Драконий бог и я

Глава 1

Здравствуйте!

Меня зовут Алия Динс, и я обычная девченка, ну почти.

Я живу в пригороде Метролиса, в стране, название которой не имеет значения, потому что скоро я уеду. В нашей семье пять старших братьев и я. Все они высокие, широкоплечие, со светлыми волосами и голубыми глазами. Они очень красивые, но характером пошли в нашу папулю. Суровые мужчины.

Мама работает на кухне в одном из лучших ресторанов Метролиса, где получает хорошую зарплату. А отец — один из лучших охотников в нашем районе. К нему выстраивается очередь за шкурами, от аристократов до обычных селян. Наш район так и называется — Пригород.

Но я отвлеклась. Вернемся к нашим братьям. Среди них пять высоких, сильных и смелых, а я — черноволосая, кудрявая, худая и небольшого роста. Многие принимают меня за ребёнка или подростка. Однако никто не знает, что я тоже охочусь вместе с отцом. С детства я умею разделывать туши и стрелять из лука, помогаю по хозяйству, и очень люблю своих племянников.

Четверо моих братьев уже давно и счастливо женаты. Их магия проснулась рано, и они окончили академию, после чего поступили на службу к королю и остались там. Мой младший брат, старше меня на два года, тоже учится в академии, но женщин он боится как огня, насмотревшись на старших братьев и на то, как их жёны манипулируют ими.

А я считаю, что это замечательно — иметь свою семью. Истинные пары встречаются так редко, что большинство из нас стараются скрыть свои чувства, ведь это даёт возможность оказывать давление на свою вторую половинку. Я не романтичная натура, а практичная реалистка. И я понимаю, что мне никак нельзя учиться в академии.

Мои силы отличаются от других. И у нас такие силы предвестники беды. Я управляю льдом. Папа настоял на домашнем обучении, и вот пока я практикуюсь в магии, учитель ищет прорехи в защите. Находит. Бьет в прореху, и все начинается заново.

Чувствуя себя опустошённой, я захлопываю тетрадь, собираю вещи в сумку, надеваю капюшон, прощаюсь со стариком Менсоном и направляюсь вдоль улочек Пригорода.

Мой отец не просто так отдал меня на обучение к этому пожилому человеку. Только он знает, кто я на самом деле. Наша семья очень дружная, и когда стало известно о моей связи с драконами, мы старались скрыть этот факт. Я чувствую себя родной, но не понимаю, как это произошло. Возможно, какая-то далёкая родственница, ещё до моего рождения, завела роман с хвостатым, и теперь мне приходится расплачиваться за это.

Я быстро шагаю к ресторану, где часто помогаю маме на кухне. Через пару дней мне исполнится восемнадцать, и я смогу официально устроиться на работу, но не сюда.

- Мам, привет! — улыбаюсь я, снимая плащ, сумку и надевая фартук.

- Алия, как прошли занятия? — интересуется она, чистит овощи и готовит мясо к жарке. Моя мама — пухленькая женщина которой чуть больше пятидесяти лет, с голубыми глазами, русыми волосами, заплетёнными в косу, а голова покрыта кухонным платком.

- Всё как обычно: я защищаюсь, а он находит брешь, — говорю я устало. Но скоро занятия закончатся, ведь старик Менсон сказал, что поедет на несколько месяцев к своему сыну в Амарис, а там, возможно, и останется.Возраст уже не тот, да и магия его начинает подводить все чаще.

— Ты уже приняла решение насчёт академии? — спросила мама, закидывая грязную посуду в мойку и одновременно нарезая овощи. — С твоими способностями тебе прямая дорога в соседнее государство, где к таким, как ты, относятся более терпимо.

— Нет, я хочу посмотреть мир, а может быть, даже устроиться на работу в бродячий цирк, — пошутила я, но, заметив гневный взгляд мамы, поспешила добавить улыбку, чтобы разрядить обстановку, — Я пошутила, мама, — произнесла я, закидывая чищенный картофель в большой чан с кипящей водой. — Я действительно хочу путешествовать, и если есть такая возможность, то почему бы и нет?

— Ох, Алия, ты моя единственная дочь, и такие слова вызывают у меня беспокойство. Но ты скоро станешь взрослой и сможешь принимать решения самостоятельно, — ответила мама, нежно обняв меня.

— Я знаю и приняла его. Буду здесь до весны, — сказала я, немного приукрасив действительность. Как только закончится набор в академию, я уеду. Главное, чтобы ищейки его величества меня не нашли, — я поморщилась от брезгливости.

— Но они ведь тоже… — не успела мама договорить, как дверь распахнулась, и в комнату вбежали подавальщицы с горой грязной посуды.

Я молча встала и пошла к мойке. Надев фартук для мойки и шапочку, я принялась мыть посуду. Вскоре на кухне появился сам хозяин ресторана. Он внимательно осмотрел все поверхности, кастрюли, ложки и салфетки, поблагодарил за работу, оставил мне несколько монет и ушел, чтобы закрыть заведение.

- Ох, раз мы закончили с заготовками, — произнесла мама, взглянув на настенные часы, — уже за полночь, пора возвращаться домой. Квил, старший-младший брат, уже заждался нас. Завтра вечером вернётся отец с севера, и работы будет много.Ты поможешь ему Али?

— Конечно, помогу, — ответила я с готовностью, взяла мамину сумку, и мы не спеша направились к нашему дому.

Наш дом располагался на одной из главных улиц Пригорода. Он был небольшим, но светлым, уютным и довольно вместительным. У каждого из нас была своя комната, и всем хватало места.

Когда наши братья выросли и съехали, к нам часто приходили наши племянники, чтобы пожить во время школьных каникул. Они очень любят бабушку и дедушку, ведь пока у них только двое внуков— Мирель и Толин. У старшего брата десять лет назад родились двойняшки, такие же светловолосые и голубоглазые, как и их родители.

Квил, облокотившись на фонарь, читал какую-то книгу. Он отличался от своих братьев не внешне,а умом. Точные науки были его коньком. Однако когда дело доходило до отношений, он испытывал страх и неуверенность.

Помню, когда мне было десять, а ему двенадцать, я дружила с соседской девочкой. Квил был в неё влюблён и, как истинный влюблённый мальчишка, дергал её за рыжие косички, бросался грязью и так далее. Однажды он решил признаться ей в своих чувствах, но она его обидела, обсмеяла и отвергла. Я разозлилась, ведь это был мой брат, и обидеть его могла только я.

Тогда я впервые неосознанно применила магию. Соседская девочка поскользнулась на ровном месте и сломала руку. Был скандал, нас с Квилом наказали на два месяца, а затем они переехали подальше от нашей странной семейки. Отец был зол, но никогда не поднимал на нас руку и не ругал. Он очень любил нас, но его взгляд, полный отчаяния и сожаления из-за того, что судьба уготовила его дочери, я не забуду никогда.

Говорят, наш король — дракон, и он не терпит других на своей территории. Его личная гвардия отлавливает таких, как я, а что с ними происходит дальше, я не знаю, но их больше никто не видел.

— Вы долго! — он бросил на нас взгляд, забрал у меня сумку и пошёл в сторону дома.

— Всё хорошо, — с улыбкой сказала мама, показывая увесистый кошелёк. — Мне дали премию. Завтра можно будет сходить на рынок. Отец вернётся к вечеру, а старшие братья приедут позже.

Квил закатил глаза, но всё же ответил: — Хорошо, но я не буду притворяться, что мне это нравится.

— И не надо, — сказала я. — Будь собой, ведь мы любим друг друга со всеми нашими недостатками и достоинствами, и мы семья. Я ехидно улыбнулась, похлопав брата по плечу, он закатил глаза и ушел в сторону своей комнаты.

Я на спех выпила чай, съела пару кусочков сушеного мяса, заскочила в умывальню и бегом в кровать.

Два дня.

И я уеду.

Ищейки меня не найдут.

Я улыбнулась, обняла плюшевого зверя, и уснула сладким сном.

Но сон был неясным. Мне снилось, что я парила, падала, плакала и в то же время была счастлива. Мои пепельные волосы развевались на ветру, а я испытывала противоречивые чувства: счастье и сожаление, тоску и надежду, обещание и грусть. Казалось, что сам ветер плакал, мягко пытаясь остановить моё падение.

Земля приближалась, потоки воздуха становились всё тоньше. Я почувствовала резкий удар, но не закрыла глаза. Я смотрела в прекрасное голубое небо, по которому медленно плыли облака, а я умирала. Мир не остановился, он продолжал жить своей жизнью, но без меня. Вдали я услышала рев, который был для меня всем. Моей душой.

Я подумала, что сейчас отдохну и увижу его. Мне нужно поспать. Глаза закрылись сами собой.

В последний миг своей жизни я почувствовала, как меня крепко обнимает мужчина. Мой любимый мужчина. Вокруг меня была пустота и свет, к которому я стремилась.

Я резко открыла глаза и вскочила на кровати. Бросив взгляд на часы, я увидела, что уже пятый час утра, но спать уже не хотелось.

— Вот это сон! — произнесла я, разглядывая своё отражение в зеркале. — Наверное, нужно меньше читать романов. И я брызнула прохладной водой себе в лицо.

Сон был настолько реалистичным, что ещё половину утра не выходил из головы. Чтобы прогнать его, я отправилась на рынок со списком необходимых продуктов. В это время там было много людей, а у торговцев — товаров. Я же умела хорошо торговаться.

Набрав всё по списку, я донесла продукты до дома. Разложив их по шкафчикам на кухне, я принялась за готовку. Мама должна была вернуться ближе к шести, и я хотела приготовить что-то особенное.

Угодить отцу было не сложно. Он всегда с удовольствием пробовал мои кулинарные шедевры, и они ему нравились. Лучше всего у меня получалось мороженное, но и обычные блюда я готовила хорошо, и мне это очень нравилось.

За готовкой я потеряла счёт времени. Когда большой окорок уже запекался, я поняла, что время близится к пяти часам и нужно накрывать на стол, ведь скоро приедут мои старшие братья. А позже приедет и отец.

Разговор с отцом будет непростым. Я планирую сегодня с ним поговорить.

