Душа по обмену 1

Глава 1

Леста, запыхавшись, бежала по лесу, крепко сжимая в ладони флакон с заветным зельем.

Её переполняло радостное предвкушение. Теперь всё изменится - Никей её полюбит и больше никогда не посмотрит с презрением и пренебрежением, как прежде. Даже сейчас вспоминать эти его взгляды и обидные слова было больно. Они ведь помолвлены, а он обращается с ней как… ужасно, в общем, обращается. Вот она и решилась пойти к ведьме за приворотным.

Да, такие зелья в королевстве запрещены. Да, стоит оно безумно дорого, но у неё просто не было выбора. Невыносимо видеть в глазах любимого человека откровенную неприязнь. А приворотное обязательно поможет и, возможно, свадьба состоится даже раньше запланированного срока - ещё до того как отцветёт иргаль.

Деревья стали редеть, и Леста увидела вдали высокие кованые ворота и стены отцовского дома. Девушка припустила ещё энергичнее, порадовавшись, что в такую ночь люди предпочитают не выходить за порог, прячась в домах, защищённых обережными знаками, и поэтому по пути никто не встретился.

Честно сказать, ей бы тоже сейчас следовало лежать в постели и даже из окна не выглядывать, но что поделать, если днём за зельем сходить не получилось - мачеха не отпускала ни на шаг, а завтра, когда вернётся отец, улизнуть незамеченной и вовсе не получится.

Леста, наконец, подбежала к воротам. Остановилась, выравнивая дыхание, быстро огляделась по сторонам и приложила к едва заметному углублению совпадающую с ним по размерам металлическую пластину. Ворота медленно и почти бесшумно разъехались в стороны и также тихо закрылись, когда девушка шагнула в них.

Радость от того, что смогла незаметно стащить ключ от ворот, померкла, стоило остановиться у стены под своим окном. В дом так просто попасть не получится. Он надёжно заперт, ключа у неё нет, придётся забираться так же, как спускалась - по ветвям тианры.

Леста со вздохом посмотрела на толстые древовидные ярко-зелёные стебли растения, цветущего крупными синими цветами. Оно оплетало половину дома от земли до самой кровли и в целом было довольно прочным. В детстве она не раз выбиралась по нему из дома, сейчас этот процесс стал несколько затруднительнее.

Спрятав флакон с зельем в лиф платья, девушка вцепилась в стебли и начала осторожно подниматься по ним к окну, мечтая, чтобы мачеха ничего не услышала. Растение угрожающе трещало под её весом, и Леста в который раз пообещала себе похудеть. Она была уже почти у цели, когда стебли под её рукой оборвались, и девушка полетела вниз.

- Я не хочу умирать! - мелькнула паническая мысль, а затем сознание поглотили боль и темнота.

***

Практиковать погружение в осознанные сновидения после вечеринки с однокурсниками оказалось плохой идеей. Но я была слишком расстроена безобразной ссорой с Деном Щегловым - сыном ректора и ярким представителем золотой молодёжи, попытавшимся в очередной раз склонить меня к интиму под угрозой отчисления. В итоге он получил фингал под глаз, а я - клятвенное заверение, чтовылечу из универа на ближайшей сессии. И это на последнем-то курсе! А новость о том, что на работе ожидается очередная волна сокращений, окончательно испортила настроение. Вот я и решила поднять его проверенным способом.

Практиковать осознанные сновидения я начала ещё в старших классахшколы, случайно увидев ролик в интернете. Заинтересовалась, почитала соответствующую литературу и попробовала проделать всё, что там описано самостоятельно. Удивительно, но достичь нужного результата получилось практически сразу. С тех пор в моей довольно однообразной, наполненной лишь учёбой и работой жизни осознанные сны были, пожалуй, самыми яркими приключениями и волнующими переживаниями. Все ощущения в них были более чем реальны, а возможности - безграничны. Я могла летать над городами, путешествовать по разным странам и даже планетам, общаться со знаменитостями и плавать в тёплом летнем море хоть каждый день.

Моя заветная мечта, окончив иняз, стать переводчиком и побывать в других странах, была пока далека от воплощения. Даже в программе обучения по обмену по разным причинам поучаствовать не удалось. Так что такие сны пока оставались единственной возможностью путешествовать. И пусть всё это лишь игры подсознания, для меня они были порой намного реальнее настоящей жизни.

Правда, в последнее время с этим процессом возникли некоторые сложности. В моих ярких, волнующих снах вдруг начали всплывать детские кошмары. Наутро я не могла вспомнить подробностей, в памяти фигурировали лишь смутные образы, удушающе приторный цветочный запах и ещё долго не отпускало ощущение иррационального дикого страха.

Они начались после давней аварии, в которой погибли родители, а я чудом уцелела. Позже, после нескольких сеансов у психолога кошмары отступили на долгие годы, а недавно принялись атаковать снова. Но сегодня я о них не думала (выпитое шампанское напрочь отключило осторожность) и надеялась просто насладиться впечатлениями.

Войти в фазу получилось практически сразу. Осознав, что нахожусь во сне, я легко выкатилась из лежащего на кровати тела и, пробежав на балкон, вылетела в окно. Астральный полёт был моим самым любимым приключением. Это ни с чем несравнимое ощущение лёгкости, парения и абсолютной свободы невозможно забыть и передать словами. Я летела над мерцающими огнями ночного города, устремляясь прямо к далёким, сияющим радужными цветами звёздам и наслаждалась полётом, но потом вдруг что-то пошло не так. Звёзды заслонила непонятно откуда взявшаяся огромная воронка, похожая на гигантский водоворот и меня, несмотря на отчаянное сопротивление, стремительно затянуло внутрь…

Я проснулась от острой боли. Она разливалась по всему телу, но было непонятно, что именно болит. К тому же я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Даже открыть глаза и издать хоть какой-нибудь звук не получалось. Зато отчётливо услышала незнакомые голоса, произносящие непонятные слова, которые с несколько замедленным эффектом обретали привычное звучание и смысл, словно транслировались в голове с запаздывающим внутренним переводом.

- Ну что ты медлишь, Морта? Почему она не возвращается?! - громко верещал над ухом высокий неприятный женский голос.

- Ты забыла, какая сегодня ночь? - с отчётливым раздражением произнёс другой голос. Низкий, хриплый, надтреснутый, как у моего соседа - заядлого курильщика с огромным стажем. - Вернуть душу из междумирья под силу только опытному проводнику, а в нашей глуши такого не сыщешь. Я сделала, что могла.

- Но это не помогло! Она не дышит! Попробуй ещё что-нибудь! - Первая женщина была на грани истерики и вдруг резко перешла от стенаний к угрозам: - Ты вернёшь её или отправишься к карателям! Это ведь ты продала ей приворотное зелье!

- А давно ли ты сама за таким же ко мне приходила? - сухо отрезала её собеседница. - У карателей и к тебе найдутся вопросы. Они могут решить, что это ты вытолкнула нелюбимую падчерицу из окна! А её отец вообще вышвырнет тебя из дома, когда вернётся!

Первая женщина взвыла раненым зверем и вдруг начала с силой трясти меня, отчаянно выкрикивая:

- Леста, очнись! Не смей умирать, дрянная девчонка!

Тело пронзила новая порция боли, и я, наконец, смогла пошевелиться и застонать, силясь понять, что, собственно, происходит.

- Жива! Вернулась! - пронзительно завизжали над ухом, усилив мои муки ещё и издевательством над слухом. А потом она снова начала меня трясти, вынудив, сипло простонать:

- Прекратите, мне больно!

Да что происходит? Неужели я всё ещё сплю? Тогда почему мне так плохо? Во сне неприятные ощущения обычно более сглажены.

- Ты слышала, ей больно! Сделай же что-нибудь! - снова заорали над ухом, заставив поморщиться.

В воздухе разлился терпкий травянистый запах. В рот мне влили что-то горькое, а по телу под непонятное бормотание начали растирать нечто вязкое и холодное. Боль стала понемногу отступать, и у меня получилось открыть глаза. Представший взору далёкий сводчатый каменный потолок в неярком, рассеянном освещении висевших под ним двух больших шаров подтвердил догадку о том, что пробуждение не состоялось. В моей, доставшейся от родителей двушке, потолок был вполне обычный - ровный, обклеенный чудесной бело-голубой плиткой, идеально гармонирующей с цветом обоев. Таких стрёмных люстр у меня тоже никогда не водилось, да и застывших рядом женщин я видела впервые.

Выглядели они странно, словно на бал-маскарад собрались. Долговязая брюнетка средних лет с высокой замысловатой причёской, в длинном пышном зелёном платье в пол, навевающем мысли о жёстком кринолиновом подъюбнике из девятнадцатого века, смотрела на меня со странной смесью страха и надежды. А дама с хриплым скрипучим голосом оказалась низенькой морщинистой остроносой старушкой, с ног до головы укутанной в потрёпанный коричневый балахон. В руке она держала стеклянную ёмкость с чем-то бурым и тоже настороженно вглядывалась в моё лицо.

Значит, сон продолжается. Ладно. Понять бы, куда это меня занесло.

- Леста, скажи что-нибудь! - потребовала дама в зелёном. - Как ты себя чувствуешь?

- Лучше, - выдавила всё ещё с трудом и не узнала свой голос. Каким-то он слишком писклявым получился. - Только я не Леста, а Лена Светлова из Краснодара. Что это за место?

Это же всего лишь сон, так что можно играть по своим правилам. В конце концов, убить меня здесь не смогут.

- Как не Леста?! - ужаснулась женщина, став белее снега, и срывающимся голосом взмолилась: - Я не стану тебя наказывать и ничего не скажу отцу. Но не шути так!

Страх в её голосе ощущался физически. Видимо, ей действительно сильно попадёт за эту Лесту. А может подыграть и притвориться ею, чтобы все успокоились? Нет, это будет слишком скучно. А так я почти попаданка, как в книгах, которые иногда почитываю на досуге. Порой я даже мечтала побывать во сне в Хогвартсе или в чём-то подобном, но пока с этим не везло.

- Я не шучу. Меня зовут Лена Светлова, мне двадцать два года, и я не понимаю, как здесь оказалась!

Женщины переглянулись.

- Ты что натворила?! - в ужасе вскрикнула та, что была моложе. - Кого призвала?!

- Я предупреждала - в ночь Ёхвы завеса между мирами истончается и подобные ритуалы проводить нельзя, - флегматично произнесла старуха, почему-то не слишком удивлённая происходящим.

- Не только сегодня. Они вообще под запретом! Что теперь с нами будет?! - её собеседница перешла на истерический визг.

- За использование чёрной магии и укрывательство двоедушника - пожизненно заключение в дорплеозе. Если повезёт, - холодный, наполненный неприязнью взгляд блёклых голубых глаз пожилой женщины остановился на мне.

А я зацепилась за фразу о чёрной магии и внутренне возликовала. Значит, всё-таки получилось! Пусть не Хогвартс, но уже что-то интересное. Однако следующая фраза подействовала как холодный душ.

- От девчонки нужно избавиться! - ледяным тоном отрезала старуха и провела рукой над моим телом. Его начали сковывать невидимые путы. Вскоре я могла шевелить только головой и начала паниковать, попутно предпринимая попытки проснуться. К сожалению, безрезультатные.

- Подожди! - мачеха Лесты остановила её резким повелительным жестом и, глядя мне в глаза, холодно спросила: - Лена, или как там тебя, откуда ты?

- Э… Россия, Краснодар, планета Земля, - произнося это, я чувствовала себя ужасно глупо, хоть и понимала, что всё происходит лишь во сне.

Но женщина отреагировала странно: облегчённо вздохнула и, повернувшись к той, которую называла Мортой, быстро сказала:

- Ты слышала - Земля. Оттуда пришли многие из ныне живущих в долине Шаад. Они безобидны - не владеют магией и могут создавать разные полезные вещи. Если она будет молчать, никто ничего не узнает. - Женщина снова перевела на меня взгляд и сурово отчеканила: - Эй, кем бы ты ни была до сегодняшней ночи, если хочешь жить, будешь выдавать себя за Лесту! Поняла?

Я с готовностью закивала. Мне не жалко - всё равно скоро проснусь.

- Совсем из ума выжила, - покачала головой старуха, не сводя с меня пристального взгляда. - На что ты надеешься, Кайя? Она не пройдёт проверку в молельне.

- Но я слышала, есть способы, - брюнетка понизила голос, покосилась в мою сторону и, поманив старуху за собой, вышла из поля моего зрения. Похоже, эти двое собирались уединиться и посекретничать.

Морта направилась за ней. А я решила, что лежать без движения слишком скучно и громко спросила вслед:

- Скажите, а эта Леста - маг? - было бы здорово пометать из ладоней фаерболы и молнии хотя бы во сне.

- Маг?! - Кайя вдруг рассмеялась, издав неприятный, похожий на карканье звук. - Если бы! Она - зикфа, потомок без дара - позор рода.

Женщины куда-то вышли, оставив меня наедине с горьким разочарованием. Зикфа. Это получается, кто-то вроде сквиба. Тоска! Что ж, такой сон дальше смотреть нет смысла. Буду просыпаться. Вдруг повезёт и мне сегодня ещё приснится что-нибудь интересное.

Когда старуха отошла от меня, двигаться стало легче. Я перепробовала все известные техники выхода из осознанного сновидения, но ничего не добилась. Видимо, алкоголь внёс свои коррективы.

Тогда я сдалась и решила осмотреться. Слегка приподнялась на локтях, испытав ощутимое головокружение, и испуганно ахнула, увидев, что полностью обнажена, а на теле, почему-то непомерно раздувшемся, начерчены странные знаки, напоминающие пентаграммы. Причём, начерчены они чем-то красным. Бр! Надеюсь, не кровью.

Собравшись с духом, я осмотрелась по сторонам и с трудом сдержала рвотный позыв, увидев неподалёку трёхногий табурет, на котором стояла металлическая чаша с обезглавленной чёрной птицей, напоминающей помесь петуха и огромного ворона. А на дне ёмкости багровела... кровь. Теперь-то в этом сомневаться не приходилось. Что-то мне этот сон нравится всё меньше и меньше!

Напомнив себе, что всё происходит не на самом деле, я продолжила осматриваться. Это было непросто: голова продолжала кружиться, а очертания предметов, особенно далёких, расплывались. Однако кое-что рассмотреть удалось. Я лежала на широкой деревянной скамье посередине большого просторного помещения, напоминающего холл в каком-нибудь театре.

Высокие стены, украшенные лепниной в виде цветочного орнамента, были тщательно выбелены и,казалось, сияли от белизны. Пол был похож на паркетный, но блестел, словностекло, а когда я осторожно ступила на него, поднявшись со скамьи, оказалсяна удивление тёплым. Из мебели здесь имелись только длинный, на первый взгляд,кожаный диван кремового цвета и несколько кресел. У стен, украшенных лишь портретами, стояли высокие изящные вазоны с какими-то диковинными, невероятно яркими цветами, а справа, возле ведущей наверх лестницы, блестело что-то похожее на большое зеркало.

Вот к нему я и направилась. Интересно же увидеть, что тут со мной сотворили. На середине пути я об этом решении пожалела - головокружение усилилось, а к нему присоединилась вернувшаяся боль. Странный какой-то сон получился. Всё, больше в нетрезвом виде не экспериментирую.

До зеркала я всё же доковыляла и громко чертыхнулась, с трудом сфокусировавшись на отражении. Лицо в нём было вроде бы моим, но каким-то раздутым, с большими хомячьими щеками, а на теле, действительно разрисованном пугающими знаками, имелось килограмм двадцать, а то и все тридцать лишнего веса, которого у меня отродясь не было. Ни дать ни взять - Нюша перед жертвоприношением!

Атакуемая болью и слабостью, я, пошатываясь, побрела обратно, чтобы лечь и снова попробовать проснуться, но не дошла, потеряв сознание у самой скамьи.

Глава 2

В голове билась мысль: «Нужно не опоздать на работу!». Моя гиперответственность даже спать спокойно не позволяла. Училась я в инязе, а чтобы не обременять тётю Зину заботами по моему содержанию, на жизнь старалась заработать сама. После смерти родителей она взяла меня к себе, хотя у самой было двое дочерей. Её зарплаты на всех едва хватало, а мне не хотелось чувствовать себя обузой, вот и подрабатывала со второго курса в кафе «Бизнес-ланч».

Это было приличное место: и платили неплохо, и клиенты сюда приходили солидные - к официанткам не приставали, на чаевые не скупились. А если к нам забредали иностранцы, я ещё и переводчицей подрабатывала. Словом, повезло, что в такое заведение взяли студентку-очницу, и потерять эту работу не хотелось - мне ещё учиться почти год.

Следующим утром была моя смена, поэтому вчера я вроде бы много не пила, но это всё равно привело к странным последствиям. Сквозь сон я слышала громкий голос, призывающий открыть глаза.

«Наверное, тётя будит, чтобы я не проспала, - мелькнула ленивая мысль. А следующая заставила резко подскочить на кровати: - Откуда здесь тётя? Я уже два года живу одна!»

Открыла глаза и мысленно застонала, напоровшись на настороженный взгляд Кайи. Чёрт, этот дурацкий сон продолжается! Мне так и не удалось из него выйти.

- Леста? - с робкой надеждой в голосе спросила женщина, наблюдая за мной, как сапёр за готовой взорваться миной.

- Лена, - поправила я, не желая облегчать ей жизнь. В конце концов, мне тут тоже не сладко. Спасибо хоть боль прошла, голова больше не кружится, да и ложе как-то помягче стало.

Оглядевшись, поняла, что нахожусь уже в другом помещении и лежу на широкой постели среди белоснежных подушек и одеял, украшенных витиеватыми золотистыми узорами тонкой вышивки.

Кайя разочарованно скривилась и резко сказала:

- Тогда начнём. У нас мало времени, а тебе нужно много всего запомнить.

- А зачем так торопиться? - Слушать многочасовые лекции как-то не хотелось, и я тянула время как могла.

- Как зачем? Завтра вернётся твой… то есть отец Лесты, а через сутки ты уже должна быть в школе! - сухо объяснила расстроенная женщина, удивив последним заявлением.

- В какой ещё школе? - я приподняла край одеяла и с сомнением воззрилась на доставшееся мне тело. Оно уже было чистым без следов кровавых рисунков, но по-прежнему оставалось большим и пухлым, словом, школьнице вряд ли могло принадлежать.

- В школе ремёсел. Она там учится на бытовом факультете, - раздражённо отмахнулась мачеха Лесты и начала озираться по сторонам, бормоча: - с чего же начать?!

В душе вновь зашевелилась робкая надежда. Может, ещё не всё потерянно.

- Это что-то вроде академии магии?

Женщина презрительно фыркнула:

- Зикфа не может учиться в академии, её удел - школа.

Я разочарованно прикрыла глаза. Опять облом! Мало того, что я - Нюша, так ещё и пэтэушница!

- Так она, правда, не Леста?! - противно взвизгнул кто-то справа.

Я открыла глаза, осторожно повернулась на голос и увидела юную копию Кайи - такую же тощую, высокую и темноволосую. А вот её наряд мне понравился больше - длинное приталенное голубое платье со скромным декольте безо всяких намёков на кринолин и жёсткий корсет смотрелось на ней довольно мило. На вид девушке было лет семнадцать. Сестрица Лесты, надо полагать, пожаловала.

- Тихо, Санра, будешь помогать, - шикнула на неё Кайя. - Придётся вам в школе жить вместе, чтобы она глупостей не наделала.

- Что? Только не это! Меня же все засмеют! - возмущённо пискнула девица, сверля меня неприязненным взглядом. М-да, похоже, вдобавок ко всему эта Леста у них кто-то вроде аутсайдера.

- Предпочитаешь вылететь и из школы, и из этого дома? - угрожающе спросила женщина и, повернувшись в мою сторону, грозно добавила: - Тебя это тоже касается. Если выяснится, что ты не Леста, остаток жизни проведёшь в заточении.

- Почему в заточении? - память подбросила фрагмент из её разговора с ведьмой. - Ты же говорила, пришедшие с Земли живут в какой-то долине.

- Это касается тех, кто пришёл в своём теле, а ты - двоедушница. С тобой церемониться не будут! - категорично отрезала Кайя. - Так что давай уже начнём работать!

В следующие несколько часов на меня обрушился целый поток информации, которой с лихвой хватило бы на половину школьной программы. Мне объяснили, что нахожусь я в Рансааре - самом крупном королевстве мира Алнодор, но на простой вопрос в какой солнечной системе он находится, ответить не смогли. Зато загрузили лекцией о том, что верховным божеством здесь является уже не раз упомянутый Ёхва - младший сын Единого - самого главного бога, создавшего множество миров, отделённых друг от друга завесой.

По легенде Ёхва был одержим путешествиями по иным мирам и реальностям. Он долгое время не хотел взрослеть и отказывался выполнять свои обязательства. Тогда отец заточил его в мире Алнодор, лишив большей части прежней силы и наказав заботиться о живущих здесь созданиях. Если он хорошо справляется с работой, раз в тринадцать лет отец открывает завесу и позволяет сыну снова пуститься в путешествие по мирам. Но только до утра.

В такую ночь, ночь Ёхвы, в мире оставленном без бога по преданию случается много бед. Например, в прошлый раз произошёл государственный переворот, а ещё погибла мать Лесты. К тому же пока открыта завеса, в Алнодор могут проникнуть существа из других миров, что случается довольно часто. И «попаданцы» с Земли здесь тоже не редкость. Их поселяют в долине Шаад, где практически нет магии, с которой они не могут взаимодействовать без вреда для здоровья. Их контролируют, конечно, но в целом предоставляют самим себе.

По словам Кайи, к землянам здесь относятся нейтрально и в какой-то степени положительно, потому что они никому не вредят и приносят практическую пользу. Благодаря им в Рансааре и других королевствах появились более-менее современные канализация и водопровод (в их наличии я убедилась, отпросившись в туалет). На форму одежды и обуви они тоже повлияли, внедрив многое из своей моды, правда, на мой взгляд, жутко устаревшей. В целом представители нашей планеты довольно успешно вели здесь торговлю той же одеждой и разными бытовыми предметами, необходимыми в хозяйстве, хотя долину Шаад при этом никогда не покидали.

Что касается двоедушников - с ними всё было сложнее. Получалось, одна душа порабощала или полностью вытесняла другую, а это здесь приравнивалось к убийству. К тому же в разных мирах живут разные создания и далеко не все из них безобидны. Поэтому после каждой ночи Ёхвы все жители проходили обязательную проверку в молельнях (аналогах наших храмов). В чём она заключается я так и не поняла, но Кайя и Санра этой проверки жутко боялись. А состояться она должна была в школе, то есть уже через сутки.

Мне рассказывали много всякого разного из истории королевства и правящих династий, поведали об особенностях сезонов, то бишь времён года, которых здесь было всего три, просветили относительно правил поведения в школе и в обществе, а в ответ на логичный вопрос, как я буду там учиться, если не знаю их буквы и цифры, испуганно сунули в руки старую книгу. Чтобы, так сказать, оценить степень безнадёги. К моему удивлению, примерно на третьей странице непонятные закорючки и линии вдруг начали обретать смысл и складываться в слова и предложения.

А ещё меня не покидало ощущение, что в голове работает что-то вроде встроенного переводчика. Потому что фразы, которые произносили собеседницы, на слух звучали незнакомо, но я их понимала - поначалу с задержкой, потом всё лучше и лучше. Да и сама вместо привычных русских слов произносила какую-то тарабарщину, но Кайя и Санра отвечали именно на поставленные вопросы. Наверное, это память Лесты каким-то образом активизировалась и начала взаимодействовать с моей, выдавая наиболее подходящие по смыслу определения, термины и выражения. Бред, конечно, но чего во сне не бывает? Жаль распространялось это только на общеизвестную информацию, потому что ни воспоминаний о жизни девушки, ни каких-либо отголосков её чувств и эмоций пока не обнаружилось.

Утомлённая нудными и ненужными мне лекциями о несуществующем мире, я неоднократно пыталась проснуться и даже попробовала сбежать, когда меня водили в туалет. Обычно бежать и летать в осознанном сновидении всегда получалось легко, а тут я снова потерпела фиаско и в итоге оказалась привязанной к кровати.

Рассерженная Кайя ещё долго стращала рассказами о том, как со мной поступят, если выяснится, что я двоедушница, а потом, наконец, оставила в покое и темноте, погасив святящиеся шары одним движением руки. Магия, блин! Я тоже так хочу!

***

Когда я снова открыла глаза не в своей квартире, а в постели Лесты, это уже реально напрягло. Да какого чёрта происходит? Не так уж много я выпила! Верёвок, сковывающих тело, уже не было. Я смогла сесть и осмотреться.

В просторной комнате с высоким сводчатым потолком и большими полуовальными окнами было светло, как бывает лишь в очень солнечный день. Кайи и Санры, к счастью, в поле зрения не наблюдалось. Обстановка вокруг была простой, но милой и удовлетворяла минимальным женским потребностям. Огромную деревянную кровать на манер балдахина обрамляли тонкие полупрозрачные занавеси, у стены стоял широкий деревянный шкаф, у окна - большое зеркало в массивной узорчатой серебристой раме, а на столике возле него лежала деревянная расчёска и стояли две резные шкатулки. Имелись здесь и стулья, правда, несколько непривычной формы (с излишне длинными спинками и ручками, как у кресла), но вполне узнаваемые.

На одном из них лежало нечто похожее на огромную серую наволочку. Я сползла с постели, снова подивившись теплоте деревянного пола, и подошла ближе. Похоже на одежду. Ужасную и бесформенную, но не расхаживать же теперь нагишом. Пришлось надеть и поморщиться, увидев отражение в зеркале. У Кайи и Санры одёжки были получше, а это практически чехол для автомобиля. Хотя с фигурой Лесты во что-то другое сложно влезть. Скорее бы проснуться! Быть таким пугалом не хотелось даже во сне.

Подойдя к окну и отодвинув плотные синие занавеси с жуткими кружевными воланами, убедилась, что за ним царил погожий солнечный денёк, а яркая сочная зелень и насыщенные краски незнакомых мне цветов развеяли, начавшие было появляться сомнения - всё-таки сон! Ведь настолько ярких цветов просто не бывает, а раз так можно и по дому прогуляться. Вдруг всё же увижу что-нибудь интересное.

Дверь в комнате была не заперта, и я выскользнула за неё, предвкушая новые впечатления. Однако далеко уйти не удалось. Пройдя по длинному пустому коридору, у основания лестницы я столкнулась с Кайей, которую держал под руку высокий, крупный русоволосый мужчина в зауженных чёрных брюках без намёка на стрелки и белой сорочке с круглым вырезом.

Мы все замерли, глядя друг на друга. Мачеха взирала на меня со страхом, видимо, не зная, чего ожидать от этой встречи, мужчина же смотрел с тревогой и первым нарушил молчание, мягко спросив:

- Леста, милая, как ты себя чувствуешь? Почему встала? Кайя сказала, что ты болеешь.

Блин, вот что на это ответить, если я вообще не в курсе с кем разговариваю? Благо Кайя пришла на помощь.

- Лестэлла, ну что ты застыла, поздоровайся с отцом, - торопливо велела она, делая мне за спиной у мужчины непонятные знаки.

Странная женщина, полдня втирала про богов и королей, но почти ничего не рассказала о том, что действительно важно. Нет, она обмолвилась, что отец Лесты, Урнан Риголь, очень состоятельный торговец тканями, имеющий собственные ткацкие фабрики и корабли для торговли в других королевствах, но откуда мне знать, как дочь общается с отцом? Ведь, как говорится, в каждой избушке свои погремушки. Придётся импровизировать.

- Здравствуй, папа, с возвращением! Не переживай, мне уже лучше, - я приветливо улыбнулась, шагнула навстречу и крепко обняла мужчину, вежливо поинтересовавшись: - А как прошла твоя поездка?

В конце концов, во всех нормальных семьях так поступают. Но, видимо, не в этой. Выражение лица мужчины, когда я отстранилась, было удивлённым, а Кайю и вовсе перекосило.

- Тебе не стоило вставать, дорогая, - приторно-сладко протянула она, - возвращайся в свою комнату, я сейчас принесу тебе завтрак.

От последней фразы желудок предательски заурчал, я в самом деле почувствовала, что очень голодна. Снова улыбнулась отцу Лесты и послушно повернулась обратно, мечтая хоть что-нибудь съесть. Правда, чревоугодничать во сне мне раньше не приходилось, вот заодно и попробую.

- Урнан, дорогой, она ещё слаба. Может не стоит торопиться с возвращением в школу, - запричитала вдруг Кайя, едва я отошла на пару шагов. - В таком состоянии через телепорт перемещаться опасно, лучше позже экипажем её отправим.

Услышав про телепорт, я немедленно развернулась и запротестовала:

- Нет, нет! Я прекрасно себя чувствую и очень хочу в школу!

Если уж я здесь надолго застряла, то нужно выбрать более интересное времяпровождение, чем нудные лекции в исполнении Кайи.

- По Никею соскучилась? - понимающе улыбнулся мужчина.

Я с готовностью закивала, хотя понятия не имела, кто такой этот Никей.

- Ладно, пригласим лекаря, пусть осмотрит тебя и если всё в порядке, не будем ничего откладывать, - вынес он решение, которым Кайя явно осталась недовольна.

Под предлогом завтрака она чуть ли не силой затащила меня в комнату Лесты и набросилась с претензиями:

- Ты что вытворяешь?! Хочешь, чтобы тебя раскрыли?!

- Я хочу есть, ты обещала завтрак, - проворчала, поморщившись от её визгливого голоса. - И почему меня должны были раскрыть? Леста не общается с отцом? Ты мне ничего такого не говорила.

- Общается, но не так. Она постоянно ноет и что-то у него выпрашивает. И зачем ты так рвёшься в школу, глупая! Там в первый же день придётся пройти проверку. А я не уверена, что ты её выдержишь.

- Опять эта проверка. Объясни хоть, в чём она заключается?

- В молельне есть специальный кристалл, - понизив голос, недовольно объяснила Кайя. - С его помощью твою душу будут сверять со слепком души, полученной при рождении.

Ни фига себе технологии! Присниться же такое.

- А если я не поеду в школу, эту проверку проходить не придётся?

- Придётся, - со вздохом признала мачеха Лесты. - Это закон. Он обязателен для всех.

- Тогда какой смысл оттягивать? - Мне очень хотелось опробовать телепорт, а там пусть хоть на костре сожгут - это ведь всего лишь сон. - Ты же говорила, есть способ её обмануть.

Женщина бросила на меня быстрый недовольный взгляд и пожала плечами.

- Есть, но я в нём не до конца уверена. Что ж, может тебе действительно лучше пройти проверку сейчас, вместе со всеми, чем потом одной. Больше шансов, что среди такой толпы тебе уделят меньше внимания, - неохотно признала Кайя.

- Вот именно. Лучше расскажи, кто такой Никей, и почему я должна по нему скучать?

- Дэйр Никей Блордрак - жених Лесты, - Кайя снова поморщилась, словно от зубной боли. - Постарайся при нём помалкивать и вообще не попадайсялишний раз на глаза, чтобы он ничего не заподозрил.

Ого, так у Нюши и жених имеется! Что ж, хоть в личной жизни ей повезло больше, чем мне. Вот только в словах Кайи было какое-то несоответствие.

- Постой, ты говорила, что Леста покупала у ведьмы приворотное зелье. Зачем, если у неё уже есть жених?

- Этой глупой девчонке помолвки было мало, ей любви захотелось, ведь Никей её терпеть не может, а она по нему третий год сохнет, - пожала плечами мачеха. - И на что надеялась, глупая, он - высокородный дэйр из чистокровных, а она - дочь простого торговца, к тому же зикфа. Какая уж тут любовь.

Это прозвучало как нечто само собой разумеющееся, вызвав прилив необъяснимого раздражения. Дэйры, как подсказала память Лесты, здесь кто-то вроде высшей аристократии. Породниться с ними и заполучить такой статус мечтали все, кто был ниже по социальному положению.

- Зачем тогда он на помолвку согласился, если так к невесте относится?

- У него выбора не было!

Кайя тоже начала раздражаться, но всё же терпеливо объяснила, что после смерти отца род Блордраков обеднел, а Никею, как главе семьи, нужно заботиться о матери и брате с сестрой. В обмен на помолвку с дочерью Урнан оплатил обучение брата Никея в королевской академии и выделил леоры (так здесь назывались деньги) на восстановление родового замка Блордраков из приданого Лесты.

- То есть он уже вовсю пользуется приданым невесты, но при этом нос от неё воротит?! - возмутилась я такой несправедливостью.

Бедная девчонка. Не удивительно, что её так разнесло! Наверное, только и делала, что несчастную любовь заедала.

- Он - дэйр, - категорично отрезала собеседница, - и Леста бы стала настоящей дэйрой. А это дороже любых леоров и драгоценностей!

Ох, что-то подсказывает мне, что мы с этим Никеем не поладим.

Глава 3

Когда я снова проснулась в комнате Лесты, то испугалась уже по-настоящему. К атакующим сомнениям присоединилась пугающая мысль: что если там, в родном Краснодаре, я уже не сплю, а впала в глубокую кому и застряла здесь не на одну ночь, а в лучшем случае на несколько месяцев?

Честно говоря, все признаки того, что всё происходящее - это уже не осознанное сновидение, а нечто совсем другое давно были, как говорится, на лицо, но я от них малодушно отмахивалась, предпочитая не думать о плохом.

Долго переживать по этому поводу мне не дали - налетели Кайя с Санрой. Вчера они весь день рассказывали о преподающих у Лесты педагогах, правилах школы и однокурсниках, с которыми мне предстояло учиться, сегодня с утра пораньше взялись экзаменовать, а потом стояли над душой и торопили со сборами.

Поскольку на территорию учебного учреждения явиться нужно было в форме, пришлось ещё дома облачиться в длинное бесформенное бордовое платье, единственным украшением которого являлись белый воротничок и кружевные нарукавники. К моей огромной радости нижнее бельё, благодаря ныне живущим в долине Шаад попаданцам с Земли, было хоть и очень закрытым, но почти привычным - не пришлось мучиться с доисторическими панталонами и жёстким корсетом.

Перед отъездом Кайя украдкой передала мне мешочек с какими-то ягодами и строго велела съесть, как только окажусь в школе, чтобы они успели подействовать до проверки. В чём именно будет выражаться это действие, она объясняла довольно туманно, а я нервничала и особо не вслушивалась.

До телепорта добирались экипажем, оказавшимся каретой, запряжённой обычными лошадьми. Даже обидно стало, что моего воображения не хватило на более подходящих для магического мира животных. Впрочем, хвосты у них здесь были другими - как у зебр только длинными, а уши - почему-то маленькими и округлыми.

Ехать в карете было не так просто, как казалось в качестве зрителя или читателя. Похоже, выходцы с земли решили остановиться на водопроводе и не стали знакомить жителей Алнодора с технологией изготовления асфальта и автомобилей. Мы ехали по мощённой крупным булыжником дороге, и меня с непривычки регулярно бросало из стороны в сторону. Приходилось крепко держаться за специальные поручни и ремешки.

Из-за этого в пейзажи, мелькающие за окошком дверцы, я почти не всматривалась. Заметила только, что деревья и цветы здесь были такими же нереально яркими, как и у дома семейства Риголь.

Отец Лесты тоже поехал с нами - проводить дочь и падчерицу. Как выяснилось, Санра была ребёнком Кайи от первого брака, и кровные узы девушек не связывали. Урнан мне нравился уже хотя бы тем, что не относился к Лесте пренебрежительно из-за отсутствия дара. И на прощание я с благодарностью снова крепко его обняла.

А вот долгожданный телепорт сильно разочаровал. Мы приехали на небольшую площадь, где полукругом выстроились симпатичные каменные домики, оказавшиеся, судя по вывескам, продуктовыми и овощными магазинчиками, и вошли в неприметное серое здание.

Помещение, в котором мы оказались, чем-то напоминало зал ожидания на автовокзале. Только более уютный и комфортный - с удобными мягкими креслами, в которых нам пришлось несколько минут ждать своей очереди. Затем приоткрылась дверь в соседнюю комнату, и нас с Санрой пригласили войти.

Это было совершенно пустое помещение цилиндрической формы. Его стены и потолок украшали множество непонятных мне символов, а на полу был начерчен серебристый круг. Вот в него нам и предложила стать высокая рыжеволосая девушка в таком же серебристом длинном платье. По её сигналу мы с Санрой взялись за руки. А дальше всё произошло очень быстро. Я даже понять ничего не успела.

Мир перед глазами закружился, свет на мгновение померк, а потом ослепляющее ударил по глазам, заставив зажмуриться. Земля зашаталась и ушла из-под ног, воздуха стало отчаянно не хватать, а к горлу подступила тошнота. Прошло несколько минут прежде, чем я смогла ощутить под ногами твёрдую поверхность, открыть глаза и услышать звуки окружающего пространства. Самым неприятным из них был голос Санры, злобно шипящий прямо в ухо:

- Эй, хватит кривляться! Веди себя прилично, на нас уже смотрят!

Я глубоко вдохнула, стараясь подавить, не желающую отступать тошноту и осмотрелась. Мы стояли на небольшой, вымощенной красноватым камнем площадке перед высокими решётчатыми воротами, украшенными замысловатыми узорами, в толпе юношей и девушек примерно нашего возраста также одетых в бордовую форму.

Возле ворот их встречали сурового вида мужчины в чёрном, видимо охраняющие территорию, что-то проверяли и впускали ребят по одному.

- Это и есть та самая проверка? - занервничала я, не готовая к тому, чтобы вот так сразу оказаться в заточении.

Я ведь ещё даже местную академию магии не видела, которая, как выяснилось, находится на той же территории, что и школа.

- Нет, - недовольно проворчала сводная сестра Лесты. - Сейчас ты просто покажешь свой браслет, это как пропуск для всех адептов.

Я покосилась на украшающий запястье простенький алый браслет. Так вот зачем его на меня напялили, велев не снимать даже ночью в постели. В последние часы перед отъездом мне уже ничего не объясняли, только совали в руки то, что непременно нужно надеть или взять с собой.

- А теперь быстрее ешь ягоды! Да отвернись, чтобы никто не заметил, - шепнула Санра и отошла от меня на пару шагов, делая вид, что мы с ней в принципе незнакомы.

Она проследила, чтобы я украдкой достала и проглотила три ягоды, а потом, велев идти за всеми и делать, что скажут, примкнула к посмеивающейся неподалёку стайке девушек. Словом, кинула. Вот же зараза! Впрочем, иного я от неё не ждала. Сразу ведь было понятно, что общаться с презренной зикфой сестрица считала ниже своего достоинства.

Ругаться с ней и устраивать сцены на людях я не собиралась. Выставлять себя истеричкой не хотелось даже во сне или в коме (я так и не определилась с происходящим до конца). Да и, честно говоря, было совсем не до этого. Ягоды оказались премерзкими на вкус, и тошнота атаковала с новой силой. Я снова медленно вдохнула и задержала дыхание. Повторила процедуру несколько раз и не заметила, как оказалась у ворот. Как во сне протянула одному из охранников руку с браслетом. Он провёл над ним ладонью с какой-то золотистой пластиной, и молча посторонился, пропуская за ворота.

Я сделала несколько шагов и отошла в сторону, чтобы меня не затоптали. К тошноте добавилось головокружение, а перед глазами начало двоиться. Продолжать путь в таком состоянии было небезопасно. Что за дрянь мне подсунула Кайя? Или её план заключался в том, чтобы отравить меня этими ягодами ещё до начала проверки?

Но через несколько минут моё состояние начало понемногу улучшаться. А когда зрение вернулось в норму и меня перестало штормить, я осторожно двинулась вслед за толпой студентов, спешащих в одном направлении. Судя по нескольким услышанным фразам, шли мы к молельне на ту самую обязательную проверку.

Несмотря на плохое самочувствие, я старалась не отставать, поскольку совершенно здесь не ориентировалась. Территория школы, насколько я могла судить по первому впечатлению, была огромной. Заблудиться тут ничего не стоило. Прямо от ворот уходили в стороны четыре высокие аллейки из ровно подстриженных кустарников разных цветов. Да, они здесь были не только зелёные, но и красные, и ярко-оранжевые, словно осенью, и изумрудные со снежно-белыми прожилками, будто слегка припорошенные снегом.

Мы шли по красной аллейке хорошо сочетающейся с формой адептов. Шли довольно долго. Меня всё ещё тошнило, да и головокружение до конца не ушло, поэтому я периодически останавливалась и в итоге плелась в конце шествия. Со мной никто не пытался заговорить, поздоровались лишь две девушки, остальные смотрели высокомерно и пренебрежительно. Эффект зикфы в действии, надо полагать. И даже помолвка с дэйром на него, похоже, никак не повлияла. Скорее всего, ещё и усилила всеобщую неприязнь. Выскочек не любят нигде, а тут какая-то безродная толстуха, лишённая магии, отхватила в женихи аристократа. Непорядок.

Задумавшись, я не заметила, как сменились цвета и обстановка. Красные кустарники остались позади. Взору открылась широкая изумрудная лужайка, обрамлённая странными жёлто-голубыми растениями. В её центре среди высоких раскидистых деревьев и клумб из диковинных белоснежных цветов возвышалось большое белое здание куполообразной формы, шпиль которого венчал незнакомый мне символ, отдалённо напоминающий искривлённый знак бесконечности, заключённый в эллипс и ромб. Именно в это здание направлялись адепты, исчезая в полумраке за широко открытыми дверьми.

Но моё внимание привлёк расположенный неподалёку фонтан. Его струи, жизнерадостно взмывающие вверх, были очень яркого бирюзового цвета. Залюбовавшись, я как завороженная, подошла ближе. В этот момент струи поменяли цвет на ядовито-розовый, и одна из них метнулась ко мне, окропив лицо и одежду.

Чертыхнувшись, я отскочила в сторону, вытирая глаза, и услышала над головой чьё-то недовольное покашливание. Подняла голову, проморгалась и увидела высокого молодого брюнета со слегка волнистыми волосами, стянутыми в длинный хвост. Одет он был в тёмные штаны, белоснежную рубашку и удлинённый чёрный жилет. На красивом породистом лице застыло брезгливое выражение.

- Риголь! - буквально выплюнул он фамилию Лесты, буравя меня тяжёлым осуждающим взглядом. - Только ты могла отличиться в первый же день. А ведь занятия ещё даже не начались.

Я молчала, не понимая, что происходит и как реагировать на подобный наезд. Он постоял так ещё пару секунд, поморщился, отметив мой заторможенный вид, и вдруг сунул мне в руку белый платок, презрительно припечатав:

- Приведи себя в порядок. Не позорь меня!

- Что?! - я, наконец, отмерла, приготовившись дать отпор, но брюнет, резко развернувшись, зашагал вместе со всеми в сторону молельни.

Зато объявилась сбежавшая Санра.

- Ёхва милосердный, на кого ты похожа! - ужаснулась она и недовольно запричитала: - Ты зачем к фонтану сунулась? Все знают, что его каждый год старшекурсники зачаровывают! Да ещё и на Никея сразу нарвалась, вот же невезение!

Ах, так это был Никей? Жаль, я сразу не сообразила. Проводила недобрым взглядом прямую как шест спину удаляющегося «жениха» и, повернувшись к Санре, сердито отчеканила:

- Если ты забыла, я - не Леста! Про фонтан ты мне ничего не говорила, и как выглядит Никей, я тоже до этого момента не знала, так что не смей больше от меня отходить и помоги уже оттереть эту гадость!

***

Не знаю, что за дрянь добавили в фонтан, но полностью избавиться от краски не получилось. С помощью применённой Санрой бытовой магии, вызвавшей у меня укол зависти, с одежды пятна вывести удалось, а вот на волосах остались розовые вкрапления. Ну и ладно, будем считать, что в салоне колорирование сделала. Гораздо больше, чем неопрятный внешний вид, меня волновало то, что ожидало в молельне.

