Драконы не плачут

Глава 1

Море - слезы первородного дракона. Земля ‒ его кровь. Небо ‒ дыхание. Из своей чешуи создал он созданий земли и неба. И были они единым целым, пока не научились творить зло.

День казался совсем неподходящим для съемок, настроение тоже. Лора злилась, капризничала, но Костя был неумолим.

‒ Детка, знаешь, сколько стоит каждый съемочный день? Вот-вот. Так что собери все что там у тебя есть в кучку и айда на берег.

Костя, увешанный аппаратурой, со штативом на плече, загорелый, белозубый мог служить иллюстрацией беззаботного прожигателя жизни, но Лора знала, что пашет он как проклятый, вернее, одержимый. Рядом с ним она чувствовала себя истинной лентяйкой. Конечно, она согласилась на поездку на Крит не только из-за обещанного халявного отдыха: Косте требовалась модель, Лоре отпуск. Решили совместить. Он работал, она пыталась отдыхать, но получалось не очень. Как только Костя видел что-то интересное, типа красивой каменной кладки, то вытаскивал Лору хоть из бассейна, хоть из СПА. Сегодня ему понадобились волны, и он потащил ее к морю, где изрядно штормило.

‒ Это будет бомба!

Лора уже вымокла и продрогла. Крит Критом, но на ветру не слишком уютно. Вода крутилась возле ее босых ступней, пенилась, взбиралась по голеням. Платье липло к ногам. Она послушно изгибалась, откидывала назад волосы, делала пальцами сердечко, мечтая скорее оказаться под теплым душем. Очередная волна принесла песок и что-то блестящее, Лора поймала блестяшку и раскрыла ладонь. Полукруглая плоская штука, размером с ноготь большого пальца, отливающая перламутром.

Костя отвлекся от камеры, подошел, глянул.

‒ Что там? Хм... похоже на чешую.

‒ Это ж какого размера должна быть рыбина?

‒ Всё! ‒ Костя загорелся новой идеей. ‒ Это будет бомба! ‒ Он выхватил чешую и прилепил ее на грудь Лоры у начала соблазнительной ложбинки. ‒ Потом обработаю, получится, что все тело покрыто чешуей. Будешь русалкой или сиреной. Снимай платье, сделаем пару кадров в купальнике.

Лора тяжко вздохнула ‒ пара кадров для Кости ‒ это два-три часа съемок. Она потянулась снять легкое а-ля греческий хитон платье и увидела, как стремительно убегает в море вода, и дно, где стояли ее ноги, обнажилось. Костя на берегу замер, смотрел куда-то за ее спину круглыми глазами, губы его шевелились, но ветер относил звуки. Лора обернулась. Над ней возвышалась зеленоватая стена ‒ море встало на дыбы и лишь сверху загибалось игривой пенной шапочкой. Ни вскрикнуть, ни даже вздохнуть как следует Лора не успела, гигантская волна слизнула ее, как лягушка слизывает комара с листа кувшинки. Если честно, даже испугаться не получилось, последней мыслью, которая пришла ей в голову стала: "Успел ли Костя сделать этот эпический кадр? Вот это точно была бы бомба". Потом ее стукнуло головой обо что-то твердое и она совсем отключилась. Так что ей, можно сказать повезло, потому что она уже наглоталась воды и теперь мучительно задыхалась.

***

Кабестан скрипел, матросы с натугой поворачивали рычаг. Свисток боцмана подгонял экипаж.

‒ Морская каракатица тебе в глотку, ‒ орал он, ‒ Матли, что ты застыл, как укушенный сколопендрой? Вытащите уже эту сеть! Вон Брюзга уже с котлом устал ждать.

‒ Только если вы опять притащите всякую мелочь, я чистить не буду, ‒ проворчал корабельный кок Брюзга, оправдывая кличку. ‒ Так и знайте, вместе с чешуей и кишками зажарю.

Последние усилия и сеть, истекающая водой, полная рыбы, перевалилась через борт. Моряки распустили узлы, и палуба заполнилась бьющимися телами.

‒ Тысяча каракатиц мне в глотку, ‒ воскликнул Мэнни, дюжий моряк с бородой, заплетенной в косицу, ‒ это что еще за рыбка?

‒ Баба! ‒ воскликнул кто-то и нервно хихикнул.

Боцман пригнулся, рассматривая улов: среди сверкающей чешуей рыбы белело тело, явно человеческое, к тому же женское.

‒ Вот зачем нам дохлая девка? Ну-ка отправьте ее за борт.

Из рыбьей кучи раздался стон, потом надсадный кашель. Бывалые моряки настороженно повытаскивали ножи и тесаки. Кто знает, что принес хозяин морей и океанов Скрам? Может, послал одно из своих созданий, что пьют кровь словно воду?

Женщина пыталась приподняться на руках, но каждый раз падала. Наконец, ей удалось сесть, она откинула с лица длинные спутанные волосы, и моряки переглянулись. Девица на вид была молода и недурна собой. Раздались возгласы и шуточки всякого рода.

‒ Халес! Брюзга сказал, вы поймали что-то стоящее?

Все обернулись и осклабились в улыбке, означающей: "Капитан, мы очень рады тебя видеть".

Чуть располневший к сорока годам, но все еще крепкий мужчина с бородой выстриженной ласточкиным хвостом и треуголке на крупной голове, капитан Торнон разглядывал девушку и хмурился.

‒ Ну-ка, проверь, нет ли у нее перепонок между пальцами, ‒ приказал он.

Халес осторожно взял девушку за руку, потянул к себе, но она вдруг очнулась, посмотрела не него таким диким взглядом, что он отшатнулся.

‒ Вы кто?! ‒ Она смотрела на них так, словно не ее, а их только что выловили из глубин океана. ‒ Где я? Где Костя? Мне нужно позвонить! Дайте кто-нибудь телефон…

Девушка сыпала вопросами, не дожидаясь ответов, да никто бы и не смог ей ответить. Говорила она на каком-то тарабарском языке ‒ когда вроде слова понятны, но смысл ускользает.

‒ Кажется, перепонок нет, ‒ Халес, наконец, разглядел ее руки.

‒ А на ногах? ‒ не унимался капитан. ‒ Надо проверить. Я не оставлю на своем корабле неизвестную морскую тварь.

Однако, когда Халес хотел схватить девицу за ногу, та завизжала так, что ему пришлось залезть пальцем в ухо.

‒ Вот орет, не хуже моего свистка.

‒ Вы кто такие? Где ваш начальник? У вас тут съемки? Режиссер или ассистент есть? Дайте же кто-нибудь телефон! Что вы смотрите? Я что, не по-русски говорю? Могу по-английски, ‒ она перешла на другой язык, но с тем же результатом.

‒ Вот же смешная, совсем на голову того, ‒ Мэни покрутил пальцем у виска. ‒ Но если приглядеться, то очень даже ничего. Даже получше, чем косая Луни в порту Башнира. Я б проверил у нее перепонки, а еще и жабры заодно.

Его слова прозвучали в неожиданной тишине. Храбрые морские волки, уже две недели болтающиеся в море, как-то подобрались и с прищуром начали приглядываться к девице. Она замолчала, тихо всхлипнула и прикрылась руками, скорчившись посреди трепещущих рыбьих тел.

‒ Так что прикажешь, капитан? ‒ Халес с готовностью сунул свисток в рот. ‒ За борт или как?

‒ Капитан! ‒ Мэни сделал шаг вперед. ‒ Ведь добытое в море, по уставу, делится поровну? Так ведь?

Торнон кивнул.

‒ Ну, значит, наша она. На всех. Так ведь, парни?

Моряки одобрительно загудели, в глазах уже разгорался огонек предвкушения, губы кривились в улыбках. Каждый уже примерял добычу к себе. Пойдет, не пойдет?.. И конечно, же решал, что пойдет. Они рассматривали девушку, прикидывая, как бы половчее подобраться к ней сквозь рыбный завал и ухватить за бочок. Девушка пятилась от них, отползая все дальше, пока не уперлась спиной в обшивку корабля и тогда она открыла рот и завопила:

‒ Помогите! Здесь какие-то озабоченные психи! Кто заведует этим квестом? Есть тут нормальные или нет?

***

Лоре стало страшно, она вдруг поняла, что никакие они не артисты. Слишком уж органично смотрелись они в этих костюмах. А еще корабль ‒ не у всякой студии есть средства построить такую махину, полностью аутентичную флоту средних веков. Уж в кораблях Лора немного разбиралась, благодаря папиному увлечению: клеить модельки парусников.

Так что этот, трехмачтовый корабль с кватердеком очень походил на тот, что стоял у отца на полке, и который она уронила, причинив ему непоправимый ущерб. Место пониже спины у нее болело несколько дней, так что она запомнила причину ‒ странное слово “галеон”. И вот она сидит на его палубе и пытается донести до бородатых парней, одетых пиратами из голливудского фильма, что им надо засунуть свои нескромные желания в одно известное место.

‒ Эй, вы, ужин акулы, что за шум, а драки нету?

Пираты сразу притихли, Лора увидела еще одного пирата в кожаном колете поверх алой рубашки, бархатных черных бриджах и сапогах с отворотами. Этот костюм отличался чистотой и даже элегантностью, тем более что носила его женщина, примерно тридцати с небольшим, рослая, с высокой грудью и крутыми бедрами. Густая грива ее темных волос сзади перехватывалась алой, под цвет рубашки, лентой.

‒ Здорово, Глэд, ‒ почтительно закивали пираты. ‒ Вот, улов делим.

Глэд подошла и посмотрела на Лору, действительно, как на пойманную экзотическую рыбу.

‒ И как? Успешно?

