Дважды одарённый. Том IV

Глава 1

Чуть ранее. Имение графского рода Варзухиных.

В южной части имения располагалась любимая беседка главы рода. Она стояла в самом центре пышно цветущего розария, за которым лично ухаживала молодая графиня Варзухина-старшая. Именно в этой беседке сегодня граф подписал важный для себя документ.

Валерий Сергеевич Варзухин двумя руками закрутил свои пышные усы и жестом велел верному слуге Альберту наполнить бокалы. Седобородый высокий слуга элегантно наклонил бутылку мерло и налил ароматный напиток графу и его гостю.

— За то, чтобы всё прошло без сучка без задоринки. Чтобы твои связи в Ольденбургско-Саксонском королевстве позволили мне оттяпать жирный кусок винного рынка в Германской Империи! — весело произнёс Валерий Сергеевич и поднял свой бокал.

Гость Варзухина был равен ему по статусу — также являлся главой графского рода. Однако же в глазах общественности этот человек с холодным решительным взглядом и острым как клюв хищной птицы носом по своей значимости превосходил практически всех имперских аристократов.

Сухой жилистой рукой гость потянулся к бокалу и поднял его со стола.

— За успех, — прогремел он в ответ.

Бокалы зазвенели, и оба графа осушили их едва ли не залпом. Оба они знали, что в высоком обществе вино принято смаковать, однако же наедине друг с другом могли дать волю своим привычкам.

Оба этих человека были из тех, кого некоторые называют «боевой аристократией». Они не чурались замарать руки и за свою жизнь прошли сотни сражений. На поле боя они чувствовали себя гораздо лучше, чем на светском приёме.

Но и на приёмах тоже умели блистать.

Граф Варзухин откинулся на спинку мягкого уличного кресла и с полуулыбкой на лице оглядел своего гостя. Высокий, худощавый, с чёрными волосами и чёрными же глазами, в своём излюбленном чёрном костюме, он мог показаться нескладным, однако же такое впечатление было обманчивым. Ведь перед Варзухиным сидел один из сильнейших воителей Империи. Тот, кто по достоинству носит титул Первый Меч Империи, граф Ярополк Германович Воронцов.

— Что? — хмуро спросил Воронцов, заметив хитрый взгляд Варзухина.

— Да смотрю на тебя, Ярый, и в очередной раз ловлю себя на мысли, что не похож ты на бравого мечника. Эх, внешность так часто бывает обманчивой…

Граф Воронцов нахмурил кустистые брови и неодобрительно покачал головой.

— Кто бы говорил, Валера, — недовольно ответил он. — Как боец твоего уровня мог отрастить такой живот, а? Это же почти противоестественно! Мана в наших каналах поддерживает наши тела в лучшей форме. А ты стал похож на неодарённого купца!

— Ха! — весело усмехнулся Варзухин и сложил свои ковшеобразные ладони на брюшке. — А это и есть лучшая форма, Ярый. Знаешь, как говорят математики? Шар — идеальная фигура! Да и потом, это ж дополнительная броня! Тебе кожу пробьют и сразу внутренности достанут! А мне — далеко не сразу.

Он широко улыбнулся и жестом велел Альберту снова наполнить бокалы.

— Когда никто не видит, ты всё такой же балагур, — со вздохом произнёс граф Воронцов, взяв в руки бокал.

— А ты в любое время суток тот ещё зануда. Но даже такого, как говорят мои младшенькие, «душного» зануду мир способен удивлять, — усмехнулся Варзухин и с преувеличенным вниманием уставился на своего давнего товарища.

— Ну что ещё? — снова недовольно вздохнул Ярополк Германович. — Говори уже, Валера.

— Сперва снова выпьем за успех! Перспектива покорить Германский рынок меня очень сильно будоражит, поэтому пьём снова за то же самое!

Воронцов неодобрительно покачал головой, но молча чокнулся и осушил бокал. Вино с виноградников Варзухиных в самом деле было отменным.

— Так что ты хотел? — спросил Первый Меч Империи, ловко подцепив вилкой кусок сыра с грецкими орехами. — Чего опять тень на плетень наводишь?

— Да так… — отмахнулся Варзухин. — Всего-то любопытство меня немного гложет… Как так вышло, что какие-то Масловы посмели напасть на Алису Резанову? Я слышал, не похитить её пытались, а ликвидировать. Странно, что ты это допустил, учитывая твои планы на род Резановых.

Граф Воронцов несколько секунд сверлил своего старого товарища пристальным взглядом, а затем скривился и произнёс:

— Если ты поднял эту тему, то должен понимать, как в действительности обстоят дела. Все значимые лица знают, что у меня есть виды на род Резановых, а мелочь никогда просто так не рявкнет на графский род. Вот и весь секрет — через Резановых хотели досадить мне.

— А заодно и покончить с самими Резановыми, — с пониманием кивнул Варзухин и внимательно посмотрел на Воронцова. Тот на секунду поморщился, и Валерий Сергеевич, не выдержав, усмехнулся: — Ты совсем-то их со счетов не списывай. Да, они сейчас слабы. Но некоторым проще вычеркнуть эту фамилию из Бархатной книги раз и навсегда, чем возиться с ними, как ты.

Мужчины замолчали. Граф Воронцов задумчиво уставился на розы цвета рассветного солнца, которые росли на двухметровом кусте рядом с беседкой.

— Полагаю, ты в курсе, что за Масловыми стоят пруссы и бриташки, — хмуро произнёс Воронцов.

— Эй! — наигранно возмутился граф Варзухин. — Невежливо так говорить! Великое княжество Крымское — такая же часть нашей Империи, как и… ну, например, Великое княжество Варшавское.

Ярополк Германович резко обернулся и ожёг своего давнего товарища пылающим взглядом. Он очень не любил иностранцев, лезущих в управление Российской Империей. А все знали, что в жилах Романовых-Крымских обильно течёт кровь Саксен-Кобур-Готтской (иначе говоря, Винзорской) династии. Представители этой династии правят Прусским королевством, а Прусский король по умолчанию является ещё и Германским Кайзером. Так же Винзорская династия правит Британской Империей.

Да, Ярополк Германович не любил иностранцев… А ещё он очень сильно не любил, когда ему напоминали, что Великие князья Романовы-Варшавские, которых активно поддерживает род Воронцовых, по крови своей уже давно не Романовы, а Гольштейн-Готторпы. Такие же Гольштейн-Готторпы правят Ольденбургско-Саксонским королевством. И король этого королевства по умолчанию получает наследственный титул Канцлера Германской Империи.

