так же. По ментальной связи с чем-то неизвестным, к вам поступает магия. Эти связи не физические, а энергетические. Мне трудно объяснить вам это, у меня ушли многие годы на обучение.

- Ладно, я примерно понял вас, - кивнул Та-Рон, - Позвольте подытожить. Я – оборотень с человеческим обликом и обликом рептилии, так? Ещё я могу использовать магию, но по какой-то причине я сам накапливаю её очень медленно, зато мне поступает много магии извне, по ментальной связи. Эта магия тратится на оборот или уходит на накопление сил для ментальной формулы переноса. Вроде всё?

- В общем да, - старик нервно постучал пальцами по столу, - Вы медленно накапливаете магию потому, что в этом мире её ничтожно мало, в отличие от вашего прошлого мира.

- Хотя мы полагаем, что толчком к вашему пробуждению как оборотня и пробуждению той ментальной связи стала ваша физическая и половая зрелость, - уточнил высокий, - ведь после этого все началось.

- Если вспомнить, болевые ощущения бывали и раньше, - возразил Та-Рон, - Чем длиннее были волосы, тем сильнее. После стрижки ощущения полностью исчезали на пару месяцев. А началось все, когда меня отправили к женщинам вместо центра отдыха и волосы продолжили отрастать.

- Неужели? – старик подскочил на месте, - А я помню легенду о чем-то похожем. Там говорилось, что чем длиннее волосы, тем лучше магия улавливается.

- Полагаю, что совпало несколько факторов, - остановил восторги оператор, - Половая зрелость, возобновление ментального канала и продолжение роста волос.

- Согласен, - закивал старик.

- Наверняка так и есть, - добавил высокий.

Та-Рон ошарашенно покачал головой. Да уж…

- Скажите, а могу ли я научиться управлять оборотом или ментальными воздействиями? – после некоторых раздумий уточнил он.

- Можешь, теоретически, - ответил оператор, - Но реально это довольно сложно. То, что у тебя есть дар, не значит, что ты знаешь, как его использовать. А наши знания довольно ограниченны.

- Я правильно понимаю, что вы просто не знаете, как это делать?

- В общем да. Мы не знаем, - не стал спорить мужчина, - Все наши практические знания – о техномагических устройствах и методах их работы.

- Хм…

Оператор и ученые уточнили ещё кое-что, после чего отправились восвояси. Ар-Жен ушел куда-то вместе с ними, так что подслушать их разговор не удалось.

Впрочем, ладно. Та-Рону было над чем подумать.

Ментальное воздействие… Магия… А этот горячий клубок в груди, кажется, магическое средоточие? Или как там его? Он потер грудь. Клубок внутри уже начал восстанавливаться и едва заметно тлел, не превышая по размерам искорку. Иногда она разгоралась чуть ярче, иногда тускнела… была как живая, но не билась будто сердце, а будто горела… Вдох… искра разгорается… выдох… чуть тускнеет…

Жаль, что ученые не смогли рассказать хоть что-то. А в воспоминаниях о детстве ничего такого нет. Или есть? Надо бы обдумать…

Но, пожалуй, после обеда.

- Та-Рон?

- Да? – он выпрямился перед Ар-Женом. Военный пришел за два часа до ужина. Он едва заметно улыбался.

- Рад, что ты выздоравливаешь, - кивнул он, - Я хочу задать тебе пару вопросов.

- Хорошо, я отвечу, - голос спокойный, демонстрирует готовность.

- Я правильно понимаю, что ты уже рассказал всё, что знаешь о родном мире?

- Да, всё что помнил. Если пробудятся ещё воспоминания, я расскажу.

- Отлично. Следующий вопрос, - глаза Ар-Жена чуть блеснули, - Хочешь побывать там вновь?

- Вернуться? – Та-Рон растерялся. В родной мир? А зачем? И почему сердце командира забилось чаще?

- Именно, - кивнул Ар-Жен, - сможешь стать магом, возможно увидишь своих сородичей.

- Эээ…

- С тобой пойдет наш отряд, - уточнил он, - Нам очень интересно увидеть и изучить другой мир, узнать побольше о магии.

Та-Рон хорошо владел своей мимикой и умел оставаться спокойным. Это не раз выручало его прежде, выручило и теперь. Ему очень не понравилось, что Таме стремятся в его родной мир… Хотя он его не знал. Но он помнил рассказы о шегиэ и понимал… что не хочет такой судьбы для своего мира.

- Что-то не так? – видимо Ар-Жен что-то заметил на его лице.

- А как же… работа? – с запинкой спросил Та-Рон, - Вскоре заканчивается декада и я должен вернуться на место работы!

- Похвальная преданность делу, - улыбнулся военный и продолжил уже более торжественно, - Но не беспокойся об этом. На твое место уже поставили другого. А ты нужен нам здесь. В твоей новой жизни будет другой Порядок, но пользы для всего сообщества Таме будет намного больше. Порядок это главное, и все мы трудимся ради него, каждый в меру своих сил и способностей. Ученые находят пути в новые миры. Военные приходят туда и искореняют тех, кто творит Хаос. Следом приходят строители, фермеры, врачи, координаторы и многие другие, чтобы построить новые города и установить в них Порядок. Неужели ты не хочешь принести это в свой родной мир?

- Я… не уверен… - Та-Рон заметил, как нахмурился Ар-Жен и добавил, - что смогу.

- Об этом не беспокойся. Ученые помогут с переносом.

- А какой теперь будет Порядок моей жизни? – поспешил Та-Рон сменить тему.

- Военный, - Ар-Жен гордо выпрямился, - Теперь ты станешь одним из нас. Это большая честь!

- Спасибо за оказанное доверие, - Та-Рон тоже выпрямился и ответил, как учили инструкторы по дисциплине – быстро и четко.

Раньше ему всегда говорили, что Порядок для всех один и тот же, и если в начале жизни тебе установили порядок, ты будешь жить по нему до конца. И точка. Очень редко у кого-либо менялась жизнь. Обычно из-за болезни, реже – в виду выявленных больших талантов. Но Та-Рон слышал о таких случаях всего лишь раз пять.

А ведь его оба случая касаются. И здоровье и талант.

Да уж…

Ночь прошла беспокойно. Заснуть не получалось, и даже таблетки не помогли – лишь навеяли слабую сонливость, никак не перетекающую в сон. Да и мысли ко сну не располагали. Та-Рон усиленно думал, хочет ли для родного мира судьбы, похожей на Шегиэ? Чтобы прилетели чужаки и навели Порядок по-своему. Конечно, он вырос в этом мире и слабо понимает, может ли быть иначе и каково это… Нет, он же решил ещё до речи военного, что не хочет такого Порядка! Что на него нашло? Или все же…

Он долго размышлял, склоняясь то к одному то к другому, и лишь ближе к утру приняв решение.

Будь что будет. Он пойдет к военным, пойдет в свой мир, посмотрит на него… А потом решит, нужен ему Порядок или миру и так хорошо. Главное, чтобы военные не смогли перенестись туда без его помощи. Но как это осуществить – Та-Рон не знал.

До конца декады Та-Рон тренировался вместе с военными и жадно поглощал новые для него разделы информации. Устав, чины, основы строевой подготовки, бой без оружия, бой с различным оружием… Дали даже ограниченный доступ к просмотру видов боевой техники (чтобы мог хотя бы отличить самолет от аэробуса). Одного ветерана поставили ему в инструкторы, чтобы присматривал, учил и помогал.

Хотя, конечно, было строго. Утром кормили, Та-Рон одевался в непривычную военную одежду, и его спешно отводили наверх, где он становился в строй с новичками, что служили всего год. Физически он, к общему удивлению, был вполне на уровне, и даже ветеранов мог бы заставить побегать… Но никаких боевых навыков у него не было. Вообще. Умелый боец побеждал его за считанные секунды.

Учили, гоняли, буквально дрессировали. Та-Рон оказался благодарным учеником и за четыре дня выучил всю предоставленную теоретическую информацию. С практикой и боями было намного хуже. Хорошо хоть основные команды, жесты, маневры и методики вдолбили.

Рыпаться он даже не пытался, потому что в первое же утро подслушал ругань ученых, которые пытались отговорить военного от этой экспресс-подготовки. Мол, а не сошли ли вы с ума, учить возможного врага? Командир ухмыльнулся и тихо сообщил, что глуповатый объект всецело предан Таме и нет причин для беспокойства. А если нет… Дальше Та-Рон не расслышал, однако понял, что решение принял правильное. Пока – жить как живется, а там может получится вывернуться и тяпнуть руку, что удерживает его.

Хотя Гиай дожился…

На десятый день, после полудня, его вызвали ученые. Та-Рон в сопровождении приставленных охранников бодрой трусцой направился к нужному зданию. Ему нравилось, что натруженные мышцы приятно тянет, а синяки… Не особо они и болели. Тело Та-Рона медленно менялось, перестраивалось и становилось гораздо крепче, чем прежде.

Оператор поприветствовал его небрежным кивком:

- Приветствую тебя, Та-Рон!

- Приветствую тебя, оператор, - хмыкнул он в ответ. Оператор лишь едва заметно улыбнулся и не стал заострять внимание.

- Как твое самочувствие?

- Отлично! Я полностью восстановился. Более того, кажется, мое тело стало немного крепче за прошлые дни, - парень присел на стул напротив собеседника.

- Ну да, при таких-то тренировках, - иронично хмыкнул оператор.

- А что с ними не так?

- Ты способен поднять вес намного больший, чем любой другой боец, - он загнул первый палец, - Бежать без перерыва около часа, со скоростью в полтора раза выше средней. Свободно и быстро выполнять упражнения в количествах в два-три раза больше нормы. Что там ещё? – оператор уставился на три загнутых пальца, - Ладно, неважно. Но при этом в бою тебя побеждает любой!

- Инструктор тоже так говорит. Мол, никаких навыков, никакого опыта, вот и… - Та-Рон размел руками. Собеседник вздохнул.

- Ладно, я тебя не за этим позвал… Можешь помочь нам с изображением твоего вида?

- Эээээ… - протянул растерянно Та-Рон. Потом встряхнулся и включил мозги. Не нужен же им его нынешний внешний вид. Скорее всего хотят узнать как он должен выглядеть в другом облике, - Вы про мой второй облик?

- Именно, - кивнул оператор.

- Согласен, - кивнул после секундного раздумья. Ему и самому было очень интересно, как он выглядел. Точнее так-то он помнил, но изображение это совсем другое дело.

- Отлично! – оператор заулыбался и подскочил, - Пойдем. У нас под это дело отдельное местечко.

Отдельным местечком оказался просторный зал, стенами которого были черные экраны, а по центру стояла двухметровая круглая платформа в окружении стульев и кресел. Возле панели управления сидел блондинистый паренек. Что он рассматривал, они не успели увидеть. Но голос оператора определенно был строгий.

- Включай голоплатформу. Нам нужно кое-что изобразить.

- Включаю, - кивнул блондин, что-то переключая на пульте. Над платформой повисло сияние и спустя миг превратилось в заковыристый символ, парящий в воздухе.

- Открой раздел с ящерами, - указал оператор блондину и позвал, - Та-Рон, подойди. Расскажи о любом существе своего вида. О черном, например.

- Хорошо… - кивнул он задумчиво, - Хотя большую часть я уже рассказал.

- А я попытался нарисовать с твоих слов, - пробормотал блондин и тут же обиженно добавил, - Но все мои варианты забраковали.

- Так, встал и отошел! Я сам попробую! – оператор с ворчанием рухнул в кресло, - Ну не могло быть таких существ! Не могло! Так… Перебираем. Смотри!

Та-Рон шарахнулся в сторону от изображения жутковатого существа. На его родной вид не похоже от слова вообще… Ладно, похоже, но крайне отдаленно. Как аэробус на самолет.

- Не оно!

- Жаль… Смотрим дальше.

За час просмотрели пару сотен изображений, даже снизошли до парочки самых удачных моделей, что нарисовал блондин. Но все это было не то.

- Придется рисовать, - заявил блондин с затаенным ехидством, - С чего начнем?

- … - оператор что-то невнятно, зло пробормотал. Постом вздохнул, помолчал и с затаенной болью ответил, - Та-Рон, там что, совсем ничего общего не было? Ни одной детали?

- Ну… - он замялся, - На три модели назад верните… Вот! Хвост очень похож, да и лапы отдаленно…

- Скопировать и сохранить можно? – уточнил оператор.

- Конечно! – блондин подхватил пару странных перчаток, шустро одел и ими будто бы схватился за модель, - Всю или только нужные детали?

- Пока всю, - остановил его Та-Рон. И рядом с большой моделью появилась такая же, но раза в четыре меньше.

- Что ещё?

- Где-то в начале списка было… Вот! Похожее тело!

- Копирую!

- В середине… Дальше… Ещё… Вот оно! Самая похожая голова.

- Копирую!

- На две модели вперед. Тоже копируйте. Тут набор костяных шипов… Осталось найти крылья.

- Крылья? – блондин удивленно посмотрел на Та-Рона, - какие крылья?

- Не такие как у птиц. Они… будто из кожи.

- Ну знаешь ли! – оператор недоверчиво покачал головой, - Не бывает ящериц или млекопитающих с шестью конечностями.

- Крылья у моих родителей были, - уверенно возразил Та-Рон, - И они летали на них, и меня носили. У меня тоже были крылья, но летать я ещё не умел.

- Откройте раздел млекопитающих, рукокрылов, - посоветовал блондин, - Это летучие мыши. Или лучше древние летающие ящеры?

- Посмотрим и то и другое, - Та-Рон не знал, что окажется ближе, поэтому решил подстраховаться.

- … - заворчал вновь оператор. Но всё же открыл.

Мельком глянув список, Та-Рон ткнул пальцем.

- Вот! Самое похожее! Но они пушистые, а там нужна чешуя и кожа…

- Копирую! Теперь ящер летающий нужен, - блондин довольно улыбался и лучился энтузиазмом, - И я даже знаю какой!

- Тогда открывай!

- Минутку! – блондин за пару мигов переключился и ещё за пять нашел искомое.

- Копируй, - твердо сказал Та-Рон, - А теперь как все скомпоновать?

- Основу я понял вроде… - блондин улыбнулся, - Вы позволите?

И да, он действительно понял. Уже минут через десять голограмма показывала криво слепленную, но смутно похожую черную фигуру. Пришло время ручного редактирования, и блондин забегал вокруг голоплатформы, по подсказкам Та-Рона поправляя то там, то там… Ещё через пять минут Та-Рон попробовал самостоятельно. Получилось не сразу, он даже чуть не удалил заготовку, но блондин сидел наготове, за пультом, и подстраховывал.

Перчатки были чуткими и отлично передавали всё. Там сгладить, там прорастить шипы, там истончить и вытянуть, там наоборот - увеличить и приплюснуть…

Сколько прошло времени, Та-Рон не понял. Просто в какой-то момент рухнул в кресло рядом с блондином и стал завороженно рассматривать великолепного, мощного, сурового зверя, что буквально смотрел ему в самую душу.

- Отец…

- Впечатляет, - раздался хриплый голос за спиной.

Та-Рон подскочил и выпрямился, замерев в военном приветствии перед командиром Ар-Женом. Тот стоял, слегка перекатываясь с пятки на носок, и хмуро рассматривал изображение над голоплатформой.

- Значит так выглядит твой вид?

- Да.

- Размеры совпадают?

- Нет, - Та-Рон оглянулся и прикинул на глаз, - Если считать, что похитившие нас люди в среднем были такими же как здешние… То он должен быть немного крупнее.

- Поправь, - кивнул Ар-Жен.

Та-Рон на миг замер. Потом припомнил момент перед перемещением, стараясь не погружаться в тогдашние эмоции. С чем бы сравнить? Как вариант…

- Копирую правую лапу, - произнес он вслух для блондина. Потом прикинул насколько надо её увеличить, чтобы лапа смогла обхватить туловище человека от подмышек до бедер. Еще несколько минут правок и Та-Рон кивнул, - Примерно так. Увеличь фигуру пропорционально.

- Увеличиваю, - отозвался блондин.

- Да, примерно так, - утвердил Та-Рон, снимая перчатки.

- Все представители твоего вида были такими… крупными? - с заминкой спросил Ар-Жен.

- Не знаю. Большинство были мельче, но я помню нескольких более крупных. Но они… да, они были намного старше, чем отец.

Черный был крупным – примерно полтора человеческих роста до его плечей, хвост в длину остального тела, а крылья в развернутом виде размахнулись на все помещение. Рисунок давно вылез за пределы платформы, но это не было проблемой. Похоже, что голограмма могла разгуливать по всей комнате.

Ар-Жен все больше хмурился. Он качал головой и плавно перекатывался. С пятки на носок… С носка на пятку.

- Твой вид воинственный?

- Я… не знаю, - Та-Рон замялся, - Кажется, я мельком слышал, что они воевали и отец и его… отряд победили других из моего вида. Но я мог не так понять. Это было еще до моего появления на свет.

- А что для него было самым важным?

- Мама и я, - ответил он без запинки, - Ещё… не знаю слова… Кажется честь. Нет, я не знаю, - Та-Рон помотал головой, - Я плохо понимал, о чем речь.

- Понятно... Свободен, - хрипло приказал Ар-Жен.

Глава 7 Друзья

Следующий день начался как обычно. Завтрак, пробежка, занятия… Инструктор гонял непривычно много, еще и нагружал дополнительно. Вскоре присоединились ученые и до полудня они выясняли физические возможности Та-Рона. Какой вес может поднять? Какие материалы может пробить и разрушить?

Вскоре поняли, что возможности его вовсе не бесконечны. Раза в два-три больше человеческих, вот и всё. Да, когти невероятно остры, а чешуя – прочна, но и этому можно противостоять.

А после обеда…

Его привели в отдельное небольшое здание. В лифте они спустились на три этажа. Там их встречал Ар-Жен.

- Приветствую, Та-Рон.

- Приветствую вас, командир Ар-Жен, - замер мужчина.

- Вольно, - кивнул командир холодно, - Значит так, парень. Их жизни зависят от тебя.

- Чьи жизни? – не понял Та-Рон.

- Двух беглецов – Лои-Ки Жо-5 и Ан-Бор Эм-2, - командир ухмыльнулся, заметив как побледнел Та-Рон, - Двух дикарей, обнаруженных в их обществе. И Фиа-Ди Же-18, что отступила от правил и втайне общалась с тобой. Все они должны были быть наказаны, однако, поскольку они знакомы с тобой, мы решили сделать для них исключение. Ведь ты важен для нас.

Та-Рон молчал. Он не знал, что должен сделать. Что сказать? Как реагировать? Но точно знал – он обязан защитить свою женщину, малыша и друзей. Но как? Что делать?

- Они… в порядке? – хрипло спросил он.

- Конечно. Они будут находиться здесь, под охраной. Однако если ты станешь нашим врагом и пойдешь против Таме, мы накажем их по всей строгости. Но не беспокойся. Пока ты сражаешься на нашей стороне, они в безопасности. Более того, если ты поможешь нам победить в твоем мире, мы отпустим их и обеспечим спокойную жизнь. Ты согласен, что это хорошая идея?

- Да. Я верен Таме, - Та-Рон сглотнул, - Могу я увидеть их и поговорить?

- Конечно, - Ар-Жен кивнул, - Для этого ты здесь.

Все оказались в одной просторной комнате. Пять кроватей поставленных в ряд и отделенных занавесками. В углах – две двери в санузлы. Кухонный стол напротив кроватей.

Они сидели на кроватях в дальнем углу, и едва дверь открылась – настороженно вскочили.

- У вас час на общение, - строго уведомил Ар-Жен, впуская Та-Рона.

- Постараюсь уложиться.

Он замер перед ними. Да… Фиа-Ди, Лои-Ки и Гиай. Все они здесь. И двое незнакомых людей.

- Та-Рон! – Фиа-Ди улыбнулась и шагнула навстречу. Но сразу смутилась и зыркнула в сторону стены. Изнутри она выглядела как зеркало, но снаружи, он видел, была прозрачной.

- Да не переживай уже. Хуже не будет… - Гиай вздохнул, - Ну здравствуй, надоеда. Давай я тебя обниму.

- Эээ… - Та-Рон смутился, когда Гиай стиснул его в объятиях, - А тоже рад тебя видеть… друг.

- Запомнил-таки слово!? – старик заулыбался, - Молодец!

- Я даже запомнил, как пожимать руки, - усмехнулся Та-Рон выворачиваясь и пожимая ему руку.

- Вот это я понимаю, мужчина! – Гиай был явно доволен, но после рукопожатия незаметно размял помятую конечность.

- Та-Рон! – сразу же обняла его Лои-Ки и страстно поцеловала в губы. Глаза мужчины округлились, Гиай рассмеялся, а незнакомцы сдержанно хохотнули. Только Фиа-Ди насупилась.

- Я тоже рад тебя видеть, - мужчина осторожно отстранился.

Лои-Ки громко рассмеялась и отлипла от него.

- Я просто рада, что вновь увидела тебя! А ты, смотрю, возмужал!

- Вроде того. Фиа-Ди… - он наконец повернулся к девушке, - Как ты?

- Я переживала, когда ты пропал, - она смущенно отвела взгляд.

Он обнял ее. Нежно и крепко.

- Я тоже беспокоился, когда не смог вернуться в квартиру. Я рад видеть тебя.

- Почему ты в военной форме? – сурово спросил незнакомый старик на ломаном языке Таме.

- Они решили учить меня военному делу, - Та-Рон чуть помрачнел, - А вы…

- Лобнар, - представился старик, - А это моя жена, Юнара. Мы шегиэ.

- Рад знакомству, - Та-Рон кивнул, - Меня зовут Та-Рон. Я… не знаю, как называется мой вид. Я… попал в этот мир из другого.

- Но ты говорил, что ты сын дикарей, - удивилась Лои-Ки, - Давай, присаживайся с нами.

- Да, конечно… - он присел сам и усадил рядом Фиа-Ди. Гиай плюхнулся рядом а Лои-Ки вынужденно села возле Юнары. Та-Рон продолжил, - Это только недавно выяснилось. Декаду назад со мной что-то произошло, мои руки и глаза изменились. А потом…

Та-Рон честно рассказал друзьям и новым знакомым свою историю. Все они были глубоко поражены. Как же! Другой вид! Меняющие облик! Ментальные воздействия! Сказка! К тому же парень на эмоциях смог изменить глаза и показать чешую. Хотя пропало почти сразу.

- … Перед моим входом в камеру командир сказал, что пока я верен Таме, вы будете живы, - закончил Та-Рон рассказ, - Честно, я не понимаю, зачем он сказал об этом. Я и не собирался делать что-то против Таме. Лобнар, может вы объясните?

- Он мог подумать, что ты хочешь сбежать, - старик вздохнул, - Они ведь собираются направить группу в другой мир? Вот! До того, как Шэгиэ стали жить мирно, бывали такие злые люди, которые находили полезных людей, брали их родных в заложники и говорили, мол, если хотите, чтобы они жили – работайте на нас. Вот и нас так же взяли в заложники. Кто бы мог подумать…

- И что теперь делать? – помрачнел Та-Рон.

- Выполнять требования тер… кхм... неважно, - Лобнар поморщился, - Выбора у нас нет.

Остальные тоже тихо вздохнули. Помолчали.

- Кстати, Лои-Ки, Гиай, а почему Ар-Жен назвал вас беглецами?

- Потому и назвал. Сбежали мы.

- Как? Куда? Расскажите! – Та-Рон подался вперед.

- Ладно уж, - хмыкнула бывшая медсестра, - Слушай.

Лои-Ки и подумать не могла, что будет вспоминать о ком-либо из своих пациентов. Обычно нечего было вспоминать. Обычно все её будни были наполнены работой, а ночи – постельными забавами. Это не поощрялось, но и не запрещалось. Надо же, чтобы кто-то учил мужчин и женщин что делать в постели? Нет, могут и сами, но под присмотром некоторых медсестер почему-то получалось эффективнее. Поэтому запрета на развлечения не было.

Однако уже через две декады женщина поняла, что чего-то ей не хватает. Пациенты попадались на диво скучными – ни развлечься ни поболтать. Даже в постели они были так себе… Поэтому не удивительно, что в конце второй декады Лои-Ки решила прогуляться по саду. У нее выдался свободный час… Да и хотелось ей увидеть, чем же так восхищался Та-Рон?

Медсестре понравилось бродить по тенистым тропинкам, любоваться цветами, деревьями… Это напоминало ей, как в детстве она ходила в лес с мамой. Жаль, что одуванчиков не было – ей так нравилось плести веночки…

Садовника она встретила внезапно. Неловко поздоровалась и пошла дальше… Однако тут же обратила внимание на время и побежала назад, в свой корпус.

На следующей декаде пациент оказался таким же скучным, поэтому удалось выкроить время на прогулки. Пусть немного но…

Теперь, пересекаясь с садовником, женщина вежливо здоровалась. Тот сперва бурчал в ответ, но ему тоже хотелось поболтать. Так что во время очередной встречи они все же заговорили. Сперва неловко, но когда начали болтать об общем знакомом, неловкость как-то сгладилась. А во время следующих встреч темы ещё больше расширились. Они начали говорить о прошлом…

Гиай показал ей старый сад, рассказал свою историю. Она в ответ поделилась своей.

Кто из них первый задумался о побеге, теперь сложно сказать. Сперва его обсуждали чисто теоретически, мол, а что если… И очень удивились, когда поняли куда и как бежать. Их общие знания сложились, они разобрались, сориентировались…

И три декады назад сбежали. Это было элементарно по сути – Гиай уже неоднократно выбирался за ограду и обошел округу на пол дня пешего пути. У него даже оправдание было – истребление одуванчиков. Мол, чтобы не летели семена из-за ограды. И, конечно же, у него было разведано десяток мест, где можно уйти быстро и безопасно, не попав на камеры.

Шли весь день, от рассвета до заката, лишь в полдень пережидая жару в тени. Питались отложенными из пайков сухарями, яблоками и прочими сухими продуктами. Пили родниковую воду. Иногда натыкались на старые сады и ели что находили – чудом сохранившуюся клубнику, кое-какие овощи, ранние яблоки и прочее. Гиай щедро делился с Оним знаниями о мире и растениях. Так и шли…

На второй день третьей декады встретили шегиэ. Да, всего девять дней назад.

Страшно обрадовались. Провели с ними шесть дней, упиваясь свободой… А три дня назад их нашли и забрали. Всех сразу. Вчера привезли сюда. Вот и весь побег…

После и Лобнар рассказал свою историю.

Ему было 23 года, когда прилетели инопланетяне. Он жил в деревне, неподалеку от законсервированной военной базы и большинство жителей были старыми ветеранами, вояками, что когда-то защищали родные края от врагов. Именно они первыми отреагировали на атаку, и ушли в леса. С ветеранами ушла и большая честь населения деревни.

Почему инопланетяне не замечали военные базы и склады? Здешний народ в старые времена постоянно перестраховывался, и военные объекты прятали со всей возможной тщательностью. Так что старики забрались на базу, достали оружие, транспорт и начали тайную войну. Лобнар, конечно, присоединился. Все мужики, парни, подростки… Даже женщины брали в руки оружие, а девушки и вовсе пылали жаждой отмщения. Наивность и мечтательность из юного поколения быстро вытравили зрелищами разрушенных городов и рассказами выживших.

В те годы Лобнар многому научился от ветеранов. А ещё познакомился с забредшей из других краев Юнарой – красивой, хрупкой девушкой, в глазах которой было слишком много страха. Они как-то быстро сошлись (ну так и новая жизнь не располагала к долгим ухаживаниям) и у них один за другим родились трое детей. Два сына и дочурка.

Девять лет жители долины вели эту войну с чужаками. Сбивали транспорты, уничтожали отряды, сносили здания… Строили для себя новые, маленькие базы на всякий случай. Все понимали – однажды их найдут и тогда…

Лобнар и Юнара как раз и жили на одной из таких запасных баз, в трех днях пути. А ту, старую, пришельцы однажды нашли и уничтожили, вместе со всеми, кто был внутри. И без ветеранов борьба начала затухать. Шегиэ расселились по большой территории. Огородничали, охотились, прятались. Пыл борьбы постепенно прошел, теперь хотелось только спокойной жизни. Растили детей. Устраивали хозяйство. Изредка отстреливали самолеты чужаков или устраивали засады на транспорт. Понемногу учили чужой язык, когда к ним попадали в плен пришельцы.

Прошли годы. Дети выросли и разбежались из родительского дома. Иногда возвращались в гости, приводили внуков, рассказывали новости.

Несколько лет назад пришельцы зачастили кружить над долиной и отлавливать шегиэ. Всё больше разоренных домов и холодных тел вокруг них. Всё меньше людей. Тогда Лобнар с сыновьями попытались организовать последнюю попытку сопротивления. Однако… Большинство тех, кто пошли за ними, погибли.

Шегиэ ушли из долины и спрятались в новых местах. Но все равно – их становилось всё меньше.

- В общем, я уверен, что мы были последними и выжили только потому, что Гиай и Оним пришли к нам. Нас и забрали за компанию… Думаю, что как только с тобой начало происходить… ну вот это, - Лобнар нервно взмахнул рукой, - Они начали под тебя копать и искать с кем ты общался, кто тебе дорог, как на тебя надавить. Начали поиски этих двоих… У нас в долине такие беглецы жили годами и никто их не искал. А тут – так и налетели. Рой прямо. Ну а дальше…

- Нас обездвижили и забрали, - вздохнула Юнара, - Сперва обследовали в каком-то медцентре. Подлечили слегка. Выдали эту одежду, - женщина раздраженно одернула рубашку, - И отправили сюда.

- Ну, осталась только твоя история, Фиа-Ди, - улыбнулась Лои-Ки.

- Да сколько той истории, - девушка жалась к боку Та-Рона, - Мы три декады назад начали общаться. Я, оказывается, годами его комнату убирала. Декаду назад, когда он пропал, очень волновалась… А вчера меня забрали. Тоже осматривали в медцентре. Спрашивали разное. Вечером привели сюда. Вот и всё.

- Простите меня, друзья, - Та-Рон склонил голову, - Из-за меня вас поймали.

- В любом случае поймали бы, - Лобнар поморщился, - Так что не вини себя, парень. Просто делай то, что должен и пусть свершится то, что суждено.

- А ты ещё придешь? – пискнула Фиа-Ди.

- Не знаю. Попрошу, конечно, чтобы меня пускали к вам хоть ненадолго. Но…

- Та-Рон! Ваш час давно закончился! На выход! – донеслось из динамиков.

- Иду! – отозвался он, поднимаясь. Обнял девушек, пожал руки мужчинам, - Увидимся.

- Увидимся, - кивнул Гиай в ответ, - Ты ещё должен рассказать, как твой вид выглядит.

- Я что-то придумаю, - хмыкнул Та-Рон и покинул их комнату.

- Наобщался? – хмуро уточнил вечером Ар-Жен.

- Да, командир, - Та-Рон спокойно улыбнулся, - Большое спасибо за предоставленную возможность пообщаться с друзьями.

- Ты останешься верным Таме?

- Конечно, командир, - с готовностью согласился, - Что может быть нужнее чем Порядок? Так же я благодарен за заботу о моих друзьях.

- Отлично, - Ар-Жен несколько успокоился и теперь смотрел более благосклонно, - Подготовка к путешествию закончится через шесть дней. К этому времени ты должен выучить всё, что скажет инструктор. Мы уже передали ему список.

- Буду готов, - уверил командира, - Могу я попросить о встречах с друзьями?

- Одна встреча. На пятый день вечером.

- Так точно, - Та-Рон чуть сник.

- На большее не рассчитывай. Твой распорядок очень плотный и если ты что-то не будешь успевать…

- Буду успевать всё! – подхватился мужчина.

- Молодец. Так держать, - кивнул Ар-Жен, - Отдыхай.

- Осталось четыре дня, - ворчливо напомнил оператор, - Как ты себя чувствуешь?

- Хорошо, - Та-Рон устраивался в кресле, в той самой лаборатории, - Боли почти полностью прекратились. Только иногда что-то внутри ноет, или если переусерствую на тренировках.

- А кожа?

- Чешется… - мужчина смутился, - Даже душ не спасает. И спина ноет…

- Почему раньше не сказал? – оператор нахмурился, - А если тебя раньше времени перебросит?

- А это тут при чем?

- Чем больше у тебя магии, тем больше меняется тело. Так, включаю установку…

- Только не выкачивай всё, как в тот раз! – вскинулся Та-Рон, - Если меня вырубит, и я выбьюсь из графика… командир тебе выскажет за нарушение!

- Ладно-ладно… - оператор рассмеялся, - Ого! Да ты прямо сияешь от магии! Всего на 5% меньше чем в тот раз. Активирую высасывание…

Его руки запорхали над пультом. Что-то тихонько загудело, забирая излишки магии. Та-Рон закрыл глаза и глубоко дышал, представляя небо и высоту. Они всегда успокаивали его… Между прочим, давно пора спросить.

- Что я должен буду сделать для переноса?

- Ничего. Мы все сделаем за тебя, - ответил оператор, не отвлекаясь от приборов, - Ментальная формула была скопирована в прошлый раз и уже перерассчитана. В нужное время мы просто вольем в нее магию, которую забираем у тебя сейчас.

- Хорошо… Скажи, оператор, можешь дать мне копию той голограммы, что мы нарисовали?

- Зачем?

- Хочу ребятам показать, да и пусть будет с собой.

- Ладно, дам как закончим. У меня есть.

- Завтра? – Гиай подскочил с места, - Как завтра?

- На завтра назначено отправление, - зачем-то повторил Та-Рон, - Всё уже готово. Завтра в полдень…

- Понятно, - Фиа-Ди обняла себя за плечи и отвела глаза, - Ты только вернись оттуда.

- Конечно вернусь, - Та-Рон улыбнулся, - Даю слово что вернусь и вытащу вас отсюда, {друзья}.

- А может…

- Лобнар, я тоже напуган. Я не знаю, кого встречу в своем родном мире. Не знаю каким он окажется. Да я даже язык толком не помню…

- Ты не дослу…

- Прости, Лобнар, - Та-Рон выразительно покосился в сторону стеклянной стены и потер ухо. Старик понимающе улыбнулся.

- Ты все же дослушай. Хуже уже не станет… Смотри своими глазами, слушай своими ушами, думай своими мозгами. Чужие мнение выслушивай, но живи своим умом. И если решишь, что тот мир дороже пяти чужих жизней… Значит так тому и быть.

- Шести, - уточнил Та-Рон, обнимая Фиа-Ди за плечи, - Я сын своего отца и не брошу свою женщину и ребенка.

- Воля твоя, - Лобнар вздохнул, - Но если что, это наше общее решение.

Та-Рон посмотрел на Фиа-Ди. Она печально кивнула. Остальные тоже склоняли головы и отводили глаза. Это решение далось им нелегко.

- Я услышал вас, - кивнул он медленно.

- Кстати, Та-Рон, - решил сменить тему Гиай и подался вперед, – Ты обещал рассказать, как выглядят существа твоего вида.

- Лучше покажу, - Та-Рон улыбнулся и достал из кармана маленькое голографическое устройство. Оно тоже могло показывать изображение на всю комнату, но разряжалось быстрее, чем при адекватных размерах рисунка.

Вот изображение развернулось, увеличилось…

Шегиэ дружно что-то сказали. Только Лои-Ки и Фиа-Ди сдержались, вместо этого просто открыв рты в немом удивлении.

- Ничего себе! – наконец выдохнул Гиай, - И ты такой же?

- У меня серая чешуя… А так не знаю. Наверное я меньше, ведь отец старше меня.

- Это твой отец?

- Да, нарисовал по памяти. Хотел и маму нарисовать, но мне не разрешили. Она чуть меньше и намного красивее, - он прикрыл глаза, - У нее серебристая чешуя, местами белая, местами сероватая… И узор из чешуек с розовыми и золотистыми черточками. Она похожа на туман на рассвете… - Та-Рон замер, осененный воспоминанием, - Рассвет… Туман… Я вспомнил!

- Что вспомнил?

- Её имя! – он светло улыбнулся, - Не как звучало, а значение. Кажется туманный рассвет… Хотя нет! Туманная Заря.

- Вот это уже дело, - обрадовался за друга Гиай, - А отца?

- Ночь… - Та-Рон поморщился, - Охотник… Тот, кто охотится ночью. И еще было другое имя, но я не знаю, как объяснить значение. Я и сам слабо понимал…

- А тебя как зовут? – спросила Лои-Ки

- Я… мое детское имя… Ночной Туман. Оно сложено из имен родителей. Свое имя я… должен был получить в пять лет. Год оставался…

Руки Та-Рона покрылись серой чешуей до локтей, лицо заострилось, стало суровым и немного нечеловеческим. Радужка налилась огнем, но зрачок округлился, стал огромным.

- Вот и познакомились, наконец-то… надоеда, - пошутил Гиай, - Точнее Ночной Туман.

- Да… Наконец-то…

- Значит выяснил, как тебя звали? Зачем? – Ар-Жен смотрел тяжело и недобро.

- Это… часть моего прошлого и часть… жизни моего вида, - Та-Рон поморщился, - Имена обычно описывали цвет чешуи или черты характера. Могли еще ссылаться на какие-то деяния… Да, примерно так.

- Это не важно, - нахмурился командир, - Важна твоя верность Таме. Лишь зная о ней, тебе позволили встретиться с дикарями.

- Мою верность не способны поколебать слова дикарей, - он выпрямился, - Они не знают насколько важен порядок.

- Ну что ж… Отлично. Отдохни хорошенько и подготовься.

Ар-Жен кратко кивнул и вышел.

Та-Рон вздохнул и сел на кровати. Откровенно говоря, чем больше командир спрашивал, верен ли он, тем меньше была уверенность в Таме. Если бы он мог, он бы прямо сейчас забрал друзей и сбежал бы в другой мир… Но как это сделать? Как активировать эту самую ментальную формулу?

Он встряхнулся и побрел в душ. Хотелось напоследок вымыться и согреться. Да, произошедшее несколько дней назад, второе высасывание магии не вырубило его, как первое, даже не морозило особо… Но всё равно, ему просто нравилось греться в горячей воде. А скоро ли будет новая возможность искупаться? Кто знает… Он посмотрел на свои руки. Стоило только захотеть и за считанные мгновения они покрылись чешуей. Как это легко, оказывается. Надо просто захотеть… Пожелать… сосредоточиться на том, чтобы чешуя покрыла плечи… Ноги… вверх от стоп до коленей и выше, до бедер… Вот чешуя покрыла грудь, шею… От ног поднялась на спину и живот… Вот и на лице ощущаются чешуйки…

Фух… кожа перестала чесаться. Оно того стоило. Ещё бы спина и копчик ныть перестали!

…Мы лежим втроем у входа в пещеру. Отец укрывает крыльями нас с мамой… Я выглядываю из-под его крыла и слушаю истории о звездах.

- А вот это, - он указывает на крупную точку над горизонтом, - Не звезда.

- А что это? – спрашиваю я, рассматривая неправильное светлое пятно, - Ведь светится.

- Это другой мир. Когда на него падает свет солнца, его видно. Это как когда в пещеру лучи заглядывают. Тот мир похож на наш – там есть горы, долины, леса, реки и моря… Я бывал там.

- И какой он?

- Интересный. Драконов там мало живет. Зато много людей и похожих на них существ.

Про людей я не очень понимаю. Это безкрылые наверное.

- Я туда тоже полечу? – спрашиваю с надеждой. Ведь так интересно!

- Конечно, - отец довольно щурится, - Но только когда вырастешь.

- Обещаешь?

- Обещаю.

Глава 8 Отправление

Та-Рона подняли рано, в шесть утра. Мужчина с ворчанием сел в кровати. Чем дальше, тем больше ему не хватало времени на сон. Хотелось спать намного больше… Ладно, хотя бы на пару часов. Ему казалось, что сутки в его родном мире были длиннее.

Утреннее посещение санузла, плотный завтрак, надеть новенькую форму и проверить личный рюкзак. В который раз перепрятать свои маленькие сокровища – жемчужину, расческу и резинку. Замереть перед зеркалом. Расчесать отросшие волосы пятерней. Ну вот, скоро опять начнут лезть в глаза.

- Та-Рон Ан-15! Готов? На выход! – громыхнуло из динамиков голосом инструктора.

- Есть на выход! – откликнулся Та-Рон. Оглянулся в последний раз, подхватил рюкзак и направился к двери. Недолго он в этой комнате прожил.

От выхода его привычно сопровождали четверо суровых охранников. Они быстро шли по коридорам. Светлым, чистым, неуловимо холодным. Вот и лифт. Он уносит их… наверх? Действительно, Та-Рон с охранниками вышли на поверхность, и расселись в небольшой машине без верха.

Ехали не спеша, мужчина даже успевал рассмотреть здания вокруг. Корпуса, склады, жилища. Большинство лабораторий были скрыты под поверхностью, но и на зданиях виднелись какие-то приборы. И повсюду идеальные порядок и чистота. И ни травинки… Стекло, бетон и железо.

Вскоре выехали из комплекса и оказались в соседнем. Главенствовало в нем громадное здание, а остальные, мелкие, теснились вокруг. Машина направилась прямо в главные ворота и… Та-Рон сначала не понял, что это за громадины. Потом вспомнил информацию по летательным аппаратам.

Корабли! Огромные летающие корабли в просторном ангаре! Четыре с одной стороны и четыре с другой. Насколько же они большие!? Выглядит, будто здания положили на бок!

Машина остановилась на маленькой стоянке. А впереди… Оказалась странная конструкция. Огромный круг стоял вертикально, почти впритык к стене.

- Что это за штука? – не удержался от вопроса Та-Рон, когда они вышли из машины.

- Портальная установка, - после короткой паузы ответил инструктор, - Видишь ее размеры? Корабль может пролететь.

- А на той стороне тоже нужна такая установка? – уточнил заинтересованно.

- Не обязательно. Сюда так пролетали. Но с одной портальной на другую лучше, чем без нее.

- Мы что, полетим на корабле?

- Нет, - инструктор рассмеялся, - Придумал тоже! Идем, там все увидишь.

Их цель была слева от круга. Просторная площадка, в центре которой заканчивали установку непонятных конструкций и чертили рисунки для переноса. В одной стороне явно были места для отбывающих – лавки, столы, кабинки. Рядом разгружали грузовик, правда Та-Рон не понял что там, в ящиках. Стояла разная техника, которую собирались взять с собой.

С другой стороны были небольшие здания, в которых видны были пульты управления. Оператор уже сидел там и командовал помощниками.

Время – 7 часов. Три часа до отправления. Вокруг множество разговоров, порою переходящих на повышенные тона. Та-Рон спокойно их подслушивал.

- Почему заранее не нарисовали!? – рычит кто-то на оператора.

- Потому, что нельзя! Три часа перед переносом – это максимум! Если раньше, формула может сбойнуть! – это оператор говорит.

- … Где отряд?

- Уже в пути! Будут через десять минут!..

-… Объект Т прибыл!

- Отвести Т объект в зону ожидания!...

Охранники повели Та-Рона к лавкам, где они и расселись.

Вот закончили рисовать схему. В стороне от места перемещения начертили второй круг. Не схему, как там, а просто окружность с обозначенным центром.

-… Все оборудование на месте?

- Осталось мотоциклы подкатить.

- Так катите!...

-… Отряд прибыл!

- Отведите отряд в зону ожидания! Проверьте состав по списку!...

Три десятка солдат подошли к лавкам. Инструктор и охранники Та-Рона передали вахту и ушли, не прощаясь.

- Так это ты Та-Рон? – спросил сурово старший офицер. Чем-то очень похожий на Ар-Жена.

- Так точно, - он вскочил и выпрямился.

- Меня зовут командир Ши-Зар Ян-1. Ты теперь под моим командованием. Ли-Рай, Ги-Рай! Присматривайте за ним! Проверьте готовность!

- Так точно! – дружно ответили три луженых глотки.

- Всем остальным – сесть и ждать!

Сам Ши-Зар отправился в зону управления, где видны были другие военные.

- Ты ведь недавно стал военным, Та-Рон? – спросил один из приставленных к нему парней.

- Да, всего декада подготовки, - кивнул мужчина.

Эти парни выглядели молодыми и невероятно похожими. Отличить их можно было только по разным банданам.

- Так нам придется проверять твое обмундирование? - уныло уточнил второй.

- Инструктор вчера проверял. Три раза заставил перекладывать.

- Тогда ладно, - рассмеялись парни.

- А почему вы там похожи? - спросил Та-Рон.

- Так мы близнецы! Это значит, что родились от одной матери и одного отца, – первый сбросил рюкзак и присел, - Я Ли-Рай, а он – Ги-Рай.

- Главное во время боя не перепутай, - хохотнул Ги-Рай.

- Ну спасибо, что всё же представились, - Та-Рон покачал головой.

- Молодежь… - проворчал военный постарше, - Сейчас же проверьте его экипировку и готовность! Это приказ!

Парни с ворчанием приступили к выполнению.

-… Да зачем нам этим заниматься? – это голос Ши-Зара.

- Потому, что это записано в ментальной формуле! – разъяснял терпеливо оператор, - Перемещается объект и то, что с ним соприкасается. Желательно – держится покрепче, привязано или пристегнуто. Чтобы не суетиться перед отправлением, нужно согласовать расстановку сейчас! Иначе оставите тут половину отряда и все припасы!

- Аррр…

- Вон там круг для тренировки нарисован! Расставляйте оборудование и людей! Инженерный отряд прибудет через пол часа…

- Так Та-Рон, я смотрю, что все в порядке, - Ги-Рай окину взглядом разложенные на столе вещи, - Укладывай.

- Опять? – его передернуло.

- Свой рюкзак ты должен укладывать сам, чтобы точно знать расположение вещей, количество припасов, оружия и оборудования, - назидательно уточнил все тот же ветеран, - Понял?

- Понял… - Та-Рон четко кивнул и приступил к выполнению. Ветеран был прав, просто ему… надоело раз за разом делать одно и то же.

Ветеран продолжал смотреть на него внимательным, цепким взглядом. В конце упаковки одобрительно кивнул и тихо посоветовал:

- Нож пристегни на бедро, как мы. Стреляешь как?

- Никак. Два попадания из десяти.

- Тогда пистолет спрячь. Мы потом, если что, подучим.

- Спасибо, - он чуть склонил голову и улыбнулся, - Как вас зовут?

- Десятник Ди-Мат Ян-3, - представился ветеран, устроился поудобнее и натянул кепку пониже, сделав вид будто дремлет.

Парни уважительно притихли.

- Значит так, ребята, - хмурый Ши-Зат обвел взглядом своих людей, - Ситуация такая. Ментальная формула будет перемещать объект, на который завязана. В нашем случае это Та-Рон. Все остальное будет перемещаться только если соприкасается с объектом. Необходимо будет очень крепко держаться, плюс держать наши припасы и оборудование. Все поняли? Сейчас мы будем расставлять грузы и людей. Да, грузы будем таскать сами. Десятка инженеров и ученых скоро будет, учитывайте места для них. Тренировочный круг там.

Мужики молча подхватили свои рюкзаки и направились к грузу. Ди-Мат первым подхватил ящик покрупнее и отнес в центр круга.

- В центре должен стоять объект! Та-Рон стань на крестик! – донесся из динамиков голос оператора.

Дальше он только и делал, что стоял и наблюдал за суетой вокруг. Грузчиков убрали с площадки чуть раньше, у зоны перемещения что-то доделывали инженеры. Вскоре прибыл четвертый десяток группы разведки и влился в суету. За спину Та-Рону засунули маяк. Некоторые солдаты усаживались верхом на ящики и на мотоциклы. Старались встать как можно теснее, чтобы никто не остался за пределами круга.

Время – 8 часов 30 минут. Полтора часа до отбытия.

Наконец расстановка закончена. Оператор и Ши-Зар утверждают и отпускают всех в зону ожидания.

- Та-Рон! Подойдите к пульту управления! – зовет из динамиков незнакомый голос.

Он подрывается и вместе с близнецами подходит к пультам.

- Пришел? – оператор кивнул, - Отлично. Сбрасывай рюкзак и иди сюда. Измерим твой резерв.

- Зачем?

- На всякий случай… - он указывает Та-Рону на прозрачную сферу, - Положи руку на нее и стой.

- Положил. Стою, - отрапортовал он с усмешкой.

- Так… Вижу, порядок. У тебя примерно половина запасов магии. Это хорошо, потому что наших запасов хватит впритык. Так что не пугайся, если ментальная формула начнет тянуть силы из тебя.

- Хорошо, - кивнул Та-Рон, - Что-то еще?

- Да так, по мелочи…

Ученые мучили его ещё пол часа. И только напоминание оператора о времени оторвало их от объекта исследований. Близнецы упорно делали нейтральные лица, но в их глазах плескался смех.

Прибыл командир Ар-Жен. Оглядел хмурым взором происходящее. Тихо поинтересовался о степени готовности.

Ши-Зар отрапортовал и с одобрения оператора отправил свой отряд переставлять грузы на круг телепорта.

Сорок минут до отбытия.

Всем дали 20 минут чтобы оправиться и проверить готовность.

Двадцать минут до отбытия. Та-Рон заметил, что его руки подрагивают и норовят покрыться чешуей. Когда у него в прошлый раз так дрожали руки? Когда он впервые был с женщинами… Лои-Ки и Фиа-Ди… Он нервно улыбнулся и вздохнул. Скоро он отправится в свой родной мир…

Или не в родной? Если он правильно понял, в ментальную формулу был записан определенный адрес. Но разве обязательно это должен быть тот же мир? Отец нашел бы их где угодно… Может ли быть, что похитители отправляли его и маму куда-то еще? Но куда тогда? Может в тот мир… В соседний, о котором говорил отец в прошлом сне? Не зря же именно это приснилось накануне отбытия?

Сказать им?

Промолчать?

Та-Рон встряхнул головой. Это все просто его догадки.

- Как ты? Волнуешься? – спросил Ар-Жен. Та-Рон не заметил, как они с оператором подошли.

- Да, очень, - он выпрямился в стойке смирно.

- Помни, что от тебя многое зависит. В том числе сможем ли мы принести Порядок в твой мир. Все миры Таме надеются на тебя, парень, - Ар-Жен одобряюще хлопнул его по плечу, - Не подведи нас и возвращайся. Мы ждем вашу группу.

- Вернусь, - Та-Рон кивнул, - Я обещал им. А вы обещали мне, что они будут живы.

Ар-Жен нахмурился, потом кивнул и отошел к Ши-Зару.

- Ни о чем не беспокойся, всё уже сделано за тебя, - по-своему подбодрил его оператор, - Осталось только запитать формулу. Для лучшего контакта тебе надо разуться и стать в центр круга. Обувь повесь на шею за шнурки… Давай помогу, - хохотнул он.

Та-Рон замер, чувствуя как холодит ноги. На шее нелепо повисли ботики. Прозвучал сигнал, что осталось пять минут. Отряд поспешил расположиться по ранее оговоренным местам. Оператор кивнул ему напоследок и ушел к пультам. Там уже ждал Ар-Жен.

Минута до отправления. Люди устраиваются поудобнее. Близнецы замерли по бокам, а Ши-Зар прямо перед ним.

Тридцать секунд.

-…Начинаем подачу энергии! – сообщает оператор…

- Хватайтесь друг за друга! Держитесь крепче! – командует Ши-Зар.