Братья пришли, когда я расставляла тарелки, и дружно взялись мне помогать. К вечеру стол ломился от еды. Жёны братьев привезли с собой тоже необычные блюда. Для большой семьи это было самое то. Мама пришла аккурат к шести, переоделась и отправила вестник отцу, и тут же вернулся ответ. Мама — слабенький бытовой маг. Отец-сильный маг воды. Братья силами пошли в отца, но и бытовыми чарами пользовались хорошо.

Дверь распахнулась, и в наш залитый светом и теплом летнего солнца дом вошел он — наш отец. Его лицо, всегда суровое, выдавали глубокие морщины, свидетельствующие о возрасте. Он красиво старел: некогда пшеничные волосы покрылись сединой, а бороду отец сбрил несколько лет назад, когда проседь стала заметной.

Братья с отцом крепко обнялись и пожали друг другу руки, а меня нежно поцеловали его в макушку. Мама же встретила его с чувственным поцелуем. Они любили друг друга, и с годами эта любовь только крепла.

Застолье, как обычно, было шумным и веселым. Мы смеялись, шутили и строили планы на будущее. Отец заговорил первым:

— Алия, дочка, — он налил себе кружку кваса, — через день тебе исполнится восемнадцать, и я принял решение отправить тебя в академию при короле.

— Но, папа, как же мои силы? — оторопело произнесла я. — С такими нельзя в академию.

— Теперь можно, — ответил он. — Люди короля уже в городе, и завтра на площади будет стоять шатер с проверяющими. Король издал указ, согласно которому все, в ком течет драконья кровь, должны пройти тестирование, если есть расположенность ко второй ипостаси, то все едут учится в Метролис,так что завтра с Квилом вы идете туда, и это не подлежит обсуждению.

— Но, папа, если бы у нас была вторая ипостась, она бы уже проснулась, — сказал старший брат.

— Да, у вас есть способности, но вы не Квил и Али, вы же видите, как они отличаются от нас, — сказал отец. — Поэтому это решение нельзя назвать плохим. Если всё в порядке, то Али может отправиться куда захочет, но не вздумай убегать. Я замкнул контур до утра, — с улыбкой добавил он, прищурившись.

— Кристофер, — произнесла мама, — прошу, позволь Алии самой решать, что ей делать. Но я согласна, что больше нет смысла скрываться, раз сам король издал такой указ.

-Пойду подготовлюсь ко встрече с ищейками, я резко подскочила и вышла из-за стола, а вы, празднуйте дальше.

Мои руки дрожали, и я покрылась холодным потом.

Никто никогда не должен узнать.

Квил учится в другой академии, зачем ему Метролис? А может быть, ничего и нет?

Может быть, это просто моя особенность, и моя магия? Но что с того?

Я переоделась, потушила свечи, обняла своего зверя и легла на спину, глотая слёзы.

Это несправедливо. Я не хочу, чтобы меня убили.

— А теперь ещё и законно всё сделали, гады. Гад этот чешуйчатый король! Пусть катятся к своим драконам в зад! — я шмыгнула носом и отвернулась к стене.

Дверь тихонько отворилась, папа с мамой хотели поговорить, но я сделала вид, что сплю.

— Это для её же блага, Оли, — папа обнял маму. — Она должна научиться управлять этим даром. У неё потенциал намного сильнее, чем у любого из нас, а мы далеко не слабые маги с мальчиками.

— Да, Крис, — по голосу мамы я поняла, что она плачет, но от этого совсем не легче.

Мама подошла ко мне, мягко погладила по голове, подоткнула одеяло, и дверь закрылась.

Сегодня мне ничего не снилось.

И я была очень рада этому.

Глава 2

Когда твои планы рушатся, приходится смириться с этим, а затем попытаться начать всё сначала.

Я проснулась от громкого стука в дверь. Это был мой брат, который, как я знала, специально торопил меня, понимая, насколько мне не хочется идти.

Умывальная комната встретила меня контрастным душем и приятным ароматом апельсинового мыла. Я всегда любила этот фрукт и часто использовала его масло вместо духов. Те деньги, которые я копила на поездку, теперь можно потратить на покупку парфюма.

Наконец-то я смогу сделать себе подарок. Я всегда мечтала о дорогих и качественных духах.

У меня появилась возможность отомстить брату за его ранний подъём и насмешки. Я расчесала свои длинные, кудрявые, чёрные волосы и собрала их в высокий хвост. Не было смысла пытаться выделиться, поэтому я решила оставаться незаметной. Возможно, это сработает в мою пользу.

В нашей стране женщины могли носить брюки, но это не приветствовалось, хотя и не запрещалось. Я предпочитала широкие брюки, которые напоминали длинную юбку в пол. В них было удобно прятать кинжалы.

Женщины не должны уметь владеть оружием, охотой, и заниматься мужской работой. Но я никому ничего не должна.

Я затянула завязки на блузке и надела корсет. Он был удобным, с крючками, которые позволяли легко прятать стилеты. Кто знает, чем закончится эта поездка? Но я не собираюсь сдаваться без боя.

Я взглянула на себя в зеркало и увидела молодую и красивую девушку. Трудно было поверить, что в её штанах спрятаны несколько ножей. Голубые глаза горели решимостью. Я улыбнулась этому отражению и отправилась на кухню.

Мы провели завтрак в тишине. Квил тоже не был в восторге от происходящего и не проявлял особого интереса, но при этом успешно меня поддевал. Он не мог понять, чего я так боюсь. И я не знала, как объяснить ему свой страх.

Меня охватывал ужас при мысли о драконе. Это вызывало панику и дикий страх.

Наконец, я смогла выдохнуть, вымыла посуду и вышла на улицу.

Центральная площадь находилась всего в двух кварталах от нашего дома, рядом с ратушей. Там возносились молитвы трём богам, точнее, богам, которые уже были почти забыты.Никто не помнил их имён, а имя бога драконов было навсегда стёрто из летописей. Почему? Кто знает.

Чем ближе мы подходили, тем больше городского шума слышали, смех детей, галдеж молодых людей, восторженные возгласы. Сделали красиво.

Праздником.

Вокруг шатра, в котором было что-то неизвестное, стояло множество молодых гвардейцев, готовых охранять его.

Моё внимание привлекли палатки с развлекательными мишенями.

— Квил, посмотри, какая очередь туда, — я указала в сторону шатра, — может быть, постреляем?

— Зачем оно мне, — ответил брат, но всё же согласился. — В любом случае через пару часов народу станет меньше, тогда и придем.

Я подошла к палатке первой, отдала пару медных монет, взяла лук и прицелилась. Вдох-выдох, я открыла глаза и увидела только себя и мишень. Вдох-выдох. Я спускаю тетиву, и попадаю точно в цель.

Мужчина с удивлением посмотрел на меня, но затем вернул мой взнос и отдал выигрыш.

— Отец научил? — спросил мой брат, — теперь я тоже хочу научиться.

— Ты и сам неплохо стреляешь, — сказал я честно, — но не спеши, в этом деле важно почувствовать момент.

— Да помню я, помолчи, — он натянул тетиву и одним резким движением расщепил доску на две части прямо в центре.

— Ого, силач! — воскликнул я, похлопывая брата по плечу. — Мы оба в выигрыше!

Я улыбалась как ребенок, которому купили мороженное.

-А пошли купим мороженное, хочу, ну пожалуйста Квиииил, начинаю я висеть на брате, он лишь закатывает глаза и ведет меня к лавке с мороженным.

-Мое любимое закончилось, грустно сказала я, ну ладно, давайте с шоколадом шарик, с маликой, и с апельсином, сказала я отдавая монетки продавцу.

-Странный выбор, сказал кто-то позади меня.

-Ничего не странно, сказала я оборачиваясь, и уткнулась в пуговицы камзола. Черный камзол был расшит красными линиями, но больше всего меня привлекла эмблема красного дракона на груди. СПРАВА.

- Плохо не будет? спросил черноволосый мужчина,с красной прядью в голосах, а его глаза смотрели на меня как на диковинную зверушку.

-Смотрите что бы вам плохо не стало, огрызнулась я,господин.

-Алекс, можете просто звать меня так, я сегодня не на службе у его величества, мужчина поклонился и хотел поцеловать мою руку, но я дернула так, что мороженное оказалось у него на камзоле стекало прямо вниз.

-Простите, я сейчас все исправлю, взмахнула руками, и как на зло вместо бытовой магии, подтаявшее мороженное покрылось коркой льда.

Глаза мужчины загорелись, зрачок стал вертикальным.

Я медленно попятилась к выходу, пока мужчина жадно хватал носом воздух.

Попалась ищейке, и как глупо.

Я побежала что есть мочи. Борясь с паническим страхом.

Квил уже стоял в очереди к шатру. Я быстро нашла его глазами и встала перед ним.

-Ты чего как угорелая несешься, видишь я уже и очередь отстоял, он поправил очки и посмотрел на меня, не бойся, это всего лишь проверка, да и в нас ничего нет, я уверен, сказал он, погладил меня по плечу и подтолкнул в сторону шатра.

Внутри было прохладно, но очень светло. Молодой мужчина сидел за столом и смотрел на нас с интересом. Золотые глаза вспыхнули золотом, зрачок стал вертикальным. Внутри меня все оборвалось.

Попалась еще раз.

Мне конец. Они меня убьют прям тут.

Последнее что я помню, так это то, что крепкие руки брата поймали меня у самого пола. Дальше-пустота.

Убили? тогда почему я чувствую тело?

Резко открываю глаза и встречаюсь внимательным взглядом еще одного незнакомца.

Блондин. Ужасно красивый. Четко очерченный профиль, ярко-синие глаза рассматривали меня в упор.

Я попыталась встать и попятившись наткнулась на что-то твердое.

СТрах сковал все внутри.

-Не бойтесь, сказал блондин, мы вам не причиним вреда.

-Ну как же, сейчас говорите одно, а завтра отправите на плаху. Своих не любят на этих землях.

-Своих? поднял мужчина одну бровь, это каких же?

-Нууу, и тут я поняла что сдала себя с потрохами, людей с необычной магией, я встала оперевшись на стену, либо не людей.

-Почему ты нас так боишься, девочка? Спросил второй голос, который мне не был знаком.

Я повернула голову и увидела еще одного мужчину, а рядом с ним сидел мой брат и читал какую-то книгу которая мерцала синим цветом.

- Квил? Ты с ними заодно? — мои руки дрожали от ужаса.

- Приходится, я ведь носитель второй ипостаси, — пожал плечами мой брат.

