Дрон - сорвиголова

Глава 1. На ступенях графских развалин

Пятеро подростков сидели на ступеньках развалин старого графского дома — место их постоянных игр и места, где их же родители искали их, опять же, в первую очередь. Это были трое мальчишек и две девочки. Они, кроме обеих девочек, не были одноклассниками, но дружили на летних каникулах с самого раннего детства. И поддерживали свою дружбу и в другое время, благо мобильников и мессенджеров в наше время более чем предостаточно.

Лешка Русяев — местный житель и учился он в школе, которая находилась в соседнем селе Привеличье [1]. Учился в шестом классе, как и все остальные ребята сидевшие с ним за компанию. Точнее, уже отучился и в сентябре он, как и его друзья, должен пойти в седьмой класс. Особо Русяев ничем не увлекался и интересовался то одним, то другим, но никогда не достигал хоть каких-то значимых высот. Т.е. он был обычным деревенским мальчишкой у которого энергии через край, но приложить ее особо некуда. Друзей в Пупырышках у Лехи не было, но только из-за отсутствия сверстников в деревне. Здесь были лишь ребята помладше, а к одноклассникам в Привеличье шибко-то и часто не набегаешься. Поэтому Лешка оказался неожиданно хорошим и преданным товарищам всем остальным присутствующим здесь. И всегда с нетерпением ждал когда же они приедут на каникулы к своим бабушкам и дедушкам. Ведь общение с ровесниками это всегда лучше, чем общение с малявками из четвертого класса. Кто бы с этим спорил?!

Костя Ледогоров жил и учился в Пскове в школе номер 20. Он слыл хоть и не «ботаном», но в качестве ходячей энциклопедии славился будьте-нате. К нему с разными вопросами подходили даже старшеклассники. Плюс Костя неплохо для своего возраста разбирался в электронных схемах, мог собрать их, настроить, а некоторые даже и разработать. Впрочем, к «ботанам» его отнести тоже можно было, но ненадолго. Характер у Кости был такой, что забижать его, т. е. принижать в социальной школьной иерархии было чревато. Рискуя быть самому битым, потому как был сам банально слаб, Костя Ледогоров защищал свое реномэ правильного пацана едва ли не жарче, чем Костя Цзю наяривал по морде Забу Джуде [2]. Разумеется, физически Костя Ледогоров был развит слабее Цзю, или там сверстников — Лешки и Саньки, имел некоторую нескладность образа, но тоже, как и Русяев, ценил товарищество со всеми этими ребятами.

Марина Юрова — тихая девочка. Невысокая, ладненькая, даже чуть полненькая. И она — лучшая подружка второй присутствующей здесь девочке по имени Элла Зинчик. Дружат они еще аж с младшей группы детского садика, а теперь учатся вместе в одном классе в школе 294. И каждый год проводят каникулы вместе. К тому же их родители тоже давно дружат, а маринины несколько лет назад даже помогли эллиным купить хоть и старенький, но крепкий дом под дачу в Пупырышках. Сами-то Юровы родом как раз из этих мест — и папа и мама. Интересы Марины — история. Уж сколько она знает и не передать словами. И если Костя Ледогоров суть есть ходячая энциклопедия по всевозможным техническим штучкам, то Марина ничуть не худшая энциклопедия именно по истории. Не зря же историк Леонид Абрамыч, по совместительству же и директор школы, пообещал, что сделает все, чтобы Марина получала хорошие оценки по всем предметам. Только благодаря тому, что она знает его же собственный предмет как бы и не лучше его самого и интересуется историей с большим воодушевлением. Единственно Марину и ее подружку Эллу поначалу смешила, а после и раздражала привычка «Лёни» при объяснении темы урока взять указательным и средним пальцем какую ученицу за щечку, стоять и теребить ее [3]. Пацанов чаша сия обходила стороной. И никто не усматривал в «Лёне» педофильских мотивов. Во-первых, потому что были еще маленькие и не очень-то знали, что это за персонажи такие — педофилы. А во-вторых, «Лёню» любили все. Он был, что называется, учителем от Бога. Да, с некоторыми странностями, но абсолютно безобидными и невероятно любящим детей и свою профессию. Со своим предметом, т. е. историей — в особенности!

Элла Зинчик — полная противоположность Марины! Худенькая, высокая, с огромными глазищами, с чуть кучеряшками и острым язвительным языком. Неожиданно, но в ней присутствала приличная доля высокомерия, особенно к мальчишкам. Которых она держала как за каких-то инопланетян свихнувшихся на всяких там гаечках и винтиках. Тем не менее, в дружбе с ней самой она им нипочем не отказывает, а те, понимая, что Марина без нее никуда, принимали ее в свою компанию. Добра без худа не бывает, а Эллка, в общем-то, не такая уж и вредная девчонка. Ну с придурью — так у кого ее нет? Вон посмотрите на главу Псковской области и все встанет на свои места. Что в школе, что здесь в Пупырышках, Элла принимала внимание мальчишек исключительно как признание ее собственной сногсшибательной неотразимости. В принципе такой она и была, но не на всех ее, как говорится, понт действовал. Кто-то велся, а кто-то не отказал бы себе в удовольствии дать ей пенделя под зад, но то, что она девочка, тормозило всех. Впрочем, Элла в любом случае оставалась нормальным товарищем, никогда не наушничала и уж, тем более, никого не палила ни прямо, ни исподволь. А вот увлекалась Элла прикладной химией. Причем, с фармацевтическим уклоном. Конечно же в шестом классе химию никто не преподает, но таки химиком была мама Эллы. Ой, вэй! Отсюда и интерес. И отсюда же многие знания по химии же у девочки Зинчиков.

Сашка Попов, ученик питерской школы 213, среди участников всей этой честнОй компании характер имел самый, что ни на есть авантюрный. При этом, и в отличие от, по сути, тоже авантюрного, но таки и неприкаянного Лехи, у него все время находились места приложения своих жизненных устремлений. В большом городе это уж точно намного проще, чем в псковской деревеньке, пусть и неподалеку от областного центра. Так Санька три года всерьез занимался футболом, брал различные призы, детские, разумеется. После его потянуло в паркур и каких-то успехов он даже достиг. Но когда бабушка Оля, один раз поведшая его на тренировку, увидела какие прыжки и выкрутасы там практикуются и, что ее Воробушек может сковырнуть себе не только крылышки, но и головушку вместе с ножками, то родителям Сашки был устроен такой разнос, что те решили совсем уж не гневить зарождающийся торнадо с кодовым названием «Бабушка». И от греха подальше полностью прекратили спонсирование Сашкиных тренировок по паркуру. Тот поворчал-поругался, но принял данность и затребовал… гитару. Мол будет теперь наяривать соляки как Яша из «КиШ» и все девчонки станут ходить за ним косяками. Хватило ровно на месяц, пальцы были болюче сбиты вдрызг, — а ведь дед предупреждал — и гитара с неожиданно пошлым бантиком на грифе, привязанном все той же любвеобильной бабушкой, и самим несостоявшимся гитаристом нарисованным маркером логотипом «КиШ», повисла на стене в его же комнате. Старшая сестра Саньки — Лерочка — наверное с неделю подначивала его и просила сыграть «Во траве кузнел сидечик». Санька злился, но против старшей сестры не попрешь, т. к. за ее спиной всегда, когда зримо, а когда и нет, но маячил дед Леша. А с ним связываться, да еще из-за Лерки — себе дороже. Потом Сашку вдруг увлек один любопытный конструктор, подаренный, кстати, все тем же вездесущим Леркиным защитником дедушкой, и… И понеслось! Сашка стал изучать, конструировать и собирать квадрокоптеры! Благо купить запчасти у китайцев проблемы не было никакой. И папа с мамой помогут, да и дед мужик не жадный для внуков. Впрочем, и бабушка тоже. И он всего за год стал настоящим специалистом по дронам. И за то получил в школе уважительное прозвище «Дрон»…

——————

[1] Вымышленное название, предполагающее, что село Привеличье, как и город Псков, расположено на берегу реки Великая. Название, кстати, характерное для тех мест. Так, например, левобережная часть самого Пскова, т. е. относительно центра города за рекой Великая, называется «Завеличье». А часть города которая расположена за рекой Псковой называется «Запсковье». Автор, кстати, жил и в Завеличье (на Коммунальной ул., д. 14А) и в Запсковье (ул. Новоселов, д. 9)

[2] После боя в 2001 году с американцем Забом Джудой, учеником самого Майка Тайсона, наш австралиец Костя Цзю получил звание абсолютного чемпиона мира по боксу. На кону тогда стояли сразу три чемпионских пояса от трех всемирных организаций профессионального бокса.