Это странно, но чем больше времени я проводила в теле Лесты, тем реже вспоминала, что всё происходит не на самом деле. С каждым днём происходящее казалось всё более реальным, и мне это очень не нравилось. Пока мы шли к зданию, я лихорадочно вспоминала наставления Кайи, жалея, что почти их не слушала. Кажется, она говорила, что проверку будет проводить то ли друг семьи, то ли дальний родственник Лесты, а значит, есть надежда, что долго и тщательно меня мучить не будут.

От Санры толку не было. Она сама до желудочных колик боялась моего разоблачения. Буквально втолкнула меня в дверь, шепнула: «Просто делай, что скажут!» и снова бросила на произвол судьбы, затерявшись в толпе адептов.

В молельне царил полумрак, рассеиваемый десятками зажжённых свечей, источающих пряный сладковатый аромат с ноткой цитрусовой свежести. А ещё было очень душно, и мне снова стало нехорошо, поэтому большая часть непонятной церемонии в памяти не отложилась. Помню лишь, что долго ждала своей очереди, затем нерешительно шагнула за высокую деревянную перегородку, разделяющую помещение на две части. Подошла к постаменту, на котором слабо мерцал большой ромбовидный фиолетовый кристалл. Я положила на него ладони и почувствовала приятное тепло, сверху их накрыли руки жреца, облачённого в длинный белый балахон. Зазвучали тягучие непонятные слова, а потом я куда-то провалилась и… попала в ад.

Так плохо мне ещё никогда не было. Душу словно пропускали через мясорубку, заставляя снова и снова переживать самые горькие и тяжёлые моменты моей жизни. Но я ничего не видела, только ощущала: страх, отчаяние, тоску, одиночество, невыносимую боль потери…

А когда всё закончилось, и я, пошатываясь, вышла из молельни, хотелось выть от навалившегося вдруг осознания - это не сон и не игры воображения! Всё происходит на самом деле, и в родной Краснодар к тёте и сёстрам мне уже никогда не вернуться! Не знаю откуда пришла эта мысль, но она не вызывала ни малейших сомнений и не оставляла ни капли надежды. Из оцепенения выдернул голос Санры. На этот раз оживлённый и радостный.

- Всё получилось! Ты прошла проверку! - щебетала она над ухом с довольным видом. - А теперь пора на занятия. Скоро начнётся первая лекция.

Я болезненно поморщилась, не разделяя её оптимизма, и вдруг, вспомнив о том, что не одна здесь такая, быстро спросила:

- Скажи, а те, что приходили к вам с Земли в своём теле, когда-нибудь возвращались обратно? Например, в другую ночь Ёхвы?

Санра нахмурилась, воровато огляделась по сторонам, и сердито шикнула:

- Тише, услышит кто-нибудь! Нет, это невозможно!

- А добраться до долины Шаад как-нибудь можно? - Вдруг удастся узнать что-нибудь полезное и обнадёживающее.

- Нельзя! - недовольно отрезала девушка, продолжая оглядываться по сторонам, как неопытный воришка, переживающий, что его вот-вот застукают на месте преступления. - Туда просто так не попасть, а адептов из школы вообще никуда не выпускают до каникул, так что выброси это из головы! Нам повезло, что ты прошла проверку, не испорть всё! Идём на занятия.

- Не могу. Мне плохо от ваших дурацких ягод! - А ещё от разбившейся вдребезги надежды. Оказаться в другом мире в осознанном сне - это редкая удача и захватывающее приключение, а вот понять, что это не сон и обратной дороги нет - уже совсем невесело.

- Тише! - снова испуганно пискнула Санра. - Молчи, если кто-нибудь узнает, нам конец! Не хочешь на занятия, иди пока в свою комнату, отлежись.

- Куда идти? Где эта комната? Я тут буду блуждать до вечера!

- Общежитие сразу за парковой зоной. Вон, видишь красные башенки? Тебе туда. Комната тридцать девять, приложишь к двери браслет - она откроется.

После эмоциональной встряски в молельне на душе было паршиво. Мне хотелось побыть одной, чтобы хоть немного успокоиться и привести мысли в порядок. Я вяло кивнула Санре и направилась в указанном направлении.

Вспомнилась вычитанная где-то теория об альтернативных реальностях, в которых живут наши двойники. Причём судьбы и условия проживания, естественно, у всех разные, а миры тем более могут кардинально различаться. Неужели я на самом деле оказалась в одной из таких реальностей? И что теперь делать? Как вернуться домой?!

Погружённая в невесёлые мысли, я брела по красивейшему парку, не замечая ни ярких цветов, ни разноцветных фонтанов, ни пёстрых бабочек, ни звонкоголосых птиц, ни спешащих на занятия адептов. Но чем ближе подходила к нужному зданию, тем хуже мне становилось. К тоске и растерянности присоединились тревога и паника. Что-то опасное витало в воздухе, усиливая все негативные ощущения. И только подойдя почти вплотную к общежитию, я поняла, что это было - запах.

Он исходил от высокого дерева, напоминающего огромный канделябр, чьи устремлённые ввысь ветви были сплошь покрыты большими розовыми цветами. А его длинные узкие листья имели неприятный ядовито-красный цвет.

«Иргаль - дерево любви!» - мелькнуло в памяти Лесты короткое воспоминание, а моя собственная память опознала в этом аромате тот самый удушливо-приторный запах из детских кошмаров. Точнее, почти тот самый. В нём не хватало какого-то важного компонента, только я всё равно почувствовала удушливую волну страха, накрывшую с головой.

Отвернулась и почти бегом бросилась подальше от этого жуткого дерева, но унявшееся было головокружение вдруг снова усилилось, перед глазами замелькали разноцветные круги, навалилась чудовищная слабость, и я потеряла сознание.

Глава 4

Когда я открыла глаза, испытала неприятное чувство дежавю - снова вместо желанной квартиры в родном Краснодаре незнакомое помещение.

Не комната Лесты, но обстановка довольно непривычная для земной, хотя и напоминает наши больницы. Даже запах здесь витал какой-то травяной - словно полынь с чабрецом смешали, сверху ромашкой присыпали и крутым кипятком заварили. Не слишком приятный аромат, но лучше такой, чем тот, что исходил от розового дерева!

Я поморщилась, вспомнив недавние ощущения. Нереальные. Невозможные. Как я могла чувствовать этот аромат на Земле?! Неужели между мной и Лестой уже тогда существовала какая-то связь, или это ягоды сыграли со мной злую шутку, перемешав в сознании прошлое и настоящее? Возможно, они вызывают галлюцинации? А вот и ещё одна - голос Никея, раздавшийся совсем рядом, за белой перегородкой, разделяющей помещение на части.

- Камилия, ты преувеличиваешь. Леста бы до такого не додумалась, она не настолько умна, - говорил он кому-то.

В последней фразе прозвучало такое неприкрытое пренебрежение, что последние сомнения в его отношении к невесте рассеялись, а ещё стало понятно - это не галлюцинация, всё происходит на самом деле.

- Да, Риголь - тупица, - произнёс незнакомый женский голос, скорее удивив, чем обидев формулировкой. Точнее меня удивило наличие в местном языке такого земного слова «тупица», но потом дошло, что это всего лишь адаптированный перевод, выбирающий из моего словарного запаса наиболее подходящие по смыслу термины.

- Тем не менее, до приворотного она додумалась, - добавила незнакомка, ввергнув меня в ступор. Предполагалось, что это секрет, откуда же она знает о зелье? - Значит, не стоит её недооценивать: с такой наследственностью можно любых сюрпризов ожидать. Кажется, её мать в своё время твоего отца крепко приворожила. Так что ты с ней поосторожней.

Ох, похоже, опять мне Кайя с Санрой что-то важное не рассказали. О какой такой наследственности речь, и какая связь между матерью Лесты и отцом Никея?

- Не напоминай! - холодно и недовольно отрезал Блордрак, позвякивая чем-то за ширмой.

Я слегка приподнялась на локтях, осматриваясь, и, кажется, начала понимать, где нахожусь. Кайя говорила, что Никей параллельно окончил боевой и целительский факультеты местной академии и сейчас работает в лазарете, набираясь опыта перед службой в королевском госпитале, где его ждут уже в следующем году. Видимо, когда я упала в обморок, добрые люди притащили меня в этот самый лазарет. Самочувствие, кстати, было вполне удовлетворительным - наверное, здесь со мной что-то уже сделали.

- Не повезло тебе с невестой, - продолжала очернять образ Лесты Камилия, которую я уже заочно невзлюбила. - Толстая, бесполезная и жутко навязчивая. Специально ведь какой-то дряни наглоталась, чтобы сюда попасть - к тебе поближе.

- Зачем ей это? - усомнился Никей. - Она и так у Зиэлды место помощника выпросила - поводы искать не нужно.

- Говорю же, тупица. Мозгами пользоваться не умеет. Надеюсь, ваши дети не в неё пойдут, - вздохнула с притворным сочувствием его собеседница, разозлив меня не на шутку.

- Никаких детей не будет! Я не собираюсь обрекать свой род на вырождение, - брезгливо процедил «жених», чем окончательно вывел из себя.

Не знаю как, почему и насколько я здесь застряла, но пока Лестой считают меня, никому не позволю вытирать об себя ноги! Резко села, отчего стоящий на прикроватном столике флакон зашатался и упал на пол.

В помещении воцарилась гробовая тишина. Затем послышались быстрые шаги, и в поле моего зрения появились Никей и эффектная стройная молодая блондинка в длинных халатах болотного цвета. Видимо такая у здешних медиков неприглядная униформа. Эти двое не могли не понимать, что я слышала их разговор, но смущёнными не казались.

- Как ты себя чувствуешь? - спокойно спросил Никей, глядя на меня сверху вниз нечитаемым взглядом.

- Что ты с ней церемонишься? - пренебрежительно хмыкнула блондинка, которую Блордрак называл Камилией. В её глазах читалось неприкрытое презрение. Интересно, ей-то чем эта несчастная девчонка не угодила? - Она же симулянтка. Только работать мешает!

Н-да, унижение пациентов тут, похоже, один из методов лечения. Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Всё же истерика и хамство - не мои методы, но поставить эту парочку на место придётся.

- Нет, Камилия, работать тебе мешаю не я, а недостаток знаний, - отчеканила сухо и сдержанно, - что ты за целитель, если не в состоянии отличить настоящий обморок от симуляции?

Лицо блондинки перекосилось от злости, мгновенно утратив привлекательность.

- Да как ты смеешь, так со мной разговаривать, зикфа? Я - эйра и скоро стану проводником! - сердито прошипела она.

Чтобы понять смысл последней фразы, пришлось покопаться в памяти. Эйрами здесь называли потомков дэйров, чья кровь была многократно разбавлена путём смешанных браков. В местном обществе они тоже были уважаемы, хотя и не так как дэйры. А вот о проводниках я почти ничего не знала, кроме того, что они обладали способностью вернуть душу умершего человека из какого-то междумирья.

- Вот когда станешь, тогда и будешь диагнозы ставить, а пока поучиться тебе ещё нужно, эйра Камилия, - улыбнулась я, честно пытаясь изобразить на лице почтительное выражение. Судя по тому, как её перекосило, получилось не убедительно. - И будь добра, выйди, пожалуйста, нам с дэйром Блордраком поговорить нужно. Наедине.

Девушка в ярости сжала кулаки и возмущённо посмотрела на Никея в поисках поддержки. Тот взирал на меня удивлённо, словно впервые увидел.

- Ладно, Камилия, выйди на минутку, - кивнул он, не отводя от меня взгляда, и пренебрежительно усмехнулся: - У кого-то прорезался голос? Это даже интересно.

Блондинка, сердито сверкнув большими синими глазищами, неохотно удалилась, и мы остались вдвоём. Блордрак скрестил на груди руки и выжидающе молчал, а я собиралась с мыслями, не зная с чего начать. В итоге решила, что лучшая защита - нападение, и пока он не успел обвинить меня во всех преступлениях, быстро спросила:

- Кто тебе рассказал про приворотное зелье?

Никей нахмурился. Его густые чёрные брови сошлись на переносице. В золотисто-карих глазах промелькнула угроза.

- То есть ты даже не скрываешь, что хотела им воспользоваться? - уточнил он нарочито спокойно, но таким ледяным тоном, что в помещении как будто стало ощутимо холоднее.

- Я хотела только одного: узнать, кто в моём окружении сливает информацию. Вот и пустила такой слух. Так от кого ты узнал о зелье? - вернулась я к первому вопросу.

Отмазка, конечно, так себе. А с другой стороны, не думаю, что Леста на каждом углу о своих планах кричала. Вон, даже Кайя с Санрой ничего не знали, пока она ночью с высоты второго этажа с этим самым зельем не грохнулась. Кто-то её, действительно, сдал.

- А ты не догадываешься?

Судя по голосу и выражению лица, «жених» мне не поверил, пришлось привести более убедительные аргументы.

- Что ты так смотришь? Блордрак, я же не идиотка, чтобы из-за какого-то зелья испортить себе жизнь и оказаться в темнице! - Кайя уверяла, что использование приворотного в королевстве запрещёно на законодательном уровне, правда, какое за него грозит наказание, не уточняла. Пришлось импровизировать.

- Ошибаешься, ты - идиотка! - холодно припечатал продолжающий хмуриться Никей. - Нормальный человек такие слухи ради проверки распускать не будет. Что если они дойдут до карателей? А может, это всё-таки правда?

От его пронзительного испытывающего взгляда стало не по себе. Вспомнились прочитанные в детстве книги о Гарри Поттере, в которых некоторые маги умели читать мысли. Что если и этому такое под силу?

- А может, у тебя мания величия? - огрызнулась, скрывая сомнения. - Думаешь, я бы рискнула всем, ради того, чтобы привлечь твоё внимание? Думаешь, ты настолько неотразим? Расслабься. Я - не сумасшедшая. Да и не нужны мне навязанные зельем чувства. Они же всё равно ненастоящие.

- Рад, что ты это понимаешь, - мрачно кивнул Никей. Он вдруг подошёл совсем близко, наклонился почти к самому моему лицу и, чеканя каждое слово, холодно процедил: - Запомни, Риголь, после свадьбы, я прикоснусь к тебе лишь однажды, чтобы скрепить брак, а потом каждый будет жить своей жизнью. Никакое зелье между нами ничего не изменит! Детей, как ты сама понимаешь, у нас тоже не будет. Зикфа не способна родить мага, а наследники без дара мне нужны!

Я всматривалась в это красивое, холёное лицо и отстранённо думала о том, какая же эта Леста дура. Нашла в кого влюбиться без памяти! Да, смазливый и сложен хорошо. Но на этом список достоинств окончен, зато недостатков у её суженого не перечесть. Козёл он, по-русски говоря. Такое будущее ей приготовил - врагу не пожелаешь. Сам, значит, будет пользоваться деньгами жены в своё удовольствие, а её запрёт где-нибудь в глуши, чтобы на глаза не попадалась и даже познать радость материнства не позволит. Интересно, её отец в курсе планов зятя? Как он вообще мог согласиться на помолвку с такими условиями?! Не знаю, как ко всему этому относилась влюблённая и наивная Леста, а лично мне такого счастья даром не нужно! Жаль, помолвка между ними заключена не простая, а магическая, которую, по словам Кайи, нельзя разорвать. Но это мы ещё посмотрим.

- А кто же продолжит славный род Блордраков, твои бастарды? - уточнила невинно.

Карие глаза жениха гневно сверкнули.

- У нас бастардов не бывает! Мой брат продолжит, а моя ветвь на мне и закончится, - выплюнул он осуждающе и посмотрел так, словно это исключительно моя вина.

Ну точно козёл. По-другому не скажешь. Мало того, что винит во всех бедах, так ещё и обсуждает невесту за её спиной с этой Камилией, как девчонка.

- Блордрак, скажи, тебя мой отец пытал? Иголки под ноги загонял? Пятки раскалённым железом прижигал? - спросила почти ласково, с трудом сдерживая, переполняющие меня эмоции. Умом понимала, что нужно терпеть и помалкивать, чтобы не выдать себя - итак уже лишнего наговорила, но, увы, смирение и покорность к числу моих достоинств не относятся.

- К чему ты клонишь? - Он, наконец, отстранился и сделал шаг назад, разглядывая меня удивлённо и настороженно, словно неизвестное науке животное, внезапно появившееся на горизонте.

- Просто интересно, ты добровольно согласился на мне жениться или под пытками? Ты ведь от этого ещё даже несостоявшегося брака уже сейчас немалую выгоду получаешь в отличие от меня. Так что прекрати строить из себя жертву и веди себя как мужчина! Не надо презрительно морщиться в моём присутствии и делать вид, что тебя силой заставили заключить помолвку. В конце концов, это договор двух сторон, а договор дороже леоров.

- Риголь, признайся, ты головой ударилась? - помолчав, осторожно спросил целитель. - Ты очень странно себя ведёшь.

- Да, ударилась. Из окна выпала, - сказала честно, не рассчитывая, что он поверит. В правду обычно почти никогда не верят.

Того, что обследование покажет следы рокового и фактически смертельного падения, я не боялась, ведь даже приглашённый отцом Лесты целитель ничего не обнаружил - Морта постаралась на славу.

- Тогда понятно, почему у тебя мозги набекрень, - снисходительно резюмировал Никей, вызвав новый прилив раздражения.

- Почему же набекрень, может, они как раз на место встали. Да и иллюзий значительно поубавилось.

Я поняла, что разговаривать с ним дальше бессмысленно. Эту стену себялюбия и высокомерия так просто не прошибёшь - слишком долго и тщательно она взращивалась и строилась. Попробую в другой раз, сейчас я слишком устала. Всего лишь пару часов в этой странной школе, а уже чувствую себя как выжатый лимон.

- Спасибо за помощь и содержательную беседу, мне, пожалуй, пора.

Я не без труда сползла с довольно высокой кровати и прошла мимо озадаченного Блордрака к приоткрытой двери. Не удивлюсь, если за ней Камилияуши «греет».

- Ладно, поскольку сегодня ты явно не в себе, отдыхай, но завтра после занятий придёшь на работу, - недовольно проворчал вслед «жених».

Это ещё что за новости? Я вроде бы сюда учиться приехала!

- На работу? - переспросила, неохотно обернувшись. Леста ведь должна понимать о чём речь, поэтому сразу всё отрицать нельзя.

- Что от удара память потеряла? - съязвил Блордрак, даже не представляя насколько прав. - Ты ведь сама Зиэлду упрашивала взять тебя помощницей в лазарет. Она уже отказала другой девушке, так что, будь добра, не опаздывай. И постарайся не путаться у меня под ногами без необходимости!

Ну вот, опять - двадцать пять! Похоже, никаких выводов из нашего разговора жених Лесты не сделал, зря я старалась изъясняться вежливо и доходчиво. Что ж, тем хуже для него.

- Э… послушай, а эту другую девушку как-нибудь можно вернуть? Боюсь, у меня не будет времени на работу - учиться надо, - я сокрушённо развела руками, выражая глубокую степень сожаления. - Найди, пожалуйста, кого-нибудь на замену.

- Что?! - Брови жениха возмущённо подскочили вверх. - Я теперь ещё и подбором обслуживающего персонала заниматься должен?!

- Ты ведь сам не хочешь меня здесь видеть, правильно? Да и я, честно говоря, на тебя сегодня уже насмотрелась. Надолго.

- Чего?! - удивление, возмущение и недоверие смешались в его голосе и взгляде в равных пропорциях.

- Говорю же - упала, ударилась, мозги на место встали. Ну всё, пока, ещё увидимся. Надеюсь, не скоро, - пробормотала я, мысленно прикидывая, не сильно ли переборщила с откровениями? Всё-таки слишком резко выходить из образа Лесты не стоило. Зря я эмоциям поддалась, как бы теперь на повторную проверку не нарваться.

Пока Блордрак молчал, переваривая услышанное, я быстро шмыгнула за дверь, с трудом сориентировалась в переплетении коридоров и нашла выход. Но возле входной двери ждал неприятный сюрприз.

Там Камилия разговаривала с каким-то высоким седовласым мужчиной преклонного возраста в строгом чёрном, наглухо застёгнутом костюме. У старика был суровый вид и неприятный резкий голос. Заметив меня, они замолчали и проводили пристальными неприязненными взглядами.

- Дурная кровь! - Отчётливо услышала я презрительный шёпот мужчины, прозвучавший мне в след.

Блин, да в какой же серпентарий я попала?!

Глава 5

Далеко уйти не удалось просто потому, что я понятия не имела куда идти. Ну что за глупость?! Почему в памяти остались лишь какие-то элементарные навыки и заученная Лестой по учебникам информация, но нет ничего из того, что девушка видела и делала лично? Ни образов знакомых людей, ни знания местности, ни эмоций, которые могли бы дать подсказку - пустота, чистый лист. И как с такими скудными знаниями прикажете ориентироваться? Не возвращаться же теперь к Блордраку с глупым вопросом, где тут школа с общагой?

Расправив порядком помявшееся платье, я со вздохом уставилась на длинную высокую каменную стену, пересекающую всю видимую территорию. Лазарет был словно врезан в неё и находился как бы на границе земель, которые эта стена разделяла. Не нужно обладать воспоминаниями Лесты, чтобы понять - здесь заканчиваются владения школы, а там начинаются земли академии.

Обернулась и в глазах зарябило от всё ещё непривычно ярких красок местной зелени, цветов, бабочек, птиц. Даже у неба здесь был другой цвет - до нереальности пронзительно-голубой и кристально-прозрачный. Вот только никаких красных башенок отсюда не видно. Ну почему здесь нет указателей?! Ладно я, как тут первокурсники ориентируются?

Решила просто идти вперёд, а по пути спросить у кого-нибудь верное направление. К счастью, долго блуждать без ориентира не пришлось, на горизонте появилась взволнованная Санра. Она налетела на меня подобно урагану и утащила за огромное дерево, росшее неподалёку от лазарета.

- Что за наказание! Стоит отвернуться, ты опять во что-то влипаешь! Вышла с занятий, а мне сказали, ты потеряла сознание и загремела в лазарет! - возмущённо выговаривала она. - Ты должна вести себя осмотрительнее!

- Ничего себе заявление! Это всё ваши отвратительные ягоды, в них точно была какая-то отрава, - раздражённо отмахнулась я.

Глаза Санры испуганно округлились.

- Тихо! - шикнула она, снова начав воровато осматриваться по сторонам. - Надеюсь, ты никому об этом не сказала! Кто тебя осматривал?

- Блордрак, - я поморщилась, вспомнив о недавней беседе с «женихом».

- Что?! Ты опять на него нарвалась?! - всплеснула руками расстроенная брюнетка. - Это плохо. Тебе нельзя часто с ним видеться - Никей поймёт, что ты не та, за кого себя выдаёшь.

Если уже не понял. Кажется, я наговорила лишнего, но Санре об этом лучше не знать - ещё больше запаникует. Правда, кое-что лучше уточнить прямо сейчас.

- А если он что-то заподозрит, сможет настоять на повторной проверке?

Её ответ немного успокоил.

- Нет, она проводится только один раз, а потом кристалл снова накапливает энергию до следующей ночи Ёхвы. Но встреч с Никеем тебе лучше избегать.

- Ты не сказала, что Леста устроилась работать в лазарет помощником целителя. Как, интересно, при таком раскладе я могу избегать Блордрака?

Судя по ошарашенному виду собеседницы, для неё это тоже было новостью.

- Она не говорила, вот же тупица навязчивая! Этого нельзя допустить! - схватилась Санра за голову. - Тебя точно раскроют, ты ведёшь себя не как Леста!

- Так я и не Леста, если ты забыла. И уж точно не просила засовывать мою душу в её тело! - не сдержалась я. Осознание того, что домой мне уже не вернуться, всё ещё было болезненным и отдавалось глухой тоской где-то под сердцем.

Санра побледнела, в ужасе прикрыла ладонью рот и снова лихорадочно заозиралась по сторонам, не понимая, что так привлекает ещё больше внимания.

- Никогда не смей так говорить! - простонала она. - Не дай, Единый, кто-то услышит - тебе же первой не поздоровится! Ты не должна себя так вести!

Как же мне надоели эти запугивания, лучше бы помогала, а не причитала над ухом!

- А ты не должна от меня сбегать, - напомнила всё ещё раздражённо. - Кайя сказала, нам лучше жить вместе, чтобы мне легче было во всём ориентироваться.

От подобной перспективы Санра скривилась, словно лимон разжевала, красноречиво выказав своё отношение к сводной сестре, и неуверенно залепетала:

- Зачем? У вас там и так три человека в комнате, а если что-то нужно будет узнать, подружка Лесты, Талма, подскажет.

Точно, про эту подружку мне вчера рассказывали. Она тоже из простолюдинов, правда, имеет неплохой магический потенциал. Популярностью в школе Талма не пользовалась, не удивительно, что в итоге два аутсайдера сдружились. Как по мне - это не лучшая почва для дружбы.

- А как я ей объясню, что не помню своих однокурсников и события, например, прошлого года?

- Просто скажи, что ударилась и частично потеряла память, - легкомысленно заявила Санра.

Ага, я одному уже сказала, что ударилась. Не знаю, поверил ли, но смотрел точно как на пришибленную.

- И она поверит?

- Да, потому что с Лестой такое уже было после смерти матери.

Невольно мелькнула мысль, что в чём-то мы с этой Лестой похожи - после аварии, в которой погибли родители, я тоже утратила связанные с ней воспоминания, и они до сих пор не восстановилось. Наверное, какая-то связь между двойниками из альтернативных реальностей всё же есть. Интересно, где сейчас находится душа моей располневшей копии? Неужто очнулась в моём теле в Краснодаре? Тогда ей повезло больше, чем мне - и телевизор с интернетом в наличии, и сгонять весь этот жир не придётся.

- Ты меня не слушаешь! Витаешь где-то, - дёрнув за длинный рукав, недовольно резюмировала помрачневшая Санра.

- Зато прекрасно вижу твои гримасы. Что такого ужасного в соседстве Лесты? Почему ты не хочешь с ней жить? Только не говори, что её здесь все ненавидят.

Санра покраснела и неохотно призналась:

- Скорее презирают. Она не вписывается. Зикфов здесь нет вообще. Они учатся в школах попроще или вообще на дому, а это самая крупная школа после той, что при королевской академии. Так что безродных слабаков, поступивших за круглую сумму, здесь очень не любят.

Ничего себе положение. Одна против всех! И ради чего такое терпеть?

- Если с ней тут так плохо обращались, почему Леста не перевелась в другое место? Разве её отец не смог бы это устроить?

- Смог бы, конечно, только она сама ни за что не хотела расставаться с Никеем. Поэтому дома ни на что не жаловалась, и меня просила ничего не рассказывать.

Теперь настала моя очередь кривиться. На мой взгляд, самодовольный индюк Блордрак таких жертв не стоил. Хорошо всё-таки, что мне не достались чувства и эмоции предшественницы. Не хватало влюбиться в наглого нарцисса с замашками альфонса. Он ведь фактически за счёт невесты живёт, а сам даже прикоснуться к ней брезгует! Впрочем, лично для меня это только плюс.

- А к тебе здесь нормально относятся?

- Не все, большинство тоже нос воротят, - болезненно поморщилась девушка, - но у меня тут есть несколько подруг и перспективы.

- Это какие же?

Санра смущённо зарумянилась и с нотками плохо скрываемой зависти в голосе призналась:

- Ни один дэйр на меня, конечно, не посмотрит, но здесь много эйров. Вдруг кто-то обратит внимание и женится. Я тоже хочу выбиться в высший свет!

Она вдруг резко замолчала, уставилась куда-то поверх моего плеча, нервно тыкая во что-то указательным пальцем, и испуганно спросила:

- Надеюсь, с ним ты у Никея не встретилась?

Удивлённо выглянув из-за дерева, я увидела Камилию, разговаривающую у дверей лазарета со старцем в чёрном.

- Не надейся, с обоими встретилась. А что это за стервозный дедок? Дурной кровью меня обозвал.

Санра меняла цвета в режиме светофора, теперь её лицо стало белым, словно мел.

- Какая же ты невезучая! - простонала она с нескрываемой досадой. - Эйр Дорган преподаёт в академии, и у нас обычно вообще не появляется. Леста его за два года только один раз издалека видела, а ты сразу же ему на глаза попалась!

- И что в этом такого ужасного? Чем ему Леста не угодила? Хотя и так понятно - он ненавидит зикф, да?

- Он ненавидит Лесту, - последовал странный ответ.

- За что? Хватит уже говорить загадками, кто такой этот эйр Дорган?

- Её дед, - шокировала неожиданным признанием собеседница.

- Родной?! То есть они родственники?

- Уже нет, наверное, - огорошив новостью, Санра опять начала мямлить. - Род Дорган отрёкся от дочери ну и от внучки тоже, когда стало ясно, что она зикфа, так что вы не совсем родственники.

Вот так поворот! А я опять не в теме. И почему мне сразу не сказали? Впрочем, времени на заполнение пробелов в моей памяти было слишком мало.

- Так мать Лесты была эйрой? Чем же она не угодила своему роду?

- Да какая теперь разница! - девушка насупилась, явно пожалев о своей откровенности.

- Большая. Я должна знать всё, что знала Леста, чтобы не вызывать подозрений. Рассказывай!

Санра вздохнула и неохотно буркнула:

- Я не знаю подробностей, но она разорвала помолвку с высокородным женихом и сбежала из дома с простым торговцем - отцом Лесты.

Надо же, какая почти романтическая история. Но что-то в ней не сходилось.

- А при чём тут отец Блордрака? Камилия говорила, что мать Лесты его приворожила.

- Вот трепло! - поморщилась Санра. - Просто он и был её женихом. Их семьи дружны с давних пор, их обручили ещё в детстве.

От удивления я не сразу нашлась с ответом.

- А она предпочла торговца из простолюдинов? Что ж, если отец был похож на сына, я её понимаю, - пробормотала, не скрывая потрясения. - Только почему «приворожила», если помолвку организовали родители?

- Ну…

- Санра, не мямли.

- Это вроде как слухи и вообще - секрет…

- Санра! Я не хочу оказаться в дурацком положении из-за того, что чего-то не знаю.

- Поговаривали, что у них была связь и после, когда оба уже состояли в браке.

- В смысле, они были любовниками? Это правда?

- Я не знаю! - Санра раздражённо передёрнула плечами. - Но погибли они вместе. Ночью, когда Урнан был в отъезде, в его дом забрались грабители и убили всех, кто в нём находился, кроме Лесты.

- Отец Никея… тоже там был?

- Да. Сама понимаешь, что это значит. По ночам к чужим жёнам мужчины приходят только с одной целью…

Я растерянно потёрла начавшие наливаться тяжестью виски. Этот день был богат на стрессы, и они не прошли даром. Мелькнула мысль, что Никей, наверное, подсознательно винил Лесту ещё и в том, что её мать разрушила его семью. Ведь если об этом каждый адепт знает… позор, в общем. Прямо Санта-Барбара какая-то получается!

- Ты не должна работать в лазарете, Никей быстро обо всём догадается. Надо что-то придумать.

- Не надо, я уже отказалась.

- Как отказалась?! - испугалась Санра. - Что же ты делаешь? Теперь он точно что-то заподозрит. Леста бы так никогда не поступила! Будь её воля, она от жениха бы ни на шаг не отходила!

Э… пожалуй, о подробностях нашей с Блордраком беседы ей лучше не рассказывать, а то ещё с сердечным приступом сляжет.

- Неужели она его так любила? - спросила только, чтобы заполнить образовавшуюся паузу.

- Любила, хотя… иргаль почему-то сорвать не смогла.

- А при чём тут это жуткое дерево?

Где-то там в памяти Лесты ответ точно был. Санра озвучила его раньше, чем я успела что-то сформулировать:

- Сорвать цветок иргаля сможет только тот, кто любит по-настоящему. Истинно любит! - и уже тише добавила, - говорят, отец Никея его сорвал и вряд ли для жены…

Тяжесть в висках сменилась тупой болью. От всей полученной информации голова начинала в буквальном смысле этого слова пухнуть.

- Хватит на сегодня семейных тайн, проводи меня в общежитие, а лучше в столовую.

При звуках последнего слова желудок издал жалобное урчание. О, да! В теле Лесты мне постоянно хотелось есть, и с этим нужно срочно что-то делать. Я не собираюсь годами таскать на себе горы чужого жира!

***

Оказалось школа и общежитие, где жили адепты, располагались в одном большом здании, напоминающем диковинную помесь старинного замка и современного особняка. К счастью, добраться до них можно было и в обход, избежав необходимости проходить мимо цветущего иргаля. Реакция моего организма на него была слишком непредсказуемой.

В большой столовой, наполненной незнакомыми, но вполне аппетитными запахами, было немноголюдно, потому что у некоторых курсов занятия ещё не закончились. Но я всё равно почувствовала себя неуютно, попав под прицел чужих взглядов. Сразу вспомнилось, что мои волосы местами всё ещё в розовой краске. Следовало пойти в комнату и привести себя в порядок, а не поддаваться примитивным инстинктам чужого тела. Ну а теперь отступать уже поздно. Санра, наскоро проинструктировав, снова убежала. Она боялась лишиться расположения так называемых подруг, если те увидят её в обществе зикфы.

На мгновение я замерла на входе, осматриваясь, и увидела как за одним из дальних столиков мне приветливо и энергично машет румяная, пухлая рыжеволосая девушка. По описаниям Санры я без труда узнала подругу Лесты - Талму, и с облегчением направилась в её сторону под насмешливые шепотки адептов, точнее адепток. Присутствующие здесь парни в мою сторону почти не смотрели, а вот во взглядах девушек читались неприкрытая неприязнь, превосходство, а местами и зависть. Вот уж попала так попала. Мало того, что серпентарий, так ещё и женский!

Стол перед Талмой был уставлен различными блюдами, по внешнему виду напоминающими выпечку и фруктово-кремовые десерты, а её фигура не уступала в объёмах моей. Если обе подружки ежедневно питались вот так, это неудивительно. И всё же желудок предательски заурчал, требуя привычной порции калорийных и вряд ли полезных вкусностей.

- Наконец-то! Где ты была всё время? Что с волосами? Почему не пришла на занятия? - затараторила она, едва я присела рядом.

- Мне нездоровилось, в лазарет попала.

- О! - В синих глазах Талмы загорелись огоньки любопытства и азарта. Она понизила голос и, совсем как Санра, быстро оглянувшись по сторонам, спросила: - Ты это специально устроила, чтобы с Никеем поскорее встретиться? Ну и как? У тебя получилось?

- Получилось что? - не поняла я прозвучавшего в её голосе намёка.

Талма перегнулась через стол, чтобы стать ближе ко мне и, перейдя на шёпот, уточнила:

- Подлить ему приворотное.

Упс! А вот, кажется, и тот самый предатель из ближайшего окружения нашёлся. Не она ли проболталась Блордраку о зелье?

Ладно, здесь не самое подходящее место для выяснения отношений. Буду разбираться постепенно, а пока лучше пресечь эти опасные разговоры.

- Талма, тише, поговорим наедине. А пока помоги мне выбрать что-нибудь низкокалорийное. Я хочу похудеть.

- Чего? - глаза девушки удивлённо распахнулись, а потом она весело рассмеялась: - Опять? В который раз? Не мучайся, ты столько раз пыталась и всё бесполезно!

- Теперь получится. - Раз уж я здесь застряла надолго, для комфортного существования придётся многое изменить. И начну я, пожалуй, с этой тушки.

Глава 6

В небольшой комнате, куда привела меня Талма, стояли три деревянные кровати с высокими резными спинками, широкие тумбочки возле них, большой прямоугольный стол у окна, стулья и длинный полотняной шкаф вдоль всей стены.

Довольно аскетичная обстановка. Только самое необходимое. Даже покрывала и наволочки на постелях простейшие - белые, без намёка на вышивку и кружева. Единственное украшение помещения - букет синих цветов на столе в простой прозрачной вазе. Прямо монашеская келья, а не девичья спальня. Ни одной картины на стенах, только в углу возле двери висит длинный лист с перечислением правил школы и общежития, которые сразу же начали всплывать в памяти - видимо Леста заучила их наизусть.

Моё внимание привлекло небольшое круглое зеркало, встроенное между дверцами высокого шкафа. В доме Лесты я своё отражение особо не разглядывала, поскольку не сомневалась, что скоро проснусь как обычно стройной и миниатюрной. А теперь самое время ознакомиться с предстоящим фронтом работ более тщательно.

Подошла ближе, собрала сзади платье в складку, чтобы оно плотно обтянуло фигуру, и тяжело вздохнула - первое впечатление обманчивым не было. Всё те же раздутые щеки и рыхлые бока, напоминающие свисающее из кастрюли тесто. Это ж как надо себя не любить, чтобы превратить собственное тело в бочку сала?

Хотя, может Леста с детства была такой и не понимала, что со своими длинными русыми волосами, выразительными голубыми глазами и правильными чертами лица без лишних килограммов могла бы выглядетьочень эффектно. Лично я на внешность и фигуру никогда не жаловалась, но длинные волосы отрастить так и не смогла, довольствуясь коротким скромным каре. А эти густые, блестящие, слегка растрепавшиеся локоны не портили даже розоватые вкрапления от жидкости из фонтана. Напротив, они придавали им загадочный и экзотичный вид.

- Так что там с приворотным зельем? - нетерпеливо напомнила Талма, разбирая, стоявший у одной из кроватей массивный сундук.

Мои вещи обнаружились у соседнего спального места. Их отправили заранее - экипажем, потому что местный телепорт не был рассчитан на перемещение большого количества багажа.

- Ничего, - я повернулась к подруге Лесты, морально подготовившись к непростому разговору. - Это была просто глупая шутка, ты что поверила?

- Шутка? - Талма оторвалась от своего занятия и удивлённо захлопала длинными ресницами. - Как это? Ты же говорила, что другого выхода нет, и деньги больше года откладывала. Эх, я так и подумала, что у тебя смелости не хватит.

Она разочарованно покачала головой, удивив легкомысленным отношением к чуть не совершившемуся преступлению. А ничего, что Лесту могли за это не слабо наказать?!

«Зато дури у неё хватило! - мелькнула недовольная мысль. - И расплачиваться за неё теперь мне приходится!»

- Талма, это была просто шутка, - спокойно и уверенно повторила я. - Или глупые мечты, называй как хочешь, но я всё-таки надеялась, что посторонние люди о них не узнают.

- Так никто и не знал, - продолжала удивляться рыжеволосая собеседница. Даже руками развела, словно она тут не при чём. - Мы ведь это при всех не обсуждали.

- Тогда откуда о зелье стало известно Никею и Камилии? Блордрак мне чуть ли не обвинение выдвинул!

То ли девушка была искусной актрисой, то ли, в самом деле, не имела отношения к распространению слухов, но выглядела она по-настоящему потрясённой. Даже побледнела так, что на светлой коже мгновенно проступили яркие пятнышки веснушек. Похоже, не притворяется.

- О, Единый! Что теперь будет?! - простонала она, прикрыв ладонью рот. - Думаешь, он вызовет карателей?

Насколько я успела понять, карателями здесь называли представителей службы, которая занималась охраной общественного порядка, как некий аналог земной полиции. Правда, исполнением наказаний каратели тоже занимались лично, а ещё здесь до сих пор была «в почёте» смертная казнь. Неудивительно, что Талму потряхивало. Удивительно, что степень опасности до неё дошла только сейчас. Подумала бы о последствиях раньше, глядишь, и не полезла бы Леста в окно, а я сейчас по-прежнему бы мирно жила и работала в родном Краснодаре.

От последней мысли стало совсем тоскливо. Подавив тяжёлый вздох, я возразила:

- Ради глупой шутки? Не думаю, но раз слухи уже пошли, нервы они мне ещё потреплют. Не знаешь, кто мог рассказать Никею о зелье?

- Так понятно кто, наша воображала, - всё ещё бледная Талма обвиняюще показала пальцем на пустующую кровать у окна. - Подслушала, наверное. Она же тебя терпеть не может. Не упускает случая гадость сделать, а тем более перед Блордраком выслужиться.

Про Регалу, третью девушку, живущую в комнате, Санра рассказала вскользь, поскольку они с Лестой не дружили.

- А зачем ей перед ним выслуживаться?

- Затем, что он дэйр, а эта дурында спит и видит как бы к высшему обществу примазаться. Помнишь, как она, задрав нос, рассказывала, что её прабабка из высокородных была. А тут ещё старший брат скоро на эйре женится, вот и зазналась дальше некуда. К тому же он ей давно нравится.

- Кто?

Синие глаза Талмы наполнились чем-то похожим на жалость. Снисходительную. Неприятную. С таким видом обычно ещё у виска пальцем крутят.

- Леста, ты иногда такая наивная, хоть плачь. Да только слепой не заметит, как она на Никея смотрит и чуть ли на шею не вешается!

Эта новость не удивила. Смазливые грубияны вроде Блордрака у юных девиц обычно пользуются успехом.

- Значит, думаешь, она ему рассказала?

- Ясное дело, а кто же ещё? - Талма вдруг снова прижала ладонь к губам и посмотрела на меня с обидой. - Ты что на меня подумала?! Да я бы никогда так не поступила!

Точно обиделась. Даже губы задрожали, и слёзы на глаза навернулись. Как же хочется ей поверить! Поверить в то, что в этом чужом неприветливом мире у меня есть хотя бы один, если не друг, то доброжелатель. Кайя с Санрой не в счёт - они со мной возятся из-за собственного корыстного интереса.

- Извини, я тебя не обвиняю, просто пытаюсь понять, как такое могло случиться? Было очень неприятно выслушивать обвинения Блордрака. Он теперь меня ещё и интриганкой считает.

- Всё из-за этой змеи, - немного успокоившись, вздохнула расстроенная Талма. Обида в её взгляде и голосе сменилась искренним сочувствием, и на душе стало теплее. - Вот же досада! Значит, теперь ваши отношения станут ещё хуже. Ты поэтому снова худеть решила?

Разумеется, нет. Но так резко отрекаться от чувств к Никею пока нельзя - эта тема у подружек явно была любимой и мусолилась не один год. Молча кивнула, не вдаваясь в подробности. Пусть лучше пока так думает.

- Ничего не выйдет! - с грустью резюмировала собеседница. - Даже если ты вдруг станешь первой красавицей королевства, он тебя не полюбит. Сама понимаешь - это слишком большой мезальянс! Только зелье могло помочь, но раз его нет…

- Тамла, ты опять! Забудь о зелье и никогда больше не упоминай! - строго напомнила я.

- Ой, точно, извини, - смутилась Талма. - Так что ты будешь делать?

- Худеть, как и планировала, - повторила упрямо.

Правда, это проще сказать, чем сделать. У меня с лишним весом проблем никогда не было, и что нужно делать я представляла весьма смутно, ну кроме того, что необходимо исключить из рациона сладкое, мучное и подключить физические упражнения. А вот у моей младшей двоюродной сестры Даши было ожирение третьей степени. Я даже однажды сама водила её к диетологу, когда тётя была занята. Но запомнилось мне только как врач сказала, что с таким весом бегать опасно - можно повредить суставы и рекомендовала длительные пешие прогулки, которые в сочетании с диетой и в самом деле ей помогли.

- Талма, давай, прогуляемся по парку, - предложила, решив совместить приятное с полезным. - А то я здесь плохо ориентируюсь.

- Как это? - удивилась девушка. - Ты же в школе третий год учишься.

Упс, ещё никогда Штирлец не был так близок к провалу! Пора переходить к придуманной на этот случай легенде.

- Понимаешь, у меня после недавней травмы снова начались проблемы с памятью. Как в детстве. Воспоминания путаются. Я чуть не заблудилась, когда сюда от молельни шла. Только, пожалуйста, никому не рассказывай.

- Теперь понятно, почему ты про фонтан забыла. На него же только первокурсники ведутся, - понимающе кивнула Талма. Удивлённой она уже не выглядела - видимо, весь лимит на сегодня исчерпала. - Ладно, пойдём. Всё равно занятий сегодня больше не будет. А ориентироваться же по браслету можно. В него встроен путеводитель, нужно только активировать.

Ну, Санра! Неужели сложно было мне всё это дома рассказать и показать! Скольких проколов удалось бы избежать!

- Ладно, напомнишь потом, как его активировать. Идём.