‒ Так что тут думать? ‒ осклабился Мэнни. ‒ Всем достанется. Поровну. Таков же закон? Да, квартирмейстер?

‒ Ну, да, ‒ с ленцой ответила Глэд. ‒ Надеюсь про меня и капитана вы не забыли?

Пираты хихикнули, кто громче, кто тише.

‒ Эй, Танар, а ты давно посещал девочек в салоне у Санти? ‒ спросила женщина.

Танар, сутулый и краснолицый моряк, красноречиво скривился.

‒ А ты? ‒ она повернулась к здоровяку Мэнни. Не дожидаясь ответа, она усмехнулась прямо в лицо Танара. ‒ Представляешь, что останется от девки после него? Практически ничего. С таким же успехом вы можете пользоваться одной их этих дохлых рыб, ‒ она носком отпихнула серебристую рыбу, чьи жабры еще вяло шевелились. ‒ Так что счастливчиком сегодня будет кто-то один из вас. Максимум двое или трое. Интересно, кому повезет?

Пираты загалдели, послышалась брань, кто-то уже сунул кому-то кулаком в зубы. Раздался свисток боцмана.

‒ Значит, выход я вижу только один, ‒ Глэд рубанула рукой воздух. ‒ Девку продадим на рынке в порту, деньги поделим, и каждый пойдет и найдет себе красотку по душе.

‒ Да точно же! Как мы сами не догадались?

‒ Вот поэтому квартирмейстер я и добычу делю я. Отведите ее в мою каюту. Товар надо беречь.

Лору подхватили под руки и потащили, от страха и недавнего купания ноги ее не держали и волочились за ней по дощатой палубе. Дверь открылась, ее кинули прямо на пол, и дверь захлопнулась. Снаружи слышались голоса, сигналы боцманской дудки, команды, отданные грубым сиплым голосом. Лора на четвереньках добралась до узкой койки за небольшой перегородкой, упала на нее и скорчилась. Пусть это будет сном, всего лишь сном, даже если она сейчас лежит в коме, где-нибудь в больнице. Потому что иначе ей придется признать, что она сошла с ума или…или попала куда-то в другой мир.

***

Дверь в каюту скрипнула, Лора из-под локтя посмотрела на вошедшего. На вошедшую. Глэд плюхнулась в кресло, вытянула ноги, пошарила возле пола рукой, вытащила откуда-то бутылку, зубами вытащила пробку и сделала большой глоток.

‒ Иэх! ‒ Она потянулась. ‒ Эй, ты! Как тебя? Отошла или еще трясешься?

Лора села на койке, ответить ей было нечего. Вернее, было, но она уже пыталась хоть что-то выяснить, но ничего путного не вышло.

‒ Ладно, будем считать,что ты мне благодарна, ‒ Глэд снова глотнула. ‒ Кстати, не хочешь присоединиться? ‒ Она помахала в воздухе бутылкой.

Только тут Лора поняла, как хочет пить, какая она грязная, вонючая…

‒ Водички, если можно, ‒ голос ее был слаб, после того как она чуть не сорвала его там, на палубе.

‒ О! Водичка тут кругом, тебе с какого борта? Иди сюда. Чего я орать должна? Я и так за целый день наорусь, что тошно.

‒ Вы капитан?

‒ Ха! Нет. Я квартирмейстер. Второй человек на корабле после кэпа. А может, и первый. Хозяйство-то все на мне. Да и добычу я распределяю. Ясно?

‒ Добычу… ‒ повторила Лора. ‒ Вы пираты?

‒ Нет, каракатица тебе в глотку, мы служители матери Онофы… Пираты, конечно. Ты что, с луны свалилась?

‒ Почти. С луны, в смысле. Мне кажется, я попала в другой мир.

‒ Ну, наши ребята, каждый день попадают в другой мир, ‒ Глэд покачала бутылкой. ‒ Много вчера выпила? Как ты угодила в море?

Лора вздохнула. Глэд слушала ее рассказ о Крите, Косте и фотосессии и так кривилась, что ясно было, что не поверила ни одному слову.

‒ Выглядишь ты, конечно, странно, ‒ Глэд кивнула на ее платье. ‒ В таких у нас всякие маркизы спят. Говорят. Сама не видела, не скажу. Ладно, давай подберем тебе что из моих тряпок.

Глэд, покачиваясь, дошла до рундука, открыла, кинула Лоре рубашку и юбку.

‒ Держи.

Выбирать не приходилось. Платье от соленой воды стало жестким и колючим. Лора натянула одежду, получилась какая-то баба на чайник.

Глэд внезапно уставилась на вырез ее рубашки.

‒ Что там у тебя? ‒ она бесцеремонно распахнула ворот и ткнула пальцем Лоре в грудь.

Лора скосила глаза ‒ на ее груди переливалась перламутром чешуйка. Она попыталась смахнуть ее, но та прилипла намертво. Попытка сковырнуть тоже не удалась.

Глэд наклонилась и чуть носом не уткнулась, потом выпрямилась и зычно крикнула.

‒ Торнон! Торнон! Акула тебе в жабры! Иди скорей сюда!

Глава 2

Еще не понимая в чем дело, Лора поняла, что ничего хорошего ее не ждет, а она только начала приходить в себя. Вошел Торнон, и Глэд тут же приказала:

‒ Так, покажи ему, что там у тебя. Да, ладно, не стесняйся, Торонон такое видел, что тебе и не снилось.

Пришлось подчиниться, Лора распахнула рубашку, Торнон, как и Глэд недавно чуть ли не уткнулся носом в ее грудь.

‒ Хм… Ты думаешь, что это может быть…

‒ Почем я знаю! Но, согласись, что похоже?

‒ Да что похоже-то? ‒ закричала Лора. ‒ Что там у меня такое?

Абсолютно не обращая на нее внимания, эти двое продолжали обсуждать Лору, как какой-нибудь предмет. А ведь она и есть предмет, осенило Лору, они ведь собираются ее продать, как что-то неодушевленное.

‒ Ты же видишь, она прямо из тела растет. Если это не явный признак, то уж я и не знаю, какие еще доказательства тебе нужны. ‒ Глэд в очередной раз отхлебнула из горла бутылки.

‒ Есть способ проверить. ‒ Торнон повернулся в Лоре. ‒ Спой что-нибудь.

От неожиданной то ли просьбы, то ли приказа у Лоры пропали слова, она поперхнулась. Петь для нее было несбыточной мечтой. Как водится, ее отдали в музыкальную школу, где среди прочих занятий было и хоровое пение. Шесть лет Лора проходила в музыкалку, и шесть лет в задних рядах еле открывала рот. “Слух у девочки есть, а вот голосок… мышки, простите, громче пищат. Ну, так бывает, голосовой аппарат… связки…” Короче, эти самые связки разрушили мечту Лоры о сценической карьере, и вот теперь эта парочка пиратов словно в издевку просит ее спеть.

‒ Давай! ‒ прикрикнула Глэд, после попытки Лоры объяснить, что петь это не про нее. ‒ За рабыню-певицу больше денег дают.

У Лоры зародилась мысль, что если они убедятся в ее профнепрегодности, то может, и продавать передумают.

‒ Мне бы водички, ‒ попросила она. ‒ Не могу петь, горло пересохло.

‒ Опять она воды просит, ‒ возмутилась Глэд. ‒ Надо у Брюзги спросить, у него на камбузе стоит бочка.

‒ Да? ‒ Торнон посмотрел с удивлением. ‒ А я думал он на морской воде варит.

‒ Судя по вкусу его стряпни, то да, ‒ Глэд ухмыльнулась.

Наконец, Лоре принесли воды. Она пила и не могла напиться, несмотря на то,что вода сильно попахивала затхлым.

‒ Так, пой давай, ‒ в нетерпении Глэд прошлась по каюте.

К несчастью, у Лоры слова песен вылетели из головы. Крутились в голове какие-то розы-морозы, малиновые лады и танцуй за Гузову. Вряд ли они оценят и половину не поймут. Память услужливо подкинула репертуар из ее хорового прошлого.

“Спи, моя радость, усни, ‒ начала Лора дребезжащим голоском, ‒ в доме погасли огни… ‒ В груди что-то булькнуло и в начале следующей строки ее голос взлетел под потолок, вырвался на палубу и нырнул в волну: ‒ Птички затихли в саду, рыбки уснули в пруду…”

Лора пела и не узнавал свой голос, он лился будто сам по себе, еще никогда ей не было так здорово! Ей даже захотелось, чтобы песня все длилась и длилась. Но слова закончились, Лора выдохнула и положила руку на горло. Что это с ней?

Она повернулась к пирату и его помощнице с нелепой улыбкой на лице и вытаращила глаза. Капитан и Глэд спали. Капитан прямо в кресле, свесив голову на грудь, Глэд же сидела на полу у ножки стола и даже негромко посапывала.

***

Снаружи кто-то истошно заорал:

‒ Полундра! Нас несет на рифы! Эй! Вы что там, уснули?

Лора подскочила, запнулась о ноги Глэд, упала. Пиратка вскинула голову, прислушалась к воплям снаружи, вскочила, попутно пнув капитана, и вылетела из каюты. Лора выбежала следом, если уж предстоит тонуть, то не в запертом помещении, как в фильме про “Титаник”.