- Как это? И ты спокойно говоришь об этом при них? — ужаснулась я.

- Да, эти люди ведут набор на новый курс академии при короле. Представляешь, мне предоставят перевод, и я не потеряю три года, — сказал он, перелистывая страницу.

- А я?

- А что ты? Ты не прошла еще проверку, вот ждали, когда ты придешь в себя, а то наркутила невесть что, а мне стало стыдно. Брат пожал плечами и подошел ко мне.

- Послушай, Али, здесь никто тебе не причинит вреда, ты мне веришь?

Я кивнула, и он продолжил:

— Он взял меня за руку и подвел к книге.

- Видишь что-нибудь? — спросил молодой мужчина, показывая на книгу.

Я видела, но не спешила отвечать.

Мужчина словно светился изнутри золотым светом, его золотые глаза излучали тепло, как от солнечного света. — Вы как солнце, — ответила я, восхищаясь его золотым свечением, — словно божество. Наверное, это звучит глупо, но мне так кажется.

— О, как интересно! — удивился он. — Но я о книге.

— Да, — я посмотрела на книгу в руках брата, — здесь написано про первый полёт и становление на крыло во взрослом возрасте. Я ткнула пальцем в один абзац и спросила: «А что это значит?»

— Это значит, девочка, что ты носишь вторую ипостась, и, судя по тому, как ты видишь ауры драконов, твоя драконица уже не спит, — с довольным видом сказал он. — Поэтому идите, предупредите родителей, после заката за вами придут. И да, добро пожаловать в Академию Метролиса, будущие драконы! — с этими словами мужчина хлопнул в ладоши, и мы оказались около нашего забора.

— Удивительно, как мы остались живы, — произнесла я, всё ещё не оправившись от шока.

— Всё меняется, — сказал Квил, и я думаю, что это к лучшему.

Я толкнула его в бок и поспешила к входу в дом. Мама с папой уже сидели за столом и ужинали, словно ничего не произошло.

— Моя интуиция меня не подвела, — произнёс папа, и я рад, что Алия не успела совершить какую-нибудь глупость. Когда вы отправляетесь?

— После заката, — ответил Квил, — так что у нас не так много времени на сборы.

— А я так хотела купить духи, — вспомнила я, — но, наверное, куплю их в другом месте. Пап, а может быть, я всё же не поеду?

— Али, это очень важно, — строго произнёс отец, — прежде всего для твоей жизни. Если хочешь жить — смирись с неизбежным. Раса драконов возрождается.

Наспех собрав все свои вещи, я взяла дорожный чемоданчик и вышла из дома. Нас уже ждали.

Небо окрасилось в алый цвет и потухло. Сумерки заполонили пространство.

Двое мужчин в форме ищейки его величества стояли около забора и ждали.

Там стоял тот мужчина которого я испугалась первый раз. Он смотрел на меня спокойно, с холодностью и отчуждением. Синие глаза, которые отдавали холодом. Красная прядь упала на его лицо, и он не вздумал его убирать. Лигшь вежливо поздоровался взял чемодан, второй с золотыми глазами махнул рукой и открыл

-Портал, сказала я, с предыханием и востргом, а я так смогу?

-Сможете, а может и лучше, подмигнул мужчина с золотыми глазами, и обратился к брату который спешно бежал из дома.

-Все готово?

-Да, ответили мы хором, я последний раз обернулась на свой дом, и тоска затопила в груди.

-Вы вернетесь, холодно сказал брюнет, когда закончите академию.

-Это хорошо, сказала я, стараясь не рассматривать его, что то меня тянуло и манило рассмотреть этого человека получше.

-Алекс, прекрати, резко сказал мужчина с золотыми глазами, еще не время.

Он не сказав ни слова молча с моей сумкой пошел в портал.

-Дамы вперед, пошутил Квил, за что получил тычком в бок,я взяла его под руку и пошли вместе. В новое будущее. В реальность. В неизвестность.

-Как вас зовут, обратилась я к мужчине с золотыми глазами

-Можете называть меня магистр Дракс, и я буду у вас преподавать, улыбнулся он и пошел следом за нами.

Глава 3

Пятнадцать лет назад. Александр

— Как же интересно судьба играет с нами, — произнес золотой дракон, осматривая новый мир. — Он должен был погибнуть, но что ты видишь, Алекс?

— Как минимум, живых людей, — ответил я, изучая городской рынок.

— Именно, мой друг, ведь это тот самый мир, из которого вы ушли, из которого я вас увел. Я всё же смог его спасти, — в его глазах отразились гордость и в то же время тоска. — Континенты изменились, я не чувствую здесь своих, но кажется, что-то всё же есть, совсем немного.

Он по-звериному выгнул шею и принюхался.

— Четвертая стала благоволить к оборотням? Невероятно, — с ухмылкой произнес он. — Пойдем, кажется, моя сестра желает с нами увидеться.

— Оборотням, но не драконам? — произнес я, быстро шагая за своим покровителем.

— Именно так, и, кажется, здесь её тоже почитают. Посмотри, — золотой дракон указал вдаль, проведя рукой.

— Церковь? — скептически изогнул я бровь, усмехнувшись.

— Это не церковь, а старинный алтарь для подношений, и она ждёт, — развил свою мысль дракон. — Как частичный оборотень, ты не чувствуешь зов матери?

— Нет, — хмыкнул я, но мне хотелось бы проверить. Эти скитания по мирам уже измотали меня. Я полагаю, что всё бессмысленно, и Рию уже не найду.

— Нет сомнений, что она переродилась, и мы её найдём. Что такое три года для дракона? Здесь время течёт намного быстрее, чем в твоём мире.

— Я устал, — честно признался я. — Если в течение года мы её не отыщем, я уйду за грань сам. А там уже волей-неволей когда-нибудь мы встретимся.

— Не нервничай, мы пришли, — произнёс Дракс, подойдя к красивому зданию, высеченному словно из белого мрамора.

— Не пугайтесь, пожалуйста, — он нервно огляделся по сторонам. — Моя супруга иногда бывает не очень гостеприимной, особенно к супругу, который пропадал целую вечность.

— Как же, не хватает еще этих божественных разборок, в которые ты втянул меня и Рию! — воскликнула она.

— К сожалению, даже боги могут совершать ошибки, — произнес он с грустью. — Здравствуй, Мира, я вернулся. Мирастель, не будь такой упрямой, твой супруг устал от своих путешествий и решил вернуться домой.

— Правда, дорогой? А я уж подумала, что ты решил остаться со своим приспешником. Уж очень быстро ты покинул наш мир! — раздавались голоса вокруг.

— Милая супруга, наш спор затянулся, но позволь мне всё объяснить! — произнес бог драконов, и в этот миг в него вонзилось золотое копье, пригвоздив к стене.

— Не позволю, зашипели везде, ты нас оставил! Я одна смогла преодолеть все трудности и отправила троих на поиски того мира, куда вы исчезли!

-Милая, я толькот недавно се вуспомнил, и согласись, твоя идея со спором была лишней! Тут же крикнул Дракс, освобождаясь от копья, и встал у стены как ни в чем не бывало.

— Покажись, я очень соскучился по тебе, Мирастель. Я очень виноват перед тобой. Мы оба виноваты! — сказал он.

— Ах, оба! — воскликнул кто-то, и с потолка посыпалась россыпь искр, прямо на него.

— Я виноват! — воскликнул он. — Я действительно виноват во всём! — повторял он.

— И ты осознал, что нельзя заключать споры и сделки со смертными? — прозвучал звонкий голос.

— Эта последняя сделка, клянусь! Я виноват в том, что не смог уберечь своих детей, но всё гораздо серьёзнее, чем ты можешь представить, милая. Покажись, пожалуйста.

Из ниоткуда появилась девушка, озаряя всё вокруг ослепительным белым светом.

— Здесь мой сын, дорогая, прошу тебя, усмири свою божественную силу. Если ты спалишь ему глаза, он не сможет увидеть истинную перерождённую, — произнёс дракон.

Свет погас, и передо мной предстала очаровательная незнакомка. Её зелёные глаза смотрели на Дракса с негодованием и осуждением, длинные каштановые волосы ниспадали до самых пят, а сетчатый костюм лишь слегка прикрывал её наготу.

— Дорогая, пожалуйста, оденься. Этот парень очень нервный, он недавно потерял любимую, — сказал дракон.

— Мне всё равно, — ответила девушка ровным голосом.

— А мне нет. Из-за наших братьев и сестры их раса находится на грани вымирания. И я прошу открыть портал, чтобы они могли вернуться домой, — произнёс он с надрывом в голосе.

Я стоял молча и слушал этот беспросветный бред двух богов.

Сердце молчало, дракон молчал.

Я устал её искать.

Я хочу уйти в след за ней.

Мое существо заледенело, и больше не отзывалось.

Три года пролетели незаметно. Мы жили в разных мирах, но там я не чувствовал её присутствия. Дракс утверждал, что её там нет. Он может ощущать своих детей. И вот, как ни странно, здесь он что-то почувствовал.

Искорка надежды еле колыхалась.

— Я помогу, — сказала вдруг она, — мы найдём её, но драконы не могут сразу вернуться в этот мир.

— Почему? — спросил я, впервые подавая голос.

— Тогда братья и сестра придут ещё раз, и уже наверняка поглотят этот мир. Я едва удерживаю баланс, — она грустно вздохнула и тут же улыбнулась, — но тут остались ещё расы драконорождённых.

— О, так мои дети ушли не все? — обрадовался бог.

— Почти, часть чёрных полукровок ещё жива. На территории государства Метролиса, — она улыбнулась, — я сделала всё, что могла.

— Ты сделала слишком много, Мирастель, ты спасла моих детей, ты спасла мир, — произнёс он, преисполненный благодарности, и чувством любви, глаза бога горели и лишь слегка слезились.

— На то я и богиня, — подмигнула она, — что от меня требуется?

— Встреча с королём и внедрение нескольких из того мира в этот.

— И всё? — она изогнула бровь.

— Нет, ты должна убить этого парня, чтобы он почувствовал истинную связь. Я не могу, — он развёл руками, — я его породил.

— И правда, — она улыбнулась и подошла ко мне.

— Спи, сын, а как найдёшь путь, проснёшься.

Мир померк, и я погрузился во тьму.

***

Пустота. Нет ничего, кроме пустоты. Лишь красная путеводная нить, натянутая, словно пружина, ведет меня. Я лечу.