Но далеко мы уйти не успели. В коридоре послышался шум. Нам навстречу двигалась стайка адепток. Первой шла стройная светловолосая красотка с надменным выражением лица. В руках она несла что-то голубое и длинное.

- Только не это! - тихо простонала Талма. - Моранда Лэридан - дочка директрисы! Та ещё гадина! Тихо проходим мимо и не смотрим на неё. Не смотри, говорю…

Я и не смотрела. Она сама перегородила дорогу и во всеуслышание высокомерно заявила:

- Эй, зикфа, моё дорожное платье испачкалось, а чистить магией его нельзя - слишком дорогая вещь. Возьми и постирай. Всё равно ты больше ни на что не способна!

Я удивлённо перевела взгляд на Талму. Подруга отвела глаза и виновато передёрнула плечами, дав понять, что ситуация не нова и лучше не нарываться, а просто выполнить, что велят как, по всей видимости, и поступала Леста. Вот только я - не Леста и унижаться не собиралась, а ещё хорошо понимала одну вещь - если прогнусь сейчас, на мне так и будут ездить все, кому не лень.

Но истерить и хамить - тоже не вариант. На помощь, как ни странно, пришли строки из висящего на стене документа, машинально выуженные из памяти.

- Согласно правилам школы, адепты бытового факультета сами должны заботиться о чистоте своих вещей, - ответила спокойно, но с прохладцей. - Я не собираюсь нарушать их ради тебя.

- Вот именно - бытового, потому что вас там всё равно готовят на роль прислуги, - презрительно процедила блондинка, - а я учусь на целительском. Так что, бери!

- В правилах написано, что мы должны заботиться о своей одежде. Про чужую ничего не сказано, так что поищи помощи в другом месте.

Голос я по-прежнему не повышала и спокойно выдержала её разъярённый взгляд. Рядом испуганно ойкнула Талма.

- Совсем обнаглела, зикфа! Как ты с эйрой разговариваешь?! - сердито прошипела дочь директрисы. - Я сказала, ты постираешь платье! Считай это обучением. Тебе такие навыки в будущем очень пригодятся.

Я с трудом удержалась от резкого ответа. Всё-таки не стоит опускаться до её уровня и, мило улыбнувшись, возразила:

- В них нет необходимости - у нас дома достаточно прислуги, а когда я стану дэйрой, стиркой тем более заниматься не смогу. Не тот уровень, сама понимаешь. Но спасибо, что беспокоишься о моём обучении, Моранда.

- Что-то до сих пор не стала. Помолвка всё затягивается и затягивается, - съязвила одна из сопровождающих дочь директрисы девиц. - Не потому ли, что жениху смотреть на тебя противно!

- Конечно, противно. Она даже голову не моет, неряха! - выплюнула Моранда, задержав уничтожающий взгляд на моих волосах с остатками розовой краски. - Пожалуй, не стоит доверять дорогое платье такой замарашке! Идёмте, девушки.

Процессия, дружно одарив нас с Талмой презрительными взглядами, гордо прошествовала мимо. Моранда намеренно резко толкнула меня, задев плечом, и напоследок угрожающе прошипела:

- Ты об этом ещё очень пожалеешь, Риголь! Я научу тебя уважению!

- Что ты наделала?! - испуганно прошептала Талма, когда адептки отошли на некоторое расстояние. - Этой змее нельзя перечить. Она же теперь тебя со свету сживёт! Да что на тебя вообще нашло?!

- Ничего, просто надоело унижаться, - пожала плечами, провожая неприязненным взглядом стервозную блондинку со свитой. - Я не прислуга, чтобы стирать ей платья.

- У тебя, правда, что-то с памятью! - сокрушённо вздохнула подруга Лесты. В её синих глазах застыл страх. - Забыла, как она в прошлом году первокурсницу извела так, что та вынуждена была перевестись в другую школу. Ой, что теперь будет?!

Я с горечью вспомнила родной город, тётю и сестёр, к которым мне уже, похоже, никогда не вернуться. На душе стало совсем паршиво. Подумаешь, угрозы школьной королевы из параллельной реальности! У меня, можно сказать, жизнь рушится. Точнее уже рухнула, так что хуже уже всё равно не будет.

Ох, как же я ошибалась!

Глава 7

Ещё когда Кайя с Санрой инструктировали меня по учебному процессу, я испытала недовольство и недоумение по поводу скудности программы факультета - очень уж она напоминала уроки домоводства. В глубине души ещё теплилась надежда, что они перечислили не всё. Ну не могут же в школе магии обучать только этикету, танцам, шитью, рукоделию, лечению травами да приготовлению пищи! Оказалось могут, потому что на бытовой факультет зачислялись в основном адепты со слабым и средним даром, с которым одарённым специалистом и уж тем более мастером ни в какой из областей не стать. Поэтому девушек здесь готовили в основном к роли прилежных жён, а парней - к работе в сфере обслуживания, вот у них программа была более разнообразной.

Первый учебный день не задался с самого утра. Я проснулась с головной болью и крошечной надеждой на окончание затянувшегося и давно переставшего быть забавным приключения. Она разбилась вдребезги о безликие стены общежития. Голодное урчание пустого желудка Лесты улучшению настроения тоже не способствовало.

С трудом заставила себя подняться, и пока мои соседки по комнате не проснулись, сделала небольшую зарядку. Благо пол, подогревающийся с помощью магических накопителей, был чистым и тёплым. Даже пресс смогла покачать. Правда, недолго. Непривыкшее к подобным нагрузкам и ещё не отошедшее от вчерашней длительной пешей прогулки тело болело и усиленно сопротивлялось. Ничего, Москва не сразу строилась, вот и мне тут придётся строить жизнь заново и, похоже, с нуля.

Обмывшись горячей водой, я включила холодную и с трудом удержалась от желания завизжать, когда ледяные струи побежали по телу. Брр, до чего неприятно! Зато коже на пользу пойдёт. Долгой экзекуции я, впрочем, не выдержала, хорошенького понемножку.

Краска с волос смылась и теперь из зеркала на меня смотрела ничем не выделяющаяся из толпы среднестатистическая юная толстушка с двойным подбородком. Малоприятное зрелище. Надеюсь, через пару месяцев отражение хоть немного изменится в лучшую сторону. Наскоро высушив волосы, я заплела тугую косу, переоделась в форму и вышла из купальни, как здесь называли ванную, когда сонная Талма только вылезала из-под одеяла.

- Ты чего так рано поднялась? Обычно тебя не добудишься! - удивилась она, увидев меня одетой.

Как тут не подняться, если моя смена в кафе начиналась в половине седьмого утра, а вставать, соответственно, приходилось на час раньше, вот и выработался «синдром жаворонка».

- Просто не спалось, - пожала плечами, не вдаваясь в подробности. Перемен впереди ещё много. Пусть привыкает.

***

Неприятности начались в столовой. Позавтракав неким подобием жидкой каши и салата, я несла поднос с пустой посудой к месту её сдачи, когда почувствовала резкий толчок в спину.

Потеряв равновесие, покачнулась и налетела на женщину, идущую мне навстречу. Мы обе с трудом удержались на ногах, но содержимое моего подноса вывалилось прямо на белоснежную блузку незнакомки, оставив на ней уродливое оранжевое пятно от сока. Он был слишком приторный, с неприятным кислым привкусом, я к нему почти не притронулась, и в итоге вся жидкость оказалась на одежде женщины.

Я быстро обернулась, ища виновника ситуации. Позади никого не было, но, сидящая за столиком у окна в окружении «свиты» Моранда, сверлила меня злорадным торжествующим взглядом. Вот же стерва злопамятная! Как она это сделала? С помощью магии, наверное. А ведь воздействие магией на другого человека против его воли правилами школы запрещено, но некоторым закон, похоже, не писан.

- Адептка Риголь! Вас ноги не держат или вы не видите, куда идёте?! - раздался над ухом ледяной голос.

Ох, кажется, я нарвалась на преподавательницу! И не пожалуешься ведь на постороннее вмешательство - никаких доказательств нет. Медленно обернулась и, встретив тяжёлый взгляд блекло-голубых глаз женщины, смиренно склонила голову, пробормотав:

- Извините, пожалуйста! Я просто споткнулась.

- Из-за жира ноги уже не держат, - гаденько захихикал кто-то за одним из ближайших столов.

- Извольте впредь внимательно смотреть под ноги! - сердито прошипела дама и сурово припечатала: - Надеюсь, на сегодняшнем моём занятии вы будете более осмотрительны, иначе…

Она так выразительно промолчала вместо завершения фразы, что стало ясно - ничего хорошего меня в случае провала не ждёт. Понять бы ещё о каком именно занятии идёт речь. В расписании их сегодня пять.

Под смешки и перешёптывания окружающих я отнесла злосчастный поднос на специальный стол, с которого он немедленно исчез, направившись прямиком на кухню, и поспешно вышла в коридор. Талма догнала меня у таблицы с расписанием, где я застыла, пытаясь собраться с мыслями. Подстава оказалась неожиданной и подлой. Одно дело сцепиться языками, наговорив друг другу гадостей, и совсем другое - противостоять магическому воздействию, не имея подобных способностей. Сок - это мелочь, конечно, но что будет дальше?

- Я же тебя предупреждала - нельзя переходить дорогу Моранде! - с горечью заявила подруга Лесты и, словно прочитав мои мысли, добавила: - Она тебе теперь житья не даст. Вот увидишь, этот поднос - только начало!

- Разве нельзя доказать, что на меня оказали магическое воздействие? Оно же запрещено.

- Доказать можно, - невесело усмехнулась Талма, - только для этого нужно написать заявление директрисе. Она рассмотрит его, и при необходимости организует расследование. Боюсь, в твоём случае такой необходимости она, скорее всего, не увидит.

Ну да, ведь директриса школы - мать Моранды, глупо жаловаться ей на родную дочь из-за пустяка. Я и не собиралась. В данный момент меня больше беспокоила пострадавшая учительница. Надеюсь, она не такая злопамятная как Моранда.Надежды не оправдались. Как позже выяснилось, стервозная блондинка столкнула меня с одной из самых принципиальных и обожающих назначать строгие взыскания дам-преподавательниц - эйрой Конран.

Её предмет был один из немногих, что меня по-настоящему заинтересовали. Ведь на фоне готовки и всяких рукоделий траволечение звучало интригующе - почти как зельеварение. На деле процесс оказался банальным приготовлением обычных отваров и настоев из лекарственных растений. Углубленный курс с настоящими зельями изучали лишь в академии ну и немного на целительском факультете школы.

Поначалу всё шло неплохо. У меня даже что-то получалось. Благодаря оставшейся в памяти информации, растения я различала без труда, а последовательность действий была по пунктам расписана на огромной доске.

Каждое рабочее место было оборудовано подобием горелки с закреплённой над ней широкой огнеупорной стеклянной посудиной. Готовили мы успокаивающий отвар с эффектом снотворного. Я тщательно следовала инструкции, и пока желтоватый цвет и кисловато-мятный запах соответствовали результату, ожидаемому на данном этапе. Оставалось выждать пару минут и погасить огонь.

И тут вдруг я словно в замедленной съёмке увидела, как буквально из ниоткуда в мой почти готовый отвар спустился узкий ядовито-красный стручок. Как только он упал в кипящую жидкость, вода резко вспенилась и забурлила. Я едва успела погасить огонь и с криком: «Все - на пол!» бросилась под стол, когда раздался очень громкий хлопок. Стекло треснуло и содержимое колбы брызнуло в разные стороны.

Ничего страшного, впрочем, не произошло - эйра Конран отреагировала мгновенно. Подняв голову, я заворожено наблюдала, как в воздухе медленно кружатся осколки стекла, а капли жидкости соединяются вместе и втягиваются в глиняный сосуд, который держала в руке преподавательница. Всё-таки магия в действии продолжала завораживать и восхищать.

- Адептка Риголь! - раздался над головой ледяной и очень сердитый голос. - Объясните, зачем вы добавили в отвар семена Зоргалии дикой?!

- Я ничего не добавляла, - возразила, неуклюже поднимаясь на ноги. - Всем известно, что при взаимодействии с вытяжкой из корня Таркаруса может произойти взрыв. Я не стала бы рисковать ни чьим здоровьем.

Ответ озвучила почти машинально, прежде чем успела осмыслить вопрос. Видимо, изучению траволечения Леста уделяла много внимания, надеясь, таким образом стать полезной жениху-целителю.

- И как же он оказался в вашем отваре?

- Не знаю, - пожала плечами, мысленно прикидывая как поступить. Сказать, что подбросили - не поверит, доказательств нет. Только хуже сделаю.

- Зато я знаю, - нахмурилась женщина и ледяным тоном вынесла суровый вердикт: - ложь и невнимательность, адептка Риголь, если вы забыли, у нас лечатся трудотерапией. После занятий поможете садовнику удобрять школьный сад бирозалвьим навозом.

Бирозалвы? Хм, в памяти нарисовалась книжная страница с цветным рисунком упитанного рыжего зверька, похожего на полосатого поросёнка, но без пятачка. Зато у него имелся длинный пушистый хвост и рысьи уши, украшенные кисточками.

По классной комнате пронёсся лёгкий смешок, причём некоторые хихикающие девушки демонстративно зажимали носы и брезгливо морщились. А симпатичная брюнетка у дальнего окна не скрывала злорадства и только что в ладоши не хлопала. Приглядевшись, я узнала в ней одну из «приближённых» Моранды. Так вот кто мне стручок подбросил!

- Хорошо, эйра Конран, - кивнула смиренно, мысленно сделав пометку в ближайшее время найти способ нейтрализовать королеву школы.

Только нахрапом тут действовать нельзя, нужно придумать такой ход, чтобы она по собственной воле от меня отстала и больше не пыталась припахать для своих нужд. Жаловаться директрисе и искать высшей справедливости - не вариант, а то вдруг кто-нибудь захочет в моих воспоминаниях покопаться и увидит, что я не Леста.

Всё ещё недовольная преподавательница разрешила мне сесть и продолжила занятие. Его остаток прошёл без происшествий, и мне даже удалось приготовить нужный отвар, начав всё сначала. Остальные занятия прошли довольно мирно, если не считать моих исколотых после урока рукоделия пальцев. Игла была зачарована так, что за каждый неверный стежок пребольно колола незадачливую вышивальщицу, то бишь меня, а поскольку рукоделием я раньше не занималась, освоить сей процесс сразу до идеального исполнения, естественно, не смогла.

***

Садовником оказался низкорослый мужчина преклонного возраста. Признаться из-за маленького роста я издалека приняла его за гнома, а поняв, что ошиблась, испытала лёгкое разочарование. Ни одного представителя сказочных рас я здесь пока не видела. Похоже, нет в Рансааре ни гномов, ни эльфов, ни оборотней. Эх, даже с этим не повезло!

Увидев направление на отработку, садовник, к моему большому удивлению, первым делом сжёг его и потребовал проверить карманы, чтобы убедиться, что ничего бумажного у меня больше нет. Скупо пояснив, что бирозалвий навоз ни в коем случае не должен контактировать с бумагой, усиливающей его запах в сотни раз, он повёл меня переодеваться.

Почему кривились и морщились адептки, услышав о моей отработке, стало ясно непосредственно в процессе работы. Не знаю, кто такие бирозалвы, но их навоз, считающийся здесь очень полезным, и без наличия бумаги вонял так, что слезились глаза, пока не соприкасался с землёй. Едва густая субстанция впитывалась в почву, концентрация аромата резко падала, но я всё равно пропиталась им насквозь, хотя была в защитном халате и длинных толстых перчатках.

Удабривали мы не только грядки, но и каждое деревце. Сначала на участке, где выращивались лекарственные травы и кустарники для нужд лазарета, потом - в саду. Несмотря на отвратный запах, процесс мне понравился. Травы, цветы и деревья здесь хоть и были похожи на земные, но имели значительные отличия. Подмечать их было интересно, попутно отлавливая в закромах чужой памяти их названия, лекарственные свойства и образы плодов, по виду напоминающие гигантские яблоки и сливы, которые должны появиться уже к концу сезона Иргаля.

Но через некоторое время интерес вдруг сменился тревогой. Чем дальше мы углублялись в сад, тем сильнее она становилась. А ещё я внезапнопочувствовала странное необъяснимое желание пройти дальше - в самый конец сада, где в начинающих сгущаться сумерках загадочно и зловеще темнел частокол деревьев. Меня так туда тянуло, что когда садовник объявил работу оконченной, я не сразу смогла сбросить оцепенение и с трудом подавила порыв углубиться в сад. Садовнику его не объяснишь, а он дал чёткое распоряжение отнести инвентарь в подсобное помещение и возвращаться в общежитие.

Когда я вошла в невысокое каменное строение, где хранилось всё необходимое для ухода за растениями, признаться, была мысль дождаться его ухода и пойти туда, куда всё ещё тянуло. Я аккуратно сложила инвентарь, сняла халат, перчатки и решительно направилась к двери, намереваясь всё же вернуться в сад, но подёргав ручку, остановилась в изумлении. Дверь была заперта.

Глава 8

Это было странно и тревожно. Я точно оставляла дверь приоткрытой, и захлопнуться самостоятельно она не могла - за порогом не наблюдалось намёка даже на легчайший ветерок. Садовник уже ушёл. Да и не мог он меня тут не заметить - я слишком громко гремела вёдрами. К тому же замок с ключом он дал мне, велев оставить комендантше общежития.

Подёргала дверь сильнее - никаких результатов. Что же делать? Если не попаду в общежитие до десяти, оно просто закроется, и ночевать придётся здесь. Утром ещё и за это отработку назначат, а уж какие сплетни обо мне по школе поползут! Моранда не упустит возможности пустить слух погрязнее. Так, стоп! Моранда! Похоже, это снова королева со свитой за мой счёт развлекается! Вот теперь я разозлилась.

Опозорить хотят - не дождутся! Я вспомнила, как Талма рассказывала о функциях ученического браслета. С его помощью также можно послать сигнал о помощи в администрацию школы, если оказался в сложной или опасной ситуации. Я сочла свою именно такой и попыталась воспроизвести манипуляции, которые она мне показывала. Увы, ничего не произошло. Браслет оставался холодным, безучастным куском металла - не нагревался и не светился, как должен был. Я даже кричать пробовала, привлекая внимание, но это тоже не сработало. Пришлось смириться и просто ждать, стараясь не тратить силы впустую - тело, утомлённое незапланированной физической нагрузкой ныло, а пустой желудок требовал ужина, на который мне явно не придётся попасть.

Дверь сарая открылась примерно через три местных часа, когда общежитие закрылось. Так что сомневаться в авторстве подлой выходки уже не приходилось - точно Моранда. Что же ей всё неймётся, заразе! Неужели тоже на Блордрака запала и из-за этого так усердствует? Да пусть забирает, я ещё и доплачу!

Исследовать ночной сад меня уже не тянуло, а стучать в двери школы и общаги после десяти вечера, согласно уставу школы, было бесполезно. И я, мысленно пожелав злоумышленнице неспокойной ночи, направилась туда, где можно было перекантоваться до утра в более-менее комфортной обстановке, то есть в лазарет.

К счастью, он, как я и предполагала, был не заперт. Входная дверь легко поддалась, беззвучно пропустив внутрь здания. В большой ярко освещённой приёмной из обстановки имелись лишь стол, несколько шкафов и некое подобие медицинской кушетки, отгороженное тонкой ширмой, только шире и длиннее. Никого из целителей я не встретила, но из близлежащего кабинета раздавались приглушённые голоса. И один из этих голосов был мне знаком. Никей всё ещё здесь. Встречаться с ним не хотелось, однако особого выбора у меня не было.

Я подошла к двери, за которой вёлся диалог, и остановилась, не желая резко прерывать чужую беседу.

- С тех пор как ушла эйра Диолби, нам никого не прислали, - со вздохом посетовал незнакомый женский голос, - если так и дальше пойдёт - совсем туго придётся. Мы едва справляемся, а впереди целый учебный год.

- Я уже подал заявки в администрацию академии и в королевский госпиталь, - устало отозвался Блордрак. - На днях меня в столицу вызывают, там тоже этот вопрос подниму. Зиэлда, а что это у нас за жуткий запах?

Унюхал, блин. Я вздохнула, осторожно постучала в дверь и со словами: «Всем добрый вечер!» вошла, изобразив подобие дружелюбной улыбки. Но из-за голода и усталости получилось не очень убедительно.

- Риголь?! Ты почему не в общежитии в такой час?! - возмутился Никей. Он уже не казался таким холёным и прилизанным как вчера. Выглядел жених Лесты усталым, а его длинные, ещё утром аккуратно прилизанные волосы были слегка растрёпаны.

- Лестэлла, ты почему не пришла после занятий?! - набросилась с обвинениями невысокая, полноватая и очень смуглая шатенка лет сорока. Она была в таком же халате болотного цвета, как и Блордрак.

Видимо, это та самая Зиэлда, которую Леста упросила принять её в лазарет на должность помощника целителя.

- Э… я была на отработке. Сад удобряла.

- Понятно теперь, чем воняет, - Никей демонстративно приложил к носу белоснежный платок и сердито добавил: - Что нужно было сделать, чтобы в первый же день занятий отработку получить?! Ты что, совсем с головой не дружишь?!

Вот же нахал! Нет, чтобы посочувствовать. С трудом удержалась от резкого ответа, всё-таки мне у него ещё на ночлег проситься.

- Насколько мне известно, ни на одной отработке адептов до такого позднего времени не задерживают, - недоверчиво покачала головой Зиэлда. - Что случилось? И почему ты здесь? Получила травму?

- Эм… нет, - ну не жаловаться же на исколотые иголками для вышивания пальцы, - просто в общежитие меня уже не пустят, а другого способа попасть в свою комнату нет. Можно тут до утра переждать?

Целители удивлённо переглянулись.

- Вообще-то, другой способ есть, - медленно сказала Зиэлда, - но как получилось, что ты не успела вернуться вовремя?

Блордрак молчал, но смотрел всё так же пренебрежительно и с подозрением.

- Меня кто-то запер в помещении, где хранится садовый инвентарь, - призналась неохотно. - Я даже браслетом воспользоваться не смогла. Он почему-то не работал, а после отбоя дверь отворилась сама.

- Кто-то запер, говоришь. И кому же ты успела дорогу перейти, девочка? - нахмурилась Зиэлда. В её тоне проскользнуло что-то очень личное, давшее понять - она мне поверила.

- Дочке директрисы, - пожала плечами, констатируя факт. Жаловаться на Моранду я не планировала, но и выставляться дурой, которая сама себя заперла, не собиралась.

По смуглому лицу целительницы пробежала тень.

- Вот же змея, она и моей Мириэле житья не давала! - В её голосе послышалась затаённая боль.

Я едва успела прикусить язык, с которого чуть не сорвался вопрос о дальнейшей судьбе упомянутой Мириэлы. Судя по выражению лица целительницы, с ней что-то случилось, но ведь Леста должна об этом знать, так что подобные вопросы могут вызвать ненужные подозрения.

- Никей, отправь невесту в общежитие телепортом. До комендантской проверки ещё есть время, - обратилась она к недовольному Блордраку, подарив мне надежду и вырвав вздох облегчения. Всё-таки это был очень утомительный день. Хотелось просто отдохнуть без лишних нервотрёпок.

- Ещё чего, - предсказуемо заупрямился вредный «жених». - Пусть учится отвечать за свои поступки. Не удивлюсь, если всё было совсем не так, и кое-кто просто пытается привлечь внимание. Как обычно.

- У тебя точно мания величия. Думаешь, я сама себя в том сарае заперла, чтобы тебя лишний раз увидеть? - уточнила мрачно, в очередной раз подивившись неразборчивости Лесты. Как можно было влюбиться в такого упёртого болвана?! - Лучше представь, какие грязные сплетни распустит Моранда, если я проведу ночь неизвестно где - никогда не отмоешься!

- Я не отмоюсь? - недоверчиво уточнил целитель. Блин, он ещё и тугодум каких поискать!

- Разумеется. Это же над тобой все будут смеяться, напоминая об измене толстой невесты-зикфы. Ну, или о другой пакости, которую эта стервятница со своей свитой придумает.

- Она права, Никей, у тебя нет выбора. Заодно передашь комендантше Солме сонный отвар, она просила, - одобрительно усмехнулась Зиэлда и на прощание кивнула мне со словами: - завтра постарайся всё же прийти после занятий в лазарет. У нас не хватает сотрудников.

Эта женщина мне нравилась, к тому же она мне помогла и в дальнейшем могла стать союзницей. Так что предлагать ей сейчас искать мне замену, было бы, как минимум, опрометчиво. Потом разберёмся. Я искренне её поблагодарилаи вышла вслед за помрачневшим Блордраком.

Он молчал, но всем своим видом демонстрировал недовольство сложившейся ситуацией и мной лично. Платок к лицу больше не прижимал, но продолжал брезгливо морщиться и не факт, что только от запаха. Можно подумать, я в восторге от его компании!

Больничный телепорт базировался в маленьком тесном помещении. Внутри он был точной мини-копией более крупного телепорта, который перенёс нас с Санрой в школу - здесь использовались те же цвета и символы.

Помня о прошлом опыте, я стала в серебристый круг. «Жених» сделал то же самое и неохотно взял меня за руку, не упустив возможности брезгливо процедить:

- Ну и запах от тебя!

Тут уж я не сдержалась и огрызнулась:

- Блордрак, а ты точно целитель? Им обычно и не такое нюхать приходится, а ты ведёшь себя как неженка! Или не ту профессию выбрал?

- Конечно, не ту. Я хотел быть карателем, - неожиданно признался парень.

- Так в чём проблема? - я припомнила, что помимо целительского у Никея за плечами боевой факультет. - Почему не стал?

- Ты ещё спрашиваешь?! - в карих глазах собеседника вспыхнула такая злость, что стало не по себе. Он смотрел так, словно именно я была причиной его неудачной карьеры. Ох, похоже, Санра опять мне что-то важное не рассказала! Как же это всё достало!

А в следующую секунду Никей пробормотал что-то непонятное, до боли сжал мою ладонь, и мир перед глазами завертелся со страшной силой, а потом вовсе исчез…

Как и в прошлый раз, после перемещения жутко тошнило. Хорошо, что желудок был совсем пуст, не то «порадовала» бы Блордрака не только запахом навоза, но и рвотой. Мне, конечно, не было до него никакого дела, но позориться лишний раз не хотелось. Осмотревшись, поняла, что мы стоим в коридоре первого этажа возле комнаты комендантши.

- У тебя есть десять минут до обхода. Впредь постарайся не влипать в неприятности и тем более не впутывать в них меня! - сердито прошипел Блордрак и постучал в закрытую дверь. А я, решив на этот раз воздержаться от комментариев, сдержанно поблагодарила его и помчалась на свой этаж.

Когда вбежала в комнату, Талма и Регала, уже облачившиеся в длинные серые ночные рубашки, напоминающие монашеские сутаны, уставились на меня как на привидение.

- Наконец-то! Ты где была? Я уж думала, что-то случилось! - затараторила подруга, но посмотрела на соседку по комнате и осеклась. Взгляд Регалы был полон нескрываемой неприязни и откровенничать при ней точно не стоило.

- Извини. Так устала после отработки, что уснула прямо в прачечной.

- Что ты там делала?

- Одежду стирать собиралась.

- Похоже, до стирки дело не дошло, ну и вонь! - Регала брезгливо поморщилась, напомнив мне Никея, и демонстративно отвернулась.

Я только плечами пожала. После козней Моранды её гримасы мне, что мёртвому припарка. Быстро взяла свою «сутану», шмыгнула в купальню, сняла провонявшееся платье и наскоро обмылась.

Кода в комнату заглянула комендантша, я уже переоделась и тоже скромно сидела на уголке своей кровати. Судя по удивлённому взгляду женщины, меня здесь увидеть не ожидали. Значит «добрые люди» уже донесли. Надеюсь, она с этими змеями не в сговоре, иначе мне совсем туго придётся.

Когда комендантша ушла, я снова скрылась в купальне и продолжила водные процедуры, тщательно промыв волосы мыльным раствором. А, вернувшись, обнаружила на тумбочке возле своей кровати тарелку с двумя большими спелыми марлинами - мясистыми розовыми фруктами, имеющими сладковатый немного вяжущий вкус.

- Извини, ничего другого из столовой вынести не получилось, - с виноватой улыбкой развела руками Талма.

- Спасибо, ты просто чудо! - От избытка чувств я обняла засмущавшуюся девушку и с блаженством вгрызлась в сочную мякоть плода.

Глава 9

Новое утро снова началось с головной боли. Тело, неприученное к чрезмерным физическим нагрузкам, немилосердно ныло, пустой желудок жалобно урчал и требовал вкусняшек. Да уж, приятное пробуждение, ничего не скажешь!

С трудом заставила себя сделать минимальный комплекс упражнений, обмылась, стойко выдержала пытку холодным душем, надела второй комплект формы и поплелась в прачечную - стирать вчерашнее, всё ещё попахивающее навозом, платье. По пути мысленно убеждала себя, что всё не так уж безнадёжно. Мне бы только придумать, как попасть в долину Шаад, пообщаться с прибывшими с Земли, может и найдётся какой-нибудь способ вернуться домой. А пока имею полное право восхищаться чудесами магии. Кстати, давно хотела выяснить, есть ли тут драконы? В памяти Лесты ничего похожего пока не нашлось, а полюбоваться на настоящего летучего и огнедышащего ящера я бы не отказалась. Всё лучше, чем смотреть, как презрительно морщится Блордрак и ожидать очередной подлянки от Моранды.

Воспоминания о дочке директрисы заставили озадаченно нахмуриться, я так и не придумала, как с ней поступить. Открыто оказывать сопротивление, действуя её же методами, - опасно и бесперспективно. Силы слишком неравны, к тому же я практически не знаю местных законов. Учитывая разность отношения общества к эйрам и простолюдинам, меня вообще могут упечь за решётку даже за агрессию по отношению к аристократке, тогда как ей, скорее всего, всё сойдёт с рук. С другой стороны, правила школы вроде для всех одинаковы. В общем, надо бы сегодня успеть ещё в библиотеку наведаться, ну и с Санрой насчёт несработавшего браслета посоветоваться, а то информация, доставшаяся от Лесты, слишком хаотична. Периодически всплывает, но не всегда к месту и ко времени.

Очищая платье от сухих пятен навоза, я всё-таки сгребла немного сухого вещества в найденный в прачечной пустой флакон. Так, на всякий случай, и приступила к стирке. Стиральных машин здесь, к сожалению, не было, магическими способностями я не обладала, так что пришлось всё делать вручную. Закончив, повесила форму в специальный отсек для сушки под сияющий бирюзовым светом шар, где платье прямо на глазах начало высыхать и медленно разглаживаться. Полюбовавшись немного на этот завораживающий процесс, я вышла в коридор и незаметно влилась в толпу адептов, направляющихся, судя по всему, в столовую. Но как назло в холле столкнулась с Морандой.

Увидев меня, она не смогла скрыть удивления, а потом разозлилась и сердито прошипела:

- Ты как здесь оказалась, толстуха?

- Я здесь учусь вообще-то, - напомнила спокойно, - а где, по-твоему, я должна находиться?

Она недовольно надулась и вдруг брезгливо поморщилась, картинно замахав перед носом руками.

- Фу, от тебя воняет, как от бирозалва, вонючка!

Я принюхалась и ожидаемо ничего не почувствовала. Флакон был плотно закрыт, врёт, зараза!

- Не подходите к ней, а то провоняетесь! - громогласно заявила эта мегера, демонстративно отходя в сторону.

- Зря ты так, слова материальны, особенно слова мага, - сдержанно заметила я, сжимая в кармане флакон и борясь с желанием высыпать его содержимое Моранде на голову. Интересно, как бы она заговорила, сама источая вонь? Идея, конечно, плохая, но такая заманчивая!

- Да что ты можешь знать о магии, зикфа! - высокомерно процедила дочка директрисы. - Твой удел - сгребать навоз и прислуживать высокородным, если позволят, конечно, ведь толстая вонючка вроде тебя никому не нужна!

Моранду несло, и мне стоило большого труда не сорваться на грубость.

- Никому кроме тебя? - уточнила с улыбкой. - Ты, похоже, и дня прожить не можешь, чтобы меня не зацепить. Неужели высокородной эйре больше нечем заняться?

- Что здесь за столпотворение? Хотите опоздать на завтрак? - раздался вдруг зычный голос подоспевшей эйры Конран, которая по совместительству возглавляла целительский факультет школы. Моранда, мазнув по мне угрожающим взглядом, неохотно двинулась дальше. Следом за ней лениво поползли разочарованные отсутствием интересного зрелища адептки.

После вчерашней внеплановой полуголодовки я пропускать завтрак точно не собиралась, но в столовой старалась быть максимально внимательной, чтобы снова не стать жертвой очередного злого розыгрыша.

Не помогло. Всё равно споткнулась о невидимую подножку (магию-то мне никак не отследить), благо поднос с тарелками успела поставить на чей-то столик, а вот сама больно грохнулась на коленки к радости белобрысой мегеры. Детский сад, штаны на лямках! Но мне вдруг жутко захотелось сделать ей ответную пакость. С трудом сдержалась, молча поднялась, отряхнулась и заняла свободный стол неподалёку, чтобы не выпускать соперницу из поля зрения.

Я всё ещё не решила, что с ней делать. Опыта школьных войн и так называемого буллинга у меня не имелось. Правда, после аварии и смерти родителей я долго болела, потом ещё столько же восстанавливалась и в итоге осталась на второй год во втором классе. Незнакомые ребята встретили меня не слишком дружелюбно, отношения у нас долго оставались натянутыми, пришлось проявить присущую мне дипломатию, чтобы их наладить. В итоге я со многими подружилась. Но тут явно не тот случай: какая дружба может быть у бренной земной пылинки и яркой небесной звезды, которой эта девица себя возомнила?

Не дождавшись реакции на падение, Моранда процедила что-то вроде «Знай своё место, вонючка» и больше не обращала на меня внимания. Но когда в помещение вошла Талма и, выбрав несколько блюд, направилась с подносом в мою сторону, дочка директрисы начертила в воздухе пальцем какой-то знак, что-то прошептала, и подруга Лесты растянулась вместе с подносом на полу под смешки окружающих. Вот же змея! Это стало последней каплей. Я поднялась и, воспользовавшись тем, что все взгляды были устремлены на Талму, проходя мимо Моранды, аккуратно и быстро высыпала содержимое флакона в её приоткрытую сумку. Вот и посмотрим теперь, кто здесь вонючка!

Садовник несколько раз повторил, что эта субстанция ни в коем случае не должна контактировать с бумагой, а то и задохнуться не долго. Поэтому даже сухой навоз хранили в деревянных кадках, а ни в коем случае не в бумажных пакетах. Правда, появлялся убийственный аромат при взаимодействии с бумагой не сразу, а по истечении некоторого времени, но это было мне только на руку. Что-нибудь бумажное в сумке Моранды точно найдётся, значит, основное веселье начнётся на занятиях. Даже жаль, что я этого не увижу.

Подошла к подруге, которая, к моему возмущению даже не выглядела обиженной, скорее напоминала несчастного побитого щенка и, взяв под руку, вывела в умывальню. Там она привела себя в порядок и даже почистила платье с помощью магии, снова вызвав у меня лёгкий укол зависти. Всё-таки жаль, что я так не умею!

- Это всё из-за тебя! Вот зачем ты начала ей перечить?! - раздосадовано ворчала Талма, в который раз промокая холодной водой свои горящие щёки.

- Хочешь сказать, раньше она тебя никогда не трогала? И вот так себя не вела?

Талма тяжело вздохнула:

- Вела, но зачем её злить лишний раз? Она же теперь от нас вообще не отстанет!

Понятно, пусть бьёт сколько влезет, лишь бы не до смерти! Ну и логика! Я тоже вздохнула и задала давно интересующий вопрос:

- Почему ей это сходит с рук, неужели нельзя никому пожаловаться?

- Пожаловаться можно, - вздохнула девушка, - а что толку? Её накажут, может, даже запретят участвовать в одном из праздничных балов, только она отомстит. Ещё больше изводить начнёт. И, разумеется, действовать будет через других, так что сама останется чистенькой.

- И многих она так изводила?

Талма неопределённо пожала плечами и промолчала, а я вспомнила недавний разговор с Зиэлдой.

- Над Мириэлой она тоже издевалась?

Талма нахмурилась.

- Да, было дело. А ты что же и это забыла? Она была простушкой со слабеньким даром, но очень красивой, парням нравилась. Даже высокородным. Моранда ей, наверное, из-за этого завидовала. Вот и пакостничала, как могла…

- И где эта Мириэла сейчас? - судя по горестному тону целительницы, ничего хорошего услышать я не ожидала, так и вышло.

- Неизвестно, - развела руками подруга Лесты. - Она пропала в начале года, когда все на каникулы разъезжались. Говорят, сбежала с парнем, с которым тайком встречалась. Во всяком случае, так было написано в записке, оставленной в её комнате. Но точно никто ничего не знает.

Ничего себе детективная история!

- А Зиэлде она кем приходилась, напомни, пожалуйста.

- Так племянницей. Родители её давно умерли, с тётей жила.

Прямо как я! Невольно посочувствовала пропавшей девушке.

- А что Зиэлда за неё не заступалась?

- Заступалась, конечно, если что-то узнавала, Моранду даже наказывали пару раз, но сама Мириэла тёте никогда не жаловалась. Да и не только ей. Вообще никому в своих проблемах не признавалась.

- Почему?

- Да кто же её знает, боялась, наверное, - снова тяжело вздохнула Талма, - а почему ты про неё спрашиваешь?

- Просто вспомнилось что-то. Ладно, пойдем, позавтракаем, нам нужны силы для нового дня.

Талма упиралась и не хотела возвращаться на место недавнего позора. Пришлось включать дар убеждения. К счастью, когда вернулись в столовую, Моранда со свитой уже ушла, и мы смогли спокойно подкрепиться, не забывая о диете, разумеется.

Первые два занятия прошли на удивление спокойно. По истории Алнодора я даже умудрилась получить высокий балл. Как выяснилось, Леста, не обладая магическим даром, старалась взять зубрёжкой и заучивала учебники чуть ли не наизусть. Отрывки из них периодически всплывали в моей памяти, иногда даже к месту, вот как сегодня. Какая жалость, что она не интересовалась законодательной базой, её придётся всё-таки штудировать в пришкольной библиотеке.

Девицы из свиты Моранды достать меня больше не пытались, хотя отсутствие новостей о самой «принцессе» школы, признаться, напрягало. Я понимала, что после сегодняшнего инцидента дочь директрисы придёт в ярость, а цель сделать мне гадость, скорее всего, станет смыслом её жизни.

Возможно, действительно, стоило сдержаться и подождать пока ей просто надоест меня шпынять. Если не реагировать - такой исход вполне реален. Но до этого момента могли пройти месяцы, а унижаться, признавая за кем-то право безнаказанно втаптывать себя в грязь, я просто не могла. Не так воспитана. Да и никакие душевные разговоры таких как Моранда, свято уверенных в своей правоте и превосходстве над другими, не проймут. Вот пусть на своей шкуре почувствует, каково быть посмешищем, хотя над ней вряд ли кто-то решится посмеяться открыто. Эх, всё-таки жаль, что целители занимаются в другом корпусе. По моим подсчётам, она уже должна вовсю «благоухать».

После третьего занятия по школе поползли слухи, адепты шушукались по углам, тихо хихикая и украдкой косясь в мою сторону. Без ненависти и агрессии, но и без одобрения. Хотя от Моранды тут многие были не в восторге, особенно бытовики, считающиеся слабаками и неудачниками, открыто поддерживать мою диверсию никто не станет. И не только потому, что не хотят переходить дорогу дочери директрисы, просто презрение к зикфам в местном обществе слишком сильно - оно у жителей этого мира, похоже, в крови.

Талма, отлучившаяся во время небольшого перерыва, вернулась испуганная и села рядом со мной не сразу, а после минутного колебания.

- Это, правда, ты сделала? - уточнила она шёпотом, глядя на меня со страхом, сквозь который тоненькими реденькими искорками просвечивалось что-то похожее на восхищение.

- Ты о чём? - уточнила на всякий случай. Ну не признаваться же вот такс ходу, вдруг кто услышит.

- О Моранде. Говорят, она вся провонялась бирозалвьим навозом. Даже с занятий сбежала.

Я постаралась не выдать удовлетворения услышанным и возразила:

- Ещё бы - воняет он жутко, пока не впитается в землю. Только при чём тут я? Где хранится этот навоз, знают все, кто хоть раз бывал на отработке в саду.

- Знают все, но убить она пообещала только тебя, - нахмурилась Талма, нисколько не поверившая в мою непричастность, и горестно вздохнула: - Теперь она нас совсем со свету сживёт! А может, вообще нашего исключения у мамаши добьётся!

Я лишь плечами пожала - невелика потеря. Лесте по-хорошему давно следовало перевестись в учреждение попроще, где она была бы ровней, ну или хотя бы не так сильно выделялась среди других студиозусов. Но донести эту мысль до расстроенной Талмы не получилось.

- Тебе-то хорошо, у твоего отца есть леоры, да и замуж за настоящего дэйра выйдешь, так что можешь вообще не учиться. А у меня на эту школу вся надежда, с её дипломом даже в столице работать можно и вообще... - она шмыгнув носом, бросила вороватый взгляд в сторону дальних столов, где сидели парни.

То, что ей нравился высокий, симпатичный русоволосый бытовик Лурий Кайдерс было заметно, так сказать, невооружённым взглядом. Однако сам адепт не обращал на неё никакого внимания. Оно и понятно - дар там слабенький, иначе на бытовой факультет школы парень бы не попал, но родословная впечатляла. Лурий был отпрыском обедневшего рода эйров и до простолюдинов снисходить не собирался. Даже будь у семьи Талмы много денег, как у отца Лесты, у них вряд ли был бы шанс породниться с высокородными. Наша помолвка с Блордраком, конечно, возмутила общественность, но на такой мезальянс в итоге неохотно закрыли глаза, потому что мать моя всё же была эйрой, хоть и отлучённой от рода. А кровь в этом обществе ценилась пока что выше, чем леоры. Прямо последователи Воландеморта с их разделением на чистокровных и грязнокровок!

Всё эти сведения я почерпнула из обычного учебника по истории магии. Странно, что Талма, дитя этого мира, не понимает таких элементарных вещей и на что-то надеется, впрочем, как и Санра, решившая стать эйрой непонятно каким образом. Или всё дело в том, что любовь слепа, а мечтам плевать на логику? Похоже, в этом Алнодор от Земли совсем не отличается.

- Ты не обидишься, если я... пересяду за другой стол? - замялась Талма, вспомнив, что помимо безответной любви у неё есть проблемы посерьёзнее. - Понимаешь, мне никак нельзя, чтобы отчисли... Мой отец...

- Понимаю, - спокойно прервала её стенания, - конечно, не обижусь.

И это правда. Да, неприятно и грустно, но не стоит забывать, что она подруга Лесты - не моя, а безропотная овечка Риголь никогда бы не рискнула перейти дорогу хищнице вроде Моранды.

Во всеуслышание пообещав меня убить, дочь директрисы, тем не менее, ни на одно из моих занятий не явилась, даже на обед не пришла. Видимо, взяла таймаут, чтобы хорошенько продумать план мести или решила дождаться мамочку, которая второй день отсутствовала по причине дальней командировки.

В итоге мне удалось частично расслабиться и даже получить удовольствие на последнем занятии. Это было что-то вроде домоводства, где девушек обучали вести домашнее хозяйство и готовить заряженные определённым намерением блюда. Тётя часто работала допоздна, а я, как самая старшая, заботилась о младших сёстрах и готовила ужин. Да и в кафе во время отпусков сотрудников, когда рук просто не хватало, нередко совмещала работу официантки с поварским делом, так что этот процесс мне в целом нравился. Но приготовление особых заряженных блюд в корне отличалось от привычной кулинарии и напоминало настоящий мистический ритуал.