Тянутся руки, хватаются за одежду, за рюкзаки.

Теплеет пол под ногами. Линии схемы наливаются светом.

Двадцать секунд.

Та-Рон вдруг ощущает движение незримых энергий. Они напоминают магию из клубка у него в груди. Или это и есть его магия, что выкачали раньше?

- Десять секунд, - вслух сообщает оператор.

Схема будто отделяется от пола. Разгорается все ярче. Хочется закрыть глаза, но ещё больше хочется увидеть происходящее.

- Пять. Четыре. Три…

Ментальная формула рывком насыщается силой из Та-Рона и тут же срабатывает.

Мир вокруг исчезает в ярком свете.

- Два… Один… - досчитывает оператор по инерции, хотя всё уже случилось.

Часть 2 (Попадание второе) Хаос ___ Глава 1 Прибытие, неведомый лес

- Друг!

- Я занят!

- Просто посмотри… - мягкий женский голос.

- Что?... Это он!? – черные глаза удивленно распахнулись.

- Они сейчас окажутся в море и погибнут, - говорит она обеспокоенно.

- Нельзя этого допустить… Но куда проложить им путь?

- Смотри… - зеленые глаза открылись черным на бесконечно долгие доли секунды.

- Вижу… - черные глаза сморгнули, - Значит на острова. Ты присмотришь за ним?

- Возможно… Слишком больно туда смотреть.

Он понимающе кивнул. Усилие воли… и телепорт уходит на вершину скалы, нависающей над морем.

Блеснула молния, на миг разгоняя ночную мглу.

На скале уже стояли иномирцы... И парень из предсказания.

Глава 1 Прибытие, неведомый лес

Та-Рон не видел ничего. Не слышал ничего. Ничего не ощущал, будто был в пустоте.

Вокруг ничего нет… Как в тот раз, когда он перемещался в мир Таме.

Страшно…

Кажется, что он навсегда останется в этом ничто, не имея возможности что-либо сделать. Только бесконечно вспоминать… Как долго он пробыл в этой пустоте? Не понять…

Нет, он все же движется. Но это происходит так медленно, что заметить почти невозможно. Куда же он направляется?

Ох… Что? Что это? Чье это тёплое внимание? Чье удивление?

Они направляют его в другое место. Куда? Почему?

Вдох!

По телу прокатилась боль и пустота. Ослабшие ноги заскользили по мокрой земле. Ветер немедленно швырнул в лицо воду.

Блеснула молния. Громыхнуло! Люди дружно покачнулись, присели. Кто-то испуганно закричал. Что-то загрохотало по камням. Два вопля отдалились и резко оборвались.

- Всем быть осторожнее! – Ши-Зар с трудом перекричал шум ливня и мощный грохот, - Держимся вместе! Достаньте фонари и посмотрите вокруг!

Лучи света вскоре развеяли мглу. Оглянувшись, испуганные люди обнаружили себя на вершине скалы, куда не вписались двое солдат и три ящика.

- Они там, внизу! – сообщил смельчак, заглянувший в пропасть, - Застряли между скалами.

Ши-Зар помрачнел. Не прошло и секунды, а они уже потеряли двоих. Да и этот… Та-Рон осел на мокрую землю, близнецы едва держат его.

- Десятник Ди-Мат! Бери бойцов и в разведку вниз по склону! Нам нужно найти место для ночевки! Связь каждых пять минут!

- Есть в разведку! – отозвался ветеран, вызвал двух своих бойцов и начал осторожный спуск. Редкие вспышки молнии освещали пологий склон, лес и скалистый берег, дождь хлестал, шумели волны…

- Достать дождевики! – добавил командир.

Дальше Та-Рон не слышал. Отключился.

Проснулся от того, что кто-то его поил водой. Мотнул гудящей головой.

- Холодно…

- Очнулся? – Ли-Рай наклонился над ним, - Ты как?

- Холодно мне. Эта формула высосала из меня все, что могла.

- Скажи спасибо, что сухо! – хохотнул парень.

Через пару минут выяснилось, что Ди-Мат отговорил отряд от ночного спуска со скалы, мол, круто, скользко, темно и ливень хлещет. Поэтому бойцы на скорую руку составили стены из ящиков, накрыли их брезентом и засели в этом импровизированном убежище. Хотя бы ветер меньше дует и дождь в лицо не швыряет. Уже хорошо.

- Та-Рон, на что жалуемся? – спросил его незнакомец.

- Вы…?

- Штатный врач экспедиции, На-Рол, - представился жилистый мужичок с внимательным взглядом, - Так в чем дело?

- Ментальная формула на исходе выкачала из меня всю магию. Мне необходимо согреться.

- Ясно. Ли-Рай, приготовь для него горячий бульон из пайка и возьми пару дополнительных одеял. На этом все.

- Понял, исполняю.

- Паек тоже разогрей. Я очень проголодался, - попросил Та-Рон. Обед им не выдали, опасаясь неадекватной реакции организмов на телепортацию…

Ночь была непривычно длинной. По приказу Ши-Зара отряд улегся спать, оставив дежурных. Дождь утих лишь к рассвету, да и то… Небо так и куталось в темные, низкие тучи. Было мокро, холодно и противно.

Едва начало светать, командир объявил подъем и завтрак. Через пол часа кто-то из ученых умудрился засечь рассвет. Наконец-то оглянулись и выяснили, куда попали. Тропики, сезон дождей и штормов, на условно-западной стороне джунгли. Море на условном востоке. Берег тянется с севера на юг.

- Десятники Ди-Мат и Ти-Лай! В разведку! Найдите место для временного лагеря! По возможности и место для постоянного присмотрите.

- Есть!

Бойцы тем временем начали спуск груза с проклятой всеми скалы. Дело шло неспешно – склон был очень скользкий, иногда кто-то не удерживался и спуск становился очень быстрым… и болезненным. А еще утром, когда стих дождь, начали устанавливать на краю механизм, чтобы вытащить тела погибших ночью и припасы.

Чуть в стороне волны с грохотом бились в скалы, крикливые птицы кружились над морем, вылавливая что-то из воды. Кто-то потом говорил, что заметил, как нечто выпрыгивает из воды и ловит птицу. Берег в этом месте был скалистый, крутой и высокий.

Та-Рон работал на равных с остальными солдатами. Таскал ящики, страховал окружающих. Под конец его вызвали наверх, чтобы помог с вытаскиванием самого тяжелого из-под обрыва. Командиры знали, что он физически сильнее и решили этим воспользоваться. Он не возражал. Просто тянул или понемногу отпускал, когда говорили.

Бойцы работали как команда. Ученые вносили небольшой разнобой, но в принципе вписывались.

Когда закончили с вытаскиванием упавших ночью, механизм споро разобрали и спустили вниз по склону. Там внизу лес начинался резко, почти без перехода.

Та-Рон восхищенно замер, рассматривая незнакомый, зеленый и очень пышный лес, наполненный цветами и птицами, похожими на цветы. До чего же красиво! Травы здесь были высокие, густые и разлапистые. Кусты походили на деревья, а деревья стремились к небу. С дерева на дерево тянулись незнакомые длинные растения, обвиваясь вокруг стволов и веток. Среди буйной зелени порхали яркие бабочки и птицы. Вездесущие насекомые ползали, прыгали, летали, плели сети и прятались так, что даже его глаза едва замечали их.

- Чего замер? – спросил Ли-Рай, заметив его ступор.

- До чего же красивый лес! – выдохнул Та-Рон.

- Джунгли как джунгли, - снисходительно пробурчал Ги-Рай, перехватывая поудобнее пластиковый кейс, - Идем уже. Успеешь еще насмотреться.

- Что значит «джунгли»?

- Тропический лес, - пояснил второй близнец, - Это когда лес густой, в жарком и дождливом климате. В общем, это оно и есть. А ты, говорят, из этих краев? Узнаешь что-то?

- Нет, - Та-Рон покачал головой и подхватил свои ящики, - Мой родной лес был похож на тот, в саду возле медцентра… А, вы не знаете, наверное…

- Какой медцентр? – заинтересовался Ли-Рай.

- С-5 Хин. Я там пробыл декаду. Сад там красивый.

- Да, помню… И женщины там что надо, - Ли-Рай мечтательно закатил глаза, - Про сад и лес я понял. Значит, мы не возле твоего дома?

- Точно нет. Это была огромная долина, над которой поднимались высокие гребни и горы. Мы жили в пещере на краю гребня, и по утрам туманы затапливали долину, но до нас никогда не доставали. На дне долины были леса… А про такие леса я и не слышал никогда.

- Ты будь осторожнее, - предупредил строго Ги-Рай, - В джунглях водятся ядовитые животные, опасные хищники и даже опасные растения. И это не считая всяких насекомых.

- А еще есть обезьяны. Они хуже всех! – Ли-Рай округлил глаза.

- Чем? – насторожился Та-Рон.

- Они могут закидать тебя чем-то, - на полном серьезе предупредил Ли-Рай, - Могут забрать вещи или съесть еду. Могут просто разбросать все… При этом они орут, визжат и прыгают… Вот уж истинное воплощение хаоса!

- С-спасибо, что предупредил, - Та-Рон передернул плечами, тут же споткнулся и упал лицом в грязь.

Бойцы вокруг хохотнули и бросились поднимать его. Та-Рон отплевывался и тоже смеялся, вытирая с лица жидкую грязь. Потом Ли-Рай помог ему умыться, слив пару горстей воды из фляги.

Шли медленно, таща на себе самое необходимое (остальное оставили с частью отряда у подножия скалы). Всего в километре от места прибытия, разведчики нашли отличную пещеру с просторной площадкой перед ней, с одной стороны прикрытой скалой и с другой – обрывом и рекой. Третья сторона выходила прямо в лес, но с этим они разберутся. Пещера, как вскоре выяснилось, была просторной, длинной, с множеством «комнат». Ши-Зар был доволен – хватит места и для личного состава и на склад и ученым и просто для удобства. Они даже оборудовали одну пещерку под отхожее место – там весьма удачно оказалась дыра, выходящая на реку. К тому же туннель закручивался и выходил на вершину скалы, и с нее можно было неплохо обозревать окрестности.

Разведчики в кратчайшие сроки нашли отличную базу.

Первые дни ушли на перетаскивание вещей, уборку пещеры и обустройство базы, в том числе защитного периметра, ограды и ловушек. Разведчики кружили вокруг и составляли карты местности. Они уходили утром и возвращались поздно вечером, когда джунгли накрывали густые, зябкие сумерки и начинался дождь. А он шел почти каждую ночь…

Ученые без особого удивления сообщили, что здешние сутки длиннее ровно на 8 часов и длятся 24 часа вместо 16. Ныне период короткого дня, сезон дождей. Гроза в ночь прибытия была скорее исключением, по словам умников, сезон ураганов давно закончился. Небо они, увы, почти не наблюдали – по ночам сплошная хмарь, только днем солнце выглядывает и тогда лес предстает во всей красе и буйстве красок. Правда, сыро и грязно было почти всегда, но когда дождь надолго прекращался, вылезали насекомые, кусались и жужжали.

Технические устройства работали, но использовать их не получалось. На мотоцикле в джунглях не разгонишься, дрон в ветер и дождь не полетает. Оставалось ждать погоду и посылать пешую разведку.

Но разведка опасалась далеко отходить от базы. Джунгли кишели живностью – голодной и агрессивной. Непривычной. И каждый день у врача была работа – то кого-то укусят насекомые, то змеи, то окажется ядовитым осторожно опробованный фрукт. На охоту пока не ходили, всерьез питаться здешней едой не собирались, да и не сезон был – фрукты только созревали, редко удавалось найти спелый.

На четвертый день Та-Рон в очередной раз помогал дежурному с готовкой у костра. Чего-то более серьезного он, увы, не умел, да и готовил только под присмотром. Ему нравилось возиться возле костра – живой огонь очаровал его с первого взгляда. В мире Таме он ни разу его не видел, то есть с самого детства, до попадания туда. И теперь пламя притягивало его, согревало, окутывало ощущением жизни. Заметив его тягу к огню, десятник Ди-Мат распорядился приставить его к делу у костра – так и присматривать за ним меньше надо, и польза есть.

Время приближалось к полудню, начиналась жара, парило. Та-Рон подкинул дров в огонь и разогнулся. Ему показалось, что он слышит тяжелые, гулкие шаги. Что такое? Вроде никого…

Ночная смена отсыпается в пещере, часть в разведке – на этот раз пошли на север, чётко на половину светового дня пути. Часть осталась в лагере, на страже. У всех при себе оружие, все хотя бы раз в день тренируются. Та-Рона тоже гоняют, особенно в плане стрельбы. Он, к слову, уже почти восстановился после перемещения, хотя клубок в груди так и не налился полноценным жаром. Отлично слышал, видел, ощущал запахи. При нем же была сила мышц и крепость тела… Жаль, когти и чешую вызвать не получалось. Но он пытался.

Зашелестели кусты. Кто-то громко засопел. Щелчок! Взрыв и вой!

Люди повскакивали как раз вовремя, чтобы увидеть, как из леса выскакивает страшное животное. Черное, в красных полосах, громадное – выше человека.

- Это горилла! Стреляйте! – крикнул Ди-Мат и первым нажал на курок.

Автомат выплюнул навстречу горилле очередь и та громко, болезненно заревела. За это время остальные успели опомниться и тоже начали стрелять со всех стволов. Та-Рон схватился было за пистолет, но дежурный остановил его.

- Лучше не стоит. Ты еще плохо стреляешь, а между тобой и врагом слишком много людей. Разве не обидно попасть в своих?

- Да, это было бы плохо, - кивнул он в ответ, напряженно следя за ситуацией.

Горилла уже ломилась обратно, в лес, но другой дорогой и соответственно нарвалась на еще одну ловушку. Бум! Рев! А Ди-Мат уже выхватил другой пистолет и побежал за животным. Направил на шевелящуюся между деревьев тушу, нажал на курок… А выстрела и не слышно. Вместо него на пару секунд накрыло противное ощущение онемения.

- Опять эхо от излучения идет, - дежурный потряс головой, - Зато теперь всё в порядке.

- Что происходит? – едва выбежав из пещеры, спросил Ши-Зар.

- Горилла, командир! – отозвался На-Рол и доложил о происходящем. У него в руках тоже был автомат.

- Пойдем-ка, посмотрим, - кивнул Ши-Зар врачу, и они двинулись в джунгли, вслед за животным и своими солдатами.

Та-Рону тоже было интересно, но распоряжения идти не было, так что он остался возле костра. Зато отлично слышал, что там происходит, и о чем говорят.

- Оно живое?

- Пока да, - это Ди-Мат говорит. Хмуро, недовольно.

- Живучая тварь, - зло восхитился Ши-Зар, - Что за животные тут живут? Ладно… На-Рол, осмотрите гориллу. Почему ещё жива?

- Как будто это так просто определить, - проворчал тот в ответ, - Так… экземпляр довольно крупный, больше двух метров, шкура наверняка толстая. Шерсть грубая, густая. Думаю, у него еще и прослойка жира есть. Значит мелкий калибр ему особого вреда не причинит. Лучше будет сразу бить крупным или по уязвимым точкам.

- Какие есть уязвимые точки? – уточнил Ши-Зар.

- Думаю, как у человека. Глаза, рот, шея, колени.

- Сильные стороны?

- Длинные лапы, сила, размер, - прикинул десятник Ди-Мат, - Гориллы не самые ловкие, но быстрые. Так, он начинает шевелиться, На-Рол, он вам ещё нужен?

- Убивайте, - буркнул врач, отступая от зверя.

Перезарядка пистолета. Выстрел!

- Что за? Он ещё жив? – удивился десятник.

Вновь выстрел! Слышен болезненный рев.

- Отойдите, я еще разок ударю излучателем.

- На максимальную мощность ставь, - посоветовал Ши-Зар, отходя от туши, - Что-то мне это не нравится. Ди-Мат, зови своих ребят и опытным путем выясните, как это можно убить.

- Так точно, командир, - мрачно согласился десятник. И снова появилось ощущение онемения в теле.

Гориллу убивали почти час, сперва пройдясь по ее туше легким оружием, и лишь потом взялись за тяжелое. И даже тяжелым не получилось убить её с одного выстрела. Более того – горилла регенерировала! Только когда разнесли голову, это странное создание наконец обмякло. Потом врач и биолог несколько часов разбирали её и разбирались, почему она настолько живучая.

К собственному изумлению, ничего лишнего они не нашли. Решили, что некоторые местные животные – мутанты.

Увы, с этого дня что-то изменилось. Животные, особенно хищники, активизировались и все чаще выходили к лагерю, нападали на разведчиков, караулили на тропах. Змеи заползали в пещеру, насекомые лазили по потолку… Приходилось укреплять оборону, ставить дополнительные ловушки и заграждения, обрызгивать коридор составами от насекомых. Заодно извели весь подлесок на тридцать метров вокруг лагеря.

Солдаты продолжали упрямо ходить в разведку, подбадривая себя тем, что все ещё живы. Но с каждым днем приходилось быть все осторожнее, всё чаще сражаться с местной фауной и изводить плотоядную флору. Да! В джунглях оказалось много хищных растений, весьма изобретательно расставлявших ловушки. Хорошо, что во время дождя большинство дремали, но и они не отказывались протянуть лозы к человеку.

Поэтому за десять дней в этом мире разведали совсем мало – побережье на пол дня пути на север и примыкающий к нему лес, да немного на юг. Они, оказывается, находились на плато, плавно снижающемся в северном направлении. На западе и юге были высокие обрывы, и они так и не нашли спуск, а сверху видели только джунгли и реку. Решили дождаться хорошей погоды и разведать дронами, а потом и спуститься на веревках.

Та-Рону редко приходилось сражаться. Разве что когда животные шли стаей и остальные не успевали всех отстреливать. Он-то и выяснил, что врукопашную проще всего убивать, перерезая зверю горло длинным ножом. Поэтому ему выделили увесистое мачете из какого-то особо прочного сплава и научили пользоваться им. Кое-кто из ветеранов даже смог повторить его фокус с рукопашкой, но большинство предпочитали огнестрелы и излучатели.

Ещё на третий день, утром, перед пещерой установили маяк. Ученые нервно кружили вокруг него весь день, смотрели на часы и приборы, но так и не дождались некоего результата. Та-Рон не знал, чего они ждут и не смог понять из разговоров. Но маяк остался стоять и на пятый день, и на седьмой… Ши-Зар с каждым днем становился все мрачнее и нервнее. Может поэтому разведка продолжала уходить в лес? Хотели оказаться подальше от тяжкой длани командира.

Десятого вечером Та-Рон «случайно» оказался вблизи от пещеры, где обосновались ученые. У них как раз было совещание с командиром и десятниками.

- Вы выяснили, почему база не связывается с нами? – Ши-Зар нервно барабанил пальцами по подлокотнику легкого походного кресла.

- Нет, мы не смогли, - ответил старший группы ученых, - Маяк работает, сигнал уходит, но мы не знаем, получают ли его.

- Но оговоренный десятый день давно прошел. Таме не может нас бросить!

- Может сигнал что-то блокирует? – робко подал мысль кто-то из ученых.

- Никаких шумов или заглушек мы не обнаружили, - отмел предположение другой, - Пять раз уже проверяли – в этом мире даже радиосвязи нет, не то что более технологичных способов связи.

- Может слишком далеко и сигнал просто не доходит? – это десятник Ту-Мор.

- Для этого типа маяков расстояние не играет роли, - пояснил главный ученый, - По ним можно перейти в любой из миров Таме. Дело в чем-то другом.

- Так в чем?

- Мы не знаем, - мрачно обронил ученый.

- А сколько сможет проработать маяк?

- Лет тридцать, если мерять нашими годами, - ответил кто-то из ученых, - Здешних лет мы не знаем.

- А Та-Рон что говорит?

- Он говорил близнецам, что его родная долина выглядела иначе, - сообщил Ди-Мат, - Никаких джунглей он не видел, более прохладный климат и так далее. Короче – мы в другом месте. Да и его сородичей не видели.

- Мы не видели ни людей, ни признаков их присутствия. Только этих странных животных и джунгли, - проворчал Ту-Мор, - Куда же мы попали?

Вопрос повис в воздухе, оставшись без ответа. Никто не знал и даже не предполагал.

- Итак, подытожу, - заговорил Ши-Зар, - У нас нет связи с Таме и не известно, будет ли. Вокруг нас полно агрессивной флоры и фауны. Наши припасы пищи, медикаментов и оружия ограничены… При нынешних расходах хватит на три месяца максимум. Первым закончится оружие, потом лекарства. С едой попроще – мы уже нашли съедобные плоды, но неизвестно можно ли есть мясо мутантных животных. Воды полно в реке под обрывом. Есть что дополнить? Нет? Есть предложения, что делать?

- Выживать и надеяться, что Таме выйдет на связь, - ответил главный ученый.

На следующий день маяк перенесли на вершину скалы и закрепили там, на ровной площадке. Для стойкости его обложили камнями, а пустоты заполнили быстро твердеющим раствором. Корпус маяка был очень крепок, но рядом скала обрывалась, а внизу были камни и река – было бы трудно вылавливать и вытаскивать его наверх. Ещё ученые что-то переделали и настроили, чтобы система работала полностью автономно, и маяк сам отсылал сигнал и разведданные, которые ежедневно обновлялись.

Ши-Зар начал переводить всех на рукопашное оружие и механические ловушки. Механики делали деревянные копья и вытачивали для них острия из ненужных деталей и сломанного оружия. Нескольких людей перевели на диету из мяса местных животных. За три дня не обнаружили никаких последствий и осторожно ввели мясо в общее меню. Та-Рон, к собственному стыду, в первый же вечер объелся, и был методично обруган На-Ролом.

Бойцы привыкали к этому новому миру. Научились сражаться, с каждым днем изобретали все больше способов истребления мутантов и выживания. Им даже нравилось сражаться и жить в постоянном напряжении. Их это заводило, увлекало. Только раздражала постоянная сырость и вездесущие насекомые, после укусов которых приходилось активно лечиться.

Вечером пятнадцатого дня в кои-то веки тучи разошлись. Сырой, холодный ветер шелестел в могучих кронах деревьев, свистел в скалах. От берега доносился далекий гул прибоя.

Та-Рон поёжился и плотнее завернулся в плащ. Два часа. Его дежурство продлится всего два часа. Можно и потерпеть. Тем более что здешние животные не любят холод и по ночам предпочитают прятаться и спать. Нападения обычно начинаются ближе к полудню и заканчиваются вечером, на закате.

По небу летели редкие, быстрые облака и сквозь них просматривалась россыпь звезд. В мире Орт Таме он никогда не видел звезды, просто потому, что порядок не предусматривал ночных бдений. Потому и тамошних звезд он не знал.

А эти… казались смутно знакомыми. Родными. Что не мудрено, если это его мир.

Однако… Что это за светлые пятна в восточной части неба? Одно севернее, другое южнее, еще и пятнистое… Как же раздражают тучи, что время от времени скрывают его!

Время тянулось безумно медленно. Другие дежурные сонно клевали носами, иногда болтали и обозревали джунгли через визоры. На вершине скалы вовсю восторгались ученые, наблюдающие за звездами. Жаль, не расслышать, что они говорят – ветер заглушает слова. Та-Рон добросовестно бдил, лишь изредка посматривая на небо. И чем дальше, тем больше находил знакомых звезд и созвездий, о которых рассказывал отец. Например глаз – крупная звезда в неровном круге. Созвездие лапа – живо напоминающее лапу отца. Созвездие бабочки, созвездие летящего, созвездие рыб… Многие названия Та-Рон просто не смог перевести на язык Таме.

Но это было его родное небо. От этого становилось легче. Значит похитители просто отправляли их в другую часть мира, а не…

Ух ты! Сейчас отлично видно южное пятно. Та-Рон прищурился и постарался присмотреться, что это такое. Как интересно… Пятно оказалось укутано белой и серой дымкой с редкими черными вкраплениями. Через нее были видны пятна синего, серого, зеленого цветов… Редкая желтизна.

- Та-Рон, наша смена закончилась, - Ли-Рай зевнул, - Пошли спать уже.

- Да, сейчас, - он встряхнул головой и поднялся. Навстречу им уже вышла следующая смена дежурных. И с ними ученый, который спустился за горячей водой. Как же его зовут? Точно! – До-Лан Ум-5?

- Это я, - довольно отозвался тот, - В чем дело, Та-Рон?

- Что это такое? – он показал на южное пятно.

- Это другая планета! – До-Лан восхищенно вздохнул, - Представляешь, как близко от этой планеты? Это большая редкость!

Сон с дежурных будто рукой сняло. Мужчины столпились вокруг ученого и начали выспрашивать подробности. Только через несколько минут, когда спустился глава ученых и поинтересовался, где вода, бойцы разошлись. Кроме задумчивого Та-Рона.

- Могу я пойти с вами? – спросил он у ученых, - Хочу получше разглядеть ту планету.

- Ты же сам говорил, что эти леса тебе не знакомы.

- А звезды – знакомы, - он задрал голову и ткнул пальцем в небо, - Отец рассказывал про эти созвездия. Я только про планету не очень понимаю, потому и хочу узнать подробнее.

- Знаешь эти звезды? – глава ученых оживился, - Тогда пойдем с нами, посмотришь в телескопы.

До-Лан подхватил его под руку и потащил наверх. По дороге рассказал, что успели выяснить. Что находятся они в северном полушарии, но довольно близко к экватору. Что на небе два нестандартных объекта, и если с южным все понятно, это соседняя планета, то северный… Договорить он не успел. Они уже поднялись на площадку, где было тесновато от обилия ученых.

Та-Рона немедленно направили к телескопу. Он склонился к трубе и заглянул в окуляр. Пару секунд неверяще рассматривал… Отлепился. Встряхнул головой. Еще раз посмотрел. Потом засмеялся… Смех быстро перешел в неудержимый хохот, что сопровождался всхлипами… Ученые вокруг только переглядывались, не понимая, что с ним.

- Та-Рон… Что случилось? – робко уточнил До-Лан.

- Это… Ой не могу… - он ещё раз хохотнул и с трудом произнес, показывая пальцем вверх, - Вон там мой родной мир.

- Что? – выдохнули ученые.

- Отец как-то рассказывал, что по соседству с нашим есть еще один. И кто бы мог подумать, что мы окажемся именно на соседней планете, а не на моей родной?

И он вновь согнулся от смеха. Хотя выглядело это глупо, и он это понимал.

Это кое-что объясняло. И куда Та-Рона отправляли, чтобы отец не нашел. И то, что климат другой, и животные отличаются. Другая планета! Потрясающе!

Та-Рон узнал родную планету только потому, что в детстве любил смотреть на глобус в кабинете отца. Огромный стеклянный шар показывал, как планета выглядит в реальном времени, смену дня и ночи, облака, моря, реки, озера, горы, вулканы, долины… Это завораживало малыша. Это накрепко обосновалось в его памяти, хотя до этого дня не всплывало.

Уже утром он рассказывал ученым и офицерам все, что помнил про обе планеты. Рассказ, прямо скажем, получился короткий. Но главное они выяснили – это тот самый соседний мир, и в нём живут люди. Или жили раньше…

Глава 2 Погибель из джунглей

День выдался жаркий. Дежурная десятка готовилась к бою и нервно посматривала на солнце. Ни одной тучки! Тем временем под сенью деревьев уже шмыгали мелкие зверьки-падальщики. Увы, сложно было убрать все остатки туш убитых монстров – мелкие куски плоти разлетались по траве, а кровь впитывалась в землю. Сами туши они приспособились бросать с обрыва в реку, которая относила все в море. Или не относила – в последнее время там все чаще видели чешуйчатые спины крокодилов.

Разведку сегодня не отправляли. Решили дать хоть части бойцов отдых.

Один из механиков сегодня опробовал станковый арбалет – огромную штуку, которая могла метать копья на четыре-пять десятков метров и сносила мелкие деревья. К тому же копья можно было выковыривать из туш и использовать снова. Ши-Зар одобрил идею и выделил двух бойцов в помощь.

Та-Рон привычно сидел у костра и чистил мачете от крови. Даже в такую жару он держался поближе к огню, хотя все думали, что поближе к еде… Ну они в чем-то были правы.

Парило страшно. Бойцы потели, рычали сквозь зубы и поднимали ведра из реки, чтобы умыться.

- Та-Рон! – подошел к костру десятник Ди-Мат.

- Да, - он подскочил и выпрямился.

- Наблюдай за лесом. Мы знаем, что ты видишь и слышишь лучше, чем люди. Едва увидишь угрозу – сообщи окружающим. Только обязательно спокойным голосом, чтобы не спровоцировать животных.

- Слушаюсь, десятник, - с готовностью кивнул Та-Рон.

- Сам в бой не лезь особо. Ги-Рай, Ли-Рай, держитесь рядом с ним. Возьмите со склада крупнокалиберное оружие.

- Можно снайперку? – подобрался Ги-Рай.

- Бери, - кивнул Ди-Мат и посмотрел в сторону джунглей, - Не нравится мне это…

Сегодня они пересчитали излучатели, что обездвиживают врага. Батарей хватит ещё на четыре дня такого пользования, поэтому приняли решение экономить.

- Наверху! – ткнул пальцем Та-Рон, заметив шевеление в кронах.

- Обезьяны! – тут же зло уточнил Ли-Рай, вскидывая автомат.

Ги-Рай молча прицелился и первым же выстрелом снес голову ближайшей обезьяне.

А дальше начался жуткий гвалт, визг, вой, крики… Обезьяны бросались фруктами, ветками и чем-то вонючим. Смелые спускались вниз и пытались схватить кого-нибуть, за что получали копьями и мачете. Увы, даже таких трудно было достать, а прыгающих вверху и подавно! Приходилось методично отстреливать.

Раненные обезьяны падали на землю и ползли к людям, страшно рыча и истекая кровью. Наконец появилась работа и для рукопашников. Даже Та-Рон раз за разом вступал в бой, прикрывая напарников, которые сосредоточились на стрельбе. В какофонии звуков время от времени слышались команды Ши-Зара и десятников. Все бойцы и даже ученые давно присоединились к обороне.

Бросив взгляд на небо, Та-Рон с изумлением понял, что прошло всего пол часа этой бойни. Земля вокруг была усыпана мертвыми тушами, гвалт ненадолго приутих и они услышали Ши-Зара.

- Отступаем в пещеру! Будем держать оборону на входе. Заносите что можете внутрь. Та-Рон, близнецы, займитесь лебедкой! Быстро!

То ли обезьяны отступили, то ли стае пришел конец, но атака прекратилась. Бойцы попарно ходили и добивали врагов вручную. Механики и ученые быстро разбирали всё, что могли и заносили внутрь. Благо, таких вещей было немного – лебедка для подъема воды из реки, арбалет, кое-какие хозяйственные приспособления и дрова.

Джунгли таинственно шуршали.

Отряд не сразу заметил потери. Десятника Ти-Лая нашли ещё тёплым за кучей обезьян. Двух бойцов не нашли вообще.

Правильно они готовились. Передышка закончилась внезапно, визитом большой красно-черной кошки. Она выпрыгнула из леса, понюхала воздух, облизнулась… Подхватила обезьянью тушу и одним прыжком исчезла в зарослях. Автоматы впустую громыхнули ей вслед.

- Мы идиоты, - заявил биолог, выслушав бойцов, которым перевязывал или заклеивал мелкие раны. Врач занимался более серьезными ранениями в полевом госпитале.

- А что не так? – поинтересовался Та-Рон.

- Вы заметили, что к нам приходят хищники большей частью? Они идут на запах крови, чтобы поживиться мясом. А у нас тут скотобойня, от которой постоянно пахнет свежатиной.

- А ведь и правда, - помрачнел оказавшийся неподалеку Ди-Мат, - Это началось после того, как мы одолели гориллу. Придется уходить с этой базы.

- А куда? – спросил кто-то из ученых, - На севере нет ни одного места для базы, а юг не разведан толком.

- Так может разведать? – задумчиво обронил Ди-Мат.

- Как? – вскинулся ученый.

- Дронами. Погода-то отличная.

Ученый распахнул рот... Задумался… Подхватился и убежал вглубь пещеры.

Снаружи всё чаще появлялись хищники. По совету биолога их пока не трогали, Разве что те подходили слишком близко, тогда пугали выстрелами. Из кустов вокруг доносился треск, ворчание, жевание, звуки драк за добычу… Группа усиленно думала о выживании.

- Нужен узкий вход, - изрек механик, - Так, чтобы поставить станковый арбалет перед ним и отстреливать всех. А рядом – нескольких бойцов с оружием.

- И как нам это сделать? – проворчал Ту-Мор. – Точнее из чего? Или у нас так много металла и сверхпрочных материалов?

- Из камней, - пожал плечами механик, - Скрепим раствором. Крепости хватит, чтобы защититься от животных.

- Все камни вынесли. Да и их попробуй притащи обратно…

- Еще можно сделать маленькие окошки в стенах, - продолжал задумчиво механик, - И стрелять через них, или бить копьями.

Бойцы задумались. Механик что-то чертил палочкой на земле, изредка бросая изучающие взгляды на вход в пещеру. Там плечом к плечу помещались шестеро, но ради свободы действий стояли трое, и двое у них за спинами, готовые в любой миг вступить в бой. Следующая пятерка стояла чуть в глубине, отдыхая и готовясь к смене.

Половина бойцов вышла из строя из-за травм, да и остальные были в синяках, царапинах и вонючих пятнах. Ученые за бойцов не считались, присоединяясь только в крайнем случае. Оставался десяток ребят, которые по очереди дежурили у входа. И Та-Рона определили к ним.

- Смена! – рявкнул Ту-Мор, заметив отсутствие животных. Он держался за спинами бойцов и постоянно оценивал ситуацию, готовый в любой момент принять участие.

Первая пятерка осторожно отошла вглубь, а её место заняла вторая. Та-Рон встал справа, в первой линии, и взял мачете на изготовку. Слева замер Ли-Рай, по центру – слабо знакомый боец. За спинами их встал Ги-Рай с винтовкой и еще боец с копьем. Обезьяньих тушек уже стало заметно меньше, но кусты продолжали шевелиться. Да ещё и тени какие-то мелькали по земле. Осторожно выглянув, Та-Рон заметил крупных птиц. Одна из них спикировала, подхватила тушку поменьше, и тяжко махая крыльями, улетела.

- Это что было? – уточнил Ту-Мор.

- Я не успел разглядеть, - Ли-Рай нахмурился, - То ли орел, то ли что. Но он крупный очень.

- Там еще трое таких кружат, - добавил Та-Рон.

Десятник надолго задумался.

Спину холодил ветерок из пещеры. Солнце припекало, и выходить под него очень не хотелось. Хорошо, что пещера обращена на север и внутрь никогда не заглядывает солнце.

Над тушами уже кружат мухи и другие насекомые, ползают ящерки, рвут мясо мелкие падальщики.

- Та-Рон!

- Что? – не оборачиваясь, спросил он того самого механика.

- Насколько крупный камень ты сможешь притащить?

- Думаю… Шестой слева ещё потяну, а если больше то нет, сам не смогу.

Механик умолк. Вскоре стало слышно, как он уходит вглубь пещеры.

Минут через двадцать, как раз когда бойцы сменились, механик вернулся вместе с Ши-Заром, Ди-Матом и парой ученых. Он потрясал чертежами и убеждал в чем-то собеседников. Те слушали и смотрели на вход.

Ночью вместо сна часть бойцов работала. Ещё шестеро, что могли держать в руках оружие, дежурили и всматривались в джунгли.

Они перетащили четыре валуна и расставили перед входом, укрепив раствором. Промежутки между ними частично заделали, заложив по возможности камнями. Уже утром срубили десяток ближайших деревьев, распилили и сложили в качестве козырька над «прихожей». Между делом временно установили лебедку и натаскали воды. Думали утащить к себе на разделку несколько туш, но те успели завонять. Пришлось сбросить столько, сколько успели. Этот день тоже выдался жарким, так что… Вскоре начался новый бой.

К утру успели поставить на ноги ещё нескольких бойцов, а ученые не чурались работать руками и таскать бревна. Но все равно… три пятерки сменяли друг друга каждых двадцать минут. На сей раз прибежали волки и оказались недовольны оставшейся добычей. Попытались выцарапать людей из пещеры но, понятно, впустую. Центральный промежуток между камнями остался самым большим и стал входом, через остальные бойцы стреляли или кололи копьями по необходимости. Уполовинившись, стая отступила к лесу.

Но когда двое бойцов вылезли, чтобы выбросить туши… Волки подхватились, в пару прыжков оказались возле людей и… один боец успел шмыгнуть внутрь. Другой растерялся и его утащили в лес… Отбить не удалось.

В боях прошло четыре дня. Люди сидели в пещере и отбивались на пороге. Звери приходили, утаскивали добычу, пытались выцарапать людей. Погода стояла солнечная, жаркая…

Вечером небо затянуло тучами, и 22 день в этом мире принес облегчение – дожди, прохладу и передышку. Звери, видно, расползлись по норам, пережидая непогоду, а люди наоборот вылезли и начали приводить в порядок окружающую территорию. Кости, обрывки шкур, даже окровавленные остатки одежд – все отправляли в реку. Даже часть земли соскребли и отмыли залитые кровью камни, лишь бы избавиться от запахов крови.

Дроны, целыми днями кружившие вокруг, нашли пару мест, пригодных для спуска. Поэтому прямо с утра одну пятерку отправили в разведку, не смотря на дождь, грязь, сырость и мокрые скалы. Лучше уж так, чем пробираться через джунгли, полные хищников.

Двое не вернулись. Один сорвался со скалы, но другой… просто пропал внизу. Ни криков, ни следов. Остальные лишь отвернулись и вот – его нет. Дрон, запущенный на поиски на следующий день, не нашел и первого тела…

Более того, в джунглях стало страшновато. Все время казалось, будто кто-то наблюдает за тобой, но стоит резко обернуться – и никого. Разве что теперь к ним зачастили черные, в красных и бурых разводах, птицы с прямыми клювами и двумя парами красных глаз. Их крики напоминали то мерзкий смех, то болезненные вопли. Бойцы плевались и не жалели патронов на истребление этой гадости.

Они потеряли ещё двоих, которые шли последними в группе разведки. Зашуршали кусты и, обернувшись, третий в строю боец никого не увидел за собой.

Ночью один из дежурных с какой-то стати вышел, да так и не вернулся.

Ши-Зар временно запретил выходы с базы. Кажется, этот мир преподносил им новый неприятный сюрприз. Этот зверь, кем бы он ни был, был гораздо опаснее любого другого, к тому же охотился когда хотел. Из-за него они потеряли троих за день! В общем счете отряд лишился уже одиннадцати бойцов…

Решили укрепить оборону и поставить новые ловушки. Срубили ещё деревья, накопали ям и утыкали их острыми кольями. Сделали колючие заграждения, ограды и незаметно разбросали побольше сухих веток и самодельных ежей, чтобы ни одно животное не прошло, не напоровшись. Относительно нетронутой осталась только скальная площадка перед пещерой.

Очередной ночной дежурный, на этот раз из десятка ученых, едва не убрел в лес, но напоролся на ежей и заорал от боли. Его поспешно вернули, обездвижили. Позже, когда он пришел в себя, выяснилось, что он этого вообще не помнит. Только как задремал.

Пока суетились, ушел другой.

На следующую ночь ещё трое. И двоим Та-Рон не дал уйти, удержав близнецов за шивороты и даже слегка поколотив, чтобы пришли в себя. Очнулись, ужаснулись.

Их осталось тридцать. Половина – ученые, офицеры и тяжело раненные. Вторая половина – изнуренные боями, работой, дежурствами и страхом бойцы.

Шелестят джунгли. Идет дождь. Издевательски смеются четырехглазые птицы.

Та-Рон спал, откинувшись спиной на левый камень входа и ногами упираясь в правый. Как раз так, чтобы ни один человек не смог переступить его, выходя наружу. Что интересно, его не могли «увести» в отличие от остальных. Ученые попытались выяснить, в чем дело, но не зная природы воздействия и без специального оборудования… Не смогли, в общем.

Однако Ши-Зар заметил это, и поставил его в ключевой точке. С разрешением ударить любого, даже его самого, главное чтобы привел в чувство.

Конечно, ему разрешили разместиться поудобнее – выдали дополнительные коврики, спальник, одеяла и пару излучателей для особо резвых «уходимцев». И разрешили спать и есть сколько влезет, лишь бы с места не сходил. Остальные сидели чуть подальше, изредка выглядывая в окошки через визоры.

Он проснулся от того, что ему что-то ткнулось в плечо. Явно острое – пробило куртку и застряло в ткани, не сумев пробить кожу. Та-Рон проснулся, обвел тьму сонным взглядом… И заметил, как растворяется в воздухе возле леса непонятное пятно. Хотел кликнуть ребят… Но один из них как раз споткнулся об него. Пришлось раздать с десяток оплеух, прежде чем близнецы очнулись.

- Опять? – осоловело уточнил Ли-Рай, потирая голову.

- Да, - устало кивнул Та-Рон, - Позови врача или биолога, желательно с оборудованием от яда.

- Зачем?

Он повернулся правым боком и ткнул пальцем в длинную деревянную колючку, явно потемневшую на половину длинны.

- Воняет чем-то ядовитым.

Колючка, точнее шип, была явно срезана чем-то острым и выровнена, чтобы лучше летела. Офицеры и ученые, осторожно рассмотрев её утром, сделали выводы.

Здесь есть люди или другие относительно разумные существа.

Вечером 28 дня Та-Рона вызвали вглубь пещеры. Он замер перед Ши-Заром. У входа в комнатку стояли близнецы. Они сильно сдали – им почти не удавалось поспать уже несколько ночей, как и многим другим. Врач вообще больше походил на тень, что слоняется между койками больных.

- Та-Рон, скажи, ты видишь нападающих?

- Нет… Только один раз, прошлой ночью, различил пятно, но оно тут же растворилось в воздухе.

- Почему не сообщил остальным дежурным?

- Они как раз споткнулись об меня. Пришлось приводить их в себя.

Близнецы понурились. Им, как и остальным, было стыдно за происходящее, но они ничего не могли сделать с этим. Хотя командиры ни одним словом не укорили их. Знали, что эти происшествия – происки неизвестных врагов.

- Ох… - Ши-Зар тяжело вздохнул. Устало потер переносицу. Испытующе посмотрел на Та-Рона, - Сможешь провести группу через лес?

- Но я же не командир… - удивился Та-Рон.

- Командиром будет Ди-Мат. Твоя задача присматривать за всеми и в случае чего немедленно приводить в чувство. Так скольких сможешь вести?

- Двоих… Максимум троих, - честно признал Та-Рон, - Если больше, и их накроет одновременно, я просто не смогу привести всех в чувство. Не успею. Кто-то да убежит.

- Значит вас будет четверо… Завтра Ди-Мат поведет вас на берег, ваша задача – найти место, подходящее для спуска. Время – двое суток. Мы сделаем плот и уплывем за море.

- А там что-то есть? – полюбопытствовал Та-Рон и тут же одернул себя. Ему не обязаны объяснять. Но уставший командир снизошел до ответа.

- Да, дроны высокого полета показали, что мы находимся на острове, и к востоку от нас – материк. Там же обнаружили поселения, от совсем мелких до крупных. Механики и ученые уже придумывают плот. Следующий шаг будет не в пустоту.

На самом деле Та-Рон ещё ни разу не уходил далеко от лагеря. Его берегли, не посылали в разведку. Только в самом начале он бегал по ближайшим кустам за дровами. Потом запретили.

Вышли задолго да рассвета, благо ближайшая округа хорошо изучена и Ди-Мат мог пройти до берега с закрытыми глазами. Пещеру за их спинами перегородили частой железной решеткой из прутьев, тщательно укрепленных в стенах. Пост перенесли на десяток метров от входа. Вроде бы неведомые враги не доставали тех, кто спал в глубине.

Ди-Мат вел маленький отряд через лес. На земле стояли многочисленные лужи, оставшиеся после дождей, приходилось частенько месить ботинками грязь. Ли-Рай шел вторым, Ги-Рай – третьим, как всегда со снайперкой. Та-Рон шел последним, внимательно посматривая по сторонам и на товарищей. В отличие от них он почти сразу снял визор – без него видел почти так же, даже лучше. Джунгли вокруг притихли, только ветер шелестел в кронах и все громче гудел впереди прибой.

Вышли точно к той самой скале.

- Так, ребята, на юг мы ходили, - начал тихо Ди-Мат, - Сделали крюк вдоль обрыва, и дошли до нашей скалы с пещерой. Береговую линию в северном направлении тоже разведали, но всего на пол дня пути, да и то могли не заметить подходящий спуск. Теперь делаем выводы – куда мы пойдем?

- На север? – уточнил Та-Рон.

- Именно, - кивнул Ди-Мат, - Но пойдем уже на рассвете. А пока – лезьте на скалу. Там дождемся.

Та самая скала, на которую они прибыли из мира Орт Таме. Подниматься на всю высоту не стали, остановились в десятке метров, на подходящей площадке. Присели на камни, расслабились. Говорить не хотелось. Зато думалось хорошо.

Та-Рон редко вспоминал про тех, кто остался в том мире. Им его мысли ничем не помогут, а самому становилось тоскливо. Хотелось обнять Фиа-Ди… Да и Лои-Ки обнимать приятно. Хотелось поговорить с ворчливым Гиаем или с многомудрым Лобнаром. К собственному удивлению он скучал и по своей старой спокойной жизни. Офис-квартира, квартира-офис и так по кругу. Ежедневная болтовня Пи-Кира, коллеги и новички, понятная и привычная работа… А ведь ему от всего этого убежать хотелось! Забавно получается.

Даже оператора хотелось увидеть и узнать – как же так получилось? Особенно, что с экспедицией не отправили ни одного специалиста по ментальным воздействиям (а вдруг людей «уводят» вражеские маги?). Хотя по поводу телепортации не в тот мир тоже интересно… Но тут ответ известен – оператор говорил, что в формулу был записан определенный адрес. По нему они и попали.

Интересно, командир Ар-Жен выполнит свое обещание и сохранит жизни его друзьям и женщинам? Нет, что за глупости он думает! Конечно, он выполнит обещание. А как иначе-то? Таме всегда выполняют свой долг, свои обязательства и обещания. И Та-Рон тоже выполнит обещание и вернется за ними… Хотя и не знает как.

Но может люди в этом мире знают, как путешествовать по мирам? Да точно знают. Ведь те маги отправили его сюда? Отправили. Значит нужно найти их или других таких.

И, конечно, найти родителей… Но как узнать, где они? Как вообще найти других из своего вида? Много вопросов и слишком мало информации. Действительно, лучшим вариантом будет отправиться на материк, где есть много людей. Интересно, они дадут доступ к своим инфосетям, библиотекам и справочникам?

Главное, чтобы не узнали о целях экспедиции. Ведь тогда им постараются помешать, как сопротивлялись Шэгие, когда Таме их захватили… И, наверное, будут правы. Интересно, каков этот мир? Какие в нем люди? Мирные, как Шэгие? Люди порядка, как Таме? Или другие? Та-Рон, увы, не знал, какими еще бывают люди.

Хотя он вполне осознавал, что очень мало знает и понимает. Но насколько мало или много – постичь не мог.

Он мог только доверять своим товарищам, прикрывать их спины в бою и сражаться за жизнь каждого.

Меж тем солнце позолотило верхушки гор на горизонте. До чего же красиво! Насколько же отличается его нынешняя жизнь от прошлой. Насколько в ней больше новых красивых вещей! Лес, цветы, дождь, восход и заход солнца, которые и в прежние времена завораживали… Но стоит признать, что и опасностей стало намного больше. Первый восторг давно прошел и джунгли из волшебного леса превратились в место, где смерть может таиться где угодно. Красиво и опасно, как дикая кошка.

Та-Рону нравилось любоваться красивыми видами. К тому же это безопасно, в отличие от сбора сокровищ во внутреннем кармане – никто не залезет ему в голову и не узнает, на что и почему он смотрит. Но когда он занят делом или боем, времени любоваться совсем нет.

Ди-Мат поймал его взгляд и кивнул. Похоже, пора выступать.

И едва первые лучи рассвета позолотили вершины деревьев, маленький отряд уже шагал дальше. Та-Рон сконцентрировался и больше смотрел на товарищей и на джунгли, а остальные – на берег, тщательно выискивая спуск. Но увы – ни в первый час, ни на второй ничего подходящего им не попадалось. А джунгли то отступали от берега на десяток скалистых метров, то высились буквально на обрыве, норовя рухнуть в воду. Погода стояла неплохая, по небу резво летели мелкие, но частые белые облака. Солнечно, но прохладно.

В джунглях орали, пели и свистели самые разные птицы, как пестрые, так и невзрачные. Периодически на пути попадались змеи, и путники ловко рубили им головы, чтобы избежать нападения. Тушки сразу же улетали вниз с обрыва, а кровь заливалась химическим концентратом, который ни одно живое существо на дух не переносило (люди тоже, так что уходили оттуда быстро). Животные редко тревожили их, видимо издалека чуя химию… Или просто не ходили на берег. Или нашли что поинтереснее в глубине леса. Только птицы реяли над морем.

Берег плавно, будто нехотя, понижался. Порою отряд ненадолго останавливался на удобном для обзора месте и через визоры рассматривали скалы… Но нет, ничего.

К полудню немного не дошли до самой дальней разведанной точки. Быстро перекусив пайками и с пол часика отдохнув, они возобновили путь и… Вскоре перед ними оказался скалистый гребень.

- В прошлый раз мы успели отыскать удобный подъем, - Ди-Мат рассматривал препятствие спокойно, с интересом, - Но подняться не успели - надо было возвращаться. Ну, пошли…

Добрых пол часа они карабкались вверх, тщательно посматривая по сторонам и страхуя друг друга. Та-Рон едва успел дернуть десятника за рюкзак, когда земля под ним стала проваливаться. Маленькая ровная площадка, укрытая чистыми мелкими камушками, вдруг стала складываться внутрь и стягивать края, будто мешок. Ди-Мат, молча разевая рот, наблюдал, как яма наполняется какой-то жидкостью, а внешняя сторона серо-зеленых стенок беспокойно шевелится.

- Хищное растение? – хмуро уточнил Ги-Рай.

- Наверное… - Та-Рон передернул плечами, заметив, как растворяются случайно попавшие внутрь растения и насекомые, - Разве вы таких не встречали?

- Нет… Не встречали, - побледневший Ди-Мат тоже заметил, как растворяется содержимое ямы, кроме камней, - Спасибо тебе, Та-Рон. Заметишь ещё что-то подобное – сообщай, - и, после короткой паузы, - Или просто вытаскивай.

Поднявшись на вершину гребня, они обнаружили просторную ровную площадку, частично заваленную камнями. Ди-Мат, обойдя её, с изумлением признал, что площадка – искусственная, а камни правильно обтесаны. На западном краю сохранилась даже стена – круглая, примыкающая к ровно обрезанной скале. В этих краях явно жили разумные существа, жаль не понять – когда.

Наконец они оглянулись, и на юге рассмотрели даже блестящий бок маяка на вершине их скалы. Связались с базой, отчитались. Посмотрели на север… Скалы. Море. За морем – ещё один остров. Их берег через пару сотен метров сворачивает налево (на запад) и исчезает за другой горой. И именно там они рассмотрели отличные песчаные берега! Но путь туда лежит через страшные нагромождения скал, острые пики и крутые обрывы.

