Дожить до коронации

Пролог.

За окном вагона класса «люкс» мелькали заснеженные леса под свинцового цвета небом, а после железная дорога потянулась сквозь негостеприимную горную гряду. Где-то за ней должно быть море, но его осколок я заметила лишь однажды, когда поезд покорил очередную вершину и буквально на секунду замер перед спуском с горы.

Наша поездка длилась чуть больше недели и порядком утомила и меня, и мою госпожу. Великая княжна Ольга, племянница Императора Роокана, устала наблюдать за сменой пейзажей, да и книга ей наскучила. Если бы это был какой-нибудь дамский или приключенческий роман, а так – скучные исторические заметки про освободительную борьбу Аорского народа против Небесной Империи ифритов.

Четыреста лет назад в Юго-Западной части континента, захватив Аорский полуостров и Припустынье, образовалась Великая Небесная Империя, на землях которой теперь проживает множество народов и рас. Неоднократно против владычества ифритов происходили восстания, оканчивавшиеся поражением восставших. В начале прошлого века несколько освободительных войн все-таки оказались успешными. На политической карте появились еще несколько княжеств вампиров, городов-государств эолов и два или три королевства людей.

После последней Семилетней войны страны Аорского полуострова, противники Небесной Империи, осознали необходимость в консолидации. В этом регионе интересны Императора часто пересекаются с планами еще одной, не менее могущественной державы, Соуры. Роокану любой ценой следовало укрепиться на полуострове.

Воспользовавшись тем, что её никто кроме меня не видит, княжна откинулась на бархатную спинку дорожного диванчика и задремала. Она ехала к своему будущему мужу, королю Аоры Доминику. Хотя… король он тоже в будущем. Относительно ближайшем. Его бездетный дядя торжественно обещал отречься от престола через год, на следующий Зимний Солнцеворот. Захотел пожить для себя и в собственное удовольствие. На этот же день было назначено венчание на царствие нового короля. Важнейший день для будущего правителя! Ведь после церемонии король и его семья становятся практически не уязвимыми.

Такая вот особая магия для правящих особ. Правда, бывали и печальные исключения из правил: например, троюродный брат Доминика, предыдущий кронпринц Аоры и его жена, погибшие при теракте.

Перед отъездом Ольга прошла церемонию выхода из рода Императора Роокана. Древний, строго соблюдаемый обычай, чтобы ни она, ни ее дети не смогли претендовать на престол северной державы. И теперь, пока не станет королевой, ее высочество ничем не отличается от обычных людей: такая же уязвимая.

Я – тень княгини, ее фрейлина, подруга и щит. Моя задача проста: Ольга должна дожить до коронации.

Глава 1

ГЛАВА 1

Из письма леди Сесилии Декартон своей кузине.

Моя дорогая, право слово, вы очень много потеряли ввиду своего отсутствия в столице. Прибытие будущей супруги кронпринца Доминика было организовано на самом высоком уровне.

Несмотря на то, что до последнего момента держали в тайне, когда и каким образом приедет княжна, поприветствовать ее собралась почти вся столица! Представь себе, дорогая, приезд ее поезда на центральный вокзал сопровождался музыкой оркестра из ста человек! Она ехала по улицам нашего города в открытой повозке, запряженной тройкой белоснежных лошадей. Люди радовались, выкрикивали поздравления и бросали под колеса экипажа цветы и мелкие монетки на счастье. Дома и магазины украсили гирляндами живых цветов и флагами, а храмы звонили во все колокола. Не передать тебе, милая кузина, всю торжественность атмосферы праздника и ликования! Правда, не обошлось без конфуза. В газетах писали о студиозусах, которые признались в нападении на кортеж царственных особ. Наверное, они увлекаются курением опиатов, вот и пригрезилось. Все прошло мирно. Несколько же дней в тюрьме охладит их революционный пыл и заставят задуматься о здоровом образе жизни.

Сам кронпринц Аоры Доминик встречал на вокзале свою нареченную. Ах, ее высочество Ольга своим приездом разбила много девичьих сердец! Наш кронпринц великолепен! Правдивы ли те слухи, что, мол, он до сих пор страдает по своей детской увлеченности и к выбранной королем невесте относится с предубеждением и чрезмерной холодностью? Спешу вас уверить, это не есть правда! Его высочество Доминик тепло встретил нашу гостью, галантно поцеловал ей руку и обещал показать чудесный королевский парк, как только она отдохнет с дороги.

Ах, да! По приезду во дворец даже наш король вышел к ней навстречу. Но мы же не будем осуждать его величество за некоторые нарушения этикета?

И спешу поделиться новостью: я приставлена к княжне старшей фрейлиной! Жду не дождусь, когда могу с полным сердцем рвения приступить к выполнению своих обязанностей! Ее высочество произвела на меня приятное впечатление. Она необыкновенно красива, добра, воспитана и умна. Это высокая молодая женщина двадцати с небольшим лет с безупречной осанкой. Я бы назвала ее настоящей рооканской девой – густые пепельно–русые волосы уложены в элегантную прическу, глаза голубые, как небесная лазурь, черты лица мягкие, приятные. Княжна умеет улыбаться на грани светской вежливости и доверительной близости. После минуты общения с ней кажется, что вы уже почти друзья.

А вот ее … Дорогая, я затрудняюсь определить ее статус! Компаньонка? Фрейлина? Подруга? Пусть будет подруга. Эта леди мне решительно не понравилась! Внешность у нее вполне приличная: среднего роста, хрупкая, волосы цвета темного шоколада, черты лица правильные. Если ей сделать модную прическу и нанести макияж, она может стать украшением нашего двора. Но ее характер! Кажется скромной тихой мышкой, сидит, глазки свои долу опустив. Но упряма, бывает остра на язык и имеет слишком большое влияние на нашу Ольгу. Представь себе, для нее мы подготовили отдельные покои. Как и для всех фрейлин – на чердаке. Но она заявила, что будет жить только рядом с княжной! И ее высочество не только не поставила нахалку на место, но и велела выделить ей смежные с ее апартаментами комнаты! Естественно, кронпринц согласился с женскими капризами. Не доводить же дело до скандала!

А вечером в честь приезда невесты наследника был организован небольшой, чисто семейный, бал. Человек так на пятьсот…

Ольга с решимостью и непреклонностью, которых от нее никто не ожидал, выставила за дверь горничных, лакеев, каких-то придворных. Особенно сопротивлялась некая дама средних лет. Но вот честно говоря, не до того было, чтобы ее имя запомнить! Не упала в ноги короля и то ладно! Кстати, старик хорошо выглядит. Ему уже за семьдесят, двух кронпринцев пережил, а держится бодрячком.

Как только дверь за настойчивой леди закрылась, я перестала удерживать на лице нейтрально-вежливое выражение и со стоном опустилась на маленький диванчик. Хорошо, не опустилась. Рухнула.

Княжна не стала охать и ахать, а действовала быстро и решительно. Это в первый раз было шоком для нас двоих. Не нормально привыкать к подобному, конечно, но покушения за последний месяц стали уж больно регулярными. Мы еще Роокан покинуть не успели, как ее высочество пытались убить.

Ольга достала из вышитого бисером ридикюля короткий, почти декоративный кинжал и одним резким движением разрезала платье из светлого шелка. Такая же участь постигла и шнуровку корсета. Возиться с бесконечными застежками и крючочками не было времени. Не сдерживаемые больше плотной тканью из-под камизы, нижней рубашки, надеваемой на голое тело под корсет, на пол посыпались сплющенные пули. Одна. Вторая… Пятая.

– Бедняжка, – девушка присела рядом и устало положила руки на колени. – Останутся синяки…

– Моя госпожа, – я осторожно поднялась, закусив губу, чтобы не застонать от боли. – Вас убить пытались, а вы о синяках. Да и смотреть все равно не кому!

– Аврора, чем же я заслужила такую преданность…

– Вы знаете, ваше высочество, – немного грубо оборвала я.

– Но щитом-то становиться зачем? Я понимаю, отказать Императору практически невозможно. Он умеет быть настойчивым. Но твое «нет» он был бы в состоянии услышать!

Что бы сказала Ольга, если бы узнала об истинном положении дела? Не его величество Правитель Роокана предложил мне занять рискованное место магического щита для племянницы, а я сама попросила его об этом. Как только стало известно о браке нашей великой княжны и кронпринца Аоры. Я не горела желанием покидать родину, бросать привычный образ жизни, подвергать себя риску, но моё сердце кровью истекало, стоило мне подумать, что Ольга отправится в неизвестность одна и практически без защиты.

Итак, связанный магический щит. Редкое заклинание высшего порядка, требующее огромных сил и добровольную жертву. Наш придворный маг после ритуала неделю приходил в себя, а потом еще месяц ходил бледный, как привидение. Подозреваю, его аорский коллега на подобные чудеса не способен в принципе. Доброволец – это я. Теперь любая смертельная опасность для княжны «переносится» на меня. Ослабленная, но тем не менее. При отравлении я пару часов промаюсь с резями в желудке, ножевое ранение обойдется мне в неглубокие царапины, а огнестрельное – в синяки и ссадины.В теории при взрыве бомбы тоже выживу. Однако, когда в последний раз ставилась такая защита на монарха, пороха еще не изобрели, а экспериментировать на нас хороших как-то не хотелось. Но у любого щита есть запас прочности. И да, мне нужно постоянно находиться рядом с госпожой. Не просто, чтобы защищать, но и чтобы восстанавливаться быстрее. Одно–два покушения подряд я бы выдержала, а потом … Потом будет плохо уже Ольге. А ее смерть означает и мою гибель.

Но есть одно-единственное исключение. Иначе нарушается магическое равновесие. Никто не может быть абсолютно неуязвимым.

Использовали это заклинание очень редко. Причина же банальна. Искренняя верность и преданность слишком дорогие сокровища. Попробуй-ка найди человека одного с тобой пола, который готов за тебя жизнь отдать. И не раскается в своем решении в течение положенного года! После же двенадцати месяцев чары развеиваются сами собой. Не может ни одно заклинание длиться очень долго! Исключение – магические клятвы. Там уж если срок не укажешь, то попадешь в кабалу навечно.

Я же была слишком благодарна Ольге за… Скажем так, за небольшую помощь в одном не самом приятном эпизоде моей жизни.

– Ты как себя чувствуешь? – участливо спросила подруга.

– Когда вас травят, бывает хуже, – улыбнулась я. – Ваше высочество, вам нужно отдохнуть и подготовиться к вечернему балу.

Маленькое преимущество в положении щита – чуть повышенная регенерация. И эмпатия к объекту защиты. Эмоции теперь читались как открытая книга. Ольге не нравилось, что ее лучшая подруга рискует жизнью и психическим здоровьем, но ничего изменить девушка не могла.

– Успеем! Ты ведь думаешь о том же, что и я?