[3] В реальности так и было, когда автор учился в 294 школе. Леонид Абрамыч действительно при объяснении своего предмета (история) прохаживался между рядами парт и иногда (не всегда в смысле) брал какую-нибудь ученицу вот так двумя пальцами за щеку и несколько минут стоял слегка эту щеку теребя. Мы смеялись над этой особенностью, но никому в голову не приходило усматривать в этом какую-нибудь педофилию. Ну была такая особенность у «Лёни» — и что? Принимали, как нечто забавное, а не преступное. Напомню, что это были благословенные 70–80-е годы… А Леонид Абрамыч и сегодня, слава Богу жив и надеюсь, относительно здоров. Лет 80-85 ему на момент написания этих строк. Автор с ним иногда переписывается в соцсетях. Интересной судьбы мужик.

Глава 2. Испытания дрона и необычное явление неба

— Ну и чего? Получается летать-то? — немного скептически спросил Леха Саньку.

— Да еще и как! Знаешь, как круто получается! Особенно с хорошей камерой. Летишь и все внизу видишь.

— Камера ночная?

— Не… Обычная. Ночная дороже стоит. — чуть с грустью ответил Санька.

— Ну, тогда это несерьезно. — покритиковал Леха — Только днем и можно.

— Ночью спать надо, Русяев! — назидательно влезла в разговор Элла.

— Ну, вот ты и спи. А так летишь ночью и все видно что внизу и вокруг.

— А что все видишь? — спросила уже Марина.

— Да все! Вообще все!

— А зачем? — это уже перевел разговор на другой уровень Костя.

— Ну… Ну, чтобы видеть. — не сдавался Лешка.

— Что видеть то? Тебя ж спросили.

— Да все! Вот ты пошла за водой к колодцу, а я вижу.

— Русяев! Ты часто за водой ночью ходишь? — начала добивать бедолагу Элла.

— Я вообще не хожу. Даже днем. Зачем? У нас водопровод батька сделал. Прям из колодца и качает.

— Так и у нас водопровод, балда!

— Сама ты балда! Дрон с ночной камерой это крутяк! — возмутился Русяев и тут же обратился к Саньке — А он много поднимает? Килограммов десять возьмет?

— Не. Десять не возьмет. Килограмма три. Может чуть больше.

— А давай попробуем? Во круто будет если больше!

— Русяев! Все тебе крутость нужна. Без нее никак? — съязвила Зинчик, не слишком-то и воспринимая Леху всерьез.

Тот, однако, пропустил мимо ушей Элкину подколку и с интересом уставился на Сашку. И друг его видимо заинтересовался может ли его дрон поднять такой вес и начал что-то подсчитывать. Для начала в уме, а после он достал мобильник и стал считать на калькуляторе. При этом он забавно хмыкал и шевелил губами. Девчонки смотрели на него и забавлялись хихикая, как смешно им это выглядело. Костя Ледогоров похоже тоже считал, но исключительно в уме. Так-то он считать умел лучше Саньки, но видимо его прикидки были не такими сложными, как у товарища, и потому он вел подсчет так. А вот Русяев ничего не считал, а только подзуживал Саньке под руку мол «ну чё там, ну чё?». Мешался, проще говоря.

— Ну-у-у… По прикидкам больше трех с половиной кило поднять должен. Но это не точно…

— А давай проверим, а? — попытался перевести дело сразу в практическое русло Леха.

— И что поднимать будем?

— Да хоть что! Давай, а! — с жаром настаивал Лешка.

Санька в принципе был не против узнать сколько может поднять его дрон. Вопрос лишь в точном определении веса груза. Значит, нужен безмен. Значит, нужно идти домой и спрашивать его у бабушки Оли, а та, скорее всего безмена не даст и еще отругает мол баловство.

— Маринка, Элка! Безмен притащите? — спросил Сашка девчонок.

— А у тебя своего нет?

— Есть. Но там бабушка… Не даст.

— Ну мы подумаем, Попов… — слегка барственно ответила Элла. Нет, она не издевалась, но это чисто девчоночья политика вначале повыпендриваться, повыделываться, а потом притащить нужный безмен. Хотя ей самой с Маринкой тоже было интересно сколько сможет поднять дрон. И не потому что это что-то доказывает, а чисто из спортивного интереса. Всегда ж хочется знать пределы допустимого, а тут еще и самоделка. Ну и пусть из гаечек и болтиков, но ведь интересно же.

— Ну не жми-и-итесь, а! — просяще протянул Санька.

— А вдруг вы сломаете?

— Не должны — глубокомысленно заметил Костя — Любой безмен не меньше десяти килограмм измеряет, а тут точно меньше будет.

— Русяеву шарик железный дай — он и его сломает — засмеялась Элка.

— Слышь!!! Пенелопа, блин! Я между прочим мопед починил и не сломал ничего.

— Подумаешь, мопед… Кому он нужен твой мопед?

— Вот попросишь покатать… — с угрозой ответил Лешка.

— У меня велосипед есть, понял. Я и сама могу.

— Ну, починить попросишь. Цепь слетит и что ты будешь делать?

Элла немного обиженно замолчала, крыть Лехин аргумент было нечем, ведь иногда он действительно был необходим. К тому же на мопеде кататься всегда интереснее, чем на велике. Особенно, когда тебя катают. Марина же пока молчала и немного злилась на подругу. Ведь ей этот бестолковый Лешка чутка нравился и ей же было не совсем приятно, что подружка подкалывает симпатичного мальчишку.

— Ладно! Пойдемте лучше в деревню. Мне дрон надо взять, девчонки безмен выпросят, Леха мешок какой-нибудь найдет. — твердо сказал Санька, бывший этаким неформальным лидером в этой компании.

— Какой мешок? Зачем? — удивился Русяев.

— Груз насыпать. Песок. И уж точно мешок не из супермаркета надо. Какой-нибудь крепкий, но не очень большой.

— А у тебя нет, что ля? — попытался перевести стрелки Русяев.

— Не знаю. Может и нет. Мы ж дачники. И кто максимальный вес узнать хочет? Ты или я? Вот и отдувайся. — однозначно утвердил Сашка.

— Но ты ж тоже хочешь вес узнать?

— Я согласился узнать, а ты предложил. Чуешь разницу?

— Ну, лан… Пошли что ль? Че сидим-то? — сдался, наконец-то, Леха.

— Веревку тоже не забудь. А то чем мешок с песком к дрону привяжем? — добил Русяева Санька. Тот только буркнул что-то типа «понаехали тут без мешков и веревок» и побежал домой.

Через полчаса, кое-как отговорившись от бдительных бабушек, вся пятерка собралась там же у разбитой войной колоннады барского дома. Кстати, никакой легенды у него не было. Подвала, хранящего какие-то тайны тоже не было. Все здесь было исследовано и излазано еще местными прадедушками наших подростков, когда они сами были такими же. Ведь все они родились перед самой войной, кто-то даже немного попартизанил, кому-то довелось хлебнуть эвакуации, и только у Эллы все прадедушки и прабабушки были блокадниками и все, на ее счастье выжили [1]. Разумеется, про графские развалины рассказывались легенды одна другой страшнее, но ни одна из них ни разу не получила подтверждение.

Впрочем, кое-какая из этих легенд была самой живучей и заключалась в том, что в одной из стен вмурован кирпич, обнаружив и сместив который можно было открыть вход в подземелье графского дома, которого как бы не было, но все думали, что оно есть. И все его искали. Целых три поколения и наши герои в прошлом году тоже обстукивали молоточками кирпичи на уровне, какого смогли достать. Ничего не нашли, разумеется, как не нашли и предыдущие два поколения, т. е. их же папы-мамы и дедушки-бабушки. Но на стенах руин, где они еще стояли, вся штукатурка была отбита на высоту в пару метров, что внутри, что снаружи.

Забавно, что предыдущие поколения подзуживали своих отпрысков мол еще чуть-чуть и тайна покорится. А та все не покорялась и не покорялась. Но никто все равно не сдавался… Одно лето, когда узнавали про эту легенду. А на следующее она уже была не интересна и эстафета переходила к следующей малышне по возрасту. Так каждый год в графском доме в июне и слышался легкий перестук молоточков и детский веселый гомон.

Наши же герои свое уже отстучали еще пару лет назад и теперь использовали достаточно безопасные развалины в качестве места для игр и просто сборищ. Здесь было удобно и отдохнуть-поболтать на солнышке на ступенях у колоннады и в прятки поиграть и картошку на костре печь. Да мало ли детских забав, придумывающихся буквально на ходу, бывает на свете.