Время кажется эфемерным. Кто я? Что я?

Я вижу Александрию, падающую с неба. В её груди торчит ритуальный кинжал, а светлые волосы развиваются на ветру.

Она что-то шепчет, и я понимаю, что это слово «прости».

Боль судорогой охватывает её тело.

Она плачет и улыбается одновременно. Приземление кажется ей мягким, как перина. Она не превращается в дракона.

Искра жизни еле теплится, ее силы быстро утекают.

«Прости, любимый, так нужно», — говорит она, последний раз улыбаясь в рассветных сумерках, и закрывает глаза.

Чьи-то руки обнимают её, и раздается душераздирающий крик, который разрывает мне сердце.

Она умирает на чьих-то руках.

Я вижу женщину с детьми. Их много. Лица смазаны. Только светлые волосы выделяются на фоне остальных. Они куда-то идут. Женщина глубоко беременна, что-то несет. Дети помогают ей.

Супруг разговаривает с ней и загружает вещи в повозку.

- Теперь все изменилось, милый. Нам повезло, что меня пригласили работать в Метролис, — говорит она.

- Скоро появится ребенок, — грузно произносит мужчина. — Может, повременим?

- Нет, я чувствую, там будет все хорошо, — она нежно гладит живот и целует мужа в бороду.

Время меняется.

Та же женщина, но уже старше на десять лет, окружена множеством детей. Неужели Рия? Неужели Дракс прав? Я не понимаю.

Она готовит обед и усаживает детей за стол.

- Мальчики, пожалуйста, мойте руки перед едой, — громко сказала она, и четыре мальчика выстроились в очередь к мойке.

Картинка меняется.

Вижу мужчину, который охотится.

- Прошу тебя, сначала смотри, потом стреляй, — говорит он.

- Да, папа, — раздается детский голосок девочки лет десяти. — Я смогу, ты же в меня веришь? — спрашивает она.

Я пытаюсь разглядеть лицо, но ничего не вижу.

- Правда, дочка, ты сможешь все, хоть самого дракона одолеть, — он улыбается, и я чувствую его теплоту.

- Папа, а если я дракон? — спрашивает она.

- Тогда мы будем тебя прятать, ведь в этом мире драконов убивают, — отвечает он. — А теперь готовься, и слушай.

- Да, папочка, — говорит голосок и натягивает тетиву, и метро выстреливает кабану в самео сердце.

Картинка меняется.

В вечернем сумраке, закутанная в плащ, шагает темноволосая девушка. Она знает, что её кто-то должен встретить.

- Куда такая красивая, да ещё и вечером, — доносится за её спиной. Это произносит компания нетрезвых мужчин, которые пытаются привлечь её внимание.

Не обращая внимания на их слова, девушка лишь сильнее закутывается в плащ. Один из мужчин пытается задержать её, заламывая руки, и предлагает: «Посиди с нами, мы заплатим».

- Нет, — вырывается у неё, — я для вас не подходящая компания.

- Такая молодая и красивая? — говорит мужчина с перегаром, хватая её за руку. Однако девушка ловко выворачивается и ломает его руку.

- Шлюха! — кричит он, и его зрачки становятся звериными, а на руках появляются когти, которые хватают её за бедро.

Она вскрикивает от боли, но быстро достаёт из сапога нож и выставляет перед собой, чтобы защититься.

- Какая смелая кошечка, — мурлычет пьяный мужчина, — люблю строптивых. Двое других подходят сзади и крепко хватают её, не оставляя шанса на побег.

- Руки убрали от моей сестры, мразь! — кричит светловолосый мужчина, выходя из тени. — Иначе отправитесь за решетку.

- О, я работаю на короля, шавка, — говорит пьяный зачинщик, — а ты кто?

- Ищейка его величества, — отвечает блондин, — и советую убрать руки, — у него появляется звериный оскал, — иначе вас всех завтра не найдут.

Не теряя времени, мужчина ударяет первого попавшегося в нос, и тот кричит от боли, осыпая его проклятиями. Девушка вырывается и встаёт рядом со своим спасителем, выставив перед собой нож.

- Я запомнил тебя, — говорит старший брат девушки, — завтра можешь попрощаться с работой. А вы, — кричит он, — может, стоит подготовиться к плахе? Или закон для вас не закон, господа?

Он призывает водные путы, связывает троих, делает слепок в воздухе и отправляет их в портал. Затем мягко обнимает девушку.

- Прости, сестрёнка, я задержался, этого больше не повторится, — говорит он.

- Тис, — девушка даёт волю эмоциям и начинает плакать, громко и навзрыд, — прошу папеньке с мамой не говори, — она всхлипывает ещё раз, — я бы справилась, всё было под контролем.

- Под контролем? — говорит он, произнося имя неразборчиво, — они чуть тебя не убили! Или того хуже! — ругается мужчина.

- Но ты спас, Тисс, прошу, — девушка вытирает слёзы и умоляюще складывает руки.

— Хорошо, но я установлю на тебя поисковый маячок, — произнес он, и его слова прозвучали неразборчиво. — Теперь каждый вечер тебя будут встречать, договорились?

— Хорошо, Тис, — ответила она, обнимая брата, который едва доставал ей до плеча.

— Всё будет хорошо, ты мне веришь? — спросил он.

— Верю, — сказала она, в последний раз шмыгнув носом, вытерла лицо рукавом, подняла свою сумку и посмотрела на спасителя.

— Близнецы соскучились по своей тете, может быть, пойдем к нам? — предложил мужчина.

— Отправь вестник родителям, — попросила она, — я тоже очень соскучилась.

Хотя ее лица не было видно, я почувствовал, как она нервно улыбнулась, взяла мужчину за руку, и они пошли вдоль высокой улицы города, или, возможно, пригорода.

* * *

Я оказался в небольшой девичьей комнате, где спала девушка. Луна выглядывала из-за штор, лишь слегка освещая ее силуэт. Я видел ее — совсем маленькую, едва достающую мне до плеча.

Я стоял в углу комнаты, пытаясь надышаться. В воздухе витал аромат мороза и апельсина, с примесью мяты. Темные волосы девушки разметались по белой подушке, и я разглядывал ее. Ей было не больше семнадцати, она была худенькой и миниатюрной. Пухлые губы были надуты, а между темных бровей залегла складка. Она обнимала какую-то плюшевую игрушку.

Девушка ворочалась во сне, и на ее розовой щеке скатилась одинокая слеза.

— Александр, — прошептала она во сне, — прости меня.

Слеза скатилась по второй щеке.

Я не выдержал и произнес шепотом:

— Прощаю, Рия, я нашел тебя.

Мне хотелось подойти, обнять ее, успокоить, а нить связи на моей руке пульсировала все сильнее. Я вспомнил, кто я такой, и осознал, что она моя истинная.

От этой мысли дракон внутри меня издал победный рев, повторяя «Моя», «Моя». Я едва удерживал его, чувствуя, как по рукам пробегают чешуйки, а зрение становится другим.

Внезапно девушка открыла глаза и села на кровати, уставившись в ту точку, где стоял я. Ее голубые глаза светились в ночи, но она меня не видела.

— Кто здесь? — прошептала она, пристально глядя на меня.

— Никого, — ответил я, — это тебе приснилось.

Конечно, она не слышала меня. Метка на моей руке пульсировала еще сильнее.

Меня выбросило в настоящее.

Я открыл глаза и увидел перед собой Дракса и Мирастель.

— Я видел ее, — произнес я, — почти знаю, как она выглядит.

— Успокойся, Алекс, — сказал бог, похлопав меня по плечу. — До встречи еще далеко.

— Далеко, — отозвался я эхом, но внутри меня полыхал огонь, а дракон уже предвкушал встречу.

— Спи, — произнесла богиня, нежно улыбаясь, — я помогу вам с внедрением в страну.

Мои глаза закатились снова, и я почувствовал, как тьма заволакивает меня, успокаивая уставшее, разбитое сердце, которое впервые за несколько лет сделало первый удар.

Глава 4

Холодные взгляды прожигали спину. Я держала брата за руку, стараясь не нервничать, но выходило плохо. План по побегу созрел быстро. Нужно изучить систему безопасности, найти брешь и сбежать. Квилл не маленький мальчик, справится. Пусть и указом короля все драконы теперь могут жить спокойно, но я не верила. Чутье драконье подсказывало: всё не так просто, и в этом месте меня ждут только беды.

А на крыло встать, даже не знаю, может, заблокирую своего дракона и буду жить спокойно.

Внутри струна натянулась, и я почувствовала опустошение от одной этой мысли. Нет. Она — часть меня. Она — это я.

Дворец, поистине дворец, а не академия Метролиса. Почему Метролиса? Потому что город назван в честь далекого предка короля, и при нем построили академию. Я мало что про нее знала, ведь никогда не хотела тут учиться. Я хотела быть обычным магом, работать в гильдии и путешествовать. От одной мысли про несколько лет тут я скривилась.

- Алия, — брат дернул меня за рукав, — хватит планировать побег.

- Чего?

- Того, — он шикнул на меня, — у тебя все на лице написано.

- Да не планирую я ничего! — честно соврала я.

Брат хмыкнул и продолжил меня вести. Коридоры сменялись другими коридорами, везде красивое убранство, много стражи и куча студентов-магов. И все как один косились на нашу делегацию. Нас было около пятидесяти, так если представить, то с ума сойти можно. Факультет работает всего несколько лет, и некоторые уже успели выпуститься и ушли работать на корону. Куда? Никто не видел. А может, их и в живых нет. Я тряхнула головой и еще больше поежилась. Атмосфера давила.

Больше пятидесяти молодых драконов. А еще пять лет назад о них и слышно не было. Оборотней да, было много, но таких, как я, — нет.

Нас привели в большой холл, где собрались и остальные студенты, и преподаватели.

Мужчина с золотыми глазами поднялся на помост преподавателей, сказал что-то мужчине в черном (некромант?), тот кивнул и начал подниматься на помост.

Голос громкий и звучный раздался отовсюду.

Я съежилась еще больше, а ноги так и норовили сбежать.