Да. О том, когда и как прибудет невеста принца, знали едва ли человек десять – двенадцать: включая Императора, короля Аоры Франца Иоанна и кронпринца Доминика. А значит за сегодняшним покушением стоит кто-то из них. Узнать бы их имена еще! Правитель Роокана лично взял под контроль расследование двух попыток отравления племянницы. Но месяц уже прошел, а результатов нет! И это там, на далекой родине.

– В Северграде мы бы рассказали о выстрелах дяде. Или братьям. Они что-нибудь придумали бы.

– Простите, ваше высочество, но я не доверяю кронпринцу. И мне уже не кажется случайностью, что ваш кузен сломал ногу перед нашим отъездом.

Предполагалось, что нас будет сопровождать великий князь Андрей, но несчастный случай на охоте скорректировал планы. Теперь единственными, кому можно было доверять – это полномочный посол императора. Но я его не видела и не знаю! И хорошо подумаю, стоит ли посвящать незнакомого человека в некоторые особенности наших судеб. Слово Правителя много значит, но…

– Аврора, ты вообще не доверяешь мужчинам. А это уже проблема, – Ольга наклонилась и подобрала свинцовые шарики. Я поморщилась, вспомнилась обжигающая, резкая боль.

– Моя госпожа, вы влюблены и не можете быть объективны.

Доминик поразил невинное сердце Ольги с первого взгляда. Еще там, в столице Роокана Северграде, несколько месяцев назад. Он прибыл в составе посольства. Высокий, статный, с вьющимися золотыми кудрями. Когда он вошел в зал для приемов среди придворных дам пронесся тихий восторженный «ах!». Но взгляд темных выразительных глаз остался безупречно вежливым, а четко очерченные губы не дрогнули даже в намеке на улыбку. Красив! И знает об этом.

– Он похож на аорское божество, – шептала вечером княгиня. – Разве могут люди быть настолько совершенны!

Я предлагала подруге жаропонижающее в надежде, что она просто бредит, начитавшись мифов древнего мира. Но после одной единственной беседы на следующий день симптомы стали угрожающими. Ольга через горничных достала портрет-миниатюру кронпринца, начала учить аорский, велела переделать прическу на манер классических статуй. И разговоры, разговоры, разговоры. О Доминике, его увлечениях, характере. Я тихо выла, но слушала, утешая себя мыслью: посольство уедет вместе с ее наваждением и все будет по прежнему. Предложение о помолвке было для романтичной княжны как исполнение мечты. По мне же… некоторым мечтам лучше не становиться реальностью.

– Аврора, согласись, сами мы мало что сможем сделать! Мы ведь даже не знаем имен тех, кто знал подробный и полный план поездки. А наш посол…

– Хорошо, – сдалась я. – Давайте ему скажем, но не сейчас, а чуть позже.

Глава 2

ГЛАВА 2

После окончания официальной части вечера и представления Великой княжны Ольги высшему свету, объявили танцы. А я незаметно отошла в ту часть зала, где среди увитых гирляндами роз колон стояли удобные кресла и столики с закусками. И начинали обмен свежими сплетнями те, кто по каким-то своим причинам решил пренебречь вальсами, фокстротами и кадрилями. Моя бальная книжечка на удивление была девственно чиста, незнакомку в скромном нежно–голубом платье почему-то никто не решится пригласить на танец.

Прием проходил в просторном зале. Люстры в сотни электрических свечей отражались в настенных зеркалах бессчетное количество раз. Свет, музыка и веселье не оставляли ни единого места для тени, сомнения или размышления. По начищенному до зеркального блеска паркету скользили вальсирующие пары: мужчины в строгих черных смокингах и белоснежных рубашках держали в объятиях дам, похожих на экзотические орхидеи. Дорогие шелка, шифон, кружева ручной работы, вышивка бисером и пайетками, жемчуга и драгоценности от известных ювелирных домов, пышные прически с лентами, перьями и живыми цветами – все строго по моде. Оркестр играл медленный и чопорный классический вальс, но чуть позже будут и быстрые танцы, даже слишком раскованное танго. Хотя, сомневаюсь, что это понравится некоторым пожилым поборницам строгих нравов. Но Франц Иоанн решил в последний год правления чудить по полной программе.

Гирлянды из роз на колонах, композиции из живых цветов на столах. На севере они зимой на вес золота, а здесь люди не могут представить праздника без букетов. Высокие стрельчатые окна открывали вид на чудесный, пусть и пустынный в это время года, сад. Интересно, можно ли выйти туда прогуляться или там слишком холодно? Всегда любила долгие прогулки. На свежем воздухе легче думалось. Хотя моя мать не одобряла такой привычки – так ведь и загореть не долго, а у леди кожа должна быть алебастрового цвета. Как у покойника!

Мысленно отмахнулась от назойливых воспоминаний о прошлом. Не хватало еще испортить настроение в начале вечера.

Я присела в стороне от всех, взяла бокал сока и нашла взглядом полномочного посла Роокана. Среднего роста мужчина с умными глазами. Возраст так сразу и не определить. Может, чуть за сорок, но не уверена. Такие крепкие духом и телом люди всегда выглядят моложе. Хотя темные волосы уже густо посыпаны сединой. Господин Михаил Черкасский был представлен мне в начале вчера, Ольга его знала еще с Северграда. Он был вежлив и мил, попросил княжну об аудиенции завтра во второй половине дня.

А что мне известно о нем? Вдовец. Талантливый и опытный дипломат. По слухам, ловелас. То есть ни разу не попался. А если бы и попался, не сомневаюсь – вышел бы из этой ситуации с честью и юмором. Как всегда.

На заре своей карьеры его направили при формальной должности в одно из новых городов-государств эолов. Крылатые всегда славились своеобразным чувством юмора, по причине которого мало кто из дипломатов долго у них задерживался. Возможно, так пытались избавиться от амбициозного юноши. Кто знает. Итак, молодой господин Черкасский приехал, а на следующий день его потащили смотреть то ли парад, то ли религиозное шествие. Делов-то: стоять на трибуне на главной площади и улыбаться. Конец весны, жара, солнце беспощадно, хозяева щедры на прохладительные напитки.

Еще до начала Черкасский почувствовал зов природы и дабы никого не стеснять тихонько сбежал в поисках общественной уборной. Нашел. Тут и парад начался. А правила таковы: парад начинается, все остальное движение прекращается. Вот помощника посла и заперли в туалете. Рооканец сначала возмущался, но дежурный невозмутимо отвечал, что знать ничего не знает, у него приказ, потерпите чуток.

За эти два часа эолы, опешившие от исчезновения под самым носом у элитной охраны иностранного дипломата, перевернули весь свой город. А господин Черкасский времени даром не терял, рассказывал неприличные анекдоты и играл со своим невольным сторожем в карты.

После этого курьезного происшествия эолы отказывались иметь дело с кем-либо кроме Черкасского. Почему – только им известно. Так же решили и вампиры, и оборотни. А Империи нужно было участвовать в жизни Аоры и новых государств.

И да, нашему послу многое прощалось. Вроде сейчас он считается поклонником Лилии Фоншторн, жены промышленника-миллионера.

А вот и она. Мило улыбается какому-то мрачному господину. В недавнем прошлом – известная актриса, она удачно вышла замуж и деньги её супруга открыли двери в высший свет. А ум, образованность, юмор и воспитанность позволяли успешно делать вид, что она здесь своя. Как оказалось, в наш век миллионы могут компенсировать недостаточную голубизну крови.

А на кого, интересно, госпожа Фоншторн изливает тонны своего обаяния? Безрезультатно. Мужчина что-то сказал и откланялся. Красавица с золотыми волосами едва сдержала гримасу разочарования, но затем ослепительно улыбнулась и рядом как по волшебству оказались двое мужчин с восхищенными глазами и полной боевой готовностью выполнить любую прихоть.

Сердце словно сжала холодная рука. Ольга? Опасность? Нет. Просто кронпринц ведет себя безукоризненно. Вежливо, галантно, без намека на нежность и симпатию. Вместе с княжной я тоже чувствую его безразличие и холодность. Если бы у него был мотив, то я бы записала Доминика в главные подозреваемые в покушениях! Хоть бы сделал вид, что он счастлив!

Ольга и Доминик после положенного тура вальса стояли возле трона и беседовали с кем-то из делегации вампиров. Кронпринц в белоснежном мундире вежливо кивал на поздравления, сдержанно улыбался. Княжна в белоснежном платье из шелка и шифона старалась изо всех сил выглядеть сияющей.

– Она сильная девушка, – раздалось совсем рядом. – Из вашей госпожи получится замечательная королева.

Я бросила удивленный взгляд на леди, которая без лишней скромности присела рядом, завладела бокалом с лимонадом и оставить меня в покое не собиралась. Лилия Фоншторн попробовала напиток и скривилась:

– Какая гадость! Сахара они что ли пожалели?! О, дорогая, вас, надеюсь, не шокируют некоторые мои слова? Говорят, при дворе Императора Роокана очень строгие нравы!

Интересно, почему светская львица решила завязать дружескую беседу с неприметной девушкой? Может, потому, что так проще войти в окружение невесты принца? Но если она горит желанием поболтать, то мне стоит к ней прислушаться.

– А что это за леди рядом с его высочеством? – улучив момент, когда дива прекратила щебетать и вновь пригубила лимонад, спросила я.

Вампиры манерно откланялись, а вместо них подошла стройная брюнетка в платье цвета небесной лазури. Она ласково улыбалась, говорила какие-то добрые слова и нотка ревности в эмоциях Ольги постепенно затухала.

– Леди Камилла Аусвайт. Сводная сестра кузена кронпринца. Они практически выросли вместе. Очень практичная и здравомыслящая девушка, – Лилия Фоншторн бросила на меня лукавый взгляд. – Вы, наверное, хотите понять, с кем из местного гадюшника лучше дружить, а кого записать в неприятели? О, не отвечайте, милая, у вас на лице это написано. Так, вот с Камиллой Аусвайт враждовать не стоит, она ведь дружит с кронпринцем с самого детства!

Молодая женщина накрутила золотой локон на пальчик и продолжила краткое введение в местные реалии:

– А вот с этой леди вы уже имели честь познакомиться, – она указала на женщину средних лет, которая то и дело посматривала на нас с неодобрением.

– Сесилия Декартон. Отвратительный вкус в одежде, безупречное чутье на свежие сплетни. Если сегодня у вас есть тайна, то завтра старая перечница поведает ее всему двору. Между нами, девочками, я бы много отдала за подобную способность.

Между тем старшая фрейлина княжны, активно жестикулируя, что-то втолковывала солидному господину с длинными печальными усами. Перья в ее прическе тряслись все яростные, а вид мужчины становился все обреченнее.

– А вот и наш придворный маг, – блондинка указала веером на чудаковатого старика в синей мантии со звездами, который продолжал вальсировать сам с собой даже когда смолкала музыка. – Выглядит не опасным и немножко глупым. Но, заметьте, врагов у архимага Авксентия уже не осталось. С таким-то именем у него их с детства хватало!