И взрослые уже давно озаботились, чтобы детям на голову тут ничего не упало, не провалилось под ногами, не поранило торчащими палками и штырями. Ведь они сами себе и обустраивали тут все когда-то еще в своем собственном детстве. А крепкие доски, рамы и двери как раз после войны и растащили местные деревенские на материалы. Поэтому до сих пор у многих во дворах встречались различные элементы из дома. У кого воротины в сарае из графских дверей, кто баню досками от флигеля ошил, кому шпунтованные доски на пол достались. А у вредной и древней бабки Венты и вообще все окна в доме были как раз из рам окон графского дома, благо они по размеру как раз и нормально были — подсуетилась она свое время. И сараюху ей сколотили местные мужики из тех же половых шпунтов.

— Ну, че, Руся? Принес?

— На вот, держи. — Леша протянул Саньке мешок.

— А насыпать песок руками будешь? — подначил того же Леху Костя и протянул ему саперную лопатку, которую хозяйственно прихватил с собой точно будучи уверенным, что простоватый Леха обязательно не догадается взять ничего такого. Впрочем, и никто не догадается.

— Во! — только и воскликнул Русяев с благодарностью за выручку принимая от Кости лопатку. И вопросительно посмотрел на подошедших тут же Эллу и Марину.

— На, держи! Только бабушка сказала не сломать. — протянула Элла безмен тому же Лешке. Тот, однако, кивнул на Саньку, мол «ему отдай, он взвешивать будет». И Элла успокоенно передала безмен Сашке — этот точно не сломает.

Сашка кивнул в благодарность и взял безмен. Потом посмотрел на Марину и попросил помочь Лехе насыпать. В смысле подержать мешок, пока сам он будет орудовать лопаткой. Марина отобрала у Русяева мешок, раскрыла горловину мол «насыпай». Леха вздохнул и вонзил лопатку в песчаный мусор в изобилии бывший вокруг развалин графского дома. Насыпав несколько лопаток показал насыпанное Саньке. Тот кивнул, взял мешок у Марины, скрутил горловину и вонзил в ткань крюк безмена. Получилось два кило девятьсот.

— Еще чуть-чуть давай… — и развязал горловину уже сам подставляя ее под лопатку с песком. Леха сыпанул еще пару раз. Санька опять завязал горловину и снова воткнул в ткань мешка крюк безмена. В этот раз получилось почти ровно три кило восемьсот — Теперь в самый раз! Давай веревку.

— Ой, блин… Я и забыл…

— Балда!

— Да ладно, че ты… Вон проволока торчит — и Леха потянул за какую-то неприметную даже не проволочину, а скорее тонкий миллиметра в три диаметром ржавый пруток. И вроде бы все относительно опасное взрослые убрали уже давно, но эта железяка каким-то макаром осталась в песке. А может ее и детишки притащили в прошлом году или раньше.

Смотря, как Лешка потянул за проволочину, весьма вероятно уходящую вглубь, все остальные ребята и девчата напряглись. У всех молнией проскочила одна и та же мысль, что мол не привод ли это хитрого запора в тайные подземелья графского дома. Вот сейчас как дотянет Леха, щелкнет что-то, загудит-затрещит и они все и провалятся в подземелье.

— Ой, мамочки! — тихо воскликнула боязливая Марина. Но… Ничего не произошло. Проволочина, которую с усилием и шлепнувшись в конце на задницу выдрал Лешка, была длиной всего-то около метра и обратный ее конец тоже был заржавленный. И видно было, что ни к чему он прикреплен не был. Песок под ногами в провал не посыпался, но что-то там действительно щелкнуло, правда, ничего не открылось, все осталось, как и было. Однако, все пятеро на всякий случай даже прикрыли глаза в ожидании чего-то, как раз такого. Из «чего-то такого» успели заметить, что как-то вдруг резко и коротко пронеслись облака и стало может чуточку прохладнее.

— Мда… Раскрытие тайны в этот раз отменяется… — разочарованно произнес Костя.

— Ты тоже об этом подумал? — улыбнулся Сашка.

— Мы все об этом подумали. — уже смеясь заключила Элла. И остальные рассмеялись вслед за ней. При этом, удивленно посматривая на секунду назад вдруг резко сместившиеся облака.

Санька, после того, как ребята отсмеялись, взял у Лешки проволочину и быстро согнул крючок. Он знал, что несчастные три с половиной кило его не распрямят, даже десять не распрямят, и можно смело зацеплять крючком к дрону и мешку и поднимать. Что он тут же и сделал.

Дрон натужно зажужжал своими винтами и неожиданно довольно бодро оторвал мешок от земли. Санька поднял коптер повыше — все нормально. Поднял еще выше — проблем нет. Провел его по кругу — и опять полет нормальный.

— Куру-у-уть! — заключил Русяев — Давай еще насыплем! До пяти.

— Не… До пяти не стоит.

— Да мы попробуем только. Много будет — отсыплем.

— Ну, давай — и Сашка посадил квадрокоптер рядом с собой. Все ж таки «не взлетит», если не взлетит, не равно «упадет», если взлетит и не удержится в воздухе.

Лешка и Костик подбежали к коптеру, сняли с крюка мешок и досыпали аж сразу три лопатки. Сашка, честно говоря, не слишком-то и верил, что его квадрик осилит столько.

— Маринка! Взвешивай.

— Я тебе Геракл что ли? На безмен и поднимай мешок сам!

Леха так и сделал. Зацепил безмен и потянул вверх. Стрелка показала четыре восемьсот пятьдесят.

— Еще досыпать?

— Да хватит уже. Проволочина тоже весит. — и Сашка зацепил железяку за мешок. — Отойди, поднимаю!

Дрон с большим трудом таки поднял почти пять килограмм, если вместе с грузом считать еще и проволочину. И всем, даже Лешке, стало понятно, что больше никак. Точнее еще как-то «как», но там речь пойдет уже о сущих граммах, которые никого, понятное дело, и не интересуют.

Тут надо сказать, что этот дрон не был стандартным каким-нибудь «Мавиком» и он действительно был сконструирован Санькой, но на основе как раз таки стандартных деталей. Эксклюзивом тут были только рама и прицепная система, она же система сброса. Причем, рама была изготовлена из алюминиевых профилей, купленных в строительном супермаркете. Сброс — примерно так же, т. е. из купленных в строймаге алюминек. Управление — через типовое андроид-приложение, не зависящее от сотовых вышек. Камера действительно была с высоким разрешением, но в системе было предусмотрено изменение ее разрешения и даже зачем-то просмотр в черно-белом изображении. Это Санька скачал какое-то бета-приложение, но показ в монохроме попробовал только раз и больше не включал. Впрочем, как и низкое разрешение. Зачем? Если система не тормозит, то и нечего тут мудрить. Ухудшение параметров для того и предусмотрено, чтобы снизить «тормоза» софта.

Зачем Санька сделал сброс он мог объяснить. А потому что дед Леша, тот самый, который укротитель «торнадо», попросил придумать что-то, что может доставить ему баклажку пива… две!.. из дома на реку, когда будет рыбачить. Ну, мало ли жарко, жажда мучит… Позвонил Саньке, а он и отправит. Удобно же! Так что Сашка исполнил дедово пожелание, но бабушке-торнадо они с дедом же это дело не объяснили. Старый понятно почему, а сам Санька тоже не дурак и деда подставлять, в общем-то, и не собирался.

— Сашенька! А пять килограмм это много? — спросила Марина и тот сразу включил умника, мол «понимаешь ли, Марина…». Отчего обе девочки переглянулись и улыбнулись. Любили они наблюдать, как мальчишки будто переключаются в другой режим, когда задашь им вопрос по какой-нибудь их любимой теме. Так и здесь случилось. Но влез Леха:

— Ничего ты, Юрова, не понимаешь! Пять килограмм это целый автомат можно подвесить и ка-а-ак открыть огонь! Неожиданно, сверху!

— И по кому огонь, Русяев? — вступилась за подружку Элла

— По фашистам!!! Или по американцам.

— Ну, и где ты их тут возьмёшь?

— Фашисты вон пятьсот километров южнее. — с жаром ответил Лешка, очевидно имея в виду боевиков ВСУ на Украине — А американцы… Ну, да… Но они там у фашистов есть.

— Не долетит этот дрон на пятьсот километров. — как отрезал сказал Костя — И с автоматом не получится, потому что отдача полету помешает.

— Да ну… «Герани» долетают, а тут-то чего?

— «Герани» это «Герани», они по другому сделаны и по ГЛОНАССу ориентируются. А тут дай БожЕ на три километра отлетит. Так же, Сань?

— А давайте проверим! — восторженно предложил неугомонный Леха и вопросительно посмотрел на Попова. Который вначале ответил Косте, а потом сразу и Лехе:

— Не на три, а побольше. Без груза, наверное на семь-восемь улетит. А с грузом поменьше раза в два. И на большой дальности скорее всего связь пропадет. — это Косте и тут же Лехе — Ты за ним побежишь, если грохнется?