- И так, всех приветствую! Я ректор академии Метролиса, магистр некромантии и лорд магии смерти Клайн Лерон, добро пожаловать новоприбывшим! И так, правила академии таковы. Поединки только на площадках, вне их — отчисление, драки — отчисление, хамство преподавателям — отчисление. У нас серьезная академия, и доучаются до последнего курса только лучшие из лучших. Также устав нужно взять вместе с учебниками и вызубрить на зубок. Кто не сдаст по нему зачет, а я его принимаю лично, будет отчислен. А теперь приступим.

Мужчина говорил хорошо поставленным голосом, четко, по-военному. Осанка прямая, как стержень, черные волосы затянуты в низкий хвост, орлиный профиль, черные, бездонные глаза. Мне он чем-то отдаленно Коршуна напоминал.

Я посмотрела по сторонам и видела в глазах будущих сокурсников радость, уважение, обожание. Девушек, на мое удивление, было ровно четверть группы. Кто-то радовался, кто-то молчал, но никто не смотрел на все это как я.

Мне это не нужно.

Или нужно?

Я посмотрела на брата, и он опять косится на меня. Вот же знающий меня человек. Ладно, для начала нужно усыпить бдительность, а после сбежать.

Я ему улыбнулась одной из лучших своих улыбок и продолжила слушать.

В целом не все так страшно. Мужчина с золотыми глазами, вроде бы магистр Дракс, наш декан и наш куратор. Он раздаст расписание, и с начала недели начнутся практические занятия. Медитация, поединки, лекции. Сегодня пятница, конец недели, и впереди нас ждут выходные, для того чтобы закупиться инвентарем учебным.

Нам раздали небольшие прямоугольные мешковатые сумки с крючком, я открыла и увидела расписание, место и номер комнаты в общежитии, а также список инвентаря для учебы. Нехилый. Также в нем лежала нашивка, знак отличия академии, маленький дракон, кусающий себя за хвост, создающий круг. Его следует прицепить на форму либо плащ и ни в коем случае при походе в город не снимать. Своего рода маячок для нерадивых студентов и защита от местных.

Комната была небольшая. Серые стены, большое зеркало в углу почти на весь угол стены, окно, которое было почти черное от грязи и пыли, но что самое интересное, постель была чистая. Занавесок не было. Да, непорядок. Уюта ноль. Для себя я отметила, нужно купить ковер на пол, тапочки и красивые занавески.

Так стоп, я собралась же свалить? Сбежать не сбежать, но уют хотя бы на пару дней должен быть.

Я провела пальцами по охранке на двери, и она завибрировала. Приятно, что в комнату никто посторонний не попадет.

Взглянула в шкаф, пара форм академии, спортивная форма, несколько плащей, разная обувь. Приятно.

Сердце кольнуло. Как там мама и папа?

Я поняла, что никогда так надолго не отлучалась. И теперь увидемся только после того, как я стану... Кем? Драконом?

Я быстро переоделась, взяла список книг и пошла до библиотеки. Книги были знакомы, старик меня учил по ним, и часть программы я, оказывается, знаю. Нужно дойти до деканата и сдать досрочно часть экзаменов и зачетов, а вот устав придется выучить.

Книги выдали, помощник библиотекаря поставил на стол, шлепнул, и они отправились в мою комнату, удобно.

И так, два дня, чтобы подготовится. В воскресенье я сбегу и стану наконец-то свободна. Ну а пока нужно делать вид, что все в порядке. Я отправила вестник брату, узнала номер комнаты и отправилась к нему.

Город впечатлял, жаль, мы переместились, а не ехали из других городов, как многие. Мы были практически последние, и в последний день отбора нас решили переместить. Это же сколько сил у нашего декана?

Я пошла гулять по территории. Нужно осмотреть все ловушки, все входы и выходы. Составить четкий план.

Два входа и выхода, один с центрального, около больших ворот, а другой сбоку в сторону города. И там и там стоят стражники. Окей. Не вариант.

Я прошлась вдоль еще одного корпуса и увидела стену. Высокую, метра четыре. Если взять крюк и веревку, может получится.

Я внимательно осмотрела каждый участок стены. Вот тут, где высокие деревья, будет удобно забраться. Листья еще не опали, так что в темноте я буду малозаметна. Плюс дерево частично перекидывается на ту сторону.

Я потрогала стену и выругалась.

Магический купол. Да, если переберусь на ту сторону, заработает охранка, и меня найдут. Пораскинув мыслями, я решила пойти в комнату и сделать заглушку.

Зачем? Всё просто. Заглушка, своего рода, делает прореху в защите, точнее, расширяет плетения, но нужно правильно рассчитать магический коэфицент, иначе она схлопнется и меня разрубит пополам. Учитель был однозначно мастером своего дела. Не зря он всегда находил взлом для защиты, ведь никогда не бывает сделано всё идеально. Даже у магистров.

Я весело улыбнулась своим мыслям и, легко напевая незамысловатый мотив, пошла готовиться к побегу.

Как рассчитывается коэфицент заглушки? Конечно, на массу тела и рост тела, которое должно проникнуть сквозь нее. Я достала пишущие принадлежности и начала выводить формулу. В целом это не составило труда, я знала коэфицент своей силы, я знала угол наклона, а теперь нужно сделать максимум твердости элемента, из чего будет сделана заглушка? А из чего она будет? Правильно, камень.

Я, как сумасшедшая, с горящими глазами приступила к делу.

Когда на улице загорелись первые светильники, я почти закончила работу. Осталось всего ничего, в моей походной сумке был небольшой крюк, веревка, несколько метров, так как часто ходили с отцом на охоту, был нож. Кинжалы и стилеты отобрали на входе в академию, а это посчитали неопасным. Как же.

Я закрепила рюкзак под плащом так, чтобы его видно не было. Нашивку, естественно, оставила тут. Не нужно, чтобы меня искали и преследовали. Хотя братец уже наверняка доложил обо мне. Ну и пусть. Либо сейчас, либо никогда.

Панический страх не давал мыслить рационально. Чем ближе я к другим драконам, тем внутри все холодеет и цепенеет от страха. Я не могу понять его природу. Так было всегда.

Я выглянула из комнаты, проверив наличие студенотов рядом, ходят туда-сюда. Ладно, накинув на себя легкий морок, я двинулась к выбранному месту. Двадцать минут до отбоя, показывали главные часы на входе в один из корпусов. Нужно спешить.

Легким шагом я двинулась в сторону дерева, морок работал отлично, все, кто обращал внимание, смотрели сквозь меня.

У меня, конечно, поджилки тряслись, но не могу. Не могу тут находится, чутье подсказывает, надо валить. Чем я дальше, тем буду свободнее.

Остановившись, я почувствовала на себе взгляд.

Я резко развернулась, пряча лицо за капюшоном. Никого. Ладно.

Я затаилась в тени дерева и начала наблюдать. Тишина стала умиротворять. Часы пробили полночь. Сейчас будет пересменка, как раз самое то, чтобы сбежать. Я перекинула веревку с крюком через бедро, прикрепила наверху стены заглушку. И стала ждать. Часы смолкли, краем уха я услышала, как стража переговаривалась, меняясь.

Взмах руки, короткое заклинание активации, барьер начал мигать, и дырка стала шире, я перекинула в нее крюк через стену, зацепившись за камень. Мда. Придется прыгать, у меня всего несколько минут до того, как заглушка перестанет работать и схлопнется.

Крепко схватившись за веревку, я начала быстрым шагом подниматься. Я хочу жить. А своим инстинктам я привыкла доверять. Огромным усилием воли я быстро протиснулась в прореху, и она схлопнулась, едва я вытащила ногу. Чувствуя, что вот-вот меня поймают, я прыгнула со стены.

И попала в чьи-то объятия.

- И куда мы собрались, девушка? - спросил мужской голос.

Все мое естество затряслось от страха.

Кажется, меня поймали.

- Ну, ты долго будешь у меня на руках сидеть? спросил мужчина.

Я быстро спохватилась и едва не плюхнулась на землю, пряча лицо в капюшоне.

- Занятно, давно не видел такого, мужчина повернулся ко мне спиной и начал осматривать заглушку, выпавшую из моего кармана. Мне конец.

Я сотворила оглушающее заклинание и быстрым рывком отправила в него, не ожидая подвоха, его оглушило, но не так, как я планировала. Он ударился головой об стену, и из виска потекла кровь. Я узнала его.

Мне теперь точно конец. Я сжалась, готовясь защищаться до последнего.

- Отпустите меня, грозно сказала я, и никто не пострадает.

- Чего ж ты такая бешеная! Он стер кровь рукавом, а голубые глаза сверкнули алым, - я тебе ничего не сделал!

- Но непременно сделаете, защипела я. Знаю я вас таких, сначала в благородство играете, потом сдаете при первой возможности.

Мужчина расхохотался. Громко, утробно, и так заразительно, что я невольно сама улыбнулась.

- Что ты знаешь о драконьем благородстве? Он сделал шаг ко мне, а я шаг назад.

- Не подходите! Я буду кричать!

- Не будешь, он еще сделал шаг и протянул руку, обычный простой жест мужчины, но эффект дежавю сработал как надо.

- Кажется, я вас где-то видела, тихо сказала я, успокоившись.

- Видели, несколько недель назад на ярмарке, вы меня еще мороженным испачкали.

- Просите, тихо пискнула я, отпустите, и я уйду. Я не могу и не хочу тут находится.

- Почему? Мужчина встал напротив меня и весело посмотрел, - Страх иррациональный, и такой, что хочется сбежать не оглядываясь?

Я кивнула, сама не зная зачем.

- Это один из этапов инициации, он продолжил лекторским тоном, если я вас отпущу, то в ближайшее время появится один миленький, маленький и очаровательный ДИКИЙ дракончик в небе, себя потерять хотите?

Я молча мотнула головой.

- Получается, времени мало, я поговорю с магистром Драксом, и придется завтра начинать подготовку к инициации.

- Я не хочу, я сделала несколько шагов назад, мотая головой и вытирая ледяные слезы.

- Это для твоего же блага, он улыбнулся мне мягко и протянул руку еще раз, пошли я провожу, - Вот смотри, он взял мою холодную ладонь, успокоилась?

Я с удивлением кивнула. Большая, широкая ладонь, грубая, мужская, но отчего-то мне стало тихо и спокойно.

- Так взрослые драконы действуют на маленьких, тихо, спокойно, успокаивая и давая защиту. Тебя тут никто не обидит, поняла? Он, не отпуская руки, повел до входа в общежитие, - Но завтра у тебя будет выговор, хочешь не хочешь, придется привыкать к правилам и соблюдать их.

