Доверься мне. Наш Мир

Глава 1

Андрей

Стою уже в четвёртой пробке, нервно поглядывая на часы и чуть ли не матерясь вслух. Я сегодня просто из кожи вон вылез, чтобы закончить все встречи пораньше и успеть в компанию хотя бы за два часа до завершения трудового дня, и всё-таки постараться поговорить с Мирой.

Рычу от досады, понимая, что мои надежды не оправдываются и мне всё-таки придётся выискивать возможность поговорить с Мирой в командировке. А зная её таланты, эта возможность может и не наступить.

С силой сжимаю руль, заезжая на парковку компании в полпятого…

«Это просто отлично! А ей как раз сегодня свою ученицу из садика забирать! Поздравляю, Андрей! Успел!» – иронизирую вслух, подъезжая к своему парковочному месту, и наблюдаю странную картину.

«Да что здесь такое происходит?!» – также вслух возмущаюсь я и стараюсь побыстрее припарковаться, чтобы остановить этот беспредел.

Заглушаю мотор и открываю дверцу, чтобы выскочить из машины и так постараться остановить эвакуатор, но решаю, что разумнее будет позвонить охране и попросить не выпускать незваного гостя с парковки.

Тянусь за телефоном и слышу любимый звонкий голос:

«Стойте!» – перевожу взгляд на него и вижу, как мчится Мира и машет рукой. Я теряю дар речи и впадаю в ступор от вида своей Малышки: белоснежная облегающая блуза с воротничком-стоечкой и чёрная юбка, которая от бега Мирославы подскочила аж до середины бедра. Шумно сглатываю и понимаю, что необходимо остановить своё Чудо, ведь летит она сейчас на своих высоченных шпильках.

Так и не взяв телефон, выскакиваю из автомобиля и захлопываю дверцу. Быстро направляюсь ей на встречу, но она будто меня и не видит, смотря только на эвакуатор и забывая хоть изредка поглядывать под ноги.

Ускоряюсь и слышу:

«О-о-ой!»

Вижу, что каблук Мирославы проскочил в щель решётки ливнёвки и Моё Солнышко уже в прямом смысле этого слова летит по инерции вперёд, выставив перед собой ручки и зажмурившись.

«Отличная идея!» – думаю я, быстро подскакивая к ней, стараясь поймать.

Ощущаю несколько толчков на своём торсе и аккуратно придерживаю своё Солнышко за бока чуть выше талии.

Шумно выдыхаю с явным облегчением, но чувствую, что моё тело очень напряжено. Пытаюсь сильно не сжимать Мирославу и радуюсь, что приземлилась она всё-таки на меня, а не на асфальт. С ужасом думаю, что могло бы случиться, задержись я ещё хоть на несколько минут в пробке, или если бы приехал немного раньше…

Сердце колотится с бешенной скоростью от резко нахлынувшего адреналина, ведь сейчас во мне смешалось просто нереальное количество чувств и эмоций: с одной стороны с Мирой уже ничего плохого не случится – она в моих руках… А с другой стороны… ОНА в моих руках – и я так явно чувствую жар этого хрупкого и изящного тельца, то, как она рвано дышит мне в торс…

- У-у-уф! – с досадой пыхтит Моё Солнышко и начинает возиться. А меня сейчас буквально разрывают на части два желания: нежно прижать её к своей груди, погладить и успокоить, и отчитать, как следует, отшлёпав по красивой попке за то, что так беспечно летает на своих опасных шпильках… – Япо-онски-ий бог! – протягивает Моя Врединка, всё ещё утыкаясь лбом мне в торс, чем вызывает мой смешок и абсолютно машинальный ответ:

- Нет! Всего лишь гендиректор «Вашей Рекламы». – Произношу с улыбкой, стараясь не выказывать своего переживания.

Глубоко вдохнул и наконец-то начал немного успокаиваться, ведь почувствовал её сегодняшний лёгкий и воздушный аромат.

«Лётчица моя Любимая», – подумал я и увидел, как она поднимает голову и смотрит на меня своими огромными широко распахнутыми глазищами.

«Испугалась…» – подумал я и аккуратно помог ей стать ровно, но продолжая придерживать за талию.

- Здравствуйте, Андрей Викторович. – Произнесла она тихим осипшим голосом, не сводя с меня удивлённого взгляда. Её руки при этом продолжали лежать у меня на груди, заставляя дыхание сбиваться, а мысли разбегаться.

- Здравствуйте, Мирослава. – Прохрипел я и прочистил горло. – С вами всё в порядке? – уже своим голосом добавил я.

- А как вы здесь оказались? – всматривается в мои глаза и задаёт свой вопрос, проигнорировав мой.

- На машине приехал… – нежно улыбаюсь ей и очень хочу поправить слегка растрепавшуюся причёску. Или мне просто хочется её касаться, гладить, ласкать…

- Я в том смысле, что вы же ещё в командировке должны быть… – уточняет она и хлопает ресницами, а я начинаю ещё шире ей улыбаться.

- Справился пораньше и приехал в компанию проверить, как тут всё? – вижу, как она продолжает хлопать ресницами, не сводя с меня взгляда, и решаю хоть немного провести воспитательный процесс. – Вышел из автомобиля и подумал: «Постою-ка я ещё здесь немного – через минуту Мирослава должна пролетать… Вдруг, поймаю?..» – и всё-таки не смог сдержать смешка от выражения личика своей Врединки.

- Это вы «спасибо», что ли, от меня сейчас ждёте?.. Да? – кивает и заглядывает мне в глаза.

- Ой, Мирослава, от вас я уже ничего не жду… – легонечко посмеиваюсь.

- Это почему же? – хмурится Моя Врединка.

- Опыт общения с вами подсказывает… – нежно улыбаюсь ей.

- Хм! Спасибо вам большое, Андрей Викторович, за то, что облапали меня без разрешения и продолжаете это делать! И ещё за то, что я больно ударилась лбом об вашу пуговицу, а об ваш пресс чуть себе нос не сломала! Обязательно так напрягать было?.. – не на шутку разбушевалась Моя Врединка, а я просто рассмеялся.

- Вот я даже не знаю, это вы меня так благодарите или претензии предъявляете, что я вам помог?

Мира хмыкает, хмурится и молчит.

- Простите меня, пожалуйста, Мирослава, но я решил не спрашивать вашего разрешения поймать вас, пока вы летели! – и продолжаю смеяться, даже и не понимая: от этой глупой ситуации или это уже попросту нервное.

Мира фыркает и продолжает молча хлопать ресницами.

- И я вас не лапаю, а просто придерживаю, предостерегая от очередного полёта.

Мира захлёбывается от возмущения и сжимает кулачки у меня на груди, но я уже решил высказаться.

- И ещё я, конечно, понимаю, что гораздо приятнее вам было бы встретиться своим прекрасным личиком с асфальтом, чем с моим прессом и пуговицей. Ну, уж простите меня, пожалуйста… – и просто широко и приветливо улыбаюсь ей.

- Это где же вы так язвить-то научились? – старательно дует губки и хмурится.

- У меня есть хороший учитель, Мирослава. – Многозначительно смотрю на неё, легонечко посмеиваясь.

Мирослава лишь недовольно хмыкает и отворачивается от меня.

- Мира, вы правда так больно ударились? – всё же с заботой проговариваю я, ведь мне не хочется, чтобы ей было плохо.

- У меня, наверное, ваша пуговица на лбу отпечаталась… – недовольно пробурчала она.

- Давайте посмотрю. – Постарался тихо и спокойно проговорить.

Она неспешно поворачивает голову ко мне и поднимает свой взгляд. Смотрит так проникновенно, а я чувствую, как её кулачки распрямляются и тёплые ладошки едва заметно гладят меня по груди. Наши дыхания сбиваются, а я ощущаю, как она напрягается и просто замирает, не нарушая нашего умопомрачительного зрительного контакта.

Я шумно выдыхаю и стараюсь дальше её аккуратно придерживать, а не сгрести в охапку и поцеловать так, как уже давно хотел.

- Нет на вас никакого отпечатка, Мирослава. – Тихонечко и с небольшой хрипотцой в голосе произношу я и всё же не могу удержаться: наклоняюсь ниже и легонечко касаюсь её лба, а затем и носика губами…

Моё сердце вырывается из груди, а Мира слегка отстраняется:

- Что вы делаете, Андрей Викторович? – шепчет она.

- Лечу вас, Мирослава…

Вижу её недоумевающий взгляд и добавляю:

- Когда маленькие детки больно ударяются, то им целуют ушибленное место и тогда им становится легче…

- Но я не маленький ребёнок… – шепчет в ответ.

- Я знаю, Мирослава. – Смотрю на неё с нежностью и тревогой, ведь сам уже переживаю за эти невинные поцелуи…

- Отпустите меня, пожалуйста, Андрей Викторович! – она, вдруг, обеспокоенно завозилась и начала отталкивать меня.

Сердце сжимается от боли, но я не хочу её обижать:

- Хорошо, Мирослава, как хотите… – и разжимаю свои объятия.

Девушка делает шаг назад не застрявшей ногой, но попадает каблуком и этой туфли в щель ливнёвки. Там оба каблука прокручиваются, а Мира, не ожидая этого, теряет равновесие и начинает заваливаться назад.

- О-о-ой!

Быстро подхватываю девушку под спину, слегка нависая над ней… Чувствую её руки на своей шее, наши взгляды снова встретились, а губы практически соприкоснулись. Не хватило буквально сантиметра до… Мы оба замерли на несколько мгновений, перестав дышать…

«Нет… Не здесь и не так… Я не буду пользоваться её беззащитностью…» – отгоняю от себя неистовое желание сократить этот сантиметр и коснуться слегка приоткрытых манящих губ. Её дыхание обжигает и будоражит, но в глазах читается испуг и непонимание. Я закрываю глаза, пытаясь привести себя в чувства. Плотно сжимаю губы и открываю глаза. Стараюсь аккуратно вернуть Миру в вертикальное положение и понимаю, что мы синхронно шумно выдохнули.

Продолжаю нежно обнимать её за спину, но не прижимать к себе при этом. Замечаю насколько оба мы тяжело дышим и чувствую, как аккуратно её ладошки скользят от моей шеи к груди. Жду. Но она не убирает их и не отталкивает меня.

- Не бойся, Мирослава, я больше не отпущу тебя… – понимаю, что перешёл с ней на «ты» и вообще эта фраза звучит как-то неоднозначно, но пусть уже начинает осознавать мои чувства к ней. Не удерживаюсь и несколько раз глажу её по спинке, желая успокоить.

Мира замирает, не возится и не возмущается, а просто молчит, пытаясь восстановить и своё дыхание. Мы стоим так несколько минут, думая каждый о чём-то своём… или об общем… По крайней мере я очень хочу на это надеяться. Ещё раз нежно провожу ладонью по её спинке и уже собираюсь признаться в любви, хоть это совершенно и не романтично, но Мира меня опережает:

- Андрей Викторович! Мою машину забрал эвакуатор. Прямо отсюда, а я здесь… застряла в ливнёвке… А мне ещё Машу сегодня забирать из садика… – сбивчиво тараторит она и поднимает на меня свой взволнованный взгляд, а я же шумно выдыхаю.

«Всё-таки она права… Сначала надо помочь девушке, а потом уже и в любви признаваться…» – подумал я.

- Хорошо, Мирослава. Как твои ножки? Где-то болит?

- Нет. – Отрицательно качает головой, явно находясь в замешательстве – как я понимаю, от моего обращения на «ты». – Всё в порядке. – Добавляет она и моргает.

- Это хорошо. Мира, попробуй, пожалуйста, поднять ножку вверх и вытянуть каблук из ливнёвки.

Мира хлопает ресницами и растерянно кивает, а потом начинает очень мило пыхтеть и возиться.

- Получается? – переспрашиваю у неё.

- Нет. – С досадой проговаривает она. – Уф! Только назад или вперёд проворачивается. Похоже, что я таки здесь совсем застряла… – Моя Малышка тяжело вздыхает, но не оставляет попыток освободиться из плена ливнёвки. Хорошо, что её ладошки при этом всё ещё лежат на моей груди.

- Мира, значит, давай я тебя немного по-другому перехвачу, а ты постараешься разуться.

Я аккуратно становлюсь сбоку от девушки, сильнее обхватываю её левой рукой за спину, а правой придерживаю, чтобы она не завалилась вперёд.

- Мира, мы сейчас вместе медленно присядем, а ты потом сядешь мне на колени и разуешься…

- Нет! – перебивает меня Моя Врединка. – Я сама могу со всем справиться! – и уже начинает снимать первую туфлю.

- Мира, там, где сама ты справишься, изворачиваясь, выворачиваясь и прилагая кучу усилий, я просто перенесу тебя на руках… – слегка приседаю и подхватываю своё Чудо на руки, подметив момент, когда она сняла и вторую туфлю.

- Ой! Андрей Викторович! Поставьте меня на место! – напряжённо обхватив меня за шею, возмущается она.

- Куда? – невозмутимо переспрашиваю я и несу её к своей машине. – Назад засунуть тебя в ливнёвку у меня не получится, а на пол ставить босую девушку я не стану.

Мира захлёбывается от возмущения, но всё равно щекочет своим частым дыханием мою скулу.

«Хорошо, что не душит и не кусается», – подумал я, ухмыльнувшись, а вслух произнёс:

- Выбирай: я открою дверцу, но мне тогда надо будет перехватить тебя под попку, или дверцу откроешь ты?

- Ах! – она снова захлёбывается от возмущения, но добавляет. – Я лучше сама открою… – всё-таки легонечко впивается коготками левой ручки в мою шею, чем вызывает мою задорную ухмылку, и тянется своей рукой к автомобильной ручке. Я слегка приседаю, чтобы ей было удобнее, а когда дверца открыта, то аккуратно усаживаю её на задние сидения автомобиля вместе с ногами. Сам же присаживаюсь на край сидения возле Миры, чтобы поговорить.

Опускаю взгляд на её подрагивающие руки, а дыхание сбивается, когда я замечаю кусочек ажурной бежевой резинки её чулок, выглядывающий из-под подскочившей вверх юбки.

- Просто сделайте вид, что ничего не заметили… – напряжённо шепчет она и выпрямляет ножки, которые были до этого слегка согнуты и пытается прикрыться руками.

- Я больше не буду делать вид, что ничего не замечаю, Мира. – Аккуратно берусь за края подола её юбки по бокам и медленно тяну его вниз, возвращая юбку на место и пряча часть стройных ножек девушки. – Нам надо поговорить, Мира. – Перевожу взгляд на её широко распахнутые глаза, наполненные беспокойством. – Хватит уже убегать от очевидного.

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Мне очень приятно :)

Новым же Читателям, которые только что присоединились к истории, хочу сообщить, что это третий том. Читать лучше начинать с первого, ведь это продолжение. Вся серия останется бесплатной.

Единственное, что предыдущие два тома имеют ограничение «18+». Там нет постельных сцен и какого-то жесткача, но есть спорные темы, поэтому я решила таким образом перестраховаться.

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия и только хороших событий в жизни :) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :)

Глава 2

Мира

Это так скоро и пациентом кардиоцентра можно стать, ведь рядом с НИМ моё сердце каждый раз с ума сходит, то останавливаясь, то колотясь с бешеной скоростью и вырываясь из груди… Да и тело моё меня что-то подводить стало: зачем-то ухватилась за НЕГО, как за спасительную соломинку, и мне одновременно и страшно, и хорошо в его руках. По-настоящему надёжно, но так непривычно… Хочу, чтобы отпустил, и боюсь, что всё-таки отпустит…

Ловлю себя на желании прильнуть к его груди и послушать, как стучит его сердце, ведь, судя по ощущениям на моих ладошках, колотится оно не меньше моего…

Теряюсь во всём этом наваждении… То горю, то мурашками покрываюсь… Понимаю, что хочу его прикосновений… Хочу научиться наслаждаться ими без страха и стеснения… Но сейчас я так боюсь… Боюсь себя и своих желаний… Боюсь его желаний и признаний… Боюсь сама признаться в своих чувствах и в своей неполноценности… И до дрожи и слёз боюсь услышать, что такая я ему не нужна…

А ещё меня просто сжигает стыд за свою сегодняшнюю юбку, которая только перед зеркалом выглядит прилично… Но всего лишь стоило в ней присесть – как эта иллюзия приличия повергла меня в шок своим неприличием… Хорошо, что в машинке я ехала одна, а мой стол в компании стоит так, что никому ничего не видно… Но тем не менее, сегодня я оббегала практически все отделы – и естественно собрала на себе кучу разных взглядов.

«Чтобы я ещё хоть раз Соню послушала!» – мысленно взвыла и заскулила я. А сейчас, так вообще, ещё и при Андрее Викторовиче опозорилась своим вызывающим внешним видом…

Он же очень аккуратно и деликатно поправляет мне юбку, стараясь даже и не касаться моих бёдер руками, но меня всё равно бьёт крупная дрожь, а сердце то сжимается в комочек, то потом с новой силой колотит о грудную клетку. Наверное, так оно хочет выскочить из тела своей глупой хозяйки и больше не быть участником моего дальнейшего позора… Да чего скрывать-то: я бы и сама сейчас с радостью сбежала отсюда – и не важно, что босиком… Прямо до дома бы долетела так… Лишь бы избежать сейчас ненужных мне разговоров…

Очень стараюсь скрыть свой страх и панику, но чувствую, что это у меня не очень-то и получается.

А его слова отзываются разрастающимся жаром у меня в груди:

«Я больше не буду делать вид, что ничего не замечаю, Мира. Нам надо поговорить. Хватит уже убегать от очевидного».

Он так проникновенно смотрит на меня, а в моей голове сейчас быстро сменяется фраза за фразой, но ни одну из них я так и не озвучиваю.

«Совсем уже отупела, дурочка! – мысленно ругаю себя и добавляю. – Быстро соображай, что сейчас говорить будешь и как выкручиваться!»

- Мира… – слышу свою любимую и такую будоражащую хрипотцу в его голосе, что моментально начинаю тараторить, как заведённая:

- Андрей Викторович, нам сейчас нельзя разговаривать! Некогда! – уточняю я. – Мне Машеньку надо из садика забрать, а я осталась без машины. – Оглядываюсь и немного ёрзаю, пытаясь придумать, как бы мне так аккуратненько выскользнуть из его автомобиля, желательно не задев самого Андрея Викторовича и не оказавшись при этом с юбкой в районе талии.

Значит так… Если проползти вперёд на попе, то тогда я точно окажусь без юбки… А перекинуть ноги через сидящего рядом со мной Андрея Викторовича, чтобы сбежать через другую дверцу… Уфф… По-моему, это ещё хуже выглядеть будет…

«Что ж мне делать-то, а?» – я уже буквально чувствую, как закипает мой мозг от напряжения и какой-то безнадёги…

- Мира… – словно сквозь туман доносится до меня. – Мира, ты меня слышишь? – уточняет он.

Фокусирую на нём свой взгляд, и просто киваю.

- Босиком идти собралась?

- Так тут не далеко… Выпустите меня, пожалуйста… – жалобно смотрю на него и киваю.

- Мира, давай я сейчас сам попробую освободить твои туфли из ливнёвки. Только ты никуда не уходи босиком, пожалуйста. – Смотрит на меня одновременно и с мягкой улыбкой, и с обеспокоенностью, а я снова просто киваю. – Договорились? – уточняет он.

- Да. – Тихонечко ответила и опустила свой взгляд.

Андрей Викторович вышел из машины, а я не знала, как себе место найти. Понимаю же, что он всё равно захочет поговорить, но и сбегать от него сейчас босиком – тоже не вариант ведь… Тем более, куда я там убегу – аж к себе в отдел… «А там он меня уж точно не найдёт…» – сыронизировала про себя и услышала, как подходит Андрей Викторович:

- Мира, – ухмыляется он и аккуратно присаживается возле моих ступней. – Наверное, ты смогла сделать невозможное: края решётки прямо очень качественно впились в каблук – и так туфли освободить не получится… Если хочешь, то я могу просто отломать каблук, но идти в таких туфлях будет очень сложно. – Он мне нежно улыбается и невесомо, едва касаясь, гладит меня по подъёму стопы. Я замираю, а моё дыхание сбивается. Это так приятно, хоть и очень непривычно. Жду какого-то подвоха, широко распахнув глаза и стараясь ничего не пропустить.

- Мира, – тихо продолжает он, а в глазах читается тревога. – Точно нигде не болит?

- Нет… – произношу на выдохе и несколько раз мотаю головой.

- Это хорошо. – Мягко улыбается мне. – Тогда давай поступим так: сейчас я схожу за документами для командировки и зайду в ваш отдел за твоими вещами. А по пути мы заедем в магазин и купим тебе новые туфли. Договорились?

- Нет. Мне не нужны новые туфли. У меня есть запасные в отделе… – хлопаю ресницами и киваю, когда замечаю, как появляется улыбка на его лице. – И ещё в багажнике автомобиля тоже несколько пар есть… – зачем-то добавляю я и вижу, как его улыбка становится шире.

- Перестраховываетесь?

- Что-то типа того… – пожимаю плечами и опускаю взгляд.

- Только не говорите, что вы уже не первый раз застряёте в ливнёвке.

- Нет. Это был первый и, надеюсь, единственный раз… Не сказать, что я в восторге.

Слышу его лёгкую ухмылку.

- Мира, а я рад, что просто успел.

Я виновато поджимаю губы и молча смотрю на свои руки, которые сцепила «ракушечкой», и положила себе на ноги.

- Спасибо… большое… – всё же проговорила я.

- Мира, всё в порядке.

- Нет, – набравшись духа, продолжила я. – Мне очень стыдно и неудобно. И я больше никогда не надену такую юбку. – Всё-таки добавила я.

Слышу его тяжёлый вздох:

- Мира, не забивай свои мысли глупостями, пожалуйста. И юбка очень красивая.

- Конечно… – сыронизировала я и вздохнула.

- Мира…

- Мне всё равно пора за Машенькой. Спасибо большое, Андрей Викторович. Я лучше пойду.

- Мира, да что ж это такое с тобой? – нежно проговаривает он и пересаживается немного ближе ко мне, а у меня снова сбивается дыхание и сердце набирает свой, уже привычный, сумасшедший ритм рядом с ним. – Мира, посмотри на меня, пожалуйста.

- У-У! – проговариваю отрывисто и отрицательно качаю головой.

Он тяжело вздыхает:

- Тогда слушай так. – Я хмыкаю, а он продолжает. – Мира, я отвезу тебя к садику, а потом довезу вас с Машей домой.

- Нет, не надо. – Отрицательно качаю головой и всё-таки поднимаю на него взгляд. – Я лучше вызову такси. Вы же не для этого сюда приехали… – от его взгляда у меня перехватывает дыхание – и я просто замолкаю, забывая дышать.

- Мира… – он очень аккуратно берёт мои руки в свои, и нежно проводит по тыльной стороне ладони, а я чувствую, как у меня приоткрывается ротик от удивления. И надо бы возмутиться, но почему-то мне не хочется. – Мира, я приехал, чтобы поговорить с тобой и забрать документы для командировки. Больше мне здесь сегодня делать нечего…

Он с такой всепоглощающей нежностью смотрит мне в глаза, что я просто сглатываю, и моргаю с периодичностью раз в несколько секунд.

- Мира, – улыбается мне и продолжает очень аккуратно гладить мои руки, а я понимаю, что они у меня уже не сцеплены, а просто пальчики лежат в его таких тёплых, уютных и заботливых ладонях.

«Да как же он всё это проворачивает?!» – только начинаю мысленно возмущаться, как слышу:

- Мира, я так соскучился… – мы синхронно шумно выдыхаем, а я не опускаю взгляд вниз, с полнейшим шоком на лице и дальше смотрю на него, одновременно и желая, и боясь услышать продолжение. Я сейчас рвано дышу, а сердце снова стучит набатом. Чувствую, что он тоже волнуется, но продолжает всматриваться в мои глаза, очень нежно гладит мои пальчики и продолжает. – Думал, с ума сойду… Эти две недели были сплошной пыткой. Дни считал до нашей встречи… Мира, с тобой бывает очень сложно, но, Хорошая Моя, без тебя совсем невозможно – дышать даже больно и воздуха не хватает… Я просто задыхаюсь.

Я в растерянности оглядываюсь по сторонам, всё тело горит, а мысли напрочь разбежались:

- Машенька… – вспоминаю про неё и цепляюсь за эту спасительную мысль.

- Мира, я помню про Машеньку. И мы успеем вовремя – я обещаю. А сейчас я просто хочу, чтобы ты услышала. Мира, посмотри на меня, пожалуйста.

Я поджимаю губы, пытаясь не хватать воздух ртом, но сейчас мне самой катастрофически не хватает этого самого воздуха, ведь мне никто никогда не говорил подобных вещей… Да и не прикасались ко мне никогда так бережно, нежно и аккуратно. Я просто не привыкла к подобному обращению и понятия не имею, как сейчас себя вести, поэтому очень хочу отсюда сбежать.

- Мира, – он снова зовёт меня. – Я не прошу тебя ничего отвечать мне сейчас. Я вообще ничего у тебя не прошу. Я просто очень хочу, чтобы ты знала, что я тебя люблю.

Вот сейчас я уже перестаю ёрзать и оглядываться, и с полнейшим шоком на лице перевожу взгляд на него. А он мне очень мягко улыбается и моментально ловит мой взгляд, одаривая какой-то неземной нежностью и окутывая теплом.

- Да, Мира. – Кивает мне, завораживая своей улыбкой. – Я очень сильно люблю тебя.

Моё дыхание в очередной раз сбирается, а я не знаю, что ему сказать?

- Мира, – словно почувствовав моё подвисание, продолжает он. – Ничего не говори. Не надо. Просто знай, что я люблю тебя. И ты всегда можешь на меня положиться. – Он очень аккуратно целует мои пальчики, разгоняя невероятный жар по моему телу. – Ты больше не сама, Мира. – Нежно гладит мои руки и ещё несколько раз невесомо целует мои пальчики.

- Андрей Викторович… – отмираю я, но продолжаю тяжело дышать.

- Мира, договорим потом. Хорошо? Я не жду от тебя мгновенных ответов. Я всё понимаю. Просто сам уже не могу держать свои чувства в себе. Мира, только не закрывайся от меня, пожалуйста, и не сбегай больше.

Я неопределённо веду плечами и поджимаю губы.

- Мира, и бояться теперь меня тоже не надо.

Я опускаю голову вниз.

- Мира, я люблю тебя с первого дня нашего знакомства и до сих пор не набросился и не съел!

Мы оба подавились смешками.

- Мира, я тебя не обижу. Поверь мне, пожалуйста.

- Зато я могу вас обидеть… – произношу, не поднимая на него взгляда.

- Мира, – всё-таки решаюсь посмотреть на него. – А я верю, что мы со всем обязательно справимся вместе. – Ласкает меня взглядом, аккуратно гладит пальчики и с невероятной нежностью улыбается. А я понимаю, что никогда ещё не видела его именно таким. Да, до невозможного уставшего и измученного, но такого родного и уютного, несмотря на всю эту дурацкую ситуацию. – Мира, – его голос вырывает меня из размышлений. – Давай прямо сейчас и начнём справляться вместе? Дождись меня здесь, пожалуйста, я скоро приду с вещами – и мы поедем за Машенькой, а потом обязательно разберёмся, что случилось с твоим автомобилем. Договорились? – он кивает и с улыбкой заглядывает мне в глаза.

А я чувствую, как в моём горле начинает образовываться ком. И так сейчас хочется поверить в то, что всё у нас будет хорошо, но я понимаю, что только стоит мне всё рассказать ему, как наше «вместе» может прекратиться, так толком и не начавшись… Я обязательно всё ему расскажу. Не стану затягивать. А сейчас я лишь киваю на его вопрос и несколько раз, едва ощутимо, провожу своими большими пальцами по тыльной стороне его ладони.

- Я быстро, Мира. Дождись, пожалуйста, меня здесь. – Он ещё раз нежно целует мои пальчики, гладит ручки и отпускает их, широко улыбаясь, и со словами, – через пять минут буду, – выходит из автомобиля. – Я дверь не буду запирать.

- Хорошо. – Киваю я, так и не назвав его по имени…

Он быстрым шагом направляется ко входу в компанию, а я чувствую, как по моим щекам покатились слёзы. Возможно, что у меня есть всего несколько часов, чтобы почувствовать, как это – быть нужной, важной и любимой…

Глава 3

Андрей

ОНА меня точно доведёт… Кровь кипит, сумасшедший бой сердца отдаётся гулом в ушах, а адреналин соперничает с эндорфином по содержанию в крови…

Как же мне не хотелось ЕЁ отпускать… И насколько же это нереальные чувства – прикасаться к НЕЙ, обнимать, носить на руках и, пусть невесомо и едва ощутимо, но всё равно – целовать…

От ЕЁ близости так легко сойти с ума, но сейчас надо не витать в облаках и пытаться анализировать происходящее и реакцию Миры, а просто радоваться тому, что, несмотря ни на что, я всё же оказался на парковке вовремя… Успел… А главное – успел даже то, что не планировал. Поймал… Поймал Своё Солнышко, а с остальным уже со временем разберёмся.

«Относитесь к ней с пониманием и поддержкой, не напирайте. А когда придёт время, то просто поймайте её – и уже никуда не отпускайте…» – в голове появилась фраза Эли – и я даже замедлился на несколько секунд.

«Да откуда она всё это знала и что же она за девушка? – промелькнул в голове вопрос. – И про автомобиль Миры она тоже, получается, знала? Или не знала?»

Пытаюсь пока отмахнуться от этих мыслей, ведь, судя по всему, автомобиль Миры всё-таки увезли с парковки. Почему? Надеюсь, что это не Эля так «полёт» Мирославы подстроила…

Ладно. Нужно собраться и приниматься за дело, чтобы ничего не забыть. Подумаю потом.

Дал распоряжения заменить ливнёвку, а эту вместе с туфлями в ней доставить мне домой. Затем быстро забрал у Аллочки документы для командировки и попрощался с помощницей. А потом добрался и до отдела дизайнеров.

Уверен, что дизайнеры наблюдали происходящее на парковке в окно, поэтому сразу же предупредил, чтобы не распускали слухи, ведь Мира – приличная девушка. Также попросил девушек ходить на своих высоких каблуках аккуратно и не бегать – иначе я просто запрещу подобные каблуки дресс-кодом. Потом мне быстро помогли собрать вещи Мирославы, вручили её лёгонький плащик и показали на выбор пять пар туфель. Выбрал лодочки на невысоком устойчивом каблуке, ухмыльнувшись с остальных четырёх пар на привычных для неё высоченных шпильках. Подозреваю, что именно в лодочках она и приехала…

«Обалдеть! Точно – перестраховщица! Ещё четыре пары этих убойных во всех смыслах туфель осталось! За руку её теперь водить по компании буду! Вредина такая!» – смеялся и одновременно возмущался мой внутренний голос. А я тем временем глянул на тот самый кустик розы, который сейчас подсвечивала, как я понял, специальная фитолампа, улыбнулся и подумал, что ОНА всё-таки очень заботливая девушка, ведь розы её благодарят шикарным цветением за хороший уход. Незаметно подмигнул её прикольному цветущему кактусу и, сообщил всем, что пока Мира будет в командировке, за главного в отделе – Владимир.

Попрощался со всеми, обменялся взаимными пожеланиями и любезностями и поспешил к своей любимой «пленнице» с широкой улыбкой на лице.

*****

Мира была взволнована и со слегка покрасневшими глазками. Сразу же захотелось её обнять и успокоить. Но понимаю, что сейчас набрасываться на неё нельзя. Да и не имею я ещё права ЕЁ обнимать. Ведь, несмотря на то, что я признался ей в любви, она моей девушкой пока ещё не стала…

Эх, как бы мне хотелось понимать – она плакала от стресса или моего признания в чувствах?

- Мира, я вернулся. – Стараюсь мягко улыбаться и наблюдаю, как она растерянно хлопает ресницами. – Как ты? Не замёрзла? Плащик наденешь?

- Нет… – отрицательно качает головой. – Всё в порядке.

- Хорошо. Мира, телефон и записная книжка лежат в сумочке, а скетчбук – вместе с ноутбуком. Ничего не забыли?

- Нет. Это всё, что нужно. Спасибо большое. – Растерянно произносит и хлопает ресницами.

- Не за что. – Мягко улыбаюсь ей, чтобы хоть немного расслабить, но Мира по-прежнему напряжена.

Складываю её вещи на третий ряд сидений и слегка склоняюсь над её ножками:

- Мира, я помогу. – Нежно и бережно беру её за лодыжку, стараюсь не долго любоваться изящной ножкой, заглядываю в её удивлённые широко распахнутые глаза и аккуратно обуваю туфельку.

Похоже, что мы синхронно шумно выдохнули и сглотнули… Это какое-то наваждение… Вижу, как она часто дышит и не сводит с меня глаз. Я тоже часто дышу и смотрю в эти безбрежные синие омуты, с каждой секундой убеждаясь в том, что её тянет ко мне не меньше, чем меня к ней.

Медленно провожу по подъёму её второй ножки кончиками пальцев, замечаю её судорожный вздох и то, как часто вздымается её грудь. Шумно выдыхаю и возвращаю свой взгляд к её нереальным глазам, чтобы снова в них утонуть. Аккуратно перехватываю её за лодыжку и немного приподнимаю ножку.

- Нет, вы что? Не надо! Я сама! – отмирает Моё Солнышко и начинает протестовать, пытаясь немного подтянуть к себе ножку, но быстро выпрямляет её, ведь сейчас она в непривычно короткой для себя юбке. Я же пользуюсь этим моментом – и аккуратно, но уверенно, обуваю ей на ножку и вторую туфельку.

Мы снова шумно выдыхаем. И снова вместе. Не знаю, радоваться ли такому единодушию, но Мира очень быстро перекручивается и садится на кресло ровно, откинувшись на спинку и тяжело дыша.

- Я сама могу обуться… Это же не сложно… – глядя перед собой и не моргая, прошептала она.

- Мира, мне просто приятно за тобой ухаживать. Разве это плохо? – я тоже присаживаюсь на то кресло, где несколькими мгновениями ранее лежали её восхитительные ножки.

Она тяжело вздыхает и опускает взгляд вниз, складывает свои руки на коленях, чтобы хоть так прикрыть ноги, ведь юбка снова слегка «подскочила» вверх:

- Я не знаю… – она ещё раз тяжело вздыхает и слегка закусывает свой левый уголок нижней губки. – Я просто не привыкла… – поджимает губы, а потом добавляет. – Давайте всё-таки поедем за Машенькой, раз вы хотите помочь. Она будет очень переживать и расстроится, если я не заберу её вовремя…

- Хорошо, Мира. Тогда давай пересаживаться и поедем.

- Но я хотела здесь побыть. – С растерянностью глянула на меня.

- Мира, по пути в садик я хочу поговорить с тобой по поводу твоего автомобиля. На обратном пути с Машенькой у нас это уже не получится. – Она поджимает губы. – Мира, ну не вредничай – так правда будет удобнее.

- Ладно. – Соглашается она и поворачивается к дверце автомобиля.

- Мира, дождись меня, пожалуйста. Я сам открою.

- Но…

- Без «но». Привыкай! – твёрдо, но с мягкой улыбкой проговорил я, на что получил тяжёлый вздох и жалобный взгляд. – Мира, будь умницей! – кивнул ей и широко улыбнулся.

Моя Умница всё-таки дождалась, пока я ей сам открыл дверцу, и с небольшими раздумьями, но всё же приняла мою руку.

- Мира, ступай аккуратно. Ножки точно не болят? – ещё раз уточнил я, ведь сегодняшние эквилибры могли для неё закончиться травмой.

- Нет. Всё в порядке. У меня суставы хорошо разработаны, поэтому обошлось. Не переживайте. – Успокоила меня и одарила нежной и благодарной улыбкой, после чего замешкалась и всё-таки полезла за своей дамской сумочкой и плащиком.

- Мира, ну ты снова за своё? – ласково пожурил её.

- Так что ж мне теперь вообще ничего самой не делать? – удивлённо посмотрела на меня.

- Нет, Мира. Ладно. Всё со временем. Ты всё-таки замёрзла? Давай помогу надеть плащик. – Улыбнулся ей и аккуратно погладил по предплечью, скользнув рукой к плащу молочного цвета.

- Нет. Не замёрзла. – Мотнула несколько раз головой и добавила. – Но он мне всё равно нужен. Для дела. – Кивнула и пошла к передней дверце.

Я быстро захлопнул заднюю дверцу и успел открыть перед Мирой переднюю. Помог присесть девушке и улыбнулся с того, как она мило морщила носик и посапывала, старательно сдерживая своё недовольство происходящим.

Я ухмыльнулся и захлопнул дверцу. Обошёл автомобиль, сел за руль, а когда начал пристёгиваться, то заметил, что ножки Миры полностью прикрыты расправленным плащиком, будто пледом, а сверху она ещё поставила сумочку.

- Мирослава! – не смог сдержать своего смеха. – Да что же это такое?!

- Плащик! – невозмутимо ответила она и добавила, кивнув. – Для дела!

- Мира, у тебя очень красивые, стройные ножки. И прятать их не обязательно. – С улыбкой произнёс я и завёл автомобиль. – Через минутку поедем.

- Мне ножки даны для перемещения, а не для того, чтобы на них все подряд смотрели. – Съязвила Моя Врединка.

- Мира, я не все подряд. Не извращенец, чего б ты там себе уже не надумала. И буду следить за дорогой, а не любоваться твоей красотой. Тем более, что выбором своей одежды ты всегда больше подчёркиваешь, а не прячешь свою великолепную фигурку, Солнышко. – Нежно улыбнулся ей и начал выпарковываться, но успел заметить удивление на её личике.

Слышу лёгкое возмущённое пыхтение со стороны Миры и чувствую, что улыбка на моём лице становится ещё шире.

- Мира, скажи ещё, что не догадывалась и в зеркало на себя не смотрела… – продолжаю довольно улыбаться.

- Хм! Смотрела, конечно! – быстро глянул на неё и заметил, как она скрестила руки на груди и слегка нахмурилась. – Я просто ношу одежду своего размера! – заметила она.

- Отличный размер, Мира. И одежда на тебе всегда сидит великолепно. Но вот пытаться прятаться за ней тебе совершенно не обязательно. – Услышал, как она хмыкнула и добавил. – Тем более всё равно же не получается…

Остановился на полпути до выезда с парковки и посмотрел на неё: Моё Солнышко нервно сжимает ручки сумочки, опустив на неё грустный взгляд.

- Мира, ты, правда, очень красивая.

Она хмыкает:

- И от этого одни проблемы…

- Но ты всё равно себя не спрячешь. Просто прими себя такой, какая ты есть… Мира, внешность в тебе не главное – ты уникальная, очень интересная и всегда такая разная, но в то же время никогда себе не изменяешь… Следуешь своим принципам и целям, но всё равно остаёшься при этом человечной…

- Хм! Меня лестью не проберёшь! Нечего с Серёжи пример брать – он всё-таки мой братик!

Я хохотнул:

- Даже и не собирался… Мира, с тобой никогда не бывает скучно…

- Клоуна в жизни не хватает?

Теперь мы уже оба легонечко рассмеялись, а потом я заглянул в её глаза:

- Тебя не хватает, Мира. Очень… – её дыхание сбилось. – А ещё я знаю, что ты очень добрая, честная, верная и отзывчивая…

- Вы меня плохо знаете… – отводит взгляд и закусывает уголок губки.

- Я знаю то, что ты пытаешься отрицать, Мира… И обязательно ещё расскажу тебе и покажу, какая ты на самом деле. Но сейчас у нас другие дела, Солнышко.

- Не надо думать обо мне лучше, чем я есть на самом деле… – теребит ручки сумочки и кусает губу, опустив вниз взгляд.

- Мира, и думать о себе хуже, чем ты есть на самом деле, тоже не надо.

- Я совсем не хороший человек… – быстро переводит на меня взгляд, наполненный болью, и тяжело дышит.

- Ну, тогда я надеюсь, что ты мне как-нибудь обязательно расскажешь, почему это ты так решила, Хорошая Моя… – смотрю на неё с нежностью и любовью, и начинаю шире улыбаться, когда она теперь уже смущённо отводит взгляд.

Трогаюсь с места.

- Мира, у тебя есть предположения, почему твой автомобиль забрал эвакуатор? – перевожу тему, чтобы дальше её не смущать, и возвращаюсь к делу.

- Ни малейших… – с грустью выдыхает она.

- Может, нарушила по пути?

- Нет, конечно!

- Припарковалась не там?

- Хм! Я нигде на этой неделе не парковалась, кроме подземной парковки дома на своём месте, и на парковке «Вашей Рекламы». Опять же – место с номером…

- Мира, а документы на автомобиль в порядке?

- Конечно, в порядке! И права, и страховка… И даже, когда перекрасила свою машинку, всё оформила по закону. У меня родители юристы – я знала, что все документы всегда должны быть в порядке и лежать на месте ещё до того, как научилась разговаривать! Да и вообще, понимать, что такое – эти самые документы!

Мы с ней вместе рассмеялись, а я остановился перед шлагбаумом на выезде с парковки.

- У тебя родители юристы? – с широкой улыбкой и удивлением переспросил я.

- Ну да… Не уродилась я. – Мира иронично засмеялась. – От слова «совсем»…

- Мира, ты такая, какая есть… Самая лучшая. И любые родители будут счастливы такой замечательной дочери, как ты.

- Хм! Не любые… Да это и не важно…

- Мира…

- Говорю же – не важно! – и она отворачивается к своему окошку.

«Ладно. – Думаю я. – И к этой больной для Миры темы мы тоже вернёмся попозже…»

- Мира, я сейчас. Хочу узнать у охраны, почему они выпустили эвакуатор? А для начала, зачем вообще дали сюда проехать?

- Хорошо. – Робко ответила она.

Глава 4

Андрей

Возвращаюсь к себе в авто, мягко говоря, очень сильно удивлённым. Но про то, что нам сейчас надо за Машенькой, всё же помню, поэтому прошу у Миры адрес садика. Навигатор прокладывает маршрут, а я трогаюсь с места и аккуратно вписываюсь в поток, пока Мира выжидающе смотрит на меня и молчит.

- Мира, твой автомобиль конфисковали по постановлению областной прокуратуры на основании решения суда… – тяжело выдыхаю.

- Что?! Какого ещё суда?! – с недоумением восклицает Моя Малышка.

- Понятия не имею – там была ссылка на номер судебного решения. И так как это прокуратура, то внизу была приписка об уголовной ответственности за препятствие исполнению данного постановления. Собственно, поэтому эвакуатор так просто и забрал твой автомобиль… Охрана решила не рисковать…

- Офигеть!

- Мира, бланк, печати и подписи на постановлении не похожи на поддельные… Но решение суда приложено не было… Ты точно не подозреваешь о причинах всего этого?..

Я останавливаюсь на светофоре, а она шумно выдыхает и рычит:

- Вот теперь уже подозреваю! Это наверняка папашка для своего крысёныша Глеба постарался! – хмурится и скрещивает руки на груди.

Теперь уже шумно выдыхаю я. У меня, наверное, голова расколется от сегодняшнего дня и всех его событий:

- Мира, а теперь можно более информативно? Что за папашка, что за крысёныш Глеб? – смотрю на неё, стараясь мягко улыбаться, а у самого уже мозг закипает. В очередной раз за сегодняшний день, между прочим.

Мира же молча поджимает губы, но потом фыркает и отвечает:

- Это очень неприятная история.

- Я уже так и понял. Но разбираться всё равно придётся.

- Хм! А постановление где? Можно посмотреть? – вздёргивает левую бровку.

- Мира, я попросил передать его на сохранение Аллочке. Уже вечер пятницы – и разобраться мы сегодня не успеем. Тем более едем сейчас за Машенькой, а завтра днём уже в командировку.

- А постановление подписано главным областным прокурором?

- Им самым…

- Пф! Козлина, блин! – гневно бросила моя разбушевавшаяся Малышка.

- Мира…

- Это я не вам! – она фыркает и нахохливается, а я трогаюсь с места.

- Мира, рассказывай, пожалуйста, свою версию и догадки.

- Нет! Не могу! Мне сейчас нужно пять минут про себя поподбирать эпитеты для этой тварюки!

Тяжело, но с улыбкой вздыхаю от такой реакции Миры. И хорошо её понимаю, ведь у самого сейчас в голове сплошные нецензурные эпитеты по отношению ко всей этой ситуации. Поэтому пытаюсь успокоиться, чтобы была возможность мыслить здраво и всё-таки помочь своему хмурому Солнышку.

Стараюсь плавно и аккуратно ехать. Периодически поглядываю на Миру, с силой сжимающую ручки своей сумочки и периодически пыхтящую, как маленький ёжик. Всё-таки она невероятная девушка, ведь даже в таких состояниях не выглядит злой, а вызывает умиление.

- Мира, – с нежностью обращаюсь к ней.

- У-у-у! – гудит она. – Рано ещё! Только буква «У»! Упырь! Нет, упырище целый! А ему ещё и папашка подыгрывает!

Прыскаю со смеху и стараюсь немножко её отвлечь:

- Мира, ты в алфавитном порядке эпитеты подбираешь, да?

- Конечно! Должна же быть полная характеристика этому пи… – она осекается, а я снова прыскаю со смеху. – Придурошному, в общем! «П» уже была! Не сбивайте, пожалуйста!

- Ми-ира, – протягиваю, посмеиваясь. – До садика не так далеко уже осталось. Расскажи, пожалуйста, что происходит? Надо подумать, как решать проблему.

- А что тут думать?! Новую машину покупать буду! Хорошо, что ничего особо ценного в ней не было… Кроме самой машинки, конечно. – Она всхлипывает.

- Мира, ну почему сразу новую покупать? Мы эту тебе вернём. Обещаю, Солнышко. – Останавливаюсь на очередном светофоре и заглядываю в грустные глазки.

- Да когда то будет… – с грустью произносит и отворачивается к окошку. – Разборки с прокуратурой, собрать доказательную базу, суды… – она ещё раз всхлипывает.

- Мира, ну ты чего?

- Ничего… Проще и быстрее себе новую машинку купить… Вторую уже не должны забрать – это совсем уже глупо будет…

- Мира, рассказывай, что случилось?

- Хм!

- Пожалуйста…

- Ну, мне обещали большие проблемы – вот и начали организовывать… Но приползать ни к кому я всё равно не собираюсь… – она продолжает смотреть в окошко, а я трогаюсь на зелёный.

- Мира, как я понимаю, ситуация серьёзная и на этом могут не остановится… Что случилось? Мира, не закрывайся, пожалуйста. Я постараюсь помочь. Начинай доверять мне, пожалуйста, Солнышко Моё Хорошее…

Она хмыкает и шумно дышит.

- Мира, будем это при Машеньке обсуждать?

- Нет, конечно. Мы это вообще обсуждать не будем.

- Почему?

- Потому…

- Мира, вот от тебя я большей аргументации ждал, если честно… Значит, ничего не расскажешь и будешь сама справляться?

- Да.

- Мира, ну тогда хоть подскажи, где мне потом тебя искать, если тот, кто решил так просто забрать твой автомобиль, заберёт и тебя тоже… – эти слова мне даются невероятно сложно и я понимаю, что Мире слышать их тоже очень больно, ведь её уже однажды так просто забрали… В тех злосчастных Эмиратах… Не хочется об этом думать, но не решение вопроса с автомобилем может лишь убедить кого-то во вседозволенности и безнаказанности.

- Зачем вы так? – осипшим голосом произносит Моя Девочка.

- Мира, я люблю тебя… и боюсь за тебя… Не хочу потом корить себя за то, что ничего не сделал, чтобы предотвратить… Мира, я не хочу об этом думать, но и не могу не думать тоже… Хорошая Моя, это уже не шутки. – Останавливаюсь на очередном светофоре и аккуратно беру её левую ручку. Мира вздрагивает, но руку не забирает. Нежно глажу её пальчики и невесомо их целую, замечая как сбивается её дыхание. – Я люблю тебя, Солнышко Моё. И всё равно не оставлю эту ситуацию. Так что лучше просто расскажи мне всё, как есть, и не усложняй мне поиски этого крысёныша Глеба.

Мира ухмыляется, а потом, помедлив несколько секунд, произносит, продолжая смотреть в окошко:

- Ладно.

Я довольно улыбнулся:

- Спасибо большое, Солнышко. – Ещё раз нежно целую её пальчики и трогаюсь на зелёный.

- Почти год ко мне периодически подкатывает один… в общем, один Глеб!

Я ухмыльнулся от такой сдержанной характеристики и кивнул. Мира немного помедлила, раздумывая, и продолжила:

- Появлялся не слишком часто и особой агрессии не проявлял.

Я почувствовал, как напрягся и сильно сжал руль, выглядывая, когда же уже будет светофор.

- Он мажор и в городе часто не бывает, разъезжая по заграницам, поэтому и не появлялся на горизонте уже где-то полтора месяца. Адреса моего не знал и домой, естественно не приходил. По крайней мере, до прошлой среды… – она тяжело вздохнула. – Хотел, чтобы я пошла с ним гулять, а я отказалась. Он попытался так меня потащить, – она снова тяжело вздохнула, а я начал шумно дышать, сильно сжимая руль и мысленно подгоняя, едущий впереди, автомобиль, чтобы быстрее добраться до светофора. – Но охранник нашего подъезда его скрутил и вышвырнул на улицу. За это Глеб нам с ним пообещал огромные проблемы и сказал, что я к нему ещё приползу…

Я наконец-то остановился на светофоре и посмотрел на свою грустную Малышку. Взял её за ручку, аккуратно поглаживая тыльную сторону ладошки и продолжая внимательно слушать. Мысленно выдохнул от того, что она уже даже не дёрнулась от моего прикосновения к ней, но всё равно задышала более часто.

- Вот, похоже, что приступил к выполнению своих угроз… – тихо продолжила она. – Ну, у него папа – главный прокурор нашей области. И видать-таки решил помочь сыночку добиться своего…

Я спрятал свои нецензурные мысли за шумным вздохом.

«Это ж какими тварями надо быть, чтобы устроить подобное молодой девушке?» – возмущался про себя и продолжал нежно гладить ручку Миры.

И снова так не вовремя зелёный – пришлось отпустить её нежную ручку и поехать.

- Мира, я знаю главного областного прокурора…

- А откуда?.. – растерянно перебила меня Моя Малышка.

- Мира, – быстро глянул на неё и улыбнулся. – Я уже почти восемь лет занимаюсь здесь бизнесом. И у меня много разных знакомств и связей. И номер телефона Антона Владимировича у меня есть. Но я должен быть уверен, что к тебе действительно нет никаких претензий и это всё подстроено его сынком.

- Ну и как я это докажу?

- Хм! Сейчас подумаем… Для начала – постановление у нас есть, а решения суда к нему не приложено…

- Так и не было никакого суда! – возмутилась она, а потом, понизив голос, добавила. – Я бы знала…

- Это хорошо. Мира, но постарайся сейчас, пожалуйста, вспомнить – приходили к тебе какие-то повестки в суд?

- Нет! Ничего такого не было.

- Может, кто-то ещё мог подставить? Кредиты какие-то взять или ещё что-то?

- Нет. Ничего такого не было…

- У кого есть доступ к твоим личным данным?

- В полном объёме – ни у кого. – Уверенно произнесла она.

- Ладно. Будем надеяться, что здесь обошлось без подстав. Тогда думаем дальше: сейчас мы приедем к садику и я попрошу сбросить мне запись с камер наблюдения, как эвакуатор увозил твой автомобиль. – Заметил, что Мира притихла и внимательно слушала, чему я мысленно порадовался и остановился на очередном светофоре. Перевёл на неё взгляд. – Мира, как ты думаешь, у вашей охраны осталась запись того инцидента с Глебом?

- Не знаю. – Она пожала плечами и похлопала ресницами, чем вызвала мою лёгкую улыбку умиления. – Вообще, видеонаблюдение у нас ведётся, но вот сколько хранят записи, я понятия не имею. Буду сегодня дома – узнаю.

- Хорошо. – Одобрительно улыбнулся своей Умнице и снова поехал на зелёный.

- Мира, и ещё такой вопрос: у тебя есть номер телефона этого Глеба?

- Все забанила! – быстро ответила и фыркнула, а я боковым зрением заметил, что она скрестила руки на груди.

- Мира, тогда надо будет временно убрать их из чёрного списка.

- Не хочу! – упёрлась Моя Врединка.

- Мира, это для дела! – я хохотнул, делая отсылку к её недавней реплике о плащике. Мира мой намёк поняла и постаралась сдержать свой смешок. – Понимаешь, теперь он может позвонить, чтобы попытаться договориться с тобой о встрече…

- Пусть даже и не пытается! – снова перебила меня, резко вспылив. – Никуда я с ним не пойду!

- Мира, и не надо никуда с ним идти. – Перевёл взгляд на свою, пыхтящую и нахохлившуюся, Врединку. – Нам надо просто получить подтверждение, что это его рук дело и записать этот разговор.

Мира тяжело вздохнула:

- Понятно…

- Тогда доставай свой телефон, Солнышко. Мы уже почти приехали. – Посмотрел с нежностью и улыбкой на неё, когда начал подъезжать к садику. Мира искоса поглядывала на меня, теребя ручки сумочки и пытаясь сдержать свою улыбку. – Мира, не переживай. Я рядом и всё будет хорошо. – Постарался подбодрить её уверенностью в голосе и улыбкой.

Припарковался и улыбнулся ещё шире от того как Мира, покусывая левый уголок нижней губки, доставала из сумочки телефон.

Глава 5

Андрей

Позвонил охране и вышел из автомобиля, ожидая Миру с Машенькой. Огляделся. За высоким кованым забором расположилось уютное здание с бордовой крышей и голубыми стенами в окружении цветущих клумб, кустов можжевельника и высоких елей. Невольно улыбнулся от того, что даже за забором на парковке чувствовалась смесь ароматов весенних цветов и хвои. Возле беседок на детских площадках резвилась малышня, звонко смеясь. Атмосфера счастливого и беззаботного детства витала над этим красочным и уютным островком, вызывая в памяти картинки из своего детства.

Сделал несколько шагов вдоль забора и обнаружил поликарбонатные крыши теплиц и небольшой цветущий сад плодовых деревьев в глубине участка. Наверное, выращивают овощи и фрукты для своих подопечных самостоятельно, что не может не радовать. Улыбнулся и машинально обернулся, повинуясь какому-то внутреннему желанию, и просто замер на несколько мгновений, залюбовавшись картиной: из ворот садика выходила Мира, держа Машеньку за ручку.

Большеглазая малышка в светло-голубом джинсовом сарафане, бледно-розовом гольфе и белых колготочках шла вприпрыжку, а потом развернулась на оклик своего друга, идущего сзади с мамой, и помахала ему мягкой розовой лошадкой с малиновыми гривой и хвостиком. Он помахал ей в ответ машинкой, и пошёл дальше, держась за руку мамы, но оглядываясь на Машу и улыбаясь ей.

Я же отмер и быстро пошёл навстречу Мире с Машенькой, представляя, что так же иду навстречу Мире с нашей дочкой. Очень хочу этого и верю, что всё у нас с ней обязательно получится. А пока улыбаюсь от того, как солнышко играет в двух высоких хвостиках Машеньки, пока её ушки щекочут, подпрыгивающие, русые локоны.

Перехватываю у Миры голубой рюкзачок с изображением цветных лошадок и ветровочку малышки. Сейчас тепло, поэтому девочка без неё. Улыбаюсь Мире, стараясь долго не задерживать взгляд на Своём Солнышке, ведь всё ещё яркие солнечные лучики играются и в её волосах, одновременно ослепляя и завораживая интересными оттенками и переливами…

Перевожу взгляд на широко улыбающуюся малышку, ростом немного выше талии Мирославы. Присаживаюсь на корточкии проговариваю с улыбкой:

- Здравствуй, прекрасная леди! Сегодня я довезу вас с Мирой домой. Меня зовут Андрей. – Протягиваю ей руку, а девочка отпускает руку Миры, делает красивый реверанс прямо с лошадкой в левой ручке, а потом вкладывает свою, непривычно крохотную для меня, правую ручку в мою ладонь:

- Я – Машенька. – Кокетливо мне представляется, а я легонечко целую ей ручку.

- Очень приятно. – Киваю ей с улыбкой. – Я в восхищении от ваших манер, Машенька. – Искренне улыбаюсь ей и смотрю в довольные светло-серые глазища девочки.

- Меня Мира научила! – с гордостью проговаривает она и переводит на неё свой, полный неподдельного восторга и восхищения, взгляд.

- Мира может. – Искренне улыбаюсь и радуюсь, что у Миры такая чудесная ученица, но почему-то вспоминаю именно язвительный книксен Своей Врединки в первый день нашего знакомства…

- А это – Пинки Пай. Из мультика «Дружба – это чудо»! – представила мне свою игрушку девочка. – Она там самая весёлая и устраивает лучшие праздники и вечеринки во всей Эквестрии!

- О! Ну это очень ответственно… – проговорил, искренне радуясь общительности и приветливости малышки.

- Это так круто и весело! Весело! Весело! – она фонтанировала восторгом и подпрыгивала на месте, будто маленькая лошадка.

Мы с Мирой хохотнули.

- «Весело! Весело!» – это коронная фраза Пинки Пай. – Улыбаясь, пояснила Мира, на что я кивнул с улыбкой и поблагодарил её.

- А ты дядя Андрей или просто Андрей? – неожиданно спросила, немного запыхавшаяся, малышка и засмущалась.

- Машенька, если тебе так удобно, то можно просто Андрей.

- Хорошо! – радостно взвизгнула девочка и добавила. – Тогда с тобой можно дружить! – она сделала неожиданный, но очень приятный для меня вывод, и начала показывать пальчиком на рюкзачок. – Андрей, вот это Искорка, а это Эпплджек, вот здесь Флаттершай, а вот и Рарити с Радугой! (Персонажи-пони из мультсериала «Дружба – это чудо» – прим. автора)

- Очень интересно. Спасибо большое, Машенька. – С искренней улыбкой поблагодарил малышку, радуясь её доверию.

- Всех запомнишь?

- Я постараюсь! – уверенно кивнул ей, продолжая улыбаться, а сам подумал, что после «моих» китайцев, запомнить имена нескольких лошадок не так уж и сложно…

- Мира, а можно я Андрею ещё что-то покажу, а потом мы поедем? – она обернулась на девушку и просяще на неё посмотрела.

- Если не долго, то можно. – С улыбкой ответила Мира.

- Тогда пошли.

- Сейчас, Машенька. Только оставим вещи в машине.

- Хорошо. – Согласно кивнула довольная малышка.

- Я тогда пока Серёже позвоню. Всё равно сказать надо. – Тяжело вздохнула Мира.

- Хорошо, Мира. Не переживай. Справимся. – Улыбнулся Своему Солнышку и оставил не запертой машину.

Подошёл к Машеньке:

- Ну что? Пошли? – Улыбнулся малышке, а она довольно подпрыгнула и, взяв меня за руку, повела вдоль забора. Я послушно пошёл с ней.

- Правда, у нас здесь очень красиво? – посмотрела на меня снизу вверх, гордо улыбаясь.

- Правда! Очень красиво. – С радостью подтвердил и кивнул.

- Но ты уже вон, какой большой, – продолжая топать, рассуждала малышка. – Тебя сюда не возьмут.

Я ухмыльнулся:

- Да, придётся ходить на работу…

- Вот! – она остановилась и указала ручкой в сторону забора. – Видишь?!

- Что, Машенька? Теплицы? – уточнил у неё.

- Да! Нас туда водят помогать растениям! – с гордостью проговорила она.

- Ого! – искренне удивился я такой практике в элитном садике и снова присел на корточки, чтобы было удобнее общаться с малышкой. – И тебе нравится?

- Очень! – сразу же с восторгом ответила она. – И сегодня нас водили!

- Как интересно. И каким растениям вы там помогали?

- Помидоркам, огурчикам, сладкому перцу и укропу! – с гордостью ответила она. – Воспитатель нам сказала, что на следующей недели мы свой салат сможем сделать! Я так жду! – посмотрела на меня горящими глазами. – Мне выпало снимать помидорчик и сорвать укроп, а Миша будет собирать огурчик и перец!

- А Миша – это твой друг?

- Нет… – она сразу подалась немного поближе ко мне, но потом засмущалась и потупила взгляд, но продолжала игриво улыбаться.

- Это Миша тебе махал машинкой, да? – решил расспросить малышку, почувствовав, что она хочет рассказать, но стесняется.

- Да… Это мой жених… – зарумянившись, ответила она, рисуя носочком туфелька по дорожной плитке.

- О как? Так это же хорошо, Машенька! – подбодрил малышку, погладив по спинке. – Он же тебя не обижает?

- Нет, конечно! – она расхохоталась, а я быстро глянул на Миру, разговаривающую по телефону, но как раз в этот момент посмотревшую на нас с девочкой. Я ей улыбнулся и кивнул, а потом быстро вернулся к разговору с малышкой:

- Это хорошо, Машенька. Настоящий мужчина не должен обижать девочек.

- Да. – Кивнула мне малышка, а потом добавила. – А ты совсем не похож на козла…

Я слегка опешил от такой реплики, но всё же ответил с улыбкой:

- Спасибо большое.

- Нам показывали козликов… А мама как-то папе говорила, что рядом с Мирой нет нормальных мужчин, а только одни козлы…

Я тяжело вздохнул сразу по нескольким причинам, а эта малышка совсем не по-детски вглядывалась в мои глаза, слишком пристально и внимательно… В моей голове мелькала куча мыслей, а я понимал, что ни одна из них сейчас не подходит…

- Машенька, мне очень жаль… – проговорил осипшим голосом.

- Я знаю, что если сильно верить и хотеть, то это обязательно сбудется. Я так хотела, чтобы рядом с Мирой был нормальный мужчина. Я раньше с ней козлов не видела – она всегда сама за мной приезжала. А вот сегодня с тобой… И я так рада!

Я с горечью усмехнулся, но постарался тепло улыбаться этой замечательной девочке, хоть у самого внутри уже сердце сжималось.

- Спасибо большое, Машенька. – Прошептал ей, продолжая гладить по спинке.

Она подошла ещё на один шажок ближе ко мне и начала тихо рассказывать практически на ушко:

- Я хочу на Новый год загадать желание, чтобы папа к нам снова вернулся. – У меня в горле образовался ком, и я просто продолжал гладить Машеньку по спинке, стараясь спокойно дышать, чтобы не выдать своего волнения. – Дед Мороз хороший и исполняет желания у послушных деток. А я стараюсь слушаться и тоже быть хорошей.

- У тебя получается, Машенька. – Сделал глубокий вдох. – Но Дедушка Мороз не умеет людей возвращать… К сожалению…

- Мне мама сказала, что папа сейчас там, откуда вернуться уже не получится, но он всё равно меня любит…

Я тяжело вздохнул. Сердце продолжало рваться на части и мне очень хотелось хоть чем-то помочь, но вернуть ей папу я не смогу. Еле сдерживал себя, чтобы не сгрести эту кроху в объятия и подарить хотя бы частичку своего тепла.

- Машенька, тебе мама правду сказала. – С трудом выдавил из себя эти слова, чувствуя, насколько тяжело и этой замечательной малышке, и Мире после того ужасного события… Да и не только им, конечно…

- А можно к тебе на ручки? Пожалуйста… – робко спросила Машенька, словно угадав и моё желание тоже.

Аккуратно обнял её и со словом «конечно» подхватил малышку на руки, поднявшись в полный рост.

Она довольно засопела мне в шею и обняла, а я продолжал гладить её по спинке и легонечко поцеловал детское плечико.

Увидел, что к нам начала направляться обеспокоенная Мира, но я остановил её жестом и мы с ней без слов, обменявшись всего несколькими кивками, поняли друг друга…

А ведь когда я торопился в компанию, то даже и не представлял, какие сюрпризы мне готовит сегодняшний день.

- Теперь и мне наши теплички лучше видно… – прошептала Машенька, а я усмехнулся, прикрыв глаза от чувства горечи и какой-то болючей иронии.

- Хорошо, Машенька. Я очень рад. – Прочистив горло, произнёс я.

- Да. Хорошо быть таким высоким – сразу всё видно…

Я ещё раз усмехнулся:

- Не всё, Машенька. Не всё. – Продолжаю гладить её по спинке.

- А ты меня будешь ещё на ручках носить? – неожиданно спросила она, а потом добавила. – Когда будешь к Мире приезжать… Ты же ещё приедешь?

- Я постараюсь, Машенька. – Старался не сильно стискивать эту чудесную девочку в своих объятиях и ещё раз поцеловал её плечико.

- Нам пора? – уточнила малышка, тяжело вздохнув.

- Наверное, уже пора, Машенька. – Мне и самому не хотелось отпускать девочку, а особенно сейчас, но время шло неумолимо… – Машенька, если хочешь, то я тебя и до вашего с Мирой дома от парковки на ручках донесу. А если можно будет, то и до квартиры Миры…

- Хочу. – Тихо, но довольно ответила малышка, и я неспешно пошёл с ней к Мире и автомобилю.

Глава 6

Мира

Я не просто понимала, а буквально каждой клеточкой тела чувствовала, что сегодня какой-то важный и особенный день… Даже не так… Переломный день не только в моей жизни…

Интуиция обычно меня никогда не подводила. Просто я её, к сожалению, не всегда слушала… По разным причинам, конечно, но всё же… потерянную жизнь по моей вине уже не вернуть…

Но сейчас от этих ощущений у меня постоянно всё переворачивается внутри. С одной стороны, ОН так близко, но не позволяет себе лишнего, несмотря на вынужденный близкий контакт, а наоборот, хочет помочь… Даже не так… ОН просто берёт и помогает, ставя меня перед фактом… А для меня это так непривычно… но до щемящего сердца приятно чувствовать, что я сейчас не одна… Не сама против всех в этом огромном мире… Что ОН со мной…

Но вот, с другой стороны, заслуживает ли та, которая разрушила чужие жизни и растоптала чужое семейное счастье, хотя бы попытки на это самое счастье?.. Для меня ответ уж слишком очевиден… А когда ОН узнает, что я просто бесполезная кукла и всего лишь красивое украшение интерьера, неспособное подарить ему детей, то сразу же поймёт, что я не стою его хорошего отношения и любви…

Страшно… И больно… Но я просто обязана рассказать ему всё это сегодня, чтобы ОН не возлагал на мой счёт тех надежд, которые я не смогу оправдать…

*****

Но всё же, к моей огромной радости, Машенька восприняла хорошо и с энтузиазмом новость о том, что сегодня нас повезёт Андрей Викторович на своём огромном автомобиле. Кроме того, она поразительно быстро пошла с ним на контакт и даже захотела дружить и доверилась ему… пошла на ручки… А это лишь лишний раз доказывает то, что ОН – хороший человек и достоин хорошей спутницы жизни, а не такой, как я…

Детского автокресла в автомобиле Андрея Викторовича нет, поэтому он помог усадить мне Машеньку к себе на колени, и мы с ней вместе пристегнулись одним ремнём безопасности. А я заметила, как перед этим она поцеловала его в щеку, и так по-детски искренне поблагодарила за то, что он донёс её на руках до автомобиля, что моё сердце ещё раз сжалось…

Понимаю, что Машеньке очень не хватает папы, но ведь и Андрей Викторович ей его не заменит… Хотя… с Машенькой он уже поладил… Наверняка и с Сашей, братиком Машеньки, наладит контакт… А Лиза – молодая, очень умная и красивая, его ровесница… И совместные дети у них ещё обязательно появятся…

От всех этих мыслей у меня до боли сжалось сердце и начало пощипывать в глазах… Но, возможно же, что так они обретут своё счастье, а я хотя бы послужу в этом связующим звеном. Крепко и нежно обняла Машеньку и поцеловала в макушку между двумя хвостиками, стараясь настраивать себя на хорошее.

«В конце концов, нельзя быть эгоисткой… Машенька нуждается в полноценной семье, а я сама в своё время просто сбежала от своих родителей, а наладить отношения до сих пор не в состоянии… Да, семья – это действительно не моё…» – думала я, прижавшись губами к макушке Машеньки, и зажмурила глаза, чтобы постараться хоть так приглушить свою внутреннюю боль и не дать предательским слезам хлынуть в три ручья…

- Мира, а где ты нашла Андрея? – услышала сквозь пелену своих тяжёлых мыслей и почувствовала, как Машунькина головушка начала крутиться – это малышка так пыталась посмотреть на меня.

- Я тружусь в его компании. Он мой начальник.

- Ого! – с неподдельным восторгом произнесла Машенька. – Я не знала, что у тебя есть начальник! А как это? – она всё-таки вывернулась и посмотрела на меня снизу вверх широко распахнутыми, от удивления и одновременного ожидания ответа, глазищами. – Я думала, что у тебя только тренер есть… – всё же добавила малышка.

Мы с Андреем Викторовичем синхронно усмехнулись.

- Ну, хореограф или, как мы ещё называем, тренер у меня раньше была по танцам, Машенька. Сейчас я уже занимаюсь сама. А Андрей Викторович – это мой руководитель в компании, где я делаю всякие рекламки.

- А-а-а… Как будто понятно… – неопределённо ответила она и пожала плечиками, чем снова вызвала наши лёгкие синхронные смешки с Андреем Викторовичем. – Ты ему помогаешь? – всё же добавила она.

- Ну, я надеюсь, что всё же помогаю…

- Очень сильно помогает, Машенька. – С улыбкой произнёс Андрей Викторович, остановившись на светофоре и обернувшись к нам, а я почему-то немного смутилась.

- А правда же Мира самая лучшая?! – малышка решила воспользоваться возможностью поболтать с Андреем Викторовичем.

«Нет, Машенька…» и «Да! Правда, самая лучшая!» – мы произнесли с Андреем Викторовичем синхронно.

- Я так и знала! – радостно начала подпрыгивать на моих коленях малышка, чем вызвала искреннюю улыбку Андрея Викторовича. – Я тоже очень люблю Миру! – с восторгом добавила она, а я почувствовала, как широко распахнулись мои глаза и слегка приоткрылся ротик.

- И я тоже очень сильно люблю Миру… – посмотрел с улыбкой на Машеньку, а потом перевёл на меня свой взгляд, полный просто всепоглощающей нежности, от которого у меня перехватило дыхание и до невозможного захотелось прижаться к его груди и утонуть в его объятиях… Но я лишь сглотнула, немного крепче обхватив Машеньку, и попыталась спрятаться от своих ощущений, зарывшись носиком в её макушку.

- Правильно! – одобрила его реплику малышка. – Она такая хорошая и добрая…

- Вовсе нет… – отозвалась я, продолжая утыкаться в макушку Машеньки, пытаясь побороть очередную волну жара, накатившую на меня от таких реально-нереальных признаний Андрея Викторовича.

- Устами младенца глаголет истина… – улыбнувшись, сказал ОН и снова повернулся к дороге, поехав на «зелёный», а я же выдохнула в макушку Машеньки, чем вызвала её довольный детский смешок.

- Мира, а когда вы поженитесь с Андреем? – выбила у меня воздух из лёгких своим вопросом Машенька, а я глянула на зеркало заднего и вида и заметила, как заинтересованно ОН приподнял свою левую бровь, продолжая улыбаться.

- Машенька, мы же вместе работаем. А заводить отношения на работе запрещено! – на этом слове я зыркнула на отражение его глаз в зеркале заднего вида и заметила, как он удивлённо кивнул, приподняв обе брови, и ухмыльнулся.

- Законом запрещено? – переспросила малышка, пока Андрей Викторович старательно отмалчивался и широко улыбался, чтоб его!

- Ну, таким специальным рабочим уставом. – Попыталась уйти от ответа.

- Так делать нельзя? – никак не унималась Машенька.

- Нет, нельзя. – Постаралась спокойно ответить, хоть самой уже хотелось сквозь землю провалиться от этой ситуации и расспросов малышки при НЁМ.

- Это получается, что дядю Гену и тётю Риту теперь в тюрьму посадят? – малышка снова вывернулась и посмотрела на меня озадаченно.

- Почему же сразу в тюрьму? – не поняла я Машунькиной логики.

- Ну, они же тоже вместе работают. Тётя Рита тоже помогает дяде Гене. А они поженились… – посмотрела на меня широко распахнутыми глазищами. – А нам в садике говорили, что, если нарушать закон, то посадят в тюрьму!

Андрей Викторович прыснул со смеху, но продолжал молчать. Понятно, не к нему обращаются, можно и надо мной посмеяться!

- Нет, Машенька. В тюрьму их точно не посадят – не переживай. Просто так не принято – и это обычно осуждается самим руководителем и коллективом. – Снова зыркнула на ЕГО отражение и увидела, как он, в очередной раз, приподнял брови в удивлении и ухмыльнулся.

- Машенька, есть пары, которые вместе со школы или университета… – всё-таки начал говорить Андрей Викторович. – Они вырастают – и создают свои семьи. И никем это не осуждается. Но люди почему-то себе придумали, что надо обязательно осуждать тех, кто полюбил друг друга, работая вместе…

И вроде как, ОН всё это рассказывал Машеньке, но при этом периодически так проникновенно посматривал на меня в зеркало заднего вида, что моё сердце то замирало в груди, то пыталось выскочить из неё… Я чувствовала, как нервно покусывала уголок своей нижней губы, закрывала глаза, чтобы не смотреть на НЕГО, но они всё равно открывались – и искали отражение его глаз в зеркале заднего вида.

«Нельзя так явно показывать свои чувства», – твердил мне внутренний голос, а дыхание всё равно сбивалось при каждой его фразе…

- Андрей, но ты же не плохой руководитель – и женишься на Мире? – снова сделала какие-то странные выводы Машенька, на что я лишь выдала своё офигевшее «Уф!», сильно округлив глаза от удивления.

Андрей Викторович остановился на очередном светофоре и с приветливой улыбкой повернулся к нам:

- Машенька, я с удовольствием женюсь на Мире, когда она согласится. Пока мы на эту тему ещё не говорили. – ОН отвечал Машуньке, но при этом настолько проницательно и проникновенно смотрел на меня, что я постаралась как можно сильнее вжаться в кресло, чувствуя, как пылаю от смущения и радуюсь лишь тому, что за моей тоналкой не должно быть сильно видно, что я сейчас напоминаю варёного рака по цвету лица.

- Мира, – снова пришла моя очередь отдуваться перед Машенькой, и я с ужасом округлили глаза, на что получила задорную ухмылку Андрея Викторовича. – Соглашайся! Андрей хочет на тебе жениться! – радостно оповестила она, на что я попыталась отвернуться к окошку и заметила:

- «Зелёный»! Едем дальше!

- Машенька, мы с Мирой обязательно поговорим на эту тему, когда придёт время. Хорошо? – всё-таки сказал Андрей Викторович, а я поняла, что шумно выдохнула.

- Хорошо! – довольно согласилась малышка. – Только не забудь! – добавила, назидательно подняв указательный пальчик.

- Не забуду, Машенька! Обещаю. – Радостно сообщил ей, но искал при этом мои глаза в зеркале заднего вида…

Я честно старалась расслабиться, но у меня ничего не получалось. И я не знала: радоваться мне или нет тому, что мы уже подъезжаем к въезду в наш с Машенькой жилищный комплекс.

А далее я просто впала в какое-то странное состояние, попытавшись абстрагироваться от всего того, что произошло сегодня, и от этих странных разговоров в машине… Невозмутимо представила ЕГО, как друга, перед охраной. Старалась не замечать оценивающих взглядов на НЁМ консьержки, пока он держал Машеньку на руках по их договорённости с малышкой… И абсолютно машинально попросила подготовить для меня запись инцидента с Глебом.

Пока мы недолго ехали в лифте на мой третий этаж, Машенька так нежно и искренне прижималась к Андрею Викторовичу, что моё сердце разрывалось от боли за неё, а я всё настраивала себя, чтобы выдавить эти несколько слов, которые хотела, но никак не могла произнести.

Открыла ключами двери и замерла. Руки дрожали, но я глубоко вдохнула и, пока не успела передумать, протараторила:

- Андрей Викторович, проходите! Я вас хоть ужином накормлю… В знак благодарности… – повернулась и посмотрела в его удивлённые глаза, а потом заметила, как просияла Машенька, и шёпотом добавила. – За всё…

Глава 7

Андрей

Я видел много танцев в исполнении Миры – и во всех из них актёрское мастерство и вживание в роль, проживание происходящего на сцене всегда было на высочайшем уровне… Да и при общении с ней мне неоднократно приходилось наблюдать её великолепные актёрские способности…

Но вот сейчас… Было слишком хорошо заметно, что сегодняшнее общение ей даётся не просто… Что тема наших взаимоотношений её волнует, будоражит, заставляет смущаться…

Заметил её дрожащие руки, когда она предложила в знак благодарности накормить меня ужином… Конечно, это всё для неё огромный стресс – она не пускает чужих людей к себе в дом… Не хотелось и дальше испытывать нервы Миры на прочность, ведь ей и так сегодня не слабо досталось: машину самым наглым образом практически угнали, она сама застряла в ливнёвке, да и я откровенно не сдержал себя со своими признаниями, не подумав, что сейчас не самый лучший момент…

- Спасибо большое, Мира. Но я лучше поеду к себе. Ты всё-таки не пускаешь всех подряд в свой дом.

Мира шумно выдохнула, слегка закусила губу и молча толкнула вторые входные двери от себя. На несколько секунд мы просто провалились во взгляды друг друга, и даже Машенька притихла, завороженно наблюдая за нами.

- Вы не все подряд. Проходите. – Тихо, но уверенно произнесла она. Немного помешкала, но всё же первой вошла в прихожую. – Свет!

Я улыбнулся от того, как красиво окутало Миру мягкое свечение – наверное, если ангелы существуют, то выглядят именно так… Сделал глубокий вдох-выдох и зашёл с Машенькой на руках в уютную прихожую со стенами в песочных оттенках и мебелью коричневого цвета.

Пока немного огляделся, Мира уже успела достать из нижнего шкафчика и распаковать новые мужские тапочки с закрытыми носками тёмно-серого цвета и поставила их передо мной. В груди немного кольнуло от ревности, но я постарался не акцентировать на этом внимание.

- Я на всякий случай держу запас разных комнатных тапочек, – будто прочитав мои мысли, ответила она. Или же это всё по моему выражению лица было заметно? – Ко мне периодически приезжает брат, – продолжала объяснять она, – продукты привозит курьер и Соня с Егором тоже заходят… Ковровые покрытия я не люблю, обутыми у себя ходить тоже не разрешаю. Полы тёплые, но босиком шлёпать у меня тоже нельзя.

Посмотрел на слишком серьёзное личико Своей Малышки и дружелюбно ей улыбнулся:

- Спасибо большое, Мира! Твой дом – твои правила. Всё хорошо. – Одобрительно кивнул, широко улыбаясь, на что она выдала нервный смешок и присела на мягкую лавочку, чтобы переобуться. Но как бы она не старалась справиться с собой – её ручки продолжали подрагивать, а тело было напряжено.

«Всё-таки ей некомфортно», – подумал и, уже было, открыл рот, чтобы извиниться и всё же поехать к себе домой, как меня опередила Мира:

- Машунька, спускайся вниз. Или ты сегодня решила не заниматься?

Девочка моментально завозилась, чмокнула меня в щеку, проговорив «спасибо большое», и я её аккуратно поставил на пол.

- Занимаюсь! – радостно подпрыгнула она и полезла в шкафчик за своими меховыми розовыми тапочками, а потом потянула за ручку – и из этого же шкафчика выехала небольшая потайная мягкая табуреточка, сидушка и ножки которой до этого выглядели частью фасада. – Классно?! – восторженно переспросила Машенька, заметив мою реакцию, когда присела на неё и подняла на меня взгляд.

- Классно! – подтвердил с улыбкой.

- Это для меня. – Болтая ножками, заметила она. – Тебе на лавочку надо.

Я хохотнул:

- Я так и понял, Машенька.

- Это хорошо, что ты всё понимаешь. – Деловито заметила девочка, чем вызвала наши лёгкие смешки с Мирой.

Глянул на Своё Солнышко, а она поспешила обратиться к малышке:

- Машенька, переобувайтесь, идите мыть руки и веди Андрея Викторовича в кухню. Справишься?

- Конечно! – радостно ответила девочка и уточнила. – Я за главную?

- Да, Машенька. Ты за главную. – С улыбкой подтвердила Мира, кивнула нам и элегантной походкой в стильных тёмно-фиолетовых тапочках вышла из прихожей.

«Ладно. – Подумал я, проводив её взглядом. – Сбежала, так сбежала. Пусть пока хоть немного выдохнет – ей это нужно».

- Машенька, давай я тебе помогу переобуться? – присел перед малышкой на корточки и потянулся к ступне, как она запротестовала:

- Нет, не надо! В моём возрасте уже стыдно быть такой несамостоятельной. – Последнее слово она растянула и проговорила более медленно.

- Это тебя Мира таким словам научила? – усмехнувшись, переспросил у малышки.

- Конечно! – с гордостью «заложила» свою учительницу девочка. – Такое надо уметь самой – я же не хочу, чтобы со мной везде няньки ходили! – пропыхтев, сняла обе туфельки и всунула ножки в свои миленькие тапочки. А я даже сам не заметил, как залюбовался этими простыми и обыденными действиями ребёнка, но настолько непривычными и чудесными для меня. – А ты кого ждешь? – вернула меня в реальность малышка.

Я усмехнулся:

- Сейчас, Машенька! – присел на лавочку и переобулся.

- Молодец! – искренне похвалила меня малышка, чем вызвала мой очередной добродушный смешок.

- Спасибо большое, Машенька! Пошли мыть ручки?

- Идём! – деловито взяла меня за руку и повела в ванную комнату.

Мы остановились у двери.

- Андрей, сейчас будет так красиво… – предвкушая мою реакцию, проговорила малышка, а я просто наслаждался её удивительным детским голоском и искренними эмоциями, отсутствием лицемерия, уже так прочно вошедшего во взрослую жизнь… И снова подвис, размечтавшись… – Ты готов?! – вновь выдернула меня из мыслей девочка, на что я искренне хохотнул.

- Машенька, я раньше видел ванные комнаты. Конечно, готов! – легонечко посмеялся я.

- Тогда пошли! – радостно прозвучал её голосок, а я опустил вниз обычную хромированную ручку и дёрнул на себя деревянные коричневые двери. – Свет! – ответственно и с гордостью проговорила Машенька, а я даже ахнул от такой красоты и неожиданности. – А я тебе говорила! – со знанием дела ответила Машенька.

Девочка гордо вздёрнула носик и потопала в своих пушистых тапочках по плитке, имитирующей светлый пляжный песок, к большой голубой ванне-джакузи, стилизованной под природный бассейн, постепенно переходящий в безбрежный океан справа на стене.

«Я как в другой мир через портал прошёл, а не в ванной комнате оказался, – с восторгом и в полном офигении одновременно думал я. – И эта Врединка ещё не хочет делать кадры для рекламы брата здесь? Да лучше локации и придумать нельзя!»

В очередной раз поражался восхитительной фантазии Миры и великолепной работе мастеров, пока, будто завороженный, рассматривал душевую кабину и раковину со столешницей, имитирующие водопады… Душевая-водопад расположилась у противоположной от двери стены и «впадала» в «океан», а раковина-водопад находилась слева у стены и переходила в «ручеёк», «пробегающий» вдоль стен к тому же «океану»… Между этими «водопадами» очень красиво «разрастались» пальмы и другая пляжная растительность… Глянул на потолок – безоблачное ярко-голубое небо со светильником-солнцем в зените, и ещё раз выдохнул с восхищением…

«Это её маленький райский уголок – место для отдыха и перезарядки…» – подумал я, а Машенька уже придвигала ножкой к раковине небольшой «камешек-ступеньку», который, как я уже понял, здесь был специально для того, чтобы малышка могла с комфортом вымыть ручки, но при этом очень гармонично вписывался в этот чудесный интерьер.

- Смотри! Ручки надо просто подставить сюда, – в верхушку «водопада» умывальника оказался вмонтирован специальный сенсор – и на ручки малышки полилась вода, оживляя всю эту необычную красоту – а потом сюда, – она передвинула ручки влево – и получила дозу жидкого мыла без запаха.

Малышка старательно вымыла руки, а потом протянула ручку к красивому тропическому цветку малинового цвета, который «рос» на стене справа от умывальника-водопада, и потайной шкафчик открылся, а из него выехало белое пушистое полотенце на специальном крючке. Машенька вытерла ручки и с восторгом проговорила:

- А теперь твоя очередь! – хохотнула она, слезая с «камешка-ступеньки» и передвигая его на место. – Справишься?!

- Конечно, Машенька! – довольно произнёс и признался себе, что даже обычное мытьё рук здесь выглядит как какое-то необычное приключение, оставляя после себя не только чистые руки, но и радостные мысли.

- Здесь ещё и другие потайные шкафчики есть. Но по чужим вещам лазить нельзя, поэтому я тебе не покажу их. – Одновременно и с ответственностью, и с сожалением проговорила малышка, а я по-доброму усмехнулся ей и взял за руку.

- Тогда пошли на кухню, Машенька!

- Пошли! Понравилось, да? – переспросила малышка, смотря на меня своими огромными глазищами снизу вверх и улыбаясь, от чего её хорошенькие щёчки стали ещё круглее.

- Очень понравилось, Машенька! – весело ответил ей. – Спасибо большое за экскурсию!

- А-а-а… Я знаю это слово… Только повторить ещё не могу… – с сожалением и радостью одновременно проговорила малышка, чем удивила меня.

- Хочешь, поучим тебя его произносить по слогам? – добродушно ей улыбнулся.

- Ты сейчас будешь кушать, а я заниматься…

- Если хочешь, мы найдём возможность.

- Хочу. Я же расту и мне надо умнеть! – серьёзно проговорила девочка, чем вызвала мою очередную улыбку умиления.

- Ты очень умная девочка, Машенька. – Абсолютно заслуженно похвалил малышку, на что она по-детски хохотнула и очень мило засмущалась.

- Мы уже пришли! – сообщила она Мире, когда мы зашли на огромную кухню со стенами красивого нежно-зелёного цвета и коричневой мебелью. Но долго рассматривать интерьер я не стал, ведь мой взгляд приковала Мира в жёлтом переднике, мастерски дорезающая зелень на салат.

- Андрей Викторович, – подняла на меня свой взгляд и вывела из ступора. – Микрозелень будете?

- Конечно! – ответила за меня Машенька. – Бери зелёный горошек и пшеницу – они самые вкусные! Я помогу сорвать! – и она пулей выскочила на лоджию.

- Тогда буду. – Подтвердил я, а мы с Мирой вместе усмехнулись.

- Если не нравится, то не страшно. – Посмотрела на меня, слегка закусив уголок губки.

- Нет, всё нравится. Спасибо большое, Мира. – Подошёл к ней поближе и еле себя сдерживал, чтобы не обнять и не поцеловать хотя бы в нежную щёчку.

«Надо было ехать домой…» – шумно выдохнув, подумал я и попытался сконцентрировать свой взгляд на салатнице, в которой уже были нарезаны помидоры, огурцы, сладкий перец и зелень.

- Сливки, сметана или оливковое масло? – уточнила Мира, присаливая салат. – Но есть ещё и кунжутное, кукурузное, льняное и…

- Со сметаной, пожалуйста. – Прервал её перечисление всевозможных масел и улыбнулся своей Хозяюшке.

Мира коротко кивнула и открыла одну из дверок холодильника. Взяла сметану и достала прикольный оранжевый казаночек, разрисованный, как подмигивающая и весело улыбающаяся тыква на Хэллоуин. Поспешил к ней и перехватил казаночек, чем сбил наши дыхания, но заглянуть в её глаза так и не успел, ведь на кухню с букетиком из микрозелени уже забежала Машенька, радостно всех оповещая:

- У нас сегодня самый вкусный пловчик в моём любимом казаночке! Вот! – она протягивала букетик Мире.

- Спасибо большое, Машунька. – Мира взяла «добычу» девочки и принялась её мыть, а малышка мне тем временем решила рассказать историю этого самого казаночка:

- Мира его купила такого же цвета – он был очень красивый и яркий. Радовал даже просто так! А потом она его решила разрисовать для меня, ведь он очень похож на тыковку. Правда? – малышка заглянула мне в глаза, ища подтверждения.

- Очень похож, Машенька! – кивнул с улыбкой в знак полного согласия с ней.

- Если плов не хочется, то есть ещё запечённая рыба.

- Спасибо большое, Мира. Я буду самый вкусный пловчик из любимого казаночка Машеньки! – задорно проговорил, чем рассмешил малышку и вызвал улыбку на лице Своего Солнышка.

- Но он детский. – Она пожала плечиками с улыбкой. – В нём индюшиное филе и минимум специй…

- С удовольствием попробую – никогда ещё не ел плов с индюшатиной! – я всё-таки не выдержал – и легонечко погладил тыльную сторону её ладони, в которой она уже держала тарелочку с микрозеленью, а потом просто аккуратно перехватил её у Миры.

И снова наши дыхания сбиваются, но Мира быстро делает несколько шагов в строну и тянется в шкафчик за тарелкой.

- Мира, давай я помогу?

- Нет! Пожалуйста. Сейчас я лучше сама.

Шумно выдохнул, но не стал ближе подходить к ней, всё же боясь передавить на Свою Малышку, хоть держать себя в руках, находясь так близко с НЕЙ, тяжело до одурения…

«Мира, Мира, Мира…» – шептал мой внутренний голос, пока Мира накладывала плов в тарелку.

- Столько? – уточнила она, а я понял, что достаточно было ещё несколько ложек назад…

- Да. Спасибо большое. – Кивнул ей с благодарной улыбкой, но решил, что не стану просить отложить, а съем всё, ведь не хочется её расстраивать.

«Вот так и теряют форму, как Роман…» – съязвил мой внутренний голос, а я отмахнулся от него тем, что потом мы с Мирой обо всём обязательно договоримся.

Она поставила тарелку в микроволновку и обратилась ко мне, нажимая на дверцу верхнего шкафчика:

- Андрей Викторович, – теперь она указала на один из лоточков со специями, когда дверца шкафчика поднялась вверх и он осветился изнутри. – Здесь перцы и их смеси. Это если всё же не хватает вкуса. Нужно просто нажать на лоток – и он выедет. – Она показала, как это делается, но я удивился не этой пневматической системе, а тому, сколько у Миры этих самых пряностей – специализированные магазины обзавидуются!

- Да, я очень люблю приправы. – Подтвердила мои мысли, кивнув, наверное, снова прочитав всё по моему лицу. – Они помогают добавить оттенков в одни и те же продукты, обыграть их по-разному и тем самым приготовить, казалось бы, одно и то же блюдо, но уже с другими вкусами и акцентами.

- Я согласен. – Улыбнулся и кивнул, стараясь не радоваться раньше времени, ведь Мира пока ещё даже не моя девушка…

- Сюда хорошо подойдёт «Карри». Если всё-таки решите. Стоит вот здесь. – Она указала на соседний лоточек и подошла к микроволновке, оповестившей о том, что блюдо уже разогрето.

- Спасибо большое, Мира.

- Не за что. – Коротко ответила она, доставая тарелку. – Машунька, подготовь, пожалуйста, приборы. – Попросила она малышку – и девочка в припрыжку подбежала к ящичку и уже вовсю хозяйничала. Улыбнулся, глядя на ещё одну, пока ещё подрастающую, хозяюшку.

- Мира, я и сам могу…

- Вы – гость. – Быстро прервала меня девушка и поманила к холодильнику. Открыла дверцу и показала несколько разновидностей сока и минеральных вод. – Выбирайте, что нравится. Ещё можно сделать чай, если хотите.

- Нет, Мира. Спасибо большое. Я потом налью себе сок.

- Хорошо. – Она кивнула. – А вот здесь стоят десерты: творожно-овсяный пудинг и «Бланманже» (трёхслойное французское желе на основе сливок и миндальной муки с добавлением в два другие слоя клубники и какао – прим. автора).

- Бери и то, и то! – посоветовала сзади Машенька. – Оба – пальчики оближешь! – причмокнула она.

- Только есть надо ложечкой! – развернулась к ней Мира и наигранно нахмурилась с улыбкой.

- Спасибо большое, Мира. Я потом решу. – На несколько мгновений снова залип на НЕЙ, но почувствовал, как меня за руку начали дёргать. Опустил голову и увидел Машеньку, которая манила к себе ручками. Присел на корточки перед малышкой, а она ловко обхватила меня за шею и на ушко прошептала:

- Пока Мира не видит – пудинг можно поесть руками – так вкуснее!

Мы с Мирой засмеялись.

- Машенька, я всё услышала. Ай-йай-йай… Ты же приличная девочка. – Ласково пожурила её Мира.

- Так всё равно вкуснее! – исподлобья, но с улыбкой ответила малышка.

- Хорошо. Я всё понял. – Подмигнул девочке, улыбаясь.

- Уже интриги плетёте против меня? – она наигранно закатила глазки и покачала головой, широко улыбаясь нам с Машенькой.

- Мира, а можно я Андрею сейчас быстро покажу стразики и камушки в твоей мастерской – они такие красивые! И у меня такие тоже скоро будут на костюмах!

- Ладно! Машунька, только не забывай про тренировку – время идёт! Еда стынет! Так что две минуты показываешь – и быстро переодеваться! – с улыбкой произнесла Мира, а Машенька взяла меня за руку.

- Хорошо, Мира! Андрей, быстро бежим! – попрыгала козочкой малышка, ведя меня за собой, а я еле сдержал свой смех, быстро шагая за ней. Через плечо оглянулся на Миру, которая поправляла сервировку, и именно сейчас в полной мере начал осознавать, что Мира разрешила Машеньке показать мне одну из главных частей своей жизни – свою мастерскую… И тут моё сердце снова сошло с ума…

Глава 8

Андрей

- Сюда! – оповестила запыхавшаяся Машенька, и мы остановились возле ещё одной двери, точно такой же, как и остальные в квартире Миры.

Почувствовал, как пересохло в горле, а сердце, до этого вырывающееся из груди, просто замерло… Шумно сглотнул и на несколько секунд прикрыл глаза, взявшись за ручку. Опускаю ручку, открываю глаза и медленно открываю дверь.

- Свет! – снова уверенно помогает Машенька.

Всего несколько минут… Как же этого мало для того, чтобы увидеть ЕЁ… То, чем живёт и что любит… Над чем просиживает ночи…

Пока Машенька меня вела вприпрыжку к одному из рабочих мест Мирославы, пытался максимально выхватить глазом все детали, ведь её мастерская объединяла в себе сразу две зоны.

Правая и центральная части комнаты были отведены для пошива и украшения костюмов для танцев: справа у стены стоял огромный шкаф с кучей всевозможных ящичков для хранения тканей, фурнитуры и швейных принадлежностей. А возле большого окна напротив входной двери стояло несколько столов: один – письменный, с выдвижными ящичками с двух сторон, а второй – стол-трансформер, на котором сейчас стояли профессиональные швейная машинка и оверлок. Рядом стоял отпариватель. Также невозможно было не заметить манекен, находящийся между этими двумя столами.

В левой же части комнаты расположилась её дизайнерская рабочая зона, укомплектованная большим столом с несколькими выдвижными ящичками, на котором размещался приличных размеров монитор от стационарного компьютера, ноутбук с большим экраном, несколько графических планшетов и, судя по всему, стопочка фотографий. Также я успел заметить мощную графическую станцию и стильный деревянный стеллаж с дисковыми накопителями.

- Красота! – с восторгом произнесла Машенька, остановившись возле современного портновского манекена телесного цвета, на который был надет лиф тёмно-синего цвета и красивая струящаяся атласная юбка-солнце с разрезом на правую ножку такого же цвета. По этой юбке сверху вниз, будто ссыпались мелкие радужные стразики разных размеров, постепенно увеличивая свою плотность к низу подола…

- Словно звёздочки сверкают… – полушёпотом проговорил я.

- Это для нового танца «Ночь», – мечтательно проинформировала меня малышка.

- Очень красиво и завораживающе, – на выдохе произнёс я, – и это несмотря на то, что костюм ещё не готов…

- Да, Мира умеет красиво шить и украшать. – Со знанием дела проговорила малышка и добавила. – Пошли!

Несколько шагов – и я уже не могу отвести взгляд от шикарных украшений на руку, переблёскивающих всеми цветами радуги. Замысловатые вензельки сочетались в удивительный узор, а количество страз на них меня повергало в шок.

«Это сколько же сил и времени на всё это надо потратить?» – мысленно задал себе вопрос, переведя взгляд с готового украшения на такое же для второй руки, но пока ещё не завершённое. Стразы разных размеров и камни лежали в специальных небольших треугольных лоточках, подставленных впритык друг к другу, а рядом лежало несколько пинцетов с загнутыми вверх кончиками и портновский меловый карандаш. Знаю, что это такое, потому что моя сестрёнка такими тоже пользуется.

«Всё-таки они нашли бы много общего с Кирюшей», – подумал я и услышал детский голосок:

- Правда же, очень красиво?!

Машенька уже успела забраться на кресло у стола и сидела на нём на коленях, облокотившись ручками о стол. А я за своими мыслями даже не заметил этого…

«Хорошо, что хоть она не упала», – подумал я, а вслух произнёс:

- Да, Машенька. Очень красиво! – кивнул ей с улыбкой, когда она подняла на меня свои шикарные глазища.

«Придётся Мише пачками отбивать от тебя ухажёров, Машенька, когда подрастёшь. – С улыбкой подумал я, продолжая наблюдать, как она гладит камешки и стразики на готовом украшении. – Всё-таки вовремя твой жених подсуетился».

- А мне Мира тоже похожие делает… – мечтательно проговорила малышка. – Уже сил нет ждать, но я всё равно жду… Зрелые личности терпеливые… – с мудростью и вздохом добавила эта кроха, явно повторив чьи-то слова и, возможно, что и интонацию тоже.

Я тихонечко хохотнул и, услышав лёгкий смешок Миры за спиной, развернулся вполоборота.

- Это правда, Машенька. И ещё трудолюбивые. – С улыбкой проговорила она.

- Твоя школа? – обратился к Своему Солнышку, на что она пожала плечиками и игриво приподняла бровки в мнимом недоумении, а я не мог оторвать взгляда от НЕЁ. Мира уже успела переодеться и сейчас уверенно и элегантно подходила к нам в тренировочном костюме фиолетового цвета, состоящего из лосин и приталенной спортивной кофты, застёгнутой на молнию. Причёску из кос она уже распустила, но завязала свои слегка вьющиеся волосы в низкий хвост на узел.

- Мира, разве можно так с волосами? – продолжал смотреть как завороженный на сияющие здоровым блеском волосы.

- Можно. Они легко развяжутся. – С улыбкой ответила она, а потом перевела свой взгляд на Машеньку. – Это кто тут у нас уже через силу ждёт и терпит? – поддразнила она свою ученицу и погладила по голове.

- Я всё равно дождусь… – со вздохом ответила малышка.

Мира открыла верхний выдвижной ящичек и достала из него большую бархатную прямоугольную коробочку розового цвета.

- Уже дождалась. – Она подмигнула девочке с улыбкой и протянула ей коробочку.

Сейчас Машенька явно не верила своему счастью, потому что смотрела огромными глазами на Миру, приоткрыла ротик, а ручками схватилась за щёчки.

- Машунька, бери быстрее – это тебе! – с искренней улыбкой к ней обращалась Мира, – трудилась, старалась и абсолютно честно заслужила!

- Ах! – всплеснула ручками малышка и потянулась за коробочкой. – Спасибо большое-пребольшое! – искренне поблагодарила малышка и очень аккуратно взяла её, положила на стол и погладила.

- Не за что, Машунька! Открывай!

- А как? – подняла восторженный взгляд на Миру.

- Жми на эту кнопочку. – Показала ей Мира, а я уже сам затаил дыхание вместе с Машенькой в предвкушении этого чудесного момента.

Послышался лёгкий щелчок и крышечка коробочки начала медленно подниматься вверх, а нашему взору сантиметр за сантиметром открывалось это блестящее чудо для малышки.

- Мама дорогая, я щас упаду! – снова высказала свою реакцию чьей-то позаимствованной фразой Машенька, а мы с Мирой не смогли сдержать своего искреннего и радостного смеха.

Посмотрел на Миру, вопросительно приподняв левую бровь.

- Нет, это уже не моя школа… – посмеиваясь, ответила Мира.

- Так тётя Люся говорит! – довольно хохоча, объяснила девочка.

- Хорошо, Машенька. Тогда иди переодевайся и будем примерять украшения.

- Хорошо! Спаси-и-ибо! – как-то быстро перекрутилась и съехала с кресла малышка, что я еле успел её подстраховать.

- Не надо. – Спокойно остановила меня Мира. – Машунька совсем не беспомощная девочка…

- А очень даже самостоятельная. – Продолжил за Мирой и ухмыльнулся.

- Да! – отозвалась Машенька, выбегая из комнаты.

- Это я уже заметил. – Улыбнулся и сделал шаг к Мире, подавляя в себе нереальное желание сейчас же сгрести её в свои объятия и расцеловать просто за то, какая она на самом деле замечательная, искренняя, настоящая и бескорыстная… – Спасибо, что разрешила посмотреть твою мастерскую, Мира. Здесь очень красиво, уютно и творческая атмосфера…

Вместо ответа она опустила взгляд, слегка прикусив губку, и пожала плечиками.

- Украшения очень красивые… И не только… Похоже, что костюм будет волшебным…

- Ну, для этого ещё надо постараться… – не поднимая взгляда, ответила она.

- Я верю, что у тебя всё обязательно получится.

В этот раз вместо ответа Мира просто хмыкнула, а я решил немного сменить тему, ведь уже очень скоро вернётся Машенька – и они пойдут в зал.

- А здесь хранятся все твои проекты? – я сделал несколько шагов и подошёл к стеллажу с дисковыми накопителями, на которых были сделаны надписи.

- Здесь «да» – всё, что успела сделать после переезда, плюс художественная и дизайнерская литература, и ещё записи курсов, которые проходила помимо обучения… Ну, и некоторые полезные лекции из универа я тоже сюда сохранила… – похоже, что Мира это всё выдала неожиданно даже для себя, ведь я заметил, как она впилась ноготками себе в ладони, а её глаза в этот момент выражали недоумение.

- Ого! – искренне удивился такой скрупулёзности.

- Это точно… – с нотками иронии в голосе произнесла она.

- А здесь – танцы? – постарался сделать вид, что не заметил её укора собственной же разговорчивости, и в то же время мне очень хотелось поддержать её и не прерывать наше общение. Да и нет смысла скрывать от себя, что мне до ломоты в теле хочется разузнать о ней как можно больше всего, но в то же время постараться не быть слишком навязчивым. Не уверен, что у меня это получается, потому что чувствую в себе именно то, что называется «дорвался»…

- Здесь видео и фото с конкурсов, промо-ролики и просто мои и наши совместные с девчонками клипы, фотки и видео с тренировок и мастер-классы – мои и тех, у кого я училась. – Всё же с лёгкой улыбкой ответила Мира и снова немного смутилась.

- Понятно. – Улыбнулся ей в ответ, довольный тем, что всё же не «закрылась».

- Да… по сути здесь вся я… – тихо и немного запинаясь, призналась Мира и хватанула воздух ртом, будто очнувшись и пожалев, что сказала что-то лишнее.

- Я думаю, что не совсем здесь, Мира… Здесь результаты того, какая ты… Ты уникальная, а твоя квартира и твои интересы передают это. – Едва коснулся её левого предплечья и аккуратно провёл до самой ладони, почувствовав контраст от перехода с прохладной ткани на тёплую бархатистую кожу… Нежно погладил, стараясь заметить и впитать в себя все её реакции, её трепет. Да у меня самого внутри всё каждый раз переворачивается в моменты наших таких невинных единений – никто ещё не вызывал во мне подобных чувств и эмоций.

Мира молчала, не поднимая вверх глаз, а я всё же снова не смог сдержать себя и поднёс её ручку к своим губам – нежно целую тыльную сторону ладони, а потом каждый пальчик по очереди. Её ручка немного похолодела и слегка подрагивала, дыхание сбивалось и она периодически робко поглядывала на меня, но потом снова быстро опускала свой взгляд. Свою ручку она не забирала – и я решил сделать ещё один шаг к «нам»… Коснулся губами холодной полоски металла на её мизинчике – это колечко-мотиватор Миры:

- Солнышко Моё Хорошее, – прошептал я. – Ты же можешь больше… Тогда попробуй себе позволить больше… Я люблю тебя и не обижу…

- А вот и я! – в мастерскую снова залетел ураганчик по имени «Машенька», а Мира всё же забрала свою ручку и направилась к малышке.

Я шумно выдохнул, но всё равно улыбнулся Машеньке и её детской непосредственности.

Девочка уже успела переодеться в малиновые лосины и топик. Её миленькие хвостики немного растрепались и съехали, но всё равно очень прикольно подпрыгивали во время того, как она бежала к Мире вприпрыжку.

Я тоже решил подойти к ним, ведь не хотел пропустить момент одевания великолепных и изящных украшений на детские мягусенькие и ещё слегка пухленькие ручки.

Машенькины глазки светились от восторга и девочка, практически не моргая, следила за тем, как Мира берёт одно украшение и одевает ей на ручку, а затем и другое.

- Ух ты! – радостно заскакала малышка. – Какая же это красотища!

- Да, Машенька, невероятная красотища, которая тебе очень идёт. – Подтвердил я и погладил её по голове.

Малышка довольно засмеялась:

- Мира, спасибо большое-пребольшое! – она обняла Миру, которая успела присесть на корточки и поцеловала её в щёчку.

- Не за что, Машунька. Тем более, ты уже благодарила. – Мира с улыбкой обнимала малышку и гладила по спинке, целуя и её щёчку. – Но нам уже давно пора заниматься.

- Я буду очень стараться. Очень! – искренне пообещала малышка.

- Тогда пошли! – с улыбкой кивнула ей Мира.

- Хорошо. – Девочка кивнула ей в ответ, а потом повернулась ко мне. – Андрей, а ты поможешь мне распустить хвостики? – похоже, что её просьба стала неожиданностью не только для меня, но и для Миры тоже. Но Машенька, скорее всего, не оценила ни моих огромных глаз, ни огромных глаз Миры, поэтому с тем же восторгом продолжила. – Они мне очень нравятся, но сейчас мы будем работать волосами.

- Конечно, – отмер я и сделал несколько шагов к малышке, радуясь такому доверию. Аккуратно снял две резиночки, расправил мягкие волосики и уточнил, немного наклонившись к ней. – Машенька, не больно?

- Ни капельки! – покачала головой. – Ты очень хорошо справился! – снова искренне похвалила меня малышка, чем вызвала мой лёгкий смешок.

- Спасибо большое, Машенька.

- Андрей, а ты придёшь к нам на занятие?

Я перевёл взгляд с радостной малышки на ошарашенную Миру.

- Машенька, если Мира разрешит…

Девушка глубоко вдохнула, посмотрела на умоляющее выражение личика малышки и уверенно произнесла:

- Это занятие Машуньки. Ей будет полезно привыкать танцевать при зрителях… Поэтому можете прийти, когда поужинаете… – Мира взяла девочку за руку и повела за собой, повергнув меня в полушоковое состояние так уж точно.

- Андрей! – обернулась на меня Машенька, продолжая идти вприпрыжку с Мирой. – А после занятия я тебе ещё что-то интересное покажу… Если Мира разрешит, конечно!

- Хорошо, Машенька. Спасибо большое. – Ответил малышке и провёл их взглядом с Мирой. Девочка помахала мне ручкой, продолжая улыбаться, а Мира так и не обернулась.

«Наверное, она тоже сама с себя сейчас в шоке», – подумал я, присев в кресло Мирославы. Растёр лицо руками и попытался успокоиться, чтобы всё же решить для себя, как мне лучше поступить…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Мне очень приятно :)

Также хочу выразить свою благодарность тем, кто подписался на меня и поставил «Звёздочки» истории, и, конечно же, тем, кто поддерживает своими комментариями – всё это невероятно важно для меня и помогает писать дальше :)

Понимаю, что проды сейчас выходят не так часто, как вам и мне бы этого хотелось, но для меня очень важно прописать качественно некоторые моменты, чтобы не смазать их, потеряв чувства и эмоции героев в погоне за скоростью повествования… Это моя первая история и «строчить» у меня ещё не получается – нет опыта, а хочется сделать хорошо… Ну и короткие главки, но почаще я тоже давать не хочу – самой приятнее читать, когда есть хоть какое-то логическое завершение эпизода :) Знаю принципы работы сайта и понимаю, что с таким подходом теряю в количестве прочтений и рейтинге, но надеюсь, что мои Читатели это всё же ценят…

Поэтому сразу прошу прощения за то, что так долго, но я всё же очень хочу написать именно роман, а не перечисление событий. Постараюсь прописать так, чтобы через проду герои поговорили уже серьёзно и без надзора маленькой сводницы;) А сейчас хочу показать вам, как же выглядят эти самые радужные стразики, которые так и называются – rainbow (радуга – перевод с англ.)

Долго думала, стоит ли это делать – и всё-таки решила выложить несколько фотографий одного из украшений на руку, которое делала для своей дочери. Так выглядят эти стразики при различном освещении.

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия и только хороших событий в жизни :) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :)

Глава 9

Андрей

Безусловно, я очень хочу пойти на занятие Миры с Машенькой – такая возможность уникальна и нет гарантии, что ещё когда-то повторится. И, конечно же, мне просто нереально хочется попасть в зал Миры, ведь там её особенный мир… И все её награды тоже там, да и в свой зал она практически никого не пускает. Не уверен, что там кто-то, помимо её самой, Сони, Эли, Машеньки и её брата, вообще был… А сейчас она разрешила мне туда прийти…

Казалось бы – беги и даже не сомневайся!

Я тяжело вздыхаю и послабляю галстук. Эмоции плещут через край, а тело уже просто пылает, но надо сохранять рассудок.

Очевидно, что Мира сегодня делает огромные шаги, разрешив ей помочь и вообще пустив к себе в дом. Но также очевидно и то, что она всё это делает благодаря Машеньке, вернее – она не может отказать этой малышке, а девочка по своей наивности так стремительно рушит рамки и барьеры, старательно возведённые Мирой…

Кладу Машенькины резиночки на стол.

Да, Машенька хочет, чтобы я пришёл к ней на занятие, и Мира даже разрешила. Я снова тяжело вздыхаю, откинувшись на спинку кресла, и прикрываю глаза. Сразу же вижу ошарашенное выражение личика Миры и очередной тяжёлый вздох вырывается сам собой… ОНА ещё не готова к этому… Но не хочется и Машеньку тоже расстраивать…

Ладно, сейчас пойду ужинать, а то плов совсем застынет, а потом приму окончательное решение…

Открываю глаза, встаю с комфортного кресла и оглядываюсь ещё раз – очень гармоничное сочетание двух, казалось бы, не совсем похожих рабочих зон, но здесь абсолютно ничего не выглядит чужеродным.

Отметил для себя, что мебель в прихожей, кухне и мастерской Миры выполнена в едином коричневом цвете и стиле. Без сомнений, делалась под заказ, и я подозреваю, что и в остальных комнатах тоже должно быть нечто похожее. Потолки в тех комнатах и коридорах, где я был, кроме ванной комнаты, были нежного цвета айвори. Кире очень нравится этот цвет в одежде, поэтому я его знаю.

Также интересно, что в кухне и мастерской Миры стены имеют одинаковый нежно-зелёный цвет. Знаю, что он улучшает работоспособность. Хотя я думал, что в её мастерской стены будут какого-то из оттенков фиолетового. Ещё раз внимательно оглядел стол – и увидел красивую природную друзу (друзы – скопление мелких кристаллов; кристаллические сростки или кластеры – прим. автора) кристаллов аметиста в самом конце стола, которую я попросту не заметил за ослепительно сияющими кристаллами и камнями «Сваровски».

Улыбнулся и решил пройтись к столу для компьютерного дизайна и улыбнулся ещё шире, обнаружив уже другую природную друзу, но так же из кристаллов аметиста. Эта естественная красота «пряталась» возле большого монитора, поэтому я её тоже сразу не заметил.

Уже хотел разворачиваться и уходить, но мой взгляд всё же зацепился за стопочку фотографий формата А3. Да, их трудно было не заметить, особенно когда на самой верхней из них невероятно мило и нежно улыбается Моя Хорошая Девочка…

Шумно выдыхаю… Чужие вещи без разрешения трогать нельзя – это даже Машенька знает… Но как же хочется посмотреть эти фотографии…

Ещё раз шумно выдыхаю – это просто что-то нереальное, какая-то магия, наваждение… и я одёргиваю свои руки раз за разом, чтобы не взять эти фотографии.

Присаживаюсь уже на другое кресло Миры и начинаю себя чувствовать, как героиня из детской сказки «Три медведя», которая успела пересидеть на всех стульях в доме… Надеюсь, хоть ничего не сломаю…

Присмотрелся… Мира стояла среди цветущих весенних деревьев, очень напоминающих персики, а на заднем плане виднелась река. И всё это в ясную солнечную погоду без единой тучки на небе. Невероятно красиво и завораживающе: она в нежном струящемся лиловом платье в пол с закрытой шеей и длинными обтягивающими рукавами, волосы снова собраны в причёску, но сейчас выправлено несколько, слегка завитых, локонов, очень выгодно обрамляя её личико, а вокруг множество розовых и малиновых цветочков на деревьях, под ногами сочная свежая зелёная травка с вкраплениями крокусов, лютиков и фиалок… Чаровница, милая цветочная фея или просто моё персональное Чудо – мне это не важно… А важно лишь то, как ОНА прекрасно и гармонично вписывается в природу, в живые цветы и деревья, как «срастается» со всем этим…

Буквально Душой почувствовал, что ей всего этого очень не хватает и захотелось отвезти Своё Солнышко на природу, на красивую цветущую поляну у реки – и я обязательно это сделаю, когда мы с ней вернёмся из холодной Норвегии, ведь сейчас я даже вспомнил одно уютное местечко из детства, куда мы часто приезжали с родителями и Кирюшей…

Погрузившись в свои мысли, не заметил, как начал гладить фотографию Миры, от чего стопочка разъехалась, показывая мне и часть других снимков… Наверное, надо было выругаться, но я почему-то был рад такой возможности и решил воспринять это как знак свыше… В конце концов, Мира могла их спрятать, когда была здесь, если бы их нельзя было смотреть…

Конечно, я помню состояние Миры и понимаю, что это, скорее всего, не так, но снимки сложить на место всё же нужно, а с закрытыми глазами у меня это сделать не получится…

Так я усыпил свою совесть, ведь не желаю Мире зла и не хочу причинить вреда, а для этого мне надо узнать её как можно лучше.

Шумно выдохнул и немного сдвинул несколько фотографий, чтобы получше рассмотреть те, что были под ними. Как я понял, это были фото с выездной церемонии со свадьбы Эли. Признаться, я даже ахнул от неожиданности, когда увидел Соню в приличном коктейльном платье нежно-голубого цвета без выразительного декольте и с длинными рукавами. Думаю, что не ранняя весна тому послужила причиной, а любовь к подруге и уважение к важному для неё дню…

А вот сама Эля была полностью в белом и буквально светилась во всех смыслах. Я видел её всего лишь один раз в total black look (перевод с англ.: полностью в чёрном – прим. автора), а сейчас такой поразительный контраст в самом прямом смысле этого слова.

Всё-таки эта троица – невероятные и особенные девушки, на первый взгляд, абсолютно разные, но дружные, любящие и поддерживающие друг друга…

«И кто говорит, что женской дружбы не бывает?» – подумал я и посмотрел на следующую фотографию. На этом снимке тоже была ранняя весна, но только место уже было другим, а виды с шикарно и разнообразно цветущими садами и полянами дополняли горы и горный ручеёк, а не река… И туман… Так красиво и неоднородно сходивший с гор, придавая ореол мистичности этому прекрасному месту.

А на фоне этой восхитительной природы запечатлены эти три невероятные подруги… Тут я уже не просто ахнул – у меня глаза сильно округлились и, похоже, что отвисла челюсть…

Соня, Мира и Эля… Именно в таком порядке они стояли. Попытался сфокусировать свой взгляд на каждой, но у меня это не сразу получилось, ведь от них на фото сейчас просто пёрла бешенная тёплая энергия – я подставлял руку и буквально чувствовал этот поток…

«Что мне ещё предстоит узнать о моей Мире и об этих потрясающих девушках?» – думал я и, когда привык к такому эффекту от фото, вернее, от запечатлённых на фото девушек, начал рассматривать наряд каждой из них.

Сразу решил посмотреть на Элю, ведь готический стиль – это всё же больше её манера одеваться. И снова она вся в чёрном – ещё один мрачный, но при этом стильный и притягательный образ, который ей невероятно шёл. Но на этот раз на ней был приталенный пиджак ассиметричного кроя: спереди длиной до талии, плавно переходящий до середины бедра сзади. Застёгивался он на три металлические пуговицы. Из-под пиджака виднелся кожаный ремень-шлейка, перетянутый по направлению от правой груди к левой ключице. Черные обтягивающие брюки с заниженной посадкой и широким ремнём с крупной ажурной серебристой пряжкой. По правому бедру от этого ремня каскадом ниспадали три серебристые цепочки. Волосы девушки отливали медными и рубиновыми оттенками, и снова были заплетены в необычную косу и переброшены через левое плечо, но на этот раз в них была вплетена кружевная тесьма изумрудного цвета. Чудно так и по необычному притягательно, но судя по этому акценту и её френчу, с которым она была в день нашего знакомства в продакшене, изумрудный цвет для Эли имеет своё важное значение…

Во что были обуты девушки, мне рассмотреть не удалось, ведь их ножки практически до колен обволакивал туман…

Улыбнулся этой завораживающей картинке и решил сфокусировать свой взгляд на Соне, а Своё Солнышко рассмотреть уже последней.

Соня же выглядела, как всегда, сногсшибательно. Похоже, что её девиз по жизни: «Пришла. Увидела. Победила!» Причём это касается выдержки всех мужчин в радиусе минимум ста метров. Дерзкая! Агрессивная, вызывающая сексуальность! Повелительница тьмы, можно так сказать. Насыщенный красный и чёрный в одежде, глубокие чёрно-серые тени нанесены с эффектом «смоки-айз», от чего её медово-карие глаза приобрели небывалые размеры и глубину. Вызывающе красные губы. Образ – порочный огонь. Глубокое декольте, «рваное мини»… Распущенные и красиво завитые волосы развивает ветер, а солнечные лучики придают им янтарные переливы… Девушка явно знает, как себя выгодно «подать». Одним словом, профессиональная модель.

Да уж… По сравнению с Соней, Мира с Элей выглядят просто невинными ангелочками без грамма косметики. И это несмотря на их тёмные одежды и отсутствие нимбов над головами…

Наконец-то я перевёл взгляд на Миру. Шумно выдохнул и сглотнул. Мира… Моя Девочка выглядела очень нежно, несмотря на сочетание чёрного с фиолетовым. От неё веяло какой-то мистикой, неразгаданностью, недосказанностью… Открыта только передняя часть ног чёрной ассиметричной юбкой маллет, фиолетовые кружева на подоле, воротничке и рукавах, чёрный корсет декорирован вставками из фиолетового кружева… В шикарную косу пшеничного цвета, отливающую медовыми оттенками от, падающих на неё, солнечных лучиков, была вплетена фиолетовая кружевная тесьма. А дерзкие подвязки-пентаграммы, которые держали её плотные однотонные чёрные чулки, только добавляли перчинки в её «закрытый», таинственный и интригующий образ. Её сексуальность была нежной, завораживающей, заманивающей и закручивающей в свой водоворот всё глубже и глубже, всё дальше и дальше… В отличии от Сони, где было всё и так понятно и видно, Мира покоряла своей глубиной, завесой таинственности, которую хотелось приоткрыть… Девушкой, которую по-настоящему, хотелось… Я снова шумно выдохнул, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке и сглотнул.

«Сколько же у тебя «граней», Девочка Моя Хорошая?» – подумал я и решил уже заканчивать с самоистязанием.

Начал аккуратно формировать стопочку из снимков, но как-то случайно зацепил листик, уголок которого торчал из скетчбука. Я даже сам не понял, как он вытянулся оттуда практически полностью. А когда перевёл на него взгляд, чтобы вернуть на место, не мог поверить своим глазам…

Глава 10

Андрей

Сердце колотилось, а из груди по всему телу распространялся жар… Я зажмурил глаза на несколько секунд – всё-таки больше суток уже не спал, да и командировка была весьма насыщенной, поэтому вполне могло и показаться…

Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, но сердце не желает сбавлять свой темп. Не хочу раньше времени верить своим глазам, ведь реальность может оказаться другой…

«Ладно! Была не была!» – произношу вслух и открываю глаза.

Сейчас я даже не понимаю, что творится у меня внутри: это какая-то странная радость с привкусом горечи…

С одной стороны, у меня уже нет сомнений, что это мой портрет… Так идеально проработан, что даже дыхание перехватывает – это словно моя чёрно-белая фотография, но только с голубыми и невероятно живыми глазами… в которых отражается силуэт девушки… Мягкая улыбка на «моих» губах…

Интересно, о чём ОНА думала, когда рисовала мои губы? Глаза? В которых, без сомнения, именно ЕЁ отражение… И какой же невероятно нежный взгляд… Неужели, я действительно так на Миру смотрю?..

Как же всё пылает внутри… И так хочется прибежать к НЕЙ, нежно, но уверенно обнять – и больше никуда не отпускать…

Но вот, с другой стороны, портрет смят… Да, конечно, его расправили, но… Касаюсь пальцем небольшого «кружочка» на поверхности листа, который имеет немного другую текстуру… Да, он на первый взгляд абсолютно не заметен и находится вовсе не на лице, но, несмотря на свою усталость и тревожность за Миру, сегодня я, каким-то образом, подмечаю для кого-то, возможно, не важные «мелочи»… Но только не для меня…

Вздыхаю… Похоже, что здесь след от слезы…

В груди щемит…

«Мира, – произношу вслух. – Что же с тобой происходит, Моя Хорошая Девочка? Что ты уже себе успела придумать, пока меня не было?»

Аккуратно открываю скетчбук как раз на той страничке, где ещё осталась спрятанной самая верхняя часть портрета, и понимаю, что этот листок был вырван именно оттуда. И судя по всему – резким импульсивным движением…

Делаю глубокий вдох, но всё равно шумно выдыхаю. Наверное, мне не надо думать о том, для чего и в какой момент ОНА вырвала портрет из скетчбука. Главное, что он всё ещё здесь, а не порван или не сожжён…

Очевидно, что ни у неё, ни у меня не получается жить порознь… А это значит, что поговорить нам следует именно сегодня. Не хочу больше и дня томиться в неопределённости и дальше мучать нас обоих.

Ещё раз смотрю на свой смятый, но всё равно расправленный портрет… Улыбаюсь… Ещё никто не рисовал моего портрета, кроме Киры, когда она училась в художественной школе. Но то ещё были детские попытки – симпатичные и милые, пропитанные любовью к брату… А здесь… Сколько же всего в этом портрете… Столько невысказанной боли и любви… И всё это – Моя Хорошая Любимая Девочка…

Аккуратно возвращаю портрет на место, уверенно закрываю скетчбук и складываю на него стопку фотографий. Вроде как всё лежит так же, как и до моего появления здесь.

Встаю. Слегка задвигаю кресло, подхожу к другому столу Мирославы и беру Машенькины резиночки. Ещё раз окидываю взглядом мастерскую и направляюсь к двери. Возле неё всё же замечаю небольшой блок управления с ручным выключателем.

«Отлично!» – думаю я и гашу свет.

Выходя из комнаты, слышу негромкую музыку в восточном стиле, но, как бы мне этого не хотелось, иду не на неё, а в противоположную сторону. Сразу всё-таки поужинаю, а потом уже и загляну на занятие к девочкам.

Проходя по коридору в прихожую, расстёгиваю пиджак и снимаю его. Похоже, что фраза Миры про плюс 24 и черешенку, не просто шуточное высказывание, а девушка действительно теплолюбивое создание и не хотела лететь в Норвегию не только из-за меня… Как она вообще босиком танцует, если в её доме так тепло?

Захожу в прихожую, кладу Машенькины резиночки на комод, чтобы девочка их не забыла, ведь на них изображены очень прикольные беленькие котята, которые наверняка ей нравятся. Затем снимаю пиджак и вешаю его на плечики в шкаф. Туда же отправляю и порядком надоевший галстук.