— Да чё грохнется-то?

— А то, что в Пскове аэродром и Дивизия [2]. Ничё так? Контролят небо-то. Собьют. А потом нас найдут и по шее наваляют.

— Так ты не лети в Псков-то… — в тон Сашке саппелировал Лешка.

— Сашенька! Ну давай попробуем! — подлила маслица в огонь интереса Марина, на что Элла только хмыкнула.

Санька задумался. В принципе попробовать можно и заряженные аккумуляторы с собой были и даже бензиновый мини-генератор он притащил, поленившись вытащить из сумки. И система предупредит о пределе возможностей заранее. И он даже был уверен, что его дрон осилит больше пяти километров даже с максимальным грузом. Но уже потеряв, по независящим от него причинам пару предыдущих дронов, Санька был осторожен. Не хотелось объясняться с отцом за потрату дрона в ситуации, когда можно было этого избежать.

Санька отцепил от посаженного на землю дрона мешок с грузом, поменял ему аккумулятор, поставив самый большой по емкости и поднял устройство в воздух. Осмотрел окрестности, хотя знал, что никто, кроме него тут не летает и взял направление на юг в сторону от Пскова. Скорость держал небольшую, чтобы меньше расходовать аккумулятор и шел не слишком далеко от реки, чтобы случись что и дрон сядет или упадет на землю, то искать его было легче. Река была своего рода постоянным ориентиром, путеводной нитью, а камера записывала последние пятнадцать секунд полета и эта запись оставалась в планшете. Т.е. случись опять же что, но по заснятым ориентирам дрон получится отыскать быстрее. Даже если это будет на пределе дальности. И Санька знал, что дед Леша обязательно поможет его искать — посадит всех на свою машину и помчит поближе к месту падения. А там уж совместными усилиями и надут.

Небо опять как бы моргнуло и облака резко вруг сместились. Стало еще прохладнее, но ветер не поднялся. Дрон же летел на высоте метров пятьдесят и друзья, обступив Саньку, с большим интересом наблюдали на экране его планшета то, что там проносится под квадрокоптером.

Примерно в четырех с половиной километрах от места старта Лешка вдруг показал на экран девайса и воскликнул:

— Опа-на! Смотрите! Вот, вот здесь!

Санька затормозил полет дрона, развернул его и подвел к замеченному Лехой месту. И все увидели сверху развалины какой-то часовеньки и в ее стене, обращенной к реке был заметен черный провал. С обратной стороны к развалинам подступали прибрежные заросли орешника.

— Ну и чего? Старая церквушка или часовенька. — заметил Санька.

— Так ведь не было ее там…

— Как это не было, когда вон она?

— Говорю же не было! Мы с братом там на лодке рыбачили, вон и затончик наш. И костер рядом жгли вон между теми камнями. Не было там никогда этих развалин…

— Да, ну тя, Русяев! Вечно что-нибудь придумаешь. — отмахнулась от Лехиного удивления уже Элла.

— Да, Лех! Давай долетим до конца и вернемся, а потом разберемся, что там за развалины. — поддержал Эллу Санька.

— А ты их на видео сними. И фото с разных ракурсов сделай. Потом спросим стариков, что тут такое. Наверняка ж знают. — посоветовал Костя.

Санька так и сделал. Дрон облетел руины как мог кругом, Сашка все это заснял на видео. Потом сделал несколько фото. Поднял квадрик и продолжил полет вдоль реки. И пролететь ему без груза удалось аж одиннадцать километров! После на экране планшета появилась предупреждающая надпись мол необходимо возвращаться назад. Сашка испытывать судьбу не стал и включил «возврат домой» — теперь дрон сам прилетит и сам сядет.

Когда дрон вернулся, то ребята обсудили этот полет, а Леха заключил, что такая дальность суть есть действительно круть, но еще раз отметил, что развалин тех и вправду раньше не было. Может берег размыло и они появились? На что Сашка предложил не гадать, а пойти к его деду и спросить. Тот сам заядлый рыболов и изучил берег реки по десятку километров вверх и вниз. Наверняка же знает что там за развалины такие… И когда вся компания пришла к нему и Сашка изложил суть дела, то дед Леша сильно заволновался.

— Видео, говоришь, сняли?

— Ага! И фото! Я покажу! — Сашка достал и включил планшет, нашел нужную папку, открыл ее, увидел значки фото и видеофайлов и тапнул по видео…

Друзья, все пятеро, смотрели широко раскрыв глаза и не могли понять куда с ролика делись те развалины. Вроде бы ориентиры все те же, а развалин нет.

— Может ролик не тот? — задумчиво спросил Костя.

— Не… Тот ролик. Вон и камни про которые Леха говорил, что они с Витькой там костер жгли. И затончик вон. Да и нет в этой папке других видео.

— Ну ок. Давай фото глянем.

Санька открыл первое же фото и… Развалин на нем не было. Тогда он поочередно открыл все остальные — развалин не было…

— Во дела-а-а! Дед, как же так? Может съездим завтра туда?

— Съездить можно. Я это место знаю и развалин там тоже не видел…

— Я же говорил! — воскликнул Леха, но на него шикнули мол помолчи не мешай.

— Но есть тут в Пупырышках человек, кто видел.

— Кто?!!! — разом вскрикнули все пятеро подростков.

— Бабка Вента. Сегодня, наверное, уже поздно, а завтра сходите к ней. Может что и расскажет.

Но идти к бабке Венте не пришлось. Через минуту она сама постучалась в калитку и попросила разрешения войти…

——————

[1] Бывает и не такое. Например, в семье автора, который сам по возрасту как раз таки и является дедушкой одному из наших героев (а торнадо «Бабушка» и вообще списана с его супруги т. е. с реальной Санькиной бабушки Оли), все четыре деда воевали и все с 1941 года. И все вернулись! Да, не все здоровыми — двое вернулись инвалидами (один без ноги, второй просто израненый) — но все четверо прошли все четыре года войны и выжили.

[2] Имеются в виду аэродром «Кресты» и на другом конце города постоянная располага 76-й Псковской дивизии ВДВ.

Глава 3. Неспроста это все... И бабка Вента еще...

Когда в деревне появилась Вента Оскаровна никто не помнит. Кажется она была тут всегда и, можно даже сказать, что являлась своеобразной местной достопримечательностью. Поговаривали, что она оказалась в этих краях сразу после войны, но деды нынешних ребятишек, войну не заставшие, говорили, что им их бабушки рассказывали дескать совсем молоденькой Вента объявилась в Пупырышках еще чуть ли не до войны с германцами, т. е. задолго до революции. И если верить этим рассказам, то получалось, что Венте тогда было лет семнадцать-двадцать. Т.е. сегодня, в 2024 году, ей выходит как бы аж и поболее ста тридцати лет.

В это, конечно же никто не верил, да и документы ее видели и руководитель сельского поселения и врач местного ФАП и ничего странного в них не находили. Год рождения Венты Оскаровны был обозначен в них 1928, т. е. сегодня бабке Венте должно быть вполне разумные 96 лет. И старше ее в Пупырышках никого не было и все живущие здесь помнят ее с самого детства. Вот от того и возникла легенда мол бабка Вента — древняя как… знамя Октябрьской Революции… Немногим и ошибается легенда-то…

Сама же Вента Оскаровна, была по паспорту эстонкой. На Псковщине издавна живет много и эстонцев и латышей — Псковская область так и граничит с севера на юг с Эстонией и Латвией. На юге — с Белоруссией и, соответственно, там много белорусов и даже литовцев. Так что ничего удивительного не было в том, что бабка Вента была эстонкой.

— Проходи бабуль. Присаживайся. Чайку мож? — пригласил Венту Оскаровну дед Леша. От чая Вента Оскаровна отказалась, но присела на заботливо подставленную дедом Лешей табуреточку.

А его внук Санька с друзьями были несколько ошарашены таким совпадением, что только говорили о ней, причем в таинственном смысле, и вот она нарисовалась сама, не сотрешь. Тайна то видимой, то невидимой часовни становилась все интереснее и интереснее. Тем не менее, они все поздоровались и затихли ожидая, что же будет дальше.

— Небо видели как сегодня сыграло? — глуховатым, но чуть скрипучим голосом спросила старая Вента.

— Ага…

— Неспроста это. Опять, наверное, ученые какие эксперименты затеяли.

— Какие ученые, бабуль?

— Да есть одни… — напустила туману бабка и осеклась. Никто пока настаивать разъяснить не стал.

— Баб Вента… Скажи! А ты видела развалины часовни у Стефанова затона? [1] — спросил дед Леша.