Архимаг? Я погорячилась, что не сможет создать щит. Опрометчивое было заявление.

– А его … своеобразное поведение связано с …

– Да, он очень долго отказывался передавать свою силу. А теперь и рад бы, да желающих не находится. А сила… говорят, она его потихоньку с ума сводит, но об этом не принято рассуждать в слух.

Заложник собственного могущества. Силы у него много. Слишком много, чтобы его преемник смог остаться в живых. Скажем так, шансы не велики. Способность к магии, более или менее сильная, обнаруживалась у многих. Даже у меня есть небольшая искра. А вот возможность колдовать передавалась от одного мага к другому. Эльфы называли это законом сохранения.

Что будет если человек со слабой способностью решится принять силу уровня архимагов? Ничего хорошего как показывает история.

– Вот у этой леди были виды на кронпринца. Она такое вытворяла, что и сказать стыдно… А этот господин имеет специфические вкусы в делах амурных...

Чем больше она говорила, тем эмоциональнее становились слова. Может, она своим ядом компенсировала разочарование от неудачи с тем молодым и серьезным лордом? Она в самом деле вот-вот потеряет контроль или играет роль для меня? С несдержанным человеком легко забывают об осторожности.

Я указала веером на того, кто посмел обидеть леди Фоншторн:

– Кто это?

– Ах, это! – Лилия резко поставила бокал на стол. Переигрывает. – Лорд Теодор Артлейн. Герцог, любимец женщин, дуэлянт. Что не мешает ему возглавлять нашу тайную канцелярию. Смотрите, и вы не влюбитесь! По слухам, у него ледяное сердце.

– А не слишком ли он молод для…

– Разрешите пригласить вас на танец? – раздалось над самым ухом. Приглашали, к слову, не меня. Жертва нотации от леди Сесилии протянул руку моей собеседнице. Та захлопала ресничками, кокетливо покраснела, пообещала не оставлять меня надолго и упорхнула с новым кавалером.

Только-только кресло опустело, как на него с изяществом дирижабля присела старшая фрейлина княжны.

– Я так рада, что мне удалось уговорить лорда Пауса на танец с Лилией! Она давно на него охотится. Иначе не представляю, как можно было бы спасти вас от ее общества!

Я еще раз с тоской посмотрела в пустой сад. Разноцветные фонарики на аллеях такие притягательные. Кажется, скоро и рооканские морозы не помешают моей прогулке!

– Мне страшно представить, каких гадостей она вам могла наговорить! Эта женщина никого кроме себя не любит! Боюсь, после разговора с ней у вас сложится искаженное мнение о нашем обществе!

– О нет, что вы! – я постаралась улыбнуться как можно лучезарнее и беспечнее. – Милая леди Лилия высказала свои мысли о некоторых членах Высшего Света! Ничего крамольного, честное слово!

Зазвучали первые такты зажигательной польки. Танец короткий, но очень быстрый. Кавалерам приходится держать дам крепко и как можно к себе ближе. Иначе на многочисленных поворотах пара рискует вылететь из круга танцующих да еще и на приличной скорости. Травмоопасно это, особенно для наблюдающих со стороны.

Кронпринц Доминик очень уверенно вел леди Камиллу, ловко лавируя, искусно меняя поддержки и импровизируя при каждом возможном случае. А вот Ольгу пригласил лорд Артлейн.

– Не поджимайте так губки, моя дорогая, – укорила меня леди Сесилия. – Морщинки появятся. Ах, да, вам наверное донесли, что урожденная графиня Аусвайт – близкая подруга кронпринца. Но поверьте, она ему как сестра! Кстати, она завтра приглашена на чаепитие к княжне. Уверена, они подружатся! Такая милая, добрая девушка. Но немного зазналась, все никак не может выбрать себе жениха. А вокруг нее столько достойных кавалеров!

Делаем ход конем, надеясь на мат.

– Неужели, она тоже влюблена в герцога Артлейна?

А странное ощущение от танца этого молодого начальника тайной канцелярии. Если принца и его партнершу вежливо и учтиво пропускали, то он пары Артлейна и Ольги откровенно шарахались! Простите за вульгарное выражение! Герцог был похож на ворона среди грачей. Хищная птица, опасная, сильная. С которой старались не конфликтовать лишний раз. Вот и оставался за ним след из оторванных тренов, столкнувшихся танцоров и оброненных туфелек. А он вроде как и не при чем!

– Вот еще глупости! – некуртуазно фыркнула леди Сесилия. – Леди Аусвайт нравится один господин, но он женат, – она закусила губу: профессионализм сплетницы боролся в ней с желанием представить жизнь аорского двора в выгодном свете. Попробуем следующим образом:

– Суффикс «лейн» в фамилии… Это ведь означает принадлежность в роду эолов?

Тема была признана менее опасной, чем обсуждение амурных приключений графини и через секунду молчания наша надзирательница… то есть старшая фрейлина начала щедро делиться слухами о герцоге Артлейне, который совсем недавно занял свой пост в тайной канцелярии. И прежний начальник, лорд Леманн, совсем не доволен таким поворотом в своей карьере. Он уже к середине вечера выпил столько вина, что охрана отправила его домой. Во избежание скандала.

Про Леманна (и не только!) перед отъездом я собрала всю доступную и не совсем информацию. А про Артлейна ничего не было известно.

А довольно любопытная персона оказалась! Сын прошлого кронпринца, убитого десять лет назад во время теракта.

Леди Сесилия с горящими глазами делилась подробностями старой истории:

– Его высочество кронпринц Фредерик, отец герцога Артлейна, влюбился с первого взгляда. Многие почтенные дамы, особенно те, кто пророчил своих юных дочерей ему в супруги, считали, что не обошлось без их специфической магии. Да и многие из них и сами решились бы скрасить одинокие вечера его высочества. Он был очень красив. Я, хоть и совсем маленькой девочкой была, но помню.

Леди Сесилия неуклюже постаралась преуменьшить свой возраст. Ей хотелось и поделиться скандалом прошедших лет, и не слишком афишировать, что она в то время считалась уже девушкой на выданье и активно интересовалась светскими новостями. Свадьба кронпринца Фредерика и леди Лучии Артлейн была лет двадцать пять назад.

– Наш король противился их браку. Но его высочество заявил во всеуслышание, что либо женится на эолке либо навсегда останется холостяком.

– Король приверженец чистоты крови? – ахнула я. Как-то не вязался образ умного правителя с ретроградным течением прошлых столетий.

– Нет, если бы она принадлежала хотя бы из знатному роду! Этот союз не принес королевству никакой выгоды! Но Франц Иоанн скрепя сердце все же дал согласие на брак, однако поставил жесткие условия: Лучия не будет королевой, она всего лишь супруга будущего короля, а их дети не смогут претендовать на престол.

– И она пошла на такое?

– Я думаю, она надеялась, что со временем король смягчит своё решение.

– А может она так любила мужа?

– Оставьте любовь для дамских романов, милочка!

– А как же титул?

– Титулом король одарил позднее, – сплетнице, кажется, льстило, что её так внимательно слушают. – Не оставлять же внучатых племянников совсем без ничего! Но я о чем? Ах да! Леди Лучию при дворе не приняли. Представляете, на свадебной церемонии не было никого из правящей семьи. Ни одного человека! Говорят, Фредерик так дяде этого и не простил. Лучии не полагалось привилегий как жене наследника. А во время приемов она входила в зал последней, после всех титулованных особ.

– А на похоронах наш король положил на гроб пару белых перчаток в знак того, что хоронят просто придворную даму! – язвительно и горько произнес хриплый голос над нашими головами. Танец закончился, кавалеры и дамы разбрелись по залу, столики с прохладительными напитками стали очень популярны. И к нам тихо, по кошачьи, подошёл герцог Артлейн. – Разрешите пригласить вас на следующий танец?

Это он мне? Руку, изящную, с длинными пальцами, протягивали точно мне.

– Но мы же не представлены официально!

Этикет и все его правила! Когда долго живёшь при дворе выполнение определенных ритуалов становится нормой. А их нарушение … немного выбивает из колеи.

Высокий, гибкий, пропорционально сложенный. Хотя, эти черты свойственны всем мужчинам-эолам. Резкие скулы, большие глаза цвета жженого кофе, несимметричные линии бровей. Черные волосы он не стриг, согласно моде, а заплетал в длинную косу, как было принято у крылатого народа в древние времена. Интересно, а у него есть воздушные крылья?

– Полагаю, глубокоуважаемая леди Сесилия достаточно наговорила гадостей о моей матери. Так что мы, можно считать, уже представлены.

Вышеупомянутая дама с бледным лицом активно закивала головой. На все согласна, все подтверждаю!

Артлейн усмехнулся и, едва я вложила свою ладошку в его руку, резко потянул меня за собой, буквально вытащив в центре бальной залы.

В первых нотах заигравшей мелодии я узнала кросс-степ вальс. Чувствую, сегодня у меня на один любимый танец станет меньше!

Глава 3

ГЛАВА 3

Герцог Артлейн уверено сделал первые три шага. Спокойный, как скала. Я последовала следом, выплетая кружево танца.

Значит, Теодор Артлейн мог бы стать наследникам этого маленького, но гордого королевства? Он умен. Не верю, чтобы не замечал, как относятся к его матери. И он после такого может служить верой и правдой тому, кто ненавидел и презирал ее?

– Во-первых, я служу короне и Аоре, а не конкретному человеку, – сухо улыбнулся мужчина и рассмеялся. В бальной зале стало холодать. – Дорогая леди Аврора, простите за фамильярность, но у вас такая живая мимика! А во-вторых, моей верности есть простое объяснение – магическая клятва. Это логично. А вот от вашей собачьей преданности княжне веет чем-то неестественным!

Шаг. Шаг. Пируэт.

Веер крепче сжать, держать голову ровно.

– Вы не верите в женскую дружбу? – вскинула бровь в деланном удивлении.

– Я не верю даже в мужскую солидарность, – герцог быстро и легко провел пальцами по моей щеке, а затем рука снова заняла своё законное место.

Вспомнила, как яростно он кружил в быстрой польке Ольгу. Как сверкал глазами на Камиллу.

– И то правда! Не успеешь оглянуться, а ваша возлюбленная предпочла другого!

Меня с силой дернули, потом последовало три резких поворота, проворот под рукой кавалера. И я опять прижата к куску камня по недоразумению ставшему моим партнёром по вальсу.

– Неужели, вы так плохо подготовились к работе в нашем обществе? Обычно, ваши коллеги более профессиональны!

Это он что?! Намекает на шпионаж в пользу Роокана? Да нет, не намекает, прямым текстом заявляет. И угрожает!

– Вы правы, – смущённый взгляд из-под ресниц. – До леди Сесилии мне ещё далеко!