Я хмыкнула.

Мужчина остановился и посмотрел на меня холодным взглядом. Красная прядь в его волосах отливала в свете луны, а хищное выражение лица слегка напугало. Но я не чувствовала угрозы, по крайней мере от него.

- Не чуди больше, и будь умницей, доводя меня до входа в общежитие, и тогда мы больше не увидимся.

- Кто вы? Тихо спросила я.

- Александр, он сделал шутливый поклон, -А вы?

- Алия, я слегка сжала протянутую ладонь, Алия Динс.

- Приятно познакомился, он улыбнулся уголками губ, -Алия, запомнили? Не влипать в неприятности, и мы больше не увидимся.

- Договорились, сказала я и быстрым шагом рванула в сторону своей комнаты.

И кажется, моя чуйка говорит, что это не последняя встреча.

Глава 5

Первые несколько месяцев учёбы давались на удивление легко. Я многое, как оказалось, знала. Практики было мало, но первый курс не сильно нагружен — да ещё и экспериментальная группа: мы, мягко говоря, были необычными.

Медитации я не любила. Но мой дракон всегда смотрел моими глазами во время них. А потом ещё и вопросы задавал. Этап слияния должен был произойти в конце года, а на третьем месяце мы должны были произвести первый оборот и встать на крыло. Сложно? Да! Непонятно? Вообще ничего. Моя драконица совсем ничего не знала и могла задавать вопросы только мыслеобразами. Ощущать внутри себя кого‑то ещё было странно. Мы знакомились друг с другом. И чтобы произошло слияние, мы должны были принять себя. Моя драконица росла.

Я закрывала глаза, тянулась к блестящему свету в районе солнечного сплетения и видела её. Чем больше я практиковала магию, общалась и бывала с ней, тем больше она становилась. Два месяца показались мне неплохими. Пока один момент не перечёркнул всё.

Он не говорил, не рассказывал. Но я замечала. Постоянные насмешки, выкрики со стороны аристократии я не воспринимала всерьёз и игнорировала. Но не он. Брат всегда был дерзким на язык, никогда не молчал в ответ на оскорбления — но умел находить компромисс.

Вечером я направилась к нему — и не нашла. В сердце закрались нехорошие подозрения. Грудь сдавило, будто невидимая рука стиснула рёбра. Сосед сказал, что брат пошёл на полигон спаррингов для магов. «Магов?!» — мысль обожгла холодом. Боже правый! Он же только недавно искру открыл! Его дракон совсем новорождённый!

Я неслась к полигону магов, цепляясь за надежду, что всё ещё может обойтись. Как я могла оставить его одного?! Как?! Глупая, глупая Динс!

Магический купол над полигоном затрещал, пропуская меня внутрь, и этот звук отозвался в груди ледяным эхом.

Мой брат лежал на площадке для спаррингов — окровавленный, беззащитный. Рубашка разорвана, на лице нет живого места: всё в синяках и потёках. Над ним возвышался незнакомый мне парень. Он схватил брата за волосы, смачно плюнул ему в лицо и швырнул бессознательное тело обратно — лицом в землю. Вокруг стояла элита и смеялась, их смех звенел, как осколки стекла.

Аристократ взял прут, перевернул брата носком ботинка, накалил прут докрасна магией — и начал выжигать на груди брата символ власти. Печать повиновения.

Его дракон совсем молодой и неокрепший, и печать, подавляющая силу, приравнивалась к убийству. Дракон умрёт в ближайшие несколько дней, если её не снять.

Я рванулась к середине полигона сквозь толпу, со всех ног, на ходу хватая меч для спарринга. Да, я первокурсница. Да, я почти ничего не знаю. Но кое‑что умею.

— Не смей! — заорала я во всё горло, голос сорвался на хриплый крик. — Если ты поставишь печать, его дракон умрёт!

— На это и расчёт, — усмехнулся парнишка. — Драконами могут быть только аристократы. Элита. А не выродки из деревень. А ты кто такая?

— Я та, кто порвёт тебя в клочья, если ты сейчас же не уберёшь прут! — Я сделала шаг к нему, на ходу выпуская силу. Деревянный меч покрылся коркой льда, острые грани засияли в тусклом свете купола.

— Как интересно… Ты следующая. Люблю строптивых. А после ты мне послужишь в постели, — он гадко усмехнулся.

Злость закрыла глаза красной пеленой, и в этом багряном мареве мир стал чётче, опаснее, реальнее.

Он запустил в меня магический разряд. Я едва увернулась, но не стала наступать в ответ. Нужно было отвлечь его, не дать закончить начатое. Сделав обманный манёвр, я выпустила немного силы и приморозила его подошву к полу. Он попытался сделать шаг — и рухнул лицом в красный песок, подняв облако пыли.

Не мешкая, я перевернула его на землю и придавила горло ботинком. Мои глаза горели ледяным светом, аура смерти витала в воздухе, словно морозный туман. Я приставила ледяной меч к его горлу, провела по щеке, оставляя на будущее напоминание — тонкую линию инея, которая тут же потемнела от крови.

— Не тебе решать, кто достоин, а кто нет, падальщик.

Заковав его в лёд, я встала и на ходу разрушила магическую клетку, в которой томился брат. Он был холодный, как лёд. А на груди алыми каплями растекалась метка — незаконченная, но уже отравляющая.

— Ты ещё за это заплатишь! — заорал молодой аристократ. Его тёмные длинные волосы запылали, словно охваченные внутренним огнём. Он сделал выброс сырой силы и пустил в меня волну жара.

Я не успела среагировать. Лишь закрыла брата своим телом, принимая удар на себя. Кожа начала бугриться, покрываться ожогами, одежда осыпалась пеплом к моим ногам. Время будто замедлилось, и в этой тягучей секунде я собрала искру силы внутри себя — последнюю, отчаянную, обжигающую изнутри.

Посмертный выброс.

И провалилась в блаженную темноту.

Дракс

Её посадили в магическую клетку — клетку, которая не удержала бы её, будь она в сознании. Белый ледяной дракон рвал и метался, плевался льдом, не отходил от парня ни на шаг. Мягко грел его тёплым боком, клал голову на лёд, выл — этот вой пронзал стены, как лезвие. Злился, плевался так, что темница при академии стала похожа на ледяные пещеры, где эхо множило отчаяние.

— Надо его вытащить, — ко мне подошёл мужчина, тихо начиная диалог.

— Надо, — ответил я. — Он зелёный дракон, а им нужно тепло. Она сейчас действует на инстинктах, где защищать родное — не грех. Она сейчас в своём праве.

— Вы уверены? Когда она совершит обратный оборот? И совершит ли? Несколько лун должно было пройти, чтобы она окрепла. Но, к сожалению, её вынудили.

— Мальчишку накажут в соответствии с законом. По академии все равны. И правила устанавливаете вы, ректор.

— Мне жаль, Дракс. Девочка, скорее всего, обезумела. Александр знает?

— Ещё нет. Но должен был почувствовать по связи. Пока она односторонняя и срабатывает только при угрозе жизни или смерти… Думаю, скоро он разнесёт тут всё.

— Ты же бог, их прародитель! Не дай ему разрушить всё, не дай ему убить невиновных!

— Не дам, но и мешать не стану. Кровная месть будет обеспечена. Если только Ал… Алия не попросит об обратном. Но чтобы попросить, ей надо вернуться… Я постараюсь оттянуть неизбежное. Но с этим магом огня можешь попрощаться.

— Я к королю отправлю вестник и слепок событий. Ему будет интересно.

— Это ваше право, господин ректор. — Я помолчал, голос стал тяжёлым, как расплавленный металл. — Цепи на девочку не вешать. Ректор отвернулся к стражам. — Поставить наблюдать людей. Если её брат очнётся… Я сейчас поставлю печать восстановления на стену — нужна подпитка. Парень крепкий, а вот его дракон… Боюсь, малыш не справится. Дежурным магам доложить, чтобы сюда прислали целителей.

— У нас состоится непростой разговор с Александром. Он советник короля, а я бог, понимаете? И какой‑то огненный маг без дракона имеет право поднимать руку на моих подопечных! На моих детей! — Мои руки вспыхнули алым, и воздух вокруг дрогнул от напряжения. — Этот мир принадлежит всем!

— Мы знали, что так будет, господин Дракс, — ректор устало потёр переносицу и закрыл дверь в подземелье. — Многовековое истребление и ненависть прошлого короля к драконам просто так не вырвешь на корню.

— Ищи рычаги давления! Пока я не спалил первого виновного в потоке живого огня, смертный!

Я развернулся и ушёл в портал. Ещё мать драконов не знает, что на её любимицу покусились. Она не оставит ничего, кроме пепла.

Моя сущность рычала, скалилась, рвалась наружу. Я мысленно погладил её, давая небольшую передышку и спокойствие. Войной ничего не изменишь.

«Мой старый друг, — прошептал я в пустоту. — Мы пробили дно у двух планет. На этой обязательно для нас восстанет солнце. И мы пустимся в свободный полёт. Обещаю».

Алия

Меня нежно покачивало, будто в колыбели, но это была не ткань и дерево — это само пространство баюкало меня. Мягкий свет струился вокруг, накрывая, словно шёлковый покров, пряча от всего мира. Одеяло легло на плечи невесомо, как пёрышко, и в этой тишине сознание возвращалось урывками, рывками, будто кто-то дёргал за нити памяти.

Мир, который я помнила, не существовал. Или существовал? Но где-то глубоко внутри шевельнулось сомнение: а был ли он вообще, или это была лишь тень, набросок, который рассыпался, стоило мне шагнуть за грань?

«Ты внутри нашего сознания», — прозвучало где-то рядом, не голосом, а скорее мыслью, вплетённой в воздух.

— Кто ты? — тихо спросила я, и сила, что согревала и оберегала, расступилась, будто вода перед камнем.

Передо мной лежала большая белая драконица. Она покоилась на зелёной траве, мягко покачивая остроконечным хвостом, и трава вокруг неё не увядала, не желтела, не сдавалась зиме. А вокруг — заснеженные горы, еловый лес, искрящийся снег, и эта нелепая, невозможная зелень, будто сама природа застыла в противоречии.

Драконица подняла голову и хитро прищурилась. В моей голове пробежали чужие мысли, чужие образы — острые, как осколки льда.