Закатываю рукава на рубашке и подхожу к ещё одному блоку управления возле входной двери, где как раз и находятся все основные настройки технологии «умного дома», включая и видеонаблюдение на лестничной клетке. Смотрю на заветную цифру температуры в квартире – и не могу скрыть своей широкой улыбки. «+24».

«Ну, Солнышко Моё теплолюбивое, будем тебя отогревать. – Произнёс вслух и добавил. – А вообще, картинка пока не складывается, ведь черешни я ещё нигде так и не нашёл…»

Прохожу на кухню и мою там руки. Как ни странно – плов ещё не остыл, а вполне себе тёплый.

«Интересно, это день сегодня такой особенный или просто «+24» в квартире не дали ему остыть? Ладно, приятного мне аппетита», – подумал я, пробуя кушанье.

«М-м-м…» – протянул от неожиданности.

«Да я готов каждый день такой детский плов кушать… Причём на завтрак, обед и ужин…» – думал, наслаждаясь невероятной нежностью блюда. Мягкая сочная индюшатина просто таяла во рту… Специи очень гармонично подобраны – и придавали потрясающий аромат и одновременно такие непривычные для плова, но при этом очень интересные вкусовые оттенки. Блюдо не жирное, но при этом всё же сытное. Рис рассыпчатый, но не «аль денте» (от итал. al dente – «на зуб»; состояние кулинарной готовности макаронных изделий, риса или овощей как твердые при укусе, т.е. не доваренные – прим. автора), как нынче модно, а хорошо проготовлен.

«Это не просто вкусно – это очень вкусно…» – подумал я практически той же фразой, которую произнесла Мира в наш первый, и пока единственный, совместный обед в рыбном ресторане. Прикрыл глаза и представил себе, как Мира готовит такой же плов для наших с ней детишек. И, несмотря на то, что у Миры есть неутешительный диагноз, я верю, что так всё и будет… Что всё у нас будет хорошо, включая счастливое совместное будущее и полную семью…

Наслаждаясь невероятно-вкусным блюдом и летая в мире своих фантазий, я и не заметил, как доел весь плов.

Подошёл к холодильнику за соком, но достав бутылочку, не удержался – и открыл другую дверцу, чтобы ещё раз взглянуть на этот прикольный оранжевый подмигивающий казаночек.

«Ну, и кто из вас такие чудеса творит? Ты, или золотые ручки Миры? – спросил вслух и сам же ответил. – Вместе. Конечно, волшебство можно делать и одному, но всегда лучше его творить вместе…»

Несмотря на то, что десерты выглядели очень аппетитно, я понимал, что для них в моём желудке уже места нет, поэтому просто запил апельсиновым соком.

Заглянул в один из нижних шкафчиков – и сразу же обнаружил посудомойку, как и ожидал. Порадовался своей проницательности и прибрал за собой грязную посуду.

Умылся прохладной водой, чтобы хоть немного привести себя в чувства. Тем более, после очень вкусного, сытного и приготовленного с любовью ужина, мне хотелось принять душ и просто лечь спать. И желательно с Мирославой на своей груди. Но это у нас с ней пока ещё в будущем. Надеюсь, что всё же в скором... А сейчас, исходя из нынешних реалий, у меня всё же другие планы.

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Мне очень приятно :)

Про свои обещания помню, но творческий процесс непредсказуем, поэтому через день-два выложу большую главу с тренировкой Миры и Машеньки, а после неё уже настанет черёд долгожданного разговора главных героев. Обойти стороной важную часть жизни Миры я не могу, тем более, что и Андрею это тоже очень важно и интересно ;)

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия и только хороших событий в жизни :) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :)

Глава 11

Андрей

Выхожу из кухни и иду на приближающийся звук.

Занятие в полном разгаре, поэтому я аккуратно захожу в две открытые двери, одна из которых – обычная коричневая деревянная, как и все двери в квартире Миры, а другая – замаскированная под подобную, но я уже осведомлён Соней о её секретах, поэтому знал, куда надо смотреть.

Но всё же я сюда пришёл не двери оценивать, поэтому сразу же решил осмотреться… И тут я уже откровенно впал в ступор и у меня просто разбежались глаза: в огромном зеркале во всю стену, находящемся напротив входа в зал, видны отражения Машеньки и Миры уже без кофты, а в спортивном топе такого же, как и лосины, фиолетового цвета. Их волосы распущены, а ноги уже босые. Тапочки стоят возле стеночки.

Машенька замечает меня – радостно взвизгивает, бросает танцевать и бежит ко мне. Мира шумно выдыхает и идёт в противоположную сторону к музыкальному центру.

- Ура! Ты пришёл! – радуется малышка, взяв меня за руку и заводя в зал вдоль правой от зеркала стены, на которой расположилась своеобразная лесенка из полочек. Я даже прищурился от такого блеска, ведь на этих полочках стояли кубки и короны Миры, а под ними висели ещё и медали – сотни, а возможно даже и тысячи, без преувеличения. Проходя вдоль этих полочек с наградами Миры заметил, что на каждой из них был написан возраст, в котором она их заработала: семь, восемь, девять… пятнадцать лет… Каждая последующая полочка-ступенька была выше предыдущей как раз на толщину этой самой полочки, а над ними были фотографии Миры соответствующего возраста, сделанные во время танцев.

«Очень интересная и красивая задумка, а Мира – просто невероятная девушка…» – подумал я, а мы с Машенькой не успели дойти до последних полочек, как я услышал, что музыка больше не играет. Перевёл взгляд на Своё Солнышко – Мира уже успела надеть спортивную кофту и даже застегнуть её на молнию, а в руке держала пульт от музыкального центра. Камера, стоявшая на штативе возле зеркала, также уже была на паузе.

«Спряталась. – Подумал я. – Вот сейчас вообще не поверю, что она замёрзла».

- Я помешал? – произнёс, больше утвердительно, очевидную вещь.

- Нет! Ты что?! – первой возразила Машенька, смотря на меня снизу и прижимаясь к моей ноге бочком. – Я тебя так ждала!

- Спасибо большое, Машенька. – Погладил малышку по голове и обратился к хозяйке дома. – Мира, мне надо было разуться?

Моё Солнышко моргнула три раза и отрицательно покачала головой:

- Нет. Вам не обязательно. Это мы тренируемся сразу же босиком, чтобы потом на конкурсах не было дискомфорта.

- Понятно. Спасибо большое. – Произнёс слегка подсевшим голосом и не мог отвести взгляда от Миры, будто не полчаса её не видел, а минимум год.

Моя же Девочка явно переживала и покусывала уголок нижней левой губки.

- Машенька, прикрой, пожалуйста, двери – Андрей Викторович нас уже нашёл.

- Хорошо! – звонким колокольчиком отозвалась малышка и побежала к двери.

- Андрей Викторович, присаживайтесь сюда, пожалуйста. – Она указала на один из четырёх мягких стульев, стоящих возле панорамного окна, расположенного напротив стены с наградами.

- Спасибо большое, Мира. – Присел на ближайший к музыкальному центру стул. Стильные плоские колонки здесь расположены на противоположной от зеркал стене, на которой висит огромная плазма. Ещё у этой же стены стоял шкаф средних размеров, с одной стороны от которого расположился небольшой танцевальный станок, а с другой стороны (ближе к окну) стоял кулер.

- Андрей Викторович, воду можно попить там, – Мира как раз и указала мне на него.

- Спасибо большое, Мира. – Ответил ей, продолжая с интересом осматриваться, но всё же стараясь долго не залипать на отдельных деталях интерьера.

- Не за что. – Прошептала она, а я поймал на себе её непривычный взгляд украдкой, в котором была смесь смущения с любопытством и, только глянув на себя в зеркало, понял, что я сейчас без пиджака и галстука, зато с расстёгнутыми верхними пуговицами и подвёрнутыми рукавами рубашки.

«Конечно! Она меня в таком виде ещё не видела, – подумал и улыбнулся Своей Малышке. – Значит, пусть потихоньку привыкает».

- Машуня, – поспешно отвела от меня взгляд, чем вызвала ещё более широкую улыбку на моём лице. – Так танец прерывать нельзя – это не профессионально. На конкурсе постоянно будет кто-то ходить, приходить, вставать, садиться, судьи будут пить и переговариваться, делать пометки в бегунках и блокнотах – тебя это не должно отвлекать и останавливать. – Она подошла поближе к девочке, погладила по голове и присела перед ней на корточки. – Здесь ты сможешь начать танец сначала, а на конкурсе тебе этой возможности могут и не дать, ведь там все выступления буквально по минутам расписаны. Участниц и номеров очень много, а конкурсы обычно проходят с самого утра, начиная с деток и дебютов, и длятся до поздней ночи, заканчиваясь выступлениями взрослых и профессионалов… Если всем будут давать перетанцовывать, то такой конкурс будет бесконечным… Вот только все устанут ждать своей очереди, а в конце дня всех просто выгонят из зала, ведь закончится время аренды… Понимаешь, Машуня? – она погладила малышку по плечику.

- Как будто немного понимаю… – очень мило засмущалась девочка.

- Это означает, что нужно хорошо и качественно танцевать с первого раза и ни в коем случае ни на что постороннее не отвлекаться. А можно только тогда, когда уйдёшь со сцены после поклона. Раньше – нельзя. – Отрицательно покачала головой и улыбнулась малышке.

- А если меня кто-то позовёт?

- Всё равно нельзя, Машенька.

Девочка вздохнула:

- Это так сложно.

- Но абсолютно точно возможно. – Мира погладила её по спинке. – Давай на исходную?

- Давай! – побежала вприпрыжку в конец зала.

- Машуня, в зале и на конкурсах ходим красиво, а не скачем козочками…

- За это снижают балы, а девочкам вообще положено ходить красиво! – хохоча, завершила за Миру малышка.

- Вот! Всё знаешь, а продолжаешь скакать!

- У меня не получается не скакать, когда я рада! – ответила малышка, широко мне улыбаясь и маша ручкой, на которой красиво сиял всеми цветами радуги браслет.

- Машуня, соберись! Сейчас финальная прогонка и следующий танец, а то всё не успеем! – возможно, Мира и хочет быть строгой, но произнесла она это с любовью к малышке и тёплыми интонациями в голосе.

- Хорошо! Я постараюсь. – С широкой улыбкой кивнула девочка и стала в исходную позицию, чем вызвала и мою абсолютно искреннюю улыбку – совсем же ещё непоседливая кроха, а уже так ответственно подходит к делу.

«Уже маленький профессионал» – подумал и заметил, как Мира включила камеру и нужный трек, а потом сделала несколько шагов ко мне и положила пульт возле музыкального центра, а я снова окунулся в свежий воздушный аромат её духов с лёгкими озоновыми нотками…

- Это «Стрит Шааби» – уличный танец, – тихо пояснила мне Мира с первыми динамичными аккордами восточной мелодии, но с довольно прикольными битами.

Я ей кивнул, будто выплыв из тумана, и одними губами произнёс: «Спасибо».

Не успел толком очнуться, как Мира уже прошла мимо меня, быстро расстёгивая и снимая кофту. Положила её на дальний от меня стул и изящно побежала к центру большого и просторного зала, быстро вливаясь в танец и подавая пример Машеньке.

А я боялся даже моргнуть – как же великолепно они смотрелись вместе: старательная улыбчивая кроха, пытающаяся мимикой обыгрывать танец, периодически, будто удивляясь и подмигивая в определённых моментах-акцентах, и настоящий Профессионал Мира, каждое движение которой было идеально отточено и завораживало своей кажущейся лёгкостью, но при этом она не задавливала Машеньку, а помогала ей, поддерживала и не давала сбиться с ритма и забыть движения… Мира стояла не в центре, как звезда и хозяйка, а ближе к окошку и немного позади, чтобы малышка видела её в зеркале, но сама при этом оставалась главной на «сцене»…

Всё-таки не всем дано оставаться Человеком, особенно достигнув высот Миры… Да что там говорить, если некоторые, имея человеческое обличье, так и не смогли стать Человеком.. А Мира смогла и продолжает оставаться. И сейчас это особенно хорошо заметно на фоне всех её достижений. Такая поразительная скромность и простота на фоне килограммов кубков, корон и золотых медалей…

Я понимаю, что ей абсолютно не комфортно быть в спортивном топе при мне, но есть Машенька, которую Мира не может оставить отдуваться самой, и поэтому задвинула весь свой дискомфорт на задний план и отрабатывает, как правильная наставница, хорошая подруга и самый настоящий Профессионал.

Да, в восточных танцах очень много удивительной и поразительной работы животом – и тут в спортивной кофте не потанцуешь…

Старался смотреть на Машеньку, но взгляд всё равно возвращался к Мире, а дыхание замирало от каждого взмаха её восхитительных волос и невероятной игры света в них…

Сердце гулко колотилось, когда я смотрел на её мягкую и лёгкую поступь: каждый шаг завораживал, а раньше ведь я даже и подумать не мог, что простые шаги босых ножек могут быть настолько притягательными и сексуальными. Конечно, у меня не возникало пошлых мыслей и фантазий, но я не мог оторвать взгляда от того, как мягко и плавно она ступает с самих кончиков пальчиков, будто ступня и вовсе костей не имеет… И это выглядит невероятно женственно и по-хорошему обольстительно.

Да, так красиво ходить – это самое настоящее искусство, которым далеко не все девушки и женщины владеют. Права Мира, когда говорит Машеньке, что это очень важно для девушки. И я всё больше в этом убеждаюсь, ведь передо мной сейчас шикарно и изящно танцует Моя Любимая и при этом невероятно красивая и обольстительная девушка… ОНА в спортивном топе, а я смотрю не на её идеальную фигурку и грудь, а на стопы и волосы…

Ещё один завораживающий взмах волосами – и я снова залипаю, забывая, как дышать… Почему на меня это так действует?

Встряхиваю головой и перевожу взгляд на Машеньку, которая старательно и даже пластично работает бёдрами, грудкой и ножками, немного по-детски, но уже изящно взмахивает волосами.

«Хорошая у Миры ученица», – думаю я под финальные аккорды танца.

Девочки делают современный, но красивый поклон. Мира хвалит малышку, но просит держать ножки во время танца немного ближе, объясняя это тем, что в восточных танцах не принято широко расставлять ноги, на что я не сдержал своей ухмылки.

«И не поспоришь, и в будущем малышке эта простая истина может очень даже пригодиться», – подумал, наблюдая за подготовкой к следующему танцу.

Для этого Мира с Машенькой пошли к шкафу, из которого Моя Малышка достала тёмно-синюю юбку-солнце на липучке и помогла её одеть на Машеньку. И девочка в ней буквально утонула – юбка была не просто в пол, юбка лежала ещё сантиметров на пять на полу… Да в ней даже ходить опасно, не то, что танцевать.

- Мира, – всё-таки не выдержал я, хоть и видел, как Мира танцует в подобных юбках. – Мне кажется, что эта юбка не совсем по размеру Машеньке, и ей будет неудобно танцевать.

Моя Малышка вздохнула с улыбкой, перебросила свои шикарно-переливающиеся волосы через левое плечо, чтобы не мешали, надела на себя такую же длиннющую юбку-солнце чёрного цвета с разрезом на одну ногу, и ответила:

- Андрей Викторович, как раз и вся ценность в том, чтобы остаться в этой юбке и не свалиться во время танца. Это говорит о мастерстве танцовщицы. А за «короткую» юбку ещё и снижают оценки…

- А короткая юбка – это какая? – с интересом переспросил я.

- Для Ракса – это в пол... – пояснила она, пытаясь сдерживать свой смех.

- А-а... Теперь буду знать, что «короткая» юбка – это в пол... – сыронизировал я, и мы всё же рассмеялись вместе с Мирой.

- Такие каноны и требования к костюму. – Она пожала плечиками, продолжая посмеиваться.

- Но это же неудобно! – возмутился я, всё ещё широко улыбаясь.

- Как говорила моя тренер, костюм должен быть красивым, а не удобным. Тем более для конкурсов и выступлений раз в неделю и потерпеть можно. – Моя Девочка снова искренне рассмеялась, а я радовался таким нашим чудесным моментам, в которых она пускает меня в Свой Мир, и любовался ею, продолжая широко улыбаться.

- Издевательство какое-то… – всё-таки высказал своё мнения, пожимая плечами, но продолжая ей улыбаться и наслаждаться этими драгоценными для меня моментами.

- Как есть… Не я придумывала. Регилин (жёсткая синтетическая лента для фиксации формы швов, воланов, подолов и других элементов швейных изделий; подол юбки, обработанный регилином, выглядит более пышным, а ткань не висит и не липнет к ногам – прим. автора) нам в помощь! – ответила мне с улыбкой, снова перекинула свои восхитительные волосы за спину, поправила их так, чтобы часть осталась прикрывать её грудь, а часть легла мягкими волнами на спину и попку. Я же, в очередной раз, забыл, как дышать, завороженно любуясь медовыми и золотистыми переливами на шёлке её волос, сейчас желая, как никогда, прикоснуться к ним, пропустить сквозь свои пальцы, почувствовать их мягкость и просто зарыться в них лицом, забывшись хоть на несколько мгновений…

И похоже, что уже забылся, ведь Мира снова обращалась к Машеньке:

- Машунька, работаем максимально высоко на полупальцах (полупальцы – это положение одной или двух ступней на полу, при котором пятки подняты, и тяжесть корпуса находится на передней части ступни; полупальцы могут быть низкими, средними и высокими – прим. автора) и делаем качественно «Каракатицу» (плавное движение бёдрами и ножками в восточных танцах, при помощи которого подол юбки немного отбрасывается в сторону, показывая ножку танцовщицы – прим. автора).

- Угу! – кивнула ей малышка, а Мира достала из шкафа две шали: малиновую вручила Машеньке, а себе оставила фиолетовую.

В том, что Мира справится, у меня, конечно, сомнений не было, но я сейчас очень сильно переживал за Машеньку – малышке и юбки одной с лихвой хватит, чтобы запутаться, а тут ещё и огромная шаль…

- А можно мне сразу водички попить? – расправляя шаль, спросила малышка.

- Конечно.

Девочка метнулась вперёд, наступила на подол юбки и начала заваливаться. Мира её быстро подхватила, а я вскочил с места навстречу.

- Машунька, не забывай придерживать юбку, когда идёшь. Не летай и не скачи. – Напомнила ей Мира, поправляя юбку на девочке.

- Я помню, но всё равно забываю… – опустила вниз взгляд малышка.

- Машенька, хочешь, я тебя на ручках понесу. – Предложил, подойдя к ней с Мирой, потому что у самого уже душа не на месте – две «лётчицы» в один день.

- Ой, хочу! – она посмотрела на Миру и вздохнула. – Но сейчас нельзя. Мне надо учиться самой в ней ходить. – Она аккуратно положила шаль на пол и слегка приподняла юбку. – Пойдёшь со мной водичку пить?

- Конечно, Машенька.

Мира с нами не пошла, а я хотел взять малышку за ручку, но она придерживала юбку, поэтому я просто шёл рядом и подстраховывал её.

- Ох, сейчас будет такой сложный для меня танец… – посетовала малышка, остановившись возле кулера.

- Да… Это я уже понял… – присел рядом с ней на корточки и погладил её по мягким волосикам, длиной до плечиков, за что получил очаровательную благодарную улыбку.

- Ракс Шарки… Мира говорит, что это классика востока и без него никуда… Но в такой юбке очень сложно… И с шалью я ещё только учусь работать. А она почему-то постоянно летит у меня не туда… – поделилась со мной малышка.

- Я верю, что у тебя всё обязательно получится – я же уже видел, как ты умеешь танцевать. Так красиво, Машенька. – Заметил, как зарумянились щёчки малышки, а она посматривала на меня немного исподлобья, но явно довольная услышанным. – Так только самые настоящие умнички танцуют.

- Спасибо большое. – Смущённо улыбнулась.

А я погладил её по плечику и провёл рукой до её малюсенькой ладошки, умостив ручку на своей руке. Слегка покрутил её в своей руке, чтобы камни и стразы поиграли на свету, и добавил. – И Мира в тебя очень сильно верит – вот, какие украшения для тебя сделала.

- Да, очень красивые.

- И заслуженные. – Добавил я, а малышка довольно хохотнула. – Можно за тобой поухаживать и налить водички, или ты и здесь самостоятельная? – спросил, стараясь и дальше подбадривать малышку.

- Можно! – звонко хохотнула девочка. – Тебе можно, хоть самостоятельной быть полезно!

- Это точно. – Налил в стакан водички и протянул его малышке. – Держи, Машенька.

- Спасибо большое. – Кокетливо и с благодарностью улыбнулась мне. – А знаешь, что мне Мира рассказывала?

- Нет. – Мотнул головой, улыбаясь. – Если можно, то я с удовольствием послушаю. – Снова присел рядом с ней на корточки.

Машенька сделала несколько глоточков воды:

- Вкусная… И ты попробуй – это очень полезная водичка.

- Хорошо, Машенька. Спасибо большое. – Налил и себе стакан воды. Сделал глоток.

- Ну как?

- Очень вкусная.

- А теперь давай я твой стакан подержу.

- Ну, давай… – протягиваю ей стакан. – А зачем?

- Подержи пока мой.

- Хорошо. – Взял у неё стакан.

Машенька же обхватила «мой» стакан двумя ручками и, закрыв глазки и приподняв плечики, очень мило улыбалась. Так она простояла секунд десять, а потом открыла глазки и протянула мне «мой» стакан воды, довольно улыбаясь:

- Вот теперь держи и пробуй!

- Спасибо большое, Машенька. – Сделал ещё глоточек, и мне показалось, что и без того очень вкусная вода стала ещё более мягкой и немного сладковатой. И пить её было даже как-то более радостно. – Очень вкусно! Да ты самая настоящая волшебница, Машенька! – искренне похвалил малышку.

- Правда получилось?! – радостно подпрыгнула малышка, хлопнув в ладоши. – Теперь водичка вкуснее?!

- Да, Машенька! – с улыбкой подтвердил я. – Водичка стала вкуснее, только ты так не скачи, пожалуйста, в этой юбке.

- Хорошо! А ты знаешь, почему у меня получилось?!

- Нет, Машенька. Расскажешь?

- Вот, меня этому Мира научила! Она говорит, что когда еду готовишь или кому-то питьё передаёшь, то обязательно надо желать только хорошего тем, для кого ты это делаешь. И вообще всё делать с любовью – тогда всегда будет вкусно и полезно получаться. А ещё она говорит, что от тех, кто тебя любит и добра желает, тоже можно брать питьё и еду, потому что они тогда тоже более вкусные и полезные! Вот как всё получается! Ты хороший и помогаешь нам. А ещё любишь Миру и меня… – она опустила глазки, засмущавшись, и тихо добавила. – Поэтому у тебя можно брать водичку…

- Спасибо большое, Машенька. Да, ты правда чудесная и очаровательная девочка – в тебя влюбляешься с первых же секунд. – Сказал абсолютно чистую правду, желая и нам с Мирой такую же замечательную дочурку.

А эта великолепная малышка игриво засмеялась, заправляя прядь волосиков за ушко, и, подняв на меня свои огромные довольные глазища, сказала:

- Спасибо большое, – она потянулась за своим стаканом и сделала ещё глоточек. – А теперь ещё вкуснее стала!

И мы оба довольно засмеялись.

- Андрей, а ты Мире тоже принеси стакан с водой – она водичку очень любит и ей будет приятно. – Заговорщически прошептала мне на ухо, озвучив тем самым и моё желание тоже.

- Хорошо, Машенька. А ты не упадёшь сама в этой юбке.

- Я постараюсь. – С улыбкой кивнула малышка.

- Хорошо. – Я поставил свой стакан возле кулера и набрал стакан для Миры. Подмигнул, улыбаясь, Машеньке и пошёл к Мире, проговаривая про себя, что люблю её. В конце концов, я тоже слышал, что вода умеет «запоминать» информацию, поэтому передам ей свои чувства и так – пусть усваивает и осознаёт всеми возможными способами.

Мира же пока удаляла лишние видео с камеры.

- Солнышко, попей водички. – Протягиваю ей стакан и замечаю, как она медленно поднимает на меня свой взгляд, растерянно хлопает ресницами и, сглотнув, начинает дышать ротиком. – Ты же тоже любишь… – вижу, как сбивается её дыхание, а глаза распахиваются шире. – Воду… – добавляю на выдохе и буквально вкладываю стакан в неуверенно приподнятую ручку Миры. Замечаю, как от соприкосновения наших пальцев её кожа на руке покрывается мурашками. По моей же груди разливается жар и до ломоты в теле хочется обнять её прямо сейчас. А потом усадить и накормить, ведь сейчас, несмотря на то, что она старательно прикрылась волосами, видно, насколько она худенькая и, как кожа, в прямом смысле этого слова, обтягивает её рёбрышки. Да и после болезни она ещё толком не успела оправиться – её личико тоже более худенькое, чем было раньше…

- Спасибо большое, – подсевшим голосом прошептала она и всё же сделала несколько глоточков, стараясь не смотреть на меня, а я ей просто кивнул.

- Спасибо большое за ужин. Плов очень вкусный. Никогда ещё такого не пробовал. – Мира всё же подняла на меня свой смущённый взгляд и, не дав нам двоим забыться, быстро перевела его снова на камеру.

- Не за что. – Тихо ответила она. – Мне надо подготовить видео для Машеньки, ведь мы приезжаем только во вторник… А почему так долго? – она всё же посмотрела на меня, смущённо улыбаясь.

- Я не знаю, Мира. Когда заказчики узнали, что ты всё же приедешь, то попросили задержаться ещё на несколько дней. Возможно, они хотят и тебе тоже показать производство или непосредственно с тобой обсудить какие-то новые проекты. Мне это не известно. Но обычно после подобных сделок проходит совместный ужин.

- А-а… Вечернее платье понадобится?

- Думаю, что лишним не будет. Мы потом это обсудим, Солнышко. – Заметил, как она снова смутилась. – А сколько ещё будет длиться ваше занятие?

- Скучно, да?

- Нет, конечно. Наоборот, очень интересно. Просто Машенька ещё совсем малышка, а скоро уже семь вечера.

Мира вздохнула с улыбкой:

- Она уже привыкла и после занятий спит хорошо – её мама довольна.

- Значит, всё в порядке. – Улыбнулся ей.

- Я понимаю, что вам пора домой – всё-таки вы после командировки, а завтра уже в следующую… Я могу поговорить с Машунькой… Объясню ей – она всё поймёт, а вы поедете…

- Мира, – перебил своё сбивающееся Солнышко. – Я с огромным удовольствием посмотрю занятие до конца – мне очень интересно, а потом мне бы хотелось поговорить с тобой …

Она посмотрела на меня растерянно:

- Занятие ещё будет минут тридцать-сорок, потом я купаю Машуньку и она ужинает, а в районе полдевятого-девяти я отвожу её домой…

- Вот и отлично, – произнёс с улыбкой. – Тогда я подожду, если ты не против.

Мира посмотрела на меня широко распахнутыми глазищами, медленно моргнула три раза, мотнула головой и прошептала:

- Как хотите.

Она аккуратно подхватила левой рукой юбку и быстро прошла мимо меня. Поставила стакан возле музыкального центра и взяла пульт, а потом обратилась к Машеньке:

- Машунька, уже отдохнула?

- Да!

- Тогда продолжаем занятие. Осторожно иди на исходную.

- Хорошо! – девочка поставила стакан возле кулера и, придерживая юбку, пошла на исходную позицию, по пути подхватив и шаль.

Глава 12

Андрей

Было заметно, что этот танец Машеньке даётся не легко, и она его только начинает учить, но девочка всё равно очень старалась. Мира же ей терпеливо объясняла и показывала, как выполнять то или иное движение и повторяла его вместе с Машенькой до тех пор, пока у девочки не получалось, как надо. Объясняла тонкости работы в этой юбке. И, как оказалось, хореография создаётся таким образом, чтобы, выполняя то одно, то другое движение, подол юбки вёл себя, как надо, и не мешал танцевать, а наоборот добавлял красоты танцу своими изящными волнами и создавал эффект неожиданности, когда ножка всё-таки показывается из разреза юбки… Тем более, во время выступлений на конкурсах на ножках танцовщиц тоже будут украшения со стразами и камнями. И это правда шикарный акцент и изюминка такого сложного танца, который в исполнении профессионалов выглядит невероятно легко и просто.

Я сам смотрел и слушал как завороженный. Мира регулярно выводила в замедленном и обычном режиме видео с танцами на большую плазму, которая висела здесь же в зале, и наглядно показывала ошибки Машеньке, а потом снова отрабатывала их с девочкой. Благодаря этому я сам начал их видеть и очень переживал, чтобы девочка не допустила их же при следующей прогонке…

У Машеньки получалось всё лучше и лучше, но шали она по-прежнему как-то боялась. И, когда надо было подбросить её или забросить то один, то другой край шали на руку, девочка заметно напрягалась, сильно выпрямляя ручки, что ей мешало сделать движение плавно, поэтому часто забрасывала тонкую невесомую ткань себе на личико, при этом пугаясь и сильно жмурясь. Мира же продолжала ей всё терпеливо объяснять и показывать. А я сам с удивлением и удовольствием наблюдал, как в изящном наклоне можно сбросить шаль с лица, если всё-таки не получилось сделать правильно заброс на ручки, чтобы не выглядеть цветным привидением, как это назвала Мира, чем рассмешила Машеньку.

Потом Мира показала девочке, как можно обыграть и всё-таки вернуть второй кончик шали себе в руку, если он случайно выпал.

Узнавая новые секретики, Машенька выглядела довольной и более уверенной, а к тридцать пятой минуте отработки этого танца, шаль девочки летала уже более плавно и изящно. Я искренне радовался успехам малышки и периодически показывал ей «класс» и говорил, что она самая настоящая умничка и в этот раз всё выглядело очень красиво. А для её возраста, так вообще просто волшебно.

Мира мне одобрительно кивала и мягко улыбалась, похоже, тоже чувствуя, что такой взгляд со стороны и заслуженная похвала идут малышке на пользу.

К моему удивлению, Машенька не выглядела уставшей, а, наоборот, была очень воодушевлённой и даже сама предложила Мире станцевать весь танец для меня. Мира возражать не стала, но и своих эмоций мне тоже не показала. Зато у меня была возможность ещё хоть немного насладиться этим прекрасным танцем и оценить, как за это занятие в танцевальном плане выросла Машенька, и насколько же прекрасна в своей стихии Мирослава…

Потом же наступило время подкачки и растяжки. Машенька со счастливым визгом сняла с себя юбку и отдала Мире. Я же помог им достать из шкафа и разложить на полу коврики для фитнеса и степ-платформы (это спортивное оборудование в виде небольшой скамейки; её используют для занятий степ-аэробикой, а также для выполнения кардио, плиометрических и силовых упражнений – прим. автора). Также я заметил в шкафу гантельки и утяжелители для ног и рук. Как я понял, этим пока «развлекается» только Мира, ведь Машенька ещё совсем маленькая.

Улыбался, глядя, как эта кроха старательно качает пресс, спину и даже отжимается. Очень целеустремлённая девочка и это радует, ведь даже если она и не станет успешной и знаменитой танцовщицей, то с таким подходом своё место в жизни она всё равно займёт. Понимал, что не последнюю роль в этом, конечно же, играет Мира, во всём подавая пример малышке.

И вот пришло время последнего упражнения – поперечного шпагата на степ-платформах. Машенька мне сообщила, что она тоже будет скоро делать такой шпагат на стульях, как и Мира, ведь здесь её уже ждут два стульчика. И теперь я понял причину наличия в этом зале четырёх стульев и улыбнулся, пожелав малышке удачи.

Понимал, что это очень непростое упражнение и, выполняя его, можно легко порвать связки, но всё же старался не показывать своего волнения. Шпагаты на полу Машенька выполняет хорошо, хоть и не так легко, как Мира. По Моей же Малышке вообще не скажешь, что ей это даже в теории может доставлять какой-то дискомфорт – просто потрясающая растяжка и гибкость, но я хорошо понимаю, что за этой лёгкостью стоят часы пахоты…

- Машунька, на этой недели делаем ещё на тридцать счётов. На следующей – будем уже на сорок.

- Ого! – удивилась девочка.

- Я уверена, что ты легко справишься. – Подбодрила её Мира.

- Я буду стараться.

- Машенька, – всё же решил спросить. – А ты уже умеешь считать?

- До двадцати! – гордо заявила девочка. – Меня Мира научила. Она говорит, что для того, чтобы танцевать, достаточно уметь считать до восьми. Но это же странно! – она хохотнула, а Мира искренне улыбнулась. – Поэтому она научила меня считать до двадцати. Потом уже легче, вроде как! – подытожила девочка, звонко посмеиваясь.

- Да, потом уже легче, Машенька. Ты очень умная девочка.

- Спасибо большое, – зарделась малышка.

- Давай начинать. – Кивнула Мира и помогла малышке разместиться на степах, после чего сама села напротив неё в поперечном шпагате на таких же степ-платформах и взяла девочку за ручки. Фоном играла композиция «Nothing Else Matters» (перевод с англ. «Всё остальное не важно» – прим. автора) группы Metallica, а по моему телу и Душе разливалось тепло просто от того, что я сейчас здесь – рядом с Мирой, а эта песня лишь каждой своей строчкой подтверждала, что важна только любовь, доверие и мы вместе… каждый наш новый день… И их больше нельзя терять на сомнения и недомолвки…

- Двадцать восемь, – сквозь поток своих мыслей и погружение в мечты и песню, я всё-таки услышал медленный счёт Миры и глянул на старательно терпящую Машеньку с покрасневшим личиком. Девочка не возмущалась и не плакала, а, плотно стиснув губы, терпела всю изнанку лёгкости и красоты движений. – Двадцать девять, – продолжила считать Мира, а я порадовался, что сейчас муки Машеньки закончатся. – Двадцать десять… – услышал я и не поверил своим ушам.

- Что, Мира? – всё-таки решил уточнить, вдруг послышалось.

- Уже двадцать одиннадцать. – Невозмутимо продолжила она считать.

- Но…

Мне не дали договорить:

- Так надо, Андрей Викторович. Двадцать двенадцать, – продолжила считать Мира и многозначительно посмотрела на меня, после чего подмигнула, пока не видела Машенька.

- А-а, понятно. – Произнёс я и подбодрил девочку. – Машенька, у тебя отлично получается. Ещё совсем чуть-чуть осталось. Правда же, Мира? – уточнил у свой хитруши.

- Правда. Двадцать тринадцать. Но это не точно. – Добавила, улыбаясь. – Так надо. Потом до сорока счётов дотерпеть легче будет. – Кивнула она и продолжила…

К моей радости и полному офигеванию, после двадцати девятнадцати наступило просто двадцать, а дальше всё пошло по правилам: двадцать один и так до тридцати без всяких зацикленных двадцать десять…

- Так сразу и до пятидесяти можно… – отметил, когда вышло время Машенькиной «экзекуции» и девочка, пыхтя, слазила со степ-платформ.

- Можно… И до пятидесяти дойдём. – Кивнула, улыбаясь, и погладила Машеньку по головке. – Машунька, ты сегодня огромная умничка. – Мира присела перед ней на корточки. – В понедельник у нас занятия не будет – я приеду домой только во вторник, поэтому слушай внимательно задание. Я маме передам видео, а тебе надо будет дома поповторять то, что мы сегодня научились делать с шалью. Отработка – это очень важно. И у профессионалов встречается всякое – спотыкаются, падают, запутываются в юбках, шали и крыльях, роняют предметы… Поэтому твоя задача – максимально качественно проработать все движения, чтобы свести вероятность ошибки к минимуму. Если даже тебя среди ночи разбудить, качество, отточенность, техничность и лёгкость твоих движений не должны пострадать. В любом состоянии и в любых условиях каждое твоё движение должно быть идеальным – только тогда ты станешь настоящим профессионалом и придёшь к успеху, Машунька. И только так. Победы легко не достаются. Чтобы побеждать на сцене, всегда нужно пахать в зале – много, долго и качественно. По-другому не бывает…

- Хорошо! Я буду стараться! – обняла Миру за шею и поцеловала в щёчку. – Спасибо тебе большое-пребольшое!

Мира обняла свою ученицу, поцеловала в щёчку и, прикрыв глаза, сказала:

- Машунька, ты огромная умничка и я очень тобой горжусь. – Погладила её по голове. – Мне тут на ушко шепнули шоколадные феечки, что ты и сегодня заслужила вкусный сюрприз от них.

- Да?! Правда?! – радостно заскакала малышка.

- Конечно! Ты же старалась. Пошли к шкафу – проверим сюрприз! – подмигнула Машеньке и они пошли, держась за ручки.

А мне самому стало очень интересно, что там за сюрприз от каких-то невероятных волшебных феечек. Встал со стула и направился к шкафу. Мира же с верхней полочки достала жёлтую картонную коробочку и вручила её Машеньке. Девочка быстро открыла её и, подпрыгивая, поблагодарила Миру и шоколадных феечек за волшебство, ещё раз поцеловала Миру в щёчку и побежала ко мне делиться своей радостью.

На дне коробочки на декоративной соломке лежал пятнистый котёночек из молочного и белого шоколада с розовыми серединками ушек.

Как я понял из рассказа Машеньки, в Закарпатье живут волшебные шоколадные феечки, к которым Мира даже ездила в гости. Так вот они и передают Машеньке вкусняшки после каждой тренировки. Только ей надо стараться – иначе волшебство не работает.

Подумал, что это довольно интересный и действенный способ стимулирования трудиться от Своей Врединки, которая сама не любит получать премии, но активно практикует это с Машенькой.

- Интересно, какая там начинка? – девочка с любопытством рассматривала свой презент.

- Думаю, что вкусная. – Ответила, подошедшая к нам, Мира. – Но об этом ты узнаешь завтра. Сегодня шоколад кушать уже поздно. И обязательно…

- Поделюсь с мамой и братиком! – завершила фразу за Миру. – Ой! А кто же угостит Андрея? – растерянно посмотрела на меня малышка. – Мира, ты мне поможешь разделить котика?

Прозвучало как-то не очень гуманно, но Мира ответила девочке:

- Машенька, этот котёнок для тебя, а для Андрея Викторовича шоколадные феечки тоже приготовили сладкий сюрприз. Не переживай! – добродушно произнесла Моя Малышка, а я подумал, что хочу не шоколадного котёнка, а вполне себе конкретную и любимую девушку – Мирославу Котенко. И в этом мне шоколадные феечки уж точно не помогут.

Волнение смешивалось с нетерпением, а адреналин с эндорфином, и я еле сдерживал себя, чтобы не сгрести Миру в свои объятия прямо сейчас, ведь она буквально на расстоянии вытянутой руки стоит от меня, а её шикарные распущенные волосы сводят с ума, заставляя залипать на них раз за разом…

- Занятие окончено. – Услышал голос Миры и снова вынырнул из мира своих грёз.

Мира с Машенькой обменялись поклонами-реверансами и довольная малышка пошла за своей шалью.

- Мира, я сам сложу коврики и степы. Если ты не против.

- Ну, – она на мгновение поджала губы. – Как хотите.

Я ей кивнул и пошёл складывать степ-платформы.

- Андрей Викторович, – я повернулся на любимый голос и мысленно желал уже побыстрее услышать из её уст просто «Андрей» без добавки-отчества, которое только создаёт между нами ненужные преграды и задаёт общению более официальный тон… Но с Мирой я хочу другого. Посмотрел в её очаровательные сапфировые глаза, в которые проваливаюсь раз за разом, но не успел ничего сказать, услышав. – Спасибо вам большое. Вы очень помогли… и Машунька рада…

- Мира, тебе огромное спасибо, что разрешила прикоснуться к твоей жизни. Мира, нам обязательно нужно сегодня поговорить. – Она опустила взгляд. – Мира, иди к Машеньке. А я дождусь.

- Хорошо, – как-то обречённо прошептала она, не поднимая взгляд.

- Мира, я тебя люблю. – Моя Малышка шумно выдохнула. – И это ничто не изменит.

Она пожала плечиками:

- Я лучше пойду к Машеньке…

- Конечно.

- Если открыть правую дверцу холодильника, то в нижнем выдвижном ящичке есть конфеты от шоколадных феечек…

- Мира, – я искренне рассмеялся. – Я тоже не ем шоколад на ночь. Иди к Машеньке, а то обниму!

Она удивлённо хлопала ресницами.

- Мира, где мне вас потом ждать? И как закрыть зал?

- Я сама потом закрою… – продолжает хлопать ресницами и слегка закусывает уголок губки. – А ждите, где хотите: можно на кухне или в гостиной. Там есть телевизор…

- Мне не нужен телевизор. Спасибо большое, Мира. Можно посмотреть твои награды поближе?

- Как хотите. – Тихо ответила Мира и мы услышали, как её позвала Машенька, сообщив, что уже готова купаться.

- Я пойду. – Метнулась на выход.

- Хорошо.

Я провёл её взглядом, любуясь красотой походки, а потом Мира быстро скользнула ножками в тапочки и исчезла из поля моего зрения. Я же сложил коврики и степы на место и подошёл к стене с наградами Миры.

Долго рассматривал кубки, короны и медали, не веря своим глазам даже сейчас. Снова вспоминал наш первый день знакомства, когда посчитал её простой содержанкой… И даже в теории не мог себе представить, какая она на самом деле Умница, и что у Миры такая чудесная и жизнерадостная ученица-непоседа… Внутри всё сжималось от того, что причинил ей тогда боль, но всё равно пытался понять, достоин ли я такой замечательной девушки, как Мира… Не могу сказать однозначно, что достоин… Но точно знаю, что люблю её… Очень люблю… А она любит меня… Что-то в Пространстве и Времени сложилось для нас двоих по каким-то неведомым мне законам, а значит я сделаю всё, чтобы она была счастлива рядом со мной… Да, мы любим друг друга, а остальное уже не важно…

Прошёлся с самого начала полочек-ступенек к вершине достижений Миры, улыбаясь такому интересному каламбуру, который скрывает её имя… Как в ускоренном воспроизведении передо мной мелькали картинки её конкурсной жизни от самых первых побед семилетней большеглазой малышки с красивыми светлыми волосами, длиной чуть ниже лопаток, до обворожительной девушки с шикарными волосами, прикрывающими попку, и невероятно глубоким умопомрачительным взглядом бездонных синих глаз… Я поражался и восхищался одновременно, забывая, как дышать, но всё же постарался вернуть себя в реальность.

Надеюсь, что я здесь буду ещё ни один раз, а сейчас всё же стоит позвонить Кире и предупредить, что буду поздно, уже поужинал, поэтому пусть не переживает и отдыхает.

Перед уходом из зала окинул ещё раз взглядом Мир Миры – и отправился в прихожую за телефоном.

Только позвонил Кире и родителям, как из ванной выскочила Машенька в пушистом малиновом банном халате и своих меховых малиновых тапочках. Оглянулась на мой голос, когда я прощался с папой, и подлетела ко мне.

- Андрей! Побежали на кухню! – схватила меня за руку и потащила на кухню. – Какая же я голодная!

- Значит, хорошо позанималась. – Ответил малышке с улыбкой, вдыхая её ягодный аромат.

Мира пришла сразу же за нами. Быстро нарезала салат, а мы с Машенькой помогли его заправить. Сказали ей, что сами разогреем плов и разберёмся с питьём и десертами. Всё-таки с Машенькой я на её кухне не потеряюсь, на что мы с моей «сообщницей» получили искреннюю и благодарную улыбку, а также просьбу собрать клубничку после еды. Этой просьбе я искренне удивился, а Машенька обрадовалась, воскликнув: «Ура! Ты разрешаешь!» Мира ей утвердительно кивнула с улыбкой и пошла в душ, оставив нас с Машенькой хозяйничать на кухне. А, как оказалось позже, и на лоджии, где у Миры был свой необычный садик…

С Машенькой мы просто замечательно провели время. Она хорошо покушала плов, а потом закусила «Бланманже», назвав его прикольной желешкой, попутно рассказав, что Мира очень любит разные желе и всегда их готовит. Также малышка настоятельно рекомендовала мне попробовать творожно-овсяный пудинг, ведь он с очень вкусными секретиками, и я не удержался.

Пудинг был невероятно нежным и ароматным и просто таял во рту. Овсянка пряталась в плотном белковом креме, который был чем-то средним между безе и меренгой. Далее был слой творожного мусса, а сверху мягкие карамелизированные дольки яблок, украшенные тыквенными семечками и орешками кешью. Я даже и не думал, что из овсянки и творога можно сделать изысканный десерт, от каждого кусочка которого будешь получать наслаждение…

Когда на кухню вернулась Мира, одетая в неплотно облегающие домашние тёмно-синие брюки и голубую футболку, и с собранными волосами у лица в причёску «Мальвинка», мы с Машенькой уже успели поесть и сложить посуду в посудомойку, а на столе стояла пиала со свежесобранной и намытой клубникой. Кстати, очень сочной и сладкой – я всё-таки попробовал, хоть есть уже абсолютно не хотелось.

Мира быстро записала следующий заказ Машеньки, сложила в контейнер три пудинга, а в коробочку три стаканчика с «Бланманже». Положила их и контейнер с клубничкой, которую мы специально собрали для Машеньки, в пакет. Сходила за Машенькиным сладким котиком и положила его туда же. А потом сказала уже порядком сонной, но всё ещё весёлой, малышке, что уже пора собираться домой.

Я взял Машеньку на руки – и она тут же обхватила мою шею руками, уткнувшись носиком в щеку. Также я подхватил ветровочку и рюкзачок девочки, а вкусняшки и туфельки понесла Мира.

Конечно, мне уже очень хотелось поговорить с Мирой, но в то же время очень не хотелось сейчас расставаться с Машенькой. У меня не часто получается общаться с детьми – и я не могу судить в полной мере, но точно могу сказать, что лично я ещё никогда не встречал такой великолепной, озорной, общительной и жизнерадостной малышки. Хотелось как можно дольше чувствовать её тёплое дыхание на своей щеке и детские ручки, так доверчиво обхватившие мою шею… Да и просто ощущать размеренный стук её искреннего детского сердечка для меня было самым настоящим чудом… И сейчас с каждым, проеханным на лифте, этажом я ощущал, как моё сердце ускоряет свой ритм.

- Не переживай, мы ещё увидимся и ты сможешь снова поносить меня на ручках. – Прошептала мне на ушко малышка, а лифт оповестил об остановке на нужном этаже.

- Обязательно, Машенька. – Поцеловал её в нежную щёчку.

Мира нажала на кнопку звонка и нам открыла двери симпатичная молодая русоволосая женщина.

- Мамочка, знакомься! Это – Андрей! Он любит Миру и носит меня на ручках! – первой оповестила всех Машенька.

- Так и есть. – Подтвердил я, улыбаясь. – Здравствуйте…

- Лиза. – Представилась мама Машеньки.

Глава 12+1

Мира

Похоже, что этот день испытывает меня на прочность так, как посчитает нужным… Вернее не так, а кем посчитает нужным… И этим кем оказался именно Андрей Викторович…

Две предыдущие недели я безумно скучала и очень хотела ЕГО увидеть, хоть и старательно гнала эти мысли от себя. Той короткой нашей встречи при Серёже мне было очень мало и только сейчас я начинаю понимать, как сильно моя Душа тосковала по НЕМУ… По этому невероятному окутывающему теплу, в котором я купаюсь, когда он на меня смотрит… Так нежно ласкает взглядом…

А сегодня мне пришлось предстать перед ним абсолютно не в деловом стиле – и я пыталась изо всех сил сдерживать и ничем не выказывать свой дискомфорт и стыд. Да, именно так… Старалась успокаивать себя тем, что я профессионал – и танцевала на конкурсах и в более открытых костюмах, но сегодняшняя тренировка стоила мне неимоверных усилий, ведь сейчас здесь был не какой-то посторонний человек, до мыслей и мнения которого мне нет абсолютно никакого дела. Сегодня здесь был ОН… Тот, кого я люблю… Тот, к кому я тянусь и боюсь одновременно… Боюсь впустить в свою жизнь и боюсь, что не захочет остаться в моей жизни…

Сколько же во мне разъедающих противоречий и страхов?

Присматриваюсь, желая подметить в нём что-то, что развеет этот чудесный ореол вокруг него, так старательно созданный моим мозгом… Но в его взгляде нет прожигающей похоти, а просто безграничное тепло, нежность, трепет и восхищение… Вместо того, чтобы пялиться мне на грудь и закапывать слюной паркет, любуется моими стопами и поддерживает Машуньку, с удовольствием общается с ней, переживает за неё и искренне радуется, когда она делает успехи…

И ей это реально пошло на пользу, ведь девочка, наконец-то, начала чувствовать шаль и работать с ней мягко и плавно, а не держать, напрягаясь изо всех сил, будто у неё в руках не 50 граммов полупрозрачной ткани, а как минимум штанга с неё же весом…

А ещё он проявляет обо мне заботу, помогает, приносит воду, старается сделать атмосферу более непринуждённой и лёгкой и, в очередной раз, признаётся мне в любви…

ОН хочет со мной сегодня поговорить… Конечно же, я понимаю, о чём… Или о ком… О нас… Мысли путаются, моё внутреннее напряжение уже на максимуме… Я чувствую ЕГО любовь, даже без признаний, каждой клеточкой своего тела, каждой фиброй своей Души… Меня буквально выворачивает наизнанку от желания снова оказаться в его тёплых и уютных объятиях… Услышать, что скучал и не отпустит, произнесённое моим любимым шёпотом с хрипотцой, от которого у меня пробегают мурашки по коже…

«И что ты ЕМУ можешь дать, дурында?! – мысленно грубо осекаю себя раз за разом. – ОН вернулся с долгой и изнурительной командировки. Непонятно, когда вообще последний раз спал, ведь белки его глаз покраснели, а под ними весьма красноречивая синева. Да, он при этом очень бодр и энергичен. Готов ждать разговора с тобой столько, сколько потребуется…Но ему самому нужен отдых, внимание, любовь и забота… Поддержка любящей женщины рядом, а не вечное ожидание с тренировок и выступлений… Он замечательно общается с Машунькой и видно, что готов и хочет создать свою собственную семью, в которой будет правильная жена и их общие дети…»

Просто он ещё не осознаёт, что вы с ним не пара… Ему сейчас чувства закрывают глаза… Но прозрение будет… И будет неизбежным… И болезненным… А потом всё равно последует новая попытка создать семью… Поэтому я просто обязана донести сегодня до него эти мысли… Я для него плохой вариант…

Да и вообще, Соня говорила, что за ним модели толпами бегают… Уверена, что и не только модели… Конечно, молодой и успешный. Гендиректор процветающей рекламной компании… Кто ж себе такого мужчину не хочет? А тут так вообще «джек-пот»: по-мужски очень красивый с просто потрясающим глубоким взглядом голубых глаз. Высокий брюнет с широким разворотом плеч и шикарной атлетической фигурой… Крепкие мышцы и каменный пресс, как я сегодня сама смогла убедиться… Да то, что он в прекрасной физической форме, и в пиджаке понятно было, а тут… Поиздеваться надо мной так решил?.. Белоснежная рубашка расстёгнута на несколько верхних пуговиц, подвёрнутые рукава и эта лёгкая небритость…

«За что мне это?» – думала я, пытаясь смыть все ненужные мысли о НЁМ под душем, старательно подставляя лицо под воду…

«Мира, ну не твой ОН… Смирись… Его должна ждать жена с детьми с командировок и с работы, а не он – непонятную проблемную девушку и искать возможности, чтобы встретиться между плотными и несовместимыми графиками обоих… – мысленно выла я, но всё равно повторяла себе. – Не мучай ЕГО… УНЕГОвсё будет хорошо без тебя… Обязательно будет…»

*****

Собирая Машеньку, стараюсь всё делать на автомате и не обращать внимание на разрывающееся сердце – ещё совсем чуть-чуть… И всё закончится, так и не начавшись…

Машенька так искренне тянется и жмётся к Андрею Викторовичу, что я не знаю, радоваться мне или плакать?.. Ведь сейчас я не просто понимаю, а очень даже наглядно вижу, как сильно малышке не хватает папы… А папы у неё нет как раз именно из-за меня…

Стараюсь не смотреть на них, а просто методично отсчитывать этажи, пока мы едем в лифте, но всё равно невозможно не замечать, как они нежно целуют друг друга в щёчки…

Я в каком-то странном состоянии между истерикой и прострацией – и мне кажется, что я с равной степенью могу сейчас, как разрыдаться, так и грохнуться в обморок…

«Мира, соберись и держи себя в руках!» – мысленно пинаю себя, и тут меня буквально огорошивает фраза Машуньки о том, что Андрей Викторович любит меня, а он ещё и подтверждает это…

Захожу в прихожую с квадратными глазами, не моргая. На автомате передаю Машунькины вещи и гостинцы Саше, её братику. Вежливо общаюсь с мальчиком несколько минут, пока Андрей Викторович разговаривает с Лизой и Машенькой. Девочка прощается с нами и бежит с братиком на кухню, чтобы показать шоколадного котёнка. Андрей Викторович уже вышел и я, обречённо, следую за ним.

- Мира, он тебе подходит. Поздравляю! – громким шёпотом произнесла Лиза, когда я проходила к выходу мимо неё.

- Нет, Лиза. Не подходит… – постаралась не всхлипнуть и ускорилась. – До свидания.

- Не делай глупостей, Мира! – услышала вслед.

- Лиза, – обернулась к ней, только что вспомнив, что забыла её предупредить. – В понедельник я буду в командировке, поэтому Машуньку забрать не смогу. Я подготовлю видео сегодня и скину тебе. Надо будет, чтобы Машунька порепетировала. У неё как раз с шалью начало получаться работать.

- Хорошо, Мира. Спасибо большое! – она мне кивнула с улыбкой. – Не теряй свой шанс! – теперь она уже кивнула в сторону Андрея Викторовича.

- Лиза… – начала возражать я.

- Всё! До пятницы! Тебя ждут! Отличной командировки, Мира!

- Спасибо большое.

- Надеюсь, что с ним… – шёпотом добавила Лиза, подмигивая, и под зов детишек из кухни, попрощалась со мной.

Отмираю и медленно поворачиваюсь. Сглатываю. Андрей Викторович стоит возле лифта и нажимает на кнопку вызова.

Неспешно подхожу к нему, понимая, что сейчас нам уже никто и ничто не мешает поговорить – надо только добраться до моей квартиры. Руки и ступни стремительно холодеют, и я явно начинаю чувствовать мандраж…

«Отлично, Мира!» – иронизирую про себя и чувствую, как мою ладонь аккуратно берёт его тёплая рука.

Вздрагиваю от неожиданности.

- Не бойся, Солнышко, это я. – Произносит успокаивающим шёпотом и добавляет. – Ты замёрзла?

- Н-нет… – заикнувшись, мотаю головой, стараясь не смотреть на него.

Слышу лёгкую добрую ухмылку и чувствую, как он нежно проводит своим большим пальцем по тыльной стороне моей ладони. К мандражу добавляются мурашки, а я только сейчас понимаю, что мы уже спускаемся в лифте, который как раз оповещает о прибытии.

Растерянно моргаю.

Выходим из кабины – и я замечаю, что мы не на моей лестничной клетке.

- А почему?..

Он меня перебивает, не дав договорить:

- Хочу сейчас забрать видео с инцидентом с этим крысёнышем, Мира. Пока ещё не слишком позднее время. Мне надо как можно лучше понимать, что происходит.

- Конечно, – прошептала я, ведомая ним к комнатке консьержки. А ведь я, к своему стыду, уже сама забыла про то, что попросила видео… А он помнит…

«Надо срочно собраться с мыслями!» – подумала, стараясь настроить себя на нормальное функционирование, и всё же напомнила консьержке о своей просьбе.

Замечаю, как сжимаются кулаки и скрипят зубы Андрея Викторовича, когда он смотрит это видео. Если честно, то мне тоже очень неприятно от всего происходящего, а от воспоминаний о том мерзком случае, меня аж передёргивает.

Забираем флешку с видео и молча идём к лифту. Понимаю, что снова держась за руки, уже когда оказываемся в кабине.

«Нельзя так подвисать…» – снова пытаюсь мысленно привести себя в чувства и отпираю входные двери.

- Андрей Викторович, – оборачиваюсь к нему, как только запираю двери за нами. – Давайте поговорим сейчас. Пожалуйста… – добавляю на выдохе, машинально посмотрев в его глаза и… в очередной раз утонув в этом невероятно тёплом и нежном взгляде.

- Мира, – снова аккуратно берёт меня за руку и ведёт в сторону кухни. – Давай ты лучше сразу поужинаешь. Хорошо, Солнышко?

Его голос ласкает нежностью и обволакивает теплом, от чего я, словно завороженная, бреду за ним…

Мою руки на кухне и вспоминаю, что всё же хозяйка в этом доме. Предлагаю ему запечённый сибас (морская рыба – прим. автора), ведь плов он уже кушал.

- Мира, я не голоден. Спасибо большое.

- Ну, не знаю… Всё-таки вы неделю провели в Китае… – зачем-то добавляю и слышу, как он искренне смеётся.

- Мира, я ел. Не переживай. Там европейскую кухню тоже умеют готовить.

- Знаю. Но всё равно есть свои нюансы.

- Есть, конечно… – будто невзначай, гладит меня по предплечью, проходя мимо. А когда я оборачиваюсь к столу, то вижу, что на нём уже разложены приборы, налит сок в стаканы и стоят два стаканчика с «Бланманже».

- Э-э… – растерянно издаю, но он мне не даёт продолжить.

- Машенька сказала, что ты любишь желе. – Искренне мне улыбается.

- Люблю, – подтвердила я, смутившись, ведь прозвучало это не совсем однозначно. – Желе. – Поспешно добавила и отвела свой взгляд от его обаятельной улыбки. Достала тарелку с пловом из микроволновки и пошла к столу. Не успела поставить тарелку на стол, как он уже оказался возле меня.

- Я за тобой поухаживаю, Солнышко. – Проговорил с улыбкой, отодвигая для меня стул, пока я растерянно хлопала ресницами, пытаясь вспомнить, что ещё хотела.

Зажмуриваюсь, стараясь сбросить наваждение в его лице.

- Точно! – произношу вслух, обрадовавшись, что моя сообразительность появилась хоть где-то на горизонте. – Мне же надо видео для Машуньки подготовить.

- Мира, лучше поужинай сразу.

- Нет, я буду параллельно… – ответила, уже направляясь за картой памяти и ноутбуком.

- Ладно. Как считаешь нужным…

- Потом у меня времени на это не будет… – добавила, обернувшись к нему через плечо. – Командировка.

Он мне нежно улыбнулся:

- Я буду здесь… – услышала, произнесённое в спину, и тоже улыбнулась от ощущения своего любимого окутывающего тепла. Вздохнула, понимая, что таких взглядов, вполне возможно, уже больше и не будет...

«Вот ты «умница», конечно, Мира, – бубнила себе под нос. – Всё равно ваш разговор неизбежен, как и совместное времяпрепровождение за столом… И прячься за ноутом или не прячься – это не решение вопроса, а всего лишь его отсрочка…»

Глава 14

Мира

Во время ужина я пыталась не смотреть в его сторону, стараясь смонтировать одновременно и коротенькое, и информативное видео, ведь Машуньке будет сложно сосредотачиваться долго. Также решила сегодня вечером не звонить ни родителям, ни брату, а просто отписалась, что очень устала и хочу пораньше лечь спать. Родители на общении не настаивали, а Серёжа попросил завтра рассказать мне все подробности сегодняшнего происшествия. Я согласилась и постаралась всё же отрешиться от всех внешних факторов, сосредоточившись на плове с салатом и видео.

Но разве это возможно, когда напротив сидит Андрей Викторович и с нежностью и любовью впитывает каждое твоё движение?

- Очень вкусная клубника, – услышала я и посмотрела на него.

- Спасибо большое. – Улыбнулась от похвалы своих трудов, ведь на самом деле в домашних условиях выращивать клубнику не легко – кустикам нужно создать оптимальные условия, чтобы они не просто плодоносили, а чтобы ягоды были крупными, сладкими и сочными.

- Мира, а почему ты вообще решила выращивать клубнику на лоджии? – он очень добродушно улыбается и с неподдельным интересом ждёт ответа.

- Уф! – выдала неопределённый звук, чем вызвала его более широкую улыбку. – Я очень люблю живые растения, – понимаю, что начинаю выходить на скользкую для себя дорожку, но мой язык перестаёт меня слушать, когда речь заходит о растениях… – У брата частный дом – и я помогаю ему подбирать различные плодовые деревья и кустарники, чтобы было и разнообразие, и гармоничная очередность в плодоношении, а не то пусто, то густо.

Мы оба хохотнули, а он мне понимающе кивнул.

- Вот я и увидела домашние ампельные сорта клубники. Они ремонтантные. Это значит, что при правильном уходе, могут плодоносить круглый год. Долго к ним присматривалась и не решалась. Тем более, раньше я жила на съёмной квартире – там такое точно не учудишь.

Мы оба снова легонечко засмеялись. От него по-прежнему исходило приятное и окутывающее тепло, в котором мне было очень уютно, и я почувствовала, что начала понемногу расслабляться. Конечно, надо мной всё ещё довлела необходимость разговора с ним, но сейчас, по-видимому, мой мозг решил хоть немного сбросить напряжение таким образом, чтобы просто не свихнуться… Да и, в конце концов, можно же постараться остаться друзьями…

- И давно ты уже так чудишь? – переспросил, посмеиваясь, но продолжая смотреть с такой нежностью, от которой у меня сердце замирало и дыхание сбивалось. Сделала глоточек сока и подумала, что этот вполне невинный разговор можно ещё хоть немного продолжить. Ведь понимаю, что сегодня эмоции всё равно возьмут верх надо мной, как только дверь за ним захлопнется…

- Эти уже около года растут. До них было ещё две неудачные попытки – я не учла, что стёкла с ультрафиолетовыми фильтрами, поэтому кустики очень быстро чахли, несмотря на хороший уход. А сейчас уже разобралась в разновидностях фитоламп и вообще придумала, как это должно выглядеть. И опять же – система «умного дома» очень сильно помогает поддерживать правильные температуры, периодичность освещённости, влажность… Мне сейчас только и надо, что ягоды собирать и успевать вовремя розетки пересаживать… Ну, ещё делать ротацию кустиков, опрыскивать и удобрять… Вот, в принципе, и всё… – завершила я, пожав плечиками, и всё же решила вернуться к монтажу видео.

- Всего-то… – иронично, но всё равно по-доброму, ухмыльнулся он.

- Не так и много…

- Не так и мало…

Я пожала плечиками, но потом всё же добавила:

- Удобрение я добавляю в поливочную систему, когда приходит время…

- Мира, – он снова добродушно засмеялся. – Да у тебя же там целая оранжерея. Я понимаю, что за всем этим не просто следить и ухаживать… Но на лоджии у тебя правда очень красиво.

- Спасибо большое. – Я опустила взгляд и довольно улыбнулась, мысленно соглашаясь с этим, ведь сама очень люблю свой маленький зелёный уголок и каждый раз замираю от восторга, когда прихожу к своим растишкам, которые молчаливым ростом благодарят меня за хороший уход. И конечно же, я очень рада, что у меня есть возможность угощать дорогих мне людей вкусными и безопасными ягодами круглый год.

- Мира, я даже не знал, что у клубники бывают не только белые цветочки…

- Да, ещё есть жёлтые, но они не вписывались в мою бело-розово-малиновую идиллию. – Я легонечко хохотнула, вспоминая свою «стену» из клубники, на которой специально высаживала сорта клубники таким образом, чтобы во время своего цветения, они создавали плавный переход сверху вниз от белого и бледно-розового, через несколько оттенков более насыщенного розового, к малиновому и рубиновому в самом низу. Помимо полезности самих ягод, эта «стена» ещё и выглядит весьма нарядно и декоративно. Мои подружки и Машунька в полнейшем восторге. Как и я сама.

- Мира, а сколько у тебя сортов клубники? – слышу, сквозь свои воспоминания о посадке этого чуда.

- Уже восемь. Но я думаю над девятым – всё-таки жёлтые цветочки… – мы вместе легонечко засмеялись. – Думаю, что возле черешни можно будет небольшой стеллаж для них поставить.

- Значит, мне не показалось? – продолжал посмеиваться он.

- Что именно? – уточняю, продолжая улыбаться.

- У тебя на лоджии растёт черешня? – он приподнял брови в удивлении, но всё равно при этом очень нежно улыбался

- А-а-а! Да. Вот не смогла удержаться. – Продолжала рассказывать, понимая, что ведусь на его обаяние и искреннюю заинтересованность, но всё равно довольно улыбалась, ведь растения – это моя любовь и слабость. – Это самоопыляемый колонновидный сорт. Сейчас селекция очень интересная. Деревце вырастает не более двух метров, а крона всего метр в диаметре, поэтому в кадке ему комфортно.

- Понятно. И ты ждёшь урожая?

Я довольно улыбнулась и кивнула:

- Да. Это будет первый урожай. Деревце ещё очень молоденькое – только год растёт у меня. Сама не ожидала от него такого – это же было первое цветение. Но вот уже пошли завязи. Теперь надеюсь, что не все сбросит… Да и Машунька тоже ждёт. Помогает мне за садиком ухаживать.

- Да, она умничка и очень хорошая девочка…

- Да… – кивнула я и опустила взгляд. Спохватилась и продолжила монтировать видео.

- Она сказала, что у тебя и банан растёт… Только показала при этом на какое-то небольшое странное растение.

Я прыснула со смеху и всё же подняла на него свой взгляд. Андрей Викторович продолжал обаятельно улыбаться.

- То странное растение и есть комнатный банан…

- Но листья совсем не похожи на банановые…

- Вот меня это тоже напрягает. – Мы синхронно засмеялись. – И я очень надеюсь, что не купила какую-то широколистную «Драцену» по цене банана… – мы продолжаем смеяться. – Но меня в том питомнике уже хорошо знают и не стали бы так подставлять. Тем более фото в интернете подтверждают, что это такой сорт банана. Кстати, вырастает всего метр в высоту.

- Неожиданно…

- Согласна. Поэтому, опять же, не смогла удержаться… Через годик уже должен будет плодоносить. – Довольно завершила я.

- Очень интересно.

- Да. Сейчас правда селекционеры чудеса творят. – Развернула к нему свой ноутбук, на котором уже открыла фотографии с такими же, как и у меня, но уже цветущими ярко-малиновым и плодоносящими бананами.

- Действительно чудеса. – Подтвердил он с улыбкой, а я просто кивнула.

Встретилась с НИМ взглядом и поняла, что уже поела, видео смонтировано и его осталось только отправить. Есть клубнику при Андрее Викторовиче, чтобы потянуть время, я тоже не хотела. Прикрыла глаза, чтобы прервать наш зрительный контакт и на выдохе подтянула к себе ноутбук.

Он молчал, а я машинально находила контакт Лизы и перебрасывала ей видео. Всю мою весёлость уже окончательно, как рукой сняло, а эти самые руки начали немного подрагивать от неизбежности нашего разговора с Андреем Викторовичем. Ступни и ладони снова похолодели, а я пока решила поставить посуду в посудомойку, чтобы хоть немного собраться с мыслями.

Не успеваю сложить всю посуду, как рядом уже ставит стаканы в посудомойку Андрей Викторович. Я судорожно вдыхаю и спешу за таблеткой моющего средства…

Всё. Посудомойка запущена, а я продолжаю стоять возле неё и медленно хлопать ресницами, пытаясь понять, как лучше начать разговор…

- Мира, – аккуратно берёт мою холодную ладонь в свою большую, тёплую и уютную. – Что ж ты так мёрзнешь-то? У тебя же в доме и так «+24 и черешенка».

Мы снова вместе легонечко смеёмся от общих воспоминаний, но мне сейчас очень горько и я прикусываю себе губу, пытаясь сглотнуть ком, подступивший к горлу.

- Мира, посмотри на меня, пожалуйста…

- У-У. – Отрывисто и очень «смело» произношу я, мотнув головой, и изо всех сил стараюсь на него не смотреть, ведь в глазах уже начинает пощипывать. Сердце вырывается из груди, и я очень сильно боюсь…

- Ладно. Тогда просто послушай. – Я тяжело вздыхаю и поджимаю губы. – Мира, я тебя люблю. – С нежностью и теплотой произносит он, а я задыхаюсь от переизбытка эмоций. – Давай попробуем быть вместе? Как пара. – Я молчу, пытаясь осознать происходящее. – Нам же всегда так хорошо вместе… Мира, я больше не могу без тебя… – гладит меня по тыльной стороне ладони и подносит её к своим губам. Нежно и с трепетом целует каждый пальчик, а я всё больше напрягаюсь, но продолжаю не смотреть на него. – С ума схожу… Задыхаюсь… Ничего не радует, когда ты не рядом… Мира, доверься мне, пожалуйста. Я тебя не обижу… Ты мне так нужна…

- Знаю, что не обидите. – Не даю ему договорить. – Потому, что обижу вас я. – Старалась произнести твёрдо, но голос всё равно дрогнул. Я забираю свою дрожащую холодную руку у него и сжимаю пальцы в кулачки, изо всех сил впиваясь ногтями в ладони. Мне очень важно срочно привести себя в чувства и донести все свои аргументы… Признаться в своей неполноценности…

- Мира, – аккуратно проводит по предплечью и обхватывает мой кулачок, ухмыльнувшись, а я изо всех сил жмурюсь и плотно сжимаю губы, дыша носом и стараясь не обращать внимания на, сошедшее с ума, сердце. – Какая же ты у меня грозная… – Произносит с лёгкой иронией, но в его голосе так явно чувствуется теплота и нежность, что уголки моих губ невольно поднимаются. Стараюсь не поддаваться и пыхчу. – Солнышко, ты меня сейчас бить собралась?

Я невольно прыскаю со смеху от неожиданности, а он держит уже оба мои кулачка, аккуратно поглаживая.

- Нет, конечно! – всё-таки широко распахиваю глаза, но начинаю моргать от яркого света. – Мягкий свет! – произношу машинально и моментально осознаю, что приглушённый свет сейчас не поспособствует серьёзному разговору. – Яркий свет! – возвращаю освещение в предыдущее состояние и слышу, как посмеивается Андрей Викторович, ведь я старательно не смотрю на него, боясь утонуть в его нереальных глазах. Поэтому сейчас просто гипнотизирую взглядом его застёгнутую пуговицу на груди, параллельно борясь с желанием провести рукой по идеальному мужскому торсу, ведь рубашка лишь подчёркивает всё это. Снова прикрываю глаза и тяжело вздыхаю.

- Мира…

- Нет! – набравшись смелости, высвобождаю свои кулачки из его тёплых и таких уютных рук. К моему облегчению, он меня не удерживает и не хватает. – Спасибо большое. – Машинально благодарю за проявленное понимание и отскакиваю от него, боясь, что на этом весь мой запал сейчас и закончится. Поэтому, так и не глядя на него, начинаю быстро проговаривать. – Мы не подходим друг другу, Андрей Викторович…

- Мира… – делает шаг ко мне, но я отступаю на шаг назад, не давая ему продолжить.

- Выслушайте меня, пожалуйста.

- Хорошо, Солнышко. – Тихо соглашается, а я, сквозь жутчайший страх и мандраж, всё же чувствую, исходящее от него тепло и нежность.

- У-у-у! – так и не поняла, я прогудела с досадой вслух или про себя, но всё же начала свой монолог, так и не поднимая на него взгляда. – Андрей Викторович, я вам абсолютно не подхожу. Я очень хочу снова вернуться на сцену, а это сплошные тренировки и постоянные разъезды. Ещё у меня есть Машунька. Моя жизнь не предполагает даже питомца, ни то, что какие-то серьёзные отношения. Да и у вас постоянные командировки. Ну, это же правда очень глупо и бесперспективно…

- Мира, а теперь давай я тебе скажу.

Я просто хмыкаю и хмурюсь, стараясь не смотреть на него, и сцепляю руки в замок, чтобы просто так не болтались, ведь посчитала не уместно сейчас скрещивать их на груди.

- Мира, а я думаю, что когда люди любят друг друга, то они что-то обязательно придумают вместе, не отказывая ни себе, ни любимому человеку в счастье… – я молча дуюсь, как маленькая, рассматривая свой маникюр на больших пальцах, так и не поднимая на него взгляда, да и вообще стараясь даже не смотреть в его сторону. – Мира, тем ценнее будет время, проведенное вместе. – От этих слов я снова покрываюсь мурашками, а сердце принимается колотить о грудную клетку со скоростью звука… – Солнышко, я тоже устал от этих нескончаемых командировок – и буду стараться найти себе зама.

- Правильно! Вы много трудитесь и устаёте! – всё-таки размыкаю свои пальцы и поднимаю на него взгляд. – На вас лежит ответственность за большую компанию и вам хочется по вечерам возвращаться в дом, где вас будет встречать нормальная жена с детишками и вкусный ужин!

- И разве это плохо?

- Это очень хорошо и правильно! Только вот я не смогу дать вам ничего из этого… – от боли и досады я распаляюсь и зачем-то добавляю. – Ну, разве что, кроме приготовленного заранее ужина и оставленного в холодильнике!

- Не так уж и мало, Солнышко… – с улыбкой произносит он.

- Это не то, что вам нужно… Вы просто ещё не понимаете этого… Но обязательно поймёте, когда день за днём будете сами разогревать себе ужин и ложиться в пустую постель… – на последней фразе мой голос дрогнул и снова начало пощипывать в глазах.

- Мира, я с удовольствием буду наблюдать и за твоими личными тренировками, и за твоими тренировками с Машенькой, а еду мы будет с тобой готовить вместе… Я очень хочу ездить с тобой на конкурсы и готов разогревать не только себе, но и тебе, приготовленный заранее, ужин, обед и завтрак…

- Но это не правильно! – мотаю головой, смотря на него широко распахнутыми глазами.

- Мира, правильно так, как удобно двоим… Я тебя очень люблю и сделаю всё, чтобы ты не отказывалась от себя и своих желаний… Я хочу, чтобы ты почаще улыбалась и была счастлива…

Он смотрит на меня с улыбкой, а я хлопаю ресницами в полнейшем недоумении.

- А я не хочу, чтобы вы были несчастны рядом со мной… – просипела я и опустила взгляд.

- А я счастлив, когда ты рядышком… – сделал несколько шагов ко мне и оказался совсем близко.

- Это пока… – прошептала я, сдерживая подступающие слёзы и сглатывая ком в горле. Решаюсь. Тяжело вздыхаю и добавляю. – У нас не получится полноценной семьи… И рано или поздно вы найдёте себе подходящую женщину… Так что лучше и не мучать друг друга… Можно же просто постараться дружить…

- Мира, я никого вокруг не вижу, кроме тебя… Мы со всем обязательно справимся. Ты всего в жизни добилась сама… Я тоже создавал компанию своими силами и возможностями… Неужели мы с тобой не сможем договориться и создать наш собственный мирок? – в его голосе слышна нежная улыбка, а руки снова держат мои пальчики и успокаивающе поглаживают их… – Мира, ты мне как воздух нужна…

- Да как же вы не понимаете?! – с мукой прошептала я, отступила на шаг и спрятала свои руки за спину. – Я же видела, как вы хорошо общаетесь с Машуней! Понятно же, что вы любите детей и хотите своих!

- Да, так и есть. – Спокойно подтверждает он, а я уже внутренне сгораю…

- Я не смогу вам дать полноценной семьи… Не смогу выносить детей… – мой голос опять дрожит, хоть я и прилагаю все усилия, чтобы тон оставался ровным. – У меня диагноз. Я не смогу… – Он делает шаг ко мне, а я снова отступаю назад, стараясь не смотреть на него и не расплакаться. – Не подходите, пожалуйста, и выслушайте. – Я прикрываю глаза на несколько секунд, делаю глубокий вдох и продолжаю. – Я не имею права лишать вас возможности создать нормальную семью. А я не подхожу для этих целей. Сделаю вас только несчастным.

- Мира, очень хорошо, что ты такая самостоятельная… Что у тебя есть своё мнение, Солнышко… Я это очень ценю в тебе… Но почему ты решаешь за нас обоих? Хорошая Моя, когда дело касается чувств двоих, то и решать должны двое… Мира, я люблю тебя и ты мне нужна. Услышь меня, пожалуйста…

- Но я не смогу родить…

- Мира, а я тебе говорил, что выбираю инкубатор?

Мы оба хохотнули, но за этими лёгкими смешками пряталась и его, и моя горечь…

- Я проблемная! Очень! – всё же предпринимаю очередную попытку достучаться до него.

- Все мы в той или иной мере проблемные, Солнышко…

- И приношу людям только несчастье…

Он ухмыльнулся.

- А мне приносишь только удачу и успех. – Я поднимаю на него ошарашенный взгляд, а он мне нежно улыбается. – Значит, это судьба. Мира, больше всего я сейчас хочу обнять тебя и поцеловать, чтобы не на словах пытаться донести свои чувства к тебе, а завтра поехать не в командировку, а пойти с тобой в хороший ювелирный, подобрать кольца, а потом поехать в загс… – я медленно моргаю, застыв на месте. – Но я понимаю, что ты ещё не готова к таким отношениям, поэтому сейчас просто предлагаю тебе быть вместе, научиться находить возможности и время друг для друга и просто наслаждаться этим периодом в наших отношениях…

- Да вы меня будто не слышите… – шепчу подсевшим голосом. – Я не смогу стать ни нормальной женой, ни мамой… Неужели я вам такая нужна?.. – с трудом договариваю срывающимся голосом. – Играться в чувства я не хочу…

- Хорошая Моя… – подходит ко мне ещё ближе, аккуратно берёт мою руку и умащивает мою ладонь на область своего сердца, сверху прикрыв своей ладонью. – Не бойся меня, пожалуйста. Я не обижу тебя, и целоваться сейчас тоже не полезу… – у нас синхронно срывается смешок, а я опускаю взгляд, чувствуя, с какой оглушительной скоростью сейчас стучит его сердце. Точно так же, как и моё…

- Так сильно стучит… – прошептала подсевшим голосом, замерев от нереальности этого момента и даже какой-то абсурдности в моём понимании, ведь он уже должен уходить после всего услышанного…

- Так всегда, когда ты рядом, Мира…

- Я же вам…

Не даёт мне договорить:

- Очень сильно нужна, Мира. Очень. Я люблю тебя. Не думал, что умею так любить… Я понимаю, что глупо говорить о вечности, тем более, что мы и знакомы с тобой не так-то долго… Но я всё сделаю для того, чтобы ты была счастливой и чувствовала себя любимой. Знала, что я всегда рядом с тобой и обязательно поддержу… Мира, мы уже были порознь… Мне не понравилось… С тобой я дышу, чувствую, что живу, а не просто отсчитываю дни на календаре… Мысли о том, что я тебя увижу, придают мне силы и окрыляют… С тобой всегда ярко и незабываемо… Ты уже стала моим личным островком мира, спокойствия и счастья... И я верю, что настанет время, и у нас обязательно будет самая настоящая семья, Солнышко. И мне не важно – родишь ты наших детей или родит суррогатная мать, или мы возьмём деток из детдома… У нас же их с тобой два, как я понимаю… – я почувствовала улыбку в его голосе, а сама боялась дышать, притаившись. – Мира, для меня это всё равно будет наша самая настоящая семья… – я всхлипнула, не веря своим ушам, но его сердце по-прежнему взволнованно колотилось, как и моё. Я не поднимала на него взгляда, но почувствовала, как он второй рукой очень осторожно и практически невесомо проводит по моим волосам, начиная от затылка, и доходит до лопаток. Я замираю и даже не моргаю, а он не опускает свою ладонь ниже.

Выдыхаю с облегчением.

- Не бойся меня, Солнышко. Я не причиню тебе вреда. – Похоже, что он очень хорошо чувствует и понимает моё состояние, а я продолжаю слушать стук его сердца, которое будто отбивает: «Ми-ра! Ми-ра! Ми-ра!»

Словно завороженная этой «музыкой», кладу вторую руку ему на грудь – и под ней тоже чувствую приятное и живое тепло его тела. Ловлю его судорожный вздох и медленно провожу кончиками пальцев до солнечного сплетения. Замираю. Он тоже не дышит, а сердце всё равно оглушительно стучит.

- Мира, иди ко мне… – шепчет с моей любимой хрипотцой в голосе и едва ощутимо целует мне макушку. Чувствую его тёплое дыхание – и моё тело моментально покрывается мурашками…

Не понимаю, как он это делает, но мне с ним настолько тепло, уютно и хорошо… Ладони и ступни уже не ледяные – ОН меня отогревает…

- Доверься мне, Хорошая Моя… Я так тебя люблю…

Не выдерживаю очередного приступа нежности – и скольжу руками по крепкому телу, осознав, что произошло, лишь когда мои руки уже обнимали его спину, а я сама прижималась к его торсу.

- Мира, Девочка Моя Хорошая. – Услышала его осипший голос и почувствовала, как он укутал меня в свои тёплые объятия… Не знаю, как у него это получилось, но его руки накрывали всю мою спину. Он нежно гладил меня, шептал, что любит, целовал мои волосы и просто дышал мной…

А я слушала оглушительный стук его сердца и робко гладила его широкую спину, пытаясь осознать новую реальность и привыкнуть к необычным тактильным ощущениям, к своим внутренним чувствам и эмоциям, справиться с противоречиями…

И меня всё-таки прорвало… Словно лавиной, разом схлынуло всё напряжение и неопределённость прошлых дней… И я почувствовала, как по моим щекам покатились слёзы: крупные и горячие… Тело же начала бить дрожь…

Попыталась метнуться в сторону, чтобы сбежать в ванную и привести себя в порядок, ведь не люблю плакать перед кем-то и показывать свою слабость… Но ОН даже не выпустил меня из своих объятий, а лишь прижался губами к моей макушке и продолжал очень нежно и с каким-то особенным трепетом гладить меня по голове и спинке.

- Мира, всё в порядке, – прошептал мне в макушку. – Хорошая Моя, я всё понимаю… Сложный день…

- Скорее жизнь… – всхлипнула, сама не понимая, как умудрилась сказануть такое…

- Теперь будет полегче – я с тобой. Теперь мы вместе… – не переставая, гладит меня по спинке, по голове и волосам, аккуратно прижимая к себе, целует височек, а потом снова прижимается губами к моей макушке, максимально нежно укутывая в свои объятия. А я понимаю, что хватаюсь за НЕГО, боясь отпустить, и сама прижимаюсь к НЕМУ всё сильнее…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Мне очень приятно :)

Поздравляю всех тех, для кого эти выходные праздничные. А всем своим Читателям и вашим родным и близким людям желаю крепкого Здоровья, любви, благополучия, гармонии, Счастья, Удачи и только хороших событий в жизни :)

С наступающим Новым годом пока не поздравляю, ведь мне хотелось бы выложить ещё хоть одну проду в этом году :) Не обещаю, но буду очень стараться :)

От Души желаю всем нам Мира, Добра и Благоразумия :) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :)

Глава 15

Андрей

Чувствую и вижу раздрай, боль и сомнения Миры… Стараюсь не напирать и хоть немного отвлечь. Да и поесть ей было просто необходимо – не понимаю, как она вообще сейчас на ногах держится, а тут ещё и Машеньку тренирует, и купает, и наготовила перед этим…

Но, даже несмотря на такое её состояние, я всё равно чувствую рядом с ней энергетическую наполненность, бодрость, тепло и уют… Просто поразительная девушка, которая сама нуждается в бережном отношении, заботе и любви, но при этом же способна так щедро дарить себя, ничего не желая и не требуя взамен…

Похоже, что до Миры, я действительно ничего не знал о любви между мужчиной и женщиной, ведь встречался исключительно с потребительским отношением… Но вот сейчас… Насколько же всё по-другому… Непривычно, но желанно…

И Мира, Моя Маленькая Девочка, сколько же можно себя отдавать, чтобы другим было лучше?

Моё Любимое замёрзшее Солнышко… Как же это парадоксально, но она именно такая…

Не хочу, чтобы она выгорела окончательно и перестала быть, светить, согревать, озарять…

Хочу вернуть жизнерадостную и весёлую Миру в мир… Ей просто необходимо жить и научиться быть счастливой, принимать любовь…

Как же она всё-таки извела себя… И как же эта Малышка, видящая ранее от мужчин только грубость и боль, умеет любить… Чисто и жертвенно… Но я не хочу её жертв и никого, кроме её не хочу, и точно знаю, что не захочу…

И вот, наконец-то, она оказывается в моих объятиях… Сам себе не поверил, когда она обняла меня первой… Дрожит, сердечко колотится… И эти слёзы… Стараюсь сам сохранять адекватность и просто поддержать и удержать Своё Солнышко…

Конечно, она попыталась сбежать… Но теперь я её точно уже никуда не отпущу…

- Мира, всё в порядке, – прошептал в макушку Своей Малышке. – Хорошая Моя, я всё понимаю… Сложный день…

- Скорее жизнь… – она на несколько мгновений напрягается, наверняка осуждая себя за эти слова, но я очень стараюсь сейчас показать ей, насколько она мне дорога и как сильно я её люблю… Дать ей почувствовать, что она мне может безоговорочно доверять… И я понимаю, что она потихоньку начинает это делать… Да, ей сейчас очень дискомфортно, но она доверяет мне свою боль, свою печаль, свои слёзы…

- Теперь будет полегче – я с тобой. Теперь мы вместе… – успокаиваю её, а она продолжает всхлипывать и подрагивать, но всё равно обнимает меня. Да, ещё немного напряжённо, но всё равно не отпускает, а лишь сильнее прижимается и хватается за меня… А я, не переставая, глажу её по спинке, по голове и ещё слегка влажным, но невероятно шелковистым волосам, аккуратно прижимая к себе, целую височек, а потом просто прижимаюсь губами к макушке, максимально нежно укутывая её в свои объятия, стараясь оградить её хотя бы от, надуманных ею же, страхов. – Мы со всем обязательно справимся вместе, Моё Ласковое Солнышко.

Мира постепенно успокаивается, а я продолжаю её обнимать и аккуратно гладить, шептать, как сильно её люблю и что всё у нас обязательно будет хорошо… Внутри же у меня бурлил свой океан чувств и эмоций…

Но, несмотря на всё это, я отчётливо понимаю, что у нас всё действительно будет хорошо. Мира сама научила Машеньку заряжать воду и еду позитивом и любовью. И это работает… А мы живые и в нас тоже много «воды»… Я каждый день буду говорить, что люблю её, и что у нас обязательно будет счастливая семья с детьми. И у нас всё обязательно получится… Мире просто ещё не говорили добрых слов, не поддерживали, не верили в неё, не дарили любовь, не хотели сделать счастливой… Да, у неё очень тяжёлый режим на износ, но мне почему-то кажется, что сейчас её тело отравлено всем тем, что ей пришлось пережить… Болью и грубостью… Жаждой просто обладать, не учитывая её желаний и не давая ничего взамен… В её жизни не было любви, а сплошная корысть… Какой же организм захочет даровать Жизнь в награду за грубость и боль?.. Мне кажется, что это просто такая защитная реакция… Она закрылась, чтобы оставить себе хоть немного Себя… Но я всё сделаю для того, чтобы она всегда чувствовала себя счастливой и любимой… И пусть Мира мне ещё не признавалась в любви словами, но я уверен, что она меня любит не меньше, чем я её…

Мира ещё раз тихонечко всхлипнула и завозилась. Моё сердце снова ускорило свой, уже слегка поутихший, ритм.

Почувствовал, как она положила свою левую ручку мне на грудь и аккуратно погладила. Правой же своей рукой она продолжала меня обнимать. Я затаил дыхание, боясь её спугнуть.

- Вся рубашка мокрая, – прошептала она подсевшим голосом.

- Мира, ну какая рубашка? Было бы, о чём переживать… – погладил её по плечику, не разжимая объятий, и снова прижался губами к её макушке, ведь без своих шпилек Моё Маленькое Солнышко спокойно умащивается у меня на груди и слушает стук моего сердца.

«Значит, будет лишний повод носить её на руках», – подумал, наслаждаясь этим хрупким моментом нашего единения, чувствуя, как приятно будоражит её тёплое дыхания, и понимая, что ни я её, ни она меня не хочет отпускать… Будто наши Души ведут сейчас какой-то свой диалог – и слова нам уже не нужны… Но сказать их всё равно ещё надо, чтобы мы уже окончательно знали и понимали, кто мы друг для друга… Чтобы Моя Девочка и на миг не смела сомневаться в нас…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Мне очень приятно :)

Поздравляю с наступающим, а для кого-то уже и наступившим Новым годом :-)

От Души желаю всем нам Мира во всём Мире, Добра, Гармонии, Счастья, Благополучия, Благоразумия, Здоровья, возвращения потерянных возможностей и материальных благ и только хороших событий в жизни. Тем, кто ищет свою любовь, обязательно её встретить, а тем, кто уже нашёл, но в разлуке – скорейшего воссоединения :-) Пусть мечты сбываются, а цели достигаются :-)

Вместо открытки я хотела бы поставить рисунок своей 11-летней дочери, дорисованный буквально вчера (использовались художественные фломастеры и сухая пастель для фона).

Надеюсь, что в обозримом будущем у меня всё-таки получится стать востребованным и читаемым писателем, а моя дочурка будет создавать обложки и иллюстрации для моих историй :-)

Верю и надеюсь на новые встречи с вами уже в 2023 году :-)

Всегда с любовью и уважением, ваша Лена :-)

❤❤❤❤❤

Глава 16

Андрей

Медленно и с наслаждением вдыхаю тропический аромат её волос и понимаю, что хочу остаться в этом моменте навсегда, но так же осознаю, что совсем скоро мне придётся уезжать домой. Ведь уже поздно, а Мире, очень нужен отдых…

Непроизвольно сжимаю её немного сильнее в своих объятиях, пока даже и не представляя, как буду разжимать их… В груди кольнуло, но я понимаю, что сегодняшний день уже и так стал особенным для нас с Мирой. Да я и не рассчитывал на такие подарки судьбы или подобное провидение Высших Сил, когда ехал в компанию с аэропорта… Не важно, кто или что, выстроило такую замысловатую цепочку сегодняшних событий – для меня важно лишь то, что я поймал Свою Малышку, держу в своих руках и сделаю всё возможное и даже больше, чтобы наши жизни теперь объединились…

Чувствую, что Моё Чудо снова завозилась и уткнулась носиком и лобиком мне в грудь.

- Мира, водички хочешь?

- Угу, – слышу тихий ответ и улыбаюсь, вспоминая её «филина» на сигнале сообщения.

- Я сейчас тебе налью, – глажу её по спинке и целую в макушку.

- Я могу и сама… – осторожно и всё равно ещё робко проводит ладонью по моей груди, разливая жар по всему телу.

- Знаю, что можешь, но мне будет очень приятно, если ты позволишь поухаживать за тобой, Солнышко.

- Ладно, – прошептала она, а я прикрыл глаза, наслаждаясь её дыханием на своей груди. Провёл руками по невероятно нежным и шелковистым волосам и шумно выдохнул. – Я тогда пока пойду в ванную. Мне умыться надо… – тихо добавила, но всё равно не спешила покидать мои объятия.

Мысленно порадовался, но всё равно озвучил то, что меня беспокоит:

- Мира, ты же дашь нам шанс? Попробуем быть вместе?

- А вы хорошо подумали?

- Мира, не выкай мне, пожалуйста. Я с первого дня знакомства хочу быть с тобой. Конечно, хорошо подумал. – Немного наклоняюсь к ней и целую в височек.

- Но…

- Я хочу заботиться о тебе и поддерживать во всём. Меня не останавливают все твои «но», Солнышко. И я убеждён, что всё у нас обязательно будет хорошо, Мира. Я люблю тебя и сделаю всё для твоего счастья и комфорта, Хорошая Моя.

Она меня снова обнимает двумя руками и слегка сжимает в своих объятиях.

- Это означает «да»? – уточняю, понимая, что улыбаюсь и чувствую, как по-сумасшедшему колотится моё сердце.

- Андрей Ви…

- Достаточно просто Андрей. Привыкай, Моя Хорошая. – Прижимаюсь губами к её макушке, прикрываю глаза и жду её ответа, стараясь не сильно сжимать в своих объятиях.

- Андрей… – она шумно выдыхает, а я снова целую её височек, подбадривая и одобряя одновременно. – Вы… Ты же понимаешь, что быстро у нас ничего не получится?

- Конечно, понимаю. – Ещё раз целую её височек, стараясь не подбросить Свою Малышку сейчас же в воздух от такого желанного «ты» и «Андрей»… Пусть и не легко ей давшихся…

- Я тебя не предам, но и сама не прощу предательства…

- Я тебя тоже не предам, Солнышко.

- Андрей… у меня, правда, очень много страхов и…

- Мира, мы со всем обязательно справимся вместе…

- Ещё раз уточняю: быстрого перехода отношений на новый уровень у нас не будет... Я не знаю, когда мы сможем… быть настолько близки, как…

- Мира, – понимаю, о чём она, и не даю договорить, чувствуя, что ей этот разговор даётся очень сложно. – Я всё понимаю, Хорошая Моя. Как там Машенька сказала: "Зрелые личности терпеливые..." Я надеюсь, что всё-таки уже стал зрелой личностью, – услышал её лёгкий смешок и порадовался тёплому дыханию любимой девушки на своей груди, но всё же решил продолжить. – Хорошая Моя, я буду ждать столько, сколько потребуется. Для меня главное – твой комфорт. Всё будет так, как хочешь ты… Мира, я обещаю, что не обижу тебя. Не сомневайся во мне, пожалуйста… Доверься мне… Я не предам тебя… Буду верен тебе, верен нам… Не предам нас, Солнышко…

Она молчала, но при этом часто дышала, а мне даже показалось, что сейчас наши сердца стучат в унисон…

- Мира, ты согласна?

- Да… – робко прошептала она.

- Мира! – в последний момент сдержался, чтобы всё-таки не подбросить её в воздух, а потом поймать. Но я решил оставить её на земле и самому постараться не поддаваться своим эмоциям – я же пообещал ей и не хочу напугать Своё Солнышко неожиданным приступом радости. Всё у нас с ней ещё будет… – спасибо тебе большое, Моя Хорошая… Спасибо, что стараешься и даёшь нам шанс… Мира, я всегда буду с тобой и за тебя… Теперь мы вместе… – целую её височек и шепчу. – Вместе…

Она буквально на мгновение поднимает свой взгляд на меня, а потом шустро выныривает из моих объятий и быстро сбегает в ванную. Я же сейчас как полнейший идиот с блаженной улыбкой на лице пытаюсь осознать своё счастье. Делаю несколько шагов назад и облокачиваюсь о столешницу кухонного шкафчика, прикрываю глаза – и снова вижу искры счастья в глазах своей Любимой Девочки…

«Как же я хочу всегда видеть именно такие её глаза…» – прошептал и всё же пошёл наливать водичку с самыми лучшими мыслями для Своей Миры…

*****

Не смог сдержать искренней улыбки, когда заметил, как Мира крадётся в свою же кухню… Понимаю, что моё присутствие её всё ещё смущает, но насмотреться на неё всё равно не получается, поэтому подхожу к ней и, взяв за ручку, уверенно подвожу к столу.

- Мира, присесть хочешь?

- У-У! – произносит отрывисто и отрицательно качает головой. Тянется за стаканом воды, но я беру его первым и передаю ей.

- Спасибо большое. – Поглядывая искоса, принимает стакан из моих рук и медленно пьёт. – Что? – произносит, посмеиваясь, наверняка заметив, как внимательно я за ней наблюдаю. – Вы… ты что-то туда подсыпал, а теперь следишь за моей реакцией? – шуточно прищуривается и ставит стакан на стол.

Пожимаю плечами и улыбаюсь:

- Ничего такого…

- В смысле?! – она сильно округляет глаза и снова берёт стакан в руки, присматриваясь и принюхиваясь к воде.

Тихо посмеиваясь, беру у неё стакан и отпиваю, пока Мира смотрит на меня во все свои нереальные глазища. Замечаю, как сбивается её дыхание.

- И? – едва слышно прошептала.

- Ждём… – ответил с улыбкой.

- Чего? – она нервно сглатывает.

- Когда подействует…

- Что подействует? – переспрашивает подсевшим голосом.

Пожимаю плечами, улыбаясь, и ставлю стакан на стол.

- Признавайся… – смотрит на меня, не моргая, что в её исполнении выглядит как чудо.

- Я тебя люблю… – замечаю, как её щёчек касается лёгкий румянец, и она опускает взгляд.

- Я не об этом.

- А я об этом. – Делаю несколько шагов к ней и обнимаю. Мира не сопротивляется и не отстраняется, делает глубокий вдох и выдох, а после я чувствую, как её ручки пробираются к моей спине, слегка щекоча. Она умащивается на моей груди и поглаживает спину, а я снова прижимаюсь губами к её макушке, пытаясь надышаться Своей Маленькой Девочкой. – Я так тебя люблю, Солнышко. И какая же ты чудесная без макияжа…

Почувствовал, как она завозилась, и снова уткнулась носиком и лобиком мне в грудь.

- Ты спряталась?

- Уф…

Понимаю её смущение, поэтому просто даю ей привыкнуть к себе, к нам… Нежно глажу её по голове и спинке, слегка зарываясь пальцами в её великолепные шелковистые волосы, наклоняюсь ниже и целую в височек.

- Ты же ничего в воду не добавил, да? – робко переспрашивает она, а я снова легонечко посмеиваюсь.

- Почему же не добавил?

- А?

- Свою любовь добавил. Надеялся, что понравится…

Я улыбаюсь и молчу, продолжая её нежно гладить, а Мира часто дышит, разгоняя всё сильнее кровь по моим венам…

- Можно не надеяться… – прошептала она, а я рефлекторно напрягся на мгновение. Она погладила меня по спине и добавила. – Мне очень нравится.

- Мира… – выдохнул в её волосы. – Но ты меня ещё боишься?..

- Не совсем… Сейчас я боюсь, что всё же не оправдаю твоих надежд…

- Мира, ты их уже даже переоправдываешь… – не смог сдержать смешка.

- Не думаю…

- Зато я абсолютно точно это знаю…

Она снова прижимается щекой к моей груди, а я целую её в лобик у самой зоны роста волос, аккуратно провожу по ним и снова вдыхаю тропический аромат, исходящий от них, и прикрываю глаза от наслаждения этим моментом…

- Как же не хочется завтра в командировку… – прошептала она, спустя несколько минут наших нежных и трепетных молчаливых объятий.

- Мне тоже… – прошептал в ответ, не открывая глаз.

- А во сколько наш рейс?

- Я заеду за тобой в двенадцать.

- Заедешь?

- Конечно, Моя Хорошая…

- И тебе уже пора ехать домой, да?

Я тяжело вздохнул:

- Пора… – и попытался хоть немного её подбодрить. – Хватит уже твоим гостеприимством злоупотреблять…

- Нет… ты что?.. – она тяжело вздохнула. – Я понимаю, что ты после командировки… Устал, а тут я со…

- Мира, не говори глупости. Я тебя люблю и мне в радость быть с тобой…

- А ты кушать хочешь?

Я не смог сдержать смешка:

- Хорошая Моя, ты же уже меня накормила.

- Да когда то было…

- Я не слон…

- Я вижу…

Мы вместе хохотнули, и я поцеловал её в лобик.

Как бы мне не хотелось уходить, но я чётко осознавал, что Мире сейчас нужен перерыв от меня… Мы завтра обязательно встретимся и будем несколько дней в командировке вместе, а сейчас лучше уйти, не дав ей пресытится собой… Пусть лучше она поскучает немного, тогда и меньше прятаться от меня будет и смущаться… И вообще, надеюсь, что всякие глупые мысли покинут её светлую головушку…

Беру её нежную ручку:

- Проводишь меня до двери?

Мира хлопает ресницами, а я улыбаюсь ещё шире, наблюдая уже такую родную и любимую реакцию Своей Малышки.

- Хорошо. Я сам справлюсь, Солнышко. – Целую её в лобик и, едва касаясь, провожу несколькими пальцами по бархатистой щёчке.

Она отмирает и бежит к холодильнику, оборачиваясь в мою сторону:

- Сейчас. Подожди, пожалуйста, пару минуточек. – Она открывает холодильник и быстро начинает доставать из него казаночек и контейнеры с едой.

Подхожу к ней и беру её руки в свои:

- Мира, что ты делаешь?

- Хочу собрать тебе ужин и завтрак…

- Я уже ужинал, а с завтраком разберусь завтра… – пытаюсь заглянуть в её глаза.

- Но…

- Мира, Хорошая Моя, я не буду таскать от тебя еду. Даже несмотря на то, что ты просто шикарно готовишь…

Составляю всё обратно в холодильник.

- Не надо, Солнышко…

- Не понравилось, да?

- Что ты? Очень понравилось, Мира… Я с огромным удовольствием буду кушать всё, что ты приготовишь, когда мы станем одной семьёй. Но забирать еду у своей любимой девушки я не буду. Я всё-таки мужчина, Мира…

- У меня ещё много…

- Вот и покушаешь – тебе надо сил набираться после болезни. – С улыбкой беру её за руку и отвожу от холодильника во избежание очередного приступа срочно накормить меня…

Мира молча идёт за мной в прихожую, а я надеюсь, что всё-таки не обидел её, ведь уже успел понять, что она любитель всех угощать.

Переобуваюсь и надеваю пиджак, не застёгиваясь, а галстук складываю в карман.

- Спасибо большое за гостеприимство и за нас, Мира. За всё… Сегодня особенный… даже лучший день в моей жизни, несмотря на все его события… Мы обязательно вернём твою машину, Мира… – смотрю в её грустные глаза и раскрываю свои объятия, но не успеваю ничего добавить, как в них уже оказывается Мира. – Солнышко Моё Ласковое, я так рад, что поймал тебя на парковке…

- Я тоже… – прошептала мне в торс и потёрлась носиком и лобиком.

- Мира… Любимая… – тихо прошептал на выдохе и мы снова просто молча стояли, обнимали друг друга, осторожно гладили, не позволяя ничего лишнего… Мира ко мне привыкала, а я пытался осознать то, что тоже важен для неё, что она точно так же не хочет меня сейчас отпускать, как и я её…

Не знаю, пройдёт ли когда-то это нереальное желание обнимать её, хотя бы легонечко касаться губами её волос, височка, дышать ею, быть максимально близко… Но я надеюсь, что так будет всегда – не хочу освобождаться от такого манкого, желанного и сладкого плена Моей Миры, Моего маленького и в то же время безграничного Мира…

- Солнышко, будь завтра готова к двенадцати. – Всё-таки заставляю себя нарушить нашу тихую идиллию. – И возьми, пожалуйста, вечернее платье… На всякий случай. И что-то тёплое и удобное. В Норвегии сейчас не очень холодно, так что можно будет прогуляться, если захочешь… Я надеюсь, что нам с тобой устроят не слишком плотный график, и время найдётся.

- Хорошо. – Прошептала в ответ и положила свою правую ладошку мне на область сердца. Я продолжал молча её гладить по волосам, наслаждаясь их невероятной мягкостью и шелковистостью, а она слушала, как стучит моё сердце, разрывающееся от неизбежности скорой, пусть и не долгой, разлуки. И как я не стараюсь, у меня не получается убедить себя уйти – я слишком долго хотел обнять Миру, слишком истосковался по ней за время длительных командировок по Китаю… Я слишком хочу хотя бы просто быть рядом с НЕЙ…

- Я тебя люблю, Мира… – поцеловал её в височек и с трудом разомкнул свои объятия.

Моя Девочка глубоко вдохнула и выдохнула, но её левая рука продолжала обнимать меня за спину, а правая так и лежала на груди. По моему телу стремительно разлилось такое уютное и нежное тепло от её дыхания и таких искренних объятий. Не удержался – и снова обнял её, нежно поглаживая по распущенным волосам, которые для меня одновременно и наваждение, и наслаждение.

Почувствовал, как она меня погладила по груди, и улыбнулся, целуя её в макушку.

«Наверное, я сегодня так и не смогу уйти…» – промелькнула в голове странная мысль, а я замер, почувствовав, как гулко забилось сердечко Миры, а дыхание стало прерывистым.

Но не успел я спросить, всё ли с ней в порядке, как у самого дыхание сбилось – Мира начала что-то выводить указательным пальчиком на области моего сердца. Сосредоточился, стараясь разобрать её послание моему, вырывающемуся из груди, сердцу.

Первой буквой стала «Л», поверх неё Мира написала «Ю», а я замер, забыв, как дышать. Следующей была буква «Б». Сильнее прижимаю ЕЁ к себе и улыбаюсь с каждой последующей буквой всё шире. А на моём сердце Любимая Девушка старательно продолжает выводить буковку на буковке: «Л», «Ю», «Ж», «Д», «У»…

Шумно выдыхаю, в груди горит, счастье переполняет и я стараюсь не захлебнуться им, хочу кричать и смеяться, но продолжаю обнимать Свою Радость:

- Мира, Хорошая Моя, спасибо тебе большое… Спасибо… Я понимаю, что тебе всё даётся очень не просто… Солнышко Моё, знай, что я очень сильно ценю каждый шаг, сделанный тобой, мне навстречу… Нам навстречу… Я так тебя люблю… – шепчу, целуя её волосы, дыша Своей Девочкой… А она всё ещё прерывисто дышит, подрагивает и прижимается ко мне… Понимаю, что она сильно волнуется и переживает, но надеюсь, что и чувствует мою любовь, благодарность и поддержку… – Мира, как же мне теперь уехать от тебя? Где бы взять сил?.. – прошептал с улыбкой, прильнув к её височку.

- Не уезжай… – услышал робкий шёпот и замер в попытке понять, не послышалось ли мне. – Останься… – Мира добавила едва слышно, щекоча и одновременно согревая своим дыханием…

- Но…

- У меня есть три гостевые спальни. – Уже погромче произнесла она. – Ты устал с дороги и день выдался… в общем, такой, как выдался – сам знаешь… Я боюсь сейчас пускать тебя за руль…

- Мира, мне ехать всего десять минут…

- И я с ума сойду за эти десять минут… – прошептала она. – Оставайся…

- Я не хочу, чтобы о тебе подумали плохо…

- Люди всё равно подумают то, что захотят подумать, даже если им предоставить видеозапись всего происходящего… От нас это не зависит…

- И ты не будешь переживать?

- Буду. Но ещё больше буду переживать, если ты сейчас уедешь… У меня хорошая интуиция, но я не всегда её слушала… К сожалению… Сейчас я чувствую, что тебе нужно остаться… Я понимаю, что это звучит глупо…

- Нет, не глупо… Я доверяю твоей интуиции, Солнышко. – Поцеловал её в макушку и погладил по голове и спинке.

- И останешься? – она немного приподняла голову и смущённо посмотрела на меня.

- Останусь, Любимая… – Мира снова спряталась у меня на груди.

«Ничего, ещё привыкнет», – подумал я, а вслух прошептал:

- Мира, тогда мне надо спуститься вниз и взять вещи из машины.

- У меня полотенца и банные принадлежности есть.

- Хорошо, Солнышко. У меня их как раз с собой и нет. Тебе б отельным бизнесом заниматься. – Легонечко хохотнул, погладив её, а она потёрлась щёчкой о мою грудь, дав почувствовать, насколько мне не хватало именно ЕЁ ещё задолго до нашей встречи и, казалось бы, такой естественной заботы, любви и трогательной нежности. – Спасибо большое, Солнышко. – Прижался губами к её макушке, понимая, что на остальное мне пока ещё рассчитывать рано – и так сегодня от Миры уже полно приятных сюрпризов. – Я кое-что из одежды всё равно возьму. Хорошо?

Она мне молча кивнула.

- Я быстро. – Поцеловал её в височек и разомкнул объятия.

- Хорошо. Я тогда пока спальню подготовлю. С лиловыми стенами не предлагаю. – Мы вместе хохотнули. – Какую хочешь: бежевую или песочную?

- Ты думаешь, я замечу разницу?

Мы снова вместе засмеялись.

- Я вообще-то на это надеюсь всё-таки… – посмеиваясь, ответила Мира, а я взял её ручку и невесомо поцеловал нежнейшую кожу на тыльной стороне ладони и спрятал её крохотную ручку в своих руках.

- Тогда давай бежевую. И я буду учиться различать цвета.

Она подняла свой взгляд на меня – и мы снова начали растворяться друг в друге… Разве могут глаза быть такими?.. Смотрю в этот безбрежный синий и глубокий океан чувств и эмоций – и понимаю, что глаза не просто так называют зеркалом Души… А ЕЁ глаза прекрасны – и в них столько Жизни, света, любви и тепла… И я очень хочу, чтобы они всегда искрились счастьем.

Соскучился…

И как же сильно я хотел увидеть её взгляд сегодня: когда признавался ей в любви, а она пряталась на моей груди… Смотрю и тону в нём… И с каждой секундой всё больше понимаю, что теперь у нас уже всё будет по-другому… Конечно, не сразу, но постепенно всё обязательно будет налаживаться – главное любить друг друга, продолжать открыто разговаривать и доверять друг другу.

Будто сквозь пелену, до моего слуха начала доноситься песня.

- Ой, это мой телефон! – встрепенулась Мира и помчалась за телефоном под реплику из песни: «Я Порше без тормозов».

«Кто б поспорил – я не стану!» – проговорил вслух с улыбкой, решив дождаться Свою Малышку.

- Ой, а это какой-то неизвестный номер… – она быстро возвращалась ко мне, убрав звук вызова. – И как-то поздновато уже…

- Тогда поднимай трубку и записывай вызов…

- Но это же как-то не очень… – с растерянностью посмотрела на меня.

- Мира, если не пригодится, то потом просто удалишь запись.

Глава 17

Мира

Я просто сама с себя в шоке…

Андрей…

Теперь ОН для меня просто Андрей…

Не смогла устоять и всё-таки поддалась его нежности, заботе и любви… Разрешила попробовать себе быть счастливой… Даже, если и не долго… Даже если всего на несколько дней…

Понимаю, что не заслуживаю счастья, но так хочется хоть чуть-чуть прикоснуться к нему, попробовать, что это такое?.. Как это – когда тебя любят?.. Не как сестру, а как любимую женщину… Не брат, а мужчина, которого вообще могло и не быть в твоей жизни…

А ОН любит – я это чувствую… И не хочу покидать его уютные объятия… И понимаю, что тоже очень хочу, чтобы у нас всё получилось…

Но это странное ощущение, что если отпущу его сейчас, то потеряю… Причём навсегда и безвозвратно…

Боюсь… Боюсь после того случая в Эмиратах не слушать свою интуицию…

А ЕМУ уже пора… Вижу, что уставший и держится только на положительных эмоциях и любви…

От еды отказывается, а я не понимаю, что ещё могу сделать?

Набираюсь сил – и всё же прописываю ему на «сердце», что люблю и жду… Пусть знает это, пусть чувствует, пусть это его бережёт…

Не знаю, на что я рассчитывала? На мгновенный эффект, которого естественно не последовало… Ведь моя тревога никуда не отступила…

Да, мы любим друг друга, но парой мы ещё толком и не стали, а это означает, что написанное признание – сейчас не более, чем простое признание, но никак не оберег и гарантия…

Цепляюсь за его фразу о нежелании уезжать – и ОН всё-таки решает остаться и даже не считает моё предчувствие глупостью…

Боюсь сама себя, радуюсь, переживаю, трясусь – что-то невообразимое сейчас со мной творится, но его участие и поддержка меня не просто обнадёживают, а успокаивают и дают уверенность в том, что ОН и правда со мной и за меня… Так странно, но так приятно и желанно…

И снова его потрясающий взгляд… Неужели меня можно так любить?.. Да и понять бы, за что? Чем я заслужила его хорошее отношение? Характер скверный, перспектива создания со мной полноценной семьи стремится к «нулю»… Не понимаю ничего… А ОН на меня так смотрит, что дыхание перехватывает, а сердце вырывается из груди… Так нежно и трепетно обнимает, ласкает, гладит… И ни в одном движении или слове нет ни пошлости, ни похоти… Разве мужчина способен на такое? Аккуратно проводит по моим волосам с явным наслаждением, а я понимаю, что ОН – способен… А ещё понимаю, что мне хочется навсегда остаться в его заботливых, надёжных и сильных руках…

Да он даже взглядом ласкает и согревает, а не прожигает и раздевает…

Но окончательно уплыть и раствориться в голубизне его глаз мне не даёт оживший мобильный.

Бегу за гаджетом и удивляюсь неизвестному номеру в довольно позднее время…

Догадываюсь, кто это может быть, а Андрей просит сделать запись разговора. Внутренне понимаю, что он прав, особенно, если звонит тот, кого и вспоминать противно.

Руки стали подрагивать и снова холодеть, но я почувствовала, как аккуратно и нежно ОН меня обнял и поцеловал в височек:

- Солнышко, я с тобой. – Прошептал мне на ушко, разгоняя волны мурашек по коже, и я приняла вызов, быстро нажав на запись разговора.

- Алло! – постаралась проговорить уверенно.

- Узнала?! – послышалось на другом конце.

- Глеб… – на выдохе прошептала я.

- Умница! Догадливая! – съязвил он. – Тогда слушай меня внимательно!

Я нахмурилась и уже сделала вдох, чтобы высказать ему всё, что думаю, как Андрей показал мне жестом и попросил одними губами успокоиться и выслушать. Вместо ответа я мотнула головой, но прочла по его губам:

«Пожалуйста. Так надо», – погладил меня по спине и поцеловал макушку.

- Слушаю! – ответила крысёнышу.

- Гы-гы! – некрасиво заржал в трубку. – Так бы сразу.

А я старалась молчать и не пыхтеть, очень явно чувствуя поддержку Андрея и его бережные прикосновения к моим волосам.

- Я возле твоего подъезда. Жду ровно полчаса. Одевай свой самый откровенный танцевальный костюм. Ещё несколько возьми с собой. Макияж красивый сделай и косметику тоже захвати! На выходные поработаешь – уверен, что приватами с продолжением тебя не удивишь! – я плотно сжимаю губы и чувствую, как Андрей меня успокаивающе гладит, хоть и сам сейчас очень напряжён. – Будешь послушной умницей, тогда в понедельник твоя тачка вернётся на ту же парковку! А если расстроишь или не удовлетворишь меня, то жди новых проблем, Ми-роч-ка!

- Пошёл ты! Никуда я не выйду! – всё же выпалила я.

- Полчаса. До встречи! – он сбрасывает вызов, а я рыча сжимаю телефон в руке.

Андрей забирает его у меня и проверяет, что запись сделана.

Откладывает его на комод и снова укутывает в свои объятия, целует макушку.

- Я никуда не пойду… – прошептала я.

- Это даже и не обсуждается, Хорошая Моя.

- И я не танцую приватов…

- Я знаю, Солнышко. – Нежно гладит меня, целует волосы, а я умащиваюсь у него на груди и прикрываю глаза, вдыхаю свой любимый морской аромат его парфюма и чувствую, что постепенно успокаиваюсь, дрожь перестаёт меня бить, но как справиться с этой ситуацией, не нажив ни себе, ни нашему охраннику проблем, я пока не знаю…

Сжимаю сильнее спину Андрея и слышу, как он усмехается и целует мою макушку. Чувствую его дыхание и снова ловлю мурашки…Только на НЕГО моё тело так реагирует… Только его голос, взгляд, дыхание и объятия отзываются так во мне… Столько мужчин вокруг, а умеет так только ОН один…Мой Андрей…

Трусь щекой об его грудь и чувствую, что его улыбка становится шире. И сама начинаю улыбаться сильнее – мне очень хорошо в его объятиях и тревоги постепенно отходят на задний план… Неужели это так работает?

Осознаю, что мне самой почему-то очень важно сейчас чувствовать его рядом, чувствовать, что он действительно со мной… Отогреваться в его объятиях и давать понимать ему, что он для меня тоже очень важен, нужен, что люблю его…

Расслабилась и растворилась в моменте… Наслаждаюсь его заботой и теплом…

- Солнышко, – будто сквозь пелену услышала любимый голос – и моё тело сразу же отозвалось на него волной мурашек. – Ты уже успокоилась? – гладит меня по волосам.

- Угу. – Отозвалась, не открывая рта, смутно осознавая, что нахожусь сейчас будто в какой-то полудрёме… – Похоже, что ты меня практически убаюкал… – проговорила, посмеиваясь и хлопая ресницами, стараясь освободиться от этого сонного наваждения.

- Мира, тогда положи на кровать в спальне всё необходимое, оставь в неё дверь открытой и ложись спать. А я пока быстро за вещами схожу. – Целует меня в височек и пытается заглянуть в мои сонные глаза, улыбаясь.

- Хорошо. – Рассеянно киваю. – Двери этой спальни как раз напротив мастерской.

- Спасибо большое, Солнышко. Я найду. – С улыбкой целует мне лобик и отстраняется. – Тогда иди. – Кивает мне и смотрит на часы.

- Угу. – Сонно киваю и добавляю. – Возвращайся, пожалуйста, побыстрее. Я тебя жду.

- Спасибо большое. – Он мне улыбается и разворачивается к двери, задержав свой взгляд на моём телефоне. Делает несколько шагов к выходу, но потом возвращается за ключами от машины. – Солнышко, иди. Я быстро. – И выходит в коридор.

- Угу. – Киваю и наблюдаю, как он закрывает двери. Перевожу свой взгляд на телефон. Разблокирую и смотрю на время вызова – полчаса ещё не прошло!

Блин! Сон, как рукой сняло – и я вылетаю прямо в комнатных тапочках за Андреем.

На лестничной клетке его уже нет, а лифт, как назло, не желает приходить. Громко рычу и решаю сбежать по ступенькам – в комнатных тапочках это не очень-то удобно и я их несколько раз чуть-ли не теряю, вспоминая всем известную Золушку. Только я, блин, бегу не от принца! И сегодня уже успела потерять офигенные туфли! Нет! Это уже явный перебор! Порадовалась, что всё-таки не скатилась с лестницы, а сбежала в целостности и сохранности. Молча пролетаю мимо консьержки и охранника, немного замешкавшись в дверях.

- Андрей! Стой! – закричала, задыхаясь, едва оказавшись на улице.

Глава 18

Андрей

Еле себя сдерживал, чтобы сейчас же не вылететь и не дать, как следует, по морде этому крысёнышу. Это же надо позволять себе такое общение с девушкой?! Кулаки сжимались, адреналин бурлил по венам, но мне сразу надо было успокоить Миру.

Не понимаю, почему в ЕЁ жизни появляются такие отбросы?.. Она же самое настоящее Чудо… Да ещё такая нежная, ласковая и искренняя, несмотря на свой горький жизненный опыт…

Понимал, что рядом с ней тоже успокаивался – Моя Малышка всё-таки умеет создавать Мир вокруг себя и наполнять энергией, давая силы и ощущение, что рядом с НЕЙ я могу всё – и даже горы свернуть, как бы это банально не звучало…

Но в первую очередь мне всё-таки нужно постараться донести до этого крысёныша, что с девушками так обращаться вообще-то нельзя, а с Моей Девушкой не просто нельзя – за такое обязательно придётся отвечать…

Понял, что Мира успокоилась, а когда заглянул в её сонные глазки, то и обрадовался – значит, сейчас подготовит мне комнату и пойдёт спать без лишних вопросов.

Вот только, уходя, заметил в её взгляде, зарождающееся, сомнение…

«Вот же ж!» – чуть не выругался вслух, понимая, что всё-таки не смог сдержать свои эмоции – и, вполне возможно, что Мира догадалась…

Ладно, значит, разговаривать придётся быстро.

Вышел из лифта и понял, что к Мире он сразу же не придёт – похоже, что жильцы вернулись из отпуска и собирались сейчас заносить свои вещи в лифт.

«Отлично!» – подумал я, быстро обходя их.

«Я сейчас вернусь», – по пути предупредил консьержку и охранника, кивнув.

Вышел на улицу, вдохнув свежий воздух, но сразу же поморщился от картинки, не сомневаясь и секунды, что передо мной находится этот крысёныш Глеб.

Быстрым уверенным шагом направляюсь к пацану (ни парнем, ни, уж тем более, мужчиной, я его даже мысленно не могу называть). Тот стоит, скрестив руки на груди, и облокачивается о жёлтый Ламборджини (уверен на 200 процентов из ста, что купленный не на свои деньги). Лицо явно не обезображено интеллектом – об этом говорит даже то, что «припарковал» он автомобиль как раз посреди подъездной дороги к наземным паркоместам, мешая жильцам дома проезжать на своих авто. Наглый и полностью уверенный в своей безнаказанности.

Подходя ближе, замечаю взъерошенные волосы и блуждающий расфокусированный взгляд. Одет, хоть и дорого, но выглядит при этом отвратительно – помятый и какой-то растрёпанный… Да даже мой костюм после двенадцатичасового перелёта и всех остальных сегодняшних приключений выглядит гораздо приличнее.

- Ты Глеб?! – решаю не рассусоливать и сразу же перехожу к делу. Бисер перед ним метать вежливостью и уважением, которого к нему не испытываю, тоже не вижу смысла.

- Ну, я… – лениво отвечает мне, заплетающимся языком, а в ярком свете фонаря я замечаю, что у него покрасневшие белки и зрачки шириной практически во всю радужку, от чего взгляд выглядит для кого-то пугающе, а для меня просто мерзко, ведь я понимаю, что это последствия принятия синтетических наркотиков… И эта неадекватная тварь ещё что-то хочет от моей Миры?!

- Мира – моя девушка! Поэтому я настоятельно рекомендую тебе забыть её номер телефона и про неё тоже! И чтобы я тебя даже в радиусе пяти километров от неё не видел! – прорычал я, стараясь себя сдерживать, и всё-таки сначала попытаться донести до него информацию словами.

- Ха! Прикольно! – пошатываясь, сильно втягивает носом воздух, и трёт нос, лишь лишний раз убеждая меня в том, что своё ожидание здесь он решил скрасить очередной дозой…

- Тогда едь домой! Или такси себе вызови, чтобы никто из-за тебя не пострадал! – прорычал ему сквозь зубы.

- А корчила тут из себя Мисс Независимость! А я же знаю, что она такая же продажная, как и все… – он противно заржал, а я стараюсь всё-таки себя сдерживать и не устраивать драку возле дома Миры – ей это ни к чему.

- Теперь она со мной. А остальное тебя не должно касаться!

- Скажи, а хорошо даёт, да? – ухмыляется этот гадёныш, а я быстро сокращаю между нами, и так небольшую, дистанцию.

- Андрей! Стой! – услышал, как за спиной закричала Мира.

Оглянулся на неё и вслух выругался.

- А вот и явилась! Всё-таки она меня хочет! Ладно, тогда я на выходные к вам присоединюсь – ты ж поделишься, друг?! – ухмыляется эта тварь, а я понимаю, что всё-таки не сдержался, когда этот крысёныш уже съезжал с жёлтого Ламборджини с разбитой мордой, держась за нос и отплёвываясь кровью.

- Андрей! – меня спереди обняла, подлетевшая Мира, и пыталась отстранить подальше от этой мерзости. – Пошли домой! Пошли! Пожалуйста!

- Тебе хана, тварь! Мой папа тебя со свету сживёт! Ты мне, с@ка, нос сломал и зубы! – шепелявил, противно сплёвывая вязкую кровь, и подвывал.

- Едь лечись! И учись уже самому за себя отвечать, а не на папу рассчитывать! Смотреть противно! Папенькин сынок!

- Да мой папа! – он взвыл.

- А мне пофиг, кто твой папа! Мне больше интересно, кто ты, раз посмел к Моей Девушке полезть!

- Зря ты так! Пожалеешь ещё, гнида! – сплёвывал, подвывая.

- Глеб, замолчи! – вклинилась Мира, удерживая меня. – Андрей, ну пошли уже… Пожалуйста…

- Шлюха продажная! – зло выплюнуло это, а я всё-таки смог выпутаться из объятий Миры – и отключил его следующим ударом.

Смотрю на развалившееся тело с расквашенной мордой, считаю про себя, чтобы успокоиться и хоть немного уменьшить количество адреналина в крови. Чувствую, что меня обнимает и всхлипывает Мира.

Выругался про себя – не хотел же здесь устраивать разборки, но всё равно не сдержался.

Сожалею ли я о том, что врезал этому крысёнышу? Ни капельки! А вот то, что расстроил Миру – очень даже… У неё и так сегодня непростой день выдался.