Таким образом, в огромной Германской Империи, состоящей из четырёх королевств, множества герцогств, княжеств и вольных городов, дуалистическая система управления.

И обе ветви этой системы — и Кайзер, и Канцлер — проникли глубоко-глубоко в политическую систему Российской Империи, обосновавший в великих княжествах — Варшавском и Крымском.

— Ну что ты на меня так смотришь, Ярый? — хмыкнул Варзухин. — Тебе давно пора научиться быть честным с собой. Разделять личное и деловое. Интересы рода тебя увели в сторону Великого княжества Варшавского. Притом что лично ты — Первый Меч Империи, главный Страж Императора, и… как будто бы должен поддерживать род, из которого вышла нынешняя Императорская семья.

«То есть, Великих князей Новгородских», — мысленно закончил Варзухин.

— Ты правильно сказал, — поморщился граф Воронцов. — Я служу Империи и Императору. А не конкретному роду или конкретной семье. Оставим это, Валера. Или мы снова поссоримся.

— Конечно-конечно! — поднял руки в примирительном жесте граф Варзухин. — Кто ж захочет ссориться после заключения такой выгодной сделки. Давай лучше… продолжим нашу светскую беседу. Например… Как ты думаешь, друг мой, что будет дальше с Масловыми?

Воронцов снова нахмурил кустистые брови и стал пристально вглядываться в лицо Варзухина, пытаясь понять, что же тому известно.

— Ничего, — хмуро ответил Ярополк Германович.

— Думаешь? — изобразил удивление Варзухин. — А я вот слышал, что после провального покушения на графиню Резанову выжившие члены рода сбежали в свою дальнюю усадьбу, расположенную в сосновом бору недалеко от Пензы. Усадьба по бумагам принадлежит мелким дворянам, вышедшим как раз из бывших Слуг Масловых, и сохранившим с ними очень тесную связь. Можно бы сказать «вассальную», но разве дворяне могут иметь вассалов? — Варзухин усмехнулся и сам налил вина себе и собеседнику. А затем продолжил: — Куцей службе безопасности рода Резановых потребовалось много времени, чтобы выяснить, где Масловы, и подготовиться к нападению. И вот сегодня… как говорят, Владислав Александрович лично повёл своих бойцов с карательной миссией в усадьбу вассалов… ну, в смысле, «друзей» Масловых под Пензой. Масловым конец, мой друг.

Валерий Сергеевич молча предложил выпить, вновь послышался звон хрусталя, и спустя несколько секунд граф Варзухин потянулся за оливкой. Он не смотрел на своего давнего товарища, но прекрасно знал, что сейчас Воронцов пытается пронзить его колючим взглядом.

— Какая… занятная история, — процедил граф Воронцов. — Полагаю, тогда Масловым в самом деле конец. Туда им и дорога. Нечего было выслуживаться перед великим княжеством Крымским.

— Действительно! — хмыкнул Варзухин. — Так им и надо.

— Н-да… — процедил Воронцов в сторону и, медленно повернувшись к другу, спросил: — А меня вот другое заинтересовало. С чего это вдруг ты, граф-винодел, так внимательно следишь за делами рода Резановых, а?

— А что в этом удивительного? Граф Владислав Александрович Резанов был не только твоим, но и моим командиром тоже. Считай, наставником. Разумеется, я интересуюсь, как у него дела. Знаешь, как иногда студенты ходят проведать приболевшего преподавателя? Хотя я, конечно, не ходил к Резаку, но издали поглядываю.

— И всё же раньше за тобой такого пристального интереса я не наблюдал, — подался вперёд Воронцов.

— А раньше в МАУД не учился один интересный простолюдин по фамилии Егоров, — пожал плечами граф Варзухин.

— Ты и про него знаешь? — скривился граф Воронцов. — Хотя… я не удивлён. Круг тебе нашептал, да? — Он бросил острый взгляд на перстень с гербом рода Варзухиных, который Валерий Сергеевич носил на мизинце.

— Круг? — опешил Варзухин. — Да ну тебя, Ярый! Братья и сёстры огорчают меня всё больше и больше с каждым днём! Я только-только отошёл от того, что мне пришлось оставить пост замглавы ОКЖ. А ты знаешь, как я хотел возглавить всю Жандармерию, да меня попросили уйти в отставку… Ну ничего, я нашёл успокоение в родовом деле, в наших виноградниках, жил не тужил, о процветании рода думал… И что же в итоге? Круг отказал мне в помощи сосватать моего средненького за великую боярыню Романову-Варшавскую! Ну что за наглость, а! А между прочим, Марьяна Арнольдовна ему нравилась. Да и он ей тоже… Представляешь, если бы всё сложилось, мы бы могли с тобой породниться через наших сыновей и двоюродных сестёр Варшавских-Романовых! Но не вышло, у Марьяны Арнольдовны нынче новый ухажёр.

— Сочувствую, — хмуро произнёс граф Воронцов, пытаясь понять, что же за этим фарсом скрывает его собеседник.

— Спасибо, дружище. Но, право, не стоит. Сынок мой недолго горевал и сейчас увлёкся одной известной певичкой Амбер.

— И ты не против этого увлечения? — поддержал беседу Воронцов.

— Главное, чтобы дети были счастливы, — улыбнулся Варзухин. — Даже если он решит на ней жениться — примем. Будет песни петь на семейных вечерах. А я могу ей аккомпанировать на фортепиано, ты знаешь, как я играю, и…

Он замолчал, когда телефоны обоих графов внезапно заговорили тяжёлым женским голосом:

«Внимание всем дважды одарённым! Активирована программа экстренного оповещения о чрезвычайных ситуациях…»

Граф Воронцов резко встал с места и быстро произнёс:

— Спасибо за вино, Валера. Увидимся!

— Уже ходишь? — хмыкнул граф Варзухин, неспешно поднимаясь.

— Долг велит мне возвращаться в Кремль и организовать оборону.

— С твоей силой от тебя было бы больше пользы в Проклятых Землях, — хмыкнул Варзухин.

— Я не могу. Но вместо себя отправлю Филиппа. Всё, до встречи.

Мужчины пожали друг другу руки, и граф Воронцов рванул к своей машине.

Валерий Сергеевич медленно уселся в кресло и дослушал до конца экстренное оповещение.

— Наследник Воронцовых будет представлять свой род… — задумчиво произнёс он, не глядя на Арнольда, который, бесшумно остановился подле правого плеча господина. — Может быть, мне тоже отправить сыночка? Он уже проснулся после очередной весёлой ночки?

— Так точно, ваше сиятельство.