На каждом этапе нужно было читать специальные наговоры и вкладывать в процесс определённое намерение - например, придать тому, кто отведает эту пищу сил, решимости, уверенности в себе, наделить его удачливостью или поправить здоровье. Понятно, что эффект держался недолго - ровно столько, сколько пища находилась в желудке, но я всё равно чувствовала себя настоящей волшебницей, замешивая тесто строго слева направо по кругу и проговаривая над ним слова из учебника.

Негатив на пищу таким образом тоже могли переложить, впрочем, не фатальный - ничего серьёзнее расстройства желудка и лёгкой порчи словами к съестному не привязать, хотя тоже неприятно. Собственно поэтому угощать друг друга в магическом мире было не принято, а в прислугу набирали только людей без дара, потому что для создания такой пищи нужна магия.

После этих слов преподавательницы мне словно крылья обрезали. Стало очень обидно и ещё сильнее захотелось вернуться домой. Какой смысл прозябать здесь, не имея ни одного приятного бонуса и видя в глазах окружающих только неприязнь?! Впрочем, свои лепёшки с начинкой, напоминающей по вкусу сладкий творог, я всё-таки доделала. Обыкновенные, зато вкусные. Заберу с собой на случай, если Моранда снова меня где-нибудь запрёт до ночи.

Вестей от неё по-прежнему не было. Затаилась. Это напрягало и нервировало. С другой стороны, что она мне сделает? Не убьёт же, в конце концов? А если меня в итоге решат отчислить - сопротивляться не буду. В школе попроще, среди равных, мне будет значительно комфортнее, чтобы там Санра не говорила. А можно вообще домой вернуться и попробовать уговорить Урнана (он вроде нормальный мужик) посетить долину Шаад.

Глава 10

После занятий меня ждали в лазарете, поэтому в библиотеке задержаться не удалось. Я взяла с собой книгу по истории Алнодора и свод местных законов в надежде, что выпадет свободная минутка и удастся их почитать.

По дороге обдумывала вариант с отчислением, и он всё больше мне нравился. От открывшихся перспектив я даже приободрилась, и с удовольствием любовалась красивыми яркими пейзажами, открывавшимися взору по пути в лазарет, но в парке, разрушив красоту момента, на меня налетела Санра.

- Ты что творишь? Совсем из ума выжила?! - зашипела она, оглядевшись по сторонам и не обнаружив поблизости посторонних «ушей». - Это правда, что ты Моранде бирозалвий навоз подсыпала?!

Н-да, быстро слухи разносятся. Интересно, Блордрак тоже уже в курсе? Если мне ещё и от него придётся нравоучительную лекцию выслушивать, боюсь, не выдержу и выскажу всё, что думаю и о нём, и об этой дурацкой школе, где гнобить тех, кто слабее - в порядке вещей.

- Это кто-нибудь видел? - возразила я недовольно: - Пусть сначала докажут.

Санра в ужасе схватилась за голову.

- Ненормальная! Ты же нас всех подставляешь! Я ведь тебе говорила - не высовывайся, знай своё место!

И эта туда же! Одни командиры кругом.

- Я прекрасно знаю своё место, и оно не здесь! - сухо охладила я её пыл.

- Тихо! - шикнула девушка, снова воровато оглядевшись. - Ты что хочешь всю жизнь в заточении провести?!

- За что? За случайно оброненную щепотку навоза? Успокойся, проверку я прошла, а следующая только через тринадцать лет.

- Ты не понимаешь, если дело дойдёт до королевского суда, менталисты получат право на просмотр твоих воспоминаний, - прошипела дочь Кайи, огорошив неприятной информацией.

Вот, значит, как тут у них всё устроено. Радует только одно, что без специального разрешения в мою голову, похоже, никто не полезет.

- А что должно произойти, чтобы дело дошло до суда?

- Эм... попытка убийства.

Ого. Ну так далеко я точно заходить не планировала. Зачем? Проще свалить из этой школы, пока и впрямь дело до рукоприкладства не дошло.

- Послушай, мне здесь и так очень сложно приходится, а ты совсем не помогаешь, только ругаешься. Почему не сказала, что с помощью школьного браслета здесь можно ориентироваться и вызывать помощь, и почему он у меня не работает?

- Ну так разрядился наверное, у тебя же своей магии нет, - пожала плечами расстроенная Санра, - сходи к комендантше или к деканше своего факультета - пусть зарядят.

Я почувствовала, что начинаю закипать.

- А что же ты мне этого сразу не сказала?!

- Извини, забыла. Мне ведь браслет заряжать не приходится.

Забыла она! Действительно, мелочь какая!

- И не только об этом. Почему Блордрак не смог стать карателем? - некстати вспомнился вчерашний неприятный разговор с женихом Лесты и его странная реакция на безобидный вопрос.

- Это-то здесь при чём? - недовольно проворчала всё ещё надутая «сестрица», но всё же ответила: - Дело в его отце и... матери Лесты. В тот вечер, когда на короля напали, Блордрак старший должен был находиться рядом с ним, но он не заступил на смену. Предпочёл исполнению долга свидание с любовницей. Из-за этого Блордраки сейчас как бы в полуопальном положении. Нет, их принимают во дворце и всё такое, но в каратели Никея не приняли, прозрачно намекнув, что с таким пятном в родословной ему будет проще сделать карьеру целителя. В этом ему даже обещали помочь, не удивлюсь, если через несколько лет он возглавит королевский госпиталь.

Точно! Кайя же рассказывала, что сейчас Алнодором правит брат короля, который был тяжело ранен и чудом выжил в день, точнее в ночь переворота. Тогда ход мыслей Никея мне в принципе понятен, правда, логики в них нет. С какой стати он меня-то в своих проблемах обвиняет?! Зато теперь ясно почему сиятельные Блордраки вообще согласились на эту унизительную для них помолвку - видимо, никто из состоятельных высокородных семей не захотел породниться с обедневшим дэйром, находящимся в частичной немилости у короля.

***

Не желая снова оказаться в сложной ситуации без единственного средства защиты, я вернулась в школу и нашла декана своего факультета - эйру Сайран - миловидную полную даму бальзаковского возраста. На то, чтобы зарядить браслет с помощью накопителей, ушло не более пяти минут, и я снова направилась в лазарет.

К счастью, ни Блордрака, ни вредины Камилии в лечебном учреждении не оказалось. Зиэлда была одна и едва справлялась, суетливо носясь из одной палаты в другую. Боевики-второкурсники что-то не поделили и затеяли драку с применением магии, а преподаватель в это время как раз отлучился. В результате пятерым пострадавшим теперь нужно было менять повязки и вливать какие-то настои каждые двадцать минут.

Так что почитать мне не довелось. Зато двухчасовые метания от одного пациента к другому вполне можно было считать настоящей спортивной нагрузкой. Когда интервалы между медицинскими процедурами значительно удлинились, мы с Зиэлдой, наконец, сели выпить чаю. Мои лепёшки пришлись весьма кстати, правда, из-за диеты я смогла позволить себе лишь четвертушку.

- Очень вкусно, спасибо, - вздохнула уставшая целительница, - Ты, наверное, это для Никея приготовила?

Я чуть не подавилась, представив, как презрительно скривилась бы высокородная физиономия Блордрака при виде моей стряпни. Он точно решил бы, что я таким образом пытаюсь к нему подлизаться, и что в сдобу добавлено любовное зелье.

- Мы просто готовили на занятии. А где он, кстати?

- Вызвали в столицу, - вздохнула Зиэлда и, принюхавшись к лепёшкам, резюмировала: - Очень насыщенный аромат.

- Увы, я перестаралась с приправами.

- Так это хорошо. У нас тут одна трудная пациентка голодать вздумала. Может, попробовать ей их предложить? Вдруг соблазнится. Ты не против?

- Конечно. Мне сладкое всё равно нельзя. А она что же, совсем ничего не ест? Похудеть решила? - В моём понимании это была единственная уважительная причина для такого издевательства над организмом. Я даже в какой-то степени посочувствовала девушке, решив, что у нас с ней одинаковая проблема.

- Если бы! - недовольно поморщилась Зиэлда. - Возлюбленный выбрал другую. Вот она и выделывается, глупая! Как будто от этого что-то изменится. А нам - лишняя головная боль. Нянчимся с ней теперь, словно других забот нет!

- Так зачем нянчиться? Есть захочет - сама не выдержит, - пока что в этом чудном мирке мне встречались только стервозные неженки без признаков сильной воли. Вон, даже моя воля, спевшись с ненасытной утробой, готова сдаться, умоляя съесть ещё хоть кусочек творожной лепёшки.

- Она вес теряет. Видимо ещё дома от еды отказывалась. А руководство школы не разрешает её родителей привлекать, требует, чтобы своими силами справлялись. А какие тут силы, если после ухода заведующей, нас всего двое осталось?

Целительница выглядела очень уставшей, осунувшейся и я, пожалев её, сама направилась к голодающей жертве несчастной любви - угощать лепёшками и проводить профилактическую беседу.

Накормить одну из моих младших двоюродных сестёр - Свету с детства было большой проблемой. Уж как я только порой не изгалялась, чтобы дитятко съело хоть несколько ложек супа и каши, и со временем наловчилась уговаривать её быстро и убедительно. Так что кое-какой опыт имелся.

Девица показалась мне смутно знакомой. Кажется, я видела её в молельне в день проверки, правда, тогда она выглядела значительно лучше. Сейчас же я увидела осунувшееся, бледное симпатичное создание с потухшим взглядом серых глаз. Лицо пациентки фактически слилось с белоснежным постельным бельём, и только каштановые волосы выделялись ярким пятном на подушке.

Что ж, в похудении она явно преуспела больше меня, да только мне такой метод не подходил, ведь чтобы передвигать объёмную тушку Лесты требуется немало энергии, а из чего её брать, если не из еды?

Заметив блюдце с лепёшками, бледная немощь гордо вскинула прямой аккуратный носик и надменно заявила неожиданно бодрым голосом:

- Сказала же, не носить мне еду! Ничего не буду, забери!

Я поставила блюдце на небольшой столик возле её кровати и присела на соседнюю, пустующую, пояснив:

- Знаю, я просто на сохранение оставить хотела до вечера. Мне это нельзя, а есть хочется постоянно. Похудеть пытаюсь.

Девушка презрительно фыркнула и спросила:

- Зачем тогда с этими плюшками таскаешься?

- Жениха пришла угостить, да не застала. Ты, говорят, уже похудела, это правда? А я вот не могу совсем ничего не есть.

- Оно и видно, - недовольно буркнула девушка, окинув меня красноречивым взглядом и болезненно поморщившись при слове «жених». - Похудела, наверное, только мне всё равно.

- Тогда зачем голодаешь? Чего ты добиваешься?

- Отстань! - разражено отмахнулась «трудная пациентка» и отвернулась к стене, пробурчав: - Я, может, вообще жить не хочу.

Я заметила на тумбочке полупустой стеклянный сосуд с прозрачной жидкостью и стакан. Стало быть, воду она пьёт, а значит, умирать придётся долго. Этими соображениями я поделилась с собеседницей:

- А ты в курсе, что человек без еды может прожить почти два месяца, а то и больше. Представь на кого ты к этому времени будешь похожа? Ладно, я худею, чтобы быть красивой, а вот ты превратишься в тощее пугало.

- И что с того? Мне всё равно! Уйди! - раздражённо, словно от назойливой мухи, отмахнулась девушка.

- Я просто пытаюсь понять, чего ты добиваешься. Неужелихочешь, чтобы бывший парень, увидев тебя, подумал, что сделал правильный выбор, избавившись от такой страшилки?

Девушка обернулась, смерила меня взглядом полным бессильной злобы и сердито прошипела:

- А что я могу? У нас в конце сезона Иргаля свадьба должна была быть, а он заявил, что знать меня не желает! Чтобы ты на моём месте сделала, толстуха?!

- На твоём месте я бы радовалась жизни, ты ведь красивая. Пока что, - подчеркнула я последнюю фразу. - И я бы уж точно не стала уродовать себя из-за бросившего меня парня, а стала бы ещё красивее и успешнее, чтобы он очень пожалел о своём решении. И вообще, за своё счастье нужно бороться.

Это, конечно, не самое разумное предложение, а последняя фраза точно была лишней, но ничего другого мне в тот момент в голову не пришло. И, судя по слегка оживившемуся взгляду голодающей, переключить её с уныния на надежду получилось. Оставив девушку наедине с лепёшками и новыми перспективами, я тихо вышла.

Примерно через полчаса приятно удивлённая Зиэлда радостно сообщила, что пациентка умяла половину лепёшки, и я с чувством выполненного долга отпросилась пораньше, чтобы снова не оказаться перед запертой дверью.

Честно говоря, идти на ужин было тревожно. В лазарете о Моранде я почти не вспоминала, а вот теперь постоянно ожидала подвоха, ведь она не из тех, кто прощает обиды и, наверняка, готовится отмстить. В столовой на меня косились практически все - кто с неприкрытой злобой, кто с презрением, а кто с искренним удивлением, видимо, недоумевая, почему я ещё жива. Сочувствующих только не было.

Но ужин прошёл на удивление спокойно - Моранды по-прежнему не было, и меня никто не трогал. Правда, Талма не пришла. Видимо, тоже опасалась расправы. Пришлось теперь уже мне захватить для неё несколько крупных ароматных фруктов - перекусить перед сном.

И всё же нервное напряжение не отпускало. Не отступило оно даже, когда я переступила порог своей комнаты и закрыла дверь. Талма встретила меня испуганным взглядом, а Регала - злорадным, что не удивительно - в последнее время она всё чаще мелькала в группе поддержки Моранды. Дурное предчувствие заворочалось внутри тяжёлым грузом. Для меня явно подготовили какой-то очень неприятный сюрприз. Эх, знать бы ещё, когда его ждать!

Глава 11

В эту ночь, мучимая нехорошими предчувствиями, я долго не ложилась - читала книгу по местному законодательству, а потом ещё пару часов мужественно боролась со сном, прислушиваясь к ночным шорохам. Даже положила под подушку вилку (здесь они были двузубые, но, к сожалению, не слишком острые) на всякий случай. Сон настиг как-то незаметно, а приснилось мне нечто странное.

Я как будто выбралась из постели, вышла в коридор и направилась дальше, послушная странной, необъяснимой тяге. Меня словно что-то влекло за собой, и сопротивляться этой непонятной силе не получалось. Впрочем, я и не пыталась, просто уверенно шла к некой, пока неведомой цели. Коридор, поворот, лестница, другой коридор, теперь правее, ряд одинаковых светло-коричневых дверей, а вот, наконец, та, которая мне нужна.

Я в предвкушении прикоснулась к ручке, чтобы преодолеть последнюю преграду, отделяющую от цели, но вдруг что-то изменилось и меня резко потянуло прочь, а потом вверх по лестнице - выше, ещё выше, пока лица и оголённых рук не коснулась свежесть ночной прохлады. Где это я? Впрочем, оглядываться и думать было некогда, я спешила на смутный зов, которому невозможно было противостоять.

- Эй! Ты куда? Остановись! - раздался вдруг за спиной громкий звонкий голос.

Я обернулась, увидела красивую тоненькую девушку-брюнетку в школьной форме и словно очнулась от гипнотического транса. Осмотрелась по сторонам и с ужасом вскрикнула, обнаружив, что стою почти на краю крыши здания школы. Очень высокого здания. В тусклом, голубоватом свечении щедрой россыпи крупных звёзд, деревья и предметы внизу казались тёмными и маленькими, только иргаль розовел ярким ядовитым пятном.

Голова закружилась, ноги стали ватными и подогнулись. Я с трудом удержала равновесие и с писком отскочила назад. Боже! Как я здесь оказалась? Вроде бы лунатизмом никогда не страдала. Так что же произошло?!

- У тебя браслет полностью почернел, - сказала девушка, о которой я успела забыть. - Я такое только один раз видела.

Не понимая о чём речь, я с удивлением проследила за её взглядом и с трудом узнала свой ученический браслет, который действительно стал чёрным, но через некоторое время постепенно начал возвращаться к обычному красному цвету.

- И что это означает?

- Чьё-то ментальное воздействие, - пожала плечами брюнетка, - тебе лучше вернуться внутрь. Замёрзнешь.

Я только сейчас осознала, что стою ночью на крыше в одной длинной, тонкой сорочке и поёжилась, обхватив плечи руками. Если дни здесь были по-весеннему тёплыми, то ночи наполняла осенняя прохлада. Оглядевшись, увидела открытое чердачное окно. Так, теперь понятно как я сюда попала, но всё ещё не ясно почему.

- Ментальное воздействие? - растерянно повторила я слова незнакомки, глядя на краешек крыши, где стояла минуту назад.

Это значит, кто-то вынудил меня подняться сюда? Что ж, похоже на правду, меня ведь влекла за собой какая-то сила. Как будто внутри действовал встроенный навигатор, самостоятельно выбирающий направление. Наверно, Моранда постаралась, больше некому. Вот же гадина! Чего она добивалась? Моей смерти?! Что ж, я этого так не оставлю! Выведу её на чистую воду, чтобы не повадно было и… уйду из этой дурацкой школы, как и собиралась. Теперь-то отпали последние сомнения в том, что поступить нужно именно так.

- Спасибо. Если бы не ты… - я обернулась, чтобы поблагодарить незнакомку и вдруг снова почувствовала себя в чужой власти. Всё тот же странный внутренний зов снова манил меня к краю крыши. И хотя на этот раз я оставалась в сознании, сопротивляться ему было невероятно сложно.

Собрав все силы, я сделала крохотный шажок по направлению к чердачному окну, но в голове, взорвавшейся болью, тут же родилось железное намерение, заставляющее двигаться исключительно вперёд. И уже через пару секунд я снова стояла на самом краю крыши, отчётливо понимая, что от смерти меня отделяет всего шаг и что там, внизу, затаился виновник происходящего, который ждёт конечного результата. Неужели Моранда?!

Раздумывать об этом не было ни времени, ни возможности - все силы уходили на борьбу за собственную жизнь.

- Помоги! - прохрипела, обращаясь к незнакомке.

- Используй браслет, быстрее! - велела брюнетка, не двигаясь с места, и я, не успев подумать, что делаю, на автомате схватилась за браслет, потёрла его, поднесла к губам и произнесла фразу, активирующую сигнал бедствия. Браслет нагрелся, засветился, а я вдруг почувствовала сильнейшее головокружение. Сил на сопротивление не осталось, в ушах зашумело, от невыносимой головной боли захотелось выть, я покачнулась и, окончательно лишившись сил, полетела вниз...

***

Просыпаться от боли в этом мире для меня, похоже, становилось традицией. Боль - это первое, что я почувствовала ещё до того, как сумела разлепить веки. Причём в этот раз меня атаковала не только мигрень. Болело всё тело, особенно саднили руки - я всё же успела ухватиться за сук дерева, о которое здорово приложилась в полёте. Благо помощь подоспела быстро - удар успели смягчить магией, иначе одними ушибами я бы не отделалась.

Предавшись тревожным воспоминаниям, я не спешила открывать глаза и прислушивалась к окружающим звукам, в глубине души отчаянно надеясь услышать что-нибудь до боли родное, вроде причитаний тёти Зины, голосов сестёр или хотя бы лая собак, которых на Алнодоре просто не было. Ведь я чуть не умерла, как в прошлый раз. Так может нас с Лестой снова поменяли местами? Но, увы, я слышала только чужие голоса, раздающиеся где-то в отдалении, и чувствовала знакомый специфический запах лазарета, а значит, чуда не произошло.

Горько вздохнув, я открыла глаза и обнаружила, что за окном светло и солнечно. Уже как минимум полдень. Поморщившись от боли, села и постаралась оценить ущерб, нанесённый моему телу. Синяков и ссадин на нём хватало, но все конечности находились на своих законных местах, и кажется, я была в состоянии передвигаться самостоятельно.

Голоса за дверью звучали всё громче. Похоже, собеседники перешли на повышенные тона, а речь, разумеется, шла обо мне. Мелькнула тревожная мысль - не вызвали ли в связи с происшествием карателей или других представителей охраны правопорядка?! Вдруг меня сейчас ожидает просмотр воспоминаний и последующее суровое наказание за то, что оказалась двоедушницей?!

Обнаружив, что из одежды на мне всё та же длинная, бесформенная только теперь местами порванная сорочка, я плотно закуталась в тонкое голубое покрывало и, морщась от боли, направилась к двери. Вдруг там сейчас моя судьба решается? Нужно проконтролировать.

Голос Блордрака я узнала сразу, а вот второй - женский, в котором проскальзывали недовольные и надменные нотки, был мне незнаком.

- Я считаю, что нет необходимости вызывать карателей, это просто несчастный случай! - говорила женщина.

- Но к нему привело наведённое сновидение, - сухо и жестко возразил целитель, - которое кто-то наложил на вашу адептку, эйра Лэридан. Она чуть не погибла!

Знакомая фамилия. Так это же госпожа директриса объявилась! Ещё вчера её в школе не было, а сейчас, видимо, дама примчалась дочку отмазывать. Ведь насколько я сумела разобраться в местном законодательстве, несмотря на социальное расслоение, перед высшим судом (если дело до него доходило) были равны все - и высокородные дэйры, и безродные зикфы. За попытку убийства Моранду ожидало заточение в особую камеру - дорплеоз, где специальные устройства годами выкачивают из человека магию, превращая его в растение. Для магов такой приговор хуже смертной казни.

- Виновника мы обязательно найдём и накажем. Сами. Зачем привлекать кого-то ещё? - настаивала директриса, и я поняла, что пора вмешаться - «жених» мои интересы вряд ли будет отстаивать.

Кое-как пригладив волосы, я предварительно постучала и решительно распахнула дверь. Меня здесь не ждали и, естественно, не обрадовались. Впрочем, директриса быстро натянула приветливую маску и даже изобразила сочувствие. Блордрак же по привычке нахмурился и сухо сказал:

- Зачем встала? Тебе нельзя.

- Да вот услышала, что вы виновника искать собираетесь и решила помочь. Я его, точнее её, знаю. Незачем искать.

- Я надеюсь, это не намёк на мою дочь? - маска продержалась недолго, и в голос директрисы просочились угрожающие нотки.

Я с трудом выдержала её тяжёлый взгляд и спокойно ответила:

- Никаких намёков, только факты. Раз уж речь идёт о моей жизни, хотелось бы, чтобы расследованием занимались непредвзятые органы. А вы, как я услышала, не хотите вызывать карателей.

Блордрак продолжал хмуриться и излучать недовольство, но промолчал, не пытаясь меня осадить. Зато это поспешила сделать мать Моранды.

- Хотите вызвать карателей, адептка Риголь? Уверены? А не боитесь, что вас осудят за ложный донос? Наведённое сновидение - это уровень старших курсов академии. Моранда просто не в состоянии наложить и поддерживать такое сильное заклинание, - холодно отчеканила она.

- Разумеется, сама она этого не делала, но приказ отдавала лично. И вот это в её воспоминаниях каратели увидят обязательно. Как и многое другое. Ей ведь нравиться унижать людей, так что подобное точно происходит не впервые. Если я ошибаюсь, и Моранда не виновата, вам тем более беспокоиться не о чем.

Конечно, я рисковала, настаивая на проверке свыше, но не сильно. В принципе было ясно, что мамаша сделает всё, чтобы выгородить дочь, а заодно и школу. Значит, ей постороннее вмешательство не выгодно.

Женщина вскинула подбородок, сложила на груди руки и прежним тоном сухо заметила:

- Хорошо. Я допускаю, что к этому случаю причастна моя дочь, но она задумывала лишь небольшой розыгрыш, который никак не мог привести к такому исходу. Вы ведь помните, каким стал цвет браслета, когда вы вышли из комнаты? Серый, вероятно.

- Вообще-то он был чёрным, - вспомнила я происшествие на крыши.

- А вот это уже клевета! - горячо возмутилась директриса, удивив подобной реакцией. - Чёрный цвет - это осознанное убийство. За всё время, что я работаю в школе, такого не было ни разу! Моранда призналась, что хотела всего лишь завлечь вас в мужское общежитие. Я не знаю, как вы оказались на крыше, но она здесь точно не при чём!

Ох, ни фига ж себе, ёшкин, в смысле ёхвин кот, небольшой розыгрыш!

- Завлечь девушку ночью в мужское общежитие в одной ночной сорочке - это не безобидный розыгрыш, а серьёзное оскорбление и унизительная, особенно для меня ситуация! - ожил вдруг Блордрак, и от его вкрадчивого ледяного тона мне стало не по себе. Целители так разговаривать не должны - больные не только не поправятся, но и заикаться начнут, а вот для карателя, проводящего допрос - в самый раз.

Директриса тоже впечатлилась и со вздохом покаяния заверила:

- Я не говорю, что Моранда не виновата. Обещаю, она будет строго наказана и, конечно, принесёт вам, дэйр Блордрак, извинения лично.

От последней фразы мои глаза удивлённо полезли на лоб. Чудны дела твои, Ёхва! Меня чуть не убили, а извинения эта стерва будет приносить жениху? Впрочем, мне её лицемерные кривляния точно не нужны.

- И это всё?! - не удержалась я от недовольного восклицания. Тело продолжало болеть, вернуться домой к тёте и сёстрам в очередной раз не получилось, так что настроение было паршивым, и сохранять нейтральную вежливость становилось всё сложнее.

- А вы всё-таки настаиваете на карателях, адептка Риголь? Моего слова вам недостаточно? - эйра Лэридан попыталась скопировать недавний тон Блордрака. Получилось довольно бездарно. Да и меня уже, как говорится, понесло, не остановить.

- Настаиваю, потому что не хочу, чтобы ситуация повторилась. Ваша дочь и ей подобные любят такие весёлые розыгрыши: то в столовой кто-нибудь из адепток упадёт, то на лестнице споткнётся. А если вдруг при падении бедолага шею свернёт, вы снова всё на несчастный случай спишите? Этому давно пора положить конец!

- Чего вы хотите, Леста? - устало спросила директриса, растеряв вдруг свою надменность, и я поняла, что на самом деле она испугана и растеряна не меньше моего.

- Я хочу гарантий безопасности в вашей чудесной школе для таких, как я и Талма. Не каких-то особых привилегий, а просто нормальных условий для жизни и учёбы - без издевательств, унижений и покушений.

- Ни я, ни все учителя вместе взятые не в состоянии отследить каждую мелкую ссору, - возразила директриса, - да и нужно ли это делать? Вы должны учиться противостоять обидчикам. В самостоятельной жизни учителей и родителей рядом не будет.

- Ну так и вы не всегда будете рядом с Морандой в её самостоятельной жизни. И если её очередная шутка закончится чьей-то смертью, от заключения в дорплеоз вы дочь не спасёте. - А что, вполне предсказуемый исход для тех, кто практикует вседозволенность.

Женщина больше не пыталась возражать и смотрела на меня удивлённо и озадаченно.

- Вы очень изменились, Риголь, - растерянно заметила она, но я уже не опасалась разоблачения. Сейчас директрисе точно будет не до меня, поэтому лишь спокойно напомнила:

- Я чуть не погибла, эйра Лэридан. И мне не понравилось умирать.

- Хорошо, я вас поняла, - медленно кивнула женщина, уже взяв себя в руки, - и выполню все ваши условия. Обещаю.

- Вот и замечательно, - боль накатила с новой силой, и я с трудом выдавила улыбку, - значит, в школе всё будет более менее в порядке, а я хочу отсюда перевестись. Дэйр Блордрак, будьте так добры, вызовите моего отца. Пусть меня заберёт, - церемонно обратилась я к удивительно молчаливому сегодня целителю, который пялился на меня так, словно на моей голове вдруг рога выросли, ну или нимб засиял.

- Хорошо, вызову, адептка Риголь, а сейчас вернитесь, пожалуйста, в постель, - не менее церемонно ответил Блордрак и выразительно посмотрел на дверь.

Я попрощалась с директрисой, снова принявшей гордый неприступный вид и, стараясь сохранять достоинство и не выдавать своё плачевное состояние, поплелась обратно. Мрачный Блордрак появился, когда я улеглась, продолжая кутаться в лёгкое покрывало как в кокон, и протянул крохотный флакон с чем-то тёмно-зелёным, пахнущим хвоей и свежим сеном.

- Выпей всё сразу, - буркнул он и, дождавшись, когда я осушу флакон, равнодушно спросил: - ты, действительно, хочешь уйти из школы?

- Да. - Ещё как. Я, в конце концов, не избранная и этот неуютный мирок, к счастью, спасать не обязана. Сделала, что могла, а дальше пусть сами разбираются, мне бы собственную шкурку спасти. Вот это сейчас в свете последних событий актуальнее всего.

- Что ж, возможно так будет лучше для всех, - с прежним безразличным видом кивнул «жених», вызвав прилив раздражения. - Я тебе это давно предлагал.

Даже так? Хотя чего я ожидала? С самого же начала было ясно - он мечтает избавиться от толстой невесты, но при этом не потерять её деньги.

- Для меня так точно будет лучше, - проворчала, скрывая досаду, - учитывая, что браслет всё-таки был чёрным. Это может подтвердить девушка, которая была на крыше со мной.

- Какая ещё девушка? - осторожно уточнил Блордрак, забирая у меня пустой флакон.

- Имени не знаю. Не успела спросить. Невысокая брюнетка в форме нашей школы.

Целитель покачал головой, зачем-то потрогал мой лоб и вдруг непривычно мягко сказал:

- Ты, видимо, слишком сильно ударилась головой, Риголь. Снова. Поэтому и с директрисой так сегодня разговаривала.

- Я просто защищалась, потому что больше этого здесь сделать некому. А при чём тут девушка?

Он поморщился, получив «камень в свой огород, но терпеливо и даже вежливо ответил:

- Не было никакой девушки. И крышу, и всю школу сразу после происшествия тщательно обыскали. Никого постороннего там не было, а судя по сигналам браслетов, никто из адепток этой ночью не покидал свою комнату. Тебе всё привиделось. Спи.

- Нет, девушка там точно была! - запротестовала я, убеждённая в своей правоте. - Это она мне сказала про почерневший браслет, а ещё добавила, что уже видела такое однажды.

Никей посмотрел на бесшумно подошедшую Зиэлду, словно о чём-то спрашивая.

- Ты ошибаешься, милая, - мягко обратилась ко мне целительница. - Я работаю здесь почти двадцать лет, за это время браслеты ни разу ни у кого не чернели, хотя случалось всякое. Спи. Набирайся сил, а мы свяжемся с твоим отцом.

Они вышли, оставив меня наедине с тревожными мыслями, точнее полной неразберихой в них. Могла ли та девушка мне померещиться? Нет. Она была слишком реальной, как и тот, кто, затаившись, ждал моего падения внизу. Я ведь буквально чувствовала чужое присутствие. Если это была не Моранда с компанией, тогда кто? Ох, мамочки, во что я вляпалась? Скорее бы Урнан приехал!

Глава 12

Когда я снова открыла глаза, за окном занимался новый рассвет. Боль ушла, и чувствовала я себя вполне сносно. По крайней мере до тех пор, пока не узнала неприятную новость - отец Лесты ещё вчера утром отбыл в плавание по какому-то срочному делу и когда теперь вернётся - неизвестно. Тревожное совпадение испугало - ночью я едва не упала с крыши, а буквально через несколько часов Урнан срочно и надолго куда-то отбыл. Хотя, возможно, это всего лишь случайное стечение обстоятельств, и у меня разыгралась паранойя. Чтобы как-то прояснить ситуацию нужно попробовать найти ту девушку с крыши. Ну не могла же она мне, в самом деле, привидеться?

Благодаря выданной Зиэлдой густой мази, синяки и ссадины ушли с тела практически мгновенно, и уже к вечеру Блордрак разрешил мне вернуться в общежитие и посещать занятия. Даже от работы в лазарете не счёл нужным освобождать. Расстроился, видимо, что не удалось от меня избавиться вот и решил завалить работой.

Сразу добраться до общежития не получилось. У дверей лазарета поджидала встревоженная Талма.

- Привет, как ты? - она смотрела на меня виновато и взволнованно. Всё-таки переживает. Это было приятно.

- Уже лучше. А ты больше не боишься ко мне подходить? Вдруг Моранда увидит? - Такой уж у меня характер - не удержалась, чтобы не уколоть.

- Извини, - Талма покраснела и покаянно потупилась, тяжело вздохнув. - Мне жаль, что я так себя повела, но я такая слабая, Леста. А ты… ты стала намного смелее, чем раньше.

Упс, мы снова подошли к запретной теме. Хотя, если даже целители подмены не заподозрили и о чудо-ягодах не спросили, наверное, можно уже расслабиться.

- Эм… так что там с Морандой? Она тебя не трогает?

- Нет, - подруга Лесты оживилась и быстро, взахлёб заговорила: - Вчера её вообще видно не было, сегодня на завтраке она была очень тихой, а после занятий её отправили к комендантше - школу и общежитие убирать! Представляешь, даже душевые и санузлы! Говорят, она до конца сезона теперь со шваброй наказание отрабатывать будет!

Всего лишь?! Если уборка - единственное наказание - она очень легко отделалась. Но для Моранды это слишком унизительно, вдруг снова начнёт мстить? Вот и посмотрим, чего стоит обещание её матери. Мне-то всё равно придётся здесь куковать до возвращения Урнана, что может произойти очень нескоро.

- Это она тебя с крыши столкнула, да? А то слухов много ходит, но толком никто ничего не знает. А ещё говорят, её жениха, старшекурсника из академии, тоже серьёзно наказали.

Так вот значит, кто это самое «наведённое сновидение» на меня наложил!

- Я точно не знаю, но директриса обещала во всём разобраться, - буркнула не слишком уверено. Может, надо было всё же рискнуть и вызвать карателей? Есть ли гарантия, что ничего подобного не повторится?

- А сегодня утром нас всех собрали в общем зале, - почти восторженно продолжала тараторить Талма, бурно жестикулируя. - Напомнили о школьных правилах и о строгом наказании для тех, кто их переступит. Велели рассказывать обо всех даже небольших нарушениях преподавателям и деканам. Представляешь, даже если кто-то просто подножку подставит! А вечером ещё двое высокородных старшекурсников удобряли сад бирозалвьим навозом, как ты недавно. Мне, конечно, ужасно жаль, что с тобой такое произошло, но… - Талма вдруг осеклась, покраснела и снова виновато уставилась на носки своих туфель.

- Но всё к лучшему, - закончила за неё, ничуть не обидевшись. Только этой восторженной радости я не разделяла. Директрисе же нужно показать, что меры приняты, вот и показывает, но не факт, что так будет продолжаться и дальше. - Ладно, пойдём скорее на ужин, умираю с голода.

В лазарете Зиэлда приносила мне что-то вроде безвкусной жидкой каши в перерывах между сном, а если учесть, что проспала я в общей сложности около суток, желудок был практически пустым. И хоть в оконном отражении я с радостью отметила слегка уменьшившиеся щёки, голод - плохой помощник в похудении. Так врач-диетолог говорил, к которому я сестру водила.

Ужин прошёл спокойно. Я бы даже сказала комфортно, если бы на меня не пялились все, кому не лень. С любопытством, с неприязнью, опять же с завистью, но, по крайней мере, моей смерти, кажется, никто не жаждал. Я в свою очередь тоже внимательно осмотрела всех присутствующих в поисках темноволосой незнакомки. Её здесь не было. Моранда в столовой тоже не появилась, зато там присутствовала надутая Санра, которая упорно испепеляла недовольными взглядами, а после ужина, не побоявшись себя скомпрометировать, утащила меня в дальний коридор на приватную беседу.

Оказалось, до неё уже дошёл слух о том, что я хочу покинуть школу и, разумеется, «сестрице» это очень не понравилось.

- Ты не имеешь права всё портить! - возмущённо шипела она, стараясь не повышать голос, чтобы не привлекать чужое внимание. - Я всегда мечтала учиться в подобном месте и не хочу возвращаться домой!

- Ну так не возвращайся, а я здесь оставаться не собираюсь, - ответила по возможности спокойно. О Санре и Кайе я в свете последних событий, признаться, вообще забыла.

- Ты прекрасно знаешь, что без тебя меня здесь не оставят! Так что ты никуда не уедешь! Ты не можешь испортить мне жизнь!

Ничего себе заявление. Вот с чего она решила, что я буду покорно плясать под её дудку? Ради чего? Попробуем достучаться до логики.

- Я всего лишь пытаюсь выжить, так что ничего личного. А тебе пора посмотреть на своё будущее реально. Даже я уже поняла, что если в тебе нет ни капли крови какого-нибудь древнего благородного рода, надеяться на брак даже с самым захудалым эйром бесполезно. С чего ты вообще взяла, что у тебя это может получиться?

- У отца Лесты ведь получилось увести эйру у жениха, значит и у других есть шанс, - уверенно заявила Санра, напомнив, что мечты и логика в принципе несовместимы.

- Ты помнишь, чем у них всё закончилось? Это плохой пример, получше есть?

- Ну… э… Мириэла Зольгейн. Она сбежала с кем-то из высокородных.

А вот это что-то новое. Её же, кажется, не нашли, откуда такая информация?

- С чего ты взяла?

- Она точно с кем-то встречалась. Пропадала где-то почти до самого отбоя, а незадолго до исчезновения моя подруга видела, как она примеряет старинное помолвочное кольцо с родовым гербом, похожее на твоё. Жаль, герб не рассмотрела, но такие кольца есть только у высокородных. Вот!

Я удивлённо посмотрела на неказистое колечко на своём безымянном пальце. Оно было сделано из странного тусклого красноватого металла отдалённо похожего на золото. Тонкий ободок венчал круг, в который было заключено изображение животного, напоминающего гибрид льва и дракона. Кольцо сразу мне не понравилось, но снять его не получилось даже с помощью мыльного раствора.

- И что? Где Мириэла сейчас? Кажется, о её свадьбе с эйром или дэйром слышно не было, как и о ней самой. Ещё примеры есть?

- Нет! - зло ответила Санра, не желающая прислушиваться к голосу разума. - Но это ничего не значит! И ты отсюда не уедешь! Иначе… иначе все узнают, кто ты… вот! - выпалила она, похоже, сама испугавшись собственной угрозы.

А мне вдруг стало… нет, не страшно, а горько от осознания, что рядом нет ни одного человека, которому я небезразлична. Урнан не в счёт - он любит Лесту - не меня. Тётя и сёстры потеряны навсегда, а вокруг лишь недоброжелатели и снобы, использующие меня в своих целях. Несправедливо!

- Родную мать тоже сдашь ради призрачных перспектив? - уточнила сухо и холодно почти в духе Блордрака. - Это ведь была её идея. Что ж, давай. Я не боюсь - терять нечего. Такая отвратительная жизнь мне всё равно ни к чему, а если казнят, появится шанс, что моя душа вернётся домой.

Резко развернувшись, я поспешила уйти, оставив «сестрицу» с открытым ртом и преглупым ошарашенным видом. Настроение было паршивым, но я всё равно заставила себя тащиться на ежевечернюю прогулку по территории школы - программы похудения следует придерживаться постоянно, чтобы однажды увидеть результат. А мне нетерпелось вернуть себе привычный облик - пусть будет хоть что-то привычное в этом чужом неприветливом мире. По пути я продолжала присматриваться к гуляющим адепткам в поисках своей незнакомки с крыши, но никого похожего не встретила.

Следующий день начался неплохо. Санра больше не пыталась со мной заговорить, лишь продолжала сверлить встревоженными взглядами в столовой. Моранда там по-прежнему не появлялась, я встретила её в коридоре после второго занятия. Дочка директрисы как всегда шествовала в сопровождении свиты, но заметно поредевшей, и в мою сторону никто из них даже не посмотрел. Однако по вздёрнутому подбородку и напряжённо стиснутым кулакам было ясно - меня заметили и встрече не обрадовались.

Что ж, не трогают и ладно, я последовала их примеру и тоже молча прошла мимо. Кстати, Регалы среди девушек не было. Видимо, впала в немилость. Не потому ли она так злобно на нас с Талмой зыркает? А может, пока директриса ещё под впечатлением от недавнего происшествия, попросить для себя отдельную комнату в целях безопасности? Или хотя бы на выселении Регалы настоять. Не разрушит ли эта дерзкая просьба образ прежней Лесты окончательно, хотя от него и без того уже мало что осталось.

Занятия тоже прошли вполне спокойно. Однокурсницы на меня, конечно, пялились, но расспрашивать никто не рискнул, зато преподаватели общались гораздо мягче и обходительнее, чем прежде. Так что в мой отвар на траволечении ничего лишнего больше не подкидывали, да и в столовой сегодня никто не падал - за дисциплиной строго следила эйра Конран. Видимо, директриса всем сделала внушение. Не знаю, сколько это продлится, но пока всё идёт неплохо.

Воодушевлённая, я снова вернулась к мыслям об отдельной или хотя бы свободной от Регалы комнате и, подходя к лазарету, уже фактически настроилась после работы поговорить об этом с директрисой.

Голос голодающей от несчастной любви девчонки я узнала сразу. Звучал он сегодня намного бодрее, решительнее и требовательнее, чем в прошлый раз. Правда, о чём шла речь, я не разобрала. Подошла ближе к приоткрытой двери кабинета, из-за которой раздавались звуки и прислушалась.

- Ещё раз повторяю, у меня нет зелий, увеличивающих ресницы, удлиняющих волосы и отбеливающих зубы. И румян тоже нет! - сердито отрезал Блордрак. - Тут вам не косметическая лечебница, вернитесь в палату, адептка Ольбиган, и не отвлекайте нас от работы!

Ого! Похоже, кто-то решил последовать моему совету и основательно взялся за улучшение внешности. Девушка выбежала из кабинета, излучая недовольство, и скрылась в палате, не заметив меня. Я хотела было последовать за ней, но услышала несколько фраз из диалога целителей и остановилась.

- Зиэлда, что с ней случилось? Галлюцинации от голода начались? - продолжал ворчать Блордрак. - Вчера умирать собиралась, от еды отказывалась, а сегодня ожила и весь мозг вынесла. Выписывай её, давай, некогда нам ерундой заниматься!

- Рано, вес добрать нужно. А ожила после того, как Леста с ней поговорила, - «заложила» меня целительница.

- Леста, значит? Что-то она в последнее время стала слишком разговорчивой. Раньше за ней такого не наблюдалось.

От вкрадчивого тона Никея мне стало не по себе. В его голосе отсутствовало привычное пренебрежение, зато подозрительности и настороженности было хоть отбавляй. Блин, рано я расслабилась, посчитав его пустоголовым болваном. Он что-то подозревает!

- Да, девочка изменилась, - согласилась Зиэлда, расстроив ещё больше - и эта туда же! - И именно после ночи Ёхвы.

После этой фразы я фактически вросла в пол и перестала дышать. Ничего себе намёки. А я-то, глупая, надеялась, что хоть в этом плане уже можно расслабиться.

- Никей, ты ведь был в молельне во время проверки? - осторожно уточнила целительница.

- Разумеется. Дежурил как всегда. Она прошла проверку. Это точно.

- Значит, не о чем беспокоиться, люди иногда меняются.

Да, да, я просто изменилась, а чудо-ягоды ведьмы Морты здесь не при чём! Ну, давай же, Блордрак, согласись с этим и отстань уже от меня! Так и быть, не буду просить отдельную комнату - не стоит сейчас нарываться.

Словно услышав мою мысленную мольбу, Никей сухо подытожил:

- Меняются. Жаль, что в худшую сторону. Она стала слишком дерзкой и постоянно опаздывает!

Неправда, я пришла вовремя, но вваливаться к ним вот прямо сейчас точно не рискну - поймут, что подслушивала. Тихонечко, стараясь ни к чему не прикасаться, я вышла из лазарета и снова вошла негромко, но вполне звучно хлопнув дверью.

- Добрый день, Леста, - Зиэлда встретила меня с приветливой улыбкой, в которую я бы поверила, если бы не слышала их диалог. - Как ты себя чувствуешь?

- Спасибо, нормально, - я тоже улыбнулась, решив вести себя скромнее - в духе Лесты.

Но потом в коридор вышел Блордрак, ничего не сказал, просто посмотрел как на пыль под ногами, и я поняла, что не смогу покорно сносить подобное отношение долго. Он сейчас что-нибудь ляпнет, и я не выдержу - отвечу в том же тоне. В общем, конспиратор из меня не получится, а значит, подозрений не избежать.