Отстранённо наблюдаю, как к этому телу подходит охранник подъезда и проверяет наличие пульса.

- Живой. – Констатирует он и подходит ближе к нам. – Мира, успокаивайся… Чего ты, в самом деле? Заслужил – и получил… Жаль, нам так нельзя! – ухмыльнулся он, а Мира, ещё раз всхлипнув, посмотрела на него, продолжая обнимать меня одной рукой и вытирая слёзы другой. Я же молча поцеловал её в макушку. Похоже, что сегодня у нас будет ещё один разговор…

- Ты Андрей, да? – уточнил у меня Валерий, как я прочёл на его форме.

- Да. – Кивнул ему, протягивая руку для приветствия.

- Так получилось, что эта камера как раз забарахлила… Записи нет… – пожимает плечами, улыбаясь. – А мы с Тамарой Михайловной и не разглядели, что там на дороге твориться-то… Вот припарковался бы, как люди, да не грубил, то… – он махнул рукой… – А так… Сам виноват! – заключил, подмигнув, а я ему кивнул.

- Понятно, Валерий. Спасибо большое. А до скольки часов ваша смена с Тамарой Михайловной?

- В семь утра сменяемся. Ну, идите! Нечего здесь стоять – «Скорую» мы сами вызовем. И эвакуатор! – усмехнулся он. – Ну, умеет же вести себя тихо… – посмотрел на крысёныша в отключке и добавил. – Если помочь… Молодец! – похлопал меня по плечу и достал свой мобильный.

Глянул на свою заплаканную Малышку. Вздохнул и накинул ей на плечи свой пиджак – выскочила же, в чём была. Ни кофточки не набросила, не переобулась…

Поцеловал её в височек и повёл, приобнимая за плечи, к своему автомобилю.

- А куда мы? – просипела она, а у меня сердце сжалось.

- У меня есть два варианта: поехать к себе или взять свои вещи, если ты ещё не передумала, конечно…

Она вцепилась в меня и уткнулась личиком в грудь:

- Да тебя вообще одного нельзя оставлять ни на минуту! Теперь за ручку с тобой везде ходить буду!

- Вот и отлично! – усмехнулся, сильнее её обнимая и целуя в височек.

«Молодёжь! Поторопитесь! – услышал голос Валерия. – «Скорая» уже едет! Быстро в дом, а там уже наобнимаетесь!»

Глава 19

Андрей

По пути в квартиру оставил свою визитку консьержке с просьбой написать мне. Ведь, даже если люди помогают мне просто так, то это не означает, что я не хочу их отблагодарить…

В лифте с Мирой ехали молча, обнимаясь. А я просто прижимался губами к её волосам.

Оказавшись в прихожей, Мира вернула мне пиджак, поблагодарив, и переобулась в другие комнатные тапочки. Потом вздохнула и повела меня в ванную. Вымыли руки и умылись, после чего она мне сама обработала ссадины на костяшках, не доверив это дело мне. Глупо, конечно, всё это, но её забота мне всё равно приятна.

- Ругайся! – ухмыльнулся, когда мы пришли на кухню, чтобы попить воды. Чувствую же, что она хочет, как минимум, высказаться, но старательно молчит…

- Да вот я даже и не знаю, с чего начать! – разводит руки в стороны, а я её просто обнимаю.

- С чего хочешь, с того и начинай, Солнышко. – Зарываюсь носом в её волосы и просто радуюсь, что с ней всё хорошо, и что она меня не отталкивает.

- Ох… – тяжело вздыхает, а я глажу её шелковистые волосы, вдыхая их тропический аромат. – Андрей, завтра в командировку…

- Вот завтра и поедем… – целую её в височек.

- У тебя костяшки сбиты…

- И что? Это мне как-то должно помешать вести переговоры с партнёрами, которых я уже давно знаю?

- Что они о тебе подумают?

- Как ты говорила, что захотят, то и подумают. От меня это не зависит. Предмет договора – не мои сбитые костяшки, а твои великолепные проекты…

- Наши с ребятами.

- Под твоим руководством. – Целую её в лобик.

- Ай, ты тему переводишь!

- Разве? – целую её в височек.

- Андрей, ты понимаешь, что у тебя теперь будут проблемы из-за меня. – Прижимается ко мне сильнее и проводит пальчиками по позвоночнику, заставляя дыхание сбиваться.

- Мира, Хорошая Моя, – прохрипел и прочистил горло. – Не переживай – я всё решу.

- Ещё кого-то побьёшь?

- Если надо будет, то «да»!

- Андрей, ко мне очень часто пристают всякие неадекваты… Надо решать вопросы по-другому… – она тяжело вздыхает и утыкается лобиком мне в грудь.

- Мира, иногда всё-таки надо и отстоять своё. И не всегда приемлемыми способами. Поэтому я тебе сразу же обещаю, что буду стараться решать вопросы мирно, но если этого не будут понимать, то буду объяснять, что ты – Моя Девушка уже так, чтобы всё-таки стало понятно.

- Андрей…

- Мира, – не дал ей договорить. – Ты же сказала, что теперь везде будешь со мной ходить за ручку. – Усмехнулся. – Думаю, что тогда всяким неадекватам будет понятно, что ты уже со мной… – погладил её по щёчке и поцеловал в височек, заметив, что она улыбается.

- Тебе абы смеяться. – Снова умостилась щёчкой на моей груди и погладила по спине.

- Я тебя люблю… – сказал то, что хотел, снова прижимаясь губами к её макушке, надеясь, что скоро смогу попробовать, какие её губы на вкус…

- Я тебя тоже… – эхом отозвалась она, а через несколько секунд, сквозь гул своего сердца, отдающий шумом в ушах, я услышал продолжение. – Люблю… И так сильно за тебя боюсь…

- Мира, Солнышко Моё… Не бойся – я всё улажу. Обещаю. – Мы прижимаемся друг к другу ещё сильнее, а я чувствую, что мы с ней сейчас, будто срастаемся своими Душами – ОНА меня всё-таки пускает в свою жизнь… Напитывает энергетически и оберегает… Не могу это сам себе объяснить и уложить в своей голове, но вокруг себя сейчас чувствую какой-то плотный энергетический кокон… – Мира, что ты делаешь?

- Хочу тебя уберечь…

- Солнышко, просто будь рядом… Спасибо тебе большое, Хорошая Моя. – Целую её в височек и глажу спинку. – Мне сейчас надо сделать несколько звонков.

- Уже поздно…

- Всё равно надо. Поздно будет завтра, а сейчас как раз вовремя. А ты пока сможешь подготовить банные принадлежности и постельное бельё?

- Конечно. – Поднимает свою голову и гипнотизирует меня взглядом. – А ты мне скажешь, что будем делать с Глебом?

- Мы ничего – пусть им врачи сейчас занимаются, а потом папа воспитывает…

- Андрей, я серьёзно!

- Я тоже!

- Андрей… – Мира зарычала, а я засмеялся. – Я серьёзно, а ты тут цирк разводишь! – мило поморщила носик, а я его поцеловал, засмущав её.

- Всё будет хорошо! – улыбнулся ей и кивнул.

- Ты адвокату будешь звонить?

- Нет, пусть человек отдыхает.

- А кому?

- Ты будешь и дальше выпытывать?

- Да!

- Мира… – целую её в переносицу и прижимаю сильнее к себе.

- Ты мне не доверяешь?

- Не перекручивай, пожалуйста. Просто некоторые моменты я буду решать сам.

- У! – Мира надулась, но всё равно решила не сдаваться. – Эти моменты и меня касаются тоже, между прочим! Вместе, значит, вместе! Ну, Андрей! – она всхлипывает.

- Мира, вот только не плачь, пожалуйста. – Целую её макушку. – Это называется манипуляция… – произношу с улыбкой и глажу её по спинке, успокаивая.

- Это называется участие, переживание и поддержка! – сдерживая улыбку, старается произносить с укоризной.

- Мира. – Уже легонечко смеюсь я.

- Рассказывай!

- Врединка! – продолжаю смеяться.

- Всё равно рассказывай! – уже в открытую довольно улыбается она.

Я шумно выдыхаю и целую её височек:

- Я же тебе говорил, что знаком с генпрокурором области и у меня есть его контакты.

- И что?

- Вот сейчас и позвоню ему! – проговариваю с улыбкой.

- Что? Зачем?

- Попрошу вернуть твою машину и заняться воспитанием сына… Пусть научит его обращаться с девушками… И не приставать к чужим девушкам… Работать заставит, в конце концов, а не прожигать чужие деньги… – перечислял с улыбкой, пока Мира хлопала ресницами.

- И он тебя, конечно же, послушает… – сыронизировала она.

- Ну, я на это очень надеюсь. – Поцеловал её в лобик с улыбкой.

- С чего бы?

- У меня есть веские аргументы, которые я начну ему сегодня же отсылать… И если он не хочет, чтобы мы смонтировали ролик из всех косяков его сына, и его же незаконной поддержки в краже твоей машины, то думаю, что согласится…

- Андрей, но это же шантаж…

- Мира, а чем это Глеб занимался по отношению к тебе? Это разве не шантаж – выкрасть твой автомобиль и угрожать ещё большими проблемами, если ты откажешься его ублажать?

- Ты его… побил… – она опустила взгляд.

- И считаю, что надо было больше! Я не знаю, что бы случилось с тобой, если бы я не оказался рядом… И прекрасно понимаю, что если бы не вседозволенность и попустительство… – выдыхаю, стараясь успокоиться и прижимаюсь губами к её макушке. – Мира, они не правы – и нельзя это так оставлять. Иначе проблем будет ставать только больше…

- Ты думаешь, что он простит тебе то, что ты сделал с его сыном? – вздохнула Мира.

- Я не думаю так, Солнышко. Поэтому сделаю ещё один звонок для подстраховки. – Стараюсь надышаться ЕЮ. – А там люди уже сами донесут до него то, что нужно…

- Он генеральный прокурор…

- Поэтому будет держаться за свою должность…

- Я всё равно переживаю за тебя… – подняла на меня грустный взгляд.

- Не надо, Солнышко. – Целую её в лобик и улыбаюсь. – Давай я сейчас позвоню, а ты пока подготовишь всё необходимое для душа и сна, а в командировке мы с тобой обязательно ещё о многом поговорим… Раз уже вместе… – я ей улыбнулся и едва коснулся губами бархатистой кожи на её щёчке, а Мира засмущалась и пошла готовить для меня спальню.

Сделав необходимые звонки и пожелав Своему Солнышку спокойной ночи, принял душ и лёг в большую и удобную кровать. Прокручивал события сегодняшнего дня, понимая, что этот наш день даст фору всем предыдущим с запасом… Но я сегодня счастлив и чувствую, что Мира тоже…

Глубоко вдохнул и шумно выдохнул, думая о Мире, а потом всю ночь не выпускал её из своих объятий… А ведь до этого она всегда ускользала от меня во снах…

Глава 20

Мира

Медленно выныриваю из непривычно-приятного сна: мы снова, будто подвешены в пространстве, но я не отстраняюсь от НЕГО – и Андрей не даёт мне упасть… Удерживает, обнимает, целует мои волосы, а вокруг нас тьма постепенно светлеет и появляются уже другие цвета и свет… И это так красиво, просто завораживающе – мы будто парим, а вокруг нас все цвета радуги плавно перетекают друг в друга, смешиваясь, а в некоторых местах даже искрясь. Наблюдаю за этим волшебством, нежась в объятиях Любимого, и замечаю, как из этих полуразмытых пятен постепенно начинает формироваться уже что-то более узнаваемое, но пока ещё не осязаемое и очень хрупкое… Вижу, как проявляется ещё совсем полупрозрачная и подрагивающая дорожка, которая медленно удлиняется и ведёт к такому же полупрозрачному большому дому с цветущим садом и клумбами вокруг…

«Как же здесь будет красиво, когда эта реальность сформируется», – подумала я и очень сильно захотела жить вместе с Андреем в таком же прекрасном доме…

Окончательно просыпаюсь и чувствую улыбку на своём лице…

«Как же мне сегодня хорошо…» – шепчу, потягиваясь на кровати, а потом меня настигает странная мысль, что и всё остальное мне тоже могло всего лишь присниться…

Вскакиваю с кровати и, на ходу накидывая лёгонький халатик, направляюсь в прихожую.

Выдыхаю с облегчением и одновременной растерянностью, ведь вижу ключи от его автомобиля на своём комоде, а на полочке – его туфли… Давлюсь смешком, понимая, что сегодня в моей квартире ночевал мужчина…

«Соня мной бы гордилась! – подумала я, а потом ехидненько же и заметила. – Если бы не знала всех подробностей…»

Быстро сбегаю в ванную, чтобы Андрей меня случайно не увидел в таком виде, в котором видеть ещё рано…

*****

Пришла на кухню и растерялась: понимаю, что как хорошая хозяйка, да и просто ЕГО девушка должна что-то приготовить на завтрак. Только вот я же не знаю, что он любит…

Подвисла от воспоминаний о его объятиях и нежных невинных поцелуях, чувствуя, как по телу разливается жар.

«Быстро к холодильнику и готовить завтрак! Время идёт!» – попыталась себя простимулировать вслух, как услышала любимый смех:

- Хорошо, Солнышко! Как скажешь! – подходит ко мне, посмеиваясь, и обнимает со спины, заставляя тело гореть и трепетать от нежных объятий. А ведь он же абсолютно не позволяет себе ничего лишнего – просто приобнимает меня, положив руки на живот… – Уже командуешь, Любимая? – произносит с улыбкой, привлекая ближе к себе, и целует висок, а я прикрываю глаза от наслаждения тёплыми и нежными объятиями, от сильного тела и биения его сердца, которое чувствую даже затылком. – Доброе утро, Хорошая Моя. – Прижимается губами к макушке.

- Доброе утро… – шепчу на выдохе и глажу его сильные руки, длинные пальцы, стараясь не задеть сбитые костяшки на правой руке. Чувствую, как наши дыхания сбиваются, а потом всё же разворачиваюсь в его объятиях и утыкаюсь носиком в его сильную грудь, вдыхая, едва уловимый, мятный запах геля для душа. Провожу ладошкой по торсу, скрытому белой футболкой. Непривычно… Как же всё это непривычно… Но и безумно нравится тоже. Такой домашний и уже такой родной…

Слышу, как он шумно дышит, но всё равно обнимаю его и глажу по сильной широкой спине, потому что просто хочу этого, соскучилась и больше не хочу только смотреть на него – теперь мне этого уже мало…

- Я тебя сильно мучаю, да? – всё же решаюсь уточнить, не поднимая на него взгляда, и прикусываю губу.

- Ты меня не мучаешь, Солнышко, – произносит с улыбкой, целуя в макушку.

- Я же всё понимаю…

- Я тоже, Мира. И помню свои обещания. Поэтому не переживай, Моя Хорошая. Я знаю, что всему своё время, и не буду тебя торопить. У нас всё будет тогда, когда ты будешь готова. – Прижимается губами к виску и нежно гладит меня по спине. – Не из чувства вины или обязательства, а только по твоему желанию, Мира… Я всё вижу и чувствую, Солнышко. И не хочу понимать, что ты боишься и что-то делаешь против своей воли и попросту заставляешь себя. Мне приятно тебя обнимать и я чувствую, что тебе тоже. А я же помню, с чего у нас всё начиналось, Солнышко…

- Прости…

- Ты меня тоже прости, пожалуйста, Мира… Тогда я тебя ещё не знал, – прижимается к моему виску и шумно дышит. – Но так быстро влюбился, а потом надумал глупостей, приревновал до жути…

- Приревновал? – хочу, но боюсь поднять на него свой взгляд, поэтому просто продолжаю гладить его по спине, затаив дыхание.

- Да, приревновал. К Серёже… – мы оба прыснули со смеху и легонечко засмеялись, но я почувствовала горечь в его смехе…

- Ты же не знал… – потёрлась носиком о его грудь и положила правую руку на область его сердца, поглаживая.

- Всё равно повёл себя глупо и грубо… И очень сожалею об этом… О том, что обидел тебя тогда… Абсолютно незаслуженно… – в его объятиях и шумном дыхании чувствуется боль и раскаяние, благодарность и трепет, боязнь потерять или сделать больно… Чувственно прижимается к моему виску, а у меня сбивается дыхание и почва уходит из-под ног. – Прости меня, пожалуйста, я больше…

- Андрей, – не даю ему договорить. – Уже давно простила. Не надо больше об этом… И мне тоже стыдно за своё, мягко говоря, не идеальное поведение… За то, что испытывала твои нервы на прочность… За то, что постоянно убегала от нас, за то, что не хотела видеть, что ты другой, не хотела признавать, что ты любишь меня, а я люблю тебя…

- Мира…

- Прости меня, пожалуйста… Я тоже не горжусь собой…

- Зря, Солнышко… Я очень горжусь тобой… – Целует меня в лобик. – Ты очень сильная, хоть такая хрупкая на вид… Не сдаёшься там, где другие уже давно бы спасовали… Я восхищаюсь тобой и счастлив от того, что ты сейчас рядом, что могу тебя спокойно обнимать, а ты никуда не сбегаешь…

- У-у-у… – скулю, смущаясь и краснея. – Хватит, мне неловко…

- Мира, – слышу улыбку в голосе и чувствую поцелуй на макушке – довольно жмурюсь. – Ты самое настоящее Чудо и я очень хочу, чтобы ты была счастлива и тебе было хорошо рядом со мной.

- А мне и хорошо… – трусь носиком об его торс, продолжая смущаться. Хочу ему ответить, но слова застревают в горле, ведь я ещё не привыкла к такому бережному и просто человеческому отношению к себе…

- Я рад, что тебе хорошо, Родная. – Шепчет с улыбкой и гладит меня по голове. – Жаль, что ты уже собрала волосы, Солнышко.

- Иначе не удобно. – Отвечаю, улыбаясь и одновременно радуясь смене темы.

- А мне очень нравится… – целует мою макушку. – Мира, а можешь без необходимости не делать причёски? Когда мы вдвоём…

«Интересно, понимает ли он свою просьбу или просто на подсознательном уровне тянется к моим волосам?» – задумалась я, продолжая гладить его по спине и груди.

Конечно же, я знаю про силу и энергетику женских волос, про их магические свойства и про то, что волосы не только помогают женщинам черпать жизненную энергию из Пространства и поддерживать связь с Высшими Силами, но и питают энергетически её мужчину, а со временем и детей… Знаю, что у меня здоровые, красивые и ухоженные волосы… Знаю, что, несмотря ни на что, обладаю очень сильной энергетикой и специально всегда собираю свои волосы в причёску из кос, дабы не «распыляться» и не привлекать к себе ещё и этим лишнего внимания, ведь моя кукольная внешность тоже не оставляет никого равнодушным… А «ухажёров» мне и так всегда хватало…

Но ОН – абсолютно не те «прилипалы»… Андрей другой – я это знаю, чувствую и ОН продолжает меня убеждать в этом… Любит, защищает, готов всем рискнуть и всё отложить, ради меня… А ведь никто из мужчин, кроме брата, никогда для меня ничего подобного не делал.

ОН очень нежный и ласковый, бережно, с трепетом и восхищением относится ко мне, а моими волосами просто наслаждается… А я даже и подумать не могла, что можно так целовать, пропускать волосы сквозь пальцы, дышать ими, аккуратно гладить…

Не может правильной полноценной женщине нравиться, чтобы её волосы наматывали на кулак и тянули… Это грубость и неуважение, а не признак любви… Возможно, если бы их волосы сквозь пальцы пропустил по-настоящему любящий мужчина, а потом поцеловал их, они бы почувствовали разницу – и не путали любовь с желанием обладать и простыми животными инстинктами… Не знаю, возможно, я всё слишком идеализирую, но я думаю, что физическая сила дана мужчине не для подчинения женщины и доминирования над ней, а для защиты своей любимой и своей семьи…

А Мой Андрей именно такой. И с каждой минутой я всё больше понимаю, что не хочу просто попробовать счастье на вкус, не хочу быть счастливой лишь пару дней… Хочу всю оставшуюся жизнь прожить вместе с НИМ и постараюсь со своей стороны сделать всё, чтобы он был счастлив…

Знаю, что ОН меня ценит. Знаю, что не обидит. Знаю, что я ему нужна. Знаю, что могу хоть немного помочь ему чувствовать себя лучше после длительных перелётов и выматывающих командировок. И как хорошо, что в этой командировке рядом с ним буду я…

Поднимаю на НЕГО взгляд и с улыбкой достаю из волос несколько шпилек и складываю их в карман своих домашних брючек.

- Солнышко, что ты делаешь? – с недоумением и восхищением смотрит на меня, продолжая обнимать.

- Расплетаю причёску…

- Мира… – шепчет на выдохе.

- Ты же попросил… – наигранно-лукаво прищуриваюсь и несколько раз легонечко взмахиваю волосами, чтобы они расправились окончательно.

Аккуратно привлекает ближе к себе, а в его взгляде уже читается благодарность, радость и то же восхищение.

- Спасибо большое, Моя Хорошая. – Целует меня в лобик, а потом зарывается носом в волосы, дышит ими, гладит, целует, а я чувствую, что от меня перетекает к нему энергия, но мне от этого не плохо, а наоборот как-то радостно и счастье становится более полным, и Мир будто более красочным… Улыбаюсь и чувствую, как в груди становится тепло, и проявляются какие-то новые ощущения спокойствия, уверенности, опоры возле себя, даже какой-то странной непривычной защищённости… Понимаю, что это ОН, Его Сила сейчас защищает меня, я словно за стеной рядом с этим Мужчиной… За Мужчиной, хоть и не замужем…

«Пока ещё…» – доносится из глубин подсознания, и я прикрываю глаза от наслаждения, растворяясь в этом моменте очередного единения Душ, чувствуя, как сквозь нас проходят тёплые вибрации, как мы обмениваемся ими и понимаю, что возможно нам удалось прикоснуться к чему-то сакральному и ранее неведомому... Я чувствую это также ярко каждой клеточкой своего тела – оно тоже отзывается приятной дрожью и мурашками…

- Люблю тебя… – шепчем синхронно и легонечко смеёмся. Он глади меня по височку и заправляет прядь волос за ушко, продолжая гладить мои локоны, а я вырисовываю какие-то неведомые мне узоры на его спине. – Как спалось? – снова проговариваем вместе и смеёмся.

- Ты первый, – утыкаюсь ему в грудь и стараюсь успокоиться.

- Спасибо большое. Хорошо спалось, Солнышко. Ты мне снилась всю ночь… – прижимается губами к моей макушке.

- О как? – закусываю губу и стараюсь не смотреть на него, понимая, что мужские сны бывают разные… Хотя от него я похоти не чувствую… Контролируемое желание быть ближе, но не больше…

- Я тебя просто обнимал, Мира… – посмеиваясь, произносит он, и делает глубокий вдох, зарывшись в мои волосы.

- Как скажешь… – шумно выдыхаю и чувствую, что краснею.

- Мира, я до этой ночи к тебе во сне так ни разу и не прикоснулся… Хоть ты мне и снилась каждую ночь со дня знакомства…

- Правда? – немного приподнимаю на него взгляд и по глазам вижу, что не обманывает…

- Правда. – Кивает и осторожно прижимает к себе.

- Андрей, – чувствую, как его дыхание сбивается. – Я буду рядом…

- Спасибо, Моя Хорошая…

- А знаешь, ты мне тоже снился… – его дыхание ещё раз сбивается, а сердце ускоряет свой темп. Я глажу его по спине и, глубоко вдохнув, признаюсь. – Каждую ночь… Но именно сегодня ты не дал мне провалиться в мои еженощные кошмары… Ты удержал меня, обнимал, а вокруг становилось так красиво, спокойно, даже как-то сказочно и счастливо…

- Мира, тебе снятся кошмары?

- Да… – подтвердила, вздрогнув, и прикусила себе язык за болтливость.

- Давно?

- После Эмират начались… Давай я тебе в другой раз расскажу об этом – не хочу сейчас о них. Мне хорошо с тобой и я верю, что это пройдёт. Я буду стараться…

- Милая Моя, Хорошая… – гладит меня по голове. – Мы вместе со всем обязательно справимся. Будем стараться вместе… – целует меня в височек. – Вместе…

Я немного напрягаюсь, а он, почувствовав это, добавляет:

- Солнышко, я понимаю, что сразу же спать в одной кровати мы не станем, – целует меня в лобик и гладит по волосам, – но я тебе буду звонить перед сном и рассказывать что-то хорошее, желать приятных снов и вообще отсылать разные милые сообщения…

- Да ты романтик… – засмеялась я, наслаждаясь его душевным и телесным теплом.

- Я просто тебя люблю, Мира…

- И я тебя люблю, – прошептала, первый раз почувствовав, что хочу, чтобы он меня поцеловал… Зажмуриваюсь и закусываю губу, радуясь, что он не видит мою реакцию.

«Нет, сейчас не время – надо быстро готовить завтрак и собираться», – мысленно одёргиваю себя, делаю глубокий вдох и проговариваю вслух:

- Андрей, а что ты хочешь на завтрак?

- Плов. Самый вкусный пловчик в мире от Моей Миры в самом красивом казаночке, который разрисовала Моя Мира.

Мы вместе засмеялись.

- Так ты же его уже кушал вчера.

- И хочу ещё сегодня! – поцеловал меня в височек и добавил. – Сама виновата, что так вкусно готовишь…

Я засмеялась от такого странного комплимента, но было очень приятно и как-то невероятно уютно и комфортно. Мы оба в домашней одежде вместе подготавливаем наш первый совместный завтрак: Андрей греет себе плов и мне рыбу, сервирует стол, а я нарезаю салат.

Я вообще предпочитаю что-то полегче по утрам, но у нас сегодня перелёт, а я не ем перед посадкой и в самолётах, поэтому и решила позавтракать поплотнее.

Улыбаюсь от этой чудесной атмосферы и от того, что в моей жизни появляется какая-то перспектива – и я понимаю, что мне уже по-настоящему хочется жить, а не так просто надо…

«До чего же мне сейчас хорошо», – не успеваю додумать, как ОН меня целует в щёчку, проходя мимо с тарелкой.

Я всё-таки уговариваю и его тоже попробовать рыбу. Конечно же, со своей «коварной» целью, ведь я очень сильно люблю рыбу и ем её практически каждый день, а когда не ем, то в моём меню обязательно присутствуют мидии или ракообразные. Остальных морских гадов я как-то не жалую… Как оказалось, в этом наши вкусы с Андреем тоже совпали, чему я очень сильно порадовалась. И рыба ему тоже, кстати, понравилась, поэтому после завтрака моё настроение было прекрасным и мне искренне хотелось побольше таких вот лёгких и душевных моментов вместе с ним.

Загрузив посудомойку, мы отправились переодеваться. Мои вещи были уже собраны, а вот Андрея ещё нет. Он предложил поехать вместе с ним и посмотреть, где и как он живёт. Пообещал, что с сестрой сегодня знакомить не будет, а то мы тогда точно не попадём в аэропорт.

Я согласилась, хоть и сильно переживала. Но это ведь логично: он уже был у меня, а это значит, что и мне пора увидеть его обитель…

- Солнышко, ты уверена, что всё взяла? – не очень-то удачно сдерживает свой смех, завозя два моих огромных чемодана в прихожую, и ставя их рядом со своим небольшим, с которым он был в недельной командировке в Китае.

- Ты думаешь надо ещё пару свитерков и сапожек захватить? – всё-таки засмеялась я.

Он шумно выдохнул, но продолжал улыбаться:

- Как считаешь нужным, Мира. – Сделал несколько шагов ко мне и заключил в свои объятия. – Главное, чтобы тебе было комфортно, Хорошая Моя.

Обняла его в ответ:

- Мне с тобой комфортно… – не успела договорить, как услышала сигнал домофона. – Странно… Я же никого не жду… – прошептала, с сожалением покидая уютные и тёплые объятия, и пошла отвечать.

Глава 21

Мира

Стою у двери, методично хлопая ресницами, и дышу ртом, пытаясь поверить в услышанное.

Андрей подходит ко мне с улыбкой и обнимает:

- Мира, разве ты не рада? – гладит меня по ушку и спускается к спине, ведь я снова собрала волосы в причёску.

- Наверное, я поверю, когда сама увижу её во дворе… – прошептала, утыкаясь ему в грудь, но снова услышав стук любимого сердца, почувствовала, как начинают подступать слёзы…

- Тогда бери ключ-карту и пойдём смотреть. – В его голосе слышна довольная улыбка, а потом я чувствую его губы на своём виске.

- Андрей, а чего тебе стоило вернуть мою машинку? – мой голос всё-таки дрогнул и глаза увлажнились, а я старалась дышать ртом, чтобы не разреветься.

- Солнышко, я же тебе вчера всё рассказывал…

- Я не верю в благоразумие людей… А особенно таких… – почувствовала, как по моей щеке покатилась слеза.

- Мира, ну а сейчас ты чего плачешь? Всё же хорошо? – пытается заглянуть мне в глаза и вытереть слёзы, но я утыкаюсь лбом ему в грудь – он гораздо выше меня, поэтому так я легко могу спрятаться.

- Я боюсь за тебя. Разве это не понятно? – прошептала и всхлипнула.

Он нежно укутал меня в свои объятия и прижался губами к макушке.

- Солнышко, не надо за меня бояться. Мы вчера поговорили с папой Глеба. – Он ухмыльнулся. – И поняли друг друга.

- Ага… И он тебе ещё сказал «спасибо»…

- Ну, «спасибо» он мне не сказал, конечно. – Андрей снова ухмыльнулся. – Но надеюсь, что больше не станет потакать сыну…

- Надеяться, конечно, можно – никто ж не запрещает… Андрей, я боюсь, что не простит он тебе Глеба… – обхватываю его спину сильнее, прижимаясь плотнее, чувствую его глубокое дыхание, размеренный стук сердца и закрываю глаза, стараясь не думать о плохом, чтобы не притягивать это.

- Мира, вот поэтому ему потом позвонили и другие люди, которые рассказали, какие могут быть варианты, если он не оставит эту ситуацию и попробует мстить…

Моё сердце замерло:

- Андрей, ты связался с бандитами? – мой голос дрожал и подступала новая порция слёз.

Он тяжело вздохнул:

- Знаешь, Мира. – Поцеловал меня в макушку. – Я уже давно развиваю свою компанию и сейчас смотрю на многие вещи уже абсолютно по-другому и не так однозначно… Рано или поздно, занимаясь своим делом и работая на себя, ты всё равно сталкиваешься с теми, кому интересны результаты твоих трудов, твоя компания… Но только они не хотят перенимать опыт или сотрудничать – они просто хотят забрать твою компанию себе и дальше жить с прибыли, ничего не делая при этом… – он тяжело вздыхает. – Не очень приятная перспектива для владельца, согласна?

Я молча киваю, стараясь не громко всхлипывать, а он успокаивающе гладит меня по спине и целует височек.

- Но есть и другие люди, Мира. – Он ухмыляется. – Сейчас уже не девяностые и многое изменилось. Информация стала доступнее, а цена её возросла… Всех подряд в бетон не закатывают – предпочитают другие методы воздействия… – он снова ухмыляется. – Вот и у нас в компании есть «Служба безопасности». В этом отделе есть не только те люди, которые приходят в офис, есть и те, с которыми я с Романом встречаюсь редко вне компании по чрезвычайным вопросам… Если тебе так проще понять, то можешь считать это «крышей»… Но «бандитами» их называть даже у меня язык не поворачивается, Солнышко. – Он искренне засмеялся. – Это высококвалифицированные люди, хорошо разбирающиеся в современных технологиях, имеющие широкий доступ к информации и очень много полезных связей. Также они хорошо владеют навыками прикладной психологии и умеют правильно вести беседы и акцентировать внимание на нужном. Если есть необходимость, то правильно припугнуть они тоже умеют… – я почувствовала очередной поцелуй в макушку. – Но до крайних мер они стараются не доводить, конечно. И за семь лет сотрудничества с ними у нас все вопросы получалось решать мирно – они, правда, умеют хорошо объяснять… – он легонечко засмеялся. – Вот и кто после этого всего «бандиты»: те, кто помогают сохранить своё дело и отстоять свои интересы человеку, или же те, которые не уважают чужой труд и легко плюют на всех остальных только потому, что им так хочется?..

- И ты думаешь, что точно также на тебя не смогут накопать компромат?

- Накопать компромат не смогут – я стараюсь вести дела чисто и честно. А вот слабые места у меня всё-таки есть, Мира. И теперь одно из них – ты… Поэтому главной задачей всегда является донесение оппонентам той идеи, что, если трогать меня и родных мне людей, то будет очень плохо им и их родным людям…

- Обоюдные угрозы?

Андрей тяжело вздыхает:

- К сожалению, без них не до всех доходит, Солнышко… – целует меня в височек и шепчет на ушко. – Пошли умываться и спустимся уже вниз, хорошо?

- Хорошо, – ответила, пытаясь осознать, насколько всё-таки не просто Андрею руководить своей компанией – и бесконечные командировки далеко не самое тяжёлое в этом, а тут ещё я со своими слезами не в тему. А ведь это мне нужно его поддерживать и помогать во всём. – Андрей, спасибо тебе большое. Я сейчас. – Посмотрела на него смущённо и поторопилась в ванную. Тем более нашу командировку никто не отменял и рейс задерживать не станут от того, что мне снова приспичило пореветь…

*****

Довольно улыбаюсь, наблюдая, как Андрей ведёт машину.

- Да, я помню, что за руль надо держаться двумя руками. – Отвечает на мой взгляд с улыбкой, и мы прыскаем со смеху, а он останавливается на светофоре. Берёт мою руку и целует тыльную сторону ладони, а потом каждый пальчик, заглядывая мне в глаза. Моё дыхание сбивается, а он улыбается одними уголками губ, продолжая любоваться мной. Слегка закусываю губу и легонечко провожу дрожащей рукой по овалу его лица, чувствуя слегка покалывающую щетину и мурашки по всему телу.

- Мира… – шепчет на выдохе Андрей, но нам сигналит, стоящий за нами, автомобиль.

- «Зелёный»! Чтоб его! – высказался Андрей, а я легонечко засмеялась, но продолжала любоваться его красивым профилем и всё ещё млея от его нежных прикосновений и поцелуев.

Меньше суток мы вместе, а я уже не представляю, как буду без него… Естественно, он даже близко не подпустил меня к чемоданам, умудрившись в левой руке понести свой, а правой катить два моих… Душу грела радость за нас, сменившихся консьержки и охранника, когда я представляла им Андрея. А потом я вовсе потеряла дар речи, когда увидела свою машинку недалеко от входа в подъезд на нашей наземной парковке. Андрей же быстро сориентировался и осмотрел её на наличие повреждений и царапин, коих, к нашей общей радости, не оказалась. И теперь моя красавица стоит уже на подзарядке на подземной парковке. А ведь без Андрея я, наверное, до сих пор бы валялась на парковке «Вашей Рекламы» или в больнице, что более вероятно…

Всхлипнула от какого-то, резко нахлынувшего, приступа нежности и благодарности – и смущённо отвернулась к окошку. Что-то я совсем рядом с ним плаксой стала.

- Что случилось, Солнышко? – участливо спрашивает, останавливаясь на очередном светофоре. – Мы уже почти приехали. – Гладит мою руку и пальчики.

- Всё хорошо.

- А чего тогда снова плачешь?

- Вот, как ни странно, от этого, – посмеиваюсь сквозь слёзы, и поворачиваюсь к нему. – Просто раньше никогда так хорошо не было… И, похоже, что мне сложно к этому привыкнуть… – лезу в сумочку за бумажной салфеткой, а он мне уже предлагает свой белоснежный тканевой платочек. – Ой, и для меня нашёлся… – похоже, что меня так не вовремя начала накрывать какая-то странная весёлая истерика со слезами.

- Мира…

- Ты веди – не переживай! Сейчас пройдёт! – бодро отвечаю сквозь слёзы, а Андрей снова трогается на «Зелёный.». – Это так старомодно, но очень мило… – рассуждаю, промакивая слёзы его платочком. – А мне тоже хотелось получить платочек от тебя. – Я прыснула со смеху. – Маринке ты уже давал. И мне тогда тоже захотелось. – Смотрю на него растерянно, прикусив губу.

- Мира-Мира… – посмотрел на меня с нежностью и любовью.

- Согласна – что-то понесло меня…– не дала договорить ему. – Вот ты сейчас насмотришься на меня – и высадишь где-нибудь под деревом...

- Даже и не мечтай! – прервал мой нервный смешок. – Я всё понимаю, Солнышко. Хочется поплакать – значит, поплачь… Хочется посмеяться – смейся! Получается совмещать – ну, значит, сейчас тебе так надо и это поможет чувствовать себя лучше. – Останавливается перед шлагбаумом в его жилищный комплекс и смотрит на меня с любовью и трепетом. – Мира, я ценю каждую твою эмоцию и благодарен за то, что ты их себе позволяешь при мне…

Несколько секунд я смотрю на него широко распахнутыми глазами, а потом начинаю медленно моргать.

- Ты мне точно не снишься? – шепчу, пока Андрей заезжает во двор.

- Когда придёт время, я тебе это обязательно докажу, ну а пока у нас период обнимашек. – Он смеётся, а я чувствую, что заливаюсь краской, но зато все мои слёзы резко высохли и всхлипы прекратились.

- Андрей… – запнулась смущённо, понимая, что у меня нет слов.

- Солнышко, – посмотрел на меня, припарковавшись. – Всему своё время, а сейчас я тебе не снюсь, как и ты мне тоже. – Отстёгивает свой и мой ремни безопасности, гладит меня по щеке, гипнотизируя голубизной своих глаз, и шумно выдыхает. – Нам всё-таки пора…

Глава 22

Мира

«Да уж… Зря я решила сегодня не краситься – надо было хоть тоналкой воспользоваться… Щёки горят – точно, красна девица!», – думала я, отводя взгляд от своего отражения в зеркальной кабине лифта. Сегодня меня первый раз представили, как свою любимую девушку, а я оказалась к такому не готова. Да, Андрей меня представил не своим родным, а охраннику своего подъезда и консьержке, но, тем не менее – звучит это для меня всё ещё не привычно, хоть и реакция людей тоже оказалась положительной.

- Мира, – обнимает меня, нежно улыбаясь. – Да чего ж ты так дрожишь? Всё же хорошо. – Целует меня в макушку, потому что я старательно прячусь на его груди.

- Хорошо, но непривычно…

- А я верю, что ты привыкнешь, Любимая. – Чувствую очередной поцелуй в макушку и очередную волну жара, окатившую меня.

Лифт оповещает о прибытии на нужный этаж, а я не хочу, чтобы он видел моё красноречивое или, правильнее, краснощёкое смущение…

- Ты, правда, ещё никого не приводил к себе? – всё-таки не выдерживаю своего любопытства, ведь охранник назвал меня «особенной и единственной»…

- Да, Мира. – Пытается заглянуть мне в глаза, но я старательно зарываюсь у него на груди. – Ты, правда, особенная и единственная. – Он делает глубокий вдох и шумно выдыхает, не отпуская меня из своих объятий. – Конечно, у меня раньше были отношения – я не хочу тебя обманывать. Но сюда – к себе я никого не приводил, хоть у меня никогда и не было разовых девушек.

Я тяжело выдыхаю.

- Мира, я понимаю, что ты не это хотела от меня услышать, но лучше я расскажу тебе всё, как есть. Солнышко, я бы никогда не привёл тебя к себе, если бы не был полностью уверен в том, что люблю тебя и хочу быть только с тобой, хочу создать нашу семью…

- А до этого ты не хотел? – робким шёпотом уточняю я.

- Хотел… Но не было той самой «особенной и единственной»… – почувствовала улыбку в его голосе и очередной поцелуй на своём височке.

- А любил?.. – мой голос сорвался и я прикусила язык за то, что не смогла вовремя остановится и не развозить не очень-то приятную для нас обоих тему…

- Влюблялся, конечно… Но только с тобой чувствую, что это было абсолютно не то… Мира, я понимаю, что ты можешь думать о том, что я тебе сейчас что-то втираю, чтобы подобраться поближе, но это не так, Хорошая Моя… Ты другая, мои чувства сейчас абсолютно другие, собственно, как и желания… Да, я всегда хотел семью, но именно с тобой мои представления о семье поменялись и я знаю, что ты – моя жизнь и семья…

- Выйдем из лифта? Вдруг, ещё кому-то надо? – постаралась произнести с улыбкой, чтобы спрятать своё смущение и всё-таки ревность.

- Конечно, Хорошая Моя. – Пропускает меня вперёд. – Я понимаю, что ты сейчас думаешь и чувствуешь. Но это не заученные дежурные фразы…

- Андрей, ты взрослый мужчина и я прекрасно понимаю, что ты не меня всю жизнь ждал… Так получилось… И я надеюсь, что не разочарую тебя…

- Мира, я в этом уверен.

- Андрей, всего один вопрос – и мы закрываем эту тему и больше к ней не возвращаемся.

- Хорошо, Солнышко.

- Мне готовиться ко встрече с обиженной бывшей?

- Нет, Солнышко. – Он искренне улыбнулся. – Всё-таки я стараюсь не обижать девушек. И до знакомства с тобой не состоял в отношениях уже несколько недель…

Я прикрыла глаза, сглотнула:

- Хорошо, – прошептала на выдохе и зависла перед его дверью. Меня колола ревность. Андрей для меня первый любимый мужчина и очень хочу, чтобы остался единственным. А я у него даже не знаю, какая?.. Спрашивать в лоб об этом я не хочу и умом понимаю, что для мужчины в его возрасте нормально было иметь женщин. Не нормально было бы как раз обратное… Но всего за несколько недель до нашего знакомства вполне возможно, что он обнимал другую девушку, так же нежно целовал и шептал слова любви.

Мотнула головой, пытаясь отогнать от себя ненужные мысли, и сильнее сжала его платочек в своей ладони. Он поцеловал меня в височек, поглаживая по спине, и пригласил пройти.

Немного замешкалась от того противоречивого спектра чувств и эмоций, которые сейчас испытывала. Да и вообще я сама не люблю пускать посторонних в свой дом и также не люблю ходить по чужим домам, ведь это личное пространство каждого, и человек, который попадает в него, должен быть важен для хозяина жилья…

Переступаю порог его квартиры с мыслями: «Точно… Важен… А до этого никого из его девушек здесь не было…»

Услышала, как закрылась дверь и щёлкнули замки, а потом почувствовала его укутывающие объятия со спины и тёплое дыхание в макушку.

- Мира, только не надумывай ничего лишнего, пожалуйста. – Похоже, что по мне всё очень хорошо видно или это он меня так чувствует… – Ты для меня важна и больше никто… Все остальные в неудачном прошлом, которое я и сам хотел бы забыть, Солнышко… Но лучше буду помнить, чтобы ценить и любить тебя ещё больше… – с нежностью и трепетом целует мой висок, ласкает дыханием, шепчет «люблю тебя», а я плотнее прижимаюсь спиной к его груди, чувствуя, как подкашиваются ноги, сбивается дыхание, скручивает всё внутри, а кожа покрывается мурашками. Боюсь того, что он пробуждает во мне и хочу одновременно… Обнимаю его руки и медленно глажу, наслаждаясь теплом его тела, которое чувствую даже через тонкий свитер. Поддаюсь своему желанию – и проскальзываю своими пальчиками под манжеты на рукавах его свитера. Моментально слышу шумный выдох – и он сильнее обнимает меня. – Мира, я не позволю себе лишнего – обещаю. Я понимаю, что ещё слишком рано, но всё равно не могу запретить себе хотеть быть с тобой… Мира, просто верь мне – я не обижу тебя.

Он шумно дышит и не выпускает меня из объятий. А я и не хочу этого, ведь чувствую какое-то непреодолимое желание быть рядом, чувствовать тепло его тела, кутаться в его объятия или хотя бы просто прикасаться… Неужели любовь может так менять тебя и привязывать к человеку? Но мне так хорошо именно с ним, что я не могу себе отказать в удовольствии – и перекручиваюсь в его объятиях, прижимаясь плотнее и обвивая руками сильнее.

- Мира… – выдыхает моё имя и прижимается губами к макушке, глубоко дыша.

- Постоим так пару минуточек, хорошо? – робко шепчу.

- Хорошо. – Отвечает с моей любимой хрипотцой и я закрываю глаза, пытаясь успокоить своё гарцующее сердце. Чувствую, как гулко колотится и его сердце тоже, но он продолжает нежно гладить меня и просто дышит мной.

«Мне хорошо с НИМ… Я люблю ЕГО… А прошлое есть у всех… И у меня тоже, хоть я и не хотела себе такого… Но ради совместного счастливого будущего я постараюсь справиться со своей неуместной ревностью и страхами, посеянными другими недомужчинами… Постараюсь довериться ЕМУ… Ведь я сама очень хочу этого. И только сейчас понимаю, как сильно мне не хватало душевного и телесного тепла… Простых объятий и ощущения тёплого дыхания… Не отпущу…» – решила для себя и поцеловала его в торс через свитер. Не почувствует – и ладно. Сейчас мне важно самой научиться привыкать к НЕМУ…

Улыбнулась, поняв по тому, как он замер и на несколько мгновений перестал дышать, что он всё почувствовал, но старается проявлять деликатность и терпение.

- Спасибо большое, – синхронно прошептали на выдохе и всё-таки легонечко засмеялись, ведь наши нынешние состояния требовали хоть какой-то разрядки. Закрываю глаза, наслаждаясь этим незабываемым периодом в наших отношениях, когда открываешься, стараешься понять, проявляешь терпение, поддерживаешь… Да, пока ещё слишком много табу, но я так хочу продолжать преодолевать их вместе и чувствовать, как каждый раз отзывается моё тело именно на НЕГО…

Покидать его тёплые уютные объятия было мучительно больно и холодно, но ему собираться всё же надо.

Глава 23

Мира

Пока Андрей собирал вещи, я немного походила по квартире с его разрешения. Она оказалась двухэтажной. Андрей рассказал, что ранее думал заменить таким решением частный дом, но теперь понимает, что это не так – и для семьи всё-таки хочется не имитацию, а свой собственный дом и участок. Я с ним согласилась, чувствуя, как краснею. Тем более и сама тайно мечтаю о таком и очень люблю возиться с растениями…

Его обитель меня откровенно порадовала своей чистотой. Я, конечно, верила, что Андрей не неряха, но всё-таки наслышана о том, как живут холостяки… И за стильный минимализм в интерьере я ему тоже мысленно поставила плюсик, ведь сама не люблю вычурности и нагромождения. Для холостяцкой квартиры, у него достаточно уютно: стены и потолки в светлых тёплых тонах хорошо контрастируют с тёмно-коричневым полом и мебелью. Большое пространство, панорамные окна, тёплое освещение, лаунж-зона (зона отдыха – прим. автора) на лоджии с красивым видом на парк и небольшой прудик… Живых растений я у него не обнаружила – что, в принципе и не удивительно. Не думаю, что он много времени проводит у себя – за работой и командировками явно некогда, да и мужчины-любители растительности в квартире вообще большая редкость.

Также я наткнулась на его небольшой тренажёрный зал, чему не удивилась, ведь он в прекрасной физической форме, а ездить в спортивные клубы, я думаю, ему тоже особо некогда. Я и сама приверженец того, чтобы всё, что нужно, было максимально близко или вообще в моей квартире.

Вернулась в гостиную, чтобы пока присесть на диванчик, ведь мешать Андрею со сборами не хотела. Но заметила на полочке фотографию в рамочке. Улыбнулась и подошла к ней, ведь даже у меня нет фотографий в гостиной.

Не удержалась и взяла в руки горизонтальное фото формата А4 в тёмно-коричневой деревянной рамке как раз в тон мебели. И за это тоже поставила мысленный плюсик Андрею – люблю, когда всё гармонично. Но, конечно же, основным было само фото, вернее – семья, запечатлённая на нём. Тепло, исходящее от них, я чувствовала даже руками, несмотря на холодную рамку и стекло, защищающее фото. Тяжело вздохнула, пытаясь вспомнить, есть ли у меня подобное фото с родителями – и поняла, что крайнее фото, где мы похожи на семью, было сделано, когда мне было лет пятнадцать… Потом наше недопонимание только усиливалось…

Рассматривала по очереди всех членов семьи (Андрея, его маму, сестру и папу) на общем портретном фото, а по внешности Андрея поняла, что оно довольно свежее.

Как им удалось сохранить всё это и почему у меня не получается ладить со своими родителями? Ведь даже на фото видно, как сильно они любят друг друга, поддерживают и ценят. Чувствуется, что они рады и счастливы от этого момента, от того, что вместе… А у меня в глазах защипало от того, что я своих родителей сама же отправила в длительный круиз… Чтобы не доставали… Всхлипнула от того, что так и не сумела стать хорошей дочерью… И где гарантии, что смогу стать хорошей спутницей жизни для Андрея, тем более, что у меня такое количество эксклюзивных тараканов в голове, что аж самой тошно становится…

Почувствовала, как аккуратно ложатся тёплые руки мне на живот.

- Это я, Хорошая Моя, – Андрей нежно обнимает меня со спины и целует височек.

Прикрываю глаза, пытаясь не расплакаться, ведь это уже будет явный перебор. Так странно, но я очень чётко понимаю, что уже успела по нему соскучиться, но вот сейчас мне было бы легче совладать с эмоциями самостоятельно. Это всё привычка быть одной и со всем справляться без посторонней помощи и поддержки… Реветь бесполезно, если надо просто делать… Но ведь Андрей мне уже не посторонний человек и мы пытаемся строить отношения. Конечно, он меня успокаивает и не ругает за слабость, но мне всё равно надо учиться контролировать свои эмоции, чтобы не стать плаксой рядом с ним – слёзы всё-таки умиляют и ценятся до поры до времени, а со временем могут начать и напрягать…

Андрей молча обнимает меня и прижимается губами к макушке.

Сглатываю, подступивший к горлу, ком и тихо произношу:

- Вы все так похожи…

Чувствую, что Андрей улыбается.

- Похоже, что похожи… – посмеивается он и я вместе с ним, внутренне испытывая благодарность за то, что он пытается понизить моё напряжение и настроить на лёгкое общение. Всё-таки он очень хорошо меня чувствует…

Облокачиваюсь о его грудь, выдыхая и немного расслабляясь в уютных объятиях, и чувствую несколько лёгких поцелуев от макушки к височку.

- У тебя мамины глаза… – шепчу с довольной улыбкой от его нежных и ненавязчивых ласк. – Такие же красивые, глубокие… – поворачиваю голову налево и немного приподнимаю вверх, чтобы хоть так посмотреть на него, но моментально получаю нежный поцелуй в лобик и жмурюсь от удовольствия. Хочу спросить, что с его мамой и как она сейчас себя чувствует, ведь даже по фото заметно, что она не совсем здорова: бледная кожа без румянца оттеняет сероватым, мешки и синева под красивыми голубыми глазами. А во взгляде смешано столько всего противоречащего: мудрость и усталость, любовь и боль, нежность и надежда одновременно с отчаянием…

Андрей молча обнимает меня, поглаживая по животу и рукам, а я старательно прикусываю себе язык и сжимаю губы, но не могу себя удержать, ведь он мне уже не чужой, а это его мама. И судя по тому, как Андрей к ней бережно прижимается на фото, он её очень сильно любит и дорожит ею.

- Андрей, прости меня, пожалуйста, но я не могу не спросить… – я сглатываю и замираю в ожидании.

- Конечно, спрашивай… – шепчет, продолжая обнимать.

Я делаю глубокий вдох и всё-таки отбрасываю последние сомнения:

- Андрей, а что с твоей мамой? – слышу и чувствую своей кожей его тяжёлый выдох. – Она очень красивая, но… – он глубоко дышит и немного сильнее обнимает меня. – Прости… Я понимаю, что лезу не туда… – шумно выдыхаю, но всё же решаюсь договорить. – Возможно, что я смогу чем-то помочь… У меня тоже есть знакомые…

- Солнышко, – он снова шумно выдыхает, а я сильнее запрокидываю голову, чтобы увидеть его взгляд, и замечаю, как он начинает улыбаться. – Мира, может, просто повернёшься ко мне?

- Нет, тогда мне придётся поставить фотографию на место, а я ещё не насмотрелась…

- Не насмотрелась? – удивлённо приподнимает бровь, мягко улыбаясь.

- Да, не насмотрелась. – Подтверждаю, понимая, что и правда хочу подержать в руках хотя бы фото, на котором запечатлена настоящая любящая семья, пусть и не всё у них так гладко, но ценно как раз то, что от них исходит… Такая нежность и тепло… А это за деньги не купишь…

- Ну, тогда смотри, Солнышко… – получаю ещё один поцелуй в лобик.

- А ты пока рассказывай. Хорошо?.. – прошептала, сомневаясь в правильности своего поведения, но всё равно решая уже не отступать.

- Мира, ты ещё обязательно поможешь… Когда будешь готова… – целует меня в переносицу.

- Чем? – немного смущаюсь, но стараюсь не отводить от него взгляда, хоть и нахожусь сейчас не в очень удобном положении во всех смыслах.

- Своим появлением. – Отвечает с улыбкой.

- Ты это об… – запинаюсь, хлопая ресницами.

- Да, Солнышко. Когда будешь готова, я бы очень хотел познакомить тебя со своими родителями.

Я всё-таки аккуратно ставлю фотографию на место и перекручиваюсь в его объятиях. Набираюсь смелости и снова поднимаю на него взгляд.

- Мира, конечно, я тебя не тороплю. Всему своё время и я очень постараюсь, чтобы ты не сбежала от меня… – нежно обвивает мою спину руками и прижимается губами ко лбу.

- Вообще-то это я… – вздыхаю. – Это я проблемная…

- Мира…

- Андрей, – не даю ему договорить, понимая, что мне нравятся его планы и настрой на совместное будущее, да и любая другая на моём месте уже бы до потолка скакала… Но я – это я… И прекрасно осознаю весь тот невидимый «багаж», который повсюду «таскаю» за собой, и Андрей уже начал с ним сталкиваться, а будет ещё… Ох, страшно подумать, что и будет… Конечно, я очень хочу быть с ним и постараюсь для нас, но я так же прекрасно пойму, если Андрей не выдержит…

- Мира, у нас всё получится – не сомневайся во мне, пожалуйста. Верь мне. Я не подведу, Солнышко. Верь в нас…

- Вот если бы не знала, то подумала бы, что с Элей общаюсь… Ты так легко меня «читаешь»… – прошептала, потупив взгляд, и прикусила себе язык, а он ухмыльнулся. – Я буду стараться. – Всё же собралась с мыслями и почувствовала поцелуй в макушку. Легонечко улыбнулась и добавила. – Но если ты думаешь, что я забыла, о чём спрашивала тебя, то я всё помню. – Поднимаю на него взгляд. – Андрей, расскажи мне, пожалуйста, про свою маму. Мы же уже не чужие… – смотрю на него максимально проникновенно и глажу по широкой спине. – Для меня это очень важно… Верь мне… Я не подведу…

Вижу, что его взгляд смещается на мои губы – наши дыхания сбиваются и мы синхронно сглатываем. Чувствую, как сердце разгоняет свой ритм, а взгляд затуманивается от того, что сейчас между нами происходит. Знаю, что наши желания совпадают, но я ещё боюсь делать очередной шаг и сейчас всё-таки хочу услышать от него ответы на заданные вопросы:

- Андрей, – шепчу осипшим голосом. – Не сейчас… Прости… – трусливо прячусь у него на груди, слышу шумный выдох и сильнее обхватываю его спину, боясь, что вот сейчас всё у нас с ним и закончится.

- Мира, это ты меня прости, пожалуйста… – он ещё раз шумно выдыхает и нежно гладит меня по спине. – Это я тороплюсь. Ещё слишком рано – я всё понимаю.

Трусь носиком о его торс и чувствую, что он улыбается.

- Расскажи мне… пожалуйста… про свою маму. – Сбивчиво произношу, а Андрей всё-таки начинает легонечко смеяться.

- Ты вообще не сдаёшься, да?

- А это разве не логично? – «шагаю» пальчиками по его спине снизу вверх.

- Конечно, логично, Солнышко. – С улыбкой целует меня в височек. – Ты же у меня чемпионка и победитель по жизни…

- Чемпионка – это «да», – нескромно замечаю я, иронично хохотнув. – А вот «победитель по жизни»… – тяжело вздыхаю. – С этим бы я поспорила… Здесь не всё от моего труда и стараний зависит…

- Знаю, Моя Хорошая… – прижимается губами к моей макушке.

- Андрей, у меня плохая память только на цифры! – тихонечко смеюсь. – Я всё ещё помню, что ты так и не ответил на мой вопрос. – Добавляю уже серьёзно.

- Неугомонная!

- Абсолютно точно! Я жду! – уже окончательно обнаглев, поднимаю на него свой взгляд и мягко улыбаюсь, чтобы он поверил, что я тоже с ним и за него…

- У мамы сейчас астма. – Он тяжело вздыхает, а у меня улыбка сходит с лица. – Развилась, как последствие лечения лейкемии… – отвечает без лишней «воды» и предисловий, а я чувствую, что у меня внутри всё падает и больно сжимается в груди.

- Андрей, мне очень жаль… А что говорят врачи? Лейкемия… Она отступила? – вглядываюсь в его глаза, глажу по спине, сильнее обнимаю… Стараюсь поддержать его, но не знаю, как?..

Чувствую, что для него это очень тяжёлая тема и теперь хорошо понимаю все его попытки «съехать» с неё… Но мы же стараемся быть вместе, а это значит, что это меня тоже касается, тем более, я чувствую его боль и переживания… Не понимаю, как? Но чувствую… Да и чисто по человечески мне очень жаль его маму, ведь я знаю, что любая онкология – это очень страшная болезнь… У меня так не стало дедушки…

Вижу, что Андрей сосредоточенно и даже напряжённо думает, но продолжает обнимать меня и с благодарностью улыбается одними уголками губ. Замечаю, что он принял решение и делает глубокий вдох. Закусываю губу и ожидаю, боясь пошевелиться или «ляпнуть» что-то лишнее.

- Мы надеемся, что лейкемия всё же отступила – операцию сделали вовремя и мама прошла полный курс химиотерапии… Регулярно обследуется… – он тяжело вздыхает и прижимается губами к моему лбу, а я стараюсь забрать у него хотя бы часть его боли и отдать сейчас как можно больше своей нежности, любви и тепла. Не перестану его обнимать, пока не почувствую, что ему стало хоть немного легче.

- Андрей, – прерываю наше молчание. – На майские я обещала, что приеду к брату – меня племяшки будут ждать и расстроятся, если я не сдержу слово. Но после… В общем, выбирай любые выходные, когда будешь свободным – съездим к твоим родителям… – я всё-таки запинаюсь, почувствовав, как он замер и даже не дышит. – Если ты не против, конечно. – Робко добавляю я.

- Я так тебя люблю, Мира… – отвечает с хрипотцой, сильнее укутывает в свои объятия и прижимается губами ко лбу. – Люблю… Мира, Хорошая Моя, я очень ценю твою отзывчивость и желание помочь… Мы потом ещё вернёмся к этому разговору, договорились?

- Договорились… – немного растерянно отвечаю ему.

- Спасибо большое, Солнышко.

Я легонечко улыбаюсь в ответ и просто киваю, не представляя, что можно ему сейчас сказать, ведь я так ничего и не сделала, а «спасибо» уже получила… Да ещё и «большое». Думаю, медленно моргая, и продолжаю гладить его по спине.

- Мира, какое же ты у меня Чудо…

- То ещё «чудо»… – отвечаю, пожимая плечами, и слышу его смешок. – Сомнительное очень… – бурчу вдогонку.

- Мира, – проговаривает с улыбкой и начинает легонечко смеяться. – Нельзя же так о себе. Я люблю тебя. Очень люблю. А ты будто и не понимаешь, какая же ты на самом деле хорошая…

Я снова пожимаю плечами и медленно моргаю, пытаясь вспомнить, чем заслужила такой эпитет в свой адрес.

- Мира, нам в командировку всё равно надо. – Прерывает моё зависание и добавляет. – Может, попробуем съездить? – он легонечко посмеивается и целует меня в щёчку. Чувствую, что краснею, поэтому отвожу взгляд и отвечаю куда-то в сторону:

- Попробуем.

- Тогда пошли.

- Пошли. – Отвечаю ему и бросаю прощальный взгляд на их семейное фото, где Андрей и его папа, находясь по бокам, будто укутывают, оберегают и защищают своих дорогих и любимых «девочек»: маму-жену и сестру-дочь…

- А вы с Кирой очень похожи… – проговариваю, переводя взгляд на Андрея. – Только у неё глаза папины – карие…

Андрей старается сдержать свой смех, но у него это не очень хорошо получается.

- А это разве смешно? – переспрашиваю, улыбаясь.

- Ох, она мне почти каждый день высказывает, что её обделили…

- В смысле?

- Простыми словами – завидует и не скрывает! – уже откровенно смеётся. – Если бы это от меня зависело, то уже давно поменялся бы с ней. Вот бывает даже просто сядет напротив, смотрит мне в глаза и вздыхает, а потом сетует на то, как несправедлива жизнь и правильные гены передаются не тем, кому надо…

- Андрей, а вы разве не ладите?

- У нас с ней очень хорошие отношения. Но мой цвет глаз ей всё никак покоя не даёт! – задорно улыбается и целует меня в височек, пока мы проходим к прихожей.

- Ну, тогда надо ей показать, что с таким же цветом глаз, как у тебя, она потеряет свою теплоту и очарование… Она даже на вид очень уютная… И не смейся, пожалуйста, но мне почему-то кажется, что от неё горячим шоколадом пахнет…

Андрей останавливается и смотрит на меня с удивлённой улыбкой.

- Да, от неё как раз шоколадом и пахнет – она с детства подобрала себе такой аромат и крайне редко носит какой-то другой… Но волосы при этом всё равно всегда пахнут шоколадом. – Он весело ухмыляется, а я радуюсь, что он снова искренне улыбается.

- Ну, тогда тем более ей цвет глаз менять не стоит, а то потеряет своё «шоколадное» очарование. – Широко улыбаюсь ему и добавляю. – Если у тебя есть её портретное фото в телефоне, то в командировке я поменяю ей цвет глаз в «Фотошопе» – пусть сравнит и поймёт, что зря тебе столько лет завидовала. – Я начинаю тихонечко смеяться, а Андрей молча смотрит на меня с нежностью и благодарностью. Делаю шаг в сторону, пытаясь понять, за что я заслужила такой взгляд, но он продолжает смотреть на меня, а потом я быстро оказываюсь в его тёплых и уютных объятиях.

«Я тебя люблю», – снова шепчем синхронно, а я чувствую, как по мне тёплой волной расходится счастье и благодарность за то, что ОН теперь есть в моей жизни…

Глава 24

Андрей

Мира продолжает меня удивлять... Думал, что это я буду залечивать её душевные раны, а по итогу Моя Хорошая Девочка так много делает для меня, что я, взрослый мужчина, теряюсь в своих эмоциях... И абсолютно не понимаю, как она умудрилась сохранить в себя столько искренности, доброты, тепла и не просто желания, а готовности помогать...

Нежность затапливает и мне хочется всегда обнимать её, целовать, гладить, ласкать, делать всё, чтобы ей было хорошо... Ведь я так мечтал об этом... И до сих пор нахожусь в какой-то эйфории от того, что могу свободно к ней прикасаться, обнимать и пусть пока ещё совсем невинно, но целовать…

Чувствую и понимаю, что она старается меня отвлечь от сложных мыслей, хоть у самой изранены сердце и Душа даже, казалось бы, теми людьми, которые должны быть самыми родными на всю жизнь и поддерживать своего ребёнка. Тем более единственного. Тем более такого, как Мира...

Периодически поглядываю на искренне улыбающуюся Миру, которая иронично комментирует происходящее на дороге между подпеванием песням и лёгким подтанцовыванием, заставляя меня сдерживать смех, чем явно довольна. Понимаю, что с НЕЙ мне уж точно никогда скучно не будет – это же надо так быстро находить нужные словечки и определения происходящему вокруг. Просто поразительная девушка.

Слушаю её чарующий голосок и пытаюсь придумать, какое помолвочное кольцо ей бы понравилось и подошло, ведь уверен, что банальный огромный бриллиант она не оценит. Да и мне очень хотелось бы, чтобы она это колечко не снимала, а для этого оно должно быть удобным и не цепляться за одежду и волосы... Бриллиантовый "булыжник", конечно, покажет, что девушка уже не свободна, но и комфорта ей при этом не подарит, а я всё-таки хочу, чтобы ей колечко нравилось, она его с удовольствием носила и оно гармонизировало с НЕЙ и соответствовало самой Мире…

Между песнями радиоведущий рассказывает какие-то интересные факты – и Мира их слушает с огромным удовольствием, угукая или проговаривая «прикольненько», чем очень умиляет и абсолютно не раздражает.

«В Швеции есть традиция – мигать фарами, если на дороге был замечен олень. У нас тоже есть такая традиция», – озвучивает радиоведущий как раз в тот момент, когда, едущий по встречке, водитель сигнализирует о том, что рядом прячется дорожный патруль.

Я пытаюсь сдерживать свой смех, ведь сейчас за рулём – благо до аэропорта остаётся меньше километра, а моя Мира даёт волю веселью, заливаясь мелодичным колокольчиком:

- Ой! Я не могу… Олень! – прячет своё личико в ладошки, пытаясь успокоиться.

- Ну так, хорошо же совпало! – легонько посмеиваюсь я.

- Да уж! Нарочно не придумаешь! – подхихикивает. – Я не стану дальше развивать эту ситуацию – ты всё-таки за рулём! – кивает с улыбкой.

- Спасибо большое, Солнышко.

- А вообще, олени – благородные животные, и, в отличие от некоторых, играющих в прятки, такие классные… – Моя Малышка всё-таки не сдержалась от колкости. И, погружаясь в воспоминания, добавила. – У них рожки, как будто бархатные и тёплые…

- Мира, а ты трогала рожки оленей?

- Ну да. И даже кормила изо рта в рот. – Она рассмеялась, а я округлил глаза от удивления.

- И ты не побоялась?

- Ну, это же не дикие олени были, а воспитанные… – снова хохочет.

- И кто их воспитал?

- Наверное, те, кто ухаживал за ними… Это было в частном зоопарке.

- Интересно.

- Ещё бы! – довольно подтвердила и продолжила рассказывать. – Как-то мы с девчонками летом делали вечерние шоу и проводили дневные мастер-классы на одной элитной частной базе отдыха. Там был свой большой зоопарк прямо на территории – и животных можно было кормить, а некоторых даже гладить...

- Ого! Понятно.

- Ну, кроме хищников, конечно.

- А там и хищники были? – искренне удивляюсь.

- Да! И много: волки, лисы, медведи, тигры, львы, пантеры, рыси…

- Ого!

- Да! Всё серьёзно! – она засмеялась. – Енотовидных собак, кстати, можно было кормить.

- И чем?

- Не поверишь – хлебушек любят в качестве лакомства. А так у них, конечно, свой рацион. Ещё мишек хлебушком, яблоками и сахарком рафинад разрешали подкармливать. Но для этого надо было из-за ограждения на расстоянии нескольких метров попасть между прутьями решётки или в их кормушку. – Она засмеялась. – Испытание на меткость! И как оказалось, в прутья попасть гораздо проще, чем между ними…

Мы вместе засмеялись, а я начал заезжать на стоянку аэропорта.

- А ещё какие животные там были? – с интересом переспросил я, ведь Мира буквально захватывала своим рассказом и заряжала позитивом.

- Ой, очень много! Территория для зверей была выделена огромная и так удачно всё вписано в смешанный лес на берегу реки. Просторные вольеры и загоны с животными были расположены вокруг большого пруда, в котором несколько видов уточек было, лебеди и ещё какие-то водоплавающие птички. Не привязаны, свободно ходили и летали над территорией, но не улетали. Очень много белочек, ёжиков, зайчиков тоже свободно перемещались по территории – практически ручные. Разнообразные птички, живущие в специальных резных небольших домиках на деревьях. Опять же – не разлетаются и очень красиво. Павлины, страусы, дрофы и ещё много разных птичек, живущих в отдельных вольерах и загонах. Будто в сказке. Вот смогли они как-то это всё организовать. – С восторгом заметила Мира.

- Действительно, это не просто.

- Согласна. Но это же не всё. Там ещё были олени – голов двадцать, включая оленят. Бизоны, ламы, ослики, дикие кабанчики, дикобразы… Наверное, уже всех и не вспомню… Целая бригада ветеринаров постоянно дежурила на базе. Я, конечно, за то, чтобы животные жили в природе, но там за ними хорошо ухаживали и нам рассказывали, что многих выкупили после конфискации у контрабандистов…

- Понятно.

- Да… К сожалению… Но там всё-таки очень хорошие условия созданы для них. Думаю, что это лучше, чем то, что их ожидало…

- Я тоже так думаю, Солнышко. – Улыбнулся ей, припарковавшись. Мира улыбнулась в ответ и продолжила. – Ещё у них была своя огромная конюшня с пони и лошадками: от племенных скакунов до тяговых лошадей. Они устраивали прогулки по территории и окружающему лесу. Можно было и верхом, и даже в карете прокатиться!

- Мира, мне уже хочется поехать туда с тобой. – Улыбаюсь, любуясь ею.

- У меня есть фотки – могу в самолёте показать… – смущается, а мне так нравится такая Моя Мира. – Если захочешь…

- Конечно, захочу. – Целую её в щёчку, отстёгивая её ремень безопасности, и наслаждаюсь теплом от её сбившегося дыхания на своей щеке. Хочу притянуть её к себе и припасть к желанным устам, но понимаю, что она ещё не готова, поэтому просто провожу кончиком носа по её щёчке и невесомо целую мочку ушка. Смущается, но не отталкивает и не отстраняется. – Умница Моя Хорошая, – шепчу, целуя её височек, понимая, что уже соскучился по её бархатистой коже, по шёлку её волос, по ненавязчивому свежему аромату. – Люблю тебя. – Аккуратно провожу кончиками пальцев по её волосам, стараясь не испортить причёску и отстраняюсь.

- Нам пора. – Выдыхает она, а я ей молча киваю.

*****

Никогда бы не подумал, что Моя Малышка боится высоты и, как следствие, летать в самолётах и вертолётах. Но она мне призналась в этом сама. Тем не менее, занять место всё равно захотела у иллюминатора, чтобы полюбоваться на облачка, когда мы будем пролетать над ними. В очередной раз удивился тому, как в одном человеке может уживаться столько противоречий.

Перед перелётом Мира пьёт только воду, поэтому я решил поддержать её в этом. Конечно, меня не порадовало то, что она осталась без обеда, ещё толком не восстановившись после болезни, но свой организм она знает лучше, поэтому я надеялся, что сегодняшний вечер у нас будет свободен и можно будет хоть поужинать не впопыхах…

Наш перелёт займёт около трёх часов, поэтому сильно вымотать Миру не должен. Взял её ручку в свою. Гладил нежную кожу, перебирал прохладные изящные пальчики и любовался идеальным классическим френчем, переключая её внимание от взлёта, ведь я уже успел понять, что её руки холодеют, когда она нервничает или переживает.

После набора самолётом высоты её дыхание постепенно восстанавливалось, она периодически поглядывала в иллюминатор, и я решил напомнить ей о фотографиях с животными.

Через несколько минут Мира мне дала свой телефон, где было открыто до невозможного милое и весёлое фото, на котором Моя Малышка держит в зубах кусочек белого хлеба, широко улыбаясь и зажмурившись при этом, а другой кусочек хлеба уже держит в зубах олень. Причём рядом стоит ещё несколько самцов, самочек и даже детёнышей оленей в ожидании своих порций.

- Мира, это что-то невообразимое, хоть я и вижу своими глазами фото. – Радостно улыбаюсь.

- Да! Сама не поверила, когда мне предложили попробовать. На этой фотке я первый раз кормила олениху изо рта в рот: было очень интересно и адреналин зашкаливал одновременно. Боялась, что или укусит, или оближет… – Мира тихонечко рассмеялась. – Вот видишь, я аж зажмурилась в ожидании какой-то «подставы» со стороны оленихи… – продолжает смеяться. – Но там, что взрослые олени, что оленята все очень осторожные и аккуратные. Так что к ним даже очередь из желающих покормить стоит… Очень смешно – с одной стороны олени ждут, с другой – люди… Ну, потому что двуногим же очень хочется подобную фоточку без посторонних людей в кадре…

Мы тихонечко посмеивались, а я подумал, что обязательно нужно поехать на эту базу отдыха с Мирой. Наверное, действительно интересно и весело так кормить животных… И я бы тоже с удовольствием пофотографировал Миру, да и сам бы так оленей покормил, а то жизнь уж слишком серьёзной стала…

Но вот Моя Малышка продолжила, посмеиваясь:

- Конечно, ламу, верблюда и страуса я так кормить не рискнула.

Я прыснул со смеху:

- Я думаю, что это правильное решение, Солнышко.

- Зато бизон меня подставил… – Мира давится смешком.

- Только не говори, что ты его тоже изо рта покормить решила?.. – замер в ожидании, широко улыбаясь.

- Нет, конечно! Из руки. Но он мне всю её облизал. Вообще, всю! С плечом! – Мира заливается смехом, но как-то тихонечко, а я одновременно и удивляюсь ей, и любуюсь ею. – Противно до жути! – добавляет она, продолжая смеяться. – Я даже и не думала, что у них такие языки длиннющие…

- Солнышко, я даже не знаю, что тебе сказать? – улыбаюсь с сочувствием. – Чего ж ты тогда так смеёшься?

- Ну не плакать же… – тихонечко хихикает, пожимая плечиками.

- Тоже правильно… – целую её тёплую ручку, продолжая поглаживать, и радуюсь тому, что Мира уже полностью переключилась и не переживает по поводу перелёта.

- Так мне же мало оказалось… – округляет глазки и продолжает тихонечко смеяться, абсолютно не смущаясь от моих ласк.

- Это почему же?.. – посмотрел на неё с интересом и недоумением?

- Да потому, что Элю он не облизал…

Я просто прыснул со смеху, а Мира продолжила:

- Ну, я вытерлась, попыталась ему объяснить, как он был не прав, и попробовала покормить его ещё раз! – она так мило прикрывалась ладошкой, но похоже, что переставать смеяться даже и не собиралась, чему я только был рад.

- И он тебя снова облизал?!

- Да! – мы рассмеялись вместе. Мира уткнулась личиком мне в плечо, а я прижимался губами к её макушке, безрезультатно пытаясь успокоиться.

- А потом ещё раз обли-зал… – еле проговорила Мирослава, уже не просто утыкаясь личиком в моё плечо, но ещё и прикрываясь ручками.

А я отвечаю ей сквозь смех:

- В очередной раз убеждаюсь, какая же ты у меня упорная, Солнышко!

- Не то слово! – смеётся и поднимает на меня взгляд. – Ох! Но тогда я решила, что трёх попыток будет достаточно… Тем более, что влажные салфетки уже закончи-лись, – прерывисто договаривает она, практически беззвучно ухохатываясь.

Я довольно посмеиваюсь, осторожно стирая слезинки в уголках её восхитительных глаз, всей Душой желая, чтобы она плакала только от смеха:

- Ох! Мира, Мира… Мне тебя ещё и у бизонов отбивать?

- Нет, ты вне конкуренции… Самый лучший… – шепчет с нежной улыбкой и прячется у меня на груди, а мне остаётся лишь поцеловать её в макушку.

- Я люблю тебя, Солнышко. – Шепчу в ответ, прижимаясь губами к макушке, и вдыхаю лёгкий тропический аромат.

- Я тебя тоже люблю. – Чувствую, как нежно она гладит меня по груди. – Мне никогда ещё не было так хорошо… – она хотела ещё что-то сказать, но замолчала.

- Мира, рядом с тобой я тоже, будто жить начинаю заново… Ты мне, словно глаза открываешь… Я начинаю дышать полной грудью и ценить то, что раньше даже и не замечал… Спасибо тебе, Хорошая Моя.

- И тебе спасибо большое, Андрюша… – моё имя она едва слышно прошептала, но я расслышал всё и прижал её сильнее к своей груди.

Глава 25

Андрей

Растворяюсь в этом прекрасном моменте, понимая и чувствуя, что мы всё больше сближаемся с Мирой… И это её «Андрюша», когда ещё буквально сутки назад я слышал от неё лишь официальное «Андрей Викторович»… До последнего упиралась и старалась держать дистанцию, а сейчас, будто в омут с головой…

С ума просто можно сойти, если попытаться проанализировать наш прошлый день с чехардой его событий и настолько ошеломляющим результатом, что я даже боюсь, что это какой-то нереально реальный сон… Неужели это сейчас происходит с нами? Сжатая до предела «пружина» наконец-то разжалась? Или упала недостающая снежинка, благодаря которой и сошла наша «снежная лавина», сметающая все преграды и несущая нас вперёд? Со своей стороны я буду поддерживать, любить, оберегать Миру и делать всё, от меня зависящее, чтобы мы и дальше справлялись со всем, что будет происходить на нашем жизненном пути, а наше общение оставалось таким же искренним…

Чувствую дыхание Миры на своей груди и её нежные поглаживания, которые будоражат всё внутри… Прижимаю её немного сильнее и целую в макушку. И она тоже льнёт ко мне… Нет, не может всё это сниться… Мы вместе – и это наша реальность, а не сон.

Глажу Миру по руке и жалею лишь о том, что летим мы сейчас в командировку, а не на романтический уикенд… А мне бы так хотелось подарить ей какое-то чудо и положительные эмоции, которые она запомнит на всю жизнь, а не кабинеты, переговорочные и экскурсию по предприятию… «Романтика», блин… А ведь это наша первая совместная поездка…

Тяжело вздыхаю, понимая, что у любого чуда есть своя цена… И похоже, что цена нашего чудо-сближения с Мирой как раз и заключается во всех «прелестях» командировки…

Прижимаюсь губами к её макушке и стараюсь надышаться Мирой, ведь уже совсем скоро нам снова придётся погрузиться в деловой нейтралитет и изображать просто коллег.

Шумно выдыхаю и несколько раз целую Миру в волосы.

- Андрюш, ну чего ты переживаешь? – понимаю, что она всё-таки считала мои эмоции. – Всё же хорошо. Получится прогуляться по городу – хорошо, не получится – тоже хорошо – заключим новую сделку… – она подняла на меня свой, полный нежности и любви, взгляд, а я оторопел от её обращения и банального понимания и принятия ситуации, отсутствия капризов, хоть она на них имеет полное право.

- Мира, с тобой всегда хорошо… – прохрипел с благодарной улыбкой. – Мы с тобой обязательно выберемся вместе в красивое место…

- Так мы и так уже летим! – тихонечко хохотнула. – В Норвегии очень красиво! Фьорды, рыбка, все дела… – нежно улыбается мне.

- Вот именно – «дела»… – шумно выдыхаю и целую её в лобик.

- Я не об этом, но всё равно переделаем. – Задорно улыбается и подмигивает. – Пора воду пить и фотки дальше смотреть. Если не хочешь, то…

- Очень хочу, Солнышко. – Поспешил разубедить её и взял телефон с подлокотника.

На следующих фотографиях Мира кормила оленей уже не прищуриваясь, но всё равно широко улыбаясь и излучая радость. Далее был и тот самый бизон, и ламы, и ещё полно всякой живности. Рядом с вольерами крупных парнокопытных по красивым плиточным дорожкам скакало несколько зайцев… На самой территории очень много деревьев и кустарников, которые росли даже в самих вольерах. Действительно очень красиво и максимально природно. В кадры также попало много детишек, которые с удовольствием кормили и гладили животных.

Мира же всё очень интересно и весело комментировала и подтвердила, что там ей было комфортно и интересно.

- Тогда на базе отдыхало очень много семейных пар с детьми – и проявление мужской активности было минимальным, несмотря на то, что мы там пробыли три недели. Возможно, что наличие такого количества позитивных животных тоже сыграло свою роль – так сказать, переключило внимание с нас. – Мира хохотнула. – Но тогда на наши выступления приходили семьями, а на дневные мастер-классы пришлось даже делать несколько возрастных групп для детей (постарше и помладше) и ещё одну группу – для женщин. – Она сильно округлила свои глаза, приподняв бровки, но при этом очень искренне улыбалась. – Некоторые, так сказать, наши ученицы потом решили заниматься восточными танцами, ведь увидели в этом пользу для своего организма, а некоторые женщины ещё и для взаимоотношений с мужьями…

- Вот как?! – не удержался от комментария.

- А ты что думал?! – ответила мне, шкодно задираясь. – Я вообще считаю, что любой женщине только в плюс хорошая пластика и умение двигаться.

- Даже и спорить не буду, Хорошая Моя. В этом ты точно эталон и знаешь толк. – Поцеловал её в височек, а Мира засмущалась.

- Я не люблю грубую лесть…

- А это правда, Солнышко. Сам видел – глаз невозможно оторвать от того, как ты танцуешь и просто двигаешься… – она зарылась носиком мне в плечо. – Мира, ну ты же не просто так многократная чемпионка… «Дерево» бы так не смогло… Мира, Хорошая Моя, я восхищаюсь тобой и не думаю, что это плохо, а наоборот очень горжусь, что ты захотела быть со мной.

- У-у-у… – еле слышно заскулила мне в плечо и дополнительно прикрыла своё личико ручкой. – Лучше фотки дальше смотри. – Она тяжело вздохнула. – Я понимаю, что это, скорее всего, нормально… Но для меня это сложно… Я не привыкла… А тут сразу столько всего… Но ты же сам слышал, как меня обычно мужчины называют…

- Мира, это не мужчины!

- Это ты просто исключение…

- Мира, не все такие…

- Знаю… Но обычно запоминаешь тот камень, о который спотыкаешься…

- Значит, я уберу все камни с твоей дороги, Солнышко…

Она несколько раз делала вдох, чтобы что-то ответить, но так и не решалась, а просто вырисовывала узоры на моей груди пальчиком, а потом будто стирала ладошкой и снова что-то рисовала…

- Я тебя люблю. – Прошептал ей в макушку и услышал тихое эхо с ответным признанием.

Потом Мира решила попить воды, и мы продолжили рассматривать фото.

- А сколько тебе здесь лет?

- Уже восемнадцать. – Произнесла с грустной улыбкой. – Первый год самостоятельной жизни в другом городе был непростой… Но плодотворный. Я даже свою первую машинку смогла себе купить…

- Умничка. – Тепло улыбаюсь в ответ.

- Хм! Пришлось! – сыронизировала она и посмотрела в иллюминатор. – Но цель была достигнута, а значит, всё в порядке…

Легонечко погладил её по руке – она выдохнула и начала немного расслабляться. Взял её ручку в свою и принялся целовать каждый пальчик, тыльную сторону ладони, саму ладошку… Захотел переплести наши пальцы, но пока не рискнул…

- Будто ватные… эти облака… – она внимательно рассматривала плотное белое «море» под нами. – Когда была маленькая, очень хотела побегать по облакам… Помнишь, в мультике на них катались Ёжик, Мишка и Зайчик? (Отсылка к мультфильму «Трям! Здравствуйте!» – прим. автора).

- Помню. – Тихо подтвердил.

- А мне хотелось просто побегать по ним и полежать… Под такими плотными облаками высоты не видно, но можно увидеть то, что выше… – она тяжело вздохнула. – Обман... Иллюзия «почвы под ногами»... Но если абстрагироваться и не задумываться, что ты на самом деле видишь, то работает... В данном случае – обманываться, пожалуй, мне полезно... – она усмехнулась и перевела взгляд на меня. – Это всё глупости… Хорошо, что самолёты дают нам возможность хотя бы пролететь над облаками…

- Да, Солнышко. – Кивнул ей с улыбкой, но всё ещё внутренне проживал её предыдущие откровения.

- А солнышко как раз с другой стороны борта видно… Но я не хочу, чтобы оно меня сейчас слепило… – я заметил, что на Миру накатила какая-то задумчивая грусть, и понял, что она наверняка погрузилась в свои не очень весёлые воспоминания…

«За год заработала себе на машину, как я понял с её предыдущих рассказов, проживая при этом в съёмной квартире… Не каждый мужчина так сможет, а эта маленькая хрупкая малышка смогла… Цель была достигнута… Непростой год… Как же много всего стоит за этими несколькими словами… – думал я и чувствовал, как сильно щемит в груди. – Она не хочет, чтобы солнце слепило… Конечно… Мире всё ещё трудно плакать при мне… Маленькая Сильная Девочка смогла пробиться в жизни, несмотря на жестокость мира, щедро обрушившуюся на неё… Выстояла, но душевная боль всё равно никуда не делась… Как же сейчас хочется пересадить её к себе на колени и укутать в свои объятия, дать ей почувствовать тепло родного человека рядом, которого ей так не хватает, ведь невозможно было не заметить, как она смотрела на моё семейное фото… Да, наших общих с Мирой фотографий пока нет, не говоря уже о семейных… Верю, что всё ещё будет… Жаль очень, что Мира будто сирота при живых родителях, но со всем будем постепенно справляться вместе, а пока я очень хочу сделать так, чтобы ей хватало любви, понимания, заботы и этого самого душевного тепла…»

Погладил её по руке, желая переместиться из салона самолёта в какое-то уютное уединённое местечко, нежно обнять её и спросить, как вообще она решилась на такой кардинальный шаг в своей жизни? Соня мне много чего рассказала, но причины её переезда-побега всё-таки хотелось бы узнать от самой Миры…

- Давай лучше посмотрим фотографии? – предложила она, вырывая из мыслей о ней же, и прижалась щекой к моему плечу.

- Давай, – приобнял её и поцеловал в макушку.

- Я надеюсь, что ты мне там плешь не процелуешь, Андрюша… – тихонечко хохотнула она, возвращаясь в своё весёло-игривое состояние.

- Куда можно, туда и целую, Солнышко. Не переживай, со временем мы разнообразим «географию» наших поцелуев.

- Фыыр! – выдала тихий звук и смущённо добавила. – Фоточки.

- Фоточки! – повторил я, перелистывая на следующую фотографию – и поперхнулся воздухом, чем развеселил Свою Малышку.

- Мира, это что? – сквозь смех проговорил я. – Фотошоп же, правда?

- Нет! – отрицательно покачала головой, посмеиваясь.

- Целое поле?

- Ну, не моё же! – резонно отметила, весело посмеиваясь.

- Я даже не знаю, удивился бы, будь оно твоё… – смеюсь вместе с ней.

- Вот значит, как, да? – легонечко тыкнула меня пальцем в бок, улыбаясь, а я ей лишь кивнул, старательно сдерживая смех. – У моей весёлости не эти причины… – тихонечко засмеялась вместе со мной, а я привлёк её к себе и поцеловал в височек.

- Я в этом полностью уверен, Солнышко. Но хоть объясни, как ты там оказалась? – стараясь сдерживать свой смех, я внимательно рассматриваю фотографию, на которой Мира не просто улыбалась, а весело смеялась, позируя в веночке из конопли на фоне поля конопли…

- Вот не поверишь – пошли с девчонками в лес погулять и по пути случайно наткнулись. – Мы пытались хотя бы смеяться потише, потому что успокоиться не получалось.

- Мира, я даже не могу себе представить такой ситуации, в которой бы случайно наткнулся на такое…

- Ну, то у тебя просто фантазия не очень… и ты с нами никогда не гулял… – мы продолжали тихонечко смеяться. – Мы ещё и не такое находили… А это поле было как раз недалеко от той базы отдыха с зоопарком… После завтрака Эля с Соней не захотели идти на пляж и потянули меня на прогулку в лес, чтобы развеяться.

- А ты на пляж не ходила?

- Нет, я не люблю такие скопления людей – для меня больше подходит безлюдный пляж с несколькими друзьями в компании. Ну, и всегда было, что делать… – она не договорила, неопределённо пожав плечами, а я вспомнил Сонин рассказ о том, что Мира делала проекты везде, где только возможно, и в любое время…

- Понятно… – постарался избежать сочувствия или сожаления в голосе.

- Листай дальше – там ещё есть! – бодро произнесла она, не поднимая на меня взгляд, а мне сейчас так хотелось заглянуть в её бездонные глаза и увидеть, что же творится в её Душе.

Обнял Свою Малышку и аккуратно прижал к себе, насколько позволяли подлокотники между нами, мысленно возмущаясь такой преграде. Поцеловал её в височек и перелистнул фото. На нём красовались все три подружки с распущенными волосами в венках из конопли и на фоне того же весёлого растения, которое, по некоторым версиям – дерево, просто ему вырасти не дают…

- Эта вся прелесть оказалась посреди лесного массива, – продолжила свой рассказ Мира. – Судя по всему, ранее это была большая поляна, а теперь вот… – мы вместе ухмыльнулись.

- Точно «прелесть»… – я иронично улыбнулся.

- Мы с девчонками, конечно, не разбираемся в таких растениях, но Эле показалось, что это бесхозная плантация и конопля, скорее всего, дикая, ведь признаков людей там давно не наблюдалось…

- Ну, пообщавшись немного с Элей, могу сказать, что она хорошо чувствует и пока в том, что говорила при мне, не ошиблась…

- Эля умеет! – задорно и с гордостью за подругу произнесла Мира. – А вообще, если абстрагироваться от всего, реально же красиво и локация не приевшаяся. – Мы снова вместе хохотнули. – Ну, согласись же, полно фоточек на фоне полей пшеницы, подсолнухов, лавандовых, маковых и других цветочных полей… А вот на фоне поля конопли… – она договаривала сквозь смех, – редкие кадры! Практически эксклюзив! Ну, мы реально не смогли пройти мимо – заодно и насмеялись…

- Охотно верю, Солнышко! Точнее даже – вижу! – я изо всех сил старался смеяться тихонечко.

- Вот только без намёков и подтекстов…

- Не переживай – здесь мне до тебя далеко, Солнышко! – прижимаюсь губами к её лобику. – Ох, чего же я ещё о тебе не знаю, Хорошая Моя?

- Много чего! – она провела кончиком носика по моему подбородку, а у меня дыхание сбилось.

- Мира… – выдохнул её имя и крепче прижал к себе, но всё-таки вспомнил, что между нами есть преграда. – Мира, – шепчу, прокладывая дорожку из лёгких поцелуев по её лобику к височку, и произношу в бархатистую щёчку, – Мира, лучше рассказывай дальше.

- Хорошо, – шепчет в ответ и замирает на несколько секунд, а потом нехотя отстраняется.

Я выдыхаю с сожалением, но сдерживаться хотя бы от поцелуя, когда Мира так близко, невероятно сложно и даже физически больно, но японимаю, что салон самолёта – не лучшее место для нашего первого поцелуя с Мирой.

- А потом в нашем графике случились какие-то накладки, – тихо продолжила Мира, а я попытался сосредоточиться на её рассказе. – И наша хореограф определила нас на неделю в спортивный палаточный лагерь. Он был как раз на другом берегу реки от той турбазы, где мы были. Только там уже был, в основном, сосновый лес. Очень интересно – два берега одной реки, а такие разные… Конечно, мы не поверили, что случились накладки. Наша хореограф дружила с одним из тренеров, которые были в том лагере и нас, что называется, взяли по блату, чтобы мы посмотрели, как готовятся спортсмены и не стали неженками, постоянно находясь в идеальных условиях, ведь мы готовились к Чемпионату мира. И наша хореограф считала, что нам не помешает закалить свой характер и морально подготовиться к нему. А там условия были практически спартанские: четырёхместные каркасные палатки с несколькими тумбочками и вешалкой, панцирные кровати... – я хохотнул. – Да, после улучшенного стандарта с ортопедическим матрасом на элитной турбазе разницу сразу чувствуешь. Туалет на улице. Душ – тоже. Но не летний – всё капитальное, но мужской через стенку с женским, шесть полукабинок без дверей и работает по времени… Вот… – я старался не смеяться, но Мира – отличная рассказчица, поэтому лёгкие смешки я всё же выдавал. – Из классного, кроме воздуха и красивой природы, были фонтанчики с питьевой минеральной водой на территории.

- И вы там остались?

- Ну, вообще-то никто у нас и не спрашивал. – Мы вместе тихонечко засмеялись. – Но хотелось даже себе доказать, что танцовщицы – не слабачки и нас такими условиями не испугать. Спортсмены могут, а значит, и мы тоже сможем! – Мира решительно кивнула с улыбкой.

- Это правильно.

- Да, и с их режимом мы старались справляться. Для меня три тренировки в день не было чем-то из разряда вон, а к любым условиям при желании адаптируешься. Да и зарядка босиком нас не удивила – мы же танцуем босиком…

- Согласен, Солнышко.

- Но из конкретно раздражающего – там было очень много комаров. Особенно после захода солнца. За день в палатку налетает их дофига и перед сном все обычно палят спиральку. Но от неё же вонь стоит жуткая и голова болит. – Я слушал с интересом, не понимая пока, к чему Мира клонит. – Электричества в палатках, естественно, не было – мы там пользовались свечами и фонариками, мобилки и планшеты подзаряжали в игровой. Кстати, краж не было – там все из одного спортивного клуба – всего не больше трёхста человек было. Такая прикольная одна большая семья и атмосфера очень дружеская была. Но не об этом. – Я ей согласно кивнул, улыбаясь. – В общем, догорела у нас плавающая свеча – и мы решили сделать из неё аромасвечу. Надёргали несколько сосновых иголок, немного пахучей травки и маленькую шишечку нашли. Затем начали понемногу добавлять всё это «богатство» в парафин – и у нас получилось это поджечь. – Мы оба хохотнули. – Горело, конечно, круто – палатку хорошо освещало. Запах, правда, на любителя, но всё же лучше, чем от спиральки. У нас там не только комары подохли – мы там сами уже еле дышали. – Мы оба прыснули со смеху. – Начали пытаться проветрить… И вот, предупреждение об отбое. У нас оно обычно за пятнадцать минут проходит. После отбоя все уже должны лежать в кроватях и засыпать. Мы пытаемся задуть нашу вечную аромасвечу – она не задувается. Мы ещё дуем – ей оно вообще как-то пофиг. И вот Сонечка говорит: «Сейчас! Я знаю, что делать!» – и выбегает из палатки. Прибегает через минуту с набранной в рот водой – и просто прыскает ею на свечу… Мы с Элей даже не успели ей ничего сказать, а просто наблюдали, как огонь вспыхнул аж до потолка палатки, а Соня как раз наклонилась над этой свечой… Я в шоке подскакиваю к ней – и смахиваю пламя с её распущенных волос. Потому что заплетать волосы – это же не про Соню… – всё-таки съязвила Мира. – Она тогда себе ещё и брови опалила немного. Хорошо, что хоть кожу на лице не повредила, но запах палёной шерсти у нас стоял, конечно, изрядный. И Соня после этого случая уже в городе себе «лесенку» на волосах сделала (стрижка; ещё называется «каскад» – прим. автора)… Но на этом наши приключения не закончились. Естественно, что такое зарево от палатки было видно очень хорошо, да и «свеча» наша продолжала гореть. В общем, заходит к нам дежурный по отряду, а у нас ещё из палатки дым валит… И как она не сгорела, я до сих пор не понимаю?.. Чисто повезло… В общем, застывает Лёша на пороге нашей палатки в полнейшем шоке, а потом спрашивает: «Что тут у вас вообще происходит?..» А Эля как раз в этот момент держала в одной руке практически полностью догоревшую зажжённую свечу, которая была изготовлена при помощи переплетения трёх восковых свечей, в другой – карту из тёмного таро, а на одной из рук у неё была свеженанесенная Руна Алхаинты. На кровати лежит расклад из этой самой тёмной колоды со всевозможной нечистью – она как раз окружающее пространство уже дочищала. Но никто ж об этом не знает, кроме нас. Сама Эля, естественно, во всём чёрном. Ну и вот она невозмутимо и на полном серьёзе отвечает ему: «У нас здесь сеанс экзорцизма – Демона Глупости из Сони изгоняем», – и сбрасывает карту, которую держала в руке, на кровать… Лёша мгновенно бледнеет и у него отвисает челюсть, а потом он в шоке выбегает из нашей палатки, из всех щелей и окошек которой продолжает валить наш «ароматный» дым, а мы с девчонками не выдерживаем и уже просто смеёмся в голос от всей этой картины, позаваливаясь на кровати.

Мне смешно до слёз, и Мира тоже веселится. Не знаю, конечно, насколько нормально смеяться практически весь перелёт, и как это воспринимается остальными пассажирами, но нам с ней очень хорошо. А я это считаю главным.

Мы немного отсмеялись и Мира продолжила:

- А потом пришёл тренер, выкинул «свечу» из палатки и затоптал её, а нас троих наказали… – она наигранно всхлипывает, я пытаюсь сдерживать свой смех – очень неудачно, к слову, а спустя мгновение Мира добавляет. – Вообще не заслуженно, между прочим! Совсем у людей чувство юмора отсутствует! Напрочь!

Я притягиваю её к себе и обнимаю, но всё равно продолжаю тихо смеяться:

- Мира, у меня нет слов…

- Серёжа говорит, что мы – три дурочки!

Мы вместе прыскаем со смеху.

- Мира, вы очень умные…

- По отдельности – я догадываюсь. – Смеёмся вместе.

- Солнышко, я очень рад, что с вами всё в порядке, несмотря на все ваши приключения. Наверное, всё-таки неплохая идея ходить с тобой везде за ручку, Хорошая Моя. – Целую её в лобик, продолжая улыбаться. – Убойная троица у вас, конечно…

- Что есть, то есть. – Подтвердила, довольно жмурясь, а я поцеловал её в кончик носика.

- И как вас наказали? – сразу же спросил, не дав возможности Своей Малышке возмутиться. – Выгнали из лагеря?

- Да разве за такое выгоняют?.. – мы вместе прыскаем со смеху. – Нас наказали куда жёстче – двадцать кругов гуськом вокруг отряда… – мы продолжали смеяться. – А Эле пришлось Лёшу от заикания избавлять.

Я ещё раз прыснул со смеху:

- Серьёзно?

- Нет, конечно, его сразу на дурку отвезли – слабовата психика оказалась…

Я смотрел на Миру, стараясь сдерживать смех, и не мог понять: шутит она или говорит правду. Она же просто пожала плечами, легонечко улыбаясь и сделав ангельское личико.

- Мира, ты не шутишь?

- Да кто ж меня знает? – снова пожала плечами, но потом засмеялась. – Да всё с ним в порядке, но он нас потом десятой дорогой обходил! – тут и я уже засмеялся вместе с ней. – Не зря старались, в общем!

Мы отсмеялись и решили попить воды, а я понял, что мне ещё никогда не было так весело и комфортно при перелёте.

«Ох, блин! – подумал я, широко улыбаясь и любуясь Своим Солнышком. – А сколько меня ещё открытий ждёт с моей Мирой!»

Моя Малышка глянула на часы:

- Скоро посадка…

- Да.

- Хм! Интересно, как оно будет в этот раз? – она произнесла задумчиво.

- Ты о чём, Солнышко?

- О своём имени. – Она ухмыльнулась. – Мирослава – для иностранцев сложное имя.

- Зато красивое. – Поцеловал её в лобик.

- Красивое. – Кивнула, ухмыльнувшись. – Но и с подковыркой: мировосприятие, мировоззрение, мироздание рядом со мной воспринимаются как-то странно… Мира в мире – это вообще, классика. Чувствуешь себя то ли матрёшкой, то ли ещё непонятно кем? – она засмеялась. – А у англоязычных – так вообще прикол. Когда узнают, что меня зовут Мира, переспрашивают: «Is it like a mirror?» (перевод с английского: «Это, как зеркало?» – прим. автора). Отвечаю: «Yeah! Of course! Why not?» (перевод с английского: «Ага! Конечно! Почему бы и нет?» – прим. автора). Некоторых могу подоводить ответом: «Actually, it’s like a world or peace. But it doesn't matter! You won't be able to understand it». (перевод с английского: «Вообще-то, как мир или мир. Но это не важно! Вы не сможете понять этого». – прим. автора).

Просто притянул её к себе, не в состоянии перестать смеяться, и прижался губами к макушке:

- Мира, какая же ты всё-таки у меня удивительная…

*****

Мы направлялись к автомобилю и одному из норвежских партнёров, который приехал нас встречать.

- Не переживай, Солнышко. Я рядом. – Подбодрил Миру, а потом мы поприветствовали друг друга – и я представил Миру Фолквэру и наоборот.

Сразу же заметил, что партнёр заинтересовался Мирой и поцеловал ей ручку в знак знакомства. Постарался не заострять на этом внимания и не сжимать кулаки, как почувствовал, что Мира обняла меня сбоку. Перевёл на неё взгляд и заметил, с какой нежной и любящей улыбкой она смотрит на меня снизу вверх. Не удержался и обнял её в ответ. В конце концов, пусть Фолквэр знает и понимает, что Мира – моя, и к ней подкатывать не стоит!

- Оу! Так вы – пара?! – партнёр переспросил с удивлением и радостью.

- Да. – Синхронно ответили с Мирой, посмотрев на него, а его улыбка стала просто шире уже некуда.

- Андрей, давайте отойдём на несколько минут в сторону. – Обратился ко мне Фолквэр.

- Хорошо. – Я согласно кивнул и помог присесть Мире в автомобиль.

- Солнышко, не переживай. Я сейчас. – С улыбкой захлопнул дверь авто и подошёл к Фолквэру, а потом ушам своим не поверил, когда услышал его предложение…

Глава 26

Мира

«Любить», хотеть красивую картинку… Это же так просто. И всегда так. Для большинства я всего лишь красивая кукла с идеальной внешностью. Для кого-то – красивая кукла, которая ещё и офигенно танцует. Для некоторых – красивая кукла, умеющая рисовать. Много ли из них задумывались, что у этой «куклы» тоже есть своя Душа? Желания? Прошлое? Боль?

Никто. И никогда.

Вижу картинку – и уже сразу же всё знаю о ней…

Это же так легко и просто – знать и понимать кого-то?.. С первого взгляда ведь всё понятно?.. Да даже Эля себе крайне редко позволяет говорить людям что-то в лоб – только в тех случаях, в которых можно что-то изменить. Точечно и очень аккуратно, хоть и не всегда деликатно, конечно.

А у нас же – куда не глянь – сплошные «знатоки» Душ… Не знающие и не понимающие себя, но зато точно всё знающие о постороннем человеке… Кто такой или такая, чем живёт и, главное, как и с кем надо жить, чем заниматься…

Я всё это очень хорошо знаю – многократно прочувствовала на собственной шкуре… Поэтому и выбрала оправдывать свои ожидания, а не чужие… Поэтому и показываю Андрею не только «красивую картинку», но и все свои грани по максиму: неидеальная, сумасшедшая, дурная, отчаянная и при этом глубоко закрытая от посторонних глаз даже в своей одежде… Примет? Поймёт? Осудит? Разлюбит?

Понимает… «Идёт» со мной дальше… Хочет знать больше…

И это подкупает… Его объятия исцеляют и согревают саму Душу… Замёрзшую и разодранную…

Вспоминаю картинки своего прошлого, смех сквозь слёзы, отчаяние… И такое же отчаянное желание выжить и пройти всё то, что «подбрасывает» мне жизнь…

Чувствую его лёгкие поцелуи, тёплое дыхание, сильные, но такие заботливые и ласковые руки, что от этого щемит сердце и ком подступает к горлу… Вижу взгляд, полный любви, восхищения и трепетной нежности, и понимаю, что стоило выдержать всё, что было в моей жизни, просто ради нескольких минут такого счастья…

Но теперь мне уже мало нескольких минут, даже этих часов, проведенных вместе с НИМ, а ведь столько всего ещё не рассказано…

*****

С огромным трудом стараюсь запустить свою мозговую активность, но то и дело сбиваюсь и мысленно возвращаюсь в такие тёплые и уютные объятия Андрея…

«Нельзя так зацикливаться, Мира, – стимулирую себя вслух, подготавливая косметику и аксессуары. – Уже через несколько часов начнутся переговоры – и там придётся с людьми аргументированно разговаривать, а не хлопать ресницами с блаженной улыбкой на лице!»

Полностью раскладывать вещи нет смысла, ведь уже завтра утром мы полетим в другой город. Кстати, понятия не имею, для чего, потому что Андрей мне лишь ответил: «Скоро всё сама увидишь, а пока не переживай и просто доверься мне…»

Шумно выдыхаю, обводя взглядом светлый уютный номер с большой кроватью, как слышу стук в дверь. Оказывается, моё платье уже успели отгладить, а ужин принесут через пять минут в мой номер. Отблагодарила горничную за оперативность и только закрыла за ней дверь, как услышала новый стук.

- Мира, это я. – От знакомого голоса за дверью сердце заколотилось, а улыбка стала шире.

Открываю, не раздумывая, и понимаю, что уже плавлюсь от нежности в его объятиях…

По-моему, дверь закрыл Андрей, а вот кто на кого первый «набросился» – я так и не поняла.

Улыбаюсь и глажу тонкий мягкий кашемир на его груди. Этот свитер отлично сидит на нём, подчёркивая литые мышцы, а серый цвет делает голубизну его глаз ещё более насыщенной и глубокой. Такой тёплый и сильный. И уже такой родной…

Совсем скоро он поменяет брюки и мягкий свитер на деловой костюм, но а пока у нас ещё есть несколько минут до нашего обеда-ужина, я хочу понежиться в его уютных объятиях, послушать музыку его сердца и почувствовать его тёплое дыхание.

Всю дорогу от аэропорта к гостинице Андрей держал меня за руку и нежно поглаживал пальчики и тыльную сторону ладони, легонечко щекотал ладошку, от чего я довольно улыбалась и разве что не мурлыкала, как предполагает моя фамилия… У него всегда тёплая и сухая ладонь уверенного в себе человека, красивые длинные пальцы, которые умеют будоражить даже самими лёгкими и невинными прикосновениями…

- Спасибо… – шепчу ему в грудь и глажу по спине.

- Тебе спасибо, Родная… – шепчет мне в макушку и гладит по спине. Очень нежно… До мурашек и пощипывания в глазах.

«Как же всё это сложно и одновременно приятно… – думаю, жмурясь, чтобы не разреветься. – Надеюсь, что я скоро привыкну, и его хорошее обращение больше не будет вызывать у меня желание расплакаться от такого явного контраста со своим прошлым…»

Набираюсь смелости – и поднимаю на него свой взгляд. Смотрит на меня, мягко улыбаясь, а я медленно хлопаю ресницами. В голову лезут какие-то глупости про нашу с ним разницу в росте. У меня средний женский рост – 165 сантиметров и я никогда не хотела быть выше или ниже – мне так хорошо и удобно. А вот Андрей визуально чуть-чуть выше моего брата – Серёжин рост 196 сантиметров. На шпильках я была не настолько мелкой по сравнению с Андреем, а вот сейчас… Слегка завозилась и начала медленно подниматься на носочки, чтобы вернуть «свои» утраченные позиции в виде двенадцатисантиметровых шпилек.

Замечаю, как во взгляде Андрея появляется удивление, а улыбка приобретает какие-то интересные загадочные оттенки, ранее мне не ведомые… Он наклоняется ниже, пока я смотрю на него широко распахнутыми глазищами, а потом нежно целует у самого уголка губ – совсем на грани, но чувства и эмоции при этом у меня просто зашкаливают, а внутри будто фейерверки взрываются…

Судорожно выдыхаю, прикрыв глаза и опускаясь на всю стопу, ведь мои ноги меня чуть ли не первый раз в жизни подвели, буквально став ватными.

Чувствую его горячее дыхание на своём виске:

- Мира, прости… Я подумал…

- Нет, нет, Андрей! Всё хорошо, – быстро отвечаю ему, задыхаясь, но стараясь разубедить. – Мне понравилось… И вовсе не страшно… – добавляю дрожащим голосом, мысленно ойкая от такого «эпичного» признания, и сильно жмурю глаза, пытаясь хоть так спрятаться от своего стыда.

- Мира, я тебя люблю. – Отвечает с нежностью и без упрёка, продолжая гладить меня по спине. Я тоже стараюсь расслабиться и подрагивающей рукой глажу его крепкую широкую спину.

Медленно выдыхаю – всё-таки мне с Андреем очень повезло, ведь он либо вовсе не обиделся на меня, либо очень хорошо сделал вид, что не обиделся.

- Спасибо большое. Я тоже тебя люблю, – прошептала в ответ и в дверь номера сразу же постучали. – Тебе уже принесли костюм? – переспросила я.

- Да, Солнышко. – Целует меня в лобик с нежной улыбкой.

- Тогда это ужин. В любом случае – открываем.

Мы синхронно тяжело вздыхаем и размыкаем свои объятия…

*****

Ужинаем практически молча, ведь до деловой встречи осталось мало времени, а ещё надо успеть принять душ и привести себя в порядок. Андрею-то гораздо проще, а мне ещё делать макияж и причёску, поэтому сейчас мы обходимся без задушевных бесед и разговоров о нашем первом недопоцелуе. Андрей очень вежлив, галантен и тактичен – неужели такие мужчины ещё бывают?

Минут пять просто молча обнимаемся перед недолгим прощанием, а потом оговариваем, во сколько Андрей зайдёт за мной. Он возвращается в свой номер, поцеловав меня в щёку, а я быстро направляюсь в душ, решив, что всё сделаю для того, чтобы наша деловая встреча с партнёрами прошла максимально плодотворно и выгодно, конечно же, для обеих сторон. Мне очень интересны перспективы, обрисованные ранее Андреем, поэтому сегодня надо быть очаровательной и максимально креативной.

Глава 27

Андрей

Всю нашу недолгую трапезу Мира будто ждала от меня какого-то подвоха или попытки обговорить наш, так и не случившийся, поцелуй. Но я решил дать ей время и не торопить, и уж тем более не акцентироваться на этом, ведь понимаю, что на подсознательном уровне она ещё боится даже такой невинной близости со мной – об этом как раз и свидетельствовала её фраза-оговорка: «И вовсе не страшно…»

Стараюсь не думать о том, что же надо было сделать с молодой девушкой, чтобы она боялась даже обычных поцелуев.

Изо всех сил гоню от себя тяжёлые мысли, старательно смывая их под душем, но они упорно не покидают мою голову, поэтому после водных процедур решаю хоть немного просмотреть документы, чтобы дать Мире возможность подготовиться к сегодняшней встрече.

Еле дождался назначенного времени, и решительно направился к Своему Солнышку.

Немой выдох…

Мира однозначно умеет себя преподносить и создавать красивые и гармоничные образы. Я просто остолбенел и потерял дар речи.

- Ты будто из сказки. – Прошептал осипшим голосом, не сводя с неё взгляда и даже забывая моргать.

Мира смущённо улыбнулась и пожала плечиками:

- Спасибо большое.

- Я даже боюсь прикоснуться к тебе, чтобы не помять. – Шепчу с улыбкой, любуясь Мирой в классическом облегающем синем платье длиной чуть ниже колен, украшенному витиеватой серебряной вышивкой по горлышку-стоечке, низу рукавов и подолу. Интересно, что её кулон из горного хрусталя прекрасно вписался и в этот внешне холодный образ Миры. Но больше всего меня поражало и буквально припечатывало к месту, исходящее от неё, внутреннее тепло.

Мы снова тонем во взглядах друг друга на несколько минут, а потом Мира делает уверенный шаг ко мне и берёт за руки. Задумывается, смущённо улыбается, но всё равно кладёт мои ладони себе на талию. Дыхание сбивается и я замираю, а потом скольжу руками к её пояснице, пока она аккуратно умащивает свои ручки на моей груди. Не выдерживаю и целую её в височек, чтобы не испортить нежный макияж.

- Мира, ты просто потрясающе выглядишь. – Я всё ещё не могу на неё налюбоваться и стараюсь понять, что за интересная причёска сегодня у неё. – Не прощу себе, если не сделаю твоё фото сейчас.

Моя Малышка задумывается на несколько секунд, а потом ошарашивает своим ответом:

- Тогда пусть это будет нашим первым совместным фото.

- Хорошо. – Внутренне я ликую от таких явных шагов навстречу нам от Миры, но всё же быстро собираюсь с мыслями и иду за айфоном.

Когда вернулся к Мире с телефоном, она уже стояла у незашторенного панорамного окна и смотрела на насыщенное бордовое небо, переходившее в малиновый, а потом и в огненно-жёлтый к линии горизонта, проступавшей между домами, в окнах которых уже активно зажигался свет. Я же залюбовался её великолепной причёской.

- Глазам своим не верю… – неожиданно для себя, тихо озвучил свои впечатления.

- Да, очень красивый закат. – Восхищённо прошептала Мира, а я улыбнулся, ведь несмотря на шикарный вид за окном, взгляд не мог я отвести именно от её причёски.

Разблокировал айфон, настроил камеру и, поддавшись своему желанию, сделал несколько фотографий великолепной причёски Своей Малышки.

- Мира, я о твоей причёске говорил. Неужели всё это ты сделала себе сама?

- Конечно, сама. А кто б ещё? – Мира ответила с улыбкой в голосе, а я уже буквально с открытым ртом рассматривал необычные семь кос-колосков, хитросплетённых в одну большую общую широкую косу, кончики которой были спрятаны в плетение. Вся эта красота была длиной чуть ниже лопаток и очень стильно и довольно-таки символично украшена скандинавскими кольцами и оплётками для волос…

Не удержавшись, касаюсь её восхитительных волос.

- Такие мягкие и шелковистые. – Озвучиваю свои мысли вслух. – И ты даже лаком для волос не воспользовалась…

- Нет, не воспользовалась. – Ухмыльнулась она. – Я не люблю то, что он делает с волосами. А вообще я очень давно с косами хожу, поэтому волосы у меня послушные.

Мы оба улыбнулись, а я поцеловал её в височек, чтобы не испортить причёску и макияж:

- Моя Волшебница.

- Нет, просто пользуюсь руками по назначению. – Хохотнула и повернулась ко мне. – Андрюш, – от её обращения по телу разлилась волна тепла, а Мира смущённо улыбнулась. – Раз мы не сможем сегодня погулять по городу, то давай хоть сфотографируемся на его фоне…

- Мы ещё обязательно сюда прилетим и погуляем, Солнышко. Но давай, и правда, сфотографируемся на его фоне – у нас я не видел таких закатов.

- Я тоже. – Прошептала она. – Можно? – указала на мой телефон.

- Конечно. – Передаю ей гаджет.

- Хорошо, что нигде не перетянула. – Вынесла «вердикт» своей причёске Мира, внимательно рассматривая и увеличивая фото.

- Солнышко, причёска шикарная и просто идеальная. Тебе очень идёт.

- Я так боюсь тебя подвести… – неожиданно призналась Мира и потянулась ко мне.

Плюнул на всё и обнял Свою Малышку:

- Хорошая Моя, ну ты что? Я в тебе полностью уверен. Ты меня ещё никогда не подводила, а только наоборот помогала и выручала. Ничего такого на переговорах не будет – заказчикам уже нравятся проекты – и они их одобрили. Им просто хочется пообщаться с тобой, послушать твои идеи по поводу новых проектов и, конечно же, они всё равно попробуют тебя переманить… – поцеловал её в лобик.

- Это бесперспективное занятие.

- Я знаю, Солнышко. Всё будет хорошо. Я же рядом. Люблю тебя и не дам в обиду.

Она молча кивнула, вглядываясь в мои глаза, и, едва касаясь, гладила по груди.

- Тогда давай уже сфотографируемся и поедем. – Она мило похлопала ресницами.

- Давай, Моя Хорошая. – Поцеловал её в лобик, а Мира шустро перекрутилась в моих объятиях, слегка прижимаясь спиной к моему торсу. Потянулся с поцелуем к её височку и понял, что она сделала наше первое совместное фото.

Мы оба замерли. Шумно дышим. Моё сердце вырывается из груди, пока мы молча рассматриваем нас же, застывших на экране смартфона. И я понимаю, что это невероятно романтичное фото. Шикарное небо и красивый вечерний город за окном, глаза Миры сияют любовью, а я прикрываю свои глаза от наслаждения, едва касаясь кожи на её височке.

- Я люблю тебя. – Шепчет Мира. – Спасибо большое, что ты есть.

Слышу, что её голос подрагивает и понимаю, что она старается не расплакаться.

- Хорошая Моя, и я тебя очень сильно люблю…

Мой телефон оживает вызовом, не дав мне договорить.

- Пора, Моя Хорошая, – отвечаю Мире, перебросившись несколькими фразами со звонившим. – За нами уже приехали.

*****

Не знаю, перестанет ли Мира меня хоть когда-то удивлять?

Конечно же, я уже неоднократно видел Миру в общении на оперативках и знаю, с какой скоростью она генерирует интереснейшие идеи. Но сейчас я наблюдал поистине редкое зрелище – наши партнёры слушали Миру с открытыми ртами, не отводя взглядов, будто под гипнозом находились. Мира же на хорошем английском объясняла им концепции и описывала идеи, а они лишь изредка кивали и соглашались. Я сейчас сам с огромным удивлением смотрел на Миру, ведь я с этими людьми сотрудничаю уже более года и неоднократно вёл с ними переговоры. И такими послушными, довольными и молчаливыми вижу их впервые.

Сам даже не понял, как так получилось, но и часу не прошло, как мы завершили процесс обсуждения и подписали все необходимые бумаги. Все партнёры единогласно решили не таскать Миру по производству, но очень просили её приезжать со мной на переговоры.

Конечно, я сегодня уже пообщался с Фолквэром – и он пообещал не устраивать нам экстремальной командировки, но предоставления видео с предприятия вместо живой экскурсии я уж совсем никак не ожидал. Тем не менее, все были довольны – и мы достаточно быстро и вежливо попрощались.

Всю дорогу, пока возвращались в отель, мы обнимались и радовались подписанию нашей первой совместной сделки с Мирой и такой удачной командировке.

Я понимал, что Мира каким-то образом заворожила всех партнёров, но она мне ни в чём не признавалась и лишь говорила, что это я ей помогаю.

Как-то сам собой вспомнился наш разговор с Элей по телефону – и в голове так чётко всплыла её фраза: «Мира должна сама сделать свой выбор. Осознанно… Выбрать того, с кем захочет прожить всю жизнь и создать свою семью…»

Улыбаюсь, прижимая Свою Малышку к груди и стараюсь не сойти с ума от того, насколько всё может перевернуться в жизни всего лишь за одни сутки…

*****

Ужинаем и пьём с Мирой чай в её номере перед панорамным окном, любуясь шикарным видом на ночной прохладный Осло. В душе же царит настоящая тёплая весна и по телу разливается нега от близости Любимой Девушки.

Сейчас Мира взялась меня «допытывать» – и мне пришлось рассказать ей, почему я решил заниматься именно рекламой, как мы начинали вшестером из небольшой конторки в съёмном офисе далеко не в центре города, постепенно разрастаясь в большую и известную рекламную компанию. Мира с удовольствием и интересом слушала, хвалила. Я её обнимал, а она умащивалась у меня на груди, и очень нежно гладила, поддерживала и сопереживала, а потом, услышав, по её мнению, что-то необычное обо мне тут же подскакивала, выпрямлялась и искренне удивлялась.

Ближе к полуночи Моя Малышка уже заметно притихла и начала засыпать у меня на груди. Как бы мне не хотелось сейчас остаться с ней на этом небольшом диванчике и обнимать всю ночь, я понимал, что вчерашний и сегодняшний дни для Миры выдались очень сложными и насыщенными морально и физически. Завтра утром у нас с ней очередной перелёт. И я очень надеюсь, что сюрприз Мире понравится.

Перехватил поудобнее, сонно мурлыкающую, Миру и понёс в её кровать. Такая маленькая, лёгонькая… Но какой же большой Человек скрывается в этом изящном тельце…

Погладил, разметавшиеся по подушке, шелковистые волосы Своей Малышки и порадовался, что она успела переодеться и распустить свою шикарную причёску.

Укрыл её одеялом, поцеловал бархатистую щёчку и получил в ответ лёгкую улыбку, сквозь пелену сна.

- Спокойной тебе ночи и сладких снов, Хорошая Моя. – Погладил её нежные пальчики, выключил свет и отправился к себе в номер, заперев номер Миры.

«Утром я сам её разбужу», – подумал, заходя к себе.

Глава 28

Андрей

Милое, сонное очарование… Не могу налюбоваться, даже на мгновение отвести взгляд от умиротворённого расслабленного личика с едва уловимой улыбкой… Значит, сейчас Моей Малышке сниться что-то хорошее, а не кошмары – и меня это, конечно же, очень радует. Но в то же время до ломоты в теле хочется сейчас лечь рядом с ней, прижать к своей груди и уже никогда не отпускать. Очень хочу, чтобы Мира засыпала и просыпалась с улыбкой на лице в моих объятиях. Но понимаю, что пока ещё не время… Поэтому продолжаю сидеть на корточках рядом с кроватью Миры, даже не пытаясь присесть на краешек, чтобы не потревожить её и не спугнуть…

Не знаю, кому даю эти бесценные минуты: ей – понежиться в приятных волнах безмятежного сна, или себе – побыть рядом с Любимой в самые сакральные и в то же время абсолютно беззащитные моменты её жизни.

Любуюсь, как красиво блестят её волосы, отражая даже скупые утренние солнечные лучи, едва пробивающиеся сквозь занавешенные шторы. Так интересно – в её волосах играют одновременно холодные лунные оттенки с тёплыми солнечными… Легонечко ухмыляюсь от того, что даже блики в её волосах полны противоречий и никак не могут определиться со своей природой… А может, так и надо – быть разной и гармонично сочетать в себе огромное количество противоречий: тепло и холод, хрупкость с нежностью и огромную силу воли?..

Мира очень красиво спит на бочку, обхватив одну ручку другой, и умостив их под подбородком, прикрывая шею. Не знаю – на подсознательном это у неё уровне или просто так удобно? Но также я чётко понимаю, что нахожусь рядом с Мирой уже минут пять, а она до сих пор не проснулась, хоть и обладает очень хорошей чувствительностью и интуицией. Надеюсь, что это потому, что она не чувствует от меня опасности…

Не удерживаюсь и легонечко провожу кончиками пальцев по её мягким и шелковистым локонам, которые раскинулись по подушке, будто солнечные лучики. Так красиво, но, когда придёт время, надо будет очень осторожно спать рядом с ней, чтобы не придавить собой эту шикарную красоту.

Едва касаясь, обвожу контур её ушка, перехожу на бархатистую щёчку и замечаю, что Мира пытается проснуться, сонно моргая, и улыбается немного шире, по-видимому, узнав меня.

- Доброе утро, Моя Хорошая. – Шепчу с улыбкой и глажу тыльную сторону её ладошки.

- М-м-м… Какой сон… – едва слышно отвечает и расслабленными тёплыми ручками подгребает мою руку к своей шейке, пряча в своих ладошках, и закрывает сонные глазки.

Не знаю, как передать сейчас свои ощущения – это просто нереальная смесь безграничного умиления и трепетной нежности по отношению к Мире, сочетающееся с огромной радостью, от которой разрывает на части и хочется выплеснуть всё это в пространство, смеясь и подбрасывая Свою Малышку в воздух. Но вместо этого я продолжаю молча сидеть на корточках перед её кроватью, боясь спугнуть этот чудесный момент или пропустить хоть малейший её вдох…

Понимаю, что могу бесконечно долго так смотреть на Своё Солнышко, но тогда мы с ней опоздаем на самолёт – и сюрприз не удастся.

Аккуратно глажу её по голове:

- Мира, Хорошая Моя, уже пора просыпаться – у нас скоро самолёт. – Едва касаюсь её лобика своими губами и чувствую её тёплое дыхание.

- Андрей? – сонно переспрашивает и смущённо улыбается.

- Да, Моя Хорошая. – Улыбаюсь в ответ. – Доброе утро.

- Доброе… – она несколько раз скользит растерянным взглядом по сторонам. – Утро?

- Утро. – Подтверждаю с улыбкой.

- Ой! – она отпускает мою руку, а я вздыхаю с сожалением. – Прости, пожалуйста.

- А мне нравилось. – Глажу её по ручкам и очерчиваю контур лица.

- Андрю-юш, – протягивает, потупив взгляд. – А почему я не помню, как оказалось в кровати. Я же не принимаю ничего такого…

Я тихонько рассмеялся:

- Ты просто заснула у меня на груди, пока мы разговаривали на диванчике, а потом я тебя перенёс сюда.

- Уф! – Моя Малышка натянула одеяло на лицо. – Зачем меня таскать было?