— Иди скажи ему, что я его жду.

Граф Варзухин остался один и молча уставился на куст белоснежных роз, невольно припомнив, как несколько лет назад получил его саженец в дар от ныне покойной императрицы.

«Ярый точно знал, что Владислав Александрович сегодня направился за Масловыми, — резюмировал для себя граф Варзухин, который внимательно следил за реакцией собеседника во время разговора. — Учитывая, что он хочет сделать из Александра Егорова своего вассала, а юную графиню выдать замуж за своего человека… Он получил удобный шанс избавиться от главы рода Резановых чужими руками. Владислав Александрович почему-то до сих пор не признал Александра. Если он умрёт, род по умолчанию унаследует Алиса Ярославна. И даже если уже она признает брата… приоритетными наследниками будут именно её дети. Особенно если они унаследуют Дар Резановых. А значит что? Значит, сейчас Масловым придётся делать уже то, что им велят Воронцовы, а не прошлые покровители».

Граф Варзухин тяжело вздохнул и покачал головой.

— Эх, Ярый, — пробурчал он себе под нос. — Считаешь себя патриотом, а сам губишь Империю.

Валерий Сергеевич услышал за спиной шаги своего среднего сына и, не оборачиваясь, произнёс:

— Доброе утро, сынок!

— Уже вечер, пап, — услышал он в ответ. — Но ты прав, когда встал, тогда и утро. Я слышал оповещение. Мне повести группу? Четверть сотни? Или десятками?

— К своей пятёрке возьми пятёрку Паука и выдвигайся. Крепкой десятки от нашего рода хватит, чтобы помочь Империи.

— Понял!

— Но это твоё второе задание!

— А первое? — усмехнулся молодой граф Варзухин.

— Предупреди Егорова, что его дед не переживёт выезд к Масловым. Вероятно, парень не в курсе, что дед вообще покинул Москву — Владислав Александрович довольно упёртый человек и мог не рассказать ему подробностей. Так что координаты тоже передай. Скажи, что это стопроцентная ловушка. Масловы ждут нападения, и им хорошенько помогли к нему подготовиться. Я отправлю тебе всю необходимую информацию, иди собирайся.

— Понял, пап! Спасти дедулю моего спарринг-партнёра. А может, за эту услугу с него обратно мои десять тысяч стрясти? Хм… А как думаешь, этот любитель танцовщиц тоже рванёт добровольцем в Проклятые Земли?

— Всенепременно, — усмехнулся бывший заместитель главы Отдельного Корпуса Жандармов и действующий член Круга Змеевидца граф Варзухин Валерий Сергеевич.

Глава 2

Много времени на то, чтобы собрать рюкзак, не потребовалось — по сути, он и был собран, прошлая жизнь научила меня всегда быть готовым к любым неожиданностям.

Дальше нужно было облачиться в доспех — вот с этим, как обычно, самые большие проблемы. Для начала — термобельё, если точнее, термокобминезон, который надевается на голое тело и служит поддоспешником, очень узкий и плохо тянется. Да, когда ты влез в него, чувствуешь себя будто во второй коже, но… попробовали бы вы натянуть обратно на змею сброшенную ею чешую. Или на угря.

Да даже гидрокостюмы надеваются стократ проще!

И всё же я с ним справился, потянулся к доспеху, как вдруг…

В дверь забарабанили. Очень нервно и настойчиво.

И кому это я потребовался в такое напряжённое время?

— Иду! Иду! — отозвался я, прихватив по дороге телефон и проверив уведомления.

Вроде никто не звонил…

В дверь продолжили неистово барабанить. Отперев замок, я распахнул её и поймал за запястье Анну, которая едва не стукнула мне кулачком в грудь.

Девушка замерла, ошарашенно глядя мне в лицо, затем опустила глаза…

Её взгляд пробежался по всему моему рельефному телу и замер ниже пояса.

Ну да, этот поддоспешник очень хорошо облепляет тело. В самом деле — вторая кожа.

— Здравствуйте, Анна, — улыбнулся я ей. — По какому вопросу? Только, пожалуйста, быстрее. Я спешу.

— Как ты смеешь, развратник, появляться перед девушками в таком виде! — заревела красная как рак баронесса. Разумеется, она тоже была здесь и сейчас резко вклинилась между мной и Анной.

Я отпустил запястье её вассалки, и баронесса просто пронеслась между нами, расталкивая обоих в стороны.

Я бы с радостью повеселился с ними и дальше, но делу время, а потехе — час.

— Я спешу, дамы, — повторил я, добавив в голос металла. — Что хотели?

— Вижу, я не ошиблась в своих догадках, и вы решили отправиться в Проклятые Земли добровольцем, — подобравшись, проговорила Анна, решительно уставившись мне в глаза. — Позвольте нам отправиться с вами.

— Нет, — мотнул я головой. — Я иду один.

Она на миг замерла, внимательно изучая меня. Слева от неё надменно усмехнулась баронесса:

— Как ожидалось, ничего-то ты не знаешь, Егоров. Тебя, герой-одиночка, никто туда одного не пустит. Прикомандируют к сборной солянке из тех, у кого недобор, и будешь подчиняться тому, кого первый раз видишь.

— Что? — опешил я. — Добровольцев во время ЧС пускают в Проклятые Земли без всяких проверок. Главное — быть дважды одарённым.

— Это если речь идёт об устоявшихся группах, Александр, — вперёд баронессы быстро пояснила Анна. — О тех, кто уже не раз вместе ходил в Проклятые Земли. Даже если от группы всего двое человек придёт, их могут запустить… К трём и больше уже точно не будет вопросов. Но для новичков вроде нас это недопустимо. Или же для тех, кто имеет опыт, но пришёл в одиночку. Таких объединяют минимум в пятёрки, иногда десятки — Империя не может себе позволить совсем уж глупо терять своих защитников.

Пару секунд я молчал, переваривая услышанное. Получается, просто так зайти в Проклятые Земли мне никто не позволит?

И что тогда делать? Отправиться в одиночку и попытаться пройти незаметно? Вариант…

Но так будет дольше, а внутри гибнут люди. К тому же мне нужно нарабатывать личный рейтинг для получения Достоинства, чтобы в дальнейшем свободно ходить по Проклятым Землям.

А ещё я до сих пор не решил, стоит ли мне становиться Резановым, как бы заманчиво предложение деда ни выглядело. И поэтому мне нужно прославлять своё имя и обрастать Деяниями, чтобы была возможность получить личное дворянство.

Не хотелось бы сегодня идти в Проклятые Земли тайно.