В лицо ей ударил ветер. Паруса на мачтах рвало шквалом, Лору окатило соленой водой. Впередсмотрящий на марсе продолжал надрываться. Лору отпихнул Торнон, он бежал со всех ног к штурвалу, там Глэд уже оттащила спящего рулевого и теперь из всех сил пыталась повернуть огромное колесо. Торнон подбежал, встал у нее за спиной, схватился за рукояти. Лора видела, как корабль наползает на еле видные острые пики подводных рифов, как пенится вода. Она раскинула руки в стороны, ловя ветер. Все ее нутро кричало: “Да! Да! Да!” Ей хотелось бури, шторма…

Медленно, нехотя, нос галеона повернул, борт корабля прошел в опасной близости от гибельных пиков, миновал опасное место и вышел на спокойную воду. Глэд отошла от штурвала, лицо у нее было, как у человека только что съевшего несвежее: еще ничего не болит, но уже тошно. Она быстро подошла в Лоре, схватила ее за плечо и втолкнула в каюту.

‒ Эй, мне же больно!

‒ Я сейчас тебе сделаю больно! ‒ зарычала Глэд.

Лора попятилась. Вид у пиратки и впрямь был недружеский. В это время в каюту вернулся Торнон.

‒ Остынь, Глэд, ‒ прикрикнул он. ‒ Девка не виновата.

‒ Да что такое? Что я сделала? ‒ Лора и вправду не понимала.

‒ Ты чуть не угробила всех! Корабль! Мой корабль! ‒ простонала Глэд.

Торнон ловко вытащил откуда-то бутылку, выбил пробку, сделал глоток и протянул своей помощнице. Глэд приняла и махнула рукой.

‒ Не знаю. Сам с ней разбирайся. Я на сегодня все.

Торнон ухмыльнулся.

‒ Твоя песня всех усыпила, ‒ он посмотрел на Лору. ‒ Всех, кроме Фидера, ему повезло, что сидел слишком высоко, в этом своем вороньем гнезде. Вернее, нам повезло, что твой голос до него не долетел. Иначе сейчас мы бы уже шли прямо в пасть Скраму, ‒ Торнон хрипло засмеялся.

‒ Почему? ‒ Лора мотала головой. ‒ Почему моя песня? Так не бывает.

‒ У обычных людей не бывает, а у…

‒ Сирены славились тем, что топили корабли своим пением, ‒ подала голос Глэд. Ром или что там было у нее в бутылке привело ее в более менее хорошее расположение духа.

Теперь уже Лора смотрела на нее как на сумасшедшую, которая рассказывает невероятные небылицы. Глэд же указала на нее пальцем, вернее, на вырез ее рубашки. Лора опустила глаза и вскрикнула: на ее груди переливались перламутром уже две чешуйки.

‒ О, нет! ‒ простонала она.

‒ О, да! ‒ издевательски заржала Глэд.

‒ Кальмара мне в бороду! ‒ крякнул Торнон.

***

Корабли сближались. На кватердеке стоял Торнон в почти новом камзоле с позолоченным поясом и галунами. В подзорную трубу он рассматривал палубу трехмачтовой каракки. Торговое судно шло в Сальту и, судя по осадке, было порядком загружено. Торнон приказал поднять флаг Мислента и подать сигнал о мирных намерениях. Видимо, капитан “Святой Омефы” все же сомневался в них, поэтому на палубе Торнон увидел команду “Омефы” вооруженную до зубов.

“Морской конек” замедлил ход, еще ранее Торнон приказал задраить пушечные порты, чтобы успокоить недоверчивую “Омефу”.

‒ Приветствую! ‒ крикнул он и помахал в воздухе шляпой. Капитан “Омефы” ответил на приветствие таким же взмахом шляпы. ‒ Капитан, вы же в Сальту идете? Захватите с собой мою пассажирку, она хорошо заплатит, Я бы и сам, но у меня появилось срочное дело в Башнире.

Не дожидаясь, пока капитан “Омефы” начнет думать и задавать вопросы, Торнон вытолкнул вперед Лору. Она знала, что должна сделать и в других обстоятельствах ни за что бы не согласилась, но, когда тебе в спину упирается острый клинок, кочевряжиться получается не очень.

Лора схватилась руками за край борта, набрала воздуха в легкие и запела. Как у певицы, репертуар у нее не отличался разнообразием: все те же мышки и птички, и точно такие же последствия. К концу песни люди на палубе каракки мирно спали. Донельзя довольная Глэд оттащила Лору в каюту, на ходу вынимая из ушей затычки.

‒ Сиди тут, ‒ приказала она.

‒ Вы их ограбите? ‒ догадалась Лора.

‒ Нет, выдадим каждому по бочке рома, ‒ осклабилась пиратка. ‒ Им же и лучше, ну пошли бы мы на абордаж, половину бы положили, а так все живы-здоровы. Красота!

Глэд вышла, Лора осталась грустить и думать о своей незавидной участи. В каюте имелся выход на открытый балкон, опоясывающий корму, с него открывался вид на море. Лора склонилась над водой, раньше ее пугала глубина, сейчас же ее заворожила игра воды и света, каким-то неведомым чутьем она чувствовала, как кипит под толщей воды невидимая ей морская жизнь, в плеске волн об обшивку ей почудилась музыка. С ней явно творилось что-то невообразимое.

Глэд решила, что она сирена, а Торнон захотел проверить. Выбора у Лоры не было, отказ не предусматривался. И все из-за проклятой чешуи, Лора тронула рукой место на груди и застыла ‒ теперь чешуек было уже пять. Если так пойдет дальше, то скоро она действительно станет похожа на морскую тварь и даже без всякого фотошопа.

Вечером капитан и Глэд устроили пир. Добыча оказалась настолько богатой, что решено было на этом закончить и отправиться в порт. Галеон лег на нужный курс, команда, получив изрядную долю в добыче, горланила песни.

‒ Ты представь, ‒ от возбуждения Торнон стучал по столу кулаком. ‒ Без единого выстрела! Так мы, пожалуй, и королевский курьерский фрегат прихватим. А? Знаешь, сколько золота на нем перевозится? А я знаю. Болтал как-то с одним бывшим моряком. Ему посчастливилось сделать на нем пару рейсов. Золото грузят бочками, как мы солонину. Возьмем его и больше вообще ничего никогда делать не нужно. Можно ехать в долины Гугайна и жить там в свое удовольствие. Что скажешь?

Глэд улыбнулась хищной улыбкой.

‒ А потом королевские тихие убийцы придут к тебе ночью, ты проснешься, а твоя голова стоит перед тобой на столе и улыбается распоротым от уха до уха ртом. Не знаю, как ты, а мне мой рот дорог, так же, как и голова.

‒ Не нагнетай. Тихие убийцы, фр-р-р…

Они еще спорили, но Лора уже спала на койке за ширмой, которую великодушно уступила ей Глэд.

Спор Торнона и Глэд продолжался полночи и возобновился утром, а к обеду марсовый сообщил, что их нагоняет какой-то корабль.

‒ Это Фарелл! ‒ крикнул еще через какое-то время он. ‒ Вижу черные паруса.

Торнон и сам уже видел, лицо его помрачнело, Глэд же посмотрела со значением, мол, я предупреждала.

‒ Ничего, это еще ничего не значит, ‒ проворчал Торнон. ‒ Мало ли что ему нужно. Так, надо спрятать нашу рыбку. Займись.

Глэд подхватила Лору под руку и повела в каюту.

‒ Это что-то серьезное? ‒ заволновалась Лора. ‒ Нас могут потопить?

‒ Всех могут потопить, рано или поздно.

‒ Просто я не умею плавать, ‒ призналась Лора.

На Глэд это не произвело никакого впечатления, она просто схватила ее за руки, обмотала веревкой и зацепила их за крюк в стене над ее головой.

‒ Вот посиди так пока, на всякий случай. А это чтоб ты не пищала, ‒ она засунула ей в рот свой шейный платок.

Лора замычала, но пиратка уже вышла и ничего не оставалось, кроме как возмущенно топать ей вслед ногами.

***

Глэд ревниво наблюдала, как трехмачтовое судно под черными парусами медленно совершало маневр. “Красотка” ‒ так назвал свой корабль капитан Рэй Фарелл и был чертовски прав. “Морской конек” Торнона и эта “Красотка” практически не отличались оснасткой, но Глэд знала, случись им устроить соревнования, “Конек” несомненно проиграет. Дело было даже не в кораблях ‒ в капитанах. Нет, Торнон был чертовски хорошим моряком, но Фарелл… был еще и чертовски удачлив. Ему везло так, будто сам Скрам поддерживал его под днище своими щупальцами. Сейчас “Красотка” встала на якорь и вывесила сигнальные флаги, приглашая к переговорам.

‒ Нельзя пускать его сюда, ‒ хмуро сказал Торнон.

Глэд согласилась, прекрасно зная удивительное чутье капитана “Красотки”. Нельзя, чтобы кто-то узнал про их “золотую рыбку”. Слишком много появится желающих прибрать ее к рукам.

‒ Смотри, они спускают шлюпку.

Торнон почесал нос.

‒ Халес! Спустить шлюпку, ‒ крикнул он и повернулся к Глэд. ‒ Встречусь с ним на воде, скажу, что у нас на борту карантин, мол полэкипажа слегло от лихорадки.

‒ Гениально! ‒ Глэд хлопнула его по плечу. ‒ Если почуешь опасность, сними шляпу, мы тут же расчехлим пушки.

Она осталась стоять на полубаке, не отрывая от правого глаза подзорной трубы. Двое матросов в шлюпке с “Красотки” неторопливо гребли в сторону “Конька” На корме сидел мужчина в шляпе с пером, широкие поля закрывали его лицо. Глэд фыркнула, она не любила выпендрежников, Фареллу повезло, что сегодня нет ветра, иначе его шляпу давно бы сдуло.

***

Попав в отчаянное положение, лучшее что можно сделать… смириться. После нескольких попыток сняться с крючка, Лора обессиленно затихла. Снаружи, со стороны балкона, послышался скрип, потом негромкий стук, потом дверь отворилась и в каюту скользнул голый человек. Лора бы вскрикнула, если бы могла, потому она лишь замычала сквозь кляп. Вообще-то он не был совсем уже голым, просто мокрые узкие бриджи так плотно обтянули его бедра, что Лора не сразу их заметила.