— Видела, Лешенька, видела. И не раз. Это часовня и была. Разрушили ее в восемнадцатом годе. Снаряд по ней попал. там рядом деревенька была, вот при ней и часовенка. Как бахнул снаряд, так и все…

— Что все?

— Да часовенка все. Разрушилась…

— А деревенька?

— Тогда же и сгорела…

Все сидели ни живы, ни мертвы и начинали понимать, что прикоснулись к какой-то невиданной тайне. Чисто случайно прикоснулись. И от этого менее интересно не становилось. Тем более, что бабка от роду по паспорту 1928 года говорила о событиях 1918 года так, как будто сама все и видела.

— Видела и не говорила никому?

— А кому я могу сказать? Тебе? Так ты там все изроешь и все равно не найдешь, не увидишь.

— Так уж и все? — улыбнулся дед Леша.

— А то вспомни, как Игореха и Юрка тебя подначили пулемет в ручье под мостками искать. — хрипло засмеялась бабка Вента

— Да, ладно… Чего теперь-то? — вспоминая приключение своего же детства тоже захохотал дед Леша [2]

— А как видеть можно, бабушка Вента? — тихо спросила Марина.

Та посмотрела на девочку, оглянула остальных и задумалась. Словно размышляя стоит ли рассказывать или немного погодить. Потом вздохнула и решилась…

— С тем местом много непонятного. Но я заметила, что если небо вот так дернется, как сегодня было, то часовня показывается.

— Как город Китеж? — с воодушевленным интересом спросил Леха.

— Ты-то откуда про Китеж знаешь? — удивилась всегда критикующая Русяева Элла.

— А вот знаю!!! — с жаром ответил Лёха и, состроив рожу, показал той язык. Элла замахнулась, чтобы треснуть мальчишку по лбу, но окрик деда Леши успокоил и ее и Русяева.

— Почему мы раньше не замечали, как небо дергается? — спросил въедливый до деталей Костя Ледогоров.

— Потому что обычно ночью дергается, а тут днем и два раза. Что-то поменялось, видать.

— А вы откуда знаете, что ночью дергается и после этого часовня появляется? — не унимался Костя.

— Доживешь до моих и сам будешь по ночам сидеть — увидишь. Старая я уже, ночами часто не сплю, не уснуть.

— А часовня? — напомнил Костя старой Венте вторую часть вопроса.

— Во время войны еще я была в том месте, пряталась. Там землянку себе выкопала. Тяжело было, но справилась. От немцев пряталась, да от полицаев. И один раз закидушку на налима поставила в ночь, а ночью-то небо и дернулось. Обернулась, а часовенька-то и стоит. Потом, в другую уже ночь, так же повторилось. Я любопытная была, а тут связь вона какая. Стала караулить небо и часовеньку. И потом еще много раз видела.

— Т.е. небо прыгнуло и беги смотреть часовеньку? А долго ее видно?

— Нет, не очень долго. Минут десять всего. Ну, да пойду я…

Старая Вента встала с табуреточки, кивнула всем поклоном головы и пошла к калитке. Все с легким недоумением смотрели ей вслед. И первым очухался дед Леша:

— Баб Вента! А чего приходила-то?

Та остановилась у калитки, обернулась и на лице ее появилась озорная улыбка:

— Так вы ко мне собирались, а у меня не прибрано. Дай, думаю, сама до тебя прогуляюсь. — и, повернувшись обратно, вышла в тут же отворенную калитку.

Все опять сидели будто громом пораженные. А из дома вышла бабушка Оля:

— Чего это старая ведьмачка приходила?

— Оль… Да перестань человека-то обзывать.

— А то я тебе не говорила, что колдует она… И все в деревне говорят.

— Оль… Ну ты прям совсем-совсем дремучесть-то не разводи, а. Колдуньи, ведьмы. Двадцать первый век на дворе, все поголовно грамотные, а ты все не угомонишься с этой волшбой. Перестань!

— Вот ты не веришь, а ни на одной фотографии в деревне ее нет. Хотя фотографировали и не раз. И на общих и на свадьбах и на Доску Почета. У многих на общих фотографиях среди всех есть место где вроде бы человек стоять должен, а там пусто. Она там и стояла. А помнишь, Сашка Зарубин на колхозную Доску Почета ее снял, а фото все белые получились?

— Было такое, да… Так сколько лет-то прошло?

— Да сколько бы не прошло. Нет ее на фото! Ни на одном. Вот и думай!

Дед Леша недоуменно смотрел на супругу. Потом оглядел внука и его компанию. После чего сделал свой любимый жест, когда прикладывает указательный палец к виску, а после быстро отводя его вверх, мол «а ведь это стоит обдумать». Те тоже поняли о чем речь и тоже обратили внимание на связь исчезнувшей с видео и фотографий часовеньки с тем, что старая Вента, по утверждению бабушки Оли, не получается на фотографиях. Т.е. нет ее, бабки Венты, ни на одной из них.

Молчали все примерно минуту…

— Но интересно, откуда она знает, что мы к ней собирались? — тихо спросила Элла.

— Ну, тут просто! — сказал Костя — Небо дернулось, она наверняка догадывается, что дедушка Леша нас к ней с этим вопросом отправит

— Так мы не про небо собирались, а про исчезнувшую часовню. — уточнила Элла.

— Так связь же есть. Баба Вента ее сама и подсказала. Раз небо прыгнуло, то значит часовня появлялась. А раз появлялась, то значит ее видели.

— Так мы же никому, кроме дедушки Леши, не говорили, что видели…

— Ну, да… — понял Костя в чем суть размышлений Эллы. А мрак тайны стал еще гуще.

— Еще одна странность есть. — это уже Марина — Откуда она знает, что часовню снаряд разрушил в восемнадцатом году, если ее никто просто так не видит, а родилась баба Вента где-то после революции.

— Да кто ж ты за есть цаца за растакая, бабка Вента, а? — хмыкнув сам себе задал вопрос дед Леша и взглянул на свою бабушку Олю в глазах которой читался гвоздильно-однозначный приговор: «Колдунья она!». Но мысленно дед Леша от этого отмахнулся сразу, мол «Неча тут деревенское мракобесие разводить», и замолчал раздумывая над уже новой загадкой, которая нарисовалась из-за странностей, которые им преподнесла только что ушедшая гостья…

***

Экспедицию к Стефанову затону решили провести через три дня. Небо в течение этих трех суток дернулось еще два раза и оба раза ночами. Что и зафиксировал дед Леша, устроив добровольное ночное дежурство, несмотря на ворчание заботливой бабушки Оли. Подобная активность неба — знать бы еще и причину и явления и повышения активности — давала надежду, что в одну из ближайших ночей оно дернется еще, как минимум, раз. Вот этот момент и хотелось ухватить и хоть как-нибудь, а изучить прямо там на месте возле видимо-невидимых развалин часовни.

С дедом собирались все пятеро и для удобства распределили кто за что отвечает. Санька был ответственным за дрон и все к нему относящееся. Задача деда Леши — транспортировка на машине всех и всего и общий пригляд за подростками. Ну и обеспечение необходимым инвентарем вроде топора, аккумуляторных пил — цепной и сабельной -, более мощного, чем Сашкин для аккумуляторов дрона, бензогенератором с запасом бензина, походной посудой и всякими там спичками-зажигалками. Марина и Элла — бытовые вопросы, типа чайку вскипятить, кашку сварить, место отдыха обустроить. Костя — ожидаемо должен был заниматься фиксацией событий. В первую очередь планировалось, все же, попробовать еще раз заснять часовню на фото и видео, а так же измерить ее размеры, возможные всплески или падения различных физических параметров вроде влажности воздуха, электрической и магнитной напряженности, температуры и всего такого умного прочего. Благо некоторые необходимые приборы у Кости есть. Простенькие, некоторые самодельные, построенные при помощи Костиного отца, служившего ученым-физиком. Пусть эти приборы были не настолько сверхточные и суперчувствительные, как у настоящих ученых, но что-то они да покажут. Вот эти показания Косте и надо будет зафиксировать. Ну, а Лехе досталась самая ответственная часть — помогать всем и каждому по запросу. И, когда ему это объявили, то он вздохнул и обреченно посмотрел на Эллу, которая тут же включила в своем взгляде режим мстительной хищницы. Может даже и не мстительной, т. к. мстить особо не за что было, но повышенный уровень вредности в ее взоре читался однозначно. Эту переглядку заметили и оценили, кстати говоря, все и все дружно засмеялись.