Но и идти с кем попало мне не по душе. Дурной командир, как и глупый союзник, хуже умного врага. Демонстрировать свой светящийся Второй Дар, если прижмёт, каким-то незнакомцам мне совершенно не хочется.

— Сколько вас? — коротко спросил я.

— Только я и Её благородие, — быстро ответила Анна, кивком указав на баронессу.

Мелкая Завьялова сейчас стояла чуть в сторонке и хмуро смотрела на свою вассалку.

Баронессе сто процентов не нравилась идея Анны.

Забавно…

— То есть, среди вашей охраны нет дважды одарённых? — уточнил я, глянув сперва на баронессу, затем на Анну.

— Всё у нас есть, — рявкнула баронесса. — Не суй свой нос, куда не нужно, Егоров. Прямо сейчас мы готовы идти вдвоём. И хотим, чтобы ты пошёл с нами.

— Это вы пойдёте со мной, — спокойно произнёс я. — Я — командую, в боевой обстановке вы не пререкаетесь и тем более не оспариваете приказы.

— Я согласна, — быстро проговорила Анна и повернулась к баронессе. — Это ведь то, что мы обсуждали с вами, ваше благородие? Опыт Александра нам будет очень полезен.

— Да… — выдохнула Завьялова и обречённо покачала головой. — Нам нужно найти ещё двоих, и…

У меня зазвонил телефон.

«Телец», — гласила подпись.

Я улыбнулся и быстро сказал девушкам:

— Идите готовьтесь. У вас десять минут.

— Десять минут? — опешила Анна и покосилась на баронессу.

Та снова обречённо закатила глаза и, выдохнув, произнесла:

— Нам хватит. Встречаемся в холле.

Проводив девушек взглядом, я нажал зелёную кнопку на телефоне.

— Привет, дружище, рад слышать, — тепло поздоровался я с Артёмом. — Что, тоже хочешь стать добровольцем?

— Привет, Сань! — серьёзным тоном пробасил он. — Да, хочу. И ребята тоже хотят. И наше училище уже намекнуло, что неплохо было бы, если бы мы вшестером направились туда в качестве добровольцев.

— Погоди, — напрягся я. — Вшестером? Кто-то из бравой команды всё-таки не горит желанием идти в Проклятые Земли?

Слова Тельца меня удивили. Мне казалось, их семёрка очень сплочённая, и мне это очень нравилось. Я хотел бы, чтобы все они в дальнейшем стали частью рати моего будущего рода.

Я думал, всех надёжных элементов из интерната мы отсеяли сразу.

Но похоже, остался кто-то, отбивающийся от коллектива.

— Да нет, — выдохнул Тёма. — Костя сегодня на тренировке руку сломал. Разумеется, он рвётся с нами, но его не выпускают из лазарета. В общем, нас шестеро. И тут нюанс… либо всё-таки оставить кого-то одного в училище, либо искать ещё четверых.

— То есть, даже ты в курсе, как именно распределяют новичков? — вздохнул я.

— В смысле, даже я? — не понял Артём. — У нас лекция была о чрезвычайных ситуациях, и…

— Отставить, Телец, — мотнул я головой, выбросив лишние мысли. — Ты прав, я тоже туда отправлюсь, так что давайте формировать десятку. Со мной ещё двое… Хотя, уверен, десятого я тоже найду. Собирайтесь, свяжусь через десять минут.

— Есть! — рявкнул Артём радостно и повесил трубку.

Открыв в телефоне недавнюю переписку, я написал:

«Прости, из-за ЧС мероприятие отменяется. Я, Анна, Зинаида Константиновна и ещё шесть надёжных бойцов ищем десятого добровольца и отправляемся в Проклятые Земли».

Я отложил телефон и начал натягивать доспех.

Любопытно, как покажет себя в этой ситуации дворянин Медведев?

Ему как минимум нужно будет связаться с княжичем Пермским и всё обсудить, верно? Так-то Евгений Евгеньевич живёт в Московском поместье своего княжеского рода, а не в общежитии. Если княжич Пермский тоже захочет побыть добровольцем, то, полагаю, выступит с ратью прямо оттуда.

Я оделся и начал крепить к поясу меч и пистолет. Медведев, который сразу прочёл моё сообщение, так и не ответил.

Его не пускают? Или разум взял верх над чувством долга? Или…

Телефон запиликал, и я не смог сдержать улыбки.

«Если никто не против, то я с вами, — писал Иван, — но у меня ничего нет. Мне сказали, что Академия должна выдать всё необходимое для похода».

«Отлично. Тогда спускайся в холл, стартуем оттуда».

Хм… я тоже рассчитывал на то, что МАУД не останется в стороне. Какие бы грязные делишки ни творила администрация Академии, во время чрезвычайной ситуации она не может запятнать свою репутацию бездействием.

МАУД поможет нам. Хотя бы ради того, чтобы продемонстрировать всем: «Глядите! Мы тоже вносим свою лепту»!

В полном боевом облачении, провожаемый изумлёнными и восхищёнными взглядами студентов, я первым из нашего квартета спустился в холл и направился к администраторшам.

Лина и Елена, только что о чём-то спорившие, заткнулись, увидев меня, и округлили глаза.

— Александр Ярос… — начала было рыжая, но я резко перебил её.

— Я, Господин Медведев, Госпожа Есипова и Госпожа Завьялова, следуя своему долгу дважды одарённых, отправляемся в Проклятые Земли. Наш долг помочь Империи справиться с чрезвычайной ситуацией! Прошу доложить об этом руководству Академии. Нам также потребуется комплект доспехов и оружия.

Елена сглотнула, а Лина бросилась что-то тыкать в своём телефоне.

— Прошу прощения, сколько именно комплектов потребуется? — глянув на свою коллегу, блондинка включилась в работу и задала важный вопрос.

«Три», — хотел было ответить я, но задумался.

Баронесса и Анна ничего не говорили насчёт того, есть ли у них необходимая амуниция и…

— Ух ты… — услышал я восторженный шёпот за спиной.

Обернувшись, я сам на миг замер, любуясь прекрасным видом.

Девушки в чёрных доспехах, созданных настоящими мастерами инженерной артефакторики, выглядели бесподобно. Я сам носил очень добротный доспех, который для меня арендовала Агата, но те доспехи, в которые облачились Анна с баронессой, даже издали казались прочнее и явно дороже. Очень интересные заначки, как я посмотрю, хранятся в платяных шкафах некоторых высокородных дам.