‒ Т-с-с…‒ мужчина приложил палец к губам, что Лора расценила, как издевательство. ‒ Ладно, прости, ‒ он улыбнулся, ‒ шутка так себе. ‒ Он подошел совсем близко и теперь возвышался над ней. ‒ Кто ты такая?

Лора мысленно пожелала ему сломать обе ноги. Прямо перед ее носом находилась обнаженная грудь незнакомца с рельефными мышцами, на которой висел медальон с голубоватым камнем. Мужчина чуть отодвинулся и теперь она увидела совсем близко его лицо. На нее смотрели странного цвета глаза, будто в синюю краску бросили каплю изумрудной зелени.

‒ Давай так ‒ я вытащу эту тряпку, а ты не будешь кричать. Если поняла, моргни.

Лора усиленно заморгала. Мужчина потянул конец тряпки и выдернул кляп. Лора тут же принялась откашливаться и отплевываться.

‒ Итак, кто ты? ‒ он приподнял ее подбородок.

‒ Лора, ‒ пролепетала она, не в силах оторвать взгляд от его лица. Если бы он попался на глаза Косте, тот умер бы от желания заполучить его для съемок. Это был достойный кандидат для обложки какого-нибудь мужского журнала типа “Men's Health”.

Темные брови мужчины выгнулись.

‒ Лора? Лора… ‒ повторил он задумчиво. ‒ Хорошо, Лора. Я не причиню тебе вреда. Просто ответь на пару вопросов. Вижу, что на борту “Морского конька” ты не по своей воле. Откуда ты взялась?

‒ Из моря, ‒ буркнула она

Мужчина усмехнулся.

‒ Вчера “Конек” встретился с одним судном и, говорят, устроил на радостях целый концерт. Не подскажешь, кто пел ту чудесную песню?

От вопроса так и сквозило опасностью, еще бы знать, как на него правильно ответить. От волнения Лора вдохнула слишком много воздуха и зашлась в кашле. Мужчина огляделся, увидел стакан, плеснул туда воды из кувшина, что вчера принесли с камбуза, поднес стакан к ее губам. Она жадно глотнула, пролив половину себе на грудь.

‒ Прости, я такой неловкий, ‒ он провел рукой по мокрой ткани ее рубашки, стряхивая капли.

Если бы она не была привязана к крюку, то рухнула бы от странной слабости, а так у нее просто подкосились ноги. Скорей всего он знал, какое производит впечатление на женщин, поэтому лишь усмехнулся, но улыбка тут же сползла с его губ. Лора поняла, куда направлен его взгляд, и чуть дернулась. Мужчина осторожно отогнул пальцем край рубашки и ноздри его тонкого прямого носа раздулись, словно ему только что поцарапали новую тачку.

‒ Прости, ‒ сказал он и посмотрел на Лору. Что-то странное произошло с его глазами, но она не успела понять, что именно. ‒ Я сказал, что не причиню тебе вреда. Я обманул

Его рука потянулась к поясу, на котором только сейчас она заметила ножны с кинжалом.

‒ Нет-нет-нет, ‒ засипела она ‒ голос покинул ее напрочь. ‒ Они меня заставили. А я вообще ни причем. Я сама не знаю, как очутилась в этом мире. Меня смыло волной. Я не отсюда… Понимаете? Совсем не отсюда. Мой мир другой, там нет вот этого всего… пиратов, кораблей. Нет, были когда-то, но сейчас у нас машины, ракеты…

Она замолчала, не зная, что еще сказать. Мужчина вздохнул, сунул кинжал обратно в ножны, указательным пальцем снял слезинку с ее щеки, посмотрел на нее на свет, а потом слизнул. Подумал немного, потом кивнул чему-то в своей голове, словно принял решение.

‒ Мне пора, ‒ он чуть склонил голову, будто и не собирался только что прирезать ее, ‒ не говори никому про нашу краткую беседу. Договорились?

Она все еще ждала, что острая сталь пронзит ее сердце, и от страха закрыла глаза, а когда осмелилась открыть, каюта была пуста. Ей даже показалось, что все это ей привиделось.

Глава 3

Ей снился чудесный сон ‒ она плыла на лодке по тихой речке, по берегам ее росли цветущие деревья, а в воздухе витал нежный аромат…тухлой рыбы. Лора открыла глаза и зажала нос рукой.

‒ Вот, я же говорю, что это лучшее средство, ‒ сказала Глэд где-то над ее головой. В руке у нее болталась рыбина, и мерзкий запах как раз исходил именно от нее.

Кто-то взял ее за плечи и усадил. Она обнаружила себя на койке, рядом стоял Торнон, вид у него был встревоженный.

‒ Очнулась, ‒ сказал он и обернулся к Глэд. ‒ Ты же чуть не угробила мою золотую рыбку.

‒ Твою? ‒ Глэд посмотрела на него, потом на Лору. ‒ Ах, вот как.

‒ Не придирайся к словам. Я же велел тебе просто спрятать ее, а ты чего натворила?

‒ А вдруг бы она решила сбежать. Или запеть… Что бы мы тогда делали?

Торнон раздраженно цыкнул. Лора задвинулась на койку подальше, ей совсем не хотелось присутствовать при их ссоре. Глэд прошла к двери на балкон, отворила ее швырнула в воду рыбу.

‒ Не закрывай, ‒ велел Торнон, ‒ тут такая вонь, что сам Скрам позавидует.

‒ Можно подумать, ты знаешь, как воняет Скрам, ‒ хмыкнула Глэд и уставилась на пол.

Лора поняла, что ее заинтересовали мокрые следы на полу, но вслух Глэд ничего сказала.

‒ Так что сказал Фарелл? Чего хотел?

Торнон досадливо махнул рукой.

‒ Это был не он. Его первый помощник. Сказал, что у капитана внезапно прихватило живот.

‒ Вот как… И что же сказал его старпом?

‒ Спросил, когда мы придем в Башнир. Типа Фарелл затеял одно выгодное дельце и ищет компаньонов. Предлагает встречу в таверне “Старый боцман”, если нам это интересно.

‒ А нам интересно? ‒ с иронией спросила Глэд.

‒ Да смотря что предложит. Не понимаю твой скепсис.

‒ Просто, кажется, что внезапный понос Фарелла сродни лихорадке у нашего экипажа.

Торнон задумался. Посмотрел на Лору, потом на Глэд.

‒ И зачем ему это было нужно?

‒ Да я откуда знаю! Эй, красотка, ничего не хочешь нам рассказать?

Вопрос явно был адресован Лоре, она уставилась на них, вспомнила глаза опасного незнакомца, блеск клинка в его руке, совет ничего не рассказывать и мотнула головой: “Нет”. Глэд сделала шаг в ее сторону, вид у нее был угрожающий. Лора торопливо вскричала:

‒ Что мне рассказывать? Как я чуть не умерла? Я почти задохнулась от твоей вонючей тряпки во рту!

‒ Ничего она не вонючая, ‒ обиделась Глэд, поднимая с пола платок, послуживший Лоре кляпом.

‒ Отстань от нее! ‒ рявкнул Торнон, присел рядом с Лорой и провел рукой по ее щеке. ‒ Не бойся, рыбка, я не дам тебя в обиду. Глэд, ты специально дала ей вещи своей бабки? Я знаю, что в твоих рундуках десятки красивых платьев, не думаю, что тебе стало их жалко. ‒ Он снова погладил ее, теперь уже по плечу.

Лора еле сдержалась, чтобы не оттолкнуть его, а взгляд Глэд не сулил ничего хорошего.

Вечером, когда корабль уже лег на курс в порт, как поняла Лора, Торнон сидел в каюте Глэд, пил кружку за кружкой и разглагольствовал. То ли от выпитого, то ли от чего другого, но в фантазиях он уже мнил себя адмиралом целой эскадры кораблей. Воображение рисовало ему груды золота и сундуков с драгоценностями, все это он излагал Глэд и попутно Лоре тоже.

Лора сидела за столом, украдкой поглядывая на платье, которое все же выдала ей Глэд. Пышная юбка, лиф с вышивкой, широкие рукава, отороченные тонким кружевом. Вот бы в таком фотосессию устроить, мелькнула мысль и тут же пропала. Какая фотосессия? Тут бы просто выжить для начала. Она с тревогой поглядывала на Торнона, он пил и пил, а Глэд охотно подливала ему. Подливала и поддакивала: “Да, капитан, ты кладезь идей, капитан, ты царь морей, капитан…”

Наконец, Торнон уснул и Глэд оттащила его на койку. Глядя, как лихо она управилась с дюжим мужиком, Лора поняла, что ее-то Глэд просто щелчком пальцев прибьет. Если захочет.

‒ Давай выпьем, ‒ Глэд со стуком поставила перед ней кружку.

Лора обреченно взяла ее в руки. Глэд стукнула своей кружкой о ее, хлебнула, сморщилась.

‒ Жуткое пойло!

‒ Зачем же ты его пьешь? ‒ Вопрос вырвался сам собой.

‒ Затем! Думаешь, легко было заставить их видеть во мне моряка, морского бродягу, а не просто девку в штанах? Даже при условии, что это мой корабль и денежки они получают из моих рук.

‒ Твой?! ‒ Лора так удивилась, что забыла, что в руках у нее не чашка с чаем, хлебнула и на минуту потеряла возможность дышать. ‒ Что это? Скипидар?

‒ Не знаю, что такое этот твой скипи… как его там, но да, вещь ядовитей слюны Скрама.

‒ Кто это Скрам, которого вы все поминаете?