Интересно, если всё прояснится, и меня в итоге казнят, есть ли шанс, что моя душа вернётся домой? Санре я это сказала просто так - в эмоциональном порыве, а вот сейчас задумалась над подобной мрачной перспективой всерьёз. Нет, она совсем не вдохновляла - умирать не хотелось, я просто пыталась понять механизм перемещения души. Стоп, так я же не умирала, а просто уснула! А что если и здесь попробовать войти в осознанное сновидение? Вдруг получится проснуться уже дома? И почему я сразу об этом не подумала?!

- Что ты застыла как вкопанная? - нахмурился Блордрак и приказным тоном велел: - Сходи в зельеварню за настоем живокостеня, он скоро понадобится. Зиэлда, а ты проведи повторное обследование бытовиков из третьей палате, будем выписывать.

Отдав распоряжения, Никей скрылся в кабинете, а я не удержалась от недовольного риторического вопроса:

- И чего раскомандовался?

- На него же возложены обязанности главного целителя, вот и командует, - с лёгкой усмешкой объяснила Зиэлда.

Эта новость совсем не обрадовала, даже возмутила.

- Почему на Блордрака? Вы тут намного дольше работаете. Это несправедливо!

Зиэлда снова усмехнулась только теперь с горечью и, понизив голос, спросила:

- Ты сама-то много справедливости видела, девочка? Ну не может же дэйр простолюдинке подчиняться. Так что всё закономерно. Никей, поверь, не самый плохой вариант. Он хотя бы со мной как с равной обращается, не то, что некоторые, да и целитель неплохой. К тому же это ненадолго, скоро новую заведующую пришлют. А живокостень нам действительно нужен. Настои и зелья сегодня почему-то не принесли, так что поторопись, пожалуйста.

Зельеварня находилась рядом с лазаретом. По дороге к ней я обдумывала пришедшую в голову идею об осознанных снах и этой же ночью решила провести эксперимент. Хуже уже всё равно не будет.

Глава 13

Погружённая в свои мысли, я едва не налетела на парня, идущего навстречу. В последний момент он ловко увернулся и вдруг назвал меня по имени. Я с удивлением разглядывала высокого симпатичного голубоглазого блондина в хламиде болотного цвета, практически повторяющей униформу целителей, и мучительно вспоминала, кем он может быть. Посторонний человек на девочку-зикфу с такой тёплой лучезарной улыбкой смотреть точно не будет, а о родственниках и друзьях мужского пола, подходящих под это описание, Кайя с Санрой мне не рассказывали.

- Привет, ты же Леста? - повторил он.

Я осторожно кивнула, не зная как реагировать, и предпочла промолчать. Вдруг скажет, что-нибудь более определённое. Сказал:

- Я Мартион, помнишь? Сожалею о том, что с тобой случилось. Отец о тебе спрашивал. Если будет что-то нужно, скажи, поможем. Не чужие всё-таки.

- Отец? - глупо переспросила я, чувствуя себя двоечницей, не выучившей урок. Чёрт! Да о чём речь, и кто это вообще?!

- Храмовник Тайруш, - объяснил парень, и я облегчённо выдохнула, услышав знакомое имя.

Кайя говорила, что он дальний родственник Лесты по материнской линии. Ну хоть что-то прояснилось, правда, не до конца. Мне очень доходчиво объяснили, что никаких связей с представителями рода Дорган Леста не поддерживает, вернее они сами её знать не желают. С чего вдруг такой интерес? Впрочем, храмовник это же типа священник. Может, он действительно расчувствовался - пожалел едва не погибшую бывшую родственницу. В любом случае доверяться здесь пока не стоит никому.

- Эм… спасибо.

- Ты за зельями?

- За настоем живокостеня.

- Извини, не смог принести раньше. Вот, - парень протянул мне что-то похожее на закрытую корзину.

- Это зелья?

- Да, и не только. Весь суточный заказ лазарета.

Я попыталась взять его ношу, но согнулась под её тяжестью и быстро вернула парню.

- Нет уж, неси сам. Девушкам тяжести противопоказаны.

Мартион посмотрел на меня удивлённо и немного растерянно, словно не понял о чём речь, но потом снова широко улыбнулся и сказал:

- О, конечно, извини! Идём. Ты ведь тоже в лазарет?

Я осторожно кивнула, стараясь не поддаваться обаянию собеседника, что было непросто.

- Так ты сейчас в зельеварне? - Предполагается, что Леста должна хоть что-то знать о дальнем родственнике. Надеюсь, этот вопрос странным не покажется.

- Да, практику прохожу. А ты в лазарете работаешь?

- Просто помогаю… временно.

Какое-то время мы шли молча. Я не знала о чём с ним говорить, чтобы не выдать свою неосведомлённость, он периодически косился в мою сторону и словно не решался о чём-то спросить. А когда решился, выдал стандартное:

- Так что же с тобой всё-таки случилось? Слухов много ходит.

Ну и что на это ответить? Даже обидно стало, что в конечном итоге его только слухи интересуют.

- Я ничего не помню, а что именно говорят?

- Много чего, но в основном все обсуждают, что старшекурсника-менталиста, эйра Розварна, отстранили от участия в региональных соревнованиях, и на практику он завтра отправится не в столицу, как мечтал, а в захудалую пограничную деревеньку. Правда, никто точно не знает за что с ним так жёстко.

О, так это и есть жених Моранды, наложивший на меня какое-то отвратительное, лишающее волю заклятье? Что ж, так ему и надо! Я не сдержала довольной, подозреваю, кровожадной улыбки и упрямо повторила:

- Увы, ничего не помню. Очнулась на краю крыши, не удержалась, сорвалась вниз. Потом пришла в себя уже здесь, - кивнула на здание лазарета, к которому мы подошли.

Мартион ответом удовлетворился. Занёс корзину в складское помещение, где постоянно поддерживалась более низкая температура, на прощание снова тепло мне улыбнулся и напомнил, чтобы я обращалась, если понадобится помощь. Учитывая, что улыбались, тем более вот так, мне здесь нечасто, ему очень хотелось верить, но здравый смысл призывал к осторожности.

Я отнесла флакон с настоем живокостеня Блордраку, который в очередной раз строго отчитывал бывшую голодающую, снова выпроваживая её из кабинета.

- Нет, вам пока нельзя покидать лазарет и это не обсуждается!

Обиженная девушка, надувшись метнулась в палату, а целитель, забрав у меня настой, сердито заявил:

- Не знаю, что ты с ней сделала, но лучше бы ты этого не делала.

Ну, разумеется. Не он будет, если гадость не скажет.

- Почему? Она ведь жить не хотела и от еды отказывалась?

- Всё было под контролем. Через пару дней она бы смирилась с ситуацией и перестала страдать ерундой. А теперь ты, похоже, внушила ей какую-то призрачную надежду.

- И что в этом плохого? Разве надежда хуже отчаяния?

- Плохо то, что когда эта надежда не оправдается, у меня прибавится работы! - нахмурился и без того недовольный Блордрак. - Она уже что-то задумала. Иди к ней и не спускай глаз, чтобы глупостей не наделала!

- Почему я?

- Это же твоя пациентка, - последнее слово Никей произнёс с явной издёвкой. - Так что отвечаешь за неё головой. Ты ещё здесь?

Я молча вышла, подавив желание поспорить. В душе зашевелились нехорошие сомнения. А вдруг Блордрак прав, и я сделала хуже? Что произойдёт, когда бывший парень окончательно отвергнет эту девушку?

В большой палате она по-прежнему находилась одна и суетливо прихорашивалась, держа перед собой маленькое круглое зеркальце. Её длинные ресницы были значительно темнее, чем несколько минут назад, а губы неестественно алели, хотя использование косметики на территории школы запрещалось правилами.

Узнав меня, она обрадовалась и возбуждённо затараторила:

- О, хорошо, что ты здесь. Иди скорее сюда, помоги сделать мне причёску! Скоро сюда придёт Гарсиан, и я хочу быть очень красивой!

Ох, кажется, она и впрямь зациклилась на моём не слишком мудром совете, а Гарсиан, по всей видимости, тот самый бывший парень.

- Э… откуда ты знаешь? Ты его позвала?

- Да, с подругой передала, раз меня отсюда не выпускают. Ну чего ты застыла, помоги же! - Девчонка начала лихорадочно расчёсывать свои длинные каштановые волосы, орудуя гребнем так резко, что на нём каждый раз оставались выдранные волосинки.

Я подошла, со вздохом отобрала гребень и занялась её бедными волосами, осторожно поинтересовавшись:

- К чему такая срочность? Тебя скоро выпишут, вот тогда и поговоришь с ним.

- Ты не понимаешь! Старшекурсники завтра уезжают на практику. Его не будет почти три недели! Я же с ума сойду от неизвестности! Пусть сейчас, глядя мне в глаза, всё объяснит.

- А разве он ещё не объяснил?

Девушка побледнела и упрямо поджала губы, буркнув:

- Заявил, что полюбил другую. Это похоже на объяснение?

- Так иногда бывает, к сожалению.

Она раздражённо дёрнулась и ойкнула от боли, когда волосы в очередной раз остались на зубцах изящного деревянного гребня.

- Мы с ним виделись всего несколько дней назад, и всё было замечательно. Обсуждали будущую свадьбу, а когда вернулись в школу, он вдруг разорвал отношения! Вот и хочу убедиться, что ничего нельзя изменить. Вдруг надежда есть? Может, он сейчас увидит меня и захочет всё вернуть… - голос девушки дрогнул, и в нём отчётливо зазвенели слёзы.

Я мысленно застонала, признавая правоту Блордрака. Ох, тяжко нам придётся, если этот Гарсиан сейчас снова пошлёт бедняжку, а у него вряд ли появились причины этого не делать.

- Его, скорее всего, не пустят. Разрешено одно посещение в день, а к тебе уже приходила подруга. К тому же он может просто не прийти.

Попытка настроить влюблённое создание на прагматичный лад с треском провалилась.

- Я же не дура и учла это, - огрызнулась она. - Подруга скажет, что его вызвали в лазарет на дополнительное обследование перед практикой. О, кажется он уже здесь!

Из коридора действительно раздавался незнакомый громкий мужской голос. Девушка вскочила, ещё раз посмотрела в зеркальце, наспех пригладила волосы и выбежала из палаты. Удерживать её было всё равно, что пытаться остановить несущийся поезд, мне оставалось только последовать за ней.

Источник звука обнаружился в приёмной, где обычно проводился первичный осмотр пациентов. Зиэлда тщетно пыталась что-то объяснить высокому рыжеволосому парню, одетому во всё чёрное.

- Гарсиан, милый! - бросилась к нему «моя пациентка» и нарвалась на неприязненный, полный пренебрежения взгляд.

Так обычно смотрел на меня Никей, и так точно не смотрят на даму сердца. А дальше разыгралась некрасивая сцена. Парень потребовал, чтобы бывшая невеста оставила его в покое и вернула родовое помолвочное кольцо. Она же вместо того, чтобы разрыдаться и снова впасть в отчаяние, вдруг разозлилась, залепила несостоявшемуся жениху знатную пощёчину, заявила, что кольца ему не видать и отскочила в сторону, нахально демонстрируя упомянутое украшение на своём пальце.

Интересные у них отношения, хотя было в происходящем что-то фальшивое, ненастоящее, неправильное. Вот то, что парень вдруг бросился на девушку явно не с мирными намерениями точно неправильно. Я среагировала прежде, чем успела что-то осознать и машинально подставила ему подножку. Рыжий верзила грохнулся, но тут же вскочил и бросился уже на меня. Я скривилась от слабого, но вполне ощутимого запаха иргаля из его рта (жевал он его что ли!) и едва успела отскочить в сторону.

- Прекратите сейчас же, адепт! - Зиэлда сделала пару пасов руками, и парня обхватили призрачные путы, отчего он вдруг взревел, упал на пол и начал корчиться, словно от приступа сильнейшей боли.

А в моей памяти будто что-то щёлкнуло, и перед глазами замелькали страницы недавно прочитанной книги по законодательству Алнодора. Поскольку Лесте не раз пеняли применением приворотного, я в первую очередь изучила этот вопрос, заострив внимание не только на ответственности, но и на всём, что касалось данной темы. Так вот - из цветов иргаля готовили приворотное зелье.

- Что тут происходит?! - появившийся в дверях Блордрак оценил ситуацию по-своему, и явно тоже собрался применить магию к продолжающему кататься по полу и громко кричать парню.

Поняв, что сейчас произойдёт, я загородила несчастного собой и попыталась коротко изложить ситуацию:

- Нет! От него иргалём разит, поведение резко изменилось неделю назад и от чар Зиэлды плохо. Если это передозировка… нельзя магией, он не выдержит! - В книге говорилось, что при передозировке запрещённых магических зелий дополнительное применение магии в зависимости от дозы может привести в лучшем случае к приступу боли, а в худшем - к тотальному повреждению внутренних органов.

Объяснение вышло путанным и малоинформативным, но Никей, кажется, понял. Он быстро подошёл к рыжему. Опустился на колени, попытался осмотреть его и вдруг с размаху просто вырубил кулаком.

- Риголь, быстро неси настои имра и злотошника - нужно снять боль. Зиэлда, немедленно свяжись с зельеварами, пусть начинают готовить антидот! - скомандовал он, не без труда перетащив потерявшего сознание парня на низкую широкую кушетку.

- Неужели приворотное?! Да кто же на такое решился?! - всплеснула руками целительница и выбежала в коридор, а я поспешила на склад за нужными настоями.

- Что всё это значит? Что вы сделали с Гарсионом? - отмерев, испуганно заверещала бывшая голодающая.

- Это значит, что ваша свадьба, адептка Ольбигон, возможно, всё-таки состоится, - донёсся до меня напряжённый голос Блордрака…

Следующие три часа выдались довольно насыщенными. Я только успевала бегать на склад за всякими мазями, зельями и настоями, а Никей и Зиэлда периодически смазывали всем этим рыжего бедолагу или вливали лекарства ему в рот, негромко переговариваясь между собой.

- Ненавижу сезон Иргаля! - сквозь зубы тихо ворчал Блордрак. - У всех словно мозги отключаются, и это он ещё только начался.

- Да уж, влюблённые сейчас как только не чудят, но до приворотного дело редко доходит. За всё время, что я здесь работаю, такое случалось лишь дважды! Потому и не ожидала, ошиблась. - Зиэлда покаянно вздохнула и благодарно мне улыбнулась, - спасибо, Леста заметила, а то неизвестно чем бы всё закончилось.

Блордрак бросил на меня косой взгляд и сухо сказал:

- Да, адептка Риголь очень много знает о приворотных зельях. Я бы сказал, подозрительно много.

Вот же паразит! Опять он со своими намёками. Ладно, я тогда тоже намекну на то, что кое-кто чуть не облажался.

- Могу поделиться литературой, дэйр Блордрак. Вам, кажется, тоже не помешает обновить знания о них, - ответила с милой улыбкой.

Он сердито скривился, но промолчал, отвлёкшись на застонавшего пациента, а вскоре меня снова отправили на склад за новой порцией обезболивающих средств. Через три часа из зельеварни доставили антидот. Им напоили пришедшего в себя пострадавшего. Вскоре влюблённые воссоединились, а на территории школы появились два человека в длинных серых плащах и надвинутых на глаза капюшонах - каратели, которым предстояло провести расследование данного случая.

Из окна я с тревогой наблюдала за тем, как они шли по идеальной изумрудной лужайке в сторону школы, гадая, чем мне может грозить такое соседство. Насколько я поняла, мысли без специального разрешения каратели читать не могут, да и вообще этим менталисты занимаются, но в любом случае лучше не попадаться им на глаза.

Глава 14

Регала где-то задерживалась, и я воспользовалась её отсутствием, чтобы расспросить Талму о Мартионе. Слишком уж нетипичным для этого мира выглядело его дружелюбие.

Девушка мои подозрения не развеяла - с дальним родственником Леста прежде близко не общалась. Он лишь пару раз здоровался с ней, когда той назначали отработки на территории академии, где парень учится. Простодушную Талму интерес Мартиона не только не насторожил, но и привёл в восторг.

- О, это тот красавчик-блондин? Здорово! Я же говорю, после того случая всё начало меняться к лучшему! - радостно верещала она, а потом вдруг осеклась и со вздохом уточнила: - Ну, почти всё.

И мы перешли на обсуждение темы, которая сейчас волновала всех в школе. Появление карателей не осталось незамеченным, а слух о приворотном зелье, применённом адепткой школы, распространился со скоростью света. Это была шокирующая новость, ведь даже отчаявшиеся влюблённые очень редко шли на подобное преступление. А в стенах учебного заведения, где любой мог заметить постороннее воздействие, это было не только рискованно, но и глупо. Оказалось, Талма знала почти всех участников этой странной истории.

- Бедная Нерра, не представляю, как она могла на такое решиться! - горестно вздыхала она. - Ну да, раньше она по Гарсиану точно сохла, но потом мне казалось, что ей другой парень начал нравиться. Неужели притворялась?

- Возможно. Девушки иногда так делают, чтобы вызвать ревность у того, кто действительно нравится.

- Правда? И это помогает? - В синих глазах Талмы загорелись лампочки нездорового азарта. Пришлось прикусить язык. Хватит на сегодня земной мудрости, а то ещё научу ребёнка плохому.

- Нерре, как видишь, не помогло, раз она на приворотное решилась.

- Да, вероятно, совсем отчаялась, её ведь теперь суровое наказание ждёт, - снова вздохнула собеседница.

Нашу беседу прервала появившаяся Регала. Выглядела она на удивление довольной, традиционно окинула нас высокомерным взглядом и скрылась в умывальне.

- Что это с ней? То ходила злющая, чуть ли не бросалась на нас, а теперь почти сияет?

- Не знаю. Брат скоро на эйре женится, вот она и радуется. Всегда же мечтала к высокородным примкнуть, - пожала плечами Талма.

Беседа больше не клеилась, а когда появилась Регала, дальнейшее обсуждение стало тем более нецелесообразно, и я снова углубилась в изучение местного законодательства. Точнее попыталась, но сосредоточиться на тексте получалось плохо.

Все мысли были о предстоящем эксперименте со сном. Переживала, не сделаю ли хуже. Здесь, вон, хотя бы подобие ванной и санузла имеется, а вдруг меня вместо дома закинет в какое-нибудь глубокое средневековье с полной антисанитарией и каторжным трудом? А если что-нибудь пойдёт не так, и мной заинтересуются каратели? Лучше бы не высовываться, пока Урнан не вернётся. Поколебавшись, я всё-таки решила рискнуть и, проделав необходимые манипуляции, дала себе чёткую установку - проснуться дома, в Краснодаре.

Получилось всё на удивление быстро. Я только закрыла глаза и словно куда-то провалилась. Место, где я оказалась, было странным и незнакомым, похожим на узкий белый песчаный островок, который со всех сторон окружали странные полуовальные двери, затянутые густой разноцветной дымкой. Я подошла к первой почти вплотную, голубоватая пелена вдруг заклубилась ирезко стала прозрачной, открыв взору среднестатистическую земную больничную палату, в которой на кровати под капельницей лежала я - настоящая. Я с жадностью рассматривала свою стройную фигуру, тонкие черты лица, короткие волосы, и реанимированная надежда снова расправляла крылья. Судя по закрытым глазам, у меня там что-то вроде комы, значит, ещё есть шанс выйти из этого состояния и вернуться домой!

И тут дверь палаты приоткрылась, впустив мою… тётю Зину. Я судорожно вздохнула и зажала ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, потом ринулась вперёд - туда, в палату, но наткнулась на твёрдую неприступную преграду. Тётя между тем подошла ближе, села на краешек кровати, осторожно погладила моё тело по волосам, и оно вдруг открыло глаза. Такого испуганного и потерянного взгляда у меня точно никогда не было.

- Леночка, здравствуй, это снова я, - сказала тётя мягко, с затаённой надеждой в голосе, но девушка на кровати вдруг дёрнулась и заплакала, растерянно повторяя:

- Я вас не знаю и ничего не помню, совсем ничего!

«Нет, это не кома! Это ведь Леста сейчас там - вместо меня!» - мелькнула напугавшая до дрожи мысль, и я отчаянно заколотила кулаками в прозрачную преграду.

Тщетно, меня не видели и не слышали. Леста продолжала плакать, тётя её негромко утешала, потом ласкового обняла, и всхлипывания девушки постепенно сошли на нет, а я могла только наблюдать за происходящим со стороны и отчаянно завидовать Лесте. Совсем потерять память, конечно, не сладко, но у неё там хотя бы есть любящие близкие люди, а у меня здесь сплошной серпентарий. Как же нам поменяться обратно?!

Очередная попытка «достучаться» до своего мира не дала результата, а дверь вдруг снова затянуло густой голубой пеленой, полностью скрыв от меня тётю с Лестой. Взвыв от отчаяния, я сердито стукнула по невидимой преграде ногой. Нога заболела, а завеса осталась нетронутой.

- Если не пускает, значит, тебе туда нельзя, - раздался за спиной смутно знакомый голос. Обернувшись, я увидела темноволосую незнакомку с крыши, которую так и не смогла найти в школе.

- Привет, это ведь ты мне тогда помогла, да? А здесь как оказалась?

- Я сюда часто прихожу, только зря. Меня тоже никуда не пускают, - грустно пожаловалась девушка, передёрнув плечами.

Её странный ответ удивил и на мгновение отвлёк от горьких мыслей.

- Как приходишь, во сне? Ты тоже из другого мира? - У меня в голове завертелись десятки вопросов, которые тут же были озвучены: - Я пыталась тебя найти после той ночи. Как тебя зовут? Ты учишься в школе? В какой комнате живёшь?

- Живу недалеко. Пойдём, покажу, - она взяла меня за руку, потянула за собой, и всё исчезло - остров, двери, закрывающие их разноцветные пятна. Перед глазами замелькали уже привычные мне коридоры, двери и лестницы школы, а потом вдруг раздался резкий окрик:

- Адептка Риголь, что это вы тут делаете?

Я испуганно переводила взгляд с разгневанной комендантши на входную дверь общежития, которую почему-то пыталась открыть. И вот это уже точно происходило не во сне. Посмотрела на свои ноги и ахнула, испытав ощущение дежавю - снова босая и в ночной рубашке. Блин, что происходит?! Неужели опять кто-то «наведённое сновидение» наложил?!

- Н… не знаю, я спала, точнее была уверена, что сплю, - пробормотала неуверенно и поморщилась от того, как жалко прозвучал мой голос. - Кажется, со мной опять что-то не так.

Комендантша, разумеется, была в курсе того, что произошло на крыше. Резко побледнев, она схватила меня за руку и потащила за собой к телепорту, перенёсшего нас в лазарет. Дежурившая этой ночью Зиэлда тщательно меня осмотрела и только руками развела, не найдя никаких следов постороннего воздействия.

- Но я точно ходила во сне! - Поверить в то, что со мной всё в порядке было непросто.

- Вот именно - ты просто ходила во сне, - терпеливо повторила целительница. - Сама ведь рассказывала, что в детстве с тобой такое иногда случалось, а после пережитого стресса, видимо, снова началось. Ничего страшного. Я сейчас дам тебе зелье, будешь принимать, и подобного больше не повторится.

После услышанного мне осталось только мысленно застонать. Мало того, что в гадюшник попала, так ещё и тело досталось полностью бракованное - лишённое магии, толстое, да ещё и бродит во сне!

***

Выданное Зиэлдой зелье помогло - остаток ночи прошёл без приключений и даже без снов. Встала я, как обычно, раньше Талмы с Регалой, сделала традиционный комплекс упражнений, стойко перенесла уже почти привычную экзекуцию холодным душем, привела себя в порядок и задумалась над тем, как жить дальше.

Если мы с Лестой обменялись душами, то призрачный шанс однажды повторить этот фокус имеется. План покинуть школу и попытаться попасть в долину Шаад за неимением лучшего оставался в силе. Вот только Урнана неизвестно сколько ждать придётся, а пока нужно всё-таки найти незнакомку с крыши. Сдаётся мне, она многое сможет прояснить.

Расспросив Талму, я выяснила, что у адептов академии форма не бордовая, а синяя, так что та брюнетка точно из школы. Но проторчав в столовой весь завтрак и обед от начала до конца, я её так и не встретила. Радовало только одно: Моранда со свитой, кстати заметно поредевшей, продолжали меня игнорировать. Да и все остальные перестали коситься - центр внимания сместился в сторону новой сенсации.

В столовой, в коридорах и в аудиториях сегодня все обсуждали неудавшуюся попытку приворота и то, что Нерру - адептку, использовавшую запрещённое зелье, утром увезли из школы в неизвестном направлении. Благо каратели разобрались во всём быстро и не сочли нужным побеседовать со мной, довольствовавшись общением с целителями, иначе точно бы в чём-нибудь заподозрили. Просто у меня из головы не шли сон и вновь обретённый лунатизм. В результате я была ужасно рассеяна: на танцах, несмотря на то, что почти освоила основные движения, отдавила Талме ноги, начатую на прошлом занятии вышивку запорола окончательно и бесповоротно, а мои несчастные пальцы распухли от уколов зачарованной иглы.

В лазарет идти не хотелось, но пришлось. Голос Камилии в приёмной не обрадовал.

- Так что теперь я буду проходить практику у вас, - жизнерадостно вещала она. - Ты доволен?

- Я бы предпочёл опытного целителя, но лишние руки нам не помешают - персонала не хватает, - без особого энтузиазма отозвался Блордрак.

Его настроение мне было понятно. Несмотря на то, что все преподаватели были обучены оказывать первую помощь при несчастных случаях, а тяжёлых пациентов переправляли в королевский госпиталь и другие крупные больницы, нагрузка на целителей ложилась немаленькая - штат реально нуждался в пополнении.

- Отлично, что мне делать? Могу кого-нибудь из комы вывести.

- К счастью, умирающих у нас нет, а вот в третьей палате пациентке с ожогом нужно каждые полчаса менять повязки с живокостенем. Таймер там установлен.

- Вот ещё! Этим пусть она занимается! - возмутилась Камилия, неаристократично ткнув в мою сторону пальцем, едва я вошла.

- Работы хватит всем, - холодно отчеканил целитель, - если не хочешь помогать - уйди и не мешай!

Ого, кое-кто сегодня не в духе. Если даже на Камилию наезжает, мне тем более достанется.

- Я не для того на двух факультетах учусь, чтобы повязки менять! - гордо заявила высокородная блондинка и удалилась, высокомерно задрав острый подбородок.

- Ничего, сейчас поменяю, - я направилась было за ней, чтобы не попасть под горячую руку, но не успела.

- Риголь, подожди. Мы вчера не успели кое-что прояснить, - раздался за спиной прохладный голос «жениха».

- Что именно? - неохотно обернулась, не ожидая услышать ничего хорошего. - Если хочешь снова прочесть мне лекцию по поводу приворотного зелья - не стоит. Мне добавить нечего. Я не сумасшедшая, чтобы так рисковать и никогда не собиралась его использовать.

- Рад это слышать, но я о твоей задушевной беседе с пациенткой, которой ты не весть, что внушила. Чтобы больше этого не повторялось. - В голосе Блордрака лязгнул металл. - Ты не целитель и не имеешь права вмешиваться в процесс терапии. Поняла?

- Поняла, хорошо, могу идти?

- И это всё? Даже огрызаться, как обычно, не будешь? - поддел Никей, явно приготовившийся к отпору.

- Не буду, - я вдруг вспомнила свои ощущения, когда безуспешно пыталась достучаться до моей тёти, обнимающей Лесту, и тяжело вздохнула. Да, это был просто сон, но боль и тоску я испытывала самые настоящие. - Ты прав, иногда ложная надежда гораздо хуже отчаяния. Я могла навредить.

Мой голос невольно дрогнул, и в строгом взгляде Блордрака на секунду отразилась несвойственная ему растерянность.

- Пойду, повязки поменяю. Наверное, уже пора.

- Да, пора, - с задумчивым видом кивнул целитель и, помедлив, неохотно добавил: - Ты вчера неплохо справилась: быстро отреагировала с приворотным.

Я как раз направилась к двери, а после этих слов споткнулась на ровном месте. Это он меня типа похвалил? Ну, дела! Как бы небеса не разверзлись, и снег не пошёл.

- Как только закончишь с повязкой, нарви и разомни огневицу, это срочно, - развеял закравшиеся было сомнения Никей, снова нацепив непроницаемую маску.

Н-да, горбатого могила исправит. Огневицу растирают незащищёнными руками в мелкую кашицу, чтобы она пустила сок, который используется, кажется, для сведения синяков. Процесс этот, насколько я поняла из учебника, очень неприятный - трава жжётся не хуже нашей крапивы, а учитывая состояние моих исколотых пальцев, боль будет весьма ощутимой. И Блордрак это точно заметил - даже взгляд на моих руках задержал. Садист! Ну и пусть, жаловаться не буду.

Боль действительно была не слабой, хотя в целом терпимой. Я сделала всё, что требовалось, и отнесла целителю глиняную чашу с получившейся кашицей. Тот заполнял документацию в своём кабинете и, едва взглянув на меня, небрежно бросил:

- Уже не нужно, ты слишком долго возилась.

Я шумно вдохнула. До меня только сейчас дошло, что в лазарете нет никого с ранами и синяками, только девушка с ожогами и двое первокурсников с аллергией. Огневица никому из них не нужна.

Резко грохнула чашкой об стол, собираясь высказать, всё, что о нём думаю, но посмотрела на свои воздетые к потолку в жесте возмущения руки и молча выдохнула. Пальцы на глазах менялись, возвращаясь к прежней форме, и уже не напоминали разваренные сосиски. Никаких следов воздействия иглы не осталось, да и боль фактически ушла. Вот же!

- Блордрак, что ты за человек такой, неужели нельзя было просто сказать? - проворчала устало.

- Что сказать? Что ты не знаешь элементарных вещей из программы первого курса? - традиционно огрызнулся целитель. - Для сотрудника лазарета это недопустимо.

Ну вот как с ним нормально общаться? Что за удовольствие постоянно говорить гадости?

- Любые вещи, даже самые неприятные, можно сказать и сделать, не обидев собеседника. Было бы желание. А от обязанностей сотрудницы лазарета, если помнишь, я настоятельно просила меня освободить. Просьба остаётся в силе. Подумай об этом. И… спасибо за помощь.

Я взяла чашку с перетёртой травой и направилась к выходу. Всё ещё недовольный Блордрак хотел было что-то сказать, но, помедлив, ограничился сухим кивком и снова склонился над бумагами. Что ж, хотя бы не нагрубил, как обычно. Почти прогресс.

Глава 15

Особой работы, кроме смены повязок и пичканья аллергиков настоями строго по часам сегодня не было, и в перерывах я даже успела почитать книги по истории Алнодора и местному законодательству, которые продолжала носить с собой.

Блордрак меня не трогал. Ненавязчиво проконтролировав, занимался какими-то своими делами, только периодически заходил осмотреть пациентов. Камилия больше не появлялась, так что день можно было считать удачным.

Когда я вышла из лазарета, направляясь в общежитие, уже начинали сгущаться сумерки. Нет, меня никто не задерживал - просто зачиталась. Появление Мартиона, выскочившего будто из-под земли, удивило и слегка испугало.

- Привет, ты сегодня поздно, - улыбнулся он. - Уже темнеет, давай провожу.

Я нервно осмотрелась, пытаясь понять, откуда он взялся. Это вообще нормально так бесшумно подкрадываться?

- Привет, с чего вдруг такая трогательная забота? - решила сразу прояснить ситуацию и обозначить свою позицию. - Мы вроде бы раньше не общались.

Парень слегка смутился, но продолжал сиять широкой дружеской улыбкой.

- Общались в детстве, ты не помнишь, маленькая была. Твоя мама иногда привозила тебя к отцу, когда ты болела, чтобы он специальные молитвы прочёл. Она была доброй и ко мне хорошо относилась.

Ностальгический блеск в голубых глазах собеседника не убедил. Наверное, после падения с крыши я тут вообще никому больше на слово не поверю.

- Но потом мы не поддерживали отношения.

-Да, когда выяснилось, что у тебя нет способностей, дед…

Парень запнулся, но я услужливо закончила:

- Отрёкся от меня, как и от мамы, и вы прекратили все контакты с нашей семьёй.

- Не совсем, отец же храмовник, он иногда встречался с твоей мамой и помогал ей по мере необходимости. Но да, общение в основном прекратилось.

- А сейчас, что изменилось? Ах да, отец попросил присмотреть за мной после несчастного случая, - вспомнила наш прошлый разговор.

- Эм… да, ну и что? Я и сам хотел.

- А если он велит снова ко мне близко не подходить, ты так и сделаешь?

Вот теперь родственник Лесты смутился по-настоящему, а его солнечная улыбка медленно угасла.

- Лестэлла, что происходит? Ты мне прямо допрос устроила, - удивлённо усмехнулся Мартион. - Не хочешь со мной общаться, не нужно. Я понимаю, что ты обижена, но раз уж я сегодня здесь, давай всё же провожу.

Я понимала, что нужно отказаться - его объяснения меня не удовлетворили, а быть втянутой в игры семейства Дорган совсем не хотелось. Но потом решила, что одна совместная прогулка вряд ли что-то изменит и согласилась.

Мартион, видя моё настроение, шёл молча и соблюдал некоторую дистанцию. Я же чувствовала себя неловко и досадовала, ловя заинтересованные взгляды, встречающихся адептов и адепток. Ну вот, теперь ещё слухи всякие поползут. А впрочем, какая разница - я в этой школе последние деньки доучиваюсь.

В саду, где недавно проходила отработку, моё внимание привлекла мелькнувшая между деревьями фигура в бордовом. Присмотревшись, я ахнула, узнав девушку с крыши.

- Спасибо, что проводил, дальше я сама - мне ещё нужно кое с кем увидеться, - быстро сказала я удивлённому парню и, ускорив шаг, направилась в сторону сада.

Да, это была она - та самая брюнетка. Постояла на дорожке, а потом нырнула под раскидистое дерево, опустившее ветви почти до земли. Поколебавшись, я шагнула за ней, заинтригованная происходящим.

- Привет. Куда ты всё время пропадаешь? И почему не появляешься в столовой? - набросилась я на неё с вопросами.

- Мне там никогда не нравилось, - девушка небрежно пожала плечами и вдруг, развернувшись, медленно побрела куда-то в сторону.

Вот же странная! В этой школе нормальные люди вообще есть?

- Подожди, куда ты? Как тебя зовут? - я снова поспешила за девушкой. - Уже поздно. Нам нужно успеть в общежитие, пока его не закрыли.

- Леста, что происходит? - из-за соседнего дерева внезапно появился Мартион. Он больше не улыбался, и, внимательно осмотревшись по сторонам, огорошил вопросом: - С кем ты разговариваешь?

Его навязчивое внимание всё больше напоминало слежку.

- Ты меня преследуешь? Я не одна, как видишь. У нас тут женский разговор, а подслушивать - нехорошо.

- В том-то и дело, что я никого не вижу, - ещё раз оглядевшись, сказал парень и тоном, которым говорят с тяжело больными людьми, спросил: - Леста, ты себя хорошо чувствуешь?

В смысле не видит? Да она же всего в паре метров от нас!

- То есть, по-твоему, здесь сейчас нет темноволосой девушки в школьной форме? - уточнила осторожно и, обернувшись, вздрогнула - незнакомка исчезла. Словно в воздухе растворилась.

- Нет и не было, - взгляд голубых глаз собеседника наполнился тревогой: - Ты странно себя вела - как будто сама с собой разговаривала, поэтому я и пошёл следом. С тобой точно всё нормально?

- Да, переутомилась, наверное, или зелий в лазарете надышалась, - пробормотала, борясь желанием, побиться лбом о ствол ближайшего дерева.

Сначала лунатизм, теперь, похоже, ещё и галлюцинации! Да что, чёрт возьми, со мной происходит?!

***

Побоявшись прогулок во сне, я выпила на ночь зелье и до утра проспала, не видя снов. Странно, вроде бы должна была выспаться, а чувствовала себя уставшей. Даже обязательная утренняя зарядка и душ взбодриться особо не помогли. Из головы не шло вчерашнее происшествие.

Сидя в столовой, я лениво ковырялась в неком подобии салата, и пыталась поминутно восстановить в памяти случившееся, гадая, могла ли та девушка мне померещиться? Ведь Мартион её не видел. А ещё вспомнилось то, на чтовчера внимания не обратила - в сторону незнакомки меня влекло не только любопытство. Присутствовала ещё какая-то необъяснимая тяга, как тогда в саду или на крыше, только значительно слабее.

Надо бы попросить Зиэлду снова проверить меня на чужое воздействие, а то что-то очень странное происходит. Так и свихнуться недолго.

- Леста, что с тобой? Ты почему ничего не ешь? - вырвал из раздумий жизнерадостный голос Талмы. Она снова сидела в столовой рядом со мной и с аппетитом поглощала пышные булочки, щедро политые чем-то белым, густым и, наверное, очень сладким.

Мой желудок, с большим неудовольствием принявший порцию пресного салата, возмущённо заурчал, а я тяжело вздохнула, начиная понимать Лесту. Когда вокруг всё паршиво, хочется получать удовольствие хотя бы от вкусной еды. Может и не стоит себя так изводить? Ради чего?

Я смотрела на булочку, борясь с желанием поддаться искушению и забить на надоевшую диету. Удерживал лишь обнаруженный утром приятный факт - бельё, особенно в районе груди и бёдер, стало немного свободнее. Вес сдвинулся с мёртвой точки. Но может быть одна булочка всё же не повредит результату?

- Салат невкусный, - проворчала я, гипнотизирую взглядом сладости.

- Так возьми что-нибудь другое, - Талма с надеждой пододвинула мне блюдо с десертами. Мою диету она с самого начала не одобряла. Видимо, боялась остаться единственной толстушкой на курсе.

От «грехопадения» спас звонкий голос, раздавшийся за спиной.

- Леста Риголь?

Обернувшись, я узнала бывшую голодающую. Рэнда Ольбиган, кажется, так её звали, сейчас выглядела намного лучше, чем в лазарете - лицо округлилось, на щеках появился румянец, а в глазах - живой блеск. Девушка преобразилась в лучшую сторону и буквально светилась изнутри.

- Да, мы вроде бы знакомы, - напомнила осторожно.

- Я тогда не знала твоего имени, - девушка явно волновалась, хотя и выглядела очень решительно. Она вдруг протянула мне какую-то золотисто-розовую открытку и сказала: - Мы с Гарсианом приглашаем тебя на свадьбу. Твоего жениха, разумеется, тоже. Ему я приглашение уже передала.

Она говорила негромко, но в большой столовой вдруг установилась почти мёртвая тишина, и взгляды всех присутствующих устремились на нас.

- Спасибо, - выдавила я с трудом, слишком удивлённая, чтобы сказать что-то более вразумительное.

Рэнде явно не нравилось быть в центре внимания, но она решительно вздёрнула подбородок и уверенно заявила:

- Это тебе спасибо. Если бы ты не сказала мне тогда то, что сказала, свадьбы бы не было. Так что мы тебя ждём, отказ не принимается.

В её голосе отчётливо прозвучали вызывающие нотки, и это действительно был вызов обществу, которое упорно не желало меня принимать. Неудивительно, что девушка нервничала. И всё же она пошла до конца. Смело и благородно. Я оценила. К горлу подкатил ком, на душе потеплело.

- Конечно, я… мы придём.

- А если что-то будет нужно - обращайся, - добавила Рэнда, понизив голос, и, ободряюще улыбнувшись мне на прощание, направилась к выходу.

Теперь центром внимания стала я. Ох, как на меня все смотрели! Моранда и её свита сверлили злыми взглядами, и мне оставалось только радоваться, что даже маги не способны поджигать одной лишь силой мысли, иначе я бы давно превратилась в пепел. Многие смотрели с неудовольствием и неодобрением, но были и просто заинтересованные, наполненные нейтральным любопытством взгляды. Кажется, лёд тронулся.

- Вот это да! - восторженно прошептала Талма. - Тебя лично пригласила эйра, хотя могла бы оставить приглашение Никею. Что это значит?

- Только то, что не все высокородные одинаковы.

- А что она имела в виду? Что ты ей такого сказала? - продолжала допрашивать Талма.

- Не помню, какая разница? - я не стала вдаваться в подробности, да и разыгравшийся аппетит требовал прекратить разговоры и приступить к делу. День вдруг показался мне не таким уж плохим, и булочки были решительно отвергнуты. Нет уж, мы ещё повоюем! Салатом, впрочем, я давиться не стала, отдала предпочтение миниатюрным мясным блинчикам похожим на паровые куриные котлеты - не особо вкусные, зато чувство сытости дают надолго.

***

Сразу после занятий я поспешила в лазарет. Сегодня должна была дежурить Зиэлда, и я надеялась попросить её хорошенько меня осмотреть. Всё-таки галлюцинации в сочетании с лунатизмом сильно напрягали. Признаюсь, я предпочла бы услышать, что на меня снова кто-то воздействовал. Да, неприятно, но ведь гораздо хуже понимать, что это со мной что-то не так. К сожалению, целительница тревогу не развеяла, поскольку никаких признаков постороннего вмешательства не обнаружила.

В лазарете почему-то оказался Блордрак, а при нём акцентировать внимание на предполагаемых видениях я не стала, к тому же этим двоим было не до меня. Они кого-то ждали и активно наводили в порядок в записях и на складе, а меня делегировали рассортировать карточки адептов школы.

Они в принципе и так были разложены в нужном порядке, но порой во время общешкольных осмотров, когда работы было особенно много, их путали и меняли местами, отправляя на чужой курс. Таких мне попалось немного, однако провозиться пришлось больше часа.

Карточки были зачарованы таким образом, что содержащуюся в них информацию могли прочитать лишь целители, я же видела только имена, фамилии и фотографии, больше похожие на нарисованные портреты, пропущенные через сканер.

Мне оставалась всего одна небольшая стопка карточек отчисленных адептов, которые почему-то продолжали храниться в лазарете. Я уже заканчивала их просматривать, когда взгляд зацепился за знакомое лицо на предпоследней карточке. Дыхание перехватило, сердце ухнуло вниз и затрепыхалось пойманной в силки птицей. На меня смотрела девушка из моих снов и галлюцинаций, а звали её Мириэла Зольгейн.

Глава 16

Я тупо вглядывалась в фото, пытаясь собрать кусочки разбросанной в снах и в реальности головоломки воедино. Получалась какая-то бессмыслица. Даже если допустить, что девушка мне не померещилась и при появлении Мартиона спряталась за ближайшим деревом, непонятно зачем ей вообще прятаться? Почему она не пришла к тёте? Ведь Зиэлда до сих пор ничего о ней не знает, если, конечно, не лжёт. Блин, мне что теперь ещё и подозревать всех подряд придётся!?

В картотеку вошёл Блордрак и, заметив мой отсутствующий вид, недовольно прокомментировал:

- Ты ещё не закончила? Долго возишься.

- Что? - Я в его ворчание особо не вслушивалась, всё ещё пытаясь свести концы с концами. Они не сходились. Девушку я видела не только наяву, но и во сне. Может, дело в памяти Лесты? Могла ли бывшая хозяйка тела быть причастной к исчезновению Мириэлы?

- Скажи, а племянница Зиэлды так и не объявилась? О ней хоть что-нибудь известно? - Я не собиралась посвящать его в свои сомнения, вопрос вырвался скорее машинально.

Никей, копавшийся в соседнем шкафу, отреагировал удивлённым взглядом.

- Не знаю, не слышал. При чём тут она?

- Эм… ну я почему-то стала видеть её во сне и… не только.

- В смысле? - осторожно уточнил Блордрак.

- Я её видела на крыше перед падением и вчера в саду, - призналась неохотно. Наверное, зря, но мне так хотелось хоть с кем-нибудь посоветоваться. А он всё-таки целитель. - Мы даже разговаривали. Она могла прийти в школу незамеченной?