- Мира, во-первых, ты очень лёгкая и я тебя не таскал, а с удовольствием поносил на руках. И во-вторых, я хотел, чтобы ты выспалась с комфортом, да и просто не смог бы оставить тебя на диванчике.

- Спасибо… – услышал из-под одеяла. – И спасибо большое, что не разде… Уф! В общем, оставил на мне всё, как есть.

Я всё-таки не выдержал и засмеялся:

- Мира, у нас с тобой всё будет по взаимному желанию. В нашей ситуации – это тогда, когда ты сама захочешь перехода отношений на новый уровень. Доверяй мне, пожалуйста, Мира. Я тебя люблю, уважаю и очень тобой дорожу, поэтому не посмею сделать то, что тебе может не понравиться или как-то расстроить.

Слышу сопение под одеялом и аккуратно глажу Свою Малышку по закутанному плечику.

- Хорошая Моя, тебе там есть, чем дышать?

- Есть…

- А почему ты прячешься?

- Я не пря… – слышу тяжёлый вздох. – Я только проснулась… Ещё даже не умытая и растрёпанная…

- И очень красивая. – Улыбаюсь и глажу её по плечику.

- Нет!

- Правильно, я ошибся – ты самая красивая девушка в мире, Хорошая Моя.

- Это потому, что в этой Мире никакой другой девушки больше нет! – парировала Моя Любимая Язвочка – и мы вместе засмеялись.

- Ещё и очень скромная.

- Не правда, но всё равно не вылезу.

- Ну, тогда мы опоздаем на самолёт, а ещё ты не увидишь, что я тебе принёс на завтрак…

- Какой ещё завтрак? – Моя Малышка резко подскочила, сев вполоборота, от чего её маскировочное одеяло всё-таки упало вторым слоем на ножки, но зато открылось порозовевшее и смущённое личико. – Андрей, чего я не помню? Чем это я уже завтрак заслужила? – Мира старалась хмуриться, но у неё это очень плохо получалось.

- Тем, что ты у меня есть. – Глажу её ручку. – И мне просто приятно о тебе заботиться, Солнышко.

- Но…

Смотрю на неё снизу вверх – первый раз так, ведь обычно у нас с ней всё наоборот. Подмечаю все её движения и реакции: судорожный вздох, подрагивающую улыбку, попытку отвести взгляд, но по итогу она просто заправляет прядь волос за ушко.

- Мира, разве забота того, кто тебя любит, это страшно? – накрываю её ручку своей ладонью.

Она молча отрицательно качает головой.

- Это плохо?

- Нет. – Шепчет, мотнув головой, и пытается поджать губы, пряча улыбку.

- Значит, всё хорошо? – не даю ей отвести взгляд.

Она пожимает плечиками, закусив уголок губки и медленно моргая, а я дожидаюсь ответа, продолжая ей улыбаться, чтобы не давить на неё.

- Спасибо большое… Но… Я же не ем перед перелётами, а нам вот совсем скоро на самолёт…

- Мира, совсем немного поесть всё-таки необходимо – голодные обмороки тоже никому не нужны.

- А я и не собиралась…

- Тогда составишь мне компанию за завтраком? – поднимаюсь с улыбкой и иду за столиком для завтраков в постель.

- Только сначала хоть умоюсь! – весело отозвалась, а когда я обернулся, то Миры уже и след простыл.

Вернулась Мира через несколько минут и поразила меня тем, что уже успела даже заплести себе нетугую косу, перебросив её через плечико.

- Пойдём на вчерашний диванчик? – предложила она, смущаясь.

- А я так надеялся тебя в постели покормить… – поцеловал Миру в лобик, заметив, как зарумянились её щёчки.

- Мне кажется, странно будет уже туда возвращаться, Андрюша. – Нежно погладила меня по плечу, а потом первой пошла в другую комнату.

«Ладно, всё ещё будет», – мысленно ответил сам себе и вышел из спальни вслед за Мирой.

*****

Умащиваю ножки столика вокруг бёдер Миры и открываю крышку овального баранчика (баранчик – (клош, фр. cloche — «колокол») – посуда для подачи горячих вторых блюд в виде плоской металлической тарелки или овального блюда с крышкой в форме колокола – прим. автора). Вижу, как изумлённо замирает Мира, хотя я не могу сказать, что блюда какие-то особенные.

Присаживаюсь рядом с ней и замечаю, как Мира тянется ко мне руками, а потом робко притягивает меня к себе за шею. Аккуратно обнимаю её и придерживаю столик, чтобы не упал, и чувствую едва уловимый поцелуй куда-то в район уха. Широко улыбаюсь, понимая, что этот странный, но до дрожи приятный поцелуй – очередной шаг Миры к нам… Её тёплое дыхание будоражит, руки нежно обвивают мою шею и она не отстраняется, а прижимается своей бархатистой щёчкой к моей щеке.

- Ты… – шумно выдыхает и уже буквально вдавливается своей щекой в мою. – Спасибо большое. Я очень тебя люблю. Очень.

- И я тебя очень люблю, Мира. – Глажу её спинку, обнимаю, целую ключицу, спрятанную под лёгкой тканью персикового гольфа, но она всё равно прижимается своей щекой к моей. Внутри всё бурлит и кипит, от чего накрывает желанием и хочется пересадить Миру к себе на колени и хотя бы зацеловать… А потом чувствую её дрожь, судорожное дыхание, как она хватается за мою шею, боясь своих же действий и желаний – и накрывает волна трепетной нежности и понимания того, как много это всё для неё значит, и насколько непросто даётся. Возможно, что это был её неосознанный порыв, но она всё равно не отступает, хоть я и понимаю, что форсировать события нам, а точнее мне, тоже не стоит.

- Андрюш, я же вроде как тебе не говорила, что люблю брюносты (брюност (брюнуст) – особый сорт сыра коричневого цвета со сладковатым карамельным привкусом; производится в Норвегии – прим. автора)… – она уточняет про выбор сыра в вафлях, а я пытаюсь привести свои мысли в порядок.

- Я видел «Гудбрандсдален» и «Флётемюсуст» (норвежские сыры-брюносты – прим. автора) в твоём холодильнике и подумал, что они там не для красоты лежат.

Мы вместе тихонечко засмеялись:

- Определённо не для этого. Ты очень наблюдательный.

Я добродушно ухмыльнулся и поцеловал Миру в щёчку:

- Тогда тебе такой завтрак подойдёт?

- Вот пока ты не открыл баранчик, я вообще есть не хотела… А теперь понимаю, что хочу. – Она притянула меня к себе ещё ближе и уткнулась носиком в шею. – Без тебя я жила по инерции просто потому, что так надо… – её голос подсел. – А сейчас я понимаю, что хочу жить… Мне так хорошо с тобой, но я боюсь, что…

Не даю ей договорить:

- Мира, не надо бояться. Мне тоже очень хорошо с тобой. Никогда так не было. И я тоже не хочу жить так, как раньше. Хочу жить и знать, что ты у меня есть. Мира, Солнышко Моё, я всё сделаю для того, чтобы ты была счастлива, чтобы мы были вместе, чтобы жили вместе и стали одной семьёй. Я люблю тебя, Мира. Не надо бояться – я с тобой.

Почувствовал, как Мира провела своей ладошкой по моему затылку и потёрлась носиком о шею.

«Только она умеет так сводить с ума своими невинными действиями», – думаю, пытаясь усмирить свой разбушевавшийся организм.

- Мира, – прошептал осипшим голосом, – давай завтракать, пока всё не застыло.

- Хорошо. – Тихо ответила, отстраняясь, и начала присматриваться к свёрнутым, словно небольшие роллы, тёплым хрустящим вафлям с разнообразной начинкой. – И когда же ты заказал этот завтрак, Андрюш? Вот он совсем не похож на стандартный.

- Он условно «стандартный», Солнышко. Небольшие коррективы никого не смутили.

Мира весело усмехнулась и взяла вафлю со сливочным сыром и запечённым лососем.

- Ммм… – она прикрыла глаза от удовольствия и медленно с наслаждением пережёвывала первый вафельный ролл. – Андрюш, присоединяйся – это невероятно вкусно, а вафля ещё тёплая и такая хрустящая. Сыр прогрелся, рыбка очень нежная… Ммм… Всё просто тает во рту.

А я в очередной раз зависаю на ней: на этих сверкающих глазах и довольной улыбке, на лёгком румянце на щеках, на той тёплой сладкой ауре, которая окружает Мою Малышку. И понимаю, что не могу и не хочу отводить от неё взгляд. Поэтому просто довольно улыбаюсь и глажу её по спинке.

- Ладно. – Легонечко хохочет. – Тогда держи. – Она подносит такую же вафлю к моему рту и я не раздумывая и с удовольствием принимаю угощение от Своей Малышки, целую кончики её пальчиков, а потом чувствую всё то, что она только что так аппетитно описывала…

- Это правда очень вкусно. – Шепчу, глядя в её глаза, а потом перевожу взгляд на манящие приоткрытые губы, но стараюсь быстро вернуться к глазам.

«Ещё не время», – мысленно одёргиваю себя, отмечая растерянность и смущение Мирославы, а также то, как она немного ёжится и ёрзает на диванчике. Тянусь сам за очередным вафельным роллом, давая возможность ей переключиться. Конечно, такой неожиданный сюрприз от Миры мне очень приятен, но я и сам в состоянии поесть, чем решил и заняться, и еле сдержал свой смех, когда Мира выдохнула.

Налил нам чая и остаток трапезы решил хоть постараться сосредоточиться на вафлях, а не на поедании Миры взглядом.

Моя Малышка ела, как Дюймовочка. Точнее даже сказать, просто пробовала. Но я всё равно посчитал, что даже такой завтрак лучше, чем никакого. Очень порадовался, когда смотрел, с каким наслаждением она ела вафлю со своим любимым брюностом и апельсиновым мармеладом. Сам не ожидал, что этот вариант начинки для вафли мне тоже понравится, но всё-таки есть в этом сочетании что-то необычное, контрастное по вкусу, но от этого и притягательное…

Мира же мурлыкала от удовольствия, чем лишь подтвердила, что этот завтрак был абсолютно не лишним. Причём для нас обоих.

*****

Закрываю дверь за официантом, забравшем посуду и столик, и возвращаюсь к Мире. Наблюдаю, как задумчиво и немного с грустью она смотрит в окно на просыпающийся Осло. Сегодняшнее утро выдалось невероятно ясным и солнечным – на голубом небе ни малейшей тучки, солнечные лучики красиво золотят крыши домов, а к горизонту небо приобретает лиловые оттенки.

- Такой красивый город… и такое красивое утро… – смотрит на меня с благодарностью и нежностью, а потом снова возвращается к виду за окном. – И мне так не хочется отсюда уезжать…

Присаживаюсь рядом с ней, беру её тёплую ручку в свою и аккуратно поглаживаю большим пальцем тыльную сторону её ладошки.

- Мира, – целую её пальчики. – Это ещё только утро. Не бойся отпускать то, что есть сейчас – возможно, что впереди будет что-то лучше…

Глава 29

Андрей

Люблю, когда она доверчиво прижимается ко мне и не понимаю, как мог раньше жить без НЕЁ, её нежности и тепла, таких разных, но безумно дорогих взглядов, смеха и слёз, улыбок и задумчивости, проницательности и непосредственности, непредсказуемости и хорошего сумасшествия…

Люблю…

Обнимаю Миру одной рукой и поглаживаю её нежную ручку, пока нас везут на автомобиле в аэропорт.

«Я почему-то рядом с тобой очень часто засыпаю…» – Мира призналась со смущённой улыбкой и прикрыла глаза, умостившись на моей груди. Я ей ответил благодарной улыбкой и поцелуем в макушку. Засыпает – это хорошо. Значит, доверяет мне. И также это означает, что сон ей просто необходим. Я очень хорошо помню её признание о ночных кошмарах и очень надеюсь, что рядом со мной они её не тревожат и не будут тревожить…

Глажу Свою Малышку всю нашу недолгую дорогу, переживая о предстоящем перелёте и сюрпризе для Миры, ведь понятия не имею – понравится он ей или нет. С ней я на этот счёт не разговаривал, поэтому могу только надеяться на то, что всё пройдёт благополучно.

Также мне не давали покоя мысли о нашем совместном будущем, ведь мы оба – состоявшиеся и состоятельные люди, несмотря на временные психологические трудности Мирославы. Для меня очень важно самому содержать свою семью, а у Миры свои жизненные позиции, принципы и главное – жизненный опыт. И я прекрасно понимаю, что в начале нашего знакомства она была готова даже приплачивать мне, лишь бы показать, какая она самостоятельная и независимая…

Стараюсь не шумно вздохнуть, чтобы не потревожить Своё Солнышко. Надо действовать очень разумно и аккуратно, убеждать её мягко, не напирая. И возможно, что даже самому в чём-то придётся идти на уступки…

Я всё-таки не сдержал своего вздоха, но он совпал с приездом на стоянку аэропорта, поэтому я начал нежно будить свою задремавшую Красавицу.

*****

Следующий пункт нашего назначения – заполярный Тромсё Мира восприняла спокойно и с пониманием.

«Надо, значит, надо!» – она немного поёжилась, но услышав, что сегодня там ожидается +5 градусов, вздохнула и улыбнулась.

Едва мы успели занять свои места в самолёте, как Мира решила поработать.

- Хорошая Моя, – накрыл её руку своей, не давая достать ноутбук из сумки. – Научись хоть немного отдыхать.

- Андрюш, но задание уже есть и проекты делать надо…

- Надо, я не спорю. Но и отдыхать тоже надо уметь. Мира, сроки позволяют не тратить каждую минуту своей жизни, чтобы делать проекты, а я хочу, чтобы ты научилась расслабляться.

- Ну, тогда давай хоть видео с производства посмотрим?

- Мира, я был на этом производстве. – Мягко улыбнулся ей. – Оно, конечно, очень классное и современное, но я думаю, что ты и без этого видео прекрасно справишься с дизайном упаковок.

- Предлагаешь не смотреть? – Моя Малышка даже меня удивила своим удивлением, от чего я даже прыснул со смеху.

- Если сильно хочешь, то потом посмотрим в ускоренном режиме. – С улыбкой поцеловал её в лобик.

- Это читерство (сленговое от англ. to cheat – «мошенничать, обманывать»; используется в компьютерных, настольных и азартных играх – прим. автора)!

- Это желание побыть со своей любимой девушкой, не отвлекаясь на рабочие моменты, Солнышко. Я не знаю, как часто у нас будут выдаваться такие возможности…

- Но сейчас мы и так летим по делам…

- Но не по рабочим, Солнышко. – Легонько улыбаюсь ей и вижу, как Мира начинает удивлённо хлопать ресницами.

- А по каким же тогда?

- Скоро сама всё увидишь. Просто дождись. – Целую её в лобик с улыбкой.

- Просто дождись? Очень теперь это просто… Я же не знаю, что мне сейчас и думать?

- А ты ничего и не думай. Давай поговорим, пока есть такая возможность.

- О чём?

- У тебя с Серёжей очень хорошие отношения, хоть вы и не родные брат и сестра…

- Такое бывает…

- Бывает, но не часто даже у родных.

Вместо ответа Мира просто пожимает плечиками, но я уже знаю, что во время перелёта она забывается, когда что-то рассказывает, и тогда он легче переносится. Да и мне, безусловно, интересно о ней узнать как можно больше. Поэтому я задаю ей уточняющие вопросы:

- Мира, а у тебя ещё есть двоюродные братья или сёстры?

- В Днепре (город, ранее Днепропетровск – прим. автора) как раз ещё два двоюродных брата есть. Но один из них упырь редкостный, а у второго нервишки слабоваты, поэтому мы практически не общаемся…

Я не смог сдержать смешка, но всё же спросил:

- А с чего ты так решила, Мира?

- Про кого из них?

- Да без разницы! Я же их не знаю… Давай начнём со слабоватого нервишками… – мы оба тихонечко хохотнули.

- Здесь всё просто – приблизительно минут через пять после общения со мной, у него нервный тик начинается…

Я прикрыл глаза правой ладонью и старался не громко смеяться.

- Что, так жизненно? – шкодно переспрашивает и заглядывает мне в глаза.

- Да, Мирослава… – отвечаю сквозь смех.

- Но ты же как-то держишься… – засмеялась и Моя Врединка.

- Мне всё-таки помогает большой опыт руководителя… – пытаюсь успокоиться, но в памяти всплывают одна за другой картинки из нашего прошлого общения с Мирой.

- Ну, хоть какой-то плюс… – иронизирует она, но каким-то раскаянием или сочувствием от неё даже и не веет.

- Точно. – Широко улыбаюсь ей. – А вообще, как ты себя чувствуешь при этом?

- В смысле? – хлопает ресницами, азартно улыбаясь.

- Ну, когда твой брат не выдерживает общения с тобой?

- Нормально. Это же не у меня глаз дёргается, в конце концов…

Я прыснул со смеху от неожиданности, а Мира довольно продолжила:

- И вообще, я считаю, что это даже полезно.

- Нервный тик? – уточняю, посмеиваясь.

- Не совсем… Просто выдерживать меня – это всё-таки хороший жизненный опыт и повод поработать над собой. – Мира легонечко смеётся и многозначительно добавляет. – Тем более, если он себя мужчиной считает…

- Так это ты так людей на прочность проверяешь, Хорошая Моя? – прижимаю её немного ближе к себе и глажу тыльную сторону ладошки, радуясь, что взлёт Мира особо и не заметила.

- Возможно… – она приподнимает левую бровку и кивает. – Помехоустойчивость и тому подобное… – её взгляд становится невероятно проницательным буквально на несколько мгновений, но потом она, как будто быстро всё это стряхивает с себя, и снова примеряет свой «привычный» образ стёбной блондиночки, добавляя. – Хотя… Это просто весело!

Мира ухмыляется и делает глоточек воды, а я не могу отвести от неё взгляд.

- Хорошая Моя, я вижу, какая ты на самом деле… Ты гораздо глубже, чем показываешь окружающим… Мира, спасибо большое, что позволяешь мне видеть Тебя…

Моя Малышка пожимает плечиками и поворачивается к иллюминатору:

- В этом нет моей заслуги, Андрей. – Она тяжело вздыхает. – Каждый видит лишь то, что хочет и умеет… Просто подстраивает нужный шаблон к ситуации или человеку – и получает «готовую картинку», составляет своё «правильное» мнение… Так делают практически все… Лишь единицы задают себе дополнительные вопросы, стараются подметить то, что лежит не на поверхности… Пытаются оставаться беспристрастными и не навешивать на людей и ситуации свой прошлый жизненный опыт, вынося свой «приговор»… – я заслушался и засмотрелся, а она ещё раз тяжело вздохнула. – А я, как ни стараюсь, всё равно не могу спокойно относиться к перелётам… Странно это всё так – огромная махина в воздухе, нагруженная багажом и людьми… А я одна, подпрыгивая, не могу даже на минуту в воздухе задержаться…

- Это всё физика… – тихо отвечаю, поглаживая её ручку и стараясь дать понять, что сейчас рядом с ней.

- Да, я знаю… Но всё равно как-то стрёмно.

Мы вместе прыскаем со смеху, Мира качает головой, а потом поворачивается ко мне. На её губах мягкая улыбка, а глаза излучают тепло, нежность и благодарность. Она делает вдох ртом, а потом прикусывает левый уголок нижней губки. Прикрывает глазки и обнимает меня, прижимаясь к груди.

- Спасибо большое, что видишь меня и понимаешь, Андрюша… Я это, правда, очень сильно ценю…

- И тебе спасибо большое, Хорошая Моя. За то, что подпускаешь к себе, и всё-таки даёшь возможность видеть и узнавать тебя…

- Я люблю тебя, – произнесла, будто объясняя причину.

- И я люблю тебя. – Отвечаю с улыбкой и целую её макушку.

Мы сидим молча в обнимку, наслаждаясь душевным и, конечно же, телесным теплом друг друга. Мне невероятно приятно укутывать её в свои объятия и дарить ощущение защищённости, но я также понимаю и чувствую, что Мире тоже очень нравятся и важны мои объятия. Беззвучно усмехаюсь от того, что девушка, запрещающая к себе прикасаться, может быть настолько нежной, тёплой, уютной и желающей этих самых прикосновений и тактильных ощущений…

Противоречивая…

Загадочная…

Любимая…

И очень хочу, чтобы стала моей навсегда…

Чувствую, как она трётся щёчкой о мою грудь, и сильнее прижимаюсь губами к её волосам.

- Мира, а про «упыря» расскажешь? – возможно, что этот вопрос сейчас не уместен, но мне всё равно очень важно знать, что её беспокоит в жизни. А такая характеристика, пусть и двоюродного, брата всё же говорит о многом.

- Хм! Здесь тоже ничего сверхъестественного… Обычная и банальная «теория относительности»…

- Расскажешь?

- Ну, всё зависит от того, кто, на кого и с какой позиции смотрит… В принципе, только что об этом и говорила… Этот брат смотрит на меня сквозь свою зависть и несостоятельность… Считает, что мне всё в жизни незаслуженно и легко досталось, ведь это только ему надо всё выпахивать, а мне… – она тяжело вздохнула, – только вовремя лечь под кого-то нужного и надо… В общем, регулярно рассказывал мне то, чего я даже сама о себе не знала, и очень сильно порадовался за меня после Эмират: не поленился позвонить и поздравить с заслуженной и справедливой участью… – я молча прижимал её сильнее к себе и старался не шумно дышать, чтобы не показывать своего волнения. – Но оказался не слишком умным – и рассказал всё это Серёже, за что и огрёб… – Мира иронично засмеялась. – А потом снова позвонил мне жаловаться на него… Я даже не жалею, что не общаюсь с ним, Андрей.

- Я понимаю, Мира. Ты всё правильно делаешь. Не всех родственников нужно держать в своей жизни…

- Спасибо… – тихо ответила дрожащим голоском.

- Было бы за что, Моя Хорошая…

- Ты всегда за меня… Несмотря ни на что…

- И всегда буду за тебя и с тобой, Любимая… Несмотря ни на что… И если понадобится, то и против всех, Мира…

- Спасибо… – она прошептала ещё тише, а я так хотел расспросить у неё про Эмираты, но чётко понимал, что сейчас абсолютно неподходящее время и место, поэтому решил заговорить о важном и дорогом для неё человеке.

- Серёжа тоже всегда за тебя…

- Да, это правда… – прошептала с улыбкой и погладила меня по груди.

- Я это сам прочувствовал… – легонечко хохотнул. – Он за тебя горой, Солнышко… Очень любит и переживает…

- Да. Такой брат, как Серёжа, стоит многих и многого… Если бы не он…

- Я рад, что он у тебя есть, Солнышко.

- Я тоже. – В её голосе чувствовалась улыбка. – Это Серёжа повёл меня на восточные танцы, хотя я хотела на футбол.

Я прыснул со смеху и поцеловал её в макушку.

- На футбол? А почему?

- Ну, это же весело! – задорно ответила.

- Ну, не всегда, Солнышко. Это всё-таки контактный и жёсткий вид спорта.

- Знаю, Серёжа раньше занимался, но получил серьёзную травму, не совместимую с дальнейшей спортивной карьерой…

Я тяжело вздохнул:

- Очень жаль. Я не знал…

- Да, такое часто бывает… И если тебе всё же удалось стать профессионалом, то это означает, что в том числе повезло обойтись без очень сложных травм… Одной пахоты не всегда ведь хватает…

- Согласен, Солнышко. Так ты из-за Серёжи хотела футболом заниматься?

- И да, и нет… Мы с дружбанами часто во дворе в футбол и его производные играли…

- С дружбанами… – беззлобно передразнил её.

- Ревнуешь? – засмеялась Мира.

- А не надо?

- Вообще не надо! – посмотрела на меня с нежной улыбкой, а я поцеловал её в носик и лобик. – Мы друг друга буквально с пелёнок знаем. Ещё в колясочках рядом ездили, детский сад вместе прошли и школу! – Мира уже откровенно веселилась.

- Однако… Столько всего… А у Машеньки уже жених есть в детском саду. – Улыбнулся ей.

- Ну, я не Машунька… У неё с Мишей своя ситуация, а мои дружбаны для меня с самого детства, как братья, как Серёжа… Я их так всегда и воспринимала, пока не осознала, что мы по сути просто жили рядом и поэтому оказались друзьями… Просто соседи…

- Не со всеми соседями мы всё-таки становимся друзьями…

- Согласна. Нас тогда было много – полный двор детворы – и мы все вместе играли, дружили… А потом практически все разъехались и мы остались вчетвером. Да, о ужас! – Мира тихонечко засмеялась. – Я дружу с тремя парнями: двумя одногодками и ещё один на год меня младше. И никаких странных желаний у меня никогда не возникало! Так что не думай там себе глупости всякие!

- Даже и не собирался. – Честно слукавил, но постарался при этом искренне улыбаться. Ведь хорошо понимаю, что мужчина может как угодно относиться к женщине, но если она не захочет быть с ним рядом, то он хоть в лепёшку расшибётся – так и будет торчать во френдзоне (от англ. «friend zone» – зона дружбы; понятие, означающее дружеские отношения между мужчиной и женщиной, когда один из них (чаще мужчина) пытается перевести их в романтические – прим. автора).

- Правильно! – она поудобнее умостилась на моей груди – и мою ревность как рукой сняло, но мои руки всё равно сильнее обняли Миру. – А вообще я правда люблю играть в футбол. И с Ваней (это мой племянник и Серёжин сын) постоянно играю, когда приезжаю в Днепр. Полинка подрастёт – и её тоже завербуем. – Рассмеялась Мира, а я подумал, что с удовольствием составил бы им компанию, но пока решил об этом промолчать.

- Вот честно – я знаю, что ты та ещё шкодина. – Мы вместе засмеялись. – Но всё равно не могу тебя представить, играющей в футбол.

- Значит, будем развивать твою фантазию… – Мира тихонечко посмеивалась. – Вот Серёже даже представлять меня с мячом не надо… И лазящую по деревьям, заборам и гаражам…

- Да ты реальная хулиганка! – мы старались смеяться как можно тише.

- Не то слово! Вандал ещё тот! А Серёжа меня только успевал снимать то с дерева, то с забора, то с гаража с охапкой котов, ведь я думала, что они плачут потому, что слезть оттуда не могут… А оказалось, что это у них просто брачный период! – мы уже просто давились смехом вместе с Мирой.

- Ты везде котов собирала?

- Ващет спасала! Попрошу не путать! – Мира хихикала мне в грудь, а я ей в макушку. – Я же Котенко! Кто, если не я?! – Моя храбрая Котенко уже еле договаривала, а я очень хотел, чтобы в скором будущем она стала Авдеевой.

- Ну, тогда всё понятно – высшее предназначение и все дела!

- Это точно! Вот я часто думаю, что Серёжа просто офигевает, за что ему такая сестра досталась. Где он так себе карму-то подпортил? За что такое наказание?

- А я думаю, что он счастлив и очень рад, что ты у него есть, Солнышко. И воспринимает тебя, как награду, а не наказание… Ты просто уникальная, по-настоящему живая, по-хорошему любопытная и очень добрая и отзывчивая.

Мира хмыкнула, помолчала несколько секунд, а потом добавила, меняя тему, ведь как не крути, а она очень скромная девушка и не любит хвалебных од в свой адрес.

- Но от художки он меня не стал отговаривать. Повёл и записал в группу, как я и просила…

Я хотел спросить про её родителей и почему они не водили её на кружки, но посчитал это бестактным. Тем не менее, Мира ответила мне сама:

- Родители всегда были очень заняты – много работали, а потом начали организовывать свою юридическую фирму. Конечно, они оплачивала мне танцы, костюмы, конкурсы, а потом и художку. Ездили со мной на все местные конкурсы, но водил меня на кружки только Серёжа… Когда подросла, то сама уже справлялась. Зато мама каждую ночь перед сном вместо сказки или песенки читала мне законы и объясняла коллизии права… По родительской задумке я должна была стать самым лучшим юристом…

- Печально…

- Да, как-то невесело… Хм! Я даже притворялась, что уже сплю, лишь бы не слушать самую «важную» для себя информацию и запоминать её… Но всё равно запомнила!

Я поцеловал её в макушку.

- Андрюш, давай всё-таки посмотрим видео с предприятия – люди старались… Неудобно…

- Хорошо, Солнышко. – Поцеловал её ещё раз и разомкнул свои объятия, чтобы дать возможность достать ноутбук.

Постарался выдохнуть потише, ведь прекрасно понимал, что пока Мира не желает ещё что-то рассказывать – некоторые темы ей всё-таки не приятны и похоже, что их лимит на данный момент исчерпан…

*****

Из аэропорта Тромсё нас забрали на автомобиле и уже через двадцать минут восторженных разглядываний Мирой в окно цветных домиков, живописно вписанных в прекрасную природу, мы прибыли в пункт назначения.

- Андрюш, а что здесь происходит? – Моя Малышка смотрела на меня изумлённо. – Не может же такого быть, чтобы нам надо было туда?

Я ей широко улыбнулся, наклонился и поцеловал в носик, чтобы не примять её прикольную бордовую шапочку с имитацией кошачьих ушек. Конечно, понятно, чей это подарок. Но я себе представить не мог, что Мире настолько идут подобные головные уборы. Заглянул в огромные удивлённые синющие глазища и взял её за руку:

- А нам как раз туда, Любимая.

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :-)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :-) Мне очень приятно :-)

Так получилось, что у меня не получилось поздравить вас с Днём всех влюблённых – без проды я не рискнула, а уверенности, что вы будете читать мои блоги, у меня нет, поэтому считаю, что для любви все дни подходят, а хорошие искренние пожелания всегда уместны :-)

Я пишу историю Миры и Андрея для вас с любовью и искренним желанием, чтобы она помогла случиться чему-то хорошему в ваших жизнях. Мне очень хотелось бы, чтобы вы верили в себя и шли за своими желаниями, достигали поставленных целей и ставали успешными уверенными в себе людьми :-) Также мне очень хочется, чтобы в ваших жизнях была взаимная любовь, и вы умели правильно поддерживать её, каждый день строить свои отношения с любимым человеком и быть счастливыми. Ведь, любить – значит, делать… Делать, доверять, поддерживать, понимать, вдохновлять, быть рядом не только в добре – и это не просто слова, а огромный ежедневный труд. Жизнь всегда подбрасывает свои испытания влюблённым, но какое же это счастье – осознавать, что очередная преграда пройдена, а вы продолжаете быть вместе и любить друг друга…

Всегда говорите со своими любимыми, но и думайте, что говорите… Как бы вы хорошо друг друга не знали и какими бы родными Душами не стали, всегда надо понимать, что все мы разные, мыслим и думаем всё равно по-разному, и даже приоритеты у нас могут не совпадать, несмотря на то, что мы уже одна семья. Разговаривайте, но без претензий. Никто не обязан читать ваши мысли и выполнять все ваши желания. Но, если грамотно их рассказать любимому человеку, то чудо вполне возможно… ;-)

А ещё возможно, что вам поможет такая подсказка: если вам кто-то нравится, то не бойтесь признаваться в своих чувствах (независимо от того, мужчина вы или женщина), ведь если к вам испытывают взаимные чувства, то вашему признанию будут очень рады, и этим самым вы можете обрести совместное счастье. Если же к вам не испытывают взаимных чувств, то этим вы дадите себе возможность побыстрее пройти эту ситуацию, не зацикливаясь, и не посылать в Пространство свои идеи и желания, относительно этого человека. Но зато дадите себе возможность встретить другого человека – и как знать… Всё может быть ;-) Главное – хоть периодически оглядываться по сторонам, а не просто смотреть себе под ноги…

От Души желаю всем нам взаимной любви, Счастья, Гармонии, Благополучия, Мира, Добра и Благоразумия :-) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :-)

Глава 30

Мира

Не могу понять, как так получилось, что из своей реальности я попала в сказку? Ведь для меня каждое мгновение рядом с НИМ – именно сказка. И я себя уже не раз ловила на мысли, что мне хочется прошептать знаковую фразу из «Фауста»: «Остановись, мгновение! Ты прекрасно!» Запереть все двери в «Наш Мир» – и остаться там вместе с НИМ навсегда…

Но, несмотря на всю ту сказку, в которую меня заботливо и очень трепетно погружает Андрей, реальная жизнь идёт своим чередом, заставляя двигаться дальше. Но то утро, в которое я почувствовала себя по-настоящему любимой, я не смогу забыть никогда…

Где бы мы ни были, рядом с НИМ я чувствую себя уютно и защищённо, надёжно укрытой и скрытой от окружающего мира его нежными объятиями.

Оживаю…

Рядом с НИМ я оживаю…

А ведь ещё совсем недавно я стояла на мосту – и кидала монеты в полынью реки, желая получить ответы или хоть какие-то подсказки…

Получила…

ЕГО получила и шанс на совместное счастье…

И так хочу оправдать его ожидания и не потерять наш шанс.

*****

Проезжая по Тромсё, я поймала себя на мысли, что с удовольствием бы здесь погуляла. Да и вообще мне очень захотелось ещё приехать в Норвегию не в формате командировки и переговоров в офисе, а именно с туристической целью. Постоянно здесь жить я, конечно же, не смогла бы – я всё-таки люблю тепло, но вот природа меня откровенно подкупает, поэтому побродить вдоль фьордов я была бы только рада.

Замечаю, с каким удовольствием Андрей наблюдает за моей реакцией и очень нежно гладит мою ладонь, от чего по моему позвоночнику будто проходит электрический ток и периодически даже дыхание сбивается…

Невероятно удивляюсь, когда понимаю, что мы сейчас приехали в порт, но вот только я понятия не имею, зачем?

- Андрюш, а что здесь происходит? – всё-таки не выдерживаю и заглядываю ему в глаза. – Не может же такого быть, чтобы нам надо было туда?

Он мне широко улыбается и даже целует в носик, от чего я краснею, хоть на улице сейчас и не жарко. Хлопаю ресницами, но всё равно не могу отвести от него взгляд. Чувствую, что мою ручку обхватывает его тёплая и уютная ладонь, и закусываю губу, чтобы широко не улыбаться на ветру.

- А нам как раз туда, Любимая. – Произносит, заглядывая мне в глаза, и ведёт в сторону суден.

Я лишь растерянно киваю, подумав, что мы несколько часов поплаваем на одной из яхт, стоявших сейчас на причале, но мы прошли их и начали замедляться возле огромного белоснежного многоэтажного круизного лайнера.

- Я на это не сбрасывалась. Нам точно не сюда… – ещё раз растерянно озвучиваю свои мысли.

- Сюда, Солнышко. Я тебе потом всё объясню. – С улыбкой отвечает мне, и мы останавливаемся возле первого же мостика на палубу, а к нам уже направляется, сияющий приветливой улыбкой, портье в такой же белоснежной, как и сам лайнер, форме с эмблемой компании на груди.

- Не ослепнуть бы… – тихо бурчу себе под нос, щурясь от бликующей белизны лайнера на солнце, и уже громче добавляю. – Андрей, у нас завтра вечером вообще-то самолёт в Киев. Кхм! Из Осло!

- Я помню, Солнышко. – Кивает мне с улыбкой и уже достаёт документы и посадочные талоны. – Мы всё успеем. Не переживай.

- Как, блин?! Телепортом? – шёпотом возмущаюсь, а Андрей поджимает губы, пряча улыбку.

- Хорошая Моя, мы здесь всего на сутки. В каюте поговорим. – Он снова берёт меня за руку, успокаивающе поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони. – Проходим? – кивает мне с улыбкой и ждёт моей реакции.

- Уф! – следую за белым «кроликом» вглубь шикарного лайнера, хоть по ощущениям – лечу в ту самую «кроличью нору» (отсылка к сказке Льюис Кэрролл «Алиса в Стране Чудес» – прим. автора), не веря в происходящее…

Естественно у нас пентхаус, если такое название вообще уместно по отношению к круизным лайнерам. Огромный сьют (от англ. suite – уютный, домашний; «сьют» обозначает номер улучшенной планировки, в котором обычно две и более комнаты – прим. автора) расположился в самой удачной передней части лайнера, давая великолепный обзор на окружающие красоты. Но вместо щенячьего восторга мной овладевает паника – и в лёгких быстро заканчивается воздух. Отчаянно хватаю его ртом, быстро переобуваюсь и прохожу вглубь номера, пока Андрей разговаривает с портье.

Пальтишко и шапку оставляю на одном из кресел в гостиной – потом определю их в гардероб, ведь сейчас я хочу попробовать «выходить» своё волнение и постараться хоть немного успокоиться.

Бреду по шикарному номеру, словно в бреду, оставляя фоново для себя лишь засечки, за которые цепляется мой профдеформированный мозг: дорогая лаконичная тёмная мебель, мягкое ковровое покрытие цвета кофе с молоком и однотонные песочные стены с картинами местных пейзажей акварелью. На некоторых даже было изображено северное сияние над живописными фьордами и горами в снежных шапках. Также несомненными плюсами данного номера были панорамные окна с открытыми тяжёлыми тёмными портьерами и отдельные выходы из каждой комнаты на огромный персональный смотровой балкон со стеклянными перилами. Стала в открытых дверях одной из трёх спален, чтобы сделать глоток прохладного свежего воздуха, и обвела взглядом свой страх и заветную мечту многих: на просторном балконе расположилось несколько столиков, диванчиков и мягких шезлонгов.

Сквозь прозрачное стекло перил заметила, как отчаливает бело-голубая яхта с флагом Норвегии, выглядящая крохотной по сравнению с этим огромным монстром.

Перевожу взгляд немного вдаль на верхушки гор, до сих пор припорошенные снегом. Глубоко дышу, стараясь утихомирить своё разбушевавшееся сердце.

Понимаю, что здесь и сейчас сконцентрировались все мои страхи – и страхи высоты и глубины для меня далеко не на первом месте…

Почему-то немного потемнело в глазах – и я быстро захожу в спальню, неплотно прикрывая за собой дверь.

Осматриваюсь и не совсем уверенно бреду к огромной кровати: белоснежные простыни красиво контрастируют с фиолетовым покрывалом и наволочками на вторых маленьких подушках. Ухмыляюсь от такого совпадения или специального заказа – сейчас мне, наверное, ничему удивляться не стоит…

Шоколадки с фирменной эмблемой на подушке, конечно, говорят о высочайшем классе обслуживания и стоимости номера, но сейчас меня это абсолютно не радует…

Всю свою взрослую самостоятельную жизнь я старательно бежала от образа обычной содержанки, а вот сейчас…

Тяжело вздыхаю и обессиленно присаживаюсь на краешек этой огромной кровати.

Не может же Андрей меня просто покупать? Ведь не может же? И этому всему наверняка есть какое-то объяснение…

В висках начинает сильно пульсировать – и я прикрываю глаза. Опираюсь локтями о свои колени и прячу лицо в ладонях. Тело хочет упасть на кровать и просто отключиться, но моё сознание не отпускает меня – сначала я хочу поговорить с Андреем…

Слышу тихие шаги и чувствую его приближение, ведь с каждым мгновением мне становится всё теплее. Делаю глубокий вдох ртом, ощущая, что он уже совсем рядом.

Чувствую лёгкие поглаживания на своём предплечье, ловлю волну мурашек, несмотря на то, что сейчас в тёплом плотном свитере, и открываю глаза: передо мной на корточках сидит Андрей, смотрит на меня и нежно улыбается.

- Почему не присаживаешься рядом? – шепчу подсевшим голосом.

- Не хочу тебя пугать и не хочу, чтобы ты думала, что я сейчас претендую на место в твоей постели…

- А ты разве не претендуешь? – как-то уж очень серьёзно съязвила я, даже немного поморщившись от себя же.

- Сейчас – нет. Мы же уже с тобой говорили, что всему своё время, Солнышко. Верь мне, пожалуйста. – Он отвечает без обиды и упрёка, а, наоборот, с нежностью и мягкой улыбкой. Я же неловко пожимаю плечами и складываю свои ладони на коленях, как маленькая, но Андрей сразу же аккуратно заключает их в свои, медленно и чувственно целуя каждый пальчик.

Я начинаю дрожать от непонимания происходящего и шепчу:

- Почему мы здесь?

Андрей ловит мой непонимающий взгляд и медленно целует тыльную сторону моей ладони, не разрывая зрительного контакта, а потом снова накрывает своей.

- Мира, ты сейчас готова выслушать? – шепчет в ответ с приятными нотками хрипотцы, а я зависаю на его сбытых костяшках, вспоминая тот ужасный инцидент с Глебом.

Аккуратно высвобождаю одну руку из уютной «ракушки» его ладоней и медленно, стараясь не зацепить, обвожу пальчиком его ссадины.

- Ты меня не обидишь. Я знаю. – Шепчу, чтобы больше напомнить это себе, чем ему.

- Не обижу. – Тихо подтверждает и снова заключает обе мои ручки в свои тёплые ладони. – Тебе не холодно, Любимая? Закрыть двери?

- Нет. – Довольно жмурюсь от его, ласкающего слух, «Любимая» и покрываюсь мурашками абсолютно не от прохладного воздуха. – Присаживайся рядышком. Я не люблю, когда в моих ногах сидят.

Андрей тихо ухмыляется и пересаживается на кровать.

Захлёбываюсь эмоциями, но всё равно придвигаюсь ближе к нему – так, что наши бёдра соприкасаются. Да, мы оба в плотных джинсах, но так я хочу показать ему, что доверяю ему и не бегу от нас.

Замечаю, что он тоже старается восстановить своё дыхание, но я не отношусь к тем женщинам, которые наслаждаются подобной властью над мужчинами. Я понимаю, что ему тоже очень сложно противостоять своей природе и желаниям, поэтому просто обнимаю его, умащиваясь на сильной груди, и шепчу под любимую музыку его сердца:

- Рассказывай…

Он уже укутывает меня в свои объятия, нежно целует в макушку и будоражит тёплым дыханием:

- Мира, я просто очень хотел сделать тебе приятный сюрприз и хоть немного порадовать.

- Угу! – глажу его по груди, старательно прикусывая себе язык, чтобы не произнести, что сюрприз удался.

- Мы вместе ещё меньше двух суток и я, конечно, очень рад, что мы поехали в Норвегию, как пара, но до этого у меня такой уверенности не было. Поэтому я и не продумывал никакой культурной программы, понимая, что на неё у нас просто не будет времени. В лучшем случае удастся несколько часов погулять по Осло перед сном.

Я молча потёрлась носиком об его торс и почувствовала очередной поцелуй на своей макушке. Довольно жмурюсь и продолжаю млеть в его уютных объятиях под любимый голос:

- Очень сильно переживал, что наша первая совместная поездка получится абсолютно не романтичной, а наоборот очень скучной и обыденной, но отменить назначенные встречи я не мог – дело ведь не в моих желаниях.

Чувствую его тяжёлый вздох и обхватываю его сильнее.

- Я всё понимаю и ничего не жду от тебя – мне просто нравится быть вместе с тобой – и не важно, где. Андрюш, понимаешь? – немного отстраняюсь, чтобы заглянуть в его, манящие любовью и нежностью, бездонные голубые глаза.

- Я знаю, что ты со мной не из-за денег, Солнышко. Но это не означает, что мне не хочется тебя радовать. Поэтому, когда Фолквэр узнал, что мы с тобой вместе, и предложил немного откорректировать наши планы, я не раздумывая согласился. Потом он позвонил своему брату, как оказалось, хозяину этого самого лайнера, и сообщил мне, что на это время есть подходящая свободная каюта для нас. По программе – небольшая суточная экскурсия по живописным фьордам Тромсё, чтобы мы могли хоть немного насладиться видами их чудесной страны. Естественно я не смог отказаться от такой возможности, ведь я не знаю, когда у нас ещё получится с тобой выбраться хоть куда-то вместе, чтобы просто отдохнуть…

- И что – нам просто так подарили эту экскурсию? – я заглянула в его глаза, а Андрей рассмеялся.

- Мира, я не буду тебя обманывать, поэтому просто скажу, что бизнес – есть бизнес. Мы всего лишь партнёры и поэтому особо широкие жесты тоже ни к чему. Но я всё равно очень благодарен, что они пошли нам навстречу, и мы сейчас с тобой сидим здесь в обнимку, а не топчемся по их производству.

Мы с ним вместе хохотнули, но потом я тяжело вздохнула и опустила свой взгляд.

- Мира, ты послушаешь ещё немного, что я тебе скажу?

Я молча киваю, а он привлекает меня ближе к себе и успокаивающе гладит по спинке.

- Я помню твою фразу о том, что ты не сбрасывалась на это. – Мы вместе ухмыляемся. – А ещё я знаю, что ты у меня очень самостоятельная, в том числе и финансово. Чему я очень рад, Солнышко. Ещё я знаю, что тебе не нужны ни мои деньги, ни даже твоя собственная зарплата. – Он тяжело вздыхает, но всё же усмехается. – Всё помню – проходили уже это, Солнышко. – Я тихо вздыхаю и едва ощутимо глажу его по груди, сейчас в полной мере осознавая, насколько больно делала ему, стараясь показать свою независимость.

- Андрюш, простишь меня? Пожалуйста… – шепчу, не поднимая на него виноватый взгляд.

- Мира, я не обижаюсь на тебя. Я понимаю, что это просто твой способ защиты от нежеланного мужского внимания – твоя броня, Солнышко. – Я прикрываю глаза, ведь в них начинает пощипывать от того, насколько он, оказывается, хорошо меня чувствует и понимает. Принимает… Прижимаюсь ещё сильнее к сильной и надёжной груди и молча слушаю продолжение. – Я вижу, что ты себя прекрасно чувствуешь без шикарного образа и драгоценностей. И вообще, твои аметист и горный хрусталь для тебя гораздо важнее статусных брендовых часов и бриллиантов… Мира, я понимаю, что твой образ «на выход» – это всего лишь сигнал окружающим о том, что у этой девушки и без вас всё отлично и в богатеньких ухажёрах она не нуждается…

Я просто хмыкаю, ведь добавить-то мне и нечего.

- Мира, я буду стараться всё понимать и поддерживать тебя, но очень попрошу лишь об одном.

Я молча киваю – и он продолжает:

- Пожалуйста, не надо между нами ставить финансовую стену. Она ни к чему. Я знаю, что ты не продаёшься, Мира. С первого дня знакомства запомнил это. – Я немного поёжилась от воспоминаний о своей горячей реплике про то, что на мне никогда не было, нет и не будет ценника… Это правда, но сейчас мне так неловко за тогдашнюю себя. – Мира, Хорошая Моя, я не пытаюсь тебя купить – мне тоже не интересны товарно-денежные отношения. Я хочу лишь заслужить твоё доверие и провести с тобой остаток жизни, стараясь делать каждый день тебя счастливой. Мне очень нравится, когда ты улыбаешься. Но я прекрасно понимаю, что мы живём в материальном мире, а один из основных способов подарить любимому человеку улыбку и положительные эмоции – это сделать ему какой-то приятный сюрприз, который не всегда бесплатен…

- Да, это так… – вздыхая, подтверждаю я, ведь сама являюсь любителем делать дорогим людям всевозможные подарки и сюрпризы.

- Солнышко, я понимаю, что сейчас многие женщины хотят показать свою финансовую независимость перед мужчиной, оплачивая максимально всё за себя самостоятельно. Это дело и право каждого. Но, как мужчине стремиться делать что-то для любимой девушки, если она этого не хочет? В чём ему искать стимул для развития, если его старания никому не нужны? Подобным поведением девушки сами же делают мужчин инфантильными, слабыми и безответственными… Многие идут по пути наименьшего сопротивления и не хотят добиваться чего-то большего. Зачем? Ведь девушка сама за себя заплатит. А потом эти же девушки сами и жалуются, что мужчины перевелись… Мира, ну неужели тебе рядом нужен слабый и безответственный мужчина? Неужели ты будешь счастлива, если скинешься на эту нашу экскурсию, Солнышко?

Я задумчиво молчала, понимая, что Андрей прав, но так быстро перестроить годами сложенную картинку, у меня не получалось, поэтому я решилась озвучить свои мысли:

- Андрюш, я всё понимаю, но мне пока сложно это всё принимать. Я не привыкла. Просто не привыкла, что может быть кто-то, для кого важны мои положительные эмоции и вообще я сама, а не собственное эго и свои же интересы…

- Мира, я хочу за тобой ухаживать, заботиться… Как ещё мужчина может показать, что он готов быть с девушкой и брать ответственность за свою семью? Сделать подарок и напомнить, чтобы девушка не забыла оплатить его? «Милая, ты главное верни мне деньги до двадцать пятого, а то я тебе ещё один сюрприз хочу сделать! А то ж вдруг потом не расплатишься?!» Мира, это так должно выглядеть?

Я уткнулась ему в грудь и искренне рассмеялась.

- Ты главное чек приложи и номер карты! – я тоже решила поддержать его шутку, но внутренне уже осознавала, что мне всё-таки придётся пересматривать свои приоритеты и меняться, если я хочу быть с Андреем. А я хочу.

- Мира, вот ты сейчас договоришься… – шепчет мне на ушко и целует мочку, разгоняя по телу волны мурашек.

- Договариваюсь. – Шепчу на выдохе. – Теперь моя очередь разговаривать. – Я постаралась спрятать своё смущение за лёгким смешком и уткнулась ему в грудь.

- Хорошо! Разговаривай! – поцеловал меня в макушку, тихо посмеиваясь.

- Вот я даже язвить тебе сейчас не стану, хоть могу!

- Знаю, что можешь! – ещё один поцелуй в макушку.

- Цени это… – я всё-таки едва слышно съязвила.

- Ценю. Но не настаиваю, Мира. – Он прижал меня сильнее и уткнулся носом в ключицу, дыша мной. – Я люблю тебя такой, какая ты есть. И переделывать не собираюсь.

- Спасибо большое, Андрюш. – Трусь щекой об его грудь и понимаю, что мне действительно просто хорошо с ним. И остальное уже абсолютно не важно. Главное, чтобы получилось сохранить нас…

- И тебе спасибо большое, Любимая. – Целует меня в ключицу через свитер. – А ты заметила, что наша экскурсия уже началась?

- Уже? – я удивлённо смотрю в окно и понимаю, что горы за ним плавно «двигаются»… – а я и не заметила даже…

Андрей усмехнулся:

- Это хорошо.

- Да. Ты прав. – Обняла его и крепко сжала, поддавшись, вдруг навалившемуся, шкодному настроению.

Андрей тихо рассмеялся:

- Какая ты у меня сильная.

Я довольно ухмыльнулась.

- Мира, уже можно заказывать обед. У нас обслуживание в номер – никуда выходить не придётся, если не захочешь.

- Не захочу. Спасибо большое, Андрюш. Тогда давай смотреть меню?

- Тут можно попробовать стейк из кита, если хочешь.

Я сделала жалобное личико:

- Нет, об этом я уж точно не мечтала… И какой кит на вкус даже знать не хочу – пусть плавают, а я лучше обойдусь лососем на гриле. Но если ты хочешь… – я постаралась сделать беспристрастное лицо.

- Нет, не хочу. Мне просто портье рассказал, что здесь подают такое блюдо.

Я выдохнула, на что Андрей рассмеялся:

- Ладно, я так понимаю, что нам стоит обсудить кулинарные предпочтения каждого из нас.

- Стоит. – Согласилась я. – Но не сейчас.

- Хорошо, Солнышко. А где попросить накрывать? Если хочешь, то можно на балконе?

- Я боюсь высоты и глубины. И вообще, холод тоже не очень люблю…

Посмотрела ему в глаза, виновато поджимая губы.

- Я же буду рядом, Хорошая Моя… – он гипнотизирует меня бездонной голубизной своих глаз и убаюкивает бархатным тембром голоса. – Поборемся с твоими страхами? А от холода оденешься потеплее – у тебя же два чемодана с одеждой.

Он мне широко улыбается, а я начинаю счастливо смеяться, так и не утонув в самых дорогих и любимых глазах…

«Ещё успею», – подумала я и согласилась на сплошное безумство для себя. Ведь ОН будет рядом…

Глава 31

Андрей

- Я как-то чуть с прогулочного катера за борт не выпала… – призналась Моя Малышка, устремившись взглядом вдаль и неспешно допивая свой тёплый чай. Внешне она уже была абсолютно спокойной и не подрагивала от страха, как вначале нашего обеда, но я всё равно чувствовал её внутреннюю борьбу – и теперь понимал её гораздо лучше. Она не смотрела на меня, продолжая молча рассматривать припорошенные снегом вершины гор, играющие иссиня-белыми, жёлтыми и голубыми оттенками на солнце.

- И как тебе это удаётся? – прошептал ей в «ушко» шапочки, придвинулся поближе и обнял немного сильнее.

Она вздохнула и пожала плечами. Допила оставшийся глоточек чая и ещё раз вздохнула.

- Случайно… – тихо ответила, ставя чашку на стол.

- Странно было бы, если специально. – Поцеловал её в носик и порадовался, что он тёплый. Значит, и моей мерзляке сейчас тоже тепло.

- Да уж… Умею. – Она усмехнулась и умостилась спиной на моей груди, прижавшись своим виском к моей шее, и продолжила наблюдать за красивым видом.

- И ты с тех пор боишься глубины?

- Нет, глубины я боялась всегда – для меня это неизведанная бездна со своими правилами, в которую лучше сухопутным не соваться, даже если они и хорошо умеют плавать… Поэтому я обычно глубоко и не заплываю. Знаешь, много ведь Душ осталось в ней… А Души не всегда довольны своей участью, но и не всегда умеют правильно доносить то, чего хотят, отчаявшись…

- А ты умеешь слышать Души?

- Да… И это может создавать неправильную иллюзию, ведь помочь ничем я всё равно не могу. А тем, кто остался под водой, – она тяжело вздохнула, – даже Эля не всегда помочь может – всё-таки вода очень хорошо экранирует и защищает, поэтому вытянуть оттуда Душу уже практически невозможно… Остаётся лишь надеяться на саму Природу… Но Душам такая участь не нравится, как ты понимаешь…

- Понимаю. И давно ты слышишь Души?

- Давно… – Мира тяжело вздыхает. – Тебе разве не страшно это слышать? – Она выворачивается и заглядывает в мои глаза.

- Нет. – Отвечаю ей с лёгкой добродушной улыбкой. – Это же часть тебя, твоей сути… Я так не умею, но знаю, что есть разные люди, у которых есть разные способности. И мне просто интересно, как это у тебя получается?

- Думаешь, не шиза ли? – Мира с грустью хохотнула.

- Нет, я так не думаю, Солнышко. – Поцеловал её в переносицу, ведь свою шапочку Мира натянула до самых бровей. – Мне просто интересно, не страшно ли тебе самой? И как ты это вообще понимаешь?

- Не страшно, но иногда жутковато…

- Интересная формулировка.

- Ну, как есть… – она пожала плечиками и снова умостилась, как до этого.

- Расскажешь, как всё это началось? Если это не секрет?

- Не секрет. – Она тяжело вздохнула и, помешкав несколько секунд, продолжила. – У меня раньше был дедушка Андрей.

- Андрей? – эхом повторил я.

- Да. Мой папа – Виктор Андреевич.

Я усмехнулся:

- Понятно. Я запомню.

Мира тоже усмехнулась:

- Тебе это будет не сложно.

- Не сложно. – Наклонился и поцеловал её в шелковистую щёчку, почувствовав, что Мира улыбнулась.

- Так получилось, что мне очень долго не могли придумать имя.

- Что, правда? – искренне удивился я.

- Да, почти месяц была без имени. Ни один вариант всех так и не устраивал: то такая-то там глупая, а такая – так вообще гулящая, а так у какой-то там забугорной тётки корову зовут – тоже не подходит…

Я засмеялся от интонаций и вздохов Миры.

- Ну, как ты понимаешь – идеальных же людей нет, а ассоциации всё равно остаются.

- Согласен. – Улыбаюсь и снова целую её в тёплую щёчку, наблюдая, как она сильнее румянится.

- Вот мой дедушка Андрей потом уже и предложил имя «Мирослава». Ну, на тот момент оно было редким, поэтому знакомых «глупых гулящих коров» ни у кого не оказалось. – Мы вместе хохотнули. – Ну, на очередном семейном совете решили, что так не стыдно и ребёнка назвать… – сыронизировала Мира.

- Солнышко, у тебя очень красивое имя. – Обнял её так, чтобы прикрыть её ручки своими, хоть мы оба уже в перчатках, но я не хочу, чтобы она замерзала.

- Спасибо большое. – Мира потёрлась лобиком о мой подбородок.

«Всё-таки она очень нежная и ласковая, – снова отметил про себя и поцеловал её в носик. – Точно – маленький, замёрзший в жизни, котёнок…»

- У моих дедушки Андрея и бабушки Али был свой дом и огромный красивый сад, а ещё небольшой виноградник. У них была кухня в доме, но ещё отдельно – летняя кухня, к которой вела дорожка, окутанная полуаркой из дикого винограда. И перед летней кухней беседка была тоже им затянута. Мы очень любили там кушать, как только ставало немного теплее. – Она довольно зажмурилась. – Ещё у них был огромный чёрный водолаз (или ньюфаундленд – порода собак – прим. автора) Дон, на котором меня катал дедушка. Я просто в детстве, лет до шести, была очень маленькой – меня даже Дюймовочкой называли, но потом зато как выросла!

Я не сдержал своего смешка:

- Прости, пожалуйста, Солнышко! Выросла, так уж выросла! – Беззлобно подшутил я и поцеловал её в носик, который она ко мне повернула.

- Вообще-то у меня средний женский рост! – резонно заметила Мира. – 165 сантиметров – это не мало – погугли!

- Мира, – я продолжал смеяться, стараясь успокоиться. – Согласен. Для тебя в самый раз, Хорошая Моя.

- Андрей! – она показательно нахмурила бровки. – Не всем же в дверных проёмах нагибаться, как тебе!

- Мира! – Я уткнулся между «ушками» её шапочки, стараясь успокоиться. – Вообще-то я двери заказываю выше своего роста. И у меня нормальный мужской рост.

- Какой? – заискивающе уточнила Моя Малышка.

- 198.

- Это выше среднего.

- Мне подходит! – задиристо ответил.

- А вес? – продолжила выпытывать Мира.

Я тихонечко засмеялся, но ответил:

- 101 килограмм.

- Тебе подходит. – Заключила Мира. – Всё-таки у тебя мышцы, а не жир!

Я плотнее укутал её в свои объятия, продолжая довольно посмеиваться в её шапочку.

- Я так люблю тебя, Хорошая Моя… – прижимаюсь губами к её макушке в шапочке и глубоко вдыхаю тонкие свежие нотки её парфюма. В этот раз воздушные, прозрачные, озоновые, так хорошо дополняющие, окружающие нас, природные красоты. – «Допрос» уже окончен? – всё же поинтересовался я.

- Когда у тебя День рождения? – Мира быстро перекручивается и умащивается уже щёчкой на моей груди.

- Первого августа. – Отвечаю с улыбкой и сразу же добавляю. – Будет тридцать лет.

Мира гладит меня по груди, одаривая своим душевным теплом.

- Значит, ты «Лев»?

- Похоже на то, Солнышко. – Я глажу её по спинке, периодически проводя пальцами по плетению её косы.

- Думаешь, у нас всё получится?

- Я этого очень хочу, Любимая. И со своей стороны приложу все усилия.

- Я очень неоднозначный человек, Андрей. И многого тебе ещё не рассказала о себе.

- Я заметил, как ты мастерски перевела тему, Солнышко. – Произнёс без укора и поцеловал её в носик, когда она всё же подняла на меня свой взгляд и так проникновенно посмотрела, что у меня дыхание сбилось.

- И тебя не бесит мой характер, язвительность, быстрые перескоки с темы на тему?

- Нет, так просто постоянно нужно держать свой мозг в тонусе! – искренне улыбнулся ей. – А это очень полезно – значит, в маразм не скоро впаду. – Рассмеялся я.

- Если до нервного тика не доведу! – иронично заметила Моя Малышка.

- Не доведёшь, Солнышко. – Поцеловал её в щёчку. – Вот, знаешь, обычно девушки стараются показать себя с более выгодной стороны – я бы даже сказал, преподнести себя гораздо лучше, чем они есть на самом деле… Поэтому у многих мужчин очарование от первого впечатления быстро проходит… Ты же, наоборот, стараешься показать, что ты хуже, чем есть на самом деле…

- Я далеко не идеальная, Андрюш… – перебивает меня Мира, поглаживая по груди, но я решаю продолжить.

- Я знаю, Хорошая Моя. Ты сама недавно говорила, что нет идеальных людей. Но твой основной плюс как раз в том, что ты и не строишь из себя идеальную… И, несмотря на все твои заслуги, остаёшься очень простым человеком, без гордыни, но зато с самоиронией и убойным сарказмом…

Мира прыснула со смеху, но ещё раз повторила:

- Андрюш, ты ещё так много обо мне не знаешь…

- Тогда рассказывай, Солнышко. У нас сейчас как раз есть время для долгого задушевного общения… – я глажу её по спинке, аккуратно прижимая к своей груди, чувствую, как она глубоко дышит, но пока молчит. – И я буду не против услышать продолжение твоего рассказа, Солнышко. – Наклоняюсь и целую её в щёчку.

- Ещё у дедушки Андрея было три своих улика. – Продолжила Моя Малышка, а я довольно улыбнулся. Она всё-таки не закрывается. – Он этим занимался просто для души и мёд просто родным и друзьям раздавал. – Я улыбнулся и угукнул, продолжая её гладить по спинке. Понятно, что щедрость ей тоже могла по наследству от дедушки достаться.

- Он очень любил носить меня на руках, рассказывая о цветах и пчёлах. Рядом с ним меня ни одна пчела не ужалила, даже когда мы подходили к самим уликам. Мне очень нравилось наблюдать за пчёлами: как у них всё слажено, как они интересно и по-разному жужжат, когда начинаешь прислушиваться, как вылетают из улика пчёлы с пустыми лапками, а прилетают уже «гружёные»… Я восхищённо смотрела, как пчёлы опыляют цветочки на клумбах, и отчаянно плакала, когда какая-то из пчёлок не долетала буквально несколько метров до улика, едва шевелясь на дорожке. Дедушка брал её на руку и рассказывал мне, что эта пчёлка уже выработала все свои силы и выжить не сможет… Я просила его донести её до улика, ведь она там отдохнёт и наберётся сил… Но дедушка мне отвечал, что её свои же пчёлы выкинут из улика, и тогда я поражалась, почему они так жестоки, на что мне дедушка говорил, что всё в природе имеет свой жизненный цикл, ресурс… Что есть природный отбор – и слабые не выживают… Что жизнь – не вечна, просто у кого-то она дольше, а у кого-то короче… – Мира тяжело вздохнула и продолжила. – Я тогда была очень маленькой – и многого попросту не понимала. Но всё равно не хотела срывать цветы, внутренне чувствуя, что именно этот цветочек может помочь пчёлке долететь до улика – и ещё прожить хоть немного… Да и не хотелось мне, чтобы сам цветочек погибал раньше своего времени, ведь он тоже живой… – постарался не шумно вздохнуть и крепче прижал к себе Свою Малышку, вспоминая её негодование по поводу подаренных мною роз. Хотел назвать её своим любимым гринписовцем, но решил не сбивать её с рассказа, а то потом снова от темы отойдёт…

Мира немного помолчала, а потом снова продолжила:

- Для замёрзших пчёл, вылетающих первыми на разведку, таскала мёд на кончике спички. Они подкреплялись и долетали до улика – практически все. Дедушка улыбался и хвалил меня, но просил не расстраиваться, если что-то не получается, ведь всем я помочь попросту не смогу. Но я радовалась и этому, и ценила каждую ложечку мёда, понимая, какую цену за него платят пчёлы…

- Ты Умница, Мира. Очень добрая и отзывчивая не только по отношению к людям.

- Не знаю… – она пожала плечиками и тяжело вздохнула. Немного помешкала, а я поцеловал её в щёчку, чтобы подбодрить. – Это была ранняя осень. В пятницу Серёжа забрал меня из садика и подарил новую Барби с целым комплектом нарядов, туфель и сумочек. Я довольно прыгала и очень хотела показать её всем бабушкам и дедушкам, Дону и пчёлам, ведь уже завтра мы должны были всей семьёй собраться на праздничный ужин у дедушки Андрея и бабушки Али. У них была годовщина свадьбы. Я была погружена в свои игры с куклой и сборы. Родители вели себя как-то странно, обеспокоенно, но я думала, что это, как всегда, их взрослые дела в судах, в которые меня ещё не посвящали. Утром я проснулась ни свет, ни заря и побежала будить родителей, чтобы успеть в гости, но они уже не спали – я нашла их на кухне, а не в спальне. Оба выглядели уставшими и расстроенными. Я им напомнила, что сегодня нам в гости, но они мне сказали, что скоро поедем проведывать дедушку Андрея. «А как же бабушка Аля и все остальные?» – тогда спросила я, а мне ответили, что все там будут. – Мира тяжело вздохнула, а я понимал, что сейчас пойдёт уже абсолютно не весёлый эпизод в её рассказе. Моя Малышка глубоко дышала, я же старался не сильно вжимать её в себя, чтобы не сделать больно.

- Я всё равно тогда захотела надеть своё красивое праздничное платье – сиреневое с пышной юбкой до колен и кружевным верхом. Оно мне безумно нравилось – и я подумала, что все будут улыбаться, когда я приду в нём… Родители решили не спорить, а я взяла свою куклу и сумочку с её нарядами. Дорога была мне не знакома, а потом я поняла, что мы приехали в больницу. Запах медикаментов стоял даже в коридорах. Все в белых халатах и тусклых одеждах, а я одна в нарядном сиреневом платье и заколкой-цветком в распущенных волосиках…

Я прикрыл глаза, прижавшись губами к её макушке между двумя «ушками» на шапочке. «Она и сейчас выбивается из общей массы», – подумал я, до боли в груди, чётко видя сейчас растерянную Миру-кроху в коридоре больницы, а не фьорды, горы и чистейшее голубое небо. Подул ветер – и мне даже показалось, что он принёс с собой запах медикаментов.

- Я с тобой. – Прошептал, крепко обнимая Свою Малышку.

- Спасибо большое. Я знаю. – Отозвалась она и, вздохнув, продолжила. – Родители мне сказали, что мы пришли попрощаться с дедушкой, а я ничего не понимала, ведь при встрече мы обычно здороваемся, а я его сегодня ещё даже и не видела. – Мира снова тяжело вздохнула. – В палате было тепло, но я моментально покрылась мурашками, чувствуя, как меня всё сильнее пробирает холодом, но не таким, как зимой, а другим – глубоким, тягучим, каким-то тоскливым и абсолютным. Я посмотрела на дедушку – он лежал на кровати, застеленной белоснежным бельём. Сам был очень бледен, но всё равно так искренне и радостно улыбался мне, что я не стала акцентировать внимание на проступающей крови в районе живота на белой простыни, которой он был укрыт. Дедушка тогда спросил, не боюсь ли я его? На что я ответила, что не боюсь, и подошла совсем близко к нему. Мне было очень холодно и грустно, но я боялась показать это дедушке, и просто хотела, чтобы ему не было больно, ведь понимала, что кровь у него неспроста. Я взяла дедушку за руку, но она оказалась ледяной, а не тёплой, как всегда. Мама тогда запаниковала, а я сказала, что останусь, придвинула стул к кровати дедушки и села. Мама пыталась меня отговорить, но я вложила свою куклу в одну руку дедушки, а во вторую вцепилась сама. Я увидела, что мама заплакала, но уходить я всё равно не хотела. Потом папа вывел её из палаты, а мы остались с дедушкой вдвоём.

Мы оба тяжело вздохнули, а я пожалел, что у нас здесь не осталось питья. Идти сейчас в каюту за водой или заказывать чай я не рискнул, чтобы не оставлять Миру с разворошенной и не выговоренной болью. Поэтому молча поцеловал её в щечку, стараясь успокоить себя тем, что Мира не сипит и держит себя в руках. Глажу её по спинке, а Моя Малышка тихо продолжает, вдохнув поглубже:

- Дедушка хвалил мою куклу и очень радовался, что я пришла сегодня в нарядном платье. Говорил, что внешность – не главная моя красота, но я всё равно самая настоящая красавица, потому что умею светиться изнутри. Ещё говорил, что я его самая большая радость и гордость… Хоть я же тогда и была совсем ещё маленькой и даже танцами не занималась.

- А сколько тебе тогда было лет? – всё же не удержался я от вопроса, продолжая крепко обнимать Мирославу.

- Четыре года и почти четыре месяца. – Тихо ответила Мира. – Совсем ещё никто и гордиться было откровенно нечем.

- Мира, ну как же нечем? Дедушка видел твою искренность, доброту и целеустремлённость, а эти качества далеко не у всех взрослых имеются в наличии…

- Не знаю, Андрюша…

- А я знаю – и не спорь со мной! – поцеловал её в носик, когда она подняла на меня грустный взгляд. – Хочешь чего-нибудь выпить или скушать? – всё-таки спросил у неё.

- Нет, спасибо большое.

- Продолжишь?

- А ты хочешь услышать продолжение? – Мира закусила губку и с грустью смотрела на меня.

- О чём-то я догадываюсь, Хорошая Моя, но всё равно хочу услышать то, что ты мне готова сейчас рассказать.

- Готова рассказать? – едва слышно переспросила она, горько вздохнула и продолжила. – Потом дедушка сказал мне, что сегодня мы видимся в последний раз, и нам надо попрощаться. Я ответила, что не хочу прощаться, что помогу ему выздороветь, но он сказал мне, что и его час уже приходит. И он очень благодарен, что я скрасила последние годы его жизни. Я тогда старалась не плакать, а говорила, что нам ещё надо за пчёлами ухаживать и совсем уже скоро улики в зиму готовить. Но дедушка гладил мою руку, своей ледяной, улыбался и говорил, что он тоже этого хочет, но уже не получится. Говорил, что мне уже пора уходить, потому что он долго не продержится. Но я упёрлась и сказала, что не уйду, если его больше не увижу. Что нельзя так просто больше не видеться… – мы с ней вместе вздохнули и Мира, помедлив, продолжила:

«Тогда я к тебе ещё раз приду», – пообещал мне дедушка, а на мой вопрос «когда?» ответил, что скоро. Потом я спросила, смогу ли я приходить к нему, на что он мне ответил, что смогу, когда подрасту. Я ответила, что каждый день расту, ведь у меня такой возраст, на что дедушка очень добродушно рассмеялся, но поморщился от боли. А потом ещё раз попросил меня уходить. Я хотела оставить ему хоть свою куклу, чтобы ему было не так скучно, но он мне ответил, что у него есть гораздо больше – память обо мне, которая навсегда останется с ним…

Потом всю дорогу домой мама охала, что нельзя было оставлять меня с дедушкой наедине, держать его за руку и разрешать целовать на прощание. Я обиделась на неё и молча смотрела в окно. Праздничное платье я не хотела снимать аж до ночи. Куклу у себя забрать я тоже не дала и легла с ней спать. Потом всю ночь мне снился дедушка. Играя, мы с ним сажали цветы вокруг какого-то свеженасыпанного холмика земли, – Мира тяжело вздохнула. – Он мне рассказывал, что нельзя грустить о потерях, а надо ценить и любить то, что пока ещё есть… Он носил меня на руках, а потом мы вместе разливали свежий мёд по банкам – искристый, янтарный, ароматный, тягучий, полный жизни и сил. Дедушка говорил, что всё есть во мне и всегда будет, пока я верю и память моя живёт… А потом его силуэт начал светиться белым – сначала тусклым, а потом настолько ярким, что у меня слезились глаза и хотелось их прикрыть. Его силуэт постепенно уменьшался и сливался в вытянутый овал. Я резко проснулась, испугавшись, но силуэт продолжал уменьшаться, преобразовываясь в небольшой шар. Я потёрла глаза, но услышала голос дедушки, который отчётливо сказал мне: «Ты всегда будешь в моей Душе, Мирослава…» Ярко-белый слепящий шар продолжал уменьшаться, а потом начал отливать холодным жёлтым, а через несколько мгновений просто исчез.

Мы снова вместе тяжело вздохнули.

- Я так и не смогла заснуть до самого утра, а потом мне родители сказали, что дедушки больше нет. Что у него была очень тяжёлая болезнь, о которой узнали уже слишком поздно. Несколько дней я пробыла с Серёжей. В садик не ходила, а родители приходили поздним вечером. Я пыталась выпытать у них, где сейчас дедушка, на что получила ответ, что на кладбище. Просила их и Серёжу отвезти меня туда, но они не соглашались. Потом я сказала, что сбегу из садика, когда меня туда поведут, и сама найду дедушку. В тот раз родители сдались – и повезли меня на кладбище. Я долго не могла поверить, что мой дедушка теперь под землёй… Да и не понимала, зачем это? Старалась не плакать и внешне молча смотреть на свежую могилу с крестом, на котором была фотография дедушки с чёрной лентой. Он улыбался на ней, а для меня тогда это место было каким-то абсурдным – я думала, что родители меня обманули и привезли не туда, ведь не может быть в земле столько людей… И я робко позвала дедушку, чтобы убедиться в своей правоте, но, к моему огромному удивлению, он мне ответил. Попросил говорить про себя и не расстраивать родителей. Сказал, что часто сюда приходить мне не надо, но когда мне будет плохо, то он всегда со мной поговорит… Я молча кивнула, пытаясь осознать происходящее, а когда меня родители забирали от могилы дедушки, то по пути к машине, я начала слышать и другие голоса – буквально от каждой могилы… Эля мне потом рассказала, что детям до двенадцати лет вообще противопоказано ходить на кладбища, ведь они ещё слишком чувствительны. А у меня и задатки были, и связь с дедушкой очень хорошая была, да и отпускать его я не захотела… Вот так у меня всё и началось… – она тяжело вздохнула. – По сути – с глупости и эгоизма…

- Я так не считаю, Солнышко. Ты была ещё совсем ребёнком. – Погладил её по шапочке и спинке, поцеловал нежную щёчку.

- Это не оправдание, Андрюша. Тем более из-за этого Душа дедушки долго не уходила из Мира Живых…

- А сейчас?

- Эля помогла… – Мира снова тяжело вздохнула. – И не только дедушке… У меня к десяти годам уже никого из бабушек и дедушек не осталось… Они теперь все вместе лежат… Я приезжаю, но уже разговариваю не с Душами…

- А с кем?

- У человека есть много тонких оболочек. После смерти тела ещё долгое время остаётся ментальная – это память и эмоции при конкретной жизни, которая остаётся, пока состояние тела это позволяет… Вот с ней, зачастую, и общаются те, кто это умеет делать… Если остаётся Душа, то это очень плохо – Души надо отпускать…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :-)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :-)

Понимаю, что подобными продами не оправдываю ваши ожидания и авансы. Оправдываться тоже не вижу смысла – у всех нас своё видение и понимание, как надо строить отношения и с чего начинать… Эти герои идут против нынешних шаблонов, за что я им очень благодарна, искренне люблю и уважаю.

Поцелуи и всё остальное у них тоже будут, но начинают свои отношения они всё-таки с познания друг друга, как людей…

Буду очень рада тем, кто останется вместе с нами – история не бесконечна, но пока ещё не заканчивается…

От Души желаю всем нам Мира, Добра и Благоразумия :-) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :-)

Глава 32

Андрей

И что тут скажешь?

Только то, что при поверхностном взгляде на эту хрупкую синеглазую красавицу-блондинку даже невозможно себе представить, сколько всего находится у неё внутри, насколько необычная и красивая у неё Душа…

Правильно её дедушка увидел и ещё много лет назад сказал Мире, что внешняя красота – далеко не главное её достоинство… Хорошо, что она всё же не изменилась и сохранила в себе тот самый внутренний свет…

Стараюсь дышать как можно тише и не сильно сжимать Свою Малышку, но я очень хорошо понимаю, что подобные откровения даются нелегко и говорят очень многое об отношении к тому, кому доверились… И я ценю это. Ценю то, что Мира открывает передо мной именно Свою Душу – всё остальное ещё успеется… Доверие и ощущение родного человека – это главное, и это правильная база для построения отношений… Ведь за быстрым желанием получить доступ к понравившемуся телу, мы очень часто не успеваем рассмотреть Душу человека – так же она хороша и вообще подходит твоей Душе в качестве спутника?

Мира, правда, очень непростая, необычная, в чём-то очень замороченная и, с точки зрения большинства мужчин, сложная… Даже и браться «починить» не стоит… Но я очень рад, что она появилась в моей жизни и сейчас так стремительно прорастает в меня, доверяет то, что явно не рассказывает всем подряд… Значит, мы становимся ближе и роднее, а я этого очень сильно хочу…

Дышу ею и сильнее укутываю в свои объятия.

- Сейчас слёз не будет… – шепчет Мира.

Я просто наклоняюсь и целую её в носик.

Мира прикрывает глаза:

- Это уже давно пережитая и выплаканная боль…

- Глубокая…

- Слишком… Но дедушка мне успел очень много дать за тот небольшой промежуток… Многим дано гораздо больше времени быть в жизни человека, но оно не качественное – пустое… А дедушка каждую минуту рядом с ним сумел сделать незабываемой – а память с нами остаётся навсегда…

Мы оба тяжело вздохнули, ведь у каждого в жизни было всякое. И я просто был благодарен судьбе или Пространству (мне это сейчас не важно), что в моей жизни появилась Мира, и показывает мне настолько разнообразную её палитру, что я постоянно поражаюсь.

Закрываю глаза и прижимаюсь губами между «ушками» её шапочки.

Окружающая природа просто непередаваемо великолепна, но насколько же прекрасны наши моменты – в которых есть только мы в объятиях друг друга, наши дыхания и стук сердец, улыбки и печаль – всё то, что и называется жизнью…

Конечно, я верю, что у нас всё получится, ведь мы стараемся друг друга слышать…

У кого-то поблизости к нам заиграл мобильный. Очень красивая песня на испанском. Помню, что слышал её несколько раз, но не знаю ни названия песни, ни исполнителей.

- Хм! Это группа «Il Divo» песня «Isabel», – полушёпотом отозвалась Мира. – Мне она очень нравится.

- Да, красивая…

Мира начала тихо подпевать, но вызов быстро приняли. Моя Малышка тихо вздохнула и допела ещё несколько строк.

- Хочешь, найдём её и послушаем?

- Нет, спасибо большое. Не хочу. Просто у меня с этой песней связаны свои воспоминания…

- Если хочешь, расскажи. – Попытался приглушить в себе, начавшую просыпаться, ревность.

- Я была на их живом концерте. На горном побережье Италии… На тот момент я уже жила в Киеве и училась в универе. У нас был конкурс в Палермо. И так получилось, что вечером после него был живой концерт на горе Сан-Пеллегрино в том же Палермо. Конечно, билета на концерт у меня не было – зато был билет на самолёт в воскресенье, да и пары никто не отменял… Но такой концерт бывает не часто, а возможностей на него попасть с моим-то графиком ещё меньше. Эмоционально я тогда очень сильно выгорела – постоянные гонки на конкурсах, бесконечные выступления в клубах, учёба, проекты… Мне катастрофически не хватало времени в сутках: безумно хотелось спать и просто самой получать положительные эмоции, а не постоянно их отдавать… Хотелось перестать что-то доказывать, остановиться, выдохнуть и просто почувствовать себя человеком… Отдохнуть…

Мы оба вздохнули.

- Я тебя понимаю, Солнышко.

- Тогда я решила связаться с нашей Ассоциацией Исполнителей Восточного и Современного Танца и попросить помочь с билетом. Мне помогли. Взамен я должна была отработать несколько мастер-классов. Зато концерт был великолепен: голоса исполнителей разносились ветром и дополнялись шумом прибоя… Воспринимались как-то очень осязаемо и словно скользили по коже… Свежий воздух… Море и горы… Чистое звёздное небо… Такая непередаваемая энергетика и атмосфера. Мурашки все полтора часа… А после концерта уходить не хотелось – тогда столько всего поднялось во мне наружу… И я просто стояла на склоне горы, смотрела вдаль, не замечая высоты и морской бездны, будто растворившись в окружающей Природе… Возможно, это то, чего я хотела… Чувство момента, которое я уже давно потеряла в вечной погоне… Я провела там всю ночь. Старалась не думать о неизбежных «завалах» и хоть немного отстраниться… Понять, что для меня моя жизнь и зачем?

У нас снова вырывается очередной задумчивый вздох.

- Да, здесь есть, над чем подумать, Солнышко… – притянул её ещё немного к себе.

Мира подняла на меня свой взгляд: гипнотизирующий, проницательный и глубокий. Сейчас мне очень хотелось хоть легонечко коснуться её губ своими, но внутренне я понимал, что ещё не все шаги сделаны навстречу, не всё ещё сказано – и это держит Миру… Почему-то она до сих пор уверена, что в ней есть то, что я не смогу принять.

- Я люблю тебя, Мира. – Прошептал и поцеловал её в носик.

- С тобой ко мне вернулось «чувство момента»… И это… так прекрасно… и так страшно одновременно… Андрей, ты же понимаешь, что это всё зависимость?

- Понимаю и хочу её чувствовать каждый день… – целую её переносицу.

- Это боль…

- И счастье… Всё вместе…

- Как мы будем, когда вернёмся?

- А мы пока ещё здесь, Солнышко… Давай насладимся этим моментом… Нашим моментом…

Мира молча умостилась на моей груди.

- Ты не замёрзла?

- Нет. – Прошептала в ответ.

- Хочешь в каюту или прогуляться по палубе?

- Нет.

- Что-то скушать?

- Нет.

- А вкусненькое?

Мира засмеялась:

- Нет!

- Другой ответ будет? – тихонечко смеюсь вместе с ней.

- Какие вопросы, Андрюш… – беззлобно язвит мне.

Я выдыхаю с облегчением:

- Значит, ты слушала вопросы…

Мира прыснула и снова подняла на меня свой шкодный взгляд:

- А были другие варианты? – она выгнула левую бровку.

- Ещё были другие вопросы… – целую её в щёчку, стараясь быстро отстраниться.

- Какие?

- Ты знаешь испанский? У тебя очень хорошее произношение. – Вижу удивление в её взгляде.

- Немного. – Прячет свою улыбку. – Просто у меня слух хороший… Кроме английского я его немного изучала.

- А почему именно испанский? – мне это действительно было интересно.

- Ну, если не брать в расчёт то, что мне очень нравится Испания, то этот язык всё-таки смешной для нашего слуха.

Я прыснул со смеху.

- А ещё это бесит Антонио – шефа ресторана «Неаполь». Он же итальянец. А я у него проходила мастер-классы и вставляла испанские словечки. Ох, какая же у него смешная реакция была! – Мира шкодно улыбалась.

- Это твои стимулы для изучения языка, Солнышко?

- А чем не стимулы? Весело? Весело! Значит, хорошо!

- И правда хорошо! – я радовался, что её глаза сейчас тоже смеются, а не грустят.

- Но я всё равно не поверю, что ты об этом хотел у меня спросить, Андрюш…

Я почувствовал, как приподнялись мои брови от удивления и проницательности Миры.

- Спрашивай обо всём, кроме Эмиратов. – Сразу же обозначила границы, но потом добавила. – К этой теме я не готова.

- Понятно… – прохрипел, почувствовав, как сдавило в груди.

Несколько минут мы молча смотрели в глаза друг друга. В её глазах я видел одновременно и решительность, и страх… Боль и сомнение… Но при этом бесконечную любовь и надежду…

- Мира, я тебя пойму… – прошептал и поцеловал её в носик.

Она опустила взгляд и пожала плечиками:

- Всё равно спрашивай…

Я сделал глубокий вдох:

- Мира, а как ты решила переехать в Киев?

- Это очень длинная история и родители меня до сих пор не поняли… – прошептала в ответ, не поднимая взгляда.

- А Серёжа понял?

- Да.

- А ты сама?

Она вздохнула и кивнула:

- Конечно, да.

- Тогда и я постараюсь понять, Любимая. Рассказывай. – Поцеловал её в переносицу и притянул ближе к себе. – Я с тобой…

Глава 33

Андрей

Какое-то время Мира просто смотрела вдаль – и мне даже казалось, что она смотрит сквозь горы куда-то в пространство. А потом, словно очнувшись, прошептала:

- Давай всё-таки лучше пойдём в гостиную?

- Конечно, Хорошая Моя. – Я улыбнулся ей, встал и подал руку.

Она посмотрела на меня удивлённо, но всё равно её улыбка ставала шире:

- А знаешь? Мне нравится! – она вложила свою руку в мою. – Не меняйся. Всё-таки очень приятно, когда рядом оказывается настоящий мужчина. – Она зарумянилась, вставая с диванчика, а я аккуратно притянул её ближе к себе, погладил по спинке, а потом просто подхватил на руки и под её звонкий возглас: «Андрей!» – понёс в гостиную.

- Ты снова меня таскаешь! – она обвила мою шею руками вокруг шарфа.

- Ну, ты же сама меня только что обозвала «настоящим мужчиной».

- Обозвала? – засмеялась Мира.

- Надо соответствовать, чтобы это стёбом не звучало…

- Андрей… – я ждал продолжения, но она просто легонечко потёрлась своим носиком о мою щеку и быстро уткнулась в мой шарф.

- Спряталась? – прошептал больше утвердительно, остановившись возле диванчика со Своим Солнышком на руках.

- Угу. – Тихо ответила и завозилась. – Дальше я сама.

Мы сняли верхнюю одежду и всё-таки решили заказать тёплый чай. К моей радости, Мира уже более спокойно относилась к моей помощи и заботе. Привыкает…

Я не торопил её и не напоминал о своём вопросе, ведь она не обязана отвечать мне прямо сейчас, да и вообще не обязана – тема для неё явно болезненная, а мы ещё только на самом старте наших отношений.

Чай мы пили молча. Мира задумчиво смотрела в чашку, будто составляя в своей голове план рассказа, или просто прокручивала в памяти картинки из прошлого.

Мира допила чай, шумно выдохнула и подошла к панорамному окну.

Идеальная осанка, никаких лишних движений – самоконтроль на высшем уровне.

Засматриваюсь…

Восхищаюсь…

А она просто стоит и молча смотрит на живописные окрестности.

Спокойная? Невозмутимая?

Внешне – да.

Но я чувствую то, чего она не показывает окружающим. И очень признателен ей за то, что позволяет приближаться и прикасаться к её Душе… Понимать…

Подхожу к ней и обнимаю со спины.

Слышу выдох облегчения, чувствую, как нежные ручки ложатся на мои, а потом Моя Малышка облокачивается о мою грудь. Глубоко вдыхает и начинает тихо рассказывать:

- Когда-то у нас была очень дружная семья. Родители с радостью поддерживали мои интересы и увлечения. И я даже подумать никогда не могла, что в какой-то момент мы перестанем понимать друг друга и нормально общаться. Отдалимся так, что… – она глубоко вдохнула носиком и закрыла глаза.

Аккуратно прижимаю её плотнее к себе, целую в макушку и медленно провожу ладонью вверх от предплечья к плечу. До безумия хочу почувствовать её тёплую нежную кожу, но мы остались в свитерах. Мира судорожно дышит и сглатывает, сдерживая слёзы.

- Я с тобой. – Шепчу на ушко и целую бархатистую щёчку, стараясь всё же поддерживать, а не соблазнять Миру.

Конечно, проще и желаннее сейчас просто зацеловать её – чувственно, трепетно… Постараться расслабить тело… Не поднимать сложных вопросов и не пытаться узнавать её дальше… Поставить на прошлое печать «табу» – и жить настоящим для будущего… Но я понимаю, что не хочу так с Мирой… Мне до ломоты в теле важно знать как можно больше о Своей Малышке, понимать, как сформировался её характер, как она стала Собой… Мне важна она сама, а не только её тело… Да, до безумия желанное и соблазнительное. И я внутренне вою от того, что нам ещё слишком рано переходить к более близкому общению. Но для меня очень важно и хочется, чтобы она мне доверяла полностью и была уверена в моей постоянной поддержке в любой момент нашей жизни…

- Солнышко, хочешь чая или воды? – понимаю, что продолжение Мире даётся очень сложно.

- Нет, не хочу. Просто не отпускай меня сейчас.

- Никогда не отпущу, Мира. Всегда хочу с тобой быть. – Прижимаюсь губами к её височку. – Мира, можем потом об этом поговорить. Или…

Она не даёт мне договорить:

- Сейчас. Всему своё время. А потом это время может и не настать…

- Хорошо, Любимая. Присесть хочешь?

- Нет. Здесь очень красиво… И правда, Норвегия – страна идеальной природы… – она иронично ухмыльнулась. – Глупо пропускать окружающее чудо и делать вид, что ничего вокруг не происходит из-за того, что я не смогла пережить своего прошлого…

- Мира…

- Я хочу запомнить красоту этих моментов… Для меня это тоже очень важно, Андрюш… Мне приятно, что ты делаешь для меня и поддерживаешь… – она тяжело вздыхает. – И так не хочется провести это время в слезах на твоей груди, но… Блин! – Мира тихо засмеялась. – Это не истерика. – Уже спокойно добавила она.

- Я знаю, Хорошая Моя. И испытывать чувство вины тебе тоже нет смысла. – Мира пожимает плечиками, а я наклоняюсь, целую мочку её ушка и едва слышно шепчу. – Хочешь ещё сюда приехать?

- Да, – румянится и закусывает нижний уголок губки.

- Тогда обязательно приедем. – Целую её порозовевшую щёчку и добавляю, не удержавшись. – Какая же ты чудесная без косметики, Солнышко…

- А ты такой уютный в свитере и без костюма… – ответила и поёжилась, на что я широко улыбнулся и понял, что Мира заметила это в нашем, едва различимом, отражении в стекле.

- Я люблю тебя, Мира. И постараюсь в костюме тоже не подвести.

Она едва слышно хохотнула.

- И я тебя люблю. – Отозвалась нежным эхом и ласково погладила моё предплечье. Наверное, только ОНА так умеет – передавать своё тепло даже через плотную вязаную ткань, а её прикосновения расходятся лёгким приятным электрическим разрядом по моей коже.

Остаёмся в этом состоянии на несколько минут, любуясь одиноким деревянным домиком у подножья горы. Он был, как и многие здесь, на сваях, уходящих в водное полотно.

- Ты так бы смог? – Мира кивнула в сторону домика-отшельника.

Я ухмыльнулся:

- Крайнее время всё чаще хочется взять одну вредненькую, но до безумия любимую блондиночку, и уехать с ней на край света… Хотя бы на недельку, Солнышко…

- Познакомишь меня с ней? – Мира спросила задиристо.

- Ты знаешь себя лучше, чем я тебя, Солнышко…

- Знаю, Андрюша… Этого и боюсь…

- Мира, доверься мне, пожалуйста… Хорошая Моя, неужели ты не веришь в меня?

Она тяжело вздыхает и опускает взгляд:

- Каждый раз думаю, что вот-вот проснусь или очнусь от какого-то наваждения… И всё будет, как раньше… Не знаю, Андрюша… Получается, что я в тебя не верю… В то, что ты настоящий… И ты сейчас в моей жизни…

Я шумно выдыхаю, чувствуя, как сдавило в груди и сердце заколотилось о рёбра.

- Я тебя обидела? Хотя… Конечно, обидела…

- Нет, Мира. Не обидела… Я всё понимаю…

- Я хочу к тебе привыкнуть… Вернее, боюсь, что уже привыкла… Правда, боюсь… Я же совсем…

- Не идеальная. Я помню, Солнышко. Мне и не нужна идеальная… Мне нужна такая вот язвочка и шкодная врединка. Смелая и скромная, безумная и осторожная, сильная и хрупкая одновременно… Разная, странная, но живая, родная, моя… Мира, ты мне нужна. И я люблю тебя. И исчезать тоже не собираюсь.

- Прости… пожалуйста.

- Не за что прощать. Просто не бойся. Мира, я с тобой и за тебя.

- Но это не делает меня и мои поступки лучше…

- И хуже тоже не делает.

- Андрей, ты не такой… Я видела ваше семейное фото… А вот я… Понимаешь, я же предала своих родителей… – она опустила голову. – Эгоистично сбежала…

- Просто расскажи. Мира, поделись со мной, пожалуйста. Возможно, сразу тебе легче и не станет… А возможно, что ты сможешь что-то для себя понять, проговорив всё с самого начала…

- Если бы мне дали возможность сделать выбор ещё раз – я бы его не поменяла… Не смогла бы жить так, как говорят мне…

- Поэтому с тобой мы будем договариваться, Солнышко. – Улыбнулся и поцеловал её в щёчку.

- Андрей… Мы ещё так мало вместе, а ты уже такие планы строишь…

- Привычка, Любимая. А ты рассказывай всё, что считаешь нужным, Солнышко. Для меня важно всё, что касается тебя, Мира…

Она тяжело вздохнула, а в отражении окна я заметил, как она сильно зажмурилась на несколько мгновений.

- Возможно, всё началось после смерти бабушки Али… Она ушла последней из моих бабушек и дедушек. А может, и позже… Мне трудно сказать… Тогда всем нам было сложно, но родители ещё не были против моих танцев и рисования…

Я хотел возмутиться этим «против», но сдержал себя, просто погладив Миру по предплечью в знак поддержки.

- В пятнадцать лет я закончила художку и девятый класс обычной школы. За год до этого я говорила, что хочу поступать в дизайнерский колледж, но родители уговорили меня заканчивать одиннадцать классов. Тогда я ещё не понимала, в чём будет подвох. Постаралась не заострять на этом внимания, ведь во время обучения в художке наши работы очень хорошо продвигали на конкурсах, поэтому заказы на иллюстрации, альбомы-антистресс и простенькие рекламные проспектики у меня были. Вот я и решила, что постараюсь свои навыки не потерять, а буду поступать уже сразу в универ после одиннадцатого класса. В танцах у меня тоже всё получалось. Родители помогли мне открыть счёт в банке, куда переводили часть моих призовых, премии от ассоциации и оплату подработок с корпоративов.

- Ого! – всё-таки не сдержал своего удивления.

- Да. Вообще-то, если хорошо танцевать, то это очень прибыльно, Андрюша. Ассоциация достойно платит тем, кто продвигает танцы, постоянно участвует в конкурсах и побеждает. Ещё делает большие скидки на конкурсные взносы и помогает закупаться стразами, камнями, фурнитурой и тканями по выгодным ценам прямо от поставщиков. А когда ты камни и стразы покупаешь сотнями тысяч, то это существенно экономит средства. Конечно, для подобной поддержки надо постоянно выпахивать, но хоть понятна перспектива.

- Понятно, Солнышко.

Она ухмыльнулась:

- А за одно двухчасовое сольное выступление в клубе (естественно с перерывами на переодевание и чтобы немного выдохнуть) ещё на своём тогдашнем уровне четырнадцати-пятнадцатилетней танцовщицы я зарабатывала столько, сколько рабочий на заводе за целый месяц.

- Ого… – снова не нашёл других слов.

- Да, в нашей стране не очень-то рабочих ценят – согласна. – Сыронизировала Мира, на что мы оба горько усмехнулись. – Но меня оплата моего труда устраивала. И несколько выступлений в месяц я считала для себя приемлемыми. Вот благодаря всем этим финансовым поступлениям я и начала оплачивать свои тренировки, конкурсы и костюмы. Ещё и на счёт получалось немного откладывать. Понимала, что если буду продолжать так же стараться и улучшать свой уровень, то к восемнадцати годам смогу себе купить хоть простенькую собственную небольшую квартирку. Конечно, мне очень этого хотелось. Да я и понимала, что далеко не у всех есть такие возможности.

- Согласен, Солнышко.

- Но, чем ближе дело было к выпускному, тем родители категоричнее настаивали на моём поступлении в «Юридическую Академию» и ни о каком дизайне и танцах слышать не хотели. Говорили, что это всё мои детские увлечения, которые меня не прокормят и вообще бесперспективны. Я им говорила о том, что я уже сама свои детские увлечения оплачиваю и параллельно на счёт в банке деньги откладываю, но они возражали тем, что моя молодость не вечна, придут другие молодые-красивые-одарённые, а я уйду в историю… А тренера, даже хорошие, зарабатывают гораздо меньше танцовщиц.

- Как-то грубо это… Особенно от родителей. – Я поцеловал её в щёчку и нежно погладил по предплечью.

- Мира вздохнула:

- Ну, как есть… Конечно, они в чём-то правы. Я это понимаю. Но в шестнадцать лет на пенсию ещё как-то рановато. Можно ещё лет восемь-десять для своего благополучного будущего постараться.

- Согласен, Солнышко.

Мира снова тяжело вздохнула:

- А потом меня решили пристроить в хорошие правильные руки.

Мира ухмыльнулась, а я внутренне напрягся и возмутился:

- В каком смысле?

- В прямом – жениха мне подобрали и пригласили на 8 Марта к нам домой.

- Как это? – опешил я.

- Вот смешно даже получилось: возвращаюсь я домой после местного корпоратива. Буквально за день до него был важный рейтинговый конкурс. Все мысли о ванной и постели, а тут: «Познакомься, Мира! Мы нашли тебе отличную партию!» Я ответила, что так уж и быть, партейку в шахматы с ним с утра сыграю, а сейчас устала и хочу спать.

Хотелось бы мне насладиться шуткой Миры, но я инстинктивно прижал её сильнее к себе и поцеловал в макушку.

- И тебе не дали отдохнуть?

- А зачем? Человек же и так чуть ли не полдня ждал, пока я натанцуюсь. Ценить такую честь надо и вести себя прилично. И вообще, ещё хорошо поискать надо того, кто все мои выкрутасы, полуголые танцульки и характер терпеть будет… Это ж не те мужики, что на меня слюни в клубах пускают!

Я хмыкнул и просто завис в офигевании от такого общения между родными людьми.

- Так что ты ещё не понял, на кого нарвался, Андрюша! – съязвила она. – Сбежать ещё есть время!

- Не хочу и не буду. Говорил уже это тебе, Солнышко. – Наклоняюсь и чувственно целую её в щёчку, слегка прихватывая губами нежную кожу. Не спешу отстраняться и шепчу, проходясь кончиком носа по её скуле. – Я тебя люблю.

Её медленный глубокий вдох и такой же выдох, прикрытые на несколько мгновений глаза и слегка приоткрытые манящие губы сказали мне многое. Не стал сейчас к ним прикасаться, поддаваясь соблазну, а лишь невесомо поцеловал её в височек и отстранился, давая возможность выдохнуть и продолжить свой рассказ.

- Он тебе не понравился? – больше утвердительно произнёс я, желая услышать это от Миры. Понимаю, что наличие прошлого нормально для всех. И у меня оно тоже есть. Но вот с Мирой… Мне почему-то хочется быть для неё единственным… И даже её приятные романтические воспоминания делить ни с каким мужиком не хочется.

Почувствовал, как запульсировало в висках от напряжённого ожидания и подступившей ревности.

«Она имела право на отношения», – пытался заглушить своим внутренним голосом обжигающую ревность.

А Мира вздохнула и начала отвечать:

- Нет, почему же? – я шумно выдохнул в её макушку, а Моя Малышка, ухмыльнувшись, продолжила. – Он производил очень хорошее впечатление и даже вызывал симпатию, как к человеку. Идеальный презентабельный образ: дорогой отглаженный костюм, брендовые туфли, статусные часы... Приятный ненавязчивый парфюм, хорошие манеры. Очень чёткий и хорошо поставленный голос. Акценты очень правильно выделяет интонациями. Уверен в себе, по-мужски красив и хорошо сложен. Волосы цвета вороново крыла и до дрожи проницательные тёмно-коричневые глаза – порой даже было сложно отличить, где зрачки, а где радужка... Приходил всегда с огромным шикарным букетом белоснежных роз с лёгким голубоватым отливом на краях...

Я жмурюсь, непроизвольно сжимая кулаки на животе у Миры, и глубоко дышу носом:

- Ты с ним встречалась?

- Да, Андрюш. – Она ненавязчиво проскальзывает своими ручками в мои, сжатые до хруста, кулаки. Я стараюсь немного расслабиться, выдыхаю и прижимаюсь губами к её макушке. – Я тебя тоже люблю, Андрюша. – Прошептала она, а я закрываю глаза, молча улыбаясь. Поражаюсь её проницательности и умению быстро гасить во мне ненужные эмоции. – Но тогда я не захотела спорить с родителями. Поддалась… Всё же согласилась не ставить на незнакомом человеке крест и решила попробовать построить отношения. В конце концов, всё может быть…

- Всё может быть… – повторил эхом за ней и плотнее укутал в свои объятия.

- Андрюш, я так и не смогла полюбить его, как не старалась и не убеждала себя, что он отличная надёжная партия, нравится родителям и мне с ним будет хорошо, а контора родителей будет под присмотром профессионала.

- А он как-то связан с твоими родителями?

- Да, адвокат в их конторе. У них есть своя организация по оказанию полного спектра юридических услуг. Очень хорошая, если честно. Помогают с любыми вопросами.

- Хм! Понятно. Ну, с Гавриленко я уже начал сотрудничество с твоей помощью, Солнышко. Он, правда, очень хороший специалист.

- Спасибо большое. Я согласна.

- А тот… Адвокат…

- Нет, это не он. – Мира даже легонечко хохотнула. – Того зовут Павел. Вот у меня даже сейчас это имя вызывает неприятную дрожь и мороз по коже…

Я шумно выдохнул:

- А почему же не сложилось, раз он так хорош и всем подходит? И ты хотела попробовать… – добавил уже шёпотом.

- А ты не ревнуй, пожалуйста, Андрюша. Тем более к тем, кого нет и по сути-то и не было в моей жизни. С тобой мне очень хорошо, действительно надёжно… Так уютно и тепло…

- А с ним? – я пытаюсь подобрать не обидные слова. – Тебе было холодно с ним?

Она прижимается плотнее ко мне.

- Даже слишком... Я как-то интуитивно отходила подальше, хоть и агрессии от него никогда не было – наоборот, до зубного скрежета обходителен и галантен...

- А про букеты ты ему не говорила? – снова вспомнил реакцию Миры на подаренные мною розы.

- Говорила...

- И что?

- Вот ты меня стараешься слушать и слышать… – я выдыхаю с улыбкой, целую её макушку. – А он… Он меня не слышал. Есть «протокол» ухаживаний мужчины за девушкой и его надо соблюдать. У него, как у идеального адвоката, всегда находились свои аргументы на любые мои объяснения... Вот знаешь: если взялся за дело, то доведи его до конца и выиграй, даже если твой подзащитный – редкостная мразь и тюрьма по нему плачет... Главное – правильная аргументация, хорошо выстроенная защита, знание законов и умение использовать их в своих целях... Он очень хороший и успешный практик... Жаль, что и в жизни остаётся адвокатом...

Мы оба шумно выдохнули.

- Не смогла я быть с ним. Это плохо, наверное, но я даже не жалела, что уехала, не поставив его в известность… – я почувствовал, что начинаю улыбаться, а Мира продолжила шёпотом. – И даже не смогла заставить себя хоть раз поцеловаться с ним.

- Моя Девочка! – не скрывая своей широкой радостной улыбки, поцеловал Миру в щёчку. – Умница!

Мира даже тихонечко засмеялась:

- Значит, вот, как всё запущено?.. Да, Андрюша?

- Да, Любимая.

- Жадина! – продолжала издеваться, звонко хохоча.

- Да! Что касается тебя – я категоричен! Моя! Люблю, никому не отдам и ни с кем делить не собираюсь!

Мира закрыла глаза, довольно улыбаясь.

- Я на это очень надеюсь, Андрюша.

- А я очень хочу быть с тобой, Солнышко. Только с тобой…

Так мы простояли несколько минут, нежась и растворяясь в этом моменте внутреннего единения и гармонии. Мира так и продолжала прижиматься спиной к моей груди. Она не поворачивалась в моих объятиях, но и не сбегала и не отстранялась.

Если ей сейчас так комфортно, то пусть так и будет – я ещё успею почувствовать её нежные ласковые ручки на своей спине. А сейчас пусть выговорится и расскажет мне то, что привело её в Киев и поспособствовало нашей с ней встрече…

Глава 34

Андрей

- Хочешь на свежий воздух? – робко прошептала Мира, осторожно ведя пальчиком по моей руке вдоль кромки манжета свитера.

- Только надо одеться, чтобы ты не замёрзла.

- И ты тоже. – Прошептала и всё-таки перекрутилась в моих объятиях, медленно скользя ладошками по моей груди к спине и нежно обвивая руками.

Шумно выдыхаю и закрываю глаза, чувствую, как начинает закипать кровь и сердце вырывается из груди. А Мира уже его слушает, легонько гладит мою спину, успокаивая.

- Как же я тебя люблю, Мира… – хрипло шепчу на выдохе, целую её височек и зарываюсь носом в шелковистые волосы, чтобы не сорваться.

«Как же с тобой сладко и сложно одновременно…» – думаю, прижимая Миру плотнее к себе, поглаживая по голове и спинке. И осознаю, насколько же соскучился по её объятиям и будоражащему дыханию на своей груди.

Медленно провожу по изящному плетению её косы, наслаждаясь мягкостью и шелковистостью её волос. Хочу прямо сейчас распустить её и зарыться руками и лицом в это солнечное чудо, но помню, что она хотела выйти на балкон. Да и разговор наш ещё не закончен, поэтому, если Мира хочет и готова его продолжить, то я в полном её распоряжении.

- Ещё минутку и пойдём одеваться. – Шепчу в уже родную макушку, стараясь не сильно вжимать в себя хрупкое изящное тельце Своей Малышки. – Мира-Мира… Как же ты профессионально и по-разному с ума сводишь…

Она хохотнула и потёрлась щёчкой о мою грудь:

- Прости…

- Лучше буду и дальше любить. – Понял, что снова засмущал Своё Солнышко, и улыбнулся. Это значит, что у меня есть ещё несколько минут, чтобы насладиться тем, как она вырисовывает, а потом медленно «стирает» своей ручкой какие-то замысловатые узоры на моей спине…

*****

Мы всё-таки оделись и выбрались на балкон. От порыва ветра Мира спряталась на моей груди, чему я мысленно порадовался и крепче укутал её в свои объятия.

- Солнышко, становится холоднее. Ты хочешь здесь остаться?

- Да, давай хоть недолго побудем.

- Тогда я схожу за пледом. Ты побудешь здесь или со мной?

- Постою здесь, Андрюша…

Поцеловал её в щёчку и пошёл в каюту. Уже не первый раз слышу от Миры это её нежное и ласковое «Андрюша». Ещё меня так называют мама и Кира. Но именно из уст Мирославы оно звучит так по-особенному, одновременно и будоража, и затапливая нежностью…

Помимо нескольких пледов, прихватываю с собой и две термокружки с тёплым чаем – лишними не будут.

- Андрюша, – Мира спиной почувствовала, что я вернулся. – Смотри, какой шикарный водопад! И радуга «плывёт»! И капли! – она звонко засмеялась, прикрывая лицо руками от мелких холодных капелек воды, которые доносились к нам ветром. – Вот и освежились! – продолжала хохотать Моя Малышка.

- Точно, освежились! – тихо смеюсь вместе с ней, оставляю один плед на диванчике, а термокружки – на столике. Во второй же плед укутываю Миру, обнимая со спины и целуя во влажную щёчку.

Она довольно жмурится и мурлычет, а потом поворачивается ко мне:

- А ты?

- Мне тепло.

Мира снимает с себя плед и набрасывает мне на плечи:

- Тогда отогревай меня дальше… – она смущённо закусывает уголок губки и проскальзывает руками по моей спине под пледом. Я улыбаюсь и нежно укутываю её в свои объятия, попутно заворачивая в плед.

- Так гораздо уютнее. – Мира поудобнее умащивается на моей груди. – Спасибо тебе большое, Андрюша.

- Не за что, Хорошая Моя. Хочешь сфотографироваться?!

- У тебя телефон с собой?

- С собой. Но в номере ещё есть и профессиональная камера – могу сделать для тебя фотосессию, Солнышко.

- Нет. Не хочу. Давай лучше селфи в пледе на телефон! По-домашнему. – Она очень мило вздохнула и потёрлась щёчкой о мою грудь.

- Как хочешь, Любимая.

Вместо ответа Мира тихо фыркнула и попыталась надёжней спрятаться, но я успел заметить, что её щёчки порозовели.

- Согреваешься? – уточнил с улыбкой в голосе.

- Ты всё для этого делаешь… – ответила посмеиваясь.

- Потому что это ты, Моё Солнышко. Для тебя хочется создавать комфорт.

- Я тебя люблю… – прошептала мне в грудь и замерла. – Но ты так много для меня делаешь…

- Я ещё ничего для тебя не сделал…

- Сделал и делаешь…

- Вот сейчас твою фоточку сделаю, Солнышко. Только если перестанешь прятаться. – Достаю телефон, настраиваю камеру и целую её в щёчку. – Мира, вылезай, пожалуйста, пока эту гору не прошли. Как раз уже и капли сюда не доносятся.

*****

Кадры действительно получились очень необычными, уютными и даже семейными.

Мира в своей «кошачьей» шапочке, мы с ней в обнимку под общим пледом на фоне скалистой горы, с которой срывается многоструйный водопад. Пейзаж невероятно красив сам по себе, но природа добавила в него ещё красок, подсветив неугомонные воды, срывающиеся со скалы, солнечными лучиками, от чего к самому борту лайнера капли доносили радугу.

- Как же здесь красиво, – восхищённо шептала Мира, рассматривая наши совместные свежие кадры. На мои уговоры она не поддалась и не захотела, чтобы я её пофотографировал саму.

- Очень красиво, Солнышко. – Я продолжал обнимать её со спины, как и на фото, мы по-прежнему были укутаны в шерстяной клетчатый плед, но теперь уже повернулись лицом к береговой линии.

- Андрюш, я не меркантильная и мне не важны ни сами подарки, ни, уж тем более, их цена… Но сейчас мне так хорошо… Никогда ещё так хорошо не было… И столько моментов… Столько эмоций… Столько нас… Водопад… Радуга… Эти мелкие капельки… Они подарили бодрость и свежесть, а ты даришь уют и тепло, понимание и любовь… И я теперь всегда буду вспоминать твои тёплые объятия, когда буду видеть радугу и водопад… Или просто смотреть на корабль… – она притихла в раздумьях на несколько мгновений, но потом вдохнула и продолжила. – В компании всё тоже пропитано тобой… Воспоминаниями о тебе… Теми нашими моментами… Ты же всегда старался для меня… Просто я не думала, что у нас что-то возможно, и отмахивалась от своих чувств. Боялась сближаться с тобой, но и без тебя не могла… Хотела попробовать просто дружить… – она тяжело вздохнула. – А теперь даже у себя дома я буду вспоминать о тебе, ведь там тоже есть наши моменты… Ты уже пропитал собой всю мою жизнь… Как-то незаметно забрался в неё… И я сейчас всё чаще думаю, встретились бы мы, если бы я не сбежала тогда?

Душу приятно грело откровение Миры, но в то же время и царапало внутри понимание того, что даже моё партнёрство с Сергеем не давало нам гарантий знакомства с Мирой. Тем более, не мимолётного. А сватать свою сестру мне он бы уж точно не стал.

- Хочется верить, что встретились бы… Но я не знаю… – сглатываю, стараюсь не громко вздохнуть и целую её в щёчку.

- И я тоже не знаю… Я ведь не собиралась сбегать из дому и, уж тем более, никогда не мечтала переехать в другой город. Вся моя жизнь и близкие люди были в Днепре…

- Я понимаю, Солнышко.

- Знаешь, вот, несмотря ни на что, я всё равно очень благодарна своим родителям. Они для меня ведь очень много сделали. Помогли создать базу, благодаря которой я уже смогла развиваться дальше самостоятельно. Я никогда не испытывала ни в чём нужды, кроме их внимания. Но, наверное, так у многих… – не стал разубеждать её в этом, просто поцеловав в щёчку, а она улыбнулась и продолжила. – Просто родители очень старались для меня – много трудились, организовали свою прибыльную фирму, дорожили своей репутацией. Всё, что мне нужно было из материального, у меня всегда было. И даже, когда у родителей случались неизбежные «просадки» в бизнесе, на себе этого я никогда не ощущала, потому что они всегда находили средства мне на танцы, костюмы и конкурсы, на художку и материалы для моего творчества. Мы всегда жили в достатке и я прекрасно понимаю, что, если бы они не вкладывали в меня средства, то у меня бы ничего не получилось добиться в жизни… Я попросту не смогла бы ходить на танцы, участвовать в конкурсах, а со временем и побеждать… В моей жизни никогда бы не было художки – и я не знаю, смогла бы я сама всему этому научиться… Но, думаю, что нет… Сейчас, конечно, мир интернета, где можно многому научиться, не отходя от компьютера, но, я просто уверена, что непосредственную работу с профессионалом очень сложно заменить обычным видео… Обязательно должна быть база, после которой уже идёт самообразование и самосовершенствование. Опять же, художественные школы обычно устраивают выставки и конкурсы, на которых учеников замечают. Меня именно так и заметили и предложили сотрудничество. Без этого было бы гораздо сложнее и дольше нарабатывать своё имя, пробиваться… А конкурсы на танцах – это вообще отдельная история и хорошая закалка характера. В них необходимо просто участвовать, чтобы понять, что это такое и как на них выживать… И я прекрасно понимаю, сколько в финансовом плане приходилось выкладывать моим родителям, ведь у меня всегда были лучшие костюмы на танцах и профессиональные материалы для рисования. Далеко не все смогут дать такое своему ребёнку.

- Я понимаю это, Солнышко.

- Вот и я понимала. И сейчас понимаю. И тогда я сначала думала смириться… Не идти против воли родителей. Поступить в «Юридическую Академию», чтобы хоть как-то отблагодарить за всё и помогать им с конторой. Надеялась, что смогу как-то привыкнуть к этому Павлу… Надеялась, что смогу совмещать учёбу на юриста со своими интересами: танцами и хотя бы теми же заказами в дизайне и рисовании… Думала, что отучусь на юриста, поработаю несколько лет у родителей, а потом уже поступлю хоть заочно на дизайнерский, ведь буду уже достаточно взрослой, оправдаю их ожидания, а потом уже буду учиться для себя… Не знаю, в шестнадцать-семнадцать лет ведь абсолютно по-другому относишься ко времени, думаешь, что у тебя его ещё впереди много и надо всего лишь захотеть – и всё сможешь, всё успеешь… И, наверное, если бы не этот самый Павел и навязчивое желание моих родителей видеть именно его рядом со мной, то я бы и поплыла по течению… Но с каждым новым днём мне всё сложнее было рядом с ним. Виделись мы, по сути, только когда он меня подвозил домой после репетиций, конкурсов и выступлений на корпоративах. И, как я поняла, родители с его помощью хотели воспитать во мне правильные морально-этические нормы. Конечно, он не осуждал мои танцы и выступления в клубах, но не очень тонко намекал мне на то, что я из приличной семьи с хорошей репутацией, и всё это мне не совсем к лицу… Вот только проблема в том, что всё это было частью меня. Гораздо более важной и дорогой, чем выхолощенный идеальный Павел… И я понимала, что он не принимает меня такой, какая я есть, не ценит моих интересов и, естественно, не одобрит и не поддержит их, если меня всё-таки угораздит связать с ним свою жизнь… А я так не смогу… Не смогу без своих отдушин в жизни… Просто погибну в этих законах, виновных-невиновных, лицемерии, лжи «во благо»…

- Солнышко, я понимаю тебя. Это твоя жизнь – и ты имеешь полное право прожить её так, как считаешь нужным. – Я обнял её сильнее, поцеловал в щёчку и прижался губами между «ушек» её шапочки.

Мира вздохнула:

- Это, конечно, идеальный вариант, Андрюша. Но не всем даётся по определению… В конце мая я начала сдавать ЗНО (внешнее независимое оценивание; экзамены для поступления в высшие учебные заведения Украины – прим. автора). Помню, как обрадовалась, что после экзамена за мной не заехал Павел, и я смогла спокойно с друзьями дойти домой по тёплой солнечной погоде. Мне уже тогда исполнилось семнадцать, а у моего друга днюшка была как раз за день до первого экзамена. Естественно, мы не отмечали, ведь готовились. Но в тот день хотели посидеть немного все вместе во дворе. Я зашла домой, чтобы переодеться и оставить вещи, но заметила в прихожей чужие мужские туфли. Конечно, догадалась, чьи, и решила прошмыгнуть незаметно к себе в комнату, переодеться, а потом так же незаметно уйти к друзьям. Общаться с Павлом у меня ни настроения, ни желания не было. Но, пробираясь мимо кухни, я случайно услышала обрывок их разговора и притормозила. В нём мои родители на полном серьёзе обещали, что мы с этим Павлом поженимся после окончания мною первого курса. Я не выдержала и зашла в кухню со словами, что ни в восемнадцать, ни в девятнадцать, ни даже в двадцать лет замуж не собираюсь. Психанула и добавила, что сама выберу себе мужа, когда посчитаю нужным, но не раньше, чем выучусь на дизайнера!

Мы оба тяжело вздохнули, и я взял Миру за руку под пледом. Она была в тёплых вязаных перчатках, я – без, но всё равно решил погладить её ручку и пальчики для поддержки и успокоения.

Она хмыкнула, глубоко вдохнула и продолжила:

- Мама тогда мне прямо при Павле сказала: «Наигралась – и хватит! Танцы и твои рисуночки тебя не прокормят! И пора уже осознать, что фирмой придётся тебе заниматься, а для этого нужны соответствующие знания! Ну, и подходящий муж рядом...» Я переспросила у этого Павла, нормально ему так? На что он мне ответил, что это правильный деловой подход…

- «Деловой подход»… – эхом прохрипел я, пытаясь осознать весь ужас ситуации для молоденькой живой и весёлой семнадцатилетней девушки. – Циничный «деловой подход»…

Мира тяжело вздохнула:

- Я тогда ответила, что мне такой подход не подходит, и я больше не буду встречаться с их Павлом. Меня же решили «припечатать» тем, что, пока я живу с родителями, то должна их слушать. Я сказала, что могу и съехать – не проблема. Только пусть мне деньги помогут снять со счёта – и я сразу же покину отчий дом. Но мне ответили, что об этом мы поговорим, когда мне исполнится восемнадцать лет, а пока я ещё несовершеннолетняя – и даже по закону права голоса не имею!

- Ого! – всё-таки тихо вырвалось у меня. – Мира, это очень жёстко и несправедливо.

- Наверное. – Прошептала она, а я её поцеловал в щёчку.

- Мира, не наверное, а абсолютно точно – перебор. Нельзя так с живым человеком, а особенно со своим ребёнком. Времена и устои, по крайней мере, в нашей стране уже давно поменялись…

- Знаю, Андрюша. Мне тогда так обидно и больно стало. Я окинула их всех ледяным взглядом, а потом просто молча ушла в свою комнату и закрылась в ней. Естественно, к друзьям не пошла. Своя ванная у меня была, запас воды, орешков и изюма тоже, поэтому выходить в тот день к ним я не стала. Даже не плакала, а просто пыталась понять, в какой момент всё пошло не так, и что мне теперь со всем этим делать? Ни родителей, ни этого Павла мне видеть вообще не хотелось…

Мы с ней вместе тяжело вздохнули, а я даже в теории не мог себе представить нечто подобное услышать от своих родителей в свой адрес или адрес Киры даже в шутку.

- Мира, а ты Серёже не говорила о происходящем.

- Нет, в такие подробности я не вдавалась. У него тогда как раз жена была беременна. Сложно очень ходила – токсикоз сильный, угрозы выкидыша, постоянно по больницам. Поэтому я не хотела его ещё своей историей расстраивать. Просто сказала, что родители меня познакомили с мужчиной, и мы пробуем встречаться.

- Понятно. – Произнёс на выдохе и поцеловал её в щёчку. – Хочешь чаю?

- Давай. И пойдём на диванчик, хорошо? – она повернулась ко мне и на несколько мгновений подняла свой грустный взгляд, но я успел окунуться в его безбрежную синеву.

«Как же я соскучился за её глазами, за этим прямым смелым взглядом… – подумал я. – С тех пор, как мы вместе, Мира то смущённо, то виновато опускает его… Ну, её смущение всё-таки очень мило и приятно мне, а вот чувствовать свою вину ей вообще не за что, особенно передо мной… Надо побыстрее уже возвращать её к жизни… Выслушивать, поддерживать, подбадривать и показывать, какой может быть жизнь, когда тебя любят и ценят…»

Глава 35

Андрей

Мы разместились на диванчике, вместе укутавшись в тёплый плед. Попили немного чая, а потом я спросил у Миры:

- И что ты потом решила? Экзамены же всё равно сдавать надо было…

- Надо было… Я тогда ещё ничего так и не решила. Надеялась, что родители одумаются – и у меня получится уговорить их обойтись без Павла в моей жизни. Хотела убедить их в том, что я не брошу их контору, буду учиться на юриста и помогать им. Хотела постараться донести до них важность танцев и дизайна для меня. Чтобы они тоже пошли мне навстречу… Мне просто хотелось от них понимания. Чтобы было, как раньше… – она тяжело вздохнула и уткнулась носиком в мой шарф, поудобней умостившись на моей груди и нежно обняв.

Я молча поцеловал её в переносицу, вздохнул, хоть мне до невозможного хотелось просто выругаться. Неужели, люди не понимают, что это самый простой способ потерять доверие своего ребёнка, а потом и его самого?

- У тебя так и не получилось убедить их?

- Логично, что нет… – она горько усмехнулась.

- Логично, Солнышко. – Прижался губами к её переносице на несколько мгновений, сдерживая, крутившееся на языке, что всё равно рад этому. Понимаю, что это очень эгоистично и абсолютно неуместно, ведь я даже представить себе не могу, что пришлось Мире пережить в тот ужасный период. Часть я, конечно, знаю от Сони, но я даже не предполагал такой жестокой предыстории…

- Следующим вечером они всё равно не захотели меня понимать, аргументируя это тем, что учёба на юриста – очень ответственна, трудоёмка и занимает много времени. Во время неё мне надо будет посещать всевозможные слушания и неплохо было бы ещё у них в конторе хоть немного практиковаться. Естественно, такая загрузка не предусматривает ни моих танцев, ни какого-либо другого обучения не по специализации… А на то, что мне их Павел не нравится, мне сказали, что он всем девушкам нравится, и мне понравится, если я лучше к нему присмотрюсь. Мои же слова, что я уже два с половиной месяца присматриваюсь, и так ничего не высмотрела, они проигнорировали, ответив, что любовь придёт, когда мы вместе будем проводить больше времени. На мой вопрос про их любовь, мне ответили, что это сравнивать нельзя. Я всё-таки не настолько ответственная, как они, постоянно летаю в облаках и не ценю свою семью, поэтому мне и нужен тот, кто поможет стать более разумной и ответственной…

- И как это понимать? – в очередной раз офигел я.

- Сама не знаю… Но я тогда поняла, что моим спасителем-суперменом должен стать именно Павел… И по учёбе поможет, и с конторой, и вообще – лучше мужа не найдёшь…

- Цензурных слов просто не хватает…

- Хм! У меня тоже слов не хватало – все мои аргументы и просьбы просто не слышали… Я понимала, что заставить меня выйти замуж за Павла они не смогут – в конце концов, просто ничего подписывать не буду. Но и видеть его мне тоже не хотелось. Тогда я так запуталась. Не видела никакого решения. Не знала, что делать и с кем посоветоваться. Было просто грустно, пусто, обидно. И когда родители утром уехали на работу, я пошла в магазин, купила там конфет с печеньем и села на маршрутку. К следующему экзамену я была готова, поэтому решила поехать к тем родным, которые меня всегда понимали и поддерживали…

- И куда ты поехала? – хрипло спросил я.

- На кладбище к бабушкам и дедушкам. – Тихо ответила Мира.

- На кладбище? – переспросил я.

- Да. – Спокойно ответила Мира.

- Одна?

- Умею! Практикую! – она отшутилась, хохотнув.

- Но это же опасно…

- Хм! Если знаешь Правила, то ничуть. Знаешь же, говорят, что бояться надо живых?

- Слышал. – Киваю и целую её в носик.

- Вот и мне мёртвые ничего плохого не сделали, в отличии от живых… – она грустно ухмыльнулась.

Я шумно выдохнул:

- Там часто бродят всякие…

- Знаю, Андрюша. Видела. Меня не трогают.

- И как так получается?