Ди-Мат по рации обрисовал ситуацию. Ши-Зар на той стороне долго молчал, прежде чем распорядился – идти дальше вдоль границы, искать удобные выходы и спуски. Спланировать маршрут так, чтобы завтра к вечеру вернуться. Если не получится найти спуск, не рвать жилы – механики кое-что придумали.

И группа отправилась дальше.

Спустились с гребня обратно, на «свою» сторону и двинулись вдоль скал. К вечеру страшно устали – приходилось смотреть куда идешь, чтобы не рухнуть в яму, не коснуться красноватых лиан, что споро опутывали жертву и уже не отпускали, не попасть под лапу хищника или на рога травоядных… Что интересно, на берегу моря мутантов было намного меньше, но чем дальше вглубь острова, тем хуже. А впрочем, может их уже успели повыбить на берегу? Или они не любили налетающего с моря свежего ветра? Или им нравился этот гребень?

Прошли немного, километров пять всего. На ночь устроились в узкой скальной трещине, предварительно отбив ее у большого скорпиона. Он, к слову, оказался вкусным.

Распределили ночные вахты, но спать было трудно. Что-то далеко в лесу ритмично стучало, завывало и жутко смеялось. Угомонился непонятный зверь только к полуночи, когда сквозь прозрачную дымку облаков стало заметно, что планета и второе пятно замерли точно посреди неба. Или планета в стороне? Та-Рон как раз сдал вахту и не мог бы сказать точно…

Этой ночью их так и не потревожили. Да и за весь день никого из них так и не попытались «увести».

Утром они позавтракали вчерашним скорпионом и зашагали дальше. Их путь лежал дальше на запад, вдоль гребня. Вскоре они вышли к подходящему месту. Гребень тут упирался в обрыв, и прямо перед ними…

- Это оползень или осыпь? – Ли-Рай задумчиво почесал макушку.

- Осыпь, - ответил ему брат, глянув мельком и вновь уставившись назад, на джунгли, - Видишь, тут скала упала, а за ней и куча камней? Осыпь – это когда камни. А оползень – когда земля сползла.

Поверху эта самая каменная осыпь оказалась узкой, метра три от силы. Она полого спускалась почти к самому берегу реки, что в этом месте текла на восток, но сразу же сворачивала на юг и, судя по всему, дальше тянулась вдоль края плато до пещеры и дальше до моря. Ди-Мат, прищурившись, смотрел вниз и хмурился.

- Это не осыпь. Это насыпь, - десятник кивнул своим мыслям, - Камни таскали и складывали, по гребню они даже выровнены и подогнаны, чтобы удобнее было идти.

- И что дальше? – спросил Ли-Рай, когда молчание затянулось.

- Вы лучше по сторонам смотрите, - буркнул Ди-Мат, - А дальше… Мы пойдем над обрывом на юг, чтобы поскорее вернуться на базу.

- Вниз не пойдем? – уточнил Ги-Рай деловито.

- Нет. Если кое-кто не заметил, на берегу реки большая компания крокодилов. Вы жаждете накормить их своим свежим мясом?

- Никак нет, - хором ответили близнецы.

Та-Рон промолчал – он рассмотрел не только крокодилов.

Осознание, что они идут обратно на базу, подбадривало и придавало сил. Хотя сперва они частенько натыкались на монстров, но вскоре те практически исчезли. Как ни странно, ведь дело было к полудню и к этому времени большинство мутантов вылезали из своих нор… Полдень… Три часа… Пять. Зверей вдруг стало намного больше.

- Мы уже близко, - Ди-Мат настороженно замер, рассматривая что-то на земле, - Та-Рон, присматривай за нами. Всем идти тихо, смотреть под ноги и по сторонам.

Он обвел своих ребят внимательным взглядом, от каждого дождался кивка и лишь тогда скомандовал двигаться.

Шли действительно со всей осторожностью. В случае нападений отбивались тихо, врукопашную, как можно быстрее. Рубили лианы, обходили по дуге колючие, ядовитые деревья, успокоили излучателями небольшую стаю обезьян. Та-Рон чудом успел отскочить с траектории прыжка огромной полосатой кошки, что подкралась со спины. Та вцепилась когтями в землю, развернулась, зарычала… Прыгнула на него вновь, размахиваясь в воздухе огромной когтистой лапой. Та-Рон, не задумываясь, выхватил мачете и… Принял мощный удар лапы на левую руку. Та мгновенно нестерпимо заныла, как и ноги на полусогнутых, но отвлекаться на боль не было времени. Та-Рон махнул мачете, целясь в горло, но кошка дернулась и лезвие скользнуло ниже, по широкой груди, попутно подрубая правую лапу. Кошка взревела, отскакивая. Та-Рон, сам не понимая почему, зарычал в ответ. Этот звучный рык рождался в самой глубине нутра, отдавался эхом в груди, звучал в ушах и растекался дрожью по телу. Кошка прижала уши и пригнулась, глядя на него как-то удивленно. Зашипела… и осторожно попятилась назад, в джунгли. Едва оказавшись в кустах, она ушла, сильно хромая.

Этот скоротечный обмен ударами не занял и минуты. Кошка дольше в кусты пятилась. Ди-Мат и близнецы просто не успели ничего сделать, только обернуться и замереть, наблюдая финал.

- Что это было? – спросил Та-Рон, чтобы нарушить тишину.

- Тигр, - ответил Ги-Рай, не отводя взгляда от рук Та-Рона, - Только этот крупный и красный в черную полоску, а не рыжий в черную полоску.

- Как твоя рука? – спросил Ди-Мат серьезно.

- А что с ней? – удивился Та-Рон, поднимая руку с мачете.

Чешуя появилась? Наконец-то! И, судя по отражению на лезвии, глаза тоже изменились. А что со второй рукой? Почему ноет? Кхм… Теперь понятно, на что они смотрели. Чешуя выросла до локтя, рукав располосован тигриными когтями, и один из них застрял между чешуйками. Та-Рон вернул мачете в чехол, достал коготь и… Ух ты! Боль сразу начала отступать.

- Что это с тобой? – спросил все-таки Ли-Рай, - Ну чешуя эта откуда?

- Он не человек и способен становиться рептилией, - тихо ответил за него Ди-Мат, - А почему раньше этого не делал?

- Я пытался призвать чешую с того времени, как прибыл, - Та-Рон уставился на порванный рукав. Чешуя уже исчезала, а под ней наливался синяк, - Но сперва магии не хватало, восстанавливался. Потом просто не смог, не знаю почему. А сейчас не успел понять, как это случилось. Ди-Мат, а можно я рукав обрежу? Болтается…

- Обрезай, - махнул рукой десятник, - И пойдем скорее. К закату желательно быть на базе.

Та-Рон согласно кивнул, сунул коготь в карман и неловко отрезал рукав.

Уже выходя к базе десятник споткнулся было, но тут же зашагал ещё быстрее, ощутимо уклоняясь влево. Сначала Та-Рон подумал, что впереди опасность, но ничего подобного не заметил. Зато близнецы тоже начали вести себя странно – шли вперед, не смотря по сторонам. Все понятно…

Та-Рон одним прыжком догнал близнецов, отвесил им подзатыльники и на следующем прыжке поймал десятника за рюкзак. Рванул на себя. Заметил краем глаза размытое пятно и едва успел подставить руку под летящий шип. Отвесил Ди-Мату оплеуху, оглянулся на близнецов и едва успел подставить подножку Ли-Раю. Десятника толкнул на него и схватил Ги-Рая за руку. Сел на вяло шевелящихся товарищей сверху. Ударил Ги-Рая в живот и заметил, как его глаза распахиваются от боли, в них явно возвращается разум пополам с недоумением. Он закашлялся, прижимая руки к животу. Значит в порядке. Застонал внизу Ли-Рай, тоже явно приходя в себя. Та-Рон подскочил, поднял Ди-Мата, заглянул в его глаза, но они были пусты. Чуть поколебавшись, он несколько раз ударил десятника наотмашь. Получилось! Ветеран застонал, встряхнулся.

- Так вот, как это выглядит, - прохрипел Ги-Рай, еще не отошедший от удара. Его брат уже сидел на земле, потирая голову.

- Что выглядит? – промычал Ди-Мат, недоуменно потирая челюсть.

- Когда человека… уводят, - замявшись, сказал Ги-Рай, - Глаза у вас пустые были и никаких эмоций.

- У вас всех такие были, - поправил его Та-Рон, оглядываясь вокруг, - Пойдем скорее, враг рядом. Я опять видел пятно и поймал шип.

Они дружно подорвались и уже через пару шагов вывалились из леса на вырубку вокруг пещеры. Быстро прошли ко входу, обходя ловушки, на дне которых что-то шевелилось, и зашли было в «прихожую»… Пришлось убить трех кабанов, невесть с чего решивших провести тут вечер. Повезло, что свинтусы не успели сориентироваться в темноте и тесноте.

- Кто там? – донеслось из темной глубины коридора, когда визг прекратился.

- Десятник Ди-Мат с бойцами!

- Механики, сюда! Быстро впустить! – раздались команды Ту-Мора и поднялась суета.

- Та-Рон, следи пока за джунглями и входом, - приказал тихо Ди-Мат, - И заодно за нами.

- Есть.

Пока сняли несколько прутьев решетки, пока затащили туши кабанов, которые сделают ужин ощутимо сытнее, пока зачем-то разбирали «навес» и тащили бревна в пещеру, пока забрались внутрь и поставили прутья на место… Прошел добрый час. Ди-Мата и близнецов сразу отправили к врачу на дежурную проверку. Та-Рона – как восстановили «дверь». Оттуда они отправились к Ши-Зару.

- Докладывайте, - кивнул командир, когда все офицеры собрались. Ди-Мат откашлялся и приступил к рассказу – где были, что видели, что заметили.

Ши-Зар, и без того не особо довольный, все больше хмурился. Дослушав, он задал пару уточняющих вопросов и надолго задумался.

- Ди-Мат, как вы считаете, мы сможем дойти до насыпи, спуститься и спустить на воду плот? – спросил глава ученых.

- В полном составе? Нет, - десятник покачал головой, - Тем более со всем нашим грузом.

- Значит, все же приступим ко второму плану, - ученый устало потер лицо.

- А в чем он состоит?

- Собрать плот прямо здесь, из всего, что у нас есть, и дерева. И спустить его на реку на лебедках. Мы уже почти закончили с плотом, только не уверенны, что он поднимет всех. Нужны еще бочки или бревна… Ну и лебедку построить. Лучше из дерева, чтобы ничего тут не оставлять. Надеюсь, материалов с «навеса» нам хватит, а кабанов – на припасы в плавание.

- Тридцать человек поместятся на плот? – засомневался десятник.

- Двадцать пять, - поправил его врач, - Двое умерли от ран. Двое – прошлой ночью, на дежурстве, от отравленных шипов. Один механик упал сегодня в реку, когда разбивали стену пещеры, выходящей на реку. Крокодилы мигом порвали его. Они… крупнее, чем мы думали.

Ди-Мат заметил, как сжались кулаки На-Рола в бессильном гневе. Он и сам был поражен, но усилием воли успокоился и уточнил:

- Как проберемся мимо крокодилов?

- Подвесим на веревках остатки туш и требухи, так чтобы на метр не доставали до воды. Это займет их на время, - ответил ученый.

- Может сработать, - согласился Ди-Мат.

Больше он ничего сказать не успел.

Вечерело. Густые сумерки уже опустились на джунгли, и пространство перед пещерой было освещено лишь потому, что на западе был обрыв. Даже в «прихожей» было относительно светло. А темень в пещере, как всегда, успешно разгоняли с помощью специальных ламп.

Пока одна из них не заискрила возле входа.

Дежурный зашипел и отскочил из-под искр. Не долго думая, он отошел немного вглубь, чтобы кликнуть кого из механиков. Освещение это по их части. За его спиной что-то загрохотало, брякнуло… Боец успел услышать тихий топот босых ног, развернуться, и…

На его голову что-то обрушилось, навсегда погрузив во тьму.

В «коридоре» раздались крики, выстрелы и чужие, незнакомые вопли. Та-Рон с близнецами, стоявший почти у входа, ринулся туда и нос к носу столкнулся с тремя испуганными учеными.

- Что происходит? – рявкнул Ши-Зар, но ответить никто не смог. Да и крики и выстрелы, что быстро приближались, говорили сами за себя – на них напали, - Ученые, пройдите дальше по коридору! Бойцы в оборону! Та-Рон, в первую линию! Приготовить излучатели!

- Есть! – дружно рявкнули бойцы и привычно выстроились поперек коридора, пропуская своих. Не прошло и десяти секунд, как на них выскочили нападающие…

Это были люди. Босые, почти голые, ужасно смуглые, со странными дубинами и короткими копьями. Их тела были расписаны багровыми узорами, а в черных волосах запутались птичьи перья. Вся их одежда – набедренные повязки из кожи и меха да побрякушки на веревочках.

Бойцы на секунду опешили, и эта секунда едва не стоила им жизни – первые ряды практически схлестнулись. Однако кто-то успел нажать на курок и излучение накрыло нападающих… Увы, ощутимо зацепив и своих, как раненых так и целых. Та-Рон только и успел, что шагнуть назад, ко входу в комнатку, когда понял, что не может пошевелиться.

- Та-Рон! – воскликнул Ли-Рай.

Его тоже зацепило, но меньше и он нашел в себе силы затащить товарища внутрь. Сам он, вместе с другими бойцами, встал в проходе.

Судя по крикам, нападающих было ещё много. Звучали выстрелы, вопли боли, чужие, злые слова.

- Та-Рон, давай, оживай, - шептал, склонившись над ним, На-Рол, - У нас сейчас все на счету.

Но всё, что он мог сделать – скривиться. Онемение обычно длится пять-десять минут и сходит постепенно. Ему остается только лежать и вслушиваться. Врач, конечно, попытался растирать его, размять левую руку, и это получилось даже немного больно. Синяк-то свежий. На-Рол оглянулся и бросился вытаскивать кого-то из бойцов. Невесть как рядом с врачом оказались ученые и механик, которые помогали таскать обездвиженных людей из коридора. Даже одного из чужаков затащили.

В коридоре особенно сильно громыхнуло, и после этого на несколько секунд настала блаженная тишина.

- Кто-то уже отошел? – сунулся внутрь Ши-Зар, - Нас мало осталось, нам нужны бойцы! И свяжите кто-нибудь этого… дикаря! Потом допросим!

- Их накрыло слишком сильно, - буркнул На-Рол, закрывая кому-то глаза, - Нужно время.

- Нет у нас времени… - командир помрачнел и ушел назад в коридор.

Было слышно, как он раздает короткие команды, как перезаряжают оружие бойцы. Как отошедшие от онемения с трудом поднимаются, и идут в коридор, шаркая ногами. Эхо разносило звуки боя и болезненные вскрики из других комнат. А от входа в пещеру уже шлепали босыми ногами другие… дикари.

Тело вдруг накрыла волна боли и мурашек. Та-Рон застонал, разгибая сведенные судорогой пальцы. Он с трудом расслабился, выпрямился, спиной ощущая прохладу и шероховатость пола… Слева кто-то двинулся и подавил болезненный стон.

Та-Рон распахнул глаза, рывком подскочил, стараясь не обращать внимание на боль, и уставился на дикаря. Тоже «ожившего»… И так и не связанного. Глаза его пылали яростью и жаждой крови.

Дикарь уже поднялся и вцепился сзади в ближайшего человека – главу ученых. Одно движение, короткий хруст у горла и обмякшее тело оседает на каменный пол.

Та-Рон рванул к дикарю и изо всех сил ударил… Но то ли попал неудачно, то ли дикарь успел уклониться, но кулак впечатался в правое плечо. Кости врага явно хрустнули, он даже вскрикнул от боли, но продолжил идти на Та-Рона будто заведенный. Выстрел громыхнул над самым ухом и у дикаря исчез глаз. Он качнулся… и завалился вперед. Теперь стало видно, что часть черепа у дикаря тоже исчезла.

Оглянувшись, Та-Рон увидел Ту-Мора. Он кратко кивнул и повернулся назад, ко входу. Левая рука у десятника обвисла плетью, сквозь наскоро наложенную повязку сочилась кровь.

С другой стороны замер Ги-Рай, зорко наблюдая за происходящим в коридоре и порою стреляя. Не из снайперки – из обычного пистолета, но не менее метко.

- Та-Рон, ты как? – подскочил На-Рол, - Цел?

- Да, только больно после онемения, - Та-Рон оглянулся в сторону входа и поспешно ощупал себя и свое снаряжение. Излучатель исчез, остальное на месте.

- Это нормально. Скоро должно пройти, - врач хлопнул его по плечу.

Тем временем До-Лан и механик… Как же его? Ру-Таш! Да, они оттаскивали к дальней стене тела умерших, в том числе дикаря.

В коридоре закричали. Пулеметная очередь, несколько смачных ударов, звуки падения тел. Ги-Рай бледнеет и шарахается от входа. Ту-Мор тоже, роняя пистолет и пытаясь вытянуть излучатель.

Некто заскакивает в комнату, с ходу убивая ученого, что случайно оказался на пути.

Та-Рон отталкивает врача и бежит навстречу. И время будто замедляется… Он вновь видит пятно, в котором смутно угадывается человеческая фигура. В руке у неизвестного – явно железное оружие, вроде мачете. Оно опускается на Та-Рона сверху и он понимает, что никак не успеет вытащить свое мачете. Просто не успеет.

Хотя зачем, если он сам по себе – оружие?

Руки за миг покрылись чешуей, искривились. На кончиках пальцев стремительно выросли когти. Во рту стало тесно от клыков… Зрение стало лучше.

Точно – это дикарь с кучей побрякушек на шее и длинными перьями в волосах. Становится заметно, как жажда крови сменяется… удивлением?

Та-Рон успел подставить руку под чужое оружие и попытался схватить врага, но не рассчитал и лишь скользнул когтями по его груди, оставив кровавые борозды и срезав побрякушки.

- Та-Рон! Что это? – вскричал Ту-Мор, вскидывая излучатель. Но кто-то ударил его по руке, когда вбегал в пещерку.

Да, второй дикарь. Тоже с побрякушками на шее. Он с ходу оттолкнул Ги-Рая к стене, тот стукнулся головой и свалился на землю. Больше второй ничего не успел сделать, Та-Рон уже нависал над ним…

- Тар Он! – закричал дикарь сзади. И Та-Рон как раз успел обернуться, чтобы заметить, как первый дикарь рухнул на колени и уткнулся лбом в пол. Он что-то быстро-быстро бормотал, частенько повторяя это имя.

- Тар Он? – удивленно спросил второй и сразу стал четко виден. Пару секунд рассматривал замершую перед ним руку, заглянул в глаза… и повалился на колени, как и первый. И тоже начал что-то бормотать, повторяя его имя.

- Что происходит? – На-Рол потирал голову и морщился. Его лоб рассекла небольшая ссадина, - Та-Рон, почему они повторяют твое имя?

- Я не знаю, - растерянно ответил он, - Я не понимаю, что происходит.

На-Рол, презрев боль, решил исполнить врачебный долг и выдвинулся к Ги-Раю, за что едва не поплатился жизнью. Первый дикарь, заметив как врач приближается к Та-Рону со спины, мгновенно вскочил и занес оружие для удара… Через миг Та-Рон выбил оружие из его рук и зарычал… Как недавно, в джунглях, рычал на тигра.

Дикарь понял. Побледнел и опять рухнул на колени, что-то бормоча. Второму хватило взгляда.

- Ру-Таш, помоги мне оттащить Ги-Рая! – позвал врач.

Механик молча подскочил и подставил плечо.

- Ту-Мор, отойдите от входа. Вам нужна помощь врача… А я… пока буду охранять, - мрачно произнес Та-Рон.

- Ладно, - после длинной паузы согласился Ту-Мор и, подобрав оружие, побрел в другой угол, зло косясь на дикарей.

Те провожали всех подозрительными взглядами, но не решались подняться. Видимо страх был больше, чем жажда битвы.

Однако в коридоре стало слишком тихо. Лишь шаги пяти или шести босых пар ног. Неужели битва закончилась? Та-Рон решил проверить, но не хотел оставлять дикарей наедине с товарищами. Не долго думая, он схватил первого за шею и повел к выходу. Толкнул наружу. Второго тоже поднял и вытолкал… И сам встал на входе.

Дикари были покорны. Очень покорны. Настолько, что это наводило на подозрения…

Как раз пришли другие, залитые кровью и явно разгоряченные после боя. Первые двое заговорили с ними, громко крича, что-то рассказывая скороговоркой, постоянно тыча пальцами в Та-Рона и повторяя его имя. Другие дикари кричали, спрашивали, возмущались… Один из них, задрав нос, подошел к Та-Рону и стукнул себя в грудь, увешанную побрякушками.

- Ке кат Кута тарса! Кхре! – провозгласил он громко и четко, после чего напал на Та-Рона…

Зря это он. Та-Рон как раз успел рассмотреть павших. Бойцы, ученые, Ши-Зар, Ди-Мат… Ли-Рай. А он уже 29 дней живет здесь и… Остался в живых. А они умерли. И раньше, до них, умирали. Эти дикари забрали больше жизней, чем джунгли… Та-Рона накрыл гнев. Ему даже стало жарко…

Он легко перехватил странное мачете, смял лезвие и ударил… Прямо в лицо ударил. Достаточно сильно, чтобы смять нос и чтобы дикарь отлетел на пару метров, громко вопя… упал и ударился обо что-то. И в тот же миг крик оборвался.

- Тар Он! – воскликнул первый дикарь. Остальные подхватили и рухнули на землю. На грязную, залитую кровью, землю сумрачной пещеры.

И он зарычал в ответ. Ступил шаг к ним, от чего, кажется, даже пещера дрогнула. Ступил второй…

Дикари отползали назад, глядя на него с нескрываемым ужасом.

И в какой-то момент побежали прочь.

Глава 3 Разговоры

Та-Рон замер посреди коридора, успокаивая дрожь в руках. Шлепанье босых ног давно затихло вдали, а он до сих пор был напряжен. Хотелось броситься следом за врагами, но разум остановил его. Осталось только успокоиться. Расслабиться. Бой окончен. Ди-Мат говорит, что боевой задор нужно оставлять бою, а после конца – гасить, как любую другую лишнюю эмоцию. Хотя уже не говорит… Говорил…

- Ты прогнал их? – удивился До-Лан, замерев на входе в комнатку.

- Похошшше на то…. – Та-Рон от удивления замолчал и языком ощупал зубы. Немаленькие. Надо бы уменьшить.

- И что дальше? – спросил До-Лан.

- А почему ты спрашиваешь у меня? – Та-Рон оглянулся и заметил, как замер ученый. Испугался?

- Ты м-можешь выжить н-на этом острове, - пояснил тот заикаясь и отводя взгляд, - А мы – н-нет.

- Мы можем выжить и вместе, - возразил Та-Рон, не особо понимая, в чем дело.

- Я тоже так считаю, хотя все это странно, - вмешался Ту-Мор, выходя в коридор. Руку ему снова перевязали чем попало, но хоть не капало. Обвел пространство мрачным взглядом. Скривился болезненно и проворчал, - Особенно то, что они называют тебя по имени и стоят на коленях. Что это за бред? Почему это происходит?

- Я не знаю, - рыкнул Та-Рон, - Но пока это происходит, мы в безопасности. А теперь… Что нам делать, командир?

- Что? Почему ты меня так называешь? – Ту-Мор поморщился.

- Ши-Зар и Ди-Мат там, - кивнул Та-Рон дальше по коридору, - Вы теперь старший по званию и начальник экспедиции.

Десятник сглотнул. Посмотрел в указанном направлении. Потряс головой. Подошел к телам и пощупал их, ища пульс жизни. И не нашел.

Помолчав немного, Ди-Мат громко позвал:

- На-Рол!

- Что? – выскочил врач, нервно оглядываясь, - Кому-то нужна помощь?

- Осмотри всех, - приказал десятник гулким голосом, - Ищи выживших. Бери в помощь ученого и механика. Та-Рон, я могу доверить тебе охрану базы?

- Да, конечно, - кивнул он.

- Сейчас займусь, - в то же время ответил врач и отчитался, - К слову, Ги-Рай жив, но без сознания. Остальные лежачие в этой комнате уже мертвы.

- Принято, - кивнул Ту-Мор мрачно.

Они вдвоем осмотрели пещеру до самого выхода. Убедившись, что дикарей нет, десятник оставил Та-Рона на дежурстве и пошел на второй обход, неуклюже переступая через тела и разбросанные вещи.

В пещере стало непривычно тихо. Затих генератор, что все время вырабатывал электричество. Освещение перешло в аварийный режим и питалось от аккумуляторов. Даже сидя почти у выхода, Та-Рон слышал все, что происходило. Как бродит Ту-Мор, вздыхает, ворчит под нос. Даже пару тихих выстрелов – видимо добивал выживших дикарей. Слышно было, как На-Рол и До-Лан бродят среди тел, ворочают их, проверяют и как врач выносит вердикты «Ранение несовместимо с жизнью», «Пульса уже нет», «Тут и смотреть нечего». И Ру-Таш таскает тела, обшаривает их и складывает полезные вещи в отдельную кучку. Оружие, патроны, пайковые батончики, фляги, прочее снаряжение… Мертвым оно уже без надобности, а живым пригодится.

Слышно и как шуршит лес. Будто издеваясь, пошел дождь, надежно загоняя животных в норы.

Та-Рон прикрыл глаза, вслушиваясь в этот шорох и стук капель…

Он только сейчас понял, как устал.

- Та-Рон?

- А? Что? – он вскинулся и сонно оглянулся.

- На дежурстве нельзя спать! – зло рявкнул Ту-Мор, - Или ты хочешь, чтобы нас всех убили?

- Никак нет! – Та-Рон подскочил на ноги. Как неудобно получилось. Заснуть на дежурстве! До самого утра, судя по свету от выхода.

- Наказание назначу позже. Держи завтрак, - десятник сунул ему миску с мясом, - Оставайся на посту и будь внимательнее!

- Так точно, - он подхватил миску и вдохнул аромат. Мясо! Да так много!

Та-Рон опустился прямо на пол и начал с удовольствием поглощать завтрак. Тем временем десятник подошел к выходу и осмотрел прутья. Да уж, судя по всему, камень вокруг них как-то раскрошили и прутья легко выбили. Они так и лежали, разбросанные по туннелю. Десятник попинал их, что-то проворчал, вздохнул и повернул назад.

- Ты уже доел? – удивленно спросил он, - На тебя еды не напасешься.

- Я… еще голоден, - Та-Рон уставился на незаметно опустевшую миску, - Видимо на превращения тратится много сил. Можно добавки?

- Может позже, - десятник отобрал посуду, - Мы скоро соберемся для отчетов. Тебя позовут.

- Итак, - На-Рол потер воспаленные глаза, - Нас осталось шестеро. У одного травма руки. У двоих травмы головы разной тяжести. Ги-Рай еще не очнулся. У всех недосып.

- Кроме Та-Рона, - вставил Ту-Мор.

Он неловко пожал плечами. Да, заснул. Да, на посту. Да, стыдно! Не надо напоминать… Хорошо, что утром был густой туман и ни один хищник не полез к ним.

- Генератор вышел из строя, - отчитывался Ру-Таш, механик, - Освещение ещё работает на аккумуляторах. Плот не поврежден, но лебедку не успели закончить. Много оборудования и оружия было повреждено или приведено в полную негодность.

- Еды достаточно, - взял слово До-Лан, ученый, которого поставили считать припасы, - Пайки почти не повреждены. Только несколько рассыпались… Есть нарезки кабаньего мяса, их собирались развесить и высушить, частично засолить. Есть две баклаги воды. Остальное разлилось.

- Лекарства в порядке, пока работает холодильник, - продолжил На-Рол, - Инструменты в порядке, оборудование повреждено, но кое-что можно восстановить.

- Можно подробнее про оружие? – обратился десятник к Ру-Ташу.

- Вот список, - механик протянул ему бумажку, - Там всё точно указано. Но если будет время, я попробую починить часть поврежденного оружия.

- Хорошо, спасибо, - кивнул Ту-Мор, - Как у тебя с военной подготовкой?

- Я механик, но уже пять лет с военными. Умею стрелять из всего, ставить ловушки и мины, настраивать и обезвреживать бомбы…

- Отлично. Можешь считать, что ты боец.

- Стрелок, - поправил Ру-Таш, - Я плох в ближнем бою.

- Учту. До-Лан, как у тебя с военной подготовкой?

- Я проходил сокращенный курс, - ученый передернул плечами, - Мои способности оценили как крайне низкие. Могу только стрелять и пилотировать дроны.

- Жаль. На-Рол?

- Из излучателя попаду, - врач нервно улыбнулся, - Вот и всё.

- Значит у нас всего два полноценных военных, и один из них без сознания… - Ту-Мор покачал головой, - Ну что за жизнь…

- Так что мы будем делать дальше? – спросил До-Лан простодушно, - Спустим плот и уплывем?

- Наверное… - неуверенно начал десятник, но тут же исправился и произнес твердо, - Да, так и сделаем.

- Нет, - возразил врач, - Сначала мы избавимся от тел. Потом выспимся, закончим лебедку и соберем вещи. А тогда уже уплывем.

- Конечно, мы так и сделаем, - проворчал Ту-Мор, зло смотря на врача, - Как и планировали. Приступайте. Ах да, Та-Рон, ты сможешь снова… эээ… сделать себе чешую с когтями и драться в случае нападения?

- Да, я смогу, - не колеблясь, ответил он. Он сегодня уже пробовал, и чешуя спокойно появилась, - Только я голоден. На превращения уходит много сил.

- Твоя порция и так была самой большой, - нахмурился десятник, - Перебьешься.

- Ту-Мор, он говорит правду, - вмешался На-Рол, вызвав новый гневный взгляд Ту-Мора, - Мне давали читать материалы по меняющим облик. Они едят в среднем в два раза больше, а в период роста, развития или в случае травм до пяти раз больше, чем обычные люди. Если вам нужен боец – его нужно кормить. Он и так исхудал.

- Котелок все равно пуст.

- Ну так пусть приготовит, - озвучил очевидное механик, - Ему все равно сидеть на входе и дежурить, а с кабаньим мясом мы ничего не успеем сделать. Других дел полно… Та-Рон, пойдем воды натаскаем и я покажу тебе, куда мы переложили припасы.

Он сидел в «прихожей», жег костер и задумчиво смотрел на мясо, что варилось в котелке. День выдался прохладный, сырой. На камнях вокруг расселся с десяток четырехглазых птиц. Та-Рон даже смог рассмотреть одну подробнее, когда самая наглая уселась на землю рядом с ним и потянулась к мясным обрезкам.

Одна пара глаз у этих птиц была спереди, как у людей. Вторая пара – точно по бокам головы. А вот перья он с удивлением узнал – такие же были в волосах у дикарей. Черные, в бурых пятнах.

Та-Рон шуганул птицу. Она улетела с гневными, скрипучими криками. Уселась снаружи и уставилась на него, поворачивая голову то одним то другим образом и поочередно разглядывая его всеми глазами. Потом она и другие птицы вдруг все вместе сорвались с мест и улетели.

Из пещеры медленно вышел Ги-Рай. Бледный, пошатывающийся, с повязкой на голове, но в полном вооружении и плюс со снайперкой. Он обвел мутным взглядом «прихожую» и присел у костра, на соседнее бревнышко, положив оружие на колени. Так и сидел, смотря на огонь и кипящую воду.

- Как ты? – не дождавшись приветствия, спросил Та-Рон.

Ги-Рай неопределенно пожал плечами. Несколько раз открывал рот, но так и не произносил ни слова. Наконец выдохнул, зажмурился и сдавленным голосом начал:

- Ли-Рай… он правда…

- Да, - Та-Рон поджал губы, - Я видел его… тело.

- Где?

- В коридоре. Защищался до последнего.

- А куда дели… тела?

- В реку, - Та-Рон кивнул в сторону обрыва. Он видел, что Ги-Раю плохо, очень плохо. Глаза его опустели и увлажнились. Что же делать? Впрочем… - Тебя поставили дежурить со мной?

- Д-да… - выдавил он.

- Можешь отойти немного вглубь пещеры и сесть там. Если на меня нападут – сможешь стрелять из тени по целям, - предложил Та-Рон.

- Хорошая идея, - кивнул Ги-Рай, поднялся и действительно поплелся обратно. Свет на этом участке отключили, там сейчас темно.

Там он действительно сел… И уткнулся лицом в колени.

Та-Рон ворошил палкой угли и делал вид, что не слышит сдавленных рыданий. Мужчины иногда плачут… Хоть и не любят показывать это. Но Та-Рон надеялся, что Ги-Раю так станет хоть немного легче. Женщинам же становится?

- Спасибо, - шепнул Ги-Рай, спустя час с чем-то вновь присаживаясь у костра. И уже громче спросил, - Расскажешь, что было, когда я отключился?

Глаза у него были красные, но взгляд прояснился, стал жестким. Движения стали уверенней, хотя пальцы подрагивали на прикладе.

- Помнишь, как первый дикарь ворвался в пещеру? – дождавшись кивка, продолжил, - Я его обезвредил, но в то же время прибежал второй и оттолкнул тебя на стену…

Та-Рон по возможности подробно поведал о произошедшем. И о странном поведении дикарей, конечно. Ги-Рай тоже ничего не смог понять. Зачем те опускались на колени и так низко наклонялись к земле? Почему как заведенные повторяли одно и то же? Почему прервали атаку? Может испугались Та-Рона?

Рассказал Та-Рон и о том, что их осталось шестеро, и пересказал отчеты и что командиром стал Ту-Мор…

- Это плохо, - нахмурился Ги-Рай, - Ту-Мор хорош в разведке, в бою и в обороне, но в управлении людьми он ужасен. Ди-Мат намного, - он запнулся, - был намного лучше. Его уважали и слушались в бою и вне боя. Командование уже несколько раз предлагало ему повышение, но он отказывался. Говорил, что он на своем месте, а большего ему и не надо… Ши-Зар был вообще лучшим из известных мне командиров, и тоже не жаждал дальнейших повышений. А вот Ту-Мор хотел, пытался, но ему и десятка много.

- Кажется, он и сам не рад своему повышению, - задумчиво подтвердил Та-Рон, - Сперва не поверил, потом был очень опечален. Но я уже вроде как обозначил, что он главный. И что теперь делать?

- Не знаю… - Ги-Рай почесал голову под повязкой и поморщился, - Легко критиковать. Я сам в командовании не лучше, но хотя бы точно это знаю. Может На-Рол? Я именно про бытовое управление. В боевом, конечно, главный останется Ту-Мор. Больше-то никого нет.

- Четыре бойца – один механик-стрелок, один недоучка, один недокомандир и один полноценный, но с травмой головы. И два гражданских – врач и ученый, - Та-Рон криво усмехнулся, - Наличный состав экспедиции тот еще.

- Недоучкой ты себя обозвал? – удивился Ги-Рай, - Может опыта и знаний у тебя маловато, но сейчас ты – лучший наш боец ближнего боя. А раньше ты кем был, кстати?

- Одним из старших сотрудников отдела аналитики поставок ресурсов городского центра Хин, - оттарабанил он привычно, при этом помешивая мясо. Вроде сварилось.

- Аналитик? – Ги-Рай недоверчиво уставился на него, - Это у вас там головы как компьютеры, забиты данными и считают с огромной скоростью?

- Да ладно тебе, не настолько мы того, - смущенно отмахнулся Та-Рон.

- 399 умножить на 26 и отнять 200.

- 10 174, - через три секунды ответил Та-Рон, - А что?

- Мало кто умеет считать с такой скоростью, - нервно усмехнулся Ги-Рай, - Я бы минуту считал, если не дольше. К тому же, говоришь, старший сотрудник… Ты мог бы стать хорошим командиром или стратегом.

- Я? А почему ты так считаешь? – удивился он.

- Это немного долгая история, - замялся было Ги-Рай, но все же решился, - Понимаешь, мы с братом учились сперва на бойцов, а потом на офицеров. Но всего пол года – брат не вытягивал, а я хотел работать в паре с ним. Как ни странно, нам уступили и позволили сменить места обучения. Брат – боец ближнего боя, я – стрелок-универсал и снайпер. После учебки всегда были вместе… Недавно нам предложили снова попробовать поступить на офицеров и дали доступ к учебным материалам. Мы согласились, я начал учиться, но брат вскоре охладел к этому. Скучно, мол. В общем… Я выучил все, что смог, но поступать мы не стали. Однако Ди-Мат был в курсе ситуации и своими методами добился, чтобы я получил доступ к дальнейшим материалам и продолжил учиться. Потом сам же проводил мне экзамены, иногда и в боевой обстановке.

Та-Рон не стал уточнять, с кем они сражались. Конечно с шэгиэ.

- Я действительно не смог бы стать офицером. Может со временем, годам к сорока – десятником, - Ги-Рай вздохнул, - Но Ди-Мат считал меня хорошим стратегом и специалистом в оценке ситуации. Он доверял мне и прислушивался. Посылал в разведку, садил на высоту наблюдать за врагами и на моих отчетах строил планы атаки.

- А при чем тут я и твое… предположение, что я могу стать толковым командиром? – решил все же уточнить Та-Рон.

- Все при том же. На основании того, чему я научился из книг и на своем опыте. Ты ведь не первый, кого забирают из офиса и отправляют в военную учебку. Такое случается. Я читал выводы психологов и командиров, в том числе о том, что управленцы и организаторы в одной сфере могут стать управленцами и командирами в других. А значит можешь и ты, если захочешь.

Та-Рон глубоко задумался. Он разве управленец? Он был просто координатором в офисе. И пока его учили военному делу, всегда говорили, чтобы он слушался командиров, и не лез с инициативой. Мол, офицеры лучше знают. Но всё же… Если он хочет чего-то добиться и точно выжить, наверное стоит взять жизнь в свои руки. Стать самому себе командиром. И если получится одновременно научиться быть командиром и для других, то это же хорошо, да? Хотя как этого достичь – совершенно неясно.

Поведав свои мысли Ги-Раю, он услышал неожиданное.

- Ди-Мат, когда я второй раз начинал учиться, сказал мне вот что… Забудь о том, что тебя, как рядового, учили только исполнять приказы. Если ты офицер, ты должен принимать решения. Старшее командование может быть далеко, а ты и твой отряд – здесь и именно тебе надо придумать, как вытащить всех живыми. А лучше – победить. Забудь, что ты не можешь. Если ты офицер – ты ДОЛЖЕН.

- Должен… - Та-Рона пробрало. Он прикрыл глаза и вспомнил…

… Отец улетает в ночь. Мама суетится, помогает собраться, беспокойно заглядывает к нему в глаза, но он мыслями уже где-то далеко. Его позвали, и он должен лететь. Я, после короткого рыка «Не мешайся!» отскакиваю к стене, в уголок возле выхода.

Наконец он готов. На миг накрыв маму крылом и прислонившись мордой к морде, отец спешит к выходу и прыгает в пропасть, чтобы через несколько секунд черным росчерком взмыть в небо. А мама остается. Растерянная, дрожащая. Но вот она наткнулась на меня взглядом и встряхнулась.

- Пойдем спать, сынок. Только не как обычно, а в другой комнате.

- В другой?

Я подбежал к маме, и мы действительно пошли в другую комнату. В ней я раньше не бывал, у нее еще двери такие большие, железные. И даже не одни! Но меня интересовало сейчас другое.

- Мама, а почему папа улетел?

- Потому что он – это он. Он защищает нас, потому что любит и потому, что мы – его семья. А сейчас на клан напали, он защищает его потому, что он – вожак, и он должен защищать.

- А как он защищает?

- Иногда он просто говорит с врагами и договаривается, чтобы не драться. Иногда сам дерется или говорит, как драться другим, если враги не хотят договариваться.

- Ого! А папа больно дерется?

- Еще как! – с нескрываемой гордостью ответила мама, - Лучше всех!

- Хочу быть как папа!

- Конечно, сынок, конечно… Ты только подрасти сначала, - мама устроилась на лежанке и прикрыла меня крылом, - А чтобы расти, что надо делать по ночам?

- Спать, - я вздохнул и устроился поудобнее под боком у мамы, - А что надо, чтобы стать таким, как папа?

Мама долго думала, я даже начал засыпать и позевывать.

- Быть в первую очередь вожаком для себя, - вдруг сказала она тихо, - И если станешь достойным вожаком, тебя признают и другие, начнут слышать, спрашивать совета, а потом и слушаться. И ты, как вожак, должен спрашивать совета и слышать тех, кто знает что-то лучше тебя. Но слушаться себя.

Я не очень понял, как это. Наверное, и правду надо стать старше…

Да, действительно пришлось стать старше, чтобы понять. Старше не в смысле лет, а… внутренне, кажется? Или разумом? Кто его разберет…

Та-Рон поднял взгляд на Ги-Рая. Тот спокойно жевал мясо, запивая горячим бульоном. Дождавшись, пока тот дожует, Та-Рон сказал:

- У меня два вопроса… Первый – научишь меня всему, что знаешь как офицер? И второй… Можешь дать свою оценку… нынешней ситуации?

- На оба вопроса – да, - кивнул Ги-Рай, - С чего начнем?

Начали с оценки. И результаты её не радовали. Ги-Рай взял паузу для раздумий, пока Та-Рон плотно обедал, таскал дрова и ставил новую порцию мяса на огонь. Третью за несколько часов. На попытку помочь, Та-Рон твердо возразил и указал Ги-Раю на его травму. Тот согласно кивнул и продолжил раздумья, изредка уточняя некоторые детали.

Через пол часа стратег начал «описывать параметры ямы, в которую они упали и возможные способы выбраться». Впрочем, ничего нового он не сказал, лишь систематизировал и заново расставил акценты.

Связи нет, выживаем сами. Место плохое, животные и растения опасные. Теперь еще и дикари, которые по всем признакам узнали о группе восемь дней назад, во время их спуска с плато. И с тех пор держали под плотным контролем, лишь изредка упуская группы. А еще, судя по всему, они умеют применять ментальные воздействия к себе и к своим врагам. При этом они сильные и опытные бойцы, хотя оружие у них некачественное. И похоже, что именно благодаря магии дикари провели вчерашний штурм, как-то разломав камень вокруг штырей и проникнув внутрь.

Ги-Рай поморщился, но признал – штурм и атака были отлично спланированы и произведены. А их группа, не смотря на все удачные решения, сильно просчиталась и недооценила противников, как животных так и людей. Место для обороны неоптимальное – нет запасного выхода, нет дополнительных огневых точек, вся оборона была на выходе из пещеры и базировалась на людях. А когда решили перегородить проход… Непозволительно расслабились, за что и поплатились. Однако у них всё равно не было другого места для обороны, ибо нигде поблизости не было вообще ни одного такого места. А та, первая скала, не вариант.

Защитные сооружения, ловушки и прочая тратили много ресурсов и сил, и их надо было регулярно подновлять. Против животных они кое-как годились, но против людей – бесполезны. Холодное оружие было хорошей идеей, особенно в плане экономии боезапаса, но бойцы не успели к нему привыкнуть. И опять же – у дикарей оружие хоть и хуже, но оно им привычнее.

Ошибки во время обороны они ещё обсудят как-нибудь потом. А пока вернемся к заданным условиям и сделаем выводы.

Как и решил Ши-Зар, с острова надо уходить. Однако неясно, возможно ли сделать это нынешним составом и что преподнесет им море. Там тоже живности полно. Но если раньше риск того стоил, ведь тут тоже была полная неизвестность, то теперь… Появилось новое обстоятельство. Реакция дикарей на Та-Рона.

Как бы не хотелось истребить дикарей сразу, но вшестером они не смогут сделать это. Их просто задавят массой, как вчера. А значит, нет и смысла планировать атаку. Однако, так как Та-Рон вполне может одолеть дикарей в бою, более того, они не хотят его атаковать… Значит есть шанс начать переговоры.

- Но мы не понимаем их речь! – нахмурился Та-Рон.

- Значит надо научить нашей, - меланхолично сделал вывод Ги-Рай. Он явно устал, и ему надо было прилечь, но упрямо держался.

- Нет, - мотнул головой Та-Рон. Чуть подумав, пояснил, - Будет лучше самим выучить их язык. У меня есть… знакомые шэгиэ. Когда они говорили на своем языке, я не понимал. Если нас не будут понимать, когда мы во время боя разговариваем, это будет лучше, чем когда будут понимать.

- Думаешь… - Ги-Рай потер подбородок. Задумался. Лицо его все больше и больше хмурилось, - А ведь и правда. Шэгиэ понимали, что мы друг другу говорим, поэтому и реагировали на упреждение. Хорошо, что не все слышали… А мы совсем не понимали их бормотание.

- А почему Таме не учат языки тех, кого захватывают? – задал Та-Рон давно интересовавший его вопрос.

- Язык Таме наиболее оптимален и упорядочен, и обучение другим не имеет смысла. Особенно языкам дикарей, - заученно оттарабанил Ги-Рай, - Нам так говорили в учебке. Ещё говорили, что рискнувший учиться чужому языку отступает от заветов Порядка и приближается к Хаосу. В то время как дикарь, который начал учить язык Таме, отступился от Хаоса и достоин стать одним из нас после обучения и приносить пользу обществу. Считается, что до становления Таме и получения имени, в жизни такого дикаря ничего не было, да и самого его практически не было.

- Вот оно что… - Та-Рон теперь понял некоторые моменты в рассказах Гиая и Лои-Ки, - Если мы будем следовать этому правилу, дикари будут понимать нас, а мы их – нет. Нам это невыгодно. А от невыгодного и нерационального правила можно отступить.

- Да уж… - Ги-Рай вновь задумался. Устало потер лицо. Вздохнул, - Ты прав, но принять это очень тяжело.

- Если хотим выжить, придется говорить с ними… Ну чтобы понять, почему они дерутся.

- Дикари всегда дерутся, - так же заученно ответил он.

- Вчера не дрались, а стояли на коленях, - возразил Та-Рон. Потом присмотрелся к Ги-Раю и махнул рукой, - Тебе пора отдохнуть. И нам надо обдумать все, что мы обсудили. Иди спать.

- Да, ты прав… - Ги-Рай поднялся, подхватил свою снайперку и уже ступил под свод пещеры, когда добавил с ухмылкой, - Командир.

Та-Рон и хотел бы что-то придумать или спланировать, но ему не хватало информации, знаний и опыта. В голове было пусто и звонко.

Так что он только проверил, что там со сгустком огня в груди. Странно. Похоже, что магия стала медленнее накапливаться. Но почему? Кто его знает… Главное, что в критические моменты он мог призвать чешую и когти и воспользоваться ими. Дальше как-то разберется… Хотя спина и копчик опять начали ныть.

Они пришли ближе к вечеру, почти не таясь. Та-Рон хорошо слышал их шаги и тяжелое дыхание. Слышал, как замерли за кустами, наблюдая за ним издалека и переговариваясь тихо. Наконец трое вышли на открытое место и направились к нему, осторожно обходя ловушки.

Шагах в десяти от входа они остановились и положили свое оружие на землю. Подошли еще ближе. Замерли перед входом, под внимательным взглядом Та-Рона.

Одного он узнал по ранам от своих когтей. Четыре длинные кровавые полосы наискосок через правую сторону груди. Их почему-то так и не перевязали. Дикарь тем временем опустился на колени и наклонился вперед, коснувшись головой земли. Двое других остались стоять. Один смотрел со спокойным интересом. Он был чуть постарше раненного, тоже с гроздью побрякушек на груди и рисунками на теле красным и черным цветом. Другой смотрел с явным презрением, сомнением и… подозрением что ли? Он был намного старше, морщинистый, наполовину седой, с причудливой шапкой на голове – перья, кости, черепа, лоскуты шкур. Вместо грозди побрякушек у него была странная круглая штука, переброшенная через плечи, с дыркой для головы. И вот на этой штуке как раз таки висели побрякушки, кости, черепа птиц, какие-то железные обломки и осколки, кожаные шнурки и клочки шерсти. Да и на поясе у странного дикаря висела куча мешочков, какие-то костяные штуки и прочее. А еще дикарю на плечо опустилась четырехглазая птица, и тот ее не прогнал.

- … Тар Он? – сказал что-то второй дикарь.

- … Тар Он … - скривился третий. И добавил ещё что-то презрительно.

Первый, раненный, испуганно залепетал, явно пытаясь убедить двух других. Потом приподнялся, посмотрел на Та-Рона и начал обращаться уже к нему.

- Я не понимаю вас, - развел тот руками. Кажется, дикари поняли жест. По крайней мере первый начал оживленно жестикулировать, тыча пальцем то в свою грудь то на Та-Рона.

Вскоре он сообразил, чего хотят дикари. Что бы Та-Рон показал когти. Зачем? Непонятно. Однако Та-Рон поднялся с бревнышка у костра, встряхнул руками и… Руки покрылись чешуей, выросли когти и вроде как вновь изменилась физиономия. Дикари прониклись – смотрели с явно выпученными глазами. Потом все трое опустились на колени и уткнулись лбами в землю, что-то бормоча. Птице пришлось с недовольными воплями слететь с насеста.

Что значит эта поза? Им явно не плохо, как когда живот болит. Тогда зачем они это делают? И именно перед ним? Загадка… И разгадать её можно лишь одним способом – научиться понимать их язык и спросить прямо.

Та-Рон поднял их с земли. Первый, который раненый, и третий, который странный, смотрели на него как… Наверное как младший новичок смотрит на старшего сотрудника, хотя во взгляде странного было что-то ещё такое… неприятное. А вот второй дикарь был просто взволнован, он заметно насторожился, подобрался. Несколькими жестами Та-Рон предложил второму остаться, а остальных отправил прочь.

Сам присел у костра и жестом предложил сесть дикарю. Убрал у себя чешую. Все-таки трудно долго её удерживать.

Дикарь помалкивал. Та-Рон не знал, с чего начать. Учить язык надо? Надо! А как?

Покопавшись в памяти, он вспомнил детство до Таме и уже у них. А ведь может сработать.

Добиться результата удалось не сразу. Дикарь сначала просто не понимал, что от него хочет Та-Рон, настойчиво указывая пальцем на разные вещи, части тела, окружение. Он уже думал позвать другого, наверное того раненного, когда дикарь начал говорить. Явно насмешливо, но Та-Рон внимательно слушал. И потом повторил насколько смог.

Дикарь переменился в лице. Подумал. Хмыкнул. Сказал еще что-то. Та-Рон повторил.

Дикарь расхохотался и, наконец, начал говорить слова. Та-Рону, с его памятью, не много надо было. Он еще и рисунки в пыли рисовал, чтобы добиться наибольшего понимания. К моменту, когда в пещере послышались шаги, он узнал около сотни слов и смог поспешно выпроводить дикаря, с просьбой прийти на рассвете. Ну и дал голодному дикарю мяса – очень уж тот принюхивался к содержимому котла.

- Та-Рон, отчитайся, - проворчал сонно Ту-Мор, - Происшествия были? Почему Ги-Рай не на посту?

- Ги-Раю было плохо, я отправил его спать, - спокойно ответил Та-Рон. Тянуться перед Ту-Мором не хотелось, не то что перед Ди-Матом и тем более перед Ши-Заром. – Приходили дикари, трое. Оставляли оружие неподалеку. Потом стояли передо мной на коленях, уткнувшись лбами в землю.