‒ Хм… Скрам… тот, кто повелевает морями и океанами, штормами и бурями, течениями, отливами, приливами…

‒ А, морское чудовище, ‒ поняла Лора.

‒ Чудовище ‒ это ты! А он Скрам… ‒ Глэд отсалютовала кому-то невидимому и сделала какой-то непонятный знак из пальцев. ‒ Отец мой уважал его и даже построил храм на мысе Туларди в честь Скрама. Не знаю, стоит ли он еще там. Давно не бывала в тех местах. Я дочь Рыжего Бонара, ‒ она сделала паузу, давая Лоре осознать эту новость.

Лора понятия не имела, кто такой Рыжий Бонар, но выкатила глаза и приоткрыла рот в изумлении, как того от нее и ожидалось.

‒ Да. К счастью, папаша умер, когда я уже была совсем взрослой. У меня было два пути: продать корабль и жить где-то в глуши, не привлекая внимания, или продолжить дело отца. Торнон тогда уже был старпомом. Я обещала ему место капитана, если сохраню за собой прежнюю должность квартирмейстера. Капитаном меня все равно бы не выбрали, просто свалили бы с корабля, или попытались угнать “Конька”, оставив меня с носом. Так что я приложила столько сил, чтобы достичь вот этого, ‒ она обвела рукой каюту, имея в виду весь корабль, ‒ что не допущу, чтобы Торнон взял и все разрушил. Из-за тебя… рыбка, ‒ она фыркнула.

Лора поняла, что пора применять все свои актерские таланты.

‒ Слушай, мне тоже все это не нравится. Но что же мне делать? Я даже не знаю, откуда вот это все, ‒ Лора ткнула себя пальцем в грудь, где под кружевной вставкой корсажа переливались чешуйки.

Глэд махнула рукой.

‒ Это как раз просто. Ты подхватила проклятие сирены. Раньше я только слышала о таком, встречать не доводилось. Да и думаю, последние лет двести и никто не встречал.

Час от часу не легче! Проклятие…

‒ А его можно как-то снять? ‒ с надеждой спросила Лора.

Глэд выкатила глаза, пожала плечами.

‒ Почем я знаю. Что ж я маг или чародей?

‒ О! Тут есть маги? ‒ У Лоры появилась надежда. ‒ Как бы мне к ним попасть?

‒ Видишь ли, ‒ Глад посмотрела на нее пристальным взглядом, ‒ как я поняла, у Торнона на твой счет грандиозные планы.

‒ Его планы, его дело, ‒ дерзко сказала Лора, которую уже накрывало алкогольное марево.

‒ Хм…Что ж, за это надо выпить. Подумаю, чем смогу помочь тебе. Если ты конечно мне доверяешь…

Лора закивала, всем видом показывая, что так и есть. Конечно, доверяет.

Как оказалось чуть позже, сделала она это зря. Доверие, вообще, штука такая… странная. Как мед, который вроде есть, а потом бац! и уже ‒ “вот горшок пустой”.

***

Через три дня “Конек” прибыл в порт. Лора удивленно смотрела на возникающий на горизонте берег, и на город, раскинувшийся вдоль побережья. Башнир — город торговцев всех мастей, наемников, готовых за пару золотых выполнить любую работу, и, конечно, пиратов. На высоком холме возвышались башни и стены замка герцога Даржанского. Формально он числился губернатором города, а по факту, каждый месяц на его двор приезжала повозка, набитая доверху чем-то что тут же уносили в подвалы замка. За это герцог в упор не видел в порту флагов с изображением Скрама на мачтах — этого опознавательного знака морских разбойников. Пиратское сообщество чувствовало себя в Башнире, как цыплята у мамаши-наседки под гузкой — под надежной защитой.

Все это Лоре рассказывал Торнон, стоя на квартердеке, принаряженный в зеленый камзол и штаны и в шляпе с пышным пером. Глэд долго не появлялась, затем вышла в бархатном зеленом платье и шляпке с пером очень похожим на перо Торнона, скорей всего когда-то они вместе ободрали хвост какой-то неосторожной птичке. Надо было признать,что вместе они смотрелись великолепно.

— Мы на берег, — объявил Торнон. — Вам пока всем сидеть на месте. —

Команда неодобрительно заворчала.

— Еше не хватало, чтоб они разнесли по городу весть о нашей рыбке, — тихо пояснил он Глэд, и она кивнула, соглашаясь.

— Не хмурьтесь, ребята, — весело крикнула Глэд. — Халес, возьми из трюма бочку горячительного, чтоб не скучали тут без нас.

Они спустились по сходням и пошли по каменной набережной. Их вполне можно было принять за весьма почтенного торговца заморскими тканями и его весьма добродетельную супругу. Если не знать кто они, конечно.

— Начальника порта пошли умасливать, — сказал им вслед Халес и засвистел. — Чего встали? Не слышали, что приказал капитан?

Лора поспешила удалиться, не желая лишний раз напоминать им о себе.

Глэд обещала ей помочь, и Лора уже придумала идеальный план: она покинет корабль, найдет в городе мага и снимет проклятие — все просто. Пираты на палубе смеялись, орали песни, отпускали шуточки, делились планами, как потратить свои денежки, но постепенно шум смолк, кто-то еще пытался петь, но и он вскоре затих. Сквозь дрему Лора услышала, как скрипнула дверь, наверное, это вернулась Глэд. Мозг во сне работал не так ясно, но все же что-то почувствовал. Эти тихие шаги не походили на размашистую походку пиратки. Лора приоткрыла глаза.

— Глэд? — позвала она, но больше ничего спросить не успела, на голову ей накинули что-то вроде одеяла, схватили, обернули в ткань, как в кокон и понесли.

Она еще пыталась как-то дергаться и кричать, но накидка была слишком плотной, такой, что ей даже воздуха не очень хватало, и она замолчала.

Если недолго и вскоре ее положили на ровную поверхности, началось мерное покачивание, послышался стук копыт по мостовой.

Лора подумала, что мечты ее начинают сбываться: она хотела покинуть корабль, вот и покинула. Она же не сказала, как именно хочет это сделать. Бойтесь своих желаний, как говорится. Или четче формулируйте.

Глава 4

Через какое-то время Лора разобралась, куда попала, правда, это не принесло облегчения. В просторном помещении находилось примерно тридцать молодых женщин, более-менее пригожих на вид. Кто-то сидел нахохлившись, как и Лора, кто-то весело болтал, кто-то просто лежал на мягких коврах и поглощал фрукты и сладости, в изобилии стоящие тут же на коврах в больших вазах.

Это очень походило на гарем, и Лора внутренне застонала — только этого ей не хватало! Будто из фильма «Пираты Карибского моря» она махом очутилась в сериале «Великолепный век». Что ж, теперь ей предстоит путь какой-нибудь ханум или как там ее звали? Халиса?.. Нет, это что-то другое. Это про драконов. Вот ей-богу, лучше бы про драконов! Похитил бы ее сейчас какой-нибудь дракон, она бы ему спасибо сказала. Уж лучше когти и крылья, чем восточный шах-падишах. Не то чтобы Лора не любила восточных красавцев, просто подозревала, что хозяином окажется мерзкий старикашка.

Резная золоченая дверь отворилась, и в помещение вошел пузатый человечек в круглой шапочке на лысой башке. Уши у него торчали в стороны, отчего он напоминал заварочный чайник. Лора его раньше не видела. Ее принесли, вытряхнули из ковра и ушли, даже ничего не объяснив. Она какое-то время пребывала в шоке, поэтому даже не пыталась расспросить товарок по несчастью. К ней тоже никто не лез с расспросами, поэтому она приткнулась в уголок и сидела, наблюдая за всеми.

«Чайник» вошел, и все девушки мигом встрепенулись. Он пальцем поманил одну, та встала и подошла, «чайник» принялся вертеть ее, как волчок, осматривая со всех сторон.

— Что ж, — сказал он, — для начала пойдет. Там как раз подошли первые покупатели. Идем, попробуем найти тебе достойного хозяина.

Он повел ее на выход, Лора же не сдержала эмоций.

— Хозяина?! — воскликнула она. — Так он что, их продает?

— Их? — спросил чей-то голос рядом.

Лора обернулась: неподалеку от нее сидела, скрестив ноги, темнокожая девушка с тугими кольцами волос вокруг головы и с множеством бус на шее. Руки ее чуть не до локтя закрывали браслеты.

— Их…

— Нас, ты хотела сказать, — усмехнулась девушка.

— Нас, — вздохнула Лора. — Вот же гадство!

— И не говори, — подтвердила девушка. — Меня зовут Ануки.

— Лора.

— Лора? — Ануки на минуту задумалась. — Лорея?

— Нет. Просто Лора. А что?

— Да так… вспомнилась одна старая сказка. Как ты попала сюда?

— Не знаю. Я была у пиратов, потом вот здесь оказалась. Утащили, как мешок картошки.

Ануки усмехнулась.

— Не знаю, что такое эта твоя картошка, но сравнение забавное.

Лора не улыбнулась, ей совсем не было весело. Хотя чему удивляться. Пираты изначально хотели ее продать на рынке. И продали. Конечно, это Глэд постаралась. Больше некому. Торнон хотел оставить ее у себя, чтобы она помогала ему грабить корабли. Лора вздрогнула. Не знаешь, что и хуже: быть тайным орудием пиратов или одалиской в гареме.

— А кому они нас продадут? — спросила она.

Ануки пожала плечами.

— Кто даст лучшую цену.

— О! Там аукцион?

— Ты говоришь странные слова, — заметила Ануки. — Откуда ты?

— Издалека. Очень-очень издалека.

— Тебя захватили пираты, — с пониманием кивнула Ануки. — Тут почти все такие, — она показала на девушек. — Добыча.