– Не следует брать в пример леди Сесилию.

– Неужели в ее словах нет ни капли правды?

Артлейн засмеялся:

– Что вы! Леди Сесилия никогда не лжет! Просто она часто говорит не те вещи не тем людям, – до-за-до, два зиг-зага, балансе. Краем глаза я заметила, что танцующих не так уж и много. И только ленивый за нами не наблюдает. – Ее жизнь правильной старой девы – пример того, что все надо делать вовремя. Вот в вашем возрасте лучше заняться воспитанием дочери, – у меня начинала кружиться голова от его ядовитых слов. – Лет так четырех. Или у вас сын?

Кто-то намного лучше подготовился. Однако даже герцогские шпионы не в силах узнать все! Но сомневаюсь, что мое лицо не исказила гримаса боли. А я столько времени приучала себя к пустоте в груди и холоду под сердцем!

– Вы ведь такая нежная барышня, – продолжал жестокосердный Артлейн, не сбиваясь с шага. – Вы похожи на цветок дикого гиацинта. Вашу красоту может оценить …

Дежавю. Другие декорации, другие актеры, но та же пьеса. Первым делом при знакомстве поразить, вырвать из привычного ритма жизни. Заинтриговать, убедить, что знает некоторые твои тайны. Язвительными замечаниями, сомнительными комплиментами заставить сомневаться в своей ценности. А женщина, которая не уверена в себе – лёгкая добыча. Как знакомо!

Я начала рассматривать огромную хрустальную люстру. Притягательный, однако, объект для созерцания! Столько деталей! Игра света завораживает!

Что у нас дальше по плану? Комплименты. И опять нарушение личного пространства! Дотронется до щеки? Чуть теснее прижмёт к себе? А ведь могло и сработать! И осталась бы я взбудораженная и заинтересованная. Без пяти минут влюбленная! Да только я это уже проходила!

Значит, будем слушать, какая я красивая и необычная. Улыбаться и танцевать. И изучать многокилограммовый осветительный прибор.

– О чем вы думаете?

На самом деле меня интересовало подрагивание хрустальных подвесок в люстре. Не верилось, что это из-за музыки и прыжков танцоров. Но вопрос сорвался с языка прежде, чем я подумала о его нелепости:

– Кто следующий в очереди на престол, если кронпринц Доминик не женится и погибнет?

Брови герцога удивлённо взлетели вверх. Но ответить он не успел.

– Землетрясение!

Нас подбросило вверх. Оконные стекла и бокалы мелко задрожали мебель по чуть–чуть начала сдвигаться с места. Паркетный, идеально ровный пол пошел волнами, словно гладь морская. Музыка резко оборвалась. Последней взвизгнула скрипка.

Я много читала про сейсмически активные зоны и была, кажется, морально готова побывать в эпицентре землетрясения. Но читать и жить –разные вещи. Когда сердце перестало в колотиться от ужаса, я отметила следующую деталь: паники не было. И это при таком скоплении народа! Неужели привыкли? Благородные кавалеры, прекрасные дамы, лакеи, слуги и музыканты как можно спокойнее перебирались поближе к стенам, занимали места в дверных проемах. Ольга и кронпринц стояли между колоннами недалеко от выхода из бальной залы. Туда и побрел по взбесившемуся паркету Артлейн, крепко держа меня за талию.

Ещё один, особенно сильный толчок. Кто-то охнул, а нас и ещё несколько пар, которым «посчастливилось» танцевать, швырнуло вверх и в сторону. Артлейн со мной в обнимку снёс на ходу какого-то пожилого господина, успел извиниться (от чего тот еще больше побледнел) и тут же просочится к кронпринцу с невестой. И лишь тогда отпустил меня.

Первым делом я прикрыла глаза и прислушалась к своим ощущениям. С Ольгой все в порядке. Небольшая порча не в счёт. Ее влияние развеется за пару часов. Но для порядка я задала несколько вопросов о ее самочувствии, и получила столь же формальные ответы.

После ещё одного толчка послышались смешки и комментарии. Дамы расслабились, раскрыли веера и начали кокетничать. Кавалеры в другом конце зала устроили соревнования – кто рискнёт дальше отойти от условно надежной стены.

– А здесь не опасно? – робко уточнила княжна. – Может, нужно уйти в другое место?

– Добро пожаловать в Аору, ваше высочество! –ответил ей Теодор Артлейн, во все свои черные глаза рассматривая почему-то меня. – Землетрясения здесь обычное дело. И это не самое сильное. Практически все здания в королеве усилены магически, чтобы выдерживать подобные колебания земной коры. Вы ведь не почувствовали предварительных толчков, не так ли? Между прочим, новейшая разработка нашего придворного мага. Дворец способен выстоять и при 9 баллах.

Подтверждая его слова в центр зала танцующей плавной походкой вышел невысокий старик с гривой густых абсолютно седых волос. Темный смокинг украшала брильянтовая звезда как знак его статуса. Его величество король Франц Иоанн был полон сил, энергии и позитива:

– Ну же! Неужели вы испугались какой-то легкой встряски? – картинно удивился он. – И где музыка? Танцы? Веселье? Обычно вас молчать не заставить! Вечер продолжается, дамы и господа!

Он подошел к женщине в малиновом платье и, элегантно протянув руку, пригласил на танец. А королю не отказывают. Даже если не сильно верят в научно-магический прогресс. Дирижер протер платочком лоб и оркестр заиграл медленный вальс.

– Только после вас, ваше высочество, – герцог кивнул в сторону танцующей пары.

– В этом вся твоя суть, Теодор! – скривил губы кронпринц. – Вы позволите? – это он уже к Ольге обратился. – Нужно подать пример подданным.

Княжна кивнула и скоро на паркете кружилось уже две пары.

Артлейн ничуть не задетый намеком на трусость, пожал плечами и пригласил какую-то девушку в розовом. Та просияла. Я не обиделась: по правилам этикета два танца подряд сообщали всем о серьезных матримониальных намерениях пары. Хотя… герцог не производил впечатления человека, который свято чтит этикет и нормы его.

– Не понимаю, как мог король поставить столь жуткого типа на такую должность! – зашушукались за моей спиной. – Да еще и в помощники кронпринца назначить!

Н-да, развел Франц Иоанн демократию у себя при дворе! Вот чует мое сердце, ни к чему хорошему это привести не может! Но кому-то только на руку. Я достала из бальной сумочки веер и стала обмахиваться им, делая вид, что меня интересует только пригласят ли меня на вальс или придется стоять у стеночки.

А между резными пластинами из слоновой кости спряталось маленькое зеркальце. Очень удобно, если надо посмотреть не растрепалась ли прическа или кто там сплетничает за спиной.

Две женщины в очень богатых нарядах: одна шатенка в зеленом узорчатом шелке, вторая блондинка в сиреневом с кружевами склонили друг к дружке головы и бессовестно обменивались новостями. Им уже можно было не беспокоиться, что кто-то помешает святому делу всех представительниц слабого пола – большинство дам и кавалеров присоединилось к вальсирующим, а кто-то вернулся в салоны слушать музыку или играть в карты.

– Неужели он до сих пор его не простил!? – ахнула светловолосая.

Кто? Кого? Почему? Поподробнее, пожалуйста, я тут подслушиваю.

– Я тебе больше скажу, они друг друга ненавидят!

– Да нет, право слово! Они ведут себя как старые друзья!

– Они же были друзьями!

– Были! Но не одна дружба разбивалась о прекрасное чувство любви.

– Кстати, о любви: ваш муж опять задерживает выплату мне содержания. Повлияйте на него как-нибудь!

– Очень непорядочно с его стороны, – осуждающе покачала головой ее подруга. – Скандал ему устроить что ли?!

– Только умоляю, без фанатизма! Он тогда … – подружки развернулись и вышли в соседний зал. Видно, они нашли какой-то компромисс с разделом мужского внимания.

– Ах вот вы где! – меня бесцеремонно схватила за руку леди Сесилия. – Не испугались? У нас землетрясения часто бывают. Привыкните, если останетесь здесь надолго. Вы ведь к нам надолго?

Не хочется обнадеживать человека, но рядом со мной находилась настоящая кладезь со сплетнями, которую нужно лишь открыть.

– Сомневаюсь, – пожала плечами я. – Возможно, уеду до коронации. Как только ее высочество Ольга перестанет нуждаться в моих услугах.

Придворная леди сжала губки в разочарованную бледно-розовую куриную гузку. Я подхватила ее под локоток и потащила в салон, переводя тему на что-то сплетничающе-нейтральное:

– Кстати, а кто эти леди? – и указала веером на тех двоих дам, что обсуждали лучную жизнь кронпринца и Ворона, то есть герцога.

– Леди Каролина Паус в сиреневом наряде и леди Сибилла Ортлейн в зелёном. Странно видеть их вместе. Говорят, леди Ортлейн заметили в … – дама замялась, – в особо близких отношениях с лордом Паусом. Но это происки недоброжелателей.

– Да что вы говорите?

Честно говоря, я не запомнила и половины имен тех, кому была представлена сегодня, с кем разговаривала, кому улыбалась и кивала. Две дамы в модных дорогих нарядах были мне абсолютно безразличны, но нужно же как разговорить нашу старшую фрейлину. Если не сегодня, так завтра.

Мимо пробегал официант, молодой безусый парнишка. И именно около нас он поскользнулся, не удержал равновесие и уронил свой поднос с полупустыми бокалами. Я успела отпрыгнуть. За свою недолгую бытность щитом ловкость и прыгучесть постоянно приходится тренировать! Но осколки стекол и брызги шампанского все-таки попали на платье.

Леди Сесилия заохала и заахала, предлагая пройти в дамскую комнату. Нет, я понимаю, мелкая неприятность с порчей платья не идет ни в какое сравнение со стрельбой и отравлениями, но приятного мало. Владыка Роокана настоятельно советовал просто пережить год и не искать тех, кто стоит за покушениями. Расследованиями занимаются специально обученные люди. Не надо нежным барышням лезть в игры взрослых злых дяденек. Но, ваше императорское величество, испортить платье – это чисто женская пакость! Как она связана с делами государственными? Если только…

В дамской комнате я нашла не только воду, салфетки, крема и прочие необходимые мелочи, но и леди Лилию Фоншторн. А я не обладала талантом одновременно строить предположения и мило улыбаться, болтая светские глупости.

– Ах, леди Аврора! – патетически воскликнула жена миллионера. – Помогите мне! Эти официанты такие неуклюжие! Мое платье безнадежно испорчено! А рядом, как на зло, нет ни одной горничной!

На подоле ее зеленого наряда тоже красовалось мокрое пятно. Может, я зря панику подняла, а маленькая порча на невезение – это так, как вирус гриппа, сама по себе распространяется?

– Ах, простите меня! – она соизволила рассмотреть во мне сестру по несчастью. – Вы тоже стали жертвой заговора прислуги? Давайте же поможем друг другу!