Выдвинулись еще прилично засветло. Ехать-то было недалеко, но надо же было и обустроиться. Неожиданно, но бабушки всех отпустили всех же без особых проблем. Знали же, что едут с дедом Лешей — какой-никакой, а таки взрослый и даже очень — и что «на хозяйстве» будут вполне серьезные, хотя и хохотушки, Марина и Элла. На всякий случай предупредили местного участкового и врача местного же ФАП. Не рассказывали всей картины, просто сообщили, что едут в ночное порыбачить рыбку на донку-закидушку и порассказывать друг другу страшные истории одна другой страшнее. Участковый и врач приняли информацию с улыбкой — когда-то они и сами такими были.

Прибыли на место. Неожиданно даже для деда Леши, но на машине не без некой корявости дороги, которой, по сути, не было, но подъехать удалось довольно близко. Все ж таки Лада Гранта Кросс хоть и уступает Лада Ниве по проходимости, но по бездорожью едет намного лучше любого расфуфыренного кроссовера и дед это прекрасно знал, когда три года назад покупал эту машину новой.

Осмотрелись. Выбрали место для располаги. Такое чтобы и от воды-сырости подальше и от места появления часовни недалеко, а лучше практически рядом. Впрочем, место было слегка обжитое рыболовами, правда прибывающими сюда на лодках. Вон и то их кострище никуда не делось.

Саньку и Лешку отправили за сухими дровами. То, что они не потеряются дед Леша был уверен. И тот и другой давно умеют пользоваться навигаторами в своих мобильниках, а сотовых вышек в округе недостатка не было. Не Московская область, конечно же, вся истыканная ими, но и не дремучая тайга. Да и теряться особо некуда было, т. к. с одной стороны, с запада т. е., река Великая, на берегу которой они и расположились, с Востока в примерно 6 километрах от реки дорога Псков-Минск, с юга тоже где-то на таком же расстоянии от их импровизированного лагеря дорога Дуловка-Шабаны, а на север, в тех же семи километрах, их родная деревня Пупырышки и дальше село Привеличье. Ну и дорога поперек, мимо не пройдешь. Либо там, либо сям, а упрёшься в какую дорогу или реку. Лишь бы не кружить, но навигаторы-то в мобильниках для чего? Это, кстати, Сашке и Лешке дед объяснил. Те поняли, взяли сабельную пилу и топор и углубились в прибрежные заросли.

Костя расставлял свои приборы и фиксировал изначальные значения. Дед Леша организовывал костер и все, что необходимо для приготовления пищи, а так же приволок из леса толстые валежины, чтобы устроить из них аутентичные походные лавки. Спать на них, конечно же не получится, но сидеть на холодной земле не придется.

Костерчик из найденных тут же сухих веток и камышей разгорелся быстро, но пока не жарко. Вот Сашка с Лешкой дров посерьезнее принесут и вот тогда начнется настоящая походная жизнь. Тем не менее Элла с Мариной чаек затеяли и не какой-то там магазинный, а из трав, собранных Марининой бабушкой.

Кстати, продукты принес каждый. Кто побольше, кто поменьше, но бабушка Оля все равно заставила деда Лешу взять их еще и сверх того самому и побольше. Так, на всякий случай. И дед отказываться не стал. А вот чай Марина сразу сказала, что принесет весь на всех. Никто против и не был. Знали все, что такое чай из бабушкамарининых трав, да и в прошлом году испробовали его вскипятив на костре тоже там у графских развалин. Совсем другой чай! Мало того, что сам по себе особенный, так еще и приятно дымный на вкус.

***

Сашка с Лешкой выбирали сухие не слишком толстые, чтобы по силам, валежины, тут же пилили их на хлысты метра по два и оттаскивали к лагерю. Дед не препятствовал натаскать побольше, наоборот хвалил и говорил мол тащите еще — запас дров лишним никогда не бывает. А мальчишкам неожиданно понравилось быть добытчиками дров и они, после того, как с корявой валежиной застряли в кустах, старались выбрать их поровнее.

— Оба на! Сань, Сань! Смотри, смотри, че это? — позвал друга Лешка.

Тот бросил свою валежину, быстро подошел и тоже уставился на очевидные остатки небольшой землянки. У них угадывался вход, торчали из земли концы нетолстых, но трухлявых уже бревашек накатов крыши. А само место точно было раньше небольшой и явно расчищенной полянкой, теперь уже заросшей кустарником и тонкими березками.

— Походу это та самая землянка, о которой бабка Вента говорила. Пойдем нашим скажем.

Сашка достал навигатор и, определив в нем свое местоположение, зафиксировал точку, где находились остатки землянки. Потом сориентировавшись куда идти, уверенно пошел к лагерю.

— Э-э-эй! Куда пошел-то? — возмутился Леха.

— Ну, чё ты еще? — грубовато буркнул Сашка.

— Зря ходили что ли? Валежину-то бери. — заругался Лешка и сам поднял свою, которую тащил пару минут назад. Сашка хлопнул себя по лбу мол «совсем забыл, балда» и вернулся за своей дровиной. Поднял ее подмышку и поволок между деревьями к лагерю.

В лагере, скинув обе валежины в общую и уже вполне приличную кучу, Санька и Лешка наперебой рассказали всем, что они увидели и выдвинули предположение, что это и есть та самая землянка бабки Венты. И вначале ребята порывались отправиться к ней и исследовать там все получше, но дед Лёша их осадил…

— Во-первых, вечер уже. Вы начнете там копать и устанете. А устанете — уснете очень быстро и не увидите часовню. А во-вторых, раскапывать можно завтра с утра, но лучше этого не делать.

— Почему, деда? — спросил Сашка.

— Потому что она может быть заминирована. Бахнет — собирай вас потом по деревьям.

Ребята засмеялись дедалешиной шутке, которая хоть и звучала смешно, но подтекст имела таки трагичный.

— Ну, не могла же бабушка Вента заминировать. Она бы нас предупредила. — сказала Марина.

— Вента Оскаровна могла и не знать о минировании. — ответил за деда Лешу Костя.

— А кто ж тогда? — это уже заинтересовалась Элла.

— После войны много бандитов было. Могли и эстонские полицаи быть и латышские. Правда они больше там за рекой шумели, но мы ж не знаем были они тут или нет. Да и местные полицаи могли здесь прятаться. Так что не лезем в землянку ни завтра, ни вообще. — как отрезал дед.

— Ладно… — огорченно и буквально все ребята выдавили из себя согласие.

— Надо вначале бабушку Венту расспросить про землянку. Может там и нет ничего. И миноискатель я сделаю. — сказал Костя.

— Вот когда сделаешь, тогда и проверим землянку. — поставил точку в интересном для ребят вопросе дед. — Садитесь чайку попьем, Марина заварила.

——————

[1] Название вымышлено. Но, очевидно, тут связь с польским королем Стефаном Баторием, почти полгода осаждавшим Псков в 1581–1582 годах. После чего осада была снята. Успешное пятимесячное сопротивление русских войск при осаде Пскова позволило заключить мир, по которому были возвращены все русские земли, захваченные ранее Стефаном Баторием.

[2] Это автор упоминает реальный случай произошедший с ним самим где-то в конце 70-х. В дачном поселке, на реке Мге через реку же был висячий мост. Места те опаленные войной (немецкая линия обороны как раз по берегу реки и проходила, об этих местах и песня Визбора существует) и дачники, а особенно детишки, нередко находили в земле и реке патроны, оружие, снаряды (автор лично нашел 122-миллиметровый снаряд чуть несколько лет позже и умудрился притащить его к правлению садоводства — во паника там была). И вот как-то раз Игорь, старший брат автора (на 11 лет старше), с приятелями подшутили что мол под висячим мостом в воде видели… пулемет Максим!!! На колесах, со щитком!!! А там глубины-то сейчас автору по пояс. И автор там все изнырял. И не подумав даже, чего бы это пулемет они видели и не вытащили сами. Уж как эти охламоны-весельчаки ухохатывались подсказывая мол «туда нырни», «а может его течением снесло, нырни туда» — можете себе представить. Пулемет автор, конечно же не нашел, но тот прикол и теперь сам вспоминает со смехом. :))

Глава 4. Беглые бандиты...

Дело, однако ж, к вечеру. Еще не стемнело, но сумерки уже начали собираться. Ребята, во главе с дедом Лешей, быстренько организовали и костер правильный и треногу, на которой уже булькал котелок с густым супом приготовленным Мариной и Эллой. Картошка, лук, зелень и армейская тушенка — просто, ароматно, аппетитно и обалденно вкусно!

Дед Леша заканчивал распиливать принесенные Санькой и Лешкой валежины. Цепную пилу он никому не доверил, а у сабельной уже сел аккумулятор. Но заряжать его сейчас дед не стал, чтобы не нарушать громким тарахтением генератора уютную тишину окружающей природы. Утром и зарядит, если та вообще потребуется. Всего-то пару часов на зарядку.