- Ты убил их? – уточнил Ту-Мор.

- Нет конечно, - он пожал плечами, - Они же не пытались убить меня. Просто выпроводил.

- Ты хоть понимаешь, что они уничтожили большую часть экспедиции? – зло спросил десятник.

- Понимаю, - кивнул Та-Рон, - Но ещё понимаю, что если дать им повод, они спокойно уничтожат остальных. Кроме того, хочу понять – почему они убивали нас? Почему стоят на коленях передо мной? Кажется, это что-то значит и для них это важно.

- Та-Рон, да ты…

- А помните, как один из них атаковал На-Рола, когда ему показалось, что врач подкрадывается ко мне? Как думаете, почему? И что будет, если они подумают, будто вы меня атакуете? Хотя сейчас мне интереснее, что будем делать на ужин.

- Вот ведь… - проворчал Ту-Мор злобно. Но возражать не стал, просто отправился назад в пещеру.

После заката Та-Рон прошелся по пещере – чисто, убрано, пустовато. Весь мусор сложили в одной комнате и его понемногу перебирали, выискивая мелочи, которые могут пригодиться. Большая часть вещей собрана и сложена в ящики в ближайшей к плоту пещерке. Плот стоял готовый, достроенный. Собственно он был не один, их было два и из-за тесноты их собрали один над другим. Нижний был просто платформой с настилом, а вот на верхний поставили двигатели с мотоциклов, к которым механики добавили непонятные штуки. Ру-Таш сказал, что это лопасти, они будут отталкивать воду, чтобы двигать плот вперед.

К сожалению, он так и не успел закончить лебедку. Отплытие явно откладывалось на день-два, а может и больше.

Во время ужина Ту-Мор бурчал, что механик совсем ничего не сделал. Ру-Таш сперва объяснял, что тоже устал после уборки, и ему надо было выспаться. Потом молча терпел…

Ги-Рай сидел рядом с Та-Роном и смог шепнуть ему:

- За это Ту-Мора и не повышают. Он умеет только командовать, критиковать и непрерывно ворчать.

- Понятно…

- Что сделаешь?

Та-Рон удивленно воззрился на Ги-Рая. Потом задумался. Действительно, надо спасать механика, такие старшие – сущее наказание. Был один такой в их отделе, когда Та-Рон только пришел. Куда потом делся непонятно, но Та-Рон запомнил, что делал другой старший сотрудник. Менял тему, переходил к делу или уточнял что-то по сути вопроса.

- Ру-Таш, ты сможешь сам достроить лебедку или тебе нужна помощь? – спросил Та-Рон спокойно.

- Да, мне нужно хотя бы два человека в помощь, - кивнул тот, - Я сам просто физически не могу одновременно поднимать стволы и прикручивать их на место.

- На-Рол, Ги-Раю уже можно работать физически?

- Нежелательно, - поморщился врач, - Конечно сотрясение легкое, но лучше не стоит нагружать его хотя бы декаду. Состояние Ту-Мора получше, но тоже не стоит нагружаться. Рана серьезная и трещина в кости. Минимум две декады на лечение.

- Я здесь, между прочим, - нахмурился Ту-Мор.

- Мы знаем, - Та-Рон серьезно посмотрел на него, - Мы все должны понимать, на что рассчитывать, действовать командой и помогать друг другу. Разве не так? Ведь это будет оптимально.

- Да… Так, - вынужденно согласился Ту-Мор. При всем своем скверном характере он не мог отрицать рациональные решения.

- На-Рол, До-Лан, вы сможете помочь механику?

Те неуверенно кивнули. Действительно – ученый был явно слабым, что он мог поднять? На-Рол был покрепче, но тоже ни в какое сравнение не шел с бойцами.

- Когда надо будет поднимать что-то тяжелое, будете звать меня, - уточнил Та-Рон, - Только надо придумать, чем перегородить вход, чтобы хотя бы узнавать о визитерах.

- Нууу… Идейка есть, - протянул Ру-Таш.

- Как та с арбалетом? – скептически уточнил десятник и механик сник. Да, так и не пригодился толком и лежит теперь, изломанный.

- Говори, - настоял Та-Рон.

- Протянуть на входе тонкие нити, так чтобы входящие точно зацепили их, - Ру-Таш явно нервничал, - А к нитям – что-то гремящее.

- Это как растяжки, только не смертельно, - Ги-Рай одобрительно улыбнулся, - Даже невидимки не пройдут.

- А как нам выходить? – Ту-Мор скептически хмыкнул, - Как придумаете глупость.

- Не глупость. Но надо придумать оптимальный вариант.

- Так двери сделать, - До-Лан непонимающе смотрел на остальных, которые не видели очевидное решение, - Из железных прутьев сварить и поставить, а створки обтянуть нитями. Двери и сразу можно было сделать, между прочим.

- Хм… - механик задумался, - А ведь может получиться. Часа три от силы потрачу, если мне помогут с прутьями. А ведь ещё можно… Хм… Спасибо за идею, До-Лан. Что-то я ступил.

Работали до полуночи, втроем – механик, Та-Рон и До-Лан, который помогал по мелочи. Меряли проход, крепили опорные прутья, варили створки и уже к ним приваривали поперечные, для крепости. Дольше всего провозились с петлями и решили остальное оставить на завтра. Хотя пару нитей До-Лан все-таки натянул, а потом Та-Рон устроился спать в паре метров от этого входа.

Утром он проснулся от того, что кто-то пришел к пещере и возился с костром. Точно, уже рассвет! Значит это вновь тот дикарь? Пришел, как договаривались?

Действительно, он. Принес тушку оленя, но копье и мачете оставил с той стороны входа. Это он правильно сделал. И, конечно же, дикарь поклонился, как и в прошлый раз, и опять же что-то говорил, но знакомых слов Та-Рон не услышал. Дальше они вместе разделывали добычу, при этом дикарь показывал пальцем на разные части тела и называл их. К концу Та-Рон понимал ещё пару десятков слов. Однако когда он поставил котел на костер с намерением сварить мясо, дикарь негодующе отмахнулся и начал делать по-своему. Зачем-то нанизал мясо на прямые палочки, обсыпал их порошками из мешочков и устроил рядом с костром, над углями, частенько переворачивая.

Вскоре от мяса пошел аппетитный запах. Та-Рон с интересом принюхивался и тянулся попробовать, но дикарь упрямо отодвигал его руки, что-то выговаривая ему. Та-Рон разобрал слова «Нет» «мясо»… Другие не понял. «Не готово мясо» может? Наконец дикарь принюхался, поковырял ножом и одобрительно причмокнул. И протянул Та-Рону первую порцию. Тот осторожно взял, принюхался… укусил. А ведь вкусно! Намного вкуснее, чем варенное. Он и не заметил, как доел первую порцию. Дикарь одобрительно кивал, но пока не ел. Чего это он? Ведь остальное тоже готово.

Только после третьей порции, когда Та-Рон понял, что насытился и решительно отверг четвертую, дикарь с аппетитом принялся за трапезу. Явно был голодный. Тогда почему ждал?

- А что это так вкусно пахнет? – спросил, сонно потирая глаза, До-Лан. Он вышел из пещеры, щурясь на утреннее солнце и принюхиваясь.

- Мясо, конечно, - Та-Рон покосился на дикаря. Вот незадача, а ведь пятая порция была последней. Дикарь доедал её, недоуменно разглядывая ученого. Более того, недоумение быстро сменилось презрением.

- А это кто? – До-Лан наконец заметил гостя и испуганно уточнил, - Дикарь?

- Да, дикарь. Не бойся, если попробует атаковать тебя – мигом получит. Он здесь потому, что я решил учить их язык.

- Зачем? – кажется, ученого не успокоили слова Та-Рона.

Та-Рон объяснил, особо упирая на то, что это решение самое рациональное и оптимальное.

- Что здесь происходит? – завопил Ту-Мор, выйдя из пещеры.

Не мудрено, что он возмутился. То, что свои сидят и завтракают – это ладно. Но дикарь! Жарит мясо на костре! А остальные с удовольствием уплетают! Дикарь взялся за нож и приготовился метнуть, но был остановлен рыком Та-Рона. Слово Ту-Мор не понял, а вот интонацию – ещё как. Та-Рон запретил дикарю атаковать.

- Я учу язык дикарей, - ответил Та-Рон, не отводя взгляда от дикаря.

- Зачем?

- Чтобы понимать их.

- Зачем? – повторил десятник, будто звук поставили на повтор.

- Чтобы понимать, что здесь происходит, почему нас атаковали, почему перестали и так далее. Это наиболее рациональное решение в нашей ситуации.

Ту-Мор молча разевал рот, медленно краснея. Он явно хотел отчитать Та-Рона, но…

Дикарь слушался его. И сейчас внимательно наблюдал за ситуацией, явно оценивая каждого из них и их отношения.

- Ту-Мор, - Ги-Рай сидел в тени, наблюдая за ситуацией со стороны, - Просто подумай об этом. И да, мы уже обсудили, что нерационально учить дикарей языку Таме, - и он вкратце рассказал, к каким выводам они пришли.

Между делом десятника угостили мясом… Хотя каждая порция проходила через руки Та-Рона. Он обнюхивал каждую палочку и брал один кусочек. На-Рол настоял, мол, чтобы не отравили. Дикарь один раз уже попробовал, за что получил знатный фингал под глаз. И два раза по рукам, за попытки напасть на бойцов.

- И почему со мной не согласовали? – проворчал Ту-Мор, - Я командир или кто? И в инструкциях есть прямой запрет на изучение чужих языков.

- А ещё есть правило, позволяющее нарушать любой пункт инструкции, если придерживаться его нерационально, - возразил На-Рол, - Я, как врач, порою сталкиваюсь с такими ситуациями и по итогу пишу отчет. После анализа таких отчетов появляются новые инструкции и правила.

Ту-Мор помрачнел и молча вгрызся в свою порцию.

- Ру-Таш, ты сейчас закончишь с дверью? – спросил Та-Рон.

- Да, я придумал ещё кое-что, - кивнул механик, - До-Лан, поможешь? Твоих сил точно хватит.

- Хорошо, - с готовностью кивнул ученый.

- Я, если что, тоже помогу, - Та-Рон покосился на небо. Сегодня было безоблачно, солнце светило вовсю, и было понятно, что к полудню будет жарко, - Надо бы успеть до полудня, пока животные не начали нападать.

- Успеем, - механик хлопнул по коленям и поднялся, - Ну, пошли.

Все разошлись, остался только Та-Рон и дикарь, которые продолжили изучение языка. Теперь они рисовали в пыли и углем на стенах, изображая животных, растения, погоду, явления… Иногда дикарь уходил в джунгли и приносил что-то, о чем затем подробно рассказывал. Та-Рон слушал и старался разобраться.

Порою дикарь косился в сторону пещеры, откуда шел шум и грохот. Двери решили оббить ненужными досками и палками с внешней стороны, а к потолку прикрепили веревки и подвесили на них железный мусор, который громыхал, когда двери открывали. Угадать какая веревка к чему тянется, было почти невозможно – До-Лан знатно постарался, протягивая их. Изнутри дверь закрывалась по-хитрому – на замок и на палку, которую, не зная как, достать невозможно.

Ближе к полудню дикарь сказал, что надо что-то добыть из растений, чтобы что-то сделать с животными и надолго ушел в джунгли. Все успели пообедать и разойтись по делам, когда дикарь вернулся с охапкой синеватых лоз. Вытребовал котелок, чистую воду, нарезал лозы кусочками и принялся варить. Готовый густой синий отвар, крайне дурно пахнущий, разлил по краю скальной площадки… И вышедшие к пещере животные, принюхавшись, заворачивали обратно.

Экспедиция выдохнула с облегчением. До самого вечера их посещали только четырехглазые птицы и насекомые, которые хоть и кусались, но хотя бы не убивали. Правда, и дикарь не отходил от костра, предпочтя уже не соваться в джунгли.

Работа над лебедкой продвигалась туго – Та-Рон не решался оставлять дикаря одного, даже за запертой дверью, а без него получалось плохо. Зато в изучении языка он неплохо продвинулся, хотя голова к вечеру гудела и слова путались. Но простые вещи он уже понимал и мог что-то сказать. Например, вечером отправил дикаря восвояси, выдав съестного. И до полуночи, буквально через не могу, помогал все-таки делать лебедку, пока их не разогнал На-Рол.

Ещё два дня продолжались тем же образом. Утром дикарь приносил добычу, они её разделывали и готовили, а после начинали беседовать. И с каждым днём Та-Рон понимал все больше. Доделывать лебедку, по настоянию На-Рола, не спешили. Все равно им сейчас не хватит сил, чтобы спустить плот и погрузить вещи. Сперва надо, чтобы все выздоровели… Так что теперь Ги-Рай спокойно дремал за дверью, наблюдая за происходящим в «прихожей». Ту-Мор шатался по пещере и ворчал. Механик с ученым перебирали мусор и чинили поломанное по мере сил. Например, пару солнечных панелей, которые поставили возле маяка. А врач… тоже отдыхал и присматривал за больными. По сути все доверились Та-Рону.

Между делом выяснилось и имя дикаря – Ркураги. Что-то вроде «тигр красный». Он был хорошим охотником и тем, кто ведет людей – вроде командира.

На третий вечер, Та-Рон решил узнать и значение своего имени. «Он», как выяснилось, значило… «сын». А «Тар» – характеристика опасного животного, при чем не важно хищного или нет, главное, что весьма злого и страшного. Людей в этом состоянии называли «тарса».

Вид Та-Рона Ркураги назвал «Рар». И нарисовал углем крылатого ящера. В ответ Та-Рон показал голограмму с изображением отца. Дикарь одобрительно кивнул и сказал, что это «хороший рисунок в воздухе».

- Так выглядит мой отец, - уточнил Та-Рон.

- Тар? – вот тут Ркураги проняло. Он заметно округлил глаза и жадно впился взглядом в голограмму, - Это могучий рар! Рар, который разрушает и убивает!

- Нет, - возразил Та-Рон, - Отец сильный и мудрый, он ведет рар за собой, защищает и помогает.

- Глупый Тар Он! – дикарь скривился и замахал на него руками, - Мы знаем, что было. Рар Пьющий Красное рассказывал.

- Рар сейчас на острове? – Та-Рон встрепенулся. Кто-то из его вида тут?

- Да, он там, - Ркураги махнул рукой куда-то на юг, - Плоть засохла на костях и чешуя осыпалась на камень, но он лежит там, где смерть забрала его. Люди сикао чтут его и помнят его слова.

Значит тот рар мертв... Та-Рон почувствовал жестокое разочарование. А ему показалось, что он близко…

- Ты видел других рар?

- Нет, никто из сикао не видел рар очень давно, - ответил дикарь.

- Ты выяснил что-то полезное? – прервал их разговор Ту-Мор. Дикарь привычно оскалился ему, показав зубы. Десятник едва сдержался, чтобы не ответить тем же.

- Только то, что когда-то такие как я прилетали сюда, - Та-Рон удрученно вздохнул, - Но очень давно. Последний умер, и плоть успела засохнуть на костях.

- Кхм… А почему они нападали, выяснил? – и добавил скептически, - Или все ещё слов не хватает?

- Ркураги, почему твои люди нападали на нас? – просто спросил Та-Рон, не реагируя на выпад десятника.

- Вы чужаки. Сикао убивают чужаков.

- А почему перестали нападать?

- Ты – Тар Он. Они – твои люди. Сикао тоже твои люди. Мы не нападаем на своих. Но я не понимаю, почему ты взял их под крыло? Они слабые, не умеют охотиться и драться.

- Их народ растил меня, - объяснил Та-Рон, старательно подбирая слова, - Они учили меня и воспитывали. Потом нас отправили сюда и мы вместе сражались. Они взяли меня, теперь я взял их под крыло.

- Тар Он добрый и глупый, - покачал головой Ркураги, - Убей слабых, раненых и больных и оставь сильных, чтобы сражаться вместе. Чтобы слабые не задерживали твой путь.

Та-Рон возмущенно уставился на дикаря. Что за глупости? Или он что-то не так понял? Убить товарищей?

- Ркураги, кого ты считаешь слабым? – спросил настороженно.

- До-Лан слабый. Ту-Мор и Ги-Рай больные. На-Рол и Ру-Таш сильные, но не умеют драться, - разъяснил дикарь, - Надо всех убить и идти самому, а не кормить просто так.

- Ркураги глупый! – вспылил Та-Рон и не заметил, как руки покрыла чешуя, а сам он встал и надвинулся на дикаря, - На-Рол помогает больным снова стать здоровыми и сильными. Ру-Таш делает крепкие и полезные вещи. До-Лан знает звезды, и многое про мир и помогает Ру-Ташу. Ту-Мор и Ги-Рай – хорошие охотники. Ги-Рай – зоркий стрелок! Ту-Мор водил охотников! И если ты, или другие сикао, попробуете им навредить, я убью вас и сброшу в реку!

Во время этой тирады лицо дикаря медленно вытягивалось. Он явно растерялся и не знал, что сказать. А Та-Рон, закончив, сел обратно и уставился на Ркураги как на врага. Забытый ими Ту-Мор мялся возле входа.

- Та-Рон, что произошло? – спросил он тихо и заработал два взгляда – злой и растерянный.

- Ркураги сказал, что их народ убивает всех чужаков, - наконец ответил Та-Рон, все еще подрагивая от злости и продолжая наблюдать за дикарем, - Но если есть общий командир, то его подчиненные не убивают друг друга. А потом он сказал, что я глупый и должен убить слабых и больных, чтобы остались только сильные охотники.

- Чт-то? – заикнулся Ту-Мор и побледнел, но Та-Рон будто не заметил.

- А я разозлился и рассказал ему, что он не прав и каждый из нас сильный и полезный. Ту-Мор, он не убивает вас только потому, что я запретил. Поэтому, если хотите жить – не нарывайтесь.

- Хорошо… - десятник сглотнул и уже четче добавил, - Принято. А почему они считают тебя командиром?

- Ркураги, почему ты решил, что я тот, кто ведет сикао?

- Не только сикао, - покачал тот головой, - Всех, кто на островах! Киба, видящие то, что будет, говорили, что когда придет Тар Он, те, кого он возьмет под крыло, будут хорошо жить. И люди островов поплывут на большую землю, и прольется много крови, и люди островов будут пить ее, как воду. И Тар Он будет летать над ними, и огонь его принесет смерть врагам его. И возьмет он под крыло многие народы и будут они жить хорошо. А потом придет черный рар и бросит Тар Он себя самого и все, что имеет к ногам его, но черный рар возвысит его и поставит вровень с собой и будут люди жить под крыльями их. И всегда будет у людей еда, вода и хорошее жилье, и всегда будет у них победа, а у всех врагов – поражение. Трукур-киба знает больше. Позови его, и он покажет тебе много рисунков в воздухе и расскажет много историй о том, что было и о том, что будет.

- Но Ркураги, как люди могут знать то, что будет? – скептически спросил Та-Рон. Знать будущее? Да как это вообще возможно?

- Я не знаю, - дикарь развел руками, - Может Трукур знает. Он и другие киба иногда знают, что будет. А иногда нет.

- Ркураги, уходи, - подумав, сказал Та-Рон, - Вернись на третий день утром и приведи Трукура. Я хочу с ним говорить. И скажи мне сейчас, как долго ты идёшь до места, где живешь?

- Если бежать, то половину от половины времени солнца, - ответил дикарь. Та-Рон мысленно прикинул, что это часа три. Время солнца – световой день, около двенадцати часов.

- А каким путем ты пойдешь?

- К берегу моря, потом вниз по тропе в скалах и назад, до изгиба реки и через реку.

- Где ты ночевал, пока был рядом со мной?

- Над тропой в скалах есть место. Туда приходили охотники и киба, и мы говорили.

- Я услышал. Можешь идти.

- Я приду через три дня, как ты сказал мне, - Ркураги поклонился и ушел, подхватив свое оружие.

Про поклоны он уже объяснил, что так люди показывают свое уважение к тому, кому поклоняются.

Глава 4 Дикари, деревня, храм

- …Вот так он и сказал, - закончил Та-Рон пересказ недавнего разговора, - Теперь я хочу, чтобы каждый из вас подумал и сказал, что думает об этом и что делать дальше.

- А он знает что-то о людях на материке? – поинтересовался На-Рол.

- Нет, только то, что они есть и иногда попадают на остров, когда страшный ветер и злые волны.

Врач кивнул и опустил взгляд на свои руки, сложенные на столе. Даже Ту-Мор, против обыкновения, не бурчал, а сидел, пустым взором уставившись в стену. Ги-Рай крутил в пальцах тонкую палочку, усиленно размышлял и порою хмурился. Ру-Таш считал на листке бумаги, явно прикидывая что-то… И только До-Лан растерянно оглядывался, явно не зная, что и думать.

- Итак, - Ги-Рай обвел товарищей взглядом, явно на что-то решившись, - У нас два варианта – уплыть или остаться. Уплыть в неизвестность, через кищащее монстрами море, или остаться с дикарями, которые в любой момент могут убить большинство из нас, и найти шанс отомстить. Или… дождаться пока маяк заработает и Таме свяжутся с нами.

- И как мы без тебя это не поняли, - съязвил Ту-Мор.

- Ещё я предлагаю окончательно передать командование Та-Рону, - продолжил невозмутимо Ги-Рай.

- ЧТО? – Ту-Мор так и подскочил, - Да ты…

- Поддерживаю, - отозвался На-Рол, - Кто за то, чтобы Та-Рон стал главой нашей, кхм… экспедиции?

Поднялись четыре руки, за исключением десятника и самого Та-Рона, удивленно взирающего на происходящее.

- Но почему? – растерянно спросил Ту-Мор.

- Он уже командир, - обронил насмешливо Ру-Таш, - Он уже заботится о нас и защищает. Ты так не умеешь.

- Точно… Та-Рон, раньше ты полагался на нас, - На-Рол улыбнулся, - Теперь мы будем полагаться на тебя. Прошу, защити нас.

Они все смотрели на него – с надеждой, спокойствием, обещанием поддержать… Ту-Мор смотрел растерянно, но с непередаваемым облегчением, будто сбросил неподъемный груз. Та-Рон замер под этими взглядами и ощутил себя как в тот день, когда стал старшим отдела и замер перед остальными сотрудниками, прежде чем ответить:

- Спасибо за доверие… Я сделаю все, что в моих силах.

Мнения по поводу плавания теперь разделились ровно поровну. Ги-Рай хотел остаться, изучить врага и отомстить. На-Рол считал, что они не готовы к плаванию. Ученый и механик жаждали уплыть, десятник воздержался, а Та-Рон не смог принять решение – и к дикарям не хочется, и плыть не вариант. Но за три дня, пока дикаря не будет, решили закончить лебедку и прочие приготовления, чтобы в случае необходимости уплыть немедленно. Чем и занялись следующим же утром.

Работа в кои-то веки спорилась. Та-Рон применял силу, оклемавшийся Ги-Рай поддерживал, остальные были на подхвате. Закончили в первый же день и проверили в действии, осторожно опустив до воды пару бревен, и так же подняв их. Полный порядок – все держится. Перебрали вещи и решили брать только один плот, а второй оставить – все равно они не смогут управиться с двумя.

После долгих споров решили не трогать маяк, что так и стоял на вершине скалы. Разобрать камни вокруг почти невозможно, маяк тяжелый и достаточно крепкий, да и кто знает, появится ли связь. До-Лан тем не менее каждый день составлял отчеты и добавлял к предыдущим. К тому же с дронов, так и летавших в высоких слоях атмосферы, продолжали поступать снимки, результаты сканирования и данные геолокации. Ученые ещё до нападения настроили автоматическую пересылку этих данных на маяк, так что даже в случае гибели всей экспедиции Таме получат информацию. Если смогут выйти на связь.

Они пришли, как и договаривались, на рассвете третьего дня. Рядом с Ркураги шагал тот самый старик с кучей побрякушек и птицей на плече. Они оставили оружие, поклонились, побормотали что-то и лишь после подошли к костру.

- Приветствую тебя. Ты – киба?

- Да, я киба Трукур, - кивнул старик, разглядывая Та-Рона с нездоровым, липким любопытством, - Ркураги говорил, что ты показывал ему рисунок в воздухе, что изображал твоего отца?

- Да, это так, - не стал отрицать Та-Рон.

- Покажи! – сказал старик повелительным тоном, за что заработал злой взгляд от Ркураги.

- Трукур, не приказывай мне, - тихо произнес Та-Рон, сдерживая злость и внимательно глядя ему в глаза. Старик смутился под этим взглядом и склонил голову.

- Прости, Тар Он, что я позволил себе приказать тебе. Прежде никто не был выше чем Трукур и Ркураги, - объяснил он своеобразно, - Я покорен тебе и лишь желаю увидеть того, о ком говорят наши легенды.

- Хорошо, я покажу, - согласился парень, - Но смотри зорко – в наказание я буду показывать его совсем недолго.

На самом деле в устройстве осталось половина заряда и не хотелось посадить батарею из-за этого старика. Надо будет подзарядить по случаю… Размышляя об этом, Та-Рон достал устройство и активировал. Трукур уставился во все глаза, стараясь всё рассмотреть и запомнить. Он весь дрожал и расплывался в глупой, торжествующей улыбке. Но спустя минуту Та-Рон выключил голограмму и старик тут же погрустнел. Оглянулся на него, открыл было рот… но так и не попросил ещё.

- Я показал тебе то, что ты просил. Теперь ты расскажи все, что знаешь о рар и о том, что с ними стало.

- Я расскажу, Тар Он. Но ты же сам рар, зачем тебе это?

- Я хочу знать, что знает о моем народе твой народ, - объяснил Та-Рон.

- Хорошо, - кивнул старик, приободрившись, - Это было очень давно. Рар жили там, над небом, на земле рар. Они были сильными и умными. Однажды твой отец, Тар, пробудился и стал разрушать и убивать. Пламя и дым поглотили земли рар, а над землей людей пролетел пылающий шар и упал на далекую западную землю. Поднялись великие волны и омыли острова и большую землю. Черные тучи на многие годы закрыли мир от солнца и много людей забрала смерть. На островах тогда был только рар Пьющий Красное и племя сикао. Они ждали тебя и твою мать, но не дождались. Но сикао помнили и ждали дальше.

- Ждали? – удивленно переспросил Та-Рон. Но погодите-ка… Их ведь похитили! Значит, их должны были отправить сюда, на этот самый остров?

- Да-да, Тар Он, - Трукур гордо улыбнулся, - Другие забыли и перестали ждать, но сикао помнят! Четыре раза по сто раз они видели землю рар, как видели её этой зимой, и все равно ждали.

- Четыре по сто?

Это, наверное, долго? Знать бы, сколько это лет, хотя бы по здешнему летоисчислению. И надо будет спросить у ученого, может ли он посчитать… Впрочем, можно ведь спросить?

- Как часто вы видите землю рар?

- Каждое восьмое холодное время, - сказал Трукур важно, - Хотя время иногда не холодное, но я умею видеть его признаки.

Восемь на четыреста это… Три тысячи двести лет?

Но… как так?

Разве это возможно?

Да как это вообще возможно? Ведь прошло меньше тридцати лет! Но тут прошло больше трех тысяч…

- Тар Он? – тихо позвал Ркураги и парень пришел в себя. Наверное, он долго сидел так.

- Что, Ркураги?

- Пустота была в твоих глазах, - встревоженно объяснил дикарь, - Но кожа сменилась чешуей.

Действительно, опустив взгляд на свои руки, Та-Рон увидел, что они изменились, хотя когти были не слишком длинные. Он прикрыл глаза, успокаиваясь. Сейчас бы подняться повыше, постоять, высунувшись из окна и подышать свежим воздухом. Пожалуй, после разговора он сходит наверх, к маяку.

Открыв глаза, он смерил дикарей тяжелым взглядом.

- Я думал, прошло меньше времени. Скажи, Трукур, ты знаешь, что должны были делать рар Пьющий Красное и сикао, дождавшись мою мать и меня?

- Обеспечить вам спокойную и сытую жизнь и учить тебя, - старик выпятил грудь от важности, - Прошло много времени, ты пришел взрослым, но сикао будут учить тебя, как и должны. А киба, видевшие будущее, рассказали, что ты возьмешь народы под крыло и будешь вести их и защищать их, когда научишься быть охотником.

Это Та-Рон уже слышал. Впрочем, Трукур рассказал ещё много всего. Тем временем Ру-Таш и Ги-Рай притащили из пещеры мясо с вчерашней охоты и передали в руки Та-Рону. Тот передал мясо Ркураги, с просьбой приготовить. Сами они пробовали, но получалось скверно – то подгорало, то просто невкусно. Дикарь не стал противиться, хотя явно был недоволен, а Трукур смотрел на него откровенно насмешливо.

Но потом Ги-Рай сам попросил уважаемого Ркураги научить его готовить. Он, пока слушал их разговоры, начал учить язык и уже мог связать пару слов. Ру-Таш молча помогал с костром и слушал. Остальные таме остались в пещере.

Трукур же продолжал говорить, пересказывая легенды, предсказания и часто восторгаясь Тар Оном. Не за что-то, просто так. Рассказы его сплошь вращались вокруг войн племен, верности и величия племени сикао, самовосхваления и преклонения перед сыном великого разрушающего Тара. И, конечно же, он показал несколько рисунков в воздухе. Они были очень похожи на голограммы, но никаких технических приспособлений задействовано не было. Только полупрозрачный камушек и ментальное воздействие. Вот значит, как выглядит магия.

Рассказы киба свернули на поклонение. Та-Рон сначала не понял, и попросил объяснить, о чем речь. С большим трудом выловив главное в потоке слов, и сложив воедино… он понял, что речь о Хаосе. Дикари поклонялись ему и считали Тара и Тар Она его посланниками и воплощениями. А странных мутантных животных – его порождениями. Трукур продолжал восторженно рассказывать что-то о жертвах и ритуалах, но Та-Рон уже принял решение. Оборвав речи кибы, он отправил дикарей восвояси.

- Нам нужно уходить, - сообщил он удивленным товарищам, которые собрались у костра.

- В чем дело? – все же уточнил Ги-Рай.

- Они поклоняются Хаосу, - объяснил Та-Рон и вкратце пересказал, что услышал.

Слушатели бледнели, краснели и явно проникались. Ту-Мор тихо ворчал, что нутром чуял – что-то тут не так! Решение о немедленных сборах и отплытии было почти единогласным (Ги-Рай вновь заикнулся о мести, но настаивать не стал).

Спустить плот и погрузить вещи и припасы оказалось тем ещё делом. Кое-что, не особо нужное, оставили в пещере, иначе плот просто утонул бы. Окончили к полуночи и решили отплыть перед рассветом, чтобы выспаться и двинуться со свежими силами.

Плот медленно плыл по течению. Ру-Таш рулил и старался держаться ближе к центру реки. Та-Рон стоял на носу и вглядывался в утренний сумрак, стремясь первым заметить любую опасность. Его порядочно нервировало колыхание плота под ногами и шевеления животных под водой. Остальные замерли вдоль бортов с оружием наготове, на случай, если придется отбиваться от крокодилов.

Почти сразу после скалы река повернула немного вправо, от моря, и раздалась вширь. Вдоль берегов тянулись сплошные темные заросли. Ветер мягко шелестел листвой, в которой перекрикивались птицы и шумели насекомые. Было ветрено и прохладно, ветер дул с востока.

Река плавно повернула налево и чуть впереди, на правом берегу, стали заметны расчищенные места с причалами и выше – какие-то тёмные строения, что плавно поднимались на гору.

- Мы плывем мимо деревни дикарей, - шепнул Та-Рон, - соблюдайте тишину.

- Принято, - отозвались военные. Остальные промолчали.

Они смогли проскользнуть незамеченными.

Меж тем река немного сузилась, и деревья потянулись кронами над водой друг к другу. Один раз они даже проплыли под связкой веток и лиан, что повисла высоко над водой. И почти сразу река начала расширятся, раздаваться вширь. Минут через двадцать они оказались в центре широкого устья, и впереди нарастал грохот и гул.

Ветер дул с моря и нагонял высокие, неприятные волны. Ру-Таш, недолго думая, взял правее, к берегу, к песчаной отмели в том месте, где река впадает в море. Вытащив нос плота на песок, мужчины замерли, глядя на бушующее море на фоне разгорающейся зари.

- Мы не сможем переплыть это море на этом плоту, - Ру-Таш перекрикивал шум ветра и прибоя, - Не при такой погоде.

- Что? – закричал Ту-Мор, багровея, - Мы что, зря его строили? Это всё что, было зря?

- Если бы я знал, что это море такое бурное, я бы сделал плот по-другому! – заорал в ответ механик, - Я не видел это море со дня высадки!

- Это просто оправдания! – вопил десятник, брызгая слюной и хватая механика за грудки, - Ты некомпетентный! Ты бесполезный! Ты…

Та-Рон молча замер на берегу, вдыхая холодный, соленый морской воздух. Ветер швырял в лицо брызги морской пены, выдувал слёзы из прищуренных глаз.

- Что будем делать, командир? – Ги-Рай остановился рядом, - вернуться в пещеру почти невозможно – мы забрали канаты.

- Поступим, как ты хотел… - мрачно обронил он.

- И как же?

- Присоединимся к племени и будем искать шанс для мести… и для побега с острова. Плавают же они как-то!

- И то верно, - усмехнулся товарищ.

Та-Рон оглянулся и окинул взглядом берег и остров.

Солнце уже осветило вершины гор.

Плыть против течения было намного труднее, особенно в узких местах – пришлось включить моторы и держаться поближе к берегу. Однако, вопреки их опасениям, живности тут было меньше, и никто не стремился нападать. Даже крокодилы вальяжно проплывали мимо, демонстративно игнорируя плот. Хотя, возможно, они испугались шума моторов.

Наконец река вывела их к деревне. Причалы уже заполонила толпа дикарей, что-то кричащих, потрясающих копьями и луками. Несколько стрел прошили воду вокруг. Та-Рон крикнул Ру-Ташу заглушить моторы и после этого выпрямился на носу плота.

- Я – Тар Он! – выкрикнул парень, - Кто посмел встретить меня стрелами и копьями? Неужели Ркураги и Трукур забыли, как я выгляжу? Или кто-то хочет узнать, насколько острые у меня когти?

Дикари испуганно зашептались. Потом сквозь толпу пробился Ркураги и замер на берегу:

- Приветствую тебя, Тар Он! Я рад, что ты решил прийти к сикао!

- И я приветствую тебя, Ркураги, - невозмутимо кивнул он, - Нам надо причалить.

- Да, давайте сюда… Латуси, Кимане, передвиньте лодки! Всем убрать оружие!

Вскоре они пришвартовались к древнему каменному причалу. К этому моменту их уже встречали самые уважаемые охотники племени и все киба, во главе с Трукуром. Стоило Та-Рону ступить на берег, началось непонятное действо с поклонами, бормотаниями, плясками, пением и прочим. Та-Рон старался держаться невозмутимо и стойко, тем более что Ркураги смотрел одобрительно. Таме просто замерли за его спиной и старались не привлекать внимание – им было жутко под взглядами дикарей.

В конце киба покорнейше попросил Тар Она показать свою сущность, чтобы никто более не усомнился в нем. Тот не стал возражать и призвал чешую и когти, уставившись на киба внимательным кошачьим взглядом. И все люди племени один за другим опустились на колени, что-то бормоча.

Им выделили пустующее жилище в дальней стороне деревни, ближе к скале. Это была просторная тростниковая хижина с вечным сумраком внутри и чахлой соломой на сыром полу. Хотя с постелями дело решилось быстро – им натаскали свежего сена, шкуры, меха и мягкие циновки. Разожгли очаг в центре, чтобы прогнать сырость и насекомых, открыли несколько маленьких окошек для света и расчистили место перед шатром. На самом деле это жилье хотели выделить только Та-Рону, но он заявил, что его товарищи будут жить с ним, по крайней мере первое время.

Вшестером было чуть тесновато, но вполне терпимо и безопасно.

Вся деревня состояла из таких хижин – круглых, с крышей конусом, из тростника, соломы и пальмовых листьев. Одни больше, другие меньше…

До обеда они перетащили часть вещей с плота и немного обустроились. Несколько женщин принесли кувшины с каким-то варевом, а двое уважаемых охотников пожарили для них мясо. Варево оказалось вполне съедобной кашей из бобов, а жареное мясо – весьма вкусным. В процессе обеда к их компании присоединились Ркураги и Трукур. Они рассказали, что вечером будет праздник в честь его прибытия и их, соответственно, пригласили. А до того Трукур предложил Тар Ону посетить храм, где покоится рар Пьющий Красное.

Когда дикари разошлись… Ну как разошлись – кто-то да наблюдал за ними от соседних хижин, да и детишки время от времени замирали неподалеку, во все глаза рассматривая чужаков и бурно обсуждая их одежду. Сами здешние жители были одеты весьма легко. Взрослые носили набедренные пояса, юбки из веревочек, передники из шкур и кож, передники из грубых тканей, соломенные шляпы… Дети бегали голыми, да так что всё было видно. Киба и охотники выделялись черными и красными рисунками на коже.

- Как странно, что дикари живут все вместе – и мужчины и женщины и дети, - озвучил давно назревшее наблюдение Ру-Таш.

- Мой вид и шэгие тоже так жили, - напомнил Та-Рон, - Так у них принято.

- Они не особо враждебны к нам, - На-Рол с интересом наблюдал за детьми, - Почему?

- Я уже говорил, что вы со мной, а против меня они не пойдут, - пояснил Та-Рон, - Не принято у них это.

- Ты думаешь, мы сможем выжить среди них? – Ту-Мор нервно потер ноющую руку, что до сих пор висела на перевязи. За пол дня он заработал больше пренебрежительных взглядов, чем получил за десяток прошлых лет.

- Постараемся, - уклончиво ответил Та-Рон, - Чтобы выжить, мы должны прижиться в племени. Так что… постарайтесь побыстрее выучить их язык. Вечером в мою честь будет праздник, мы все должны присутствовать.

Чтобы не разделяться, в храм пошли все вместе. Место оказалось неподалеку, немного вверх по склону. Там, полускрытая буйной зеленью, была площадка, с которой вверх шла широкая лестница ко второй площадке, и уже за ней был вход в туннель, высотой в три человеческих роста. Четыре колонны поддерживали козырек над входом, и по ним вились лианы, свисали цветы и листья папоротников. На нижней площадке-площади ещё стояла хижина, вокруг которой вились четырехглазые птицы и были… двери в той же скале. Обычные, стальные двери для входа людей.

- Бункер? – удивился Ру-Таш, - Точно – двери как для бункера и вон там окна видны… Видите узкие горизонтальные щели? Это они. Но что это за материал? – механик оттер кусочек стены от пыли.

- А ты не знаешь?

- Нет. Это похоже на гранит, но… - Ру-Таш подозрительно уставился на материал, - То ли заливалось как бетон, то ли вырезалось, то ли плавилось…

- Что говорит этот человек? – Трукур и ещё трое киба все это время стояли и ждали.

- Он восхищается теми, кто построил это место и гадает, как они это сделали, - «перевел» Та-Рон и уже на языке таме попросил, - Ру-Таш, давай в другой раз? Трукур не хочет ждать.

- Да, хорошо, - задумчиво кивнул механик, - Простите, что задержал.

И они двинулись дальше, по древним стертым ступеням, к верхнему входу, явно созданному для рар. Там киба подхватили факелы и повели гостей вглубь.

Коридор оказался высокий, просторный. На потолке виднелись остатки светильников и проводов за вывернутыми панелями. В стороны иногда отходили другие коридоры или дверные проемы в комнаты. Чем дальше, тем прохладнее было, тем более затхлым казался воздух. Ру-Таш что-то ворчал про забитую вентиляцию. До-Лан молча снимал происходящее, чтобы потом добавить к отчету.

В конце коридора оказалась спиральная лестница, поделенная на две части – половина с чересчур высокими и широкими ступенями и половина с нормальными, подходящими для людей. Спустившись по ней, они оказались перед полуоткрытой толстой стальной дверью, а за ней – идущий по кругу коридор. Но идти дальше не пришлось – прямо напротив располагалась комната, в которой…

Это был крупный рар с красной чешуей. Все было так, как Та-Рону рассказывали – плоть старика засохла на костях, а чешуя осыпалась. Она так и лежала россыпью на ветхой лежанке и вокруг нее, основательно припав пылью.

Киба расставили факелы по подставкам вокруг лежанки и начали кланяться, бормоча непонятные слова. Та-Рон же отвлекся, рассматривая комнату – много пространства, сглаженные углы, каменный стол, полки в стенах с какими-то костями и черепами, на стенах – куча рисунков и надписей, выцарапанных чем-то очень твердым и острым. Проем в углу вел в помещение, с удивлением опознанное Та-Роном как санузел… К кучам он предпочел не присматриваться. Киба как раз закончили, и Та-Рон решил подойти поближе к скелету.

Череп скалился на него острыми зубами, самые длинные из которых были как человеческая рука от локтя до запястья. Когти сильно сточились и утратили свой грозный вид. Та-Рон повел взглядом дальше и вздрогнул.

- Трукур, что у него с крыльями?

- Мы не знаем, Тар Он, - почему-то недовольно проворчал киба, - Они всегда были такими.

- На-Рол, что скажешь? – обратился парень к врачу.

- А что я могу сказать? – он замер возле скелета, с интересом разглядывая его, - Я ничего не знаю о рар.

- Ты можешь определить, когда он лишился крыльев? В каком возрасте?

- И зачем тебе это? – проворчал Ту-Мор, - Что тебе до этого скелета?

- Плохих драконов лишают крыльев, - объяснил Та-Рон, - Вот я и хочу понять был ли он… плохим, когда оказался здесь.

- Нууу… - врач присел возле скелета, рассматривая останки.

Из спины рара торчало два огрызка разной длины, а остальной части крыльев просто не было. На-Рол подсветил фонариком на правую культю, подумал и наклонился, чтобы глянуть на нижнюю часть. Выключая фонарик, он покачал головой:

- Я не могу уверенно определить, сколько ему было. Наверное в среднем возрасте, но если регенерация у всех рар как у тебя, то может и в старости… Нет, я не знаю. Но тут все успело зарасти, как если бы человек лишился пальца в среднем возрасте и дожил до глубокой старости.

- Спасибо, На-Рол. Хватит и этого…

Та-Рон замер перед давно умершим сородичем. Старик был чуть покрупнее отца, но если он правильно помнит, рар растут всю жизнь, просто после совершеннолетия рост замедляется. Да, точно, он как-то выспрашивал у отца, когда же вырастет и станет как он, и тот рассказал об этом, мол, однажды догонит.

Заметив взгляд киба, Та-Рон уточнил:

- Трукур, чем ты не доволен?

- Ты не поклонился ему, - проворчал киба, - И они тоже не поклонились.

- Ты прав, - кивнул Та-Рон. Но ставать на колени перед костями не хотелось, поэтому он поклонился так, как кланялись Трукуру и Ркураги другие сикао. С уважением, но не на коленях. И одновременно он предупредил товарищей, - Поклонитесь скелету как я, иначе будет хуже.

- С какой стати… - привычно начал Ту-Мор.

- Сейчас же!

Ги-Рай по возможности незаметно принудил десятника поклониться, за что заработал злой взгляд. Ещё бы! Чтобы Ту-Мора заставили что-то делать, тем более такое нелепое…

Но Трукура все устроило.

Они вышли из пещеры перед закатом, когда солнце спряталось за горой, и восточный склон вместе с деревней погрузился в густой сумрак. К этому моменту на площади перед входом собралась внушительная толпа людей – как бы не вся деревня. Они стояли в тишине, слушая Трукура – тот рассказывал о великом Таре, что разрушает и убивает, о его сыне, которого они так долго ждали и теперь, дождавшись, приветствуют его, приглашают стать почетным гостем и частью племени.

К концу речи Трукура зашло солнце, но сикао зажгли факелы и по широкой дороге направились к главной площади. Там в центре было большое кострище, а вокруг – навесы, котлы над маленькими кострами и низкие столы. Ещё в одном месте были сложены странные штуки, которые Ги-Рай назвал барабанами. Толпа дикарей растеклась по площади, освободила место в центре. Та-Рона и его товарищей посадили за стол, на почетное место. Рядом с ними сидели только старые охотники и киба, смотря перед собой невозмутимыми взглядами.

Буммм… Раздался странный звук. Та-Рон нашел взглядом источник – большой, наверное, метрового диаметра, барабан, возле которого стоял мужчина в одежде с перьями. Вот он размахнулся и вновь ударил ладонью по барабану. Вот ещё раз… Вот двумя руками. К нему начали присоединяться другие барабанщики, с инструментами поменьше. Что-то сухо трещало, что-то звенело, но эта странная музыка была именно музыкой, а не какофонией звуков.

Особая серия ударов, и музыка разом замолкает. Барабанщики встряхивают руками и гордо смотрят вокруг.

- Что это было? – тихо поинтересовался До-Лан, отнимая руки от ушей.

- Наверное, это их музыка, - предположил Ги-Рай, - Странно, мне кажется, что я уже слышал что-то подобное.

- Декаду назад, когда мы были в разведке на северном краю плато, - напомнил Та-Рон, - Но мы тогда не поняли, что это было.

- А ведь точно, - согласился он, - Скажи, а как это на их языке называется?

- Сейчас узнаю…

Возле костра замер киба, одетый лишь в набедренную повязку, что прикрывала мужское достоинство, зато разукрашенный черными и красными узорами так, что кожу было не видно. Он держал в руках маленький плоский барабан и будто грел его над костром. Вот он отскочил от костра и ударил, издав короткий, звонкий звук. Потом вновь подошел, вновь отскочил, вновь бил в барабан в каком-то непонятном, путаном ритме.

Ркураги, что сидел рядом с Та-Роном, назвал это «танец с огнем», но он не понял, что такое «танец» - в языке таме этого слова не было. Пришлось выспрашивать объяснение, а потом самому объяснять заинтересованным товарищам. А потом и вызнавать значение слова «киба» - это кто-то, кто служит богам, знает много тайного и имеет необычные силы, как для игры с огнем, землей, водой и воздухом, так и для разговоров с духами, знанию будущего и прочего. Та-Рон даже предположил, что это маги, но точно сказать не мог.

Потом было еще много танцев, музыки, непривычной еды и странных напитков, от которых кружилась голова, и было очень весело. Были красивые девушки с волнующими улыбками и тренировочные поединки. И где-то в полночь Трукур попросил Тар Она показать свою силу.

Его зачем-то раздели почти догола, и когда молодой рар покрылся чешуей с ног до головы, разразились восторженными воплями… После чего Та-Рон устроился в середине самого большого костра и мирно уснул, ласкаемый языками огня.

Проснулся парень утром, из-за холодного дождя. Капли мерно стучали по его телу, шипели на чернеющих углях и поднимались вонючим паром над кострищем. Та-Рон встряхнулся и сел – с его чешуи упала целая куча пепла, углей и недогоревших дров. Это что же, кто-то прямо над ним жег костер? Похоже на то.

- Та-Рон, ты жив!?

Он оглянулся – кричал вскочивший До-Лан, неверующе уставившись на него. Остальные таме тоже обернулись и смотрели на него во все глаза. Они сидели под ближайшим навесом, кутаясь в шкуры. Во взглядах товарищей было неописуемое облегчение. Вот Ги-Рай подхватил шкуру, подбежал к Та-Рону и накрыл от дождя и ветра.

- Спасибо, - благодарно кивнул он, кутаясь плотнее.

- Пойдем, у нас тут костер и немного еды, - Ги-Рай помог ему подняться и потянул под навес.

- Да, хорошо… А что вчера было то?

- После того, как ты отключился? – уточнил, не скрывая насмешку, На-Рол, - Дикари почти сразу начали расходиться, но эти киба остались и продолжили жечь костер прямо над тобой. Мы и так были… - врач с трудом подобрал слово, - удивлены, а тут чуть не подрались с ними, пытаясь тебя вытащить. Хорошо, что Ги-Рай понял их лепет, что тебе не страшен огонь и наоборот, надо согреться.

- Просто прошло полчаса и мы подумали, что ты уже того… спекся, - добавил Ру-Таш, - И решили заночевать рядом, чтобы первыми удостовериться.

- Не дождетесь, - фыркнул Та-Рон, только что глотнувший воды, - Отец как-то чихнул на меня пламенем, и ничего мне не сделалось.

- Тьху ты… Мог и сказать заранее, - привычно проворчал Ту-Мор, поминутно морщась.

- Да я сам не знал, что так получится… - пожал он плечами и, наконец, впился зубами в мясо. Есть хотелось просто невыносимо.

Чувствовал он себя отлично, хотя голова чуть болела и кожа начала чесаться от грязи, едва исчезла чешуя. Зато в груди мерно горел горячий клубок, и казалось, что пламя порою течет под кожей, ничуть не обжигая.

Хотя если бы знал, что уснет в костре, нижнее белье тоже снял бы, а так придется доставать новое из запасов.

Глава 5 Скверное угощение

Прошло уже девять с половиной декад с момента прибытия экспедиции в этот мир и пятьдесят семь дней с тех пор, как они пришли в племя. Дикари хорошо приняли чужаков, хотя сперва относились немного пренебрежительно ко всем кроме Тар Она.

Первым это отношение сломил Ги-Рай, показав свое мастерство снайпера. Он поразил с полукилометра большого, злобного быка, попав сразу в голову и насмерть. Впечатленные сикао начали называть его Лушшу Сор Кхораш - Тихий Зоркий Убийца, что благополучно сократилось до Лусокаш. Вторым был Ру-Таш, который первым выучился достойно стрелять из лука и метать копья. Более того, механик начал сам мастерить луки получше, более дальнобойные, а потом и арбалеты, которые пробивали щиты дикарей навылет. С именем ему повезло – «Рут» означало «молоток» и соответственно «Руташ» - «молоточник».

Через две декады Тар Он мог не беспокоиться хотя бы о двух товарищах – те достаточно овладели языком дикарей и пользовались уважением как молодые, но достойные охотники.

Ги-Рай, к слову, сперва старался выполнить свое обещание рассказать все, что выучил как офицер и подолгу беседовал с Та-Роном. Но потом за повседневными заботами это начало забываться, всё чаще они были по отдельности, вживаясь в племя. Но Та-Рон и так учился, уже у опытных охотников сикао, привычно сопоставлял все свои умения и делал выводы.

До-Лана, хлипкого и нескладного, сперва пренебрежительно называли птенцом. Тот долго не решался ни к кому подступиться, но в итоге начал бродить по храму и изучать надписи. Киба сначала ругали и даже били его, но потом по настоянию Тар Она начали учить ученого «правильно ходить в храм и поклоняться». И со временем До-Лан где сам где с помощью молодого рара смог расшифровать кое-какие надписи, за что был принят к киба.