Первый оборот. Я была не готова. Но как я выжила?

— Благодаря мне, Алия, — усмехнулась она, глядя прямо в глаза, и от этой усмешки по коже пробежал не холод, а странное, тревожное тепло. — Я — это ты, ты — это я. Ты сильная, но твоя душа изрезана и растерзана в клочья. Это колыбель нашей души. Я создала этот уголок сознания, чтобы ты смогла восстановиться.

Я села на заснеженный камень, но холода не чувствовала — будто холод просто не имел права коснуться меня здесь. На лицо упали две белые пряди волос. Я взяла их в руки, покрутила между пальцами, словно пытаясь понять, настоящие ли они.

— Только половина твоих волос посветлела, Алия, — мягко сказала драконица. — Но когда будешь готова, они станут полностью белыми. Такова наша природа. Знаешь, я когда-то была зелёным драконом. Представляешь?

Она улыбнулась, обнажив острые зубки, и от этой улыбки стало жутковато — не от угрозы, а от того, сколько в ней было воспоминаний, которых я не могла вместить.

— Ты? — сказала она. — Из прошлой жизни… разбитая. Ты не помнишь, но скоро начнёшь вспоминать. Я нашла тебя совсем маленькой.

— То есть я не должна была быть драконом? — тихо спросила я, выводя узоры на снегу пальцами. На белой поверхности проступали символы, слова, которых я не понимала, но которые будто знали меня лучше, чем я сама.

— Да почему же? — в голосе драконицы прозвучала лёгкая досада, почти обида. — Это твоя судьба. Мы с тобой едины. Ты прервала свой путь в прошлой жизни, и я нашла тебя в этой. Мы — связь. Мы — одна душа.

— Тогда почему я ничего не чувствую? — голос дрогнул, и я сама удивилась этой дрожи. — Только злость, раздражение… и не-ненависть. К кому? К себе? — я запнулась, ощутив вдруг далёкую, глухую печать, тяжёлую, как забытое проклятие. — Как будто я сделала что-то очень важное, но забыла что.

— Ты и правда забыла, — спокойно ответила драконица. — Но вспомнишь. Пойдём?

Она встала, повернув голову к хребту гор, и тень от её крыльев легла на снег, как трещина во льду.

— Куда? — я недоверчиво сделала шаг назад, чувствуя, как земля под ногами будто колеблется.

— Душу твою исцелять. Хотя бы настолько, чтобы ты могла совершить обратный оборот и вернуться в академию.

Драконица пошла вперёд, не дожидаясь меня. Я прислушалась к себе: ни капли ненависти к этому существу я не испытывала. Только страх — не перед ней, а перед тем, что она знала.

Я поспешила за ней, боясь потерять из виду, и тут же усмехнулась над собой. Как можно потерять из виду такую огромную женщину? Никак.

Грот оказался огромным, но даже здесь драконица не занимала и половины пространства. Она медленно погрузилась в воду, оставив лишь кончик хвоста на поверхности, будто якорь, удерживающий реальность.

— Лезь давай, — хмыкнула она. — Будем силы восполнять.

— Что это? — я посмотрела на ледяные своды: по ним бежало мелкое мерцание, словно внутри голубого льда жили звёзды.

— Твоя сила. Твой колодец. Точнее, наш. Лезь, времени мало.

Я не стала спорить. С разбегу нырнула в воду. Она оказалась тёплой — неправильно тёплой, неестественно тёплой, будто нарушала все законы этого мира. Сделав пару гребков, я задержала дыхание и нырнула глубже. Дна почти не было видно, но впереди мерцал голубой свет — мягкий, манящий, родной и в то же время чужой, будто звал из другого мира.

От него шли волны, лёгкие, почти незаметные, но я чувствовала, как они касаются меня изнутри. Я вынырнула, набрала больше воздуха и нырнула снова, чувствуя острую, почти болезненную необходимость коснуться этого света, потрогать его, впитать.

Лёгкие не горели. Я плыла легко, но чем ближе становилась к свету, тем тягучее делалась сила вокруг — словно вода превращалась в густой мёд, замедляя каждое движение. Я уставала, но продолжала плыть, потому что остановиться значило сдаться, а сдаться сейчас было страшнее, чем утонуть.

Едва доплыв, я коснулась маленького камня, который сиял ярче звёзд.

— Так вот ты какая? — прошептала я, погладив его, и прижала к себе.

Свет вспыхнул тысячами звёзд, пронзив меня насквозь, и я открыла глаза.

Глава 6

Алия

Едва открыв глаза, я тут же зажмурилась — яркий свет впивался в них, словно раскалённые иглы. Перевернувшись на бок, я застонала, и звук отозвался в этом странном месте глухим эхом. Понемногу, дюйм за дюймом, я снова начала приоткрывать веки, привыкая к свету, что резал до слёз.

Вокруг раскинулось просторное помещение, похожее на грот, — будто кто‑то вырезал его прямо в толще скалы. По стенам, потолку и полу переливался лёд, играя холодными бликами. Но холода я не чувствовала. Это казалось неправильным. Слишком неправильным.

«Замечательно. Первый оборот…» — мысль скользнула, как лезвие, острая и безжалостная.

Я была без одежды. Осознание ударило стыдом и тревогой одновременно. Я начала озираться, цепляясь взглядом за каждую деталь, будто среди этих ледяных стен мог прятаться ответ. Или хотя бы намёк на спасение.

Брат! Глаза в панике метались по комнате, выискивая хоть малейший след его присутствия — хоть намёк на эти вечно растрёпанные чёрные кудри, которые он так и не научился приводить в порядок.

За прутьями клетки, в которой я находилась, виднелся небольшой выступ — ложбинка в стене. На нём лежал матрас. По стенам тянулись печати восстановления: тускло мерцающие руны, от которых по коже бежали мурашки.

Я глубоко вдохнула — и вдруг узнала запах. Облепиха и цветочный мёд. Такой родной, что на мгновение земля ушла из‑под ног. Но теперь все звуки и запахи стали острее, будто мир вывернули наизнанку. Я слышала даже тихий скрежет льда где‑то в глубине грота.

Дёрнув прутья клетки, я тут же отпрянула: по металлу прокатилась волна силы, и меня ощутимо укололо. Сигналка сработала. Тихий, но безжалостный треск магии дал понять: бежать некуда.

Стоять голой посреди этого места было унизительно и страшно. Я не умела создавать вещи из воздуха. Не умела делать пространственный карман. Магия, которая должна была стать моей опорой, сейчас казалась насмешкой.

Почему я здесь? Что произошло?

Дверь открылась с тихим стуком, и в проёме появилась женщина. Мягкие волны спокойствия потянулись ко мне, но я не могла позволить себе расслабиться. Спокойствие сейчас ощущалось как ловушка.

— Здравствуйте, Алия, — она тепло улыбнулась, но в этой улыбке было столько профессиональной мягкости, что мне стало не по себе. — Я принесла вам вещи. Пожалуйста, оденьтесь, и я вас осмотрю. Меня зовут Кристин Тин, я младший целитель. Магистр Дракс попросил вас осмотреть.

Она деликатно отвернулась, будто давая мне хоть каплю приватности, и лёгким жестом указала на запястье — словно намекая, что времени немного.

Я не стала мешкать. Натянула комплект нижнего белья — чёрные трусики, похожие на шортики, и топ, который хоть как‑то прикрывал тело. Сверху — свободную белую рубашку, пахнувшую свежестью, словно её только что выстирали и высушили на ветру. Брюки оказались коротки, но выбора не было. «Что нашли, то и дали», — пронеслось в голове. И тут я замерла: я подросла? Эта мысль на секунду отвлекла от ужаса, но лишь на секунду.

На поясе была шнуровка — с ней я быстро справилась. Волосы откинула назад и тихо окликнула целительницу.

Девушка развернулась и кивнула. Из кармана форменного белого костюма она достала небольшой ключик и открыла дверь клетки.

Целительница была невысокой, смуглой, с медовыми глазами, чуть вздёрнутым носиком и пухлыми губами. Чёрная, как смоль, коса выбивалась из‑под шапочки целителя, и эта маленькая деталь делала её чуть менее безупречной — и оттого чуть более настоящей.

— Присаживайтесь, Алия, — её голос звучал мягко, но настойчиво. — Больно не будет.

Она улыбнулась так искренне, что у меня защипало в носу. Вся моя выдержка, которую я так старательно выстраивала, трещала по швам каждый раз, когда ко мне проявляли простое человеческое сочувствие.

Я дошла до импровизированной кровати у стены, села на край и закрыла глаза, пытаясь удержать себя в руках.

Я бывала у целителей не раз. Когда растёшь с пятью братьями, передряги становятся рутиной. То подралась с соседским мальчишкой — он расшиб мне нос, а я вместо слёз отлупила его. То упала с дерева и разбила коленки так, что занозы впились глубоко, будто хотели остаться во мне навсегда. И пусть я была частой гостьей у целителей, ничего по‑настоящему серьёзного раньше не случалось.

Сейчас всё было иначе.

Целительница подошла прямо ко мне. Каким‑то шестым чувством я ощущала каждое её движение, даже не открывая глаз. Видела лёгкий зеленоватый свет, похожий на дуновение свежего летнего ветерка, на запах луговых цветов. Раньше я не различала оттенков силы. А теперь они обрушились на меня лавиной. И, как ни странно, это было красиво.

Драконица внутри меня подала мыслеобраз: «Мне тоже нравится».

— Всё хорошо, Алия, — голос целительницы прозвучал ровно, без лишней драмы. — Есть небольшие прорехи в ауре и солнечном сплетении, но это от пережитого стресса и усталости. Пойдём.

— Куда? — я подскочила, будто подброшенная пружиной. Девушка даже не вздрогнула, только снова мягко улыбнулась.

— Сначала к куратору. Он приставит к вам наставника. А потом — к брату. Вы ведь хотите его навестить? Только не задавайте вопросов, — она закрыла дверь за мной и пошла вдоль длинного коридора, освещённого магическими светильниками. — Сами всё увидите.

Мы шли молча. Извилистые коридоры тянулись бесконечно, будто пытались запутать и без того потерянную меня. Наконец лабиринт закончился, и мы начали подниматься по лестнице вверх.

Голоса я услышала раньше, чем увидела дверь. Студенты.