- Я слышу Ушедших, а они меня защищают. Не дают другим увидеть – морок набрасывают. Тем более на том кладбище я не чужая – у меня там родные лежат. На других, конечно, надо быть осторожнее. Но опять же, не так-то много живых к ним приходит. И ещё меньше тех, кто просто готов послушать их, а не смахнуть пыль с надгробия, посетовать на свою жизнь и пропасть ещё на год… А, может, и вообще забыть дорогу к родным… На чужих же вообще мало, кто даже просто так смотрит – максимум из любопытства мимоходом. А им от этого тоже больно. Забвение и безразличие – это страшно… Вот они и ценят тех, кто готов проявить по отношению к ним хоть небольшое внимание, уделить хоть несколько минут своего живого времени, которого у них уже нет… Но привычки и тяга всё равно остались, как и желание вернуться хоть на денёк к родным людям…

- Понятно… – машинально ответил, понимая, что ещё буду обдумывать, сказанное Мирой.

Она вздохнула, медленно провела ладошкой по моей груди и продолжила:

- Перед входом на территорию кладбища я купила несколько лампадок – и пошла прогуливаться по нему.

«Прогуливаться», – повторил про себя, чтобы не сбивать Миру, и крепче прижал её к себе.

- К некоторым могилам меня тянуло – и я останавливалась возле них, читала надписи на надгробиях и крестах, слушала Ушедших, оставляла по несколько конфет и печенек и шла дальше. Старые могилы сменялись свежими, заброшенными, ухоженными, провалившимися, разбитыми надгробиями… Но практически у всех Ушедших одна и та же печаль – тоска, одиночество, чувство покинутости… Перед тем, как войти в ворота кладбища, я была абсолютно уверена, что у меня есть ещё много времени… Что я ещё успею воплотить чаяния родителей на мой счёт, отучившись на юриста пять лет и несколько лет поработав в их конторе, а потом уже примусь за свои мечты о дизайне… Но чем дальше я проходила вглубь кладбища по пути к могилам моих бабушек и дедушек, тем меньше оставалось моей уверенности и беспечности относительно того, сколько времени у меня реально есть… На каких-то могилах люди прожили очень долгую жизнь – больше века, на каких-то – чуть меньше века… Также было очень много тех, кто прожил от пятидесяти до семидесяти лет… Но были же и те, кто ушёл из жизни в районе сорока, тридцати, двадцати… Девушка – восемнадцать лет… Парень – семнадцать… Девочка – десять… Мальчик – пять… Я даже не поняла, как оказалась на детской части кладбища. Никогда раньше я туда не заходила и даже не предполагала, что на территории огромного кладбища есть отдельно детское… Там же сердце просто разрывается на части и невозможно находиться без слёз: там все возраста от одного дня до шестнадцати лет. А мне уже семнадцать. А на этом надгробии у «ангелочка» день рождения и дата смерти совпадают… И таких много, где человечек прожил всего день, два, три, несколько месяцев или несколько лет… И что они успели? Ничего… А ещё там очень «шумно»: «стоит» и детский плачь, и хохот, и просьбы не уходить, поиграть, позвать их родителей… В той части я осталась надолго, а потом побрела к своим бабушкам и дедушкам. Моё решение уже всё более чётко оформлялось и, по большому счёту, требовалось лишь проговорить его для себя вслух и осознать. Поэтому, когда я пришла к своим родным, я зажгла лампадки, положила помин, присела на лавку и просто проговорила, что не смогу смириться с той участью, что мне готовят родители. Не хочу этого. Я – МироСлава и «смирение» не заложено даже моим именем. И я не буду предавать Себя, свои желания. Ведь это худшее, что я могу сделать для себя…

Сейчас мы на балконе огромного лайнера, вокруг шикарная природа, величественные горы, где-то поросшие хвойными деревьями и травами, а где-то просто их скалистые пологие или крутые склоны. Их верхушки ослепляют своей снежной белизной, подсвеченной солнечными лучами, где-то манят мистическим фиолетовым оттенком, а где-то заставляют всматриваться в глубокую голубизну... Вдоль фьордов периодически встречаются разные поселения, иногда всего в несколько домов, бывают и около десятка. Где-то – это цветные, будто сказочные, домики, а где-то – из тёмного дерева и на таких же деревянных сваях, будто вырастающих из самой искрящейся реки... Ветер, прохладно, а у меня перед глазами конец тёплого мая: Мире едва исполнилось семнадцать лет, и она одна бродит по кладбищу... Кресты, надгробия, невысокие деревья, зелень, цветы... И Моя Мира... Думает, сомневается... Садится на лавочку и «разговаривает» со своими бабушками и дедушками... Решается... И теперь уже назад дороги нет... В том месте, где жизнь уже за Гранью, Моя Малышка решила для себя начать новую жизнь – пойти Своим Путём... Ушла «удобная» Мира и родилась Моя Мира...

- Я очень чётко осознала, что у меня может и не быть этих пяти-семи лет... Ведь у многих здесь не было даже моих семнадцати... – продолжила она через небольшую паузу, возвращая меня в Норвегию. – Да, я послушала себя и свои желания, потому что, воплощая чужие, потом может уже и не остаться времени на свои… Да, получается, что я предала родителей, чтобы не предать Себя… Отстоять свои интересы, свои желания, просто право быть Собой… Хм! Выходит, что кладбище очень хорошо вправляет мозг и объясняет количество нашего времени... Стоит ли откладывать свою жизнь на завтра, на потом или важно начинать двигаться в направлении своих интересов уже сейчас? – она тяжело вздохнула и замолчала.

- А твои бабушки и дедушки тебя поддержали? – понимал, что это, возможно, звучит как-то странно, но для Миры это нормально, поэтому и мне надо привыкать к этому тоже.

Она усмехнулась:

- Да, поддержали. Пока я с ними разговаривала, у меня в голове даже созрел план дальнейших действий. И я считаю, что мне очень повезло, ведь потом, когда я начала действовать в своих интересах, как-то очень удачно сложилось столько случайностей, что я и поверить не могла…

- Расскажешь?

- Хм! А тебе это интересно?

- Даже очень, ведь благодаря этим самым случайностям, мы сейчас вместе, Солнышко.

- И не только этим – есть ещё и Эмираты – без них я бы, скорее всего, не попала в твою компанию… Да и наверняка были ещё какие-то твои решения…

- Думаю, что «да», но всё-таки с этого начался Твой Путь, Солнышко, а мне это очень интересно. – Улыбнулся и поцеловал её в носик.

Глава 36

Андрей

Люблю, когда Мира довольно жмурится от моих лёгких поцелуев, когда прижимается плотнее, когда ласково трётся щёчкой или носиком о мою грудь или шею…

Просто люблю и ценю каждое мгновение, проведённое рядом с ней, единственное, неповторимое, важное… Наше…

- Знаешь, – ухмыляется и поднимает на меня свой взгляд. – Я даже психологу никогда столько о себе не рассказывала… А вот тебе…

- И я очень благодарен тебе за такое откровение, Солнышко. – Нежно ей улыбаюсь. – Мне всё-таки очень хочется, чтобы мы стали родными людьми, Мира.

- А я не понимаю, как ты всё это выдерживаешь? – пристально смотрит мне в глаза.

- Я просто люблю тебя и мне интересно всё, что тебя касается.

Она тяжело вздыхает и опускает свой взгляд:

- Тебе проще было бы найти нормальную, беспроблемную девушку. С которой не надо так возиться и выслушивать всякий бред… Которая сможет…

- Мира, – стараюсь произносить максимально нежно. – Остановись, пожалуйста, и посмотри на меня.

Она ещё раз вздыхает, мешкает несколько секунд, а потом медленно поднимает на меня свой виноватый взгляд.

- Мира, ты такая, какая есть. Я люблю тебя именно такой. И счастье для меня – быть с тобой. Вот такой вот абсолютно уникальной. Я не хочу, как проще. И ты тоже не выбирала лёгких путей. Проще, ведь не всегда лучше. И не всегда то, что хочешь именно ты.

- Не всегда…

- Тогда почему я должен делать, как проще, а не так, как хочу? Почему мне надо быть с той, с которой легче и удобнее, а не с той, которую люблю?

- Просто я очень боюсь не оправдать твоих надежд и разочаровать…

- Ты уже боялась не оправдать надежд родителей, а потом всё равно сделала, как хочется тебе, Мира. Ты же говорила, что тебе со мной хорошо…

- Очень хорошо, поэтому и боюсь, что ты не выдержишь…

- Чего я не выдержу, Солнышко? – стараюсь удержать всё ещё её виноватый взгляд.

- Меня…

- До этого же выдержал. – Широко улыбаюсь ей и целую в носик. – Что сейчас может поменяться, Мира? Я знаю, что ты очень остренькая на язычок, целеустремлённая и всегда вся в делах.

Мира хохотнула:

- Это всё-таки большие преграды.

- Только если не любишь человека.

- В жизни не всё так просто – и одной любви часто не хватает для совместного будущего… – она грустно вздыхает.

- А я и не строю иллюзий, Солнышко. – Смотрю максимально проникновенно в её нереальные глаза. Не отрываю и не перевожу свой взгляд на такие манящие и близкие губы, стараясь всё же донести до неё свои чувства и желание быть вместе. – Хочу и готов работать над нашими отношениями. Хочу быть твоей опорой и поддержкой. Хочу, чтобы ты мне доверяла и не боялась, что я осужу тебя за что-то. Мира, я прекрасно понимаю, что всегда есть, как минимум, две точки зрения. Я прекрасно понимаю, что зачастую наши поступки продиктованы обстоятельствами. Обычно я не делаю поспешных выводов о людях, но в день нашего знакомства я жутко приревновал тебя, поэтому и позволил себе недостойные предположения о тебе. Согласен, что это не оправдание. Мира, Хорошая Моя, я очень сожалею об этом и обещаю, что больше не буду делать выводы о тебе, не разобравшись в ситуации полностью, и не выслушав тебя. Да, я тебя всё равно ревную. И, наверное, это не пройдёт. Но это не означает, что я в тебе сомневаюсь. Это означает лишь то, что ты мне очень дорога. И ты слишком заметная и привлекательная, Солнышко. А я не хочу тебя терять. Мира, ты тоже уже проросла в меня – и всё вокруг напоминает о тебе, о нас… И я хочу быть с тобой столько, сколько позволит мне моя жизнь. Про остальное не загадываю… Ведь я не знаю, сказки это всё про избранных и единственных, или нет? Но я могу отвечать за свои слова и действия именно здесь и сейчас. И в этой жизни я очень хочу быть с тобой и делать каждый твой день счастливым. – Она слушает, затаив дыхание, даже практически не моргая. Мягко улыбаюсь ей, глажу по спинке и продолжаю. – Мира, мне важно всё, что касается тебя. Я хочу узнавать тебя, ведь как иначе можно построить что-то совместное? И я не считаю тебя ужасным человеком, равно как и твои поступки тоже, Солнышко. Ты ещё так молода, но уже состоявшийся Человек со своими принципами – правильными, в моём понимании. У тебя есть характер, которому многие мужчины могут позавидовать. И я прекрасно понимаю, что ты со всем можешь справиться сама. Но, Мира, позволь мне быть рядом с тобой. Позволь дать тебе почувствовать себя девушкой. Позволь понимать тебя, заботиться о тебе. Это же не страшно, Мира. И меня не отпугивают ни твои интересы, ни способности. В конце концов, значит, будем с тобой вместе ходить по кладбищам, чтобы ты была ещё и под защитой живого человека, Солнышко. – Смотрю на неё, нежно улыбаясь, любуясь её искренней удивлённой реакцией на мои слова. Понимаю, что это для неё непривычно, но я очень хочу, чтобы она поняла свою важность для меня.

- Андрюш… – ещё несколько секунд она пристально смотрит в мои глаза. Её губ касается лёгкая улыбка, а взгляд начинает проясняться. Но я также замечаю, что во внутренних уголках её бездонных синих глаз начинают собираться слёзы.

- Мира, Хорошая Моя. – Глажу её бархатистую щёчку, а она зарывается носиком в шарф на моей шее.

- Ты даже не представляешь, как много ты для меня делаешь…

- Ничего необычного, Солнышко.

- Знаешь, когда самые родные люди тебя уже столько лет не понимают и не поддерживают, очень странно и не привычно всё то, что ты для меня делаешь.

- А я хочу стать для тебя роднее самых родных людей, Мира…

Она молча потёрлась лобиком о мой шарф и тихо шмыгнула носиком.

- Я тебя люблю… – прошептал, аккуратно стирая пальцем с её щёчки влажную дорожку.

- Уф. И я тебя люблю. – То ли с досадой, то ли с облегчением прошептала в ответ, на что я тихо ухмыльнулся и надёжнее укутал её в свои объятия и плед, борясь с желанием пересадить Миру сейчас к себе на колени.

Я решил дать ей успокоиться, поэтому мы просто молчали. Мира доверчиво утыкалась своим носиком мне в шарф и очень аккуратно гладила меня по груди, но даже сквозь пальто и плотный свитер я чувствовал тепло её ладошек, одновременную дрожь и тепло её хрупкого тельца. Чувствовал, что нужен ей, несмотря на все её страхи, опасения и сомнения. Нужен… А она нужна мне. А это значит, что мы со всем обязательно справимся вместе.

Мира вздохнула, а я именно сейчас начал в полной мере осознавать то, что ещё никогда прежде так не слушал и не успокаивал девушек. Кроме Киры, конечно. Что, несмотря на все мои серьёзные намерения, ещё ни одна девушка не вызывала во мне таких трепетных чувств. Конечно, ранее я никогда не паниковал при виде женских слёз, но чувство непонимания, что с этим делать, всегда присутствовало. А с Мирой всё абсолютно по-другому. Я не хочу сказать, что мне нравится, когда она плачет. Конечно, это не так… Это же не слёзы радости… Я просто очень ценю, что она доверяет свои слёзы именно мне… Мне нравится, что она открывается именно мне. И я понимаю, что мне нравится её слушать. Меня это не раздражает и не вызывает отторжения… Наверное, это один из важных признаков того, что это твой человек… А ещё я искренне восхищаюсь и получаю удовольствие от её острого ума. От того, как она быстро подбирает такие подходящие и смешные реплики. Пытаюсь понять, что творится у неё в голове, но не знаю – хватит ли мне моей жизни, чтобы разгадать ЕЁ… Мою Загадку… Мою Миру…

Нежно глажу её по спинке под пледом и понимаю, что ни на что на свете не променяю эти наши моменты…

Чувствую, что она уже не всхлипывает и размеренно дышит. Провожу несколькими пальцами по нежной щёчке, стирая остатки влаги, но не хочу акцентировать на этом внимания, поэтому произношу:

- Мира, Хорошая Моя, мне очень интересно узнать, как тебя занесло в Киев? – мы с ней вместе хохотнули.

- Это уж точно, что занесло… – мы синхронно ухмыльнулись.

- И как ты со всем справилась сама? Не могу себе даже представить. Расскажешь мне? Пожалуйста. – Я говорил абсолютно искренне, стараясь показать свою поддержку интонацией. И вообще не понимал, как молоденькая несовершеннолетняя девушка умудрилась провернуть подобный побег.

- Уф! – она тяжело вздохнула. – Мне, правда, повезло.

- Не всем везёт, Солнышко. И уж точно не просто так…

- Думаю, что ты прав.

- Расскажи, пожалуйста. – Подбадриваю её, понимая, что сейчас это очень важно для нас двоих: для меня – услышать её историю, а для неё – просто проговорить и уже осознать, что она не плохая дочь и, уж тем более, абсолютно не плохой и не эгоистичный человек.

- Мне удалось убедить родителей не организовывать мне встреч с Павлом, пока я буду сдавать экзамены, ведь с ними он мне точно не поможет, а наоборот будет отвлекать. – Мира начала тихо рассказывать, периодически вздыхая. – Но также я уже очень хорошо понимала, что в родном городе мне жизни не дадут. Даже, если я и съеду от родителей, то меня всё равно достанут и не отпустят, пока я не сделаю, как они хотят. Меня это не устраивало, но и решений я особо не видела. Понимала, что деньги со счёта мне никто не снимет, а сама я смогу это сделать только через год, которого у меня нет… Вот я тайком и смотрела, в каких городах есть подходящие для меня вузы, но и танцы я бросать не хотела, поэтому для меня важны были и танцевальные студии восточного направления. Получилось так, что диплом международного образца можно было получить только в Киеве. Ну, и восточных танцевальных школ там тоже хватало. Ещё сложилось так, что после моих выпускных экзаменов, в Киеве проходил конкурс – отчётный и итоговый за сезон. Конечно же, я туда собиралась – и все взносы давно были оплачены и танцы подготовлены. Родители, конечно, не хотели меня туда отпускать, но я сказала, что заплатила за него свои деньги и хочу их вернуть – причём с призовыми и бонусами. Ну, в этом они всё-таки решили мне поддаться, ответив, что уходить лучше красиво и на пике карьеры. – Мы оба тяжело вздохнули, а я поцеловал Миру в щёчку.

- Непробиваемые… – прошептал с досадой и ещё раз вздохнул.

- Эх… – она тоже вздохнула с грустью. – Я постаралась ещё раз поговорить про своё обучение, но они настаивали исключительно на юриспруденции.

Сдержал себя от комментария, уткнувшись губами в её шапочку.

- После одной из репетиций я решилась поговорить с руководителем нашего коллектива о том, что скоро буду стараться поступать в киевский вуз и переезжать туда. Мне было очень стыдно и неловко перед ней. Чувствовала, что предаю её, ведь она меня старательно учила десять лет. Всегда поддерживала, понимала. И всё, что я умела – это же её заслуга. – Не стал перебивать Миру тем, что это её заслуга в первую очередь, ведь какой-бы тренер не был идеальный, а если ученик сам ничего не хочет, то и работа тренера результатов не даёт. Конечно, у Миры с её тренером всё хорошо срослось, но она, почему-то упорно не признаёт и свои заслуги тоже.

Мира сглотнула и продолжила:

- Но, к моему огромному удивлению, она отнеслась с пониманием к моим желаниям и даже сказала, что поможет мне перевестись в киевскую танцевальную студию к своей хорошей подруге. Это сейчас мой руководитель. И именно она же помогла найти мне квартирку как раз недалеко от универа. Однокомнатную студию, но вполне приличную и по приемлемой цене по киевским меркам. У её знакомых она пустовала, пока подрастала их дочь, а Марина Александровна уговорила их пустить меня. Она же меня тоже хорошо по конкурсам знала.

- Вот это схемы…

Мы оба ухмыльнулись.

- Это точно. Просто везло. Экзамены я сдала очень хорошо – и моих баллов хватало для поступления на бюджет. Мне надо было только на месте сдать экзамены по рисунку. А при помощи Марины Александровны мне пошли навстречу – и разрешили их сдать немного раньше, чтобы мне не пришлось приезжать в Киев ещё раз. Ну, конечно, от меня хотели выступлений на университетских и межуниверситетских программах на различных праздниках.

- Хм! Неудивительно, Солнышко. – Поцеловал её в носик с улыбкой. – Знал бы я, что ты в нашем вузе выступать будешь, то поступил бы в аспирантуру.

Мира подавилась смешком:

- Так себе стимул, Андрюша!

Мы оба засмеялись.

- Не хуже твоего учить испанский, Солнышко! – поцеловал её в носик, наслаждаясь её лёгким смущением и улыбкой на милом личике.

Мира закусила уголок своей губки и умостилась на моей груди так, чтобы наблюдать окружающую нас природную красоту. Солнце начинало садиться – и небо окрашивалось в персиковый и лиловый, верхушки гор с освещённой стороны отливали золотом, а сами горы приобретали более глубокие оттенки зелёного, серого и коричневого.

Она молча погладила моё предплечье под пледом, а я взял её ладонь в свою. Знаю, что Мире нравится, когда я глажу её ручку, а мне нравится проявлять по отношению к ней ласку и заботу, поэтому и не вижу смысла отказывать нам двоим в таком невинном удовольствии.

Замечаю, как Мира прикрывает глаза на несколько секунд, делает глубокий вдох и продолжает:

- На конкурсе я подзаработала себе ещё немного денежек. Также какая-то наличка у меня была – я собиралась обновить себе несколько костюмов, но решила пока повременить с этим. Я прикинула – и поняла, что на месяц жизни в Киеве с учётом оплаты квартиры и тренировок мне хватает. Дома ничего не менялось – и я всё-таки купила себе билет на самолёт. Специально выбрала рабочий день, чтобы никто не помешал. Вещи собирала и прятала несколько дней, а потом просто написала записку родителям, что хочу жить так, как считаю нужным, и больше не вернусь. Вызвала такси – и уехала.

- И твои родители ни о чём не догадывались?

- Выходит, что не догадывались…

Мы оба шумно выдохнули.

- Это просто уму непостижимо…

- Хм! Ну, никто же не ожидал от меня такого…

- Я понимаю, Мира. Ну и финансовый запас у тебя, мягко говоря, был никакой. Ты уж меня прости, пожалуйста. Я очень хорошо понимаю твои мотивы – и, конечно, ни в коем случае не осуждаю тебя. Но это же просто отчаянный поступок, Солнышко.

- Да, ты прав. Отчаянный. – Она прошептала с горечью в голосе и вздохнула. – И он мне тоже дался сложно. Я очень сильно боялась. Конечно, я до этого много раз была в Киеве на конкурсах – и город для меня не был совсем уж чужим, но всё-таки и не родным тоже. И «да» – очень сильно напрягало отсутствие финансовой подушки. Покоя не давали мысли «а если…» Но я знала, чем могу сразу зарабатывать – костюмы я шила за свой счёт и, естественно, взяла их с собой. Графический планшет тоже был моим, а это всё-таки возможность продолжать делать свои заказы. – Она делает глубокий вдох и тихо продолжает. – Наверное, даже доведенная до отчаяния, я бы не рискнула уезжать из дома, если бы чётко не понимала, как могу зарабатывать себе на жизнь. Но на тот момент у меня уже были эти способы и возможности, поэтому хоть в этом плане было легче. – Мира ухмыльнулась и, помолчав несколько секунд, продолжила. – Конечно, я понимала, что сразу не буду купаться в роскоши, что придётся много трудиться, просто чтобы продержаться ещё месяц… Я и ставила перед собой такие цели изначально: мне надо то-то и то-то на следующий месяц, поэтому мне просто необходимо продолжать стараться, справляться и не сдаваться… Иначе, это «ВСЁ» для меня – хуже конца… Я понимаю, что для многих моя прежняя жизнь не выглядела трагичной, и они бы изначально не решились на мой поступок и просто смирились, ведь моя жизнь никогда не была бедной… И Павел же тоже не худший вариант. И я знаю, что многие мне завидовали, и, конечно, не поняли моей «глупости», ведь, как ни крути, а получается, что я сбежала от хорошей жизни…

Мы снова тяжело вздохнули.

- От хорошей жизни не убегают… Не всегда взгляд со стороны является более правильным. Особенно в делах семейных.

- Согласна, – на выдохе прошептала Мира.

- А Серёжа? Он тоже не знал?

- Конечно, не знал. Он бы меня точно никуда не пустил!

- А помочь не мог?

- Сбежать? Точно нет! Когда нашёл меня в Киеве, долго мозг сносил, а потом понял, что иначе я бы не смогла.

- Ну, потом же он тебе уже мог помочь?

- Хм! Ну, конечно, хотел денег дать. Я сказала, что брать их не стану, а за попытку всунуть их без моего ведома, перестану с ним общаться.

- Почему?

- Потому, что мне было очень важно справиться со всем самой. Доказать себе и родителям, что я могу и способна жить своим умом, зарабатывать тем, чем я хочу. А какой смысл мне висеть на шее у Серёжи? Это разве самостоятельная ответственная жизнь?

- Нет, конечно. А как твои родители восприняли всё это?

- Крайне негативно. В общем, не оценили и решили, что через несколько месяцев я сама к ним приползу с повинной.

- А ты не приползла…

- Нет. Это был очень сильный стимул для меня – выжить в другом городе и сделать себя самой. Конечно, с организациями выступлений мне помогала руководитель моего нового коллектива. Лето выдалось очень насыщенным на мероприятия – мы постоянно выступали и ездили с турами. Но в моём случае это было очень хорошо. Опять же я ещё параллельно рисовала. Справлялась, в общем. – Мира вздохнула и пожала плечиками, а я вспомнил рассказ Сони о том, как Мира справлялась на самом деле – и в груди от этого всё сжималось… – А в конце лета после одного из выступлений мне предложили работу хореографа в элитном детском садике. Оклад был очень хорошим, групп и детей немного. Они подстроились под график моего обучения. Мне очень нравилась эта работа, ведь деток я люблю. Возможно, что я бы там проработала подольше, если бы не согласилась на уговоры побыть Снегурочкой на новогодних утренниках в этом садике.

- Ты была Снегурочкой? – искренне удивился я, улыбаясь.

- Да! – задиристо подтвердила Мира. – А разве не похожа? Бледная кожа, синие глаза, своя длинная светлая коса…

- Очень похожа! И взглядом замораживать умеешь! – мы оба тихо хохотнули.

- Да уж! Этот навык у меня хорошо прокачан! – мы вместе прыснули со смеху.

- Точно, Солнышко! Так, а почему ты тогда ушла из садика? Я же правильно тебя понял?

- Да. Правильно понял. Конечно, не собиралась. И даже в самом начале утренника не собиралась. Всё так хорошо начиналось – дети радовались, и я была очень довольна, что получалось сделать им весёлый праздник. А потом один папочка сфотографировал меня и, скорее всего, отослал кому-то это фото, а буквально через полчаса в полупустом до этого зале было уже негде яблоку упасть… А в конце праздника во время фотосессии все папы так резко захотели сфотографироваться именно со Снегурочкой, а дочурка или сынишка пусть там рядом с другой сторонки от неё постоят. Главное, чтобы папе обжимать девочку не мешали… – Мира горько усмехнулась, а я просто крепче сжал её в своих объятиях, шумно дыша, но вовремя опомнился и немного ослабил хватку. – Знаешь, у меня тогда были полные карманы визиток – они просто вываливались. Стыдно было, просто до ужаса. А ведь сильно отпихиваться тоже не получалось… Ещё же и улыбаться надо… И следующий, и следующий, и следующий… И все из них такие классные: директора, владельцы своих фирм, компаний, предприятий, ресторанов, домов отдыха и прочей ереси… Успешные в финансовом плане люди… Обидно только, что они забыли, что пришли на новогодний утренник к своему ребёнку, а не «завалить» Снегурочку…

Я изо всех сил старался не сильно сжимать Миру, не слишком шумно дышать и вообще хоть как-то унять гул в ушах и бешеное сердцебиение.

- Мира, это ненормально.

- Я понимаю. Но пришлось оттуда сразу же уйти – мне не нравятся слишком настойчивые предложения. В моём случае «нет» – это «нет», а не «подкиньте ещё сверху деньжат!»

- Мудилы! – вырвалось у меня.

- Даже спорить не стану. Такие и есть.

Мы снова вместе шумно вздыхаем, а я оставляю лёгкий поцелуй на её переносице.

- Мира, – хрипло шепчу и глажу её по щёчке. – Но в клубах ведь не лучше.

- Не лучше. Но там и охрана всё равно заточена под определённые цели, и трогать танцовщиц строго запрещено. Только смотреть.

- Знала бы ты, как мужчины смотреть умеют… – проговорил многозначительно и шумно выдохнул.

- А ты думаешь, что не знаю и не понимаю, что они уже мысленно со мной «тест-драйв» провели во всех мыслимых и не мыслимых позах? – Мира даже приподнялась и посмотрела на меня удивлённо, приподняв свою левую бровку.

- Так, а как же ты танцевала, понимая всё это?

Мира прыснула со смеху и медленно похлопала ресницами:

- Так же, как и живу, понимая всё это, Андрюша! Ты же сам сказал, что я заметная! – она закатила глаза, усмехнувшись. – А вообще, у меня очень хорошая школа жизни – конкурсы всё-таки отлично помогают абстрагироваться от всего лишнего. На них же тоже не супер дружелюбная обстановка. Постоянная возня, зависть танцовщиц со всеми вытекающими и мужских глаз тоже хватает. Кроме того, нас с детства приучают танцевать на разных мероприятиях, где тоже не все благодарные зрители. Ко всему привыкаешь со временем, с опытом. В конце концов, любой профессионал должен уметь погружаться в танец, в то, что он хочет донести, а не обращать внимание на окружающих… Так нас учили – и на любой сцене важно просто отключиться от всего и не думать о количестве, смотрящих на тебя, глаз.

- Понятно. А в клубах тебе не делали непристойных предложений?

- Конечно, делали! И не только в клубах. – Она иронично засмеялась. – Проще перечислить, где не делали, Андрюша. Мне такие варианты не подходят, кому-то подходят – каждый в своём праве и выбирает, как удобно и допустимо именно ему. Я приучила себя не осуждать выбор некоторых танцовщиц. Но сама предпочитаю зарабатывать на сцене либо дизайнерскими проектами.

- Мира, я очень горжусь, что ты у меня именно такая. Не знаю даже, что тут добавить и не представляю, как ты смогла всё это пройти. Но всё равно хочу, чтобы ты знала, что с тобой я не проводил никаких мысленных «тест-драйвов».

- Я знаю, Андрюша! – тихо засмеялась она.

- Откуда?

- Почувствовала! От твоего взгляда всегда исходит просто очень приятное тепло – никакой похоти или обжигающей страсти. Ты согреваешь своим взглядом, а не прожигаешь дыры… И взгляд у тебя любящий, а не хищный. Конечно, я понимаю, что ты хочешь более близких отношений, но я очень благодарна, что ты меня уважаешь при этом… И не торопишь…

- Мира … – понимаю, что перевожу свой взгляд с её глаз на слегка приоткрытые нежно-розовые губы, которые так манят…

- Андрюш, – возвращаюсь взглядом к её глазам и вижу, что она несколько раз отрицательно качает головой. – Я пока не готова.

Я шумно выдыхаю, но всё равно поражаюсь её сдержанности и проницательности. А в груди продолжает пылать огонь от осознания того, что она выделяет меня из толпы похотливых мужиков. Не ждёт от меня подвоха и излишнего напора.

«Это хорошо. – Твержу про себя. – Это очень хорошо, Андрей. «Пока» – это всё равно временно… В конце концов, я не хочу просто затянуть Миру в постель – мне не интересны обычные интимные интрижки. И Мира не годится для подобных целей. Она уважает Себя и своё тело. И я ценю и уважаю в ней это тоже. И мы всё с ней делаем правильно – сначала важно познать Самого Человека и его Душу. Вот мы и узнаём друг друга… А тела всегда успеют сблизиться – это всё-таки не настолько сложная и далеко не первоочерёдная задача… ЕЙ должно быть комфортно, уютно и гармонично рядом со мной. Она должна быть уверена во мне. Не хочу, чтобы она пересиливала себя для близости со мной. Хочу, чтобы она просто хотела этого… И я знаю, что мы придём с ней к этому. Обязательно придём.»

- Андрюш, – Мира привлекает к себе внимание, поглаживая моё предплечье, и я возвращаюсь в реальность. – Давай закажем ужин и сделаем ещё пару снимков – закат просто великолепный… – она очень мило пытается скрыть своё смущение и чувство вины, хлопая ресницами.

- Хорошо. – Произношу с лёгкой хрипотцой, приближаюсь к ней и целую в переносицу. – Я же обещал тебе, что всё будет так, как ты захочешь, Солнышко. Значит, так и будет… И не надо себя ни в чём винить. Мира, мне всё равно нравится постепенность наших отношений. То, что ты Себя ценишь. И «да» – мне нравится твоя недоступность – поверь, таких девушек в наше время не так-то много осталось… Обычно сами вешаются на шею и с ходу готовы на всё. – Я ухмыляюсь. – Не всем мужчинам такие нравятся и подходят даже для того, чтобы скрасить досуг. Мужчина с серьёзными намерениями всегда будет больше ценить то, что ему достаётся с трудом. А то, что само прыгнуло в руки обычно даже и не замечается, Мира…

- Это твой жизненный опыт? – растерянно произносит она.

- И не только мой, Мира. – Ухмыляюсь и целую её в носик. – Я же сказал тебе, что не всем нравятся «лёгкие» девушки. И таких «отношений» я не практиковал – для меня это просто противно. – Вижу, что Мира растерянно хлопает ресницами. – Солнышко, давай фотографироваться?

Она молча кивает и легонечко улыбается.

- Я тебя люблю. – Заглядываю в её глаза и понимаю, что ОНА стала ещё немного ближе ко мне…

Глава 37

Мира

Смотрю на себя в зеркало шикарной ванной комнаты. Даже не так – улыбаюсь своему отражению в зеркале ванной комнаты…

Да, под моими глазами всё ещё осталась синева от хронической усталости и недосыпа. Да, даже моё лицо всё ещё немного худее, чем было до болезни. Да, я прекрасно вижу, что даже после тёплого расслабляющего душа, вид у меня всё равно уставший. Да, молодость – не панацея от всего. И неплохо было бы уже научиться побольше отдыхать и высыпаться…

Но улыбаюсь я, конечно, не от этого.

Приближаюсь к зеркалу – и моя улыбка становится шире.

Прикрываю глаза, делаю медленный глубокий вдох и снова открываю их.

Нет, не показалось…

Это же, правда, я. И это – мои глаза…

Реально-нереальные… И не от насыщенного синего цвета, и не от огромного размера. А от того, что сейчас в них…

Довольно усмехаюсь.

Я даже не помню, точнее – как раз, наоборот, знаю… Знаю, что у меня ещё никогда не было таких счастливых глаз…

Искрящихся…

Сияющих…

Радостных…

Просто загляденье!

Вздыхаю и слегка закусываю нижний уголок губки. Это моя новая привычка, от которой у меня никак не получается избавиться. А всему «виной» ОН…

Замечаю, как румянец окрашивает мои щёки, при мыслях об Андрее. Дыхание сбивается, а кожа покрывается мурашками…

Я даже представить себе не могла, что существуют такие Мужчины.

«Ох…» – вздыхаю вслух.

Конечно, представляла, что есть. У меня всё-таки очень хороший пример брата с самого детства перед глазами. А не представляла я как раз того, что в моей жизни хоть когда-нибудь появится Мужчина, в которого мне захочется буквально завернуться и мурлыкать от нежности, любви и удовольствия…

А ОН появился…

Любит…

Заботится…

Ценит…

Переживает…

Решает мои проблемы и просто отогревает меня Собой…

И я уверена, что выйду сейчас из ванной, и Андрей меня обязательно бережно обнимет, нежно поцелует, скажет, что любит…

И я люблю…

Закрываю глаза и вспоминаю наш сегодняшний день: его тёплые уютные объятия… согревающие и разгоняющие кровь по венам, нежные поцелуи… наши совместные фотографии и романтические завтрак, обед и недавний ужин.

Открываю глаза и шепчу вслух:

«Мира, это не сон. ОН – не сон… ОН совсем рядом. Здесь. Наверняка уже тоже принял душ и ждёт. Ждёт меня…»

Довольно жмурюсь и провожу рукой по слегка влажным распущенным волосам – знаю, что они очень нравятся Андрею. Никогда их не досушиваю полностью. Тем более в номере тепло, а мне хоть и хочется сейчас спать, но побыть ещё хоть полчасика в объятиях Андрея хочется гораздо больше. Вот и не буду зря тратить время, а лучше понежусь в объятиях любимого. Тем более, что наша командировка скоро закончится…

Вздыхаю с сожалением.

Командировка… Нет. Это самый настоящий романтический уикенд… А совсем скоро начнутся наши трудовые будни…

Вздыхаю ещё раз и оглядываю себя – все стратегические места надёжно прикрыты моим домашним комплектом и топом под ним. Не хочу его провоцировать и заставлять испытывать дискомфорт, тем более, что он относится ко мне с пониманием и уважением. И как же всё-таки приятно, когда мужчина смотрит на тебя влюблёнными, а не голодными глазами…

Провожу рукой по воротничку-стоечке, а потом и по внутренней части рукава кофты из мягкого трикотажа и непроизвольно сжимаюсь…

Нет. Сейчас не время для этого разговора.

И сегодня я уже устала от сложных разговоров. Да и Андрей наверняка тоже…

И остаток этого вечера я хочу провести с улыбкой, а не вспоминать свой, совсем ещё недавний, кошмар перед сном.

Ох, как же я хочу и сегодня во сне нежиться в объятиях Андрея, либо вовсе не видеть никаких снов…

Делаю глубокий вдох и уверенно выхожу из ванной комнаты.

Не успеваю произнести «Андрюша», как он уже поворачивается ко мне и с широкой восхищённой улыбкой идёт мне навстречу, раскрывая свои объятия.

Как же с ним уютно и тепло…

Хорошо и так легко…

Не узнаю себя, когда понимаю, что с удовольствием трусь то щёчкой, то носиком о его крепкую грудь. С придыханием веду рукой по литым мышцам под тонким свитером…

Он нежно перебирает мои волосы, пропускает пряди сквозь пальцы, наслаждается их тонким ароматом и шелковистостью…

Бархатный шёпот будоражит и ласкает. Каждое его нежное прикосновение, осторожный поцелуй, глубокий вдох, шумный выдох, стук сердца отзываются волнами мурашек по моему телу…

Он не позволяет себе ничего лишнего, но меня всё сильнее затягивает водоворот наших чувств. Ноги становятся ватными, тело всё больше обмякает, а в голове все мысли, будто заволокло туманом… Сейчас между нами нет никаких важных или серьёзных бесед. Есть лишь бесконечная нежность, желание прикосновений и простые короткие признания в любви…

Чувствую, что всё больше хочу его поцелуя, но пока ещё боюсь. Не его. Себя боюсь…

- Андрюш, давай выйдем на балкон. – Захлёбываюсь эмоциями, а по телу продолжает разливаться жар. Понимаю, что мне уже просто необходимо переключиться хотя бы на окружающую природу, чтобы окончательно не утонуть в любимом мужчине. Конечно, это странно, но я не привыкла, чтобы с мужчиной мне было так хорошо…

- Тогда надо тебя потеплее одеть, Солнышко. – Шепчет с лёгкой хрипотцой, пропускает мои локоны сквозь пальцы и чувственно целует в висок, задержав свои губы на несколько секунд, а потом добавляет. – Волосы ещё хорошо не просохли.

- Всего на пять минуточек, Андрюша. – Я нехотя отстраняюсь от него, чувствуя расслабленность во всём теле. Ноги не хотят держать, пульс зашкаливает, дыхание то и дело сбивается…

«Любовь опьяняет…» – думаю, стараясь навести резкость и не пошатываться.

- Пошли, Солнышко. – Обнимает меня одной рукой и ведёт к гардеробной. – Пять минут и пойдёшь спать. Сегодня выдался очень насыщенный день. Тебе надо отдохнуть.

- Угу. – Соглашаюсь я, а Андрей помогает мне одеваться. – Ты со мной, как с ребёнком возишься. – Я всё-таки хохотнула, а он мне искренне улыбнулся.

- Как с любимой девушкой, Солнышко. И я не хочу, чтобы ты даже за эти пять минут замёрзла.

- Так ты ж не дашь. – Брякнула я и почувствовала, что залилась краской, поэтому поспешно наклонилась переобуваться.

*****

«Оказывается, как мало для счастья надо: чтобы тебя любили, понимали и поддерживали... Это не стоит денег... Но это и не все могут дать...» – думаю, нежась в его тёплых объятиях, на балконе.

Андрей укутал меня с головой в тёплый плед – поверх пальтишка и шапочки, а сам обнял сзади. Увидела его счастливые и довольные глаза – и даже протестовать не захотела. Ведь, несмотря на пронизывающий холодный ветер, мне сейчас очень тепло. Поворачиваю и поднимаю свою голову на него – и тут же получаю нежный поцелуй в кончик носика – и мне уже даже становится немного жарко. Быстро возвращаю свой взор к мириадам звёзд, рассыпавшимся по небу, чтобы не утонуть в манящей бесконечности его любящего и волнующего взгляда.

- Мира, ты уже хочешь в номер? Не замёрзла? – забота в его голоске приятно окутывает и согревает вместе с его объятиями-поглаживаниями.

- Нет. А ты?

- Нет. – Коротко ответил, усмехнувшись.

- Тогда ещё хоть минут десять постоим? – вкрадчиво спрашиваю, слегка закусив губу в ожидании.

Андрей тихонечко засмеялся и поцеловал меня в щеку:

- Тёпленькая. – Довольно отмечает и гладит меня по плечу. – Как хочешь, Солнышко.

- Тогда побудем ещё здесь. Небо и горы… Всё такое красивое… – я глубоко вдыхаю свежайший воздух и едва слышно шепчу. – Не знаю, может ли этот вечер стать ещё лучше?

- И я не знаю… – тихо отвечает, а я чувствую, как краснею, понимая, что Андрей всё услышал.

- Нет, и так всё очень хорошо… Андрюша, я не о том… – дыхание сбивается от чувственного поцелуя на моей щеке.

- Не оправдывайся, а я не стану предлагать свою версию улучшения этого вечера, Солнышко. – Андрей довольно посмеивается, а у меня ещё раз сбивается дыхание от следующего чувственного поцелуя в щёку. – Ветер я, к сожалению, прикрутить не могу, – шепчет с приятной хрипотцой, ведя кончиком носа по моей скуле, а я сглатываю и хватаю воздух ртом, – но я рад, что тебе сейчас не холодно. – Едва касаясь, целует меня в щеку и с улыбкой добавляет. – Небо сегодня просто великолепное, а я очень хотел посмотреть с тобой на звёзды. Я через пять минут вернусь. Не замерзнешь?

- У-У! – отрывисто отвечаю, а он быстро оказывается передо мной и нежно целует в переносицу, медленно гладит плечи и заглядывает в мои глаза.

- Верю. – Понимаю, что снова заливаюсь краской, а он довольно улыбается и добавляет, подмигнув. – Я скоро.

- Я буду здесь. – Зачем-то еле слышно прошептала, мысленно стуча себя по лбу от того, что рядом с ним постоянно краснею.

«Раньше ж такого не было… – думаю, хлопая ресницами, и сама же себе отвечаю. – А раньше мы так близко с Андреем и не общались. И было пару раз, если уж признаться себе, положа руку на сердце. Просто я тогда была с макияжем, а не так, как сейчас, во всей своей природной красе…»

- Уф! – вздохнула вслух и попыталась отбросить от себя мысли о том, что за всё в жизни надо платить… А я себе даже в теории не могу представить, чем заслужила всё это и ЕГО рядом с собой?

Оплатила я уже свои несколько дней счастья, или жизнь мне ещё предъявит свой счёт?

«Не надо думать о плохом и прокладывать этому дорожку в свою жизнь, Мира. И в ЕГО жизнь… В наши жизни… Да, ты много накосячила, и даже многое разрушила… И, конечно же, ты далеко не главный кандидат на счастье в жизни, но Андрей… Так хочется, чтобы он был счастлив, и не платил за мои ошибки… – думаю, а потом добавляю шёпотом. – Так хочется, чтобы ОН был счастлив…»

- Я счастлив. – Слышу возле своего уха и вздрагиваю от неожиданности. – Солнышко, это я. – Становится передо мной и невесомо целует в носик. Я моргаю, а он по-доброму улыбается, держа в руках две термочашки.

- Ты уже пришёл? – понимаю, что провалилась в свои мысли, поэтому поджимаю губы и смотрю на термокружки в его руках.

- Да. Выбирай: здесь горячий шоколад с кайенским перцем, – он слегка приподнимает правую руку с чашкой, – а здесь – с имбирём, – приподнимает левую, а я тянусь за ней.

- Спасибо большое. Буду с имбирём. Но, если ты хочешь…

- Я знаю, где взять, Солнышко. – Целует меня уже в сильно румяную щёчку и обходит, обнимая со спины.

- Спасибо большое. – Смущённо шепчу ещё раз.

- Всё для тебя, Хорошая Моя. – Отвечает с улыбкой в голосе, и мы оба замираем на несколько мгновений, похоже увидев одно и то же.

Иллюминация и освещение на лайнере гаснут, оставляя лишь дежурные и габаритные огни. А я понимаю, что мы с Андреем сейчас даже не дышим, всматриваясь в темноту, где появляются первые полупрозрачные и постоянно ускользающие бледно-зелёные блики…

- Это… Это… северное сияние? – дрожащим голосом от переполняющих эмоций спрашиваю я.

- Похоже на то… – задумчиво, но с улыбкой отвечает Андрей – и мы снова замолкаем, наблюдая, как из тёмного, усыпанного звёздами неба, появляется тончайшая полупрозрачная, но очень широкая бледно-зелёная «лента».

- Его будто волшебник на представлении достаёт из своей «бездонной» шляпы, словно ленточки… – шепчу вслух, пока вокруг слышны восторженные вздохи и возгласы.

- Да. – С улыбкой в голосе отвечает Андрей и сильнее укутывает меня в свои объятия. – Очень на это похоже.

- Смотри. – Шепчу я, понимая, что в глазах начинают собираться слёзы. И вовсе не от ветра.

- Смотрю. – Чувствую нежный поцелуй на своей щеке.

«Только не реви сейчас», – мысленно пытаюсь себя успокоить и сосредоточиться на, потрясающем любое воображение, природном действе.

А наша полупрозрачная «ленточка» медленно растворяется в звёздном небе, вызывая вздохи сожаления и возмущённый лепет по всему лайнеру.

Я опускаю голову, крутя в руке термочашку.

- Мы всё равно на такое не надеялись… – пытаясь успокоить своё лёгкое разочарование, прошептала я.

- Мира, смотри… – Андрей нежно проводит по моему предплечью и указывает рукой на горизонт.

- Ах! – меня снова заполняет восторг – и я замираю в ожидание очередной порции чуда.

Из бледно-зелёного прозрачного тумана вдоль горизонта постепенно начинают формироваться тонкие пряди света, пульсируя и закручиваясь в спирали.

На борту снова начинают слышаться восторженные возгласы.

Я понимаю, что улыбаюсь, а по моим щекам медленно скатываются слёзы.

В лицо резко дунул сильный холодный ветер, заставляя прикрыть глаза и судорожно вздохнуть.

Понимаю, что незаметно смахнуть свои слёзы не получится, поэтому стараюсь не всхлипывать и просто надеюсь на то, что Андрей сейчас погружён в это сказочное световое шоу, которое дарит нам сама Природа.

Немного ближе к нам появляется ещё несколько «танцующих» S-образных широких полупрозрачных ленточек. Несколько минут они сплетаются между собой, играя несколькими оттенками зелёного, а потом снова растворяются в тёмном звёздном небе призрачной зеленоватой дымкой…

- Будто мираж… – вздыхаю и всё-таки не сдерживаю своего всхлипа.

- Сейчас уже всё-таки не совсем сезон, Солнышко… – с нотками сожаления в голосе произносит Андрей и перекручивает меня к себе, прижимая к груди и нежно поглаживая по голове и спинке в пледе.

Я снова всхлипываю и судорожно хватаю воздух ртом.

Конечно, он всё заметил, но просто виду не подал. Я даже не знаю, что он уже обо мне думает. Может, всё-таки и решит сбежать от такой невменяшки, когда до берега доберёмся…

- Я тебя люблю… – шепчет успокаивающе, продолжая нежно гладить по голове и спинке. – Мы сюда ещё обязательно приедем, когда будет сезон, Солнышко.

- А ты разве не сбежишь?

Андрей давится смешком:

- Куда, Мира?! – чувствую, что он прижимается к моей макушке, посмеиваясь, а я лишь неуверенно пожимаю плечами. – А главное – зачем? – добавляет он, а я робко поднимаю на него свой взгляд.

- Я снова реву. – Объясняю я. – Это какой-то капец! Рядом с тобой я постоянно плачу и сплю!

Андрей добродушно посмеивается и стирает слёзы с моих щёк:

- Не постоянно, Солнышко. – Нежно целует меня в переносицу, а я прикрываю глаза на несколько секунд, успокаиваясь.

- Я не знаю… – опускаю голову вниз. – Я просто очень эмоциональный человек. Со мной такое случается… Не могу этого понять, но я заплакала, когда первый раз увидела дельфинов… От их милоты и такого невероятного позитива… – вздыхаю. – Конечно, это странно… Согласна. И вот сейчас… – я сглатываю, делаю глубокий вдох и продолжаю. – Я честно думала, что сегодняшняя радуга – это уже огромное чудо… Здесь, в Норвегии… Но это… Северное сияние… Я даже не надеялась на такое… Это же самое настоящее чудо… Это так красиво… Андрюша, спасибо тебе большое. – Я глажу его свободной рукой по груди, мысленно ругая себя за такую «благодарность»…

Андрей же продолжает меня нежно обнимать и гладить, несмотря на наличие термокружки в одной руке.

- Хорошая Моя, как же ты до сих пор не можешь понять? – «пожурил» меня с улыбкой в голосе. – Мира, рядом с тобой мир приобретает больше красок… Наверное, ему просто очень хочется, чтобы кто-то так же искренне и с благодарностью радовался его чудесам…

Я ухмыляюсь:

- Спасибо, что шутишь, Андрюша…

- Я не шучу…

Сглатываю и медленно поднимаю голову.

Мы встречаемся взглядами – и я чувствую, что меня начинает затягивать эта нереальная бездна его глаз: чёрные, расширенные от темноты, зрачки в обрамлении голубой подсветки радужки.

Мистически маняще…

Пробирает до дрожи – и я понимаю, что уже не плачу.

Он смотрит на меня проникновенно, заглядывая в самую Душу, пытаясь найти ответы, а я замираю и забываю, как дышать.

Но я сама ещё не знаю этих ответов…

Снова сглатываю и делаю судорожный вдох.

- Так красиво… – озвучиваю первую оформившуюся мысль. Но сама не понимаю, к чему? – Андрюш, спасибо тебе большое. – Шепчу и всё-таки трусливо утыкаюсь лбом в его грудь, вырываясь из плена его глаз.

Выдыхаю.

Жду своего «приговора», боясь даже обнять Андрея, так и оставив руки на его груди, в одной из которых до сих пор держу термочашку.

- Мира, – зовёт меня, но я не поднимаю взгляда. – Всё в порядке. – Прижимается к моей макушке и сильнее обнимает.

- Спасибо… – шепчу в его грудь, медленно выдыхая.

- Мира, проехали… – произносит с нежностью и улыбкой. – Не замёрзла?

- Нет.

- А шоколад пить будешь?

- Да. – Отвечаю с улыбкой и начинаю перекручиваться в его объятиях, прижимаясь спиной к его груди.

Андрей начинает тихо смеяться.

- Ты же меня сейчас в номер потащишь, а я хочу ещё хоть немного на звёздное небо и горы посмотреть.

- Я тоже. – Слышу довольный ответ и получаю поцелуй в щёчку.

Открываем свои термочашки и делаем по несколько глоточков, как снова замираем в удивлении.

- Не может быть… – восторженно шепчу я, а на борту снова начинаются одобрительные возгласы.

- Я слышал, что северное сияние умеет возвращаться, если его очень ждёшь…

Мы оба засмеялись.

- Вот это уж точно надо успеть сфотографировать и заснять, а не стоять с раскрытым ртом.

Мы вместе прыснули со смеху.

- Как скажешь, Моя Хорошая. – Посмеиваясь, сказал Андрей. – Тогда я быстро в номер за камерой.

- А у тебя телефона с собой разве нет?

- Есть.

- Тогда давай на телефон, а то вдруг прийти не успеешь, как всё снова закончится… – ответила с небольшой досадой в голосе, но всё равно улыбалась.

- Хорошо, Солнышко. – С улыбкой согласился Андрей и достал свой телефон.

В этот раз нам уже по-настоящему повезло, ведь наше неожиданное световое шоу начало стремительно набирать обороты: буквально за несколько минут над нами была уже целая завеса из широких танцующих и мерцающих полупрозрачных лент, концы которых завивались в разнообразные спирали, растворялись в тёмном небе, а потом снова рождали новый виток…

Очень быстро эти «ленты» перебрасывали огромные мерцающие и пульсирующие «мосты» от одной вершины горы к другой, словно приглашая статичные тысячелетние глыбы в свой завораживающий танец… И мне даже начало казаться, что горы поддавались этому световому безумию…

А потом весь лайнер восторженно ахнул, ведь ко всевозможным оттенкам зелёного, присоединились мистические и одновременно романтические оттенки фиолетового и сиреневого.

- Это просто фантастика… – восторженно шептала, наблюдая за извивающимися «лентами», струящимися «водопадами», так красиво меняющими фиолетовые оттенки на зелёные…

- Согласен, Солнышко. – Подтверждает Андрей, делая наши кадры на фоне этого потрясающе-шикарного зрелища.

Молча переглядываемся, довольно улыбаясь, а я не могу не признать, что мне ещё никогда не было так уютно и комфортно, как сейчас…

- Тебе не холодно? – слышу заботу в его голосе.

- Нет, Андрюша. Мне ещё никогда не было так тепло… – получаю нежный поцелуй в носик и счастливую улыбку любимого мужчины, а потом с удовольствием прижимаюсь к его боку, вручив ему плед и давая завернуть нас двоих.

С каждой секундой я всё больше осознаю, что мне хорошо уже только от того, что он рядом… А ещё эта его трогательная забота… Я понимаю, что сейчас холодно, и чувствую, что дует сильный ветер, но также сейчас меня обнимает ОН и с нежностью смотрит, как я пью горячий шоколад с имбирём… И мне сейчас так тепло и уютно, будто мы сидим у горящего камина, а не стоим на открытом балконе в холодную, ветреную ночь…

Невероятно красивую и незабываемую ночь…

Могла ли я подумать, когда следовала за «белым кроликом» в глубинку этого лайнера, что меня здесь ждёт такое чудо? Нас ждёт…

Я просто улыбаюсь… Медленно кручу головой, пытаясь рассмотреть всё и сразу…

Над нашими головами продолжает разворачиваться непередаваемое природное явление. Всевозможные оттенки зелёного и фиолетового цветов завораживающе перемещаются, смешиваются в одном, только им понятном танце, на фоне усыпанного звёздами неба, отражаются в водах фьорда и окрашивают снежные вуали на вершинах гор…

Это нельзя передать словами… Это надо только видеть…

Кажется, что это свечение везде…

И в такие моменты, как никогда, ты осознаёшь себя частичкой чего-то огромного, таинственного, важного и вечного…

Я протягиваю руку вверх, пытаясь дотянуться и схватить краешек волшебной «ленточки», но она так и остаётся высоко в небе…

Мы с Андреем смеёмся.

- Спасибо, что ты со мной… – слышу любимый голос и чувствую тёплые губы на своей щеке… Долго… Щемяще нежно…

Прикрываю глаза от наслаждения и шепчу:

- Андрюша, спасибо, что возвращаешь меня к жизни…

Чувствую, как в лицо бьёт суровый северный ветер, как оно просто горит от этих беспощадных ударов… а по телу разливается тепло и нега, подаренные горячим шоколадом и непередаваемой атмосферой… Я чувствую, что начинаю по-настоящему дышать полной грудью… Я чувствую, как по мне нежным теплом разливается счастье… Которого я не достойна… Коварный внутренний голос шепчет мне, что это неправильно, ведь я разрушила чужую семью – и просто не заслуживаю всего этого… Но Андрей каждый раз меня вытягивает из водоворота этих мыслей. И сейчас мне просто хочется раствориться в этом дне…

Андрей

Оживает… Моя Малышка так стремительно оживает, что мне всё труднее удержаться от того, чтобы сгрести её в охапку, подбросить в воздух, поймать и зацеловать, визжащую и хохочущую…

Конечно, когда Фолквэр предложил мне экскурсию на лайнере и рассказал о том, что туристам удалось наблюдать северное сияние днём ранее, я очень надеялся, что и нам с Мирой тоже повезёт. Но гарантий с природными явлениями, конечно, никто не даёт. Даже в заполярье… Ведь, как ни крути, а для северного сияния уже не сезон…

Но, чтобы там себе Мира не надумывала, а я уже не раз убеждался, что мне рядом с НЕЙ везёт…

И я приложу все свои усилия и даже больше, чтобы она выкинула из своей прелестной головушки все глупости, мешающие ей полноценно жить и наслаждаться своей жизнью…

Приблизительно через час северное сияние закончилось, медленно растворяясь в тёмном звёздном небе, подарив нам несколько ярких зелёных и фиолетовы вспышек на прощание.

С огромным трудом и «угрозами», что сам её понесу, у меня получилось «затащить» Миру в гостиную. Но спать идти она всё равно не собиралась, несмотря на то, что уже засыпала на моём плече, сидя на диванчике в ожидании очередной «серии» светового представления.

Улыбнулся, умилённо вздохнул и поцеловал свою Сонную Красавицу в лобик, понимая, что через пятнадцать-двадцать минут сам понесу её в спальню.

- Спокойной ночи, Любимая. – Прошептал ей на ушко, наслаждаясь шёлком и бликами даже от тусклого света на её шикарных волосах.

- Угу… – сонно выдохнув, согласилась Мира, а я просто улыбался и наблюдал, как её ручка медленно соскальзывает с моей груди, а дыхание становится размеренным.

Пообнимал её ещё несколько минут, а потом аккуратно подхватил на руки, чтобы не разбудить, и понёс в одну из спален.

Улыбнулся, любуясь Своим Солнышком, и порадовался, что она уже в домашнем комплекте и снимать с неё ничего, кроме комнатных тапочек, не надо. Но это Мира мне уж точно простит.

Сходил в соседнюю спальню за одеялом, ведь Миру пришлось положить поверх заправленной постели. Укрыл её и решил прилечь на краешек кровати рядом с ней. Просто не смог отказать себе в удовольствии посмотреть, как она спит, хоть несколько минут.

И даже не заметил, как сам провалился в чудесный сон, в котором обнимал и нежно целовал Миру…

Чувствую, как постепенно с меня спадает сладкая пелена сна. Не хочу пробуждаться и пока не тороплюсь раскрывать глаза, наслаждаясь отголосками чудесного сна.

Мозг ещё не желает включаться в работу, но сквозь дрёму я всё-таки чувствую тёплое дыхание на своей щеке и едва ощутимое касание тёплых и невероятно нежных мягких губ…

- Мира… – шепчу ещё сонным подсевшим голосом и открываю глаза…

Глава 38

Мира

Сладко потягиваюсь, медленно выныривая из ускользающей пелены чудесного сна. В нём я нежилась в уютных объятиях Андрея, наслаждаясь его лёгкими ласковыми поцелуями…

«Как же хорошо…» – думаю я и медленно, лениво переворачиваюсь на бок, нехотя открывая глаза…

Андрей…

Рядом со мной на самом краешке огромной кровати безмятежно спит Андрей…

Мой Андрей…

Засматриваюсь на расслабленное лицо с лёгкой улыбкой на чётко очерченных губах и чувствую, что сама улыбаюсь с каждым мгновением всё шире…

Я люблю его…

Очень…

И понимаю, что хочу каждое утро видеть ЕГО, когда просыпаюсь…

Прохожусь нежным взглядом по каждой чёрточке любимого лица и перевожу его на руки Андрея. Костяшки на пальцах всё ещё немного сбиты…

«Он точно не подведёт… Никогда… – шепчет мой внутренний голос, а потом другой внутренний голос добавляет. – А вот ты?..»

«А вот я его люблю. – Отвечаю сама себе. – И сейчас пойду в душ, пока Андрей спит!»

Засматриваюсь на НЕГО ещё несколько минут, ведь я ещё никогда не видела Андрея спящим…

Понимаю, что он снова перенёс меня на кровать… Стараюсь не громко вздыхать от умиления и щемящей нежности у себя в груди…

Закусываю губу, пытаясь побороть желание прижаться к его сильной и тёплой груди, ведь он тоже вымотался, устал и каждая минута сна для него очень важна и ценна…

Делаю глубокий вдох и медленный выдох…

Хочу погладить его по руке, по щеке с лёгкой щетиной, но вместо этого очень аккуратно подползаю ближе к нему, немного приподнимаюсь и едва касаюсь его щеки своими губами…

- Мира… – неожиданно для меня сонным подсевшим голосом произносит Андрей. А я стараюсь как можно быстрее преодолеть эти «бесконечные» три метра до другого края кровати, чтобы успеть сбежать, не запутавшись в одеяле до того, как Андрей проснётся…

Но, как я уже не раз убеждалась, «везение» – моя фишка, поэтому моя левая нога всё-таки запутывается в одеяле – и я снова теряю равновесие и куда-то лечу, нервно посмеиваясь, ведь боковым зрением замечаю, что Андрей уже оббегает кровать, выкрикивая: «Мира!»

Всё!

Ура!

Снова уютные объятия…

Шумный выдох над моей головой…

Мой нервный заливистый смех…

- Опять японский бог? – переспрашивает Андрей, и теперь мы уже оба хохочем. – Солнышко, тебе совсем спокойно не живётся?

Я не могу успокоиться, Андрей легонечко посмеивается, ставит меня ровно, сгребает в свои объятия, но вовремя послабляет хватку. Шумно выдыхает и утыкается губами в мою макушку.

Мне очень стыдно, но пока ещё и очень смешно…

«Точно – ненормальная!» – думаю я и слышу:

- Мира, ничего не болит?

- Нет! – отвечаю уверенно. – Спасибо большое, Андрюша. Всё в порядке. – Трусь носиком о его грудь, до этого успев оценить, с какой скоростью колотится его сердце.

- Мира, а куда ты в этот раз летела? Расскажешь? – чувствую поцелуй на своей макушке и успокаивающие поглаживания по своей спине поверх волос.

- Я не хотела тебя разбудить… – честно призналась, не поднимая на него виноватого взгляда.

Вместо ответа Андрей просто рассмеялся.

«Ну, вот я и довела любимого мужчину…» – подумала и почувствовала поцелуй в лобик.

Андрей молча отстраняется, осматривая меня на целостность с улыбкой, а может, так сканирует мою адекватность… Которой нет в принципе… Так же молча приседает и освобождает мою ногу от плена одеяла, продолжая тихо посмеиваться. Внимательно осматривает мои ножки, нежно, но уверенно проводит по икрам в штанишках и снова выпрямляется во весь рост.

Я же старательно отвожу взгляд, рассматривая ручку на прикроватной тумбочке. Ничего в ней особенного не было, но и посмотреть в глаза Андрею мне было откровенно стыдно.

- Мира… – привлекает меня к себе и обнимает.

- Я просто думала, что ты спишь, а ты, оказывается…

- Я ещё дремал…

- Прости…

- Да за что? – снова начинает смеяться Андрей. – Это было незабываемое пробуждение, Мира… Я очень хотел тебя обнять… Ну, вот и обнимаю… – он продолжает легонечко посмеиваться, но его скрытый воспитательный сарказм я, конечно, чувствую очень хорошо.

- Андрюш… я, правда, не хотела аж так…

- Я понимаю, Солнышко. – Он вздыхает и снова целует меня в лобик. Так нежно и трепетно задерживает губы на коже, дыша мною.

Я осмеливаюсь обнять его, прижимаюсь плотнее и сама вздыхаю.

- Мира, мне было очень приятно от осознания, что ты меня поцеловала… – я делаю глубокий вдох и медленный выдох, трусь щекой о его грудь и начинаю уверенно гладить сильную широкую спину. – Мира, я не обижу тебя и не стал бы на тебя набрасываться. Я хотел просто обнять тебя и поцеловать.

- Уф! – выдала я, не найдя слов.

- Мира, это же не страшно?

- Я больше так не буду… – ответила, как маленькая, а Андрей прыснул со смеху.

- Хорошая Моя, посмотри на меня, пожалуйста. – Он ласково проводит по моей щеке и целует в макушку.

- Я ещё даже неумытая…

- Это просто «ужасно», Мира! Как теперь на тебя смотреть? – сыронизировал он, посмеиваясь.

Я робко поднимаю на него взгляд. Медленно моргаю и получаю нежный поцелуй в переносицу.

- Мира, ты такая красивая. Не надумывай, пожалуйста, себе ничего лишнего. – Осторожно заправляет прядь моих волос за ухо, гладит по щеке. Склоняет голову набок, любуясь мной. – Я так тебя люблю, Солнышко. – Добавляет хрипловатым шёпотом, а я зависаю…

В его глазах безграничная вселенная, в которую можно смотреть до бесконечности... Растворяться, падать или взлетать... А можно просто парить в невесомости...

В его зрачках моё отражение... Как на том портрете…

Его взгляд ласкает и будоражит, завораживает и дурманит...

Тело отзывается на каждое его прикосновение волнами мурашек…

Чувствую, насколько мне приятны его объятия, лёгкие поцелуи в висок, щёки, лоб...

Едва касается моих губ своими – всматривается в мои глаза, а из моей груди по всему телу разливается жар…

Ещё одно нежное прикосновение губами к моим губам – я хватаю воздух ртом, взгляд затуманивается и медленно закрываются глаза…

Его тёплое дыхание так непривычно будоражит, но мне нравится быть укутанной в его заботу и такие нежные объятия – я млею...

Он аккуратно прихватывает мою верхнюю губу своими губами – моё дыхание сбивается, а сердце вырывается из груди, но я медленно становлюсь на носочки, а руки скользят к его шее…

- Мира… – шепчет на выдохе и привлекает меня ещё ближе к себе, нежно прихватывает нижнюю губу и легонечко проводит кончиком языка по ней. Я захлёбываюсь эмоциями, но успеваю вдохнуть.

И он целует…

Так нежно, тягуче, постепенно углубляя поцелуй… Не торопясь… Будто пробуя…

И я отвечаю на его ласки…

Медленно тону, растворяюсь…

Но чувствую, что от всей этой, настолько непривычной для меня заботы и бережности, на глаза наворачиваются слёзы... Со мной так никогда не обращались...

Обычно сильные руки только хватали и тянули на себя, заставляя выворачиваться, отбиваться и даже кусаться, а потом быстро убегать без оглядки...

А сейчас – всё абсолютно по-другому... Сильные руки защищают, очень бережно и аккуратно обнимают, нежно гладят... Так хорошо... Но именно от этого по моим щекам начинают скатываться слёзы...

А ещё так больно от осознания того, что я разбила чужое счастье, и теперь Лиза никогда не испытает тех же чувств, которые сейчас испытываю я, ведь из-за меня больше нет её мужа…

Совесть кольнула сознание, а потом безжалостно впилась своими когтями в сердце, разрывая его в сомнениях и муке.

Отстраняюсь, задыхаясь от слёз и сглатывая горечь своей вины. Понимаю, что Андрей не даст мне убежать, поэтому трусливо прячусь у него на груди, безуспешно стараясь успокоиться.

Вопреки моим ожиданиям, я не слышу от него ни единой претензии, а лишь чувствую, что он прижимается губами к моей макушке и глубоко дышит, продолжая меня нежно обнимать и гладить по голове и спине.

- Я тебя не заслуживаю… – прошептала сквозь всхлипы и поняла, что он меня взял на руки. Так бережно и осторожно, что на меня нахлынула очередная волна слёз. – Куда ты меня несёшь? – прошептала, пряча лицо между его ключицей и шеей.

- Буду продолжать заслуживать тебя, Солнышко… – он приносит меня в гостиную, присаживается на «наш» диванчик, аккуратно умащивает меня на своих коленях и прижимается губами к моему виску.

- Почему ты принёс меня в гостиную? – продолжая утыкаться в его шею и стараясь безуспешно успокоиться, просипела я.

- Чтобы тебя не смущала огромная кровать, Мира. Мне важно и очень хочется тебя понять, Солнышко.

Вместо ответа я лишь всхлипываю.

- Тебе не понравилось, Мира?

- Нет, даже наоборот…

- Я поторопился? – спросил с обеспокоенностью в голосе.

- Нет, – я шумно вздыхаю, всхлипывая. – Я же сама этого хотела…

- Тогда почему ты сейчас плачешь, Солнышко? – он аккуратно стирает мои слёзы и нежно гладит по голове.

- Я не привыкла к такому трепетному и нежному обращению… – он шумно вздыхает, а я продолжаю, всхлипывая. – А главное – я разбила чужую семью, а сама... Разве имею право на всё это? – с трудом проговорила и разрыдалась…

- Мира, Хорошая Моя… – прижимает меня сильнее, гладит, целует висок. – Не надо так о себе…

- Дмитрий… Папа Машуньки… – захлёбываясь слезами, начинаю рассказывать я. – Его убили… Из-за меня… В Эмиратах… При мне…

- Тише, Моя Хорошая, тише… Ты не виновата… – успокаивает, гладит, пытается заглянуть мне в глаза, но я продолжаю прятаться, утыкаясь в его шею.

- Виновата… Он меня охранял… Меня… И если бы не я…

- То всё равно никто не знает, как сложилась бы его жизнь, Мира… Всё могло быть, к сожалению…

- Но случилось так, как случилось… И виновата в этом я! – срываюсь и всё-таки смотрю в его обеспокоенные глаза. – Понимаешь? Я! И их семью разрушила тоже я! И папы нет у Саши и у Маши именно из-за меня! И мужа у Лизы нет тоже по моей вине… Я принесла горе стольким людям… Понимаешь? – обессиленно выдыхаю и закрываю заплаканное лицо дрожащими руками.

- Мира, в этом нет твоей вины. У него была такая работа… Это был его выбор…

- Он не выбирал себе смерть… – качаю головой, растирая горячие слёзы.

- Но он хорошо осознавал риски… Мира, нельзя жить с вечным чувством вины и брать всю ответственность только на себя… – он привлекает меня ближе к себе и целует висок.

- А я не умею по-другому… – всхлипываю, продолжая прикрывать лицо руками.

- Тебе нужно себя простить, чтобы нормально жить дальше. А ты зациклилась в этом, а не простила.

- Конечно, не простила. А кто б простил? Разве это так просто? – прилагаю все свои усилия, чтобы не смотреть на него или снова не уткнуться в его шею.

- Нет, не просто. Мира, а скажи мне, пожалуйста, Дмитрий как-то приходит к тебе и обвиняет в его смерти? Ну, не знаю, возможно, в виде какого-то духа…

- Нет, не приходит. Но с того самого дня мне постоянно снился этот сон…

- Какой сон, Мира? Расскажи мне, пожалуйста…

Я шумно дышу, но молчу.

- Мира, пожалуйста… Это же очень важно, Хорошая Моя.

- Тот самый день в Эмиратах: финальный день конкурса, навязчивый шейх, мой отказ от его предложения, поездка в аэропорт, во время которой убивают Дмитрия, а меня забирают…

- Куда забирают?

- Куда я перед этим отказалась ехать за деньги…

- На этом сон заканчивался?

- Не совсем… Но это не важно… Андрей, не сейчас… – слёз уже почти нет, как и сил на продолжение истерики тоже… Моя эмоциональная лавина сошла, придавив меня своим грузом…

- Ладно. – Андрей шумно вздыхает и продолжает через несколько секунд. – Как хочешь, Солнышко. Но, как я понимаю, тебе снился не только эпизод, в котором убивают Дмитрия?

- Не только.

- И это важно, Мира… Никто же тебя не винит, кроме тебя самой… Хорошая Моя, тогда подумай, пожалуйста, о таком: разве Дмитрий был бы счастлив, зная, что ты винишь себя и закрываешься от мира, от чувств? – я молча пожимаю плечами. – Разве Лиза желает тебе страданий и одиночества?

- Лиза… нет… – качаю головой. – Не желает.

- Возможно, Машенька или Саша как-то обвиняют тебя?

- Н-нет… – я шумно вздыхаю. – Конечно, нет. Они же дети…

- А дети обычно прямо и говорят обо всём, Мира… Но Машенька тебя очень сильно любит и радуется тренировкам. Саша тоже рад тебе. Лиза выглядела во время общения с тобой вполне искренней и дружелюбной… И ножа за спиной у неё я тоже не видел. В конце концов, она же доверяет тебе свою дочь… Мира, ну разве тем, кого ненавидят и в чём-то обвиняют, будут доверять самое дорогое, что у него есть?

- Нет… – сиплю я, не поднимая на него взгляд.

С силой сжимаю кулаки, чтобы ногти впились в ладони, но это не перебивает и даже не переключает от той внутренней боли, в которой я живу уже долгих восемь месяцев…

Андрей аккуратно разжимает мои кулаки, нежно гладит бурые следы от ногтей на моих ладонях, а потом с трепетом их целует…

Пытается заглянуть мне в глаза, но я просто молча смотрю перед собой опустошённым взглядом.

Сердце уже не вырывается из груди, а само тело, будто замедляется, наверное, желая впасть в беспамятство. И лишь одна мысль не даёт мне покоя, продолжая будоражить сознание: «Почему ОН такой?»

Я закрываю глаза и шумно выдыхаю, стараясь очистить все свои мысли. Но я не тибетский монах – и достичь дзена мне не просто…

Андрей шумно выдыхает, аккуратно гладит следы на моих ладонях, долго и трепетно целует висок, вдыхает и спокойно начинает говорить:

- Мира, если никто тебя не обвиняет, то почему ты всё ещё продолжаешь наказывать себя? Нас? Я люблю тебя. И что мне теперь делать? Отказаться от тебя, потому что, по твоему мнению, ты не заслуживаешь любви и счастья? А я считаю, что именно ты и заслуживаешь самой искренней любви и безграничного счастья, Мира… Не знаю, насколько я тот самый человек, который сможет тебе всё это дать, но я буду очень стараться каждый миг своей жизни делать всё для того, чтобы ты улыбалась, чувствовала себя любимой и счастливой…

Ощущаю, как по моей щеке скатывается одинокая слеза. Чувствую тёплое дыхание на ней, а потом Андрей нежно сцеловывает её, привлекая меня ближе к себе:

- Я не уйду. – Шепчет мне прямо в щёку, блуждая по ней невесомыми поцелуями. – Я тебя люблю… Ты меня любишь… Не строй между нами надуманных стен, пожалуйста. Я всё равно не отступлюсь от тебя. Не оставлю одну, что бы ты там себе не надумывала, Мира. Ты – очень хороший человек. Не плохая дочь и не разрушитель чужих семей. Солнышко Моё, очень часто мы не можем выбирать то, что происходит с нами – и это не делает нас хуже… Ты не хотела этого, но тебе приходится жить с последствиями чужих жестоких решений…

- Андрей, ты же понимаешь, что всё это не пройдёт по твоему желанию или по чьему-то щелчку пальцев?..

- Понимаю, Мира… Но со временем будет ставать легче, если не подпитывать чувство своей вины…

- Это очень сложно…

- Но ради своей жизни возможно?

Я мешкаю с ответом, ведь не знаю его – слишком много всего тянет меня в разные стороны. Быть счастливой – слишком эгоистично по отношению к Лизе и её детям, но и быть несчастной – тоже эгоистично, но уже по отношению к Андрею… Ведь это значит сделать и ЕГО несчастным… А мне больно уже только от этих мыслей…

- Я буду рядом с тобой… – шепчет мне на ушко, целует в щеку и умащивает на своей груди.

А я понимаю, что не сопротивляюсь.

Закрываю глаза и пытаюсь осознать и хоть как-то проанализировать происходящее.

Андрей меня не осуждает, а наоборот, поддерживает…

Провожу своей ладонью по его груди, желая убедиться, что он мне действительно не кажется. Чувствую, как он нежно гладит своей тёплой рукой мою прохладную, а потом очень бережно обнимает, поглаживая по волосам.

- Я тебя люблю. – Шепчет он, а я медленно проваливаюсь в темноту…

Чувствую просветление в мыслях после возвращения из незапланированного сна или банальной отключки…

Глубоко вдыхаю и глажу Андрея по торсу.

- Мира, ты в порядке? – с беспокойством, заботой и одновременно трепетной нежностью уточняет Андрей, а я перемащиваюсь поудобнее.

- Да, уже лучше. Спасибо большое. – Снова прячусь у него на шее, но всё же спрашиваю. – Через сколько мы прибудем в порт?

- Через четыре часа. В двенадцать по местному времени.

- Понятно. Значит, уже восемь? По местному времени… – стараюсь съехать на посторонние темы, чтобы не продолжать тяжёлый разговор.

Андрей вздыхает.

- Да. Мы рано проснулись…

- Привычки своего часового пояса, – ухмыляюсь я, а потом и Андрей. – Это значит, что тебя скоро начнут вызванивать, да?

- Не хотелось бы, но всё возможно, Солнышко…

- Конечно, выходные прошли, а мы ещё зависаем здесь…

- Мира…

- Мне всё нравится, Андрю… Андрей. Ты не подумай ничего такого, пожалуйста.

- «Андрей…» – вздыхает он, повторяя за мной своё имя, а меня мучает совесть, ведь назвать я его хотела ласково «Андрюшей», но внутренний страх после моей истерики диктует свои правила…

- В компании будешь снова Андрей Викторович… – я закусываю губу, делаю глубокий вдох и цепляюсь одной рукой за его шею. Мешкаю несколько мгновений и несмело веду рукой вдоль линии роста волос.

- Только при других сотрудниках, Солнышко. – Отвечает с улыбкой, шумно выдыхает и добавляет уже подсевшим голосом. – Любая же попытка называть меня по имени-отчеству наедине будет моментально пресекаться.

Чувствую дорожку невесомых поцелуев от своего виска до скулы и произношу на выдохе:

- Как? – понимаю, что снова начинаю млеть от его ласки, и медленно добираюсь пальчиками до волос на его затылке.

- Долгим чувственным поцелуем… – шепчет соблазнительно, и я сглатываю, чувствуя, как по телу пробегает волна мурашек.

Молчу, глубоко дыша, но понимаю, что пальцы сами перебирают его короткие волосы на затылке. Очень приятные на ощупь и мягкие для мужчины.

- Мира, – шепчет на выдохе и сглатывает. – Мы вместе. Хорошая Моя, я всегда буду с тобой и за тебя. Осознавай это, пожалуйста…

Его слова приятно согревают и, словно переключают что-то в моей голове. В очередной раз…

Я судорожно дышу, кусаю губы и жмурюсь. Сердце снова вырывается из груди, но я постепенно выныриваю из своего укрытия на его шее.

- Мира… – от его нежной улыбки начинаю улыбаться и я. Пока ещё несмело. Но наши взгляды снова встречаются, цепляясь друг за друга.

Внимательно всматриваюсь – и вместо осуждения вижу поддержку…

Медленно выдыхаю с облегчением и немного расслабляюсь.

Как же я люблю смотреть в его глаза – в них столько нежности, любви и тепла, что я начинаю забывать обо всём остальном. Хочу просто раствориться в наших чувствах, хочу чувствовать себя любимой, а не просто желанной… Хочу стереть свою боль и горечь из памяти и заменить их счастьем и радостью… Хочу, чтобы ОН всегда так смотрел на меня… Хочу и ведусь на наши совместные желания…

Едва касаясь, провожу подушечкой пальца по контуру его нижней губы – его дыхание сбивается, он сглатывает и, аккуратно берёт мою руку в свою. Нежно поглаживает мою ладонь большим пальцем и с трепетом целует каждый мой пальчик, сбивая дыхание, разгоняя жар по всему телу и всматриваясь в мои глаза…

Сглатываю и провожу другой рукой по его щеке – лёгкая небритость приятно покалывает кожу на руке, и теперь мы уже оба сглатываем и вдыхаем ртом.

Тянусь к нему…

До последнего смотрю в его глаза и закрываю свои перед самым соприкосновением наших губ… Не могу сдержать лёгкого стона от нахлынувшего удовольствия, каждой клеточкой своего тела ощущая, как по нему пробегают приятные тёплые токи… Сердце учащает свой ритм, а тело само прижимается к Андрею всё сильнее…

И я чувствую, как бальзам ласки заполняет раны и сомнения моей Души...

Андрей

Переживал, что не смогу её успокоить… Что потеряю…

Внутри всё горело и бурлило.

Старался мыслить трезво и максимально заглушить эмоции… Но как это сделать, если после ужасного преступления каких-то выродков, Любимая Девушка плачет от обычного поцелуя, а потом впадает в истерику, испытывая чувство вины и наказывая себя за чужие действия?

До ломоты в теле хотелось достать всех этих тварей даже из-под земли, чтобы собственноручно отправить их туда же…

Хорошо, что всё-таки сумел взять себя в руки и найти подходящие слова, чтобы успокоить Миру и даже вернуть её доверие…

Выдыхаю и внутренне радуюсь, когда понимаю, что Мира всё равно идёт нам навстречу…

А ещё я очень чётко осознаю, что только она способна так быстро переключать мои состояния.

И вот сейчас мы снова смотрим друг на друга – и я понимаю, насколько соскучился за этими нашими моментами… Когда пробирает насквозь и не можешь даже на мгновение оторваться от её бездонных глаз…

Её взгляд околдовывает, опьяняет, затягивает, манит…

Понимаю, что это Дар свыше – иначе и нельзя назвать всё то, что происходит между нами, когда мы заглядываем друг другу в глаза…

Она нежно обвивает мою шею руками, аккуратно перебирает пальчиками волосы на затылке, гладит по щеке и при этом так пристально смотрит в глаза, будто в саму Душу заглядывает, а потом… сама начинает тянуться за поцелуем… Нежным, трепетным, практически невесомым…

Её стон сводит с ума…

Нежно обнимаю её, глажу по голове и спинке, стараясь окутать своей заботой и лаской, чтобы ни одна посторонняя мысль не смогла просочиться в её голову…

И с каждым минутой, я понимаю, что у меня это получается…

Мира отдаётся нашим чувствам…

Ныряет в них самозабвенно и без оглядки…

Я чувствую, как мы дышим друг другом, постепенно насыщаясь, и будто только сейчас начинаем жить…

Она смущённо улыбается, слегка покусывает уголок своей губки, но потом всё равно прижимается ещё плотнее и отвечает на мои осторожные поцелуи, заставляя задыхаться от переполняющих чувств и эмоций… Голова идёт кругом, тело становится невесомым и я радуюсь, что мы уже сидим…

Первый раз я теряю от девушки голову, теряю счёт времени, но всё равно бесконечно счастлив в этом моменте и хочу продлить его навечно…

Обнимаю её, нежно глажу… Чувствую, как сбивается её дыхание… Замираю, когда она прикрывает глаза и тянется ко мне за очередным поцелуем…

Наслаждаюсь этим невероятным, дурманящим медовым вкусом её губ… Чувствую, как окутывает её тепло и наполняет меня так легко, медленно и ненавязчиво, а за спиной словно крылья вырастают и расправляются…

Хочу и сам с ней поделиться частичкой своей энергии, напитать собой, как она это делает сама – и вкладываю всё это с поцелуем… Сам ничего не понимаю, но очень явно ощущаю, что у нас, похоже, начинается тот самый энергетический обмен…

- Что мы делаем? – Мира с недоумевающей улыбкой всматривается в мои глаза, глубоко дыша ртом.

- Любим друг друга… – отвечаю подсевшим голосом, чувствуя, как одной рукой она гладит мои волосы, а другой нежно скользит по щеке, шее, переходит на ключицу и уверенно проводит по груди, заставляя дыхание сбиваться…

Наслаждаюсь этими моментами и аккуратно привлекаю её ещё ближе к себе, ещё бережнее укутываю в свои объятия и бесконечно долго целую, понимая, что так и должно быть…

Глава 39

Андрей

Говорят, что мужчины часто забывают важные даты, и не могут их вспомнить даже под пытками…

И я хорошо понимаю, почему так происходит – жизнь делового человека умеет очень качественно занимать все мысли и время, закручивая в свой водоворот. В компании я очень благодарен за помощь Аллочке. За то, что не даёт потеряться в потоке бесконечных дел, переговоров и командировок…

«Помнить» о Днях рождения и годовщинах важных семейных событий помогает телефон…

Но вот с Мирой…

Я помню, что мы с ней познакомились 11 марта…

Её судьбоносное застревание в ливнёвке произошло 17 апреля… И я уже понимаю, что забыть этот день меня может заставить только полная потеря памяти… И то, мне кажется, что при первом же взгляде на Миру – я вспомню всё в мельчайших подробностях… Как и то, что я даже во сне не мог к НЕЙ прикоснуться…

А сегодня 20 апреля – день наших первых поцелуев… Забуду ли я такое?

Точно и определённо буду помнить всегда…

Да и наши 18 и 19 апреля мне очень дороги и уже наполнили собой наши с Мирой, ещё только зарождающиеся, отношения…

Конечно, я не могу её считать полностью своей – ещё слишком рано и мы слишком мало времени вместе… Но то, что я готов на всё ради НЕЁ, ради того, чтобы была только моей – это факт. Причём абсолютно очевидный для меня…

Любуюсь, как смущённая, но довольная и счастливая Мира пробует свой завтрак. Потому, что назвать это полноценным приёмом пищи сложно. Но у нас сегодня ещё два перелёта, а я помню о её вынужденной диете перед ними.

«Да уж, насыщенная командировочная жизнь точно не для Моего Солнышка», – подумал я, засмотревшись на её улыбку и вспоминая этот нереальный и дурманящий медовый вкус её губ…

С каким же трудом мы друг от друга оторвались…

За Миру не скажу, но у меня буквально всё тело выламывало, когда пришлось выпускать её из своих объятий…

А Мира цеплялась своими нежными ручками, гладила, смотрела так, что внутри всё только сильнее горело…

Пытаюсь вспомнить ощущения от своего первого поцелуя и его дату, но не помню… В памяти лишь смутная цифра моего возраста…

Дату своей первой интимной близости с девушкой я тоже не помню, хоть и испытывал к ней тягу и лёгкое чувство влюблённости… Но в моё сердце и мысли она так и не пробралась. Из памяти с трудом выуживаю её имя, хоть я бабником никогда и не был…

Возможно, всему виной то, что девушка решила укрепить наши отношения в постели?..

Конечно, я был не против…

Молодость…

Гормоны…

Да и месяц мы с ней уже встречались…

Хочет приятно провести время – почему бы и нет?

Но вот уже сейчас я очень отчётливо понимаю, что ни приятных воспоминаний, ни уважения, ни какого-то трепета, ни даже какой-то благодарности у меня к ней нет…

Было и было…

А чем больше живу, тем яснее понимаю, что не она, так ещё б минимум пару десятков «невинных», «уникальных» и «знающих себе цену» даже на тот момент времени нашлось…

Противно…

Напрягаю память, пытаясь вспомнить, что было такого «уникального» и «особенного» в моих бывших… И меня повергает в шок осознание, что ничего… Ничего в них, кроме внешнего футляра и желания красивой жизни за раздвигание ног просто нет…

Пустышки без достоинства…

И это я ещё старался строить отношения, очень хотел семью и умею благодарить девушек за их время…

По приезду надо будет ещё раз обязательно поговорить с Кирой о том, что нужно себя ценить и уважать – иначе достойный мужчина рядом никогда и не появится. А видеть свою сестру удобной сожительницей я не хочу.

Смотрю на Миру – и вспоминаю её фразу Васе-Денису возле детского дома: «Юзаешь девушку без прав и гарантий!»

А ведь она же права на все сто процентов…

И сколько так людей сожительствуют просто потому, что мужчине удобно: покормят-приголубят, побоятся отказать лишний раз, а то ж уйдёт…

Хм! Мужчине так, и правда, хорошо – всё под боком и никаких обязательств…

А вот женщине… У неё ведь никаких гарантий нет… Не факт, что замуж позовёт, ведь многим мужчинам семья и не нужна вовсе… А вот регулярный секс и домашняя еда – это приятный бонус, который в подобных отношениях уже и так есть… Чего ещё желать и к чему стремится?..

Не к чему…

Зона комфорта – она затягивает и нужны очень существенные преимущества и бонусы, чтобы мужчина сам захотел в ЗАГС…

Вот Роман-то, даже будучи женатым, сразу детей не хотел… И это несмотря на то, что Мила ему абсолютно не просто досталась, и до свадьбы делить с ним постель не спешила…

А так… Одна сожительница надоела – находят другую…

Сейчас очень много женщин готовы разменивать себя и тратить своё время без «прав и гарантий»… Зато с надеждой, что как-то сложится, и кто-то одумается…

Вот только забывают прояснить один вопрос перед этим: «А кому это надо и главное – зачем?»

А годы так и идут…

И как же сложно действительно найти среди всего этого настоящий бриллиант, а не просто использованный и помятый со всех сторон блестящий фантик…

Нет у большинства девушек к себе уважения…

Повелись на пропаганду распущенности и вседозволенности – и вот он результат: чего потом рыдать, что переспала с кем-то чуть ли не в день знакомства, а он тебя потом даже и не помнит…

А что надо было запомнить?

Знаю, что некоторые мужчины, если и записывают в своих контактах таких, то с не очень лестным эпитетом, и вспоминают, когда искать кого-то лень…

Смотрю, как мило улыбается Мира и хлопает своими шикарными ресницами, и понимаю, что очень не хочу, чтобы она меня как-то «приятно» удивила в постели своей осведомлённостью и продвинутостью… Хочу сам стать для неё проводником в мир чувственного удовольствия… Только в наш мир… Где нет и не будет места посторонним…

Знаю, что для Миры близость возможна только с любимым мужчиной, ведь даже с навязанным ей Павлом, она не захотела целоваться…

А сегодня я всё-таки понял, что Моя Девочка не искушена в подобных занятиях, что не могло меня не порадовать… Да и продолжает радовать до сих пор…

Моя Девочка!

Моя…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :-)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея и буду рада, если кто-то из вас всё же останется и дальше с нами :-)

Стараться думать и уважать себя – это ведь не страшно, даже если нынче и не модно ;-) :-)

Я всё ещё верю, что книги должны нести в себе смысл, посыл и побуждать людей ставать лучше…

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия и Благополучия :-) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :-)

Глава 40

Андрей

Оставшийся час до прибытия мы решили провести на балконе, любуясь шикарными видами, которые скоро останутся лишь в наших воспоминаниях и на фото…

Сегодня снова солнечный денёк, лёгкий ветерок не пробирает и не сбивает дыхание, давая возможность надышаться чистейшим и свежайшим воздухом…

Какое-то удивительное умиротворение сейчас у меня на душе, хотя наше с Мирой утро началось весьма своеобразно…

Зато потом…

Выдыхаю и целую Своё Солнышко в румяную щёчку, обнимая со спины.

По нашей просьбе нам принесли 3 монетки, номиналом 50 эре (норвежские монеты – прим. автора). Мы с Мирой уже кинули в воды фьорда по одной, а ещё одну она сейчас рассматривала со всех сторон, довольно улыбаясь. Я же любовался ею и слушал рассказ о её мешочке, в который она собирала свои «сокровища» и положит эту монетку туда.

На мою просьбу потом показать свою коллекцию, Мира рассказала, что всю её «отдала» за ответы, а в том мешочке, по какой-то случайности, осталась лишь одна монета – та самая, которую ей подарил Серёжа и с которой она начала собирать свою коллекцию…

- Интересно… – задумчиво прошептал я. – Похоже на какой-то знак…

- Хм! Обнуление… Теперь я это уже очень чётко понимаю… – с улыбкой ответила Мира, перекрутилась и, приподнявшись на носочках, поцеловала меня в щёку.

- И как это?

- Предыдущий этап моей жизни закончился и начался другой… – загадочно ответила Мира.

- И ты получила ответы на вопросы?

- В принципе, вполне возможно…

- А конкретнее?

- А конкретнее – не знаю! – снова чмокнула меня в щёку, подпрыгнув, и посмотрела прямо в глаза снизу вверх, слегка закусив губу. – Всё от нас с тобой зависеть будет… Ту коллекцию я собирала сама, а эту… – она отвела взгляд и добавила шёпотом. – А это первая монетка с нашей первой совместной поездки…

Сглатываю и аккуратно провожу по её тёпленькой щёчке:

- Да, ты права – первая… И будет ещё много других, Мира… Другой мешочек шить ещё придётся… Это хорошо, что уже всё от нас зависит, Солнышко… – легонечко обвожу подушечками пальцем любимый овал лица, Мира поднимает на меня свой взгляд – и я снова наслаждаюсь медовым вкусом её нежных губ, не спешу и не напираю, растягивая удовольствие и давая ей возможность привыкнуть к новому этапу наших взаимоотношений, почувствовать уверенность во мне и бережное к себе отношение…

Мне очень важно, чтобы ей было со мной хорошо и комфортно…

*****

Перелёт из Тромсё в Осло Мира перенесла нормально. Всю дорогу мы обсуждали привычки и кулинарные предпочтения друг друга.

- Андрюш, – обращается ко мне Мира, поговорив по телефону с Сергеем, пока я общался по текущим делам с Аллочкой. Понедельник никто не отменял, тем более, что нас и так не беспокоили большую часть дня.

- Что, Солнышко? – аккуратно привлекаю её к себе и целую в носик.

- У Серёжи один из замов увольняется, – задумчиво произносит и смотрит на меня.

- Хорошая Моя, – ещё раз целую её в носик. – Я очень сочувствую, но помочь, к сожалению, ничем не могу…

- Ты не понял… Серёжа, конечно, негодует, но всё равно отпустит. Семён переезжает в Киев по семейным обстоятельствам.

- Бывает. – Сухо констатирую я.

- Бывает… – задумчиво кивает и продолжает рассуждать. – По образованию он, конечно, архитектор – мы с ним вместе над Серёжиным домом колдовали. Кстати, много полезных фишечек у него переняла…

- Каких же? – показательно хмурюсь, сдерживая улыбку, а Мира начинает легонечко смеяться.

- Профессиональных! Но не суть. В административке он очень хорошо разбирается и Серёже сильно помогал. Опыт хороший у него есть… – заискивающе смотрит на меня.

- И на что ты намекаешь? – уже догадываясь, переспрашиваю я.

- Надо узнать – он уже пристроился в Киеве или на вольных хлебах будет?

- Понятно…

- Я могу позвонить ему… Если тебе ещё зам нужен, конечно? И Семён подойдёт… – Мира вздыхает и закусывает губу, переживая.

- Спасибо большое, Солнышко. Я лучше сам позвоню Серёже. Хорошо? – поцеловал её в щёчку.

- Хорошо, – согласилась Мира, а уже через десять минут я пытался осознать, что через две недели у меня вполне возможно снова будет заместитель. С Семёном я тоже знаком и согласен, что он отличный специалист и со своими обязанностями будет справляться. Опять же – не совсем посторонний человек и уже хорошо проверен временем и Сергеем… Дело за личным собеседованием, но я очень надеюсь, что он не подведёт.

- Мира, как ты это делаешь? – подхватываю её на руки и кружу, не в состоянии сдержать своего порыва. И мне не важно, сколько вокруг нас сейчас людей!

- Что делаю? – улыбается, обхватывает мою шею сильнее.

- Приносишь мне удачу и перемены к лучшему, Солнышко. – Легко касаюсь её губ своими.

- Это не я! – тихо смеётся Мира.

- Ты!

- Нет, ты просто хотел зама и пообещал мне, что найдёшь!

- Но нашла мне его ты!

- Ты сам нашёл, я просто подсказала, где искать! – довольно констатировала, а на наш рейс объявили посадку.

- А мне нравится, как начинается новый этап нашей жизни, Солнышко. – С удовольствием тону в синеве её любящих глаз.

- Желания совпали… – смущённо прошептала, а я нежно её поцеловал.

*****

В самолёте Мира всё-таки поменяла Кире цвет глаз на фото – и мы вместе изумились той «метаморфозе», которая произошла с сестрёнкой.

Её взгляд действительно потерял свою уникальную теплоту, а сама Кира всё своё «шоколадное очарование»…

- Теперь понимаешь, что с холодными оттенками глаз гораздо проще взглядом замораживать?! – посмеиваясь, сыронизировала Мира. – Врождённый бонус, так сказать.

- Это точно. – Согласился со Своей Малышкой и остаток пути мы провели уже в разговорах о забавных случаях из жизни, ведь Мира периодически поглядывала в иллюминатор и вздыхала. И у меня тоже внутри всё сжималось, ведь наша волшебная командировка с каждой секундой подходила к концу, приближая неизбежную разлуку и очередную сумасшедшую трудовую неделю. И я уже знал, что в ближайшую пятницу мне снова лететь в командировку, а вечер вторника я проведу за деловым ужином, а не за романтическим с Мирой…

*****

- Андрюш, останешься у меня на ужин? Я быстро приготовлю пасту с креветками. – Уже по-хозяйски и без претензий, пристёгиваясь на переднем пассажирском сидении моего автомобиля, обратилась ко мне Мира и замолчала, встретившись со мной взглядом. – Могу и с мясом – займёт на двадцать минут больше… – она пожала плечиками, улыбаясь.

- Знаю, что можешь, Солнышко. Но мы лучше сейчас закажем доставку, а ты с дороги отдохнёшь…

- Но мне не трудно…

- Я даже и не сомневаюсь, что после двух перелётов ты просто мечтаешь стоять на куне, а не пойти в душ и прилечь отдохнуть… – Мира слегка нахмурилась. – Солнышко, не надо мне пытаться угодить или как-то за что-то отблагодарить – ни один мужчина не достоин женских подвигов. Всё должно быть наоборот… Что за нравы?! – показательно смеюсь, но внимательно смотрю за реакцией Миры. – Сами приучите, разбалуете, а потом жалуетесь, что мужчины перевелись… – вижу лёгкую растерянность на любимом личике. – Солнышко, когда станешь моей женой, тогда и будешь готовить. Но только, если будет настроение и желание. Но после перелётов всё равно разрешать не буду! – тихо смеюсь с её огромных удивлённых глазищ и нежно целую в носик. – Хорошая Моя, береги себя, пожалуйста. Я не хочу твоих обмороков от переутомления – ты мне живая и здоровая нужна. Мира, я тебя очень сильно люблю. Научись отдыхать, пожалуйста. Это будет самая лучшая благодарность от тебя.

Улыбаюсь, наблюдая, как Мира медленно хлопает ресницами от удивления, и тянусь за поцелуем, пока ещё в себя не успела прийти.

Всё-таки она у меня чудесная.

И послушная…

Конечно, мне очень приятна её забота, но она не должна нарушать её комфорт и подрывать, и так ослабленное, здоровье…

Хочу, чтобы ОНА рядом со мной ещё больше расцвела, а не зачахла. В конце концов, мужчина должен поддерживать свою Любимую, а не эксплуатировать, где только можно и нельзя…

*****

В ожидании доставки мы успели собрать созревшую клубнику, а потом ещё с удовольствием провели несколько минут в объятиях друг друга на диванчике в гостиной.

Ужин был очень вкусным, но привкус горечи от приближающейся разлуки, нарастал.

А когда мы уже загрузили и запустили посудомойку, я всё-таки решил озвучить, терзавшие меня, мысли:

- Мира, завтра оперативка.

- Я на ней обязательно буду. – Улыбнулась и потёрлась щёчкой о мою грудь.

- Сядешь рядом? – замер и почувствовал, как сдавило и запульсировало в висках.

- Нет, Андрюш, – прошептала, а моё сердце упало вниз.

- Почему? – просипел я.

- Потому, что это место Веры Степановны, а я всё ещё не претендую на него…

- Но ты – моя девушка. И я хочу завтра всем объявить об этом.

Она поднимет на меня недоумевающий взгляд:

- Зачем, Андрюша?

- Потому, что так и есть. И я не хочу, чтобы кто-то к тебе подкатывал и строил какие-то планы на тебя, Солнышко. – Улыбаюсь и целую её в носик, но в её взгляде уже вижу недовольство.

- Андрюша, а тебе сильно просто было подкатить ко мне? – она приподняла левую бровку и слегка склонила голову на бок.

- Нет. – Отвечаю и легонечко целую её в носик, поглаживая по спинке, уже понимая, что не прав.

- Тогда откуда такие мысли? – она сканирует меня взглядом.

- Из «прошлой жизни» остались… Не все такие, как ты Мира…

Она тяжело вздыхает и умащивается на моей груди.

- И объявление делать тоже не надо – ещё слишком рано, Андрюша…

- Боишься сглазить.

- Боюсь. – Неожиданно подтверждает Мира и вздыхает. – Счастье любит тишину…

- Согласен.

- Не сомневайся во мне, пожалуйста.

- Я буду очень стараться, Солнышко. Обещаю.

Время неумолимо летело, усталость накрывала всё сильнее и я понимал, что и Мире, и мне уже пора отдыхать. Уезжать не хотелось до ломоты в теле и боли в груди, но даже в любви эгоистично забываться не стоит.

Поцеловал свою сонную Малышку на прощание – и пошёл собираться.

- Андрюш, я через пару минуток подойду. Переобувайся пока. – Сказала мне в спину, а я отправился в прихожую.

Собравшись, замечаю Миру с большой синей плоской коробкой, красиво перевязанной серебристой лентой.

- Откроешь, когда приедешь домой. Хранить в холодильнике. – По-деловому даёт мне распоряжения, вручая коробку, а я добродушно усмехаюсь.

От коробки исходит приятный запах шоколада.

- Это…

- Шоколадные конфеты. – Договаривает за меня Мира и добавляет. – Я частично их готовила. – Я удивлённо приподнимаю брови. – Начинки и шоколад были готовы… Я только формировала и заливала в формочки… – закусывает губу и сцепляет пальцы в замок, явно переживая. – Это у шоколадных феечек было… в Закарпатье… Мы ездили с девчонками на мастер-класс... Это была часть программы девичника Эли… – сбивчиво и смущённо объясняет Мира, а я нежно обнимаю её, не выпуская коробки из руки.

- Спасибо большое, Моя Хорошая.

Целую её в макушку и сам не понимаю, что мне сейчас делать? Мне ещё никогда не делали подобных подарков. Оставить их сейчас у Миры мне тоже неудобно. Понимаю её порыв – и от этого чувства щемит в груди…

- Эля сказала, что пригодится… – прошептала Мира, а потом добавила своё многозначительное: «Уф!»

Как я догадался и почувствовал – в данном случае это было осуждение своей излишней болтливости, ведь Мира начала прятаться на моей груди.

- Эля знает толк в жизни. – С улыбкой произнёс я и добавил, прижимаясь губами к её макушке. – Спасибо большое, Солнышко. Мне очень приятно, что ты для меня старалась.

Закрываю глаза, растворяясь в моменте безграничной щемящей нежности, понимая, что это было во время того самого их девичника… Я видел их фото из Закарпатья…

И это было ещё до того, как мы с Мирой стали парой…

Глубоко вдыхаю её запах, к которому сейчас подмешан аромат шоколада, доносящийся даже из закрытой коробки, и улыбаюсь, явно ощущая, как счастье, тепло и нежность разливаются по моей груди…

Глажу её щёчку – и Мира робко поднимает на меня свой взгляд.

Нежно, трепетно и с благодарностью целую свою смущённую Малышку, понимая, что этот поступок дался ей не просто.

Отстраняюсь, заглядывая в ещё полуприкрытые глаза:

- Я люблю тебя, Мира. Отпишусь, когда приеду.

- Хорошо. – Шепчет в ответ. – И я тебя люблю.

Целую её в носик, прощаемся и я выхожу из её квартиры.

Быстро сбегаю по лестнице, чтобы не передумать, пока буду дожидаться лифта. Да и третий этаж – лифт вообще необязательный бонус…

Прощаюсь с консьержкой и охранником и быстро сажусь в автомобиль.

Включаю зажигание.

Рассматриваю аккуратно завязанный бантик.

«Нет, она попросила сначала приехать домой!» – останавливаю себя вслух и аккуратно кладу коробку на переднее пассажирское. Конечно, лучше бы на нём сейчас оказалась Мира, но всему своё время…

Стараюсь не гнать, хоть мысли и сердце подгоняют.

Всё! Я дома!

Чемодан оставляю в прихожей, быстро переобуваюсь и мою руки.

Беру коробку и с замиранием сердца и дыхания медленно тяну за край ленты, подцепляю и развязываю узел.

Открываю крышку коробки и меня закручивает ураган чувств и эмоций: взрывы счастья, по телу разливается жар, сердце выскакивает из груди, а на лице широкая улыбка.

«Я тебя люблю», – вижу надпись из конфет и даже не рассматриваю другие необычные конфеты, служащие сейчас рамочкой для главного…

«ОНА делала их несколько недель назад…» – шепчу вслух осипшим голосом. Закрываю крышку, переобуваюсь, беру ключи от машины и коробку конфет.

Понимаю, что делаю глупость, но сейчас просто поддаюсь своему желанию…

На входе в подъезд Миры меня пропускают без проблем.

Забегаю по лестнице, снова игнорируя лифт.

Но не успеваю позвонить, как двери уже отпирает обеспокоенная Мира с телефоном в руках. Конечно, ей уже сообщили о моём внеплановом визите.

«Блин! Забыл написать, что приехал к себе…» – мысленно отругал себя, зацепившись взглядом за телефон в её ручке.

- И я люблю тебя, Солнышко! – произнёс со счастливой улыбкой, решительно сокращая эти несколько метров между нами.

Обнимаю её и сразу же нахожу манящие медовые губы, наслаждаясь её тихим стоном…

- Андрюша, – шепчет, отстраняясь и заглядывая мне в глаза. – Что-то случилось?

- До невозможного захотелось тебя поцеловать. – Прижимаюсь губами к её лобику. – Люблю тебя.

Со вздохом разжимаю объятия. Закрываю дверь, открываю коробку, беру небольшой шоколадный шарик и кладу коробку на комод.

Делаю несколько шагов к ней, обнимаю одной рукой за спину, нежно поглаживая, и подношу конфетку к её губам, улыбаясь.

- Это же тебе. – Смущённо улыбается.

- Съедим их вместе… – едва касаясь, провожу конфеткой по её нижней губке.

- Боишься, что отравлю?! – Мира прыскает со смеху. – Они свежие и хранились в холодильнике! – улыбается Моя Врединка.

- Ох, Святое Создание мне досталось! – Не могу сдержать своего лёгкого смеха. – Мира, сделай «Ам!»

Снова глаза в глаза…

И снова я тону в глубине её синих омутов…

Сглатываю, когда смотрю на неё – разве можно так соблазнительно есть?

С трудом выдерживаю эти долгие секунды и припадаю к её губам.

- М-м-м! – голова идёт кругом, сердце вырывается из груди, а этот вкус мёда, шоколада и ягод сводит с ума…

Постепенно углубляю поцелуй, не тороплюсь, наслаждаюсь Мирой… Прижимаю сильнее к себе, когда её пальчики нежно перебирают волосы на моём затылке.

- Люблю тебя. – Шепчу ей прямо в губы и легонечко целую. – Никогда не пробовал конфет вкуснее, Солнышко. – Прихватываю её губку своими.

- Так ты и не попробовал… – смотрит затуманенным взглядом и гладит по щеке.

- Всё, что мне надо было – попробовал, Солнышко. – Засматриваюсь, как она смущается, и оставляю лёгкий поцелуй на её губах. – Остальные тоже съедим вместе. – Ещё один лёгкий поцелуй. – Любимая, я оставлю их у тебя – в моём холодильнике часто хозяйничает Кира. Мне, конечно, для неё ничего не жалко, но эти конфеты только для нас…

Целую её долго, нежно, тягуче… Чувствую её трепет, наслаждаюсь её близостью и тёплыми ласковыми прикосновениями, искренними объятиями…

Горю, сердце вырывается из груди, улетаю куда-то далеко вместе с ней и хочу поставить этот мир на паузу, чтобы не надо было возвращаться к привычному и обязательному графику, а можно было побыть ещё вместе…

С трудом отрываюсь от НЕЁ.

- Мира, мне пора… – шепчу, целуя её в височек.

- Уже поздно… У меня всё ещё есть три гостевые спальни… На большее я не готова… – её голос дрогнул и она закусила губу.

- Знаю, Солнышко. Всё в порядке. Мы никуда не торопимся. Я же обещал тебе. Мира, я лучше поеду домой – не хочу, чтобы на тебя косились… Мы всё равно никому не объясним про разные спальни…

- Я знаю… – она опускает взгляд.

- И я не взял с собой вещи. И даже телефон оставил дома.

- Специально? – она умащивается на моей груди и трётся щёчкой.

- Почти… – улыбаюсь и целую её макушку. – А ещё я завтра рано поеду в компанию – дел много.

- Понятно… – она вздыхает.

- Зайдёшь ко мне, когда приедешь?

- Так у тебя же дел много… – задиристо хохотнула и погладила меня по груди.

- Для Любимой Врединки всегда время найдётся. – Улыбаюсь и целую её в височек. – И если хочешь, то пообедаем вместе. Только у меня в кабинете – завтра я точно выбраться не смогу…

Мира вздыхает:

- Это будет слишком явно…

- Будет. Но Аллочка обычно на обед уходит. А ещё я хотел всем объявить, что мы вместе, но…

- Помню, Андрюш. Пока без объявлений обойдёмся. – Поднимает на меня взгляд. Всматривается в мои глаза. Думает. Глубоко вдыхает и так прикольно жмурится, будто в холодную воду собралась прыгнуть. – Ладно… Давай попробуем!

Не даю открыть ей глаза – и я вкладываю всю свою любовь, благодарность и нежность в наш прощальный на сегодня поцелуй…

Глава 41

Мира

По пути в компанию вспоминаю прошлую ночь: когда ложилась в кровать, заметила пропущенное сообщение.

Очень нежное и трепетное сообщение с пожеланием доброй ночи и желанием провести эту ночь со мною в обнимку хотя бы во сне…

Помню, как меня бросило в жар…

Помню, как быстро набирала и молниеносно стирала сообщения дрожащей рукой…

Помню то двойственное чувство радости и волнения, когда исправляла контакт, стирая «Викторович» после его имени «Андрей»…

Да, очередной барьер пройден.

Но поставить его фото на контакт и переименовать его в «Андрюшу» я пока не решилась, ведь мой телефон практически всё время остаётся на моём рабочем столе.

Понимаю, что ничего плохого мы не делаем, но я почему-то панически боюсь, что все в компании уже всё о нас будут знать, а у нас потом всё как раз и не сложится…

Сложная я… Очень…

И то, что Андрей очень сильно старается, не делает меня более удобной и комфортной для него… И наше совместное счастливое будущее тоже не гарантирует… К сожалению…

Тяжело вздыхаю и, заворачивая на парковку компании, вспоминаю, как потом, смущаясь и краснея, я всё-таки решилась написать ему простой короткий ответ: «Спокойной ночи. Обнимаю».

Ни смайликов, ни сердечек добавлять я не стала. Зато его ответ, а точнее, вызов последовал мгновенно.

Чувствую, что улыбаюсь, вспоминая, как нежно, лаская голосом и интонациями, Андрей меня «отчитывал» за то, что я до сих пор не сплю…

«Я теперь специально к тебе «на ковёр» буду нарываться», – тогда пошутила я, а он продолжил говорить всякие милые и согревающие Душу фразы, от которых я окончательно разомлела и не заметила, как погрузилась в приятный сон.

И его желание сбылось – всю ночь, по крайней мере, в моём сне мы провели в уютных объятиях друг друга…

Мечтательно вздыхаю и припарковываюсь возле его Рейнджа. Ожидаемо и, к сожалению, Андрея в нём уже нет.

Выхожу из своей машинки и ещё раз осматриваюсь по сторонам: в восьмиэтажной стекляшке отражаются небольшие кучевые облака на голубом небе, игриво блестят лучики восходящего солнца. Вдоль стен здания компании растут невысокие пирамидальные туйки в больших кадках. За моей спиной охраняемая корпоративная парковка в семь рядов и отдельными местами для гостей. И в ЕГО подчинение более трёхста сотрудников…

Тяжело вздыхаю от очередной волны понимания: этого ОН сам добился… Серёжа мне, конечно, это в первый же день нашего знакомства с Андреем по телефону говорил, но тогда мне всё это было не важно. Я не хотела ничего общего иметь с Андреем… И ещё в пятницу я изо всех сил старалась вырваться и сбежать из его рук… Даже не подозревая, какими нежными, ласковыми и заботливыми они могут быть…

Сейчас вторник.

Мы пробыли вместе с Андреем чуть больше трёх дней, а он уже успел стать для меня таким родным… И сейчас я смотрю на это всё уже совершенно по-другому…

Знаю. Абсолютно точно знаю, что это всё ему не в наследство досталось… Он сам объединял людей вокруг себя и шаг за шагом, крупица за крупицей создавал свою огромную и узнаваемую компанию…

Тяжело вздыхаю, чувствуя, как осознание важности компании в его жизни меня буквально стукнуло по голове…

Стою, как вкопанная дурочка, не понимая, куда мне сейчас двигаться: бежать к нему, как и обещала, или идти в наш отдел, чтобы не мешать Андрею трудиться, ведь он и так из-за нашей командировки теперь ни свет, ни заря уже в компании. Да и сама бы хоть что-то полезное сделала, чем и помогла бы ему, а не отвлекала зря…

Всматриваюсь в окно его кабинета, пытаясь разглядеть, видит он меня сейчас или нет?

В груди закололо: он очень хорошо понимает важность танцев в моей жизни и всячески старается поддерживать моё увлечение… Вот только, если я заброшу свои танцы, то никому от этого хуже не станет, а от его труда и благополучия компании зависит и благополучие сотен семей…

Да уж…

Конечно, я осознаю, насколько я неудачный выбор для Андрея… Ему реально нужна хорошая домашняя жена рядом…

Но, почему-то он полюбил именно меня…

А это значит, что помогать ему и поддерживать его тоже надо именно мне, а никак не наоборот…

Медленно иду ко входу в здание, стараясь на ходу придумать причину, чтобы быстро уйти в свой отдел и не мешать Андрею навёрстывать накопившееся по моей вине…

Автоматические двери компании приветливо впускают меня вовнутрь. Дружелюбно обмениваюсь приветствиями и добрыми пожеланиями на день с охраной и пытаюсь понять, кто я теперь здесь?

По-прежнему одна из дизайнеров или уже пассия генерального?

Как-то, само собой, тяжело вздохнулось и я, потупив взгляд, медленно пошла в сторону приёмной, а не на свой этаж…

Конечно, я никогда не стремилась, а если честно, то, как раз изо всех сил, избегала даже намёков на близкую дружбу с сильными и богатыми мира сего…

А сейчас: за что боролась, на то и напоролось…

Конечно, Андрей мне постоянно доказывает, что любит меня, и он знает, что я его люблю тоже и дорожу им совсем не из-за его статуса и компании… Вот только определённая аура вокруг нас всё равно сформируется, независимо от нашего желания…

Прохожу пустую приёмную, в которую можно было и не стучаться – полвосьмого и Аллочки ещё нет.

Замираю перед его дверью. Делаю глубокий вдох и стучу.

За гулким стуком сердца едва различаю разрешение войти. Поправляю сползшую сумочку и поудобнее перехватываю сумочку с ноутбуком и пакет с угощениями.

Выдыхаю.

Вхожу.

Навстречу мне уже направляется искренне улыбающийся Андрей:

- Хорошая Моя, доброе утро! Ну и чего ты снова нагрузилась? – Первым же делом он забирает у меня вещи, легонечко целуя в губы, и пока я изумлённо хлопаю ресницами, складывает их на ближайшее кресло.

Помню, что ещё на полдороги сюда, хотела броситься Андрею на шею и снова почувствовать его нежные и одновременно страстные поцелуи…

А сейчас… Молча стою и, как в первый раз, осматриваюсь в его кабинете.

- Мира, всё в порядке? – он берёт меня за руку и немного отводит от двери, а потом сам же её и закрывает.

- Да. – Шепчу рассеянно и киваю. – Здравствуй! – добавляю громче, вспомнив о своём невежестве, и пытаюсь подсчитать количество папок в одной и второй стопках на его рабочем столе. – Давно ты здесь?

- Мира, какая разница? Спасибо большое, что пришла. Я так соскучился. – Он аккуратно привлекает меня к себе за талию, а я едва касаюсь кончиками пальцев лацканов его серого пиджака, гипнотизируя взглядом белоснежную рубашку и тёмно-серый галстук с голубоватым отливом. – Мира, у нас всё в порядке? – переспрашивает он, стараясь заглянуть мне в глаза.

- Да. – Поднимаю на него виноватый взгляд. – Я просто не знаю, как себя вести? Боюсь тебя помять… И у тебя здесь тоже камеры…

Он прыскает со смеху:

- И это все причины, Солнышко? – целует меня в носик и аккуратно берёт мои пальчики в свои руки. Гладит с замиранием дыхания, а потом нежно и с трепетом целует каждый мой пальчик и даже фаланговое колечко на мизинце…

Я хватаю воздух ртом, но всё-таки молча пожимаю плечиками вместо ответа, чувствуя, как тепло и приятная нега разливаются по моей груди.

Смотрю в его глаза – и вижу бесконечный океан нежности и любви…

Он очень аккуратно гладит и с трепетом продолжает целовать мои пальцы, а у самого на костяшках ещё остались небольшие следы от встречи с Глебом…

Такой контраст: кто-то выкручивал мне руки и заламывал пальцы, резал кожу и даже не хочу вспоминать остальное, потому что начинает тошнить и подступают слёзы от всё ещё непережитого, хоть и внешне зажившего…

А ОН…

Закрываю глаза, теряясь в своих мыслях.

Одни мужчины старательно втоптали в грязь мою веру в них и в любовь вообще. И я даже думать не смела о чём-то хорошем для себя, но, вопреки всему этому, сейчас именно мужчина с каждой секундой всё глубже прорастает в меня и не просто заслуживает моё доверие – он становится тем самым единственным и самым-самым…

- Мира, – ласкает даже своим шепотом и я открываю глаза. – Камеры включаются, только когда меня нет в кабинете, либо когда я сам их включу. А я их не включал, Мира. – Качает головой, удерживая мой взгляд своим. – Никто сейчас за нами не наблюдает – я бы не позволил тебя компрометировать.

Похоже, что я слишком громко выдохнула, ведь Андрей снова прыснул со смеху:

- Хорошая Моя, и костюм ты мне тоже не помнёшь – не переживай.

Я рассеянно киваю, вспоминая, что дорогие костюмы не мнутся, но вслух произношу:

- Прости. Я что-то сегодня соображаю плохо.

- Нет, ты просто надумываешь лишнего, Солнышко. – Целует меня в носик и берёт за руку, ведя за собой. – Давай лучше побудем здесь – надеюсь, так тебе будет спокойнее. – Открывает передо мной ту самую «секретную» дверь и приглашает войти и присесть, указывая на тёмно-коричневый диванчик.

- У тебя здесь уютно. – Прошептала, осматриваясь в его комнате отдыха, по дизайну и цветовой гамме очень перекликающуюся с его квартирой.

- Спасибо большое, Солнышко. – Присаживается рядом со мной, легонечко улыбаясь. – Здесь нет камер слежения, обстановка менее деловая и я надеюсь, что так тебе будет более комфортно. Мира, только не ищи, пожалуйста, никаких намёков и подтекстов в моих словах. Тут я тебя соблазнять не собираюсь. – Я смущённо отвожу взгляд, а Андрей добавляет. – Но всё-таки надеюсь, что обедать мы будем здесь. По крайней мере, пока я немного занят. В более свободные дни обещаю тебе места поинтереснее, Солнышко. – Он придвигается ещё ближе, нежно обнимает, а я умащиваюсь на его груди, вдыхая любимый морской аромат его парфюма. Закрываю глаза и понимаю, что очень хочу на море вместе с ним. Хочу прогулок по бережку, чтобы вода щекотала щиколотки и стопы, а он держал меня за руку…

- Андрюш, – чувствую, хоть и не вижу, что он улыбается, а потом уже начинаю и сама улыбаться шире от ощущения его губ на моей макушке. – Спасибо тебе большое. Ты очень внимательный и заботливый.

- Я тебя люблю. – Шепчет мне в макушку толи как простое утверждение, толи как объяснение своих действий.

- Я тебя тоже люблю. – Отвечаю тихим эхом и уже более уверенно веду ладошкой по его груди, чувствуя нежность и мягкость ткани его пиджака. Тончайшая шерсть, как и положено хорошему брендовому костюму, и похоже, что с добавлением волокон кашемира. Конечно, это не те его мягкие и уютные свитера, к которым я уже успела привыкнуть, но и под этим дорогим костюмом всё равно остаётся мой Андрей… Мой любимый Мужчина… И я очень хорошо чувствую, как колотится его сердце и сбивается дыхание.

Не выдерживаю – трусь щёчкой о его грудь, а потом поднимаю на него свой взгляд.

В его глазах читается так много всего, что я первая тянусь за поцелуем.

- А я думал, что уже и не дождусь… – шепчет мне в губы и сразу же припадает к ним. Страстно, но в тоже время умопомрачительно нежно… Жадно и одновременно так бережно, что я сама теряюсь в этом потоке чувств и эмоций, притягивая его ближе, обвивая его шею руками, глажу идеально выбритую щёку, трусь о неё кончиком носика и легонечко прикусываю его подбородок, подначивая и желая продолжения.

- Мира, – шепчет подсевшим голосом и через мгновение меня словно молнией насквозь прошибает, а из лёгких стремительно испаряется весь воздух… Но мне нравится плавиться в этой сладостной лаве, затягивающей и сжигающей нас двоих…

Делаем короткие вдохи и снова припадаем к устам друг друга, не в силах оторваться.

- Андрей, – шепчу, задыхаясь, с трудом отстраняясь и утыкаясь в его щёку. – Я не хотела тебя отвлекать.

- Спасибо, что отвлекаешь. – Его дыхание и чувственные поцелуи на моей щеке будоражат, но осознание того, где мы сейчас, всё равно побеждает.

- Андрюш, скоро трудовой день начинается…

- Да. – Целует меня в висок.

- Придёт Аллочка.

- Она сюда не зайдёт. – Прижимается губами к моему лбу.

- Но вопросы и домыслы появятся.

- Обязательно. Поэтому я попрошу её ни с кем не делиться своими домыслами… – смотрит мне в глаза, давая понять, что как он сказал, так и будет. И его помощница не станет источником сплетен.

Я тяжело вздыхаю:

- Как же всё это сложно…

- Сложно.

- И наверняка наши парфюмы уже приобрели посторонние нотки…

- Не посторонние, а нотки любимого человека, Солнышко. – Целует меня в носик с улыбкой.

- Именно. Тебя это не смущает?

- А должно? – приподнимает левую бровь в явном недоумении.

- Это выдаёт нас… – поясняю ему со вздохом.

- Выдаёт. – Констатирует с лёгкой улыбкой. – Но не больше, чем твои зацелованные губы без помады.

Чувствую, как стремительно краснею, и смущённо отвожу взгляд:

- Я сегодня их специально утром не красила. Думала потом уже…

- И мне это очень приятно, Солнышко. – Он аккуратно заправляет выбившуюся прядь за моё ушко, нежно гладит по щеке и любуется моим смущением.

- Но у меня всё равно стойкая помада. – «Защищаюсь» и «оправдываюсь» я.

- И мы с тобой с удовольствием ещё не раз проверим её стойкость. – С обаятельной и абсолютно искренней улыбкой продолжает «издеваться» надо мной.

- Андрей! – я прячусь у него на груди, смущённо улыбаясь.

- Мира, как раньше у нас уже не получится. Понимаешь? Не помада, так наши взгляды всё равно нас выдадут, Солнышко… Я не смогу смотреть ни сквозь тебя, ни так, будто передо мной безразличный мне человек. Потому, что я люблю тебя. А это заметно, Хорошая Моя. Точно так же и ты не спрячешь своё смущение и блеск в глазах. Мира, я тебя не тороплю. Просто знай, как только ты наиграешься в конспирацию, я сделаю объявление, что мы вместе.

- И тогда мы будем целоваться в коридорах напоказ? – прячу свой нервно-язвительный смешок на его груди.

- Я бы не советовал, но если ты захочешь… – он целует меня в макушку и бережно обнимает, поглаживая по спине.

- Я не считаю это уместным.

- Хорошо, что сошлись во мнениях. – Он легонечко смеётся и снова целует меня в макушку.

- Так вот: если всё равно ничего не поменяется, то и смысла нет, Андрюш.

- Смысл есть всегда: никто не будет шушукаться, ведь то, что мы вместе будет восприниматься, как факт. Наши переглядывания и улыбки тоже не будут вызывать никаких вопросов и поводов для обсуждений. Как и то, что я буду проводить тебя в твой отдел, держа за руку.

- А ты будешь? – я всё-таки поднимаю на него удивлённый взгляд.

- Конечно! Не потащишь же ты сама свои сумки. – Целует меня в носик.

- Ну, во-первых, не тяжёлые.

- Всё равно отвыкай. – Гладит меня по предплечью, берёт мою ручку и нежно целует.

- А во-вторых, – шепчу уже с меньшим запалом и снова встречаюсь с ним взглядом. – Одну я у тебя оставлю.

- Хм! Зачем? – всматривается в мои глаза с лёгкой улыбкой.