Против воли я улыбнулась. Леди Фоншторн умела быть обаятельной.

Чтобы привести себя в порядок ушло чуть больше времени, чем ожидалось. Но вернулись мы не в бальную залу, а в один из малых салонов, где развлекались игрой в карты. Конечно, он был относительно небольшим. По размерам превышал апартаменты княжны раза в полтора. Только вист и пересмешник сейчас были забыты и заброшены. Как же! Скандал в самом разгаре!

Дамы в ужасе отворачивались и умело прикрывались веерами, чтобы ничего не пропустить. Мужчины не решались вмешаться. Кто-то послал за охраной.

Каролина Паус, как базарная торговка, вцепилась в волосы Сибиллы Ортлейн. Та не осталась в долгу: одной рукой прореживая шевелюру соперницы, а второй отрывая рукав от платья. До ругани дело не дошло. Только до шипения и плевков.

Я тихо подошла к нашей старшей фрейлине. Тут, похоже, не одно значимое событие не обходится без присутствия этой старой перечницы!

– Что случилось?

Леди Сесилия открыла рот и сразу же его захлопнула. В карточный салон размашистым шагом вошёл кронпринц, за ним кроме охраны следовали княжна Ольга, лорд Артлейн, леди Камилла и ещё несколько незнакомых мне господ.

– Именем короля!

Да только кто его услышал!? Все, кроме дерущихся дам.

По легкому кивку головы охранники в два счете растащили потрепанных женщин в разные стороны. Лорд Паус, красный от смущения и злости, мялся около супруги, не зная, что делать.

– Господин помощник министра, – ровным голосом обратился к Паусу кронпринц Доминик. – Соблаговолите разобраться со своей личной жизнью за пределами дворца! Леди Паус, приведите себя в порядок и будьте любезны вести себя согласно вашему положению в обществе.

Про Сиббилу Ортлейн он словно забыл и намеревался уйти. Да видно чувства любовницы были очень сильно задеты, раз она решилась на такое:

– Ваше высочество! – она скинула руку охранника со своего плеча. – Меня очень сильно оскорбили и я не могу оставить это без последствий! Я требую сатисфакции!

– Да? – удивленно вскинул бровь Доминик. – Но женские дуэли запрещены. Как же вы намерены успокоить вашу гордость?

– Я происхожу из рода эолов, – гордо вскинула голову шатенка и посмотрела прямо в глаза Артлейна. – И прошу вас, ваша светлость, заступиться за мою честь во имя крыльев!

На лице Теодора не дрогнул ни единый мускул, а вот в глазах, темных, как грозовое небо, всего лишь на миг промелькнуло все, что он думает о чести некоторых легкомысленных женщин. Но формулировка… «во имя крыльев». Крылья священны для их народа. Он не сможет отказать.

Герцог склонил голову в согласии:

– Кто же выступит от имени леди Паус?

Тому не поздоровиться. На губах Сибиллы промелькнула тень неприятной улыбки победительницы. Горазда же она загребать жар чужими руками!

В практически мертвой тишине зазвенел голос блондинки Каролины:

– Ваше высочество! Не оставьте в беде свою верную подданную!

Я непроизвольно прикрыла рот ладонью, сдерживая возглас удивления. Леди Сесилия казалось вот-вот упадет в обморок. Кронпринц! На дуэли!

– Он не откажется! – прошептала фрейлина одними губами. Если бы стояла от нее чуть дальше, то и не расслышала бы ничего. – И не назначит другого представителя! Только не с Артлейном!

– Прошу вас, – Ольга легонько тронула за рукав своего нареченного. – Не предавайте позорному инциденту статус межнационального конфликта!

Доминик взглянул на нее снисходительно:

– Леди, вы преувеличиваете! – и начал расстёгивать пуговицы мундира. – До первой крови!

Герцог мрачно отсалютовал шпагой, одолженной у одного из стражников.

Когда какие-то мужчины освободили центр комнаты, перетащив столы и стулья к стенам, Доминик и Теодор в одних рубашках встали друг напротив друга. Секунда. Вторая. Ничего не происходит.

Атака кронпринца. Артлейн защищается и уклоняется. В следующий миг проводит свою серию ударов. Опять мгновение тишины. В воздухе слышен шелест вееров. Леди Паус и Ортлейн с кислыми минами стоят чуть в стороне от других дам. Теперь все внимание приковано к дуэлянтам, а не к истеричным дамочкам, которые уж и сами не рады, что вышли за рамки приличия. Среди любопытных я с неудовольствием заметила посла от Империи ифритов и кого-то из оборотней. Вот ведь! Не могли же устроить скандал где-нибудь в другом месте и в другое время!

Сочувствую королевству, если его кронпринц и начальник тайной канцелярии ведут себя как мальчишки! Эмоциональны, эгоистичные, глупые мальчишки! Показать свою слабость потенциальным противникам! Или, хуже того, союзникам!

А тем временем двое кружились в вихре. И обиды капризных дам не были причиной их едва сдерживаемой ненависти. Звон шпаг перекрывал стук моего сердца. На секунду я перехватила темный взгляд Артлейна.

Человека который не может выиграть. Потому что не должен!

Он оступился. Оружие кронпринца царапнуло его руку, на паркет закапала алая кровь.

– Справедливость и честь защищены! – после положенных ритуальных слов Доминик бросил шпагу, развернулся и вышел из салона. – Продолжайте веселиться, господа!

Герцога сразу же взяли в осаду несколько дам, участливо стремящихся перевязать рану. Он лишь досадливо отмахивался. Без шансов на успех.

Я хотела подойти к Ольге, которая тоже была шокирована таким недальновидным поведением, но меня успел перехватить посол Роокана.

– Леди Аврора, позвольте пригласить вас на вальс, – и увлек в бальную залу, где по-прежнему звучала музыка.

Через пару тактов прелестного классического танца он прошептал прямо мне в ушко:

– Даже не думайте об этом?

– О чем? – искренне удивилась я. В думах была только прошедшая дуэль. Короткая, яростная, с непонятными для меня причинами.

– О прогулке в зимнем саду. Вы с такой тоской смотрели за окна, что сложно не догадаться о ваших мыслях. После танцев, без соответствующей одежды на улице легко схватить серьёзную простуду.

Я засмеялась. С ним было приятно общаться, а легкий флирт не доставлял неудобств.

– Вы правы! Я с радостью прогулялась бы по саду!

– С не меньшей радость составлю вам компанию. Но, к примеру, завтра.

Я ободряюще улыбнулась и через несколько минут ненавязчивого молчания спросила:

– А что вы думаете… – и замялась, не зная, как правильно сформулировать мысль.

– О дуэли кронпринца и герцога Артлейна? – Михаил Черкасский принял мою растерянность за девичью стеснительность. – У них очень сложные отношения между собой. Но его королевское величество Франц Иоанн считает, что они смогут сработаться и принести Аоре много пользы. И поощряет, когда молодые люди вот так «сбрасывают пар».

– Но они же ненавидят друг друга!

Теперь засмеялся господин Черкасский.

– Вы такая милая и наивная девушка, леди Аврора! Но их совместной работой король весьма доволен.

– И все же! Их чувства друг к другу тяжело назвать родственными или дружескими!

Если не ошибаюсь: отец Теодора, который в пику венценосному дядюшке взял имя рода матери, приходился Доминику двоюродным или троюродным братом.

– Леди Аврора! Проживая на женской половине дворца вы все узнаете и сами. Удивительно, что вас до сих пор не просветили!

– Господин Черкасский, старшая фрейлина княжны строго следит за тем, с кем мы общаемся и о чем! Не наговорят ли нам лишнего случайно? Так что пока не успели услышать ничего крамольного. Но я с удовольствием исправлю информационные пробелы!

Мой монолог вызвал очередной приступ смеха. Рядом с ним я не могла не улыбаться.

– Вы неподражаемы! Я разве похож на старика, чтобы сплетничать с молодой красивой девушкой?

– Не скажете?

– Нет, но советую не избегать общества леди Лилии Фоншторн. Она ориентируется в событиях не хуже вашего цербера. Ой, простите, леди Сесилии Декартон.

Ещё несколько па без слов, а потом Черкасский неожиданно спросил:

– Герцог Артлейн сумел произвести на вас неизгладимое впечатление?

Точно! Можно сказать, весь вечер изгадил! Ответила же более дипломатично:

– Он заведует Тайной канцелярией Аоры, к тому же является помощником кронпринца. Разве это оправдывает хамство!

– Смело! – вновь улыбнулся мужчина. – А в глаза своё мнение рискнете сказать? – что он прочитал на моем лице, но вывод сделал правильный. – Сможете, не испугаетесь.

Вальс кончился и господин посол после галантного поклона взял меня под руку и повел к стульям у стены.

– Вы опечалены, леди Аврора, – верно уловил настроение мой кавалер. – Что-то случилось? Вам не нравится вечер?

– О нет! Прием просто чудесный. Просто я танцевала только два танца и шансов, что меня пригласят ещё, нет.

– Не печальтесь, я обязательно приглашу вас на одну из кадрилей. Но открою вам маленький секрет вашей «непопулярности»: ваш тайный поклонник пригрозил вызвать на дуэль любого, кто рискнет с вами потанцевать, и принял меры, чтобы как можно больше господ узнали об этом.

Я не сдержалась, фыркнула, оценив незатейливую шутку.

Михаил Черкасский показался мне воспитанным и надежным человеком. Может, Ольга права и ему можно доверять?

Глава 4

ГЛАВА 4

Из письма леди Сесилии Декартон своей кузине.

Моя дорогая, мне даже особо порадовать вас не чем. На балу я не заметила ничего особенного и интересного. Мне пришлось почти все время находится рядом или с ее высочеством Ольгой, или с ее подругой, леди Авророй Вронской. Не правда ли, практически непроизносимое имя!

Ах, конечно же! Дуэль! Спешу рассказать во всех подробностях. Леди Паус (вы имели счастье с ней познакомиться несколько лет назад на побережье) обвинила леди Ортлейн (помните, я писала о ее литературном салоне?) в том, что она является любовницей ее мужа! К сожалению, нравы при дворе далеки от целомудренных. А наш архимаг, придерживающийся мнения одного современного исследователя генеалогии, подобен гласу вопиющего в пустыне. Вы не слышали об этой научной работе господина Иванова? Довольно любопытные и смелые суждения. Но сомневаюсь, что они станут популярны в обществе. Господин Иванов проанализировал около сотни генеалогических древ аристократии и пришел к выводу, что наиболее богатые, удачливые и успешные те семьи и кланы, которые придерживаются консервативных взглядов на брак и практически не имеют бастардов! Я обязательно напишу вам более подробно, моя дорогая, но не сейчас!