Хуже всех доводилось Ту-Мору и На-Ролу. Первому очень плохо давался язык и не отпускало презрение к «диким примитивным недолюдям». А врача сикао презирали просто по умолчанию, потому что лечить у них было категорически не принято. Заболевшие либо отлеживались и выздоравливали сами, либо умирали – третьего не дано. Допустимый уход – напоить, накормить, разместить у костра или дать ещё одно одеяло. Раны не промывали, не перевязывали, и если человек с серьезной раной выживал, это была огромная удача. Правил гигиены не было в принципе, максимум если кусок еды падал на землю, его могли ополоснуть от налипшей грязи, чтобы не хрустела на зубах. Мылись в реке, изредка, когда вблизи не было видно крокодилов, либо ходили к горячим источникам возле соседней огненной горы (спящего вулкана). Хорошо, хоть были ямы для мусора и туалета, сверху прикрытые мини хижинами. Когда яма заполнялась, хижину разбирали, досыпали земли и садили сверху молодое плодовое дерево. Их, кстати, в деревне и на окраинах было полно, и как раз в конце холодного сезона они расцветали.

Так вот, На-Рол не пытался навязывать лечение, хотя частенько ужасался и напоминал товарищам о гигиене. Нет, врач однажды просто сварил сильный яд, что вызывал паралич жертвы даже при небольшой ранке. Теперь охотники выстраивались к нему в очередь, чтобы окунуть свои стрелы в его варево, а киба упрашивали принять в ученики. На-Рол выдержал половину декады, как объяснил он товарищам – чтобы дикари запомнили, кто лучше, хотя он и сам не брезговал учиться у местных знатоков – те знали здешние травы, а его лекарства были на исходе. После чего всё-таки согласился учить желающих создавать яды.

Между делом они узнали от охотников, что большинство действительно опасных животных живут на плато, а внизу их сравнительно мало, если не считать крокодилов. Если какой хищник спустится, на него сразу же объявляют охоту. Порождения хаоса хоть и почитали, но после нескольких случаев исчезновений племен, предпочитали истреблять. Исключениями были сравнительно мирные травоядные и несколько видов прирученных животных. Те же четырехглазые птицы – любимцы киба, очень умные и хитрые твари. У других племен были свои звери – мелкие крокодилы, красные и красно-черные псы, кошки, частично покрытые чешуей, рогатые мартышки и прочие.

Племен на острове было пять, хотя два оказались совсем маленькими, меньше сотни человек каждое.

Кое-как обжившись и разобравшись в происходящем, Ги-Рай предложил план истребления дикарей и жителей материка. Дикари хотят войны и исполнения пророчеств? Они получат всё в полном объеме. А в ходе боевых действий и сами подвымрут и жителей материка потреплют. Та-Рон был не согласен, но остальные таме пришли в восторг и сразу начали продумывать план действий. Даже безучастный в последнее время Ту-Мор оживился и внес пару идей.

Так началась подготовка почвы для большой войны, хотя что тут подготавливать? Ркураги, когда с ним завели речь о походе на большую землю, расплылся в предвкушающей улыбке. Именно он стал главным организатором – договорился с главами других племен о перемирии и о встрече в день, когда день и ночь будут равны. Племя сикао было самым крупным и сильным на этом острове, не в последнюю очередь благодаря многочисленным киба, да и на соседних островах о них знали. Всё же ближайшие племена произошли от них.

Та-Рон добросовестно учился всему, чему его учили в племени. Стрелял из лука, метал копья, дрался врукопашную, на мечах и палками. Учился охотиться – читать следы, подкрадываться к добыче, правильно убивать и разделывать. Ему, привыкшему ходить по ровным улицам и не задумываться о том, как он ступает, сначала было трудно научиться ходить по лесу тихо и осторожно как кот. Однако со временем он разобрался что делать. А ещё учился лазить по деревьям и скалам, плавать, управлять лодкой, бегать быстрее всех…

Первые две декады он стеснялся ходить полуголым, как дикари, но потом как-то привык, освоился, тем более что так ему было удобнее. За ним последовал и Ги-Рай, решившись во всем походить на местных.

Пожалуй, самым приятным для таме было то, что женщины тут постоянно жили рядом с мужчинами, и многие были не прочь скрасить ночь принятому в племя чужаку. Для многих девушек целью номер один был Тар Он, но тот принципиально игнорировал все их попытки. Не мог и не хотел забывать Лои-Ки и Фиа-Ди.

Тар Он замер, наблюдая за стадом, мерно объедающим листву с кустов. Несколько диких коров, бык и пара годовалых бычков – выбирай что хочется. Однако завтра у сикао будет большой праздник, к ним в гости прибудут охотники из других племен и нужно добыть много провианта.

Под магией невидимости Ги-Рай, Руташ и десяток сикао аккуратно расползаются по кустам, окружая стадо, пока Тар Он сидит на дереве с луком наготове. Вот треснула ветка под чьей-то ногой, и бык настороженно вскидывает голову. Тишина… Только ветер шелестит в кронах и коровы жуют зелень. Меж тем окружение поляны почти закончено, осталось два мутных силуэта… Всё, можно начинать.

Тар Он натянул лук и послал стрелу в быка… Есть! Прямо в глаз! Остальные стреляют по стаду из кустов, разя их отравленными стрелами.

Но вожак так просто не сдается. Бык взревел и понесся на Руташа, что неудачно выглянул из-за кустов, расшевелив их… Тар Он пробежал по нависшей над поляной ветке и спрыгнул прямо перед быком, на лету хватая его за рога. Руташ едва успел шарахнуться прочь, когда бык пронесся мимо и впечатал Тар Она в дерево. Тот скрипнул зубами, но выдержал, и когда бык начал отходить… Молодой рар начал пригибать его голову к земле. Сначала медленно, с трудом преодолевая сопротивление и сдерживая рывки. Но потом начал действовать яд, и бык начал ослабевать. Через каких-то пять минут все было кончено.

Стадо тоже легло, хотя все ещё были живы.

- Тар Он могучий, но глупый охотник, - заметил Улепети, - Зачем ты ранил в глаз, если хватает маленькой ранки? А Руташ совсем глупый и неопытный охотник. Нельзя было показываться раненому быку!

- Ты прав, Улепети, - не стал спорить Тар Он, - Мы неопытные охотники, но мы запомним свои ошибки и больше не повторим.

- Хорошо. Теперь надо заняться разделкой твоей добычи. Руташ, принеси ножи и веревки!

- Да, сейчас. Без меня не начинайте разделывать! Шкуры надо снимать очень аккуратно!

- Да знаем мы, - проворчал охотник в ответ. Руташ уже всех достал с этими шкурами. Но для новых лодок их надо было очень много и исключительно отличного качества. Приходилось заморачиваться.

Половину стада забили и разделали сразу. Половину напоили зельем, которое делало их вялыми, и увели к деревне – пусть побудут в специальном загоне, пока не понадобятся.

Охотники за время разделки основательно измазались в крови, но не беспокоились об этом. Их путь теперь лежал к горячим источникам.

Тар Он, ополоснувшись в прохладной воде, с удовольствием залез в самый горячий. Он поступал так с самого первого визита и обычно сидел в купели в одиночку – для других охотников было слишком жарко, они предпочитали второй и третий бассейны. Молодой рар меж тем наслаждался теплом, что прогревало нутро целиком, и перебирал россыпи тусклых красных чешуек. Пьющий Красное, похоже, любил бывать здесь и сбрасывал чешую во время линьки – вон сколько её осталось спустя тысячи лет.

- Не знала, что кто-то может сидеть в первом источнике, - раздался незнакомый женский голос, - Кто ты, охотник?

Возле купели замерла молодая, красивая женщина – смуглая, фигуристая и почти голая, если не считать накинутой на плечи мягкой шкуры.

- Я – Тар Он, - невозмутимо ответил тот, - А кто ты?

- Я Нуилота, дочь Ваарди из племени Дасишу, - она присела на бортик, заинтересованно рассматривая парня, - Так ты – тот самый?

- А что, не видно? – он поднял из воды чешуйчатую руку и покрутил перед носом у Нуилоты.

- Видно… - женщина восхищенно прикоснулась к его руке, - Настоящий!

- А что, могут быть ненастоящие рар?

- Да, было много мужчин, которые назывались Тар Оном, чтобы впечатлить женщин, но ни один не имел чешую.

- Не знал, - задумчиво обронил он, - и как с ними поступали?

- Убивали в храме и отдавали плоть крокодилам, - небрежно ответила Нуилота, - А ты умеешь выдыхать огонь?

- Пока нет, но однажды научусь. Я ещё очень молод.

- Но ты уже мужчина… - она прошлась по нему оценивающим взглядом, - И весьма достойный… - женщина решительно схватила его за руку, - Решено! Я тебя выбираю!

- Выбираешь? – удивился Тар Он.

- Да, ты станешь моим мужем.

- С какой стати? – нахмурился он, осторожно выворачивая свою руку из её цепких ручек и возвращая в воду. Нуилота обиженно воззрилась на него.

- Женщины Дасишу сами выбирают себе мужей. И мужчины не имеют права им отказать, - она гордо вздернула нос, - К тому же киба говорили, что та, которая выберет тебя, станет великой. А та, которую выберешь ты, станет счастливой. Я, Нуилота, выбрала тебя.

- Ты опоздала, - рассмеялся Тар Он, - Те женщины ждут меня там, где я вырос, а другие мне не нужны.

- Что? – она возмущенно вскинулась, - Вот ещё! Ты теперь мой, а о них забудь.

- Уйди, женщина, пока я не разозлился, - обронил он снисходительно, и нырнул в купель, чтобы прекратить этот глупый разговор.

Про племя Дасишу ему уже рассказывали. Это племя гордых охотниц, что живут на юго-западе острова. Среди них очень мало мужчин, да и те – сыновья и братья, вот женщины и охотятся сами, и ходят в соседние племена за мужьями. Иногда они приводят для себя мужей. Иногда живут в племени «мужа» пока не почувствуют дитя и тогда возвращаются к себе домой. Иногда приводят новых охотниц в свое племя. В остальном предпочитают обходиться без мужчин.

Сикао уважали и побаивались Дасишу, предпочитая вежливый нейтралитет. Судя по рассказам киба, первыми дасишу были дочери вождя их племени, которых чересчур хорошо научили охоте. Потом девушки не захотели становиться приложением к костру и убежали в лес. Впрочем, по другой версии сначала это было обычное племя, но потом на войне погибли все мужчины и тогда женщины, чтобы выжить, научились охотиться самостоятельно. К слову, именно в их племени любили чешуйчатых кошек и называли их «кнаса», что было очень похоже на «кнэша». Увидеть этих животных своими глазами пока не довелось, но Тар Он надеялся найти возможность взглянуть.

Ваарди – нынешняя глава дасишу, гордая женщина почтенного возраста. Помнится, киба Трукур, когда рассказывал о ней, краснел, бледнел и закатывал глаза. Нуилота, похоже, весьма настырная и уверенная в себе особа, и Тар Ону не хотелось продолжать знакомство с ней.

Но куда он денется? Молодая женщина прибыла вместо своей матери, как представительница племени. Придется общаться.

Тар Он вынырнул и отфыркался. Ушла? Отлично. Даже для него будет плохо слишком долго сидеть в горячей воде без воздуха. Он сочно потянулся, ощущая жар всей кожей. Сидеть в источнике ему нравилось, здесь он будто наполнялся жаром и магией. После пары часов тут он сможет держать чешую почти сутки, если захочет.

Тар Он вернулся к вечеру, когда племя уже начало встречать гостей. От трех до пяти человек, уважаемых охотников и киба, прибывало из ближайших десяти племен. У причалов было тесно от лодок, гостевые дома все были заняты, и часть гостей размещалась просто под навесами.

- Тар Он! – ему навстречу выбежал мальчишка, - Скорее, к храму! Там чужаки ругаются с киба-птенцом!

Ругаются? До-Лан совершенно безобиден, его хоть и приняли в племя, но в случае драки заступаться за него никто и ни за что не будет! Эту мысль Тар Он додумывал уже на бегу. Мимо мелькали деревья и хижины, едва успевали отскакивать с дороги люди. Только бы успеть!

Не успел. Ученый лежал, зажимая страшную рану на животе и с ужасом глядя на охотника, что стоял над ним. Тот ухмылялся и поднимал копье для удара… Тар Он налетел на чужака и сбил с ног, прямо в пыль.

- Чтооо! – заорал охотник, - Да как ты сме…

Удар в челюсть не дал ему закончить. Тар Он выпрямился и обвел притихшую толпу хмурым взором.

- Я, Тар Он, говорил и сикао слышали, что я убью того, кто навредит тем, кого я взял под крыло. Теперь вы тоже услышали!

Потом он склонился над побледневшим До-Ланом. Жаль, он ничего не понимал в деле врача и даже не знал, как остановить кровь. Оставалось только подхватить беднягу на руки и нести в свою хижину. Может На-Рол сможет помочь?

- Спасибо… Ты же меня не бросишь? – прошептал До-Лан.

- Не брошу. Сейчас я отнесу тебя к На-Ролу и он тебя вылечит.

- Хорошо, - бедняга улыбнулся, - Этот дикарь говорил, что я слабый…

- Зато умный. Твои способности нам ещё пригодятся, друг, так что держись.

- Друг? - повторил ученый на языке шэгиэ и задумался.

- На-Рол! – едва ворвавшись в хижину, рявкнул Тар Он, - До-Лана ранили! Спасай!

- Что?

Врач на миг округлил глаза, но тут же стал серьезным и заметался по помещению. Укладывал пациента, заставил Тар Она зажимать рану, осматривал, что-то колол, подключал приборы, ставил капельницы, исследовал рану, бормотал непонятные слова… Подоспевший Руташ помогал ставить мощные лампы и подключал генератор.

- Большая потеря крови, - На-Рол замер над пациентом, - Рана очень серьезная, значительные повреждения внутренних органов.

- Но мы же его вылечим?

- Да, конечно, - в голосе врача была неуверенность, - Я сделаю всё, что смогу.

- Вы меня не бросите, да? – непослушными губами прошептал До-Лан.

- Нет, не бросим…

- Они тоже так говорили, когда я был маленьким шэгиэ… - До-Лан прикрыл глаза, - Но потом бросили и я стал таме. А теперь нас бросили таме… Только Та-Рон не бросил. Но опоздал…

Ученый часто, мелко дышал, На-Рол суетился вокруг него, что-то пытался зажать или зашить. Тар Он просто сидел рядом, придерживая его, но… До-Лан в какой-то момент выдохнул, и больше не вдохнул. Врач схватился за приборы, и ещё с минуту пытался вернуть пациента к жизни. Потом вздохнул и выключил противно пищащую штуку.

- Он был обречен. Я сделал всё, что смог, но с такими ранами не выживают. Чудо, что он не умер сразу, от болевого шока, - объяснил На-Рол и добавил, - Били наверняка.

- Понял, - кивнул Тар Он медленно и мрачно. Поднялся и вышел из хижины.

Даже не пришлось искать виновника. Вот он стоит с перекошенной физиономией и синяком на пол лица. Ругается с Ркураги, а тот убеждает его успокоиться и подождать.

- Как ты посмел меня ударить?! – заревел дикарь, увидев Тар Она.

- Тар Он может ударить кого захочет! – рыкнул Ркураги.

Молодой рар молча подошел, отращивая когти и чешую. Взмах руки… И чужак с воплем падает на землю, с огромной раной на животе.

- Я сказал, кто навредит тем, кого я взял под крыло, тот умрет. Ты умрешь как умер киба До-Лан, знавший звезды и знаки.

- Но он был слабаком! – истерически взревел чужак.

- Если Тар Он кого-то берет под крыло, значит берет под крыло, - Ркураги гордо выпрямился.

- Ркураги! Выгони его и его соплеменников, я не хочу говорить с теми, кто убивает моих подопечных, - прошипел он зло, сам не узнавая свой голос.

- Будет исполнено, Тар Он!

Через час объявились непонятно где бродившие Ги-Рай и Ту-Мор. Первый – с перекошенной от тревоги физиономией. Второй – спокойный и безучастный. Недавно он пристрастился к местному напитку, от которого охотники становились веселыми и глупыми.

Оба, узнав о судьбе последнего ученого, погрустнели – только он ещё мог работать с маяком, добавлять отчеты и сообщать, есть ли связь с таме. Руташ вроде бы тоже мог, но намного хуже – он был в первую очередь механиком. Плюс До-Лан до сих пор занимался наблюдением за звездами, составлением карт по результатам снимков, расчетами моделей для Руташа и прочими учеными вещами, вроде расшифровки рисунков и знаков в храме.

Ближе к полуночи тело вынесли к реке и опустили в воду. Таме не сильно заморачивались по этому поводу – тело это просто тело, жизни в нем уже нет, но Тар Ону все чаще это казалось неправильным. У сикао были ритуалы проводов умерших. А были ли такие у шэгие? А у его народа? Он не знал, иначе точно постарался бы организовать, в знак памяти и из уважения к До-Лану.

Таме к тому времени уже обсуждали что-то. Да, точно, Руташ объясняет, зачем и каким образом решил переделать их плот, и что теперь он точно сможет преодолеть море. Мол, посмотрите на плоты дикарей, что приплыли с островов по соседству! Две лодки, а между ними – настил. С виду тот же плот, но намного надежнее и устойчивее.

Ведут себя, будто и не было никогда никакого До-Лана.

На-Рол уже прибрался, но тонкий нюх Тар Она чувствовал кровь. Одежду и постель умершего передали старым женщинам, что приходили к ним прибирать. Постель перетряхнули, инструменты и приборы почистили, и к утру мало что напоминало о вчерашних событиях.

Утро праздничного дня, конечно же, было шумным и полным движения.

Перед рассветом пришли женщины, одели Тар Она и раскрасили его и его товарищей ритуальными узорами. Для этого использовали краски красного и черного цветов, как и для всех мужчин в племени. Сами женщины ограничивались рисунками на лицах, да особыми юбками и кучей ожерелий, едва прикрывавших их груди.

Даже раскрашивание тел было обрядом. Тар Он и таме ничего не понимали, но всё старательно исполняли.

После рассвета, под предводительством Ркураги и Трукура, начали переговоры, итоги которых стали ясны уже через час. Все племена хотели войны с людьми большой земли, а раз уж с ними настоящий Тар Он, значит, они точно напьются крови врагов! Правда, в процессе оказалось, что племён на островах намного больше десяти. Когда охотники начали вспоминать всех своих соседей, то насчитали около трех десятков, и все они захотят участвовать, ради этого забудут даже старые споры.

Ги-Рай поспешил вмешаться и начал излагать свою мысль – выступить через год, всем вместе. А за этот год оповестить всех, подготовиться и договориться, кто с кем и куда плывет. Дикари кривились и говорили, что Лусокаш – глупый, и не понимает, что охотники племени могучие и умелые, им не нужна подготовка. Но тут вмешался Тар Он, заявив, что Лусокаш прав, а если могучие и умелые охотники из других племен ему не верят, пусть спросят у охотников сикао. Спросили. Те подтвердили, что Лусокаш умный, хитрый и умелый охотник, знающий как применить силу других охотников для достойной победы. Да, снайпер, так и не ставший офицером в своем мире, неожиданно смог стать командиром в этом, намного более примитивном.

В итоге Тар Он стал главой союза племен, Ркураги – его заместителем, а Лусокаш – военным советником. Начало похода назначили на следующий год, в это же время, на следующий день после равноденствия. Киба Трукур довольно улыбался и напоминал новым союзникам, чтобы те прислали своих киба – обмениваться опытом и договариваться, как воевать.

Часа за два до полудня киба увели Тар Она в храм, где поклонялись Пьющему Красное, потом готовили молодого рара к ритуалам, а после – сунули в руки большой кристалл. В него Тар Он изредка сливал магию, потому как киба просили для ритуалов. После этого внутри становилось пусто, клубок в груди гас, и хотелось спать, или согреться в горячем источнике. Увы, киба пока мало чему смогли научить его – прятаться с помощью магии, показывать простенькие рисунки в воздухе, обращаться к стихиям, чувствовать и видеть магию, защищаться и становиться ещё сильней. Они умели больше, но научить его пока не могли, мол, нужен ритуал.

На этот раз Тар Он не опустошил резерв полностью – кристалл как раз наполнился и вскоре вернулся на свое место. Киба все поголовно были заняты и не обратили внимания на это. Наконец они потянулись на выход, где начали основное действо. Тар Она снова взяли в оборот, давали нюхать мерзко пахнущий дым от трав, чертили знаки на коже, смазывали губы горькой, гадкой мазью, и непрерывно бормотали монотонными голосами.

Наконец перед полуднем его повели наружу. Там, перед входом в храм, уже собрались все, кто мог ходить. На площадках что-то происходило, киба продолжали бормотать, раздавались стоны, крики и пахло…

Кровью?

Тар Он наконец увидел, что происходит, и глаза его округлились. На площадках поставили плоские камни, а на них… Лежали голые, изувеченные тела, истекающие кровью. Тот вчерашний чужак, убивший До-Лана и двое его соплеменников. Десяток женщин, привязанных на нижней площадке, к которым по очереди подходили чужаки били и… делали им детей? И ещё был белокожий чужак, мускулистый, светловолосый, истерзанный, с обезумевшим от боли и страха взглядом.

Тар Он на миг зажмурился. Что тут происходит? Что за безумие? Не хотелось верить в происходящее, но он слишком четко слышал стоны, крики, вопли жертв и голоса киба.

- Тар Он, подойди! – позвал его Трукур.

Он послушно подошел и замер, уставившись на вчерашнего чужака, из-за которого умер ученый. Тот смотрел в небо пустым взглядом, губы искривились в блаженной улыбке… Как он до сих пор жив? С такими ранами!

- Убей! – Трукур сунул ему в руку кривой, острый нож.

Тар Она замутило от запаха крови, боли и смерти. Вчера он ударил, поддавшись гневу, но сейчас…

…«Разумные не убивают и не едят разумных» говорил отец. «Разумные не причиняют боль другим разумным» говорила мама. «За это лишают крыльев» - говорил черный дракон скалящемуся красному…

- Он ещё жив. Давай же, убей его! – поторапливал Трукур, - Давай! Испей его крови, могучий Тар Он! Умойся кровью! Вкуси плоти своего врага!

- Нет… - шепнул юный рар и качнул головой.

- Ну же, скорее! – торопил его киба.

- НЕТ! – рявкнул Тар Он отступая от алтаря, - Разумные не едят разумных!

Брошенный им кинжал зазвенел по камням. Трукур скривился, подобрал его и одним быстрым, привычным движением перерезал горло жертве, набрал крови в чашу и сунул Тар Ону.

- Пей!

- Нет, - процедил он.

- Ты должен! - зарычал киба и плеснул кровь ему на губы.

Тар Он шарахнулся прочь и вытер лицо, не желая даже случайно, даже мельком попробовать это скверное угощение. Его тошнило, ему хотелось убежать, но вокруг было слишком много людей… Да и что будет, если он убежит?

Тем временем киба убивали и пили кровь жертв, и давали испить охотникам своего и других племен. Дикари восторженно ревели и наслаждались зрелищем. Обведя взглядом толпу, Тар Он заметил, что Ги-Рай тоже пьет кровь, смеется и дает попробовать Ту-Мору и Руташу. Вчерашняя знакомая, Нуилота, с подругами возятся вокруг белокожего и срезают пряди его волос, тут же заплетая их в свои.

На-Рол стоит в стороне от толпы, глядя на происходящее огромными глазами. От этого Тар Он даже почувствовал облегчение – не только ему не нравится происходящее.

Он не выдержал и просто сбежал. Не вернулся даже вечером, чтобы не попасть на продолжение праздника, когда племя с гостями расположилось вокруг костров, било в барабаны, танцевало, пило всякую гадость и поедало мясо зажаренных человеческих жертв. Позже выяснилось, что его отсутствие и не заметили особо – все были будто одуревшие.

Тар Он долго отмывался в реке. Вода смывала с его тела краски, кровь, грязь и уносила прочь. От этого становилось легче и спокойнее, будто смывался с него этот день и то, что он увидел. Как он раньше не догадался? Рар Пьющий Красное значит – рар пьющий кровь. Преступник, который убивал и ел разумных, за что лишился крыльев. Хорошо, что ему самому удалось не попробовать крови…

Потянулся было к карману на груди, и тут же вспомнил, что свои «сокровища» давно спрятал в своих вещах, опасаясь теперь носить при себе – вдруг сгорят или потеряются? Из одежды на нем сейчас только набедренная повязка из шкуры да несколько побрякушек на шее. Вот и коготь тигра носил как украшение, так же как здешние дикари. Стоило чуть склонить голову, как он заметил – волосы сильно отросли и снова мешают, падают на глаза. Интересно, получится ли их завязать в хвост?

Меж тем взгляд его упал на руки, покрытые чешуей. Когда же он сможет стать полноценным раром и встать на крыло? Спина и копчик продолжают протяжно ныть, зудеть, чесаться. Иногда ему казалось, что они шевелятся! Но с тех пор, как он оказался тут – никакого прогресса. Лишь восстановил прежние умения, освоенные в мире Орт Таме, но это ещё в первые декады. Киба не знают в чем дело, он уже спрашивал их. Говорили – все само случится, когда придет время. А что ему делать-то?

Мысли опять повернули к тому, чему он был свидетелем сегодня. Как же так? Почему? За что? Ради чего это делалось? Да его от болезненных криков и воплей до сих пор бросает в дрожь! Кому вот этот ужас вообще может нравиться? Или это и есть поклонение Хаосу? Тар Он встряхнул головой и плеснул горсть воды в лицо, надеясь окончательно избавиться от мерзких воспоминаний.

Теперь он заново убедился, что ему не нравятся дикари. Надо уходить от них.

Завтра надо будет спросить про белокожего чужака. Откуда он взялся?

Утро выдалось сонное и ленивое – племя отсыпалось после буйного праздника. Таме тоже дружно храпели на своих лежанках, с рассветом поднялись только двое, не принимавшие участие.

Тар Он увел На-Рола из хижины на прогулку.

- Ты слышал о чем-то подобном тому, что мы видели вчера?

- Нет, - врач покачал головой, - Даже не представлял, что подобное возможно. Неужели это и есть ритуалы хаоса?

- Похоже на то, - кивнул рар, - Я едва сумел избежать… Чтобы не испить крови.

- Не захотел?

- Да… К тому же, - Тар Он вкратце пересказал, чему его учили родители, свои выводы про Пьющего Красное и дальнейшие размышления.

- Так ты хочешь уйти? – вскоре понял врач.

- Хочу, - кивнул мрачно, - Меня выворачивает даже от того, что я вспоминаю о вчерашнем. Не хочу повторения…

- Понимаю, - На-Рол задумчиво уставился перед собой.

- Ты ведь не скажешь остальным? – уточнил Тар Он, - Они так загорелись идеей уничтожить дикарей, что не согласятся отпустить меня.

- Нет, не скажу, - врач вздохнул, - А ты можешь что-то придумать, чтобы уплыть, не вызывая подозрений.

- Тоже верно…

- Мне кажется, - На-Рол замялся, - что остальные изменились. Будто поддались безумию и жажде крови. Стыдно признаться, но я и сам стал другим.

- И я?

- Нет, - врач качнул головой, - То есть да, ты многому научился, но по сути своей ты не изменился. А мы будто отступили от заветов Порядка, поддавшись тому, чему служат дикари.

Они замерли на берегу, глядя на реку. Каждый думал о своем, но мысли их были весьма схожи – как сбежать из этого страшного места?

- Чего стоите? – к ним сзади подошел Руташ, - О чем думаете?

Был механик весел и бодр, на губах играла улыбка, в глазах появился нехороший блеск. Он не успел отмыться после вчерашнего, и поэтому щеголял разводами узоров и бурыми пятнами на коже.

- Да так, - хмуро отозвался На-Рол, - о разном.

- Хорошо вчера было, весело, - улыбнулся Руташ, - Теперь я уверен, что через год островитяне сожрут всех врагов в прямом смысле этого слова.

И он рассмеялся над своей незамысловатой шуткой.

- Ркураги, Лусокаш, - обратился Тар Он к своим «заместителям» во время обеда, - Я хочу узнать больше о тех, кто живет на большой земле.

- Зачем тебе это, Тар Он? – отозвался лениво дикарь, отрезая мясо, - Мы убьем их и съедим.

- А если среди них окажутся сильные киба, которые смогут победить наших киба? – рар внимательно наблюдал за нарезкой мяса. Хорошо, что он точно видел – это был обычный бычок, а не остатки вчерашнего пиршества.

- К тому времени ты встанешь на крыло и убьешь их, - подумав, сообщил Ркураги и передал Тар Ону миску с едой.

- Я не смогу быть во всех местах сразу, - буркнул он, вгрызаясь в первый кусок – сутки ни крошки во рту, вчера он поостерегся есть. Прожевав, рар посмотрел на Ги-Рая, - А что ты скажешь?

- Ты прав, - кивнул тот, - Если мы будем знать, где более опасные враги, то сможем напасть на более слабых, или наоборот – собрать самых сильных охотников перед самыми сильными врагами. Знать больше о врагах – очень полезно.

Ркураги нахмурился, но возражать не стал. То ли признавал правоту, то ли ещё обдумывал сказанное.

- Но как нам узнать о врагах? – спросил Ги-Рай, - Ты уже знаешь?

- Есть идея, - кивнул Тар Он, - Ркураги, я видел вчера бледнокожего чужака. Откуда он взялся?

- Племя с соседнего остова привезло для праздника. За это мы отдали им молодую женщину для их охотника.

- А они откуда взяли?

- Нашли несколько дней назад, после того как сильный ветер дул с востока и море бушевало.

- Так значит, - Тар Он проглотил кусок и заявил, - Когда море вновь принесет бледнокожего чужака с востока, его должны доставить ко мне живым и невредимым. Я буду учить его язык, и спрашивать о большой земле. Скажи всем об этом, Ркураги.

- Я скажу, Тар Он, - Ркураги заметно погрустнел.

После полудня гости собрались вновь и продолжили вчерашний разговор. Теперь обсуждение было более конкретным – сколько у кого охотников, кто что должен сделать, какая нужна подготовка, какие припасы и какие лодки. Пока те-кто-ведут-других увлеченно ругались и даже дрались, Тар Он сидел на почетном месте с каменным выражением лица и старательно не замечал взглядов Нуилоты.

Два дня он успешно её избегал, лишь изредка замечая в толпе. Но во время совещаний не получалось – женщина тоже присутствовала и увлеченно сверлила его взглядом. Во время перерыва на очередную драку Нуилота вдруг оказалась сидящей рядом с Тар Оном.

- Зачем ты пришла, Нуилота? – он задержал взгляд на пучке светлых волос в её волосах и вспомнил, откуда тот взялся. И теперь заметил ещё множество подобных прядей разных оттенков.

- Я выбрала тебя, но ты не приходишь ко мне, - она выпятила грудь, прикрытую железными дисками, и состроила обиженное выражение лица, - Ты теперь мой и должен быть рядом со мной.

- Нуилота, я не согласился с твоим выбором, - скривился Тар Он, - Так что уйди и не зли меня, женщина.

- Я – Нуилота, дочь Ваарди из племени Дасишу, - женщина заметно повысила голос, - Я выбрала тебя по обычаю племени и по предсказанию киба. Ты теперь мой!

- Я – Тар Он! – тихо, но звучно заявил рар, чувствуя, как изменяются глаза и зубы, - Я сам выбираю с кем мне быть и отказываюсь принять твой выбор!

- Да ты… - Нуилота покраснела, - Ты просто не мужчина! Я спросила у женщин сикао и оказывается, ты не был ни с одной!

- Они мне не интересны, как и ты, - процедил рар.

Нуилота поджала губы и оглянулась, заметив, как затихли голоса вокруг. Да, на ней скрестились множество взглядов – любопытных, насмешливых, осуждающих. Это было ужасно – быть отвергнутой на глазах у всех этих могучих охотников. Теперь они будут считать, что могут отказать женщинам племени Дасишу! Это немыслимо! Недопустимо! Да за такой позор Ваарди её саму отдаст киба для жертвы или как жену хаоса!

- Ещё посмотрим, Тар Он! – заявила она зло, медленно встала и ушла с собрания.

Ночью, когда небесное зеркало замерло в полуночи, Нуилота с подругами пробрались в хижину Тар Она и его товарищей. Зажгли в очаге особые травы и разогнали их дым по помещению…

Тар Он проснулся от того, что на нем кто-то пристраивался, шепотом возмущаясь, что дым плохо подействовал, надо ещё. Таким же шепотом другой голос сообщил, что все действует, у Лусокаша все как раз видно. Первый голос, опознанный как Нуилота, заявила, мол, это же рар, вдруг ему больше надо…

Это было обидно, неприятно, мерзко. Быть использованным вот так! И вдруг ударило осознание, что там, в мире таме, его использовали точно так же. Только страдали от этого все – и мужчины и женщины и дети, появившиеся после такого. И медсестры, как Лои-Ки и её мать… Так не должно быть.

Его удерживали за руки и ноги крепкие женские руки, но он этого почти не заметил. Схватил Нуилоту за горло и зашипел:

- Или ты уходишь, или умираешь.

Потом отшвырнул от себя хрипящую женщину. Остальные с криками шарахнулись от него, заодно перебудив таме.

Потом пришлось уйти ему. Потому что на проснувшихся мужчин дым подействовал слишком сильно, и полуголые подруги Нуилоты оказались весьма кстати.

На следующий день все гости ушли восвояси. Мужчины провожали насмешливыми взглядами таких гордых прежде охотниц дасишу, теперь едва переставляющих ноги.

Глава 6 Моряк (прода 04.10.2021)

Прошло меньше декады после праздника. Дикари начали выходить в море и рыбачить – до того они пол года не высовывались с острова, опасаясь холода и штормов. После равноденствия дни стали жаркими, и погода стала более однообразной, лишь изредка устраивая буйство.

Тар Он, сам того не замечая, начал сторониться дикарей и подолгу ходил в одиночестве по острову, лишь пару раз выйдя на рыбалку в море, чтобы освоить и это ремесло. Даже не так – он заставил себя, чтобы самому научиться обращаться с лодкой, вёслами и сетью. Вроде даже получалось, но ему слишком сильно не хотелось находиться рядом с дикарями… Впрочем, с таме тоже не хотелось.

Море в этот день было непривычно спокойным. Ветер дул с запада, подгоняя лодки в паруса и помогая выйти далеко в море. Рыбаки уже вытащили сети с первым утренним уловом, когда заметили обломки корабля и… человека, который цеплялся за них.

Помня недавний приказ Тар Она, рыбаки не стали сразу убивать человека. Закончив с утренней рыбалкой, они вернулись к берегу и отправили гонца с вестью. Вскоре Тар Он, к счастью оставшийся в этот день в деревне, прибежал лично.

Мужчина был без сознания. В непривычной тканевой одежде – рубаха, штаны, широкий пояс с мешочками и повязка на голове, прикрывающая выгоревшие волосы. Он был немолод, с обветренным, загорелым лицом, истощенный, со светлой, спутанной бородой. Он дышал с трудом, с хрипом, но дышал. И когда Тарон капнул ему на губы воды из фляжки – жадно сглотнул.

- На какой праздник мы его съедим? – поинтересовался кто-то из рыбаков.

- Мы не будем его есть. Даже не пытайтесь, - предупредил Тар Он строго.

- Тогда зачем он тебе?

- Нужен, - ответил он кратко, поднимая истощенное тело и перекидывая через плечо.

Тот не очнулся по дороге в деревню – так и болтался на плече. Даже когда На-Рол взялся за него всерьез, истыкал иголками, проанализировал всеми доступными приборами… Мужчина оставался в беспамятстве. Врач только поставил капельницу, и время от времени поил пациента то водой, то мясным бульоном.

- Так зачем он тебе на самом деле? – вечером спросил Руташ, косясь на незнакомца, лежащего в углу.

- Как и в прошлый раз – чтобы выучить язык и узнать побольше о его народе, - напомнил Тар Он о своих намерениях.

- Да, хорошая оказалась идея, - ухмыльнулся Ги-Рай, продолжая налаживать оперение стрелы, - Так мы узнаем хоть что-то о будущих врагах.

- Точно, - Руташ согласно закивал, - И о суднах, на которых они плавают. Вдруг что-то полезное расскажет?

Тар Ону хотелось сказать «А вы все о войне» но он не стал. «Праздник» сильно прочистил ему мозги и заставил кое-что переосмыслить. Он сам плохо понимал, в чем дело, но воевать не хотел – драки и кровавые битвы хороши только в мечтах и чужих рассказах, а на деле это страшно, грязно и грустно, когда теряешь товарищей. Но таме вбили себе в головы мысль о мести и истреблении жителей этого мира через их стравливание. И хотя он вроде как был лидером и главой союза племен, никто не считался с его мнением в этом вопросе.

Из угла раздался тихий стон и сип. На-Рол подхватил фляжку и склонился над пациентом.

- Как он? – поинтересовался Ги-Рай.

- В сознании, испуган и слаб, - врач зажег тусклый светильник над головой подопечного, - Попробую нормально напоить его.

Тар Он молча подошел и замер рядом, готовый прийти на помощь. На-Рол недавно начал учить его простейшей врачебной помощи, благо сикао никогда не смели противиться, если ими занимался рар.

Мужчина часто дышал, дико вращал глазами и напрасно пытался отползти. Когда его попытались напоить – отвернул лицо, но тут Тар Он сам придержал его. Пациент сначала чуть ли не плевался, пока не распробовал и не согласился выпить содержимое фляжки – обыкновенную воду. Потом его оставили в покое.

Блойк Мар, моряк

Старый моряк проснулся от того, что левая рука болела так, будто в нее впилась тонкая игла. Да и остальное тело ныло, особенно живот… Ох ты ж…! Стоило шевельнуться, как разболелось всё – мышцы, сгоревшая под солнцем кожа, руки, ноги… Мар не сдержал стон и ругательства – сиплые, злые.

Кто-то подошел, склонился над ним и сунул что-то к губам. Но старик успел открыть глаза. Соломенная хижина, шкуры, полуголые мужики… Он что, у дикарей?

Турхарова бездна!

Мар мотнул головой, отклоняясь от фляжки с неизвестным содержимым. Мало ли каким зельем они хотят напоить его! Он попытался отползти, однако напрасно – старик был слишком слаб, а второй турхов дикарь ещё и придержал его голову. Что они делают? Что это они ему дают? Только через минуту терпеливых попыток, до Мара дошло, что это простая вода. По вкусу – совсем ничего постороннего… К тому же сил сопротивляться не осталось. Так что старик в итоге сдался и дал себя напоить, да и пересохшее горло действительно ждало воды.

А если умрет, так и турхар морской с ним… Или лучше стоило утонуть, чтобы наверняка отправиться к хозяйке морей? Жаль, святоши не говорили, что именно ожидает там неправедных (лишь обещали муки и страдания), а уж к праведным старик себя никак не относил.

Едва фляжка опустела, её убрали, и Мара оставили в покое. Глаза уже успели привыкнуть к свету странной светилки. Первый дикарь что-то поправил у него над головой и на руке, и они отошли. Интересно, зачем им это? Жаль, о племенах людоедов очень мало известно, даже в его юности старики рассказывали только байки о западных островах, на которые лучше не попадать. А историй о вернувшихся едва ли с десяток наберется, в отличие от баек о дикарских лодочках и плотах, которые иногда выносит к материковым берегам.

Мару было безумно страшно, но… После того, как его напоили, ничего плохого не происходило. Дикари, а их в хижине было пятеро, сидели у очага, негромко переговаривались и мастерили что-то по мелочи. Хотя были у них и очень странные, не дикарские вещи, один вообще был одет в штаны, рубаху и куртку странного кроя. Тот, что поил его, теперь варил что-то в маленьком котелке, активно подкидывая травы и часто помешивая.

Вновь посмотрев над собой, Мар увидел палку и висящую на ней стеклянную банку, от которой вниз тянулась… веревочка? А куда она тянется то? Старик с трудом повернул голову и понял, что оканчивается она иглой, что впилась ему под кожу на левой руке. Что за турх? Но стоило её вынуть, как к нему подскочили те самые двое дикарей и стали возвращать игру на место. А когда Мар попытался сопротивляться, один из них сунул ему под нос увесистый кулак и что-то очень недовольно сказал.

Пришлось старику смириться. Раз этого хотят его пленители… или спасители? Да турх их знает! Просто придется подчиниться. Все равно сил нет.

Потом Мара напоили травяным отваром, и он почти сразу уснул.

Во второй раз старик проснулся от звуков голосов. Говорили на улице. Один голос был громкий, возмущенный, как у старпома, когда он ругался с кормагом – катить бочку на магов нельзя, но скандал устроить надо! Второй был немного злой, с шипящими нотками и такой уверенностью, как у потомственных аристократов или магов.

Открыв глаза, Мар убедился, что он всё там же – в непонятно чьей хижине. Дикарь, который поил его, сидит рядом и читает под светом светилки, изредка поглядывая в сторону входа. Сам он оказался среднего возраста, с чистой кожей и тонкими пальцами, которыми держал дощечку с надписями. Взгляд у него был встревоженный.

Судя по свету от входа, уже утро, а может и день – солнце светит вовсю, с улицы доносится шелест листвы, шаги, болтовня и прочие звуки обыденной жизни. Судя по тому, что он жив, это какие-то не такие дикари… Ведь да?

Стоило заметно шевельнуться, как дикарь обратил на него внимание. Он отложил свое занятие и заставил выпить целую плошку мясного бульона. Мар хотел бы и чего-то поплотнее, но знал, что после голодания нельзя наедаться… Сколько же его в море носило? Дней пять, наверное, точнее не посчитать, и всё время несло на запад. Хорошо, что на второй и третий день были дожди (он смог немного напиться), а до шторма так и не дошло.

Меж тем разговор на улице завершился тем, что «аристократ» отдал собеседнику приказ. В ту же минуту в хижину вошел дикарь, с перекошенным от злости лицом. Он что-то сказал «сиделке» старого Мара. Так это и есть «аристократ»? Первый дикарь ответил спокойно, ровно, будто не он только что тревожно смотрел на дверь. «Аристократ» фыркнул и сел у очага, невидяще уставившись в огонь.

Что тут происходит? Чем ему это грозит? Мар не знал. Главное, что сегодня он чувствует себя лучше, чем вчера и его не пытаются убить. Вдруг он поймал взгляд «аристократа». В нем явно был интерес.

Вот он переместился к лежанке Мара, присел и указав на самого себя, сказал:

- Тарон, - потом указал на «сиделку» и сказал, - На-Рол, - и после ткнул пальцем в старика.

- Мар, - представился тот. Раз знакомятся, то точно не будут убивать. Ну не в ближайшее время. По крайней мере, старик надеялся на это.

Тар Он

Найденный ими мужчина был немолод и, по словам На-Рола, тяжело болен. Врач сразу сказал, что тут нужна сложная операция и терапия, и если инструменты у него есть, то с помощниками и с лекарствами проблема.

- Самое большее, что я смогу – подлечить его сейчас и немного продлить ему жизнь, - На-Рол был хмур, но спокоен, - Месяц проживет точно, три – максимум.

- Жаль, - Тар Он не скрывал уныние, - Надеюсь, я успею выучить его язык.

- Сказал человек, который за две декады выучил язык дикарей, - На-Рол усмехнулся.

- Не весь! – возразил пылко Тар Он, - Некоторые нюансы до сих пор разбираю! – он вздохнул, - В языке таме нет многих понятий, которые есть в языке сикао, а сколько мне предстоит узнать о его языке…

- Когда планируешь начать изучение?

- Как только он проснется, - кивнул Тар Он в сторону спящего, - Присоединишся?

- Посмотрим. Я пока почитаю кое-что о его болезни, - врач указал на планшет в своих руках, - Может ещё что придумаю.

- А как обычно поступают таме в таких случаях, как у него?

- По ситуации, - у На-Рола едва заметно дернулся уголок рта, - Ценных специалистов всегда стараются спасти и максимально продлить им жизнь. Обычных работников и солдат, которым скоро должно исполниться пятьдесят, насколько мне известно, в такой ситуации обеспечат должным уходом и безболезненной смертью.

- Один человек рассказывал, что пятидесятилетних увозят куда-то и… прерывают их жизнь.

- Бывает и такое, - не стал отпираться врач, - Но я лично не сталкивался.

- Тар Он! – закричал на улице Трукур.

Молодой рар поморщился, но вышел, на ходу изображая на лице скучающую невозмутимость. Старый киба почему-то был уверен, что это нелепое выражение – самое подходящее для рара. Приходилось соответствовать.

- Что тебе нужно, Трукур?

- О наш могучий и прекрасный Тар Он, - подлил немного лести, склонившийся в полупоклоне киба, - Правда ли, что ты принес в свою хижину чужака?

- Да, Трукур, это так.

- Но мы должны немедля принести его в жертву, и устроить праздник и пиршество… - кибу слегка потряхивало от нетерпения. В холодное время ритуалы почти не проводились, зато в летнее киба могли разгуляться.

- Все успеется – он никуда от нас не убежит, - твердо возразил Тар Он, - Ты ведь знаешь, что я хочу узнать – какие воины есть на берегу большой восточной земли? Сильны ли они? Остры ли их стрелы и копья?

- Зачем нам это знать, если все они умрут от нашего оружия и твоего огня, о могучий Тар Он!? – удивился киба, - Отдай мне этого человека! Великий Хаос хочет насладиться его муками, а наши воины желают испить его крови!

- Ты дурак, Трукур, - зло бросил Тар Он, - Вдруг среди врагов много могучих киба? И если мы не будем знать об этом, мы попадем ловушку и нас убъют, как мы убиваем стада глупых коров.

- Киба из племени сикао – самые сильные и хитрые, и ты об этом знаешь, Тар Он!.. – старик гордо вздернул нос.

- Трукур, я не отдам тебе этого человека, пока не узнаю всё, что мне надо! – зло зарычал парень в лицо кибе, - А того, кто попытается забрать его – убью, и брошу крокодилам, и тебя вместе с ним! Хочешь жить – скажи всем в племени, чтобы не трогали его.

- Но… - жалобно начал киба.

- Трукур! – рявкнул Тар Он, - Я сказал, а ты услышал!

Он отшвырнул старого дурака от себя и вернулся в свою хижину.

- На-Рол, ты слышал Трукура?

- Слышал, - кивнул тот нарочито спокойно, - Он весьма упрям в своих убеждениях, ты мог бы сразу приказать ему, а не пытаться объяснить.

- Может ты и прав, - фыркнул Тар Он, присаживаясь у очага и глядя на пламя.

Наверное, с такими дураками действительно надо вот так – приказал и всё… Нет, нет… Не стоит. Он много раз учил новичков и точно знает, что надо объяснить, чтобы понял, можно и несколько раз объяснять… Да хоть десятки раз, если так надо! Лишь бы понял… Но Трукур стар и упрям, и главное для него – служение Хаосу и побольше жертв. Сегодня впервые после празднества он пришел к Тар Ону поговорить, а до того демонстративно игнорировал, похоже обидевшись на отказ молодого рара довести начатое до конца и завершить ритуал.

Взгляд Тар Она наткнулся на пациента. Проснулся и осматривается, вроде не так испуган, как вчера. И выглядит получше. Вот он заметил внимание Тар Она, и во взгляде явно появилась опаска.

Парень пересел поближе и, показав на себя, назвал свое имя, потом врача.

- Мар, - хрипло отозвался мужчина.

Для начала сойдет. Что там дальше по плану? «Вода», «еда» и прочее…

Блойк Мар

Мар с опаской посматривал на своего спасителя. Уже осьмушка прошла с тех пор, как старый матрос оказался в племени и теперь точно знал, что этот юнец спас его от немедленной смерти и участи блюда на дикарском пиру. Собственно, Тарон и не скрывал этого, так же как и своего желания узнать о жителях «большой восточной земли». Учился парень с неимоверной скоростью и уже вполне мог говорить что-то простое, хоть и путался порою в словах известных ему языков. Мара многое удивляло в нём, начиная от потрясающей памяти, как у магов-разумников, заканчивая силой как у орков. Но, пожалуй, самым невероятным было то, что дикари его слушались! Почему, Мар пока не понимал, а Тарону не хватало слов, чтобы объяснить.

На-Рол, который оказался хорошим лекарем, поставил старика на ноги всего за половину осьмушки и подлечил ту болезнь – даже предательская слабость начала проходить. Но потом через Тарона объяснил, что просто не может вылечить его полностью, лишь некоторое время поддерживать жизнь старого моряка. Лекарь тоже учил всеобщий язык, но будто нехотя. И на шестой день, когда Тарон куда-то ушел, На-Рол спросил, хочет ли Мар, когда придет время, умереть без боли? Старик, не долго думая, согласился и после этого как-то успокоился.

Из хижины он выходил редко, только с кем-то из таме или с Тароном. Очень уж недружелюбно смотрели на него дикари, особенно мужчины, которые будто взглядами разделывали его на кусочки. Мар не боялся, нет, куда ему-то уже бояться? Но лишний раз не рисковал.

- Мар, кто такие «маги»? – спросил Тарон.

- Те, кто творят магию, - старик старался подбирать слова попроще, - Вот хочет кто-то поднять скалу, и для этого магическую силу применяет. А ещё они её как-то заплетают, рисуют магические круги, плетения. Слова говорят, чтобы подействовало, руками машут.

- А маги могут быстро переместиться с другое место?

- Да, это называется телап… Телопер… Телепортация! – с трудом выговорил Мар сложное слово, - В одной башне круг, чтобы уходить, а в другой – чтобы приходить. Закрыл глаза в одном месте, а открыл уже в другом.

- Так быстро?

- Да, очень, - Мар гордо улыбнулся, - Я ходил так пару раз.

В таком ключе и проходили многие их разговоры. Мар, понятное дело, больше рассказывал о море, о кораблях, о берегах и разные матросские байки. Другие таме… Это, как он понял, название народа или племени, из которого происходила эта компания. Так вот, другие таме с интересом слушали его, пусть и в переводе Тарона. Один из них, Руташ, оказался на редкость изобретательным мастером – такому бы в доки, корабли строить, а не лодки для дикарей! Он больше всех заинтересовался рассказами Мара про корабли и их оснастку. А уж про это старик мог говорить часами!

// Автор: Это уже прода!

Музы: жаждем комментариев и прочей хорошей реакции. ) А то никто не комментирует...

Автор: уважаемые читатели, у меня тут музы расстраиваются! Если они уйдут в бессрочный отпуск...

Музы: ...автор впадет в уныние и прод не будет!

Автор: Ну и просто интересно - подписчиков под книгой уже больше семидесяти, а комментариев всего пять. Из-за этого коллектив "Коля и её музы" в некотором недоумении.

Глава 7 _ 1/2 _ Воры (прода от 07.10.2021)

Тарон

Прошло уже больше месяца с того «праздника». Мар давно пришел в себя, Тарон продолжал осваивать его язык, Руташ знал достаточно, чтобы обсудить оснастку лодок. Они втроем целыми днями возились в сарае, заканчивая новое судно. Смотрелось оно необычно – две одинаковые лодки, с одной на другую перекинут помост, а уже на нем – мачта, рея и прочие конструкции, в том числе моторы с их старого плота. Мар ворчал и ругался, что это не судно, а какое-то безобразие, но продолжал шить паруса. А что он мог сделать?

Тем не менее, первое же плавание показало, что суденышко намного устойчивее на море, уверенно идет по ветру и по течению и не боится морских волн. Второе плавание, совмещенное с большой рыбалкой, показало, что оно весьма вместительное. Племя было в восхищении, и Руташ ходил, излучая самодовольство. Его судно было вдвое больше привычных рыбацких лодочек племени!