- Я принесла клубнику жене твоего финдира. – Улыбка Андрея становится шире. – Знаю, Андрюш, утром эта затея мне показалась не такой и дурной. – Он прыскает со смеху и нежно гладит мои пальчики, пока я старательно тараторю все свои объяснения. – Но я принесла гипоаллергенную. Без всякой гадости тоже. А ей, наверняка чего-то вкусненького и полезного хочется. В общем, в магазине такую не купишь. И на всех этих органических фермах тоже не факт, что всё хорошо…

- Всё, всё! Я тебя понял! – посмеивается и гладит меня по спинке. – Ты хочешь, чтобы я передал её Роману?

- Могу и сама, но лучше ты. – Целую его в щёку, а Андрей продолжает легонечко смеяться.

- Подлиза… – довольно констатирует и нежно касается моих губ.

- Привыкай! – также довольно констатирую и стараюсь не смеяться.

- Меня всё устраивает… – гипнотизирует взглядом, медленно приближаясь.

- Андрюш, – успеваю опомниться, но всё равно получаю лёгкий поцелуй в губы. – Я ещё принесла и тебе с Кирой клубнику.

Андрей беззвучно смеётся.

- Ты вчера не захотел брать…

- Всё! Я понял! – он всё-таки тихо засмеялся вслух. – Неугомонная моя!

- Есть немного. – Довольно киваю и невесомо целую его в губы. – А ещё я тебе завтрак принесла…

- Какой ещё завтрак? – переспрашивает удивлённо.

- Тарталетки с курицей и грибами в сливочном соусе с сыром. И корзиночки из творожного теста. В общем, всё полезно. – Беру его за руку с улыбкой и встаю с диванчика. – Пойдём. Возможно, они ещё тёплые…

Натыкаюсь на его взгляд: каких только эмоций в нём сейчас нет… От удивления, восхищения и благодарности до искренней обеспокоенности и обескураженности… Да уж… Умею… И, как оказалось, довольно-таки успешно практикую…

- Мира… – он поднимается и обнимает меня. Снова очень бережно и ласково. Укутывает. Как только ОН умеет. Прижимается губами к моей макушке, гладит мою спину, разгоняя волны мурашек. Вдыхает и шепчет с хрипотцой в голосе. – Ты точно неугомонная. И всегда делаешь так, как считаешь нужным.

- Есть такое. – Шепчу в ответ и глажу его широкую спину.

- Солнышко Моё, я очень тебе благодарен. Очень. И я даже выразить сейчас своих чувств не могу… Мира, мне очень приятно. – Он шумно выдыхает. – Мира, была ещё причина, по которой я вчера не остался у тебя…

- Какая? – робко переспрашиваю, слушая учащённый стук его сердца.

- Хотел, чтобы ты подольше поспала. Отдохнула, а не суетилась с утра на кухне, готовя для меня завтрак…

Мы оба хохотнули.

- Так я и не суетилась, Андрюша. – Поднимаю на него свой взгляд и получаю трепетный поцелуй в губы.

- Конечно, у тебя же дома скатерть-самобранка – все заказы мгновенно выполняет. – Добродушно язвит, нежно улыбаясь.

- Нет. Такого чуда у меня точно нет! – я легонечко хохотнула. – Но у меня есть завакуумированные и замороженные заготовки с разными начинками и кухонный комбайн, который умеет замешивать тесто. При правильном планировании не так уж много времени всё и занимает, Андрюша. – Притягиваю его ближе к себе за шею и получаю свой заслуженный поцелуй.

- И отговорки, и отвлекалки на любой вкус у тебя тоже есть… – отвечает, легонечко посмеиваясь.

- Привыкай… – пожимаю плечиками с улыбкой и мы слышим звук селектора, доносящийся из-за закрытой двери. – Ну вот и началось… – вздыхаю, перебирая короткие волосы на его затылке.

- Началось, Солнышко. – Отвечает мне с грустной улыбкой, легонечко целует в губы и нехотя разжимает объятия…

Глава 42

Мира

Мнусь в дверях комнаты отдыха Андрея, не решаясь пройти в кабинет, пока он даёт поручения Аллочке по селектору, отказывается от кофе и просит не беспокоить его в ближайшие пятнадцать минут.

- Мира, пока не уходи, пожалуйста. – С надеждой во взгляде дожидается моего кивка, выдыхает с улыбкой, а затем что-то быстро набирает на телефоне.

А я чувствую, что меня охватывает мандраж – Аллочка уже пришла, а растворяться в пространстве или телепортироваться я до сих пор так и не научилась, поэтому шансов выйти из кабинета Андрея незамеченной у меня, можно сказать, нет вообще… Конечно, Андрей прав на все сто процентов, когда говорит, что надо всем сообщить о нас. Но вот я абсолютно не готова ко всему этому. Я-то сама только-только начинаю осознавать происходящее и пока в упор не представляю нашего совместного будущего с Андреем, хоть и безумно люблю его…

«О чём здесь всем говорить? Даже и для моего комфорта… – думаю я, наблюдая за Андреем. – Люди и после многих лет совместной жизни расходятся, а мы-то ещё толком и не сошлись… Счастье любит тишину…»

- Пошли обратно в комнату, – Андрей меня берёт за руку и снова заводит в наш небольшой оазис нежности, тепла и любви, где посторонним нет места.

Опять присаживаемся на диванчик – и я моментально оказываюсь в его заботливых и тёплых объятиях.

Чувствую лёгкий поцелуй на виске и его успокаивающие поглаживания по моей спине.

- У нас всё будет хорошо, Счастье Моё, любящее тишину… – окутывает бархатом своего шёпота, а я смущённо прячусь на его груди, осознав свою очередную глупость:

- Я всё это вслух произнесла – да? – жмурюсь от досады и закусываю губу.

- Я не знаю, всё или не всё, Солнышко. – Целует меня в макушку. – Мира, не сомневайся, пожалуйста, во мне, в нас… Я же обещал тебе, что всё сделаю для твоего комфорта.

Вместо ответа я хмыкаю, неопределённо пожимаю плечами и просто глажу его по груди, стараясь насладиться каждой секундой из тех отведенных нам пятнадцати минут, которые неумолимо истекают…

- Хорошая Моя, перед тем, как мы будем выходить из кабинета, я отправлю Аллочку с поручениями – и она тебя не увидит. – Я постаралась не сильно громко выдохнуть, но Андрей всё равно добродушно ухмыльнулся. – А Роману я написал, что сам его позову, когда освобожусь. Он знает, что мне надо посидеть с документами…

- Вот именно – с документами, а не со мной… – я вздыхаю и обвожу верхнюю пуговицу на его пиджаке.

- А я сейчас хочу посидеть с тобой, Мира. Тем более, у меня ещё остался один кадровый вопрос к тебе.

- Какой? – поднимаю на него свой удивлённый взгляд и довольно жмурюсь, получая поцелуй в носик.

- Уже абсолютно точно понятно, что Вера в ближайший год не вернётся. Компания продолжает развиваться – и мы начинаем сотрудничать с новыми клиентами. При этом и сохраняем своих постоянных. Мира, работы добавляется, поэтому я хочу взять в штат ещё троих дизайнеров.

- Андрюш, а зачем аж троих? Думаешь, совсем не справимся?

- Мира, я помню, что ты хотела уменьшать количество своего времени здесь…

- Андрюш, но то было раньше – до того, как мы… – я запинаюсь, а Андрей с улыбкой любуется мной. – В общем, я буду здесь. В прежнем графике. Андрюш, я не подведу тебя. Даже и не думай об этом…

- Мира, – нежно шепчет моё имя и целует трепетно, тягуче и сладко, что я снова забываю о том, где мы сейчас… – Мира, Моя Мира… – всматривается в мои глаза. – За тебя я всегда спокоен и знаю, что ты меня никогда не подведёшь.

- Тогда зачем? – медленно моргаю, пытаясь отогнать пелену дурманящих чувств, и вернуться в рабочее состояние.

- Затем, что я не хочу жертв с твоей стороны ради компании.

- Так никаких жертв и не будет, Андрюша. Всё будет точно так же, как и было. – Киваю ему с улыбкой и получаю лёгкий поцелуй в носик.

- Мира, ты же хотела вернуться в танцы. Разве передумала? – смотрит на меня проницательно.

- Нет, конечно. Не передумала. Буду возвращаться.

- Это хорошо, Солнышко. – Улыбается и целует меня в лобик. – Тогда тебе понадобится дополнительное время для тренировок, подготовки костюмов и выступлений.

- Я постараюсь так всё успевать, Андрюша.

- Я даже и не сомневаюсь, что ты постараешься, Мира. Но я не буду тебя эксплуатировать, Хорошая Моя.

- Так ты и не…

Не даёт мне договорить:

- Давай серьёзно, Мира. – Я киваю вместо ответа. – Сколько лет ты бы ещё хотела пробыть на сцене?

- Года три точно хотелось бы.

- Отлично. – Он одобрительно кивает и целует меня в лобик. – Как ты представляешь свой график, работая в компании полный трудовой день? Сколько часов в сутки планируешь спать?

- Андрюш, не переживай – я справлюсь.

- Мира, я не подвергаю сомнению твои возможности и желания. Мне просто интересно понимать, зачем тебе справляться ценою своего здоровья? Можно же постараться найти баланс: трудиться в компании несколько дней в неделю или приходить на полдня, а потом ехать домой и тренироваться не в ночное время до потери пульса, а так, чтобы потом ещё и жить хотелось. Мира, конечно, я с удовольствием буду наблюдать за твоими репетициями в любое время, если это будет единственная возможность хоть немного побыть с тобой. Но я не хочу, чтобы ты загнала себя окончательно – мне очень важно твоё здоровье и счастье. А будет ли счастье, если ты будешь постоянно крутиться как белка в колесе. А потом просто осознаешь всё это – и возненавидишь меня вместе с компанией за то, что не даю тебе возможности продохнуть. А я не хочу этого. Хочу, чтобы ты была счастливая и с радостью встречала меня с работы, уже порепетировав. Очень хочу нашу семью. Хочу совместные завтраки, ужины и ночи, Мира. – У меня сбивается дыхание и бросает в жар, а Андрей смотрит на меня с нежностью, мягко улыбается и невесомо гладит по щеке. – Совместные обеды мы себе тоже организуем. – Целует меня в носик. – Солнышко, у нас с тобой всё обязательно получится, но только не ставь мои интересы и приоритеты выше своих. Я очень хочу, чтобы работа в компании тебя радовала, а не напрягала. И я знаю, насколько важны для тебя танцы. Я не хочу забирать частичку тебя, Солнышко.

- Андрюш…

- Мира, у тебя же уже нет необходимости зарабатывать круглосуточно – правда? – смотрит проницательно, а я понимаю, что он уже готов решать все мои вопросы.

- Правда. – Киваю и успокаивающе глажу его по груди. – У меня хороший финансовый запас.

- Ну вот. И не возмущайся, пожалуйста, но зарплата твоя меньше не станет. В любом случае, Солнышко, финансовые вопросы мы с тобой ещё обсудим позже. И, чтобы для тебя это потом не было сюрпризом, для меня очень важно содержать свою семью, Мира. Я понимаю, что ты и сама в состоянии, но это очень важно для меня – это стимул двигаться дальше и радовать своих родных людей.

- Андрюша, но мы же ещё с тобой не се…

Снова не даёт мне договорить, легонечко касаясь губами моих губ:

- Я верю, что обязательно станем, Мира. – Нежно гладит меня по спине, заглядывает в глаза, ловя каждую мою эмоцию. – Конечно, я понимаю, что ты не будешь домохозяйкой, и не стану на этом настаивать. Я буду поддерживать все твои интересы и увлечения. Я уважаю тебя, твои желания и права, Солнышко. Всё будет так, как ты захочешь. Но у меня к тебе есть несколько просьб.

- Каких? – не разрываю нашего зрительного контакта и глажу его в области сердца, чувствуя его учащённый ритм.

- Ты бережёшь себя и своё здоровье и учишься отдыхать и получать от жизни удовольствие, а не только пахать круглосуточно. И, когда придёт время, я бы очень хотел сам обеспечивать нашу семью: с меня финансы, с тебя – уют, Мира. Своими деньгами распоряжайся, как считаешь нужным. Я же буду приносить в дом наши деньги, Солнышко.

- Андрюш…

- Мира, давай начнём с троих дизайнеров, совместных обедов и твоего сокращённого трудового дня. Ты сегодня очень поздно легла и я подозреваю, что это далеко не твой предел…

- Я понимаю, Андрюш. И очень благодарна за то, что тактично молчишь об остальном… Конечно, от состояния моего здоровья зависит…

Не даёт договорить мне о наболевшем – о детях…

- Мира, просто давай попробуем разгрузить тебя, а всё остальное будет потом.

Вместо ответа я медленно тянусь к нему, продолжая заглядывать в любящие глаза, и начинаю целовать первой.

Андрей отвечает – очень нежно и трепетно. Так, что в груди щемит и пощипывает в глазах.

Стараюсь раствориться в нашем поцелуе, отгоняя все мысли прочь.

Но не могу не думать.

Не могу не ценить всего того, что он для меня делает.

Так много. Всё ещё непривычно много…

Договаривается, но не давит.

Знаю, что он хочет свою полноценную семью, но не упрекает, а просто пытается создать максимально комфортные условия для меня. И даже уже продумал те моменты, которые я не понимала, как решить.

Он даёт мне моё собственное время, чтобы появилось больше времени для нас…

- Люблю тебя… – шепчу ему в губы, отстранившись на мгновение.

- Люблю тебя… – отвечает хрипловатым эхом и снова припадает к моим губам. Тягуче и пронзительно-нежно, до мурашек и пожара в груди одновременно…

Обвиваю его шею руками и прижимаюсь ближе.

Как же хочется раствориться в этом моменте…

И как же хочется идти ему навстречу…

Да не так он и много просит – конечно, я постараюсь не проявлять свою категоричность и гордость ради нашего счастливого совместного будущего. Меня это не сделает ущербной или менее успешной, а для настоящего Мужчины и правда очень важно обеспечивать свою семью без посторонней помощи.

Значит, буду привыкать к такому укладу, раз Андрея это стимулирует. И, конечно же, тоже всегда буду стараться поддерживать его во всём…

*****

Наш затяжной поцелуй прерывает звук селектора.

В его глазах сожаление и радость, любовь и надежда…

- Я не подведу, Андрюша. Договоримся… – шепчу с улыбкой и получаю лёгкий поцелуй в губы, а потом он быстро удаляется в свой кабинет.

«Интересно у нас рабочий день начинается», – думаю и иду за Андреем.

Пока же он отсылает Аллочку за образцами в типографию, я крашу губы, поглядывая за реакцией Андрея на меня.

А потом он подходит ко мне, обнимает со спины, прокладывает невесомую дорожку из поцелуев от виска до подбородка и легонечко касается уголка моих губ.

- Выдержит? – лукаво уточняет.

- Должно хоть несколько минут пройти. – Глажу его по щеке, не разворачиваясь. – Андрюш, пора идти. Скоро уже оперативка и мы снова увидимся.

- Хорошо, Солнышко. – Целует меня в щёчку. – Сейчас гляну, вышла ли уже Аллочка, а потом проведу тебя.

- Но, Андрюша…

- И попрошу у ваших прошерстить своих знакомых дизайнеров. Мне бы очень хотелось до конца месяца найти людей, чтобы за май все уже обосновались и вошли в курс дел, и хотя бы с июня ты могла трудиться по сокращённому графику, Солнышко…

Не хочу ему сопротивляться и даже мой вздох отнюдь не тяжёлый.

- Всё сделаем, Андрюша. – Я всё-таки перекручиваюсь в его объятиях и прижимаюсь щекой к его груди. – Через минутку пойдём… – глажу его по спине и слышу лёгкий смешок Андрея. Конечно, он понимает, что мне тоже не хочется никуда уходить…

Глава 43

Мира

Сложно…

Как же сложно находиться рядом и держаться на расстоянии, будто только что и не была в ЕГО объятиях. Держаться отстранённо и не обращать внимание на жжение в груди… Не поддаваться тому притяжению, которое заглушает голос разума и тянет жаждущего к живительному источнику влаги…

Эти несколько дней вместе с Андреем полностью перевернули мой мир… Он давал мне напиться любви, нежности, душевного и просто физического тепла…

Всего того, чего не было в моей жизни прежде, но чего на самом деле хотелось больше всего на свете…

И сейчас я крайне остро чувствую и понимаю, что не «напилась»…

Чувствую жажду по НЕМУ…

И «да» – он прав! Нас видно…

Вижу, что он старается смотреть не только на меня…

Но всё равно его взгляд застывает именно на мне…

Я изо всех сил стараюсь смотреть на коллег, но вижу вокруг лишь размытые пятна и слышу какой-то гул…

Рядом с ним для меня нет других людей…

Все слились…

Но так ведь нельзя…

Нельзя так любить и растворяться в человеке…

Нельзя молчать, когда хочется кричать…

Надо жить дальше и продолжать выполнять свои функции в обществе…

Нельзя подводить Андрея…

Нельзя обезуметь от любви…

И надо помнить, что счастье любит тишину…

Наш недолгий прощальный взгляд друг на друга практически вырывает Душу из тела…

Прикрываю глаза и шумно выдыхаю, когда за Андреем закрывается дверь нашего отдела…

«Глупенькая, до оперативки ещё всего пятнадцать минут…» – успокаиваю себя, понимая, что и там придётся стараться вести себя отстранённо и безразлично…

Стараюсь вернуться в реальность: ребята начали активно переписываться или созваниваться со своим бывшими одногруппниками или другими знакомыми дизайнерами. Но собеседования всё равно проводить мне – сейчас я в отделе главная и Андрей рассчитывает на мою компетентность…

Что ж… Придётся научиться говорить «нет» тем, кто не соответствует…

Сложно, но так надо.

Оглядываюсь по сторонам: уверена, что ребята догадываются о нас с Андреем. Но так же я уже успела проверить их тактичность и ненавязчивость – не станут они лезть мне в душу и что-то выпытывать. И, уж тем более, болтать по всем углам о том, что их не касается. Да и, насколько я знаю, по Андрею никто из наших девушек не сох – как-то они его считали уж слишком недосягаемым и из другого круга. Заинтересованных во мне парней здесь тоже не было: все либо уже с парами или своими симпатиями. Я же для них ранее была слишком сложная и странная, поэтому внешняя привлекательность заметно уступала страхам перед вопросом: «А как ее лечить-то вообще?..»

Ухмыляюсь, понимая, что на счёт наших ребят я могу быть спокойна.

Чувствую, как меня окутывает нежное тепло, и слышу вибросигнал сообщения.

Разблокирую телефон.

Андрей: «Солнышко, давай сделаем совместный заказ на обеды? Ты хочешь из «нашего» рыбного или «Неаполя», как обычно?»

Почему-то становится так тепло и приятно от этого домашнего общения: «нашего» рыбного, как обычно…

Да, ведь, как оказалось, ранее мы заказывали себе обеды в «Неаполе».

И я отвечаю: «Давай не изменять «Неаполю»!»

В ответ сразу же получаю электронное меню и сообщение: «Мира, заказывай себе обеды до пятницы включительно, если планируешь быть в офисе. Ты моя девушка и я за тобой ухаживаю, поэтому не лишай меня возможности чувствовать себя мужчиной :-)»

Смущённо улыбаюсь…

И этот милый жёлтый смайлик от Андрея… Понимаю, что уже улыбаюсь шире. И, конечно же, понимаю, что меню мне Андрей прислал не для того, чтобы я сама оплатила свои обеды… Да и в пятницу его не будет, а он всё равно проявляет свою заботу и старается дать мне понемногу привыкать к тому, что за финансовую часть отвечает он.

Конечно, для меня это очень сложно и непривычно.

Но я также очень хорошо понимаю, что это важно для Андрея.

Поджимаю губы.

Думаю…

Да, я хочу сделать ему приятное.

Да, я уже не раз убеждалась, что Андрею нравится за мной ухаживать и проявлять свою заботу.

И «да» – теперь я уже абсолютно чётко понимаю, что так он не старается меня покупать.

Он ждёт и готов дальше ждать…

И даже его объятия: он ещё ни разу не позволил себе опустить свои руки ниже моей поясницы… А это говорит о многом…

Телефон ещё раз вибрирует, вырывая меня из размышлений.

Андрей: «Хорошая Моя, перешли мне, пожалуйста, заказ хотя бы за несколько минут до оперативки – я хочу успеть его оформить :-)»

И снова этот смайлик заставляет меня улыбаться, а мои внутренние противоречия становятся ещё менее острыми.

Меню и свои предпочтения в «Неаполе» я знаю очень хорошо, поэтому быстро ставлю галочки на нужных позициях и пересылаю всё Андрею…

«Ну вот, Мира, так и становятся нахлебницами», – сказала бы я себе раньше, а сейчас понимаю, что всё далеко не так однозначно – сейчас я просто любимая девушка настоящего Мужчины…

Любимая и счастливая…

*****

Прихожу на оперативку уже перед самым началом, чтобы не было времени общаться с Аллочкой и отвлекать Андрея своим присутствием.

Здороваюсь со всеми и присаживаюсь на свою «галёрку», умащиваясь на кресле так, чтобы за коллегой меня особо не было видно Андрею.

Быстро и привычно выворачиваю свой ноут, чтобы заняться проектом, а не залипать на Андрея.

Так я и шизофреником могу стать…

Или уже?

Закатываю глаза и вздыхаю, а потом вижу небольшое окошко сообщения на экране ноута.

Андрей: «Прячешься? :-)»

Я: «Да :-)»

Андрей: «В обсуждении поучаствуешь или ты сегодня не готова?»

Я: «Болтать – не мешки ворочать! Всегда готова! ;-)»

Слышу, как Андрей пытается сдержать свой смех.

Я: «Лучше начинай уже оперативку! ;-)»

Андрей: «Хорошо, Солнышко :-)»

Я пытаюсь скрыть довольную улыбку, делая вид, что задумчиво потираю пальчиком висок.

«Да уж… Привыкай, Мира-конспираторша!» – думаю и стараюсь внимательно слушать Андрея, не обращая внимания на мурашки, вызываемые его тембром голоса, и делать набросок очередного проекта…

К сожалению, после оперативки побыть хоть несколько минут с Андреем не получилось – этот нахальный Роман Алексеевич решил, что настало его время приседать Андрею на уши. Но потом я получила сообщение от Андрея, что обед будет полностью в нашем распоряжении, и немного успокоилась. Хоть что-то хорошее. И мимо Аллочки я тоже быстро прошмыгнула, пока её атаковали начальники других отделов.

Что и говорить – везёт!

*****

Ждала обеда, как сидевший в газовой камере глотка свежего воздуха… И сразу же полетела к Андрею, как только он написал, что Аллочка уже ушла.

- Андрюша, надо поставить таймер или будильник, чтобы не засидеться, – быстро протараторила, оказываясь в родных, желанных и таких уютных объятиях…

- Обязательно, Любимая, – прошептал, легонечко целуя в висок и приглашая пройти в наш маленький мирок – наше зазеркалье…

Обед мне показался невероятно вкусным, а атмосфера уютной и романтичной…

Мне уже не казалось, что мы прячемся. Мы просто любим друг друга и проводим вместе время, как нам комфортно.

- Да у тебя здесь всё есть, чтобы подстраховаться на все случаи жизни, – констатировала я, возвращаясь в нежные объятия Андрея после того, как прошлась по его «тайной» комнате.

- Да, ты права! Именно, чтобы подстраховаться…

- И часто приходилось? – я поудобнее умостилась на его груди и начала медленно вести пальчиками по лацкану его пиджака, вспоминая про душевую, гардеробную с десятком деловых костюмов, рубашек и туфель, а главное, небольшую отдельную спальню с полуторной кроватью…

- Приходилось, Мира… – сказал как-то уж слишком буднично и поцеловал меня в макушку.

- А сегодня тоже здесь останешься? – поднимаю на него свой взгляд, стараясь скрыть тревогу за улыбкой.

- Нет, Хорошая Моя. – Нежно улыбается мне. – У меня сегодня деловой ужин. Потом сразу поеду домой – надо с Кирой встретиться.

- Понятно. – Постаралась не сильно вздохнуть. – И куча папок на столе… У тебя дел невпроворот, а я тебя целый день отвлекаю…

- Ты меня не отвлекаешь. Ты моя отдушина, Мира… – смотрит с любовью, нежностью и благодарностью в мои глаза, а я смущённо улыбаюсь и опускаю ресницы.

По груди разливается тепло и я понимаю, что мне очень приятны его слова и эти нежные поглаживания по спине. Но нельзя же быть такой эгоисткой, поэтому я поднимаю на него взгляд и начинаю уверенно говорить:

- Андрюш, я всё понимаю. Завал – есть завал… Побудем вместе в другой раз…

Он невесомо касается подушечкой указательного пальца моих губ, останавливая мой речевой поток, и шепчет с мягкой улыбкой:

- Сейчас наше время, Солнышко.

На несколько мгновений зависаю в манящей голубизне его глаз, понимая, что мы уже тянемся друг к другу, чтобы раствориться в нежности и забыться до самого сигнала мобильного…

А потом мы мягко улыбаемся друг другу, смотрим затуманенными взглядами, срывая несколько лёгких прощальный поцелуев с любимых губ…

- Так можно жить… – шепчу, игриво высвобождаясь из любимых и желанных объятий, и выхожу из его кабинета, пока в приёмной ещё никого нет.

- Я тебя люблю. – Слышу, произнесённое в спину. Поворачиваюсь и отвечаю ему одними губами, медленно закрывая за собой двери.

Мне хорошо. Мне с НИМ очень хорошо. И надо акцентироваться на этом и жить в этом чувстве. И когда я снова начну по нему скучать, то надо просто вспоминать, что совсем недавно я была с НИМ… Нам было очень хорошо… И мы счастливы вместе…

Довольно вздыхаю, уже в полной мере осознавая, что не только мне хорошо рядом с НИМ… Андрею тоже хорошо рядом со мной…

Мы делаем друг друга счастливыми…

Оказывается, я способна делать любимого человека счастливым…

Дыхание сбивается – и я даже останавливаюсь перед дверями нашего кабинета, ведь в груди щемит, а в глазах пощипывает от очередного осознания…

«Мира не от мира» способна создавать с кем-то свой собственный счастливый мирок…

*****

Весь остаток трудового дня в своих мыслях я периодически возвращалась в наш тихий и уютный оазис, надёжно спрятанный в его кабинете, мечтая о прощальном поцелуе перед отъездом…

К сожалению, ему не суждено было случиться, ведь у Андрея затягивалась встреча, а потом он торопился на деловой ужин.

С грустью вздохнула, в десятый раз перечитывая его сообщение с извинениями, а потом просто подбодрила его и написала, что всё ещё у нас будет…

На парковке старалась долго не смотреть на окна его кабинета и отправилась домой.

Там уже по привычке поставила запекаться рыбу в духовку и пошла тренироваться.

В самый разгар репетиции неожиданный сигнал домофона эхом разошёлся по залу…

«Странно… Уже девять вечера… Я же никого не жду…» – думаю, проходя в прихожую и не могу поверить своим глазам, посмотрев на экран видеонаблюдения…

Быстро отщёлкиваю замки и открываю двери…

И меня окутывает мой любимый морской аромат…

Андрей вручает мне шикарно-цветущий сиреневый фаленопсис (разновидность орхидей – прим. автора):

- Солнышко, это тебе в знак благодарности за завтрак.

- Спасибо большое, Андрюша, – хлопаю ресницами, пытаясь осознать происходящее, и едва успеваю поставить цветок на комод, как оказываюсь в его нежных объятиях:

- А это я тебе задолжал… Да и просто соскучился до безумия…

Понимаю, что уже растворяюсь в трепетном и нежном поцелуе, поднимаюсь максимально высоко на носочки и обвиваю его шею руками…

- Мира, – шепчет, целуя мои распущенные волосы и зарываясь в них носом. – Любимая… Моё Чудо…

- Андрюш, а как встреча? – всё-таки вспоминаю и интересуюсь я.

- Всё хорошо. Договор подписали. – Прижимается губами к моему виску.

- Молодец! – искреннее радуюсь и целую его в щёку. – Пошли на кухню – у меня как раз рыба ещё тёплая.

- Спасибо, Солнышко. Я ещё не голоден. И меня Кира ждёт. Просто не смог мимо твоего дома проехать… – смотрю в его глаза и не понимаю, за что мне достался такой Мужчина, но очень явно чувствую, что снова готова расплакаться…

«Конечно, давно не ревела», – съязвила про себя и потянулась за прощальным на сегодня поцелуем…

- Мира, мне позвонить тебе перед сном? – снова всматривается в мои глаза.

- Конечно. – Киваю с улыбкой.

- Ты ещё долго пробудешь в зале?

Я задумываюсь на несколько мгновений и произношу:

- Обещаю, что в одиннадцать буду в постели.

- Тогда я позвоню по видеосвязи… – прошептал, озорно подмигнув, на что я лишь смущённо кивнула.

Андрей же добродушно улыбнулся, явно довольный моей реакцией, а потом невесомо поцеловал в губы.

На прощание…

Глава 44

Андрей

Просыпаюсь с улыбкой на лице – сегодня во сне я снова обнимал Миру…

Свою Миру…

А она так трепетно прижималась к моей груди, нежно гладила по спине, с любовью смотрела в глаза и самозабвенно растворялась в наших поцелуях…

Моя Мира…

Так отчётливо вспоминается наш вчерашний вечер…

Тело сводит от желания не просто обнять и поцеловать Миру…

И как же мне не хотелось вчера уезжать от неё…

Идеальное разгорячённое тело Моей Малышки манило, ласковые ручки нежно обнимали и гладили, распущенные волосы сводили с ума…

И этот дурманящий медовый вкус её отзывчивых губ…

От неё просто пёрла непередаваемо мощная энергия, в которой хотелось купаться, погрузиться с головой и раствориться…

Утолить свою жажду…

Хоть немного погасить всё больше разгорающийся огонь желания…

Никогда ещё не испытывал ничего подобного…

Всегда мог себя контролировать.

А вот сейчас…

Прилагаю все свои усилия, чтобы сохранять хоть остатки разума и благоразумия…

И та всепоглощающая страсть, которая с каждым мгновением разрастается во мне всё сильнее, провоцирует потянуть за собой и Миру…

Тем более, что она тоже хочет быть со мной…

Но в то же время моя безграничная и трепетная любовь к Мире, уважение к НЕЙ и страх поторопиться не давали мне даже опустить руку на обнажённую часть спины ниже лопаток… Туда, где заканчивались края её спортивного топа…

Я не хочу, чтобы она подумала, что меня интересует только её тело…

Мне нужна вся ОНА…

И я прекрасно понимаю, что фундаменту наших отношений ещё нужно выстояться…

Всему своё время…

Шумно выдыхаю и отправляюсь принимать свой привычный контрастный душ, чтобы постараться сохранить баланс между своими обязанностями и желаниями…

*****

Душ бодрит и пробуждает вполне обычный голод, поэтому на завтрак разогреваю себе несколько тех самых тарталеток и делаю кофе.

Вспоминаю Своё Солнышко с улыбкой на лице.

Совсем скоро я снова ЕЁ увижу…

И всё больше осознаю, насколько же я сейчас счастлив: мне хочется считать минуты до встречи с НЕЙ, а потом растягивать наши мгновения до бесконечности…

Но жизнь не состоит только из наших мгновений – и мы снова повторяем наш незатейливый «маршрут» друг к другу…

Хватаем кусочек счастья, чтобы было легче пережить муки, пусть и не долгой разлуки… Вспоминаем, скучаем и снова «бежим» друг к другу за очередным «кусочком» счастья…

Беру тёплую тарталетку в руку и с улыбкой вспоминаю наш телефонный разговор с Мирой перед сном: вчера я попросил её пока не готовить мне завтраков, стараясь убедить, что питаюсь нормально и регулярно, иначе попросту не дожил бы до нашей встречи…

Мира моей шутки не оценила, но решила со мной не спорить – всё-таки она меняется и становится более мягкой сейчас.

А для меня важно, чтобы она всё же научилась больше отдыхать и начала хоть немного высыпаться, ведь в её случае даже лишние пятнадцать минут сна абсолютно не лишние.

И я пока не понял: Мира считает, что я ем как слон, или попросту решила сделать мне удобный и сытный перекус на несколько дней вперёд, ведь, когда она говорила, что приготовила мне тарталетки на завтрак, я подумал о нескольких штуках.

Но вот, когда я открыл пакет, чтобы достать клубнику для жены Романа, то просто поперхнулся от удивления, когда обнаружил три контейнера с пятью большими тарталетками в каждом…

Неугомонная…

Моя неугомонная…

Правильно тогда Роман подметил…

И надо ЕЁ как-то постараться сбалансировать…

Отсылаю сообщение Своему Солнышку с пожеланиями доброго утра и хорошего продолжения дня. Добавляю, что очень соскучился и жду нашей встречи.

А потом за своим завтраком вспоминаю, как вчера Роман без спросу уплетал очередную тарталетку и искренне недоумевал, как это я, «запав на невменяемую язву, сорвал настоящий джек-пот».

Конечно, я и сам не подозревал, что за внешней красотой и колючками, скрывается такая девушка…

Просто ответил ему, что со мной Мира – не язва, а сам пусть ещё раз на свою жену внимательно посмотрит, а не по сторонам…

Конечно, я понимаю, что Роман уже успел пересмотреть своё отношение к Мире, и говорил всё это больше в шутку, пытаясь понять, как столько всего может в одном человеке уживаться…

Конечно, я заметил его искренность, когда сообщил ему, что мы с Мирой начинаем строить отношения, ведь он знает о моих чувствах к ней. И о нашей совместной командировке. Кроме подробностей, естественно. И мне было очень приятно, что он порадовался за нас, а потом удивился клубнике от Миры и тарталеткам…

«А ведь она ещё и танцует круто! – тогда добавил он. – Ты точно с ней не заскучаешь…»

«Да я и без танцев с ней не скучаю. И не заскучаю – у неё отличное чувство юмора», – возразил я, понимая, в какую сторону клонит Роман.

Возможно, что это может показаться кому-то странным, но Миру и всё, что есть и будет между нами, мне хочется оставлять только между нами…

И просто поставил его перед фактом, что отныне я буду защищать её на правах её мужчины, поэтому преступать черту ни при общении с ней, ни при общение со мной о ней, не стоит…

Роман всё понял…

Раньше так вопросы я никогда не ставил…

Сигнал сообщения вернул меня в сегодняшний день.

Любимая: «Доброе утро, Андрюша. Минут через сорок буду выезжать. До встречи :-)»

«А я раньше», – думаю, широко улыбаясь и увеличивая ЕЁ фото в мессенджере.

Наша Норвегия…

И счастливая восторженная Мира на фоне северного сияния…

Как же хочется радовать её каждый день…

*****

Пока ехал в машине, думал, как лучше да и вообще, когда познакомить Миру с Кирой, ведь сестрёнка уже на месте сидеть не может, то поскуливая, то просверливая меня взглядом с просьбой о личном знакомстве…

И опять же: клубника и тарталетки и здесь сделали своё дело…

Беззвучно смеюсь, но понимаю, что мне очень хочется, чтобы две мои любимые девочки искренне сдружились. И не ревновали меня друг к другу…

*****

Не успеваю толком приступить к делам, как в двери моего кабинета раздаётся долгожданный стук.

Полвосьмого.

Мира…

Как всегда, великолепна… Точнее, сногсшибательна…

Быстро направляюсь к НЕЙ, попутно отмечая снова не накрашенные губы и офигенное лиловое платье-футляр её любимой длины миди.

Здороваюсь со Своей Малышкой, уже представляя, как буду нежно поглаживать кружевные вставки на её платье, как слышу свой любимый голосок:

- Здравствуй, Андрюша! А что это на тебе сегодня?

Глава 45

Мира

Как же всё-таки удивительно получается: с появлением Андрея в моей жизни одни реальные сны сменились другими...

И меня просто в жар бросает от воспоминаний о наших ночных объятиях и поцелуях...

Таких реальных, что я до сих пор чувствую их на своих губах... На каждом миллиметре кожи лица...

На своих руках и пальчиках...

Столько нежности и любви ни в моей реальности, ни в моих снах ещё никогда не было...

А сейчас... Как же хочется сохранить всё это в нашей жизни...

Еду в компанию, подгоняя светофоры, а заезжаю на парковку с непередаваемым чувством восторга и предвкушения хорошего, светлого, радостного и долгожданного...

Нечто подобное я испытывала ещё в глубоком детстве перед Днём рождения или Новым годом, понимая, что получу долгожданный подарок... Но только сейчас мой подарок – это живой и любимый Мужчина...

Любимый...

Захожу в кабинет, едва дождавшись разрешения.

Андрей торопится ко мне навстречу с довольной улыбкой.

Зависаю на мгновение, всматриваясь в его костюм. Возможно, что это просто оптическая иллюзия, вызванная освещением. Хотя раньше я такого не замечала.

- Здравствуй, Солнышко! – улыбается и подходит ближе.

А я смотрю на него с удивлением, ведь на солнышко сейчас больше похож именно он:

- Здравствуй, Андрюша! А что это на тебе сегодня?

- Костюм. – Отвечает с лёгким недоумением, забирает мои вещи и невесомо целует в губы.

- Очень необычный костюм... – произношу задумчиво, внимательно наблюдая за интересным световым эффектом на ткани, который не зависит от движений Андрея.

- И что в нём необычного? – поворачивается ко мне, поставив мои вещи на ближайшее кресло.

- Не могу точно сказать. – Первая обнимаю его и глажу по груди. – Крой очень интересный и тебе идёт. Сидит отлично. – Слегка поддеваю ноготком лацкан костюма и смотрю на его обратную сторону, пытаясь хоть что-то объяснить себе. – Нет, конечно, те костюмы тоже сидели на тебе идеально. Но вот этот... Не знаю... Только не смейся, пожалуйста.

- Обещаю, что не буду. – Нежно целует меня в висок.

- От него веет уютом, теплом и любовью... Ничего не понимаю... Ведь это же просто деловой костюм... И ещё кажется, что он легонечко мерцает... И это вообще не зависит от того, как на него падает свет... Я с Элей уже давно общаюсь и понимаю, что эта вещь излучает очень сильную положительную энергию... Она пошита специально для тебя и с хорошими мыслями о тебе... Я сама себе шью костюмы именно потому, что никто обычно не вкладывает в пошив ничего... И такие костюмы получаются пустыми и безликими, не несут в себе ничего позитивного и гармоничного... Это просто вещь... Но на тебе сейчас совсем другое, Андрюша... – глажу его по груди. – Это даже, можно сказать, твой оберег... Для чужих людей обычно так не шьют... – поднимаю на него взгляд, не понимая, что сейчас у меня в Душе. Хочу услышать, что этот костюм пошил, ничего не значащий для него, человек?

Закусываю губу. В груди давит, а в висках гудит.

Вижу его довольную, но растерянную улыбку, а потом чувствую лёгкий поцелуй в носик.

Хлопаю ресницами в ожидании хоть каких-то ответов.

- Этот костюм мне пошила Кира. – Чувствую, как стремительно округляются мои глаза. – Она моя родная сестра. – Улыбается и прижимается губами к моему лбу. – Мне и правда как-то необычно комфортно и легко в этом костюме... И мне очень приятно, что ты увидела именно так её труд. Если можно, то я ей передам твои слова?

- Конечно, – киваю, мысленно выдыхая и радуясь этой новости.

Но теперь меня ещё больше начинает разъедать любопытство, и я стараюсь незаметно расстегнуть верхнюю пуговицу пиджака Андрея несколькими пальчиками.

Притаиваюсь и довольно обвожу пальчиком красиво и аккуратно обработанную петельку.

- И кто там «шкодит»? – легонечко посмеивается Андрей. Берёт мою руку в свою и нежно целует пальчики, которыми я только что, собственно говоря, и «шкодила».

- Нельзя? – поднимаю на него взгляд и невинно хлопаю ресницами?

- Прям здесь? – добродушно иронизирует, приподняв бровь, а я моментально вспыхиваю и опускаю свой взгляд.

- Я просто очень хочу рассмотреть твой пиджак со всех сторон. Как проложены не только наружные швы, что с карманами, как выглядит подкладка?

Андрей смеётся:

- Тебе это, правда, интересно?

- Конечно! Кстати, твоя сестра исключительно в твоём «рабстве», или и другим тоже шьёт? – прикусываю себе язык, утыкаясь лбом в его грудь и мысленно ругая себя: «Умей притормозить прежде, чем что-то сказать, Мира!»

- Пока она набирается опыта и уверенности на мне, Солнышко. – Отвечает с улыбкой, а я поднимаю на него удивлённый взгляд. – Да, Мира, она ещё учится.

- Просто моя логика работает немного по-другому, Андрюша…

- Я знаю, Солнышко.

А я хмыкаю и внимательно осматриваю пиджак: медленно прохожусь пальчиками по лацканам, по нагрудному карманчику, чувствуя, как шумно дышит Андрей и колотится его сердце. Конечно, я всё понимаю, но всё равно набираюсь наглости – и по-хозяйски расстёгиваю оставшиеся две пуговицы на пиджаке Андрея.

Он шумно выдыхает и прижимает меня ближе к себе. Утыкается губами в макушку, обдавая горячим дыханием:

- Мира, не надо. Я лучше сам, Хорошая Моя.

- Андрюш, – трусь кончиком носика о его грудь. – Я всё понимаю – не маленькая. Я просто хочу рассмотреть пиджак и…

- Что, Хорошая Моя? – подгоняет меня, ведь пауза затягивается.

- Ещё немного обнаглеть… – шепчу на выдохе и проскальзываю руками под пиджак. Обхватываю крепкую спину в тонкой рубашке и наслаждаюсь теплом его тела.

Мы синхронно выдыхаем – и я прикрываю глаза.

Сейчас мне хорошо.

Очень хорошо.

- Я так соскучилась, Андрюша…

- Я тоже, Любимая… – шепчет с лёгкой хрипотцой и целует меня в висок.

Мы замираем на несколько секунд, а потом он нежно проводит по контуру моего ушка, медленно спускаясь к шее.

Чувствую, как резко напрягается моё тело, меня пробирает озноб, а ладони моментально холодеют.

«Мира, это Андрей. Мой Андрей. Он не сделает мне ничего плохого. Расслабься!» – мысленно уговариваю себя и чувствую, что Андрей не касается кружевного воротничка и выреза-лодочки, декорированного им же. Его ладонь аккуратно ложится между моих лопаток – как раз там, где кожу прикрывает тонкий кашемир.

Нежно поглаживает, давая мне немного расслабиться.

Считаю стук его сердца, понимая, что сейчас в обратную сторону так же быстро отсчитывается и время до начала нашего трудового дня… И я точно знаю, что не увижу Андрея до самого обеда. А я трачу эти драгоценные мгновения на свою рефлексию…

- Солнышко, я пока наглеть не буду, а вот ты можешь себе позволять всё, что считаешь нужным… – шепчет мне на ушко, а я поднимаю на него свой взгляд, еле сдерживая слёзы от очередного осознания того, как же сильно мне повезло с этим мужчиной.

- Я тебя люблю… – всё-таки всхлипываю и сразу же охаю от того, что Андрей подхватывает меня на руки.

Каким-то чудом выворачиваю свои руки из его пиджака и обхватываю шею.

Андрей заносит меня в свою (или уже всё-таки нашу) «тайную» комнату и усаживает к себе на колени.

- Не помнёшь! – сразу же с улыбкой прерывает мои попытки отнекаться и нежно целует.

Я ещё раз всхлипываю и полностью отдаюсь нашему поцелую…

Он нежно ведёт пальцами вдоль потайной молнии моего платья, расположенной как раз на моём позвоночнике. И эта простая, но необычная ласка разгоняет одновременно и волны мурашек, и жар по всему телу…

Наши дыхания сбиваются, перемешиваются, мы жадно припадаем к желанным устам, будто стараясь надышаться друг другом и сделать тот самый спасительный глоток воздуха перед погружением на глубину…

Мы снова забываемся…

И снова нас прерывает посторонний звук.

Но в этот раз мобильного Андрея, а не селектора.

Его финдир.

Выдыхаю разочарованно, а потом практически сразу же удивляюсь тому, что Роман Алексеевич соглашается встретиться с Андреем позже.

- Это что же – он сейчас не ввалится в твой кабинет без стука? – произношу изумлённо, наблюдая, как Андрей возвращается ко мне на диванчик.

- Нет, Солнышко. Ещё десять минут я исключительно в твоём распоряжении. – Довольно улыбается, а я сглатываю, желая снова утонуть в его объятиях и раствориться в поцелуях. Но его расстёгнутый пиджак напоминает мне о его сестре и о том, что я так и не успела озвучить.

Нежно глажу его по щеке и легонечко целую в губы.

Провожу по воротничку рубашки, специально затрагивая кожу на шее…

Вижу, как он сглатывает, а потом тону в бездне его расширенных зрачков, словно подсвеченной голубизной радужки…

Так маняще…

Но в них нет похоти и «чудовищ», а есть лишь безграничная любовь, восхищение и желание быть ближе… Со временем…

Он всё-таки готов ждать…

Странно…

Непривычно…

Захожу дальше и веду несколькими пальчиками по его галстуку – шумный выдох и его нежные объятия становятся теснее.

- Мира… – хриплый шёпот и просто лёгкий поцелуй в переносицу.

Сглатываю, пытаясь осознать то, что происходит сейчас, и сопоставить со своим горьким жизненным опытом: мой Андрей не напирает и не набрасывается на меня, хотя я поддалась своей слабости и пошла на откровенную провокацию… чтобы проверить…

Да, это плохо и низко…

Но только так я могу постараться узнать, что на самом деле стоит за его обещаниями, что всё будет так, как я захочу…

- Андрюша, прости меня, пожалуйста… – понимаю, что распаляю любимого мужчину, но на продолжение ещё не согласна.

- Мира, всё в порядке. У нас с тобой нормальные желания для любящих друг друга людей. Просто мы не будем с тобой торопиться. Я же тебе обещал, Солнышко. – Заглядывает мне в глаза с нежной и ласковой улыбкой. – И мне так приятно, что ты становишься смелее…

Я медленно моргаю, понимая, что он, в очередной раз, порвал мои шаблоны мышления и хватаюсь за край его пиджака, как за спасительную соломинку.

Поджимаю губы и робко разворачиваю его край к себе изнанкой. Андрей замирает, а я внимательно рассматриваю аккуратные стыки и строчки – и всё-таки довольно улыбаюсь:

- Какая же твоя Кира умничка, Андрюша. Мужские костюмы очень сложно шить. А здесь всё так аккуратно… Она очень постаралась!

Слышу медленный выдох облегчения, а потом понимаю, что Андрей снова гладит меня по спине. Он всё-таки очень переживает и за свою сестру тоже.

- Спасибо большое, Мира. – Слышу улыбку в голосе и уже смело поднимаю на него взгляд.

- Ты нас сможешь познакомить? – всё-таки озвучиваю то, что уже несколько минут собиралась.

Вижу, как удивлённо приподнимается его левая бровь, а улыбка становится шире:

- С удовольствием, Солнышко! Я уже устал от неё «отбиваться». А после твоей клубники и тарталеток она готова мне ультиматум поставить… Хочет передать тебе лично своё восхищение твоими угощениями! – он начинает посмеиваться, а я прыскаю со смеху.

- Было бы за что, Андрюша!

- Есть за что, Солнышко! – целует меня в носик.

- Ладно, Андрюша, разберёмся! – улыбаюсь и решаюсь озвучить свои мысли. – У меня есть идея одного платья. Кружевного… – вижу заинтересованный взгляд Андрея и довольно улыбаюсь. – Самой мне пока шить некогда. И, если у Киры есть время и желание, то я бы с удовольствием сделала ей заказ.

- Мира…

- За «спасибо» я не хочу, Андрюша… И этот вопрос с ней мы урегулируем без тебя. Сразу прости, пожалуйста. Конечно, я не рассчитываю на такой же эффект, как с твоим костюмом, но шьёт она всё-таки очень хорошо. И я бы с удовольствием помогла разработать ей собственную эмблему, когда придёт время, и если она захочет…

- Мира, спасибо тебе огромное…

- Андрюш, вот вообще не за что. – Я всё-таки умащиваюсь у него на груди, понимая, что вот-вот время нашей утренней встречи истечёт… – если мы с ней сработаемся, то я бы у неё и базу для своих костюмов заказывала… И… надо будет с ней поговорить, конечно, интересно ей это или нет, но озвучу сразу тебе: я знаю, что Эля только украшает себе костюмы для конкурсов, а сами юбки и топы шьёт под заказ… Соня вообще себе заказывает костюмы полностью – рукоделие не её… И у нас много таких девчонок, которым нужны базовые костюмы или полностью готовые – не у всех есть время и желание заниматься этим… А вот швей, которые понимают, какие требования к разным костюмам и как их шить, практически нет… К таким очереди на полгода вперёд расписаны и прайсы у них приличные тоже… Так вот, если Кире это будет интересно, то я бы могла ей объяснить, что, как и к чему… Ну, и кинуть информацию среди своих…

Перекручиваюсь, чтобы заглянуть в его глаза – и вижу в его взгляде смесь любви, восторга и благодарности:

- Спасибо большое, Солнышко! Как я понимаю, вам с Кирой уже есть, о чём поговорить…

- Ага! Не вклинишься! – смеюсь и легонечко целую его в щёку.

- Мира, – ласково прижимает меня ближе и нежно гладит по спине. – Тогда я с ней спишусь – и мы договоримся о встрече.

- Хорошо, Андрюша! Всё остальное мы тогда обсудим с ней сами…

- Конечно, Солнышко! В ваши женские дела лезть не буду…

- Вот и отлично… – смотрю на него наигранно-лукавым взглядом, потирая ладошки. – Это ж теперь у меня есть возможность подружиться с бездонным источником компроматов на тебя… – всё-таки сама же не выдерживаю своей игры и доброго взгляда со счастливой улыбкой Андрея, и начинаю весело смеяться. – Не нужны мне компроматы на тебя, Андрюша! Да я и уверена, что их попросту нет… – снова зависаю от его проникновенного взгляда – и мы, словно под гипнозом, тянемся друг другу, шепча, что любим…

Иронично посмеиваемся, когда наш поцелуй прерывает звук селектора, а потом Андрей снова отсылает Аллочку по поручениям. Я быстро крашу губы, а Андрей застёгивает пиджак.

Прижимаемся друг к другу лбами и кончиками носов, замерев на несколько щемяще-сладких мгновений…

Фантомный поцелуй без касания губ – и я быстро выскакиваю из его кабинета со своими вещами. Андрея удалось уговорить остаться.

А уже через десять минут я получаю от него сообщение, что Кира может встретиться с нами сегодня или завтра.

Соглашаюсь на сегодня, ведь завтра – четверг, а это значит, что мне надо будет приготовить Машунькин заказ.

Понимаю, что улыбаюсь как идиотка. Мне абсолютно не страшно знакомиться с ЕГО сестрой…

ОН пускает меня в свою семью…

И сейчас я чувствую, как счастье фонтанирует внутри меня…

А ещё до нашей обеденной встречи с Андреем осталось чуть меньше четырёх часов…

Глава 46

Андрей

«Да, к хорошему привыкаешь быстро», – думаю я, накрывая столик в нашем укромном местечке.

Это всего-то второй наш совместный обед в офисе вместе с Мирой, а я себе уже не представляю, как может быть по-другому?

Как я жил всё это время без НЕЁ?

Существовал…

Просто существовал от одной деловой встречи к другой, от одной командировки к другой, а в промежутках надо было успеть всё переделать, чтобы снова загрузить себя новой работой…

Бесконечный бег по кругу…

Осматриваюсь, понимая, насколько одно и то же помещение может восприниматься по-разному, если его наполнить приятными впечатлениями и эмоциями…

А ведь всего за несколько недолгих встреч с Мирой здесь, эта комната превратилась в действительно уютное место, наполненное любовью, радостью и счастьем… Теперь я захожу сюда не с чувством безысходности и необходимости выполнения взятых на себя обязательств, а с предвкушением новых объятий, улыбок, нежных и страстных поцелуев…

С предвкушением того, что мы с Мирой снова подарим друг другу частичку себя, напитаем любовью и верой до следующей встречи…

ОНА, правда, моя отдушина в этих бесконечных гонках сумасшедшего мира бизнеса…

Возвращаюсь в свой кабинет и набираю сообщение с ноута для Любимой: «Солнышко, я уже жду тебя :-)»

«Любимая»…

Как же приятно читать эту надпись и видеть фото счастливой Миры рядом…

И как же приятно, просыпаясь утром, осознавать, что мы с Мирой вместе…

Что я ей напишу, а она мне обязательно ответит…

Что мне не надо ждать оперативки, планёрки, её прихода с проектами или мимолётной встречи на парковке, чтобы увидеть её…

Закрываю глаза.

Глубоко вдыхаю и улыбаюсь от того, что мы уже прошли путь мучительных запретов на прикосновения, и совсем скоро я уже не просто дотронусь до её руки – я обниму её и поцелую… А ОНА не отскочит… ОНА ответит мне взаимностью…

Взаимностью и такой искренней, чистой и безграничной любовью…

От стука в дверь сразу же подскакиваю с кресла и бегу навстречу ЕЙ, попутно разрешая войти в кабинет. Ведь Мира даже сейчас не позволяет себе заходить ко мне просто так…

Чувствую, как в кабинете сразу же становится светлее, воздух свежее, а меня просто распирает от счастья…

А Мира уже тихо смеётся, утыкаясь мне в щёку, ведь я её подхватил на ходу и уже держу на руках.

- Андрюша, ну дай хоть несколько метров пройтись – и так полдня просидела на месте…

Легонечко целую её в губы, любуясь искорками счастья в её бездонных глазах, а потом аккуратно возвращаю на пол:

- Непоседа! – констатирую я, беру её за руку и веду в нашу тихую «гавань», где есть место только нам двоим…

*****

После трапезы мы договорились, что вечером встретимся с Кирой у меня. Мира не захотела заказывать доставку ужина, убедив меня, что лучше они с Кирой что-то вместе приготовят – так и наладится непринуждённое общение.

Перечить не стал, а лишь предупредил, что Кира в готовке не очень. Но Миру это не смутило и не отпугнуло.

- Начнём с простого для уверенности, а там всё пойдёт по накатанной! – с улыбкой ответила Мира.

- Тогда после работы поедем в супермаркет! – довольно резюмировал я и поцеловал её в лобик.

- Кто поедет? – с недоумением посмотрела на меня Мира.

- Мы с тобой, Солнышко. – Улыбаюсь, стараясь подбодрить её.

- Андрюша, у меня есть хороший курьер – давай мы ему просто закажем доставку продуктов к определённому времени – всё будет сделано.

- Мира, а я люблю сам покупать продукты. – Улыбаюсь и вижу, как удивлённо приподнимается её левая бровка, а потом она медленно хлопает ресницами.

- Зачем тебе это? – отмирает Мира.

- Просто нравится и всё!

- Странно, конечно… Ну, допустим… Наверное, это что-то вроде «притащить мамонта в дом», да? – я не выдерживаю и начинаю тихо посмеиваться от рассуждений Своей Малышки.

- Возможно, Солнышко! – целую задумчивую Миру в переносицу. – Так ты составишь мне компанию?

- Андрюша…

- Я понимаю, что ты уже и не вспомнишь, когда крайний раз была в супермаркете…

- Вот это точно… И это не моё – там вечно полно людей… – Мира сжимается и передёргивает плечиками.

- Солнышко, возле моего дома есть отличный супермаркет, где нет толп людей. – Вижу в её взгляде сомнение и страх. Целую ручку, успокаивая, глажу её спинку и нежно улыбаюсь. – Мира, я всегда буду рядом. Буду постоянно держать тебя за руку и никого к тебе не подпущу. – В её глазах растерянность и неуверенность. Она нервно покусывает губу и сглатывает, а я просто привлекаю её ближе к себе и очень нежно, трепетно и осторожно целую… Чтобы она вспомнила, что мы уже вместе, почувствовала, что я её люблю, сам не обижу и никому не дам в обиду… Хочу, чтобы она продолжила мне доверять и доверяться – и мы сделали ещё один шаг вместе с ней к преодолению страхов…

Любуюсь, как Мира медленно выныривает из поцелуя, смотрит затуманенным взглядом, а потом прячется у меня на шее.

- Мира, большинству людей не нужно и не хочется причинять тебе вред… И я буду рядом с тобой… Там нам не надо будет скрывать, что мы с тобой пара, поэтому я не думаю, что другие мужчины захотят к тебе подкатывать при мне…

Услышал её тихий смех и почувствовал лёгкую щекотку на шее от её прерывистого дыхания.

- Ладно, Андрюша! Уговорил! Ты у меня явно не мелкий! – Мира ещё немного посмеялась и задумчиво притихла, умащиваясь на моей груди.

- Спасибо большое за доверие, Солнышко. – Целую её в макушку, продолжая наслаждаться такой важной для меня фразой: «Ты у меня…»

- Ты меня никогда не подводил, Андрюша. И я тоже буду стараться… – прошептала она и добавила. – Очень стараться… Мы же теперь вместе…

*****

Вечером, как и договаривались, мы встретились возле подъезда Миры. Она как раз оставила свой ноутбук дома и накинула жакет, ведь погода начала заметно портиться. Порадовался, что она поддалась на мои уговоры, и не стала переодевать платье. Ей оно очень идёт и создаёт вокруг неё невероятно весеннюю и романтичную ауру…

Открывая перед ней дверцу своего авто, в очередной раз задумался, что мне бы очень хотелось самому привозить её в компанию и завозить домой. Но пока мы живём по отдельности.

По дороге Мира заметно переживала, но всё равно старалась улыбаться, а я её успокаивал и подбадривал. Рассказывал, что мы едем в хороший супермаркет с великолепным ассортиментом и большим количеством охраны и грамотных консультантов. Шутил, что я ещё её от аквариумов и витрин с рыбой и морепродуктами забирать буду. Знаю же о её кулинарных предпочтениях и чем Котенко можно заманить в супермаркет.

Сначала Мира недоверчиво осматривалась и жалась ко мне, но потом стала заметно смелее – и уже сама с охотой брала продукты с полочек, смотрела их состав и сроки годности, а потом складывала их в тележку. А я с удовольствием наблюдал, как она улыбается и кивает своим мыслям.

Овощи к салату Мира тоже выбирала сама, вежливо отказав консультанту.

А вот из сырного отдела и отдела морепродуктов Миру действительно пришлось забирать, напоминая о времени и Кире.

И, как бы, между прочим, я сказал, что мы можем вместе ездить за покупками, когда она этого захочет. Мира угукнула и ответила, что изредка можно… А потом на кассе, когда нам пробивали наши товары, просто молча обняла меня буквально на несколько секунд – так трогательно и искренне, что у меня в груди защемило… Я ведь и так прекрасно понимаю, что все эти, совершенно обыденные для большинства людей вещи, для моей Миры являются настоящим подвигом и огромным шагом к нормальной жизни…

А ещё мне безумно приятно чувствовать, что мы с Мирой сейчас смотримся, как самая обычная молодая семья…

Глава 47

Андрей

Мира сразу же обнимает меня, как только мы оказываемся в моей квартире.

Снова молча.

Нежно поглаживает по спине и просто слушает стук моего сердца.

От супермаркета до моего дома ехать всего несколько минут, поэтому поговорить мы не успели. Мира просто с улыбкой поблагодарила меня и ушла в свои мысли на эти несколько минут...

И вот опять...

Я понимаю, что сейчас нам надо просто помолчать...

Ей надо многое обдумать и переосмыслить...

Поверить и принять, что мир вокруг неё отнюдь не враждебен к ней...

Что я с ней и всегда за неё...

- Я люблю тебя... – шепчу и целую её височек, поглаживая по спинке.

- И я тебя люблю... – шепчет в ответ, поднимает на меня нежный и благодарный взгляд и тянется за поцелуем...

С трудом отрываемся друг от друга, довольно улыбаясь.

- Уже не боишься? – целую её в носик.

- Нет. – Отвечает уверенно и спокойно.

- И Киры тоже не боишься? – спрашиваю с наигранным лукавым прищуром.

- Нет, конечно! – хохочет Мира. – Она же у тебя абсолютно не страшная!

- Тогда уже можно звонить ей?

- Звони, конечно, пусть приходит. – Кивает и целует меня в щёку, приподнявшись на носочки.

*****

Кира, как всегда, влетела восторженным ураганчиком, восклицая с порога вместо приветствия:

- Как же я за вас рада!

А потом просто повисла у меня на шее, зацеловывая в щёку и шепча на ухо, какой я молодец!

Мира же тактично отошла в сторонку и молча наблюдала за нами.

- Здравствуй, Кирюша! – всё-таки напомнил сестрёнке о вежливости.

- Ой! Конечно, здравствуйте! Здравствуй, Мира! – сестрёнка перестала душить меня и повернулась к Мире.

- Здравствуй, Кира! – две мои шкодины синхронно засмеялись, а я с улыбкой любовался ими.

- Я очень рада знакомству! – Кира подошла поближе к Мире.

- Я тоже очень рада знакомству, Кира! – с улыбкой ответила Мира.

- Ну, вот и познакомились... – довольно констатировал я и пригласил девушек пройти на кухню.

- А у Миры глаза красивее, чем у тебя! – проходя мимо, «подколола» меня сестрёнка.

- И я очень этому рад, Кирюша. А ты не завидуй – сама умница и красавица! – догнал её и поцеловал в лобик.

*****

- Андрюш, а зачем тогда мы столько всего накупили, раз у тебя холодильник не пустой? – удивилась Мира, помогая раскладывать продукты.

- У тебя же были свои задумки для приготовления ужина, вот я и не захотел тебя сбивать, Солнышко. – Приобнял её за талию и легонечко поцеловал в щёчку, думая о том, что скупил бы вообще весь супермаркет, если бы Мира этого захотела, ведь за эти искорки радости и азарт, появившиеся в её глазах, я бы многое отдал. Лишь бы она чувствовала себя довольно и счастливо.

- Ну, тогда надо побыстрее приступать к готовке! – погладила меня по торсу и хитро подмигнула. – Можешь начинать чистить овощи!

Я прыснул со смеху:

- Как скажешь, шеф (так называют шеф-поваров в ресторанах – прим. автора)! – тоже подмигнул ей и получил лёгкий тычок в бок, засмеялся и ещё раз поцеловал её в щёчку.

- Мира, давай лучше я почищу овощи! – отозвалась Кирюша, уже держа в руках миску для них.

- Нет, Кира. Пусть овощи подготавливает Андрей, а мы займёмся готовкой.

- Но я не очень умею готовить… – начала потухать Кирюша.

- Кипяток готовить умеешь? – приветливо спросила Мира, а я прыснул со смеху.

- А кипяток разве готовят? – растерянно переспросила Кира. – Это же не блюдо… Обычно блюда готовят…

- Ну, в моём понимании, кипяток – это полуфабрикат!

Мы втроём прыснули со смеху, а Кирюша ещё раз переспросила:

- Полуфабрикат? И как это?

- Очень просто, Кира! Если ты умеешь «готовить» кипяток, то это уже полдела, а всё остальное всего лишь надо вовремя добавить – и всё! А спектр блюд, основой для которых является кипяток, просто огромен…

Теперь мы уже вместе начали смеяться. Кирюша же нехотя отдала мне миску, обречённо вздохнув, но продолжая улыбаться:

- У тебя всё так просто, Мира…

- А чего усложнять-то? – Мира пожала плечиками с добродушной улыбкой на личике и сестрёнка ей машинально кивнула в ответ, сама себе удивившись. – Кира, помоги мне, пожалуйста, найти кастрюльки и сотейник. Я пока здесь ещё не очень хорошо ориентируюсь.

- Конечно! – взбодрилась Кирюша и быстро нашла всё необходимое.

- Спасибо большое, Кира! – Мира ей очень искренне и открыто улыбалась. – Тогда набери, пожалуйста, в кастрюльки водичку и ставь на плиту – сейчас будем колдовать…

- Зелье варить?! – весело рассмеялась Кира.

- Всего понемногу… – Мира загадочно улыбалась, а я залюбовался своими девочками. – Андрюша, не мечтай! А то вода закипит быстрее, чем ты справишься! – посмеиваясь и тоже заметно расслабляясь, «командовала» Моя Врединка.

- Всё будет сделано, шеф! – снова по-доброму подшутил над ней.

- Ай-йай таким быть, Андрюша! – добродушно «пожурила» меня Мира, и работа на кухне закипела.

Мира очень быстро нашла правильный подход к Кире, ненавязчиво объясняя и подсказывая, куда сейчас надо заглянуть, и незаметно подсовывая то, что как раз пора добавить. А сестрёнка, даже не осознавая этого, по сути готовила сама и радовалась этому.

Я же счастливо улыбался, наблюдая за ними. А потом опустил взгляд вниз – и тихо засмеялся, осознав, что сейчас выкладываю в противень овощи для гратена (гратен – это любое сладкое или несладкое блюдо, запеченное в духовке до образования аппетитной корочки – прим. автора), чередуя два слегка проваренных кружочки картофеля с одним сырым кружочком несладкого батата. Мира убедила всех, что при добавление в классический французский картофельный гратен батата, блюдо получается гораздо нежнее и полезнее. Никто с ней спорить, естественно, не стал.

А вот удивляться я продолжил: довольная Кира порхала по кухне, а не суетилась, как обычно, хватаясь за всё подряд. Мира ставила на телефоне таймеры, чтобы ничего не пропустить, и посоветовала купить Кире на кухню специальный кухонный таймер.

Так незаметно наш картофельно-бататовый гратен уже был готов, в духовке допекался лосось, Мира дорезала салат, а Кира выкладывала обжаренные креветки на блюдо. Кстати, соус к ним у Киры тоже не расслоился, в холодильнике уже застывал творожно-клубничный мусс и мариновалось мясо, ожидая свою очередь в духовку. И это я ещё вовремя остановил своих девочек, напомнив, что мы столько не съедим, а послезавтра прямо из офиса я поеду в командировку.

Во время ужина атмосфера была уже очень дружелюбной и воодушевлённой. Все шутили и получали истинное наслаждение от приятной компании и вкусных блюд, приготовленных с любовью и радостью. Кира с удовольствием отвечала на расспросы Миры и мои девочки уже даже составили свои планы на выходные: в субботу Мира приедет к Кире, чтобы посмотреть её модели, а в воскресенье Мира заедет за Кирой – и они поедут смотреть уже костюмы Миры.

Вздохнул от того, что мне не стать частичкой их планов на эти выходные, ведь приеду я с командировки глубокой ночью с воскресенья на понедельник. Но зато порадовался тому, что мои девочки нашли между собой общий язык, а это для меня самое главное.

После ужина Кирюша отправилась к себе домой, а мы с Мирой захотели ещё немного побыть вместе.

Глава 48

Андрей

На улице разгонялся дождь, размывая в панорамном окне красивый вид цветущего подсвеченного парка и прудика за окном. А мне больше всего сейчас хочется просто укутаться вместе с Мирой в клетчатый плед и раствориться в её тепле и уютных объятиях…

- А ты вспомнишь, когда последний раз здесь отдыхал, Андрюша? – тихо спрашивает Мира, когда я захожу вслед за ней в свою лаунж-зону (зона отдыха – прим. автора).

Я обнимаю её со спины и целую в височек.

Вздыхаю и отвечаю:

- Когда только переехал сюда – почти четыре года назад. Но тогда и вид здесь был ещё не такой: парк совсем молодой, прудика ещё не было, а был лишь котлован под него. Подсветок под деревьями и на клумбах ещё тоже не было, была только часть аллей. Сейчас уже темно и толком ничего не видно, но на прошлой неделе в специальном домике у прудика поселили пару лебедей.

- Прикольно… – произносит задумчиво Мира.

- Согласен. – Ухмыляюсь. – Потихоньку парк расширяют и облагораживают – жилой комплекс-то ещё по сути новый…

- Ну да… Про свой я тогда вообще промолчу! Меньше двух лет. – Легонечко посмеивается и перекручивается в моих объятиях. Задумчиво гладит меня по груди, вздыхает и шепчет. – Андрюша, спасибо большое тебе за сегодняшний день и вообще за всё спасибо…

Нежно касаюсь её губ своими.

- Мира, ты уже прощаешься?

Она поджимает губы, вздыхает и отвечает:

- Андрюш, уже поздно, а мне ещё тренироваться надо…

- Вот именно, Солнышко, ты сама сказала, что уже поздно…

- Репетицию всё равно никто не отменял.

Я тяжело вздыхаю и прижимаюсь губами к её лобику.

Да, сейчас Мира выглядит довольной и синева под глазами мастерски скрыта макияжем, но я чувствую её накопленную усталость и то, что она ещё не совсем восстановилась после болезни. Сейчас ей очень нужен отдых и максимально щадящий режим, чтобы организм снова не взбрыкнул. И была бы моя воля, я бы отвёз её на какой-то красивый тропический островок и следил за тем, чтобы она только отдыхала и хорошо и регулярно питалась…

Вздыхаю и целую её в макушку.

- Мира, давай полчасика поговорим. – И не дожидаясь её ответа, беру её на руки и несу на диванчик, умащивая на своих коленях. Конечно, я бы хотел посадить её немного по-другому, но пока у нас более нежные и невинные отношения.

Мира же молча обвивает мою шею руками и утыкается носиком в щёку, щекоча тёплым дыханием.

Мы оба молчим…

Конечно, в моей голове сейчас крутится несколько тем для разговора: от простой благодарности за Киру и смелость самой Миры, до желания донести до неё, что она всё ещё продолжает себя загонять…

Думаю, что Мира сейчас молчит по той же причине – слишком много хочется сказать и о многом пока ещё надо просто помолчать…

Глажу её по спинке и решаю начать разговор о Кире.

- Мира, спасибо большое тебе за то, что помогаешь Кире поверить в себя. Она ещё никогда не была такой радостной и уверенной на кухне. Да и не получалось у неё всё так хорошо и вкусно ранее.

- Не за что, Андрюша… Мне кажется, что я догадываюсь о причинах её неуверенности…

- Хм! Интересно, Солнышко… Поделишься? – глажу её по спинке.

- Она же твоя сестра. Конечно, поделюсь… – целует меня в щёку и легонечко трётся о неё носиком.

- Спасибо большое, Солнышко. – Целую её ручку и привлекаю немного ближе.

- Знаешь, Андрюша, Кира производит впечатление очень домашней девушки. Она уютная и хозяйственная, но… суетится и боится ошибиться… Она же знает, что нужно делать, но постоянно сомневается и хочет, чтобы кто-то руководил процессом… Мне кажется, что ей просто не хватает живого примера на кухне. Есть такие люди, которым важно лично показать и проконтролировать, чтобы в следующий раз они смогли это сделать самостоятельно. Она такая семейная… И мне кажется, что ей очень не хватает мамы рядом…

- Думаю, что ты права, Мира… – ответил со вздохом.

- Андрюша, а давно ваши родители живут в Одессе?

- Уже два с половиной года.

- А Кира до их переезда жила с родителями?

- Да, конечно.

- А ваша мама… она…

- До этого болела полтора года. Но проходила лечение не только здесь. Кира поддерживала её, как могла. Когда мама возвращалась сюда, то Кира всегда была рядом. Я в этом плане не очень… – тяжело вздыхаю, а Мира сильнее прижимается ко мне и нежно гладит по затылку. – Жил отдельно и просто взял на себя финансовую часть. Папа всё время был с мамой, а я на работе и в командировках… Ну, а когда стало понятно, что маме нужен морской климат, решил купить Кире квартиру в соседнем подъезде.

- Рядышком. Чтобы присматривать?

- Да. Их предыдущее жильё было на другом берегу Днепра, а у меня как раз стройка нашего нынешнего здания компании была в самом разгаре… Ездить через полгорода к ней было не совсем удобно, поэтому решение купить ей квартиру рядом со мной мне казалось правильным. Да и Кире едва восемнадцать исполнилось, когда родители переехали… А она абсолютно не такая, как ты, Мира… Она бы не смогла жить совсем одна, как ты, Солнышко… – целую её щёчку и смотрю на задумчивую Миру.

- А почему она не переехала с ними?

- Она уже училась здесь, а в одесских вузах аналогичной специальности нет. Да и не хотела она меня одного здесь оставлять без поддержки тоже… Это же Кира…

- Понятно… Знаешь, Андрюша, у меня ведь ситуация абсолютно другая: мои родители живы-здоровы, но просто не хотят меня понимать и принимать такой, какая я есть… И когда я уезжала, я даже не задумывалась о том, что их может не стать физически… Конечно, я теряла родных мне людей – ты это знаешь… Но вот именно тогда мне было важно не потерять себя… А у Киры совсем другая ситуация – она же не хотела уезжать от родителей, но им пришлось уехать от неё… Конечно, ей тяжело и она постоянно переживает за здоровье мамы, ведь у неё было очень сложное заболевание, которое всё равно накладывает определённый отпечаток на всю оставшуюся жизнь…

- Да, Солнышко, ты права… – я тяжело вздыхаю, а Мира целует меня в щёку. – И хочется, чтобы всё это осталось в прошлом, но постоянно нужна поддерживающая терапия… И от этого уже никуда не деться…

- Но её жизнь продолжается – это главное, а заполнить её хорошим всегда можно… – Мира ободряюще улыбается мне.

Я хмыкаю с улыбкой, стараясь сейчас не думать о том, чему бы действительно была рада мама.

- А вообще ты очень хороший брат, Андрюша. – Мира нежно гладит меня по щеке с искренней улыбкой на личике.

- С чего ты это взяла? – улыбаюсь ей в ответ и целую в носик.

- Ну, во-первых, это очень хорошо видно по вашему общению, а, во-вторых, ты ей помогаешь и поддерживаешь её. Заботишься.

- Но ты же против помощи брата и за самостоятельность…

- Нет, Андрюша, я не против помощи родных людей. Я считаю её нормальной. Это у меня ситуация ненормальная… Я понимаю, что ненормально, когда ребёнок убегает из дому. А вот, когда старший брат помогает и заботится о сестре, то это правильно.

- Тогда почему ты не дала Сергею тебе помочь, раз считаешь это нормальным?

- У меня была другая ситуация, Андрюша… Я сбегала… И мне надо было многое доказать себе и родителям… А Кире это не нужно… Она очень хорошая девушка, Андрюша. Пусть такой и остаётся… А с уверенностью мы ей обязательно поможем. Я не считаю, что каждая девушка должна сама себя обеспечивать с семнадцати-восемнадцати лет… Это не просто и огромный стресс, как бы там ни было… Просто у меня изначально получалось зарабатывать своими интересами, но я понимаю, что такая возможность есть не у всех… И на самом деле очень хорошо, что ты есть у Киры и обеспечиваешь её комфорт. Тем более она и так переживает за маму… Андрюш, она хороший человек и мне интересно с ней общаться. И готовить у нас тоже получается вместе. На выходные я хочу подбросить ей идею пошива платья для меня. Но сразу тебя предупреждаю, если Кира с тобой поделится этим, то ты вообще не в курсе. Хорошо? – смотрит на меня серьёзно, но при этом очень нежно и ласково гладит по груди.

- Хорошо, Солнышко! Если ты считаешь, что так нужно, то пусть так и будет. – Улыбаюсь ей и легонечко целую в губы в знак благодарности.

- Мне просто кажется, что сейчас ей важно почувствовать вкус самостоятельно заработанных денег. К которым ты вообще не имеешь никакого отношения, Андрюша. Понимаешь?

- Понимаю, Солнышко. – Киваю ей с улыбкой и, в очередной раз, поражаюсь её проницательности. – Спасибо тебе большое.

- Пока не за что. – Улыбается и легонечко целует меня в губы. А я до безумия хочу поддаться своим желаниям и целовать сейчас Миру долго, тягуче… То нежно, то страстно… Но покоя не даёт очень важный для меня вопрос.

- Мира, ты же очень хорошо разбираешься в людях и видишь их…

- Не очень, но случается.

Я ухмыляюсь:

- Со стороны порой виднее, Солнышко.

Мира вместо ответа хмыкает и пожимает плечиками.

- И себя ты тоже хорошо видишь, Солнышко. – Мира поджимает губы и опускает взгляд, но мне очень важно сейчас поговорить с ней. – Ты же понимаешь, что твой режим возможен лишь до того момента, пока просто сам организм тебя не остановит?.. Мира, я знал очень много людей, которые просто «сгорали» от переутомления и сверхнагрузок. Которые попадали в больницы перед важной встречей из-за своих переживаний и неумения отдыхать, переключаться…

- Ты же сам точно такой же, Андрюша…

- Знаю, Солнышко, поэтому и стараюсь изменить свою жизнь, возьму зама, а потом буду искать ещё одного, чтобы была возможность разгрузить себя и освободить больше времени для нас, Мира. А ты? Ты понимаешь, что тебе уже сейчас нужен перерыв? Что ты продолжаешь загонять себя без необходимости?

- Понимаю… – шепчет, не поднимая глаз. – Понимаю, но не могу моментально остановиться, Андрюша. Я, как локомотив, набравший скорость, просто мчусь вперёд… по инерции… Я уже так привыкла… Долго привыкала… И сейчас стараюсь бить по тормозам, но сразу остановиться всё равно не могу… Не получается… Понимаешь? Похоже, что не только в вождении, но и в жизни тоже есть понятие «тормозной путь»… Ты же сам водитель – и на практике это хорошо знаешь…

- Да, Солнышко. – Глажу её похолодевшую ручку и целую в щёчку, стараясь поддержать. – Мы справимся вместе…

- Хм! – пожимает плечиками, но всё равно не поднимает на меня взгляд. – Я помню по троих дизайнеров в штат, но мне всё равно надо тренироваться каждый день.

- Хорошо, Солнышко. – Стараюсь не напирать. – А по сколько часов в день тебе надо тренироваться?

- В идеале часов по восемь, но не меньше четырёх уж точно.

- Угу! А выходные и вынужденные перерывы на плохое самочувствие ты как-то учитываешь?

- Вот уже были вынужденные перерывы по болезни и выходные в командировке, Андрюша…

- Но ты всё равно ещё не восстановилась, Мира…

- Восстановлюсь…

- Солнышко, а как, к примеру, четырёхчасовая тренировка сейчас тебе поможет восстановиться?

Она пожимает плечами:

- Никак… Я понимаю, что никак… Всё понимаю… Но я боюсь… Просто боюсь, что не справлюсь… Вернусь в танцы – и проиграю… А я не умею проигрывать… Понимаешь? Я люблю танцевать… Я люблю и привыкла побеждать… И я боюсь выйти на конкурс и проиграть хоть в одной номинации… Для меня это страшно… Абсолютный крах… Так не возвращаются… И я не хочу потом винить себя за то, что излишне расслабилась и не отточила все движения идеально…

- Мира, но ты же профессионал – у тебя уже давно все движения отточены… Тебе надо просто поддерживать свою форму. Для этого не надо столько пахать в зале…

- Ты не понимаешь, Андрюша… – вздыхает с грустью. – Я не одна хочу побеждать… Все танцовщицы растут и развиваются… Нас оценивают судьи, а паркет не прощает даже малейших ошибок и недочётов… У каждой конкурсантки есть всего одна попытка станцевать свой идеальный танец в каждой категории… Всего четыре минуты на танец, чтобы показать все свои возможности… И всё.

- Хорошая Моя, я это понимаю. Но можно просто загнать себя до такой степени, что слечь перед самым конкурсом. И что тогда делать?

Мира вздыхает и молчит.

- Помню, не так давно я тебе звонил, Солнышко. Перед командировкой в Китай. Я тогда очень сильно испугался за тебя. – Она снова вздыхает и молчит. – Мира, просто признайся себе, пожалуйста, смогла бы ты выйти на конкурс в таком состоянии и победить во всех номинациях?

Она отрицательно качает головой и шепчет:

- Нет… Конечно, нет.

- Но ты же понимаешь, что это может снова повториться, если не давать себе отдыхать?

- Понимаю, Андрюша… Но всё равно боюсь.

- Солнышко, конкурс будет в начале сентября, а сейчас у нас двадцать второе апреля… Мира, ты можешь себе позволить несколько недель отдыха, понимаешь? Тем более с Машенькой ты всё равно заниматься будешь. И, если уж совсем не можешь без репетиций, то выбери себе ещё какой-то день для занятий, но побереги себя хоть немного, пожалуйста…

Мира молча покусывает губку. Хмурит лобик и вздыхает.

Конечно, я понимаю, что это решение даётся ей очень сложно. И по себе знаю, как не просто останавливаться – «тормозной путь» правда есть… Но я очень хочу, чтобы она была здоровой и счастливой.

Естественно, я понимаю, что танцы для неё очень важны. Но для меня важна она сама… И я не хочу её потерять… Даже не так – я боюсь её потерять…

И я прекрасно помню рассказы Софии о тренировках Миры, о том, что Мира фанатик… И диагноз у неё ведь абсолютно не бесплодие, а просто невозможность выносить ребёнка… Для меня причина очевидна – организм перегружен и истощён…

И ей просто нужен отдых, нормальный сон, спокойствие…

Тот самый баланс и гармония в жизни…

Смотрю на свою притихшую Малышку – сейчас она такая трогательная и беззащитная.

Погрузилась в свои мысли и крутит пальчиками шармы на своём браслете.

- Иди ко мне, Солнышко. – Притягиваю её поближе к себе, укутывая в объятия. Мира умащивается на моей груди и вздыхает. – Хорошая Моя, даже машины ломаются, ни то, что люди… Я верю, что у тебя всё получится. Всегда буду поддерживать и понимать, Мира. И когда ты будешь чувствовать себя хорошо, я сам не выпущу тебя из зала, пока не отрепетируешь минимум четыре часа, Солнышко.

У Миры вырывается смешок, а потом я чувствую, как нежно она гладит меня по груди.

- Хорошая Моя, – шепчу на выдохе и стараюсь собраться с мыслями, чтобы продолжить. – Вот даже по себе знаю, что при хорошем самочувствии и отличном настроении – и работоспособность гораздо выше… Да и времени уходит на выполнение задачи меньше. Мира, ты же заряжаешь свой телефон, чтобы он дальше работал, свою «Теслу», чтобы ездить на ней – и не переживаешь по поводу того, что у них батарейки садятся. Это поправимо. Вот так и тебе сейчас просто надо немного зарядиться – и всё будет хорошо, Солнышко. Не переживай и не бойся, пожалуйста.

- Я постараюсь. – Прошептала Мира и крепко меня обняла.

- Умница. – Целую её в макушку. – Тогда, я могу отвезти тебя домой, а ты просто отдохни. И завтра можешь не приезжать в компанию – побудь дома. Тем более, ты ещё будешь готовить для Машеньки.

- Отвези, пожалуйста, но завтра я всё равно приеду в компанию… – рисует пальчиком узоры на моей груди.

- Мира…

- У меня есть, чем заняться. Тебя подводить я уж точно не собираюсь.

- Ты и не подводишь, Солнышко.

- Я всё равно приеду – я же буду скучать, Андрюша… Ты и так скоро уедешь в командировку… – ласково трётся щёчкой о мою грудь.

Её шёпот разливается бальзамом по моей Душе, в груди щемит – и мне просто до безумия хочется оставить её у себя.

Я же тоже скучаю…

Безумно и до ломоты в теле скучаю…

Глава 49

Мира

Странно...

Так мало времени прошло, пока мы с Андреем вместе, но уже так много всего есть между нами...

С каждым новым днём, часом, мгновением, заботой, взглядом, прикосновением, поцелуем, шёпотом, дыханием, признанием… чувствую, как мы всё больше прорастаем друг в друга...

И понимаю, что мне это нравится...

Что я растворяюсь в НЁМ – и не хочу останавливаться...

И так странно, но я уже привыкла засыпать под его убаюкивающий и ласкающий шёпот по телефону...

Не знаю, у всех ли влюблённых так, но я чувствую, когда он меня мысленно обнимает даже на расстоянии...

И так у нас каждую ночь – я нежусь в его надёжных, уютных объятиях, понимая, что его физически рядом нет, но чувствуя его тепло и то, что сейчас он всё равно рядом со мной, как бы далеко не был...

Фантомные объятия – всё равно объятия и проявление любви, нежности и заботы...

А утром я снова получаю милые сообщения от Андрея – и не понимаю, как я раньше могла жить без них... Без НЕГО...

Наше утреннее свидание наполняет счастьем и предвкушением новой встречи в обед, ведь Андрею пришлось откорректировать свой график на сегодня – и отменить нашу запланированную встречу в рабочее время.

Ну ладно... Это жизнь. И надо уметь быть благодарной за то, что есть... А наши рабочие моменты мы можем обсудить и за совместным обедом – хорошо, что он у нас будет...

*****

Наш совместный обед снова проходит уютно и очень нежно. И я изо всех сил стараюсь насладиться каждым мгновением рядом с Андреем, отгоняя от себя мысли, что завтра буду уже обедать сама, ведь он уедет в командировку раньше…

Нехотя выныриваю из умопомрачительного поцелуя, ведь уже настойчиво звенит будильник – время, отведенное нам, завершено…

Глажу Андрея по щеке с лёгкой небритостью, которой утром ещё не чувствовалось, и понимаю, что наслаждаюсь даже этими мелочами…

Но в то же время в моей груди сейчас щемит – пора возвращаться в свой отдел, хоть и хочется остаться с НИМ…

- Солнышко, может, уже поедешь домой? – целует меня в лобик, заправляя выбившуюся прядь за ушко.

- В честь чего это? – недоумеваю я.

- Тебе же ещё заказ для Машеньки готовить…

- Вот вечером и приготовлю. А сейчас пойду трудиться! – легонечко целую его в губы и встаю с диванчика.

- У тебя есть что-то срочное? – встаёт следом и подходит ко мне.

- Прям аж срочного нет, но не хочу накапливать… – нехотя выхожу из нашей комнатки.

- А завтра это сможешь сделать? – догоняет меня и обнимает со спины, целуя в височек.

- Зачем? – перекручиваюсь в его объятиях и глажу по груди.

- Мира, я бы хотел с тобой вечером погулять – сегодня погода хорошая и обещают без дождя. – Он мне нежно улыбается и целует в носик, а я просто растерянно улыбаюсь и хлопаю ресницами. – Солнышко, ну так что? Ты согласна? – гладит меня по щеке. – Только вокруг будут люди… Но я всё равно буду всегда рядом. Сможешь?

- Хорошо… – произношу задумчиво, а потом с улыбкой добавляю. – Я постараюсь, Андрюша. – Тянусь и целую его в щёку. – А что ты хочешь на ужин?

- Мира, ничего – вы с Кирой мне и так наготовили. – Улыбается с благодарностью во взгляде.

- Вот с Кирой это и поешь! Я спросила о другом. – Глажу его по груди.

- Мира, я не есть к тебе приду…

- А я по-другому не согласна! – наигранно топаю ножкой и показательно хмурюсь сквозь пробивающиеся смешки.

- Ладно, то, что заказала Машенька. – Целует меня в переносицу и хитро улыбается.

- Отлично! Манная каша с комочками – заказ принят, Андрюша! – смеюсь и тянусь за прощальным поцелуем.

- Всё, что угодно твоего приготовления, Солнышко. – Улыбается и целует меня так, что я забываю о всех своих колкостях, крутящихся на языке… – До вечера, Моя Хорошая. – Ещё раз легонечко касается моих губ своими, а я лишь согласно угукаю, понимая, что сейчас начну собираться домой…

*****

Андрей приезжает намного раньше, чем я даже могла надеяться, поэтому радостно визжу и бросаюсь ему на шею, как только открываю дверь, сама удивляясь такой бурной реакции.

- Хорошая Моя, – шепчет с улыбкой, подхватывая меня на руки. – Ради этого стоило к тебе приехать пораньше.

Я же довольно улыбаюсь, прижимаясь к его щеке и обвивая шею руками.

- Я просто соскучилась и… как раз всё приготовилось. Буквально вот-вот. – Трусь носиком о его щеку и легонечко целую.

- Это хорошо, – шепчет на выдохе. – Я тоже соскучился. – И находит мои губы своими…

Ужинаем мы быстро и я иду переодеваться.

Не знаю почему, но сейчас мне захотелось надеть длинное платье в пол с обтягивающим верхом, длинными рукавами, с моим любимым воротничком-стоечкой и со струящейся юбкой. Смотрю на себя в зеркало: красивый градиент на платье от небесно-голубого цвета на воротничке к тёмно-синему – внизу подола завораживает глубиной своих оттенков при простом крое и смотрится абсолютно самодостаточно, необычно и нарядно. Но я всё равно не изменяю своему кулону из горного хрусталя – здесь он тоже уместен, и любимому браслету «Пандора» с шармами в оттенках платья.

- Красота и гармония! – заключаю я, надевая на голову обруч небесно-голубого цвета с тёмно-синими стразами. Поправляю распущенные волосы, перебрасывая несколько локонов вперёд, и отправляюсь за туфлями в тон подола. У меня и такие тоже есть. Да и на шпильках я не буду выглядеть совсем уж мелкой по сравнению с Андреем…

«Не зря старалась!» – подумала я, наблюдая за реакцией Андрея, когда вышла к нему.

Немое восхищение…

- Я уже здесь, – довольно улыбаюсь, стараясь не смущаться, и подхожу к нему поближе.

- Мира… – шепчет восторженно, с хрипотцой, нежно обнимая, стараясь не задеть волосы, и трепетно целует. – Я же хотел с тобой в парке погулять… Но теперь, похоже, мы поедем в ресторан – ещё раз поужинаем… – легонечко смеётся и целует меня в щёку, продолжая любоваться.

- Нет, я всё равно хочу в парк, Андрюша. Ты же обещал погулять – я уже и так насиделась дома…. – прикусываю себе губу и опускаю взгляд.

- Тогда сразу погуляем, а потом, как скажешь, Солнышко.

- Погуляем и погуляем – ты завтра уедешь и приедешь аж в понедельник. А там у меня Машунька по плану…

- Тогда пошли гулять… – ласкает меня восхищённым взглядом. – Ты точно Чаровница… – шепчет и целует меня в височек, аккуратно гладит по волосам. – Такая красивая…

Его тёплое дыхание и невесомые нежные прикосновения, такие трепетные поцелуи разгоняют волны мурашек по всему телу. Никогда не любила, когда мне напоминали, что я красивая… Но вот от Андрея это звучит абсолютно по-другому: с любовью, восхищением, гордостью и радостью… Из его уст «красивая» – это не упрёк и не оправдание успехов в моей жизни… Для него это просто я…

*****

В салоне автомобиля счастливо переглядываемся на светофорах и берёмся за руки хоть на несколько секунд.

Тяга…

Необходимость…

И наслаждение, смешанное с восторгом от простых прикосновений… Невинных, но таких запоминающихся и важных…

Чувствую себя принцессой, приехавшей на бал, когда Андрей помогает мне выйти из его авто. Он очень галантен и обходителен – и я замечаю, что мы собираем взгляды окружающих.

Целует мне ручку и с улыбкой говорит:

- Не обращай внимания. Ты со мной. А остальные могут обзавидоваться.

У нас вырываются лёгкие смешки, и я решаю постараться максимально расслабиться и абстрагироваться от окружающих людей, чтобы насладиться общением с любимым мужчиной.

Андрей же берёт две булочки, которые предусмотрительно купил заранее, чтобы покормить лебедей на прудике, и ведёт меня к великолепной живой арке, служившей входом в парк. Большая арка уже была полностью оплетена цветущим клематисом – крупные фиолетовые цветы приковали моё внимание мгновенно, а когда мы прошли сквозь благоухающие врата, то я просто восторженно ахнула…

- Я люблю здесь бегать по утрам. – Андрей довольно улыбается, нежно поглаживая мою ладошку и пальчики.

- Я всё равно буду жить у себя, Андрюша. – Тихонечко посмеиваюсь. – У нас тоже есть парк, пусть пока ещё и не настолько цветущий… Так что так просто ты меня не соблазнишь… – «ляпнула» быстрее, чем подумала, и мгновенно отвела свой сконфуженный взгляд от его озорной улыбки и удивлённо вскинутой брови. Мысленно выдохнула, что не надо прятать взгляд, и просто с любопытством начала осматриваться в парке, стараясь не потерять сознание от дурманящего медово-сладкого аромата с лёгкой лимонной кислинкой, исходящего от сотен цветущих растений… – это что-то невообразимое… – восторженно шептала я, стараясь прислушиваться к жужжанию, задержавшихся до вечера, пчёл и шмелей, игнорируя задорные взвизги, пробегающей мимо, детворы. – Мы будто в зазеркалье попали… – я медленно кручу головой, любуясь крупными белыми цветками магнолий на невысоких раскидистых деревцах.

- Это аллея магнолий. – Довольно улыбается Андрей, когда я перевожу на него свой восторженный взгляд. – Дальше ещё будут другие магнолии, смешанные аллеи и аллея сакуры… Пойдём?

- Пойдём! – немного сильнее сжимаю его тёплую и уютную ладонь, по пути рассматривая интересные и разнообразные махровые нарциссы (махровые сорта нарциссов – это сорта с пышной многолепестковой серединкой – прим. автора) на клумбах под магнолиями.

«Эта аллея, словно невеста… Такая же светлая и хранящая в себе надежды на продолжение счастья и радости», – думаю я, сильнее прижимаясь к Андрею, и уже через несколько мгновений чувствую лёгкий поцелуй на своих губах…

Мы медленно выходим на следующую аллею – и я с трудом сдерживаюсь от довольных и восторженных взвизгов, стараясь не сильно подпрыгивать от радости: шикарные и разноцветные сорта тюльпанов создают красивый узор, словно очерченный по контуру милыми фиолетовыми цветочками мускари. А чуть-чуть приподняв взгляд, зачаровываешься контрастом чередующихся белых и бордовых магнолий…

- Андрей… – восторженно выдыхаю я, уже не замечая, прогуливающихся и разговаривающих между собой, людей, снующей туда-сюда детворы… – спасибо большое, что привёл меня сюда – здесь очень красиво…

- Я рад, что тебе здесь нравится, Солнышко. – Он с трепетной нежностью целует мою ручку, и мы медленно идём вперёд.

- Вчера в окне не было видно, насколько здесь красиво…

- Да, дождь размыл картинку. – Ухмыляется Андрей и ведёт меня к прудику.

- Похоже им не до наших булочек. – Хохотнула, кивая в сторону галдящей детворы, старающейся привлечь внимание красивой пары птиц: чёрной лебедицы и белого лебедя. – Они будто «Инь и Ян»… – прошептала я и почувствовала, как Андрей меня обнимает.

- Люблю тебя. – Шепчет мне в волосы, зарываясь в них носом. – Люблю, Мира.

- И я тебя люблю. – Шепчу на выдохе и прижимаюсь к сильной груди, слушая стук его сердца.

Наверное, это странно, но буквально через несколько минут детвора потеряла интерес к кормлению лебедей и разбежалась, оставив нас одних с Андреем возле прудика.

Мы весело хмыкнули и потянулись друг к другу, но лишь легонечко соприкоснулись губами, как услышали оклик лебедей.

- С нас требуют «контрибуцию». – Тихо засмеялся Андрей. – Пошли кормить?

- Пошли. – С радостью соглашаюсь, щурясь от ярких солнечных бликов на синей глади воды. – Тут ещё скоро и кувшинки будут цвести… – задумчиво прошептала я.

- И мы всегда сможем сюда прийти. – Прошептал в ответ Андрей и дал мне булочку. Сам же обнял меня со спины. – Тебе не холодно, Солнышко?

- Нет, спасибо большое. Мне сейчас очень тепло, да и сам вечер выдался тёплым. Особенно по сравнению со вчерашним.

- Это хорошо, что тепло… – поцеловал меня в щёку и достал свой телефон, чтобы сделать несколько наших фото на фоне лебедей и шикарно цветущего парка.

Этой красивой величественной паре наше угощение пришлось по вкусу, поэтому доклевав вторую булку, они поплыли в свой интересный резной домик на берегу прудика.

Солнце садилось, красиво подсвечивая верхушки пышно цветущих невысоких деревьев, а мы решили пойти вглубь парка через небольшой кованый мостик, раскинувшийся через прудик.

Вода отражала и смешивала в себе лиловые и персиковые оттенки закатного неба – и мы просто синхронно остановились посередине мостика, залюбовавшись красотой сегодняшнего вечера.

Андрей нежно обнял меня со спины, положив руки мне на живот, а я задумчиво гладила его предплечья, рассматривая блики на воде и снова вспоминая тот вечер на мосту через Днепр, когда бросала в полынью свои монетки-воспоминания и просила ответов… Хотела знать, зачем тогда выжила и оживу ли я, как оживает природа весной?..

И сейчас я продолжаю получать ответы: я выжила, чтобы жить…

Любить и быть любимой…

Так просто и так сложно одновременно…

И «да» – я даже сама чувствую, как стремительно сейчас оживаю…

Боюсь этого и хочу, ныряя с головой в новые для себя чувства, переживания и эмоции…

Ныряя, без оглядки, в любовь…

Андрей делает ещё несколько наших фото, среди которых есть просто великолепное: неожиданный порыв ветра срывает нежные лепестки сакуры и закручивает их вокруг нас, а мы счастливо смеёмся, смотря друг другу в глаза – я, слегка запрокинув голову и повернув её влево, а Андрей, немного склонившись ко мне и повернувшись вправо.

«Красивая пара – не будем им мешать», – слышу далёким фоном и сильнее прижимаюсь спиной к его груди.

А когда солнце уже практически садится за горизонт, редко пробираясь лучиками между ветками деревьев, красиво золотя розовые цветы сакуры, Андрей накидывает мне на плечи свой пиджак, хоть мне совсем и не холодно. Ласково пресекает все мои попытки отнекаться и ведёт глубже в парк.

На аллее цветущей сакуры и миндальных кустарников всё-таки начинаем нежно целоваться. Наверное, нежно-розовые цветочки вокруг и не подразумевают страсти… И сейчас хочется просто самой испытывать и дарить в ответ лишь нежные и лёгкие касания, невесомые поцелуи, благодарные взгляды и наше счастье – одно на двоих, которое становится крепче и полнее с каждым моментом… с каждым новым прикосновением…

Слегка отстраняемся друг от друга и тихо посмеиваемся, понимая, что растворились друг в друге, когда ещё были сумерки, а «очнулись», когда парк уже красиво подсвечивался и зачаровывал своей иллюминацией…

- Пойдём дальше, Солнышко? Там ещё есть сиреневые, розовые, жёлтые и персиковые магнолии… – шепчет с хрипотцой и манит своим взглядом – и я уверенно вкладываю свою руку в его ладонь и иду следом, не понимая, чему поражаюсь больше: своей решительности или красоте ночного парка с идеальной подсветкой и романтической атмосферой. Будто специально созданной для нас…

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :-)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :-)

Хочу поделиться с вами несколькими фото моих махровых нарциссов – они уже 10 лет радуют нас каждой весной :-) Сейчас, конечно, сортов гораздо больше, и в продочке тоже цветы и их цвета более разнообразные. Эти просто для примера и весеннего настроения ;-)

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия и Благополучия :-) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :-)

Глава 50

Мира

Когда-то страшные события в Эмиратах разделили мою жизнь на «до» и «после».

Сейчас же я начинаю жить заново…

Разрешаю себе чувствовать…

Учусь доверять…

Сейчас в моей Душе очень красиво цветут и дурманяще нежно благоухают сады…

Так хорошо…

Но я всё равно зачем-то пытаюсь понять, когда же начались эти прекрасные изменения в моей жизни? Когда зацвёл тот самый первый цветочек в Саду Моей Души?

Когда Андрей поймал меня, глупо застрявшую в ливнёвке?

Когда сказал мне, что больше не отпустит?

Когда признался, что скучал?

Когда признался, что любит меня?

Или гораздо раньше: когда внимательно слушал меня в своём кабинете в нашу первую встречу?

А может тогда, когда согласился не трогать меня без моего разрешения?

Или тогда, когда прикрыл меня собой от ветра на парковке?

Когда?..

Или всё-таки тогда, когда я первый раз утонула в его завораживающем взгляде? Таком особенном… Глубоком… Нежном… И только для меня…

Так когда же?

Вздыхаю и закрываю глаза…

Какая же я дурочка…

Всегда…

Всегда, когда он был рядом, в моей Душе начинал распускаться небольшой цветочек любви и надежды… Даже когда я старательно гнала все эти мысли от себя… Не хотела принимать… Закрывалась от любви… Пыталась заменить любовь дружбой…

Я ведь всегда была «предметом» его заботы и внимания…

Так странно…

Сложно… и просто одновременно…

Со счастливой улыбкой залетаю в приёмную, радуясь, что у Аллочки на столе все бумаги лежат в папках, иначе они бы сейчас тоже сорвались вихрем – и шлейфом полетели за мной в кабинет Андрея.

Замираю на несколько секунд у самой двери в его кабинет, закусываю уголок губки и слегка жмурюсь в предвкушении нашей встречи. Поднимаю руку для стука, как дверь уже сама отворяется:

- Здравствуй, Солнышко! – он счастливо улыбается, а мне уже тепло…

«Он ждал меня. – Промелькает в голове. – А его Солнышко – это я…»

И снова меня наполняют и разрывают изнутри абсолютно противоречивые чувства: хочется кричать одновременно и от счастья, и от ощущения скорой разлуки… Хочется плакать от радости и чувства взаимной любви, и одновременно выть от того, что не увижу его аж до понедельника…

Понимаю, что цепляюсь за него не только телом, но и Душой…

Медленно моргаю, выныривая из морока дурманящих чувств и поцелуев… Осматриваюсь и понимаю, что я уже сижу на диванчике в нашей тайной комнате, а Андрей возвращается ко мне с каким-то очень милым подарочным пакетом.

- Андрюш, я хоть с тобой поздоровалась? – замечаю довольные искорки в его счастливых глазах.

- Конечно! Твоей вежливости можно только позавидовать, Солнышко! – он задорно хохотнул, а потом его взгляд вдруг стал невероятно пронзительным и он продолжил уже тихо, с хрипотцой, будоража каждую клеточку моего тела. – Ты поздоровалась таким прерывистым шёпотом на выдохе… Прямо мне в губы… – я сглатываю и не знаю, что сказать, а он присаживается рядышком, легонечко обнимает меня и нежно целует в носик. Шумно выдыхает и добавляет. – До сих пор внутри всё переворачивается… Мира… Моя Мира… – прижимается губами к моему лбу и привлекает ближе к себе. – Как же я тебя люблю, Моя Хорошая… Моё Солнышко…

- И я тебя люблю, Андрюша. Очень. – Трусь носиком о его гладко выбритый подбородок и веду пальчиком по сгибу воротничка его рубашки, специально задевая кожу на шее и с удовольствием замечая, как он сглатывает и его дыхание сбивается.

- Мира… – шепчет с хрипотцой и нежно целует меня в губы. – Сегодня у нас с тобой неделя… – мягко улыбается мне, пока я медленно выныриваю из волн трепетной ласки.

- Неделя?.. – задумчиво шепчу в ответ.

- Да, неделя. – Кивает мне и счастливо улыбается.

- Неделя… – шепчу, цепляясь за его любящий взгляд своим. – Всего неделя?.. Или уже неделя?..

- А как ты хочешь?

Жмурюсь и закусываю губу, а потом выдыхаю:

- Наша неделя… Андрюш, это самая лучшая и счастливая неделя в моей жизни.

- И в моей тоже, Солнышко. – Он смотрит на меня с нежностью и любовью, гладит по щеке, а я выдыхаю с облегчением и уже с большей уверенностью, что я тоже способна делать любимого мужчину счастливым.

Смотрю на него, стараясь сдерживать слёзы. Так много сейчас хочу ему сказать, но не могу сформулировать ни одной мысли…

- Спасибо тебе большое, – вот и всё, что я смогла ему сказать, утыкаясь носом в его шею.

- И тебе спасибо большое, что дала нам шанс.

Вместо ответа я неопределённо хмыкаю и сильнее в него вжимаюсь.

- Тогда продолжаем? – довольно посмеиваясь, спрашивает Андрей.

- Да. – Отвечаю решительно, всё больше отогреваясь в его нежных объятиях.

- Мира, я помню, что ты принимаешь подарки только от важных для тебя людей и по определённым праздникам. – Я с сожалением вздыхаю и сглатываю, вспоминая свою пламенную речь Андрею по этому поводу.

- Андрюш… – целую его в шею и трусь о неё носиком, желая извиниться, но он не даёт мне продолжить.

- Мира… Хорошая Моя, это уже не важно. Всё в прошлом. – Он так хорошо меня понимает и чувствует, будто мои мысли читает. Замираю и нежно глажу его по груди. – Мира, я понимаю, что неделя – это всего только капля в океане отношений, вообще не показатель и только самое начало нашего совместного пути… Я понятия не имею, что нас с тобой ждёт дальше. Но сейчас у нас уже есть наша неделя. Целая неделя… Только наши чувства, эмоции, воспоминания… Мира, я никогда ещё не был так счастлив, как с тобой… За эту неделю у меня уже столько приятных воспоминаний, которые согревают, дают уверенность, опору, надежду, веру, стимул… Мира, я всё для тебя сделаю… Всё, чтобы ты была счастлива и почаще улыбалась.

- Андрюш, – стараюсь не подскуливать. До безумия сейчас хочу смотреть ему в глаза, а не трусливо прятаться у него на шее. Но мне уже и так приходится часто моргать, чтобы не дать волю чувствам и эмоциям – и не разреветься перед самым началом трудового дня.

- Мира, у меня что-то есть для тебя. Это даже не подарок… Это просто воспоминания… Наши совместные счастливые и, возможно, знаковые моменты…

Он протягивает мне тот самый подарочный пакетик, а я пытаюсь навести резкость, сморгнув слёзы, стоящие в глазах… Стараюсь сделать так, чтобы мои руки не дрожали, но эта его трогательная забота и трепетное отношение ко мне, выворачивают все мои чувства и эмоции наружу.

Он нежно гладит мне спинку, а я запускаю дрожащую руку в пакет и достаю оттуда очень красивую тройную фоторамку. Она пахнет можжевельником и на ней выжжена надпись: «Начало нашей весны. 2015 год».

По моим щекам всё-таки начинают скатываться слёзы, срываются и разбиваются на сотни капелек, а я стараюсь аккуратно и незаметно стереть их с холодного стекла, покрывающего самые тёплые и счастливые фото в мире… В моём мире… Точнее – уже в нашем…

Конечно, Андрей всё замечает и очень аккуратно пересаживает меня на свои колени. Бережно укутывает в свои объятия и молча сцеловывает мои слёзы.

- Андрюш, не надо… – шепчу дрожащим голосом. – Я так ещё сильнее расплачусь.

- Мира, ну всё же хорошо…

- Всё очень хорошо, Андрюша… Спасибо тебе огромное… – шепчу я, рассматривая три чудесные фотографии: первая, где мы с Андреем на фоне потрясающего закатного неба в номере отеля в Осло. То самое фото, которое я сделала случайно… На котором он нежно целует меня в височек, прикрыв глаза от удовольствия, а я счастливо улыбаюсь в камеру. На втором, расположенном посерединке, мы с Андреем искренне и восторженно улыбаемся на фоне северного сияния… А на третьем… Когда он успел всё это сделать? Ведь на третьем – наше совместное фото вчерашней прогулки в парке возле его дома… То самое «волшебное» фото, на котором мы с Андреем смотрим друг на друга с любовью, а вокруг нас «танцуют» нежные лепестки сакуры…

Так красиво… Нежно… Романтично…

Глажу наши фото, погружаясь в счастливые воспоминания, всхлипываю и поворачиваюсь лицом к Андрею, но не успеваю даже ойкнуть, как снова растворяюсь в его нежных поцелуях…

Поправляю макияж и прилагаю все свои усилия, чтобы покинуть его кабинет.

Наш глубокий, долгий и щемяще нежный прощальный поцелуй не делает мне легче – он наоборот раздирает мою Душу в клочья, заставляя задумываться о том, чтобы бросить всё здесь и сейчас, и полететь с НИМ хоть в командировку, хоть на край света…

Безрассудство и безответственность берут верх надо мной, прикрываясь любовью и желанием быть вместе?

А может, это страх?

Мой страх…

Сначала я не представляла себе, как мы будем с Андреем вместе…

А сейчас я не представляю, как буду без него эти несколько дней…

Конечно, моя жизнь не оборвётся и мир не рухнет… Всё будет, как и прежде…

Нет… Как прежде уже никогда не будет – теперь в моей жизни есть ОН… Его сообщения, звонки, улыбки в голосе и очень милые и забавные смайлики… для меня…

И есть наши с ним общие фотографии – наши тёплые и нежные воспоминания…

У нас уже есть много нас… Как бы это странно и глупо не звучало.

Коротко целую его в губы и со словами: «Сегодня ещё увидимся», – выбегаю из его кабинета.

Очень бережно несу подарочный пакетик со своим сокровищем, чтобы спрятать в салоне своей машинки то, что не предназначено для чужих глаз… Крупицу нашего маленького, но уже такого значимого для нас, мира…

Глава 51

Мира

Знаю, во сколько сегодня уезжает в аэропорт Андрей и даже поставила себе будильник за семь минут до этого времени, чтобы успеть осуществить свой нехитрый план. Но всё равно, то и дело, взволнованно поглядываю на часы. Сегодня мы больше не планировали встречаться, но после его подарка внутри меня снова что-то перещёлкнуло – и теперь я готова вырывать у жизни любую возможность увидеться с НИМ хоть на несколько минут.

Вспоминаю свою дерзко брошенную фразу: «Сегодня ещё увидимся!» – и то, как быстро сбежала, заметив удивление на лице Андрея. Не люблю в себе сомневаться и всегда стараюсь выполнять свои обещания. А конкретно это… я даже не знаю, кому оно адресовалось: ему или себе?

Но всё-таки думаю, что больше себе… Ведь, как не крути, а лучше я всё равно чувствую именно своё состояние: ком в горле, жжение в груди и это ощущение невозможности нормально вдохнуть…

Он стал моим воздухом…

И мне просто необходимо сделать ещё хоть несколько «вдохов» перед нашей первой долгой разлукой, когда есть уже «мы»…

Как оказалось, мне сложно знать, что он рядом, и даже не сказать ему перед разлукой, что я его люблю…

Знаю, чтобы желания сбывались, их надо озвучить, проговорить вслух, чтобы самому принять их и, тем самым, впустить в свою жизнь. Ведь как часто мы тайно чего-то желаем, стесняемся этого и боимся даже проговорить это вслух себе. Мы живём по-отдельности со своим желанием… Так как же тогда оно придёт в нашу жизнь? Как оно сбудется, если мы даже на уровне слуха не воспринимаем его?..

По себе хорошо знаю, что желания сбываются, но очень часто надо сначала высказать свои намерения вслух, поверить в возможность этого в своей жизни, а потом это уже и будет приходить…

Вот так и я: верю в возможность нашего с Андреем счастья и постепенно принимаю это в свою, вернее уже, в наши жизни. Наверное, поэтому на каком-то подсознательном уровне и абсолютно неожиданно для себя и него, я пообещала, что мы сегодня ещё увидимся…

Будильник.

Быстро сбрасываю и подлетаю к нашему внутреннему телефону.

Набираю Аллочку и чувствую, как сердце колотится чуть ли не в горле, пока я мысленно отсчитываю длинные гудки…

С замиранием сердца и нетерпением выслушиваю вежливое приветствие его помощницы.

Быстро спрашиваю, у себя ли ещё шеф, хотя точно знаю, что у себя. Прошу принять меня для нескольких срочных подписей и, не дожидаясь ответа, благодарю за помощь и кладу трубку.

Хватаю первую попавшуюся папку со своего стола и уже «лечу» в приёмную.

Кивками «общаемся» с Аллочкой и… я уже бросаю папку на стол и таю в любимых объятиях…

- Мира, только-только ушёл заказчик… – ловлю мурашки от хрипотцы в его голосе и лёгких поглаживаний на своей пояснице.

Гипнотизирую его взглядом, скользя руками вверх по груди и обвивая его шею руками:

- Я знаю…

Эти несколько сладких минут я не могу даже сделать физический вдох, но именно сейчас я чувствую, что дышу полной грудью…

Что сейчас я живу…

С трудом отрываемся от желанных губ друг друга, но взгляды и объятия разорвать так и не можем…

Пытка…

Какая же это пытка…

И сейчас именно я обрекла нас на неё… своей несдержанностью…

Но мне всё равно… Я просто хочу, чтобы он знал, как сильно важен и нужен мне.

Нежно перебираю его короткие волосы на затылке, с любовью провожу по его щеке, уже ощущая лёгкие покалывания от пробивающейся щетины, а потом чувствую трепетные поцелуи на своих пальчиках…

Сердце колотится, разум подгоняет, но ноги не шевелятся, а Душа продолжает тянуться к нему…

Скольжу рукой вниз по груди и чувствую сумасшедший ритм его сердца под своей ладонью…

Легонечко закусываю губку и, не разрывая нашего зрительного контакта, оставляю свежий след на его сердце, указательным пальчиком снова выписывая одну букву поверх другой:

«Л, Ю, Б, Л, Ю, В, С, Е, Г, Д, А, Ж, Д, У».

Как маньяк, ловлю все его эмоции, напитываясь ими: сбившееся дыхание, замирание сердца, а потом оно снова пускается вскачь, лёгкая подрагивающая улыбка, сосредоточенный взгляд, шумное дыхание и стремительно расширяющиеся зрачки… в которые меня затягивает, словно в чёрную дыру…

Глубокий чувственный поцелуй, из сладостной пелены которого я уговариваю себя вынырнуть.

Наше тяжёлое дыхание и крепкие объятия…

- Я пойду. – Не узнаю свой голос. – Пиши, звони. – Мой голос уже дрожит. – Хорошей командировки.

- Побудь ещё немного со мной. – Покрывает невесомыми поцелуями моё лицо.

- Ты опоздаешь. – Я закрываю глаза и сглатываю от ощущения его тёплых губ на своих веках…

- Успею… Ещё всего минуту… – он шумно выдыхает. – Я уже скучаю.

«Я тоже!» – кричит мой внутренний голос, а вслух я произношу:

- Возвращайся! – легонечко целую его в губы, быстро выворачиваюсь из желанных объятий, боковым зрением замечаю на столе папку и хватаю её, а потом без оглядки вылетаю из его кабинета.

На ходу прощаюсь с Аллочкой, прижимая папку к груди, будто она может сдержать весь тот ураган чувств и эмоций, который сейчас крушит всё у меня внутри.

Быстро пробегаю один пролёт лестничной клетки, оставшись между этажами, и просто молча жду. А потом, под вырывающееся из груди сердце, наблюдаю, как он выходит из здания компании с портфелем в руках. Останавливается возле дверцы своего автомобиля и смотрит как раз в ту точку, где сейчас нахожусь я…

Не помню, чтобы мне когда-то было настолько плохо.

Ощущение, что внутри всё разрывается в клочья…

Я пытаюсь судорожно дышать…

Слёзы катятся из глаз, а я продолжаю смотреть, как он уезжает…

Со временем успокаиваюсь и привожу себя в порядок в уборной. Молча захожу в наш кабинет, оставляю папку, беру свой мобильный и ключ-карту от своей машинки и снова пропадаю для общества. Читаю в салоне автомобиля его свежие сообщения, снова плачу и рассматриваю нас на его подарке…

Выплакавшись, обессиленно облокачиваюсь о спинку водительского кресла, немного запрокидываю голову и смотрю на безоблачное небо в панорамную крышу своей машинки. Радуюсь, что Андрей не видел моих слёз и снова стараюсь акцентироваться на хорошем, а не на разлуке. В конце концов, у него такой образ жизни. Да и у меня со временем тоже станет ничем не лучше.

Но у нас уже есть настоящее и ценное: наша любовь, наши чувства, наши воспоминания, эмоции, забота, общее счастье и радость… Настоящее счастье узнавания друг друга и прорастания друг в друга… Принятие… Открытие Душ…

Это много… Очень много… И это надо оберегать и хранить…

Шумно выдыхаю и, мысленно подпинывая себя, иду трудиться, чтобы не подводить своего любимого мужчину.

Обедаю уже непривычно сама, но Душу греет его забота в виде приятных сообщений, этого самого обеда и вкусного сюрприза-десерта для меня, который я не заказывала… Но он уже знает мои вкусы, поэтому, нежнейшая, тающая во рту, панакота с шоколадным соусом, мятой и голубикой только идеально дополняет мой обед и поднимает моё настроение…

Остаток дня у меня проходит отлично и я успеваю сделать всё, запланированное на сегодня. Перед выездом с компании получаю сообщение от Андрея, что он уже удачно прилетел, мысленно и не только, выдыхаю и отправляюсь за Машунькой.

Она у меня периодически расспрашивает об Андрее, «тактично» пытается узнать, когда он снова поносит её на ручках и когда мы с ним поженимся…

И всё бы ничего, если бы меня снова не начало гложить чувство вины… Перед Машунькой, Лизой и Сашей… За то, что разрушила их семью, а сама сейчас самым бесстыжим образом начинаю простраивать своё счастье…

Обессиленно падаю на свою кровать после занятия с Машунькой, душа и литров, пролитых за сегодня, слёз.

Беру свой телефон и машинально нахожу его контакт. Пальцы сами жмут на вызов и я закрываю глаза.

- Андрей? – не дожидаясь ответа, переспрашиваю сразу же, как в трубке перестают слышаться гудки.

- Да, Хорошая Моя. – Слышу родной голос.

- Андрей… – выдыхаю с облегчением.

- Солнышко, что-то случилось? – слышу обеспокоенность в его голосе и прошу:

- Скажи что-нибудь, пожалуйста…

- Я тебя люблю. – Произносит уверенно с улыбкой в голосе, а ведь я уже приготовилась спрашивать, как прошли его первые переговоры, но вместо этого отвечаю, что тоже его люблю. Не хочу его расстраивать своими глупыми страхами и эмоциями, поэтому стараюсь общаться на любые темы, кроме Машуньки и её семьи. Когда же Андрей вспоминает о ней, то просто искренне хвалю малышку.

Засыпаю под любимый голос Андрея, но ночью ко мне в сон всё равно пробирается Дмитрий.

Никаких намёков на Эмираты и события в них не было. И он просто стоял и молчал.

Но тот, кто хочет себя накрутить, всё равно это сделает. Вот так и я смогла… Поэтому абсолютно не удивилась, когда утром мне позвонила Эля…

«Даже на могилах растут цветы, если дать им вырасти… А жить лучше в настоящем для будущего, а не погрязнуть в прошлом, разрушая себя и дорогих людей…» – эти слова Эли я очень хорошо знаю и понимаю… Вот только применять их в своей жизни не так-то просто…

Складываю в контейнер несколько оставшихся кусочков тарта «Слёзы Ангела», который заказывала Машунька, беру с собой ещё один контейнер со свежесобранной клубничкой и направляюсь к Кире… Чтобы снова учиться жить в настоящем для будущего…

Глава 52

Андрей

Так непривычно и так интересно «собирать» выходные своих любимых девочек по их сообщениям и разговорам по телефону. Совместная готовка… Рукоделие… И меня очень радует, что Кира и Мира находят общий язык и начинают дружить. Да и Мире, похоже, их общение идёт на пользу, ведь сейчас даже её голос по телефону намного спокойнее, чем это было в пятницу вечером.

Никогда ещё не возвращался с командировки настолько воодушевлённым, как в этот раз, будто и правда летел на крыльях. А это послание или заклинание, которое написала на моём «сердце» Мира: «Люблю. Всегда жду…» Понимаю, что хочу, чтобы это стало ритуалом перед каждой моей командировкой.

Быстрый душ, а потом я практически мгновенно проваливаюсь в сон, в котором обнимаю Своё Солнышко…

Нехотя просыпаюсь, не желая выныривать из приятного сна.

Контрастный душ меня не особо бодрит, поэтому, заходя на кухню, я первым делом ставлю чашку в кофемашину и нажимаю кнопку «Американо». Очень хотелось бы сейчас воскресенья, но сегодня понедельник. Хорошо, что в мобильном есть даты и дни недели, а то бы уже давно потерялся в бесконечном беге по кругу между командировками и работой в офисе. Радует, что теперь у меня есть Мира – моя отдушина и счастье.

Кухню медленно заполняет приятный запах кофе – и я начинаю улыбаться. Открываю холодильник – и в моей голове остаётся лишь одна мысль: «Похоже, что я ещё не проснулся…» Сильно жмурюсь и быстро открываю глаза – картинка не меняется, зато моё сердце начинает вырываться из груди, а улыбка становится шире. Делаю глубокий вдох и чувствую, как в груди начинает щемить, и мне срочно надо обнять Свою Малышку.

«Какой же я всё-таки счастливый…» – думаю, широко улыбаясь, и тянусь рукой к записке, которая лежит на нескольких контейнерах с едой:

«Доброе утро, Андрюша! Приятного тебе аппетита!»

Смайликов и сердечек на ней нет, но я узнаю почерк и понимаю, что он не принадлежит Кире, а вот в этой авантюре от Миры сестрёнка точно поучаствовала.

И казалось бы – обычная забота… Но это не так… Первым же моим порывом было немедленно поехать к Мире и зацеловать её. Но потом я вспомнил о времени и о том, что лучше уже дождаться нашей встречи в офисе, чем напугать её своим ранним визитом… Да и наверняка Мира не обрадуется (хоть и не подаст виду), если я даже не попробую её сюрприз. Или, точнее, их с Кирой сюрприз.

Чувствую, как напитываюсь силой и энергией с каждым кусочком такого неожиданного и очень вкусного завтрака, и уже готов сворачивать горы.

С радостью отсылаю утренние сообщения Мире и собираюсь в компанию с предвкушением скорой и такой долгожданной встречи. Безумно по ней соскучился, да и за шикарный завтрак тоже хочется её поблагодарить.

И вот я уже любуюсь в окно своего кабинета, как из этой потрясающей сиреневой машинки элегантно выходит Мира. Смотрит на «меня» и мягко улыбается. Её волосы, как всегда, заплетены в интересную причёску из кос, в которой сейчас так красиво играют солнечные лучики, подсвечивая моё персональное Солнышко. Мои руки уже сами тянутся её обнять, но надо подождать ещё несколько минут. И я уже представляю, как нежно пройдусь кончиками пальцев по кружевным рукавам её шикарного платья цвета морской волны. Да, привычной для неё длины миди и с воротничком-стоечкой… Да и все остальные детали её образа тоже на месте: элегантная брендовая дамская сумочка, сумочка с ноутбуком, подвеска с горным хрусталём и браслет «Пандора». Казалось бы, всё привычно…

Но этот цвет её платья – завораживает, манит, затягивает в свои глубины так, что я, словно под гипнозом, боясь моргнуть, улыбаюсь и наблюдаю, как Мира идёт ко входу в компанию. Хочу взглянуть на неё поближе, вдохнуть её сегодняшний аромат, хотя возможно уже догадываюсь, какие в нём будут нотки…

Глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю, но не могу отвлечься ни на долю секунды от НЕЁ.

Так соскучился или виной всему её платье? Оно ей не просто безумно идёт, оно создаёт вокруг неё какой-то ореол таинственности… Будто ОНА – дивная лесная нимфа… Либо русалка… А потом в голове начинает звучать её нежный чарующий переливистый голосок – и я вспоминаю о сиренах… Таинственных морских красавицах, которые заманивали… Впрочем, не важно… Я и рад этому…

Мира скрывается в здании компании, а я смотрю на часы.

Едва слышно шепчу: «Полчаса вместе – лучше, чем ничего… Раньше и этого не было… Поэтому полчаса – это много… Это счастье…»

Эти несколько минут ожидания тянутся бесконечно – я постоянно поглядываю на часы: вот-вот ко мне зайдёт Мира. Сердце то замирает, то колотится… Мысли путаются, но я всё равно верю, что она не пройдёт мимо…

- Мира… – отзываюсь на стук в дверь и сам же её открываю, понимая, что не ошибся.

- Здравствуй, Андрюша… – чувствую, как по телу разливается тепло и нега от её нежной улыбки.