Притом не только доспехи Анны и баронессы притягивали взгляды, но и их вооружение. Изящные рукояти двух одинаковых клинков виднелись по бокам Зинаиды Константиновны. Ниже них, на мелких костлявых бёдрах висели две кобуры с артефактными пистолетами, а на спине — винтовка, точно такая же, как у меня, новейшая модель «Гранит-М». Кроме того, у баронессы была перевязь с зельями и два небольших подсумка.

Анна тоже носила перевязь и подсумки, а кроме них — тяжёлый артефактный штурмовой пистолет. А ещё из-за её правого плеча выглядывала рукоять артефактного полуторника.

— Один комплект, пожалуйста. И три походных набора не забудьте, — быстро сказал я администраторшам и пошёл встречать своих воительниц.

Баронесса изумлённо замерла, увидев мою штурмовую винтовку. Спесь слетела с её лица, она глянула на мой меч, артефактный пистолет и изумлённо захлопала ресницами.

Не ожидала увидеть классное вооружение у простолюдина Егорова? Ха! Знай наших!

— Анна, прекрасно выглядите, — улыбнулся я её вассалке. — Признаться, удивлён вашим выбором холодного оружия.

Полуторник — довольно тяжёлый клинок для девушки.

— Н-да… — покивала она напряжённо. — Я бы предпочла меч побольше, но у меня здесь с собой нет.

Мне стоило огромного труда скрыть удивление. Она хотела бы себе двуручник? Вот тебе и изящная красавица с утончёнными манерами.

— Всем привет! — Запыхаясь, по лестнице к нам слетел Медведев и замер, пялясь то на девушек, то на меня. — Блин… — почесал свою похожую на стог сена голову Ваня. — Я себя на вашем фоне голым чувствую.

— Дамы и Господа, — раздался позади нас голос Лины. — Академия с радостью поддержит вашу добровольческую инициативу. Алла Генриховна будет ждать вас со всем необходимым на первом тренировочном полигоне!

Секретарша ректора? А больше некого, что ли, отправить проводить героев?

— Алла Генриховна? — озвучила всеобщее удивление Анна. — Представлять интересы Академии в подобных ситуациях полагается первому проректору.

Упс… Киреев больше и свои-то интересы представлять не сможет. Куда ему до целой Академии.

— К сожалению, Тимофею Денисовичу нездоровится, — состроив скорбное выражение лица, сообщила Лина.

— Вот как… Что ж, скорейшего выздоровления Тимофею Денисовичу, — произнесла Анна и как-то подозрительно покосилась на меня.

Примерно тем же взглядом на меня смотрела и баронесса. Притом было ощущение, что Завьялова вот-вот покажет мне большой палец.

Лина вызвалась лично проводить нас, так что бравой пятёркой, привлекающей всеобщее внимание, мы направились на полигон.

Ещё больше удивлённых студентов пялилось на нас, когда мы вышли из общежития и прошли рядом с главным корпусом.

— Куда это они? — отовсюду доносились перешёптывания.

— Что-то случилось?

— Вот, смотри! — Одна студентка, отдыхавшая на скамейке, сунула своей подруге под нос телефон.

— Что? ЧС? Балашиху могут поглотить Проклятые Земли?

Причина удивления и неведения студентов мне была прекрасно понятна — система экстренного оповещения в этот раз активировалась лишь у тех, кто в «Цифровой Канцелярии» зарегистрирован как дважды одарённый.

— А вы группу уже зарегистрировали? — спросил Медведев, обратившись к баронессе.

Завьялова молча повернула свою прелестную моську в мою сторону и вопросительно склонила голову.

— Пока не успел, — состряпав морду кирпичом, невозмутимо ответил я. — Как это будет быстрее сделать?

— В смысле как? — удивился Ваня Медведев. — Всё так же, через личный кабинет в «Цифровой Канцелярии» в отделе для дважды одарённых. А как ты ещё можешь это сделать?

Он вопросительно посмотрел на девушек в поиске поддержки.

— Ты, что ли, таких элементарных вещей не знаешь, Егоров? — осклабилась баронесса.

— Знаю, — ничуть не соврал я. — Просто думал, может, в экстренной ситуации действовать нужно иначе.

— Да нет, всё так же, Александр, — присоединилась к беседе Анна. — Позвольте вам помочь, если вы не против. Агата Игоревна показывала нам, как регистрировать группу, во время прошлого теоретического занятия, которое вы пропустили.

— Агата Игоревна сама меня освободила, — ответил я, тыкая пальцами в экран своего смартфона. — Ага, вот… Сейчас вам будут приходить запросы-подтверждения.

— Быстро вы… — удивилась Анна, так и не успевшая заглянуть в экран моего телефона.

Мне потребовалось вручную вбивать ФИО предполагаемых членов группы и ждать их подтверждения. Я едва успел закончить к тому моменту, как мы дошли до полигона.

Алла Генриховна стояла в гордом одиночестве. Высокая, статная и крайне надменная. Она была облачена в лёгкое светлое платье своего любимого фасона — на тонких бретельках и с соблазнительным вырезом в зоне декольте. Ваня Медведев сразу же утонул взглядом в этом вырезе, а баронесса и Анна, как мне показалось, с трудом сдержали своё возмущение.

На левом мизинце секретарши Скоробогатова, как обычно, было надето изящное кольцо с изображением герба МАУД.

— Приветствую вас, отважные добровольцы, — ровным тоном проговорила Алла Генриховна. — Будьте уверены, Академия не забудет доблесть своих представителей.

— При всём уважении, Алла Генриховна, мы представляем не Академию, а самих себя, — недобро произнесла Анна, кинув взгляд на кольцо секретарши.

— И, тем не менее, Академия помогает вам представлять себя, — парировала секретарша, — ведь Академии не безразлична судьба подданных Империи.

Она демонстративно отвернулась от Анны и обратилась к Медведеву:

— Иван Иванович, вы можете переодеться в раздевалке, ваша амуниция уже готова.

— Эм… да, спасибо! — С трудом оторвавшись от созерцания завораживающих форм секретарши ректора, Ваня быстрым шагом направился в ближайший мужской блок, перед котором стоял один из охранников Академии.

Другой мужчина в чёрных брюках и рубашке замер метрах в десяти позади секретарши, рядом с огромным ящиком, похожим на старый сундук.

— Александр Ярославович, — повернулась ко мне Алла Генриховна, — Академия благодарна вам за то, что вы не только возглавили своих одногруппников, но и смогли сорганизовать учащихся другого учебного заведения. Я видела список вашей десятки и уверяю вас, что Академия с радостью возьмётся за транспортировку всех её членов. Ваше транспортное средство скоро будет здесь. А пока прошу вас ознакомиться с дополнительным инвентарём, который вы запрашивали.