Мар просто был рад, что может увидеть море и вновь поплавать на судне. Увы, едва он окончил свою работу, мастер будто забыл о старике. Оставалось старому больному моряку слезно просить Тарона хотя бы провести его к морю… И он не возражал. Молодой рар продолжал сторониться сикао и своих товарищей. Поэтому они с утра пораньше уходили на клочок ничейной земли, зажатый между плато и рекой, и там слонялись по берегу, разговаривая или пытаясь ловить рыбу. Иногда с ними ходили Ги-Рай или На-Рол – первый любил охотиться в здешнем лесу, а второй собирал какие-то травы.

Иногда Тарону казалось, будто кто-то зовет его на восток, за море. Будто его там ждут… Но это ощущение было таким мимолетным и неопределенным, что он не знал, как к этому относиться. Он чувствовал себя запертым на этом острове, среди этих людей. Таким же запертым как в мире таме. И внутри у него поднималось желание вырваться на свободу, хотя он ещё смутно понимал что это значит.

- Куда они собираются плыть? – спросил как-то Мар, сидя на берегу моря, - Я видел, что сикао заложили ещё с десяток лодок, и пришло много людей из других племен, чтобы учиться этому.

- Они хотят воевать с людьми, что живут на материке, - решил не скрывать Тарон, - Скажи, Мар, у них есть шанс победить?

- А ты хочешь воевать? – после долгой паузы спросил моряк, не ответив на вопрос.

- Нет, не хочу, - замотал тот головой, - Но они не слушают меня…

- А почему они этого хотят?

Чуть поколебавшись, Тарон рассказал о пророчествах киба, вкратце поведав и о себе. Раньше он старался избегать этой темы, опасаясь напугать старика, но сейчас ему хотелось просто выговориться и объяснить. Сам он не знал, что с этим делать и как остановить… всё это.

Это было похоже на камень, что катится с горы и увлекает за собой всё больше и больше других камней. Даже если первый камень где-то застрянет, другие будут катиться дальше, разрушать все на своем пути и раскалываться сами.

- Значит ты гергорус… - удивленно протянул моряк.

- Кто?

- Так в легендах называют таких как ты, - старик пожевал губами, - Но разве вы все не вымерли?

- Не знаю, - Тарон пожал плечами, - Меня и мою мать похитили и хотели телепортировать сюда, но во время перемещения что-то случилось и меня вышвырнуло в мир таме, где я и вырос. Чуть больше полугода назад случилось что-то ещё… и телепорт возобновился. Таме вовремя заметили и воспользовались, чтобы отправить со мной своих воинов. Когда сикао рассказали, что прошло больше трех тысяч лет, я был потрясен. А о каких легендах ты говоришь?

- Ну что когда-то там, на драконьем яйце, жило много драконов, но потом они пробудили Зверя и тот всех уничтожил, а потом сбросил на наш мир Черную Звезду. Кажется, я ещё слышал, что однажды Зверь вернется… - Мар поморщился, потёр подбородок, - Подробностей не помню, давно эти легенды слышал.

- Сикао рассказывают почти так же, - Тарон задумался, - Но почему ты называешь мир рар драконьим яйцом?

- Все так называют. Почему – турх его знает, - отмахнулся старик, - Слушай, а если ты уйдешь, как сикао поступят? – спросил Мар, почему-то поверивший в пророчества.

- Не знаю…

- Но они же идут в бой только потому, что ты с ними. А если ты уйдешь? Они остановятся?

- Сомневаюсь… - честно признал парень, - Слишком много уже сделано, слишком многие жаждут этой войны и слишком сильно верят в свою непобедимость. Даже без меня они продолжат.

- Турхарова бездна… - проворчал старик и прибавил ещё парочку крепких слов.

Тарон уже начал привыкать к этой его ругани, хотя сперва его очень удивляли эмоциональные восклицания без смысловой нагрузки. Но постепенно он начинал понимать, в чем дело и всё чаще сам хотел сказать что-то такое.

- Мар, скажи, что мне делать?

- Тарон, я всего лишь старый тощий моряк, который не умеет прокладывать собственный жизненный курс, - Мар поднял на него усталый взгляд, - Что я могу тебе, парню из пророчеств, посоветовать?

- Мар, я только недавно начал учиться, как ты говоришь, прокладывать свой курс. И я не понимаю, что мне делать.

Моряк в ответ разочарованно вздохнул и отвернулся, уставившись куда-то на скалы, для разнообразия. И он же вскоре заметил небольшие, ловкие фигурки, которые спускались по скале.

- Тарон, а что это там, в скалах скачет? Может звери какие?

- А? Где? – он присмотрелся и покачал головой, - Это просто люди… Впрочем… А кто они и как оказались на острове? – парень подскочил и всмотрелся, не постеснявшись даже изменить глаза при Маре.

- Ну что там?

- Их трое. Одежда нездешняя.

Понаблюдав и чуть подумав, Тарон активировал амулеты невидимости на себе и на Маре, чтобы остаться незамеченными для чужаков. А в том, что они чужаки, он был уверен.

Их действительно было трое - парень и две девушки. Одна из них, похоже, повредила ногу и теперь сидела на берегу, пока вторая помогала ей. Парень, оставив сумки, унесся дальше.

- Черноволосая, похоже, колдунья, - пробормотал Мар, понаблюдав немного, - Ну это как маг, но женщина. О чем они говорят? Не слышу.

- Еммм… - Тарон прислушался, - Черноволосая говорит светловолосой, чтобы она успокоилась, что все уже в порядке, сейчас подлечит и потом достаточно будет отлежаться денек.

- Точно колдунья! – закивал Мар, выразительно морщась.

- Сейчас пров… - Тарон почувствовал чуждую магию и схватил старика за плечо, - Замри!

Мар видел лишь как напрягся молодой дракон, но очень старался не шевелиться. Тарон тем временем вспоминал все, чему научился у киба и прятал свое присутствие. Но в тот момент это не понадобилось – едва выпустив немного силы и попробовав здешнюю магию, черноволосая скривилась и брезгливо «выплюнула» то, что попробовала. При этом воздух нее будто потемнел.

- Тёмная колдунья! – ахнул старик, - Как её занесло сюда?

- Тёмная? – заинтересовался Тарон.

- Ага, - закивал он, - Я слабо в этом разбираюсь, но магия разная бывает. Ну воды там, земли, огня, воздуха… А есть ещё свет и тьма. У меня на родине свет уважают, а далеко на севере – тьму, – помолчав, Мар добавил, - Тёмных магов я видал, а тёмную колдунью вижу впервые.

Тарон задумался, в то же время наблюдая, как возвращается парень. Мар, подслеповато щурясь (хотя зрение у него было отличное) выдохнул:

- А мальчишка-то светлый! И меч у него рыцарский.

- Какой меч? – дракон непонимающе нахмурился.

- Оружие его – железяка та прямая, длинная. Это меч называется. А именно такие рыцари используют. Это… воины такие, сильные и… как бы это сказать… ну одни из лучших.

Он сделал вид, что понял путанные объяснения Мара и нетерпеливо потянул его за собой – чужаки направились дальше, нельзя упустить их. Потом они наблюдали за установкой лагеря и слушали разговоры. Тарон попутно отслеживал магию колдуньи, и та не заставила себя ждать – девушка наплела такого, что он с трудом держал маскировку.

- Она называет его братом, - заметил он, укрывшись за кустами.

- Да, это странно, что светлый рыцарь и темная колдунья приходятся друг другу родичами, - старый моряк нахмурился, - А что она перед тем говорила?

- Что-то про мага и подготовку к ритуалу, - вкратце пересказал Тарон, - Потом про наемников, которые их ловят и отсидеться. Дальше про ингредиенты и слово «подзаработаем». Это о чем?

- Так вот в чем дело… - Мар ухмыльнулся, - это значит, что они охотятся на здешних тварей, а потом продают магам их клыки, когти, шкуры и прочее. Хотя обычно маги сами этим занимаются. Наш корабельный маг как-то хвастался, что ходил на охоту… Про наемников понятно – видно с кем-то повздорили и те наняли людей, чтобы поймали. Отсидеться значит где-то спрятаться и переждать, пока искать перестанут. А ещё, говоришь, маги и ритуал… Да, видно непростые они люди, раз с магами знаются.

После черноволосая… Кара продолжила ставить защиту, и Тарон вынужден был уйти и увести Мара прочь. От такого он спрячется разве что в одиночку, а второго укрыть просто не сможет. Пришлось отвести старого моряка в деревню. По дороге они ещё раз обсудили визитеров и Тарон попросил:

- Не рассказывай никому о чужаках, хорошо, Мар?

- Раз говоришь не рассказывать, значит не буду, - согласился моряк, - А чего так?

- Хочу понаблюдать за ними и подслушать, но если сикао узнают, то не оставят чужаков в покое.

- Понятно… - Мар ехидно улыбнулся, - А девчонки симпатичные… Не то что здешние гарпии.

- Ты о чем? – не понял Тарон старика.

- Ни о чем, парень, ни о чем… - Мар отвел взгляд, тихо посмеиваясь. В такие моменты молодой дракон совершенно не понимал его.

Чтобы добраться до деревни, Тарон потратил почти два часа. Обратно он практически бежал, надеясь не упустить ничего интересного. И уже возле самого лагеря попал под ливень. Бррр… холодный и раздражающий, зато надежно затирающий запахи и следы. Лагерь встретил его грохотом молнии и визгом светловолосой, которую потом успокаивали рыцарь и его сестра.

Почти сразу дождь закончился, и дракон привычно отряхнулся. Стало холодней… Его раздражал холод, хотелось окунуться в горячий источник или хотя бы устроиться у костра под тёплой шкурой. Однако он второпях забыл взять что-нибудь такое, да и мешало бы. С собой у него было только немного сушеного мяса, завернутого в листья, которое ему сунул На-Рол.

Тем временем чужаки, переговариваясь, начали приводить лагерь в порядок. Кара сплела что-то простенькое, от чего от мокрой одежды, дров и даже земли повалил густой пар. Тарон от такого зрелища чуть не упал с ветки, которую успел оседлать. Мгновенно высушивать мокрое? Он тоже так хочет! Но сейчас было не время для обучения, все увиденное он тщательно обдумает после, а пока можно и перетерпеть холод. Охотник он или кто?

Будто издеваясь, те трое начали готовить ужин. Хм! Похоже, какая-то каша. Ветер дует как раз в его сторону, так что пришлось сменить место наблюдения, пока слюной не захлебнулся. Так, а куда это направляется этот парень, Род? Тарон приблизился было, но сообразив в чем дело, спешно утопал прочь и занял новое место. Все же сидеть неподвижно довольно холодно, нужно хоть немного двигаться – так теплее.

Вот Кара зачем-то перенесла часть сумок на другой конец поляны и подвесила на сучки… Потом ещё и заколдовала как-то. Интересно, зачем?

Похоже, не одного его интересовал этот вопрос. Хотя Тарон сначала не понял ответ. Точнее ему показалось, что колдунья говорит о чем-то другом, пусть и о магии. Но потом…

- Вот оно что… - выдохнул он. Значит ли это, что сама магия острова свела с ума таме? Иначе откуда у вполне адекватных прежде товарищей такая жажда крови? Но его самого, На-Рола и До-Лана не свело… Или они просто не заметили? Надо будет разобраться…

Тем временем девушка рассказала о монстрах. Тарон задумчиво коснулся когтя, что так и носил на груди. Значит, он накопил хаос и теперь излучает его? Интересно, насколько сильно он влияет?

Вопль! Тарон даже подпрыгнул на месте, отчего с дерева обрушилась куча капель. Бррр… Что там стряслось? Этот глупый рыцарь обжегся?! А вот девчонка, Кара, как-то странно сделала с магией, чтобы сдвинуть котелок. Как интересно! А это что? Исцеление? Как она это делает? Почему то получается, то не получается?

Оказывается, магия такая интересная штука! Дракона охватил почти детский восторг.

Потом они ужинали и устраивались спать. Тарон тоже поужинал тем, что На-Рол с собой дал, и едва чужаки скрылись в палатке, попробовал проникнуть на поляну… И тут же унес ноги от оглушительных воплей и яркого света.

Едва вопли стихли, он сквозь шум в ушах сумел расслышать слова колдуньи про обезьяну. Похоже, что его засекли, но приняли за дикое животное. Так, это что за магия к нему движется? Он успел уклониться от выстрелившего из земли каменного копья, споткнулся, перекатился и дал деру. Лучше он поддастся и отступит, иначе колдунья не угомонится, и будет преследовать его, пока не прибьет. А потом поймет, что он – не обезьяна и… А что она тогда сделает?

Все, он достаточно далеко, можно сбавить темп… Чуть подумав, он поспешил в деревню. Хочется есть, к костру и обсохнуть, наконец-то!

- Тар Он! – стоило утром выйти, к нему подошел Ркураги, - Мы хочем завтра пойти на большую охоту. Ты поведешь нас?

- На кого будет охота? – подозрительно уточнил он.

- На людей племени утуанука, - вождь довольно улыбнулся, - Мы давно враждуем, и утуанука не пришли к нам на праздник. Мы убьем их, заберем их женщин и их земли, чтобы охотиться там. Сикао будут праздновать, пить кровь утуанука, и есть их плоть…

Тарон замер, стараясь не показывать нерешительность. До праздника он определенно согласился бы, подумав, что это все образно, но теперь… Мерзко. Но что же делать?

- Конечно же Тар Он согласен, - сказал Ги-Рай весело, хлопнув дракона по плечу, - Раз утуанука не пошли под его крыло, значит они сами по себе и враги…

- Лусокаш, - строго оборвал дракон товарища, - Готовьтесь к завтрашней охоте. Однако… я войду в их деревню первым и спрошу утуанука, пойдут ли они под мое крыло. Если нет – делайте что задумали, если да – вы их не тронете. Вам понятно?

- Но… - Ркураги замялся.

- Я сказал! – рыкнул Тар Он, сверкнув драконьими глазами.

Увы, сразу убежать к чужакам не удалось. Пришлось позавтракать, выслушать новости племени, решить пару незначительных вопросов с киба и по поводу завтрашней охоты. Наконец, когда он вырвался из этого и помчался по лесу, примерно на полпути он учуял… Запах и магию колдуньи.

Тарон притормозил и прошел по следу назад, до изгиба реки. Зачем колдунья приходила сюда и смотрела на деревню сикао? После она шла вдоль реки, пока не вышла к мосту. Потом ещё немного прошла к морю, и едва русло начало расширяться, ушла через лес обратно в свой лагерь. Тарон как раз успел нагнать её минут за десять до того, как она вернулась к себе, и чудом не попался – Кара не только была чуткая, но ещё и скрывалась не хуже охотников сикао. Хотя шумела определенно больше, чем и выдала себя.

Так, вот она замерла, её магия стала ощутимее и окружила Тарона… Продолжила путь? Но все так же настороженна. Похоже, засекла и «узнала» в нем вчерашнюю «обезьяну».

Тарон никогда не подумал бы, что такая глупость его обрадует. Ведь можно и дальше безопасно наблюдать за чужаками! О том, чтобы подойти к ним и поговорить он даже не думал. Втайне наблюдать за людьми оказалось очень интересно.

Он немного отстал и подкрался к лагерю тогда, когда Кара заявила, что хочет купаться. Хмыкнул на их незамысловатые шутки. Похоже, что эти люди прекрасно знали, кто живет на острове.

Когда девушка вышла из палатки в одежде, едва скрывавшей женские прелести, парень крепче вцепился в ветку дерева, на котором сидел. Конечно, Тарон успел насмотреться за месяцы жизни в племени на женские тела, но все равно – было неожиданно. После чужаки купались, да так заразительно веселились, что Тарон с трудом удержался, чтобы не присоединиться. Да и… опасался. Черноволосая оказалась первой девушкой в этом мире, что хоть немного заинтересовала его. Но она же тёмная колдунья! Хотя что с этим не так, Тарон не понимал.

//

07.10.2021

Музы: Ну теперь уважаемые читатели точно поймут, в чем сюрприз!

Автор: А кто не понял, говорю прямым текстом - действия книг "Дважды попаданец" и "Кодекс Тёмной Владычицы" происходят в одном мире, в одном времени и именно сейчас сюжеты соприкоснулись. )

Музы: Мы давно это придумали!

Автор: Да-да, давно... Для справки - события в седьмой главе второй части ДП соответствуют событиям девятой главы четвертой части КТВ. (ДП Ч2 Гл7 = КТВ Ч4 Гл9) Выкладываю одновременно. )

Музы: Что об этом думают уважаемые читатели? ) Как вам наш сюрприз? )))

Глава 7 _ 2/2 _ Воры (прода от 09.10.2021)

Вот чужаки сели на плащи в тени деревьев и начали болтать. Тарон сперва хмыкал, но услышав про «в моем родном мире»… Подвис. Значит она, как и он, попала в этот мир из другого? Так может она знает, как путешествовать между мирами? Жаль, разговор повернул на другие темы, но они тоже были интересные. Тарону страшно не хватало знаний о мире, но таме не давали не-ученым доступ к таким знаниям, а сикао знали довольно смутно.

Увидев иллюзии, молодой дракон забылся и подошел ближе, чтобы рассмотреть получше… Хрустнула под ногой ветка и вот Тарон уже уворачивается от земляного копья, а после поспешно отходит в джунгли. Да, тёмная всегда настороже и готова к драке.

Опять купание, много болтовни, дремота, ловля рыбы и разные бытовые дела, за которыми даже не интересно наблюдать. Едва начали жарить рыбу, Тарон понял, что очень проголодался. Он молодой, растущий дракон и ему надо много есть! Вон На-Рол все время подсовывает ему перекусы и следит за его питанием, чтобы не голодал. Но сейчас не о том он думает. Охота и готовка не вариант – чужаки могут заметить. Придется терпеть и грызть попавшие под руку съедобные фрукты.

Жаль, не удалось разглядеть поближе их средство связи и свиток телепортации. Интересно, а как работает этот свиток и возможно ли украсть, чтобы попасть на большую восточную землю? Это определенно надо обдумать.

Почему они выкинули уже пожаренную рыбу? Тарон подошел к еде и понимающе скривился – если не знать, как готовить красную снуу, можно сильно отравиться. Желудок взбурлил от аппетитного запаха и Тарон, помявшись, ушел восвояси. Никуда они от него не денутся, а есть хочется так, что ещё немного и он отберет еду у чужаков.

В деревне было довольно шумно – мужчины готовились к завтрашней охоте, чинили оружие, одежду и прочее. Киба варили свои ядовитые зелья для стрел, и их юные помощники осторожно окунали наконечники в варево, после чего раскладывали на просушку под навесами. Возле одного корчился на земле мальчик – похоже поранился случайно. Киба не обращал на него внимание.

Тарон подхватил малыша и понес в свою хижину. Может ещё удастся спасти?

На-Рол, едва глянув, спросил, кто готовил зелье и покачал головой – смертельное. Врач не первый раз видел такое и уже пытался что-то сделать, но безуспешно. Максимум, смог уговорить киба предупреждать помощников, чтобы были осторожны и не порезались. Тарон давно уже закрепил эти уговоры повелительным рыком и парой мощных оплеух. Жертв неосторожности стало меньше, но не намного.

Мальчишку было жаль, поэтому Тарон начал вспоминать, как лечила колдунья и пытался повторить, на ходу разбираясь. Сначала все усилия уходили впустую, в какой-то момент немного помогло, но… Тело забрал тот самый киба – отец мальчика, не показавший скорби или каких-либо других эмоций.

Тарону от такого стало тошно, и ел он с трудом, хотя желудок уже побаливал от голода. Мар, наблюдавший за попытками спасения со своей лежанки, присел рядом:

- Ты пытался его исцелить?

- Именно, что пытался… - пробормотал Тарон, уткнувшись в свою тарелку, - Похоже, что я могу, но почему-то не получилось.

- Есть много болезней и ядов, которые не поддаются усилиям даже самых сильных и опытных магов-целителей, - сказал Мар, явно желая подбодрить, - А ты впервые это сделал, ведь да?

- Да, - Тарон так и не поднял взгляд от еды, - Но у меня не получилось… Может у меня нет, - он с трудом подобрал слово, - таланта к этому?

- Попробуй ещё, а там разберешься, - старый моряк взял ножик таме – очень острый, из хорошего металла, удобно лежащий в руке. Примерился… и полоснул по ладони, оставив неглубокий порез, - Излечишь?

- Мар, ты что делаешь? – удивился На-Рол, сидевший напротив.

- С ума сошел… - проворчал Тарон, качая головой.

Врач тем временем попытался обработать и перевязать рану, которая уже начала кровить, но моряк лишь отмахнулся, протягивая руку Тарону.

Тот скривился, вздохнул… но взял руку старика и сосредоточился. Минут через пять вдумчивых попыток проявилось серое сияние, и порез прямо на глазах стал затягиваться.

- Ну вот, - усмехнулся Мар, стирая застывающую кровь, - У тебя получилось.

- Действительно… - удивленно согласился дракон, - Получилось.

- Объясните, что произошло, - попросил На-Рол, отойдя от шока.

Тарон подумал и решил рассказать. Как раз никого в хижине не было, а врачу можно было довериться. Так что он вкратце поведал о появившихся на острове чужаках и о том, что подсмотрел, как колдунья лечила, и теперь попробовал сам. На-Рол подвис на пару минут, а потом обрушил на Тарона поток вопросов относительно ньюансов этой силы, при том сыпал врачебными терминами и путался в трех языках.

Увы, дракон мало что мог сказать – сам только начал разбираться, а Мар знал очень мало, больше слухи да наблюдение со стороны за работой кормага, который был довольно посредственным целителем.

Тем временем зашло солнце, шум в деревне начал стихать. Только под главными навесами собралось десятка три охотников, болтающих о разном, и в неимоверных количествах потребляющих веселящие напитки. Тарон, вышедший прогуляться перед сном, обнаружил там Ту-Мора, уже слабо соображавшего что происходит. Ги-Рай обнаружился у костра Ркураги – они обсуждали, как провести завтрашнюю охоту. Руташ один возился у лодочного навеса, что-то вычерчивая и считая под светом фонарика.

Пока бродил, наткнулся на несколько парочек в кустах или просто под навесами – тут близости не стеснялись. Тарону стало немного обидно и тоскливо – он скучал по Лои-Ки и Фиа-Ди, и хотел быть с ними… А здешние женщины почему-то его не привлекали от слова «совсем». Хотя черноволосая колдунья… Но Мар уже рассказал кое-что о культуре народов на большой восточной земле. Там оказалось много сложных обычаев, которых надо придерживаться, чтобы быть вместе с кем-то. Но почему нельзя просто быть с кем хочешь? Для молодого дракона это оказалось загадкой.

Он сам не заметил, как выскользнул из деревни и ноги понесли его к горячим источникам. Далековато, но это того стоит – восстановить силы и согреться перед завтрашним будет отличным решением.

Тарон задремал в источнике и вернулся в деревню только утром, перед рассветом. Почти сразу его выловили и направили к вождю, а от него – к Трукуру, чтобы провести ритуалы для удачной битвы и получить благословение.

В хижине киба уже готовились специальные отвары, чтобы пить перед битвой, не бояться и быть в бою как сам Тар!

Потом его утащили в храм, где раскрасили, одели кучу ритуальных побрякушек и с рассветом готовились выходить навстречу солнцу…

На улице раздались крики четырехглазых птиц и чья-то ругань. В тот же миг – чей-то крик. Знакомый голос… Колдунья? Киба уже выскочили из комнаты и побежали навстречу чужакам, когда их сбило потоком ветра и прокатило по туннелю. Тарон был позади, но и ему досталось. Едва сикао начали подниматься на ноги, ветер опять обрушился на них, повалил и утащил ещё дальше. Дракон от этого сильно стукнулся головой и отступил вглубь храма.

В туннель заскочили трое знакомых Тарону чужаков. Он слышал их голоса, крики сикао, вопли птиц на улице. Он должен… А что он должен сделать? Защита дикарей явно не входила в его планы, как и драка с интересными ему чужаками. Хотя он вроде как должен защищать сикао, раз они под его крылом.

- …Род, охраняй вход! Моя магия здесь бесполезна! – кричит колдунья.

- Да, сейчас! – отзывается её брат, доставая оружие.

Киба уже поднимаются на ноги и спешат ко входу в комнату, где были минуту назад. Но на пороге их встречает рыцарь с длинным мечом.

- Есть! Нашла! – кричит колдунья, - Ко мне! Уходим!

Тарон не вмешивается, просто активирует амулет с невидимостью и наблюдает, замерев напротив входа в комнату. Вскрикнул кто-то из киба, раненый мечом рыцаря. Едва слышный шорох бумаги и бормотание.

В комнате и вокруг всколыхнулась магия, но ничего не произошло. Разъяренные киба уже входят в комнату…

- Сестра? – голос рыцаря.

- Надо выйти из храма! – воскликнула Кара, - Он не дает телепортироваться.

- Турх!!!

- Вот и я о том же…

Тарон напрягся. Так они пытаются уйти? Как же их остановить? Дракон перебрал в памяти известную ему магию и выбрал одну из самых сильных, хоть и не смертельных.

- Род, Лу, шаг влево!

Оглушительно застучали выстрелы. Тарон так удивился, что не сразу понял, что это просто автомат, который непонятно как оказался в той комнате. Судя по воплям, многие киба были ранены, да ещё и пули рикошетят от стен и… Турх! Больно! Одна из пуль скользнула по его ноге, оставив синяк.

- Бежим!

Первой выскочила колдунья, хотя выглядела она иначе – с бородой и в мужской, наверное, одежде. Тарон её сперва не узнал и спустил на нее готовую магию, но у той оказались защитные амулеты. Второе заклинание он не успел подготовить – постреляв в глубину храма, девушка побежала на выход вместе со своими. Судя по стонам, она зацепила нескольких киба, ещё не отошедших от воздушной атаки. Тарона она просто не заметила…

Колдунья снова что-то закричала на непонятном языке и начала стрелять в тех, кто несся ей навстречу. Тарон поспешил следом, на ходу сплетая магию, и видел, как девушка швырнула автомат.

Вот она чуть не сверзилась с лестницы, спустя секунду на нее налетели товарищи…

Щит возникает и прикрывает их от его заклинания! И сразу же эти трое исчезают во вспышке.

По итогам атаки чужаков два десятка киба оказались ранены. Позже несколько, гордо отказавшихся от врачебной помощи, умерли от потери крови, загноения ран и прочих осложнений. Трукур бесновался, обещал кару хаоса на головы нечестивцев и берег раненую левую руку.

Судя по всему, чужаки украли тот кристалл, который Тарон наполнял своей магией. Зачем? Кто знает…

Сикао не были бы сикао, если бы нападение хоть как-то их потрясло. Зато очень разгневало, так что деревню утуанука просто уничтожили, не дав Тарону поговорить с ними. Хотя какая там деревня? Неполный десяток непривычных хижин, построенных высоко на деревьях, да шесть десятков человек, из которых охотников меньше двадцати.

Выжило пять девочек, которых охотники забрали себе в жены.

На следующий день в хижине Тарона собрались все таме, Ркураги, Трукур и несколько уважаемых киба и охотников. Мар спрятался в стороне, но Ркураги потребовал от него ответов.

- Он не знает языка племен, - остановил Тарон вождя сикао, - Если хочешь узнать от него что-то, говори со мной, я спрошу его и перескажу тебе ответ.

- Кто были те чужаки?

- Мара там не было, - Тарон нахмурился, - но зато там был я и могу ответить на этот вопрос. Чужаки говорили на языке большой восточной земли.

- Так я и знал! – вспыхнул Трукур, - Больше нельзя оставлять их безнаказанными! Надо покарать всех, испить их крови, вкусить их плоти, забрать их женщин и их земли!

- Ркураги, - обратился Тарон к вождю, видя, что кибу спрашивать бесполезно, - Так к вам прежде приходили люди с большой восточной земли?

- Да, Тар Он, - кивнул вождь хмуро, - Они приходят каждых восемь лет, иногда поодиночке, иногда группой. Они убивают многих сикао и забираются в храм, где берут то, что им захочется. Амулеты, добычу с охоты, кристалл с накопленной на ритуалах магией хаоса. Потом уходят…

- Это был последний кристалл! – вскричал Трукур, - Последний! Больше нам не во что накапливать магию! Пусть хаос поглотит их тела и заберет их души!

- Это плохо… - показательно помрачнел Тарон, - А где вы их раньше добывали?

- Нигде, - отозвался киба Пуркута, - Рядом с обителью Пьющего Красное была комната, где хранились кристаллы ещё со времен, когда рар жили рядом с нами. Вчера мы обыскали её ещё раз, как и другие комнаты, но больше не нашли кристаллов.

- А зачем они нужны были вам? – спросил Ги-Рай, - И что с ними делали потом?

- В кристаллы собирали силу хаоса, - Пуркута пожевал губами, - Если долго не собирать, четырехглазые птицы багровеют, и на плато становится много порождений хаоса. Мы поклоняемся ему, но мы боимся его силы. Мы, старшие киба, знаем как использовать эту силу, чтобы охотники сикао стали сильны и свирепы как Тар.

- Как интересно… - прошептал На-Рол и уже громче спросил, - Вы можете изменять людей с помощью хаоса?

- Да, не дающий умереть, - презрительно процедил Трукур, - Но эта сила дарит смерть тем, кто не готов принять её.

- Так, я понял… - вклинился Тарон, - Значит, вам нужны кристаллы именно для этого? А можно чем-то их заменить?

- Заменить? – удивился Пуркута, - Но зачем, если лучше всего с кристаллом?

- А когда вы в прошлый раз его использовали? – строго уточнил Тарон и киба отвел взгляд, - Значит давно. Попробуйте использовать клыки и когти порождений хаоса. Или придумайте, как собрать всю силу из тела такого животного и сделать кристалл или что там получится. Может придумаете как использовать другие камни или чешую Пьющего Красное.

- Мы и так делаем амулеты из частей порождений хаоса, - проворчал Трукур.

- Но мы не пробовали делать такие амулеты, - задумчиво пробормотал Пуркута, как раз и занимавшийся их созданием, - Я попробую.

- Но нам все равно нужны кристаллы, - упрямо заявил Трукур.

Тарон задумался. Почему именно ему говорят об этом? Судя по напряженному, но слегка растерянному виду сикао, они просто не знают, что им делать и пришли к нему как к Тар Ону, который взял их под крыло. А как ему поступить? Где добыть… турховы кристаллы? Хм… А что если…

- Мар, - Тарон развернулся и спросил у старого моряка, сидевшего у него за спиной, - У ваших магов есть кристаллы, чтобы накапливать много магии?

- Есть, - кивнул тот, - они разные бывают, побольше, поменьше. У нашего кормага было несколько.

- Как их добывают или создают?

- Я не знаю, - покачал тот головой.

- А как такой кристалл можно приобрести?

- Купить за деньги. Но их только магам продают.

- Что он говорит? – спросил вождь.

- Что на большой восточной земле есть кристаллы, он видел у магов, - перевел Тарон, задумавшись. Потом резко выпрямился и сообщил непререкаемым тоном, - Я отправлюсь на большую восточную землю.

- Что? Зачем? – вразнобой воскликнули таме и сикао. Только Ркураги и Ги-Рай нахмурились.

- Во-первых, я хочу своими глазами увидеть деревни, на которые мы будем нападать и людей, на которых будем охотиться. Во-вторых добыть кристаллы. Это будет разведка, вот и все.

- Сколько охотников возьмешь с собой? – Ркураги был предельно серьезен.

- Нисколько, - он прищурился, - Я пойду сам, потому что только я знаю их язык. К тому же сикао слишком не похожи на людей большой восточной земли. Со мной поплывет Мар, чтобы привести меня к тем берегам и показать жизнь тех людей.

- Я поплыву с тобой, - сообщил Ги-Рай, но Тарон возразил.

- Нет, ты нужен здесь. Иначе кто будет готовить племена к великому походу? Руташ, лодка с моторами готова к плаванию?

- Да, - кивнул тот, - только надо подготовить припасы и проверить все. Я сегодня же займусь.

- Хорошо… Спасибо.

- Тарон, я хочу плыть с тобой.

Вот этого уже никто не ожидал. Таме и сикао дружно уставились на На-Рола.

- Убеди меня.

- Я учил язык, - сказал он и добавил на языке таме, - К тому же стоит тебе уплыть и меня убьют. А мне хочется жить… - врач не сдержал нервный смешок, - Как бы странно это не звучало. К тому же интересно узнать о том, как там лечат.

- Хорошо, На-Рол, ты поплывешь со мной, - решил Тарон, не обращая внимания на хмурые взгляды киба, - Завтра готовимся, на следующий день утром уплываем.

- Когда вернешься? – спросил Ги-Рай.

- Постараюсь к осеннему равноденствию, - ответил он уклончиво.

Глава 8 Плавание _ 15.12.2021

30 зеленца

Старый моряк Блойк Мар был доволен – он уплывает с этого проклятого богами острова к своим родным берегам, хотя турх знает, доживет ли он до этого… Руташ отдал им свою лучшую лодку, ту что делал вместе с Маром, и сейчас объяснял что-то Тарону и На-Ролу про странные громкие штуки, которые крепились под днищем плота.

- Аккумуляторов у этих моторов хватит на пять суток непрерывной работы… Точнее на три с мелочью здешних дня, - поправился Руташ, - Но я дам вам одну из солнечных панелей. Вторая нам нужна для ноутбука и прочей аппаратуры, ведь генератор благополучно сдох. Повесьте её так, чтобы свет попадал, и восемь часов её работы на полную мощность дадут вам час работы одного мотора, - как можно проще объяснял механик, - Я уже все подключил, как подвесите панель, вам нужно будет воткнуть только один провод. Тарон, смотри, этот конец сюда, а второй конец в этот, дополнительный аккумулятор. Чтобы заряжать правый мотор, переведи переключатель вправо. Для левого – влево. Центральное положение – аккумулятор не заряжает, только заряжается сам.

- А одновременно нельзя?

- Увы… Мощности не хватит, - грустно сообщил Руташ, - Там и так впритык, вот и пришлось сделать такую систему. Так что по возможности идите под парусом и включайте моторы только в крайнем случае, или если будет встречный ветер. И не более трех часов подряд – чтобы облегчить систему, пришлось убрать охлаждение, так что перегрев вполне возможен. Поскольку вы ничего в технике не понимаете… - Руташ вздохнул, - Если один сломается, выкиньте его, а второй перевесьте в центр, иначе лодка будет крениться.

- Ладно… - хмыкнул Тарон, - На этом все?

- Как бы не так! Это только начало, - Руташ усмехнулся и принялся объяснять другие нюансы управления лодкой, использования снастей и прочее. Хорошо, что Тарон помогал строить, уже рыбачил на этой лодке и кое-что понимал, иначе пришлось бы им несладко.

На-Рол занимался припасами – набрал много копченного и сушеного мяса, свежих и сушеных фруктов и овощей, которые не надо готовить, чуть-чуть сушеной рыбы и много воды в баклагах и флягах из их запасов. Плюс забрал часть пайков из экспедиционных – на два-три дня им точно хватит. Перетряхнул и уполовинил свои запасы лекарств. Подобрал одежду, посуду, различные хозяйственные мелочи, которые пригодятся в пути.

Ги-Рай перебрал оружие и притащил часть. Несколько пистолетов, один автомат, три излучателя с полными зарядами (им осталось пять), некоторое количество взрывчатки, гранаты и так далее, будто они собрались на боевую операцию. Ркураги, снисходительно посмеиваясь, в свою очередь притащил несколько лучших луков с наборами отравленных стрел. Остальное оружие, типа мачете, копья и других милых мелочей, у Тарона было свое, На-Рол ограничился парой ножей и выдал такие же Мару.

Киба притащили много амулетов для самых разных вещей, но в основном для невидимости. Тарон поблагодарил и выбрал комплект лучших.

После того, как все было погружено на лодку, Руташ понял, что в очередной раз просчитался. Лодка оказалась маловата, и хотя трое человек и их вещи как раз помещались, но шестерым было бы тесно и неудобно. Для похода надо строить ещё крупнее.

Наконец все было готово. Тарон нервно проверил сумочки на поясе – в одной из них, в водонепроницаемом мешочке, хранились его сокровища, подаренные друзьями. Еда есть, вода есть, что делать – понятно. Мар уже ждет команды и держится за причальный трос.

- Жаль, связи не будет, - Руташ скривился, - У нас только один комплект аппаратуры для связи с маяком и дронами. А рации перестанут ловить, когда вы скроетесь за горизонтом.

- Уже сегодня? – уточнил На-Рол.

- Да, уже сегодня. А этот поломанный дрон, - он кивнул на прикрученный к основанию мачты блок из останков последнего дрона, - Будет показывать только направление и расстояние до вас. Так мы будем знать ваш примерный маршрут.

- Хорошо… - кивнул Тарон и уже на языке сикао сказал, - Ну что… Мы отправляемся?

- О Тар Он! – отделился от собравшейся возле причала толпы Трукур, - Пусть Великий Хаос даст тебе силы! Пусть он убьет врагов твоих и поглотит их души! Возьми этот нож, - киба решительно протянул небольшой ритуальный ножик в ножнах, - и приноси жертвы Великому Хаосу!

- Я услышал тебя, Трукур, - дракон вынужденно принял отвратительный дар и привязал ножны к поясу.

- Мы будем ждать тебя, Тар Он, - сказал важно Ркураги, - Ты взял нас под крыло и ты поведешь нас в бой на большую восточную землю! Хорошей охоты тебе!

- Я услышал тебя, Ркураги, - кивнул Тарон, - Я вернусь.

Короткое прощание, и лодка, наконец, отчаливает. Размахивают руками дети, смотрят вослед женщины. Рыбаки и охотники ещё какое-то время идут по берегу или по реке на лодках, провожая их.

Наконец впереди устье реки и слепящее глаза солнце напротив. Море на удивление спокойное, и река беспрепятственно уносит их довольно далеко. Мар привычно и ловко обращается со снастями, ставит парус, пока Тарон сидит на руле.

Он оглядывается на остров, чтобы увидеть его напоследок, издали.

- Прощай, - шепчет дракон неслышно.

Наконец-то он вырвался.

Остров сикао медленно удаляется, уменьшается и исчезает в дымке за горизонтом. Мар, веселый и довольный, напевает бодрый мотивчик, На-Рол, непривычный к качке и яркому солнцу, прячется под навесом.

Вдали видны другие острова, но они остаются далеко в стороне. Судя по сьемке с дрона, от сикао прямо на восток нет ни одного острова, все остаются либо справа, либо сзади и слева – как раз в этом месте архипелаг изгибается.

- шшш… Прием! – вякнула рация голосом Руташа, - Вы ещё на связи?

- Прием, да на связи, - ответил Тарон, - Плывем хорошо, моторы пока не включали.

- шшш… Опробуйте. Если что не так, я подскажу, пока могу. Если что вы ещё можете вернуться.

- Ладно, опробуем, - согласился он, - Но возвращаться я не хочу, нас же засмеют.

- шшшшш… Чего?

- Неважно, - фыркнул Тарон, - Свяжусь через пятнадцать минут, после испытания.

- шшш… Жду, я у рации.

Запуск прошел нормально, как и в прошлые разы (Тарон ведь участвовал в испытании и прошлых заплывах), о чем он и отчитался. Скорость немного увеличилась, но парус пришлось поднять, иначе он выгибался в обратную сторону и даже слетал. Мар с беззлобным ворчанием полез менять способ крепления и Тарон благоразумно умолчал об этом. Руташ за свою скорлупку разразился бы преисполненной негодованием лекцией на пару часов.

- шшш… Прием, это Ги-Рай!

- Прием, Тарон на связи.

- шшш… Связь каждых полчаса, пока рации дотягивают.

- Принято.

Мар уже закончил и теперь крепил солнечную панель, чтобы та, согласно указаниям Руташа, всегда была под солнцем. Панелью она только называлась, на самом деле была похожа на пластину тонкого, гибкого но упругого металла почти черного цвета размером метр на метр и с местами для креплений по краям. Мар кривился и фыркал, но делал что сказано. Оказывается, черный цвет у них почти не используют, в отличие от северян.

К вечеру образовался штиль, и парус повис бесполезной тряпкой. Рация уже почти не дотягивалась, так что был финальный сеанс связи и после… Средство связи выключили и тщательно спрятали среди багажа.

Поужинали, ещё пару часов плыли на моторах, ориентируясь по звездам. А потом оставили На-Рола на вахте и благополучно уснули до утра.

Следующий день ничем не отличался от предыдущего. Слабый ветер на восток, редкие облака, солнце, мелкие волны. На-Рол, кажется, успел привыкнуть к морю, или просто слишком сильно устал и потому мгновенно уснул, стоило улечься. Тарон со скуки перебирал в памяти магические плетения и разбирал их – получалось неплохо. Столько возможностей! Можно наполнить парус ветром, можно успокоить волну! Можно зажечь пламя… Земли с собой не было, но Тарон надеялся, что у него будет возможность потренироваться с этой стихией.

Чем дальше от островов дикарей, тем легче ему было. Это обнадеживало.

На третий день плавания, за час-полтора до полудня, если судить по солнцу, произошло что-то странное. Сначала появилось ощущение, что случилось что-то очень плохое, болезненное, неприяное. Тарон не мог объяснить, откуда оно пришло, но из него будто вытянуло часть магии и клубок в груди пригас.

А через несколько минут… Быстро и резко поднялся сильный встречный ветер. Пришлось спешно собирать парус и прятать или крепить все, что было на палубе. Мар хмуро попросил включить моторы, после чего оттеснил Тарона от руля и повел лодку носом на волну.

Волны поднялись огромные, прямо как валы. Мар ругался сквозь зубы, проклинал турхаров, принесших это буйство, и молил богов о милосердии к их жизням. На-Рол, привязавшийся к мачте, огромными от ужаса глазами смотрел, как движутся на них массы воды, как мелькают вокруг молнии и грохочет гром, как дождь смывает неудавшийся обед…

Тарон периодически обращался к магии воды и успокаивал волны на пути. На этом пришлось так сосредоточиться, что времени ужасаться почти не осталось, только смахивать с лица солёные брызги…

Море угомонилось часа через три. Моторы уже явно нагрелись, но вели себя пристойно. Уставшие путешественники отключили их, привели плот в порядок, наконец пообедали и заодно поужинали. Хорошо, что потери их невелики – смыло немного еды, кое-какие мелочи да сильно потрепало навес. Тарон отправил товарищей отдыхать, а сам остался дежурить.

Как бы странно это не звучало, но он чувствовал себя гораздо лучше после этого внезапного шторма, не смотря на усталость. Будто вода и ветер что-то выдули и смыли с него. После недолгого колебания дракон снял с себя все амулеты, коготь тигра и жертвенный кинжал, спрятал в отдельный мешочек, и положил куда подальше. Первый же вдох подарил массу ощущений – полыхнул клубок в груди, зачесалась кожа и сладко заныла спина. Немного отступила усталость и привычная сонливость, хоть и не до конца. Слишком много предметов, пропитавшихся хаосом, было на лодке.

На следующий день к полудню снова был штиль, поэтому Тарон решительно отправился купаться в море и наплавался в свое удовольствие – это было и правду весело, особенно дразнить переживающих товарищей. Потом он весь день сладко дрых под жарким солнцем, вытянувшись на палубе.

Так и тянулись их дни. Плыть, управляться с лодкой, снастями, парусом, есть, по очереди дежурить по ночам, болтать обо всем, подтягивая На-Рола в знании языка материковых народов. Мар утверждал, что на нем говорят все! Ну кроме дикарей, конечно. Ещё старик рассказывал им как жить там, на берегу, чего беречься, с кем говорить и кого избегать, как использовать деньги и много чего другого.

Например, Мар говорил: «Никому никогда не ври напрямую! Есть такая вещь – амулет Ола, так он показывает, если кто-то врет. Но амулет вполне можно обхитрить, если не врать прямо, а умалчивать, недоговаривать, смещать акценты, преувеличивать или преуменьшать. Поэтому говори правду, например, что ты сын военачальника, тебя похитили его враги и растили в дальних краях. Но не упоминай, что твой отец – дракон, рос ты в другом мире и вообще родился очень давно. Людям не стоит этого знать. Люди не любят странное и чуждое, они пугаются, а бояться они не любят ещё больше и стараются убрать источник страха». И дракон учился не врать, но и правды не говорить, играть словами и смыслами, хотя было это весьма неприятно.

Тарон в любое свободное время практиковался в магии. Ощущал, как улучшается контроль, с каждым днем все лучше разбираясь в структуре плетений. Иногда устраивал небольшой ветер, чтобы подогнать лодку, иногда поднимал или успокаивал волны. Подолгу дрых под солнцем, согреваясь и постепенно загорая. Отросшие волосы выгорели, часть русых прядок посветлели и начали отливать желтым. Мар посмеивался, что теперь все женщины будут у ног Тарона, а тот вспоминал своих… и, к своему стыду, черноволосую колдунью.

Однажды, конечно же, речь зашла об отношениях.

- Значит на материке, как и у дикарей, мужчины и женщины живут вместе? – спросил На-Рол у Мара.

- Да, - моряк, что-то вырезавший из кусочка дерева, кивнул, - Когда мужчина и женщина живут вместе, любят друг друга, заводят детей, это называется семья.

- Семья это хорошо… - Тарон, сидевший на руле, задумчиво смотрел перед собой, - У меня тоже была семья, - он вздохнул и подумал, что отыскать хоть что-то о родителях будет трудно, ведь прошло уже столько лет. Мысли повернули к двум женщинам, что ждут его в мире Орт Таме, - К слову, На-Рол, а почему таме сделали так, что мужчины и женщины живут отдельно?

- Это долго рассказывать, да и… - врач покосился на Мара.

- Время у нас есть до ужина, - хмыкнул старик, - Мне тоже интересно, чего вы там намудрили.

- Расскажи… прошу, - попросил заинтересованный дракон.

- Ладно, - врач пожал плечами и пересел поудобнее, чтобы солнце не пекло, - Эту информацию я откопал почти случайно. Я ведь сначала учился на врача, который наблюдает за женщинами, пока они детей ждут. Но на втором году обучения мне предложили стать военным врачом, и я согласился, - На-Рол хмыкнул, - Тогда я думал – неспокойно, зато интересно и более универсально. Ну и… были ещё причины. Так вот, ещё на первом году обучения я откопал старые истории болезней и наблюдений за женщинами. К ним была прикреплена хронология становления цивилизации Таме.

- Становления Таме? – удивленно уточнил Тарон, - Значит её когда-то не было?

И тут же понял, что сказал глупость. Конечно же у всего есть свое начало, даже у цивилизации Порядка. Просто… прежде он об этом совершенно не задумывался. Таме есть, и создается впечатление, что так было всегда.

- Да, - кивнул На-Рол, - Таме чуть больше двухсот лет по исчислению её первого мира. В хронологии были отсылки к более ранним событиям, но подробностей я не нашел, - врач задумчиво потер подбородок, - Итак, в начале люди жили в стандартной модели семьи – мужчина, женщина и их дети, плюс другие… как же их называют… родственники, - вспомнил он слово. - Но было замечено, что женщины и дети отвлекают мужчин от дела, забирают часть их внимания на бесполезные, с точки зрения таме, дела. И тогда были проведены експерименты по воспитанию. Детей растили в воспитательных центрах, мальчиков и девочек отдельно. Потом учили опять же в разных местах. В первый раз они встречались уже в зрелом возрасте и работали бок о бок… Но и те и другие выдавали неадекватную реакцию на другой пол, так что со временем и работать стали отдельно. Семьи они не создавали и были эффективными работниками. Проблема оставалась только с зачатием детей, но её решили с помощью… Как бы объяснить.

- Попроще, - подсказал Мар, - Я пока понимаю, так что так и рассказывай.

- Если проще, то брали мужское семя, женское… там не семя, а нечто похожее на яйцо, семя помещалось в него, а то что получилось – или возвращалось в женщину, или взращивалось в… - На-Рол замер и покачал головой, - Нет, вот это я объяснить не смогу. Но что-то вроде колыбели. К сожалению, почти сразу обнаружили, что дети из колыбелей выходят неполноценными и пользы от этого меньше, чем вреда. Вернее эти дети были почти бесполезны. Так что эту практику прекратили… то есть решили так не делать. Хотя до сих пор пытаются создать колыбель получше.

- Без успехов, как я понимаю? – уточнил Тарон.

- Ну, что-то там определенно стало лучше, но главную проблему не решили, - врач хмыкнул, - Не считая колыбели, такой образ жизни всех устраивал и через двадцать лет так стали делать повсюду, а через пятдесят понятия семьи окончательно забылись. Однако… со временем выявили ещё несколько побочных эффектов данного подхода. В первую очередь это отнимало немало времени, ресурсов и рабочих рук. Во-вторых физиологические процессы в женских телах при таком подходе разлаживались. В-третьих психологическое состояние мужчин, что проистекало из инстинктивных реакций и гормональных всплесков, вело к неврозам, которые лечились большим количеством психотропных препаратов и пагубно влияли на здоровье…

По округлившимся глазам Мара и помутневшему взору Тарона На-Рол догадался, что увлекся и частично перешел на терминологию.

- Простите, но я не знаю, как рассказать простыми словами, - смутился врач.

- Как я понял, - сказал Тарон, продолжая думать, - У женщин ставало что-то не так с телом, а у мужчин с разумом, чувствами, а когда лечили, то вредили телу, так?

- Примерно, - кивнул На-Рол, - И тогда придумали делать вот так, как ты знаешь. Это вполне рациональный метод, в котором контакты мужчин и женщин сведены к минимуму, но не убраны полностью. Более того, благодаря этому способу население начало быстро расти. С тех пор так и повелось.

- А мужчины, которых ни разу в жизни не возили в медцентр к женщинам?

- Это значит, что либо в их генах ошибки и болезни, которые следует остановить на нем, либо его гены не представляют интереса для цивилизации. С женщинами такое тоже бывает, плюс добавляются болезни, из-за которых они не могут выносить детей. В среднем таких 15-20 из ста человек, хотя при некоторых условиях до полусотни, или даже все сто… Это там, где опасные для здоровья работы, или почва заражена… чем-то вроде опасной магии, которая изменяет гены человека. Там много чем болеют.

- На-Рол, а ты сам-то с женщинами был? – ухмыльнулся вдруг Мар как-то ехидно.

- Ну был, - фыркнул он.

- А ты знаешь, что…

Дальнейший, чисто мужской разговор о женщинах, позволил всем трем собеседникам удивить друг друга и понабраться опыта, пусть и теоретического.

Плавание продолжалось. Иногда удавалось поймать рыбу, и тогда На-Рол доставал газовую горелку, один из пайков и варил рыбный суп или просто жарил рыбу. Всем нравилось.

У Мара на груди Тарон как-то заметил два амулета без единого следа магии. Путем недолгих расспросов, он выяснил, что их ему дал На-Рол. В одном – обезболивающее и общеукрепляющее, чтобы держаться. Во втором – яд, чтобы принять, когда придет время, и умереть без боли. Врач в ответ на вопросительный взгляд кратко объяснил, мол, обещал. А Мар сказал, что хочет умереть в море и в нем же упокоиться. Тарон ругнулся, но возражать не стал.

На десятый день плавания небо затянуло тучами, снова поднялся ветер, на этот раз попутный, и они уже во второй раз попали в шторм. Да, подготовиться они успели, но… В разгар буйства стихии несколько веревок, удерживавших рею, лопнули и На-Рол только благодаря окрику Мара успел отскочить. Тарон отвлекся, и в тот же миг их накрыла волна, смыв за борт часть пустых бутылей, которые врач надеялся наполнить дождевой водой.