- Здравствуй, Солнышко… – быстро забираю у неё вещи и закрываю двери. Уже мечтаю припасть к желанным губам, но чувствую, как порывисто обнимает меня Мира, прижимаясь щёчкой к моей груди. – Хорошая Моя… – глажу её по ушку и спинке, но Мира всё сильнее стискивает меня в кольце своих рук и сама вжимается в меня, а я лишь поражаюсь, откуда в моей хрупкой Малышке столько физической силы. Но всё равно нежно обнимаю её. Чувствую, как колотятся наши сердца. Вижу задумчивое напряжение на её лице, а её глаза закрыты. Вернее даже, немного зажмурены… С высоты своего роста не вижу, но думаю, что и губы тоже плотно сжаты. Понимаю, что она сейчас просто ухватилась за меня, как за единственную опору в жизни, боится потерять, периодически сжимает мою спину пальцами, будто проверяет: с ней я ещё или нет?

Очень медленно и нежно глажу её по худенькой спинке, чувствуя не только позвонки, но и очертания рёбер. Совсем хрупкая, но такая сильная…

Целую её в макушку и замираю в этом положении.

Наслаждаюсь её сегодняшним ароматом с морскими нотками. Здесь я угадал. Но её аромат более тонкий, нежный, прозрачный, чем мой. Сглатываю и несколько раз неспешно целую её в макушку, чувствуя, как наши ароматы начинают смешиваться, создавая свою чудесную гармонию и более полную «картинку»… Они сейчас сплетаются… И я понимаю, что точно также сейчас сплетаются между собой наши Души…

Мы ведём наш молчаливый разговор и я её слышу…

Моё нежное, непроизнесённое: «Я скучал…»

И её беззвучный крик: «Я тоже!»

Шумный выдох и она сильнее сжимает мою спину, вжимаясь ещё больше в меня…

«Я тебя люблю…» – «И я тебя люблю!»

Глубокий вдох и она уверенно гладит меня по спине…

«Я с тобой…» – «Спасибо…»

Вижу, как постепенно напряжение покидает любимое личико… Она уже не так жмуриться и начинает расслабляться… Чувствую, как немного ослабевает её хватка на моей спине. Глубоко вдыхаю и позволяю своим мечтам захватить нас и перенести в спокойные тёплые прозрачные морские воды… И уже даже чувствую, как мы вместе катаемся на морских волнах… в обнимку…

Чувствую, что Мира всё больше расслабляется. Наши сердца уже не бушуют, а стучат в размеренном ритме…

Ещё несколько минут наслаждаемся спокойствием и гармонией, продолжая молча и нежно обнимать друг друга…

Наверное, это гармония Душ…

Начинает легонечко возиться и поднимает на меня проникновенный и обеспокоенный взгляд.

- Как ты? Совсем не выспался? – нежно гладит по щеке и всматривается в глаза?

Улыбаюсь:

- Спасибо большое за завтрак, Солнышко.

Мира улыбается и поднимается на носочки, чтобы едва коснуться моих губ своими и снова молча смотреть друг на друга… или тонуть во взгляде друг друга, ведь там уже всё есть: безграничная любовь и глубокая тоска, тревога и забота, грусть и радость, вера и надежда… И искорки счастья тоже есть…

Конечно, для кого-то там есть просто чернота зрачка в обрамлении восхитительной синей радужки, но сейчас я вижу не просто своё отражение в её чёрных зрачках, я вижу космос и бесконечность в её глазах… Бесконечность чувств и эмоций… И все они сфокусированы на мне… Сейчас в её глазах я вижу, как сплетаются наши судьбы… Я вижу, как наши вселенные медленно сталкиваются, причиняя неизбежную боль, но и даря восторг от того, что образуется уже нечто большее, гармонично дополненное и более разнообразное… Другое… Где я и она – это уже мы… И этим всё сказано…

Мог бы я когда-то подумать, что после долгой разлуки, во время такой долгожданной встречи можно просто молчать, но при этом так сильно прорастать друг в друга, чувствовать ещё более тонко, узнавать, понимать, получать от этого какое-то особенное удовольствие на грани экстаза, которое невозможно больше сравнить ни с чем? Нет. Не мог… Но с Мирой за этот короткий промежуток времени, что мы вместе, мы пережили уже так много всего… И я прекрасно понимаю, что многие не смогли пережить подобного и за десять лет совместной жизни… А мы переживаем каждый день какое-то своё новое откровение… Чудо узнавания друг друга…

Возможно, всё дело в пережитом и отсутствии иллюзий на счёт нашего, порой очень жестокого, мира? Поэтому сейчас нам так важно узнать друг друга максимально глубоко и со всех возможных сторон, чтобы потом не причинить боль дорогому и любимому человеку? Возможно… И сейчас, как никогда, я понимаю, почему нам так важно правильно построить наши отношения, ведь это наше будущее… И я боюсь когда-то услышать от Миры банальное и затёртое до «дыр» уже многими, что она меня, оказывается, не знала… Боюсь увидеть её слёзы, причиной которых буду я… Боюсь разочаровать её… Причинить ей душевную боль… Много чего боюсь и не хочу… Наверное, поэтому и хочу, чтобы она максимально узнала меня, верила и доверяла, была абсолютно уверенной, что я всю жизнь готов прикладывать усилия, чтобы быть вместе с НЕЙ… Чтобы была уверена, что я люблю все её «изъяны» и готов холить и лелеять всех её отборных «тараканов» в голове… И я на самом деле хочу знать каждого из «них», чтобы понимать, как с ними договариваться… Я хочу её узнавать, и хочу, чтобы она узнавала меня…

Наше необычное утреннее свидание заканчивается невесомым поцелуем и новыми договорённостями о встречах…

Глава 53

Андрей

Оказывается, в жизни от встречи к встречи тоже есть своё удовольствие… И эти сладкие минуты томления в ожидании счастья, своей порции радости, которую другим не понять…

Её говорящие взгляды украдкой на оперативке, от которых внутри всё переворачивается, и я стараюсь усиленно прокручивать в голове всё, что собираюсь сказать, и всё чаще заглядываю в свой план-подсказку на ноутбуке.

Наш, сводящий с ума, обед, на котором у меня получается уговорить Миру сегодня самому повезти её за Машенькой, а завтра привезти обратно в компанию. Её же автомобиль при этом переночует на стоянке компании. Для Миры это нонсенс и повод для лишних домыслов, но всё же её согласие – это очередной огромный шаг к нам…

Безумно люблю, когда она сидит рядом на пассажирском сидении, и во время остановок на светофоре я могу взять её за руку, поцеловать каждый пальчик или даже ненадолго припасть к её нежным и таким манящим губам. Для меня это счастье… Для меня это жизнь, в которой наконец-то появились вкусы и смысл…

А потом Машенька бежит мне навстречу так быстро, что Мире приходится её немного притормаживать, держа за руку. Причём малышка настолько рада мне, что на обратной дороге из садика, сама просит сидеть у меня на руках на заднем сидении. Поэтому Мире приходится самой вести автомобиль, а мне изображать из себя детское автокресло.

Мира очень аккуратно ведёт автомобиль и с улыбкой поглядывает в зеркало заднего вида. Машенька всю дорогу восторженно щебечет, делясь со мной и с Мирой всеми своими новостями, а я сейчас откровенно наслаждаюсь её звонким радостным голоском и тем, как два её хвостика, словно беличьи ушки, щекочут меня по подбородку и шее. А ещё сегодня Машенька пахнет карамельками, волшебством и счастливым детством, несмотря на трагические события в её жизни.

Напоследок же она радостно сообщает нам, что Миша подарил ей самые настоящие духи, и с гордостью вытягивает из своего рюкзачка флакончик Prada «Candy» (название духов, в переводе с англ. «Конфета» – прим. автора). Между прочим, оригинал. И, как оказалось, ради этого пятилетний мальчик помог помыть дедушке машину и протёр всю пыль в их доме и в доме бабушки с дедушкой. Мы с Мирой от души порадовались за Машеньку и абсолютно искренне похвалили Мишу. А я для себя отметил, что, хоть он пока ещё мальчик, но уже растёт настоящим мужчиной и для того, чтобы порадовать свою девочку, готов сам трудиться и зарабатывать.

На репетиции Машенька очень старается, а после ванных процедур и вкусного ужина, мы с Мирой передаём счастливую и умотавшуюся малышку в руки мамы и брата.

Как оказалось, до этого момента Мира держалась замечательно, но как только за нами закрываются дверцы лифта, она начинает меняться в лице. И заходит в свою квартиру уже абсолютно другая девушка с полностью потухшим и невидящим взглядом. Облокачивается о входную дверь, будто её сил и «завода» хватило только на путь сюда.

Я смотрю на неё несколько минут, но не вижу никакой реакции. Чувствую лишь то, что она напряжённо думает.

Подхожу ближе и просто беру её на руки. Мира даже не сопротивляется, а лишь как-то доверчиво зарывается носиком в мою шею.

Приношу её в гостиную и присаживаюсь вместе с ней на диван, умащивая на своих коленях.

Свет решаю не включать. Тем более, мой голос система умного дома всё равно не распознает.

Тишина и полумрак…

Нет лучшего момента, чтобы соблазнить безвольную девушку.

Но я ЕЁ люблю…

Конечно, безумно хочу…

Но намного больше хочу, чтобы она тоже этого хотела, а не убегала таким образом от своего состояния… Или, ещё хуже, не осознавала, что делает.

Вокруг нас сейчас словно всё замерло. Мира сидит с идеально прямой спиной и смотрит перед собой, лишь периодически медленно моргая.

Заправляю волосы ей за ушко и целую височек, каким-то внутренним чутьём понимая, что сейчас она молча плачет… Борется с собой и рыдает, хоть внешне не просто спокойна, а даже пугающе отстранённа.

Аккуратно глажу её бархатистую щёчку и немного привлекаю к себе. Но Мира сейчас, словно кукла.

- Мира… – тихо зову её, мягко поворачиваю к себе её личико за подбородок и едва касаясь, целую одно закрытое веко, а потом и другое. И тут уже Мою Малышку прорывает: слёзы катятся горячими ручейками, она начинает всхлипывать и судорожно дышать.

Целую её в височек и умащиваю на своей груди.

- Ты не виновата… – шепчу, нежно поглаживая шелковистые распущенные волосы.

- Виновата… – произносит едва слышно, на всхлипе-выдохе.

- Нельзя всю жизнь себя винить… – сильнее зарываюсь рукой в шёлк волос, целуя её в макушку.

- А как тогда жить? – она обессиленно выдыхает.

- Мира, просто дальше жить… По-другому не получится…

- Самой смеяться, радоваться жизни, быть счастливой, а после этого смотреть в глаза Лизе, Машуньке и Саше?

- И желать им тоже счастья, Мира… Да, именно так…

- Я так не смогу… Не смогу… – она приподнимается и всматривается в мои глаза, стараясь сдерживать слёзы. – Андрюш, прости меня, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть…

Не даю ей договорить и просто начинаю медленно и чувственно целовать. Разговаривать с ней сейчас бесполезно, а показать, что она всегда и в любом состоянии важна мне и любима, я просто обязан.

Целую её долго… Нежно и трепетно…

Не даю собраться с мыслями или вставить хоть одну реплику…

Мира потихоньку успокаивается, а я периодически бережно смахиваю её слезинки, чтобы наш поцелуй не был слишком солёным.

Хочу снова наполнить её счастьем…

Хочу показать, как она мне нужна и важна…

Как сильно люблю её…

Мы теряем счёт времени – и я даже пропускаю момент, когда она снова доверчиво утыкается носиком в мою шею, а её дыхание начинает выравниваться…

А ещё минут через десять я переношу спящую Миру в её спальню. Прикрываю одеялом. Приношу стакан воды, уже зная некоторые её привычки, и ставлю его на прикроватную тумбочку. Как раз рядом с нашими совместными фото в той самой тройной рамочке. Улыбаюсь от того, что на моей прикроватной тумбочке стоит точно такая же рамочка с нашими фото.

Невесомо целую её в лобик и шепчу: «Никуда я от тебя не уйду, чего бы ты себе там не придумала…»

Оставляю записку на соседней подушке с пожеланиями приятных снов, доброго утра и того, что буду ждать её в семь утра. Сам же отправляюсь к себе домой, надеясь, что всё сделал правильно и сам невольно её не обидел.

В автомобиле делаю музыку громче, рычу и мысленно матерю себя, но всё равно не могу избавиться от навязчивой мысли о том, что Мире было бы намного легче вернуться к нормальной жизни, если бы она перестала заниматься с Машенькой. Конечно, я понимаю, насколько это эгоистично. Да я и сам уже успел полюбить Машеньку. И как такое сказать Мире вообще себе не представляю… Тем более, понимая наши с ней неясные перспективы относительно своих собственных детей… Но и спокойно смотреть на то, как винит и уничтожает себя Мира, я тоже не могу...

Глава 54

Андрей

Утро вторника 28 апреля. Нам с Мирой полторы недели. Я жду в своём автомобиле у её подъезда и искренне надеюсь, что наши отношения, пока больше напоминающие американские горки, продолжаются.

Моя Малышка выходит из своего подъезда, робко смотрит на то, как я выхожу из авто и несмело идёт навстречу.

- Доброе утро, Солнышко, – искренне ей улыбаюсь, забираю сумочку и сумку с ноутом и нежно целую в щёчку, слегка приобнимая.

- Здравствуй… – Мира неуверенно мнётся, блуждая взглядом. – Андрюш…

- Солнышко, достаточно приветствия.

- Но… – поднимает на меня взгляд и хлопает ресницами.

- А в машине я уже поцелую тебя, как хочу. – Улыбаюсь ей, подмигивая, получая удовольствие от её смущения, и уверенно беру за руку, подводя ближе к автомобилю.

- Я не об этом…

- Знаю, Любимая. – Открываю перед ней дверцу и помогаю присесть в авто. – Никуда от тебя не уйду и извинений слушать тоже не хочу.

Закрываю дверцу, отмечая про себя крайнюю степень удивлённости Миры. Обхожу авто и присаживаюсь на водительское кресло.

Смотрю на Миру секунд десять и только потом она поднимает на меня свой взгляд. Делает вдох, наверняка, чтобы снова винить себя во всём, в чём можно и нельзя. Но мне это не нужно.

- Я люблю тебя. И это не изменится ни от твоих мыслей, ни от твоих слов.

Аккуратно привлекаю её к себе, тоже подаваясь вперёд, а потом нежно и долго целую, не давая ничего сказать и наслаждаясь её желанными медовыми устами…

Надуманная неловкость постепенно покидает Миру и вот уже её нежные ручки обвивают мою шею, а пальчики перебирают волосы на затылке.

- Хорошая Моя… – довольно шепчу в любимые губы, поглаживая её по спинке в тонкой шёлковой блузочке. – У нас всё в порядке. – Уверенно шепчу, ловя её затуманенный взгляд.

- Андрюш… – легонечко целую её в губы. – С тобой я живу… – ещё раз невесомо целую в губы. – Но мне так страшно…

- Не бойся, пожалуйста… – целую её в губы, задержавшись на несколько секунд, а потом и в носик. – Я же с тобой… Я рядом, Мира… Мы вместе… – целую её долго, тягуче, проникновенно, чувствуя, как снова падают невидимые барьеры между нами…

Отстраняюсь, довольный реакциями и нежной смущённой улыбкой Мирославы, и медленно трогаюсь с места:

- Я ещё надеюсь успеть на наше утреннее свидание, Солнышко. – Подмигиваю ей с улыбкой и начинаю улыбаться ещё шире, когда не слышу возражений Миры, но зато получаю её задумчивый кивок.

Настроение стремительно поднимается, несмотря на события вчерашнего вечера, ведь сейчас я первый раз везу Миру в компанию. А вообще на эту неделю у меня большие надежды – впервые за долгое время у меня будут выходные, а благодаря тому, что на эту пятницу выпадает первое мая, то у нас с Мирой будут не только мимолётные встречи в офисе и вечерние прогулки в будние дни, но и целых четыре выходных. Ранее я специально оставил эти дни без командировок, ведь хотел с Кирой поехать к родителям. Но в ближайшую среду мама с папой улетают заграницу на консультацию и задержатся там практически на две недели.

Единственное, что меня огорчает, так это то, что именно седьмого мая как раз на День рождения Миры я вынужден буду улететь в командировку, ведь она была запланирована ещё до моего знакомства с ней. А перенести поездку, как я ни старался, не получилось – у всех есть свой плотный график. Но зато меня утешает, что несколько часов в первой половине дня мы сможем провести вместе, а начиная с девятого мая, снова будет три выходных, которые я себе тоже оставил свободными. Кстати, Мира пока об этом не знает, ведь она как раз на них собиралась к Сергею в Днепр.

В общем, время для наполнения Миры приятными впечатлениями и эмоциями у меня есть.

На одном из светофоров всё-таки не выдержал:

- Мира, – глажу её изящные пальчики, – хочешь в ближайшие выходные поехать со мной куда-нибудь? Я как раз присмотрел несколько красивых романтических местечек. Там минимум людей и очень уютные отдельные домики на природе…

Вижу, как Мира поджимает губы:

- Андрюш, пока не получится…

- Солнышко, я не буду к тебе приставать – просто побудем вместе и подышим свежим воздухом в окружении красивой природы… – целую её пальчики и трогаюсь на «зелёный».

- Андрюш, я тебе верю. Правда. – Кидаю на неё быстрый взгляд и вижу нежную улыбку на любимом личике. – Просто мы уже с Кирой договорились на эти выходные.

- Передоговоритесь. – Пожимаю плечами с улыбкой.

- Нет уж, Андрюша, не получится. Это была моя идея. И нам надо успеть… – загадочно оборвала свою фразу Мира.

- Куда успеть? Или что успеть?

- Не важно…

- Так мне тебя теперь у сестры отбивать придётся? – мы оба засмеялись. – Дожил.

- Нет, Андрюша. Просто со временем научимся договариваться между собой…

Я перестаю смеяться и сглатываю.

«Просто со временем научимся договариваться между собой…» – повторяю про себя фразу, пролившуюся бальзамом на Душу. Наверное, это ничуть не хуже, чем выходные вместе с Мирой… Она всё-таки хочет дальнейшего нашего сближения… Стать важной частичкой моей жизни…

- Я люблю тебя, Солнышко. – Озвучиваю осипшим голосом фразу, которая теперь живёт в моей голове постоянно…

- И я тебя люблю, Андрюша.

В груди щемит, а я с улыбкой и лёгкой душой заворачиваю на стоянку компании.

А едва мы оказываемся в нашей тайной комнате, даём волю своим чувствам, забываясь в таких нежных и желанных объятиях и поцелуях друг друга…

Наши тайные встречи и вечерние прогулки в парке дарят счастье и радость нам обоим. Наслаждаемся совместной готовкой, а я отмечаю для себя, с какой довольной улыбкой и любовью Мира делает абсолютно всё. Понимаю, что периодически просто засматриваюсь на неё, когда она чем-то занята и полностью увлечена процессом. Вспоминаю одухотворённое выражение её личика, когда она делает проекты или украшает свои костюмы, когда собирает клубничку и разговаривает со всеми своими растениями, поглаживая их, и с любовью называя растишками.

А ещё у меня была возможность побывать на тренировке Миры…

Для неё это было всего три часика. Для меня же – возможность побыть в её мире, прочувствовать хоть немного его и погрузиться в эту непередаваемую и чарующую атмосферу.

Точно так же, как и на репетиции с Машенькой, Мира снимала себе видео и выискивала в нём огрехи, причиной которых по большей части было моё присутствие. Ведь Мире потребовалось время, чтобы привыкнуть танцевать при мне так, будто она в зале одна.

Как она мне сообщила: «Легче танцевать при полном зале или перед толпой на улице, где полно равнодушных зевак и прохожих, чем перед одним тобой…»

Конечно, я её понимаю, но и оторвать от неё восхищённого взгляда просто не могу.

Конечно, я уже видел их несколько совместных тренировок с Машенькой. Но на них главной была именно Машенька, а не Мира. И сейчас я в полной мере понимаю, почему…

Мира делала всё для комфорта малышки, но сейчас на этой «сцене» была лишь одна «звезда»…

Сложные танцы с интересной задумкой или даже философским подтекстом… Чарующие, манящие движения, невероятная пластика и грация… Она танцует так, словно в ней вообще костей нет.

Руки, пальчики, волосы, грудь, животик, ноги…

Я не понимаю, как она всё это делает, но на работу Мастера можно смотреть бесконечно… А если этот Мастер ещё и твоя любимая девушка по совместительству… Я просто потерял голову и чувство реальности, выпав из неё.

Мне хотелось и дальше ловить все лёгкие движения её изящного тела… Наблюдать, как она погружается в танец и манит за собой, рассказывая телом удивительную историю… Мне хотелось и дальше ловить её глубокие взгляды и чарующие улыбки… Хотелось наслаждаться вместе с ней…

И я даже не заметил, как прошло практически три часа.

Потом у Миры была растяжка под одну из моих любимых песен «Nothing Else Matters» (в переводе с англ. «А остальное не важно» – прим. автора) группы «Metallica».

- И тебе совсем не больно? – не сдержал вопроса, когда посмотрел на её продольный шпагат с провисанием на стульях.

- Больно было пятнадцать лет назад! – засмеялась Мира и опустилась в шпагате ещё ниже.

Я не выдержал такой пытки – подбежал и снял, смеющуюся Миру со стульев.

- Андрюша, ну я же понимаю, что делаю… – она продолжила смеяться, уткнувшись мне в грудь.

- Я даже не сомневаюсь в этом, Солнышко. – Легонечко приподнял её за подбородок и нежно поцеловал свою уже смущённую Малышку.

- Спасибо тебе большое… – прошептала, медленно открывая глаза, а я начал проваливаться в них всё глубже. – Ты, наверное, такой один…

Я просто непонимающе пожал плечами и легонько поцеловал её в носик.

- Точно… единственный… – прошептала и быстро вывернувшись из моих объятий, побежала в душ.

Я шумно выдохнул…

Конечно, я понимаю, о чём говорила Мира…

Да я и сам себе сейчас всё больше удивляюсь. Но с каждым днём всё больше понимаю, насколько для меня важна именно Мира и её душевный комфорт.

А всё остальное у нас ещё будет…

Главное – видеть счастье и радость в её чудесных глазах…

*****

Наш судьбоносный апрель также завершается хорошими новостями, ведь с пятого мая к работе приступят три новых дизайнера, а с двенадцатого мая у меня, наконец-то, снова будет зам и, я надеюсь, что в скором будущем ещё хоть немного больше времени для Миры…

Несмотря на выходные дни, Мира решает не отказываться от занятий с Машенькой, ведь на следующей неделе она поедет к брату, а такой большой интервал между тренировками, в понимании Миры, не допустим.

Из-за того, что Машенька в праздничные дни была дома, репетицию они с Мирой провели днём. Конечно же, я не мог пропустить её по нескольким причинам.

После их занятия я старался акцентировать внимание Миры на том, что Машенька довольна и счастлива. А ещё малышку ждал сюрприз в виде первого небольшого урожая, в прямом смысле, домашней черешни Миры. Он же и был успешно собран лично Машенькой, после чего поделен между всеми по-честному. Порадовался, что малышка не забыла про маму и брата.

Кстати, несмотря на переживания Миры, черешня хорошо вызрела и была сочной, сладкой и ароматной.

А потом мы передали, довольно скачущую и смеющуюся Машеньку, её улыбающейся и благодарной маме. Её же братик Саша в это время гонял во дворе в футбол с друзьями.

- Мира, всё хорошо. Ты же это видишь? – сразу же обнимаю её в лифте и не отпускаю до остановки и сигнала. А как только мы оказываемся в её квартире, целую долго и нежно. Так, чтобы она забыла обо всём, кроме нас с ней…

Но по её поджатым губам понимаю, что не всё так просто, поэтому начинаю сам говорить:

- Мира, если бы ты была виновата, то находилась бы сейчас совершенно в другом месте…

- Наше правосудие далеко не идеально… – с грустной усмешкой смотрит на меня.

- Просто с тобой всё очевидно, Мира: ты обвиняешь и судишь себя сильнее всех вместе взятых судий и прокуроров, а наказываешь и грызёшь себя жёстче любой каторги…

- Тебе так кажется, Андрюш…

- Нет, Солнышко… – прижимаю её ближе к себе, чувствуя, как колотится её сердечко. Глажу по шелковистым волосам. – Как же ты не видишь радости Машеньки, благодарности Лизы и азарта к жизни в глазах Саши?.. Хорошая Моя, они все стараются жить дальше… У нас же с тобой тоже получается… У всех нас жизнь всё равно продолжается… А сдаются только безвольные слабаки…

- Ты прав… – неожиданно отвечает Мира, утыкаясь лбом мне в грудь, и смотрит вниз. – Давай попробуем жить дальше…

И мы жили дальше, радуясь мелочам и совместно проведенным минутам, часам. Всё больше привыкали и прорастали друг в друга.

Сажали вместе клубнику в её оранжерее на лоджии. Ту самую – недостающую, с жёлтыми цветочками. Очень много смеялись, шутили и целовались… На Мире были прикольные фиолетовые садовые перчаточки с цветочками, а при взгляде на эту крошечную зелёную лопатку с деревянным черенком, размером со столовую ложку, я не мог сдержаться от смеха.

Тем не менее, десять кустиков мы посадили по горшочкам и расставили в два ряда на специальном большом стеллаже. Я помог Мире подвести к ним полив, а потом мы вместе собирали урожай свежей клубнички, подкармливая друг друга в процессе.

И снова я всё больше осознавал, что мне всегда хорошо рядом с ней. Интересно заниматься любыми делами…

Мне кажется, что это очень важно, когда люди вместе получают удовольствие от всего… От жизни…

С каждым новым мгновением я всё больше убеждался, что собираюсь сделать всё правильно – я действительно хочу прожить с ней остаток своей жизни, деля всё, что будет преподносить нам выдумщица Жизнь…

А потом было лично их время с Кирой, в которое меня не допускали по причине их девичьих дел и секретиков…

А потом снова было наше время…

А потом я оттягивал Миру от поклейки страз на украшение для руки, услышав, что это займёт ещё часов восемь… Даже предложил свою помощь и попробовал приклеить несколько страз, на что Мира заметила, что при таком вот нашем совместном творчестве, это займёт часов двенадцать-четырнадцать, ведь у меня ещё рука не набита, да и мы банально будем мешать друг другу…

Но всё же очень нежно и трепетно поцеловала меня, сказав, что всегда будет помнить, что именно эти несколько страз помог ей приклеить я…

И хотелось бы мне рассмеяться, вспоминая, как они вылетали из пинцета в моих руках, но мне её слова были очень дороги и приятны… До щемящей нежности внутри…

Тогда мы долго целовались, а потом собрались и поехали в парк у моего дома – кормить нашу любимую пару лебедей…

В это время поместилось много нас, много нашего тепла и счастья…

Мы учились жить вместе, проживая в разных квартирах и домах…

Мы учились принимать и продолжали поддерживать друг друга…

Мы продолжали учиться чувствовать друг друга…

И утром седьмого мая, в День рождения Миры, я чувствовал тягучую смесь счастья, радости, предвкушения долгожданной встречи и в то же время горечь скорой разлуки…

- Мира! – направился быстрым шагом к двери своего кабинета, гоня все ненужные мысли и готовясь наслаждаться нашими моментами счастья…

Глава 55

Андрей

Открываю двери – и теряю дар речи, буквально столбенея…

«Нельзя же быть настолько красивой…» – то ли думаю, то ли сиплю вслух…

Мира смеётся, захлопывая дверь, и бросается мне на шею.

Кружу её, а потом долго, трепетно и нежно целую, растворяясь в медовой сладости её губ и наслаждаясь невероятной нежностью этого момента…

- Мира… – невесомо целую её личико, а у самого дыхание перехватывает, когда я вижу искрящееся счастье в её глазах… – Мира… – шепчу и снова припадаю к желанным устам, иначе просто задохнусь от переизбытка чувств, так и не подарив их Своему Солнышку…

- Здравствуй, Андрюша, – шепчет мне, медленно выныривая из нежного поцелуя.

- Здравствуй, Хорошая Моя! – целую её в носик. – И с Днём рождения тебя, Моё Солнышко! Только увидел тебя и сразу все мысли выветрились. Какая же ты у меня красивая…

- Платье твоя Кира шила. Правда, оно просто волшебное?! – Мира немного отстраняется и кружится передо мной, звонко посмеиваясь.

- Оно просто шикарное… – любуюсь своей довольной Малышкой. – Волшебное… Ты, словно дриада… – не могу оторвать взгляд от Миры: струящаяся юбка в пол из тончайшего шёлкового полупрозрачного кружева цвета свежей сочной зелени, будто прорастающей из самой кромки подола, поднимается вверх волнистыми стебельками с изящными листочками, ажурно оплетая талию, плоский животик, спину, красивую высокую грудь, шею и руки. А в области декольте и на воротничке распускаются маленькие нежные лиловые и розовые цветочки с крохотными сияющими стразиками в серединке как раз в тон цветочка. – От тебя просто веет весной, Солнышко! И это платье пошила Кира? – присматриваюсь, понимая, что подкладка выбрана идеально в тон кожи и очень сложно определить, где она есть, а где уже нет…

- Конечно! Она такая огромная Умничка! Очень старательная и трудолюбивая! – довольно тараторила Моя Малышка, пока я любовался её огромными счастливыми глазищами с непривычными для неё изумрудными стрелками, но так гармонично сочетающимися с её сегодняшним волшебным образом Весны. Смотрел на неё, даже когда она перестала говорить, всматривался в её безбрежные глаза и пытался понять – они так сияют от прозрачного шиммера, который Мира нанесла на веки вместо теней, или от счастья, которым она сейчас буквально фонтанирует…

Вспоминаю, что она что-то говорила про продолжение сотрудничества с Кирой и пошива ей костюмов для танцев в будущем, но сейчас я просто до ломоты в теле хочу прикоснуться к её губам…

Самого уже дурманит и пошатывает от пьянящего счастья, от этих наших сводящих с ума поцелуев, от наших чувств, в которые мы с готовностью ныряем вместе с Мирой…

Я теряю голову и счёт времени просто от присутствия её рядом…

С трудом отрываюсь от манящих нежных губ и пытаюсь вспомнить, что так и не сделал…

Практически не касаясь, провожу по шикарным волосам Миры, стараясь не испортить её сегодняшнюю причёску, от которой у меня тоже дыхание перехватывает… Мира просто бьёт сегодня на поражение по всем фронтам…

Не только её платье вызывает восхищение, сегодняшняя её причёска в очередной раз показывает, насколько хорошо Мира умеет управляться со своими волосами не только на сцене.

Не могу сдержаться – и под добродушный лёгкий смех Миры провожу под её шикарными распущенными шелковистыми волосами, немного их приподнимая. Наблюдаю сбоку за этим сияющим золотым водопадом, по которому «плывут» крупные плетёные розы из её же волос, а на их лепестках сияют радужные стразовые бусинки, играя на свету, словно капельки росы…

Непередаваемые чувства и эмоции…

И это всё Мира…

Моя Мира…

Понимаю, что снова замер, а меня уже обнимает счастливо смеющаяся Мира.

- Хорошая Моя, – нежно целую её в макушку. – Я снова всё забыл… Подожди, пожалуйста, буквально полминуточки. Я сейчас. – И быстрым шагом направляюсь к своему столу за небольшой коробочкой.

Вспоминаю, как выбирал этот подарок и боролся с собой. Своей любимой девушке хочется дарить дорогие подарки, чтобы показать, как она важна, и что экономить на ней я не хочу и не собираюсь…

Но это же Мира…

«Странная»…

Особенная…

Такая, какая есть…

Посмотрел ещё раз на её неизменный кулон с горным хрусталём и браслет «Пандора» с изумрудными, розовыми и лиловыми шармами, и всё с тем же аметистом… и понял, что всё-таки выбрал подарок правильно.

- Мира, я чувствую, что мы с тобой уже очень близкие люди… – она кивнула с нежной улыбкой на лице, а я выдохнул и поцеловал её в лобик. – Мира, с Днём рождения тебя… – медленно тону в нежности её взгляда. – Родная Моя, ты же примешь от меня небольшой подарочек?

Мира легонечко смеётся, гладит меня по груди и целует в подбородок, приподнявшись на носочках:

- Качественно же я тебя тогда запугала… – добродушно иронизирует она. – Прости меня, пожалуйста, Андрюша.

- Мира, ну что ты?..

- Андрюш, – задиристо перебивает меня и целует в уголок губ. – Конечно, на День рождения приму. Дари! – снова смеётся, но смотрит с такой теплотой и любовью во взгляде, что я сглатываю и с трудом удерживаюсь от поцелуя.

- С Днём рождения тебя, Солнышко! – вручаю ей коробочку – и Мира замирает…

У меня на языке крутятся поздравления, но её реакция поднимает что-то глубинное на поверхность – и я просто стою молча, наблюдая, словно в замедленной съёмке, как она открывает фирменную коробочку «Пандора» и долго рассматривает браслет из розового золота из серии «Reflexions» (такие браслеты на вид, как плоские ремешки для часов, и для них подходят специальные плоские шармы – прим. автора).

Замираю, начиная сомневаться в правильности своего выбора, ведь Мира обычно носит классические серебряные браслеты… А этот абсолютно другой, хоть и тоже «Пандора».

Пытаюсь сдержать вздох разочарования, когда она закрывает коробочку, но, вместо высказывания недовольства, Мира очень нежно гладит меня по груди, обнимает и дарит нереальный поцелуй…

С трудом отрываемся друг от друга…

- Мира… Хорошая Моя, я снова забыл пожелать тебе…

- Нет, не надо мне ничего желать, Андрюша… – ловит мой удивлённый взгляд и тепло улыбается, поглаживая по груди. – Это не так и важно… Тем более мои желания… – она вздыхает, но уже со смущённой улыбкой. – Ты самый лучший… у меня… И ты принимаешь меня такой, какая я есть… Это для меня самый лучший подарок и желание… Понимаешь? Не каждый способен принимать человека таким, какой он есть… Мне ли это не знать… Но ты… – она ласково обвивает мою шею руками. В её глазах стоят слёзы, но она снова начинает меня целовать: нежно, с благодарностью и так чувственно, что у меня земля уходит из-под ног…

Но всё же беру себя в руки, а Миру на руки – и несу в нашу комнатку, ведь ещё несколько минут у нас точно есть…

Усаживаю Миру к себе на колени, рассчитывая ещё на порцию поцелуев, но она снова открывает коробочку. Отточенным движением снимает свой браслет, аккуратно подцепив застёжку краешком ноготка с френчем. Потом быстро отстёгивает свой аметист, перевешивает его на подвес для него же на новом браслете и, зажав свой браслет в правом кулачке, протягивает мне левую руку уже со свободным запястьем, а вместе с ним и коробочку с моим подарком ей.

- Поможешь? – растроганно шепчет она.

- Конечно. – Отвечаю с хрипотцой в голосе, глажу нежную ручку и целую её, а потом достаю браслет из коробочки.

Конечно, это ещё не наша помолвка, но настолько интимного момента единения у нас с Мирой ещё не было…

Я чувствовал тёплые токи, перетекающие между нами… И чувствовал разрастающееся счастье…

А потом она сказала, что это самый лучший подарок в её жизни, легонечко поцеловала и добавила, сдерживая слёзы, что этот браслет – и есть отражение её самой и её самых заветных желаний…

Мы целовались несколько минут, а потом Мира рассматривала каждый шармик, а после смотрела на меня с благодарностью и легонечко целовала в губы.

А я вспоминал, как выбирал для неё эти шармы, стараясь почувствовать и подарить именно то, что хочется ей. Вот этот шарм – «Палитра с кистью», а это – «Танцовщица», потом очень символичная «Туфелька на высоком каблучке», а теперь и моя мечта тоже: «Пара сердец», «Бесконечность», «Семейное дерево» и «Домик». Затем подвес для аметиста, «Четырёхлистный клевер» на удачу, ещё символичные «Цветочек», «Клубничка» и «Пара вишенок-черешенок» (да, я помню про «+24 и черешенку»). Затем «Машинка», «Котик» – ведь она пока ещё Котенко, «Рыбка» – потому, что котики и Моя Мира любят рыбку, «Сова» – и как символ мудрости, и как намёк на сигнал сообщений на её мобильном. И в завершении:

- А это «Солнышко»… – прошептала Мира и сглотнула, а я вытер её слёзки, – потому что…

- Ты – Моё Солнышко, – завершил вместо неё и потянулся за поцелуем.

Глава 56

Мира

- Ты даже пахнешь сегодня весенней свежестью... – шепчет, нежно обнимая, трётся кончиком носа о мой висок, медленно вдыхая, а потом прокладывает невесомую дорожку поцелуев от виска до уголка губ.

Обвиваю его шею руками, перебираю короткие волосы на затылке, чувствуя, как снова подступают слёзы радости. Стараюсь немного отвлечься и переключить своё внимание хотя бы на парковку за окном, но у меня ничего не получается, ведь сейчас я просто счастлива…

Даже слишком счастлива в этом моменте…

Чувствую, как приятно браслет греет запястье – и я всё-таки не могу сдержать слёз счастья.

Если бы ещё Андрею не надо было уезжать в командировку. Хотя бы сегодня… Но, конечно, я не буду ставить его перед выбором, понимая, что это не просто его компания – это сотни людей и их благополучие… Поэтому мои желания и эгоизм здесь абсолютно не уместны. Тем более у нас с ним будет ещё целый час обеденного перерыва вместе.

Стараюсь не всхлипывать и обнять его так, чтобы он не видел моих слёз. Которые уже просто катятся по щекам от всего сразу: счастья, умиления, непонимания, за что мне так повезло с ним, и в то же время грусти от скорой разлуки и сожаления, что снова придётся жить без него четыре с половиной дня…

А может, это плата за эти полторы недели счастья без командировок рядом с ним.

Глубоко вдыхаю и выдыхаю.

- Я тоже не хочу уезжать, Любимая… – шепчет мне на ушко, прочитав мои мысли, а потом целует мочку.

- Но так надо… – продолжаем в унисон, и я добавляю:

- Я всё понимаю, Андрюш.

- Я знаю. – Вздыхает.

В груди щемит и я хочу его утешить, но мне бы сначала со своими слезами справиться – я правда рядом с ним стала какой-то плаксой, по-видимому, решив вылить те слёзы, которые годами в себе держала…

- Мне очень хорошо с тобой. – Глажу его по гладковыбритой щеке, а он немного отстраняет меня от себя, и молча сцеловывает мои слёзы.

Знаю, что многих мужчин бесит, когда женщины плачут. Поражаюсь Андрею и его терпению, но решаю промолчать об этом – надо стараться держать эмоции в себе.

- Мира, – заглядывает мне в глаза, нежно улыбаясь. – Я очень благодарен тебе, что ты позволяешь себе быть собой рядом со мной и не прячешь свои чувства и эмоции.

«Вот это да…» – думаю я, а вслух лишь шумно выдыхаю.

Андрей целует меня в кончик носика.

- Солнышко, сегодня в девять я хочу тебя «украсть». – Его обаятельная улыбка становится шире. – Обещаю к часу дня вернуть в компанию.

Я удивлённо смотрю на него, ошарашено улыбаясь и медленно хлопая ресницами.

- Солнышко, ответь мне, пожалуйста: ты хочешь, чтобы всё было так, как я раньше запланировал или поедем в ресторан? Просто я себе даже представить не мог, что ты сегодня будешь так шикарно выглядеть…

Я смущённо опускаю глаза и тихо отвечаю:

- Андрюш, не хочу в ресторан. Хочу узнать, что ты планировал раньше.

- Тогда пока побудь часок в своём отделе и попринимай поздравления – мне кое-что надо дождаться. И выходи, пожалуйста, на парковку в девять. Поедем вместе. А с ребятами отпразднуешь уже после обеда. – Он мне подмигивает и коротко, но нежно и трепетно целует в губы.

- Хорошо, – киваю, медленно хлопая ресницами. – А как же твои дела? – всё-таки уточняю, стараясь не радоваться раньше времени.

- Солнышко, если я тебя приглашаю, значит у меня всё под контролем. – Целует в носик и нежно улыбается.

- Хорошо! – уже довольно киваю и прощаюсь с ним буквально на часок.

По пути быстро поправляю макияж в уборной и на час проваливаюсь в наш феерический «дурдом», к которому пока ещё только привыкают три наши новичка.

*****

Абсолютно счастливая еду с Андреем непонятно куда, особо и не стараясь выпытывать.

Конечно, я осознаю, насколько это безрассудный поступок, и истории про маньяков хорошо знаю… Да и какие там чужие истории, когда из своих-то можно смело многотомник составлять… И это я ещё ни с кем посторонним никуда не ездила – всё, так сказать, по пути собиралось…

- Не узнаю себя… – говорю абсолютно без страха, счастливо улыбаясь. – А вдруг ты какой-то маньяк и сейчас меня в лес завезёшь? А я тебе уже так доверяю…

Во время своей странной (или даже неадекватной) задиристой реплики я внимательно следила за реакцией Андрея. На слове «маньяк» он подавился смешком, а когда я произнесла «так доверяю», то замер на мгновение, выдохнул, а потом радостно улыбнулся. Остановился на светофоре и с нежностью произнёс, гладя моё запястье в его подарке и ласково целуя мои пальчики:

- Я очень рад и признателен, что ты меня не боишься и так доверяешь, Солнышко. И я, конечно, не маньяк, но скоро тебя куда-то завезу… – он задорно подмигивает и легонечко целует в губы. – Ещё один светофор остался и съезжаем к… – он запнулся.

- Куда? – нетерпеливо переспрашиваю я.

- Скоро сама увидишь, Солнышко.

А уже через пять минут мы ехали по бездорожью по направлению к реке.

- Всё-таки хорошо, что у тебя джип… – тихо признаю я.

- Да ладно?! – Андрей смеётся, заглушает мотор и целует смущённую меня в носик. – Солнышко, мне надо несколько минут подготовиться, а ты, пожалуйста, честно не подглядывай и смотри влево. Можешь пока Серёже позвонить, чтобы он знал, с кем ты сейчас. А то кто ж нас, маньяков, знает?.. – добродушно посмеиваясь, съязвил Андрей, а я просто согласилась. – Геолокацию включила? – ещё раз подшучивает он.

- Андрюш! – притягиваю его за шею и целую. – Серёжа сделал так, что она у меня и не отключается… – не остаюсь в долгу, тоже шкодно подмигивая ему.

- Тогда я за тебя почти спокоен… – он буквально на мгновение становится серьёзен, а потом снова нежно улыбается. – Так, я пошёл, а ты мне не подглядывай! Лучше на свежем воздухе поговорим.

- Хорошо! – соглашаюсь я и лезу в сумочку за телефоном.

Успеваю поговорить с братом и ответить на несколько поздравительных сообщений, как дверца автомобиля открывается – и Андрей приглашает меня выйти.

Я сразу же ощущаю запах свежей сочной травки, сладковатый дурманящий аромат первых полевых цветов, разбросанных жёлтыми полянками лютиков и сиреневыми полянками фиалок, а ещё такими красивыми ярко-радостными смешанными полянками… С улыбкой смотрю на Андрея, пока мы идём по этому шикарному живому ковру, над которым деловито летают пчёлы и шмели, пока беззаботные бабочки игриво перепархивают с цветочка на цветочек…

Эта поляна ограждена широкой лесополосой от цивилизации и сейчас так красиво золотится и подсвечивается ещё ласковыми утренними лучиками солнышка, что я не выдерживаю. Вмиг вылетаю из своих ажурных туфель «Chanel» на высоченных каблуках, которыми до этого утопала в земле и цеплялась за траву, и с довольным визгом бегу по слабо прогретой земле и травке, держа за руку смеющегося Андрея. Сейчас на этой чудесной поляне все мои чувства и эмоции обостряются – я так давно не была счастлива, не осуждаема и просто понята… И как же сейчас круто бежать в капроновых чулках «Victoria’s Secret», откровенно забивая (молодёжный сленг – игнорировать, не обращать внимания – прим. автора) на нормы приличия, и чувствовать под ступнями прохладные капельки росы, одной рукой придерживать подол шикарного кружевного платья, а другой рукой изо всех сил держаться за НЕГО – такого родного, дорогого и понимающего…

А потом Андрей неожиданно подхватывает меня на руки и кружит посреди этой волшебной поляны, а я лишь счастливо смеюсь и шепчу: «Спасибо тебе огромное», – прижимаясь щекой к его щеке и жмурясь от солнца и удовольствия.

Насладившись этим моментом, уговариваю Андрея опустить меня на травку, ведь к танцам босиком в любых условиях я привыкла – и за несколько минут ничего со мной не случится.

Чувствую сейчас себя юным натуралистом, но всё равно с интересом и азартом фотографирую пчёл, бабочек, шмелей и стрекоз на цветочках, с восторгом замечая, как при их взлёте осыпается немного пыльцы с лапок. А ещё я с удовольствием фотографирую красивые прозрачные капли росы на травинках и нежных лепесточках, подсвеченные солнышком и отбрасывающие небольшие блики возле себя. Но больше всего я люблю рассматривать в каплях росы именно их «содержимое» – тот чудесный мирок, который они в себе помещают и отзеркаливают нам одновременно… Всю эту поляну с тысячами цветочков, миллионами травинок, букашечек, окружающими деревьями, небом, солнцем и нас с Андреем… и всё в одной небольшой капельке…

Как же порой много скрывается в малом…

Улыбаюсь и смотрю на Андрея, а он без зазрения совести снимает то, как я фотографирую природу, тихо комментируя и улыбаясь…

Мы счастливы…

И мне до безумия хочется остаться с ним в этом моменте…

Он подходит и делает ещё несколько кадров счастливых нас…

- Так нам уже совсем скоро понадобится свой фотоальбом заводить… – хохочу я, обнимая его и жмурясь от яркого солнца.

- И обязательно заведём, Солнышко! – целует меня в носик и снова подхватывает на руки, направляясь в сторону, пока ещё не цветущих, лип и средней высоты сосен.

Утыкаюсь носиком в его щёку и растворяюсь в его морском аромате, который сейчас так ненавязчиво дополняется запахом свежей травки и дурманящим запахом полевых цветов.

Чувствую, что он остановился и открываю глаза, осматриваясь.

- Ах! Андрюша! – не могу сдержать своего восторга и зацеловываю его щёки, пока он радостно смеётся.

Ёрзаю и он опускает меня на травяной ковёр. Смотрю на него снизу вверх, застенчиво улыбаясь. Он уверенно кивает мне и переплетает наши пальцы в замок, а у меня дыхание перехватывает и по телу пробегают миллионы мурашек… Я прижимаюсь щекой к его плечу и доверчиво трусь. Внутри всё кипит от переизбытка эмоций – и я просто накидываюсь на него с порцией новых объятий.

Странно это осознавать, но прожив практически пять лет в одиночку, и старательно «убегая» от телесных контактов с мужчинами, я всё-таки стала зависимой от присутствия Андрея в моей жизни и его ласковых и нежных объятий…

Точно – довела себя до эмоционального и тактильного голода, а теперь пытаюсь его восполнить и заполнить все эти долгие годы одиночества и непонимания…

- Как всё-таки хорошо, что теперь у меня есть именно ты…

- Именно я? – задорно ухмыляется Андрей.

- Да, именно ты, Андрюша… – поднимаю на него взгляд и не опускаю, пока он не наклоняется ко мне, чтобы поцеловать…

Выныриваю из нежнейшего поцелуя и снова осматриваюсь, понимая, что это не видение…

- Да, Андрюша, именно ты… – шепчу ещё раз, сглатывая от щемящей нежности, неожиданности и красоты: на невысоком цветущем склоне над Днепром (река – прим. автора) стоит небольшой столик, накрытый белоснежной скатертью и сервированный для фуршета на две персоны. По бокам стола и посередине горят большие белые свечи в стеклянных колбах. – Практичная романтика… – с восторгом шепчу я.

- Да, Солнышко. Ты права – и красиво, и ветром скатерть не сдует. – Хохотнул он, а я снова поддалась своему порыву – и обняла его – не расплетая наших рук…

Заметила благодарность в его взгляде, хотя старается сейчас именно он для меня…

- Андрюш, спасибо тебе огромное. – Шепчу я, а он слегка наклоняется и с нежностью начинает целовать каждый мой пальчик, но тоже, к моей радости, так и не расплетает наши пальцы. Второй рукой обнимает меня за спину, очень нежно поглаживая.

Я снова проваливаюсь в негу на несколько минут, а потом мы всё-таки подходим к столу.

Освежающий запах воды смешивается с эфирными маслами сосен, а полевые цветы лишь дополняют это чудо своими яркими медовыми акцентами...

Андрей очень галантно ухаживает за мной, отодвигая мягкий белоснежный стул. Не разрешает мне помогать с фуршетом, доставая шикарные закуски из двух автомобильных холодильников.

- Хорошо иметь багажник, в котором полдома помещается… – добродушно шучу, на что Андрей лишь довольно кивает, а потом снимает свой пиджак и молча накидывает мне на плечи, ведь с реки начинает дуть ещё прохладный ветерок. Мои же условно босые ноги в позеленевших чулках со стрелками, которые их дизайном не предусмотрены, он заворачивает в тёплый мягкий плед, ведь я попросила его сейчас не идти за туфлями.

Возможно, для кого-то это очень странная романтика, но мне с ним до мурашек и одновременного жжения в груди хорошо, уютно и комфортно…

За чулки, конечно, стыдно, но не снимать же их сейчас при нём. Уже поменяю в компании – благо запасные с собой приучена носить.

Несмотря на то, что нас всего двое, Андрей устроил полноценный фуршет, на котором были все положенные закуски: мясо, рыба, сыры, морепродукты, овощи и фрукты. Правда только то, что я люблю и в небольшом количестве. А апельсиновый и гранатовый сок гармонично дополняли его, добавляя радостных красок столу и улыбок нам.

Мы неспешно ели и разговаривали обо всём на свете, стараясь не думать о скорой разлуке.

А потом настало время торта и моего удивления, ведь его сейчас я уж точно не ожидала.

Ахаю от восторга, когда Андрей достаёт шикарный круглый муссовый мини-тортик, покрытый белым велюром, украшенный сверху клубникой, жёлтой малиной, голубикой и листочками мяты. В самом же центе этого великолепия красовалась небольшая ажурная лиловая свеча с цифрами 22.

Смотрю, как Андрей зажигает фитильки на свечках, и думаю над своим желанием.

Конечно, сейчас мы с Андреем безумно любим друг друга, наслаждаемся каждым мгновением, проведенным вместе, и я очень хочу прожить остаток жизни вместе с ним, но не могу загадывать желание и за него тоже… Даже несмотря на то, что он делает, говорит и как сильно на самом деле любит меня… Но я же знаю свои слабые стороны… Знаю, что не всякая любовь может преодолеть все преграды… Знаю, что жизнь полна разных сюрпризов… Конечно, я не хочу настраивать себя на что-то плохое, но и решать вместо Андрея я тоже не могу… В конце концов, мы ещё только в начале нашего совместного пути и, когда придёт время, я всегда могу дополнить своё желание…

А сейчас, с благодарностью смотря в его любящие и ласковые глаза, я хочу, чтобы нам всегда было хорошо вместе и чтобы мы всегда друг друга понимали и поддерживали. Независимо от того, в каких отношениях с ним будем находиться…

Быстро задуваю свечи и, поддавшись воздушному искушению, аккуратно пробую губами нежнейший белоснежный велюр с краешка тортика.

- М-м-м… Это безумно вкусно… – жмурюсь от удовольствия, а потом замираю на несколько мгновений, чувствуя, что на губах осталось немного этого украшения с торта. Медленно открываю глаза – и тону в его взгляде, полном восторга, обожания и желания… Сглатываю, но боюсь облизнуться, понимая, насколько это будет сейчас соблазнительно и провокационно выглядеть. Но я не хочу торопиться. И он это хорошо понимает.

Мы оба сглатываем, а Андрей медленно поднимается со своего места и идёт ко мне. Пересаживает к себе на колени и нежно гладит по спине.

- Я только тебя поцелую. – Шепчет с моей любимой хрипотцой в голосе.

- Угу. – Тихо соглашаюсь и слегка киваю, а потом растворяюсь в его нежных прикосновениях и чувственных поцелуях: сладких и головокружительных…

А потом мы едим тортик и снова много целуемся, соединяя его нежную муссовую сладость и дурманящую сладость наших поцелуев…

Двое на берегу огромной реки в городе-миллионнике в самый разгар трудового дня… В своём маленьком и одновременно таком огромном мирке, понятном и ценном только для нас…

Но сейчас для нас главное, что мы можем себе это позволить: любить и быть любимыми, несмотря на страхи, должности, ответственность и обстоятельства…

С ним я не была той зашуганной девушкой, которой была ещё несколько месяцев назад…

А он со мной не был большим начальником самой успешной рекламной компании не только в нашей стране. Со мной он был просто счастливым молодым мужчиной, который умеет создавать тепло даже в холодной заполярной Норвегии… Который умеет находить время для нас даже в бесконечном водовороте своих дел… А ещё я заметила, что несмотря на, всё ещё, тяжёлый и насыщенный график, синева под его глазами заметно поубавилась…

- Я с тобой отдыхаю Душой, Солнышко… – прошептал мне в висок, как мне показалось, причину перемен в своём внешнем виде.

- Я тебя люблю… – прошептала в ответ и поцеловала его со всей нежностью и благодарностью, на которые только была способна.

Собираться и уезжать ни мне, ни Андрею не хотелось, но всё же жизненные обязательства никто не отменял…

Приехали в компанию мы за десять минут до завершения обеда и необходимости Андрея собираться в аэропорт. Решили сразу же попрощаться, поэтому я пошла с ним в его кабинет и снова написала на его груди, что люблю его и всегда жду. Андрей с улыбкой заметил, что это уже похоже на наш новый ритуал и сделал всё для того, чтобы переключить меня от мыслей о разлуке, на воспоминания о нашем чудесном дне…

Остаток же дня мне не давали скучать и грустить коллеги и подружки уже дома.

«Четыре дня… Ещё всего четыре дня…» – успокаивала себя между бесконечными поздравлениями, так щедро навалившимися на меня сегодня…

Глава 57

Андрей

Как бы ни хотелось растянуть некоторые моменты, реальность всё равно диктует свои правила – и в неё надо возвращаться…

Ехал в аэропорт и радовался сегодняшнему дню и тому, что Мира не боится быть передо мной разной – она уже далеко не та девушка «в футляре», застёгнутом на все пуговицы… Конечно, она до сих пор скрывает свои шею и руки под закрытой одеждой, но это уже кружева, а не плотная ткань…

А её непередаваемые эмоции, полные восторга, радости и счастья…

Вот уж точно – Чудо Природы… любящее Природу и шикарно вписывающееся в Её лоно…

Рядом с ней невозможно не замечать божьих коровок и не посчитать, сколько им «лет»…

Рядом с ней невозможно не восхищаться капельками росы, «берегущими» и «рассказывающими» свои великолепные истории…

Рядом с ней невозможно не любить эту жизнь, не ценить конкретный момент…

Рядом с ней не думаешь, что это был наш идеальный день и лучше уже быть не может, ведь каждый наш новый миг неповторим…

Рядом с ней хочется бегать по поляне в деловом костюме и туфлях, радуясь жизни…

Рядом с ней просто хочется жить…

И конечно же, я очень доволен нашим сегодняшним днём и великолепным пикником… И я очень хорошо понимаю, что ни один ресторан в городе, не смог бы нам подарить столько искрящегося счастья и самых настоящих моментов единения, несмотря на все перегородки и отдельные кабинки…

А ещё всю командировку меня будут согревать великолепные кадры и видео ещё одного нашего тёплого и счастливого дня… Ещё одной «бусинки» на нашей совместной «нити» жизни – очень надеюсь и верю, что долгой и счастливой…

Несмотря на свой День рождения и обилие поздравлений, Мира всё равно очень быстро отвечает на все мои сообщения о приезде в аэропорт, скорой посадке и о прилёте на место. Видно, что она переживает, и я уже абсолютно не проходящий человек в её жизни…

Читаю её очередное сообщение – и на Душе сразу же становится светлее и теплее, а улыбка намного шире.

Где бы она ни была – она всегда придаёт мне силы – и я чувствую её поддержку…

Очень хочется, чтобы и здесь у меня всё получилось так, как я хочу – и командировка закончилась быстрее, но я пока не хочу обнадёживать Миру, ведь всё может сложиться как раз наоборот. Да и приятный сюрприз всегда же лучше неоправданных ожиданий…

После первых сегодняшних переговоров просматриваю кучу сообщений от Киры с фото празднования Дня рождения Миры у неё дома с подружками. Очень радуюсь, что моя сестрёнка теперь тоже входит в их число – и сегодня она находится среди трёх этих знатных шкодин.

По словам Кирюши, подружки устроили Мире настоящий трешак, а она лишь радостно смеётся и благодарит их за это.

Просматриваю фото-подтверждения этого «трешака» – и понимаю, почему Мира так радуется… Хотя ещё несколько месяцев назад тоже бы недоумевал… Но за время нашего знакомства я уже много раз сталкивался с подтверждением этих кадров в жизни, а также неоднократно имел возможность оценить потрясающее чувство юмора и самоиронию Миры.

Поэтому просматривая фото, стараюсь лишь сдерживать свой смех, радуясь, что ничего не обязан объяснять водителю, везущему меня в отель.

Первый кадр – огромный торт от девчонок с надписью: «Ты – не подарок!»

Второй кадр – подарочная жёлтая футболка с надписью: «Убиваю взглядом».

А дальше я уже прикрываю рот рукой, стараясь спрятать свои смешки, но и оторвать взгляд от наглядной иллюстрации «карнавала абсурда» я тоже не могу.

Надписи на цветных воздушных шариках соревнуются за первенство в колкости друг с другом:

«За что мне такая подруга?»

«Такую радость, как ты, ещё поискать надо!» (буква «р» в слове «радость» перечёркнута и сверху исправлена на букву «г»).

«Ты – кара небесная».

«Дьявол носит не только «Прада» (отсылка к фильму «Дьявол носит «Прада» – прим. автора).

«Ты – та ещё милота…»

Прикрываю глаза, стараясь успокоиться, а через несколько минут пишу Кире, что среди них – это вполне нормальное общение – они просто друг друга действительно очень хорошо и долго знают.

Потом же отписываюсь Мире, что уже приехал в отель и могу ей перезвонить, когда она освободится.

Входящий от Миры следует незамедлительно:

- Ну как ты, Андрюша? – по Душе бальзамом разливается забота и тепло.

- Всё в порядке, Солнышко. Добрался хорошо. Договор заключили.

Слышу радостный возглас, а потом фонтан из поздравлений и похвалы…

На подсознательном уровне сравниваю свои прошлые отношения с тем, что происходит сейчас между мной и Мирой – и понимаю, насколько они диаметрально-противоположные: забота и внимание со стороны Миры – и полный пофигизм со стороны бывшей, «Сувенир мне не нужен, ведь он будет напоминать о днях разлуки с тобой… Я не хочу их собирать… Лучше приезжай побыстрее сам! Какой же ты молодец у меня! Я так тобой горжусь!» и «Будешь ехать ко мне (в квартиру, которую, вообще-то, купил я) – закажи доставку! Ой, как хорошо, что ты заключил сделку – значит, я заслужила ещё одно украшение…»

- Я так тебя люблю, Солнышко… – вырывается на выдохе само собой.

- И я тебя тоже очень сильно люблю, Андрюша… – звук закрывающейся двери и моментальная заглушка всех посторонних звуков.

- Вы ещё празднуете?

- Да! Ещё полчасика посидим.

- Кира с вас в шоке… – посмеиваюсь я.

- Уже нет! Попустило… – Мира смеётся в трубку. – Не переживай, Андрюша, мы были максимально деликатны!

- Боюсь спросить – это как? – продолжаю смеяться.

- Она просто непривычная…

- Солнышко, я тоже не подозревал о многом…

- Например?

- Далеко ходить не надо: получается, чтобы тебя порадовать, достаточно было написать какую-нибудь гадость на торте и шариках? – подшучиваю над ней, посмеиваясь.

- Ну, почему же сразу «гадость»?.. – иронизирует сквозь смех. – Просто правду! – звонко смеётся Моя Врединка.

- М-да, Мирослава… – посмеиваюсь я.

- Андрюша, ты просто ещё плохо меня знаешь! – продолжает хохотать.

- Но это дело наживное…

- Такое лучше не наживать – поверь надписям! – снова язвит сквозь смех Моя Шкода.

- Я всё-таки рискну, Солнышко… Люблю тебя… – с улыбкой шепчу я.

- Я скучаю… – прошептала в ответ.

- Я не хотел тебя расстраивать. Лучше беги назад к подружкам – перед сном позвонишь – поговорим.

- Сейчас пойду, Андрюша. – Грустно прошептала, а потом уже задиристо продолжила. – У нас тут просто стриптизёр задерживается! – она подавилась смешком. – Спасибо большое, что поговорил со мной!

- Врединка! – тихо смеюсь в трубку.

Она шумно выдыхает:

- Не пробрало?

- Я тебе доверяю…

- И ни капли не ревнуешь?

- Конечно, ревную… Но ты у меня особенная… Я больше переживаю за тебя… – сказал правду, вздохнув.

- Не переживай – сегодня мы решили глупостей не делать – всё-таки с нами Кира! Поэтому стриптизёров, выпивку и наркоту оставим до её двадцатиоднолетия… – расхохоталась Моя Малышка.

- Знаю, что вы не такие… – произношу ласково и одновременно с гордостью.

- Ты просто ещё не знаешь о наших ночных подвигах на кладбищах, Андрюша! – продолжает смеяться Моя Шкодинка.

- Вот только ночью на кладбище без меня не ехать! – с любовью журю Свою Врединку, но понимаю, что с них-то как раз и станется…

- Хорошо, Андрюша! Поедем днём! – язвит моя, разошедшаяся, Шкодинка.

- Только дождитесь меня, Солнышко… – улыбаюсь и понимаю, что сбиваю её язвительный азарт. – Я тебя всегда и во всём поддержу. Просто мне очень важна твоя безопасность, Любимая…

- Спасибо большое, Андрюша. – Всхлипнув, прошептала она. – Ты даже не представляешь, какой ты…

Странно всё это, наверное, но в тот момент мы оба почувствовали, как стали ещё ближе друг к другу…

А позже, перед сном, мы разговаривали долго и, по ощущениям, заснули практически синхронно…

Глава 58

Андрей

В пятницу мне откровенно везло – конечно, день получился более насыщенным, чем предполагался, но это того стоило, ведь один из моих давних партнёров сам изъявил желание прилететь ко мне навстречу в соседний город, не дожидаясь моего воскресного прилёта. И это мне освобождало не просто день – это позволяло мне завершить все свои дела в субботу утром и сделать Мирославе сюрприз. Осталось только договориться с Сергеем, который забрал её к себе в Днепр (здесь имеется в виду город – ранее Днепропетровск – прим. автора) в пятницу после работы.

Каждое же свободное мгновение мы с Мирой либо переписывались, либо созванивались. Это наполняло меня и радовало, а ещё я заметил, что сейчас к каждой своей деловой встрече начал относиться с азартом – заключаю новую сделку – и меня ждут искренние поздравления Мирославы, её неподдельная радость и гордость.

Да, Моя Любимая мной гордится – разве это не лучшая награда для любого мужчины?

И вот уже вторая половина дня субботы – девятое мая.

У меня всё получилось и сейчас я сижу в кабинете Сергея. Мы как раз совмещаем обсуждение наших рабочих моментов с ожиданием звонка от Мирославы, чтобы успеть приехать к Сергею домой вовремя, ведь будь мы там – и два маленьких «оккупанта» в лицах его детей не дали бы нам нормально пообщаться. Миру же ещё утром забрали друзья детства (те самые дружбаны) отмечать её прошедший День рождения.

И вот раздаётся долгожданный вызов – Сергей его принимает, а я слышу, как Мира уточняет, не в офисе ли он? Получает утвердительный ответ, а потом Сергей говорит мне, что сейчас мы поедем все вместе.

А через несколько минут уже слышится возня за дверью, смех Мирославы и многоголосный мужской хохот. Я напрягаюсь, а Сергей уже начинает улыбаться.

«Ну, всё, «салаги»! Пока! Спасибо за праздник, поздравлялки и то, что подарили и дотащили вот это всё… Я в восхищении и всё такое… Всех вас люблю и обожаю! А теперь, давайте, валите уже отсюда, пока не разлюбила! – Смех Мирославы. – Дальше я с братиком поеду!»

Сергей смеётся в кулак. Я тоже прячу лицо в руки, пытаясь сдержать свой смех.

Мужское ржание и многоголосье: «Давай, Мирусь! Ещё раз с Днюхой! Приезжай! Не забывай нас!»

Мира: «Да вас фиг забудешь! Всё! Спасибо ещё раз и бегом готовиться к срезам и дописывать дипломы – вам послезавтра по универам! Студенты! А то станете солдафонами – передачки слать не буду!»

Общий смех.

«Пока, Мирусь! Серёже привет!»

«Хорошо! Обязательно! Пока!»

Удаляющееся мужское ржание и разговоры, а через секунд десять раздаётся стук в дверь:

- Тук-тук-тук, Серёжа! Я вхожу! Если изменяешь, я всё Кате расскажу! – выдаёт «стишок» из-за двери Мирослава.

Мы с Сергеем переглядываемся, посмеиваясь, после чего он отвечает:

- Заходи, Малая! Всё в порядке!

Под слова: «Мир вашему дому!» – отворяется дверь в кабинет и в него входит Мирослава в той самой жёлтой футболке с надписью «Убиваю взглядом», светло-голубых джинсах в обтяжку и в замшевых бежевых мокасинах. Волосы заплетены в какую-то интересную косу, а на её голове красуется немного сдвинутая на бок картонная корона именинницы. Через плечо перетянута широкая синяя лента, как у выпускников, но с золотой надписью «Мне сегодня можно всё!» На правой её ручке, как всегда, были надеты дорогие и изящные женские часики, а вот на левой я заметил тот самый браслет «Пандора», который я ей подарил позавчера на её День рождения.

Чувствую, как моё сердце замирает, а потом резко ускоряет свой ритм. Такой Миры я ещё не видел, но и эта её грань мне безумно нравится.

Сейчас же между нами немая сцена – я с любовью и изумлением наблюдаю за ней, а у Миры даже приоткрылся ротик от удивления либо от так и не произнесённой фразы…

Она очень мило жмурится и открывает глаза… Потом медленно моргает три раза, а я ей киваю с улыбкой:

- Здравствуй, Мира. – Решаю пока при Сергее обходиться без лишних нежностей – не всё для ушей и глаз старшего брата – я это очень хорошо понимаю.

Мира же растерянно кивает и тихо произносит:

- Здравствуй, Андрей! – сглатывает и переводит взгляд на брата, быстро проходит вглубь кабинета и задорно проговаривает. – Уже виделись, братишка! – и присаживается слева от Сергея как раз напротив меня.

Я ей ещё раз киваю и искренне улыбаюсь, любуясь её сегодняшним шкодным образом.

- Привет ещё раз, Малая! – смеётся Сергей. – Ты, как всегда, неподражаема! А аксессуары от твоих дружбанов вообще вписались замечательно!

- Согласна, Серёжечка! Они сегодня очень постарались. А вот вы вдвоём с Андреем, похоже, таки решили меня до психушки довести – не пила же гадости, а подумала, что снова «галюны» накрыли. – Уже более расслабленно произнесла, посмеиваясь, и облокотилась о спинку кресла. Выдохнула с облегчением и улыбнулась мне с нежностью и любовью.

- Прости, пожалуйста, просто захотелось тебе сюрприз сделать… – улыбаюсь ей в ответ, лаская взглядом, а внутри уже всё выворачивает от желания сейчас же обнять её и долго целовать…

- Ладно, Малая, быстренько рассказывай, как погуляли и что тащить в машину, и я оставлю вас на пять минут вместе. Не больше – тоже уже хочу домой к семье.

- А чё вообще было сюда в субботу ехать?

- Поработать, Мирусь… – с улыбкой вздыхает Сергей, и я его очень хорошо понимаю. – Ладно, где были-то?

- Боулинг сняли на пару часиков, а потом ресторан.

- А как же твой маникюр?

Мира изящно показывает правую ручку, слегка поигрывая пальчиками:

- Всё на месте.

- И кто выиграл?

- Серёжечка, а разве могут быть варианты? – довольно посмеиваясь, ехидничает Мира.

- Понятно, Малая. Поздравляю с «заслуженной» победой! – смеётся Сергей, показывая знак «класс».

- Ой, чтоб ты понимал! – закатывает глаза, широко улыбаясь.

- Да знаю я, что у тебя все дружбаны по струночке ходят! Такой организаторский талант пропадает! – посмеиваясь, добродушно стебёт сестру.

- Завидуй молча, Серёжечка! Или тренируйся на своих! – не остаётся в долгу Моя Малышка.

- Я стараюсь, Малая! – смеётся Сергей. – А как корона – не жмёт?

- Вообще ни капельки! В самый раз, Серёжечка! А ты опять завидуешь?! Примерить хочешь? – Мира старается сдерживать свой смех.

- Обойдусь!

- Кстати, тебе приветы передавали!

- Спасибо большое, Мирусь. Ладно, что переносить-то надо?

- В приёмной в подарочных пакетах. Только осторожно – там двадцать два воздушных фонарика – не порви, пожалуйста. Сегодня будем все запускать! – довольно произносит и складывает перед собой ручки в предвкушающем жесте.

- «Рапунцель» доморощенная! – смеётся Сергей. – Хорошо, что хоть волосами пол не подметаешь и не бегаешь со сковородкой, как та весёлая девушка из мультика.

- Это потому, что я не из мультика! Ладно, – Мира встаёт и надевает свою корону Сергею. – «Именинница», кстати, тебе идёт. – Целует брата в щеку и добавляет. – Ребята мне ещё фотоальбом подарили с фотками. Тяжеленный… С деревянной обложкой и выжженной поздравительной надписью на нём. Красивющий очень. Так вот – ты в нём тоже есть! Ещё такой молоденький… Кла-а-ассный! Не то, что сейчас! – звонко расхохоталась и ловко увернулась от попытки Сергея её поймать. – Ну всё, Серёжечка, иди уже альбомчик смотреть – ты мне сегодня шашлычок ещё обещал приготовить. Мясо давно замариновано и уже нас ждать устало!

- А ты и мясо на шашлык сама маринуешь, Мира? – уточняю, удивляясь.

- Да, и никому это дело не доверяю! – прыскает со смеху и показательно вздёргивает носик.

- Да, Андрей, Миру в этом деле сложно превзойти – она великолепно специи подбирает… – искренне хвалит сестру.

- А тебя превзойти в этом деле вообще не сложно, Серёжечка! Ты же маринуешь мясо, как в том анекдоте: «Я дам тебе лучшее мясо, я дам тебе лучшие специи – и ты всё равно испортишь шашлык…»

Мы втроём искренне засмеялись, а Сергей даже и не думал обижаться.

- Да, Мирусь, ты права. Ладно. Пойду пока на фоточки гляну – вспомню время, когда я классным был! – сыронизировал Сергей – и мы снова вместе засмеялись.

А я, в очередной раз, удивился и порадовался таким обоюдным добродушным и искренним стёбным отношениям, в которых их вечные пререкания выглядят очень забавно и гармонично. И главное – никто не остаётся обиженным – во всех возможных смыслах.

Сергей быстро уходит, а я поднимаюсь с кресла и подхожу к Мире.

- Солнышко Моё… – шепчу, нежно обнимая, и заглядываю в любимые глаза.

- Андрюша… Я так соскучилась… Представляешь: сегодня, задувая свечи на торте, загадала побыстрее тебя увидеть… Если бы я только знала, что надо было просто приехать сюда пораньше. – Она вздыхает, ласково гладит по груди, поднимаясь на носочки и обвивая мою шею руками…

Мы проваливаемся в жадный, долгожданный, но при этом невероятно нежный поцелуй. С Мирой всегда так – даже жгучая страсть приправлена необычной нежностью, осторожностью и бережностью…

Удивительная девушка… и моя…

С трудом отрываемся друг от друга, хватая воздух ртом. Упираемся друг в друга лбами и кончиками носов, пытаясь сохранить хоть такую небольшую дистанцию. Но я всё равно вжимаю её ещё немного сильнее в себя, не выдерживаю – и покрываю всё её личико без макияжа невесомыми поцелуями.

Мы шумно дышим, всё сильнее хватаясь друг за друга.

- Мира… – шепчу, проводя кончиками пальцев вдоль её позвоночника, наслаждаясь её полуприкрытыми от удовольствия глазами и сбивающимся дыханием, а потом плотно укутываю в свои объятия.

Теперь же Мира делает свой «ход»: легонечко прихватывает губами мои губы, слегка лаская кончиком языка – так невинно, но до такой степени потрясающе, что я с трудом сдерживаю себя, задыхаясь от желания:

- Мира… – выдыхаю её имя. – Хорошая Моя, не провоцируй, пожалуйста. Мне и так эта ленточка покоя не даёт…

- «Мне сегодня можно всё»? – хватая воздух ртом между поцелуями, уточняет она.

- Мира… – шепчу на выдохе и провожу кончиками пальцев вверх по кромке ленточки, наблюдая, как расширяются её зрачки и Мира сглатывает.

- Можно всё в разумных пределах, Андрюша. – Шепчет слегка подсевшим голосом. – Причинять кому-то вред или самой делать глупости я всё-таки не хотела бы… И спешить я пока тоже не хочу…

- Я знаю, Солнышко. Давай лучше её снимем. Хорошо?

- И ты не обижаешься на меня? – гладит меня по щеке.

- Нет. Я всё понимаю, Хорошая Моя. Мы не будем торопиться. Обещаю. Не бойся меня, пожалуйста. – Невесомо целую её в губы и щёчку, аккуратно поддевая ленточку. – Давай снимем?

- Давай. – Шепчет на выдохе, гипнотизируя взглядом, и помогает её снять.

Замираем на несколько мгновений, тяжело дыша и всматриваясь в глаза друг друга. Держим вместе ленточку, боясь отпустить, а я осознаю, что это первая вещь, которую я снял с Мирославы, кроме обуви, конечно.

Отбрасываем эту ленточку синхронно на стол.

- Ты на сколько? – крепче прижимается ко мне и с надеждой смотрит в глаза.

- В понедельник поедем в Киев вместе – буду сопровождать тебя вместо Серёжи.

- Да?! – удивлённо восклицает, радостно улыбаясь, и мы снова растворяемся в чувственном поцелуе, пока нас не прерывает настойчивым стуком Сергей.

- Отличный у тебя брат. – Довольно констатирую я.

- Согласна. – С улыбкой подтверждает Мира.

Глава 59

Андрей

Выходим все вместе на стоянку. Сергей разблокирует автомобиль и крутит ключи от него в руке:

- Мирусь, сама поведёшь или как?

- Веди сам, Серёжечка! Я в тебя верю – ты справишься! – максимально мило язвит, а Сергей прыскает со смеху. Я же стараюсь обойтись широкой улыбкой.

- И как ты так быстро «шпильки» подбираешь, Малая?

- Ну, я же «девочка» – и в «шпильках» разбираюсь хорошо! А вообще, ешь побольше рыбы – и ты так сможешь! – шкодно подмигивает, улыбаясь, а потом ехидненько добавляет. – Но это не точно!

- Я всё равно тебя люблю, Малая… – с искренней и ласковой улыбкой произносит Сергей, а Мира подходит к нему и так нежно обнимает, что я со стороны умиляюсь этим искренним любящим жестом.

- Ты самый лучший братик, Серёжечка. И любимый тоже! – довольно прикрывает глазки и с нежностью трётся щёчкой о его грудь.

- И ты так легко попалась? – удивлённо смотрит на макушку Миры сверху вниз, а я наблюдаю, как Моя Малышка медленно поднимает голову вверх и, едва встречается с братом взглядом, как он её быстро перехватывает и подбрасывает – и вот Мира уже визжит в воздухе, цепляясь за его шею руками.

- Дурачок! – сквозь смех и визг возмущается она, а я уже лечу к ним, пытаясь сообразить, что сейчас делать, ведь Сергей же просто забавляется со своей сестрой.

Когда подхожу к ним практически впритык, Сергей мне задорно подмигивает и с предупреждением: «Лови!» – аккуратно и бережно перебрасывает мне Миру.

- Ты меня бросил?! – удивлённо возмущается Мира, цепляясь уже за мою шею.

- Нет, просто вверил в надёжные руки… – с искренней и довольной улыбкой отвечает Сергей и целует пыхтящую Миру в румяную щёчку.

- Спасибо большое! – ответили вместе с Мирой. Только я искренне поблагодарил, а Мира съязвила. Фыркнула и зарылась носиком мне в шею, запоздало смущаясь и прячась от брата.

- Ладно, поехали, раз уже со всем разобрались. – Довольно подмигнул мне и пошёл на водительское место.

- Если хочешь, можешь рядом с Серёжей на переднем пассажирском ехать. – Проговорила мне в шею Мира, приятно щекоча своим дыханием. – Я всё равно буду видосики от девчонок смотреть – у них сегодня конкурс – Чемпионат Украины. Они мне свои танцы посбрасывали.

- Мы с Сергеем уже всё обсудили. Если ты не против, то я бы хотел с тобой посмотреть, как танцуют твои подружки.

- Отлично танцуют. – Потёрлась носиком о мою шею. – Но желания побеждать у них маловато…

- Солнышко, может, не всем и хочется побеждать?.. Возможно, что они просто получают удовольствие от самих танцев и выступлений…

- Все получают. – Фыркнула мне в шею, чем вызвала мой смешок от щекотки. – Но победа – это другое… Это тоже важно и приятно…

- Понимаю, Солнышко. – Поцеловал её в височек. – Но она всё равно не всем нужна.

- Так, голубки, мы сегодня поедем? Там же мясо на шашлык уже давно заждалось и устало мариноваться… – Сергей передразнил Миру её же интонациями.

- Ему это только идёт на пользу! – высунула носик из своего укрытия, чтобы зыркнуть на брата, а потом ласково добавила мне. – Отпускай меня, пожалуйста. – И поцеловала в щёку.

Посадил Миру на заднее пассажирское, а сам пошёл обходить автомобиль, чтобы присесть рядом. Только открываю дверцу и вижу, что довольно-хохочущая Мира, уже отстраняется от брата, умащиваясь на кресле.

- Ай! Кусака! – потирает шею рукой и хохочет Сергей. – Андрей, держи её там крепче! У Мируськи сезонное обострение!

- Ай-йай! Чучундра ты бессовестная! Это тебе, вообще-то, за то, что «выбросил» меня!

- Я же тебе уже всё объяснил. – Неспешно трогается с места Сергей, с довольной улыбкой поглядывая в зеркало заднего вида.

- Всё равно, чтоб знал! – Мира показательно топнула ножкой, а я решил обнять Свою Врединку. – А ты всё понял? – прищурившись, посмотрела на меня Мира. – Запоминай! – добавила сквозь смех, а я её поцеловал в щёчку.

- Всё запомнил! Оставляю себе! Никому не переброшу! Самому очень нужна! – задорно, но искренне и с нежной улыбкой, «отчитался» перед Мирой, а потом прижался губами к её лобику.

- Я не об этом. – Прошептала смущённо.

- Я знаю. – Прошептал в ответ. – Но я хочу, чтобы ты знала, что ты мне всегда нужна…

Несколько минут мы ехали молча.

Сергей включил рок-баллады, но очень тихо и ненавязчиво, чтобы не мешать общаться или просто задумчиво молчать нам с Мирой.

Хотя, я думаю, что он тоже даёт себе это время, чтобы привыкнуть к новому статусу своей сестры… Привыкнуть к нам с Мирой.

Целую Миру в висок и внутренне очень благодарю Сергея за его мудрость и терпение.

*****

Мира первой начинает нехотя возиться и достаёт свой телефон из сумочки:

- Девчонки всё равно ждут моей реакции. – Словно объясняет свои действия, но при этом умащивается так, чтобы мне было удобно её обнимать.

Со счастливой улыбкой нежно целую её в височек, а Мира, довольно улыбаясь, включает первое видео от Софии.

- А! – восклицает и подпрыгивает на месте с первыми же аккордами и началом движений Софии.

- Малая, не бей по креслу! – посмеиваясь, возмущается Сергей. – Хуже моих малых!

- Вот тебе даже и привыкать не надо! – с улыбкой огрызается Мира. – Тут просто такой капец! – делает громче музыку на телефоне.

- Та-а-ак… Что-то знакомое… – Сергей выключает свой плейлист. – Очень похоже на мелодию из твоего первого танца… «Стрит» («Стрит Шааби» – уличный восточный танец – прим. автора), кажется…

- Да, Серёжечка! Тебе не просто кажется – это он и есть! Но в исполнении Сони!

- Что?! – искренне удивляется Сергей, а я ловлю каждое движение прикольного танца, как оказалось, из раннего репертуара Миры…

- Это просто какой-то капец, Серёжа! Эта Чучундра реально танцует мой детский танец на Чемпионате Украины – он же отбор на Чемпионат мира! Серёж, она же в профессионалах! Не пройдёт же дурында… Да ещё и в таком же костюме, как у меня тогда! И что она собралась там четыре минуты танцевать, если танец длится всего минуту?!

- Ну, четыре раза подряд и станцует! – смеётся Сергей, припарковываясь возле отделения банка.

- Ты вообще ничего не понимаешь?! Нельзя профессионалам танцевать примитив! Нет, конечно, можно, только и результат будет вполне закономерен!

Мира даже всхлипнула, а я её обнял сильнее.

- Мирусь, но Соня уже давно взрослая – хорошо понимает, что делает…

- Серёж, ты Соню вообще помнишь? И давно она понимает, что делает? – с грустью язвит Мира, а Сергей поворачивается так, чтобы ему тоже было видно.

И тут Соня начинает отжигать по полной: изящно сбрасывает красивый малиновый топ, щедро украшенный ажурными вензельками из камней и страз. Остаётся в чёрных штанах в восточном стиле и в ультракоротком чёрном кроп-топе на бретельках, на котором стразами написано: «Мира, возвращайся!»

«Чучундра!» и «Офигенная подруга!» Мира с Сергеем сказали одновременно. Конечно, я согласился с Сергеем – сам уже убеждался, что Соня – отличная подруга.

А дальше мы молча досматривали танец – уже без сомнений взрослый, зажигательный, изящный и очень позитивный. София мастерски, но не пошло привлекала внимание к надписи на своей груди – и зрители с судьями ей довольно аплодировали в такт…

Я же невесомо гладил Миру по спинке, замечая, что в её глазах начинают собираться слёзы. Не отчаяния, а счастья… Ведь её искренняя улыбка говорила о многом…

- Ты чего здесь стал? – показательно насупившись, Мира буркнула Сергею.

- Чтобы тоже посмотреть, как отжигает Соня. – Невозмутимо улыбаясь, ответил Сергей, погладил Миру по коленке и добавил. – Запускай уже Элю – и поедем дальше.

Мира тихо всхлипнула и даже не стала язвить в ответ, хотя возможный вариант даже у меня на языке крутился. Она глубоко вдохнула и включила видео на воспроизведение.

- О! И эта тоже отжигает! – добродушно засмеялся Сергей и пояснил мне, ведь Мира молча смотрела, старательно сдерживая слёзы. – А Эля сейчас начинает танцевать первый танец Миры в стиле «Ракс» («Ракс Шарки» – классический восточный танец – прим. автора). На своём первом конкурсе Мира с них и начинала… Два этих танца… И такие же костюмы…

Я продолжал гладить Миру по спинке и сопоставлял описания Софии, которыми она делилась при нашем откровенном разговоре о Мире, с этим шикарным голубым атласным костюмом, усыпанном камнями и стразами, который сейчас вижу на Элине…

Мира поджимает губы и машинально с силой сжимает вторую мою ладонь – и в этот момент очень хитрым изящным движением Элина освобождается от одного шикарного голубого топа, чтобы остаться в другом голубом топе – взрослом и изысканном… Только вместо кружевных цветочков и листочков, расшитых искрящимися камнями и стразами, на нём красовалась витиеватая надпись: «Мира, возвращайся!»

Продолжение танца было уже более взрослое и чувственное… Даже какое-то колдовское… Впрочем, это же Элина… С ней я тоже имел радость общения…

- Она даже «Ракс» танцует, как «Трайбл» (мистический восточный танец – прим. автора)… – прошептала Мира и послабила хватку на моей руке.

Какие же они три разные… Но какие всё-таки красивые люди… Не своими внешними данными, а своими прекрасными Душами…

Мира уже тихо плакала, а я доставал свой платочек, чтобы промокнуть её слёзки…

Элину зрители и судьи тоже поддерживали ритмичными хлопками…

- Дурочки… Две дурочки… Просто больные… И не лечатся… – шептала сквозь тихие всхлипы Мира.

- Ты тоже не лечишься, Малая… И я только рад этому! – задорно подмигнул Сергей, стараясь развеселить Миру, и ласково погладил её по коленке. – Теперь точно вернёшься… – добавил с улыбкой, хоть в его глазах сейчас было слишком много всего: тихая грусть, ностальгия, счастье и ещё много всего… Но всё это было связано с Мирой.

- Я бы и так вернулась… – прошептала Мира, вздохнув. – А вот они не факт, что пройдут на Чемпионат Мира. Судьи могут сколько угодно аплодировать, но таких вольностей никто не любит – и свои оценки они выставят в бегунки (документы, куда судьи выставляют оценки на конкурсах; для каждой категории и номинации – отдельный документ с номерами участниц, который сдают сразу же, как выступят все участницы данной категории, поэтому и называют их «бегунки» – прим. автора).

Мира вздыхает ещё раз, а её мобильный «угукает» новым сообщением из их общего чата с подружками:

«Не лей слёзы и не ругайся – мы прошли на Чемпионат мира!»

И куча счастливых смайликов и сердечек.

Глава 60

Андрей

Мира зарылась у меня на груди, предварительно взяв платочек и поблагодарив. Я продолжал её ласково гладить, но она всё равно периодически всхлипывала.

Сергей тихо включил красивую инструментальную музыку, давая Мире возможность расслабиться и собраться с мыслями.

Мы все молчали.

Мне очень хотелось пересадить Миру к себе на колени, но мы ехали, пусть и в большом джипе, но это всё равно автомобиль… Поэтому решил не создавать дополнительных неудобств для Своей Малышки.

Постепенно Мира перестала всхлипывать и её тельце заметно расслабилось. Мы с Сергеем переглянулись в зеркале заднего вида и обменялись кивками.

Какое-то время мы ехали вдоль высокого забора из красного кирпича, вдоль которого красовался ухоженный газон. А потом перед нами открылся шлагбаум, а за ним и огромные кованые ворота, пропускающие нас на территорию закрытого элитного посёлка, напичканного всевозможными датчиками и камерами наблюдения. Конечно, я отметил профессиональный подход к охране посёлка и оценил даже проверку меня, как гостя. И естественно я знаю, что жить в таком месте могут далеко не все, но Сергей это уж точно может себе позволить… Конечно, я прекрасно понимаю, что владельцы окружающих домов, точнее даже сказать усадеб, далеко не такие же умные и трудолюбивые, как Сергей… Просто мы живём в стране неограниченных возможностей для людей без совести… Но с другой стороны, я осознаю, что в таком месте семья будет в максимальной безопасности, и, наверное, ради этого странное соседство можно и пережить… А ещё я очень хорошо понимаю, что мы с Мирой и живём-то по сути в таких же домах, где большая половина жильцов – паразиты жизни…

Да, наверное, я бы тоже хотел жить в своём доме с семьёй в подобном охраняемом месте… Людей и нынешний уклад жизни я не поменяю, а вот безопасность родных для меня всё же на первом месте…

Мы медленно ехали по идеально ровной широкой дороге, вдоль которой цвели клумбы, за которыми росли живые кипарисовые изгороди, а уже за ними были и высокие заборы жильцов. Всё шикарно и ухоженно.

Погладил Миру по спинке и поцеловал в височек, а потом увидел взгляд Сергея в зеркале заднего вида, направленный на нас Мирой – и всё больше начал осознавать, что Сергей тоже принимает меня в свою жизнь, в свою семью… И то, что он назвал меня своим родственником перед охранником на вахте, это вовсе не показуха для Миры… Он меня действительно принимает…

- Угадаешь, чей это дом? – Мира уже окончательно успокоилась и начала возвращаться к себе обычной. Мой же взгляд зацепился за золочёный купол церкви или какой-то часовни, который виднелся над высоченным забором из красного кирпича с ажурными коваными пиками на крышах столбов забора.

- Даже и не знаю. Возможно, какого-то епископа…

Сергей ухмыльнулся, а Мира прыснула со смеху и ответила:

- Бери выше – Главного областного судьи, Андрюша… Человек по ходу хорошо осознаёт свои деяния… – Мира звонко засмеялась. – Уже проще церковь на участке построить, чем постоянно ходить грехи замаливать… – Мира продолжила смеяться.

- А ты не можешь промолчать, Мируська, да?

- Когда «диагноз» очевиден, то нет… Я не настолько толерантна, как ты, Серёжечка…

- Поживёшь с моё…

- Серёжечка, у меня своя жизнь и свои жизненные уроки! – фыркнула и снова начала погружаться в себя Мира, а я молча притянул её поближе к себе.

- Прости, Малая! – сразу же искренне извинился Сергей и посмотрел на неё виновато в зеркало заднего вида. – Сказанул лишнего…

- Прощаю! – едва заметно улыбнулась Мира, вздохнула, аккуратно высвободилась из моих объятий и обняла Сергея за шею сзади прямо вместе с подголовником кресла. – Я тебя люблю. Всегда. – Прошептала она и добавила. – Заезжай уже!

И перед нами начали автоматически открываться большие коричневые ворота.

Сразу же послышался собачий лай – и мы наблюдали, как возле, заезжающего на участок, автомобиля забегала огромная кавказская овчарка, а прямо на капот едущего автомобиля заскочила интересная пепельная вислоухая кошечка. Она повернулась к нам мордочкой и внимательно всматривалась в салон автомобиля, чем невероятно рассмешила меня с Мирой, а Сергея заставила возмущаться сквозь смех:

- Фу, Молли! То есть кыш! А то сейчас дворники включу!

- И она сразу же всё поняла и осознала, Серёжечка! – сквозь смех ответила Мира, а Сергей остановил автомобиль.

Мира выскочила из салона во двор, не дожидаясь, пока я ей открою дверцу и помогу выйти, и зверьё буквально полетело к ней.

Я быстро вышел из авто и направился к звонко хохочущей Мире. На её руках уже сидела, довольно урчащая Молли, а вокруг радостно прыгал огромный кремово-чёрный кавказец, периодически тычась носом в бок Миры.

- Джек, Джек! – вот я и узнал имя добродушного здоровяка. – Если не будешь облизывать, то я с тобой немного поиграю! – смеялась Мира, а Джек тихо гавкнул и побежал к дому.

Я молча поцеловал довольную Миру в щёчку и пошёл к багажнику за своим чемоданом.

Бегло осмотрел участок и фасад дома: современный минимализм без вычурности. Большой светлый двухэтажный дом с панорамными окнами и солнечными панелями на крыше. Сбоку есть заезд в подземный гараж, но Сергей пока оставил автомобиль во дворе. Участок окружал обычный, но добротный высокий забор из красного кирпича. Похоже, что заборы из красного кирпича – это местные требования. Впрочем, выглядит интересно.

Вдоль внутренней стороны забора росли колоновидные туи, а вместо травы по коричневому декоративному гравию стелился горизонтальный можжевельник (стелющийся или горизонтальный можжевельник – это карликовый кустарник со светло-зелёной хвоей, вырастает не выше 10 см – прим. автора). Немного дальше были цветущие клумбы и пока только начинающий зацветать, розарий.

Перед домом расстелилась большая изумрудная лужайка с пушистой живой елью, растущей ближе к забору. Я даже мысленно дорисовал украшения и иллюминацию на ней в зимний период и думаю, что не ошибся. А в тёплое время года эта сочная лужайка – лучшее место для игр на траве или футбола.

Но больше всего меня восхитила огромная зона для барбекю с самой настоящей кирпичной печью в цвет забора, но современного дизайна, сочетавшего в себе функциональность и максимальную безопасность. Что очень актуально при наличии двух маленьких детей. А ещё мне очень понравилась идея выдвижной крыши над зоной барбекю и, конечно же, очень уютная беседка тоже из красного кирпича с коричневой крышей и лёгкими светлыми занавесками, которые слегка трепал тёплый весенний ветерок.

За лужайкой виднелся ещё закрытый бассейн, а дальше начинался сад, а ещё было видно несколько теплиц.

Вдохнул полной грудью свежий воздух, насыщенный хвойным ароматом и медовым запахом цветов, и подумал, что тоже очень хотел бы для нас с Мирой свой собственный дом с участком земли, где можно всё обустроить так, как считаешь нужным.

Но вот уже из дома, торопясь, выходила жена Сергея – очень красивая русоволосая женщина лет тридцати. Стройная, хоть и не настолько худенькая, как моя Мира.

- Здравствуйте! И простите, пожалуйста! – с улыбкой обратилась ко мне и коротко, но безумно нежно обняла Сергея и поцеловала в щёку. – Дети ещё спят. – Добавила уже ему.

- Хорошо. – Кивнул ей, а потом познакомил нас уже лично.

К Мире же на всех парах уже бежал Джек с мячиком в зубах.

Мира поставила на пол Молли, которая просто умостилась рядом с ней, и взяла мячик у Джека.

- Три раза бросаю! – сказала ему, немного присев, и показала три пальца на руке.

Джек ей гавкнул, подпрыгнул, игриво перекрутившись в воздухе, и, довольно подскуливая, побежал за, брошенным Мирой, мячиком.

Так необычно получается, но сейчас три взрослых человека засматриваются на то, как молоденькая, но уже хлебнувшая жизни, девушка резвится с огромным послушным кавказцем, периодически подхватывая Молли на руки и ласково прижимая к себе.

Также я заметил, как Сергей с женой переглянулись, улыбнувшись с радостью и грустью одновременно…

Да уж… Ведь по-настоящему родным людям, независимо от степени их кровного родства, всегда тяжело, когда родной Душе плохо…

И я шумно выдохнул, тоже одновременно и грустя, и радуясь…

А ещё я изо всех сил пытался понять, почему сейчас не родители Мирославы наблюдают за тем, как их дочь возвращается к жизни?..

Глава 61

Андрей

Сергей сказал, что сейчас занесёт мои вещи в дом, переоденется и займётся разжиганием огня в печи. А пока попросил Миру показать мне здесь всё, что нужно.

- Отлично! Тогда давай пойдём в садик?! – оживилась ещё больше Мира.

- Давай! – с широкой улыбкой подтвердил я.

- Вот чем Мира отличается от нормальных людей: другие сразу бы спальню и душ показали, а наш доморощенный друид всех в сад тянет! – засмеялся Сергей, покачивая головой, и взял мой чемодан. – Гуляйте уже! – и по-доброму махнул на нас рукой.

- Андрюш, если ты устал, то…

- Нет, Солнышко. Давай смотреть сад.

- Андрей, учти, что это надолго: Мируська пока не перездоровается с каждым кустом и цветком – оттуда не уйдёт! – Смеётся. – Пропащий для общества человек! Поэтому ты б о спальне лучше подумал!

- Серёжечка! – Мира показательно топнула, посмеиваясь. – Ты же в дом шёл – вот и иди, переодевайся… Сами решим, куда нам надо…

Сергей ещё громче засмеялся и подошёл ближе ко мне:

- Конечно же, всё решит она… – подмигнул мне с улыбкой.

- Ах! – Мира возмущённо поставила руки в боки и сделала большие удивлённо-возмущенные глаза.

- Но ты её всё равно хоть немного направляй, а то она весь день на травке под цветочками проваляется… – снова засмеялся Сергей.

- Спасибо большое! – ответил дружелюбно, взял Миру за руку и быстро начал уводить от Сергея, пока они снова не сцепились.

- Андрюша…

- Вместе поваляемся на травке под цветочками. – Быстро перебил её и поцеловал в румяную щёчку. – Я соскучился. Спать не хочу, а вот с тобой побыть хочу.

Мира немного смутилась, но всё равно была довольна и прижалась ко мне ближе:

- А давай тогда и руки вымоем на улице – тепло же! – предложила она.

- С удовольствием! – легонечко поцеловал её в лобик, и мы пошли к зоне барбекю, оборудованной очень удобной мини-кухней с раковиной, жидким мылом и бумажными полотенцами.

А потом Мира повела меня в красивый сад, в котором воздух был до невозможного густой и насыщенный, пропитанный медовыми и пряными ароматами цветущих яблонь, каких-то трав и ранних сортов лилий и ирисов. Над всем этим цветущим и щедро благоухающим великолепием усердно трудились пчёлы и шмели, ускорялись в воздухе быстрые стрекозы, а бабочки беззаботно порхали с цветка на цветок, привлекая внимание к своим цветным узорчатым крылышкам. Птички щебетали, спрятавшись где-то на деревьях.

- Здравствуйте, – Мира поздоровалась со всеми обитателями сада и почтительно склонила голову перед ними.

- Здравствуйте, – прошептал я машинально и кивнул, на что Мира широко, но шкодно улыбнулась, обведя одним только взглядом пространство перед собой.

- В глубину сада мы ещё пройдём, а сейчас давай по порядку.

- Давай! А это маки? Здесь… и так много… – задумчиво прошептал, уже секунд десять рассматривая незатейливые насыщенно-красные, алые, розовые и белые цветы, прекрасные в своей хрупкости и простоте…

- Да, это моя полянка… – с нежной улыбкой прошептала Мира.

- Твоя полянка? – переспросил и приобнял её за талию.

- Да. Эту полянку Серёжа организовал специально для меня. Я очень люблю маки. – С нежностью посмотрела на цветы и присела возле них на корточки, и я последовал её примеру. – Когда я была ещё совсем маленькой и все мои бабушки и дедушки были живы, мы впятером ездили на Чёрное море в Евпаторию. В самом начале майских праздников и на несколько недель. Как ты понимаешь, мой День рождения мы праздновали там. Родители приезжали по возможности наездами… – она тихо вздохнула и поджала губы на несколько мгновений. – Хорошее тогда время было у нас…

Она опустила голову, а я сел прямо на траву возле цветов и посадил Миру к себе на колени. Она благодарно кивнула и обвила мою шею руками. Ещё раз вздохнула и прижалась виском к моему виску.

Мы молча смотрели, как цветные бутоны колышет ветер.

Я нежно гладил её по спинке и думал о том, что Мира отпраздновала свой День рождения со многими… Кроме своих родителей… Знаю, что они созванивались по видеосвязи, но Мира их убедила не прерывать круиз…

И я даже рад этому… Хоть это и звучит эгоистично и по-скотски. Но я просто чувствую, что с ними Мира бы так не чудила, не улыбалась и не радовалась… Они бы снова пытались загнать её в свои рамки… А я ей пока ещё никто, чтобы хоть попытаться донести до них, какое на самом деле сокровище их дочь… Да и Сергей так и не смог до них за столько лет достучаться…

Поэтому я и радуюсь, что они пока далеко – Мире ещё надо крепче схватиться за эту жизнь…

- В Евпатории в это время как раз зацветают маки… – тихо продолжила Мира. – Так красиво… Целые поля… У нас такого не было… Мы всё-таки севернее и у нас холоднее. – Она мечтательно вздыхает, на несколько мгновений прикрыв глаза. – Я каждый день гуляла среди этих безбрежных полей цветов. Любовалась нежными лепестками, до которых даже дотрагиваться страшно – сразу же опадают… Я очень люблю эти цветы… Очень… Но у нас маков практически нет, а если и зацветают, то гораздо позже – в начале июня. А я ещё в детстве привыкла, что в мой День рождения вокруг должны быть маки… Это вкус беззаботного детского счастья и запах радости… – Мира глубоко вдохнула и зажмурилась, толи погружаясь, толи, наоборот, отгоняя от себя детские воспоминания…

Я невесомо поцеловал её в щёчку – и она начала медленно выдыхать и открывать глаза.

Хотя… Глаза… Это внешнее проявление.

Я чувствовал, что сейчас она снова открывает передо мной свою Душу…

Несколько минут мы молча любовались тем, как нежные, хрупкие бутоны колышутся на ветру, а некоторые цветочки теряют свои лепестки, которые, будто в замедленной съёмке, нехотя летят к земле…

- Им бы в воздухе парить вместе с бабочками… – мечтательно прошептала Мира и нежно потёрлась носиком о мой висок.

- Это точно… – поцеловал её в щёчку, наблюдая, как бабочка аккуратно садится на самую серединку ближайшего розового бутона. Сам же я очень хотел узнать на будущее, как получается вырастить маки на целый месяц раньше без теплицы, но посчитал сейчас глупым расспрашивать об устройстве этой полянки.

- Здесь под цветами в земле есть специальный подогрев – что-то вроде тёплого пола, который включается, когда приходит время. А ещё над ними натягивают специальный парничок – так семена успевают вовремя прорасти, но потом всё равно нужен уход за цветочками… – усмехнулась Мира, а я подумал, как тут окончательно не поверить, что читать мысли возможно? Особенно после общения с Элиной и Мирой.

- Теперь понятно. – Ещё раз поцеловал её в щёчку.

- Да. Я не просила делать это Серёжу. Он сам так решил.

Мы оба задумчиво вздохнули.

- Он просто тебя очень любит и знает, что любишь ты…

- Да… – прошептала и сильнее прижалась ко мне.

И рядом с ней я теперь тоже прекрасно понимаю цену настоящей любви и правильных действий, нужных и важных дорогому человеку…

У неё есть целая полянка хрупких, прекрасных и нежных цветочков… Живых… Таких же, как она сама… Зачем же ей тогда «миллион алых роз»?..

Вот так живёшь по инерции практически тридцать лет, ища смысл жизни… а потом появляется мелкая и внешне хрупкая девушка… Но такая сильная Духом, что убеждаешься в том, что она может всё, что захочет… Но при этом ты показываешь ей, что в жизни бывает любовь, а не просто похоть… А потом она показывает тебе настоящую и искреннюю любовь, от которой перехватывает дыхание и ты с каждым днём начинаешь всё больше любить жизнь и тех, кто добавляет красок в эту жизнь… Ценить каждый момент, понимая, что он уникален, но верить, что не последний…

И даже если ты уже не видишь полей диких маков с родными людьми в привычном месте, это вовсе не означает, что не найдётся ещё один родной человек, который сам не посадит для тебя поляну диких маков… Чтобы в твоей Душе тоже расцветали цветы…

*****

Почему-то даже мне не хотелось уходить от этой красочно-нежной полянки, наполненной любовью и душевным теплом… Но время идёт, а Мира, как я уже заметил, может часами рассказывать о растениях. Поэтому мы всё-таки пошли гулять по прекрасному саду, хоть уже и частично отцветшему…

Около получаса Мира ещё рассказывала и показывала мне всю местную растительность. Как оказалось, большую часть из всего этого великолепия подбирала и заказывала сама Мира, предварительно согласовав свой выбор с Сергеем и его женой.

И чего здесь только не было: всевозможные ягоды, включая годжи и гуми, а кроме привычных для нашей полосы вишен, черешен, слив, груш и яблонь, а также их экзотических сортов, вроде кустовой груши и чёрной азиатской яблони, была также яблоня с малиновыми цветочками, у которой впоследствии и кожица, и мякоть будут рубинового цвета. Были также несколько интересных сортов персиков и нектарин. Не обошлось здесь и без винограда – естественно укрывного, ведь в нашей широте им не комфортно зимой.

С удовольствием слушал профессиональную экскурсию Миры по саду, понимая, что это тоже её мир, её уютный и понятный оазис жизни… И, конечно же, я с огромным удовольствием фотографировал Миру на фоне её чудесной маковой полянки, необычных колоновидных груш и пышно-цветущих яблонь, как привычным бело-розовым, так и, притягивающим взгляд, необычным малиновым.

- Мирусь, Андрей! Несите мясо из кухни! Можно приступать к приготовлению! – прервал рассказ Миры громкий голос Сергея.

- Хорошо, Серёжа! – крикнула в ответ Мира, и начала прощаться и благодарить Сад за то, что он есть и принял нас.

Конечно, я удивился, но попрощался и поблагодарил Сад вместе с Мирой.

- Не переживай, Серёжа нас потом ещё в тепличку погонит! – рассмеялась Мира, хоть я и не переживал по этому поводу. Но всё-таки чувствовал, что она хотела ещё походить возле своих зелёных друзей.

Тихо вздохнул, но всё равно искренне порадовался и, в очередной раз, удивлялся тому, как Моя Малышка раскрывается на Природе…

Глава 62

Андрей

Проходя к кухне, удивился огромному аквариуму-стене, служащему разделителем между гостиной и кухней, не сдержав своего восхищения.

- Да, это проект Мируськи. – С гордостью сказал, догнавший нас, Сергей.

- Правда, что ли?

- Да. – Ответил Сергей, пока Мира смущённо отвела взгляд, а потом чуть ли не побежала к холодильнику.

- А проект дома чей? – спросил у Сергея, засматриваясь, как хозяйничает на кухне Мира.

- Проект делал Семён – теперь уже твой заместитель, а над дизайном трудилась Мира – она тогда ещё совсем молоденькая была – пятнадцатилетняя. Только художку закончила и девятый класс школы. Но очень круто справилась. И с Семёном они отлично сработались… Так что теперь всё в твоих руках… – ухмыльнулся и похлопал меня по плечу Сергей, явно поняв мои мысли.

- Спасибо большое, Сергей. – Кивнул, улыбнувшись, и пошёл к Мире с мыслями, что пока то, что я вижу, мне очень нравится. А ещё не мог не восхищаться тем, насколько Сергей доверяет Мире и гордится ею. И, конечно же, такое отношение только добавляет уверенности в себе и даёт возможность лучше раскрыться. Что и видно в дизайне интерьера дома от Миры.

- Так, Серёжа, раз пришёл, то зря не стой – вот тебе свинина и миски для овощей. – Мира напомнила, зачем мы сюда пришли.

- Слушаюсь, Малая! – хохотнул Сергей.

- Андрюша, тебе куриное филе и ягнятина.

- М-м-м. – Не смог сдержать предвкушающего восхищения и поцеловал Миру в щёчку, забирая у неё миски с замаринованным мясом, затянутые полиэтиленовой плёнкой.

- Это только начало, Андрюша! – хохотнула Мира. – У Серёжи печка большая!

- И это правильно! – подмигнул Сергей, а Мира взяла лосось и сибас, лимон и приправы к рыбе, и мы пошли на улицу.

Настроение у Миры было отличное – и она начала тихо напевать детскую песенку, имитируя два голоса: более низкий и более высокий, при этом она очень мило подпрыгивала, шагая:

«- Куда идём мы с Пятачком?

- Идём в лесок за шашлычком!

- А что такое шашлычок?!

- Ты не узнаешь, Пятачок!»

Мы с Сергеем прыснули со смеху, а Мира сделала большой прыжок к столу и поставила на него миску с рыбой и пакетик с приправами.

- Да, Серёжечка?! Как там твой «Пятачок»?! – засмеялась Моя Шкодинка.

- Отлично! – отозвался Сергей, сдерживая смех. – «Пятачок» в твоём фирменном маринаде. А вот ты… Блин! Какая же ты у меня всё-таки…

- Не продолжай, Серёжечка! Я же всю жизнь с тебя беру пример, братишка!

Мы втроём засмеялись.

- Ладно, с «Пятачком» и другой «живностью», кроме рыбы, я разберусь сам. А вы быстро за овощами и сюда. Чтобы всё приготовилось вовремя. – Дружелюбно улыбнулся Сергей, а потом добавил, – и чего стоите?! Скоро дети проснутся – тогда ничего не успеем.

Мы снова втроём засмеялись, а я взял миски в одну руку, а второй нашёл тёплую ладошку Своей Малышки.

- Веди, Солнышко! – Поцеловал её в щёчку, и мы пошли в сторону теплиц.

Очень быстро в нашей миске появились по несколько молоденьких цукини и белых баклажанов, пять больших шикарных сочных оранжевых перцев, огурцы, жёлтые и красные чери, чёрные и розовые помидоры, а также зелень.

- А теперь быстро за картошечкой и к Серёже.

- Солнышко, за картошечкой нужна лопата – мы её забыли…

- Ничего не надо, Андрюша. Руки есть – справимся. Сейчас всё сам поймёшь. – Ухмыльнулась Мира и мы пошли в соседнюю теплицу.

Садоводом и огородником я никогда не был, поэтому и не видел, как выращивают картофель под сеном. Признаться честно, моему удивлению не было предела, когда Мира аккуратно приподняла сено и сообщила мне:

- Нам нужны клубни меньше средних – остальные пусть ещё подрастают или перерастают. – Хохотнула она. – Выбрала необходимые клубни, а крупные и «горохи» оставила на корешках, возвращая сено на место.

- И после этого они продолжат расти? – искренне удивился я и переместился с ней к следующему кустику.

- Конечно! – звонко засмеялась Мира. – А что ж им ещё остаётся делать?!

- Засыхать?.. – предположил самый очевидный вариант.

- Нет! Им это не надо! – продолжала смеяться Мира, а мы перемещались к следующему кустику, не забывая каждый из них поблагодарить за урожай.

- Хм! – пожал плечами.

- Андрюша, – поняла моё недоумение Мира. – Мы очень аккуратно снимаем клубни, остальные остаются на корню и продолжают питаться, ведь ничего в их системе не нарушается. Вообще здесь одни плюсы – не надо прикладывать много сил на выкапывание картофеля, а маленькие клубни ещё подрастут. Главное, продолжать за ними ухаживать. – Подмигнула мне, ещё раз поблагодарила растения, и мы с ними попрощались.

- И как Сергей с Катей всё это успевают? – искренне недоумевал, проходя вдоль огромного шикарного сада.

- Они даже и не пытаются! – засмеялась Мира. – Пятьдесят соток – шутка ли?! У них есть два садовника – вот и весь секрет!

- Теперь понятно. – Ухмыльнулся я.

- Да. Серёже вообще за работой и командировками некогда, хоть он по возможности стрижёт газон, а на Кате двое малышей – тут уже не до огородов и садов. Они только за урожаем приходят, но само собой ничего не делается… – она пожала плечиками.

Я молча поцеловал её в щёчку, а она так же молча погладила меня по спине и просто легонечко взялась за мой локоть, ведь обе руки у меня были заняты мисками с овощами.

А на подходе к зоне барбекю до нас начал доноситься потрясающий запах мяса, поджаривающегося на углях, и специй.

Я быстро почистил картофель, ведь кожица с него сама слазила, а Мира подготовила овощи для гриля.

- Серёжечка, прикрути мне здесь жар, пожалуйста. Овощи так погорят.

Сергей искренне засмеялся:

- Мира – ты дитё индукционки и микроволновки (здесь имеется в виду индукционная плита и микроволновая печь – прим. автора)!

- Не правда – я и газовой плитой умею пользоваться! – сквозь смех возразила Моя Малышка.

- На той твоей съёмной квартире был пьезоподжиг – и дитё справится!

- А у духовки пьезо не было! А я всё равно справлялась! – сквозь смех возразила Мира. – Так что не всё так со мной плохо, а ты всё равно прикрути – в твоей печке я не разбираюсь!

- Здесь прикрутить не получится, но сейчас всё сделаю. – Сергей отодвинул лишние угли в сторону – и мы с Мирой начали раскладывать овощи на решётку.

Потом Мира быстро подготовила рыбу, которая тоже отправилась на решётку, разнося ещё и свой аромат по округе.

- Только попробуй пересушить мясо и овощи! – шуточно пригрозила пальчиком и прищурилась Мира. – И карма тебя быстро настигнет! – засмеялась Моя Шкодинка.

- Андрея кусай! – засмеялся и Сергей.

- Заслужит – укушу! Пока рано! – сквозь смех проговорила Мира и повела меня за соусами, которые она подготовила заранее, а также за багетом для гренок, тарелками и приборами.

- Вот значит как?! Укусишь, когда заслужу?! – притянул её поближе, когда мы отошли подальше от Сергея, и поцеловал в височек.

- А ты думал – всё так просто? – задиристо вздёрнула носик, а я быстрее завёл её в дом, и на кухне, наконец-то, дорвался до желанных медовых уст.

Целовались мы недолго, но по взгляду Миры я понял, что она тоже истосковалась… Тоже хотела и ждала этого, будто глотка свежего воздуха. Погладил её по бархатистой щёчке, а она потянулась за следующим поцелуем, едва коснувшись моих уст, словно крылышко бабочки, а потом легонечко прикусила мою нижнюю губу.

Я широко улыбнулся Своей Шкодинке.

- Просто захотелось. – Прошептала объяснение и вывернулась из моих объятий, чтобы всё-таки взять соусы из холодильника.

Вручила мне томатный, сливочный и сливочно-сырный соусы, а сама взяла багет и приборы.

- За тарелками и стаканами лучше ещё раз метнёмся. – Довольно заключила она.

- Хорошо, Солнышко. – Улыбнулся и поцеловал её в височек.

А после дело просто спорилось – Мира мастерски нарезала салат и успевала в шутку ругать нас с Сергеем за отсутствие эстетичной подачи, ведь мы просто навалили горкой готовые овощи, мясо и рыбу.

- Спасибо, что хоть в разные тарелки! – с улыбкой съязвила Мира, и послышался детский хохот и собачий лай. – Блин! А я футболку не успела переодеть! Я щас быстро! – Мира побежала к дому, но дети её успели перехватить, наперебой привлекая внимание к себе, а потом увидели накрытый стол – и потащили Миру опять к нам.

За столом полуторогодовалая Полинка сразу же обосновалась на коленях Миры, интересно проговаривая, что хочет покушать, и только Мире было позволено наполнять этим её тарелку.

Ваня же, наоборот, проявлял самостоятельность, хоть ему ещё и пяти нет. Но всё равно сел справа от Миры. Я же сел слева от Миры и помог наполнить её тарелку, ведь ёрзающая Полечка не давала ей отвлечься ни на секунду. Также с нами разделили трапезу Джек и Молли, умостившиеся рядом со столом и с аппетитом уминавшие шашлык.

Я и сам с удовольствием наслаждался поздним обедом или ранним ужином, а, может, это был у нас такой необычный полдник?.. Мясо было выше всяких похвал – абсолютно всё нежнейшее и сочное. И даже куриное филе не подвело – и просто таяло во рту… А эти шикарно подобранные специи… Я чуть язык не проглотил… Первый раз к шашлыку мне не хотелось абсолютно никаких соусов – настолько вкус мяса и рыбы был самодостаточным. Но эти соусы готовила Мира… М-м-м… Разве можно так готовить, что соус хочется есть ложкой или намазывая на тёплую хрустящую греночку… Да и соусы получились настолько удачными и универсальными, что одинаково хорошо подходили, как к мясу, так и к овощам… А молодой картофель, запечённый на гриле, да со сливочным или со сливочно-сырным соусом – и ты уже даже теряешь дар речи… Мои вкусовые рецепторы были в полнейшем экстазе и восхищении.

Дружелюбная и душевная компания, детский смех, свежайшие овощи только-только с огорода, вкуснейшее мясо и рыба, а также… любимая девушка рядом…

Не помню, когда я загадывал подобное желание, но для меня происходящее – это просто ожившая сказка… И мне кажется, что совсем недавно был День рождения у меня, а не у Миры… Иначе за что мне всё это чудо?..

С улыбкой наблюдаю, как Мира жмурится от удовольствия, кушая свою любимую рыбу в прикуску с хрустящей гренкой.

- Мне сегодня можно всё! Разве ты забыл? – напомнила надпись на своей ленточке и добавила. – Вот гренка и пойдёт в зачёт! – довольно хихикнула она.

- А ещё тебе сегодня торт пойдёт в зачёт! – подмигнул Сергей и довольно улыбнулся. – Катя сама пекла – так что не отнекаешься!

- Мы с Полей помогали… – уточнил Ваня.

- Тем более! – добавил Сергей.

- Хорошо! – засмеялась Мира. – Я всё поняла – вы же мне даже выбора не оставили. – Поцеловала Полинку и Ваню в румяные щёчки.

А после долгой медленной трапезы настало время того самого торта – большого домашнего сметанника с шоколадной глазурью и белыми розочками из заварного белкового крема.

- Это чтобы детям было не обидно и тоже можно было его кушать. – Объяснила выбор торта Катя.

Сергей зажёг белоснежные свечи с надписью «Мире 22» и сказал:

- Мирусь, загадывай желание!

- У меня столько желаний нет – каждый день загадывать! – смущённо засмеялась Мира.

- Тогда загадывай самое важное и нужное! – Сергей на мгновение задержал на мне взгляд, а потом посмотрел на румянящуюся Миру.

Я же молча накрыл тыльную сторону её ладони, лежащую на подлокотнике уютного плетёного кресла. Заметил, как её дыхание сбилось, и легонько погладил бархатистую кожу кончиками пальцев, а потом просто переплёл наши пальцы.

Она слегка закусила губку.

Пусть загадывает, что считает нужным, но не думать сейчас о нас у неё вряд ли получится… Ну, а я тоже загадаю своё желание…

Катя взяла к себе на руки Полинку, чтобы она не мешала и случайно не зацепила свечи.

Мира смущённо опустила взгляд, скользнула им по нашим сплетённым рукам, глубоко вдохнула и быстро задула свечи.

«Ура! С Днём рождения!» – раздалось многоголосное, а я заметил, что в глазах Миры стояли слёзы, хотя на вид она была очень счастлива.

- Режь торт, Мируська! – подбодрил её Сергей.

- Тортом быть обидно – миг среди живых, а потом внезапно – десять ножевых… – сыронизировала Мира, а потом добавила. – Зря я всё-таки футболку не переодела – это всё её дурное влияние… – взрослые за столом взорвались смехом, а малыши решили посмеяться за компанию…

После завершения трапезы мы с Мирой играли с детками в мяч и лова на лужайке. Полечка доверила мне носить её на ручках. Мы все веселились и радовались, но Мира периодически виновато опускала вниз взгляд и вздыхала.

- Солнышко, у нас обязательно всё будет хорошо. Обещаю. – Поцеловал её в щёчку, а Поля перебралась на ручки к своей любимой тёте.

А потом мы с удовольствием гоняли в футбол вместе с Ваней, Сергеем и Джеком, пока девчонки играли с Молли.

Окончательно запыхавшись, Ваня отвёл меня немного в сторонку и сказал на ухо:

- Андрей, а хочешь я тебе что-то покажу?

- Если можно, то хочу, конечно. – Дружелюбно погладил его ещё по детской спинке.

- Раз Мира и тебя тоже любит, то можно. – Кивнул мне с улыбкой, взял за руку и повёл в сторону дома.

Мы зашли в большую игровую на первом этаже. Я даже не успел рассмотреть всё, что в ней было, как Ваня повёл меня к книжному шкафу.

- У вас с Полечкой шикарная библиотека. – Искренне похвалил я.

- Да! – довольно согласился малыш. – Посмотри на эту полку. Папа говорит нам очень аккуратно с этими книжками обращаться.

- Да, они очень красивые. Но надо вообще со всеми книгами аккуратно обращаться.

- Да, я знаю! Но именно вот эти – особенные… – с детским восторгом произнёс Ваня.

- Интересно… – искренне улыбнулся ему. – Ваня, а ты мне расскажешь, чем же они такие особенные?

- Конечно! – с радостью согласился мальчик, ведь похоже, что именно для этого он меня сюда и привёл. – Все эти книги – это наша Мира…

- Э-э… – я слегка растерялся, но Ваня быстро продолжил.

- Все эти картинки на обложках и иллюст… иллюстра…

- Иллюстрации. – Помог договорить малышу.

- Да! – обрадовался он помощи. – Их самые делала Мира… Представляешь? Папа купил нам все-все книжки с её рисунками… – восторженно тараторил малыш, а я просто взял первую попавшуюся книгу с красивым голубоглазым львёнком и начал её медленно пролистывать, находясь под очень сильным впечатлением, как от этой новости, так и от очередного поступка Сергея, показывающего насколько он любит и ценит свою сестру.

Глава 63

Андрей

День выдался очень насыщенным, поэтому малыши покушали вечером творожок с ягодами и попросились спать. Катя с Сергеем пошли их купать и укладывать, а мы с Мирой остались вдвоём.

Присели на большие садовые качели в окружении цветущих кустарников в кадках.

- Солнышко, а ты знаешь, что это за растения? – поинтересовался у своего «друида», кивнув в сторону интересных кустарников с соцветиями из небольших белых колокольчиков.

- Это голубика. – Улыбнулась в ответ.

- Очень красиво цветёт.

- Да. – Шире улыбнулась Мира.

- А почему не в саду?

- Просто кусты голубики сами по себе очень красивые – декоративные: весной красиво цветут, потом очень интересно ягоды созревают по очереди, а осенью листочки у кустиков буреют… Поэтому и решили поставить здесь – и очень красиво, и урожай уж точно не пропустишь. – Улыбнулась она.

- Понятно. – Притянул её ближе к себе и поцеловал в височек.

Довольно выдохнул и посмотрел на закатное небо, которым уже любовалась Мира.

- Просто потрясающий закат… – прошептала она и положила ладошку на область моего сердца. Почувствовал, как оно замерло, а Мира погладила «его» успокаивающе. Я медленно вдохнул – и сердце забилось ритмично.

Понимаю, что только Мира так умеет «жонглировать» моими эмоциями и состояниями… Целую её ещё раз в височек, немного отталкиваюсь ногами и легонечко раскачиваю качели, наслаждаясь счастливой улыбкой Миры и нашим романтическим моментом…

Сегодняшний закат поражал своей красотой: тонкие перистые облака окрасились в насыщенный фиолетовый, солнце светилось розовым золотом, как раз в тон браслета Миры. Вокруг заходящего небесного светилы небо сияло персиковыми оттенками, мягко переходящими в лиловые.

Взял ручку Миры, которая лежала на моей груди, погладил и максимально ласково и с благодарностью поцеловал её ладошку, а потом и запястье с браслетом.

- Андрюша, – прошептала с улыбкой и потянулась к моим губам…

Когда мы с трудом прервали наш головокружительный поцелуй и снова посмотрели на небо, солнце уже махало нам своими прощальными лучиками, окончательно закатываясь за горизонт, оставляя вокруг себя лёгкое персиково-фиолетовое зарево.

- Я не жалею. – С улыбкой прошептала Мира.

Я вздохнул с лёгкой улыбкой, тоже не жалея о нашем поцелуе, но всё-таки закат хотелось с Мирой посмотреть.

- Верю, что не последний… – Мира смотрела на меня с игривой улыбкой.

- Ты о закате или поцелуе? – глажу её по спинке, не выпуская из объятий.

- Выбери себе! – звонко засмеялась Мира и ловко вывернулась из моих объятий. – Пошли! – махнула мне рукой.

- Куда?

- Китайские фонарики запускать! Двадцать две штуки! – она немного подпрыгнула, восторженно сложив ручки перед собой.

- Пойдём! – подошёл к ней и взял за руку, переплетая наши пальцы.

Улыбнулся, почувствовав, как дыхание Миры сбилось.

- Они в доме… в прихожей. – Запинаясь, проговорила Мира, гипнотизируя взглядом, а я не выдержал и притянул её к себе, обнимая.

- Я так соскучился. – И мы снова растворились в долгом чувственном поцелуе: местами трепетно-нежном, а местами до умопомрачения страстном и глубоком.

Посмеиваясь, с трудом оторвались друг от друга. Мира игриво потёрлась кончиком носика о мой и молча потянула вперёд, слегка закусив свою губку.

К дому мы шли по дорожке, освещённой маленькими уютными садовыми фонариками на солнечных батарейках. Из клумб доносилось мелодичное пение сверчков, а воздух пах ночной свежестью с лёгким ароматом «спящих» цветов, за день уставших нас радовать своей красотой и дурманить ароматом.

Словно шпионы, мы тихо пробрались в дом, а пока Мира искала пакеты с фонариками, я быстро взял и положил в карман то, что заранее подготовил и оставил в сумке с ноутом.

Взял пакеты с фонариками и мы с Мирой пошли на лужайку.

Мира быстро подготовила первый фонарик и дала мне держать его за верхушку купола, чтобы самой поджечь сухое топливо. Но как-то так получилось, что от сильного порыва ветра купол вывернулся и загорелся. Мире, конечно, удалось его быстро потушить вместе с сухим спиртом, но у меня были большие сомнения насчёт возможности его взлететь.

- Солнышко, наверное, с этим фонариком ничего не получится… – произнёс с сожалением, ведь Мире двадцать два – и она очень хотела запустить именно двадцать два воздушных фонарика.