Она властным жестом указала на сундук. Повинуясь команде секретарши, охранник расторопно поднял крышку.

— Благодарю, — сдержанно кивнул я Алле Генриховне и направился к сундуку.

Что ж, два рюкзака были набиты до отвала всем необходимым для выживания в Проклятых Землях. Поразмыслив пару секунд, я начал энергично вытаскивать из них часть походного добра.

Делал я это скрепя сердце и скрипя зубами. МАУД ведь действительно отличный инвентарь передаёт нам. Вот эти непромокаемые спички, например, которые будут гореть даже в Марианской впадине, а? Да я бы убить за такие готов был в прошлой жизни. Но четыре коробка — слишком много. Лишний мультитул, аптечка… А вот алхимические зелья мы ни в коем случае выгружать не будем.

— Александр, что вы делаете? — подойдя ко мне и заглянув в сундук, поинтересовалась Анна. — Вы считаете, эти вещи бесполезны?

Остальные, к слову, тоже с любопытством наблюдали за моими действиями. Баронесса Завьялова выглядела задумчивой, а секретарша ректора — высокомерной и хитрой.

— Очень полезны, — заверил я девушку. — Вот только эти рюкзаки нести вам и Зинаиде Константиновне.

— Нам? — опешила Анна.

— А почему вы удивляетесь? — хмыкнул я. — Мы идём добровольцами в Проклятые Земли. Идём сражаться с монстрами и искать выживших. А не для того, чтобы за нами там ухаживали. Если вас это не устраивает, вы всё ещё можете остаться.

Анна нахмурилась и недобро покачала головой.

— Не говорите так, Александр. Я решила идти с вами, и я пойду. Просто… удивилась. Но вы знайте, если нужно, и я, и её благородие готовы тащить на себе эти тяжёлые рюкзаки, загруженные полностью. Вам не нужно облегчать их ради нас.

Она выглядела так серьёзно и решительно, что я не сдержал улыбки.

— А вот это уже правильные слова, Анна. Но разгружаю я их не ради вас, а ради всей группы. Слишком много полезных вещей во время тяжёлого похода — ещё хуже, чем их нехватка. Не нужно тратить силы на перенос лишнего добра.

Анна внимательно выслушала меня и кивнула:

— Поняла вас, Александр. Благодарю за наставления. Я припоминаю, что наставники тоже учили меня чему-то подобному.

У неё были наставники? С одной стороны, для дворянки не удивительно иметь разных домашних учителей… Но с другой, Анна сама по себе мне кажется уж очень удивительной девушкой.

— Я закончил. Анна, Зинаида Константиновна. — Я протянул девушкам рюкзаки и замер, увидев в сундуке кое-что ещё.

Алла Генриховна заметила мой взгляд и степенно произнесла:

— Парные наручи третьей ступени. Один создаёт защитное поле перед собой диаметром до двух метров. Второй выполняет роль накопителя маны. Артефакты заполнены и готовы к использованию. Выполнены Артефактным домом графского рода Самоцветовых по личному заказу господина ректора. Академию любезно предоставляет их вам во временное пользование.

Я достал одну из трёх пар наручей. Красивые чёрные наручи с кожаными и металлическими вставками смотрелись очень стильно, а сложность энергетических узоров внутри них поражала.

Никакого подвоха я в артефактах не почувствовал. Разве что один: на каждом наруче был выгравированный огромный и крайне заметный герб МАУД.

Надень мы их, и всем даже издали будет видно, кого мы представляем.

— Благодарю, — кивнул я и нацепил оба наруча.

А затем я снова зарылся в сундук, в который скидывал лишнее добро, и достал несколько коробок с широким лейкопластырем.

— Пожалуй, стоит взять на всякий случай, — пробурчал я себе под нос для виду и убрал лейкопластырь в рюкзак.

Анна с явной неохотой взяла свою пару наручей. Она явно колебалась и не горела желанием их надевать.

— Анна, не сомневайтесь, пожалуйста, — серьёзным тоном произнесла баронесса и тоже нацепила на себя наручи — ей осталась пара самого маленького размера. — Дополнительная защита уж точно лишней не будет.

— Что же вы, госпожа Есипова, брезгуете надевать вещь с гербом Академии? — недобрым тоном поинтересовалась секретарша, остановившаяся позади Анны.

— Ну что вы такое говорите, Алла Генриховна, — обернувшись, улыбнулась девушка. — Просто подумала, что это такой ценный артефакт. Рассматривая его, я восхищалась щедростью Академии. Конечно же я надену. О! — Она замерла и прислушалась, а затем подняла голову к небу. — Вертолёт летит. И он приближается!

— Ваше транспортное средство прибыло, — холодно улыбнулась секретарша ректора. — Счастливого пути, герои Академии. С нетерпением буду ждать новостей о вашем возвращении. В добрый путь.

Правда, голосок её ничего доброго не предвещал.

Или мне просто показалось?

Глава 3

— Александр, что вы делаете? — поинтересовалась Анна, внимательно наблюдавшая за мной.

Вертолёт плавно покачивался в воздухе, а гул его лопастей давил на уши. Я испытывал сдвоенные чувства. Впрочем, как и каждый раз, когда пользуюсь транспортом этого мира.

С одной стороны — «спасибо, что не пешком». Несмотря на то что по моему внутреннему ощущению времени Первое Пришествие Демонов случилось более тридцати лет назад, а пик упадка человеческой расы, соответственно, лет двадцать семь назад, воспоминания о том времени свежи в моей голове настолько, будто это случилось позавчера. Какое-то время мы жили как оборванцы-дикари. Да, отчасти технологичные дикари, но всё же оборванцы с кучей неработающей техники.

И поэтому я радуюсь местным работающим автомобилям, или, как сейчас, вертолётам.

Но другая моя часть помнит, насколько комфортными могут быть человеческие изобретения. И вот она сейчас она орёт: «Мы летим в консервной банке!»

А вторая ей отвечает: «Зато сиденья не ободранные. И в пробках стоять не нужно».

В общем, тяжело быть Близнецом.

Я оторвался от своего занятия и посмотрел на Анну.

— Любой воин вправе модернизировать своё обмундирование, вы так не считаете? — спросил я с улыбкой.

Девушка снова покосилась на артефактный наруч, который я держал в руках, и на котором почти закончил заклеивать лейкопластырем герб Академии.