Лишь через несколько минут, когда волны немного схлынули, дракон заметил, что пропали не только бутли.

На-Рол исчез, и его не было видно среди волн.

Утреннее солнце осветило потрепанную лодку без реи, с сорванным навесом и уполовиненными припасами.

Тарон сидел на руле. Мар дремал на куче вещей. Море, успокоившись, и будто устав он ночного разгула, равнодушно плескалось вокруг.

Моторы мерно работали, как ни странно до сих пор будучи исправными. Заметив, как они нагреваются, Тарон выключил их и вздохнул. Пора бы навести порядок… На-Ролу не понравилось бы, что на лодке такой бардак.

Но он продолжал сидеть, уставившись перед собой.

- Я виноват, что его смыло… - произнес он вслух, и тут же услышал ворчливое:

- И чем же? – Мар, щурясь, повернул голову и уставился на него.

- Я отвлекся и не отразил волну.

- Поверь, парень… Кх-кх… Гораздо более старые и опытные маги совершали ту же ошибку. Были у меня друзья, выжившие после крушений… - моряк тяжело выдохнул, - Вот что, Тарон… Пора мне.

- Сейчас? – выдохнул возмущенно дракон.

- Да, сейчас, - кивнул Мар, открывая амулет, в котором должны были быть таблетки для обезболивания. Он не был пуст, но внутрь попала вода и содержимое растаяло, - Я уже какое-то время не замечал боль, а тут и таблетки того, и тело мне вещами поколотило. Не могу терпеть…

- Я подлечу… - Тарон присел рядом.

- Не трать силы зря, - Мар отвел ладонью его руки, - Ты уже пытался перед отплытием. Не получилось…

Тарон понуро опустил голову. Моряк потянулся ко второму амулету, но парень остановил его, схватив за руку.

- Побудь со мной ещё немного, Мар.

- Эта штука даст мне ещё пол часа без боли, прежде чем я навсегда усну. Успеем поболтать.

- Мар… Я понимаю, но очень прошу…

- Ех, мальчик… - моряк неожиданно высвободил руку и провел пальцами по волосам Тарона, - Хотел бы я иметь такого сына… Но для этого надо быть драконом. Хех… - Мар рассмеялся и тут же судорожно закашлялся.

Тарон все же не выдержал и исцелил его насколько смог, под возмущенное сопение старика. Но ему стало легче и это того стоило.

- Я надеялся, что ты пойдешь со мной туда, к людям, и расскажешь, как жить среди них. Где узнать, что стало с драконами и как мне найти родителей.

- Я слышал, что есть библиотеки… Это места где очень много книг. Может там. Может от старых и мудрых людей. Или от эльфов… Эльфы по тыще лет живут, много знают. Или у тёмных – вампиры живут ещё дольше. Про жизнь среди людей не беспокойся. Просто старайся быть тихим, незаметным, не лезть напрасно в драку, поменьше болтать и больше наблюдать… А там разберешься. Только это… Найди себе нормальную одежду. Я тебе про деньги рассказывал?

- Да, хотя я плохо понимаю, зачем они, - Тарон действительно не понял принцип, но запомнил.

- Там поймешь… Кошель с деньгами я уже отдал тебе. - Мар закрыл глаза, о чем-то думая, - Да, ещё к провидцу сходи. Они многое видят и знают и прошлое и будущее. У тёмных, говорят, есть очень сильные провидцы.

- Тёмные на севере, да? – уточнил Тарон, - А почему тёмные-то?

- Мы – светлые, над нами Ол, бог света. Они – тёмные, над ними тёмный бог. Мы вроде как добрые, а они вроде злые, но на самом деле сам турхар рога сломает, но не разберется.

- Почему?

- Увидишь – поймешь… У нас святоши, маги и благородные лютуют как звери. А у тёмных так не принято, я видел, когда мы в их портах становились… - Мар усмехнулся, - Ты хороший парень, раз решился послать всех к турху и выбрать свой путь. И хаоситов этих послать, и этих порядочных сволочей, среди которых ты вырос.

- Жаль, что я могу от них уйти, но не остановить. А ведь они… пойдут войной на ваши земли, - Тарон отвел взгляд.

- Да, неприятно, - отозвался Мар, - Но ты делай, что тебе велит сердце. Или что должен… Сам решай и будь что будет. Спасибо тебе, парень. За спасение и последнее плавание… Лодка, конечно, ни к турху, но мне понравилось, да и компания приятная.

Он ещё раз потрепал волосы Тарона. Тот улыбнулся смущенно:

- Пожалуйста. Я рад, что тебе понравилось.

- Правильно, хороший парень… Прощай.

Тонкие губы растянулись в улыбке, рука ослабла и упала. Другая, сжимавшая амулет, расслабилась и Тарон торопливо проверил его – он был пуст. Видимо старый хитрец проглотил яд до того, как заговорил с ним.

- Спасибо что учил меня, Мар. Прощай…

Губы старика дрогнули. Видимо услышал, но ответить уже не смог.

Через десяток минут его сердце остановилось, а вечно сморщенное лицо вдруг разгладилось, став спокойным и умиротворенным. Тарон взял на руки уже холодеющее тело, обмотал его куском ткани, привязал камень к ногам… Все как учил Мар, сам же притащивший этот камень на лодку. И вот сверток опустился в воду.

Море приняло тело моряка, лишь слегка всплеснув. Уже через пару секунд его поглотила глубина.

Тарон остался один.

Не желая засыпать, он принялся за уборку и починку. Заменил лопнувшие веревки и поднял парус. Сложил нормально оставшиеся вещи, поправил навес. Хотел снова запустить моторы, но те ещё не остыли. Пришлось применять магию и гнать лодку своим же ветром вперед. Хотя он сейчас плохо понимал, в каком направлении плывет – полдень. Только вечером сориентировался, что поплыл на северо-восток и тогда же организм напомнил о себе. Дракон был голоден и хотел спать…

После ужина спустил парус и все же уснул, надеясь, что стихия этой ночью не взбрыкнет.

Он проспал почти сутки. Очнулся, когда солнце уже клонилось к вечеру, и на море поднялась небольшая волна. Поел, запустил моторы и продолжил путь, ориентируясь по солнцу и звездам. Где-то утром моторы заглохли – похоже разрядились. Дополнительный аккумулятор дал ещё по часу работы, но Тарон не питал иллюзий – похоже, что теперь только парус и редкая помощь моторов.

Вдали в сизой дымке начало что-то проявляться. Облако? Он уже неоднократно принимал облака за берега или острова, но каждый раз ошибался.

Но в этот раз облако не двигалось, и Тарон постепенно приближался к нему, все больше убеждаясь, что, наконец, достиг настоящего берега. Он раздавался вширь, окрашивался в разные цвета, подернулся зеленью. Вот глаза уже могут разглядеть кружащих над скалами птиц! Попутный ветер гнал его вперед, скалы медленно вырастали на горизонте.

Уже совсем близко! Тарон был воодушевлен, но осторожно подгонял лодочку магией ветра и проверял путь с помощью воды – а вдруг скалы или рифы?

Стихии за пределами острова намного легче подчинялись ему, ластились, пытались играть. И он отвечал взаимностью, давая вовлечь себя в их незамысловатые игры.

Уже слышно грохот волн об скалы. Тарон повернул вдоль берега, подыскивая, где бы пристать, но лишь через час нашел место, где скалы уходили вглубь и волны ласкали удобную маленькую бухту. Подводные скалы при входе Тарон просто перемахнул верхом на волне.

Пустой, широкий пологий пляж – смесь песка и гальки между скал и груд камней. Лодка застыла напротив подходящего места, и Тарон спрыгнул в воду, чтобы уменьшить посадку и вытащить её на берег. Зашуршали днища по песку, дракон поднял небольшую волну, чтобы пропихнуть лодку чуть дальше… Все. Теперь все…

Он осел на землю и выдохнул. Поверхность под ним была непривычно неподвижная, перед ним – шумело море, за спиной высились скалы.

- Я доплыл… - сказал Тарон и вдруг осознал, что это были его первые слова за двое суток. Все это время он молчал и будто был в полусне.

Молодой дракон выдохнул, ощущая, как песок и камни впиваются в кожу. Не больно, но неприятно. Встал, отряхнулся, и стал готовиться. Сейчас надо поискать путь наверх и пробежаться по ближайшей округе, нет ли поблизости людей. Потом найти подходящее место, чтобы спрятать лодку. Если к вечеру справится, то утром он пойдет дальше, а значит, надо будет перебрать вещи и собрать самое необходимое.

Поиски пути несколько затянулись, но в итоге он нашел пробитую водой щель, ведущую наверх. Жидкие рощи, кусты, луга, много ветра, вопли птиц и шум моря внизу, от бьющихся в подножия скал волн. Минут на десять бега вокруг никого не обнаружилось, зато попался мелкий кабанчик. Тарон мгновенно выстрелил из лука… Попал! Чуть пометавшись по кустам, животное свалилось. Он сначала подумал, что это совсем мелкая хрюшка, но вблизи понял, что это годовалый подсвинок, просто мельче, чем его сородичи на островах. Или просто другой подвид? Тарону не было дела до этого, главное, что на ужин у него будет много свежего мяса.

С лодкой было проще. Когда искал выход, нашел подходящую по размерам пещерку. Пока мясо запекалось, дракон очистил её от лишних камней и булыжников, разгрузил лодку и… сел ужинать. Очень уж желудок ворчал.

Кабанчик получился – просто объеденье.

Дальше было просто. Убрать мачту (Руташ на всякий случай сделал её съемной) занести лодку внутрь и поставить на подходящих округлых камушках, чтобы не повредить кожу на днищах. Занести и положить обратно груз… Как раз вечереть начало. Тарон вновь поднялся наверх и пробежался чуть дальше по округе, но ничего не нашел. Ни единого признака присутствия человека.

Но это хорошо. Если что-то пойдет не так, он сможет вернуться… Хотя даже от мысли об этом становилось тошно.

Переночевал на лодке и утром, как и планировал, собрался. Ни капли не колеблясь, Тарон сложил вместе все предметы, от которых несло хаосом – амулеты, ритуальный нож, другие вещички и закопал их в отдельном углу пещеры, сверху ещё и привалив камнем. В другом углу, на скальной полке, спрятал оружие, тщательно завернутое в брезент и кожу, чтобы не промокло. Себе оставил только одно мачете, два ножа и один лук со стрелами без яда. Из оружия таме взял один излучатель, решив больше полагаться на свою осторожность и магию. Но потом все же сунул в сумку одну гранату. Пусть будет.

Едва не забыл кошель Мара с деньгами и сшитый им же кожаный плащ с прорезями для рук. Старик говорил – сойдет, пока одежду не купит. Взял небольшой запас продуктов, кое-какие лекарства, о которых рассказывал На-Рол, разные мелочи вроде зажигательной палочки, котелка, фляжки, кружки, миски и ложки, запас соли и приправ, которыми пользовались в племени. Конечно же прихватил остатки кабанчика, которые остались после ужина и завтрака.

Вход тщательно заложил камнями, так чтобы и не видно было, что там есть пещера, после чего обратился к магии земли, чтобы скрепить камни. Через полчаса плюнул на эту затею – ничего у него не получалось, только силы зря потратил.

Наконец в полдень, осмотрев пляж и убрав явные следы своего пребывания вроде кострища и останков кабана, Тарон закинул на плечо сумку и отправился наверх.

Море все так же билось в берег, смывая следы на песке.

Блок слежения от дрона был «забыт» на лодке.

// 15.12.2021

Доброго времени суток! Обещалась я на среду 15 декабря проду, но несколько задержалась. )

Зато выкладываю не просто проду... а целую главу! ;) Почему? Потому, что не видела смысла разбивать её на куски...

Следующая, вероятно, будет в пятницу. Но это не точно. )

Глава 9 Страна магов __ 1/6__ 17.12.2021

12 грохотавца, юг Рун-Тароса, страны магов.

Чуть подумав, Тарон решил идти на север. Столица, по словам Мара, была немного севернее, а к тёмным надо было идти ещё дальше. Дракон не знал, где сможет найти информацию, но был твердо намерен узнать хоть что-то, даже если придется обойти весь континент.

Шел строго на север, отойдя от берега минут на двадцать, чтобы шум моря был едва слышен. Идти было легко – природа тут была не так враждебна как на островах, хоть и слегка непривычна. Хищники попадались редко и предпочитали уступать ему дорогу, травоядные вообще убегали куда подальше, если успевали почуять. Съестных плодов не попадалось, но для него это не было проблемой, пока оставались припасы и можно было прокормиться охотой.

К вечеру он набрел на узкую речушку и остановился на ночлег.

Утром продолжил путь, по дороге пристрелив пару зайцев. Вот и обед… или ужин? Решит по ходу дела.

Ближе к полудню он услышал голоса. Замер и прислушался… Действительно люди. Тарон оглянулся и направился к самому крепкому и высокому дереву поблизости. Быстро поднялся, уложил и привязал в развилке свою сумку, после чего спустился и крадучись направился в сторону, откуда доносился разговор.

На поляне, скрытой густыми кустами, горел бездымный костерок и готовили обед несколько мужчин. Точнее один, самый младший, готовил обед, а остальные болтали и подгоняли парня. Варево, чем бы оно ни было, пахло не очень аппетитно.

О чем говорили мужчины? Кажется, что охота который день плохая, отбирать не у кого, ходят в эту сторону только голодранцы из той деревни на юге и турхов маг. У одних брать нечего, а маг скорее их жизни возьмет. И кто-то предложил сменить место охоты. Другой возразил, что к магу иногда богатеи ездят, а их можно и того… Все у них забрать. Третий сказал, что слишком редко ездят, нет смысла сидеть.

Тарон ничего не понимал, но сидел среди веток и слушал. Надо узнать побольше про людей, хоть и про таких странных.

Странные охотники много о чем болтали. Упомянули две деревни на севере, дорогу к святошам чуть восточнее отсюда и сидящих на ней других охотников за чужими вещами. Каких-то женщин в деревнях, торгашей, контрабандистов… Это ещё кто такие? А, кажется, Мар говорил, что это те, кто возит запрещенные вещи. Зачем запрещать вещи и зачем их возить, если запретили? Жаль, что старого моряка не стало, а спрашивать других людей не хочется.

Вечером послышался странный звук. Вроде как птица поет, но вроде и нет. Охотники сразу насторожились, похватали оружие и побежали куда-то. Тарон тихонько последовал за ними.

На дороге – утоптанному до каменной твердости пути, стояла телега, а перед ней замерли охотники, причем двоих он раньше не видел. На самой телеге сидел мрачный мужик и уже доставал меч из ножен.

- Сдавайся, и мы убъем тебя быстро! – заявил лысый охотник.

- Или вы уходите с дороги, - угрожающе начал мужик, - или я вас убиваю. Как вам такой выбор?

Его соперники, оценив разворот плеч, явно задумались, но решения не изменили, понадеявшись на количественный перевес. Тарон затруднялся в оценке кто победит. Стая волков или тигр? Ну, если волки поганые, а тигр матерый, то он просто раскидает их. А если наоборот – волки задавят тигра.

Похоже, «тигр» оказался матерый, но и среди «волков» была парочка опытных. Тарон с интересом наблюдал за коротким боем, взяв лук наизготовку. Разбойники, кажется Мар так это называл, проигрывали мужику под чистую. Так, тот паренек забрался на телегу, к которой её хозяин повернулся спиной, занятый предпоследним противником и замахнулся мечом… Вжик! Стрела попала в цель, пробив правую руку парня. Тот вскрикнул, нечаянно привлекая внимание мужика, и тут же рухнул от его удара.

На этом бой был закончен. Мужик поспешно стянул парня с телеги, проворчал, мол, все кровью залил, зараза, и обошел всех разбойников, обрубая им головы. Несколько при этом точно были живы и в сознании.

Барка Огар, торговец.

Да уж, попались разбойники не ко времени. Теперь никак не получится до заката успеть к месту, где планировал заночевать. А эти отрыжки плешивых труммов – слабаки и дураки. Ишь чего удумали, нападать на старину Огара! Собакам собачья смерть!

Однако вот что интересно. Обирая тела он обнаружил, что у парня, что забрался на телегу, зараза такая, плечо оказалось пробито стрелой. Торговец встал и выпрямился, шаря взглядом по кустам. Но куда ему! Уже темень подступает, в густых тенях трудно разглядеть человека, даже если он не прячется. А уж если прячется…

- Выходи! – крикнул Огар, - За свое спасение хочу отблагодарить.

Шевельнулись ветки, потом кусты, и из них выглянул парень.

- Светлого дня, - замявшись, поздоровался он.

- Тебе того же, - проворчал торговец, - Ты из них?

- Нет, я охотник. Наткнулся случайно, наблюдал, чтобы узнать побольше.

- А… - он закивал, - Спасибо, что помог. Может теперь поможешь их от дороги оттащить?

- Хорошо… - кивнул тот в ответ и наконец-то выбрался из кустов. На парне оказался странный плащ из тонко выделанных шкур и кож, и лук с колчаном на плече. Остальное скрывал плащ.

- Ты чего в таком виде? Не жарко тебе?

- Я… одежда… - парень явно с трудом подбирал слова, но в итоге выдал, - Поизносился, хочу купить одежду в деревне.

- Ааа… - понимающе протянул Огар, - А чего с них не снимешь, что приглянется?

- С них? – удивился тот, - А разве можно?

- Конечно можно.

Торговец кивнул и имел удовольствие наблюдать, как его неожиданный спаситель сам ворочает тела, раздевает и оттаскивает в кусты. При этом Огар отметил, что парень очень силен, и к умершим относится без особого страха. Это заставило торгаша задуматься, кто же этот молодчик?

- Тебя как зовут-то?

- Тарон, - чуть поколебавшись, назвался парень.

- Я Барка Огар, торговец. Ты случаем не знаешь, где их лагерь?

- Там, - махнул Тарон рукой в сторону лесной чащи.

- Проведешь? А то мне уже надо на ночь лагерем становиться.

- Конечно. А тра… телегу ты здесь оставишь?

- Ни за что! Мало ли кого понесет по дороге… Ладно, показывай, будем путь искать.

Путь нашелся с трудом, телегу едва пропихнули, в одном месте чуть не перевернули, хорошо, что Тарон поднял один край и удерживал, пока не прошли. Силища у него немалая.

Костер успел прогореть, зато поганая каша как раз настоялась. Огар попробовал, сплюнул и полез за своими припасами. Едва торговец поставил телегу и принялся обихаживать невозмутимую крепкую лошадку, Тарон исчез. Но это было и к лучшему – Огар успел обыскать лагерь и прибрать к рукам все мало-мальски ценное, в том числе пару мешочков с деньгами.

Вернулся парень только через час. Все ещё в своем дурацком плаще, зато с сумкой, парой выпотрошенных заячьих тушек и охапкой мокрой одежды. Принюхался, одобрительно кивнул, развесил тряпки по веткам и начал готовить мясо.

- Стирал? – удивился Огар, - Нахарфа?

- Воняли, - поморщился Тарон, - И на многих была кровь.

- А зачем все стирал-то? Тебе же достаточно одного комплекта.

- Лучше два, - возразил тот, - Я взял больше – не был уверен, что подойдет.

Огар снисходительно фыркнул и вернулся к своему ужину, краем глаза наблюдая, как готовит парень. Он явно умел – посыпал какими-то порошками, подсунул было тушки в огонь, но тут же поднял их как надо. Чуть поколебавшись, Огар отдал Тарону кашу, которую собирался оставить на утро. Не просто так, конечно, а за кролика.

- Ты охотник, значит?

- Вроде того, - кивнул Тарон, наворачивавший кашу. Видно тоже проголодался. – А вы…?

- Торговец, - Огар важно улыбнулся, - Я единственный, кто ездит по здешним деревням. Дядька мой в Краевке кузнец, я его поделки другим вожу. Серпы, косы, цепи, подковы и прочее. В Сосновой Роще беру ткани, в Хуторовом – зерно, оно там в изобилии, да и перевожу из одного в другое. Сейчас на ярмарку в Видное еду, везу всякое, продам, а потом закуплю, чего деревенские заказали.

- Хм! – во взгляде парня скользнуло уважение, - А большие деревни?

- Та какое там… От трех до четырех десятков дворов. Шесть десятков в Краевом, ну так оно под баронским замком. Видное почти на две сотни, но оно на тракте, от которого идет путь к святошам, там пять постоялых дворов и гостиница для благородных.

- Немало, - кивнул Тарон.

«Немало»? Огар мысленно усмехнулся. Да парень мало того что не местный, раз не знает, что барон запретил охоту на своих землях, так ещё и дурнина, коль говорит, что это «немало»! Да это такое захолустье, что просто плюнуть и растереть! Ходит босой, без штанов, но руки во какие – чистые, без шрамов и мозолей. Благородный что ли? Лицо вроде породистое, но загар морской, даже волосы выцвели. Ест аккуратно, но без особых манер – морду рукой вытирает. Что за фрукт? Может раб с корабля сбежал? Да метку вроде не видно. Или благородный потерпел кораблекрушение? А одежду куда дел? И почему стреляет как эльф?

Тьху ты, пропасть… Торговец уставился на Тарона пристальным взглядом.

- Что, Огар? – заметил парень его внимание.

- Ты откуда такой взялся, Тарон, или как тебя там? Ты благородный или…?

- Не знаю, - поколебавшись, сказал тот, - Помню только, что отец был военным командиром. В четыре года меня похитили, и я вырос в очень далеких краях. А недавно… месяца три назад, мы плыли по морю, наш корабль потерпел кораблекрушение и… - парень замолк и нахмурился.

- Начал говорить, так договаривай, - Огар был доволен. Парень не только дурак, он ещё и болтливый!

- Нас вынесло к западным островам, - Тарона передернуло, - Потом на нас напали местные дикари из племен людоедов. Большинство перебили, мы вшестером остались. А остановились потому, что мое имя было похоже на имя предсказанное их провидцами. Поэтому нас приняли и меня научили охотиться.

- Турхарова бездна! – ругнулся удивленно Огар, - Неожиданно! И как же ты сбежал?

- После равноденствия море принесло старого моряка. Я забрал его, и он научил меня ходить под парусом, а другому из наших помог сделать лодку. Полторы осьмушки назад мы втроем уплыли.

- Тогда почему ты один? – подозрительно уточнил торговец.

- Во время шторма лекаря смыло морем, а старик умер на следующий день – он был болен, а ему ещё и нутро отбило. Он был из светлых, родился на юге королевства магов, а потом плавал вдоль западного побережья.

- Да, парень, не свезло тебе остаться одному, - покачал головой Огар, - Что дальше планируешь делать?

- Достать одежду, если эта не подойдет, потом добыть денег, наверное, - Тарон вздохнул, - А потом искать провидцев, чтобы через них узнать, где искать мою семью.

- Понятно… Ты кстати говорил, что вас было больше. Ещё три или четыре?

- Один погиб от рук гостя племени, за что тот крепко получил от меня. А на следующий день его мне чуть не скормили. Я вовремя понял и отказался, а вот трое других… не отказались. Поэтому я не звал их с собой, - Тарон помрачнел, - Люди не должны есть людей.

- Да уж… - Огар встряхнул головой, отгоняя страхи, - Ладно, у тебя там вроде кролики готовы.

- Почти, - принюхался и кивнул парень.

- Ты как на счет вина? Я без этого, после твоего рассказа, не смогу уснуть.

- Может немного, - опасливо согласился Тарон, - Дежурить будем?

- Ну дежурь тогда ты первый. Как Зерцало спрячется, разбудишь.

Торговец действительно пошел за вином. С виду он может и крепкий и невозмутимый, но после такого у кого хочешь нервы шалить будут. А кролик вкусно получился.

Глава 9 __ 2/6 прода от 18.12.2021

- Огар! Огар! Твоя очередь!

- А? Что? – торговец проснулся, не понимая, что происходит и кто его будит. Но очень злясь, и только железная хватка чужих пальцев не дала сделать глупость.

- Это я, Тарон. Твоя очередь дежурить.

- Ааааа… Турх…

Огар потер гудящую голову, кое-как поднялся и пошел поливать кусты. Вино как всегда невовремя просилось наружу. Вернулся посвежевшим, зыркнул в сторону Тарона, уже завернувшегося в свой плащ и дрыхнувшему прямо на земле, у костра. Потом проверил телегу – не тронута. Это хорошо… Парень оказывается, наивный и честный до идиотизма. Хотя в оставшихся от разбойников вещах точно рылся – все немного иначе лежит.

Торговец себя идиотом не считал, и с удовольствием проверил бы мешок Тарона, если бы тот не устроил на нем свою голову, как на подушке.

Ладно, ещё успеется…

Такого наивного паренька грех не обмануть. Даже сам светозарный не сможет обвинить Огара в обмане, признав, что уберечься от соблазна невозможно. Только надо будет отдать часть выручки за Тарона святошам… Нет, правда, такому наивному человеку место среди рабов а не среди свободных людей. Впрочем… Огар придирчиво рассмотрел руки парня и его невозмутимое лицо, и подумал – может лучше продать его наемникам или охотникам в услужение? Силен, не скоро сдохнет. Но, пожалуй, лучше всего будет просто сбыть его перекупщику, чтобы самому не ломать голову, а он уже разберется.

В историю с кораблекрушением и жизнью среди дикарей он не особо поверил. Никто ещё не уходил от них! Только очень могущественные маги ходят на западные острова и возвращаются с победой. А вот часть с похищением скорее всего правдива. Мало ли, кому его отец помешал или за что расплатился сыном. Сколько мальчишке? Восемнадцать или двадцать лет от силы. Жил, небось, взаперти в отдаленном поместье и никого кроме слуг не видел. А теперь сбежал, может и во время плавания, и не знает куда топать.

Ничего, как станет рабом, разговор будет короткий – иди куда скажут и делай что прикажут.

Не долго думая, Огар засыпал костер и улегся досыпать. Он же не идиот, стоять и сторожить как этот.

Тарон

Он проснулся от чьих-то громких шагов. Не Огара, их он запомнил за вечер и пока засыпал, точнее пока торговец не улегся спать, наплевав на дежурство. И не шаги кобылицы – та прилегла на траву и дремала. Но и не шаги животных – те ступали осторожно, а не топали и не ломились через кусты.

Шаги были человеческими. Тарон безшумно поднялся и исчез в чаще. Через пару минут неизвестный вышел на поляну и замер. Зашипел сквозь зубы, схватился за меч, замахнулся на Огара… И с воплем повалился на землю. Тарон перехвати его руку и дернул назад, от чего там что-то хрустнуло.

- А? Что? – проснулся и подскочил торговец, - Да сколько можно?

- Мне тоже интересно, сколько можно кричать, - Тарон кивнул на мужика на земле, - Похоже это разбойник. Ты ведь разбойник?

- Вы… - мужик разразился непонятной тирадой, в конце которой плюнул в Тарона и попал тому на плащ.

- Тьху ты… - Огар поморщился, опускаясь обратно на лежанку, - Убей его и давай дальше спать.

- Убить? – Тарон задумался, - Думаешь надо?

- Конечно, - сонно зевнул торговец, - Иначе он нам спать не даст.

- Да вы… Ааааа! – заорал опять разбойник, так как Тарон неосторожно дернул его руку, - Не надо!

- Ты чего напал на него? – строго спросил дракон, не отпуская руку мужчины.

- А что я должен делать, если все мои валяются в кустах обезглавленные, а в нашем лагере дрыхнет чужак? – возмутился тот, - Это ты убил их?

- Ну я, - отозвался Огар, - Тарон, убей его уже!

- Не хочу, - ответил он, отпуская руку разбойника, равнодушно отвернулся и подобрал меч. Взвесил в руке, взмахнул. Нет, его мачете лучше. Так что он воткнул оружие в землю у костра и занялся розжигом огня.

- Ты не перестаешь меня удивлять, - пробормотал, поднимаясь, Огар и, пока ошалевший от боли разбойник не опомнился, достал свой меч и оборвал его жизнь, - Вот, видишь? Чего сложного то?

- Не хочу убивать, - Тарон поджал губы и продолжил свое занятие.

- Дурак ты, - бросил снисходительно торгаш, - Ладно, уже почти рассвет, будем собираться. С тебя каша, так как я свою утреннюю отдал тебе на ужин. И как в тебя столько влезает? До ярмарки в Видном подвезу, а там давай как-то сам.

Тарон смог натянуть на себя две рубахи и одни штаны, все остальное оказалось слишком мало. Но и этого было достаточно – теперь он мог не кутаться в плащ при посторонних. Огар ехидно подсказал, как завязать пояс и различные завязочки-веревочки на одежде. Их было всего ничего, но это тоже было важно. Наверное.

Набедренную повязку пока сунул в сумку – позже сожжет подальше от чужих глаз.

Быстро позавтракали кашей из пайка, которая вызвала у Огара неимоверное желание поесть ещё, но он сам говорил, что пора ехать, а запаса у Тарона осталось на раз. Пришлось соврать, что это была последняя. Кажется, торгаш не поверил.

Выкатили телегу на дорогу и понемногу покатили на север. Довольно скучно. Рощи сменяются лугами, луга – лесами, изредка попадаются реки и тогда дорога виляет к броду, иногда слева видно море и слышно шум прибоя. Огар рассказал, что этот путь как раз у места, где они встретились, если ехать обратно, отклоняется на юго-восток и выходит к огромному заливу, на берегу которого и находятся деревушка и замок барона. На морском берегу нет ничего интересного.

Перед полуднем остановились в жидкой роще посреди полей и пообедали всухомятку.

Огар сегодня был не таким болтливым и приветливым. Он относился к Тарону с долей пренебрежения, как к нему относились бойцы в начале экспедиции, до того как он выучился хоть чему-то. Это настораживало. В конце обеда Огар неожиданно угостил его каким-то особым вином из маленькой бутылочки, а стоило Тарону зевнуть, предложил прилечь на телегу и вздремнуть. Он-де полночи дежурил, надо бы отоспаться.

На самом деле его не тянуло в сон, но Тарон уже кое-что сообразил и поблагодарил торговца за доброту. Улегся, подмял под себя свою сумку и изобразил сон.

- Спи, спи, наивный дурачок… - с едва заметным весельем сказал Огар через десяток минут и слегка хлестнул лошадь по крупу, - Пошла, хвостатая!

«Наивный дурачок» значит? Дракон мысленно усмехнулся. Кажется, это плохой человек и спрятанный за пазухой излучатель скоро пригодится.

Глава 9 __ 3/6 прода от 19.12.2021

- Табаро! Табаро, чтоб тебе турхар рог в задницу засунул и провернул столько раз, сколько ты кружек вина выпил! – начал ругаться торговец, стоило им подъехать к шатру на окраине деревни.

- Тебе того же, Огар, собачий сын, - ответил его знакомец, - Чего притащил?

- Кого! – уточнил довольно тот, спрыгивая с телеги, и шаги приблизились к Тарону, - Смотри каков! Чистенький, сильный, смазливый.

- Да, неплохой товар, - Табаро сунул палец ко рту парня и приподнял губу, - Ты глянь какие зубы. Сколько лет ему?

- Не говорил, но вроде двадцать. Наивный и доверчивый до идиотизма. Зато умеет охотиться и неплохо стреляет из лука.

- Много их таких, - скептически заметил Табаро, - Десять.

- Ты охарфел? Пятдесят золотых и ни медьки меньше!

- Это ты охарфел, Огар! Двадцать, и это только из уважения к тебе!

- Сорок пять! Поверь, он того стоит! Он одной рукой поднимал мужика размером с тебя!

- Да? А вдруг он из благородных? Двадцать пять!

- Сорок! Парень упоминал, что его отец какой-то военный командир, но мальчишку украли в мелком возрасте и он теперь семью ищет. Зуб даю – вырезали их давно или на дно опустили.

- А вдруг нет? Нет, мне проблемы не нужны. Двадцать!

- Табаро! Это как называется?

- Справедливый торг! Вдруг он непокорный? Пятнадцать!

- Да чтоб ты… тебя в… через… сел на… - Тарон не понял большинство слов, которые говорил Огар, но злости в них было много, - С меткой раба ничего он не сделает! Тридцать пять!

- Тридцать!

- Продано! – торговцы ударили по рукам и оба с облегчением выдохнули.

Зазвенели кошели с монетами – к торговцам подошел кто-то ещё.

- Сумку его я себе заберу, он у меня кое-что стащил.

- Да хоть все забирай, - фыркнул небрежно и поинтересовался, - Кстати, что это за обноски на нем?

- Он снял с разбойников, которых я порубил на дороге до Краевки и сам на себя одел.

Табаро хохотнул. Звенят монетки, фыркает лошадь, излучатель в руке Тарона уже приведен в готовность. Едва приоткрыв веки, он разглядел их – торговцы были целиком погружены в подсчет денег, а полуголый парень рядом уставился пустым взором перед собой. Отлично, стоят кучно. Судя по звукам, больше никого поблизости нет. Плавно поднять руку, направить ствол в их сторону. Нажать на курок.

Звякнула, вывалившись из замерших пальцев, золотая монетка. Тарон вдохнул полной грудью, поднялся, подхватил свои вещи и подошел к застывшим людям. Заглянул Огару в лицо, прямо в вытаращенные глаза:

- Я два раза спас тебе жизнь, а ты продаешь меня? Наивный дурачок, говоришь? Харф тебе, плохой человек. А вам, Табаро, спасибо за деньги. Они мне очень пригодятся.

Он тщательно отсчитал тридцать монет и переложил себе.

- Ах да, онемение скоро должно пройти, - «вспомнил» он напоследок, - Чем же вас остановить? Может этим?

Тарон присел и обратился к земле. Она с готовностью раздвинулась, уплотнилась и образовала три ямы, в которые эти люди погрузились по шею.

- Прощайте. Если увижу вас ещё раз… Огар, меня учили охотиться на людей, и на этот раз я последую твоему совету – убью не сомневаясь.

И он ушел в сторону деревни, благо они находились в полусотне метров от нее.

Через десяток минут Огар смог двинутся, и заорал не своим голосом от пронзившей все тело боли. Тут же к нему присоединился Табаро и тихо застонал раб. Несколько минут они ещё стонали и ругались, после чего затихли, тяжело дыша.

- Он маг! – наконец выдавил работорговец, - Он турхов маг!

- Он мне не показывал этого… И даже не упоминал, - мрачно объяснил Огар, - Но как же на нем не сработала настойка гартва? Эта дрянь даже орка с одного глотка валит!

- Ну он же маг! Огар, сволочь, маги разные бывают, в том числе такие, которые меняют свое тело, чтобы стать сильнее или не поддаваться ядам. А ты, дурак, теперь должен мне тридцать золотых!

Торговец скрипнул зубами. Просчитался… И теперь действительно должен старому скряге. Но преследовать парня поостерегся – очень уж выразительным был его прощальный взгляд. Если он говорил правду про жизнь у островитян… То лучше с ним не связываться. Живее будет, советчик турхов…

На ходу вытащил пять монет, положил в складки пояса, а остальное спрятал в сумку. Кошель Мара закрепил на поясе, чтобы под плащом не было видно. Старик говорил, что золото очень ценное и на него можно купить намного больше. Он, конечно же, объяснил, сколько стоит одна монета других монет, там ещё серебро и медь.

Людей было немного, стражники на воротах, едва увидев его бедный вид, пропустили, ничего не спрашивая. Хотя Мар говорил, что много где берут за вход медяк с пешего, и серебряный с конного. Но они, видимо, решили, что у него денег нет вообще.

В самой деревне стало чуть люднее – ходят мужчины и женщины, спешат по своим делам или суетятся в огородах и возле дома. Носятся дети, во что-то играя.

Тарон около часа просто бродил, глазея по сторонам и пытаясь отыскать место, где кормят или где одевают. Он не был уверен, что Огар и Табаро не отправятся за ним, но если что был морально готов – это определенно были очень плохие люди, и если бы они были драконами, их бы точно лишили крыльев.

Сообразив, что все же ничего не понимает, он поймал какого-то мальчишку и уточнил, где постоялый двор. Тот рассмеялся и ткнул пальцем Тарону за спину, на большое здание, к которому подъезжали телеги и суетились вокруг люди.

- Только там, наверное, уже мест нету, разве что на сеновале, а там тебя обворуют, - предупредил мальчишка.

- Спасибо за предупреждение, я все же попробую.

- Если чё возвращайся ко мне, - заявил весело, - мой папка комнаты сдает приезжим, а мамка кормит за три медьки в день. Конечно, если у тебя деньги есть.

- Найдется немного меди, - признался Тарон, останавливаясь и уже с интересом глядя на мелкого, - А мясом кормят?

- За мясо серебром платить надо, - вздохнул тот.

- Хммм… - дракон задумался. Мальчишка был ему почему-то приятен, и идти на шумный и вонючий постоялый двор не хотелось. Он теперь вспомнил, что видел все пять, но обходил их стороной. Ладно, можно попробовать, - Веди. Как тебя зовут?

- Ниск, - мальчик вприпрыжку побежал вперед, показывая дорогу, - А ты к нам надолго?

- На денек точно, а там видно будет, - Тарон поторопился следом.

- Так ты что, не на ярмарку? – Ниск на ходу оглянулся, слегка округлив глаза.

- Может и на ярмарку. Увидим.

Глава 9 __ 4/6 прода от 20.12.2021

- Ниск, кого ты привел? – прошипел полный, почти лысый мужик, схватив мальчишку за шиворот, - Он же голодранец!

- Добрый день. Ниск сказал, что у вас можно пожить немного? – спросил Тарон, чтобы отвлечь этого человека.

- Серебряный за день и три медьки за еду, - озвучил мужик цену, кажется, надеясь, что непонятный парень развернется и уйдет.

- Хорошо, сойдет, - кивнул и решительно зашел в дом.

- Деньги вперед! – крикнул ему вдогонку мужик, тут же влетая следом.

Тарон уже замер посреди кухни, напротив миловидной женщины, которая занималась готовкой.

- Здравствуйте, - поздоровалась приятным грудным голосом, - А вы кто?

- Я поживу у вас немного, - объяснил гость, залез в кошель и достал деньги, - Столько, да?

Женщина растерянно кивнула, а её муж взял деньги и довольно сказал:

- Да, все правильно. Как тебя зовут?

- Тарон. А вас?

- Я Балн, это моя жена Рума, с нашим сыном Ниском ты уже знаком, - представился он, - Надолго к нам?

- Переночую, а там видно будет.

- Прости, гость, - вмешалась Рума робко, - а почему ты так странно одет, к тому же… - она опустила взгляд на его босые, грязные ноги.

- Я… Потерпел кораблекрушение, долго странствовал и только вчера вышел к людям, - объяснил Тарон смущенно, - Может подскажешь, где можно купить одежду, обувь и прочее?

- Ох, бедняга, - всплеснула руками женщина, так что мука взвилась вокруг нее белым облачком, и у дракона засвербело в носу, - Балн, давай я выдам ему твои старые вещи, ты в них все равно не влезешь, и тапки забытые гостем. Ну куда ходить в таких-то обносках? Это же неприлично! Что про нас люди подумают? А потом Ниск отведет Тарона… Я правильно имя сказала? Потом отведет Тарона в лавку господина Халама, там недорого и прилично. Хотя нет, что я несу!? Сначала – купаться!

- Делай что хочешь, женщина, - ответил слегка замороченный от щебетания жены Балн, - А с тебя, гость, ещё серебряный за хлопоты.

Все сложилось как нельзя лучше. Через несколько часов Тарон в обновках с ног до головы возвращался к дому приютивших его людей. Ниск бежал рядом донельзя довольный – по дороге они купили немного мяса, да не того, что покупали обычно, а хорошее, свежее, дорогущее – аж за три серебра! И такой большой кусок, что им тоже достанется. Ниск был уверен в этом! К тому же он втайне сообщил гостю, что мама плохо мясо готовит, невкусно, потому что редко получается купить. Но Тарон сказал, что все сделает сам, мол, он умеет.

Уже вечерело, шло на спад приятное дневное тепло. В домах зажигали свет, и огоньки мерцали, колебались от сквозняков, создавая причудливую пляску света и тени. Спешили прохожие, скрипели колесами запоздавшие телеги, из открытых дверей некоторых домов доносились разговоры и пьяные крики. Ниск сказал, что в трактире господина Лауда не вино а кисляк, отец туда не ходит. Балну нравится трактир господина Рауна, но там подавальщицы не такие грудастые – все такие худющие, что подержаться не за что, а у Лауда девки – во!

Тарон чуть не рассмеялся над показательной важностью мальчишки, которому едва исполнилось десять лет, а он уже на полном серьезе рассуждает о выпивке и женщинах. Или он просто повторяет то, что услышал от своего отца?

Дома их уже ждали – Рума суетилась на кухне и уверяла, что ужин почти готов. Гостя она окинула довольным взглядом – хорошие серые штаны из плотной ткани, рубаха из небеленого полотна и широкий пояс выгодно подчеркивали стройную фигуру мужчины. Нашлись ему и сапоги по ноге – мягкие, но с прочной подошвой. Тарон и сам был доволен своим видом, тем что, наконец, вымылся и смог расчесать волосы, которые чуть ли не в колтун свалялись. Единственное, что он оставил без изменений – кожаный плащ, сшитый Маром. В каком-то смысле он был подарком, а значит сокровищем, к тому же весьма удобным.

Снятые с разбойников тряпки он сжег без тени сожаления.

Конечно же Тарон, как и обещал Ниску, сам приготовил мясо. Рума сначала была против, но её муж снисходительно разрешил и она не осмелилась перечить, хотя показательно морщилась и вздыхала, подавая гостю нужное для готовки и показывая как пользоваться плитой. Но когда кухню наполнили аппетитные ароматы, хозяева дома чуть слюной не захлебнулись.

За ужином они восхваляли повара, но как ни старались, втроем осилили меньше четверти. Половину от приготовленного Тарон съел сам, к общему удивлению.

Балн пытался разузнать, кто он таков и откуда взялся, но Тарон обошелся самой краткой версией – похитили, возвращался, выжил в кораблекрушении, теперь сам ищет родных. Рума интересовалась, есть ли у него жена, на что парень смущенно признался, что хочет вернуться к девушке, которая ждет от него ребенка. Балн посмеялся, так что Тарон не понял его реакцию. А чтобы прервать смущающие разговоры, начал расспрашивать о ярмарке и до конца вечера слушал рассуждения толстяка и восторги Ниска, заодно делая в уме заметки, куда ему стоит зайти.

Он проснулся от страстного поцелуя. Спросонья руки сперва обняли женскую фигуру, но узнавания не было, и он подумал, что это снова Нуилота пришла. Схватил женщину за плечи и отстранил от себя.

- Нууу же, давай продолжим… - раздался в темноте томный голос и Тарон наконец узнал, кто это сидит на нем.

- Рума, ты чего? – удивился он.

- Я хочу тебя… - прошептала с придыханием, пытаясь вновь прильнуть.

- Рума, у тебя уже есть мужчина, ты чего ко мне пришла?

- Он ничего не может – даже сделать мне детей или принести удовольствие. Ниск у меня от гостя… Хочу ещё дочку, - капризно заявила она, - От тебя…

- Уйди, женщина, пока я не разозлился, - зло процедил дракон, сжимая её плечи так, что она пискнула от боли. Потом он поднялся и выставил неурочную гостью за дверь, для надежности ещё и подперев сундуком. Её причитания и мольбы он просто не слушал. Потоптавшись у двери, она ушла к себе, всхлипывая.

Уснул с трудом. Рума умудрилась взбудоражить его, и пришлось приложить усилия, чтобы успокоиться. Вспомнились Лои-Ки и Фиа-Ди. Интересно, как они там? Как скоро родится дитя? Жаль, он довольно смутно представлял, сколько надо ждать, а женщины об этом не упоминали. Но, наверное, меньше года…

Интересно, как там черноволосая колдунья?

Утро выдалось ветреное. Свистели сквозняки в щелях ставен, на улице что-то скрипело и билось в стену чуть ли не над его головой. Проснувшись, дракон ещё несколько минут лежал, закрыв глаза и слушая буйство за окном.

Откуда-то тянуло вкусными запахами и дымом, гремела внизу посуда. Наверное Рума уже встала, надо бы поговорить… Надо ли? Тарон понял, что не знает, что сказать, чтобы и не обидеть и не привлечь её к себе. Да он вообще не знает, что в таких случаях надо говорить!

Дракон сочно потянулся, встал, осмотрел себя… Да, все тело покрылось чешуей, хорошо хоть когти не появились – изрезали бы все постельное белье. Лицо наощупь изменилось. Судя по отражению в лезвии мачете, глаза тоже, да и изменения в чертах лица зашли непривычно далеко. И с волосами тоже что-то не то. Они стали сереть – из темно-русого в темно-серый, чуть темнее чешуи. Она, кстати, теперь отличалась по оттенку – спереди светлее, на спине темнее, почти черная. Так же и на руках… Спина и копчик нудно ныли, а голова и челюсть едва заметно побаливали.

С момента прибытия на материк он каждое утро просыпался в таком виде, но впервые решил внимательно осмотреть себя. Да уж… Хорошо, что Рума пришла до того, как он изменился. И надо запомнить, что нельзя ночевать с посторонними в одной комнате.

Убрал чешую и приглушил магию внутри, чтобы утаить нечеловеческую суть. Мар говорил – никому не показывай её на светлых землях, никому не говори, что ты дракон и обязательно избегай святош и магов! Совет был дельным, и Тарон старался придерживаться этих правил.

Умылся, оделся, переставил сундук обратно, спустился на первый этаж и посетил отхожее место. Лишь после этого заглянул на кухню. Да, поговорить наедине не получится – Балн уже сидел за столом, цепким взглядом следя за Румой.

- Светлого дня вам, - поздоровался Тарон.

- Светлого дня, гость, - тихонько ответила Рума, даже не взглянув в его сторону, но дракон слышал, как участилось её сердцебиение и едва заметно порозовели щеки. Глаза она прятала, но было видно, что они припухли и покраснели.

- Светлого дня, - так же поздоровался Балн и перевел внимательный взгляд на него, - Как тебе спалось, гость?

- На нормальной кровати первый раз за пять месяцев? Просто отлично! – Тарон улыбнулся, присаживаясь на табурет, - Могу я позавтракать?

- Конечно-конечно, - закивал Балн, - Рума?

- У меня только часть готова, - проворчала хозяйка, однако выставила на стол перед мужчинами тарелку блинов, - Угощайтесь. Отвару?

- Спасибо, да если можно, - Тарон принюхался, но не решился первым отведать незнакомое блюдо. Вдруг что не так сделает? Рума как раз поставила перед ним кружку горячего напитка, и он с удовольствием глотнул.

- Как тебе моя жена в постели? Неужели не понравилась? – спросил вдруг Балн и Тарон не сразу сообразил, о чем он.

Кружка в руке треснула и осталась без ручки. Горячий отвар залил половину стола и немного руку Тарона.

- У меня уже есть своя женщина, и другие меня не интересуют, - холодным тоном объяснил гость хозяевам, не обращая внимания на исходящую паром руку и поверхность стола, - Вы поняли?

Балн, у которого лицо вытянулось, медленно кивнул. А его жена так и стояла, застыв неподвижно у очага. Со сковороды потянуло горелым.

- Я соберусь и уйду. Рума, завернешь мне с собой остатки вчерашнего мяса и немного блинов? Спасибо.

Он встал из-за стола, отряхнул руку от воды и ушел в снятую комнату. Тихий разговор внизу он слышал, но старался не слушать. Собрался быстро и аккуратно, ну так особо и не раскладывался. Да, жаль, что в этой комнате он прожил так мало – ему тут понравилось сначала. Накинуть плащ, сумку на плечо, оглянуться – ничего не забыл.

Сбежал вниз по лестнице и заглянул на кухню. Балн исчез, а Рума стояла у плиты, вытирая слёзы. Он чуть помялся и громко переступил, чтобы показать, что он тут. Женщина испуганно оглянулась, вытерла лицо и постаралась приобрести невозмутимый вид. Получалось плохо.

- Рума, знаешь, - он почесал затылок, - вот я не понимаю – почему ты, да и другие женщины обращаете на меня внимание и даже лезете в постель?

- А ты себя видел? – возмутилась она смущенно, - Высокий, сильный, красивый, хороший охотник, спокойный характер и вообще мечта, и услада для глаз! Даже боги не осудят за измену с таким мужчиной! Но постой… - Рума удивилась, - Были другие?

- Да, но как только я разобрался, начал вышвыривать их из своей постели, - он криво усмехнулся, - Твою предшественницу вообще чуть не задушил – она хотела выйти за меня замуж и была очень настойчива, а я был не согласен. Спросонья я подумал, что ты это она и хотел все же придушить. Хорошо, что не успел.

Рума вздрогнула и задумалась. Похоже, что такого поворота событий она не предполагала.

- Так что, соберешь мне еды?

- Да, да… Конечно… Сейчас займусь, - запричитала она и заметалась по кухне.

Вскоре узелок с едой был готов. Тарон положил на стол ещё одну серебрянную монету:

- За беспокойство. Ваши семейные дела меня не касаются, сами разбирайтесь. Прощай, - он кивнул напоследок, подхватил еду и покинул излишне гостеприимный дом.

//

Автор и музы очень хотят комментарии и оценки. )

Постоянным читателям и комментаторам - большое спасибо!

Глава 9 __ 5/6 прода от 21.12.2021

- Прости за мамку, - тихо сказал Ниск, шагая рядом и неотрывно глядя себе под ноги, - Папка говорит, что она умом повредилась от желания иметь много детей.

- Я не обижаюсь, - пожал плечами Тарон, замедляя шаг, чтобы спутнику было легче поспевать, - Просто мне неприятно, когда меня хотят использовать. И… Я рос без родителей. Не хочу, чтобы мои дети повторили мою судьбу.

- Понятно, - мальчик поднял глаза, - А папка мой хороший. Я хоть и не родной ему, но он меня не гонит… Все знают, что я бастард, потому что у папки не может быть детей. Его род прокляли, все остальные умерли, а он остался, потому что не сможет продолжить род. Папка даже не принял меня в род, чтобы не зацепило. Говорит мне, что сейчас он меня растит, а потом я должен буду о нем заботиться.

- Да уж… - он покачал головой. Про проклятия Тарон уже слышал от Мара, а киба ещё до того рассказывали и показывали, как их наводить и как снимать, хотя тогда считали, что без ритуального присоединения к хаосу он не сможет это делать. Он так и не выяснил, может ли, и не хотел выяснять, - Слушай, а что здесь бывает с детьми, у которых не осталось родителей?

- Как повезет, - зябко передернул плечами, - Если есть добрые родичи или хорошие друзья родителей, то они забирают к себе. Если никого нет, то кто посильнее идут в слуги, или в подмастерья, или приемышами в чужие семьи и работают там по дому. Остальные живут в проулках и попрошайничают, - он кивнул в сторону группки из трех чумазых детишек, жмущихся друг к другу у стены, - А что, бывает иначе?

- Там, где я вырос, были дома, где растили детей без родителей. Я тоже рос в таком. Но вот что я подумал – может Рума захочет взять девочку из проулка, раз так хочет дочь? Вот ты хочешь себе сестру?