— А ты?

Ануки не ответила, Лора отвернулась. Хочет хранить тайну? Да и ладно. Не очень-то хотелось.

— Я шла по велению богини, великой Ихес. Она вела меня и привела сюда, — Ануки сидела, прикрыв глаза.

Вошел «Чайник», забрал еще двоих.

— В этот раз торги идут быстро.

Лора уставилась на Ануки.

— В этот раз? Ты что, уже была тут?

— Да, — ответила она так просто, что Лора не усомнилась. — Полгода назад.

— И что?

— Меня купил какой-то человек, я даже не стала спрашивать, как его зовут. Просто удрала в первый же день. Вернее, ночь, — она усмехнулась.

Лоре пришло в голову, что в словах Ануки есть смысл. Отсюда ей не убежать — слишком много народа, и тем более она не знает, что находится за дверями. Может, там лабиринт из коридоров. А вот если ее купит кто-то и приведет к себе в дом, оттуда-то она сможет бежать. Только как? Она хлопнула себя по лбу — какая же она глупая! Совсем забыла, как усыпила целую команду корабля. Правда, кажется, музыка не идет ей на пользу. После этих песен у нее выросли еще чешуйки. После нападения на корабль Лора больше не пела, и чешуек новых не появилось. Она непроизвольно тронула то место на груди, где они росли.

— Какая интересная татуировка, — заметила Ануки. — Очень красивая. Такие делают у тебя на родине?

Лора не стала разубеждать ее, что это не татуировка, и, чтобы отвлечь внимание товарки по несчастью, спросила:

— А как же ты снова к ним попала? Они тебя не узнали? Ведь они тебя уже продавали.

— Не узнали. Мы, гвуарды, для вас, бледнолицых, все на одно лицо.

— А мы для вас?

Ануки усмехнулась так, что ответ стал понятен.

— Вообще-то у меня хорошее зрение, — она показала пальцами на свои глаза, — и я тебя вижу. Ты не такая, как все. Как они.

Спросить, что она имела в виду, Лора не успела — за ней пришли. Она даже растерялась. Лысый «чайник» сразу направился к ней.

— Идем, красотка, настал твой черед.

Лора хотела двинуть ему по лысой башке, но вспомнила свой план побега и решила проявить покорность. Ануки внезапно схватила ее руку и поцеловала ладонь.

— Эй, ты чего?!

Ануки коснулась губ пальцем и тихо сказала:

— До встречи, Лорея.

***

«Чайник» привел ее в большой зал и завел на возвышение, перед которым сидели и стояли богато одетые люди; также имелась парочка явных оборванцев, пришедших просто поглазеть. При виде Лоры все оживились, зашумели. Лора скромно потупилась, не желая показывать, как сверкают от возмущения ее глаза. «Ничего, — уговаривала она себя, — потерпи. Пусть тебя купит какой-нибудь старикашка, которому ты потом споешь свою песенку».

— Вот! — «Чайник» провел ее по кругу по этому подиуму. — Любуйтесь! Красавица бела, как снег, горяча, как лава. Кто готов дать приличную цену?

— Сто! — крикнул один. Лора не успела посмотреть на него, она вообще страшилась смотреть в зал.

— Сто пятьдесят, — раздался другой голос.

Лора чуть-чуть приподняла голову и тут же опустила.

— Двести!

Интересно, это они в каких деньгах торгуются? Двести — это много или средне?

— Кто, кто даст больше? — надрывался «чайник». — За такую красотку?

— Ну, сверху-то она красотка, а снизу? Может, у нее ноги кривые? — крикнул кто-то, и вот сейчас Лора увидела кто: один из тех оборванцев.

«Чайник» шикнул на него, но тут уже все загомонили, поддерживая оборванца. «Чайник» потянулся к подолу ее платья.

— Ухо откушу, — прошипела она зло.

«Чайник», не убирая улыбочку с лица, тихо шепнул ей на ухо:

— Выпорю, — но руку все же убрал. Потом повернулся к залу: — Вы все меня знаете много лет, мой товар самый проверенный, наилучший. Ножки красавицы увидит лишь тот, кто даст достойную цену. А этих — он махнул рукой на оборванцев, — гнать! Без денег хотите полюбоваться? Идите в салон мамаши Фериты и там смотрите, сколько влезет, на ее кривоногих девиц.

Он еще хотел что-то добавить, но тут раздалось:

— Пятьсот! — Это сказал человек в сером длинном плаще, лицо которого пряталось под низко опущенным капюшоном.

У Лоры екнуло сердце. Не нравился ей этот типаж, вот совсем. «Чайник» развел руками, как бы приглашая других не сдаваться.

— Что? Пятьсот золотых таров — это все, чего заслуживает эта несравненная красотка? Вы никогда не простите себе, что упустили такой товар! Вы будете скрипеть зубами от злости и жалости к себе!

Лора не могла не признать, что маркетолог из «Чайника» отличный.

— Семьсот, — сказал надтреснутый голос.

Говорил пожилой мужчина в длиннополом пальто (наверное, тут это называлось сюртуком или кафтаном, Лора не очень помнила эти старинные названия). Голову мужчины покрывала расшитая цветным шелком шапочка, что-то вроде тюбетейки. Лора воспряла: этот покупатель ей очень даже подходил, но тут человек в сером снова назвал цену:

— Тысяча.

Зал охнул, как один человек. «Лорин» покупатель нахмурился и поджал губы. «Давай, не сдавайся! — мысленно подстегнула его Лора. — Ты же можешь!»

«Чайник» еще какое-то время покричал, призывая остальных не скупиться, но, видимо, тысяча была запредельной суммой. «Чайник» указал рукой на серого покупателя и открыл рот, собираясь окончить торг, но тут мужчина в шапочке прочистил горло, откашлялся и сказал, как бы даже извиняясь:

— Две.

«Чайник» тут же повернулся к нему.

— Что?

— Две, — мужчина еще раз кашлянул. — Две, говорю, тысячи. Что тут неясного? Две и вот это в придачу, — он что-то вложил в руку «чайника».

Тот быстро глянул и так же быстро спрятал это в карман, но Лора успела заметить на его ладони блеск какого-то камня.

— И давайте все же быстрее, мне пора домой, принимать снадобье, — проворчал мужчина и посмотрел на Лору. Та тоже уставилась на него во все глаза. Он усмехнулся и подмигнул ей. Почему-то это ее совсем не успокоило, а наоборот, стало тоскливо и тревожно.

***

В зале поднялся шум, кто-то одобрительно орал, кто-то возмущался. Лора не поняла почему, но потом посмотрела в ту сторону, где стоял покупатель в сером плаще с капюшоном, и увидела, что он яростно прорывается к подиуму.

— Нечестно! — кричал он. — Ты жулик! Мои деньги вот, — он тряс мешком в руке, — а пусть этот покажет свои! Мало ли что он сказал!

— Действительно, — спохватился вдруг «чайник», — уважаемый господин Сардан, вы готовы расплатиться?

Лоре в его голосе послышался явный намек на финансовую несостоятельность покупателя. Лора почувствовала, что, кажется, намечается скандал. Однако этот Сардан, как назвал его «чайник», ловко выхватил из-под полы сюртука мешочек и вложил его в полную руку продавца.

Тот взвесил его на руке, потом запустил в него пальцы, пошуровал внутри и даже нос засунул. На лице его расплылась довольная улыбка.

— Кстати, уважаемый Либи, — Сардан теперь крепко держал Лору за руку, — насколько я знаю, у вас есть услуга по доставке товара на дом? Мне явно она требуется.

«Чайник» Либи посмотрел на все еще бушующего человека в сером и поджал губы:

— Конечно, сейчас вам предоставят экипаж и пару моих слуг для охраны.

— Троих, — поправил Сардан, — а лучше четырех. Неспокойные времена, знаете ли.

Сардан повел Лору на выход и там усадил в большую крытую повозку с окошечком. Несмотря на всю неопределенность положения, ей очень хотелось посмотреть город или куда там ее занесло. Она мельком успела увидеть узкие улочки, мощенные камнем, двух-трехэтажные дома и кусочек неба меж ними.

Повозка тронулась. Сардан сидел напротив нее и подсматривал в занавешенное окошко, Лора делала то же самое, но с другой стороны. Особо интересного она ничего не увидела: дома, улицы, люди… Женщины в платьях, мужчины в камзолах или чем-то похожем, некоторые с оружием на боку — сабли, может, шпаги, она не очень разбиралась.

Повозка остановилась, Сардан вышел и галантно подал ей руку. Лора со вздохом приняла помощь. Кто бы он ни был, надо сначала узнать, что ему нужно. Сбежать, Лора была уверена, она всегда успеет.

Дом Сардана оказался двухэтажным, с высоким крылечком, над которым нависал балкон.

Он завел ее внутрь, провел по коридору, потом по лесенке до просторной комнаты.

— Располагайся, дорогуша. Сейчас придут служанки.

— Зачем? — удивилась она.

— Помочь тебе переодеться и что там еще делают женщины… — Сардан поднял руки, показывая, как он далек от всего этого. — Думаю, ты не откажешься от ванны и всего прочего? Ведь пиратский корабль не самое приятное место для такой красивой девушки.

Лора хмыкнула и кивнула. Ванна… При мысли о ней у нее зачесалось все тело разом. Она вспомнила, что не мылась с тех самых пор, как… ну да, как упала в море. Кажется, прошла неделя или две, а может, три? Нет, она умывалась над тазиком в каюте Глэд, но разве это сравнится с целой ванной.

Она упала на кровать и уставилась в потолок. Сардан не похож на покупателя красоток на рынке, он скорее какой-то ученый…

Раздался стук, в комнату с поклонами вошли две женщины.