Сашка с Костей что-то подсчитывали на планшете. Кажется они задумали построить дрон на гусеничном ходу и сейчас делали предварительные прикидки. А вот Леха занимался тем, что налаживал донки-закидушки на сома. С соответствующей насадкой из чуть поджаренного на пахучем постном масле куска сала. Они с братом так и делали.

— Это на кого ты мудришь? — спросил Леху дед-тезка.

— На сома.

— Здесь на сома? Никогда его тут не ловили. Он ниже километра два отсюда. Вот там да-а-а! Там сомы так сомы! А здесь если какой соменок, а зачем тебе мелочь?

— Ну, может лещ клюнет.

— На кусок сала? И с таким крюком? И не мечтай. Вон возьми крючок двойку и корку хлеба насади. Глядишь лещ или голавль возьмут. Только поводок сантиметров до пятнадцати укороти и корку бери не верхнюю черную, а нижнюю или боковую. Такая дольше держится. Но проверяй все равно чаще, чем с салом, а то мелочь объедает.

— Не коротко пятнадцать?

— В самый раз! Лещ он на дне и у дна еду ищет, а с коротким поводком корка над дном и будет болтаться. Делай так, говорю, проверено.

— Агась…

И Лешка стал перенастраивать оснастку. Все сделал, как посоветовал дед Леша, и затем забросил. Недалеко, метров на десять. Там как раз и была небольшая ямка на дне, которую они с братом Витькой вычислили еще года два назад. И в ней то судак, то лещ, но голавль не попадался ни разу, хотя в Великой его полно. И язя тоже… И сомы и взаправду в этом месте не попадались. Леха этот нюанс, как говорится, взял на карандаш. Надо будет и Витьке доложить. Впрочем, тот и сам не дурак, поймет может.

Вот, наконец-то, Элла пригласила всех ужинать. Пока Марина еще нарезала хлеб, она разливала походный суп по пластиковым мискам. ЧестнАя компания ждать себя не заставила, мальчишки прекратили свои дела и расселись на бревашках вокруг костра. А дед Леша достал из мешка теплые пледы, заботливо приготовленные бабушкой Олей, и раздал каждому из ребят. И, накрывшись своим пледом, тоже сел на бревашку и взял у Эллы миску с супом, ложку и кусок хлеба.

— Так не холодно ж… — попытался кочевряжится Санька.

— Ну, так скинь… Быстро обратно наденешь. От костра жар, а снаружи холод. Скинь, скинь. Узнаешь. — подзужил дед.

— Да, ладно… Я так…

Ребята, реально уставшие за день полный приключенческих забот, работали ложками словно экскаваторы. Леха попросил добавки. Марина налила. Потом добавки захотели и все остальные. Разлив супа пошел, что называется, по второму кругу.

— На ночь кипяток организуйте, девчата. — сказал дед.

— Хорошо…

— Есть все равно никто не будет, а вот чаек ночью хорошо будет. Термосы вон в том мешке. Чистые. Там же и печенюшки с сухариками. С чайком в самый раз.

— А конфет нету? — с надеждой спросила сладкоежка Марина.

— А вот это большой-большой, очень большой секрет! — подмигнул ей дед и тут же обрадовал — Есть, конечно же. Чтобы бабуля Оля вас без конфет отправила? Не может быть такого.

Девчонки улыбнулись и обе просяще сложили ладони лодочками. Дед заулыбался и пошел к сумке, в кармашке которой и лежал пакетик с конфетами. Вытащил, принес и отдал счастливым Марине и Элле.

Меж тем все уже наелись, напились чаю и сидели в ожидании необычного явления. Постепенно, но по-летнему медленно сумерки превращались в ночь. Посуду, правда, помыть пришлось уже при свете фонаря, что и сделали Марина и назначенный волевым решением Эллы попавшийся ей под руку Леха. Саня с Костей продолжили свои расчеты и прикидки, а значит в жизни лагеря участие принимать практически перестали. И…

Эта ночь прошла спокойно, небо не дернулось, часовня не появилась. Всем немножко было жаль, что зрелище откладывается, но скучно не было никому. Ведь дед Леша всегда славился неплохим рассказчикам, да еще и с юмором понятным ребятам любого возраста. Но все равно к четырем часам ночи уснули все. И хорошо, что ночи сейчас стояли теплые и сухие.

Утром же, когда все проснулись, начались новые хлопоты. Но дед Леша предложил, что если кто-то не выспался, то не стесняться и сказать об этом. Не выспались Марина и Элла. Тогда дед отвел их в машину и устроил поспать. Завесил окна пледами и тем создал уютный полумарак в салоне машины.

Пацаны же отправились искупаться и проверить донки. Увы, но они были пустыми. Впрочем, день еще только начинался и шансы на улов никуда не делись.

И этот день тоже прошел в целом неплохо, весело и беззаботно. Но к вечеру вдруг раздался звонок дедова мобильника — звонил Привеличенский участковый.

— Анатолич, здорово!

— И тебе, Сергеич, не хворать. Чем порадуешь?

— Тут дело такое. Вы там у Стефанова затона же?

— Ну, да… Я ж тебе сообщал.

— Да я помню. Короче! Сворачивайте свой лагерь и возвращайтесь домой. И побыстрее. Проблемка тут нарисовалась.

— Что случилось? — заволновался дед.

— В Острове из предвариловки два кренделя подорвались. Напали на наших, одного подранили и смылись. Кренделя по паре ходок имеют. Куда, в какую сторону пошли неизвестно. Могут и в вашу.

— Давно?

— Утром.

— И ты только сейчас об этом говоришь?

— Анатолич, не ворчи. Я сам только пятнадцать минут, как узнал. У нас же бардак не хуже армейского, ты ж знаешь.

— Если без транспорта пехом, то они до нас только к утру доберутся, если на север подались. Но я тебя услышал, сейчас соберемся и поедем.

— Они могут и машину или даже велики захватить. Давай я тебе отцов ребятишек пошлю навстречу кого найду.

— Давай… Место они знают, на моторке быстрей доберутся. Если нас тут нет, то значит мы машиной уехали, успели. Но ты не сказал с оружием они или нет.

— С оружием, дядь Леша. ПМ у них. Отобрали в предварительном околотке и сдриснули.

— Тож невесело. Я понял тебя, конец связи, собираемся. Спасибо Витя! — и дед дал отбой.

Ребятишки огорченно загудели. Так было обидно, что приходится сворачивать интересное приключение, но дед Леша был непреклонен и начал собирать все сам. Волей-неволей в сборы включились вначале девочки, а там уж и пацаны. Они, в конце концов прониклись тем, что им грозит реальная опасность. Ведь появление часовни опасности не несло, иначе бабка Вента предупредила бы, но с беглыми вооруженными преступниками им связываться никак не хотелось.

На сборы ушел час. Вокруг опять начались спускаться сумерки и вот к укладке в машину приготовлена последняя сумка. Дед осмотрел все это хозяйство, решил, что все на месте, благо ничего лишнего не видно, и дал команду носить сумки к машине.

В прибрежных кустах вдруг зашумело, кто-то шел. Дед встревожился.

— Так, ребята… Тихо отходим к машине. Только тихо…

— А вещи? — спросила хозяйственная Марина.

— Успеется… Давайте к машине.

Ребята потихоньку начали двигаться к дедалешиному автомобилю, но тут из кустов раздался голос:

— А вот и они, Андрюх…

— Ключи у деда, забери. — послышался ответ и из кустов на берег вышли два молодых мужика. В руках у одного был пистолет. Ребята замерли и поднялись все, кроме Саньки, который и так стоял и у него на плече был кофр с разобранным дроном. Как раз он и собирался нести его в машину. Марина ойкнула…

А дед Леша не стал геройствовать. Против пистолета, когда за спиной пятеро подростков за которых он несет ответственность, особо не попрыгаешь. К тому же, тот кто держал оружие, был на приличном удалении, т. е. шансов связать его дракой не было никаких.

— На, держи ключи. — дед Леша вынул из кармана связку и протянул второму беглецу, который был без оружия. Тот подошел, забрал ключи и отошел назад.

— Пожрать есть чего? — спросил вооруженный.

— Печенье только. Остальное готовить надо. Костер разводить.

— Не вариант. Пить есть что?

— Кипяток в термосе. Чай вон в той сумке. Сахар и печенье там же.

Дед Леша понимал и видел, что агрессию эти двое не проявляют. Они получат, что требуют и уедут. А там уже он сам сообщит участковому и тот уже сориентирует полицию. Дедалещину красную Лада Гранта обнаружат быстро. Машину, конечно же жалко, будут терки со страховой по поводу выплаты КАСКО, но иначе никак.

— Серега! — окликнул приятеля тот, что был с оружием.