Итак, леди Паус на глазах у всего высшего света бросает обвинение леди Ортлейн в совращении мужа! У мужа, правда, уже давно лысина в полировке нуждается. Но леди Ортлейн не стала поступать, как положено приличной леди (да и разве можно назвать ее таковой?), а во всеуслышание заявила, что с фригидной глыбой льда любой нормальный мужчина будет искать приключений погорячее. Так все любовники леди Паус говорят, добавила она. Разгневанная и обманутая жена не нашла ничего лучшего, как вцепиться в волосы соперницы. Право слово, я была о ней лучшего мнения! Леди Ортлейн не осталась в долгу и ответила ей тем же!

Только появление кронпринца (какой стыд!) прекратило сие безобразие. Но леди Ортлейн посчитала себя оскорбленной и потребовала сатисфакции. Своим представителем попросила быть лорда Артлейна. И никак иначе! Ведь на балу не было больше никого из эолов. Кронпринц не смог отказать в просьбе леди Паус о защите! Как печально видеть бывших друзей, почти братьев, обнаживших шпаги друг против друга. Я не большая любительница поединков, но моё мнение таково: Артлейн уступил победу. Вполне закономерно.

А ещё! Вы не поверите! Но наш герцог, кажется, обратил особое внимание на леди Вронскую!!! Когда они танцевали, вокруг них только искры не летали. Однако нашей гостье Артлейн оказался безразличен. Нет, несмотря на его отталкивающую наружность и резкость манер, его светлость, почему-то весьма популярен среди дам высшего света. Не иначе, очарование эолов, других причин я не вижу.

И подозреваю, в ближайшее время ему будет не до амурных дел. По большому секрету скажу вам, дорогая, что Артлейн затеял опасную игру с Рооканом. И столь ли он верен нашей стране, как демонстрирует? Я слышала несколько слов из его беседы с господином Черкасским. Посол Роокана благодарил его за некую специфическую услугу, а Артлейн ответил, что в первый и последний раз играет с ним в карты! Заставляет задуматься, не так ли?

А еще я беспокоюсь за нашу милую Камиллу. Леди Аусвайт играет на грани фола и потери репутации! Она так неприлично ведет себя по отношению к барону Р., что опасности ситуации не видит только его жена.

– Клятву или ты на пушечный выстрел к княжне не подойдёшь!

Передо мной стояла, отзеркалив мою позу (руки сложены на груди, подбородок высоко поднят) среднего роста женщина в строгом платье с белоснежным передником. Из гладкой прически не выбивалось ни волоска, а на лице было написано упорство добраться до головы моей госпожи любой ценой. Профессиональный парикмахер для княжны, выбранная нашей старшей фрейлиной. А вот и она рядом. Откинулась на спинку диванчика, обмахивается веером и время от времени нюхает ароматную соль, приговаривая, что мы ее до сердечного приступа доведем. Да с радостью! Вот только со всех клятву стрясу и займусь ее персоной!

– И тогда вы позволите приступить к своим обязанностям, леди Вронская?

Нет, с ней мы хоть сработаемся! Скорее всего. Она почти сразу же согласилась принести клятву служения и верности. Аналогичную той, которая связывала ненависть к родственникам в душе у герцога Артлейна.

– Конечно! – я достала амулет силы, выпрошенный на всякий случай у рооканского придворного архимага. А как он был счастлив, когда я в три часа ночи ему телефонировала и просила, точнее – требовала, рассказать об этом ритуале! Просто не передать. – Положите руку на кристалл и повторяйте за мной! Жизнью и душой …

С горничными и камеристками было сложнее. Из десятерых служанок клятву принесли только двое. Остальные то ли испугались, то ли еще по каким-то причинам отказались.

Говорят, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Ещё как ходят! Только предварительно очень хорошо изучают сей устав и как его можно трактовать в свою пользу. Это политика Ольги. Требующая терпения, внимательности, такта и твердости. Мне же нужен был быстрый результат, а не благоприятное мнение окружающих о моей скромной особе.

Сейчас в соседней комнате две горничные помогают умыться и одеться княжне. Затем, госпожа парикмахер начнет расчёсывать волосы Ольги и делать ей прическу. Это обычно длится часа два–три: у Ольги волосы густые, шелковистые, длиной ниже колен. За более короткий срок не управиться никак. Как правило, во время работы парикмахера княжна занимается иностранными языками. Каждый день. Без выходных или праздников. Поэтому она уже вполне сносно говорит на аорском и пяти других языках.

Кстати, за дверью ждет еще учитель словесности. Не знаю, что он подумал, когда из наших апартаментов одна за одной выскакивали девушки в слезах, но с ним и его негодованием я справлюсь. А вот как взять клятву с леди Сесилии? Или не брать? И точно знать, кто на нас доносит. Хорошо, если королю, а не тому, кто устраивает покушения.

Да, я проснулась не выспавшейся и злой. А тут и жертвы для моего не всегда ангельского характера имелись. В очереди аж стояли! Кто у нас следующий? Учитель, говорите…

Я настраивалась на долгие уговоры, угрозы и бесполезные разговоры. Но пожилой сухенький мужичок согласился сразу и со всем. Как бы от леди Сесилии такой сознательности добиться, а? Она стояла на своем «я клялась в верности королю и только ему» больше сорока минут. Фрейлина была подобна скале в своем убеждении, я была упорна как … баран! Мы сидели в углу на диванчике и тихо шипели друг на друга. Я была уже почти готова забыть о том, что меня с детства учили почтительному отношению к старшему поколению. Леди Сесилия косилась на свой веер как на оружие ближнего боя.

Первой не выдержала княжна. Она без малейшего акцента предложила господину учителю сделать небольшой перерыв, попросила нас подойти к ней и ознакомить с расписанием на сегодняшний день.

Леди Сесилия выудила из ридикюля маленькие кругленькие очки на цепочке и миниатюрную записную книжку и начала долго и нудно говорить.

Я же скрывала тень улыбки за веером. Их «строгое» расписание ни в какое сравнение не шло с тем жёстким графиком, к которому мы привыкли в Роокане и который был обязателен для всех детей Императорского дома. Литература, экономика, политика, психология, история, математика, музыка, верховая езда, танцы, стрельба, этикет, рукоделие … И это не считая выходов в свет, благотворительных мероприятий и кураторства. Иногда Ольга, возвращаясь в свои покои, падала на кровать практически без сил.

А княжну, я вижу, тут ждали и с особым удовольствием начинают играть с ней, как с куколкой.

– Леди Сесилия, – княжна поморщилась, как если бы парикмахер неаккуратно дернула ее за локон. – А разве я не должна проводить хотя бы несколько часов в обществе кронпринца? Он навестит меня за чаепитием?

– Секретарь кронпринца ничего не сообщил по поводу ваших встреч в ближайшее время. Возможно, вы увидитесь с ним за обедом или ужином.

Мне стало горько. То есть, не мне, конечно, Ольге. Знаете, Доминик, что бы у вас в прошлом не было, но не стоит так усложнять себе будущее.

– Отлично! – преувеличенно бодро заявила Ольга и взглянула на меня. – Аврора, мне нужен компаньон для отработки диалогов. Не поможешь?

Я согласилась и в следующий час мучала свой многострадальный язык сложными конструкциями из вежливых оборотов и неправильных глаголов.

– Щит?! – господин Черкасский выглядел потрясенным до глубины души. Он переводил не верящий взгляд то на меня, то на княжну. Мы с Ольгой решили посвятить его в нашу маленькую тайну. Если быть уж полностью откровенной: княжна решила, а я согласилась с ее мнением. Очарование вчерашнего вечера прошло, а скептицизм и недоверчивость остались. Но нам нужны союзники, а посол Рооканской Империи, можно сказать, свой человек при дворе. Моя госпожа проткнула свою ладонь ножом для бумаги, а я продемонстрировала, как у меня на руку проявляется и тут же затягивается царапина. – Магический щит?! – ещё раз удивленно повторил мужчина. – Это же невероятно!

Мы беседовали в одной из маленьких гостиных в апартаментах Ольги. Для княжны подготовили семь радужных комнат: каждая выполнена в своём цвете, но в едином изысканном стиле. Изящное, богатое на декор классическое и любимое правящими домами рококо: прихотливая лепнина на стенах, дорогие ткани, узорчатый паркет из ценных пород дерева, ковры-гобелены, множество зеркал, расширяющих пространство, тяжелые причудливые люстры, светильники, бра. Чтобы ни одного уголка не осталось в тени. Окна в Красной комнате (хотя, я бы назвала ее «Розовой») выходили в сторону парка и за стеклами величественно падали хлопья снега. Как объяснил наш гость – редкое явление для этой страны. Жаль, я уже скучаю по снегопадам северной страны.

– Ваш дядя очень ценит вашу жизнь, если решился принять такие экстраординарные меры, – склонил голову посол. – Надеюсь, они окажутся излишними.

Мы с княжной дружно согласились и предложили перейти к делу: у Ольги были планы по открытию госпиталя для раненых рооканских моряков. В обычных больницах Аоры не то что помочь, понять их не всегда могли. Еще она хотела обсудить идеи модернизации школы при посольстве, медицинских курсов для женщин, проведение фестиваля культур… Недостаток информации мешал мыслям претворится в четкие схему и сметы. Час в обществе господина Черкасского пролетел незаметно. А в завершении аудиенции, собирая документы, планы и черновики, исписанные моим мелким подчерком, мужчина сказал:

– Мне очень жаль, ваше высочество, что ваш приезд омрачен таким трагическим событием.

– Господин Черкасский, – засмеялась княжна. – Я себя чувствую принцессой в башне, которую охраняет злой дракон! Конечно, я адаптируюсь, освоюсь и буду все знать, но пока я в неведении и смятении. О каком ужасном событии вы говорите?

– Уверяю, к вашей безопасности это не относится. Сегодня рано утром было найдено мертвое тело леди Паус.

– Она была больна? – вежливо и отстраненно удивилась Ольга. Я сжала кулачки, беспощадно сминая ткань платья.

– Нет, ваше высочество. Убита. Подозревают леди Ортлейн.

– Насколько я поняла из вчерашней сцены, - осторожно начала девушка после минуты молчания. – Леди Ортлей была любовницей лорда Пауса. И эти женщины даже не соизволили скрывать свою ненависть друг к другу.

– Да, у нее были и мотив, и возможность. Герцог Артлейн заключил ее под домашний арест и взялся лично курировать расследование. Все-таки дело касается эолов.

– У Аоры и так слишком напряженные отношения с Союзом городов–государств, – словно озвучивая мысли в слух, произнесла княжна.

– Я бы не назвал их напряженными, – дипломатично поправили ее. – Скорее – равнодушными. Виновна ли леди Ортлейн или нет, но работы в нашем ведомстве прибавится.

Тут в дверь постучалась леди Сесилия и сообщила, что ее высочество ждет леди Камилла. Черкасский просиял.