- Хочу, - задумчиво кивнул Ниск, - Надо будет сказать мамке и папке. И маме ещё помощница будет сразу, растить не надо. Когда гостей много, она говорит, что ничего не успевает и просит меня помочь.

- И ты помогаешь?

- Ну… - мальчишка смущенно вытер нос, - Не всегда. Скучно ведь… Лучше с друзьями поиграть. А ты куда сейчас? – поспешил он перевести тему.

Тарон остановился. А ведь и правда, куда теперь? Надо бы позавтракать – живот уже болит от голода. А потом? Просто покинуть деревню, или посетить ярмарку? Первое хотелось больше, но он понимал, что ему надо наблюдать за людьми, а на ярмарке их будет много, судя по вчерашнему разговору. Может заодно найдет что-то нужное, не зря же вчера слушал болтовню Бална? Хоть новую сумку – старая была переделкой из рюкзака таме, которую Мар обшил кожей для маскировки. Или оружие какое.

- Ты завтракал? Нет? Тогда давай присядем где-то и перекусим тем, что Рума собрала – он показал узелок, - А потом проведешь меня по ярмарке?

- Ага! – Ниск просиял.

Это было на лугу за северными воротами. Ярмаркой оказались длинные ряды прилавков, телег с товаром, людей, просто сидящих у обочин и разложивших свои поделки на куске полотна или циновке. Чего там только не было! Еда – сладкая, соленая, острая, вообще странного вкуса; составы для отваров (Тарон купил три мешочка разных смесей), приправы, продукты; рулоны тканей и кипы готовой одежды, сапоги, тапки, платки, пояса, непонятные накидки, рукавицы, перчатки и много прочих вещей; домашняя утварь из дерева и металла или керамики; циновки и ковры из соломы и из ниток; различные фигурки, вырезанные из костей, камней, камня, отлитые из метала или стекла или слепленные из глины; кучи оружия на телегах (среди них была и телега Огара, спешно присевшего с другой стороны), где Тарон хотел присмотреть хороший меч, но скоро понял, что ничего лучше, чем привычное мачете не найдет.

Людей было – не протолкнуться. Все куда-то спешили, смотрели, спрашивали, толкались, ругались, торговались. Толпа сперва ошеломила молодого дракона, но он начал поглядывать на уверенного Ниска, и сам успокаивался и привыкал. Сновали мальчишки, норовя стянуть то, что плохо лежит или срезать кошель. Тарон поймал за руки трех и каждого проводил затрещиной, по примеру другого мужика. Визгливо ругались женщины, звонко смеялись девицы и юноши, галдела толпа, был слышен пьяный смех.

Возле некоторых прилавков с бочками сидели на свежем сене купцы и их клиенты и с удовольствием заливались веселящими напитками. Там обнаружился и Балн, болтающий с друзьями.

На дальнем конце стояли шатры коневодов, куда в итоге убежал Ниск. Чуть в стороне – палатки и прилавки разных магических товаров. Людей там было намного менше, чем в других рядах, ну так и прилавков от силы десяток. Тарон осторожно подошел к крайнему, убедился, что никто не обратил на него внимания, и стал с интересом рассматривать товары. Амулеты, кулоны, различные магические приспособы, травяные сборы для зелий и прочие вещи, назначения которых он не понял. Обнаружились внезапно и маленькие кристаллы для сбора магии. Купить их Тарон не решился. Приобрел магическую зажигательную палочку, чтобы разводить костер, и подробно расспросил, как её задействовать.

Уже выходя от магов, он наткнулся на сидящего у дороги парня в фиолетовом балахоне и со странными круглыми штуками перед глазами. На пледе возле него лежали амулеты, но какие-то непривычные.

- А что это такое?

- Ась? – маг, похоже, слишком сосредоточился на работе – очередном амулете, и теперь подскочил на месте, - Это амулеты для создания иллюзий. Купите для своей избранницы, и её платье будет мерцать, или сиять, или будут расцветать цветы, а на них садиться бабочки. Или у нее над головой будет сияние… Что угодно, только скажите, что желаете! Все будут в восторге и её подруги обзавидуются!

- Ого, - Тарон присел и с интересом посмотрел на невзрачные амулеты, - Это впечатляет, однако мне без надобности. Может у вас есть что-то, что… - он замялся, - поможет мне выглядеть попроще?

- Чего? – маг прищурился, - Изменять внешность амулетами строжайше запрещено.

- А изменять и не надо. Просто сделать так, чтобы за мной женщины не бегали, - Тарон вздохнул, - Мне только своя нужна, а другие ни к чему.

- Хм! – он, наконец, снял конструкцию с носа и посмотрел на собеседника нормально. Глаза у него оказались светло-голубые, ясные и прозрачные как небо, - Да уж… Сочувствую! Задачка непростая, чтобы и закон не нарушить и требование выполнить… Как бы… - маг взмахнул руками и в воздухе на ходу соткалась иллюзия.

Тарон удивленно распахнул глаза, смотря на изображение самого себя. За эти месяцы лицо исхудало, черты заострились, стали хищными. Волосы отросли сильнее, чем он думал, карие глаза отливали золотом. Полгода назад он перед таким человеком определенно струсил бы.

- А можно сделать лицо невыразительным и будто я немного толще?

- Нууу… Вот так? – иллюзия слегка изменилась и лицо стало бледнее и слишком пухлым, почти как у Пи-Кира или Бална.

- Меньше, намного меньше.

- Так? – вновь изменил иллюзию маг.

- Отлично! Примерно так я выглядел год назад. А можно ещё волосы немного затемнить?

- Не проблема, - краткое движение кисти руки и волосы темнеют до привычного темно-русого.

- Отличная работа, господин маг! – похвалил Тарон, - Сколько за амулет?

- Один золотой, - парень чуть напрягся.

- Сейчас достану… - он потянулся к поясу, а маг расплылся в улыбке.

- Я пока прикреплю образ к амулету и закончу настройку… Для этого я надену его вам на шею.

- Да, конечно.

Маг снова нацепил стекляшки на нос и начал крепить то, что получилось к амулету – фиолетовому камню в железной оправе и на длинной цепочке. Тарон внимательно наблюдал за происходящим, надеясь запомнить и разобраться.

- Так, теперь развяжите плащ. Чтобы амулет начал действовать, просто наденьте его на шею, только учтите, что камень должен касаться вашей кожи.

Тарон сам застегнул цепочку, и маг какое-то время ещё сидел, прикасаясь к камню и к груди клиента – видно настраивал.

- Все, - он встряхнул руками и снял стекляшки с носа, чтобы потереть переносицу, - Готово. Заряжать не надо, он сам по себе подпитывается из вашего резерва на шестсот магор за час работы. Но после применения магии лучше снимать, чтобы легче восстанавливаться.

- Спасибо за помощь и пояснения, - Тарон вложил в его ладонь оплату, - А как вы поняли, что я…

- Имеете дар мага? – усмехнулся и показал стекляшки, - Эти очки помогают мне видеть магию, я сам сделал и зачаровал их… Дипломная работа! – добавил гордо, - А вы, наверное, ученик колдуна? Или на домашнем обучении были? Не важно, я спокойно к этому отношусь. У нас половина группы таких была, умников, так они неучей за деньги подтягивали. Вы в столицу едете, поступать в академию магов?

- Если получится, - осторожно ответил Тарон, подумав, что идея интересная.

- У вас резерв больше ста тысяч магор, вас точно возьмут! – уверенно заявил маг, - Такими талантами не разбрасываются в принципе, даже если они полные неучи. Но вас уже учили, так?

- Да, немного… Потом был ещё заезжий колдун или маг – я не разбираюсь в чем разница. Он меня не учил, я сам подсмотрел кое-что.

- Магом считается только тот, кто получил диплом об окончании какой-либо магической академии, - разьяснил маг, - Колдуном называют самоучек и тех, кто учился у других колдунов. Ученики магов и студенты академии называются адептами.

- Вы маг, да? – понял Тарон.

- Да, я самый молодой выпускник за прошлых восемь лет, - парень, которому было едва за двадцать, гордо выпятил тощую грудь, - Получил медный диплом… Это значит, что был третьим по оценкам среди выпускников.

- Ого, - Тарон уважительно кивнул. Юнец хвалился, как юноши сикао после первой самостоятельной охоты, а значит это для него действительно важно.

- А вы владеете магическим зрением? Ну видите плетения заклинаний? Завидую… - искренне протянул маг, - Я так и не овладел им, вот и пришлось изобрести очки. В основном я занимаюсь созданием амулетов, иллюзиями и оценкой артефактов. А чем вы желаете заняться?

- Пока не выбрал… - повинился Тарон, - Но иллюзии впечатляют. Да и амулеты интересно научиться делать. Вдруг с этим что-то случится и я опять… Хм.

- Хах… - рассмеялся маг, - А вы забавный. Так вам интересно, как я их делаю?

- Очень, - признался честно.

- Тогда могу рассказать… - он скептически посмотрел на Тарона, - Но есть ли в этом смысл? Не забудете?

- Я могу вспомнить почти всю свою жизнь с раннего детства.

- Аааа… - протянул понимающе, - Маг разума. Ну тогда слушайте и смотрите!

Глава 9 __ 6/6 прода от 22.12.2021

Они увлеклись и заболтались, разбираясь в плетениях амулета и вообще в принципах создания иллюзий. Тарон в итоге выкупил заготовку амулета, на которой тренировался, за золотую монету и решительно отказался от сдачи, мол, за знания и подробные пояснения. Маг сиял в прямом смысле слова – что-то рефлекторно создал вокруг себя от удовольствия.

Только когда живот Тарона грозно забурлил, они опомнились и поняли, что уже обед. Посмеялись, маг сложил свои поделки и предложил перекусить в приличном местечке. И только тогда они поняли, что так и не назвали друг другу свои имена.

Фавлан фэр Иллурдан – простолюдин, его отец продавал различную керамику вроде кувшинов, мисок и прочего, потом стал и другим торговать, и сына ставил к прилавку. Для того обучил и счету, и грамоте, чтобы во всем помогал. Фавл, как его тогда звали, торговать не любил, зато любил читать и учиться, но кто его спрашивал? Так продолжалось, пока в магазин за какой-то надобностью не зашел маг и разглядел дар мальчика. Слабый, но крепенький, как он тогда сказал, мол, может выучиться.

Для Фавла это была невероятная удача! Его отец, немного поколебавшись, согласился отправить его учиться. За год он поднаторел в науках благодаря нанятым учителям и уехал в столицу, где успешно поступил. Хорошо, что в группе всегда предполагается десять мест для бедных учеников, которые обязаны оплатить учебу позже, с заработков, иначе не получат титул. Единственное, что парень оказался самым младшим в группе, зато среди первых по оценкам, как и другие маги-разумники.

Много чего происходило за время учебы – и веселого и интересного и даже грустного. Доучился Фавлан как артефактор, иллюзионист и маг разума. Его почти сразу взяли на хорошую работу, но в начале весны со скандалом выгнали из-за одной неприятной истории. С тех пор Фавлан слоняется по ярмаркам и зарабатывает продажей амулетов, но получается слабо. Эти два золотых, что ему дал Тарон, весь его заработок за три осьмушки! А ему ещё учебу оплачивать надо!

- Даже на еду не всегда есть, - уныло вздохнул Фавлан, ковыряясь в содержимом тарелки, - Приходится зарабатывать подзарядкой кристаллов, а у меня резерв всего сорок три тысячи, и в день я могу сливать не больше пяти-восьми тысяч магор.

- Ууууу… - промычал Тарон, поглощая вкуснейшее жаркое. Они сидели в ресторане гостиницы, в отдельном кабинете, защищенном от подслушивания. Ели пюре, жаркое, два салата и три закуски. Пили вино и, похоже, что магу оно уже немного ударило в голову.

- Во-во! Я о том и говорю! – он нахмурился, - Чтобы мои амулеты, признанные лучшими, практически новым типом амулетов, так плохо продавались! Что за безобразие?! – возмутился и вскинул руки, чуть не перевернув бокал. Тарон проглотил что жевал и сказал:

- Цена.

- Что? – не понял Фавлан.

- Вы на ярмарке были? Там цены начинаются от медяка и заканчиваются золотым, но это уже за очень ценные и нужные вещи. А у вас цена начинается от золотого.

- А меньше никак, - проворчал тот, явно оправдываясь, - Половина цены – заготовка. Хорошо, что я пока учился много заказал, и у меня ещё есть старые запасы. Вторая половина – моя учеба, знания, опыт и магия, плюс индивидуальная настройка. Дешевле быть не может!

- Хорошо. Кто их может купить?

- Аристократы и маги, ещё купцы, пожалуй. У меня, пока я учился, много раскупили.

- Вы много богачей на ярмарке видели?

- Ась? – Фавлан заморгал, соображая, - А ведь и правда, больше простолюдины ходят.

- У них просто нет таких денег, если я правильно понимаю.

- Ну да… - маг заметно смутился, - Что-то я не подумал. Но вы же подошли, и деньги у вас нашлись. И другие были… - он понурился.

- Так может стоит продавать там, где будут покупать?

- Это где?

- Не знаю, - Тарон пожал плечами, - Я нездешний, так что вам лучше знать. Но ресурс всегда надо поставлять именно туда, где он нужен.

- Хм! – хмыкнул Фавлан, - Мысль занятная.

Тарон едва заметно усмехнулся. Этому его учили в отделе аналитики поставок, чтобы не путал места назначения. Мудро советовать учил Пи-Кир, хотя и не понимал этого.

- Вы где ночуете, Тарон?

- Я думал уже сегодня продолжить путь, - признался он, - Мне бы только сьестного в дорогу найти.

- Как жаль, что придется сразу расстаться, - маг неподдельно расстроился, - Может останетесь до завтра? У меня в номере найдется кушетка.

- Лучше не стоит, - покачал головой дракон, вспомнив в каком виде проснулся, - Мне действительно пора. Хотя я не представляю, куда идти…

- Вот карта, - фыркнул Фавлан, доставая амулет из нагрудного кармана и активируя… - ой, не то! - парень смутился и спешно выключил иллюзию с полуголой красавицей. Через минуту поисков по карманам он нашел то, что надо и над столом оказалась иллюзия с картой.

- Мы находимся… - неуверенно начал Тарон.

- Вот здесь, - чуть засияла точка, - На юге, в паре часов пути от побережья. Столица, Руан-Нир на Ниранне, здесь, - засветилась крупная точка в конце реки, - Вам надо идти на северо, а потом на северо-запад. Туда много караванов идет, можно пристать к какому-то. За месяц доберетесь, а там как раз экзамены для вступления начнутся. Или можете сесть на корабль до столицы, их много плавает. Ах да, смотрите, как выглядит столица, - изображение изменилось, и теперь показывало большой город сверху, - Академия на этом островке.

- Спасибо… - протянул Тарон ошеломленно. Да уж, таких городов он не видел! Надо обязательно побывать там…

- Рад помочь, - довольно улыбнулся маг.

Едва они вышли из гостинницы, к Тарону подскочил Ниск:

- Тарон, я ждал тебя! – пискнул он и удивленно зыркнул на приотставшего Фавлана, - Ты что, даже с магами знаешься?

- Да, мы поговорили, и я купил кое-что у него, - он успокаивающе потрепал мальчика по макушке, - А что?

- Да я… я просто… - мальчик смутился.

- А это кто? – спросил подошедший маг.

- Это Ниск, - представил Тарон спрятавшегося за него мальчишку, - Его семья сдает комнаты, я ночевал у них. Ниск, это господин Фавлан фэр Иллурдан, он маг иллюзий.

- Илюс чего? – не понял тот.

- Иллюзий! – ответил Фавлан и создал вокруг рой светлячков.

- Ух ты! – восхищенно выдохнул Ниск.

- Это ещё что! – хмыкнул маг и светлячки вдруг превратились в цветы, потом в бабочек, слились воедино и стали огненной птицей, которая «присела» на протянутую руку мальчика.

В глазах Ниска было море восторга.

- Ой, она не горячая и не тяжелая, - вдруг понял он.

- Её и нет на самом деле, - пожал плечами Фавлан, птица перепорхнула на его руку, и он пару раз показательно провел рукой сквозь неё, - Сделать её хоть немного настоящей очень трудно, а сделать совсем настоящей невозможно. Можно только смотреть и любоваться.

Птица вдруг разлетелась роем искр. Ниск искренне загрустил. Тарон решил сменить тему:

- Ниск, покажешь мне, где можно взять припасов в дорогу?

- Да, конечно… - мальчик встряхнулся, - Пойдем…

Закупив провиант, Тарон попрощался с новыми знакомыми на краю ярмарки, рядом с тем местом, где раньше сидел маг. Он и сейчас намеревался устроиться там, а Ниск явно хотел увидеть ещё рисунки в воздухе. Мальчик жаждал чудес, а Фавлану льстило неприкрытое восхищение в глазах ребенка.

Напоследок, посмотрев на всадников, Тарон попытался купить лошадь, но буквально все скакуны шарахались от него и ни за что не давались в руки. Да и вовремя сообразил, что не умеет ездить на них, так что решил идти пешком.

Все же от визита в деревню он приобрел многое. Да и маги не так страшны оказались… По крайней мере один.

// 22.12.2021 Следующая глава, десятая - финальная, +эпилог. К сожалению, первая глава следующей книги пока не готова (зависла и не пишется, музы то ли халтурят, то ли испуганно упорхнули из-за событий в жизни автора).

Глава 10 Кнэша

16 грохотавца, южный тракт королевства Рун-Тарос

Ночевал в придорожном трактире, забитом по случаю ярмарки. Конечно же, прикрылся амулетом с иллюзией, для надежности закутавшись в плащ – мало ли? На сеновале какие-то юнцы попытались стащить у него сумку, за что получили по затрещине от хозяина вещей и ругательному слову от других ночующих. Больше никто никому спать не мешал, а утром Тарон решил не дожидаться завтрака, поскорее продолжил путь и поел уже в лесу.

Теперь дорога выглядела не как широкая утоптанная тропа, а была тщательно устлана камнем, и более чем в два раза шире, так что люди шли и ехали в обе стороны, не сталкиваясь. Их стало довольно много, от одной группы всегда можно было увидеть другую, а пыль от повозок и всадников не успевала осесть и желтовато-серой дымкой окутывала путь. Дракону она попадала в нос, и он периодически начинал чихать. В какой-то момент ему это надоело, и он свернул с тракта.

В тени деревьев, вдали от дороги, ему стало легче, и Тарон облегченно вздохнул. Все же трудно быть среди людей, постоянно контролировать себя, чтобы не сделать что-то не то и в то же время смотреть по сторонам, чтобы запомнить, как поступают другие. И на дороге ему не нравилось – пыльно, людно, по обочинам мусор и отходы, а первые пять минут от входа в лес – сплошное отхожее место. Воняет страшно!

Не желая надолго останавливаться, он попытался бежать, но… Сапоги заскользили по земле, и он едва не упал. Нет, раньше у него ноги тоже скользили, но он рефлекторно помогал себе пальцами, а на острове и когтями. Тут же, хотя в сапогах тепло и удобно, но бежать так, как привык, невозможно. Поэтому Тарон разулся и побежал босиком. Все же удобно чувствовать путь под ногами, а пораниться он не мог, благодаря прочной коже, или, в крайнем случае, чешуе.

Главное – не попасться никому на глаза и не оставлять особых следов. Мало ли что…

Мар говорил, что в светлых землях нелюдь не любят. Узнают – убъют.

Шел с утра до вечера, ночевал и ел то в чаще леса, то на постоялых дворах, там же спрашивал про дальнейшую дорогу. Изредка заходил в деревни, избегал замков и городков. Старательно игнорировал испуганных псов и прочую живность, что разбегалась с его пути.

В трапезных старался сидеть в стороне – больше слушал и смотрел, как люди ведут себя. Так узнавал и новости – что в середине лета в Руан-Нире будет большой праздник, и святоши с магами вместе готовятся провести ритуал. Что в соседней деревне в день наказаний нашли колдуна и несколько ведьм, коих казнили при всем честном народе. Что граф Самарка лютует и снова поднимает налоги в своей вотчине… Оттуда уже целыми деревнями переселяются. Что охотники на химер спешат во владения виконта Надрука, потому что у него в лесу завелась какая-то особо наглая тварь – десять девок извела!

Местные слухи он слушал, но пропускал мимо ушей. Чем дальше, тем спокойнее и уверенне он себя чувствовал и вёл. Про свою магию помалкивал, ибо без диплома считался колдуном, а виденные издалека святоши после всех слухов доверия не внушали.

Тарон понимал, что что-то не так, но разобраться не мог. Он помнил, чему учили его родители, но помнил и жизнь среди таме и среди сикао. Две крайности – неумолимый порядок и безжалостный хаос одинаково стояли на крови. А тут… Как называть то, что он видел, молодой дракон не понимал. Но это ему тоже не нравилось. Пока что на земле магов он встретил всего двух человек, которые ему понравились – Ниска и Фавлана. Остальные не вызывали особого тепла или интереса.

На людях, или ночуя на постоялых дворах, он всегда носил иллюзию, что отлично прятала чешую и прочие изменения, которые стали появляться бесконтрольно. Похоже, что хаос на острове подавлял не только его магию, но и развитие как дракона и теперь его тело постепенно наверствывало упущенное, время от времени напоминая о себе вспышками боли, непрерывным зудом и нытьем в самых неожиданных местах. Ладно, если он был в лесу, но иногда его накрывало прямо во время ужина, и было очень трудно не показывать, что с ним что-то не так.

- Что это за город? – поинтересовался Тарон у попутчиков.

- Это Палн-Тан, - ответил седой мужик на телеге, - столица вотчины виконта Надрука, да осветит Ол его путь!

- А сколько отсюда до Руан-Нира?

- Считай две осьмушки пешим, - прикинул тот же возница.

- Вот как… - кивнул задумчиво, вспоминая показанную Фавланом карту, - Благодарю тебя!

- Благодарность в кружку не нальешь, - усмехнулся старик с намеком, но Тарон лишь покачал головой.

Он уже знал, что делать так совсем не обязательно, к тому же такие собеседники оказываются слишком навязчивы, и требуют налить, пока не упьются. Два вечера на таких потратил. Конечно они забавные и болтливые, но при этом нелепые и бесполезные.

Так что, узнав, где находится, Тарон развернулся и обошел город стороной. Забавно, что за осьмушку он прошел (вернее пробежал), вдвое больше, чем прошел бы с караваном. Простые люди его не трогали (что возьмешь с такого бедного и невзрачного странника?), а святош, магов и аристократов он старательно избегал.

Обойдя город, он выбрал самую северную дорогу, надеясь, что та выведет его на следующий тракт крайчайшим путем. Тарон уже больше декады путешествовал по Рун-Таросу и считал, что у него отлично получается.

Северная дорога почти сразу вывела его к горам, больше похожим на высокие холмы с редкими скальными столбами. Путь иногда проходил по длинным прямым скальным расщелинам, поверху начавшим рассыпаться. Иногда дорога вооще ныряла в туннели, но чаще змеилась между гор, изредка взбираясь на них, чтобы перемахнуть в соседнюю долину. Внизу всегда текли реки или хотя бы ручьи, а по их берегам стояли деревеньки. Ещё тут, в отличие от прочих мест, в изобилии росли густые хвойные леса, перемежаемые лугами, где паслись бараны.

Блюдо из баранины, попробованное в первый же вечер на постоялом дворе, дракону очень понравилось.

24 грохотавца

На следующий день, под нудным моросящим дождем, он вошел в большую деревню. Можно было и обойти, но ему надоело искать обходные пути, терять дорогу, плутать и искать мосты через реки или трещины. Так что он шел по лесу вдоль дороги пока мог, потом сворачивал к реке, омывал ноги, обувался и продолжал путь как нормальный человек.

Тут Тарон наткнулся на маленькую, вялую из-за дождя, ярмарку – несколько рядов под навесами с разными товарами. Купил немного сушеного мяса и рыбы, мягкого солёного сыра… Он такого раньше не пробовал! Вкусно!

Чуть дальше был ещё какой-то шатер, на входе в который сидел молодой мужчина и чистил меч. Запах из шатра шел странный – смутно знакомый и одновременно чужой. Дракон опасливо подошел, гадая, что же внутри?

- Что, любопытно взглянуть на химеру? – усмехнулся он, заметив взгляд Тарона, - Медька за вход. Ещё одна, если хочешь ударить палкой и две, если хочешь прижечь каленым железом. Чего стоишь? – заметил страж нерешительность парня, - Не бойся, она в клетке и совсем не опасна.

- А как она у вас оказалась? – спросил Тарон, доставая медную монетку. Здешние химерами называли, в том числе порождения хаоса, и было неясно, как с ней сладили.

- Мы – охотники на монстров, тварей и химер. И не таких ловили… - гордо заявил мужик, весело скалясь. Потом фыркнул, - Хотя она хитрая оказалась, зараза. Так что, посмотришь?

- Посмотрю, - пожал он плечами, передавая монетку охотнику. Тот быстро спрятал ее в кошель и отодвинул занавеску.

Капли дождя размеренно стучали по крыше шатра. Внутри было сумрачно, пахло кровью и гнилью. В свете, падавшем от входа, сперва был виден лишь край железной клетки, но потом привыкшие к полутьме глаза заметили в глубине движение и отблеск на глазах.

Тарон выдохнул и шагнул к прутьям, чтобы получше разглядеть…

Что? Как это возможно? Это же…

Дракон!?

- Ты к прутьям не подходи и руки не засовывай, - предупредил охотник, выводя Тарона из столбняка, - Тварь может и укусить. Был тут один резвый дурак, хотел проверить какого тварь полу, так она ему чуть палец не отгрызла.

- Вот как… - он пришел в себя и присмотрелся.

Дракончик был мелкий, чуть побольше собаки, черный как ночь и черноглазый, с золотыми искрами в радужке. Выглядел он (или она?) не ахти – весь в пыли, грязи, царапинах и ожогах. Он лежал на той стороне клетки и пустым взглядом наблюдал за происходящим. Тарон даже вздрогнул, увидев это измученное смирение, граничащее с обреченностью.

Он лежал как-то неправильно. Поджав одну лапу под себя и расправив крыло… на котором было много ожогов и сквозных дырок от ран.

Дракон едва сдержался, чтобы не сотворить какую-то глупость вроде «избить охранника, схватить сородича и бежать». Это же… Это же детеныш! Конечно старше, чем был Тарон перед похищением, но все равно детеныш! Как он тут оказался? Где его родители или другие сородичи? И если есть он, значит, есть и другие! Это дает надежду.

- Что это с ним? – повернулся Тарон к стражу, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость.

- С ней, - поправил охотник, - Это самка, хотя кто их, тварей, разберет. Мы поймали её пять дней назад, между соседними деревнями. Пугала девок и воровала баранов. Она хитрая оказалась, и логово сделала в высоком месте. Но мы же профессионалы! – воскликнул азартно, - Наш маг смог достать её и загнать в ловушку. Пришлось сразу же её вырубить и запихнуть в клетку – она сильно сопротивлялась. Потом мы отправились в путь, но почти сразу зарядили дожди, все дороги развезло, и мы остановились тут. Вот и начали показывать людям, чтобы знали, что охотники всегда их защитят от таких тварей.

- А что с крылом?

- У нее чешуя прочная, только крыло легко повредить, вот люди и расстарались, - объяснил болтун, - В первые дни быстро заживало, а теперь что-то не очень. Нам же лучше, что она дохлее будет. Мы её потому и не кормим.

- И куда её теперь? – сдержав гнев, спросил дракон. Она же наверняка голодная!

- К святошам, само собой. Они проведут обряд по изгнанию хаоса из тела твари и сожгут, а нам дадут награду.

- Вот как… Понятно… - задумчиво покивал Тарон, - А ты тут один что ли?

- Нет, конечно. Остальные в трактире сидят, - ответил с ноткой зависти, - Меня оставили сторожить и брать деньги с желающих поглазеть. Ну ничего, скоро меня сменят… - протянул охотник, но тут же опомнился, - Только вот уже почти никто не ходит – все деревенские успели побывать тут, да и дождь этот…

- Да, дождь противный, - согласился Тарон.

- Так что, ударишь её? – спросил с интересом, - Или обожжешь? Или тебе хочется ранить тварь? Я могу даже свой клинок одолжить, мне не жалко, только плати.

- Пожалуй, откажусь.

Тарон едва смог сказать это спокойным голосом. Он видел, как затравленно напряглась маленькая драконочка при словах охотника, и как облегченно выдохнула после ответа Тарона. А ещё она начала принюхиваться, но не могла понять, в чем дело. Он подошел ближе к клетке и наклонился.

- Ты понимаешь меня? – шепнул он так, чтобы услышала только она, - Моргни дважды если да.

Она помедлила… и моргнула. Дважды.

- Я вытащу тебя, драконочка. Слово дракона.

Тарон вмешался в плетение амулета и на миг показал свои глаза, отчего глаза черной удивленно распахнулись. Её взгляд метнулся по сторонам, замер на проходе, где стоял охранник, и тут же поник. Не поверила?

- Ладно, я пойду, - уже нормальным голосом сказал Тарон, выпрямляясь - Хочу сегодня дойти до соседней деревни.

- В такую мерзкую погоду? – усомнился охотник, - Все дороги развезло, не проехать.

- Так я пешком, - он отошел к выходу, - Сюда дошел, доберусь и туда. Посоветуешь, через которую лучше в сторону столицы идти?

- Наверное, через Горуху, - прикинул мужик, - но ты лучше спроси у местных.

- И то верно, - согласился он и выдавил, - Спасибо…

Он дошел задолго до заката, поселился на постоялом дворе, хорошенько поужинал и поднялся в снятую комнату где, по мнению остальных, пробыл до позднего утра.

На самом деле Тарон почти сразу выскользнул в окно и поспешил обратно. По его ощущениям, уже приближалась полночь, когда он оказался на окраине деревни. Собаки его не любили, но он ещё на островах научился прятать от животных свою суть.

Дракон замер, отдышался и сосредоточился, укрывая себя всеми известными способами. Как тогда, когда наблюдал за чужаками… Да… Несколько особо чутких собак наконец утихли, лишь настороженно поводили носами, но дождь скрадывал запахи. Тарон пошел по грязи, магией укрепляя её под своими ногами, чтобы не оставлять следов. Он старательно избегал светлых мест и подолгу замирал в тени кустов и деревьев, чтобы прислушаться – не идет ли кто? Нет ли испуганных возгласов?

Это было похоже на первую самостоятельную охоту, когда его отправили в джунгли одного, без оружия и амулетов. Дивная была ночь.

Дракон повел носом и раздраженно выдохнул – дождь и ему забивал весь нюх.

(прода от 01.03.2022)

Наконец он оказался возле шатра. После недолгого наблюдения, он пришел к выводу, что внутри всего один охотник. Не тот, другой. Он сидел внутри, у походного очага, и дремал.

Тарон замер возле входа и заглянул в щель между занавесками, едва заметно раздвинув их. Действительно, дремлет, свесив голову на грудь. Рядом лежат несколько железных прутьев, пахнет чем-то паленым и свежей кровью. Он вздрогнул и заставил себя сосредоточиться на деле. Надо освободить её. Это главное.

Перебрал в уме доступные способы надолго успокоить человека. Увы, большинство из них были смертельными, ещё часть рискованными и был один надёжный… Точно, если человек, облученный из излучателя, расслаблен, то боли потом нет. На-Рол как-то объяснял, что излучение фиксирует положения большинства двигательных мышц, не затрагивая внутренние, которые отвечают за функционирование органов, и нервы, поэтому серце и дыхание не останавливаются, как и работа мозга. Но если выстрелить в упор в район сердца, оно остановится. А если сзади в шею… Человек вырубится на пару часов! Но может и умереть. Но видя, как обращались с драконочкой…

Решено! Тарон чуть увеличил область своей магической «незаметности» и скользнул в шатер. Тихо прошел за спину охотника и нажал на курок с расстояния в половину метра. Сработало ли? Неизвестно, но эхо от излучения пошло. Драконочка даже проснулась и оглянулась, едва приподняв голову.

Он присел возле охотника и заглянул ему в лицо. Глаза закрыты, дышит, серце бъется. Жив.

Теперь надо осмотреть клетку. Толстые прутья, приваренные к рамам, а те сварены между собой. Неужели нет дверки? Действительно нет. Поэтому он выбрал самые длинные и тонкие прутья, и просто раздвинул их. Драконочка смотрела на это со смесью страха, удивления и смутной надежды.

- Готово, теперь ты можешь выйти, - прошептал-прошипел Тарон.

Вздрогнула. Узнала? Наверное – он был все в том же плаще, только личину выключил.

- Я помогу тебе, не бойся, - сказал успокаивающе, - Просто освобожу и подлечу.

Она задумалась. Потом зачем-то полезла носом под крыло, с трудом приподняла его… На её задней левой лапке был железный браслет, от которого тянулась масивная цепь к пруту клетки.

- Понял, - пробормотал он, просовывая руки в клетку. При этом случайно коснулся её морды… Пальцам стало тепло, будто погрузил в горячий источник.

Осторожно ощупал лапу, схватил браслет и легко разломил его. Дракона с трудом поднялась, но её тут же повело, и лапы подогнулись. Передняя правая сильно ранена, крыло болтается, хромает на обе задние лапы…

Тарон подхватил малышку и бережно достал из клетки. Прижал к себе… Она задрожала, и её сердцебиение ускорилось, стиснула зубы…

- Больно?

Кивнула.

- Прости. Надо спешить, но как только будем в лесу, я тебя подлечу.

Дракон выскочил из шатра и побежал, сосредоточившись на том, чтобы скрывать свое и её присутствие, не приминать грязь и не слишком сильно сжимать драконочку. Девочка тепрела и молчала, сопя где-то у его уха. Это отвлекало, но значило, что она жива. Иногда по её телу пробегала дрожь, и обломанные когти нелепо царапали плащ.

Деревню он покинул гораздо быстрее, чем дошел до шатра. Отойдя немного в чащу, Тарон присел на поваленное дерево и усадил драконочку себе на колени.

- Все будет хорошо… Я тебя вылечу, малышка. Я плохо умею, но я постараюсь… Пить хочешь? – кивнула, - Вот, у меня во фляге есть.

Она судорожно глотала воду, откашливалась и тянулась ещё.

- Я начну лечить. В перерывах буду поить водой или отваром, у меня есть немного.

Она задрожала и уткнулась ему в плечо. Да, довольно удобно. Тарон положил руки на её худое тельце и начал. Мелкие ранки зажили быстро, с большими пришлось повозиться. Вывих он с трудом вправил. Крыло подживил, но к тому времени понял, что истощен, да и пора бы выдвигаться дальше, если он не хочет встретить утро тут и объяснять охотникам, зачем украл химеру.

- Теперь получше? – спросил, закрывая опустевшие фляги.

Она кивнула.

- Нам пора. До рассвета надо вернуться на постоялый двор.

Тарон расстегнул плащ, прижал её к себе и застегнул поверх. Правой рукой он держал её пока бежал. Драконочка обняла его лапами и задремала.

Она резко открыла глаза и подняла голову. Непонимающе оглянулась, подслеповато щурясь под ярким светом из окна, где перестал идти дождь и тучи стали прозрачнее.

- Светлого дня! – Тарон сидел перед ней и завтракал, - Есть хочешь?

Девочка кивнула. Она лежала на кровати, на грязных простынях… При чем простыни были пятнистыми задолго до поселения Тарона. Поэтому он спокойно поставил перед ней плошку с горячим бульоном и придерживал, пока драконочка жадно пила.

- Ещё?

Кивнула, но повела носом в сторону его тарелки.

- После голодания нельзя переедать, - строго заявил парень и тут же вздохнул, - Но мы же драконы… Голодать или оставаться без мяса мучительно. Для начала вот.

Он положил в ту же миску несколько кусков мяса со своей тарелки. Драконочка жадно накинулась на них и буквально смела. Посмотрела растерянно на миску. Потом жалобно – на Тарона.

- Пока – все. Через пол часа дам ещё.

- Ууууу… - тихо-тихо завыла она.

- Нет. Для начала хватит. На-Рол только начинал меня учить, и я плохо разбираюсь в болезнях, но после голодовки лучше есть маленькими порциями по часам. Может лучше ещё бульона?

Драконочка была недовольна, но кивнула. И уже неспешно, явно растягивая удовольствие, выпила вторую порцию.

- Знаешь, я не убил их только потому, что они – охотники на химер и приняли тебя за химеру, - задумчиво сказал Тарон, наблюдая за ней и рассматривая трудно заживающие раны, - Если бы они знали, что ты драконий детеныш, и специально издевались, я бы точно их убил. Но отец говорил, что убивать плохо. И я слышал истории о тех, кто убивает без разбору или чтобы истребить ненужных… Мне не понравилось. К тому же мне было важнее вытащить тебя и исцелить, а не поубивать их или ещё как-то отомстить.

Её взгляд потеплел. Она осторожно поднялась на лапки, подползла к нему и положила морду на бедро мужчины. Тарон мягко погладил её по голове, ощущая, как рука нагревается. У драконочки оказалась мягкая, шершавая от грязи чешуя и подобие маленькой гривы из тонких черных волосинок, которые пробивались через стыки чешуи на затылке и шее. Такие мягкие, почти невесомые волосинки, тем не менее весьма прочные и упругие.

- Да, давай что ли знакомиться, - дракон улыбнулся, - Мое драконье детское имя переводится как Ночной Туман, но позже меня назвали Тарон. Не драконы, люди среди которых я рос. А ты?

Драконочка фыркнула.

- Ты не можешь говорить? – кивнула, - Жаль… Тогда я буду называть тебя… Малышка.

- Грррр… - она прищурилась.

- Ладно-ладно, - Тарон усмехнулся, - Тогда может… Кнэша?

Она заглянула ему в глаза и склонила голову на бок.

- Это зверек, похожий на кошку, только крупнее и частично покрытый чешуей, - объяснил дракон, - Я их, кстати, так и не увидел, только с чужих слов знаю. Но кошек видел, и ты на них немного похожа.

Взлетели обе брови.

- Ну не в точности, но весьма. Так что, согласна?

Она подумала немного и кивнула.

- Рад знакомству, Кнэша.

Новопоименованая драконица важно склонила голову. Потом зыркнула в сторону тарелки с завтраком.

- Даже не надейся. Пол часа.

- Ррррр…

Эпилог

Руташ устало приплелся в свою хижину и рухнул на лежанку. Как же он устал… Сикао, конечно, полны энтузиазма, но мастерства и терпения у них почти нет. Как же это злит! Пришлось сегодня избить двух «помощников» за угробленную лодку, уже почти готовую к плаванию. А те ещё и отбивались! Дикие нравы у этих людей…

Ему на миг показалось, что его позвал На-Рол, обычно присматривавший за всеми в быту и заставлявший хоть как-то поддерживать порядок, однако нет… Врач уже день как уплыл и его просто не могло быть здесь… Так почему? Ах да, какой-то из приборов пищит. Наверное забыл выключить и упаковать во избежание… Стоп! Руташ поднял голову и оглянулся. В углу На-Рола все тихо – механик лично помогал врачу упаковывать все приборы, проверял и отключал их. Это… Писк от лежанки До-Лана!?

С трудом подняв свое тело с лежанки, Руташ поплелся к приборам, что так и стояли там, где их оставили. Точно, сигнал шел от ноутбука. Разрядился что ли? Да вроде не должен… Тем не менее механик открыл ноутбук и недоверчиво уставился на экран – он работал. И писк шел от… Усталость мгновенно смело как не бывало, Руташ сел на лежанку, едва не уронив ноутбук.

Там была открыта программа для переписки. Но как? Покопавшись в памяти, механик вспомнил одну из последних придумок ученого – в случае, если на маяк придет сообщение, ноутбук автоматически включится, получит его и озвучит сигнал. Более того – у той стороны будет возможность делать с ноутбуком что угодно, была такая программа в архиве.

Механик прикрыл глаза, выдохнул и дрожащими пальцами открыл сообщение. Ругнулся… Поставил ноутбук и побежал за товарищами. Это им стоит прочитать вместе.

Военная база таме, сектор портальных установок.

Спустя пять дней после отправки экспедиции.

- Почему вы не можете связаться с ними? – плохо скрывая злость, процедил командир Ар-Жен, - Вы говорили, что эти маяки надежны на сто процентов!

- Мы пытаемся выяснить это, командир, - Ур-Ман, оператор установок ментального воздействия и куратор по исследованию новых направлений путешествий, был взъерошен, серьезен и мрачен – он явно недосыпал, - Мы даже не предполагали, что в работе маяка может произойти сбой. На нашей стороне все, очевидно, в порядке… Мы уже дважды проверили! – поторопился уточнить Ур-Ман.

- Тогда почему он не работает?

- Он работает, - возразил другой ученый, Ну-Мик, и начал объяснять, - Понимаете, работа блока связи основана на эффекте квантовой запутанности. Что бы не произошло с одним фотоном, второй всегда в точности зеркалит его состояние…

- Не понимаю, - оборвал его Ар-Жен, - Но раз он работает, то почему нет связи?

- А может есть? – ученый с вызовом уставился на Ур-Мана, но тот в ответ скривился.

- Мы не получили ни одного четкого сигнала.

- А как же… О, вот опять началась эта дрожь! – Ну-Мик ткнул пальцем в монитор, - Видите эти пики активности! Они регулярные!

- Это просто помехи, - закатил глаза оператор, - Может рядом черная дыра или особо активная звезда…

- При этом способе связи нет никакой разницы, что рядом! – продолжал доказывать Ну-Мик, явно не впервые, - А от того, что могло бы повлиять, маяк полностью изолирован! Я лично производил настройку и проводил проверки! Там все в порядке!

- Тогда в чем дело? – вклинился в спор Ар-Жен, - Почему маяк не работает?

Они промолчали. Остальные ученые вообще старались не отсвечивать и спрятались за мониторами. Только один, продолжавший работать, вдруг подскочил, нахмурился и тут же просиял:

- Ну-Мик, подойдите посмотрите, - позвал он, - Кажется я кое-что нашел в тех помехах!

- Что там, Га-Рут? – ученый зыркнул на Ур-Мана и поспешил к коллеге.

- Похоже на сигнал! – он ткнул пальцем в график колебаний на мониторе, - Только он очень быстрый, наша аппаратура не успевает понять, что это. Я сейчас сравнил помехи и смотрите – начала у них почти идентичны! А вот конец немного меняется и дополняется, как если бы туда добавляли информацию. И да, длина сигнала понемногу увеличивается.

- Ты думаешь, что это и есть сигнал? – понял Ну-Мик, - Но почему его скорость увеличена?

- Я не знаю. Протоколы должны быть стандартные, - Га-Рут пожал плечами. За их спинами уже начали собираться другие.

- Мы можем расшифровать то, что получили?

- Нет, аппаратура не успевает фиксировать часть сигнала, - покачал парень головой, - Но мы можем попытаться сравнить то, что есть и сопоставить.

- Ещё можно перенастроить приемник, чтобы повысить чувствительность… Придется разгонять аппаратуру, чтобы увеличить скорость реакции, - он кивнул и развернулся к коллегам, - Слышали? Займитесь аппаратурой. Вы двое, помогите Га-Руту с сопоставлением и расшифровкой. Вперед!

- Так вы наладите связь? – уточнил Ар-Жен. Не прогресс, но хоть какие-то подвижки.

- Мы постараемся.

На следующее утро его встречали трое невыспавшихся ученых, едва не падающие под стол от усталости, накачанные кофе и энергетическими напитками по самые уши, но довольные донельзя.

- Получилось? – не стал ходить вокруг да около командир.

- Почти, - Ну-Мик гордо улыбнулся, - Мы были правы – это и есть сигнал. А были бы чуть сообразительнее, сразу сравнили бы стандартную частоту отправки сигнала с частотой и регулярностью помех, - он снисходительно посмотрел на скривившегося Ур-Мана, - В общем, время в том мире течет намного быстрее.

- Что? – Ар-Жен недоуменно уставился на него.

- Да-да, мы тоже были удивлены, но другого объяснения нет! – Ну-Мик развел руками, - Пока у нас проходит час, у них – больше двадцати! К сожалению, наша аппаратура просто не способна уловить этот сигнал полностью, как и передать ответный – маяк проигнорирует наш сигнал как помехи. Максимум ускорения – в пять раз.

- Так дело в аппаратуре? Закажите лучше…

- Эта аппаратура и так лучшая и новейшая, - ученый вздохнул, - Это плохая новость. Хорошая новость в том, что мы смогли уловить и расшифровать сигнал, так что через пару часов закончим с расшифровками и отчеты лягут вам на стол… А их там много. В том мире прошло уже три месяца.

- Хорошо, - плечи Ар-Жена едва заметно опустились, выдав его облегчение, - Молодцы. Продолжайте работать и искать способ связаться с экспедицией.

- Да есть вариант, - пробормотал Га-Рут, - Если бы тот маяк стал работать хотя бы вдвое медленнее, или вообще с нашей скоростью…

- А что, это возможно, - Ну-Мик уставился на младшего коллегу, - Мы ведь имеем удаленный доступ, а значит, можем отсюда перенастраивать работу маяка. Достаточно будет на пару секунд, пока передается сигнал для настройки, разогнать аппаратуру на нашей стороне до нужной скорости. Этого будет достаточно… Но как это сделать?

- Может магией? – сказал Ур-Ман и сам удивился. Но у него было право предлагать это, - Нам известно заклинание, ускоряющее время в несколько раз на небольшое время. Накопленной благодаря Та-Рону магии хватит секунд на пять. Нам нужно только разрешение.

Ученые дружно повернулись к Ар-Жену.

- Я ничего не понял, но разрешаю, - кивнул он, - Только наладьте наконец-то связь!

Времени, чтобы переделать установку связи и добавить магический круг ушло довольно много – три дня! Ар-Жен и руководство уже успело изучить отчеты и каждые сутки получали дополнения, которые совсем не радовали. Большая часть экспедиции погибла из-за агрессивной среды обитания или местных дикарей. Те, кто остался, вынужденно выучили их язык и присоединились к племени. Ту-Мора, последнего выжившего офицера, отстранили от командования, вместо него решив, (неслыханное дело!) подчиняться Та-Рону! Многим ещё офицеры были возмущены или встревожены, но возразить не могли. Действия экспедиции были признаны рациональными и адекватными ситуации.

Что им понравилось, так это решение начать войну между дикарями с островов и с материка. Ново, свежо, необычно и интересно – насколько эффективно? Может так будет оптимальнее и придется тратить меньше ресурсов? Ги-Раю за это решение присвоили звание десятника, о чем сообщат на первом же сеансе связи.

Наконец, установка заработала. Пять! Всего пять секунд! И спустя минуту ученые разразились воплями.

- Итак? – уточнил Ар-Жен.

- Получилось! – Ур-Ман был доволен и горд, - Маяк прислал ответ на скорости в четыре раза ниже прежней, это на нижней границе работоспособности его аппаратуры. Это ускорение мы вполне можем поддерживать. Ну-Мик?

- Сейчас… - он что-то переключил, - Да, теперь все синхронизировано. Получаем свежие отчеты…

- Отлично, вы молодцы, – степенно кивнул командир, - Когда будет звуковая связь?

- Её не будет, - покачал головой Ну-Мик, - Их слова прозвучат для нас как быстрая тарабарщина, а наши для них – как очень замедленная запись. Оптимальнее будет общаться текстовыми сообщениями… Так, я вижу доступ к их рабочему ноутбуку. До-Лан молодец! Жаль, что погиб, с его помощью на той стороне мы бы многое смогли сделать.

- Если хотите, можете записать видео или аудио обращение, и мы отправим его на их ноутбук, - сообразил Ур-Ман, - Это, конечно, для них займет время, но других вариантов нет.

- Хорошо, так и сделаем. Текстовое сообщение готово?

- Да, - Ур-Ман кивнул и открыл, - Тут мы в общих чертах объяснили, что со связью. Добавить ваше сообщение?

- Отправляйте так, я сейчас займусь его написанием, - махнул рукой командир, - Остальное позже.

Западные острова, центральный остров архипелага.

Остатки экспедиции таме.

- Время идет настолько быстрее? Час там это здешние сутки? – у Ги-Рая выразительно вытянулось лицо, - Так разве бывает?

- Похоже, что да, - Руташ и сам был шокирован, - Но это вполне объясняет, почему мы не могли связаться. Частоты не совпадают и аппаратура принимающей стороны не справляется.

- И что нам делать?

- Да ничего, таме уже нашли решение, и во все новые маяки будут встраивать протокол настройки и сравнения времени и частот сигнала. Вот видите? – механик обвел товарищей торжествующим взглядом, - Нас не бросили!

Ги-Рай в ответ улыбнулся, а Ту-Мор никак не отреагировал – десятник спал, упившись до беспамятства, и ещё не знал о связи с Таме.

- Что там ещё пишут?

- Да ничего пока… О, входящее дошло! Это от Ар-Жена… - Руташ пробежал взглядом по строчкам, - Они одобряют наши действия и принимают их как оптимальные и рациональные. Так, тебя повышают до десятника и ставят командиром экспедиции за решение о стравливании дикарей… Поздравляю! Та-Рона приказано сместить в рядовые… Ту-Мора лишают звания десятника и тоже переводят в рядовые. Так… приказано продолжать подготовку к войне… Ещё тебя обязуют передать как можно более подробный отчет о доступных силах островитян и добытые сведения о тех, кто на материке… А, это Та-Рону…

- О нет… - Ги-Рай схватился за голову, - он же уплыл вчера!

- И что?

- Он почти ничего не рассказал мне! – новоявленный офицер смотрел растерянно, - Мы откладывали этот разговор из-за других дел и забыли…

- Турхарова бездна… - ругнулся Руташ, как любил делать Мар, когда у него что-то не получалось.

На следующий день, около полудня, разразилась буря.

Зашумели, закачались ветки от поднявшегося ветра. Он быстро усиливался, рвал и метал, выворачивал деревья с корнями, уносил прочь плохо укрепленные крыши дикарских хижин, гнал волну, и она переплескивалась через борта лодок. Скоро к ветру присоединился дождь и молнии, грохотавшие над островами и…

Блеснула молния. Маяк в который раз выдержал попадание, но вот скала, на которой он стоял, раскололась. Медленно-медленно сполз край и обрушился в реку. Однако на такой случай маяк обладал некоторой плавучестью и, ткнувшись в дно, поднялся подобно поплавку, примерно на половину глубины реки, и поплыл вниз по течению.

Вскоре он зацепился за затонувший ствол дерева и следующих несколько месяцев провел там, продолжая исправно работать. В конце лета уровень реки упал, маяк высвободило и унесло в море, где он завис на глубине метра, постепенно погружаясь глубже под тяжестью нарастающих на нем ракушек, кораллов и различного мусора.

Только после этого пропала связь с ноутбуком экспедиции – даже с антеннами дальности сигнала не хватало, но причин никто из таме так и не узнал. Хотя данные с дронов высокого полета продолжали поступать в мир таме, вырисовывая карту этого мира.

// 01.03.2022 Вот и закончена выкладка книги "Дважды попаданец". История Тарона продолжается в книге "Кодекс Тёмной Драконы", но там он появится в третьей/четвертой главе (мы с музами сами ещё не решили, как разделить там текст).

Кодекс Тёмной Драконы по ссылке: https://author.today/work/176051

Живу в Украине. Молюсь о мире. Нет войне.