— Пожалуй, вы правы… — задумчиво произнесла она, а затем подозрительно прищурилась и спросила: — А не страшно вам настолько сильно менять ключевые настройки своего вооружения?

Мол, не боюсь ли я так демонстративно идти против МАУД? Ха… да я вроде не иду. МАУД и так получит часть признания за то, что её студенты из её общаги на её вертолёте прилетели выполнять свой священный долг дважды одарённых.

А мне не хочется, чтобы каждый встречный аристократ по умолчанию считал меня частью МАУД. Нужно, чтобы меня воспринимали как независимую единицу.

— Тю, да разве ж это ключевые? — усмехнулся я, вернувшись к заклеиванию герба. — Как сказал бы мой водитель: «на скорость не влияет».

— Хм… — задумчиво протянула Анна и улыбнулась краешком губ: — А у вас не найдётся ещё лейкопластыря?

— Конечно найдётся! — тут же ответил я. — Я ведь хорошо подготовился к этому походу.

В итоге через минуту герб на наручах заклеивали уже все в нашем квартете. Как я и думал, мои товарищи поддержали эту инициативу. Они — потомственные аристократы, и уж точно не желают, чтобы их связывали с кем-то кроме их законных господ.

Вертолёт завис в воздухе и начал снижаться, когда я как раз закончил заклеивать второй герб. Я подошёл к двери и, отодвинув её в сторону, выглянул наружу.

Неотвратимо ко мне приближалась земля, а точнее футбольное поле, на котором стояло шестеро человек в тёмных артефактных доспехах. Что там за огромные пятна на их доспехах, а?

Когда нас разделяло метров тридцать, я усмехнулся — не пятна это вовсе, а герб их училища.

Садиться вертолёт не стал и просто завис в воздухе над кронами деревьев. Я скинул верёвочную лестницу, по которой ещё недавно сам забирался на борт, и с любопытством уставился вниз.

Первым к лестнице подошёл обладатель самой крупной и мощной фигуры. Подошёл не прямо, а сбоку, что примечательно, и начал подъём.

Я одобрительно хмыкнул — не зря ребята поступили в это училище, вижу, хоть чему-то полезному их учат.

— Здорова, Саня! — пробасил Артём, поднявшись на борт, и широко улыбнулся.

— Привет, здоровяк, — тепло поздоровался я и крепко пожал его руку.

Затем не выдержал и, дёрнув его на себя, обнял своего брата по Зодиакальному Кругу.

Постепенно поднялись и остальные. Я был искренне рад видеть каждого из них. Ребята расселись, и когда вертолёт начал вновь набирать высоту, я громко произнёс:

— Судари и сударыни, наша бравая десятка в сборе. Посмотрите друг на друга и запомните лица товарищей. От тех людей, кто вас сейчас окружает, зависит, вернётесь ли домой живыми или нет. Посмотрели? Отлично. А теперь каждый представится, назовёт полное имя, стихию и позывной. На правах сегодняшнего десятника я начинаю: Александр Ярославович Егоров. Ветер. Близнец. Тёма, ты следующий.

Телец кивнул и по-военному чётко представился, следом был Глеб, затем Маша… Хм, а чего это она не рядом с Артёмом? Поссорились, что ли? Как-то она напряжённо смотрит то на баронессу с Анной, то на меня и Тёму. Что у них там произошло?

Надо бы узнать — межличностные разборки мне во время боевой вылазки уж точно не нужны.

— Баронесса Завьялова Зинаида Константиновна! — гордо представилась после Медведева наша маленькая злюка. — Огонь. Позывной: Оса!

Она гордо вскинула голову, а мои друзья из кадетки застыли с изумлёнными лицами. Один лишь Телец, покосившись на них, неодобрительно покачал головой.

— Баронесса? Это… как к вам обращаться? «Ваше Сиятельство»? — ошарашенно пробормотала Мария и завертела головой в поисках поддержки.

— «Благородие», — вздохнул я. — «Сиятельство» — это для графов и князей. Но вообще, Зинаида Константиновна не против, чтобы к ней обращались просто по имени-отчеству. Но всё это до того, как мы войдём в Проклятые Земли. Там — исключительно на «ты» и по позывному.

Мелкая злюка снова самодовольно хмыкнула. Маша, Антон и Егор не могли отвести от неё глаз — смотрели с каким-то детским восторгом. Ха…, а ведь им уже доводилось видеться с целой графиней в Проклятых Землях.

К слову, Тёма, Глеб и Борис, напротив, глядели на меня. Тоже с восхищением во взгляде — типа, какой я крутой, командую аж целой баронессой!

— Анна, продолжим. — Я повернулся к той из нас, кто ещё не представился.

— Да… — натужно кивнула девушка. — Конечно. Есипова Анна Михайловна. Вода. Позывного нет.

— Вы можете сами его придумать, — заметил я.

Она поджала губы и пробурчала в сторону:

— Я пробовала… ничего не вышло.

— Хм… — задумчиво протянул я и покосился на Завьялову. На правах госпожи баронесса вправе сама наречь её.

— Придумайте вы, Александр! — неожиданно выпалила Анна и уставилась на меня горящими глазами.

— Я?

— Да, вы! Вы же наш командир сегодня и имеете право! Только… что-нибудь приличное, — попросила она. — Без ваших фирменных шуток.

— Да, конечно… — удивлённо проговорил я и задумчиво уставился на девушку.

— Егоров, если выкинешь какой-нибудь фортель, я не знаю, что с тобой сделаю! — грозно прорычала баронесса и потрясла кулачком.

— Заинтриговали, Зинаида Константиновна… не хотел ничего выкидывать, но теперь прям тяжело сдерживаться, — отозвался я, не отводя взгляда от Анны.

Анна смущённо хлопнула ресничками и отвернулась.

Красивая. Решительная. Умная. Довольно сильная для своего возраста. А ещё внимательная к людям, неравнодушная и справедливая.

Я невольно улыбнулся, вспомнив свою жену из прошлой жизни. Она обладала всеми теми же качествами, правда, в стократном объёме. Но, с другой стороны, местной Анне есть ещё куда расти и развиваться.

Эх… А как грациозно моя жена сражалась! Быстро и стремительно могла настигнуть врага и прихлопнуть его одним ударом тяжёлой лапы — её Персональный Дар позволял ей уплотнять вокруг себя энергию, правда, форма этой энергии всегда получалась одна и та же — в виде большой кошки.

От воспоминаний я начал улыбаться ещё шире.

Вот только кое-кто неправильно интерпретировал мою улыбку и заревел, перекрикивая гул вертолётных лопастей:

— ЕГОРОВ!!!