- Нет, конечно. Без браслета на территорию школы и академии не попасть. Их количество постоянно отслеживается. Появление нового незамеченным не останется. А на крыше в ту ночь кроме тебя точно никого не было.

- Думаешь, мне это всё померещилось?!

Блордрак моими откровениями не проникся и смотрел с недоверием.

- Возможно, последствия падения устранены не полностью, - произнёс он с сомнением в голосе.

- То есть я из-за травмы её вижу? И часто такое бывает?

- Не часто, - Никей нахмурился, - и сейчас не должно. Мы тебя тщательно обследовали.

Он неохотно подошёл и медленно провёл ладонью над моей головой, отчего по коже пробежала волна тепла и тонко покалывающие мурашки.

- Незалеченных травм нет, остаточных явлений я тоже не чувствую, - заявил он через пару минут обвиняющим тоном.

- Хочешь сказать, я вру? Зачем мне это?

- Понятно зачем. Новая тактика не сработала, вот ты и привлекаешь внимание, как можешь! - уверенно заявил целитель. В его карих глазах плескалось разочарование: - А я почти поверил, что ты изменилась и поумнела.

А вот это было обидно и несправедливо.

- И чьё внимание я привлекаю? Твоё что ли?

- А чьё же? Вертишься постоянно перед носом!

Ах, так! Задетая за живое, я разозлилась, перестала сдерживаться и возмущённо заявила:

- Как же мне объяснить, чтобы до тебя, наконец, дошло - мне ненужно ни твоё внимание, ни ты сам! И я не раз просила освободить меня от работы в лазарете, чтобы, как ты выразился, не вертеться у тебя перед носом! Кстати, мне за эту работу хоть платят?

- Ты не упоминала об оплате, когда умоляла взять тебя сюда, - проворчал удивлённый и немного растерянный «жених». - Да и зачем тебе деньги?

Ну и вопрос. Так он ещё и рабовладелец!

- На чёрный день. Твоё содержание моей семье дорого обходится!

Карие глаза сердито сузились и гневно сверкнули, он наклонился к моему лицу и холодно процедил:

- Да как ты смеешь?! Я никогда, слышишь, никогда не хотел этой помолвки! Несколько раз отказывал твоему отцу, а потом просто выдвинул условия, на которые ни один здравомыслящий человек не согласится, только чтобы он отстал, а он согласился! Так что все претензии к папочке!

Неожиданно и неприятно. Вопросов к Урнану у меня прибавилось. Это он так дочери хотел угодить или настолько жаждал породниться с дэйром? Сыном любовника жены, между прочим. Ох, странно всё это. Но «жениха» не оправдывает - в итоге он ведь купился на предложенную сумму, так что нечего корчить из себя оскорблённую невинность!

Я как раз собиралась привести этот аргумент, но деликатное покашливание, раздавшееся от двери, прервало намечающуюся «семейную» ссору. Мы синхронно обернулись и увидели высокую статную пожилую даму в строгом синем платье в пол.

- Блордрак и Дорган, я полагаю? - уточнила она, разглядывая нас с ностальгической полуулыбкой. - Мне на секунду показалось, что я вижу ваших родителей. Фамильное сходство на лицо, и они вот так же постоянно выясняли отношения.

- Вы - дэйра Найрис? Мы ждали вас чуть позже. Никей Блордрак, к вашим услугам, - целитель мгновенно преобразился из вредного враждебно настроенного типа в галантного вежливого кавалера и почтительно склонил голову в знак приветствия. - Я очень рад, что именно вы возглавите наш лазарет.

«Так уж и рад? Сам, наверное, надеялся официально руководителем стать!» - мысленно усомнилась я в искренности «жениха», с любопытством разглядывая незнакомку.

Она тоже смотрела на меня с каким-то почти исследовательским интересом и словно чего-то ждала.

- Я не Дорган, а Риголь, Леста Риголь, - сочла нужным исправить её заблуждение, пока этого не сделал Блордрак в своей уничижительно манере.

- Моя невеста, - уточнил он совершенно бесцветным тоном, видимо, вспомнив о приличиях. Спасибо хоть скорбную мину при этом не скорчил.

- Да, конечно, не Дорган. Я помню эту историю, - женщина ободряюще улыбнулась мне: - ты очень похожа на Аделу - свою мать, только она была немного…

- Стройнее, - закончила я невысказанную мысль собеседницы. - Я над этим работаю.

Кашлянув в кулак и одарив меня скептическим взглядом, Блордрак вызвался устроить новой заведующей экскурсию по лазарету, а когда я попыталась отпроситься и уйти, категорично заявил:

- Никуда ты с такими странными симптомами не пойдёшь. Останешься на ночь в лазарете. Будем разбираться, что с тобой происходит!

И ведь, наверняка, издевался, но смотрел серьёзно, говорил по делу, так что придраться мне было не к чему. А попытки возразить, пресекались на корню коварным:

- Значит, ты всё-таки притворяешься?

Пришлось занять свободную палату, благо лазарет сегодня практически пустовал. Забравшись на кровать у окна, я достала из сумки книгу по законодательству и попыталась погрузиться в чтение, но сосредоточиться долго не получалось. Отвлекали голоса целителей, доносящиеся из соседнего помещения, а жизнерадостное щебетание Камилии с гордостью рассказывающей новой заведующей, что она потомственный проводник, вызывало раздражение.

Терпеть не могу хвастунов. Тем более что хвалёные способности Камилии мне в деле наблюдать пока не приходилось, а вот то, что она отказалась менять пациентке повязки с мазью, хотя даже Блордрак этим не брезговал, говорило о многом.

Невольно прислушавшись к разговору, по обрывкам фраз я поняла, что дэйра Найрис много лет назад уже работала здесь, совмещая дежурства в лазарете с чтением лекций в академии, где учились мать Лесты и отец Блордрака. А потом её «переманили» в королевский госпиталь. С покойной бабушкой Лесты, как выяснилось, она тоже была хорошо знакома. Интересная дама, нужно будет к ней повнимательнее присмотреться - вдруг понадобится какая-нибудь информация относительно семьи Лесты. Вроде бы её не смутило ни моё происхождение, ни отсутствие магии, может и удастся наладить контакт.

Со второй попытки сосредоточиться на тексте получилось, тем более что тему я, перелистнув страницы, касающиеся торговли, выбрала интересную - магические браки и помолвки. Увы, ничего обнадёживающего там не обнаружилось. Магическая помолка считалась почти браком, и расторгнуть её без серьёзных потерь было нельзя. Проще говоря, тот, кто выступал инициатором разрыва, принимал на себя неслабый откат. Даже Блордрак после такого бы несколько месяцев восстанавливался и мог лишиться магии, а для меня подобное действо завершится ещё более трагически, если кто-нибудь из кровных родственников не примет «удар» на себя.

Расстроившись, я сунула книгу под подушку. Список вопросов к Урнану снова пополнился. Почему нельзя было ограничиться обычной помолвкой? Зачем так подставлять родную дочь? Какая любовь в пятнадцать или даже в четырнадцать лет?! Понятно же, что рано или поздно Леста бы прозрела и разочаровалась в избраннике, а назад дороги уже нет. Или отец просто хотел таким образом обеспечить дочери-зикфе достойное, по его мнению, место в обществе неважно какой ценой?

Открываясь, тихонько скрипнула дверь, и я резко выпрямилась, машинально сунув книгу под подушку. Блордрак вошёл с какими-то широкими прозрачными обручами в руках и, ничего не объясняя, велел:

- Протяни руки.

- Зачем? - осторожно уточнила я, но просьбу выполнила, и пара обручей сразу оказалась на моих запястьях, мгновенно подстроившись под их размер. - Что это?!

- Диагностеры, - целитель бросил на меня удивлённый взгляд, нахмурился, и я с досадой прикусила язык - Леста ведь должна знать такие нюансы. - Оставлю их до утра, постарайся не мочить. Они будут отслеживать твоё состояние. Если в организме есть какая-то незамеченная патология - зафиксируют.

С последними словами Никей водрузил третий обруч мне на голову. Я занервничала - оставаться на ночь в постоянно открытом лазарете не хотелось.

- А можно я с этими диагностерами в общежитии переночую, а утром вернусь?

- Нет, - предсказуемо отрезал целитель.

Я тяжело вздохнула:

- Ну, хоть зелье или настой мне какой-нибудь дай, чтобы я снова во сне бродить не начала. А то ведь неизвестно куда приду.

- Это исключено, - возразил Блордрак, - никакие зелья сейчас принимать нельзя - это испортит эффект.

То есть никаких гарантий даже минимальной защиты не предвидится? Нет уж, я на такое не подпишусь!

- Не боишься, что я на этот раз точно в мужское общежитие забреду? Твоя дэйровская честь это переживёт?

Целитель с видом мученика закатил глаза и сдержанно ответил:

- Никуда ты не забредёшь. Здесь будет дежурить Зиэлда.

- А если она уснёт?

- Хорошо, мы запрём палату.

- А вдруг я в окно вылезу? Его открыть - раз плюнуть.

- И чего же ты хочешь? - теряя терпение, спросил Блордрак.

- Вернуться в общежитие - оно запирается на ночь. Или оставайся здесь и дежурь до утра лично! Я не хочу рисковать.

- Приглашаешь провести ночь вместе? Не ты ли недавно заявляла, что тебе не нужно ни моё внимание, ни я сам? - с кривой усмешкой напомнил жених. Похоже, это заявление его задело.

Настала моя очередь возводить очи горе. Ну что за самовлюблённый нахал, даже мысли не допускает, что кто-то может им не восхищаться!

- Так и есть! С тех пор, как я выпала из окна своего дома, мне как бы немного не до тебя.

- Вот как тебе верить, если ты постоянно врёшь? - нахмурился Блордрак и начал раздражённо вышагивать по палате из угла в угол. - Я обследовал тебя в первый день занятий и не нашёл никаких признаков залеченных травм, а они должны были остаться.

Что ж, логика у него хромает не всегда, а мне жутко надоело на каждом шагу врать и изворачиваться.

- Не нашёл, потому что когда я пришла в себя после падения, увидела ведьму, которая меня чем-то вонючим мазала, - решилась рассказать часть правды. Надеюсь, он меня не сдаст только из-за одного этого факта. Зато на него потом можно будет списывать некоторые странности моего поведения.

Блордрак помрачнел и остановился, пристально вглядываясь в моё лицо.

- Почему послали за ведьмой, а не за целителем? - холодно уточнил он.

- Не знаю. Это была ночь Ёхвы. Наверное, мачеха испугалась, что целитель не согласится приехать или не успеет вовремя. Вот после того случая я… на многое посмотрела иначе.

- Я заметил, - буркнул жених, видимо всё-таки поверив в мою версию. - Прогулки во сне и видения тоже начались с этого?

- Нет, после падения с крыши, точнее на крыше. Там я впервые увидела ту девушку. Со мной что-то происходит, и мне это не нравится. Так что я не ищу твоего внимания, а просто забочусь о своей безопасности. И ты тоже в этом должен быть заинтересован, ведь если со мной что-то случится, ты не получишь приданое. Кстати, свадьба ведь не в этом сезоне?

- Нет, в следующем, - выдавил опешивший от такого напора Блордрак и настороженно поинтересовался: - Хочешь ускорить?

- Нет! - Кажется, это прозвучало слишком резко и категорично. Судя по удивлённому взгляду целителя, с откровениями пора завязывать. На сегодня с него точно хватит. - Эм… мне учиться надо и вообще, ты ведь тоже не горишь желанием её ускорить.

- Не горю, - медленно кивнул Блордрак. Он опустился на соседнюю кровать и рассматривал меня как-то слишком уж пристально, словно искал подвох. - Ты это серьёзно? Три года мне прохода не давала, в рот заглядывала, чуть ли на шею не вешалась, вынудила отца любой ценой добиться помолвки, а теперь не хочешь свадьбы?

Представив себе эту картину, я невольно испытала стыд за Лесту. Зачем же она так унижалась? Ни один мужчина подобного поведения не оценит. Любить и уважать можно лишь равных, а к тому, кто ведёт себя как покорный преданный раб, и отношение будет соответствующим.

- Почему это тебя удивляет? Ты обращался со мной как с грязью: унижал, не замечал, пренебрегал - такого никакая любовь не выдержит. Я рада, что прозрела до свадьбы, да и тебе так будет проще - на шею вешаться теперь точно не буду.

Этот разговор начинал утомлять, тем более что нужного результата я пока не добилась. Хотя мы впервые за долгое время общались почти мирно, что само по себе достижение.

- Посмотрим, - как-то неуверенно протянул Никей, но выглядел он скорее растерянным, чем сомневающимся. Наконец целитель устало потёр переносицу, поднялся и сказал: - Мне нужно поспать хоть пару часов, а ночью я вернусь, так что бояться тебе нечего. Такой вариант устроит?

Не особо. Рисковать всё равно не хотелось, но выбора, кажется, не было. Если отложить решение проблемы на потом, не факт, что эта проблема не усугубится.

- Да, - смиренно пожала плечами, - давай попробуем.

- Знаешь, если бы лично не видел тебя в молельне в день проверки, решил бы, что ты не Леста, - «порадовал» на прощание Блордрак откровением, от которого стало не по себе. - Ладно, я скоро вернусь, а ты вспоминай пока, с чего именно всё началось, чтобы перед сном повторить эти действия в точности.

С этими странными словами целитель вышел, а я ещё долго пыталась понять, что он имел в виду. С чего всё началось? Так ведь с чужого воздействия и наведённого сновидения, разве нет? Я тогда впервые увидела Мириэлу, а вот бродить во сне я начала после… попытки войти в осознанное сновидение. Вот она - причина! Неужели всё дело в моих снах?!

Глава 17

Когда вечером Зиэлда принесла мне скромный ужин (кашу из мелкой розоватой крупы и густой жёлтый сок, по вкусу отдалённо напоминающий молоко), я не удержалась и задала ей интересующий вопрос:

- От Мириэлы так и не было вестей?

Целительница вздрогнула, резко выпрямилась и неохотно ответила:

- Нет. Почему ты спрашиваешь?

- Извините. В последнее время почему-то часто о ней вспоминаю. Её пытались искать?

- Да, но не слишком усердно.

- Почему?

Зиэлда передёрнула плечами и нахмурилась. Видно было, что этот разговор ей не нравится.

- Зачем искать девушку, если она ушла по собственной воле и, скорее всего, чтобы скрыть свой позор.

- Какой позор? В школе говорят, что видели у неё помолвочное родовое кольцо как у высокородных.

Целительница с горькой усмешкой покачала головой и тихо возразила:

- Если бы речь шла о помолвке или свадьбе, зачем убегать? Видимо, у неё была серьёзная причина скрыться. Не понимаю только, почему она ко мне не обратилась?!

Тяжело вздохнув, расстроенная женщина смахнула набежавшие на глаза слёзы и поспешно вышла, оставив меня в задумчивости. Позор, серьёзная причина скрыться - это она на беременность что ли намекала? То есть тут ещё и за внебрачного ребёнка загнобить могут? Дикость какая! Но девушка, которую я видела, не была похожа на беременную. Хотя я ведь толком не понимаю, что именно видела. Поскорее бы это прояснить!

Блордрак появился около полуночи, когда у меня уже начали слипаться глаза. Вошёл без стука, уселся на соседнюю кровать и сухо поинтересовался, почему я ещё не переоделась. Вообще-то так и было задумано. Я натянула покрывало до плеч и объяснила, как мне казалось, очевидную вещь:

- Потому что не хочу снова бродить неизвестно где в одной ночной рубашке.

- Нигде бродить не придётся, - терпеливо заверил целитель, принял горизонтальное положение, одним движением руки погасил светящийся шар под потолком, оставив слабую голубоватую подсветку, и велел: - Всё, засыпай!

Вот прямо по команде? Естественно, спать расхотелось. Да и, честно говоря, боялась я этого момента. Вот и оттягивала, как могла.

- А ты здесь до утра собираешься находиться? - уточнила осторожно.

- Ты же сама просила, - недовольно напомнил целитель, - не могу же я и под дверью, и под окном дежурить одновременно. Что опять не так?

- Хм, и ты не уснёшь?

- Не усну, а вот тебе уже пора. Только сначала постарайся вспомнить, о чём думала перед тем, как начала ходить во сне и постарайся всё это воспроизвести.

Легко сказать, а как сосредоточиться, если он сопит почти под боком?

- Не получается. Может, подождёшь снаружи?

- Риголь, ты издеваешься?! - возмутился Никей. - Я вообще-то своим личным временем жертвую, которое мог бы провести более приятно!

Ага, изменяя Лесте, например. Интересно, он с кем-нибудь встречается? Не придётся ли мне опасаться ещё и соперницы, задавшейся целью убрать законную невесту с дороги?

- Охраняя меня, ты охраняешь свои деньги, - напомнила раздражённо, - так что не жалуйся.

- Как же ты меня достала! Спи, давай!

Я честно попыталась это сделать, но сон не шёл.

- Сколько можно ворочаться? - раздражённо проворчал Никей через несколько минут. - Что на этот раз?

- Всё то же.

- Чем я тебе мешаю? Или ты меня боишься?

- Угу, вдруг подушкой во сне придушишь, - буркнула просто, чтобы разрядить обстановку.

- Хотелось бы да не могу, я ведь тогда не получу свои деньги, - ядовито напомнил Блордрак, почти процитировав мои недавние слова, - спи уже!

- Ладно. Главное, сам не усни.

- С тобой уснёшь, как же! - проворчал он беззлобно.

Я вздохнула, отвернулась к стене и, не без труда сосредоточившись на цели, начала готовиться ко входу в осознанное сновидение. Как и в прошлый раз дала себе установку оказаться дома - на Земле. Вот только прежнюю надежду испытать не могла, потому что уже знала - она не оправдается.

Снова оказавшись на знакомом песчаном острове, я практически не удивилась. Здесь всё было как в прошлый раз - те же двери, прикрытые густой разноцветной дымкой, тот же белый песок, только сейчас я разглядела, омывающую островок прозрачную бирюзовую воду. Метнувшись к двери, где видела тётю с Лестой, я замерла возле неё, тщетно вглядываясь в голубоватую дымку. Увы, сегодня она не собиралась расступаться, и увидеть ничего не удалось.

Когда обернувшись, я увидела за спиной знакомую брюнетку с крыши, тоже не удивилась. В этот раз она молчала и просто смотрела на одну из дверей, в проёме которой клубился жёлтый туман.

- Привет, ты Мириэла? - уточнила я осторожно, гадая с какой стати она вообще меня преследует?

Она промолчала, словно не услышав вопроса, я вздохнула и предприняла ещё одну попытку её разговорить:

- Почему ты не пришла к Зиэлде? Она очень скучает и беспокоится о тебе.

Девушка отмерла, шагнула ближе к двери и, положив руку на невидимую преграду, с горечью сказала:

- Меня к ней не пускают.

Я подошла ближе и за расступившейся жёлтой пеленой увидела знакомую приёмную лазарета, где за столом Зиэлда заполняла какую-то документацию. Потом вдруг вспомнила, что Блордрак говорил о браслетах, и посмотрела на правое запястье девушки. На нём ничего не было.

- А где твой браслет?

- Не знаю, - она пожала плечами, по-прежнему не глядя на меня.

- Но в школе нельзя находиться без браслета, а ты говорила, что живёшь здесь. И… помнишь, хотела показать мне, где.

Да, именно с этого в прошлый раз начались мои хождения во сне, но Блордрак же сказал, что всё нужно по возможности повторить. Ох, надеюсь, он не спит!

Девушка словно этого ждала.

- Да, идём, покажу, - она снова взяла меня за руку и повела за собой. И снова остров исчез, а перед глазами замелькали стены лазарета, ночное небо, трава и деревья.

Это было очень странное ощущение. Я понимала, что сплю, но никак не могла заставить себя проснуться или хотя бы просто остановиться. Меня влекла за девушкой какая-то неконтролируемая сила. Я отчаянно пыталась сопротивляться ей, но всё равно шла вперёд, даже когда перестала различать окружающие предметы. А потом сознание вообще отключилось, но тело, кажется, продолжало двигаться. Очнулась я от того, что меня схватили и куда-то потащили. Громко закричав, машинально начала вырываться.

- Риголь, тише, уймись, это я! - зашипел прямо в ухо Блордрак, продолжая меня удерживать.

Я немного успокоилась и осмотрелась. Луны в этом мире не было вообще, зато звёзды, яркие и крупные, украшали тёмный небосвод в таком количестве, что дополнительного освещения не требовалось. Мы стояли в саду возле полузасохшего дерева иргаля. Цветы, редкие и мелкие, имелись только на одной его ветви и практически не пахли.

- Всё, успокоилась, отпусти, - я выскользнула из рук целителя, продолжая растерянно оглядываться по сторонам. - Что произошло?

- Не знаю, я просто шёл за тобой. Остановилась ты только здесь.

- Почему сразу не разбудил?

- Не смог, - неохотно признался Блордрак. Видимо, расписываться в собственном бессилии ему было неприятно.

Взгляд упал на подол платья, испачканный землёй. Мои ладони тоже были грязными, а ногти обломанными.

- Э… что случилось с моими руками?

- Ты пыталась рыть землю, еле оттащил, - Никей показал в сторону иргаля. Под ним действительно обнаружилось небольшое углубление.

Ох, блин, я там, что клад искала?

- Так ты выяснил, что со мной происходит?

Блордрак помрачнел и отрицательно покачал головой.

- Возможно, последствия стресса, нужно разбираться. И показатели диагностеров изучать. Возвращаемся в лазарет, ты как себя чувствуешь?

Только услышав последний вопрос, я осознала, что испытываю сильную слабость и покачнулась. Никей поддержал за локоть, проворчав:

- Риголь, не вздумай потерять сознание. До лазарета далеко - я тебя не донесу.

Он явно намекал на мой вес, это задело.

- Такой слабый, а ещё в каратели собирался, - парировала в отместку и, собрав все силы, демонстративно отстранилась от жениха Лесты. Снова посмотрела на дерево и застонала в голос, увидев под ним Мириэлу. - Пожалуйста, скажи, что ты тоже её видишь!

- Кого? - недовольный целитель проследил за моим взглядом.

- Девушку под иргалём.

Никей тяжело вздохнул, снова подхватил меня под руку и тоном, которым умудрённые жизненным опытом взрослые говорят с испуганными детьми, сказал:

- Там никого нет. Тебе показалось. Нам нужно вернуться, идём.

Значит, всё-таки глюки? Прекрасно! Она теперь никогда от меня не отстанет?! Так, что я там делала с её подачи под деревом?

- Подожди, ты можешь раскопать это место?

- Зачем? - снова этот снисходительный взгляд - он явно считает, что я брежу. - Ладно, давай, я отведу тебя в лазарет, а потом вернусь и сделаю это.

- Нет, сейчас! Я не хочу снова и снова приходить сюда во сне! Ну, пожалуйста, тебе что, трудно? - Может, тогда эта девушка-галюцинация оставит меня в покое.

- Риголь, я тебе не садовник, - Блордрак снова начал разражаться. Всё-таки для целителя он слишком вспыльчивый.

- Ты же маг, что тебе стоит? Раз я копалась в земле, значит, это для чего-то было нужно. Пожалуйста!

- Какая же ты упёртая! Вот, смотри, довольна?! - Он, действительно, сделал несколько пасов руками, и углубление в земле стало значительно больше в диаметре и продолжало увеличиваться у меня на глазах. - Хватит или тебе колодец выкопать?

- Ой, что это там? - В яме показался край чего-то бордового и явно матерчатого. - Сделай глубже!

Никей неохотно выполнил просьбу и вдруг громко и витиевато выругался. А я кулем осела на землю, шокированная увиденным. Под иргалём больше никого не было, но в яме виднелось то, что когда-то было человеческой рукой.

- Невероятно! Как убийство в школе могло остаться незамеченным? - схватился за голову Блордрак.

Нашёл чему удивляться, в этой замечательной школе слишком многое остаётся незамеченным.

- Эм… убийство?

- А ты думаешь, человек может сам себя землёй засыпать? - мрачно съязвил Никей, подходя ближе к дереву и зажигая в ладони светящийся шар. Потом он вдруг обернулся и посмотрел на меня с подозрением. - Как ты узнала, что здесь?

- Я не знала. - Перед глазами замелькали обрывки снов, видений, и чугунной тяжестью обрушилось полное осознание случившегося. Я вцепилась в руку целителя и испуганно пробормотала: - Меня сюда привела Мириэла. Это… её тело! Бедная Зиэлда! Она всё ещё надеется, что племянница жива.

- Не вздумай ей это сказать! - строго заявил Никей. - Пока ещё ничего точно неизвестно. С твоими снами разберёмся позже, а сейчас нужно вернуться и вызвать карателей.

Мне осталось только мысленно застонать. Опять каратели! Да что ж мне так везёт-то?! Ведь теперь от общения с ними отвертеться не получится.

***

Я смутно помню, как мы добрались до лазарета. Кажется, идти самостоятельно у меня получалось не очень, Блордрак вынужден был снять диагностеры и какое-то время подпитывать меня магией, а остаток пути всё же тащить на себе. Потом я отключилась окончательно. Когда пришла в себя, за окном уже светило солнце и щебетали птицы, а в лазарете было шумно и суетно. Наверное, все уже знали о случившемся.

Я всё ещё чувствовала слабость, голова кружилась, но ноги больше не подкашивались и даже удерживали мой вес. С тяжёлым вздохом поплелась в крохотную умывальню приводить себя в порядок, стараясь не смотреть при этом в зеркало. Да, после всех усилий мои щёки перестали походить на хомячьи, но вот тёмные круги под глазами совсем не красили.

Появившийся через несколько минут Блордрак тоже выглядел неважно и смотрел на меня настороженно. Примерно как на обезьяну с гранатой.

- Мне это всё не приснилось, верно? - спросила обречённо. Тревога, которую я с самого пробуждения старалась отогнать подальше, навалилась с новой силой.

- Нет. И ты оказалась права. Там, под деревом… это была Мириэла.

Уже выяснили? Так быстро? Вот это оперативность!

- Зиэлда знает?

- Да. Она... в общем, пару дней её на работе не будет. А с тобой тут хотят поговорить.

- Каратели? - мой голос предательски дрогнул. - Прямо сейчас? Что ты им сказал?

- Правду - ты нашла тело, пребывая в каком-то трансе, а я шёл за тобой.

- В трансе? Не во сне? Что показали эти прозрачные… в смысле диагностеры?

- Мне пришлось вливать в тебя собственную магию, так что от них теперь никакого толка. Показатели сбились. И всё-таки твоё поведение было, мягко говоря, странным.

От его подозрительного взгляда стало не по себе, а как же будут смотреть на меня каратели? Что если сослаться на плохое самочувствие? Нет, не прокатит, он ведь тут же проверит.

- Я тоже не понимаю, что происходит. Надеялась, обследование хоть что-то прояснит. Может, это последствия воздействия ведьмы? - пробормотала не слишком убедительно. А что тут скажешь, если я сама в шоке от происходящего.

- Не думаю. Кстати, о ведьме при карателях лучше не упоминать. Чёрная магия под запретом, - «утешил» Блордрак, направляясь к двери.

Я запаниковала:

- А зачем им со мной разговаривать, если ты уже всё рассказал? Может, это не обязательно?

Никей обернулся, снова смерил удивлённо-подозрительным взглядом и, нахмурившись, спросил:

- Почему ты их так боишься? Есть что скрывать?

- Я не боюсь, с чего ты взял? - только усилием воли голос удалось заставить звучать ровно.

- С того, что ты ещё в прошлый раз отказалась вызывать карателей и сделала всё, чтобы этого избежать, хотя в той ситуации это был единственный правильный выход.

Надо же, какой наблюдательный, когда не нужно! Как бы его отвлечь?

- Эм… я не отказывалась, просто пошла навстречу директрисе. - Судя по выражению лица собеседника, он мне не поверил. Ладно, попробую ещё раз, добавив чуточку волнения и покорности: - Хорошо, да, я их боюсь. Из-за ведьмы. Ты сам сказал, что чёрная магия запрещена. Вдруг они как-то прочтут мои мысли или воспоминания. Что тогда будет?

Кажется, сработало. Никей заметно оттаял и, усмехнувшись, возразил:

- Риголь, расслабься, никто в твою голову не полезет. Это не допрос, а обычная беседа.

Хорошо если так и всё же предстоящее событие здорово напрягало.

- Я что, останусь с ними одна?

- Нет, разумеется, - уверенно заявила дэйра Найрис, входя в палату. - На правах заведующей, я буду настаивать на своём присутствии. Ничего не бойся, девочка, просто отвечай на вопросы. Ты готова?

От её ободряющей улыбки на душе стало легче и как-то теплее. К тому же хотелось поскорее уже со всем этим покончить, и я покорно кивнула, выдохнув:

- Готова, давайте начнём.

Глава 18

Всё оказалось не так страшно, как представлялось. Расспросить меня явился лишь один человек в сером, назвавшийся эйром Тодлером. Вёл он себя вежливо, не возражал против присутствия заведующей и не пытался ни в чём обвинить. Правда, и моими односложными ответами он не удовлетворился.

- Значит, вы говорите, что видели умершую девушку во сне, и она сама привела вас к месту своего захоронения? - уточнил Тодлер недоверчиво.

- Да, только я не понимала, что происходит. Она просто сказала, что покажет мне, где живёт.

- Сказала? Вы с ней разговаривали?

- Да.

Следующий вопрос карателя поставил в тупик:

- Так вы общаетесь с умершими? У вас ментальные способности?

Я растерянно переводила взгляд с него на дэйру Найрис, до сих пор хранившую молчание с невозмутимым видом.

- У меня вообще нет никаких способностей, - призналась неохотно и посмотрела в сторону, не желая видеть его реакцию. Обычно осознав, что перед ними зикфа, окружающие быстро сменяли дежурную вежливость на открытое пренебрежение.

Но Тодлер если и почувствовал неприязнь, не подал виду, зато сделал из моих слов другой неприятный вывод.

- Тогда ваша осведомлённость выглядит несколько подозрительно, - осторожно сказал мужчина.

Ну вот, рано обрадовалась. Кажется, сейчас добрый полицейский превратится в злого. Что же делать?

- Не стоит делать поспешных заключений, эйр Тодлер, - вмешалась вдруг новая заведующая. - Меня всегда удивляла эта странная ошибка природы. Имя Альсанды Дорган вам о чём-нибудь говорит?

- Конечно. Было время, когда она сотрудничала с королевским сыском и помогла раскрыть не одно преступление, - сдержанно кивнул каратель.

- Лестэлла её внучка, - спокойно продолжила дэйра Нейрис. - А её мать была сновидящей. Неудивительно, что у девочки в итоге всё же проявились какие-то ментальные способности.

- Так поздно? - не поверил Тодлер. - Разве такое возможно? Если дар не проявился до семи лет, он уже не появится никогда.

Я же была слишком удивлена заявлением заведующей, чтобы произнести хоть слово. А следующие её слова вообще шокировали:

- Это возможно, если произошла самопроизвольная блокировка. Вы ведь знаете, что случилось с её матерью? В четыре года девочка стала свидетелем страшной трагедии. Её память до сих пор не восстановилась. Думаю, то, что она тогда увидела, вызвало стойкое неприятие магии, и Леста неосознанно заблокировала свои способности на уровне подсознания. А пережитый недавно сильный стресс их высвободил. Проведённое обследование это подтвердило. Я просто ещё не успела ознакомить её с результатами.

С какими ещё результатами? Блордрак же сказал... Она что - врёт? Но в голосе такая железобетонная уверенность, что сомнения невольно отступают. Я окончательно перестала понимать, что происходит. Зато Толдер, кажется, проникся и начал общаться со мной более заинтересованно и предметно:

- Во время разговора девушка вам ничего конкретного не сказала? Не упоминала никаких имён и подробностей случившегося?

Я по-прежнему мало что понимала, но честно попыталась вспомнить и удивилась, почему не задала Мириэле ни одного интересующего меня вопроса. Даже не попыталась выяснить, с кем она встречалась и была ли беременна? Думала об этом, но почему-то так и не спросила.

- Нет, она почти ничего не говорила, а я, честно говоря, не спрашивала.

- Почему? - Вот и карателя это удивило.

- Считала, что это просто очень странные сны или болезнь!

- Я ведь сказала, что Леста находится в лазарете на обследовании. После ночного происшествия, она всё ещё очень слаба. Думаю, на сегодня вопросов достаточно. Ей нужно отдыхать.

И снова в голосе хрупкой дэйры Найрис прозвучали стальные нотки. Эйр Толдер неохотно поднялся и, глядя мне прямо в глаза, очень серьёзно сказал:

- Хорошо, но если вам снова приснится эта девушка, Лестэлла, подробно расспросите её о том, что произошло. Они редко помнят момент смерти, но иногда рассказывают важные детали.

- Они? Эм… ладно, - пробормотала, растерянно переводя взгляд с него на дэйру Найрис.

- Никаких контактов с мёртвыми, пока она не поправится и не научится контролировать свои способности, - отрезала заведующая.

Мужчина с сожалением кивнул и, попрощавшись, направился к двери, а я вдруг кое-что вспомнила.

- Подождите! В школе говорили, что Мириэла встречалась с кем-то из высокородных, потому что видели у неё помолвочное кольцо с родовым гербом.

- Каким именно гербом? - заинтересовался каратель.

- К сожалению, не знаю. Расспросите Санру Риголь, это кто-то из её подруг видел. - Надеюсь, сестрица не очень расстроится из-за визита карателя. Она ведь любит общаться с высокородными, а тут целый эйр.

Как только за ним закрылась дверь, я схватила заведующую за руку, испугавшись, что она уйдёт следом, оставив меня без объяснений.

- Подождите, дэйра Найрис, что со мной происходит? То, что вы сказали этому человеку, правда?

Женщина устало мне улыбнулась и честно ответила:

- На самом деле я тоже не понимаю, что происходит, но, похоже, у тебя действительно начали проявляться наследственные способности по материнской линии. Другого объяснения у меня нет.

- Вы, правда, думаете, что я сама их заблокировала? Такие случаи бывали?

- На моей памяти - ни разу, - со вздохом призналась заведующая, - но пока будем придерживаться этой версии. Теоретически такое возможно.

- Но… - я всё ещё сомневалась и не могла до конца принять услышанное. - Что мне теперь делать? И в чём эти способности заключаются? Я постоянно буду видеть умерших?

Дэйра Найрис успокаивающе погладила меня по плечу и уверенно сказала:

- Не обязательно. Я, к сожалению, совсем не сильна в менталистике, поэтому сегодня же приглашу свою знакомую из королевской академии. Она тебя протестирует и поможет во всём разобраться. А пока отдыхай и набирайся сил. Думаю, ближайшие несколько дней тебе придётся провести здесь - под наблюдением.

Она ушла, а я ещё долго прокручивала этот странный разговор в голове. Эмоции зашкаливали, метаясь между страхом, сомнениями и надеждой. Постепенно последняя победила, а вскоре к ней присоединился энтузиазм. Непонятно откуда взявшиеся сомнительные способности - всё же лучше, чем их полное отсутствие. Пусть это будет план «Б». Если не получится вернуться домой или придётся ждать тринадцать лет до следующей ночи Ёхвы, по крайней мере, теперь будет чем заняться. Кажется, у меня появилась реальная возможность добиться в этом мире чего-то собственными силами, а не быть бесправным приложением отца или мужа.

***

В свете последних событий встречи со знакомой дэйры Найрис я ждала с особым нетерпением, но заведующая вскоре охладила мой пыл, сообщив, что она сможет выкроить время лишь завтра. А ещё мне на руки надели очередные браслеты. На этот раз металлические - ограничивающие любые проявления магии, даже непроизвольные. Чтобы я снова не начала бродить во сне и видеть Мириэлу, до тех пор, пока не станет ясно, что именно происходит и как это контролировать.

Оставалось только запастись терпением, дочитывать свои книги и скучать. Впрочем, скучать мне не дали. Едва я смирилась с неизбежностью ожидания «приговора» и поудобнее устроилась в постели с книгой, в палату ворвалась расстроенная Санра.

- Как ты могла разболтать всё карателям? - с порога набросилась она с обвинениями. - Мне пришлось сказать им про Рагдиану, и она теперь не хочет со мной разговаривать!

Я с трудом сообразила, о ком она говорит, поскольку никого с таким именем не знала. Вероятно, та самая подруга, что видела у Мириэлы кольцо.

- Почему? Что такого ужасного они с ней сделали? Пытали? Посадили в дорплеоз?

- Нет, но какая разница? Теперь вся школа знает, что к ней приходили каратели! Для эйры - это пятно на репутации. И всё из-за тебя!

Я с удивлением смотрела на раскрасневшуюся от гнева девушку, которая сейчас очень походила на обиженного ребёнка. Да и претензии у неё были какие-то детские, несерьёзные.

- Санра, ты в курсе, что на территории школы нашли тело Мириэлы? - уточнила осторожно. Вдруг этот факт ещё не стал достоянием общественности, что маловероятно.

- В курсе, и что? - она сразу как-то сникла, но от претензий отказываться не собиралась, хотя о моём участии в ночном происшествии, судя по реакции, пока не знала.

- А то, что раз сюда явились каратели - погибла она не сама. А значит тот, кто её убил, скорее всего, находится в школе. Вот о чём нужно беспокоиться, а не о глупых ссорах с липовыми подружками!

Санра заметно побледнела и растерянно захлопала ресницами. Да и я, только произнеся эти слова вслух, до конца осознала, что так оно и есть. Убийца всё ещё где-то рядом. От этой мысли стало некомфортно. Надеюсь, люди в сером знают своё дело и быстро вычислят преступника.

- Твоя подруга смогла вспомнить хоть что-нибудь полезное?

- Откуда я знаю, она же со мной теперь не разговаривает! Я два года её дружбы добивалась, а ты всё испортила! - Обида перевесила страх, и Санра снова начала наезжать. - Вечно ты всё портишь!

- Что здесь происходит? - холодно уточнил бесшумно появившийся в дверях Блордрак и медленно двинулся в сторону замершей девушки. - Кто тебе позволил повышать голос на пациентку?

Сказал вроде тихо, но посмотрел так, что бедная Санра съёжилась и словно уменьшилась в размерах, мне даже стало её немного жаль.

- Уходи и чтоб больше я тебя здесь не видел, - прежним тоном отчеканил целитель.

Испуганная сестрица начала медленно отступать к двери.

- А можно мне тоже сходить в общежитие за сменной одеждой? - попросила я, воспользовавшись ситуацией. Хотелось размяться, да и переодеться, действительно, не помешало бы.

- Нет, тебе не стоит пока покидать лазарет, - ожидаемо возразил Никей и, повернувшись, к застывшей у дверей Санре, скомандовал: - принеси ей всё что нужно. И побыстрее.

Она возмущённо вспыхнула, но не решилась перечить дэйру и, молча кивнув, скрылась за дверью.

- С чего это ты вдруг стал таким заботливым? - поинтересовалась осторожно, и сама же ответила, озарённая невесёлой догадкой: - Ах, да, я же теперь не совсем бесполезная, по версии Дэйры Найрис.

Ведь если подтвердится, что я не зикфа, Блордраку не придётся отказываться от титула главы рода. Эта мысль была неприятной, как будто магический дар - единственное, что ценно в человеке, а сама по себе я ничего не значу и не стою.

- Её версию ещё нужно проверить, - тоже не слишком уверенно, словно нащупывая почву для разговора, отозвался Блордрак. - Поэтому никто кроме карателей пока не в курсе твоих странных снов и предполагаемых способностей.

- Думаешь, история с их блокировкой может быть правдой?

- Не знаю, но это бы многое объяснило, включая перемены в твоём характере.

Он смотрел на меня оценивающе, словно впервые увидел, и это тоже было не слишком приятно. Я почувствовала себя товаром, приобретённым по случаю, который долгое время за ненадобностью пылился где-то в шкафу, а теперь его извлекли на свет и изучают, прикидывая, на что он вообще годен.

- Ты же меня обследовал и ничего не обнаружил.

- Я проверял лишь твоё физическое состояние и наличие постороннего воздействия. Его не было, - объяснил Никей, продолжая пристально меня разглядывать. Всю, с головы до ног, словно ощупывая взглядом.

Я вдруг остро ощутила несовершенство своего тела, облаченного в бесформенное, изрядно помятое школьное платье и, с трудом подавив желание натянуть одеяло до подбородка, поспешила напомнить:

- Ты сам сказал, что ещё ничего неизвестно. Лучше дождаться окончательного результата.

Громкий шум из коридора прервал этот неловкий разговор, я испытала облегчение, когда целитель ушёл. Но когда шум усилился, дополнившись чьими-то криками, тоже поспешила на эти звуки.

В приёмной лазарета я увидела жуткую картину. Прямо на полу лежал светловолосый подросток лет четырнадцати-пятнадцати. Он был весь в крови. Кровь толчками вытекала из глубокой рваной раны на животе, а тело содрогалось в судорогах. Дэйра Найрис вместе с Никеем с трудом удерживали его в горизонтальном положении, одновременно пытаясь залечить рану. У двери в стену вжались двое испуганных подростков такого же возраста, судя по испачканной одежде, доставившие раненого в лазарет, и побелевшая как снег Камилия.

- Камилия, помогай, держи его! - крикнул Никей, у которого от напряжения на лбу выступили крупные капли пота.

Девушка попыталась подойти к ним ближе, но сделав несколько шагов, закрыла рот ладонью и со слезами выбежала из помещения, явно давясь рвотными позывами. Я её понимала, саму от такого зрелища начинало мутить.

Заметив меня, заведующая без слов резко кивнула на ноги парня, которые удерживать было сложнее всего. Пришлось перебороть дискомфорт с брезгливостью и поспешить на помощь. Это далось не просто. Я держала раненого подростка за ноги, навалившись на них всем весом, тошнота подступала всё ближе, металлические браслеты больно жгли запястья, в висках стучало, но хуже всего был тяжёлый запах свежей крови.

Когда всё закончилось, и моя помощь больше не требовалась, я на ватных ногах вышла из лазарета. Обессилевшая, прислонилась к стене и глубоко вдыхала свежий воздух, стараясь подавить подступающую панику и поскорее избавиться от тошнотворного запаха крови, в котором я, наконец, узнала недостающую составляющую отвратительного амбре, преследовавшего меня в детских кошмарах, помимо приторного насыщенного аромата иргаля. Кровь и иргаль - вот что это было такое. Совершено нереальное, невозможное для Земли сочетание.

Глава 19

Несмотря на оказанную помощь, парнишка умирал. Это я, вернувшись в лазарет, поняла из обрывков тревожного диалога целителей. Потом Блордрак помчался в приёмную вызывать помощь посредством специального переговорного устройства, связанного напрямую с королевским госпиталем и ближайшими крупными лечебницами, а я, повинуясь порыву, вошла в приоткрытую дверь палаты, где находился раненый адепт. Склонившаяся над ним дэйра Найрис подняла голову, слабо мне улыбнулась и сказала:

- Спасибо за помощь, Леста. Ты молодец, не растерялась. Как себя чувствуешь?

Не скажешь ведь, что отвратно. Мне было страшно, продолжало мутить, а браслеты снова начали ощутимо жечь кожу.

- Всё хорошо, а этот мальчик... кто его так?

- Шэрзорнг поранил, - сокрушённо покачала она головой. - Глупый ребёнок. Это ж надо было додуматься на спор в зверинец пробраться!

Услышав незнакомое слово, я машинально посмотрела на своё помолвочное кольцо с изображение крылатого льва. Судя по скудным крохам информации, доставшимся мне от предшественницы, это и есть Шэрзорнг. Явно весьма опасная зверюга, зачем их здесь вообще держат?

Из приёмной послышались голоса. Наверное, помощь подоспела. Заведующая порывисто поднялась и быстро вышла из палаты, а я подошла ближе к лежащему на высокой белой кушетке подростку. Он был прикрыт до плеч тонкой белой простынёй и почти сливался с ней из-за нереальной бледности. Черты его лица заострились, кожа покрылась испариной, дыхание было редким и хриплым.