— А…

— Мобильники собери со всех.

Ребята заволновались и посмотрели на деда. Тот кивнул мол «делайте, как он говорит», вытащил свой смарт и… бросил его в воду.

— Ты че сделал-то? — с возмущением сфальцетил тот, который Серега.

— У меня там банки. Так что, извини. Нужен мобильник — забирай у ребят.

— Хитрый ты, дед… — глуховато заметил тот, который Андрей с пистолетом.

— Не хитрый, а опытный. Я девяностые прожил. Так что забрайте машину, кипяток с чаем и скатертью дорога. Успеете уехать далеко, пока мы до жилья доберемся. — дед Леша не стал говорить, что в Пупырышках уже организована помощь и как раз примерно в это время лодки с отцами ребят, наверняка вооруженными охотничьими ружьями, должны вот-вот появиться.

— Гля, Андрюх, какой борзый, а! — опять взвизгнул второй.

— Глохни! — буркнул Андрей и Серега осекся. — Да, дед, ты прав. А вы отдайте ему мобилы и разойдемся.

— Ребята. Мобильники отдайте. — практически приказал дед Леша.

Мальчишки и девчонки нехотя вынули свои и положили их на прибрежный песок. Никто не хотел отдавать то, что составляло значительную часть их жизни, но лучше было не рисковать. Однако Сереге не понравилось то, что девайсы не дали ему в руки, а буквально заставили его подбирать телефоны с песка.

— Вот ты, чернявая, быстро собрала мобилы и дала мне! — прикрикнул визгливый на Эллу, та аж дернулась.

— Не гони глум, Серега! Времени нет. Собери сам и погнали отсюда. — прикрикнул на приятеля вооруженный.

Тот что-то проворчал и все же пошел к ребятам, чтобы собрать мобильнтки. И тут…

Небо дернулось и стало чуть холоднее. Это заметили все, в т. ч. и беглые. А на берегу вдруг появились развалины часовни с манящим черным провалом под нее…

— Ититьколотить! Андрюх, ты видел? — взвизгнул тот, который Сергей и удивленно показал указательным пальцем на часовню.

— Вижу! Проверь, что там в дыре.

— Да ты че? Страшно, блин…

— Проверь говорю!

Беглый, который Андрей, кажется был более сообразительный и, пусть удивился появлению часовни, но быстро сообразил, что это возможно один из вариантов надежно скрыться. Ведь если часовни не было, а она вдруг появилась, то она же может и исчезнуть. А почему бы и не вместе с ними? Вряд ли часовня несет в себе что-то бесовское, все ж таки она частичка Божьего храма. Да и врожденная его чуйка на опасность не давала никаких тревожных сигналов в отношении этой часовни. Так же, как и не давала, когда с ними дерзко разговаривал этот борзый дед. Впрочем, Андрей и не собирался причинять вреда детям, понимал, что сделай он это, то жить ему останется не более нескольких часов и вероятнее всего к утру их банально застрелят при задержании. Так что, в надежде, что при помощи часовни, можно будет надежно скрыться, он и настоял проверить провал под нее.

Визгливый подошел к провалу, заглянул, присмотрелся…

— Темно там, не вижу ничего.

— Возьми мобильник. В любом фонарик есть.

Визгливый Серега так и сделал. Взял ближайший и пошуровав на экране включил фонарик. Посветил внутрь и все увидели, что ход ведет куда-то вниз. Даже издалека была видна пыль на стенах и ступенях хода.

— Спускайся! Че застыл?

— Да ну наф! Страшно блин. Зачем спускаться-то?

— Долго объяснять. Спускайся, так и уйдем…

Серега стал осторожно спускаться по ступеням, подсвечивая себе фонариком мобилы. И тут вдруг со стороны реки послышался шум моторов и показались сигнальные огни двух лодок.

— Эй, дед! Кто это? — спросил беглый с пистолетом.

— Наши. Отцы ребятишек.

— С оружием?

— Наверняка. Не завидую я вам. Чуть дернетесь завалят на раз.

— Че, прям такие крутые? Офицеры, что ли, из Дивизии?

— Нет. Дети их здесь. А ты с оружием. И у них стволы. Их пятеро, как минимум. А с участковым и все шесть. Не пляшет твоя против них. Так что лучше положи ствол и сдайся. Целее будешь.

Из провала показался визгливый Серега:

— Андрюха! Там выход есть.

— Куда?

— Да хрен знает. Темно, не разобрать. Но река тоже.

— Ясно… — и тут же беглый с пистолетом обратился к детям — Так! Мелкие все сюда! Бегом я сказал!

Никто, однако, не дернулся.

— Ты чего задумал?

— Что надо, то и задумал. Отвали старый!!!

Дед Леша понял, что беглый Андрей хочет взять ребят в заложники и прикрываясь ими избежать столкновения с, как минимум, впятеро превосходящим по вооружению противником.

— Ты совсем дурной? У тебя ключи от машины. Беги и уезжай. Не нагоняй себе срок.

Но беглого Андрея как переклинило.

— Я сказал мелкие сюда!!! — заорал он и выстрелил в деда Лешу. Тот упал. Девочки вскрикнули, Санька хотел бросится к нему, но стоящий рядом Костя удержал. И быстро сказал всем ребятам:

— Делаем что он говорит. Стрельба начнется все падайте на землю и головы не поднимайте.

— Ой, мамочки… — это Марина.

— Я сказал все сюда!!! Бегом!!! — рявкнул беглый Андрей.

Ребята нехотя, но все равно быстро приблизились к беглому Андрею. В это время лодки ткнулись носами в берег и из них попрыгали, кто на берег, кто в воду, сразу восемь человек. И среди них была одна женщина, в которой ребята узнали врача Привеличенского ФАП тетю Ларису Зюзину. Те, трое, кто спрыгнул на песок, залегли. Все слышали выстрел и видели упавшего раненого деда Лешу. К нему-то и бросилась тетя Лариса. Остальные четверо вооруженных засели в воде за лодками.

— Эй, бандюга! Бросай оружие! Бить не будем!

— Хрен тебе на рыло! Я не сдамся!!!

— Дурак! Мы ж тебя завалим!

— А ты попробуй! — и беглый Андрей тычками и рывками заставил ребят плотнее столпиться вокруг него.

— Жив дед Лёша! Рана в ногу! — крикнула врач и Саньку как отпустило. Впрочем и всех ребят тоже.

— Слышал, придурок? За покушение на жизнь просто отсидишь. А не отпустишь ребят порвем на месте.

— Так и вас посадят!

— За нас не беспокойся. Главное тебе жить чуть останется. Сдавайся! Повторяю бить не будем.

Но переклинившие мозги беглого Андрея думали совсем иначе. И он все равно надеялся на то, что странная часовня поможет ему скрыться. Не важно пока где, как, там разберется, но скрыться.

— Так, мальцы! Плотнее ко мне! Все заходим в дыру. Кто побежит — застрелю. Плотнее! Еще плотнее! Потихоньку назад.

Ребята вынуждены были повиноваться. Ну, а чего оставалось делать-то? Они прекрасно понимали, что ничего. И постепенно отходили вслед за прикрывающимся ими беглым Андреем.

Тот, однако, пропустил вперед себя вниз девчонок, вполне справедливо полагая, что с тыла они для него не опасны, но все равно заложницы, а пацанам приказал идти плечом к плечу, так чтобы закрыть его же от огня извне. Наконец обратил внимание на то, что Санька так и нес на плечевом ремне все тот же кофр. И решил это использовать, ведь с довольно объемистым кофром особо не побегаешь и в сторону не прыгнешь. А помеху при нападении уже на него самого ящик создаст вполне очевидную.

— Вы двое плечо к плечу прямо передо мной, ты с ящиком перед ними. Отходим в подвал. Кто побежит стреляю! Вы две идите дальше быстрее! Быстрее, говорю!!!

И Марина с Эллой пошли вниз на свет фонарика почти наощуп. Их трясло от страха, который подкреплялся холодом из подземелья, но не идти они, понятное дело, не могли. И шли.

Снаружи, однако началось движение. Отцы ребят, видя, происходящее, начали приближаться и окружать вход в часовню. Но напасть, так, чтобы не пострадали ребята, пока не удавалось. Впрочем и никому не удалось бы и, если уж начистоту, то такая их самодеятельность была только во вред. И, надо признать, что никто из пытающихся освободить ребят не был специалистом в этом деле, но в заложниках были их дети и племянники. Только это и оправдывало их же собственную непрофессиональную самодеятельность.

И тут случилось нечто совершенно неожиданное для них — часовня как-то вдруг затуманилась и… исчезла! На песке остались только следы людей, которые и скрылись в проеме хода в подпол часовни.