– Ах, у княжны прогулка перед обедом по расписанию? Какая удача, я тоже приглашен на обед! И с радостью составлю компанию дамам в променаде по Зимнему саду! Не приглашен? Леди Сесилия, прекраснейшая вы наша, вы сомневаетесь в моих искренних намерениях?

Отвязаться от его внимания наша фрейлина не смогла. Опыт, что ни говори!

Зимний сад занимал почти целое крыло. Если не смотреть вверх, где вместо неба на высоте второго или третьего этажа виднелась застекленная крыша, то можно было представать себя в настоящем лесу: магнолии с бутонами еще не распустившихся цветов, пальмы, кофейные деревья, фикусы, кусты жасмина и роз. Все, на что богата щедрая природа Аоры. Вот только король и его семья не были готовы расставаться с подобным великолепием даже на время краткой зимы.

Мы чопорной процессией двигались по дорожке между цветущих тюльпанов и нарциссов. Леди Сесилия объяснила, что их луковицы постоянно то подсаживают, то выкапывают, чтобы посетители сада могли постоянно любоваться красотой неувядающего цветения.

Впереди шла княжна под руку с леди Камиллой и о чем-то по-дружески беседовали. Я, старшая фрейлина и господин посол отставали от них метра на три или четыре, но вот услышать содержание беседы не получалось. К тому же леди Сесилия постоянно твердила об уникальной коллекции кактусов, собранной еще отцом нынешнего монарха.

Черкасский внимательно ее слушал. Я тоже успешно делала вид начинающегося кактусолюбителя.

Леди Ортлей и Паус не могли ненавидеть друг друга! Когда никто не видел, они вполне мило общались. И явно не в первый раз. А вот играть в неприкрытую ненависть и ревность – вполне!Все так ожидаемо обществом: жена и разлучница – непримиримые враги. Да я бы сама поверила в их спектакль, если бы не стала невольным свидетеле их диалога.

Ассоциировала ли я ситуацию леди Орлейн со своей? Не уверена. Кроме незавидного положения любовницы женатого мужчины у нас не было ничего общего. Но прошлое осталось в прошлом. Совесть в прошлом не оставишь. И она ворочалась, беспокоилась и требовала от меня хоть каких-нибудь действий.

Артлейн наверняка будет строить расследования исходя из аксиомы, что женщины мечтали сжить друг друга со свету. Но это не так! Как говорил господин Черкасский: имелись и мотив, и возможность? Вероятно. Но надо сказать, обязательно сказать, что они дружили и выглядели довольными сложившейся ситуацией. При первом же удобном случае сказать.

А случай не предоставлялся. За обедом герцог не появился. Не прямым же текстом спросить, где его демоны носят? Зачем? Где находится кабинет начальника тайной канцелярии в административной части дворца – общедоступная информация.

После обеда я рассталась с Ольгой. Она должна была выбрать себе новый штат фрейлин да и занятие по политике никто не отменял, а я объяснила, что мне нужно уладить какие-то свои личные дела. На прощание княжна сжала мне руку и прошептала: «Камилла мне все рассказала! Вечером поговорим!»

Глава 5

ГЛАВА 5

Королевская резиденция расположилась в центре столицы и выполняла не только функцию жилья монарха, его семьи, родственников и приближенных, но и деловую: канцелярии и министерства – всё находилось под одной крышей и под твердой рукой. Так что фактически это было два огромных роскошных дворца, соединенных стеклянным переходом на случай непогоды.

Административная часть занимала огромное здание в три этажа. В глазах рябило от позолоты, лепнины, статуй в человеческий рост, алых ковров и бесконечных лестниц.

Но мне было не до окружающих изысков. Сердце то замирало в груди, то бешено колотилось. О милостивые боги! Я же не в любви признаваться иду! Почему волнуюсь? Идея рассказать о беседе двух леди уже не казалась правильной. Наоборот, наивной и глупой. Хотелось повернуть назад, чтобы не выставить себя на посмешище перед этим жестоким человеком. Но когда я отступала от задуманного?

Бесконечные широкие коридоры были безлюдны и тихи. Обеденный перерыв – святое время в любой управленческой структуре. А в Аоре, поговаривали, существовал обычай послеобеденного отдыха на часок-другой. И никакие реформы и доводы экономики не могли победить традиции. В моей голове поселилась ещё одна глупая мысль: а может найти для Ольги другого принца, с головой на плечах? И с королевством, в котором нет такого форменного безобразия, что любой может войти в приемную начальника Тайной канцелярии без проблем! Ни тебе стражи, дверь приоткрыта! Да Император Роокана за подобное сослал бы на каторгу и причастных и невиновных в назидание! Преувеличиваю, конечно, но это не отменяет факт вопиющей безалаберности.

В просторной приемной за столом копался в бумагах худенький юноша в темном костюме с нарукавниками. Секретарь вздрогнул от неожиданности, когда я негромко поздоровалась. Неловко задел пресс-папье. Оно свалилось на пол. Ворох бумаг, с таким трудом собранных в стопки, тоже полетели вниз. Неуклюжий молодой человек извинился, полез под стол доставать. Чуть не потеряв свои маленькие очки с толстыми линзами. Наверное, герцог совсем запугал своего подчинённого. Бедняга! Так и до нервного срыва недалеко.

Решила не доставлять ему лишнего неудобства и … Нет, вначале я хотела подождать Артлейна в безликой и неуютной приемной, но повинуясь чувству какого-то почти детского озорства, предложила:

– Я подожду его светлость в кабинете?

– Да-да, конечно! – из-за стола высунулась лохматая голова, чихнула, нырнула обратно и оттуда донеслось невнятное – Чай? Кофе?

– Нет, спасибо! Не буду вас отвлекать.

Н-да… слов нет, одни мысли. О безалаберности, например. И как они собираются обеспечивать безопасность монаршей семьи, если в рабочий кабинет начальника Тайной канцелярии войти проще, чем в мою комнату? Надеюсь, ждать хоть придется недолго...

Я огляделась вокруг. Все строго, функционально, в темных тонах. Массивный письменный стол в центре, кресла, книжные шкафы, несколько окон и коллекция раритетного огнестрельного и холодного оружия под стеклом. Паркет натерт до блеска. У дальней стены около окна разместились ещё два огромных кресла с высокими спинками, уютный диван и низенький круглый столик. Подозреваю, там герцог предпочитал общаться в более неформальной обстановке.

Взгляд блуждал по стенам, обклеенным дорогими, но простыми обоями без рисунка. По портьерам из тяжёлого бархата. По корешкам книг по дипломатии, психологии, математике. По уголку картона, видневшемуся под креслом у письменного стола.

Любопытство – женский порок. И противится ему нет ни сил, ни желания. Воровато оглядевшись, я подошла, вытащила чёрно-белую фотокарточку и начала ее рассматривать. Обычное постановочное фото: две юные девушки сидят на банкетке, за их спинами – два молодых кавалера. Но вот выражение их лиц! Леди Камилла слегка поджала нижнюю губку и едва заметно отстранилась от соседки. Незнакомая мне светловолосая дева выглядит очень счастливой. Чуть ли не сияет. Кронпринц Доминик положил ей руку на плечо, а в его глазах столько тепла и нежности. Он, оказывается, и на такие чувства способен! Артлейн бесстрастен, но между бровями пролегла упрямая складка. На обратной стороне фотографии нет никакой надписи. Только дата. С момента создания фото прошло больше пяти лет.

Я тот час же затолкала небольшую прямоугольную картонку обратно под кресло. И от стола подальше отошла. Логичнее ведь ждать у окна, ведь так? Присела на кресло и чуть в нем не утонула. А эта «зона отдыха», как я ее назвала, не такая и простая! Мебель стоит хитро, что теперь меня не заметить из «деловой» части кабинета, а на стене, скрытое от других портьерой, висит зеркало. И отражает сей магический артефакт всю остальную комнату. Забавно! Герцог к тому же ещё и параноик!

Я посидела, безупречно держа осанку, пару минут. Или дольше. Потом сняла туфли на низком каблуке, забралась с ногами в кресло и презрев всякие приличия задремала. И сколько проспала не знаю.

Сквозь дрёму услышала, как открывается дверь. Но сразу проснуться, извиниться и все объяснить не смогла. А потом и вовсе решила не афишировать своё присутствие.

В кабинет просочилась привлекательная дама, завернутая в белое покрывало. Ее длинные волосы были распущены и огненными змеями вились по спине.

– Точно придет? – шепотом спросила она.

– Придет-придет! – успокоили ее из приемной и протянули огромную корзину, из которой выглядывала горлышко бутылки и аппетитно свисала горсть винограда. Рыжая подношение приняла и едва не уронила на пол.

– Я вам денег заплатила!

Ну и визгливый же у нее голосок!

– Если он после вас добрее станет, наш отдел заплатит вам! – и дверь захлопнулась перед носом опешившей девицы. А я ее знаю! Видела на обеде у короля. Или на ужине? Баронесса какая-то там.

Пока я сонно хлопала глазами, пытаясь сообразить, сколько прошло времени, претендентка на ливер, титул и состояние герцога протащила корзину к столу, взгромоздила ее на край столешницы, скинула простынь и соблазнительно уселась рядом. Слава богам, хоть пеньюар на ней присутствовал. Полупрозрачный. С кружавчиками. Хочу себе такой же.

Женщина поправила завиток. Чуток приспустила бретельку. Покусала губы.

Вот ей ждать долго не пришлось! Дверь распахнулась и вошёл лорд Артлейн собственной персоной. Пиджак снят, жилет расстегнут, руки заняты документами, которые он на ходу и просматривал.

Девица призывно простонала. Артлейн остановился, нехотя поднял голову от своих бумаг. Взглядом прошёлся сверху вниз по всему, что ему стремились продемонстрировать. Уголок рта дернулся. То ли улыбка, то ли ухмылка.

Тут оказывается очень интересно! Не стоит пока из своего укрытия вылезать. Лишь бы они основное действие на диван не перенесли! Боюсь, за корректировку планов начальник Тайной канцелярии и прибить может.

Мужчина подошёл к рыжей близко-близко. Документы, как ни странно, положил рядом, взял яркий локон и осторожно пропустил его сквозь пальцы. Девица прикрыла бесстыжие очи и с придыханием произнесла:

– Ваша светлость, я так хочу…

– Чего вы хотите, леди? – шепотом перебил ее герцог. А голос! Все святые угодники! Глубокий, завораживающий, переворачивающий душу.

– Я хочу, чтобы вы взяли меня!

– Куда же я вас возьму?! Вы же не одеты?

Баронесса распахнула глазищи, увидела наглую улыбку, сердиться передумала, решив, что это часть игры.

Ворон ещё раз усмехнулся, схватил даму и закинул ее себе на плечи, потащил к двери, которую распахнул пинком ноги.

Гертруда! – заорал он из приемной. – Уберите это! Немедленно!Через несколько минут и ярких выражений баронессы (нечто подобное я только в трущобах слышала) герцог вернулся и с грохотом захлопнул дверь.