Браслеты вдруг раскалились и полыхнули обжигающей болью. Сознание затуманилось. Я расстегнула и резко сбросила металлические обручи с рук, испытав мимолётное облегчение, а потом, поддавшись необъяснимой, неконтролируемой тяге, подошла к пострадавшему почти вплотную, осторожно присела рядом, положила ладони на его грудь и словно куда-то провалилась…

Окружающий мир исчез, и я вдруг снова очутилась на уже знакомом песчаном островке. Только сейчас он был затянут серым полупрозрачным туманом, в котором испуганно металась одинокая фигурка, закутанная в белую простыню. Присмотревшись, я узнала раненого мальчика. Он кружил по островку, бегал от одной двери к другой, словно что-то искал. А я следила за ним взглядом и чувствовала нарастающую тревогу.

Наконец, парнишка замер у одной из дверей, как будто что-то увидел в её проёме и принялся, совсем как я недавно, стучать в невидимую, но непреодолимую преграду. Подойдя ближе, я увидела как в проёме перед ним медленно гаснет и затягивается дымкой подрагивающее изображение палаты лазарета, где этот же мальчик лежал на кушетке, не подавая признаков жизни, а я сидела рядом в каком-то полубессознательном состоянии. Вокруг толпились люди, но их силуэты уже подёрнулись дымкой, и лиц было не разглядеть.

Парнишка продолжал тщетно стучать в невидимую преграду, что-то выкрикивая, но я его не слушала. По мере того, как уменьшался проём, моя тревога сменялась паникой. На интуитивном уровне я чувствовала, что должна, вот просто обязана сейчас что-то сделать, но не понимала, что именно. На автомате подошла ещё ближе и тоже прикоснулась руками к прозрачной стене. Мои ладони провалились пустоту, образовав в завесе небольшое отверстие, а я, кажется, начала понимать что происходит.

Подросток проследил за моими действиями удивлённым затравленным взглядом, в котором вспыхнула искорка надежды, и робко спросил:

- Как ты это сделала? Почему у меня не получается? Я хочу вернуться!

- Попробуй ещё раз, теперь должно получиться, - я попыталась раздвинуть дымку, продолжающую сгущаться. На ощупь она была плотной, вязкой и поддавалась с трудом.

- Давай! Прыгай обратно! - крикнула, когда отверстие стало немного шире, а сил удерживать сопротивляющийся туман почти не осталось.

Блондин несмело протянул руку и, убедившись, что преграда исчезла, решительно просунул в образовавшийся проём голову и плечи.

Испугавшись, что он застрянет, я с силой подтолкнула парнишку вперёд. Он на удивление легко проскользнул внутрь, и проём сразу же стремительно затянулся густой желтоватой дымкой.

Мне стало страшно. Попыталась снова раздвинуть завесу руками, но наткнулась на твёрдое препятствие. Чудесно! Последний путь к отступлению отрезан. Я застряла на каком странном острове, который периодически посещают души умерших или находящихся при смерти людей. Хотелось верить, что душа того парнишки всё-таки воссоединилась с телом. Но со мной-то что происходит? Я ведь точно не умираю, а здесь раньше оказывалась только во сне. И вообще, разве умерших не должны встречать души усопших родственников?

Я внимательно осмотрелась, стараясь не паниковать. Признаться, очень боялась увидеть своих погибших родителей и в тоже время хотела этого. Из-за последовавшей за аварией амнезии, в моей памяти они остались лишь красивыми молодыми лицами на фотографиях. А вот сейчас, когда я зависла между мирами, мне как никогда необходим надёжный якорь, чтобы банально не сойти с ума. Таким якорем могли стать воспоминания о моём детстве рядом с ними, об их любви ко мне. В том, что я была желанным ребёнком, тётя никогда не позволяла усомниться, рассказывая какой счастливой и дружной была наша семья до трагедии, унёсшей жизни мамы и папы.

Закрыла глаза и погрузилась в себя, пытаясь уловить хотя бы отголоски эмоций, чувств, ассоциаций - хоть что-нибудь! Минута. Две. Три. Время будто остановилось, и вдруг глубоко внутри что-то шевельнулось, отозвалось тягучей щемящей нежностью. Нет, я не вспомнила мамино лицо, только смутный образ, тихий ласковый голос, задорный серебристый смех, лёгкое щекочущее прикосновение её волос к моей щеке и невероятное, абсолютное чувство защищённости и любви. И тут я спиной ощутила чьё-то присутствие.

Обернулась с робкой надеждой и разочарованно выдохнула, узнав в появившейся женщине даму с портрета из дома Лесты - её мать Аделу. После того, как парнишка исчез, серый туман растаял, так что я видела её вполне отчётливо и обознаться не могла. Красивая, миниатюрная голубоглазая блондинка несмело шагнула мне навстречу.

- Леста, доченька, ты вернулась! - сказала она дрогнувшим голосом, а в голубых глазах отразилась такая сумасшедшая смесь отчаяния, радости и надежды, что мне стало неловко.

Обманывать эту женщину, пусть и давно умершую, совсем не хотелось. Пришлось признаться. Она-то карателям точно ничего не расскажет.

- Извините, жаль вас разочаровывать, но я не ваша дочь. Не Леста. Так получилось, что в её теле оказалась моя душа. Я не знаю почему.

Объясняться с призраком было очень странно, но женщина выглядела вполне реальной и на неупокоенную душу совсем не походила. Они ведь бестелесные и полупрозрачные, а её практически не отличить от обычного человека. И прикосновение, когда она стремительно приблизилась и мягко дотронулась до моей щеки, было вполне осязаемым, хоть и ощущалось, словно через толстый слой ваты.

- Прости, это моя вина, - с болью в голосе выдохнула она и вдруг порывисто меня обняла, крепко прижала к себе и горячо зашептала: - Я хотела тебя защитить, но случилась беда, и всё пошло не так! А теперь ты, наконец, вернулась, хвала Единому!

Я замерла, пригвождённая к месту, обрушившейся на меня лавиной любви, раскаяния, нежности и… шоком узнавания. В памяти, словно быстро меняющиеся узоры калейдоскопа, хаотично замелькали тусклые, постепенно набирающие цвета воспоминания. Вот она обнимает и укачивает меня, маленькую, на руках. Вот со смехом выпускает из ладоней яркие разноцветные шарики, а я, едва научившаяся ходить, смешно ковыляю, пытаясь их поймать, и пищу от восторга. Вот, прикладывая ладонь к пылающему лбу, смотрит с тревогой и обожанием. И ещё бесконечное множество моментов из забытого детства посыпались на меня разрозненными кусочками пазлов, складываясь в невероятную, невозможную картину.

- Мама?! - это слово сдавило горло, перекрыв его вязким комом и сделав голос хриплым и дрожащим. - Но как, почему?! Ведь мой дом не здесь!

- Я пыталась вас спасти, отправив в безопасное место, - сбивчиво шептала она, уткнувшись мне в шею и не переставая гладить по волосам. - Тебя и другого ребёнка. Не успела завершить ритуал, переместилась только душа, а завеса была открыта… Но ты смогла вернуться. Я так горжусь тобой, родная!

В её почти невесомых объятиях было так тепло и уютно, что не хотелось их покидать даже на мгновение. Но полностью насладиться моментом не давали атакующие вопросы и бьющаяся в истерике логика, которая даже в совершенно нереальной ситуации требовала правдоподобных объяснений.

- Что произошло в ночь, когда ты погибла? Почему я ничего не помню?!

Адела отстранилась и посмотрела на меня с нескрываемым страхом.

- Вот и хорошо! Не пытайся вспомнить! - горячо воскликнула она. - Никогда не пытайся! Обещай мне! Это слишком опасно!

В следующую секунду она вдруг резко побелела и стала прозрачной, утратив плотность, а я едва устояла на ногах, почувствовав сильную слабость.

- Что происходит?!

- Ты теряешь силы, милая, и не можешь меня больше удерживать. Нам пора прощаться.

- Нет! Не надо! Не уходи! - я только только обрела мать и не хотела с ней снова расставаться.

Но Адела бледнела и таяла у меня на глазах, а её улыбка и взгляд продолжали излучать безграничную любовь и нежность. Как же давно на меня так никто не смотрел! В этом моменте хотелось остаться навсегда.

- Мы ещё встретимся, когда ты станешь сильнее! Остерегайся моего отца! - успела сказать она, прежде чем исчезла совсем.

А я, обессилившая, ещё долго сидела на песке, пытаясь осмыслить всё, что только что увидела и услышала. Картина вырисовывалась, мягко говоря, безумная. Допустим, я и девочка с Земли, в самом деле, когда-то поменялись местами, но как же разница в возрасте, ведь Лена старше Лесты?

Хотя время в Алнодоре течёт иначе - месяцы и, соответственно, годы здесь длиннее земных, так что тут всё сходится. Укладывалось в эту безумную версию и то, что, когда я очнулась после аварии, совсем ничего не помнила. Мне тогда фактически заново пришлось учиться жить, благо базовые навыки тело и память сохранили, но целый год школы пришлось пропустить. Да и запах иргаля в моих детских кошмарах, наконец, получил логическое объяснение.

Так неужели я на самом деле Леста?! Эта мысль продолжала казаться очень странной, но отторжения уже не вызывала, а на смену панике пришло спокойствие.

Я больше не боялась остаться здесь навсегда. Чувствовала, что могу вернуться обратно в лазарет в любой момент, вот только не понимала, хочу ли этого? Поднялась, всё ещё ощущая упадок сил, и медленно подошла к двери, за которой однажды увидела тётю Зину. Глухо - пелена густая, стена плотная. Назад дороги нет, а в Ранссар как-то не тянет. Я неохотно побрела обратно и в задумчивости остановилась у «своей» двери. Стоит ли возвращаться туда, где никто не ждёт?

Жёлтый дым вдруг взметнулся, заклубился и стал прозрачным, показав ворота перед школой и человека что-то взволнованно пытавшегося втолковать охране. Слов я не слышала, но сердце болезненно сжалось, и мне стало стыдно. Урнан! Он всё-таки приехал за мной. Как я могла о нём забыть? Получается, у меня здесь есть родной отец! Настоящий, живой, любящий! Он уже потерял жену. Что с ним станет, если умрёт единственная дочь? Я просто не могу его бросить!

Да и мама (это слово даже мысленно далось с трудом) говорила, что мы ещё встретимся, когда стану сильнее. Значит, нужно осваивать проявившиеся способности. Возможно, тогда я научусь открывать все эти двери и смогу навещать тётю хотя бы во сне, а пока пора возвращаться в мир Алнодора. Да, он мне по-прежнему не нравится, но это мой мир, моё место, моя жизнь и в ней давно пора навести хоть какой-то порядок!

***

Едва успела об этом подумать, как жёлтая завеса исчезла, и меня словно соринку пылесосом затянуло внутрь.

Сначала я услышала голоса. Они сливались, звучали нарастающимфоновым гулом, и лишь через некоторое время удалось вычленить из него отдельные фразы, правда, не понимая, кому они принадлежат.

- Время почти вышло… если она не вернётся сейчас…

- Нет! Не прикасайся, пока она в трансе. Опасно… провалишься в междумирье…

- Гледа, сделай что-нибудь!

- Я не могу, Найрис! Почему ты не предупредила, что у тебя тут необученный проводник?!

- Я не знала!

Проводник? Это они обо мне? Значит, все эти двери… Я открыла глаза и поняла, что всё так же полулежу на той самой кушетке, только раненого подростка на ней больше нет. Попыталась поднять голову и осмотреться. От резкого движения потемнело в глазах, и мне не сразу удалось сфокусировать взгляд на людях, собравшихся в палате. Помимо дэйры Найрис, Блордрака и Камилии здесь было несколько незнакомых людей. Они стояли рядом, окружив меня плотным кольцом, и в то же время держались на некотором расстоянии.

Голоса мгновенно смолкли. Все взгляды устремились на меня со смесью страха и надежды. И только высокая рыжеволосая дама в длинном сиреневом платье смотрела с жадным исследовательским интересом, как энтомолог-энтузиаст на редчайший вид бабочки.

- Леста, хвала Единому! - с видимым облегчением всплеснула руками бледная заведующая, стремительно подходя ближе. - Как ты себя чувствуешь?!

- Нормально, - слова давались с большим трудом. Слабость навалилась тяжёлой бетонной плитой. Я не могла ей сопротивляться, и устало опустилась на кушетку. - Только сил совсем нет.

- Магическое истощение, - приблизившись, констатировала рыжая женщина. - Не удивительно после такого рывка - и мальчишку вытащила, и сама вернуться смогла. Сильная девочка, старик Дорган лопнет от досады!

В её голосе прозвучало неприкрытое злорадство. Уставшая, я соображала медленно и не поняла, что имелось в виду, только краем глаза увидела как, обиженно поджав губы, из палаты выскочила раскрасневшаяся Камилия.

- Что с мальчиком? - Это сейчас было важнее, на остальное не осталось сил.

- Идёт на поправку. Ты помогла ему, помнишь как? - спросила рыжая незнакомка. Наверное, та самая знакомая заведующей из королевской академии.

- Там был остров… и двери… много дверей… - глаза слипались, мысли двигались вяло, тяжело и начинали путаться.

- Остров, значит? Интересно. Каждый проводник видит междумирье по-своему…

Голоса звучали глуше, глаза слипались, я пыталась ухватиться за какую-то важную мысль, но она ускользала. С большим трудом мне удалось вспомнить главное и выдавить:

- Отец. Я хочу увидеть своего отца!

В следующую секунду сознание затуманилось окончательно. Уже засыпая, я услышала довольный голос незнакомки:

- Нужно переложить её в постель. Теперь это не опасно. Просто истощение. Ох, как же я хочу увидеть лицо Доргана, когда он поймёт, какую ошибку совершил!

Глава 20

Я проснулась от прикосновения. Кто-то гладил мою ладонь. Так ласково это мог делать только один человек. Губы невольно расплылись в улыбке, ещё до того, как я открыла глаза.

Конечно, это был Урнан. Сидел на краешке кровати, держал за руку и смотрел с такой тревогой и тоской, что стало неловко за тот миг слабости, когда я не хотела сюда возвращаться.

- Папа! - Я попыталась сесть, чтобы стать к нему ближе, но слабость - последствие магического истощения, всё ещё давала о себе знать, и тело начало неуклюже заваливаться назад.

Урнан подхватил меня и порывисто прижал к себе, уткнувшись лицом в волосы и повторяя моё имя. В его объятиях было тепло и надёжно. Впервые с момента пробуждения на Алнодоре я почувствовала, что вернулась домой. К горлу подкатил ком, на глаза навернулись слёзы, однако на душе было легко и светло от осознания, что вынужденное одиночество закончилось. Теперь у меня здесь есть родной человек. Осознавать себя Лестой всё ещё было странно и некомфортно, но я начинала привыкать к этой мысли.

- Спасибо, что приехал, - я отстранилась, почувствовав головокружение.

Отец, поцеловав в лоб, бережно опустил меня на подушку и со вздохом сказал:

- Прости, что не смог сразу. Пришлось отплыть по срочным делам, сообщение получил только когда вернулся. Сразу примчался, а тут столько всего произошло, и ты… больше суток была без сознания. - Его голос дрогнул, глаза снова наполнились тревогой. - И выглядишь плохо - бледная, лицо осунулось.

- Ничего, мне гораздо лучше. А ты… уже знаешь?

Урнан улыбнулся удивлённо и радостно.

- Что ты проводник? Да. Это очень неожиданно, но целительница всё объяснила. И ты уже даже успела кого-то спасти! Я горжусь тобой, родная, вот только забрать домой теперь не смогу, - закончил он, помрачнев.

- Я не собиралась домой, просто хотела перевестись в школу попроще. Здесь слишком много…снобов. Мы ведь сможем такую найти?

Отец погладил меня по щеке и снова грустно вздохнул, что не предвещало положительного ответа.

- К сожалению, в школах попроще подобному не обучают. Проводников готовят только в королевской академии и в местной. Боюсь, тебе придётся выбрать одну из них.

Вот так новости! Я, конечно, хотела изменить свою жизнь, но такого крутого поворота не ожидала. Сомневаюсь, что в любой из этих академий меня примут мягче, чем в школе, а менять один серпентарий на другой без веских причин как-то не хотелось.

- Эм… а вариантов с домашним обучением совсем нет?

- Увы, - отец виновато развёл руками. - До тех пор, пока не научишься контролировать способности, домой тебя не отпустят, к сожалению. Это опасно - ты можешь однажды навсегда остаться в междумирье или случайно туда кого-нибудь увести.

Последний аргумент показался самым убедительным, настала моя очередь вздыхать.

- Значит, от снобов избавиться не удастся. И что же мне выбрать? В королевской академии простолюдинов, если я правильно понимаю, нет вообще? - Само название этого как-то не предполагало.

- Практически нет, - не стал отпираться отец. - При прежнем короле у простых людей был шанс добиться чего-то своим талантом, сейчас же предпочтение отдаётся только высокородным. Но проводников в академию берут охотно - это ценный дар.

То есть там не просто серпентарий, а с отборными королевскими кобрами. Представляю, как «тепло» они меня встретят!

- Тогда я, пожалуй, останусь здесь.

Тут у меня хоть какие-то знакомые имеются. Та же дэйра Найрис если что, поможет и поддержит, а там придётся начинать всё с нуля в абсолютно враждебной среде.

Отец нахмурился и устало потёр переносицу.

- Но в местной академии твоим деканом будет эйр Дорган.

Упс, как же я о нём забыла! В памяти всплыл суровый вид седовласого родственника, его брезгливый взгляд, презрительно брошенное мне в след: «Дурная кровь» и предостережение Аделы. Пренеприятнейший тип, но что плохого он может мне сделать?

- Я видела маму, когда была в трансе. Она сказала, его нужно остерегаться, - призналась, не зная, что и думать. О перемене душ решила пока умолчать - хватит с Урнана потрясений, да я и сама до конца ещё всё не осознала.

Отец, похоже, ничуть не удивился, только встревожился ещё больше.

- Вот видишь, значит, Доргана тебе нужно избегать, - уверенно резюмировал он.

- Почему? Как он может мне навредить в академии?

- Не знаю, но твоя мама всегда его опасалась. Сам я видел его лишь однажды - на ритуальной проверке в день твоего семилетия. Очень неприятный человек.

- Проверке чего?

- Магических способностей. Если у ребёнка до семи лет не проявился дар, проводят специальный ритуал, чтобы его выявить.

- Так он пришёл убедиться, что я зикфа, а после этого отрёкся?

Потребительское отношение Доргана к родственникам вызывало стойкую неприязнь. Смогу ли я учиться под его руководством? Хватит ли терпения не перечить и не язвить своему деду и декану? Не уверена.

- Думаешь, он попытается мне навредить? - уточнила недоверчиво. До сих пор ведь не трогал, только «дурной кровью» обзывал.

- Навредить? Нет, это не в его интересах, - продолжая хмуриться, возразил Урнан. - Я боюсь, что он попытается вернуть тебя в род. Даром проводника не разбрасываются, а Дорган из тех, кто свою выгоду ни в чём не упустит.

- Что?! Вернуть в род? - От шока и возмущения я резко села, и если бы отец не поддержал, упала бы от сильного головокружения. - Разве такое возможно?!

- Тише, - Урнан снова обнял и успокаивающе погладил по волосам. - Было бы возможно, если бы не помолвка с Никеем. Род Блордраков более сильный и древний по сравнению с Дорганами, так что он ничего не добьётся. Кажется, я начинаю понимать, почему твоя мама так настаивала на подобной помолвке.

Воистину сегодня день открытий! Я потёрла начавшие наливаться тяжестью виски и осторожно уточнила:

- Как это? Мне же было всего четыре, когда её не стало.

- Дар у Аделы был слабый. Иногда во сне она видела события из будущего, однако не всегда могла их расшифровать. Но свою смерть она предчувствовала и заставила пообещать, что я как можно раньше устрою для тебя магическую помолвку с условием вхождения в род, который по положению будет выше её собственного. - Неохотно признался Уран. Похоже, воспоминания о смерти жены ему до сих пор давались непросто. - Сама понимаешь, это обещание было практически невыполнимым.

- Понимаю, безродная зикфа эйрам и дэйрам даром не нужна.

Отец болезненно поморщился, устало кивнул и продолжил:

- Я почти потерял надежду, а потом на каком-то городском празднике ты увидела Блордрака, и упросила меня договориться о поступлении в эту школу, чтобы быть ближе к нему. Я навёл справки, узнал о сложном финансовом положении его семьи...

- И сделал предложение, от которого он не смог отказаться, - подытожила я со вздохом. Вот, значит, как это было. Всё страньше и страньше, всё любопытсвеннее и любопытсвеннее, как говорила попавшая в страну чудес Алиса. Я даже чувствовала себя примерно так же. - Но почему именно магическая помолвка?

- Только так можно стать полноправным членом рода до свадебного обряда. И потом это гарантия, что жених не откажется от своих обязательств.

А ничего, что у невесты не будет шанса встретить кого-нибудь более достойного? Но жаловаться не буду - отец хотел как лучше, а сейчас есть проблемы поважнее.

- Я всё ещё не понимаю, чем для меня опасен Дорган? Почему мама его боялась?

Отец с виноватым видом покачал головой.

- Тему её семьи мы не обсуждали. Для Аделы это было слишком болезненно. К тому же я в то время был полностью погружён в работу, дома появлялся редко. Так старался обеспечить вам комфорт и роскошь, которых вы были лишены из-за моего происхождения, что ничего другого не замечал. Меня даже рядом не было, когда...

Он осёкся и замолчал, с горечью глядя куда-то поверх моей головы полным сожаления взглядом.

- Ты ни в чём не виноват, - теперь уже я утешала его, успокаивающе поглаживая по руке. - Откуда ты мог знать, что случится, если даже мама этого не предвидела.

- А она тебе ничего больше не сказала? - спросил он тихо и как-то надломлено, заставив сердце сжаться от сочувствия. Несмотря ни на что, Уран всё ещё тосковал по погибшей жене.

- Нет. Извини, я не могла её долго удерживать, силы закончились...

Отец встрепенулся, словно вынырнул из дремоты, поцеловал мою руку и горячо зачастил:

- Да, конечно, прости. Ты сама едва не погибла. Какое счастье, что у тебя хватило сил ко мне вернуться!

Ах, если бы он знал, насколько близок к истине! Я растроганно улыбнулась ему и заверила:

- Хватило, вернулась и постараюсь быстрее всему научиться, чтобы больше тебя так не пугать.

- Значит, решила насчёт местной академии?

- Да. У меня тут уже есть хорошие знакомые, а Доргана я не боюсь. Ты же сам сказал, он ничего мне не сделает. - О предупреждении, конечно, тоже забывать не стоит. Буду на чеку и не позволю старому интригану испортить мне жизнь.

Отец только головой покачал и, тепло улыбнувшись, сказал:

- Ты изменилась, дочка, стала увереннее, взрослее, а я и не заметил, как ты выросла. Буду навещать тебя каждые выходные. А пока схожу в ректорат академии, узнаю, что требуется для перевода и попрошу Никея лучше присматривать за тобой.

Я с трудом удержалась от колкого замечания в адрес Блордрака. Если отец и раньше его об этом просил, то плевать хотел светлейший дэйр на его слова с высокой колокольни. Ничего, с женихом сама как-нибудь разберусь, я теперь не бесправная зикфа и могу выдвигать собственные требования.

***

Следующие два дня мне пришлось провести в постели - заведующая настояла, несмотря на то, что к вечеру слабость почти отступила. Металлические браслеты, только теперь уже другие - более замысловатые, вернулись на запястья, а ко мне наведалась знакомая дэйры Найрис - эйра Гледа Лирен из королевской академии. Она принесла пару книг и показала несколько, на первый взгляд, простых упражнений на очищение сознания и концентрацию внимания. Их полагалось делать утром и вечером ежедневно, чтобы впоследствии было проще контролировать перемещения в междумирье и при необходимости быстро обрывать эту связь.

Узнав, что я выбрала местную академию, женщина не расстроилась, заверив, что я в любом случае попаду к ней на практику, поскольку преподавательскую деятельность она совмещает с работой в королевском госпитале.

Камилия и Зиэлда в лазарете не появлялись. Блордрак вёл себя странно: держался подчёркнуто вежливо, но отстранённо и, кажется, был выбит из колеи не меньше моего. Что ж, по крайней мере, как на презренную пылинку он на меня больше не смотрел, да и как товар не оценивал, лишь периодически бросал в мою сторону задумчивые взгляды, не пытаясь заговорить. Ну а я не пыталась выяснить, что у него на уме, потому что имелись тревоги посерьёзнее.

После разговора с отцом я постоянно ждала встречи с главой рода Дорган. И вот на третий день, когда мне разрешили вставать и передвигаться, заведующая неохотно сообщила о визите декана факультета менталистики.

- Он уже приходил вчера, я сказала, что тебе ещё нездоровится. Сегодня снова явился, как он выразился, пообщаться с будущей адепткой, -проворчала дэйра Найрис, явно не питающая к моему деду добрых чувств. Даже интересно, какая кошка между ними пробежала? - Если не хочешь, я его не пущу.

- Спасибо, не нужно. Пусть войдёт. Я не могу прятаться от него вечно, да и не собираюсь.

Мысленно порадовавшись, что успела привести себя в порядок, переодеться и даже вымыть голову, я поправила платье и приготовилась к малоприятной встрече.

- Может, лучше подождать до завтра, когда будет смена твоего жениха? Он вправе присутствовать при вашей беседе.

Совет был дельным, но нервирующее ожидание изматывало, хотелось скорее положить ему конец. К тому же мне было любопытно, что такого важного хочет сказать бывший родственник и подтвердится ли предположение Урнана, казавшееся безумным.

Глава 21

Эйр Дорган выглядел точно так же, как при нашей с ним последней встрече: чёрный, наглухо застёгнутый костюм, седые, гладко зачёсанные назад волосы до плеч, неприступный вид и холодный взгляд серых глаз. Было заметно, что он старался его смягчить, но получалось неубедительно.

Неспешно вошёл, осмотрелся, нашёл взглядом стул, пододвинул его ближе к моей кровати и сел, сохраняя величественную осанку.

Я молча наблюдала за ним, не торопясь здороваться и вступать в беседу первой. Страшно не было, но незваного посетителя, казалось, окружала мрачная и гнетущая аура, отчего в небольшой палате стало очень некомфортно.

Он тоже помолчал некоторое время, видимо, стараясь сильнее впечатлить, а потом начал разговор с главного, без долгих лирических отступлений:

- Добрый день, Лестэлла, тебе ведь известно, что ты моя внучка?

Вот значит как? Я уже не дурная кровь, а родная внучка?

- Эм… была раньше, но потом вы от меня отреклись, - напомнила спокойно. И пусть не думает, что для меня это невосполнимая потеря.

Мужчина снизошёл до скупой улыбки, показавшейся мне натянутой и неестественной, и лаконично заявил:

- Был не прав, хочу исправить эту ошибку.

Вот так просто. Без предисловий и оправданий. Поразительная самоуверенность!

- В каком смысле? - уточнила осторожно. Вдруг я его всё-таки не так поняла.

Дорган смерил меня испытывающим взглядом, словно ждал определённой реакции и, помедлив, всё с той же искусственной улыбкой сказал:

- Я хочу, чтобы ты снова стала полноправным членом рода Дорган - одного из древнейших родов Рансаара.

Это прозвучало торжественно и… дико. Я думала, что готова к подобному разговору, но от такой незамутнённой наглости вдруг совершенно растерялась. Просто в голове не укладывалось, как можно выкинуть ребёнка из семьи, годами его игнорировать, презирать, обзывать за глаза, а потом, когда выяснилось, что он небесполезен, явиться и как ни в чём не бывало вернуть обратно. Да ещё с таким видом, словно великую честь мне оказывает!

Впрочем, сам он, наверное, в этом не сомневается. Так и ощупывает взглядом лицо, вероятно, в поисках признаков счастья и восторга. Что ж, искать придётся долго, учитывая, что меня переполняли совершенно противоположные чувства.

- Эм… и зачем мне это нужно? - спросила, с трудом сдерживаясь, чтобы не высказать всё это ему в лицо.

Кажется, я всё же не смогу у него учиться. Интересно, из академии могут исключить за грубость декану?

Такого ответа дедуля явно не ожидал. Он помрачнел и медленно, словно пытаясь что-то втолковать маленькому несмышленому ребёнку, объяснил:

- Затем, что ты больше не будешь безродной простолюдинкой и займёшь достойное положение в обществе.

Он даже не пытался извиниться и выразить сожаление, сочувствие, а просто снисходил как король до презренной подданной. Стало обидно и противно. Какие же все эти высокородные эйры и дэйры - павлины!

- Меня вполне устраивает моё место, - отчеканила сухо. - К тому же я связана магической помолвкой с Никеем Блордраком и уже являюсь членом его рода.

Мой собеседник недовольно скривился и прежним тоном продолжил гнуть свою линию:

- Его отец запятнал свою честь в глазах короля. Для тебя это не самая выгодная партия. К тому же ему нужно только состояние твоего торговца-отца.

Фразу про отца он процедил с нескрываемым презрением, и это стало последней каплей.

- А вам нужен только мой дар, так чем вы лучше?! - возмутилась я, уже не скрывая своих чувств. - Что касается моего торговца-отца, то он достойнее вас обоих вместе взятых! Он не бросил меня, узнав, что я зикфа, а продолжал любить и заботиться. Ему всё равно, есть у меня способности или нет, а мне нет никакого дела до титулов и положения в обществе, так что в вашем предложении я не заинтересована!

Против ожиданий Дорган не рассердился и не прибил меня на месте. Лишь недовольно поджал губы и сдержанно заметил:

- Ты похожа на свою мать больше, чем мне казалось. Что ж, время есть. Подумай, прежде чем отказываться окончательно. С Блордраком ты всегда будешь лишь средством, марионеткой, а став одной из Дорганов, получишь независимость и сможешь ещё больше прославить наш род.

Заманчивое предложение. Было бы. Если бы я лично не слышала от негов свой адрес «дурная кровь» и забыла о предупреждении матери. Находиться с родственником в одной комнате становилось всё тягостнее, и я поспешила завершить неприятную беседу.

- Какой смысл в этом разговоре, если магическую помолвку нельзя расторгнуть? Да и Блордрак на это никогда не согласится.

- Главное, чтобы ты согласилась. Расторжение должно произойти по нашей инициативе - тогда твоя репутация не пострадает. Способ я найду. - Улыбка Доргана, сопровождающая эти слова, была зловещей. - А Блордрака интересует только твоё приданое, так что я легко уговорю его, компенсировав эту потерю в двойном размере.

Последнее заявление встревожило. Что если Никей согласится? Ради денег он готов на многое, если не на всё. Помолвка с безродной, но состоятельной зикфой - лучшее тому доказательство. Мне нужно срочно с ним поговорить!

Не дождавшись ответа, Дорган поднялся и сказал:

- Хорошенько обдумай моё предложение. Твоё обучение начнётся со следующей недели, так что видеться мы будем часто.

- Тогда, возможно, мне стоит поступить в королевскую академию, - огрызнулась, не скрывая, что перспектива частых встреч с ним, мягко говоря, не радует.

- Что ж, могу посодействовать, у меня там много хороших знакомых, - хищно осклабился Дорган и вышел, не попрощавшись.

Отлично, кажется, мне только что дали понять, что я в осаде и бежать некуда.

***

Дэйру Найрис я нашла в приёмной, заполняющей документацию. В этом плане отличие магической медицины от российской было минимальным - бумагам внимание уделялось едва ли не больше, чем пациенту.

Заметив меня, она отвлеклась от своего занятия, и спросила:

- Чего он хотел?

- Вернуть меня в род! - В короткий ответ я вложила всё своё возмущение и недовольство лицемерием родственника.

Заведующая нахмурилась.

- Этого следовало ожидать. Ты… согласилась? - в её тихом голосе отчётливо прозвучала тревога.

- Нет, конечно! Я ему не верю и не понимаю, зачем вообще ему понадобилась, если у рода Дорган уже есть Камилия с таким же даром?

Нет, правда, чем мои способности так ценны, что ради них эйр Дорган переступил через свою гордость? Уверена, ему было очень непросто прийти ко мне с подобным предложением.

Дэйра Найрис со вздохом отложила бумаги в сторону и кивнула на соседний стул, приглашая сесть. Я так и сделала, поняв, что разговор предстоит непростой.

- Только проводник способен освободить душу из междумирья в первые минуты её перемещения и вернуть человека к жизни.

- Это я понимаю и всё же...

- Нет, ты ещё пока не понимаешь, какие перспективы и возможности открывает твой дар. Благодаря способностям твой бабушки, Абигус Дорган стал один из самых влиятельных людей королевства.

- Каким образом?

- Она спасла жизни детей и членов семей многих высокородных династий, в итоге они оказались в долгу перед главой рода, который этим умело пользовался.

В последней фразе была какая-то возмутительная нестыковка.

- Почему в долгу перед ним, если спасала она?

Заведующая грустно улыбнулась.

- Решающее слово всегда остаётся за главой рода, а Абигус к тому же очень искусный манипулятор.

- Это... нечестно! - Средневековые нравы какие-то! Копилка минусов проживания в Рансааре пополнилась.

- Согласна. Поэтому, оставшись вдовой в двадцать семь лет, я больше не вышла замуж, - понимающе кивнула женщина, глядя на меня с неприкрытым сочувствием. - Но тебе стоит держаться за помолвку с Никеем. Если Дорган добьётся своего, он сделает из тебя вторую Альсанду. Заставит работать на износ во благо рода. Не удивлюсь, если именно поэтому она умерла так рано - просто сгорела от повышенных нагрузок, ведь столь сильной магией нельзя злоупотреблять. Что касается Камилии, насколько я могу судить, её дар слаб и неразвит. Ей никогда не достичь твоего уровня.

Поток обрушившейся информации, мягко говоря, не обрадовал и заставил задуматься. Значит, старый Дорган ищет новый источник власти над влиятельными родами королевства и просто так не отступится.

- Что же мне делать? Подскажите, - этой женщине я почему-то доверяла. Не так безоговорочно как Урнану, но больше, чем остальным своим местным знакомым.

- Не уступай. Без твоего согласия у него связаны руки и постарайся наладить отношения с Никеем. Я вижу, что у вас не всё гладко...

Какое деликатное преуменьшение проблемы.

- Да у нас всё… сложно. - Глупый статус из социальных сетей сейчас весьма точно описывал наши странные отношения.

- И всё же в отличие от Доргана до него ещё можно достучаться, - сказала заведующая, ободряюще прикоснувшись к моей ладони.

Я тяжело вздохнула, не решаясь поделиться сомнениями относительно её правоты. Вряд ли на Блордрака можно рассчитывать. Хорошо уже то, что без моего согласия «дедуля» ничего не добьётся. Теперь, главное, что бы он не сговорился с женихом за моей спиной.

- Как раз хотела с ним поговорить. Он сейчас в общежитии?

- Нет, скорее всего, в родовом замке. Выйдет сегодня в ночную смену.

Эх, долго ждать. Уже возле двери я вспомнила ещё одну важную деталь, вызвавшую удивление.

- Можно ещё вопрос? Дорган сказал, что найдёт способ расторгнуть магическую помолвку, что это значит?

Взгляд заведующей посуровел, от неё словно повеяло холодом.

- Это значит, что он выберет «жертву» из кровных родственников, - неохотно ответила она после недолгой паузы. - Кого-нибудь слабого и бесталанного, кем не жалко пожертвовать, и заставит принять откат от разрыва помолвки на себя. После такого можно не выжить или лишиться дара, но Абигуса подобные мелочи никогда не смущали.

Я судорожно сглотнула, представив себе эту картину почему-то с Мартионом в качестве «жертвы». И без того не собиралась связываться с дедом, а теперь уж точно ни за что не соглашусь.

***

Самым сложным и важным из рекомендованных мне упражнений была концентрация внимания на магической свече. Этот зачарованный специальным образом атрибут загорался самопроизвольно, едва устанавливался на твёрдую поверхность. Но огонь горел лишь, пока я была в состоянии сосредоточиться на тонком язычке пламени, посылая ему мысленный приказ не угасать.

Для этого требовалось усмирить хаос в голове и перестать думать о чём-либо другом, полностью сконцентрировавшись на свече. Отключить все мысли кроме одной, особенно после тревожного визита Доргана, оказалось нереально трудно. Неудивительно, что моя свеча ещё ни разу не прогорела дольше десяти секунд. Но я продолжала упорно тренироваться, не жалея сил. Почему-то казалось, что чем быстрее освою всё, что должна, тем меньше будет надо мной власти у людей вроде Доргана.

Глава 22

За этими попытками меня и застал Блордрак. Поглощённая своим занятием, я его не сразу заметила и очнулась только от громкого щелчка пальцев, погасившего крохотное пламя.

- Ты что вытворяешь? Мало было магического истощения, решила теперь так себя уморить?! - возмутился он, забрав свечу.

- Я просто занималась, как рекомендовали. - Утёрла пот со лба и действительно почувствовала незаметно подкравшуюся слабость.

Наверное, всё дело в браслетах. Они перекрывали мне доступ к магии, оставляя лишь необходимый для занятий минимум, а на долгие тренировки его не хватало.

- Уверен, в рекомендациях речь шла о минутах, а не о часах, - заявил целитель, скрестив на груди руки.

Его поза казалась непринуждённой, но взгляд был напряжённым, как у человека, ожидающего неприятного известия. Наверное, я выглядела примерно так же.

- Я просто хотела быстрее освоить упражнение, - ответила, малодушно оттягивая начало неприятного разговора.

- И как успехи? - Блордрак тоже не торопился отходить от нейтральной темы. Что бы это значило?

- Пятнадцать секунд.

- Всего лишь? У тебя в голове настоящий бардак.

- Это после сегодняшней встречи с Дорганом. Никак не могу сосредоточиться, - ну вот решилась. Начало положено.

Никей едва заметно нахмурился, но ни о чём не спросил, как будто уже знал о его визите. А если и вправду знал, значит…

- С тобой он тоже виделся. - Это прозвучало как утверждение, хотя я просто предположила.

Блордрак медленно кивнул, не торопясь вдаваться в подробности. Повисла неловкая пауза. Вот ведь старый интриган! Преподнёс всё так, что без моего согласия действовать не начнёт, а сам за моей спиной уже начал решительно двигаться к цели!

- Что он тебе пообещал? - Мне стоило больших усилий заставить голос звучать естественно, но сердце от избытка адреналина трепыхалось брошенной в клетку птицей. Если они успели договориться и начнут давить на меня вдвоём, я не выдержу.

- Много чего, - неопределённо ответил целитель и раздражённо повёл плечом, - а тебе?

- Эм… независимость и возможность прославить род Дорган.

Блин, это даже звучит по-идиотски. Неужели он вправду рассчитывал, что я поведусь и буду счастлива воссоединению с «любящим» дедушкой?

- Заманчивое предложение, - неопределённо хмыкнул Блордрак, заставляя нервничать от неизвестности. - И что ты решила?

Вопрос прозвучал нарочито небрежно. Я постаралась ответить тем же тоном, но голос так и норовил дрогнуть:

- А ты? Тебе Дорган собирался сделать ещё более заманчивое предложение. Кажется, он говорил что-то о двойной компенсации.

- Его щедрость не знает границ, - сухо отозвался Никей, озадачив такой реакцией.

Вот что за человек - ничего не может объяснить, не паясничая! Впрочем, и мне спрашивать напрямую об интересующем факте было непросто.

- Значит, согласившись на его условия, ты ничего не потеряешь, а невесту с даром найти несложно, - это были скорее мысли вслух. Грустные мысли. Связывать жизнь с Блордраком не хотелось, но с ним у меня была хотя бы годовая отсрочка, а от Доргана вообще неизвестно когда и чего ожидать.

- Зачем искать? Мне предложили всё сразу, так сказать, в комплекте - и невесту тоже! - заявил Блордрак и нервно прошёлся из угла в угол, сбросив, наконец, маску невозмутимости.

Вот это дедуля даёт! Я его недооценила.

- И кто же эта несчаст... в смысле счастливица?

- Угадай, - поморщился он, останавливаясь у окна. - Кто настолько от него зависим, что ни в чём не сможет отказать?

По словам дэйры Нарис, многие, хотя если речь идёт о помолвке... неужели...

- Камилия?!

Целитель промолчал, но так выразительно, что сомнений не осталось. В этот момент мне даже стало немного жаль противную блондинку, по воле судьбы оказавшуюся моей двоюродной сестрой. Значит, для меня сын предателя теперь невыгодная партия, а для неё - в самый раз? Дорган так хочет получить проводника, что готов, не задумываясь, обменять одну внучку на другую? Неужели жажда власти сильнее родственных чувств? Или он в принципе на них не способен?

Но предложение, действительно, более чем щедрое, учитывая, что от Блордрака требуется лишь согласие отпустить меня в другой род, не чинить препятствий и не раздувать скандал.

- Вы с ней друг другу подходите, - резюмировала, мысленно приготовившись к худшему. - Почему же ты до сих пор не убеждаешь меня сделать так, как хочет Дорган?

- А почему ты этого не делаешь, если больше не хочешь за меня замуж, как уверяла? - ответил он вопросом на вопрос.

Несколько секунд мы молча мерились взглядами. Напряжение нарастало, я ощущала его физически. Это изматывало посильнее любых упражнений.

- Потому что он все эти годы знать меня не хотел. Презирал, не заговаривал, не вспоминал, а теперь вдруг решил оказать великую честь. Ненавижу лицемеров! - объяснила, устало присаживаясь на угол кровати. Не знаю, как, по мнению заведующей, я должна достучаться до жениха, но притворяться и льстить ему не было ни сил, ни желания. - Ты мне тоже не нравишься, но до свадьбы целый год, и это меня устраивает. Или... ты ведь не собираешься ускорить процесс?

Эта мысль, пришедшая внезапно, испугала. Я только сейчас сообразила, что у Блордрака в отношении моих способностей могут быть точно такие же намерения, и он захочет оставить меня в роду, побыстрее превратив помолвку в законный брак.

Никей, совсем неаристократично оседлав стул, уселся напротив и терпеливо объяснил:

- Свадьба невозможна, пока ты не научишься контролировать свои перемещения в междумирье, а на это могут уйти месяцы.

Отличная новость! Я ведь могу и за год не управиться.

- Так ты согласился или отказался? - спросила напрямую, не выдержав этих витиеватых недомолвок.

Собеседник усмехнулся, словно специально испытывая моё терпение, и спросил:

- Какая разница, если решающее слово за тобой?

Нет, он точно издевается!

- Большая. Против вас двоих мне не выстоять, - до чего же неприятно признавать свою слабость, но ведь он и сам это прекрасно понимает.

Никей устало помассировал виски и начал издалека:

- Ты в курсе, что твоего деда называют чёрным тайгаром - самой ядовитой змеёй Алнодора? Иметь такого человека врагом - плохо, но быть его близким родственником намного хуже. Он не щадит никого и уже сейчас пытается на меня давить. Да и от проводника отказываться глупо. Так что выбор очевиден.

Что ж, в кои-то веки его меркантильность сыграла мне на руку. Но не успела я в полной мере испытать облегчение, как Блордрак будничным тоном добавил:

- И потом, по условиям договора, заключённого при помолвке с твоим отцом, я не могу тебе навредить. Сама магия не позволит. Так что с моей стороны заговоров можешь не опасаться. Это, скорее, мне стоит беспокоиться.

Его слова настолько расходились с действительностью, что я не удержалась от негодования:

- В смысле, не можешь мне навредить? Да ты только этим и занимаешься!

Блордрак совершенно искренне удивился, рассердив ещё больше, и осторожно возразил:

- Я ничего тебе не сделал.

- Вот именно! Ты ничего не сделал, когда надо мной издевались в школе, да ещё сам постоянно унижал! Разве это не вред?

- Позволь напомнить, я предлагал тебе перевестись, - сухо отчеканил целитель. - Но ты уверяла, что в этом нет необходимости, и сама уговаривала меня ускорить свадьбу. Почему-то тогда тебя всё устраивало!

И снова этот неловкий момент, когда приходится краснеть за чужие поступки, как за собственные. Эх, Леста, в смысле Лена, о чём ты вообще думала и на что позарилась?!