— Госпожа, — представилась одна, — мы будем вам служить. Меня зовут Фиста, а это Дарди. Господин Сардан приказал приготовить для вас ванну. Идемте с нами, вода уже нагрелась.

***

Лора лежала в большой медной овальной чаше, дно и бортики которой укрывала мягкая ткань; в воде плавали лепестки роз, с поверхности поднимался пар. Служанки в четыре руки промывали ей волосы.

«Глэд, какая же ты все-таки… молодец, — думала она, — так бы я до сих пор сидела на твоем вонючем корабле!»

Вымытая и обернутая в мягкие покрывала, Лора вернулась в комнату. Ей вскоре подали обед или, скорее, ужин. Потом она задремала, и во сне ей снилось покачивание корабля, скрип такелажа, хлопанье на ветру парусов, а еще голоса… мужские голоса, которые произносили ее имя.

Она открыла глаза. Нет, голоса не снились, кто-то совсем рядом говорил о ней. Один голос был ей незнаком, второй принадлежал Сардану.

— Я приду за ней через два часа.

— Конечно, все будет готово. Лорея — прелестная девушка… мне, право, жаль ее.

— Она опасна, и вы это знаете.

Голоса стали удаляться. Лора же так и сидела, застыв на месте. Во-первых, кто тот, кто сказал, что она опасна? Он ведь про нее говорил, да? Во-вторых, почему Сардан называет ее этим именем? Свое она ему не называла. Не спрашивал у нее имя и «чайник».

Лора тронула ручку двери, и та легко повернулась. Выходит, ее не заперли. Не боялись, что убежит? Она вышла и пошла по коридору, заглядывая во все места. В одной из комнат обнаружилась большая библиотека. Она застыла перед огромными шкафами, заполненными фолиантами. На столе лежала бумага, исчерканная чернилами, валялись перья. Видимо, Сардан и правда ученый или что-то вроде того. Зачем тогда ему Лора и кому он хочет ее передать?

На первом этаже нашлась кухня. Сейчас там сидели служанки и мирно пили чай. Увидев Лору, они вскочили. Она же постаралась как можно милее улыбнуться.

— Сидите, я бы тоже не отказалась от чая.

— Мы сейчас принесем…

— Нет, я бы хотела выпить чай с вами. Надоело сидеть одной. А где господин Сардан?

Одна из служанок поставила перед ней чашку, вторая налила чай.

— Господин Сардан у себя, он в это время всегда работает в тайной комнате.

— Вот как? Тайная комната?

— Там у него всякие пузырьки, настойки, такие вот трубочки, — Фиста начертила пальцем в воздухе зигзаг.

Наверное, лаборатория, решила Лора, но чтобы узнать, надо спросить.

— Сардан он кто? Ученый?

— Господин Сардан — маг, — с великим почтением ответила Дарди. — Его даже губернатор к себе приглашает, если нужда какая.

Открытие обрадовало бы Лору (ведь она и хотела искать именно мага), но не сейчас, когда она только что слышала, что Сардан хочет ее кому-то отдать. Что ей теперь делать? Усыпить этих и дать деру? И куда идти, если она даже не знает, как тут все устроено? Первоначальный план, казавшийся таким великолепным, растворился в тумане. А может, все не так плохо? Теперь ясно, что Сардан купил ее не для себя. Надо бы выяснить намерения настоящего покупателя, и тогда уже решать. Лора чуть успокоилась.

Дверь на кухню отворилась. Все уставились на стройную фигурку девушки, стоящую на пороге.

— Как ты вошла? — Дирди чуть приподнялась. — Я же закрывала входную дверь!

— Там было не заперто, — мелодично пропел голос, показавшийся Лоре смутно знакомым. — Я принесла вам немного радости.

Девушка сделала шаг и вышла на свет. Лора узнала Ануки и ахнула. Ануки вытянула руку и раскрыла ладонь. На ней было что-то вроде золотистого порошка. Ануки легко подула — золотые пылинки взвились в воздух и поплыли в сторону онемевших от удивления служанок, одновременно Ануки схватила Лору за руку и вытащила из кухни.

— Как ты здесь очутилась? — первый вопрос, который пришел Лоре в голову, не был, конечно, самым важным, но все же.

— Меня купили, и я сбежала. Я пришла за тобой, Лорея. Тебе грозит опасность.

Глава 5

Ситуация выглядела нелепой. Лора застыла в нерешительности. С какого перепуга ей надо верить этой странной девушке, у которой явно не все в порядке с головой? Ануки поняла это и коснулась ладонью лба, потом сердца.

— Поверь мне, Лорея. Сардан не тот человек, что хочет тебе помочь. Я — хочу.

— Почему я должна тебе верить?

— Потому что ты, — Ануки коснулась ладонью ее лба, — видишь. Спроси себя — веришь ли ты Сардану?

Лора зажмурилась и помотала головой. Она же сама слышала, что он хочет ее кому-то отдать.

— Идем, — Ануки взяла ее руку, — я расскажу тебе все. Не здесь. Они скоро очнутся и поднимут шум.

Лора заглянула в дверь кухни: служанки сидели за столом с лицами, полными блаженства.

— А что с ними?

— Немного грез, немного мечтаний.

Лицо Ануки выражало тревогу, она все тянула Лору к выходу, та медлила — ей было страшно уйти и страшно остаться. В это время откуда-то из глубины дома послышался голос Сардана:

— Дирди, Фиста! Книса с вами? Эй, где вы там?

— Сардан не тот, за кого себя выдает, — зашептала **Ануки**.

— Разве он не маг?

— Он служит темным. Они давно искали такую, как ты… Да идем же!

Она дернула ее за руку, и в этот раз Лора подчинилась, к тому же на лестнице уже слышались тяжелые шаги.

Уже на улице, спеша за Ануки, Лора поняла, что практически не одета — она все еще была завернута в покрывала и теперь бежала, поддерживая их руками.

— Ануки! Я же голая, — задыхаясь, крикнула она.

— О! Лучше быть немного голой, чем совсем мертвой, — возразила Ануки.

К счастью, в это вечернее время на улицах было не так много людей. Какие-то женщины шли с корзинками в руках, и пара забулдыг, пошатываясь, брели то ли к дому, то ли, наоборот, от него. Босые ноги Лоры то и дело наступали на мелкие камушки, и она тихо вскрикивала и шипела от боли.

В конце концов Лора просто потеряла счет времени, ей казалось, что этот путь не кончится никогда, но вот Ануки замедлила шаг, свернула с улицы в небольшой переулок, а затем в другой, потом и вовсе нырнула в узкую щель между двумя домами, заставив Лору последовать за ней. Они оказались в небольшом замкнутом дворике, где в стене имелась неприметная дверца. Ануки стукнула в нее явно условным сигналом. Дверь бесшумно отворилась, и они оказались внутри.

Лора перевела дух — все же на улице она чувствовала себя в опасности, да еще покрывала то и дело спадали, и она уже устала натягивать их обратно.

Вспыхнул свет, Лора зажмурилась, потом приоткрыла один глаз и вздрогнула. На нее с любопытством и даже с некоторым восхищением смотрел очень высокий темнокожий мужчина в жилетке, надетой на голое тело, покрытое татуировками от ключиц до самого пупка. Но не это поразило Лору — на безволосой голове гиганта торчали небольшие рожки.

— Лорея… — с благоговением произнес мужчина и коснулся рукой лба, а затем сердца.

Лора вытаращилась на него и от удивления раскрыла рот. Рога на голове мужчины не были украшением, они росли прямо из черепа. Она обернулась к Ануки и глазами спросила, что это?

Рогатый сделал шаг вперед, притянул к себе Ануки и обнял.

— Не бойся, Лорея, это мой брат, Оларди Длеб. Глава клана гвуардов. Здесь ты в безопасности.

— Брат? — Лора беспомощно сморщилась. — То есть ты?..

— Она никогда раньше не видела гвуардов, — спокойно заметил Оларди. — Теперь я вижу, что Лорея в самом деле пришла к нам из иного мира. О! — он поднял глаза и руки к потолку, — Великая Ихес, ты услышала наши молитвы.

— Кто-нибудь объясните мне, что происходит, — взмолилась Лора, чувствуя, что еще немного и она впадет в истерику.

— Отведи кнису в ее покои, — велел Оларди, — приведи ее в надлежащий вид.

Ничего не оставалось, как признать, что он прав — выслушивать неприятные новости лучше одетой.

В комнате Ануки подобрала Лоре платье. Оно было похоже на то, в чем ходила она сама — что-то вроде индийского сари: широкая юбка, кофточка, открывающая живот, и накидка, закрепленная на плечах пряжками, спадающая вниз широкими складками. На ноги предлагались сандалии, охватывающие ноги ремешками от щиколотки до середины икры.

Ануки помогала ей одеться, а Лора все вглядывалась в буйные заросли ее волос, гадая, есть там рожки или нет, потом решилась спросить:

— Прости за любопытство, а вот это… у него тут, — она коснулась головы, — это как?

— Рога? — Ануки поправила складки на ее наряде. — Мы ведем свой род от небесной коровы Ихес. От нее нам достались рога и магия.

— Вы все маги? Так ты обездвижила тех женщин в доме Сардана?

Ануки раскрыла ладонь. Над ней взвился рой золотых пылинок. Лора невольно отпрянула.

— Не бойся, пыльца безвредна. Пока я не прикажу.

Лора помолчала и задумалась. Ей пришла в голову мысль, что Ануки не случайно попала в дом торговца рабынями — она оказалась там намеренно. Из-за нее.

— Ты знаешь, как убрать вот это? — она ткнула себя в грудь.

Ануки посмотрела с удивлением.