Когда я вышла в коридор, все звуки стихли. На меня смотрели. Кто‑то — с укором, кто‑то — с ненавистью, кто‑то — со страхом. Воздух между нами стал густым, тяжёлым. Внутри меня всё сжалось, и беспокойство свернулось в тугой узел.

— Что происходит? — прошептала я целительнице, не отставая от неё ни на шаг.

— Вы с братом под протекцией короля, — тихо, но чётко ответила она. — После случившегося, по вине старых устоев и несовершенных правил, король взял вас лично под контроль. Не переживайте, это всё на бумаге. За вами будут закреплены наставники.

— Как его дракон? Он жив?

— Жив. Сильный попался детёныш. И вы подоспели в самый последний момент.

Она подошла к деревянной двери и коротко постучала. Изнутри донеслось: «Войдите».

Я успела прочитать надпись на двери: «Кабинет ректора». Чего ожидать? Я не знала. Иррациональный страх, который я пыталась загнать в дальний угол сознания, снова забился там, как загнанный зверь, пытаясь вырваться и взять контроль надо мной.

Я коротко выдохнула — перед лицом повисло ледяное облачко. Закрыла глаза. Досчитала до десяти. И переступила порог.

Кабинет был именно таким, каким и должен быть кабинет ректора: книжные стеллажи на каждой стене, несколько картин, строгие линии, ничего лишнего. И большие окна, из которых открывался вид на площадь при академии Метролиса.

Но за этой внешней обыденностью пряталось что‑то ещё. Что‑то, что заставляло воздух вибрировать от напряжения.

И почему, собственно, ректор? Я хотела задать вопрос, но тут же очнулась и подняла глаза. За большим столом стояли четверо мужчин. Двое из них мне были знакомы: наш ректор и магистр драконьей расы. Я перевела взгляд на других мужчин. Оба высокие, смуглые. О чём‑то переговаривались, резко объясняя друг другу свои доводы. Похоже, они были близко знакомы. Меня не замечали — говорили под пологом тишины.

Черноволосый мужчина обернулся и застыл. Я так и не поняла почему, но моё сердце болезненно кольнуло, будто мы были знакомы. Он повернулся ко мне всем корпусом — и я его узнала. Тут же покраснела от стыда. Красная прядь в волосах — явный признак того, что мы уже неоднократно встречались. Всё, мне конец. Точно убьют.

Мужчина коротко выдохнул, словно от облегчения. Весь негативный настрой испарился. Он замер.

Александр, кажется… Он был одет в простую белую рубашку и чёрные брюки — классический стиль мужчин нашего мира. Две пуговицы были расстёгнуты, открывая треугольник на груди и едва заметную ключицу. Он выпрямился, заметив, как я на него смотрю.

— Что с её волосами? — спросил он. — Такое разве бывает? Половина чёрные, половина седые.

— Скажи спасибо, что она не ослепла от света, как я во время первого оборота. Благо зрение восстановилось, — ответил второй мужчина.

Да они, похоже, братья! Внешне похожи, но абсолютно разные. Один — блондин, другой — брюнет. Один — с золотыми волосами и голубыми глазами, одет во всё золотое, чинно и торжественно. И тут я осеклась.

Мне точно крышка. Крышка от капустной бочки.

Молодой король. Пьетальд, кажется. Он пришёл к власти не больше полувека назад. Что такое полувек для драконов? Ничего. Но и его лицо мне оказалось знакомо.

Молодой король озорно улыбнулся и подмигнул мне. Мне?

Кажется, я схожу с ума.

— Не пугайте девушку, ваше величество, — шикнул на короля ректор, а затем обратился ко мне: — Алия, присаживайтесь.

— Может, я всё‑таки пойду? — скрестив руки за спиной и глядя в пол, сказала я. — Сил нет совсем.

— Разве вам не интересно, что с вашим братом и его обидчиком? — ректор скрестил руки на груди и смотрел на меня в упор.

— Расскажите, я постою.

Он махнул рукой, подзывая стул, и усадил меня, не спрашивая согласия.

— Не думал я, что начало этого года будет таким проблемным. Итак, ваш брат жив, но в стазисе. Целители держат исцеляющий стазис — молодой дракончик должен окрепнуть. Как только он оправится, продолжит обучение.

— Родители знают? Братья были?

— Все были, — вздохнул мужчина. — Ваш отец — поистине сильный и мудрый мужчина, а вот братья грозились испепелить всё вокруг, если не увидят вас с братом.

— И как, увидели? — я сжала руки в кулаки, боясь услышать, что как‑то навредила папеньке и маменьке.

— Брата — да, вас — только издалека, по кристаллу связи. За вами вели круглосуточное наблюдение, Алия. — Мужчина посмотрел на драконьего магистра, а потом снова на меня. — И знаете, я горжусь вами, что вы справились с силами и первым оборотом. Но сейчас обсуждается ваше исключение из академии. Бои недопустимы.

— Ой, да пожалуйста, — хмыкнула я и тут же перевела взгляд на Александра. Тот свёл брови к переносице и устало потёр переносицу, прожигая меня взглядом, от которого хотелось поёжиться и сбежать. Но я продолжила: — Без брата не уйду. Отчисляйте хоть сейчас, но уйду только с ним — и когда он будет на своих ногах.

— И куда вы пойдёте, девочка? Вы необученный дракон, — сказал мужчина в золотом. — И хоть мы и поменяли законы, на окраине страны драконов не любят. Вы сами это знаете. Для любого мага вы — лакомый кусок: ваша сила аккумулирует. Да даже если надеть антимагические браслеты, вы, как племенная кобыла, всё равно родите либо одарённого мага с высоким потенциалом, либо дракона. Не все особи мужского пола благородны, Алия Динс, и я в первую очередь оберегаю вас от глупых поступков. Иначе бы не занимал трон более пятидесяти лет назад, понимаете? Наша раса уникальна, аналогов нет. И будь вы обычным магом, тотчас вылетели бы без права обучения в этой стране. Но вы — дракон! Самое сильное существо этого мира! Вас оставите одну на улице — и тотчас Ранийкийцы выкрадут в свои пески и заставят рожать для целого гарема.

Мужчина повысил голос, стены завибрировали, а охранные заклинания начали резонировать, создавая эффект пузыря.

Король не спрашивал — он утверждал. Всем нутром я чувствовала силу, подавляющую мою волю, желание угодить, поклониться.

Я опустила голову и стояла молча, выслушивая короля. Кто бы мог подумать, что меня будет отчитывать сам король! Боги всемогущие!

И он был прав. Раникийцы — степной народ. Соседнее государство с Дархаэтом — городом потерянных душ. Там собирались все: от наёмников до отбросов, от павших королей за бутылкой рома до степных волков и лютых пиратов, от ассасинов великого Ликия, где не виден день, до жриц дня, где за блеском скрывались матёрые убийцы. Те, кто не моргнёт и глазом и прирежет тебя. Те, кто выкрадет и продаст подороже.

У Раникийцев очень мало рождалось девочек. И сам вождь платил большие деньги Дархаэту, чтобы для него выкрали сильную магичку из нашего государства. Конечно, никого не возвращали. По слухам, у шаха Хатыфта более пятидесяти ворованных наложниц — и столько же претендентов на его место. Каждая от него рожала.

Раникия — степь, пустыня и красные пески. Небольшой участок оазиса они забрали себе в далёкие года, ещё до охоты на драконов, когда мир был на грани вымирания и делить было не с кем. Там и стоит дворец из белого камня. И поговаривают, что у шаха столько золота, что он может позволить себе хоть тысячи и тысячи наложниц. В школе магии девчонки любили обсуждать сплетни и слухи. А мне было любопытно слушать.

А вот Дархаэт — тёмная страна. Страна наёмников. Вроде как у нас перемирие уже долгие тысячи лет, но наёмники Дархаэта всё равно выполняют заказы на нашей земле. Если их ловят — смерть. Если нет — значит, заказ выполнен успешно. И туда не попасть без приглашения или без тёмной монетки с собой. Перегрин не пустит. Кто такой Перегрин? Что‑то вроде духа‑охранника стен, башни тёмной страны. На картинках в учебниках был нарисован шпиль, уходящий в небо. Центр Дархаэта — Башня Ликия, первого предводителя наёмников. По слухам, он до сих пор жив и руководит гильдией убийц. Туда вхож всякий, кто познал смысл в жизни, но готов на всё ради золота — лишь бы была тёмная монетка Ликия в кармане. Даже если ты там бог, без монетки тебя не пустят.

— Ты нас слышишь? — окликнул меня магистр Дракс. — Вам назначена отработка в целительском крыле. Будете помогать во всём младшему целителю после занятий. Чтобы и мысли больше не было покинуть эти стены необученной! Поняли, Алия? Я несу за вас ответственность! И да, ваши родители будут завтра. Даю два дня освобождения от занятий — и приступайте. Александр, — обратился он к мужчине, и я опять вздрогнула, — проводите студентку в её комнату.

— А что стало с тем огненным магом? — спросила я, оборачиваясь в дверях.

— Ничего. Сидит в комнате до окончания расследования. На семьи аристократов распространяются другие правила. Дело будет возобновлено, когда ваш брат придёт в себя, — сказал молодой король. — Ступайте, Алия. — Он царственно махнул рукой, и меня словно вынесло за дверь, а дверь беззвучно захлопнулась.

— Вы знаете, куда идти? — спросила я у мужчины, который стоял впереди меня на несколько шагов, облокотившись на стену, и смотрел вдоль пустого коридора.

— Знаю. Не первый год тут нахожусь. Номер комнаты? — он изогнул бровь.

— Триста два.

Он протянул ко мне руку. Я взяла её — и меня как будто тряхнуло электрическим разрядом.

— Закройте глаза, — тихим голосом сказал он.

Я закрыла. Мир качнулся, но тут же я ощутила доски под ногами. Открыв глаза, я стояла напротив своей комнаты, выравнивая дыхание. Тошнота не прошла. И внезапно мою руку отпустили.

— Доброй ночи, студентка, — произнесли у меня за спиной. — Будете хорошо себя вести — мы больше не встретимся.

Лёгкий магический след коснулся спины. Я обернулась, но никого не увидела. Ушёл. И сразу стало так тоскливо и одиноко.

Я отогнала эти мысли из головы, приняла ванну и с самым великим наслаждением по‑деревенски уткнулась лицом в подушку.

Как говорит моя маменька: обо всём плохом я подумаю завтра.