— Рысь, — спокойно произнёс я, глядя на Анну.

— Что, простите? — встрепенулась девушка.

— «Рысь»… как вам? Мне кажется, подходит…

— Рысь… — повторила Анна, будто смакую позывной на вкус.

А затем она улыбнулась так легко и счастливо, что у меня сердце замерло от этой улыбки. Впервые вижу, чтобы она так улыбалась.

— Мне очень нравится! — заявила Анна. — Спасибо, Александр!

***

До места назначения мы долетели довольно быстро — успели с ребятами разве что представиться, да я вкратце объяснил нашу тактику на предстоящую вылазку.

Во время полёта поймал себя на мысли, что мы пролетаем недалеко от имения графского рода Резановых. Видно его не было, однако я знал, что оно рядом. Как будто бы даже чувствовал. В этот момент я неожиданно вспомнил о деде. Он собирался сегодня куда-то уехать вместе с бойцами рода, а значит, добровольцем быть физически не сможет.

Интересно, рванул бы он в Проклятые Земли, если бы остался в Москве?

Надо будет спросить у него, когда увидимся.

А ведь он обещал во время своего «путешествия» подумать насчёт нашего откровенного разговора. Созреет-таки? Хочется верить…

— Смотрите, сколько машин! — изумлённо выпалила Маша, прильнув к окну вертолёта.

— По земле бы долго сюда добирались, — серьёзным тоном произнёс Артём.

Мария глянула в его сторону и фыркнула.

— Приятно видеть, что столько добровольцев готовы помочь жителям Империи, — заметил Борис, с любопытством разглядывая километровую пробку под нами.

— Увы, далеко не все эти люди прибыли сюда из благих намерений, — хмуро проговорила Анна, грустным взглядом глядя на машины дважды одарённых. — Многие хотят просто отметиться своим участием. Сделать вид, что им не всё равно. Выставить себя в хорошем свете перед другими аристократами.

— Хватает и тех, кто просто желает получить награду, рейтинг и, если повезёт, трофеи, — фыркнула баронесса.

— Судари и Сударыни, добро получено, снижаемся! — прохрипели динамики голосом пилота.

— Готовность номер один. Держаться вместе, нигде не задерживаться, от группы не отходить, — отчеканил я, поднимаясь на ноги.

— Есть! — по-военному гаркнули бывшие кадеты. Трое аристократов же невпопад кивнули.

Приземлиться вертолёту не позволили, так что, когда он завис в воздухе, я опять открыл дверь и скинул вниз верёвочную лестницу.

Шум и гам, стоявший вокруг, перекрывал гул вертолётных лопастей. Народу и машин под нами была тьма! Притом чуть дальше, за наспех огороженной лентой зоной, открывалось безлюдное пространство. Пустым его назвать нельзя было — там стояли особняки дворян и коттеджи Слуг. Самих людей эвакуировали — густой туман Проклятых Земель уже успел поглотить крайние дома и не собирался останавливать.

Я видел его с высоты. Видел, как далеко он простирается.

— Проклятые бюрократы, — пробормотал я, ругая тех, кто не позволил нам пролететь на вертолёте прямо к Проклятым Землям.

Один плюс — по верёвочной лестнице я спустился недалеко от импровизированного КПП.

Следом за мной на примятую траву мягко приземлилась Анна. Люди вокруг с любопытством, а некоторое и с недовольством смотрели на тех, кто прибыл к месту регистрации прямо по воздуху.

— Идёмте скорее, — велел я, когда все спустились.

— Грин, как закончишь, прими группу с вертушки! — услышал я громкий голос одного из мужчин, который ходил с телефоном и прикладывал его к телефонам добровольцев.

— Есть! — отозвался высокий светловолосый парень, занимавшийся тем же.

Я повёл своих ребят к нему. Оказавшись ближе, я разглядел нашивку Корпуса Ведьмаков и Ведьм на его куртке цвета хаки.

Он отметил одну группу и сосредоточил своё внимание на нас.

— Кто командир? — быстро спросил Грин.

— Я, — ответил я и протянул ему свой телефон, на котором в сервисе «Цифровая Канцелярия» была открыта вкладка зарегистрированной группы.

Грин считал мой qr-код, затем прошёлся по телефонам остальных ребят и снова повернулся ко мне.

— Можете проходить. Автобус нужен?

— Если ждать не придётся — да.

— Не придётся, — хмыкнул ведьмак и, подняв рацию, деловито произнёс в неё: — У меня десятка, нужен транспорт.

— Пусть проходят, — захрипела рация. — Второй борт ждёт.

Грин проводил нас за ограждение, и мы погрузились в кузов армейского грузовика.

— Тоже мне «автобус», — проворчала Мария.

— Привыкай, — хмуро ответила простолюдинке баронесса.

— Простите, — потупилась Маша. — Я ничего такого не…

— Достаточно, — прервал её я. — Соберитесь.

Девушка молча кивнула, а баронесса отвернулась.

Пару минут мы ехали в тишине, а затем вдруг в кабине грузовика со скрипом открылось заднее окошко.

— Добровольцы, вашего командира хотят, — произнёс ехавший на пассажирском сиденье солдат и через окошко протянул рацию.

Приняв её, я зажал нужную кнопку и произнёс:

— На связи.

— Кто говорит?! — рявкнула в ответ рация резким мужским голосом.

— Сперва сам представься, а затем и я назовусь, — ответил я хмуро.

— Граф Воронцов Филипп Ярополкович, — тяжёлым голосом ответил мой собеседник.

Я ничуть не изменился в лице, хотя был немало удивлён. Чего это наследнику главы Воронцовых — тех, кто практически уничтожил род Резановых — потребовалось со мной связываться?

Я покосился на свою бравую десятку. Мои товарищи-простолюдины поддержат практически любую мою выходку, а вот аристократы не поймут, если я сейчас представлюсь чужим именем. Да и Воронцов может на самом деле знать, с кем он запрашивал связь.

— Десятник Егоров Александр Ярославович, — спокойным тоном ответил я. — Слушаю вас, Филипп Ярополкович.

— Егоров? — переспросил он, не то удивившись, не то изобразив удивление. — Так даже лучше. Я собираю разрозненные группы на южном направлении этих Проклятых Земель. У нас уже семьдесят пять дважды одарённых. Я предлагаю твоей десятке присоединиться к нам.

Он замолчал, благородно дав мне время подумать. Я уж собирался ему ответить, как вдруг на миг замер.

Чего это Анна так напряглась после слов наследного графа Воронцова? Чего так пялится на баронессу? Испугалась, что ли?