Я глянула на хозяина кабинета и решила ещё немного посидеть как мышь под веником. Черные глаза метают молнии, на лице гримаса гнева и отвращения. Увидишь такого ночью, с жизнью попрощаешься.

Артлейн, однако, очень быстро взял себя в руки. Сел за стол, попробовал виноград, опять попытался вникнуть в свои важные бумаги. Не успел прочесть и пару строк, как дверь опять открыли. Громко и бесцеремонно.

Начальник Тайной канцелярии театрально закатил глаза, потом нацепил свою обычное суровое выражение лица и привстал с места поприветствовать вошедшего.

– Доброго дня, ваше высочество! Чем могу служить?

Он издевается? А меня найдут, обязательно найдут, да еще и в шпионаже обвинят! Хорошо если не в покушении на светлейшие особы!

Кронпринц Доминик без приглашения уселся напротив и откинулся на спинку стула.

– Оставим эти формальности, Теодор! Мы не на публике!

Артлейн в свою очередь тоже плюхнулся на стул, уставился на гостя и устало спросил:

– Чего тебе надобно, Доминик?

– Как чего? Узнать, как продвигается расследование? А то я вижу ты занят совсем другими делами. Могу с уверенностью заявить, что вкус относительно женщин у тебя испортился.

– Подозреваемая под домашним арестом. Лорду Паусу также настоятельно не рекомендовано покидать городской особняк. Кстати, дядя сейчас остался еще без одного своего помощника. На вакантное место надо претендентов проверять. Помочь не желаешь? – кронпринц пожал плечами – Мои люди опрашивают свидетелей. Отчёты вот пишут, интересные, – он кивнул на так и не дочитанные листки. – А баронесса Фон Мольнар с твоей подачи ко мне заявилась?

– Нет конечно! – подчёркнуто неискренне заявил кронпринц. – Разве я похож на сваху? Кстати, как там моя нареченная поживает?

– Сам у нее спросить не желаешь?

– Нет.

После этого короткого ответа повисла тишина. Артлейн нарушил молчание первым:

– Хорошо поживает. Предложила рооканскому послу несколько дельных идей. Надеюсь, это займёт проныру хоть на какое-то время. С Камиллой общий язык нашла, – герцог побарабанил пальцами по столешнице. – А вот ее, как ты выразился, «хвост без кожи и рожи» отшила всех твоих шпионов.

Я даже зарделась от такой нехитрой похвалы своих талантов. Старалась, как ни как!

–Ты ей про клятвы подсказал! Твои-то не отсеялись!

– С кадрами надо работать лучше! А леди Вронская без подсказки придумала бы ещё что-нибудь, неучтенное.

Я сидела в кресле чуть дыша и удивлялась все больше и больше. Не похожи они на людей, которые ненавидят друг друга. Совсем не похожи! Играют на публику? Возможно.

Я вот голову сломала, пытаясь понять, зачем королю Аоры заставлять непримиримых врагов не просто работать, а сотрудничать. Недальновидность? Или, зная их с младенчества, Франц Иоанн надеялся, что они смогут разрешить тот давний конфликт, о котором, кажется, не знаю только я! Или что общее дело поможет избавиться от обиды? Или просто старик в маразм впал и развлекается за чужой счёт? Но ведь нынешнему монарху не должно быть безразлично, в каком состоянии и кому он передаст страну? Или всё равно и после него хоть потоп?

– С леди Ольгой тебе придется встретится. И поговорить. И очаровать. Договоренность договоренностью, и Правящий Дом Роокана недвусмысленно показал свою заинтересованность в брачном союзе. Но, демоны тебя раздери, Доминик! Тебе с ней жить! Какого ляда ты настраиваешь девушку против себя!?

Мне, кажется, начинает нравится его светлость!

– Никто не спросил моего мнения на счет женитьбы!

А вот симпатий к принцу становится все меньше и меньше.

– Ольга уникальная и харизматичная особа. Одно ее появление может укрепить положение нашей семьи на политической арене и улучшить мнение народа об аристократии, вдохновить отпрысков благородных родов выйти из своего изолированного мирка иллюзорного благополучия, получить высшее образование, профессию, специальные знания. Тебя не пугает, что доля офицеров аристократического происхождения в королевской армии составляет только 25 процентов?! А среди чиновников их и того меньше! Что буржуазия захватывает все больше и больше власти?

Это он еще не сказал про ифритов и их козни, про вечное недовольство вампиров и снобизм эльфов!

– Так сам на ней и женись раз так печешься о народном мнении!

– И женился бы! Да только ты у нас наследник престола. Лицо народа, мать твою!

Доминик показательно зевнул:

– Я все это слышал уже не раз и не два! Опасные брожения в массах, уменьшение доходов среднего класса, престиж монархии…

Тут Артлейн взорвался: одним быстрым, смазанным в воздухе прыжком, перемахнул через стол, оказался перед лицом кронпринца и поднял его за грудки.

– Прекрати строить из себя страдальца! – заорал эол-полукровка. – От тебя зависит будущее королевства и половины нашего полуострова! Ты же раньше не был таким эгоистом!

– Был... Не был... – Доминик, не двигался, лишь в упор смотрел на бывшего друга, пока тот не отпустил его и не отошел в сторону, в бессильной ярости сжимая и разжимая кулаки.

– А дядюшка недаром тебя приставил ко мне, – зло усмехаясь, кронпринц оправил мундир, стряхнул несуществующую пылинку. – Лично я планирую уехать в Вуалу. Пейзажи в горах нынче дивные.

– Твои обязанности и дела...

– Подождут обязанности, и дела подождут! К маскараду в первый день года уже вернусь.

Мужчины сверлили друг друга взглядами.

– Я пытаюсь жить дальше, – Ворон уже оправился от своей вспышки. Его голос опять стал ровен и холоден.

–Пожалуй, я поступлю также! Докажу, что ты виноват в ее гибели, убью тебя и тоже буду жить. Возможно, даже счастливо! Не скучай тут без меня! – кронпринц сделал шаг назад, издевательски поклонился и вышел из кабинета.

Хлопнула дверь.

Я облегчённо выдохнула. Кажется, за время этой беседы я забыла, как дышать! И лучше бы и не вспоминала!

Через секунду герцог оказался рядом. Кресло развернул. Ножки мебели скрипнули по паркету, оставляя глубокие царапины. Дуло пистолета к моему лбу приставил. Откуда достал-то?

Но с его силищей он бы и руками задушил. Честное слово!

– Что вы тут делаете и как вы сюда попали!? – словно не слова выговаривает, а курок взводит.

Если бы ругался или кричал, было бы не так страшно.

Отвечаем строго по существу и только правду:

– Сижу. Ваш секретарь меня сюда впустил. Вас подождать.

– Гертруда! – от его крика задребезжали оконные стекла.

Дверь в приемную медленно открылась и в кабинет вплыло нечто огромное, монументальное, грозное в строгом коричневом платье с кипенно-белым воротничком. Дама, которую легче перепрыгнуть, чем обойти, величественно направилась к нам.

– Гертруда! – Артлейн спрятал пистолет в подмышечную кобуру. Очень хорошо, дуло у самого лица заставляет нервничать и более хладнокровных людей. – Почему вы впустили в мой кабинет посторонних?

Вышеупомянутая женщина своего сурового начальства не испугалась и ответила спокойно, немного растягивая гласные:

– Я никого не впускала сюда, ваша светлость! А что касается той леди, так меня обманом выманили из приемной.

– Что вы на это имеете сказать? – сверкнул черными глазами герцог.

– Что она точно знала, зачем её выманивают из приемной!

Уж больно появление баронессы похоже на заговор подчинённых против шефа. Под патронажем кронпринца.

– С госпожой Гертрудой я потом разберусь! – заскрипел зубами Ворон. – Мы про ваше появление говорим.

– А это точно ваш секретарь?

– Да, – после минутной оценки моих умственных способностей ответил Теодор. – Бессменный. Уже лет пять как.

– И уже лет пять без отпуска и выходных, – проворчала несчастная.

– Тогда здесь произошла какая-то ошибка! – главное, вовремя признать свою неправоту. –Я пришла к вам после обеда. Или чуть раньше…

– Не может такого быть! –безапелляционно перебила меня огромная женщина. – В обеденный перерыв я вышла в парк, а приемную заперла. Как обычно на три замка!

– Продолжайте, леди Аврора! – взмахом руки остановил объяснения герцог.

– Меня впустил к вам молодой господин. – я старательно вспоминала лицо юноши, но ни одной конкретной черты на ум не приходило. Светловолосый? Или просто бледный? – Он искал что-то в приемной, был в костюме с нарукавниками для работы с бумагами. Я решила, что он ваш секретарь.

– Гертруда, будь любезна проверить… – Артлейна поняли с полуслова. Женщина медленно вернулась к себе в приемную, оттуда донеслись шуршание и звук передвигаемого стола.Герцог достал из кармана жилета круг на золотой цепочке. У Ольги были несколько подобных штучек. Весьма многофункциональных, кстати. К примеру, они могли сообщить, вскрывались ли письма и забрался ли кто-нибудь в ваш тайник.

Увиденным на диске лорд остался доволен. Или нет. Ничего по его лицу не ясно.

Необъятная Гертруда вернулась быстро.

– Пытались, – коротко буркнул она. – Как вы и предполагали.

– Ловушка?

– Не сработала! – от огорчения секретарь поджала губу.

Артлейн прошипел с досады что-то сквозь зубы, а затем посмотрел на меня внимательно и на его лице начала проявляться нехорошая такая улыбка хищника. Я на всякий случай вжалась в спинку кресла. Авось пронесёт!

– Леди Аврора, вам никто не говорил, что вы обладаете удивительной способностью оказывается в нужном месте в нужное время?

Странно, обычно в этом упрекали.

– Что вам нужно, ваша светлость? – голос от страха не дребезжит? И то хорошо!

– Вы ведь образованная девушка, – медово начал эол. – Рисовать умеете?

Я кивнула.

– Предлагаю сделку: вы рисуете портрет господина, которого встретили у меня в приемной, и забываете все, что услышали, словно вас здесь и не было.

– А вы?

Верная Гертруда уже несла мне графитовые карандаши и несколько листов бумаги, прикрепленные на твердую дощечку.

– А раз вас здесь не было, то у меня нет причин осложнять ваше пребывание при дворе! Если будете хранить гробовое молчание…

Вот уж воистину: предложение, от которого невозможно отказаться! Я взяла принадлежности для рисования, мимоходом отметив, что карандаши разной твердости, а бумага плотная, профессиональная.

– Может, хоть скажете, кто это?

– Предположительно шпион. Возможно от ифритов. Или Соуры. Вам от этой информации легче стало?

Совсем нет! Я же ничего кроме акварельных пейзажей нарисовать не могу!