- Кхм… давай будем считать, что вместе со способностями у меня были заблокированы мозги. Теперь меня такое положение не устраивает. Не важно, нравится тебе наша помолвка или нет, раз ты принял её условия, должен нести ответственность.

Никей нахмурился, но возражать не стал и после недолгой паузы, сдержанно уточнил:

- Чего именно ты хочешь?

Даже сидя, он был выше и смотрел на меня сверху вниз. Я поднялась, чтобы исправить это и почувствовать себя увереннее.

- Нормального отношения. Раз уж мы в одной связке, то должны сотрудничать. И запомни раз и навсегда: я не виновата ни в том, что случилось с нашими родителями, ни в том, что ты не можешь стать карателем, как хотел.

- Я такого не говорил! - снова непонимающе возмутился целитель и тоже встал.

А я вспомнила его странную реакцию на мой безобидный вопрос о выборе профессии. Она была достаточно красноречива!

- Каждый раз, когда об этом заходит речь, ты смотришь так, словно именно я причина всех бед твоей семьи! А мне тогда было всего четыре года. Я сама чудом выжила, понимаешь? Или, может, ты и в этом меня винишь?! - Эмоции взяли верх, во мне заговорила обида, и эти слова прозвучали, наверное, излишне горячо.

Никей, не ожидавший подобного натиска, заметно растерялся и попытался возразить:

- Я никогда так не... - видимо, что-то в моём взгляде заставило его осечься и, подняв руки в знак прекращения споров, он примирительно сказал: - Ладно, хорошо, пусть будет сотрудничество!

Немного успокоившись, я снова села, потому что слабость давала о себе знать.

- Если мы оба будем против, Дорган ведь ничего не добьётся?

Он, конечно, может и соврать, но мне просто необходимо сейчас услышать утвердительный ответ. Однако Никей не торопился меня обнадёживать.

- Пока ты не научишься контролю и не сможешь практиковать без ограничений, ему нет смысла переходить к решительным действиям. Дорган будет действовать иначе: приложит все усилия, чтобы очаровать тебя и показать преимущества его покровительства, - сказал он после паузы, глядя в сторону. - Так что, возможно, ты сама передумаешь и не захочешь сопротивляться.

Возразить я не успела.

- Никей, ты где? - раздался из приёмной звонкий голос Камилии.

- А ей-то что здесь нужно? - закатил глаза целитель.

Через секунду блондинка заглянула в палату.

- Могу помочь и остаться сегодня на ночное дежурство, - жизнерадостно заявила она, солнечно улыбаясь Блордраку и показательно игнорируя меня.

- В этом нет необходимости - лазарет пуст. У нас сейчас только одна пациентка, - ледяным тоном отчеканил целитель, кивнув в мою сторону.

На Камилию его холодность не произвела никакого впечатления, она скользнула по мне неприязненным взглядом и, передёрнув плечами, прежним тоном прощебетала:

- Тогда приходи пить чай, я принесла чудесный фруктовый пирог.

Она ушла, и вскоре из приёмной послышалось позвякивание чашек и блюдец, а я с трудом сдержала нервный смешок.

- Похоже, очаровывать будут не только меня. Сам-то уверен, что устоишь?

Сдаётся мне, дедуля решил начать наступление по всем фронтам. Интересно, каковы его ближайшие планы на мой счёт и как меня встретят в академии?

Глава 23

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Дорган не появлялся и никого ко мне не подсылал, если не считать заскочившего на пару минут Мартиона. Но тот уверял, что действует по собственной инициативе и просто пришёл справиться о моём самочувствии.

Уж не знаю, что сказал Никей Камилии, но её я в лазарете тоже больше не видела, а сам он на этот счёт распространяться не стал. Не скажу, что наши отношения резко улучшились, но общаться стало проще. Этому способствовало и то, что из его взгляда, наконец, исчезли снисхождение и высокомерие. Теперь мы были на равных. Да, я по-прежнему не питала иллюзий насчёт жениха, а он не особо доверял мне, но для начала и это было неплохо.

Утром я старалась встать как можно раньше, чтобы пока никто не видит и не отвлекает, сделать комплекс упражнений, ставший уже обязательным. А после завтрака переходила к ментальным тренировкам, и ближе к выписке моя свеча горела уже больше минуты. Пища в лазарете была в основном диетической, безвкусной, я начала к ней привыкать и на сладости уже почти не тянуло. В итоге хомячьи щёки практически «сдулись» вместе с одним из лишних подбородков, а в фигуре обозначился намёк на талию.

К концу моего пребывания в лазарете к работе вернулась Зиэлда. Она заметно осунулась, и выглядела непривычно потерянной. От навестившей меня на днях Талмы я знала, что на время расследования директрису отстранили от занимаемой должности, но убийцу Мириэлы пока так и не нашли, хотя опросили всех адептов и преподавателей школы.

При встрече целительница тепло обняла меня и, дождавшись, когда в палате мы останемся одни, поспешила в подробностях расспросить о моих встречах с её племянницей. Увы, ничего обнадёживающего поведать бедной женщине я не смогла.

- Мне жаль, но я тогда не понимала, что происходит и не знала о чём её спрашивать, - развела руками, завершив короткий, сбивчивый рассказ.

- Это вряд ли бы помогло, - горько вздохнула Зиэлда. - Исследование останков показало, что мою бедную девочку ударили по голове сзади. Она, скорее всего, даже не видела того, кто это сделал.

Снова стало некомфортно от осознания, что, возможно, где-то рядом всё ещё бродит расчётливый и хладнокровный убийца. Как будто мало мне Доргана с его коварными планами!

- Надеюсь, каратели скоро найдут преступника. - А что ещё скажешь, когда любые слова бессильны.

Целительница с сомнением покачала головой, но промолчала, погрузившись в невесёлые раздумья.

- Вы не знаете, при Мириэле не нашли помолвочное кольцо? - Да, это кольцо всё ещё не давало мне покоя. Я почти не сомневалась, что разгадка была именно в нём.

- Ни кольца, ни школьного браслета - кто-то постарался замести следы, - помрачнела Зиэлда. - Не удивительно, что её бедная душа не смогла переродиться и не находит покоя. Как бы мне хотелось увидеть её хотя бы во сне, обнять, попрощаться…

Голос целительницы дрогнул, сорвался. По щекам, оставляя мокрые дорожки, покатились слёзы, а я почему-то почувствовала себя виноватой. Очень хотелось помочь и ей, и Мириэле, но как это сделать, если магия пока под строгим запретом?

- Ох, Зиэлда, мне так жаль! Как только с меня снимут ограничивающие браслеты, я обязательно попробую с ней связаться! - пообещала горячо.

Целительница грустно улыбнулась и благодарно погладила меня по руке.

- Спасибо, милая, но не вздумай рисковать и нарушать запреты. Мириэле ты уже не поможешь, а себе - навредишь.

Однако я не могла избавиться от мысли, что преступник близко. И хоть понимала, что за расследование взялись профессионалы, со стороны казалось, будто дело совсем не движется.

- А может, она хотя бы мельком упоминала имя своего парня? Попробуйте вспомнить. Или, возможно, вы видели её с кем-то?

Зиэлда расстроено покачала головой и виновато покаялась:

- К сожалению, я была постоянно занята. Уделяла ей мало времени, вот и не досмотрела, не уберегла. Если я что-то и слышала, то не придала значения, а теперь уже не вспомню. Хотя…

Она вдруг встрепенулась, задумавшись.

- Что? - на горизонте забрезжила робкая надежда.

- Мириэла любила рисовать и спешила перенести на бумагу буквально всё, что видит. У неё был талант. Здорово получалось. Однажды я вошла, когда она рисовала молодого человека, но рассмотреть не успела, Мириэла поспешно спрятала рисунок.

Я почувствовала настоящий охотничий азарт.

- А где сейчас эти рисунки?

- После её исчезновения все вещи передали мне. Я сложила их дома, даже не разбирала. Наверное, и рисунки там.

- Ой, посмотрите, пожалуйста! Вдруг что-то да прояснится!

Кажется, мне удалось заразить её своим энтузиазмом. Что ни говори, а узнать, кто виноват в том, что случилось с племянницей, Зиэлда хотела больше всех. Во время обеденного перерыва она отправилась домой через телепорт, а вернувшись, принесла большой коричневый альбом с широкими, желтоватыми листами бумаги, изрисованными чёрно-белыми изображениями.

Я никогда не увлекалась детективами, но в эти рисунки всматривалась, ощущая себя чуть ли не Шерлоком Холмсом в поисках улик. Не разочаровал даже грустный комментарий Зиэлды, успевшей просмотреть альбом и не обнаружившей там искомого. Правда, вскоре пришлось признать её правоту: Мириэла действительно была талантлива и рисовала всё, что попадалось ей на глаза, но к разгадке её смерти это нас ни на шаг не приблизило.

Из портретов людей в альбоме имелись только изображения Зиэлды и нескольких однокурсниц, включая Моранду с надменным и отталкивающим выражением лица. Из представителей мужского пола фигурировали лишь садовник, высаживающий цветы, и охранники, замершие возле ворот по стойке смирно. Но несколько вырванных «с мясом» листов намекали, что здесь, возможно, были и более подходящие в качестве подозреваемых персонажи.

Последние страницы я переворачивала уже без особых надежд, но взгляд вдруг зацепился за изображение крупной, явно мужской руки, надевающей кольцо на тонкий девичий палец, и сердце ухнуло вниз. Кольцо с гербом! Возможно, то самое! Осталось выяснить, на чьём гербе изображена высокая узкая башня, обвитая похожими на огромные розы цветами.

Зиэлда этого не знала, а до смены Никея оставалось почти два часа. Ждать не хотелось и я, отпросившись, направилась в школьную библиотеку изучать справочники по геральдике.

***

День близился к вечеру. Занятия давно окончились, и я постоянно натыкалась на стайки прогуливающихся или беседующих адептов и адепток. При моём появлении все разговоры стихали. На меня смотрели с нескрываемым любопытством и тут же начинали перешёптываться. Во многих взглядах сквозила зависть, зато презрение больше никто не излучал. Значит, все уже в курсе моих «разблокировавшихся суперспособностей». Что ж, шило в мешке не утаишь.

Я проходила мимо, расправив плечи, чтобы казаться увереннее и радовалась тому, что никто не решался со мной заговорить. Не готова я пока к вежливым светским беседам с теми, кто ещё вчера плевал мне в след как безродной зикфе. Но одного неприятного разговора избежать не удалось - буквально возле дверей библиотеки меня нагнала Санра.

- Это правда, что ты теперь будешь учиться в академии? - выпалила она без предисловий.

- Да, придётся.

- Тогда ты должна уговорить Урнана, чтобы я училась с тобой! - безапелляционно заявила сестрица, восхитив своей незамутнённой наглостью.

- Зачем? - Не то, чтобы меня интересовали аргументы, но должен же ей кто-то объяснить, что нельзя иметь всё и сразу просто по желанию.

Санра нахмурилась и выдала умилительное:

- Тебе там придётся очень трудно, ты же ничего не знаешь. Я помогу адаптироваться. Мы даже можем жить в одной комнате!

Честно, я не знала злиться или смеяться. Всего несколько недель назад она шарахалась от сводной сестры-зикфы как от прокажённой, считая предложение жить с ней вместе унизительным для себя. А сейчас готова чуть ли не горшки за мной выносить лишь бы попасть академию, где учатся в основном представители высокородных и состоятельных родов Рансаара. Вот уж воистину, наглость - второе счастье! Ладно, попробую для начала достучаться до логики:

- Санра, в академию не берут просто по желанию. Мне придётся там учиться из-за способностей проводника, поскольку в школе нет нужного факультета, а твоего дара для академии недостаточно.

- Ну и что?! - упрямо заявила дочь Кайи, окончательно убедив, что логика здесь в принципе не работает, а большинство местных жителей мыслят иными, недоступными мне категориями. - У тебя вообще никакого дара не было, но в школу тебя приняли, потому что Урнан заплатил директрисе кучу леоров. Думаю, и с руководством академии вопрос можно решить так же! - добавила она, перейдя на громкий шёпот.

Я осмотрелась по сторонам. Не хотелось, чтобы нас подслушали, хорошо хоть вокруг не было ни души.

- Разве он недостаточно потратился, исполняя наши капризы? - ответила холодно, от души жалея отца, в котором все члены семьи, похоже, видели лишь источник финансирования своих желаний. - Ты и так учишься в одной из лучших ремесленных школ королевства. Неужели этого мало? Разорять Урнана дальше я не намерена и вам с Кайей не позволю!

- Ты, кажется, забыла кто ты! - сердито прошипела покрасневшая от злости Санра. - И нужно ещё разобраться, откуда взялись эти странные способности! Что ты для этого сделала, связалась с ведьмами?

Собственно, чего-то в этом роде я и ожидала, но всё равно стало очень неприятно.

- Так уже разобрались, ты разве не слышала? - ответила уверенно, стараясь сохранить невозмутимость. - Целители считают, что способности существовали изначально, но были заблокированы в детстве из-за сильного стресса, а после падения с крыши снова проявились.

- Неправда! Этого не может быть, потому что ты не Леста! - возмущённо выпалила Санра и тут же испуганно зажала рот ладонью и в ужасе заозиралась по сторонам.

Да уж, повезло, что время перед ужином адепты предпочитают проводить не за чтением книг, а подальше от библиотеки, иначе непременно заинтересовались бы подобным заявлением. С этим нужно что-то делать.

- А ты в этом уверена? Я вот уже - нет.

- В каком смысле? Твоя душа перенеслась из другого мира в ночь Ёхвы! - сердитым шёпотом напомнила сводная сестра.

- Или же этот мир мне просто приснился, - спокойно возразила я. - У проводников, знаешь ли, особые сны. Настолько яркие, что их можно легко перепутать с реальностью, особенно после того, как едва не умер и получил сотрясение мозга.

Главное побольше уверенности в голосе и взгляде, остальное - дело техники. Нет, Санра, конечно, мне не поверила, но засомневалась.

- Чушь! Ты лжёшь! - возмутилась она уже чуть менее уверенно. - Если каратели посмотрят твои воспоминания…

- Узнают в том числе об интересных фактах из биографии твоей матери. Например, о её походах к ведьме за приворотным зельем. Я слышала, как они с Мортой это обсуждали. Не этим ли способом она женила на себе Урнана?

Санра побледнела, её глаза испуганно забегали.

- Ну ты и змея! - растерянно и как-то по-детски обиженно буркнула она, позабавив невольным сравнением с дедом. - Если расскажешь Урнану, он тебе не поверит!

А вот в её голосе уверенности не было совсем, зато отчётливо прозвучали нотки страха.

- Санра, я не собираюсь ничего менять и расстраивать отца подобной правдой, если вы не будете портить жизнь ему и мне. Договорились? - Я слишком устала от всевозможных разборок, чтобы ввязываться в них без лишней необходимости, а впереди - противостояние с Дорганом. К тому же Урнан - не дурак, уверена, он давно не питает иллюзий насчёт жены и падчерицы.

Санра, надувшись, помолчала, потом неохотно кивнула. Не уступила, но отступила. Ладно, пока и этого достаточно, а дальше видно будет.

- Так что там с твоей подругой, к которой приходил каратели? Вы помирились? Учитывая, что они беседовали со всеми подряд, ей глупо на тебя обижаться.

- Помирились, тебе-то что? - недовольно проворчала собеседница.

- Рада за тебя. И что она им рассказала? Как выглядел герб на кольце?

Санра высокомерно вздёрнула подбородок и сложила на груди руки явно не собираясь отвечать. Вот же упёртая!

- Ты ещё помнишь, что по школе бродит убийца Мириэлы? - напомнила я как бы между прочим.

Она невольно поёжилась и, воровато оглядевшись, раздражённо проворчала:

- Да при чём тут этот герб? Не помнит она ничего, ясно? Сказала только, что там были какие-то цветы.

Цветы?! Отлично, значит, я на верном пути!

В библиотеку я вошла буквально переполняемая энтузиазмом, который довольно скоро начал угасать. Библиотекарь - полная брюнетка средних лет, настроенная не слишком дружелюбно, строго напомнила, что до закрытия остался всего час. А выданный мне справочник по геральдике был огромным и выносу из библиотеки не подлежал.

Первым делом я нашла герб рода Лэридан, поскольку от Моранды Мириэле доставалось чаще всего, но на нём красовалась изящная птичка с крыльями бабочки в лучах восходящего солнца. Герб рода Дорган вызвал нервный смех - его действительно украшала змея, правда, с короткими крыльями. Разбираться с толкованием не стала - не было времени, только и успевала лихорадочно листать страницы, сверяя изображения с оригиналом. Увы, меня ждало разочарование. Ни один герб ныне здравствующих высокородных семей даже отдалённо не напоминал рисунок Мириэлы, а тут и отпущённое время подошло к концу.

Сдавая книгу поторапливавшей меня библиотекарше, рискнула спросить:

- А это точно полный справочник? Я почему-то не нашла здесь нужный герб.

- Значит, вам нужен архивный вариант, - пожала она плечами, - вероятно, это герб одного из давно угасших или пресёкшихся родов. Приходите завтра утром…

***

Пока все ужинали, я вошла в свою комнату, намереваясь собрать необходимые вещи, ведь на днях предстоял переезд в академию. Вспомнилось, что разбирая багаж в день своего прибытия сюда, я обнаружила в вещах стопку ярких каталогов различных товаров и полный кошель местных денег - леоров. Всё это стоило иметь под рукой на случай, если придётся что-нибудь заказывать для учёбы.

Куда же я их сунула? Открыв шкаф, я задумчиво осматривала его содержимое. Он не был разделён на перегородки, и вещи всех проживающих в комнате мирно и тесно соседствовали друг с другом.

Кажется, я что-то складывала на верхнюю полку. Потянулась, чтобы достать оттуда увесистый белый свёрток, но дёрнула его на себя слишком резко. Свёрток полетел вниз, увлекая за собой лежащие рядом предметы. Пришлось поспешно собирать всё и возвращать на место. Дольше всего провозилась с чьей-то деревянной шкатулкой, из которой высыпались украшения. Некоторые пришлось доставать из-под кровати. В их числе было и кольцо, увидев которое я на мгновение перестала дышать. Это было то самое кольцо с тем самым гербом! А в следующую секунду, открываясь, скрипнула входная дверь…

Глава 24

Я обернулась, отчего-то чувствуя себя застигнутым на месте преступления воришкой, и увидела застывшую в дверях Регалу. Она явно не ожидала меня тут встретить и выглядела удивлённой, но заметив в моих руках кольцо, нахмурилась и, быстро подскочив, резко выхватила его, со словами:

- Отдай, это моё!

- Твоё?! - Мысли заметались от одной дикой версии к другой, не находя разумного объяснения. Как такое возможно? Разве что его подарил тот же парень, что встречался с Мириэлой, а потом убил её. Правда, я ни разу не слышала, чтобы у Регалы были с кем-то отношения. - Тебе его подарили?

- Это кольцо моей прабабки! Я ведь говорила, что она была эйрой, - высокомерно заявила соседка по комнате, удивив ещё больше.

Да, говорила, но как же в таком случае родовое украшение попало к Мириэле? Не могла же она его сама забрать. И эти руки в альбоме прямо-таки намекают на тайную помолвку!

- Почему тогда это кольцо было у Мириэлы? - спросила осторожно. В конце концов, это реальный факт, у меня даже свидетельница есть. Правда, герб пока вспомнить не может, но если увидит оригинал…

- Неправда! С чего ты взяла? - дрогнувшим голосом уточнила резко побелевшая Регала. А в её взгляде промелькнула и спряталась за показным равнодушием тревога близкая к панике.

Странная реакция. И довольно подозрительная.

- Я сама видела, - решила слегка преувеличить действительность, чтобы спровоцировать её на более предметный разговор.

- Наверное, это было просто похожее кольцо. Хотя откуда герб у простолюдинки? - пренебрежительно передёрнула плечами собеседница, но в её движениях сквозило напряжение, а безразличие в голосе откровенно отдавало фальшью. Она определённо знала больше, чем хотела показать.

- Не похожее, а именно это, - я решила не отступать и вытянуть из собеседницы максимум информации. - Ты, наверное, слышала, что у меня проявились способности проводника. Это я нашла тело Мириэлы и общалась с её душой.

- И… что она сказала?

Вот теперь Регала испугалась по-настоящему, а мне от этого стало не по себе. Вдруг она сообщница убийцы? Насколько опасно продолжать с ней откровенничать? С другой стороны, если я сейчас уйду, застать её вот так врасплох больше не получится, и на этом всё закончится. У меня нет никаких доказательств, чтобы заявить на неё карателям, да и как-то неправильно так поступать, не разобравшись.

- Знаю только, что кольцо ей подарил тот, кого она считала своим женихом, - ответила осторожно. - Я тогда ещё не понимала, что со мной происходит и не пыталась её разговорить. Но в ближайшее время обязательно спрошу, кто её убил. Возможно, это тот самый парень.

Интуиция кричала, что я совершаю большую глупость и нужно бежать, а надежда, успокаивая, напоминала, что мы находимся в школьном общежитии, в комнате, куда вот-вот войдёт Талма. И вообще, здесь вокруг полно людей, она просто не сможет ничего мне сделать в таком месте.

Между тем в Регале что-то неуловимо переменилось. Она больше не боялась и как будто стала увереннее, жёстче.

- Тот самый парень - слабак и ни на что подобное не способен! - сказала она холодно и презрительно, не сводя с меня пронзительного взгляда. - Это мой глупый брат. Ему представилась уникальная возможность жениться на эйре и войти в её род полноправным членом, а он чуть всё не испортил из-за этой простушки! Хотел с ней сбежать, идиот!

Почему-то её слова доходили до сознания медленно и тяжело.

- Значит, её… убила ты?! Только для того, чтобы породниться с местными аристократами?! - Несоответствие цели и методов её достижения никак не укладывалось в голове.

- Да что ты понимаешь?! Мои предки были высокородными, вращались в высшем обществе! Я не должна быть простолюдинкой, эта свадьба может всё изменить! - Глаза девушки горели фанатичным огнём, и мне стало страшно. Да она же не в себе и никакие доводы сейчас просто не услышит. Нужно выбираться отсюда!

Попыталась сделать шаг по направлению к двери, но какая-то сила, подхватив, отбросила меня к стене, а в следующую секунду, повинуясь пасам рук Регалы, широко распахнулось окно за моей спиной. Магическое воздействие, нечестно! Я-то своей магией воспользоваться не могу, да и не по силам проводникам вот так швырять людей об стены.

- Извини, я слишком далеко зашла, чтобы теперь останавливаться, - сказала девушка бесцветным, лишённым эмоцийголосом, медленно подходя ближе. Её лицо по-прежнему было снежно-белым, но глаза не выражали ничего кроме твёрдой решимости.

- Регала, остановись, что ты делаешь? Хочешь провести жизнь в дорплеозе?! - попыталась я воззвать к её разуму, лихорадочно соображая, что предпринять и как потянуть время. Всё происходящее казалось дурным сном, потому что было слишком нереальным.

- Этого не случится, - холодно возразила Регала. - Все решат, что ты просто выпала из окна, и о Мириэле никто не узнает!

Блин, ну где же Талма ходит?! Я попыталась закричать, чтобы привлечь хоть чьё-нибудь внимание, но в горле от волнения пересохло и получилось издать лишь невнятный хрип. Взгляд заметался по комнате в поисках чего-нибудь подходящего для обороны и вдруг упёрся в узкую ковровую дорожку, на которой я сидела. Регала сейчас стояла на ней же.

Следующий обрушившийся на меня поток магии подействовал как тепловой удар, затруднив дыхание, вызвав слабость и сильную головную боль. Когда Регала взяла передышку и ослабила воздействие, я, собрав все силы, быстро вскочила и рванула дорожку на себя. Не ожидавшая такого поворота противница упала, а я, воспользовавшись ситуацией, попыталась проскочить мимо - к двери. Но Регала схватила за подол платья. Не удержав равновесие, я свалилась на неё, и мы, сцепившись в драке, покатились по полу.

Драться мне приходилось разве что в далёком детстве с мальчишками, обижающими сестёр, но сдаваться я не собиралась и приложила все усилия, чтобы не дать Регале снова задействовать магию. Против неё не устою, а на кулаках мы почти на равных. У меня к тому же была очень сильная мотивация: я боролась за свою жизнь, она - всего лишь за возможность приобщиться к рядам высокородных.

Удары сыпались на меня щедро, но возвращались противнице в троекратном размере. Я даже не удивилась, когда под кулаком вдруг что-то противно хрустнуло, а на пальцах появилось неприятное ощущение чего-то тёплого и влажного. Регала взвыла от боли, но тоже набросилась на меня с удвоенной энергией, словно у неё второе дыхание открылось. Мои же силы, учитывая предыдущее магическое воздействие, были почти на исходе, но я упорно продолжала отражать её удары и пытаться атаковать снова и снова.

Всё закончилось так же внезапно, как началось. В пылу схватки я не слышала посторонних звуков и начала замечать окружающий мир только когда, навалившаяся сверху Регала вдруг перестала двигаться и обмякла, скатившись на пол, а меня с силой подняли и усадили на кровать. Я удержалась на ней, лишь привалившись к стене, и осмотрелась, с трудом возвращаясь в реальность.

Регала лежала на полу с закрытыми глазами, её лицо было в крови, как и мои пальцы. Ох, это что я её так приложила?! Над девушкой склонился непонятно откуда взявшийся Блордрак, нащупывая пульс. Потом он поднялся, быстро подошёл ко мне и молча начал водить ладонями, очерчивая контуры моего тела. Я почувствовала приятное покалывающее тепло, как в прошлый раз при диагностике и с трудом выдавила:

- Что с ней?

- Ты сломала ей нос, а я слегка приложил магией, скоро очнётся, - будничным тоном сообщил целитель, продолжая своё дело. Тепло становилось всё интенсивнее, боль отступала, ранки и сбитые костяшки начинали затягиваться прямо на глазах. - Что произошло?

- Она убила Мириэлу и хотела убить меня, - сказала растерянно, так до конца и не сумев осознать случившееся.

Не хотелось верить, что девушка, живущая со мной в одной комнате, оказалась расчётливой преступницей. Пусть она мне никогда не нравилась, такого я предположить никак не могла. Но факты - вещь упрямая: будь её воля, меня бы уже не было в живых.

Никей удивлённо посмотрел на лежащую на полу девушку так, словно впервые увидел, и недоверчиво уточнил:

- Откуда ты узнала про Мириэлу?

- Она сама призналась.

- С чего бы ей в таком признаваться? - Удивление в голосе целителя пока преобладало над недоверием. Пришлось сознаться:

- Я её спровоцировала, не подумав. Рассказала, что общалась с призраком Мириэлы.

- Ну ты даёшь, Риголь! Не ожидал от тебя такого легкомыслия, - нахмурившись, строго отчитал целитель. - А если бы я не успел вовремя?

- Я бы справилась, - заявила, продемонстрировав кулак, испачканный кровью противницы, - наверное… Как ты здесь оказался?

Блордрак усмехнулся, не оценив мои боевые способности, и, достав платок, вытер кровь с моих пальцев.

- Зиэлда сказала, что ты не вернулась из библиотеки. Она уже закрыта, в столовой тебя не было, вот и пришёл сюда. Ладно, нужно вызвать карателей.

Он произвёл над своим рабочим браслетом какие-то манипуляции, видимо, посылая сигнал о чрезвычайной ситуации, а потом вдруг открыл наш шкаф. Я отрешённо наблюдала за тем, как он копается в его недрах, достаёт какие-то пояса, тряпки, связывает Регале руки, ноги и пытается привести её в чувство.

Когда девушка очнулась и сумела сконцентрировать мутный взгляд на целителе, а затем на мне, в её глазах отразились ужас и паника.

- Нет! Я не хочу в дорплеоз, лучше смерть! - выкрикнула она, отчаянно борясь с путами.

- За убийство и попытку убийства - смерть слишком лёгкое наказание, - сухо заметил целитель.

- Это она меня чуть не убила! - огрызнулась Регала, дёрнув головой в мою сторону. Из её распухшего носа продолжала сочиться кровь.

Никей лениво повёл ладонями над её лицом. Кровотечение прекратилось, а вместе с ним девушка, похоже, потеряла голос. Она явно пыталась что-то сказать или крикнуть, но только беззвучно открывала рот.

- Что ты с ней сделал?

- Наложил заклинание «полог тишины», пусть побережёт голос до приезда карателей. Как ты себя чувствуешь? Идти сможешь?

- Да. Я помню, что ты слабоват и не сможешь меня нести, - вяло огрызнулась, не сводя взгляда с Регалы, которая сейчас выглядела жалкой и несчастной. Неужели, убивая Мириэлу она, в самом деле, надеялась, что ей всё сойдёт с рук, и никто ничего не узнает?

- Когда ты успела стать такой язвой? Ещё и кулаками, оказывается, махать умеешь. Я начинаю тебя бояться, Риголь, - беззлобно проворчал Блордрак, тоже не выпуская Регалу из поля зрения, словно ядовитую змею, готовую в любую минуту освободиться и наброситься.

- Только начинаешь? Долго же до тебя доходит, - не осталась в долгу, прислушиваясь к странным ощущения в районе браслетов, ограничивающих магию. Под ними разливалось слабое, но вполне ощутимое тепло.

Спросить о том, что это значит, не успела - в комнату ввалились представители администрации и, наконец, закончившая ужин Талма. Началась суета, а потом и вовсе стало не до этого: прибыли каратели.

Со мной побеседовали прямо в нашей комнате, а вытянув все подробности, включая рисунок и найденное кольцо, переправили телепортом в лазарет. Непрекращающую реветь Талму Блордрак тоже забрал с собой. От шокирующих новостей у неё началась настоящая истерика.

Зиэлду, дожидавшуюся нас в лазарете, и в свою очередь узнавшую о том, кто убил её племянницу, ему тоже пришлось отпаивать успокоительными настоями. А меня, несмотря на перенесённый стресс, почему-то начало клонить в сон. Тепло, исходящее от металлических браслетов, действовало умиротворяющее и я, закутавшись в покрывало, провалилась в сон.

Глава 25

Знакомый остров встретил лёгким шелестом волн и ярким солнечным светом. Так светло здесь ещё никогда не было. Не успела я понять, каким образом снова оказалась в междумирье, как у одной из дверей появился тонкий силуэт темноволосой девушки в бордовом школьном платье. Мириэла! Я обрадовалась ей как хорошей знакомой и бросилась к девушке.

- Мириэла, вот ты где!

Девушка широко улыбнулась, удивив произошедшими в ней переменами. Не знаю в чём тут дело, может, в том, что её останки, наконец, были найдены и погребены по местному обряду, а её убийцу арестовали, но Мириэла больше не казалась потерянной и странной. Она вся словно светилась изнутри.

- Знаешь, преграды больше нет, я могу войти, - сказала она, шагнув к двери и прикоснувшись к клубящейся жёлтой дымке. Та мгновенно стала прозрачной, а её рука провалилась в пустоту.

Продолжая улыбаться, Мириэла шагнула туда и исчезла.

- Подожди, ты куда?!

Подойдя ближе, я увидела палату нашего лазарета, в которой спала Зиэлда. Она так разнервничалась после случившегося, что Блордрак не отпустил её домой, оставив на ночь. Даже во сне целительница выглядела расстроенной. Ворочалась, хмурилась и тяжело вздыхала. Я наблюдала за ней, гадая, куда делась Мириэла, и получится ли у меня вернуться обратно?

Казалось бы, чего проще взять и попробовать шагнуть вслед за девушкой-призраком, но что-то останавливало, заставляя медлить, оттягивая этот момент. И снова до зуда в кончиках пальцев охватило чувство, что я должна что-то сделать. Только что? Может, нужно вернуть Мириэлу? А как? Блин! До чего же плохо быть неучем! Какой толк от крутых способностей, если не знаешь, как их применять? Скорее бы нормальные занятия начались!

Картина передо мной тем временем неуловимо переменилась. Зиэлда вдруг перестала ворочаться и хмуриться, задышала ровнее, а на её лице появилось умиротворённое выражение человека, достигшего заветной цели после долгого и утомительного пути. Даже кончики губ приподнялись в намёке на улыбку.

Затем изображение зарябило, словно экран телевизора, мигнуло и резко сменилось. Теперь это была комната в общежитии. Не моя, хотя и очень похожая. Наверное, они здесь все идентичны. Упс, кажется, здесь живут парни, и я сейчас почти в упор смотрю на одного из них, уснувшего прямо за столом, уронив голову на руки. И хотя в поле моего зрения попал только профиль, покоящийся на полусогнутом локте, фамильное сходство было очевидным. Неужели это тот самый брат Регалы, из-за которого всё и началось?!

Интересно, зачем мне его показывают? Надеюсь, Мириэла не собирается мстить несостоявшемуся жениху? Призраки ведь не могут ничего сделать живым. Впрочем, откуда мне знать? Раньше с душами умерших общаться как-то не приходилось, а на Алнодоре они, вообще, могут обладать какими угодно особенностями. Что же я об этом раньше не подумала и справки не навела?

Между тем ничего страшного в комнате не происходило. Парень отчего-то встрепенулся, открыл глаза и несколько секунд растерянно смотрел в одну точку, а потом улыбнулся как-то грустно и светло одновременно, достал из ящика стола толстую, потрёпанную книгу, извлёк из неё засохший синий цветок и долго-долго в него всматривался.

Затем дверь снова затянуло жёлтой дымкой, и из неё буквально выпорхнула Мириэла, тоже казавшаяся на удивление умиротворённой. Я вдруг вспомнила, как девушка сетовала, что к Зиэлде её не пускают, и поняла, что сейчас произошло - она, наконец, смогла попрощаться с дорогими людьми и, кажется, готова отпустить их и все свои прижизненные обиды и горести навсегда.

Всё это я ощущала на каком-то подсознательном, интуитивном уровне. Как и то, что должна ей помочь перейти на некий новый уровень, вот только не имела представления как это сделать. Даже искренне пожалела, что не смотрела в своё время фильмы про медиумов. Ладно, попробуем для начала просто пообщаться.

- Мириэла, помнишь, ты говорила, что уже видела раньше почерневший браслет, - начала осторожно. - Это ведь был твой браслет? Он почернел потому что…

- Это уже неважно, - прервала она всё с тем же безмятежным видом, - теперь всё позади.

- Вот именно, всё плохое осталось в прошлом. Регала будет наказана, а ты… должна двигаться дальше. - Ох, как же глупо звучит! И куда там обычно отправляются души в Алнодоре после смерти физического тела? Кажется, сначала они соединяются с единым источником жизни, а потом перерождаются в новом теле и, возможно, в новом мире. - Если, конечно, ты к этому готова.

- Готова, - кивнула она почти торжественно, восторженно глядя на что-то за моей спиной.

Обернувшись, я увидела, что одна из дверей, та, которая была выше и шире остальных, мягко светится. Постепенно этот свет становился всё ярче, пульсирующими толчками просачиваясь сквозь завесу как через решето. И точно также, словно в такт с ним, вдруг начала мерцать Мириэла. Это было невероятное, завораживающее зрелище!

- Эм… кажется, тебе туда.

Мы подошли к двери. Мириэла нетерпеливо прикоснулась к светящейся завесе. Её руки прошли сквозь дымку по локоть, но на этом процесс застопорился. Поддавшись необъяснимому порыву, я тоже приложила ладони к невидимой преграде. Она вспыхнула так ярко, что пришлось закрыть глаза, а открыв их, я увидела, что Мириэла шагнула в этот поток и вот-вот растворится в нём.

- Прощай и будь счастлива… на новом пути! - сказала, не представляя, что говорят в таких случаях. К тому же от волнения к горлу подкатил плотный ком, а в глазах предательски защипало.

- А ты будь осторожна - на крыше твой браслет тоже был чёрным, - напомнила Мириэла. - Спасибо тебе! - горячо добавила она, благодарно улыбнувшись, и растворилась в потоках света, который через пару секунд угас, оставив вместо себя густую изумрудно-зелёную дымку.

Несмотря на неприятное напоминание, меня просто распирало от облегчения, радости и осознания сопричастности к чему-то важному и большому. Даже огромному! Все страхи и тревоги отступили. Я больше не боялась, что не смогу вернуться. Просто задалась такой целью, подошла к своей двери и вскоре проснулась в палате всё с тем же приятным, волнующим ощущением. Настроение было чудесным, хотелось петь, кружиться по палате, худеть с удвоенным рвением, учиться, а главное - жить!

Хотя за окном только занимался рассвет, я не могла больше спать. Встала, умылась и начала активно делать физические упражнения, так что к концу занятий пресс ощутимо болел, а одежда была мокрой. Пришлось принимать душ и переодеваться. Зато когда появился Блордрак со стаканом прозрачной бурой жидкости, я была полностью готова к новому дню и с удовольствием любовалась из окна яркой зеленью сада и лужаек.

- С чего это ты вся сияешь? - сразу заметил он перемены.

- Сон хороший приснился, - подробностями делиться пока не торопилась. Не решила, стоит ли.

- Ещё одна, - загадочно прокомментировал целитель, внимательно меня разглядывая. Сам он, кстати, выглядел уставшим, словно полночи вагоны разгружал.

- А кто вторая?

- Зиэлда. Проснулась до восхода солнца радостная, словно не она вчера за сердце хваталась. Работать рвётся. Тоже сон хороший увидела.

Кажется, я даже знаю какой, точнее о ком! Значит, Мириэла приходила к ней во сне. Губы непроизвольно расплылись в довольной улыбке.

- Так, вижу успокаивающий отвар тебе, в отличие от подружки, не нужен, - констатировал Никей, поставив стакан на тумбочку.

- Талма? Как она?

- Несколько часов ревела, пила настои, теперь проспит до полудня. Зато ты на удивление спокойна.

- А ты хочешь, чтобы тут было две истерички? Я просто рада, что эта история закончилась. Регалу ведь теперь не выпустят?

- Нет, конечно, - Никей присел рядом на край кровати, - ей не уйти от ответственности. Но твоя бодрость после недавнего магического истощения выглядит неестественной. Давай-ка проверим.

Я не возражала. Самой интересно было узнать, что покажет диагностика.

- А это что такое? - нахмурился целитель, остановив неспешное движение «сканирующих» организм ладоней над моими запястьями. - Браслеты расстёгнуты и неактивны. На них больше нет ограничительных функций. Кто это сделал?

Так вот в чём дело! А я всё гадала, каким образом оказалась на острове между мирами, не имея доступа к своей магии. Вспомнилось ощущение тепла под металлическими обручами, и разумное объяснение нашлось.

- Регала вчера меня магией ударила. Наверное, тогда браслеты и раскрылись. Я почувствовала, что в них что-то изменилось.

- А почему промолчала? Нужно было сказать мне, - нахмурился Блордрак, обхватив мои руки поверх браслетов.

По запястьям, опоясывая их, пробежала горячая волна, и мои ощущения сгладились. Настроение всё ещё было отличным, но перевернуть мир и сдвинуть горы уже не хотелось, словно доступ к источнику энергии перекрыли. Значит, ограничители снова действуют. Что ж, надо, значит, надо.

- Когда сказать? В перерывах между дракой и допросами? А почему ты сам не проверил? - Это вообще-то его прямая обязанность, и нечего её на меня перекладывать.

- Не успел, ты сразу уснула, - передёрнул Никей плечами и, продолжив диагностику, вскоре удивлённо констатировал: - Всё даже лучше, чем я ожидал. Ты очень быстро восстановилась. Можно сказать, повезло. Тем лучше. Силы тебе понадобятся, - добавил он неопределённо.

Что-то не понравилось мне как это прозвучало.

- Понадобятся для чего? - уточнила осторожно.

Целитель помрачнел, поднялся, подошёл к окну и, глядя в него, сказал:

- Дорган приходил. Заявил, что после случившегося тебе нужно приступить к занятиям немедленно. Он ждёт тебя в академии сегодня.

Я, в общем-то, этого и сама хотела, но всё равно новость оказалась неожиданной.

- Ты согласился?

- Да. - Блордрак обернулся, скрестив на груди руки, и посмотрел на меня как-то очень серьёзно. - Он прав. Без практических занятий ты - беспомощна. И если вчерашняя ситуация повторится… я не всегда буду рядом, а ты не умеешь защищаться. Магия проводников особенная. Её нельзя преобразовать в поток энергии и направить в противника. Так что чем быстрее начнёшь обучение, тем лучше.

Вот так новости. То есть огненные шары из ладоней мне метать никогда не придётся? Это печалит, но не так как скорая встреча с Дорганом. Учиться по-прежнему очень хотелось, а вот общаться с лицемерным дедулей - нисколько. Особенно теперь, когда неизвестно чего от него ожидать.

- Как думаешь, он… опять начнёт агитировать? - Я старалась говорить спокойно, но тревожные нотки в голос всё же просочились.

- Нет, на этот счёт не переживай, - усмехнулся целитель почти расслаблено. - Он сейчас напрямую действовать не будет. Напротив, постарается создать для тебя комфортные условия обучения. Сказал, комната в общежитии уже готова, твои вещи из школы доставлены, а комплекты формы и всё необходимое для учёбы тебе выдадут. Так что пока беспокоиться не о чем, но и бдительность лучше не терять. После завтрака я тебя провожу.

- Ты?! - С чего вдруг такое рвение? - А как же лазарет?

- Зиэлда подежурит, она всё равно домой идти не хочет. А нам с тобой нужно показать всем и особенно твоему деду, что у нас хорошие отношения, - невозмутимо заявил жених.

Хорошо, что в этот момент я ничего не пила и не ела, иначе бы точно подавилась.

- Это каким же образом? Надеюсь, любовь и страсть разыгрывать не придётся? - спросила, переваривая услышанное. Оно мне не нравилось.

Никей поморщился, словно я сказала что-то неприятное и сдержанно возразил:

- На это не рассчитывай. Но нам периодически придётся проводить время вместе. Например, обедать в столовой или прогуливаться в парке на виду у всех. К тому же это поможет тебе влиться в местное сообщество.

Последняя фраза могла бы показаться бессмысленным бахвальством, если бы не все эти обидные выпады и уколы в мой адрес по поводу открытого пренебрежения жениха и неприлично затянувшейся помолвки.

- В школе мне бы это тоже помогло влиться! - Не удержалась от досадного замечания. Правда, чего ему стоило хотя бы немного поддержать невесту! Её жизнь, а потом и моя была бы значительно легче. - Ах да, тогда ведь тебе было на меня наплевать. С зикфой можно не считаться.

Блордрак шумно вдохнул, сунул руки в карманы халата и, пройдя из стороны в сторону, спокойно спросил:

- Будем выяснять отношения и предъявлять друг другу претензии или пойдём в академию?

Он прав, сейчас не время припоминать старые обиды, уж лучше сплотиться перед проблемами, существующими в реальном времени.

- Пойдём в академию, - повторила миролюбиво, - а где мой обещанный завтрак?

- Сейчас принесу, - жених заметно расслабился и даже выдавил что-то отдалённо напоминающее улыбку.

Зиэлда, действительно, выглядела значительно лучше, чем вчера.

- Я такой сон хороший вчера видела! - призналась она, когда я зашла попрощаться, проведав всё ещё спящую Талму. - С Мириэлой как будто наяву поговорила. Мы так хорошо - по душам - даже при жизни редко разговаривали. У меня на сердце сейчас так легко! Думаешь, это что-то значит?

- Конечно, значит! Мне она тоже приснилась, - улыбнулась я, не скрывая радости за целительницу, но о путешествии в междумирье решила не распространяться, пока никто не спросит напрямую. - Это был очень яркий, реалистичный сон. Уверена, её душа обрела покой, и теперь у Мириэлы всё хорошо!

Зиэлда просияла и вдруг порывисто обняла меня, горячо прошептав:

- Спасибо, девочка, спасибо, моя хорошая! Пусть у тебя в академии всё получится! Не поддавайся там этим высокородным снобам!

- Не поддамся! - пообещала, поцеловав женщину в щёку, и отправилась навстречу новой жизни и новым испытаниям.

Конец первой части