— Ты хочешь избавиться от благословения Ихес?

— Я не хочу стать этой, как ее… сиреной. Мне как-то привычнее ходить по суше.

— Не бойся. Это случится не скоро.

— Но случится?

Ануки промолчала, что и послужило красноречивым ответом.

***

На полу, покрытом мягкими коврами, лежали груды подушек, по углам дымились ароматные курильницы, со стен свисали шелковые драпировки. Оларди возлежал на подушках, втягивая в себя дым из высокого кальяна. Может, тут у них это называлось как-то иначе, но Лора без труда опознала предназначение этого предмета.

Оларди повел рукой, приглашая Лору располагаться. Она присела на одну из подушек, выбрав место подальше от него. Если раньше она почти смирилась, что попала в мир острова Тортуги, то теперь это походило на какой-то Магриб. Она сжала виски руками. От всего этого хотелось впасть в забытье.

— Я расскажу тебе одну легенду, — Оларди протянул ей трубку от кальяна, но Лора замотала головой. Тогда он подал ей один из фруктов, лежавших между ними на расписном блюде.

Отказываться было бы невежливо — Лора взяла фрукт, похожий на большую сливу. Запах от него шел изумительный. Она надкусила тонкую кожицу и замерла от вкусовых ощущений.

— Слушай, книса. Когда небесная корова Ихес родила двоих сыновей, то создала для каждого из них свой мир — океан для Скрама и твердь для Гвуарада, чтобы каждый из них владел своим и не зарился на чужое. Так и было, пока оба божества не решили создать других существ. Скрам создал рыб и других обитателей вод, Гвуард — зверей и птиц. Стали они соперничать друг с другом, чьи создания лучше, и не могли решить. Тогда создал Гвуард из своей крови и чешуи дракона, что повелевал огнем, а Скрам из своей чешуи и крови — сирену, что пела так, как не может ни одна земная птица. И каждый гордился, что его создания самые удивительные. Но случилось непредвиденное — сирена и дракон полюбили друг друга, но как не могут быть вместе огонь и вода, так и они не могли быть вместе. От их соития много дней и ночей сотрясалась земля, горы рушились и воздвигались, воды мирового океана вышли из берегов, затопили землю. Только вмешательство Ихес остановило гибель всего живого. Скрам и Гвуард запретили своим детям приближаться друг к другу. Сирена, а звали ее Лорея, каждый день приплывала в бухту и пела, сидя на скале, дракон же летал над ней, и слезы его падали на камни, пока из скалы прямо в океан не обрушился водопад. Тогда сирена и дракон вошли под его струи, их чешуя, крылья и плавники исчезли. Так появились люди.

Лора под его неспешную речь впала в странное оцепенение, история создания мира в интерпретации рогатого парня звучала некоей сказкой. Правда, от последней фразы она очнулась.

— Люди?

Оларди кивнул.

— А где? Где найти этот водопад?

— Водопад давно иссяк.

— Да ладно… — от разочарования у Лоры дрогнули губы. Ведь спасение было так близко, и на тебе. — Прям совсем-совсем?

— Совсем. В одной из легенд говорится, что если на скалу Лореи упадет слеза дракона, то водопад возродится.

— У вас еще и драконы есть? — Лора вытаращила глаза. Потом подумала: раз есть эти рогатые, почему бы не быть и драконам.

— Потомки Лореи и дракона рождались оборотнями, могли жить в двух ипостасях: человеческой и драконьей.

— Так, мне срочно нужен один из них, — Лора вскочила и от волнения пробежалась по комнате.

Оларди протянул ей руку, она машинально подала ее и очутилась на ковре рядом с ним. Его эбеновая кожа блестела и пахла цветочным ароматом. Он обнял ее за талию и заглянул в глаза.

— Лорея… — шепнул Оларди, — тебе не нужен дракон, со мной тебе ничего не угрожает. Я вижу магические пути, вижу, что моя и твоя судьба переплетены…

Он продолжал говорить, от его шепота в груди разросся огненный цветок, жар хлынул от макушки вниз по телу, до самых кончиков пальцев на ногах. Тихий стон вырвался из ее губ, в то время как его губы скользили по шее и ниже по ключицам, коснулись чешуек, отчего ее пронзило теперь уже холодом. Какая-то часть мозга еще готова была сопротивляться, но тело уже не подчинялось.

Стук в дверь прервал наваждение, Лора ойкнула и дернулась из объятий рогатого гиганта.

— Ол! — в комнату заглянула Ануки. — К тебе пришли.

— Кто? — Оларди в ярости вскочил. — Какого Скрама! Я просил… — он понизил голос, но Лора все равно услышала, — просил не мешать мне.

Ануки привстала на цыпочки и шепнула ему что-то на ухо. Оларди вздохнул. — Скажи, сейчас выйду.

Лора за это время перебралась в другой угол и прикрылась там подушками. Щеки ее пылали, но уже не от страсти — от стыда. Как она могла поддаться на его чары? Усыпил бдительность сказочками, а сам, конечно же, использовал магию. Какая же она все-таки наивная! Похоже, в этом мире никому верить нельзя.

В это время дверь распахнулась, в комнату вошел мужчина в треуголке.

— Ол, дружище! Какого Скрама ты заставляешь старого друга торчать в прихожей? А… так ты не один… Прости, Ануки не сказала, что ты с женщиной, — вошедший снял шляпу и повернулся к ней. Улыбка сползла с его лица, а Лора громко вскрикнула.

Мужчина шагнул к ней, она завизжала и швырнула в него подушкой.

***

— Не подходи ко мне!

— А то что? — он смотрел на нее со странной смесью любопытства и удивления. — Кинешь в меня еще чем-то?

— Рей, друг, не пугай мою гостью, — подал голос Оларди.

— Даже так? Гостью? — Рей помотал головой, но все же отошел подальше. — Чем же я так напугал бедняжку?

— Он хотел меня убить! — заявила Лора, отодвигаясь в самый угол, будто это могло ее как-то обезопасить.

Оларди уставился на Рея, тот криво ухмыльнулся.

— Не верь ей, у женщин бывают странные фантазии на мой счет.

— Я знаю, — совершенно серьезно согласился Оларди. — Ануки, отведи кнису к себе.

Ануки вытащила Лору из комнаты, на прощание та одарила Рея убийственным взглядом, он же лишь холодно посмотрел на нее и демонстративно положил руку на эфес сабли.

— Итак, — Оларди показал ему место напротив себя, — что привело тебя ко мне, друг?

— Разве друзьям нужен повод для встреч? Просто шел мимо и решил, что давно не услаждал слух твоими мудрыми речами.

Оларди опустил голову, словно рога сделали ее тяжелой, потом снова посмотрел на Рея.

— Слушай, — сказал он совершенно другим голосом, — ты не мог знать, что книса у меня, как ты понял?

Рей пожал плечами.

— Значит, это правда, — задумчиво произнес Оларди.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, эти легенды, про притяжение и прочее.

— Мне нет дела до легенд, но ты играешь с огнем. И сам это прекрасно знаешь. Какого Скрама ты пытался ее соблазнить?

Оларди плотоядно улыбнулся.

— Хотел посмотреть, что получится, вдруг родился бы кто-то необычный? Кто-то…

— Кто откусит тебе голову, — мрачно закончил Рей. — Ол, мы знакомы… лет так сто, примерно?

— Поменьше, — Оларди поднял глаза к потолку. — К чему ты это вспомнил? За все время нашего знакомства меж нами были, конечно, недоразумения, но незначительные. Хочу, чтобы и следующие сто лет прошли в таком же ключе.

— Если не будешь делать глупости. Я заберу ее.

Олради вскочил так резво, словно и не полулежал на подушках в полной неге.

— А вот теперь ты делаешь страшную глупость. Наверное, ты это понимаешь.

Рей пожал плечами. Глупость, да. Но лучше глупость, чем полнейшая неизвестность.

***

Лора допытывалась у Ануки хоть каких-то внятных объяснений — кто этот человек и что ему от нее нужно.

— Рей Фарелл… ну, он капитан «Красавицы».

— Пират?

Ануки посмотрела в окно, пожала плечами.

— Не совсем. У него патент от губернатора на отлов контрабандистов. Тех, кто пытается возить товар без пошлины.

Лора никогда не считала себя знатоком человеческих душ, психология не была ее коньком, но тут она так явственно увидела, что Ануки ей лжет или просто чего-то недоговаривает, что ей стало не по себе. С чего она решила, что эта девушка не преследует своих целей? Лора постаралась успокоиться. Она ведь узнала много важного сегодня, и надо этим воспользоваться. Она улыбнулась Ануки, чтобы та не смотрела на нее так настороженно.

— Твой брат… — Лора глубоко вздохнула, — он… такой…

— Да, такой, — откликнулась Ануки, — женщины любят его. Но ты же не об этом хотела спросить?

— Он сказал, что если на скалу этой, как ее… упадет слеза дракона, то…

— Лорея. Ее звали Лореей. Это легенда. Всего лишь…

Голос у Ануки дрогнул, и глаза странно блеснули. Лора протянула к девушке руки.

— Ты что, плачешь?

Ануки вдруг упала ей на грудь и громко, безудержно разрыдалась. Лора гладила ее по спине и чувствовала какое-то родство. Неважно, с рожками женщина или с чешуей, но так рыдают лишь потеряв самое дорогое на свете.

— Я люблю его, а Ол говорит, что это блажь, что мне надо забыть его, иначе я буду страдать. Ну и пусть! Пусть. Пусть он умрет раньше, я тоже тогда умру!

Лора помотала головой. Ничего не поняла, кроме того, что Ануки, кажется, в кого-то влюблена, и этот кто-то не устраивает ее семью.