- А я верю, что полетит! – Мира поправила немного прогоревшее сухое топливо и достала следующую спичку. – Воздушные шары же летают… Нам надо только подольше подождать, чтобы тёплый воздух хорошо прогрел купол. Думаю, что стенка всё же прогорела не критично.

- Хорошо, Солнышко, давай попробуем. – Согласился я и повторял про себя просьбу, чтобы он всё-таки полетел.

Несколько минут фонарик не слушался, но мы упорно держали его, пока купол не стал наполняться горячим воздухом и фонарик не стал взлетать.

- Я же говорила! – радостно воскликнула Мира. – На «три» отпускаем.

И мы вместе начали считать до трёх, а потом синхронно отпустили фонарик, радуясь, словно дети, наблюдая, как он «пьяно» взлетает в небо, периодически проседая, но снова поднимаясь вверх.

Очередным порывом ветра его закинуло через высокий забор к соседям – и он исчез из вида.

- Блин, хоть бы Серёжкиных соседей не спалить! – засмеялась Мира.

- Я думаю, что для этого одного фонарика мало. – Улыбнулся в ответ.

- У нас ещё остался двадцать один, Андрюша… – звонко засмеялась Мира. – А ещё я знаю, где каминные спички лежат… И дрова как раз под боком… – хихикала, потирая ручки, Моя Шкодина.

- Врединка… – ласково пожурил её.

- Ой, ну и пусть! Но там соседи, откровенно говоря, не очень. Нам бы ещё и через дом спасибо сказали. – Прыснула со смеху Моя Малышка и мы вместе засмеялись. – Ну где же он там? – Всматривалась в темноту над забором Мира. – Ну, лети же!

Я молча взял её за руку и погладил тыльную сторону ладошки, как Мира довольно взвизгнула.

- Молодец! Я в тебя верила! – похвалила она фонарик.

- Спасибо большое, Солнышко! – решил немного подтрунить над ней.

- Андрюш, в тебя я всегда верю… – посмотрела на меня ласково и с любовью, стала на носочки и нежно коснулась моих губ.

В обнимку мы смотрели на наш первый фонарик, пусть и не совсем удачно запущенный, но всё равно взлетевший, хоть и периодически теряющий высоту.

- Он словно жизнь… – прошептали мы вместе и потом долго улыбались друг другу, всматриваясь в любимые глаза.

Оставшиеся двадцать один фонарик мы запустили очень быстро и удачно, а потом наблюдали их недолгий, но яркий и красивый полёт в небе…

Перед сном Мира захотела ещё пройтись по аллейке к саду, и мы медленно пошли по освещённой снизу дорожке, периодически всматриваясь в звёздное небо и любуясь яркой убывающей луной.

Чуть сильнее сжал ладошку Миры – она улыбнулась, а по моему телу прошла дрожь.

Медленно оглянулся по сторонам: аллейка с садовыми фонариками в окружении красивых цветущих клумб, немного вдали виднеется сад, где пышно цветут яблони.

Этот дом наполнен любовью, счастьем, душевным теплом, гармонией и уютом…

А ещё Сергей очень близкий и даже родной человек для Миры…

Да, думаю, что лучшего места и момента мне не найти…

- Я так тебя люблю, Солнышко. – Целую её нежно, трепетно и долго.

- И я тебя очень сильно люблю, Андрюша. – Отвечает, неспешно выныривая из неги поцелуя, чем ещё раз убеждает в правильности моих действий.

Медленно опускаюсь перед ней на одно колено, продолжая смотреть в уже удивлённые и обеспокоенные глаза.

- Андрюша, тебе плохо?! – быстро присаживается передо мной на корточки и бережно гладит по лбу и щеке.

- У нас хоть что-то по-человечески вообще получится?.. – не выдерживаю и начинаю тихо смеяться.

- А тебе это сильно надо? – нежно улыбается, всматриваясь мне в глаза, и нащупывает мой пульс на запястье. – Что-то частит, Андрюша.

Прыскаю со смеху, но сдерживаю свой смех.

Глубоко вдыхаю и заглядываю в родные обеспокоенные глаза:

- Мира, Солнышко Моё, выходи за меня замуж. Я так тебя люблю… – беру её руки в свои, целуя каждый пальчик, но не разрываю нашего зрительного контакта. – Люблю…

По её щекам медленно скатываются слёзы, но она молчит.

- Мира…

Она всхлипывает:

- Андрюш, не стой передо мной на коленях. Это не честно…

- Почему?

- Я не хочу этого. Я не лучше тебя и не дос…

- А чего ты хочешь, Любимая? – не даю ей договорить глупость в моём понимании.

- Лучше уж носи меня на руках! – отшучивается сквозь слёзы, но я ловлю её на слове.

- Как скажешь, Солнышко! – бережно беру её на руки и несу в сторону качелей.

- Андрюша, я же пошутила… – всхлипывает и тихо притаивается на моей шее.

- А я не шучу.

Молча доходим до качелей – и я присаживаюсь, умащивая Миру на своих коленях.

- Ты мне ещё не ответила, Любимая. Ты выйдешь за меня замуж? Или тебе ещё надо подумать? – сердце колотится, отдаваясь гулом в ушах, и я изо всех сил стараюсь сохранить самообладание и не давить на Миру.

- Андрюш, а ты хорошо подумал? Это всё-таки очень серьёзный шаг. Мы ещё так мало вместе…

- Ты не хочешь? – перебиваю её рассуждения.

- Я не хочу тебя разочаровать и обидеть… Я-то себя очень хорошо знаю… Не такая я и цаца – уж поверь мне…

- А мне и не нужна «цаца»… Я помню, что ты неидеальная, но безумно люблю тебя такой, какая ты есть: и язвительную, и трогательную… Разную… Такую, какая ты есть, Солнышко…

- Андрюша, – она обвивает мою шею руками и целует в щёку. – Я так тебя люблю… Но очень сильно боюсь… Знаешь же, что мои родители юристы…

- Знаю… Но как это влияет на нас?

- Просто я очень хорошо знаю статистику разводов – плюс-минус восемьдесят процентов, Андрюша… Это много… А я не хочу, чтобы мы…

Не даю ей договорить:

- Мы будем вместе, Любимая. Решать всё тоже будем вместе… Обо всём будем договариваться и стараться находить выход вместе… Мира, Хорошая Моя, мы будем стараться – и у нас всё обязательно получится… Мы же узнаём друг друга… Я вижу, какая ты – и не боюсь. Правда. Я люблю тебя. Люблю с каждым днём сильнее. Не думал, что так могу, но, как оказалось, могу…

Мира молча слушала, перебирая мои короткие волосы на затылке.

- Мы же смогли запустить наш первый фонарик, несмотря ни на что. Вот так и у нас с тобой всё получится… Пусть не всё будет так гладко, как хочется – в жизни всякое бывает… Но я готов строить вместе с тобой наш мир, нашу семью – и не важно, в каком формате она будет. Главное быть с тобою вместе… И со своей стороны я сделаю всё, чтобы не попасть в эту статистику.

Мира молча плакала.

Я слышал, как колотятся и вырываются из груди наши сердца…

Мы оба молчали, а я аккуратно и бережно прижимал её к себе, успокаивающе гладя по спинке.

Она судорожно дышала, стараясь успокоиться, а я целовал её плечико и шептал:

- Доверься мне, пожалуйста. Я очень сильно тебя люблю и обещаю беречь и защищать до своего последнего вздоха.

- Только попробуй раньше меня… – она не договорила, всхлипнув, а потом нежно прикоснулась к моим губам своими, постепенно углубляя поцелуй.

Солёно-счастливый…

Наш…

Болюче-радостный…

Но наш…

Мы медленно целовали друг друга, а наши Души в это время вели свой собственный диалог, решая всё сами…

Молча…

И неотвратимо…

- Ты выйдешь за меня замуж? – повторил ещё раз, нежно сцеловывая её слёзы.

- Да. Выйду! – Сердце радостно подпрыгнуло в груди, а она добавила сквозь счастливый смех. – Если раньше не сбежишь!

Мы оба хохотнули.

- Тогда не будем затягивать!

И полез в карман за заветной коробочкой.

Мира

Слёзы катились сами собой, а Душа рвалась к нему, разгораясь пожаром в груди…

Не верила своему счастью и одновременно боялась потерять его, не удержать… Но всё же давала ЕМУ пути к отступлению… которых ОН не хотел…

А потом наши Души всё решили за нас, сцепившись так прочно, что сложно было даже отстраниться друг от друга…

Договорились…

Сговорились…

А потом мы просто подтвердили вслух то, к чему мучительно шли с самой нашей первой встречи…

- Люблю тебя, – прошептала, сквозь слёзы, пока он доставал из кармана маленькую стильную коробочку. Чёрную матовую, но с лёгким сверкающим звёздным напылением и со стильной серебристой надписью «Alchemica» («Алхимия» – ювелирный шоу-рум в Киеве – прим. автора). – Ах! – восторженно воскликнула, не понимая, откуда он знает о моей любви к этому бренду, позволяющему воссоздать практически любую ювелирную фантазию. А я ведь очень люблю там серьги себе заказывать. – Это же «Алхимия»…

- Да, Солнышко. – Ласково улыбается мне. – Я думал про «Тиффани», но вовремя понял, что между нами не просто любовь… Между нами какая-то мистическая алхимия…

- Я же только начала успокаиваться… – прошептала, пока сердце щемило и вырывалось из груди, а слёзы катились по щекам.

Андрей их аккуратно стёр и открыл знаковую коробочку.

У меня перехватывает дыхание – и я молча смотрю на эту красоту на небольшом чёрном бархатном пьедестале..

- Солнышко, обручальные кольца будешь выбирать ты. И если хочешь от «Тиффани» или какого-то другого…

Перебиваю его:

- Хочу только от «Алхимии»! – тихо всхлипываю и протягиваю ему правую руку, чтобы он сам одел мне это кольцо.

Тепло его заботливых рук контрастирует с пока ещё холодным металлом кольца, от соприкосновения с которым у меня бегут мурашки по коже и горит в груди…

А, может, это всё от того смысла, которое несёт в себе это невероятное колечко, начиная крепко сплетать наши судьбы, наши Души, наши тела…

Пытаюсь понять свои непривычные ощущения от этого неожиданного для меня украшения: лёгкое приятное покалывание на пальце сочетается с чувством непривычной тяжести на нём…

Нет, это всё не то…

Фонтанирующее счастье, пытающееся заглушить мой привычный мыслеобраз «недостойна», страх, вина и грусть…

Андрей нежно гладит мои пальчики и ручку, а потом ласково целует помолвочное колечко на моём безымянном пальце.

«Я хочу быть счастлива вместе с моим Андреем», – повторяю про себя свой выбор, а он сплетает наши пальцы.

Мы долго целуемся, а потом неспешно идём к дому.

Прощаемся на ночь, договариваясь, что до свадьбы с интимом торопиться не будем. Андрей же уверяет меня, что у нас всё будет только тогда, когда я сама буду к этому готова, и не важно, сколько времени это займёт – ему главное просто быть рядом…

Снова долго целуемся и расходимся по своим спальням.

А потом, окончательно разомлев от тёплого душа, а может, от тёплых душевных воспоминаний, я лежала в кровати и смотрела на это чудесное кольцо, красиво переблёскивающее в лунном свете, ведь я специально не стала плотно задёргивать шторы.

Закрыла глаза, но всё равно продолжала видеть красивое кольцо из комбинированного жёлтого и белого золота. На передней его части была плавная волна. Позволяющая относительно просто регулировать размер кольца. Отличное решение… Но взгляд, конечно, больше всего привлекают семь цветных камней, буквально вплавленных в драгоценный металл, чтобы они уж точно не выпали и не мешали при носке, цепляясь…

Красный рубин, оранжевый спессартин (спессартин – это название граната желто-оранжевого, оранжевого или красно-оранжевого цвета – прим. автора), жёлтый бриллиант, зелёный изумруд, голубой топаз, синий сапфир и фиолетовый огранённый аметист…

«Ты самый лучший, Андрюша. Люблю тебя». – Прошептала или подумала я, проваливаясь в красивый и счастливый сон, в котором мы с Андреем гуляли, держась за руки… Потом на нашем пути возникали преграды, но от них мы только сильнее держали друг друга за руки и крепче сплетали наши пальцы.

Глава 64

Мира

Просыпаюсь утром и сладко потягиваюсь, не открывая глаз.

Ощущение полнейшей нереальности происходящего…

В последнее время, когда неадекватные мужики-преследователи и ночные кошмары из моей жизни начали уходить, я порой путаюсь – обнимает меня Андрей во сне или наяву…

А сейчас боюсь открыть глаза и понять, что мы с НИМ всё так же далеки, как в первый день нашего эпичного знакомства…

Прислушиваюсь к своим тактильным ощущениям – на левом запястье чувствуется непривычный браслет, а на безымянном пальце правой руки я чувствую кольцо…

«Неужели это реальность?» – неверяще, но счастливо шепчу и медленно открываю глаза.

Слегка довольно жмурюсь от лучиков солнца, попадающих мне на лицо через неплотно задёрнутые шторы.

«Теперь у меня на каждой руке есть подарок от моего Андрея…» – довольно шепчу и восторженно поскуливаю, разглядывая шикарный браслет – отражение меня, и кольцо, сочетающее в себе тёплую солнечную энергию и холодную лунную, а также полный спектр… Мою собственную радугу… Которая всегда появляется на небе, когда за дождём выходит солнце…

«Моё Солнышко», – шёпотом повторяю его слова, от которых мурашки пробегают по коже и одновременно горит в груди.

Счастливо смеюсь, радуясь, что я могу быть для кого-то Солнышком…

Но согревает-то меня ОН…

Переворачиваюсь на спину и довольно выставляю перед собой обе руки, пытаясь понять, какой его подарок нравится мне больше и сильнее дорог.

И понимаю, что не могу выбрать – они оба дороги мне и особенные для меня… Для нас…

Какой же ОН у меня всё-таки замечательный…

А ведь раньше я даже мыслей не допускала, чтобы принимать подарки от мужчины. Тем более, я и так самостоятельная и самодостаточная – могу себе позволить удовлетворять все свои хотелки…

Но, как оказалось, это абсолютно разное – покупать самой себе украшения и получать их в подарок от любимого мужчины… У них и энергетика, и смысл абсолютно другие…

Да, купленные самой себе подарки и украшения греют моё самолюбие и помогают держать голову выше и вообще быть уверенной в себе…

Но ЕГО подарки греют мою Душу… Тонко, нежно, но глубоко…

Это невозможно сравнивать, но и отказываться от его знаков внимания и проявления любви теперь я тоже не буду…

Пусть дарит и заботится, если ему это нравится и доставляет удовольствие…

Да и другие теперь будут видеть, что я уже не сама…

И пофиг на мысли окружающих о моём автомобиле и прикиде – до этого мне было пофиг, а сейчас и подавно!

Любуюсь нашим колечком. Да, именно так – нашим, ведь теперь оно невидимой нитью связывает нас и даёт веру и надежду, что дальше мы будем идти по жизни вместе…

Радостно, трепетно и страшно…

Как так получилось, что ОН полюбил именно меня – разбитую и зашуганную?..

Разглядел и медленно подбирался, согревал, шёл навстречу, понимал, исцелял…

С самого начала…

Это сейчас, вспоминая день нашего знакомства и более трезво смотря на происходящее, я могу сказать, что как-то интуитивно начала доверять ему с самого начала, хоть и всячески противилась признавать, что он мне дорог… Ведь тогда ещё ОН был мне абсолютно чужим человеком… А я ему в самую первую встречу выложила практически всё про Эмираты…

Интуиция?

Глупость?

Или моя Душа почувствовала родную Душу?..

А ведь мы даже ещё и двух месяцев не знакомы: сегодня 10 мая, а мы с ним познакомились 11 марта… Решили, что попробуем быть вместе 17 апреля…

Ох… А я ещё с Эли возмущалась и думала, что она рехнулась… Но она-то и правда много чего знает… Вполне может и помнить что-то или кого-то из своей прошлой жизни…

А мы с Андреем… Неужели, тоже уже раньше были знакомы?..

Делаю глубокий вдох и медленный выдох.

Ладно, не так это сейчас и важно! А что действительно важно – так это хорошо друг друга узнать в этой жизни… Ведь быть нам вместе здесь и сейчас… И справляться со всеми трудностями тоже здесь и сейчас…

Жмурюсь и шумно вздыхаю – на сегодняшний день у меня были свои планы, ведь я ещё не со всеми отметила свой День рождения…

Но теперь в моей жизни есть Андрей. Вернее, он теперь уже в другом статусе в наших жизнях. И похоже, что пришло время ему познакомиться ещё с одной моей гранью…

Эх! Была не была! Быстрый душ – и к Любимому, а потом и выясню, совпадают ли наши планы на сегодня…

Стучу в двери его спальни – и вот я уже в тёплых уютных объятиях, наслаждаюсь минутами счастья, веру в которое только начинаю находить…

Андрей

Перед сном долго ворочался от переизбытка эмоций и боялся возможных сомнений Мирославы, когда она опомнится.

Как мантру повторял про себя, что она согласилась стать моей женой, но всё равно пока в это верилось туго… Да ещё у нас с ней всё так быстро получилось… Для Миры очень быстро… Ведь сначала я думал о том, чтобы мне хоть года хватило на её завоевание… Тем не менее, я не могу сказать, что она достаётся мне легко и прямо прыгнула в руки, хоть я её и поймал…

Моя Милая Девочка…

Моё Ласковое Солнышко…

Неужели я не сплю – и мы действительно решили прожить вместе остаток жизни, а на её пальце сейчас то самое помолвочное колечко, которое я одел на её тоненький и изящный пальчик?..

А утро всё расставило на свои места – после хорошо знакомого стука, ко мне в спальню ворвалось моё персональное Солнышко.

- Мира, – шептал я, зарываясь в любимые распущенные волосы, вдыхая аромат тропических фруктов. – Как же я тебе рад, Моя Хорошая. – Нежно обнимал и с трепетом целовал свою счастливую и румяную Малышку. – Моя Хорошая… – шептал осипшим голосом и долго её целовал, наслаждаясь теплом стройного хрупкого тельца, бархатистостью её кожи и шёлком восхитительных волос.

«Как хорошо, что ты у меня есть…» – шептали друг другу, всматриваясь в глаза, пытаясь поверить, что это не сон…

Целовал её браслет и колечко, стараясь не сойти с ума от счастья, а потом она робко сказала мне, куда собирается сейчас ехать, ведь делает это каждый год – и не может пропустить сейчас. А на мой ответный вопрос: «Какая форма одежды?» Она лишь выдохнула с облегчением и ответила, что джинсы и футболка будут в самый раз.

Все вместе мы быстро позавтракали на кухне, где Мира пообещала показать мне всю прелесть аквариума в ночное время, на что все, кроме Полиночки, одобрительно закивали, а малышка ответила, не выговаривая букву «р»:

- Он такой класивый…

- Очень красивый. – Подтвердил я, а Ваня добавил:

- В нём тоже есть Мира… Ты ночью всё увидишь…

Я поблагодарил малышей за рекламу и всех за отличный завтрак – и мы с Мирой отправились в место назначения на автомобиле Сергея.

Мира была за рулём, мотивируя тем, что сама хорошо знает дорогу, а для меня этот город не так знаком. Не стал с ней спорить.

Ехали мы без музыки и навигатора. Всю дорогу она молчала, периодически нервно сжимая руль. И я очень хорошо понимал её состояние – она продолжала открывать передо мной свою Душу, делиться сокровенным и своей детской болью и горечью утрат…

Да я и сам не очень представлял, как себя вести… Ведь эти люди ей очень дороги, но их уже нет среди нас…

Мы остановились возле большого супермаркета – и накупили целую телегу конфет и ещё одну телегу печенья… Также купили десять бутылок «Боржоми».

В специализированной лавке перед кладбищем купили двадцать две лампадки – и начали заезжать на территорию самого кладбища.

Ещё по пути сюда Мира попросила меня просто делать всё, что она скажет без лишних вопросов. Ответы на всё она обязательно даст сама.

Я согласился, понимая важность этого всего для самой Миры. Поэтому, когда сразу же после въезда на территорию огромного кладбища, мы остановились возле большого гранитного алтаря, я без лишних вопросов взял у Миры печенье, конфеты с мелочью – и положил на положенное место. Мира сделала то же самое и тихо добавила: «Мы к своим».

А потом в салоне автомобиля она спокойно объясняла, пока мы медленно ехали по главной аллее кладбища:

- Везде есть свои правила – и лучше их знать и выполнять. Алтарь здесь не просто так стоит. Только что на него мы положили откуп – можно сказать, «купили билет» на посещение этого места, или, если хочешь, оставили своеобразные «хлебные крошки», по которым сможем нормально вернуться назад… Кстати, на обратном пути на другую сторону алтаря мы снова положим мелочь – так сказать снова «купим себе билет» в Мир Живых… Чтобы вернуться без последствий – ничего не нахватав с собой… Можно, конечно, всего этого не делать… Но тогда и жаловаться на жизнь тоже не стоит… Те, кто посильнее энергетически, почувствуют не сразу, но а те, кто слабее… – она с досадой махнула рукой. – Незнание законов не освобождает от ответственности…

Кладбище было старым, но ухоженным. Красивые гранитные надгробия с портретами усопших, мраморные памятники, цветущие клумбы, лавочки, небольшие столики и аккуратные оградки. А ещё очень много деревьев и как раз сейчас цветущей сирени…

На фоне всего этого очень выделялись огромные гробницы цыганской и еврейской «знати», представляющие собой постаменты, метров шесть-семь длиной и около трёх-четырёх метров высотой с памятником или надгробием-стеллой, величественно возвышавшейся над всеми остальными. Они были обшиты гранитом и отделаны позолотой… Всё говорило или даже кричало о статусе почившего… Дорого-богато… Но нет рядом ухоженной клумбы с живыми цветами – и от этого становилось грустно…

В моём понимании очень важна память родных людей, а не мемориал, выстроенный на костях…

Посмотрел на свою сосредоточенную Малышку, дышащую ртом и плотно обхватившую руль.

- Уже скоро. – Прошептала она и сглотнула, а я очень явно представил картинку почти пятилетней давности, на которой Моя Малышка ходила по этому же кладбищу в одиночку, ища ответы на вопросы…

А в итоге оказалась со мной…

Здесь и сейчас…

Но уже абсолютно другой…

И очень хочу верить, что уже более счастливой…

Глава 65

Андрей

В общей сложности по территории кладбища мы ехали порядка двадцати минут, сворачивая по дорогам между большими секторами.

Остановились же мы в самом конце кладбища возле посадки. Из открытого окна слышалось стрекотание кузнечиков и жужжание пчёл, которое быстро начал заглушать звук, проезжающего мимо, поезда. Похоже, что как раз за «забором» из деревьев скрывается железная дорога.

Проследил взглядом, куда сейчас молча смотрит Мира – и обратил внимание на аккуратную ажурную оградку около метра высотой, по которой плелись интересные белые цветочки, собранные в полусферические соцветия. Присмотрелся – и заметил, что у них розовые серединки. Также вокруг оградки цвели насыщенно-малиновые пионы.

Внутри же этой прелестной оградки стояли два широких, но невысоких надгробия. Парные могилы, как мог догадаться я.

Перевёл взгляд на, продолжающую молчать, Миру. Если честно, когда она рассказывала мне, как тогда «гуляла» по этому кладбищу, я представлял себе погост куда меньших размеров… Но, как оказалось, это огромный некрополь…

- И сколько времени ты тогда…

Она перебивает меня, не давая договорить:

- Тогда я здесь пробыла порядка шести-семи часов – точно не засекала. – Грустно ухмыляется, а у меня давит в груди.

- Одна. – Ком подступает к горлу. Моя маленькая, хрупкая Девочка бродила в окружении могил и крестов около семи часов… – одна… – повторяю, пытаясь прочувствовать её тогдашний уровень отчаяния, ведь это гораздо проще сделать здесь и сейчас, чем в окружении прекрасных фьордов на борту шикарного лайнера…

- Мне так спокойно… – прошептала она, срывающимся голосом.

Молча притягиваю её к себе и нежно обнимаю.

Целую в височек, а потом вздыхаю, старательно замалчивая фразу, крутящуюся на языке, ведь мы сейчас на кладбище, а где может быть ещё спокойнее?..

- Когда приедем в Киев, я хотела бы сходить в местный колумбарий… Я так ни разу ещё и не приходила к Дмитрию…

- Хорошо. Я пойду с тобой, Хорошая Моя. – Прошептал, целуя её в височек и додумывая не произнесённую фразу, что, наверное, спокойнее, чем на кладбище, только в колумбарии, ведь там хранится прах Усопших уже после кремации…

Отмахнулся от глупых мыслей и поцеловал Миру в щёчку.

- Что мне сейчас делать?

- Дай мне несколько минут собраться с мыслями. Сначала я пойду одна, а потом познакомлю тебя с бабушками и дедушками… Ты пока побудь, пожалуйста, здесь – в машине…

Странная формулировка и странная ситуация знакомства с Усопшими бабушками и дедушками прежде, чем с живыми родителями… Но это Моя Мира… А с ней я уже давно привык к тому, что всё у нас происходит не как у нормальных людей.

- Хорошо, Любимая. – Поцеловал её в височек и щёчку, нежно погладил по спинке, а потом разжал объятия. – Зови.

Хорошо. – Она мне кивнула и вышла из машины.

Пошла к багажнику, но я не выдержал – и подошёл к ней.

- Знаю и помню, Солнышко. Я просто помогу тебе с пакетами.

- Спасибо большое, но сейчас я возьму с собой немного… Поможешь уже потом. Ладно?

- Хорошо, Любимая. – Помог ей отобрать необходимое количество конфет с печеньем и четыре лампадки и довёл свою малышку до открытой калиточки.

Она вздохнула.

- Тогда уже нет смысла уходить, Андрюша. – Она посмотрела на меня любящими глазами с едва уловимой улыбкой на лице и взяла за руку, заводя в открытую калиточку. – Не оборачивайся и не возвращайся. – Прошептала она мне и немного громче добавила. – Это мой Андрей.

По моей коже пробежали мурашки, а со стороны могил сразу же дунул тёплый ветерок.

Конечно, я многого не знаю и не понимаю, но именно сейчас я чувствовал постороннее присутствие и повышенное внимание к себе, всё же догадываясь, что сейчас происходит.

- Я потом с ними поговорю – попозже. Пока мы просто положим помин и подожжём лампадки. – Кивнула мне, а я крепче сжал её холодеющую ладонь. – Мне хорошо с ним. – Добавила, уже глядя в сторону могил. – Андрюш, вслух я говорю больше для тебя и по привычке. Но, если тебе так комфортней, то тебя и молча услышат. Здесь такое практикуют. – Подмигнула мне с улыбкой и снова стала серьёзной. – Лучше давай без шуток – это всё-таки кладбище.

Пока Мира раскладывала помин и поджигала лампадки, что-то шепча бабушкам и дедушкам, я про себя тоже сказал, что очень люблю Миру, готов защищать и оберегать её всю свою жизнь. И вообще, очень дорожу ею.

И как бы меня это не удивило, но я почувствовал одобрение со стороны родных Миры, а ещё увидел подрагивающий воздух возле надгробий, а не над ними, как это было бы логично…

Мира быстро справилась и сказала, что сейчас мы пойдём к их соседям, а потом она придёт ещё поговорить с ними.

Никогда бы не подумал, что можно чувствовать такую радость, раскладывая помин на могилы абсолютно незнакомых людей… А ещё очень явно слышалась их благодарность и тихий шёпот-шелест в ответ. Практически возле каждой могилы хотелось побыть подольше – и послушать, что поведает тебе её обладатель…

Никогда бы не мог подумать, но кладбище действительно способно затягивать, заманивать в свои «сети» всё глубже и глубже…

- Так и потеряться можно… – прошептал я Мире, стоящей рядом и читающей надпись на надгробии.

- Да, так и есть, Андрюша. На погостах свои правила, свои энергии и свой голод… жажда общения… У некоторых Усопших очень сильна жажда прикоснуться к живому… Хоть немного вернуться в своё «тогда»… Если полностью поддаться всему этому, то можно заблудиться и в сотне могил… А тут их сотни тысяч… Конечно, очень легко заплутать, если недооценивать здешних обитателей…

Мы перешли к соседней могиле:

- И как же вовремя остановиться с раскладыванием помина? – продолжила Мира. – Его хотят ведь все здешние… Но наши возможности всегда ограничены – никогда не получается положить конфеты и печенье всем… И мне всегда больно, когда приходится просто проходить мимо… Либо ограничиться добрыми словами…

- А что вы делаете с девушками на кладбищах? Особенно в ночное время…

- Днём делаем то же самое, что и мы с тобой сейчас… Эля может ещё что-то со своей стороны сделать. Убрать гадости с могил, оставленных для порчи… Люди на всё горазды – порой не понимаешь, откуда это всё в них? А ночью мы приходим, если Эле надо серьёзно пообщаться с местными или узнать какую-то информацию. День – наше время, а ночь – Их время… Логично же за помощью или для общения обращаться именно тогда, когда удобно Им… Это и дань уважения тоже…

- И тебе не страшно?

- Рядом с Элей – нет. – Серьёзно ответила она, а потом с едва уловимой улыбкой добавила. – И рядом с тобой тоже…

Я вздохнул с облегчением, но всё же уточнил:

- Но мы пришли днём…

- Мы пришли к своим… Это разное. Такое допустимо.

Мы подошли к заброшенному обшарпанному и покосившемуся надгробию – и Мира принялась вырывать бурьяны из него и вокруг.

Молча помог ей, отстраняя в сторону – нечего ей ранить свои ручки. А пока я относил бурьяны в посадку, Мира оставила помин на могиле.

- Я хотел ещё попробовать надгробие поправить. – Прошептал ей.

- Нет, не стоит. У нас нет необходимого инструмента, а подобные действия могут быть восприняты, как попытка осквернения… Сейчас мы сделали всё, что требовалось… Мы не сможем здесь помочь всем, как бы не хотелось… Пора идти к машине за следующим пакетом. – Мира взяла меня за руку и со словами «Прощайте» мы молча пошли за следующей порцией конфет и печенья, продолжая наш обход уже в другом секторе…

Потом мы снова обмыли руки, купленной заранее, «Боржоми» и Мира попросила меня побыть в машине.

Я согласился, боясь вновь сделать что-то не так.

Она взяла с собой свой небольшой кожаный рюкзачок, заменяющий дамскую сумочку, и попросила:

- Андрюш, пожалуйста, будь в салоне, пока я не позову тебя. И помни – мне ничего не угрожает – меня здесь уже давно знают…

Я кивнул, но всё-таки спросил, наверное, несусветную глупость, исходя из того места, где мы сейчас были:

- Мира, а что это за растение на оградке у твоих…

- Это хойя, – быстро поняла и ответила мне Мира. – Вьющееся растение. Цветёт с начала весны и до глубокой осени. Есть разные сорта, так что можешь пока погуглить… Или почту разобрать…

- Спасибо большое, Солнышко. – Улыбнулся Своей Малышке, но ничего сейчас гуглить и, уж тем более, разбирать почту я не хотел.

Решил просто молча понаблюдать за Мирой, тем более мне всегда хочется быть рядом с ней.

Со стороны могло показаться, что это самая обычная девушка в чёрных джинсах, фиолетовой футболке и синей кепке. Её волосы были заплетены в шикарную косу из пяти прядей и заколоты обычной пластиковой заколкой-крабиком в цвет волос. Она сидела на лавочке за небольшим столиком и что-то молча рисовала простым карандашом в скетчбуке формата А5.

Казалось бы, обычная «дворовая картина»… Но только Моя Девочка сидела сейчас не во дворе в беседке, под грушей или яблоней… Она сидела среди тысяч могил – и выглядела при этом абсолютно спокойной, безмятежной, умиротворённой, но всё же невероятно живой…

Какая-то сюрреалистичная, но при этом органичная картинка… От которой меня пронизывает холодом в тёплый солнечный весенний день…

Как бы это ни было странно, но Моя Мира абсолютно гармонично вписывается, как в живую цветущую весеннюю полянку на берегу реки, так и в такое мрачное место, которое «оживает» с её появлением…

И рядом с ней понимаешь, что доброта и понимание не имеют границ…

Их мы создаём себе сами…

В своих головах…

Улыбнулся, глядя, как Моя Девочка что-то рассказывает своим родным, а потом у меня сердце сжалось, когда я заметил, что она плачет, аккуратно промакивая слёзы салфеткой.

Только взялся за ручку от дверцы автомобиля, как Мира остановила меня жестом, произнеся, что всё в порядке.

«Мне надо немного времени». – Пришло сообщение на мой телефон.

И я ей его давал, одновременно с трепетным ужасом всё больше осознавая картинку вокруг: её окружали двадцать две горящие лампадки и сотни разнообразных могил с помином…

Её двадцатидвухлетие и здесь тоже…

Сердце замирало в груди и мороз пробегал по коже, но я всё же радовался, что сейчас она не сама… Что сейчас, среди Усопших, рядом с ней есть и родная живая Душа…

А через несколько минут к ней подлетел большой чёрный ворон. Присел на стол и начал внимательно всматриваться в её рисунок.

Ещё через пару минут к Мире подбежал большой тёмно-серый пёс, но Мира снова остановила меня жестом, а потом я получил от неё сообщение:

«Всё в порядке. Так надо».

А ещё минут через десять Мира достала из рюкзачка угощение для своих «друзей». Похоже, что она их ждала…

Сама же выдернула лист с рисунком из скетчбука, подожгла его зажигалкой, давая возможность прогореть полностью, осыпаясь пеплом перед могилами её родных.

После этого ворон перелетел на ближайшее надгробие, посидел там около минуты и перелетел на соседнее. Мира кивнула ему – и он молча улетел.

Пёс выбежал за пределы оградки и оббежал её по кругу, а потом быстро скрылся среди других могил, будто растворившись в пространстве.

Мира же подала мне знак – и я подошёл.

Взяла меня за руку, крепко сжимая мою ладонь своей холодной.

- Ты замёрзла?

- Нет. Здесь это нормально. – Она улыбнулась одними уголками губ.

- Ты хочешь здесь ещё побыть?

- Да. – Она задумчиво кивнула. – Знаешь, многие не любят кладбища, считают это место ужасным. А вот я, наоборот, люблю кладбища. Здесь своя аура, свой ритм, свои законы... И здесь происходит переоценка ценностей у нас, ещё живых... – помолчала и едва слышно добавила. – Здесь меня всегда слушают и понимают...

Сердце сжалось от такой несправедливости в её жизни – и хоть здесь и сейчас не место, я всё равно взял её ладони в свои, целовал её пальчики, одновременно пытаясь согреть их своим дыханием.

- Не старайся. Уедем – через полчасика само отпустит… Это энергетика Нижнего Мира так влияет. Не зря же детям до двенадцати лет не желательно посещать погосты… А то потом вырастают такие вот… как я… – она грустно вздохнула и сказала. – Но ты – не я. И нам уже пора…

Едва касаясь, погладила меня по груди, а потом взяла за руку, переплетая наши пальцы, и сказала своим родным, что благодаря их помощи встретила меня. Ещё добавила, что сейчас счастлива – и за неё переживать не надо.

А потом мы сказали положенное: «Прощай», – и пошли, не оглядываясь, в сторону автомобиля.

Обмыли руки минеральной водой и поехали к выезду.

- Я обычно им рисую всё хорошее, что со мной произошло… – прошептала Мира и дальше мы поехали молча.

На алтарь положили откуп, а за воротами кладбища ещё раз обмыли руки солёной водой, ведь как сказала Мира, она снимает информацию. Ещё этой же, заранее купленной, водой мы обмыли подошвы кроссовок и шины автомобиля.

А по пути ещё заехали на автомойку.

Пока автомобиль был на водных процедурах, мы сидели на открытой террасе кафе, находившегося буквально в полутора кварталах от автомойки, и ели пирожные с молочными коктейлями.

Поймал себя на мысли, что сейчас не хотелось ничего сложного, а просто не хватало глюкозы.

Мира молча сидела рядом, а я её обнимал.

Сегодня был необычный, но особенный день…

А ещё я осознавал, что мы провели его с пользой не только друг для друга.

По приезду к Сергею, Мира быстро отправила меня в душ. Сама тоже пошла «смывать с себя лишнюю информацию», как она выразилась, пока дети спят. Вещи, в которых были, мы потом загрузили в стиралку. А я понял, что никогда не делал ничего подобного, сразу же после посещения кладбища.

Но от этого, и правда, стало как-то легче.

А когда мы с Мирой вышли из дома, то к нам быстро подбежала Молли и начала ластиться.

- Умная кошечка, – прошептала Мира, а потом присела на корточки и начала её гладить. – «Увидел котика – погладь», – так гласит одно из главных правил жизни. – Сквозь смех сказала она, поглаживая животик игриво-крутящейся Молли.

Сергей же, проходя мимо, погладил Миру по голове и спинке, а потом с довольной улыбкой почесал её за ушком.

- Что это с тобой, Серёжечка? – она недоумевающе посмотрела на смеющегося Сергея.

- Сама же сказала: «Увидел котика – погладь!»

- Вообще-то, я – Котенко! – пропыхтела Мира сквозь смех, вставая в полный рост и «грозно» подбочениваясь.

- Как я понимаю – уже ненадолго! – искренне радовался Сергей, а Мира со вздохом закатила глаза. – Кольцо на месте? – аккуратно взял её правую ручку в свою и нежно погладил, рассматривая колечко. – Тогда поздравляю! Ещё одно испытание пройдено! Только не радуйтесь раньше времени – совместная жизнь даётся не всегда просто! Так что у вас сейчас ещё даже не начало – это просто ваши намерения… Но я всё равно очень рад за вас. Постарайтесь, ребята! – он обнял Миру, а потом пожал мне руку, похлопав по спине, после чего просто притянул к себе поближе и по-мужски обнял. – Я так за вас рад, Андрюха!

- Спасибо большое! Я постараюсь, Серёжа!

Наверное, именно в этот момент я осознал, что у меня появился старший брат, которого мне всегда не хватало…

Глава 66

Андрей

Завтра нам с Мирой надо уезжать, поэтому сегодня, пока погода позволяет, мы решили снова устроить пикник. Мира нас очень легко уговорила на рыбу и креветки, приготовленные на гриле. Быстро, вкусно и полезно.

И пока Сергей пошёл на кухню за продуктами, мы с Мирой снова пошли в теплицы, держась за руки.

- Серёжа просто меня хорошо знает. Знает, что я не стану себя переделывать и жить по чей-то указке… Знает, что я часто бываю на кладбищах и хорошо понимает, что это далеко не всем нравится. Про одобрение вообще можно даже не говорить… Он за меня переживает. Знает, что я полна не самых приятных сюрпризов – и боится, чтобы мне не сделали больно… Не обижайся на него, пожалуйста.

- Я не обижаюсь на него, Солнышко. И очень хорошо понимаю.

Она выдыхает, но всё равно продолжает:

- Он просто трезво смотрит на мир и людей… И для него наша поездка была нашим же испытанием… Да я и сама переживала очень… И боялась… Надеялась, но всё равно боялась…

- Боялась, что я тебя оставлю? – я остановился и положил миски на пол, а потом обнял Миру за талию, пытаясь заглянуть в её опущенные глаза.

Она просто пожала плечами, а потом тихо произнесла:

- Боялась, что ты не сможешь принять это во мне… Боялась, что это уже перебор…

- Ты же говорила, что со мной не боишься… – прошептал и прижался губами к её лобику, плотнее укутывая в свои объятия и отогревая дальше всё ещё замёрзшую Душу…

- С тобой не боюсь… Боюсь без тебя… Уже боюсь…

- Не бойся – я с тобой… – глажу её по спинке и целую в височек, безуспешно стараясь заглянуть в любимые глаза.

- Андрюша, это же ещё не всё…

- И мы будем справляться вместе.

Она робко подняла на меня свой взгляд – прекрасный, глубокий и безбрежный.

Погладил её по бархатистой щёчке, едва касаясь, очертил контур губ большим пальцем.

- Я тебя люблю, Мира. И готов принимать тебя такой, какая ты есть…

Она вдохнула, собираясь что-то ответить, но я не дал ей этого сделать, трепетно прильнув к манящим губам. Целовал её, тягуче медленно касаясь её губ, немного прихватывая их, наслаждаясь медовой сладостью. У Миры вырвался лёгкий стон и она прижалась ближе ко мне, скользя руками по спине, то нежно поглаживая, то легонечко впиваясь своими коготочками.

- Хорошая Моя. – Тихо прохрипел и сделал вдох, ведь воздух нам сейчас очень пригодится.

- Не понимаю, как это? – мы легонечко касались губ друг друга, медленно выныривая из долгого страстного поцелуя. – Я же сейчас с тобой. Но мне всё равно тебя не хватает… Как может быть мало того, кто и так рядом?..

- Сам пытаюсь это понять. – Сглатываю, не в силах вырваться из омута её взгляда: в широких чёрных зрачках моё отражение в обрамлении тонкой линии синей радужки. – Чаровница ты моя… Любимая…

Щебетание птичек снова сливается с шелестом свежей листвы, а нотки морского аромата Миры сплетаются с насыщенным цветочным ароматом, который пропитывает собою здесь абсолютно всё…

И мы вновь тянемся друг к другу, будто желая надышаться перед очередным погружением на глубину…

«Молодёжь! Вас сегодня ждать?!» – улавливаю краем сознания шутливые оклики Сергея.

- Уже идём! – первой опомнилась Мира и схватила меня за руку, побежав вперёд. Потом быстро спохватилась – и мы вернулись за оставленными на дорожке мисками…

*****

Вечер плавно переходил в ночь.

Довольные и наигранные дети снова попросились раньше спать. Мира выполнила своё обещание – и научила Ваню новому акробатическому трюку, который он теперь будет отрабатывать с Сергеем. А малышку-Полечку научила плести простую косу, перекладывая пряди, сказав, что девочке важно уметь обращаться со своими волосами.

Конечно, я от всего этого далёк, и не знал, что сейчас есть так много разнообразных шнуровок и тренажёров для деток, позволяющих в раннем возрасте нарабатывать навыки и разрабатывать мелкую моторику.

С улыбкой вспоминаю, как сам помогал ей соединять при помощи цветных шнурочков тельца с крылышками забавных божьих коровок и бабочек.

И как же я хотел, чтобы в будущем у нас с Мирой были свои дети, с которыми можно так же поиграть, сидя на траве под большой елью… Видеть восторг в искренних детских глазах от, казалось бы, несущественных, но таких важных для них действий…

Как же приятно и радостно открывать кому-то этот непростой, но такой чудесный мир…

Прижал Миру ближе к себе.

Сейчас мы снова сидели на полюбившихся качелях и досматривали закат.

- Видишь, как интересно очерчены золотом кучевые облака снизу, где их подсвечивает солнце?

- Да. – Прижался губами к её височку, любуясь насыщенными фиолетовыми облаками, напоминающими сладкую вату в нежно-розовой комнате.

- Это называется «абрис».

- Я слышал от Киры, но выглядит это гораздо лучше…

- Продвинутый ты. – Ухмыльнулась она.

- В меру. – Невесомо поцеловал её в щёчку, хотя очень хотел долго пить её любовь, жадно и страстно целуя. – Сегодня я хочу полностью посмотреть с тобой закат – он волшебный. – Произнёс полушёпотом напоминание себе, а Мира положила голову мне на плечо.

- С тобой каждый миг становится волшебным… Противоречиво… И незаслуженно… Но факт.

- Мира, ты заслуживаешь самого лучшего.

- Я себя лучше знаю, Андрюша… – она вздохнула и почти беззвучно добавила. – Я по-прежнему разрушитель…

- Это не так.

- Так… И всё имеет свою цену… И я боюсь её узнать…

- Ты уже за всё заплатила, Мира. Даже переплатила.

- А если нет? – она вздохнула, на мгновение опустила взгляд, а потом снова продолжила смотреть вперёд.

- Без «если». Мира, верь в хорошее. Пожалуйста, Солнышко Моё.

- А вот солнышко как раз с нами попрощалось на сегодня…

Ещё несколько минут мы досматривали, как лучики солнца махали нам на прощание, постепенно растворяясь в небе, которое за эти несколько минут поменяло насыщенность своего цвета от бледно-розового через малиновый до тёмно-бурого.

- Вот и всё. – Прошептала Мира, а я заметил, что на небе начали появляться звёзды.

- Не всё, а лишь переход в другое время суток…

Мира ухмыльнулась, выныривая из каких-то своих мыслей.

- Пошли, Андрюша. День выдался насыщенным, а я тебе обещала аквариум показать. Да и ты ещё с одним пушистым обитателем этого дома не познакомился… – хохотнула и взяла меня за руку.

Наверное, даже если бы мы сегодня захотели пройти мимо аквариума, у нас бы это не получилось.

- Вот это да… – не смог сдержать своего восторга.

- Похоже, что Серёжа нам его специально оставил включённым. – Хохотнула Мира и мы пошли к диванчику в гостиной, чтобы было удобнее наслаждаться этим чудом.

- Как тебе вообще такое в голову пришло? – спросил полушёпотом, будто боясь разрушить эту красоту, любуясь, как поднимаются вверх и опускаются вниз большие и маленькие цветные капли-метаморфы, а на фоне всей этой таинственной мистерии плавают экзотические цветные рыбы и «спят» морские звёзды, прилепившись то к камню, то к стене аквариума. Водоросли медленно колышутся, а я уже мечтаю поехать с Мирой в наш медовый месяц на красивый безлюдный остров с коттеджем, расположенным на сваях прямо в океане, где будет специальное окошко в полу, через которое можно будет наблюдать за рыбами. – Ты дайвинг любишь? – озвучил мысль, крутившуюся на языке.

- Люблю. – Прошептала в ответ Мира.

- У меня в детстве был такой ночник лава-лампа… – всё-таки я вернулся к теме.

- У меня тоже… Волшебство в чистом виде… – она мечтательно улыбалась.

- Согласен. – Поцеловал её в височек.

- Вот и захотелось объединить в одно чудо аквариумистику и волшебство лава-лампы.

- Получилось офигенно! – поцеловал её в щёчку.

- Мне тоже нравится. Знаешь, я рада, что всё-таки получилось его сделать. Мы очень долго провозились с проектом и мастера мне постоянно доказывали, что это невозможно… Не знаю… То ли я такая капризная раньше была, то ли просто хотела осуществить свою мечту, несмотря ни на что и вопреки всему… Серёжа мне давал карт-бланш на всё… И я в чужом доме воплотила свои тогдашние мечты…

- Мира, но ведь теперь у тебя есть возможности воплощать свои мечты для нас…

- Возможно. – Она вздохнула и пожала плечами.

- Мира, точно.

- Хорошо, Андрюша. – Быстро согласилась она, похоже, не придав этому большого значения, а зря, ведь по приезду в Киев у меня уже были намечены определённые планы…

Несколько минут мы смотрели на чудесный ночной «подводный мир» молча.

- Знаешь, Серёжа очень любит по вечерам смотреть на этот аквариум… Он впадает в своеобразный медитативный коматоз. – Мира хохотнула. – Конечно, его понять можно: постоянные командировки, как и у тебя. Своя фирма… Постоянные заботы, стрессы… А дома ещё целый зверинец, жена и двое малолетних детей…

- Это счастье, Мира… Самое настоящее счастье… – погладил её по щёчке, нежно поворачивая личико к себе, и мы забылись с ней в долгом чувственном поцелуе…

«А у меня пока такое счастье… Родное и моё…» – шептал внутренний голос, пока я изо всех сил старался не поддаваться своим порывам и желаниям, чтобы выполнить обещание, данное Мире… и не спугнуть её…

Глава 67

Андрей

Улыбнулся, когда мы проходили мимо Джека и Молли, спавших в обнимку.

Воистину, дом, где царит любовь, полон чудес…

А потом мы зашли в комнату шиншиллы, в которой было прохладнее, чем во всём остальном доме.

- Для неё оптимальная температура от восемнадцати до двадцати одного градуса. Двадцать пять – уже критичная, ведь у шиншилл нет потовых желез, а шубка очень плотная, поэтому они легко перегреваются.

- Понятно. – От вида забавного серенького пушистого зверька с белым животиком, «перчаточками» и «носочками», а также такой же белой «кисточкой» на хвостике хотелось улыбаться, но от понимания того, насколько они уязвимы, было грустно. – Поэтому она и живёт отдельно?

- И не только. – Мира подставила специальный трапик ко входу огромной трёхэтажной витрины и открыла дверцу, выпуская потешного зверька, уже «танцующего» от нетерпения, на свободу. – В природе они живут в горной местности, поэтому очень любят «забиваться» во все щели, в которых их сложно обнаружить, или попросту не достать. А ещё они грызут всё подряд, а пищеварительная система у них слабая, да и банально могут куда-то запрыгнуть – и провод перегрызть… И тут уже не спасти… – Мира грустно вздохнула, а я взял её за руку, поглаживая.

Шиншиллка же была довольна. Что-то «чикнула», быстро метнулась к двери, отбившись от неё задними лапками, переворачиваясь, а потом просто запрыгнула мне на ногу. Убедилась, что я на неё смотрю – и дразняще подпрыгнула несколько раз, после чего резво сбежала, спрятавшись за деревянный куб полуметровой высоты.

Мы с Мирой засмеялись от проделки этой проказницы.

- Похоже, что здесь у неё свои аттракционы. – Я с улыбкой рассматривал деревянные пьедесталы и лабиринты для зверушки.

Мира хохотнула:

- Точно. И сейчас мы с тобой тоже входим в их число. – Мы вместе прыснули со смеху. – А вообще, здесь всё для её радости и удобства. Давай сейчас аккуратно пройдём, чтобы не наступить на неё, и присядем на эти подушки – быстро мы отсюда не уйдём. – Хохотнула Мира. – А Звёздочка Шуня-Пушуня… – я не сдержал своего смешка, а Мира продолжила, посмеиваясь. – Да, это её полное имя.

- Прикольное такое!

Мы с Мирой искренне засмеялись.

- Согласна. Так вот она сейчас с тобой будет активно знакомиться. Ты уж прояви внимание!

- А как?! – пытался сдержать свой смех.

- Ты же, вроде, опытный мужчина! – продолжала хохотать Мира.

- «Вроде», да? – притянул смеющуюся Шкодинку к себе поближе и поцеловал в лобик.

- Ладно, без вроде! В общем, задобри «девушку» вкусняшкой! – подколола меня Мира, заливаясь от смеха.

- Хорошо, что хоть с ней можно действовать по классике! – шуточно подколол её в ответ, широко улыбаясь.

- Понятно! Пошли «наезды»! – приняла мою «игру» Мира и быстро подавила свой смех, а потом начала медленно подниматься на носочки, гипнотизируя своим взглядом и игриво улыбаясь. Нежно погладила меня по груди и неспешно скользнула руками вверх, обвивая мою шею. – Хочешь поругаться? – прошептала, слегка прихватывая мою губу своими.

- Люблю наши перепалки… – прохрипел в ответ. – И обожаю, когда ты такая, Мира… – она довольно улыбнулась и провела кончиком носика по моему подбородку. – Если мы всегда так будем ругаться, Любимая… – прошептал ей в губы и не удержался от страстного поцелуя.

Конечно же, нам быстро напомнили, что мы здесь не одни – и мы с Мирой всё-таки дошли до десятка больших напольных турецких подушек, расположенных у стены, заняв самую большую, напоминающую уютный диванчик. Рядом с ней стояло несколько баночек, наверное, с теми самыми вкусняшками, по которым и начала прыгать зверушка.

Мира открутила жестяную крышку и вручила мне кусочек ароматной сушёной груши:

- Дай, пожалуйста, Звёздочке.

- А я уж подумал… – пожимаю плечами и, дурачась сквозь смех, подношу сушку ко рту.

Мира засмеялась, а вот Шуня-Пушуня заскочила ко мне на колени и пристально смотрела своими тёмными глазками-бусинками за медленным движением этого кусочка.

- Не дразни Звёздочку! – Мира в шутку легонечко пихнула меня по плечу.

- Даже в мыслях не было. – Поцеловал Свою Шкодинку в щёчку и отдал угощение пушистой шкодинке.

К моему удивлению Звёздочка запрыгнула на мою ладонь и решила прямо на ней съесть своё лакомство, забавно придерживая крохотными лапками.

Я замер, восторженно улыбаясь и боясь спугнуть доверчивую зверушку.

- Ты просто располагаешь к себе. – Прошептала Мира и облокотилась о моё плечо.

- Спасибо большое, Солнышко. – Искренне прошептал в ответ, а Звёздочка доела свой кусочек, но не спешила спрыгивать с моей ладони, зато начала игриво покусывать пальцы.

- Не давай ей увлекаться, а то сильно укусит. – Предупредила Мира и погладила её по спинке, а потом начала почёсывать её сбоку шейки и до крохотной передней лапки. – Ей так очень нравится. – И я это увидел по довольно улыбающейся зверушке, которая вытягивала шейку и лапку, а также прищуривала глазки.

- Просто чудо какое-то. – Широко улыбался, сам почухивая Шуню так, как показала Мира. – Она же меня совсем не знает.

- Она очень хорошо чувствует людей. А ещё ты её не обижаешь, а наоборот угостил. Кстати, к тебе ещё вернутся с «вымогательством». – Засмеялась Мира, а я её поцеловал в щёчку.

Сейчас на меня нахлынуло желание домашнего уюта и захотелось хоть что-то запланировать на наше с Мирой будущее.

- Солнышко, по тебе пока не понятно: какое домашнее животное ты бы себе хотела.

- Ох, Андрюша. Домашнее животное предполагает наличие кого-то дома. Иначе это просто издевательство над животным… Поэтому пока никого не хочу. Нам бы с тобой находить время друг для друга. – Мира вздохнула, а шиншиллка перепрыгнула к ней на ладони. Мира приподняла её на уровень своих глаз – и они уткнулись носиками друг в друга. Звёздочка при этом обхватила кончик носика Миры лапками.

Я аккуратно достал телефон и сделал несколько милых, но забавных снимков.

Потом Звёздочка поскакала резвиться, веселя нас с Мирой.

- Такая потешная… – стараясь не громко смеяться, наблюдал за тем, как шиншиллка то прячется от нас, то грызёт уголок своих деревянных аттракционов, то прыгает по нашим с Мирой ногам и рукам.

- Правда чудная. – Тихо смеялась Мира, а потом добавила. – Она особенная. И у неё есть своя история появления здесь. Ведь то, что достаётся с трудом, потом и больше ценится…

- Согласен. Расскажешь её историю? – глянул на Миру, продолжая почухивать Звёздочку по шейке.

- Тогда Катя была беременна Ваней. Ни Джека, ни Молли у них ещё не было – только рыбки. У неё День рождения тридцатого января. И она несколько месяцев говорила о том, что на День рождения хочет именно шиншиллу. Серёжа договорился с одним заводчиком, что мы приедем как раз тридцатого числа – и заберём зверюню. У него должны были купить и всё необходимое, включая клетку, поилку, кормушку, все необходимые погрызушки, корм, сено, специальный песочек для купания. В общем, там тот ещё список.

Мы с Мирой ухмыльнулись, а Пушуня пошла нам показывать, как она купается в песочке, потешно перекручиваясь в нём.

- Если шиншиллы намокнут, то потеряют шёрстку – и погибнут. Они живут в горах Северной и Южной Америк. Как раз там, где не бывает снега.

- Понятно. Они совсем нежные.

- Да. И далеко не всем их под силу содержать, хоть они и гипоаллергенные…

- Понимаю. Ещё и тельца у них очень хрупкие.

- Это точно. Так вот тогда Серёжа с трудом нашёл подходящую шиншиллу. Разводят их всё-таки не так и много людей. Но так получалось, что этот заводчик куда-то улетал, но в сроки мы всё равно вкладывались. В общем, не переживали. Сергей позвонил ему накануне, но абонент был постоянно вне сети. Я сказала ему не паниковать и что завтра всё будет хорошо. Но, как ты понимаешь, тридцатого ситуация повторилась – абонент был по-прежнему вне зоны. Возможно, что рейс отменили из-за погоды – тогда у нас здесь метели жуткие были… В общем, беременная Катя в ожидании шиншиллы, а у нас её нет. Сама не понимаю, как такое получилось, но тогда я, не задумываясь, сказала Серёже, что я найду ему сегодня подходящую шиншиллу. У меня не было сомнений, а просто полная уверенность, что всё получится. Он махнул рукой, а я начала обзванивать всех заводчиков по объявлениям в интернете. Но как назло, ни у кого подходящих шиншиллят не было – либо только на неделе отдали, либо можно будет забирать аж через месяц. Конечно, я старалась не расстраиваться даже после десятка неудач – и вот на самом последнем объявлении мне повезло – нашлась подходящая шиншиллка именно в Днепре (здесь имеется в виду город – прим. автора). Но за сопутствующими товарами вроде поилки, наполнителя и кормушки нам пришлось ездить по зоомагазинам. А потом мы добрались и до района этого заводчика. Чтоб ты понимал – он жил вообще на другом конце города и другом берегу Днепра (здесь имеется в виду река – прим. автора). И мы в двадцатиградусный мороз и снегопад поехали к нему. Жил он в частном секторе на спуске с горки. Дороги там были не широкие – поэтому весь счищенный снег и оставался по бокам дороги. Та зима была очень снежной, поэтому там невозможно было даже на легковушке проехать. Ни то, чтоб на джипе. Поэтому машину мы оставили наверху, а сами направились в пешее путешествие, чуть ли не кубарем скатываясь с раскатанной горки, присыпанной снегом. Ну, ничего – мы так просто не сдаёмся – отряхнулись и позвонили заводчику. – Мы с Мирой хохотнули, а я её обнял сильнее. – Шиншиллка сразу же пошла к нам на руки. Но, когда дело дошло до самой её передачи, то оказалось, что мы с Серёжей забыли купить переноску. Ох, пришлось Звёздочку сажать в коробку и закрывать, чтобы не выскочила по пути. Её аккуратно несла я. Серёжа же тащил клетку, корм и сено. В общем, как мы лезли на эту горку – можно было фильм снимать… – Мира засмеялась. – Ох, кое-как забрались на карачках. Долго потом в машине смеялись, но уже тогда поняли, что это будет не просто домашний питомец и никто её никому не отдаст. Заводчик называл её Звёздочкой из-за светло-серенького пятнышка на лобике. Я предлагала имя Шуня, а Кате нравилось Пушуня… По итогу назвали Звёздочка Шуня-Пушуня. – Шиншиллка снова запрыгнула мне на руки. – Может, конечно, показаться, что ей здесь одиноко, но она ночной зверёк, хоть с удовольствием играет и днём. Детки её очень любят и не обижают. Даже Полинка относится к ней ответственно и бережно. Да и она очень умная.

- Да. Я вижу. – Гладил Пушуню по спинке, пока она пыталась расстегнуть мои часы.

- Возможно, это странно, но она всегда напоминает мне, что я всё могу, если захочу… У меня такое бывает. Мы подобным образом вернули кошелёк, который Соня потеряла в час-пик в маршрутке.

- Ого!

- Да. Представляешь, как оказалось, никто даже не позарился. Она тогда блокировала карты, еле сдерживая слёзы, ведь у неё там была очень важная визитка, а номер она забить в телефон не успела… Я ей тогда тоже сказала, что верну её кошелёк. Вот снова просто само вырвалось. Мы тогда взяли такси и поехали в тупик маршруток. Объяснили ситуацию, а нас попросили описать кошелёк и его содержимое. Соня справилась – и нам его вернула диспетчер, сказав, что женщина его передала водителю…

- Неожиданно.

- Да, есть порядочные люди.

- Согласен.

- Но я думаю, что дело в сильных намерениях и решительности – они очень помогают даже чтобы просто везло… Ведь у меня так тоже получилось при переезде в Киев…

- Да, сила намерения и решительность творят чудеса.

- Но у тебя без трудолюбия всё равно бы ничего с компанией не получилось – это всё-таки не «бытовая мелочь».

- А, может, я и не про компанию вовсе… Есть у меня одна Любимая Девочка. – Улыбнулся и потянулся к её манящим устам.

От автора

Здравствуйте, мои дорогие Читатели :)

Благодарю, что продолжаете следить за историей Миры и Андрея :) Для меня это невероятно ценно и очень приятно :)

Честно, вот не от нечего делать написала все эти истории… Это наглядные и жизненные ситуации, когда намерение и решительность побеждали обстоятельства… Надеюсь, что они помогут вам больше верить в себя… :-)

История не бесконечна и я многое отфильтровываю, но иногда наглядный «абсурд» способен в нужный момент дать больше, чем философские трактаты…

От Души желаю всем нам Мира, Добра, Благоразумия, только хороших событий в жизни и, конечно же, крепкого Здоровья :) Всегда с уважением и любовью, ваша Лена :)

Глава 68

Андрей

Около двух часов мы играли с милой зверушкой, при этом не забывая много целоваться.

Казалось, что это наша уютная семейная жизнь, где каждый вечер мы проводим вместе…

Легко и непринуждённо…

Где больше не надо искать способы и возможности для встреч…

Где есть наш мир, в который возвращаешься каждый день после трудовых будней, и чувствуешь себя нужным и важным…

Где видишь огонь в ЕЁ глазах – и понимаешь, что твои глаза тоже горят от счастья…

Любовь заразна…

Любовь многообразна…

Любовь хрупка…

Любовь сильна…

Но сейчас она проверяет нас…

Нагулявшаяся Звёздочка сама ловко запрыгнула по трапику в свой домик, прикольно попила водички, напоминая серую капельку, когда тянулась к кончику поилки, а потом довольно растянулась на полке. Но всё равно быстро вскочила на задние лапки, когда услышала шуршание сушёного подорожника – и с удовольствием приняла угощение.

- Андрюш, – прошептала Мира, когда мы попрощались с Шуней. – Понимаю, что уже поздно, но я очень хочу посмотреть тот фотоальбом, который мне подарили ребята…

- Хорошо, Солнышко. – Поцеловал её в щёчку, очень надеясь, что она предложит совместный просмотр, но в то же время, отгоняя от себя эти мысли.

«Она не обязана делиться с тобой вообще всем», – стояла фраза в голове.

- Андрюш, если хочешь…

- Конечно, хочу! – не веря своим ушам, согласился сразу на всё.

Мира хохотнула.

- Я про фотографии… – она смущённо опустила взгляд.

- И я про них же. – Мира прыснула со смеху, а я остановился и аккуратно притянул её к себе, бережно обнимая. – Я правда про фотографии, Солнышко. Я просто не надеялся, что ты захочешь мне их показать. Самому лезть к тебе в Душу или смотреть втихаря – некрасиво… Поэтому я просто ждал и надеялся…

- Со мной придётся долго ждать и много надеяться, Андрюша. – Она вздохнула и потёрлась щёчкой о мою грудь.

- И я к этому готов, Солнышко… – поцеловал её в макушку и погладил по спинке.

- Тогда давай сейчас смоем с себя пушки после Звёздочки, а потом ты придёшь в мою спальню.

В груди запылало от её предложения, но я постарался абстрагироваться от ненужных мыслей, ведь мы просто вместе посмотрим её детские фотографии…

*****

- Почему-то здесь мне не хочется плотно задёргивать шторы… – Мира задумчиво смотрит на кусочек луны, заглядывающий в наше окно, а потом начинает улыбаться. – Зато утром первые лучики солнца будут мои. – Она хохотнула и подсела ближе ко мне, а я её просто обнял.

Мы сидели на её кровати, облокотившись на спинку с подушками. Оба были в домашних комплектах, состоящих из футболок и штанов. Также Мира не забыла надеть под футболку топ, чтобы даже намёка не было на провокацию с её стороны.

Поцеловал в лобик свою предусмотрительную Малышку, чтобы так не переживала.

На моих коленях уже лежал тот самый огромный фотоальбом.

Мира выдохнула и с трепетом его открыла.

На первой же страничке её фото из роддома – беззубо улыбающаяся синеглазая кроха в розовом бодике и таком же чепчике.

- Ты только на детских фото меня в розовом увидишь! – засмеялась она, а потом тяжело вздохнула, перевернув страничку. – Это моя мама – Инна Александровна, а это папа – Виктор Андреевич. Твой тёзка наоборот. – Она нервно хохотнула. – В общем, вот так…

- Хорошо, Солнышко. – Поцеловал её в височек и погладил по плечику, прижимая ближе к себе. – Вы похожи с родителями.

- Внешне… – она ещё раз вздохнула. – Но это не точно.

- Хорошая Моя, с тобой всё в порядке. – Прошептал, а Мира посмотрела на меня удивлённым взглядом и неуверенно кивнула, поджав губы.

- А вот и Серёжа. – Быстро перевернула страницу и свернула тему Мира.

- Практически не изменился.

- Внешне – да, просто зануднее стал! – прыснула со смеху Мира, а я её поцеловал в височек, назвав Шкодой.

Дальше были фото, где Мира со своими друзьями со двора ещё в колясочках…

Потом был детский сад и фото со сбитыми коленями…

Фотографии с бабушками и дедушками…

Её первые шаги на сцене и школа…

Они с друзьями на санках, лыжах, лепят снеговиков и крепости, а потом играют в футбол…

Были фото, где Мира перелазит через заборы и бродит по крышам гаражей, сидит на деревьях и тискает котов.

- Точно – Шкода. – Повторял я периодически, а она становилась всё более задумчивой…

Фото с родителями и с Серёжей, где они выглядят очень счастливой и гармоничной семьёй…

В какой-то момент её фотографий с родителями больше нет, зато есть много фотографий с её дружбанами…

В этом альбоме Мира росла на глазах, но вместе с этим на её глазах я начал замечать слёзы…

Завершала же альбом свежая фотография Миры с тремя амбалами – её дружбанами. Как я понял – оно с празднования её Дня рождения с ними, ведь Мира была в своей эпичной футболке, картонной короне и с ленточкой с многообещающей надписью. Они обедали на берегу Днепра в шикарном ресторане-корабле.

- Похоже, что твои дружбаны в состоянии тебя защитить… – попытался подбодрить поникшую Миру, а ведь всё так хорошо начиналось…

- Да. И мы правда просто друзья.

- Я знаю, Солнышко. – Проложил невесомую дорожку поцелуев от её височка до уголка губ.

Мира повернулась ко мне и ответила.

Но в этом поцелуе чувствовалась боль и горечь – будто она хотела забыться…

Всей Душой я хотел ей помочь, но почувствовал слёзы на её щеках, а потом услышал тихое: «Прости».

- Всё в порядке, Солнышко. – Попытался её успокоить и уже аккуратно сцеловывал её слёзки, ласково поглаживая по спинке.

- Оказывается, это не просто… Посмотреть на себя со стороны – и увидеть надлом…

Мы оба сглотнули.

Конечно, я не ожидал, что просмотр её милых детских фотографий, именно так скажется на ней.

- В жизни бывают трудности. Всё наладится, Солнышко.

- Серёжа о тебе знает, а они – нет… И я до их приезда сюда ничего говорить даже не планирую… Не хочу лишних разговоров и навязывания их точки зрения… Не хочу слышать про Павла, их фирму и ещё кучи упрёков в свой адрес… Разве нормальные дочери так поступают?

Она смотрела мне в глаза, а по её щеке медленно скатывалась слеза. Не дал ей упасть, аккуратно стерев, но не разрывая нашего важного зрительного контакта.

- Ты просто к себе слишком строга, Мира… А твои родители к тебе несправедливы…

- А может, всё наоборот? Я ведь делаю так, как считаю нужным…

- Ты в своём праве, Мира…

Она горько усмехнулась и опустила взгляд:

- Андрюш, я так сильно потерялась… Сейчас пытаюсь вернуться к себе прежней… Но назад дороги нет: есть жизненный опыт, который не отбросишь… Но именно он увёл меня от меня… Раны заживают и не болят, но шрамы остаются… А душевные шрамы… Они ноют постоянно – и залечить их не получается… Можно только ненадолго отвлечься… А порой так хочется просто быть хорошим человеком…

- Ты очень хороший человек, Мира. – Прижимаю её к себе и аккуратно вытираю слёзы.

- Не очень… И не хороший… Иногда пытаюсь такой быть… Но хорошие люди не эгоистичны… И не причиняют другим вред. – Она ухмыляется. – Это не про меня, Андрюша. Не про меня…

- Мира… Хорошая Моя…

- Я догадываюсь, что ты мне сейчас хочешь сказать, Андрюша. Не надо. Просто останься со мной сегодня. Рядом. Просто рядом. Мне страшно сейчас оставаться со своими мыслями… День такой…

- Конечно, Солнышко.

- Андрюш, просто рядом. Понимаешь? – она с надеждой и мольбой заглядывала в мои глаза.

- Понимаю, Мира. Не бойся меня, пожалуйста. Я тебя не трону, если сама не захочешь.

- Сегодня точно не захочу, Андрюша. Прости. Я снова веду себя, как эгоистка. Я понимаю, что это плохая просьба. И тебе будет сложно.

- Мира. Не наговаривай на себя, пожалуйста. – Глажу её по щекам, попутно стирая слёзы. – Мы просто будем спать в одной постели. Любящие люди так тоже делают. У нас с тобой всё равно всё по-своему. Вот давай и начнём не как все, а просто со сна. Я тебя люблю и не обижу, Солнышко.

- Я знаю, Андрюша.

- Тогда давай спать.

- Давай.

Мы долго смотрели друг на друга, так и не решаясь лечь в постель.

А потом я взял альбом и переложил его на прикроватную тумбочку.

- Спасибо большое, Андрюша. – Прошептала Мира и мы поправили подушки.

Молча забрались под одеяло, но всё ещё держали дистанцию.

Я погасил свет, но луна нам сегодня заменяла ночник. А ещё она серебрила шикарные волосы Миры. Я засмотрелся и почувствовал, как Мира вложила свою ладонь в мою.

Поцеловал её нежную ручку, не забывая про каждый пальчик.

Мы пожелали друг другу доброй ночи, а потом я услышал, как Мира всхлипнула.

- Ничего я тебе не сделаю, Солнышко.

- Я не по этому. – Прошептала она.

- Я знаю и просто хочу, чтобы ты ещё раз это услышала. Я тебя люблю, Солнышко.

- И я тебя люблю, Андрюша. И всё понимаю. Правда. Прости.

- Мира, душевная боль не проходит за несколько дней… Порой люди с ней живут всю жизнь… Но мы с тобой постараемся справиться.

Мира вздохнула, а я притянул её поближе и повернулся на бок. Она уткнулась своим носиком мне в грудь и притихла.

Перебирал пальцами её шелковистые волосы, ласково гладил по спинке, стараясь дать максимальное ощущение уюта, заботы, любви и нежности… А когда она в ответ обняла меня, то выдохнул и поцеловал её в макушку.

«Да уж, Андрей… Сегодня у тебя будет непростая ночь…» – думал я, чувствуя лёгкую приятную щекотку от её тёплого дыхания… А ещё её хрупкое изящное тело, тепло от которого завораживало, дурманило и манило…

«Держи себя в руках, раз обещал. Цени ЕЁ доверие и понимай, что не всегда наши желания совпадают с нашими возможностями. Она не запрограммированный робот – и всегда хотеть и быть готовой не обязана… Всему своё время…» – урезонивал и успокаивал меня мой внутренний голос.

Постепенно наши сердца уже не бились так гулко – и я почувствовал, что Мира засыпает.

Поцеловал её ещё раз в макушку и сам начал проваливаться в сон…

Глава 69

Андрей

Всю ночь старался чутко и осторожно спать, чтобы случайно не придавить Миру.

Периодически просыпался, не веря своему счастью, и аккуратно гладил её по спинке, убирал пряди волос с лица, вдыхал её аромат и просто наслаждался её размеренным дыханием, которое грело и одновременно щекотало область моего сердца… А ощущение её тёплой ручки, расслабленно обнимающей меня, грело мою Душу…

«Моё Счастье ещё ближе», – шептал мой внутренний голос, и я снова проваливался в сон, чтобы потом вновь проснуться – и почувствовать, что ОНА – моя и этот сон стоит больше любой интимной близости…

Сейчас она доверяет мне свой покой…

Утром просыпаюсь немного раньше Миры – и с нежной улыбкой любуюсь, как тёплые солнечные лучики осыпают её локоны позолотой, создавая вокруг них светящийся ореол…

«Моя волшебная Красавица… Моя Чаровница…» – восхищённо шептал про себя, боясь даже невесомо погладить её, чтобы не разбудить раньше времени и не потерять эти драгоценные минуты моего тихого счастья…

Почувствовал, как медленно завозилась Мира, глубоко вдохнула, погладила меня по спине и потёрлась носиком о мою грудь.

- Доброе утро, Солнышко. – Прошептал подсевшим голосом.

Она подняла свою голову и сонно промурлыкала:

- Доброе утро, Андрюша. – Трепетная нежность завладела мной.

- Как спалось? – погладил её по щёчке.

Мира изящно перевернулась на спинку и довольно потянулась:

- Отлично, Андрюша. Спасибо тебе большое. – Она посмотрела на меня и зажмурилась от лучиков солнца, падающих ей на лицо, а потом подвинулась немного вверх. – Я же говорила, что они будут мои! – хихикнула Моя Малышка, а я не удержался от чувственного поцелуя.

Мира обвивала мою шею руками и ласково перебирала волосы на затылке, а мне сейчас до безумия захотелось зацеловать её всю, но всё же решил обойтись сонным милым личиком.

Аккуратненький носик, переносица, изящные линии бровей и гладкий лобик… Снова слегка припухшие медовые губки и бархатистые щёчки, красивые скулы…

Мира довольно улыбалась, ласково шепча моё имя, а я аккуратно убирал её волосы с ушек и шеи, желая ещё хоть немного продвинуться в нашем сближении.

Нежно поцеловал мочку ушка и начал очерчивать поцелуями контур её лица, медленно спускаясь к изящной шее.

Почувствовал, как Мира напряглась и посмотрел ей в глаза:

- Я только поцелую, Солнышко.

Она промолчала, сглотнула, глубоко вдохнула и замерла.

- Хорошая Моя, просто расслабься – я только поцелую… Правда. – Кивнул ей с лёгкой улыбкой и невесомо прошёлся подушечками пальцев по её шейке, но заметил, как лучик солнца высвечивает на ней какие-то тончайшие светлые ровные линии, пересекающиеся между собой.

Ещё раз аккуратно провёл ладонью, убирая «волосы» с её шейки, но даже с третьего раза у меня ничего не получилось.

Догадка острой болью пронзила сердце, а Душу разрывало от муки и безысходности.

С ужасом посмотрел в любимые синие глаза Миры – и увидел в них страх и боль… Подступающие слёзы, размывающие моё отражение.

- Мира, это шрамы? – просипел дрожащим голосом и сел на кровати.

Мира попыталась сбежать, но я вовремя её перехватил и усадил к себе на колени.

- Солнышко Моё Любимое, я никуда тебя не отпущу. Понимаешь? Я хочу просто с тобой поговорить.

Она пытается надёжнее прикрыться волосами и старательно сдерживает слёзы.

Обнимаю её, привлекая ближе к себе, прижимаюсь губами к холодному лобику и шепчу:

- Я тебя люблю, Мира. Люблю. Просто ответь, что это за шрамы и откуда? Для меня… для нас это очень важно… Мы справимся со всем вместе, Родная. Доверься мне, пожалуйста.

- Только не смей меня жалеть! – она посмотрела прямым взглядом мне в глаза, не давая слезам пролиться. – Пожалуйста… – уже более мягко добавила она. – Мне не нужна твоя жалость. Если мы хотим быть вместе, то так или иначе, с этим жить придётся… Я не хочу каждый раз думать и чувствовать, что ты со мной из жалости… Ты же принимаешь все мои закидоны, как есть, и я тебе за это очень благодарна. А это всего лишь тело, Андрей…

- Это просто бесчеловечно… – аккуратно прижал её к себе, замечая, что с моей, ещё совсем недавно тёплой и румяной Малышки, разом сошли все краски и даже тело стало прохладным, словно из него стремительно ушла жизнь…

«Какой же я идиот! – мысленно ругал себя. – Не мог промолчать…»

Но сам же понимал, что не мог…

- Могло быть и хуже. – Прошептала она, отстранённо смотря в сторону. – Это минимальные последствия… – Мира тяжело вздыхает, скользит по мне взглядом, но не поднимает его, будто стыдится…

- Это… – с трудом просипел я, чувствуя, как ужасно сдавило голову, будто тисками, а грудь, словно каждую секунду протыкают раскалённым прутом.

- Это я привезла из Эмиратов… «Сувенир», так сказать… – горько усмехнулась она.

- Мира… – стараюсь противиться инстинктивному желанию – и не сжимать кулаки, ведь мне сейчас просто необходимо её нежно гладить и успокаивать, поддерживать и продолжать согревать и отогревать, возвращать потерянную веру в мужчин и любовь, которые я думал, что почти вернул ей…

Она вздыхает и аккуратно дотрагивается своими пальчиками до моей груди, а я чувствую даже через футболку, что они ледяные. Накрываю её ручку своей тёплой ладонью и всё равно «слышу», как колотится моё сердце.

- Разве бывают такие, как ты?.. – в её глазах по-прежнему стоят боль и слёзы…

- Мира, что с тобой тогда делали? – сипло прошептал, буквально выталкивая каждое слово из себя.

- Ничего такого, чего нельзя было бы пережить… – она поджимает губы, а я вспоминаю слова Сони про иглы под ногти – и у меня буквально всё сводит внутри от всего того ужаса, через который ОНА прошла, но всё равно продолжает держать это в себе. – Просто попытались объяснить мне, что лучше принять неизбежное без сопротивлений. – Она горько усмехнулась и опустила взгляд.

Я тяжело выдохнул и прижался губами к её холодному височку.

«Совсем вся ледяная…» – выл мой внутренний голос, сердце бешено колотилось, внутри поднималась волна гнева, готовая захлестнуть всех, кто хоть пальцем прикасался к Моей Маленькой Девочке и довёл ЕЁ до такого состояния...

Но сейчас я просто плотно сжимаю челюсти, одновременно стараясь нежно обнимать Мирославу, чтобы не стиснуть слишком сильно и не сделать ЕЙ больно. Аккуратно глажу её волосы и спинку.

- Андрюш, давай не будем об этом. Я хочу это забыть – и не хочу, чтобы ты знал… Не хочу, чтобы жалел меня… Не хочу, чтобы это стояло между нами… Я очень боюсь этого. Но я понимаю, что бракованная – и ты уже не забудешь то, что увидел… Да и навряд ли они куда-то денутся… Если ты сможешь принять меня такой, не испытывая жалости и отвращения…

Перебил, не дав ей договорить:

- Я не хочу тебя отпускать и не смогу этого сделать, Моя Хорошая. Мы вместе со всем обязательно справимся. Не сдавайся, Солнышко Моё. Ты же никогда не сдаёшься – всегда идёшь вперёд. Мы со всем справимся вместе. Я тебе обещаю, Мира. Даже не думай сомневаться в этом. Просто доверься мне по-настоящему. Пожалуйста. Я люблю тебя. Больше жизни люблю. Я не смогу тебя обидеть, Мира. Ты для меня всё. Мы обязательно со всем справимся, Родная Моя… Помнишь, ты говорила, что ценится то, что достаётся с трудом… – хочу её хоть немного развеселить и сбавить градус напряжения. – У Звёздочки есть своя история её ценности… А у нас с тобой своя история, Мира… Я люблю тебя и ценю. И буду с тобой, если ты позволишь, Солнышко. Я не могу без тебя, но и заставлять тоже не буду…

По её щекам покатились слёзы.

Она просто прикрыла глаза и сидела неподвижно на моих коленях.

Моё сердце вырывалось из груди, гулом отдаваясь в ушах, но я всё равно молча сцеловывал горячие слёзы с холодных щёк…

Мысленно материл себя за то, что проявил максимальную бестактность и безжалостность…

Конечно, я хочу знать абсолютно всю правду, но я и хорошо понимаю, чего она боится…

Она не хочет, чтобы глядя на неё, я вспоминал тот ад, в который её окунули при жизни…

Боится моей жалости…

Невероятно сильная и моя…

- Ты не увидишь в моих глазах напоминания, Мира… Я смогу… Мы сможем…

Мира вздохнула и легонечко улыбнулась, открыла глаза, но смотрела всё равно куда-то мимо меня:

- Просто пока не целуй меня в шею. Со временем… попозже… Но не сейчас. – Ласково глажу её по спинке и целую в холодную щёчку. – И не зализывай мне раны, пожалуйста. – Она вздохнула и зажмурилась. – Это означает, что не надо меня облизывать – плохие ассоциации. – Коротко добавила она, а у меня внутри всё сжалось и даже подступила тошнота от предположений, что с ней могли делать…

- Мира, тебя… – она посмотрела на меня широка распахнутыми глазами.

- Нет! Нет! До этого дело не дошло – мне снова повезло…

- Повезло… – из моей груди вырвалось сиплое эхо.

«Практически искалечили, нанесли психологическую травму на всю жизнь – и это называется повезло…» – внутренне негодовал я, по спине пробегал холодок, но я всё равно обнимал её, как последнее важное и ценное, что у меня есть в этом мире… Да по сути, так оно и есть…

- Да, повезло… И всегда везло… Всегда спасали или я сама убегала… – она прижалась прохладной щёчкой к моей щеке.

- Мира…

- Это уже не важно… У меня всё равно никого не было… И я этому рада…

Меня будто холодной водой облили…

- Ты же такая красивая… Как такое вообще возможно?..

- Говорю же – просто везучая…

Капля радости в океане боли…

- И ты ни с кем?..

- Андрей! Потом узнаешь! – она засмеялась и поцеловала меня в щёку.

Мы долго молчали, прижимаясь друг к другу.

Гул наших сердец переходил в размеренный ритм, Мира отогревалась и заметно оживала.

- Я люблю тебя, Солнышко. Люблю всё в тебе, Родная…

- И я люблю тебя, Андрюша. Спасибо большое, что ты есть у меня, Родной…

Напряжение окончательно спало и меня накрыло волной щемящей нежности.

Мы трепетно и долго целовались, будто заново узнавая друг друга…

А потом был уютный совместный завтрак, на котором нас снова приглашали в гости.

Но главным для меня было то, что уезжаем из этого замечательного дома мы всё-таки вместе… Обнявшись на заднем сидении автомобиля Сергея…

Глава 70

Андрей

Знаю, что в отношениях лучше не торопить события, но чувствую, что с Мирой как раз затягивать нельзя – ей катастрофически не хватает поддержки и просто родной Души рядом…

Слишком долго одна, слишком много сама…

Да и успели мы узнать друг друга так, как многие не успевают узнать за годы…

Всё не как у людей, но я этому и рад.

Конечно, я хорошо знаю свои желания и отдаю отчёт своим действиям, поэтому и решаю в самолёте завести разговор о дате свадьбы.

- Солнышко, а когда бы ты хотела свадьбу?

- Свадьбу я вообще бы не хотела – можно просто расписаться при самых близких и дорогих людях – и достаточно. – Она мне искренне улыбнулась, а я опешил от услышанного.

- Но ты же девушка…

- Какой ты наблюдательный! – Моя Язвочка тихо хлопнула в ладоши, смеясь.

- Я в том смысле, что практически все девушки мечтают о пышной свадьбе.

- Вот ты сам сказал, что практически все. А я не все – и считаю, что важен не один день, а то, как потом люди будут жить вместе – желательно всю жизнь… Поэтому оформить отношения, чтобы быть одной семьёй и иметь больше гражданских прав в обществе, вполне обоснованно. – Я улыбнулся, осознавая, что это как раз и говорит дочь юристов, но промолчал. – Ну, и это показывает важность намерений по отношению друг другу.

- Я тебя понимаю, Солнышко. Я тоже считаю, что важно именно это. Но мне так хочется увидеть тебя в белом свадебном платье… – конечно, мне потом и очень хочется снять с Миры это платье, подвязки и все эти милые романтичные штучки, но я пока об этом промолчу. Тем более я прекрасно понимаю, что Мира даже в день нашей свадьбы может быть не готова к более близким отношениям. – Я просто очень хочу, чтобы ты была Моей Принцессой в этот день…

- А если я не хочу белое платье? – она поджала губы, боясь разочаровать меня.

- А какое ты хочешь?

- Цвета айвори. Мне он больше идёт. – Застенчиво улыбнулась, похоже, поддаваясь моей идее.

- Мне этот цвет тоже нравится. Помню, ты как-то приходила в платье этого цвета с кружевами – и выглядела так нежно… Как самая настоящая невеста… – вздохнул, погрузившись в воспоминания.

- И ты помнишь это платье? – искренне удивилась Мира.

- Я помню все твои образы, Солнышко. Они непередаваемы… И каждый остался в моём сердце… – улыбался, глядя в огромные синие глаза Миры и добавил шёпотом. – Я впитываю всё, что как-то связано с тобой…

Она молча поцеловала меня в губы. Так ласково и трепетно.

- Я думала про осень, но можно и летом. – Прошептала она, а мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чём она говорит.

- Ты тоже хочешь, чтобы мы поженились этим летом?

Мира тихо засмеялась.

- Ну, раз тоже… Значит, тоже!

Мы счастливо улыбались друг другу.

- Как тебе седьмое июля? Многие стремятся пожениться в этот день. Символично – две семёрки – крепкая семья… Сейчас одиннадцатое мая – как раз всё успеем! – во мне проснулся небывалый азарт.

Мира мне нежно улыбнулась:

- Андрюш, – ласково погладила мою шершавую щёку, а я поцеловал её ладошку, ожидая ответа. – Мои родители приезжают из круиза только первого июля. До этого я им ничего говорить не хочу, а то ещё сорвутся с места – пусть уж лучше доотдыхают, а мы пока спокойно поживём и будем готовиться.

Я вздохнул, понимая, что она права – я слишком тороплюсь, да и не хотелось бы, чтобы Мире портили настроение перед самой свадьбой.

- А когда тогда? В сентябре у тебя Чемпионат мира – тебе к нему готовиться тоже надо…

- Давай седьмого августа. Здесь есть и свой символизм – семья в бесконечности…

- Мне нравится, Солнышко. – Широко улыбнулся и легонечко поцеловал её в губки. – А твои родители успеют смириться?

- У них на это будет больше месяца… По крайней мере, привыкнуть к этой мысли должны успеть… – она вздохнула. – Не знаю, как у нас всё пройдёт и пока знать не хочу. В любом случае, узнать за месяц гораздо лучше, чем за пару дней. – Она грустно улыбнулась.

- Согласен, Солнышко. – Поцеловал её в лобик и крепче обнял.

- Эталонной дочерью меня всё равно назвать сложно… Переживём. – Иронично засмеялась она.

- Солнышко, ну что ты так? А может, я им понравлюсь.

- Главное, что ты мне не просто нравишься. Их разрешения, как мне жить, я всё равно давно не спрашиваю… Поэтому, справимся. – Она ласково посмотрела на меня и легонечко поцеловала в губы. – Я тебя люблю, Андрюша.

- И я тебя люблю, Солнышко. – На моей Душе становилось тепло от её готовности отстаивать нас. Но и я не намерен давать Миру в обиду и, в свою очередь, тоже постараюсь донести своим будущим родственникам, что им с дочерью как раз очень повезло…

Несколько минут мы просто тонули в глазах друг друга…

Каждый из нас очень хорошо знает и понимает, что в жизни просто не бывает…

Но в то же время мы видели готовность в глазах друг друга идти вместе рука об руку и быть в тех самых «и радости, и грусти, в болезни и здравии…» Да, собственно говоря, мы с ней уже несколько раз прошли всё это… Свой маленький (или большой) «пробник» жизненных испытаний – и остались вместе… Но зато и стали больше любить, ценить и дорожить друг другом…

Вот так и сейчас – я не вижу иллюзий в любимых глазах… В них я вижу просто готовность идти вместе по жизни…

Всю жизнь…

- Знаешь, Солнышко… Раньше я думал о выездной церемонии на зелёном холме с видом на безграничный океан, который сливается с небом… Арку из живых цветов…

- Разве мужчины о таком думают? – она ласково улыбалась, удивлённо вскинув бровку.

- За всех не скажу, но я думал.

Мира ухмыльнулась:

- Мне достался романтик…

- Это разве плохо?

- Для такой язвы, как я, наверное, это очень хорошо, Андрюша… Но я боюсь тебя испортить! – она тихонечко засмеялась.

- Не бойся, Солнышко. Для тебя я всегда готов стараться.

Она просто нежно поцеловала меня в губы.

- Но вот, побыв с тобой и лучше узнав тебя, теперь я думаю о другом месте…

Мы заглянули в глаза друг другу – и в унисон озвучили ответ…

*****

Из аэропорта каждый из нас ехал в своём автомобиле, но вместе остановились возле подъезда Миры.

Я ей помог с вещами, и мы заказали себе доставку позднего обеда или раннего ужина.

А потом просто долго сидели на диване в её гостиной.

Вели молчаливый «диалог», заглядывая друг другу в глаза…

Целовались, цепляясь друг за друга изо всех сил…

Задыхались…

Проваливались в глазах друг друга…

Снова целовались…

А потом опять заглядывали в глаза друг другу – и молча обещали. Нет, не вечное счастье… А просто вместе до конца… Сквозь все преграды… Сквозь слёзы радости и счастья…

Вместе…

Глава 71

Андрей

В ту ночь Мира опять попросила меня остаться рядом с ней. Снова просто рядом. Чтобы исправить горькие воспоминания и начать утро и трудовую неделю с улыбки любимого человека.

Мы снова оделись в футболки и штаны.

Смешно?..

Глупо?..

Странно?..

Но сейчас ЕЙ так комфортно, а это значит, что и мне тоже…

А потом ОНА засыпала на моей груди, честно признавшись, что ей вообще неудобно, но зато очень уютно, надёжно и хорошо…

Я же ей сказал, что хорошо её понимаю, ведь мне очень далеко до ортопедического матраса и подушки…

Мы искренне смеялись перед сном – «дурачки»…

Влюблённые «дурачки»…

А потом ночью Мира тихо пыхтела и возилась во сне, но всё равно каким-то чудом переползла и умостилась на подушке, выгнувшись так, что смогла уткнуться носиком мне в шею.

«А так тебе удобно, да?» – прошептал, улыбаясь, даже не надеясь на ответ, но всё равно услышал тихое мурлыканье и почувствовал, как она меня погладила по груди…

«Любимая Моя…» – засыпал и просыпался с этой фразой в голове, чувствуя её тёплое щекочущее дыхание.

Утром хотел аккуратно выпутаться из нежных сонных объятий Миры, чтобы сделать её любимый «Ройбош» и принести в постель. Но, как оказалось, она тоже собиралась встать пораньше, чтобы приготовить нам завтрак…

В итоге мы вместе посмеялись, но всё равно не торопились выбираться из ласковых объятий друг друга, а потом быстро принимали раздельный душ и шустро совместно готовили завтрак.

В то утро мы много смеялись…

И были просто счастливы от кусочка этой самой совместной «бытовухи», всё больше узнавая утренние привычки друг друга.

А ещё я попросил сегодня Миру не строить планов на вечер и уговорил поехать вместе на моём автомобиле.

Естественно, нам было обеспечено великолепное настроение на весь день, благодаря весёлым комментариям Миры всего, что происходило на дороге…

А потом она сразу же побежала в свой отдел – на утреннее свидание у нас уже времени не было… Зато было совместное утро, полное радости, смеха, нежных улыбок и сладких поцелуев…

Мира

По пути в компанию Андрей убедил меня в необходимости прекратить нашу конспирацию – и рассказать о наших отношениях. Тем более кольцо на моём пальце всё равно будет привлекать внимание и порождать ненужные домыслы.

Решили, что на оперативке он сообщит это сам, а вот своим ребятам я захотела рассказать новость лично – в конце концов, нельзя же теперь на него перекладывать вообще всё, да и ребята у нас догадливые, тактичные и дружелюбные.

Конечно, в тот день я сияла от счастья, что не скрылось от глаз коллег, как и моё новое знаковое колечко.

Естественно, я немного переживала – и, наверное, поэтому тихо засмеялась, когда вместо расспросов ребят, Маринка выдала:

- Мы надеемся, что вы вместе с Шефом!

- Мира, не томи! Хотим поздравить! – раздалось моё любимое многоголосье, а потом я просто сказала: «Да!»

«Не так это и страшно…» – подумала я, пока меня обнимали со всех сторон и искренне поздравляли.

- Но обед у меня всё равно занят! И давайте обойдёмся без шоу. С меня тортик после обеда!

- Как скажешь, Начальница! – моё любимое стёбное многоголосье и смех.

А потом меня ребята быстро отправили к жениху, едва я только успела разложить свои вещи. Чтобы не переживал. Ведь сегодня, хоть и вторник, но первый трудовой день после праздничных выходных, а поэтому оперативке быть.

В приёмной мне широко улыбалась Аллочка и искренне поздравляла, щебеча о том, какая мы красивая пара вместе с Шефом.

Поблагодарила её и попросилась всё же зайти к Андрею Викторовичу.

Улыбнулась, как сейчас его имя-отчество резануло мне слух, а ведь раньше это было абсолютно органично.

К моей радости, пока в кабинете он был один – и после моего быстрого «отчёта» о том, что в нашем отделе всё восприняли хорошо, мы нашли, чем занять эти несколько минут, которые были наедине. А потом и быстро сделали совместный заказ обедов до конца недели.

Когда же все собрались, Андрей в первую очередь представил своего нового зама и рассказал всем о его обязанностях, а потом настало время новости о нас…

- А сейчас тоже о важном. Да, мы с Мирой вместе. Просто примите к сведению и донесите информации в своих отделах. Можете один раз поздравить и на этом ограничиться. Никаких сплетен быть не должно. А все возможные домыслы – это всего лишь ваши фантазии. Мирослава Викторовна – приличная девушка. Ещё раз акцентирую внимания – обсуждать здесь нечего, а за любые сплетни уволю любого, несмотря на заслуги, звания и регалии. Всем всё понятно? – спокойно, но уверенно произнёс Андрей.

Я опешила от такого подхода, но все присутствующие просто кивнули и коротко ответили:

«Понятно! Поздравляем!»

«Всё-таки это для меня он сейчас Андрюша… Да и всегда позволял немного или намного больше, чем остальным…» – подумала я и написала в мессенджере: «Спасибо большое!» Добавила сердечко и отослала ЕМУ.

А потом после нескольких часов работы Андрей забрал меня на совместный обед. Погода была великолепной, поэтому мы поехали на то самое наше местечко на природе, где Андрей меня поздравлял с Днём рождения.

Но сегодня мы ели, сидя прямо на покрывале. Кормили друг друга, много смеялись и целовались… А потом просто лежали в полутени пока ещё не густых крон деревьев, взявшись за руки…

Возвращаться в компанию абсолютно не хотелось, но мы всё-таки ответственные люди.

Андрей меня предупредил заранее, что после работы мы поедем по делам.

И вот сейчас мы стоим на большом участке земли возле небольшого озера в шикарном заповедном районе нашей столицы Пуще-Водице. Смотрю на редкие сосновые деревья на этом участке и густой лес с обратной стороны озера… Понимаю, что дом и другие постройки прекрасно впишутся в здешний ландшафт, да ещё и есть, где разгуляться нашей фантазии с собственным садом и не только.

Андрей просит риэлтора пока немного прогуляться и нежно вытирает мне слёзы.

Мы понимаем друг друга без слов, но всё равно я киваю, ведь об этом районе я даже и не думала… А вот ОН всё продумал и просчитал. Да и до компании нам ехать не так и далеко, как могло быть.

Молча целует меня в лобик, берёт за руку, переплетая наши пальцы, а потом мы просто гуляем по этому великолепному участку, с удовольствием наслаждаясь невероятно свежим и вкусным воздухом, пропитанным водной и хвойной свежестью…

Андрей

С каждым новым днём вместе с Мирославой всё больше понимаю, что у счастья много составляющих…

И взаимопонимание – одна из них…

А чего же тогда стоит вот это наше молчаливое понимание?..

Улыбаюсь, осознавая, что нашёл ту, с которой нам не просто комфортно молчать…

Мы понимаем друг друга и молча тоже…

Поцеловал тыльную сторону её ручки – она посмотрела на меня с благодарной улыбкой, а в её взгляде был полнейший восторг.

- Трёхэтажный? – прошептал, прерывая тишину.

- Да. Наш общий тренировочный зал пусть будет на третьем этаже… А ещё мне бы хотелось отдельный гостевой домик, чтобы чувствовать себя более комфортно, когда будут приезжать Серёжа с семьёй, Кира или твои родители.

- И твои тоже.

Мира ухмыльнулась и в сторону прошептала:

- И мои тоже…

Просто обнял её, бережно прижимая к груди. Конечно, я тоже не знаю, как у нас всё по итогу получится – во взаимоотношениях всегда важны желания обеих сторон. Но мне всё равно не хотелось быть пессимистом – и я очень надеюсь, что родители Миры всё-таки поймут, что, как бы там ни было, они вырастили прекрасную дочь, которой могут гордиться…

Мы с Мирой быстро решили, что это место нам идеально подходит, хотя моя продуманная девочка и сказала, что здесь постоянно придётся травить комаров и ставить отпугивалки от змей и других ползучих.

- Ещё и забор поставим специальный. Всё будет хорошо – не переживай, Солнышко. – Поцеловал её в щёчку. – Глубина озера здесь небольшая – метра полтора максимум. Посёлок постоянно обслуживается.

- Хорошо. Всё подходит. – Мира кивнула и ласково мне улыбнулась, а потом я попросил подождать её несколько минут.

Сам же пошёл, чтобы отпустить риелтора и договориться, когда можно заключить договор. Потом взял покрывало, плед и корзину для пикника из багажника автомобиля.

Сегодня у нас особенный день.

Похоже, что это понял и местный ёжик, пока мы с Мирой любовались красивым закатом на берегу этого чудесного озера. Я посадил Миру к себе на колени и укутал в плед. Конечно, она хотела укрыть и меня, но я и так в костюме, а вот её мне беречь надо.

Ёжик остановился возле наших ног, что-то пропыхтев. Мира взяла кусочек мяса и дала ему. Сначала он отошёл, но быстро унюхал запах – и зачавкал с аппетитом.

- Какой здесь замечательный хозяин участка. – Прошептала с улыбкой Мира. – Давай знакомиться! – она подсунула ёжику ещё кусочек мяса, а потом мы досматривали наш первый закат на месте нашего будущего семейного гнёздышка.

Переглядывались – и тихо смеялись.

- Никогда ещё не любовалась закатом под чавканье ёжика! – Мира посмотрела на милое занятное создание, поцеловала меня в щёку – и перевела свой взгляд туда, где кусочек золотого солнышка скрывается за горизонтом, оставляя на небе и на глади озера красивые переходы от фиолетового к малиновому, а потом к розовому и персиковому…

- Красивый закат, – прошептал, прижавшись губами к височку Миры. – И так хочется ещё много закатов и рассветов вместе с тобой.

Наш новый друг что-то фыркнул.

- И с тобой тоже… – ответила Мира с улыбкой то ли мне, то ли ёжику. А потом погладила меня по щеке и нежно поцеловала в губы.

Глава 72

Андрей

Как бы мне ни хотелось сегодня тоже остаться с Мирой, но у себя дома появиться всё-таки нужно: повидаться с сестрёнкой тоже хочется, да и постоянно возить с собой командировочный чемодан тоже так себе идея…

Поэтому я завёз Миру к ней домой. Мы поцеловались на прощание в прихожей – и я отправился к себе.

Думал, что от радостного визга Киры, полопаются все стёкла в квартире, когда сообщил ей, что Мира приняла моё предложение, а ещё мы успели выбрать участок, где будем строить наш будущий дом.

Это меня отвлекло от мыслей о завтрашнем дне, но ночь диктует свои правила, а утром я снова заехал за Мирой, ведь после работы она хотела поехать в колумбарий к Дмитрию.

Весь день она была отстранённо-задумчивой. Одета в чёрные брюки и серый гольф. Единственное, что не позволяло мне отчаиваться – это то, что на ней всё равно был её кулон с горным хрусталём, а ещё тот самый браслет, который я ей подарил на День рождения, и помолвочное колечко она тоже не сняла.

«Значит, всё в порядке. Мира не хочет прерывать наши отношения. Мы просто туда поедем – и, возможно, она перестанет себя так винить и терзать…» – мысленно успокаивал себя, пока Мира молча лежала на моих коленях во время обеденного перерыва. Мы снова поехали на наше место и устроили себе небольшой пикничок, пока погода позволяет.

Я вообще для себя решил, что каждый день, когда будет хорошая и тёплая погода, мы будем приезжать сюда на обед.

- Прости. – Сказала она, когда пришло время возвращаться в компанию.

- Всё в порядке. – Нежно обнял её, давая почувствовать, что я всегда рядом.

Остаток трудового дня у меня дела спорились, хоть и приходилось отгонять от себя эту навязчивую тревожность.

«Ничего! Съездим – и обязательно полегчает и ей, и мне…»

Много времени ушло на саму дорогу и поиски места, где покоится прах Дмитрия. Поэтому Мира положила помин и зажгла лампадку уже, когда опускались вечерние сумерки. В них Мира выглядела особенно бледной и растерянной, но всё равно попросила оставить её здесь на полчаса и подождать в машине. Я не хотел, но она настояла.

«Конечно, я всю жизнь мечтал оставить практически ночью свою любимую девушку на кладбище», – иронично возмущался про себя и продолжал смотреть на Миру из открытой дверцы автомобиля.

Сегодняшний заход солнца абсолютно не радовал своими малиновыми и бурыми оттенками, а лишь нагнетал атмосферу.

«Да как вообще можно ночью ходить на кладбище?» – недоумевал я и понимал, что Мира сейчас плачет, ведь она промакивает слёзы бумажными салфетками.

«И снова себя терзает…» – не переставая думал и вскакивал с кресла, но она останавливала меня жестом, даже стоя спиной ко мне.

«Вредина», – шептал я и возвращался в салон автомобиля.

Солнце уже полностью зашло – и силуэт Миры подсвечивал лишь слабый огонёк от лампадки. Присесть возле колумбарной стены было негде, поэтому Мира продолжала стоять, смотря прямо на ячейку и периодически что-то шептала.

Моё сердце сдавливало и рвалось на части.

Не выдержал – и подошёл к ней.

- Это я, – прошептал и взял её ледяную руку.

Мороз прошёлся по спине и его разогнал по телу прохладный ветерок.

- Я всё понимаю, Андрюша. Но всё равно ещё не могу уйти отсюда… – она смотрела прямо перед собой, где на небольшой гранитной плиточке, закрывающей ячейку, серебром было написано, чей прах здесь покоится. И абсолютно не сложно было просчитать, что этому мужчине было всего тридцать шесть лет.

Молча расстегнул пиджак, а потом снял его и накинул Мире на плечи. Поцеловал её в макушку и просто обнял, чтобы она почувствовала мою поддержку и переставала стремиться быть одной. Даже в такие тяжёлые моменты…

- Я с тобой. – Прошептал и почувствовал, как моя рубашка начала промокать.

- Ты видишь, что я натворила?.. – осипшим голосом шептала Мира, всхлипывая.

- Нет, Мира. Натворила это не ты… Нельзя себя винить в поступках других людей.

- Это всё из-за меня… И я вообще не представляю, как сейчас держится Лиза… – она начала содрогаться от рыданий.

- Она держится… У неё есть дети… Она их любит… Жизнь продолжается…

- Это несправедливо…

- Солнышко, жизнь вообще редко у кого справедлива…

- Так не честно! – просипела и всхлипнула она.

- Но это жизнь…

Мира молча прижималась ко мне и продолжала тихо всхлипывать, а я думал о том, что те люди, которые и сотворили всё это, скорее всего, даже и не думают ни о молодом мужчине, жизнь которого так безжалостно прервали, ни о его жене и детях… И наверняка даже и не подозревают о том, что с их грехом сейчас живёт хрупкая синеглазая девушка, каждый день виня себя в том, чего не совершала…

- Я бы не смогла без тебя… Понимаю, что уже не смогла бы… – прошептала она, а я прижался губами к её ледяному лобику.

- Мы будем вместе, Солнышко… – взял её холодное личико в ладони, аккуратно приподнял и заглянул в её заплаканные глазки. – Обещаю.

- Я боюсь за тебя… – по её щеке скатилась слеза.

- У нас всё будет хорошо. Обещаю. И ты тоже думай о хорошем, Солнышко. – Стёр её слёзки и поцеловал в носик.

Мира моргнула, всхлипнула и кивнула.

- Поехали домой?

- А ты меня прощаешь? – по её щеке снова покатилась слеза, которую я поспешил стереть.

- Мира, да за что?

- За то, что я таскаю тебя по кладбищам и постоянно реву… – она опустила взгляд.

- Значит, сейчас тебе так надо… Лучше выплакать всю боль, чем постоянно держать в себе…

Она вздохнула и погладила меня своими ледяными пальчиками там, где рубашка промокла…

- Пойдём? – прошептал я, а Мира удивлённо оглянулась и медленно кивнула. – Да, уже темно. – Улыбнулся ей и повёл к автомобилю.

Мы выполнили все необходимые ритуалы после выезда за ворота кладбища. На автомойку сейчас ехать не хотелось, поэтому я просто облил автомобиль, купленной заранее, «Боржоми».

- Я всё равно буду к нему приезжать. – С грустью прошептала Мира.

- Только со мной. Хорошая Моя, когда захочешь, но только обязательно со мной.

Она вздохнула.

- Разве тебе понравилось?

- Для меня главное, что я был рядом. – Погладил её ледяную ручку и нежно поцеловал. В салоне работал подогрев её кресла и я включил печку, но Мира до сих пор не согрелась, хоть мне уже было жарко. Мы снова заглядывали друг другу в глаза. – Солнышко, даже не думай во мне сомневаться. – Произнёс твёрдо, но с любовью. – Я тебя не жалею, а ты во мне не сомневаешься. Хорошо?

Она смущённо улыбнулась и кивнула, а я выдохнул – и мы поехали к ней домой.

Глава 73

Андрей

Даже если бы сегодня Мира сказала мне ехать к себе домой, я бы нашёл слова, чтобы переубедить её. Но мы просто посмотрели друг другу в глаза – и снова всё поняли без слов.

До сих пор она была бледной и прохладной. Но больше всего меня беспокоило то, что её пошатывало, поэтому я настоял сразу на том, чтобы она поела, а душ уже будет потом. Думаю, что иногда всё же более правильно поменять последовательность, пусть и важных, действий.

Поэтому мы переобулись, вымыли руки и пошли ужинать.

Конечно, я понимаю, как сейчас не просто Мирославе, ведь она всё ещё полна противоречий и её чувство вины никуда не делось.

Да, это долгий путь… Но сейчас по нему мы идём вместе.

Мира снова была задумчива, много кусала губы, вздыхала и стыдливо отводила взгляд.

Я хотел ещё раз попробовать переубедить её, но не знал, что сказать, чтобы быть тактичным и не разбередить раны ещё больше…

«Ты не виновата», – очевидно для меня, но полнейшая глупость для Миры, ведь она искренне верит, что всё дело именно в ней…

И, наверное, сейчас не лучший момент философствовать на тему о том, что порой от судьбы не сбежишь – и она везде находит человека …

Поэтому я просто много обнимаю её и нежно целую, а ещё повторяю, что люблю её и всегда рядом…

Душ я принял максимально быстро и потом ещё около сорока минут ходил недалеко от ванной комнаты Миры в ожидании её, периодически прислушиваясь к двери…

Конечно, я прекрасно понимаю, что это не культурно да и вообще, мягко говоря, странно… Но я очень сильно переживаю за неё.

Наверное, это было слишком хорошо написано на моём лице, ведь когда Мира вышла из ванной комнаты, с лёгкой благодарной улыбкой на бледном личике, то сразу же взяла меня за руку и повела в свою спальню.

Мы оба понимали, что сегодня снова будем просто спать, но в то же время осознавали, что порознь сейчас даже заснуть у нас навряд ли получится… Такой день… Я буду дёргаться, а она…

Не хочу и думать, что принесёт нам эта ночь…

Усталым полушёпотом Мира погасила свет, а потом поцеловала меня в щёку, ласково погладила по другой и прошептала:

- Спасибо, что ты у меня есть, Андрюша…

- А тебе спасибо, что ты у меня есть, Солнышко. Не сбегай от меня больше, пожалуйста…

- Я не смогу без тебя… – едва слышно прошептала она и мы легонечко коснулись губ друг друга.

Гладил её по волосам и спинке, пока она не заснула, а потом начал и сам проваливаться в тревожный сон-отражение сегодняшнего дня…

Неожиданно Мира подскакивает, делая судорожный вдох.

Я моментально просыпаюсь и обнимаю её, но она отталкивает меня.

- Мира, Мира, это я. Андрей. Я с тобой. Всё хорошо. Это всего лишь сон… – шепчу убаюкивающим голосом. – Мы вместе. Я тебя люблю…

- Мягкий свет. – Прошептала она и кинулась мне на грудь, рыдая. – Я же думала, что всё прошло…

- Хорошая Моя, мы справимся со всем вместе… – шепчу, убаюкивающе, а мысленно вою от понимания, что этим походом в колумбарий мы сами всё спровоцировали… Но она бы меня всё равно не послушала – и поехала сама… Упрямица…

От Сергея знаю, что Мира раньше работала с психологом, но недавно отказалась от его помощи. Понимаю, что у неё на это были причины, и сейчас советовать ей продолжить терапию всё же не лучшая идея.

- Я с тобой… – шепчу под всхлипы Миры, думая, как правильно наполнить её жизнь, чтобы у неё не было времени винить себя…

Приблизительно через полчаса Мира успокаивается и медленно пьёт воду.

- Так ты и сам скоро сбежишь от меня. – Грустно усмехается она.

- Не сбегу. И буду настаивать на том, чтобы в ближайшее время, мы спали в одной кровати. И не важно, у кого дома.

- Лучше у меня… – прошептала она.

- Хорошо, Солнышко. Как тебе хочется. – Вздохнул и прикрыл её одеялом. Конечно, я думаю, что лучше всё-таки сменить обстановку. Но с Мирой никогда нельзя предугадать, что в итоге получится.

Я снова гладил её по спинке, осторожно перебирал шелковистые пряди и рассказывал о том, как хорошо мы будем жить в нашем общем доме у озера… И, конечно, весь дизайн будет разрабатывать она, поэтому уже смело может фантазировать на тему цвета стен в доме.

- А если я захочу лиловые стены в нашей спальне? – прошептала она, ласково поглаживая меня по груди.

- Значит, в нашей спальне будут лиловые стены, Солнышко. – С улыбкой поцеловал её бархатистую щёчку.

- Такие мужчины вообще бывают? – она с благодарностью посмотрела на меня и легонечко поцеловала в губы.

- В твоей жизни есть… – прошептал я и не удержался от чувственного поцелуя.

Мира не захотела полностью гасить свет, оставив нам лёгкое ненавязчивое освещение.

Я гладил её по спинке, перечисляя всё, что нам нужно успеть сделать в ближайшее время. В какой-то момент она перестала тихо угукать и начала размеренно дышать, но всё равно крепко обнимала меня, будто боясь потерять…

Остаток ночи Мира, пусть и тревожно, но спала. Прижималась ко мне сильнее и даже очень мило уткнулась носиком мне в щёку.

Успокаивающе гладил её, нашёптывая, что я с ней рядышком, люблю её и никого к ней не подпущу…

А утром быстро отключил её и свой будильник, убаюкав просыпающуюся Миру. Потом же отписался Аллочке, чтобы отменила все встречи на сегодня, а до обеда мне не звонила. Ещё попросил предупредить дизайнеров, что Миры сегодня тоже не будет и Владимир остаётся в их отделе за главного.

«Работы всегда будет много, а Мира у меня одна», – подумал я и снова провалился в сон.

- Андрюша, мы проспали! – Мира ласково теребила меня за плечо.

- Что? – пытаюсь понять, что происходит, быстро выныривая из сна.

- Уже девять часов! – Мира смотрит на меня огромными перепуганными глазищами и показывает часы на телефоне.

- Тогда ещё можем поспать. – Решил подшутить над ней. – Ложись, Солнышко.

- Андрей! – она попыталась потянуть меня за руку.

- Любимая, сегодня нас в компании всё равно никто не ждёт.

- Как это? – опешила она.

- Я так захотел. – Аккуратно притянул её к себе и нежно поцеловал. – У нас с тобой сегодня свой график.

Конечно, это далеко не медовый месяц, но как всё же приятно полежать в приятной полудрёме, обнимая любимую девушку.

Похоже, что нам двоим надо было просто банально отлежаться, а не бежать в вечной погони жизни, жертвую ценными моментами такого важного и нужного единения…

«Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!» – мой внутренний голос повторял вечные строки из гениальной трагедии Гёте «Фауст».

Потом снова был раздельный душ и поздний совместный завтрак.

Мира смущалась и переживала, но я старался быстро переключать её внимание, не давая снова погрязнуть в чувстве вины перед всеми подряд, включая меня.

После завтрака предложил ей собрать клубничку, а потом угостить ей всех, кого она посчитает нужным. Поэтому перед нашим сегодняшним насыщенным днём, мы занесли ягоды Лизе, которая оказалась дома, угостили консьержку и охранника подъезда Миры, а потом всё равно отправились в компанию, чтобы угостить дизайнеров и передать клубнику Роману для жены.

Конечно, я ещё ни разу не появлялся в компании в джинсах и футболке, но иногда можно нарушить свои же собственные правила.

Аллочка очень сильно удивилась, но не растерялась. С благодарностью приняла угощение и передала мне документы, сообщив, что отправит мне на почту исправленный рабочий график.

Поблагодарил помощницу и попрощался.

С каждой минутой Мира всё больше оживала – и мы за сегодня успели подать заявление в загс, купить ей шикарную ткань и кружево для свадебного платья, а потом даже подобрали будущие локации для росписи и фотосессии.

День бурлил и кипел радостью и предвкушением совместного будущего, мы много дурачились и фотографировались на фоне городских достопримечательностей и фонтанов, катались на роликах, на которые я уже лет десять не ставал, и кушали на уютной террасе местного ресторана.

Мне было радостно и хорошо от того, что Мира всё же переключилась и даже сама попросила поехать на наш участок.

Там мы определили, где будет стоять дом и решили предложить разрабатывать проект моему новому заму Семёну, с которым Мира уже работала над проектом дома для семьи Сергея.

- Мне здесь очень нравится, Андрюша. Даже на Душе как-то спокойно… – прошептала она, прижимаясь ближе ко мне, когда мы снова сидели на берегу нашего небольшого озера и любовались закатом.

- Тогда надо почаще приезжать сюда на пикники. – Ответил, целуя её в височек и жалея лишь о том, что мы не успеем построить дом до нашей свадьбы – и какое-то время всё равно придётся жить на две квартиры. Хорошо, что мы хоть недалеко живём.

А потом мы совместно готовили Машенькин заказ аж до полуночи, обговаривая то, каким хотим видеть наш общий дом.

Ту ночь мы снова провели вместе. И я даже подумать не мог, что в моей жизни подобное будет возможно.

Настоящая любовь, одна постель на двоих… в которой я просто оберегаю её сон…

Заметил, что Мира меня уже не боялась, смело ложилась рядом в кровать и нежно обнимала, гладила по груди и трепетно целовала.

И я чувствовал, что она меня любит и доверяет мне. Знает, что всё будет так, как она захочет. А она хотела пока просто быть вместе… Засыпать, слушая мой голос и чувствовать себя в безопасности…

Эта ночь прошла уже более спокойно: я вовремя проснулся и начал нашёптывать, что рядом с ней и всё у нас хорошо…

Утром был нежный поцелуй и её трогательное: «Спасибо большое за всё, что ты для меня делаешь, Андрюша».

А потом мы быстро собирались на работу.

Не знаю даже, как так получилось, но вчера мне позвонили заграничные партнёры и предложили провести общение по видеосвязи. Я с радостью согласился, ведь самому не хотелось оставлять Миру и ехать в командировки.

Я верю, что всё в нашей жизни происходит не просто так, и, наверное, мне действительно сейчас надо провести это время с Мирой, не давая погрузиться ей в своё чувство вины…

Ехали в офис мы снова на моём авто, ведь я попросил Миру пока воздержаться от вождения, пусть даже и на её безопасном автомобиле.

На обед мы вновь выбрались на наше уютное место на природе, а после завершения трудового дня я сам повёз её за Машенькой. Девочка была мне очень рада – и мы втроём проболтали всю дорогу.

Тренировка и банные процедуры тоже прошли успешно, а когда Мира сказала Машеньке, что её заказ помогал готовить я, восторгу малышки не было предела – и она просидела весь ужин на моих коленях.

Конечно, я видел лёгкую грусть на лице Миры и чувствовал, что она снова себя внутренне «грызёт». Понимаю, что чуда не будет – и всему своё время…

А мне надо лишь быть рядом и поддерживать её…

Всегда и во всём…

Глава 74

Андрей

Я уже давно понял, что для Миры очень важно дарить радость другим людям. А ещё она очень любит детей. Поэтому ни капли не удивился, когда она сказала мне, что сегодня очень хочет побывать в наших детских домах. Я с удовольствием поддержал её – и весь день, параллельно с работой над договорами, наблюдал за тем, как она веселится вместе с детками, как привлекает и удерживает их внимание, предотвращает капризы и легко решает детские конфликты, не срываясь на крики и упрёки. Общается с детками без сюсюканий, как с ответственными людьми – и дети к ней тянутся, даже внешне возле неё держат ровнее спинки.

Конечно, мы и дальше будем очень стараться, чтобы у этих деток было больше шансов пробиться в жизни и стать успешными людьми.

Понимаю, что наблюдать за тем, как Мира играет с детьми, можно вечность, но время не резиновое. Конечно, ей не хотелось уезжать, но эта поездка дала нам всем очень много: детям – искреннее внимание и весёлое времяпрепровождение, а также подарки без повода, а нам с Мирой радость и чувство полезности…

Периодически посматривал на свою довольную и мечтательно притихшую Малышку – сегодня дети её выжали по полной, поэтому Мира выдохнула и откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. Синева под ними пока никуда не делась, но естественный румянец давал поводы для оптимизма. Любовался Своей Малышкой, когда мы останавливались на светофорах и нежно целовал её ручку, а она ласково смотрела на меня, благодарила и искренне улыбалась…

Поразительная девушка, которая чувствует себя счастливой там, куда другие не хотят даже приближаться… Которая способна вселять веру и надежду тем, кого жизнь безжалостно побила в самом детстве… Хотя у самой огромная рана в Душе…

И казалось бы, сколько там той Миры? Но она сегодня осчастливила и подарила веру больше, чем сотне детей… И как же мало людей на это способны… А сколько при этом не хотят тратить своё драгоценное время и ресурсы на «пропащих» детей…

Поймал её благодарный взгляд – и в очередной раз убедился, что мне с ней очень повезло… А ещё я просто радовался, что она продолжает оживать… Такая противоречивая, но при этом всё равно очень сильная…

- Сколько детских планируем в доме? – спросил, когда мы стали на очередном светофоре.

Мира сглотнула и закусила губку.

- Мы справимся. – Произнёс уверенно и тронулся с места, абсолютно чётко понимая, что я всё сделаю для того, чтобы настало время, когда она точно так же будет веселиться с нашими собственными детьми. Другие варианты для Миры просто противоестественны, ведь она уже Мать – и окружающим это очень хорошо видно…

После ужина мы прикидывали компоновку дома, а потом разошлись по разным ванным комнатам, чтобы встретиться в спальне Миры, которую уже совсем скоро можно будет назвать нашей…

В её квартире уже было много моих вещей, чего пока не скажешь о моём жилье…

Конечно, мне это не совсем нравилось, но я понимал, что пока ей так удобно…

Верю, что со временем она будет оставаться и у меня дома тоже.

Но самыми сложными были для меня ночи: быть так близко – и при этом соблюдать дистанцию… До безумия хотелось зацеловать её всю, почувствовать под своей ладонью плоский животик и нежно огладить соблазнительные бёдра… Целовать её долго и страстно, а не коротко и максимально невинно…

Выдыхаю, бережно прижимая её к себе, и целую макушку. Зарываюсь носом в шёлк волос с ароматом тропических фруктов – и думаю о том, что всему своё время. Главное, что она сейчас верит и доверяет мне… Знает, что не позволю себе больше, чем мы обговорили…

- Добрых тебе снов, Моя Хорошая. – Шепчу своей сонной Малышке и ласково глажу по спинке.

- И тебе добрых снов, Андрюша. – Шепчет в ответ и тянется с поцелуем к моей щеке. – Я тебя люблю.

- И я тебя люблю, Солнышко. – Прошептал и поймал её губы своими, растворяясь в чувственной медовой нежности… – пусть тебе приснится, как я тебя целую… – прошептал ей прямо в губы и даже без света увидел, как она смущённо зарумянилась…

*****

В воскресенье мы сделали набег к Кире – и осчастливили её свадебными заказами. Учитывая то, что она помогает Мире с украшением некоторых её костюмов для конкурса, Кирюша теперь обеспечена заказами на всё лето… А заодно и пониманием своей важности и нужности, что непременно позитивно скажется на её настроении и самооценке.

Вечером воскресенья мы снова готовили заказ для Машеньки – и уже очень хорошо понимали друг друга с полуслова – всё-таки совместный быт с Мирой нам даёт многое…

И, наверное, даже хорошо, что мы с ней пока не добрались до интима – это позволяет более трезво смотреть на своего любимого человека, оценивая его характер и привычки, а не зацикливаться лишь на том, что нам с ней физически хорошо…

Главное, что нам хорошо духовно, эмоционально… Мы уже чувствуем и понимаем друг друга так, как я не понимал ни одну из своих бывших… А секс лишь закрывал мои глаза на их недостатки, которые для меня потом были «сюрпризами»…

«Да, Андрей, надо было прежде узнать девушку, чем пытаться разобраться в процессе… Ведь очень мало таких, которые не пытаются казаться лучше, чем они есть на самом деле… С Мирой даже в этом плане гораздо проще – она никогда из себя ангела и не строила… А наоборот, даже пытается казаться хуже, чем есть на самом деле…» – думал я и очень хотел всё сделать правильно, чтобы не обидеть и не потерять своё хрупкое Счастье…

*****

Следующая трудовая неделя проходила в нашем новом ритме: с обедами на природе, планами и подготовкой к строительству и свадьбе… И с совместными ночами, наполненными чистой любовью, нежностью прикосновений и удовольствием от того, что мы просто рядом…

Что мы просто есть друг у друга…

Что каким-то чудом мы смогли встретиться в этом огромном мире…

Никогда мне ещё так не хотелось остаться дома, но обязательства никуда не денешь – и в пятницу мне снова пришлось ехать в командировку. Да и на следующие выходные выпадает Троица, а это значит, что понедельник первого июня будет тоже выходным. Я подсуетился – и освободил себе следующие выходные. Моей маме стало уже легче – и мы с Мирой собрались поехать к родителям знакомиться.

Но до этого важного события ещё неделя, а пока я вынужден довольствоваться видеосвязью и перепиской с любимой девушкой, отсчитывая дни и часы до долгожданной встречи.

Не понимаю, как выдержал до воскресенья. С колотящимся сердцем подлетаю к её двери, преодолевая последние метры.

Звонок сливается с гулом в ушах.

«Как же я соскучился» и «Как же я соскучилась…» – мы шепчем одновременно, а потом надолго проваливаемся в тягуче-нежный, постепенно переходящий в страстный, поцелуй…

- Как ты здесь? – шепчу, целуя её личико и аккуратно прижимая к себе.

- Ужин тебе приготовила. – С улыбкой отвечает она, а я улавливаю аппетитные запахи, исходящие из кухни.

- Я не об этом… – шепчу я, а потом долго и нежно её целую, осознавая, какой же я всё-таки счастливый… Такие встречи дорогого стоят. И это то, о чём я всегда мечтал…

- Я тебя ждала… – целует меня в щёку.

- А я к тебе спешил… – прошептал, повторяя про себя, ласкающее Душу «ждала»…

Долго не выпускал её из своих объятий, осыпал поцелуями любимое личико.

- Ждала… – прошептал, заглядывая в дорогие глаза.

- Очень ждала… – прошептала в ответ и легонечко коснулась моих губ своими. – Пошли ужинать, а то остынет. – Мягко улыбнулась, но не сделала попытки высвободиться из моих объятий.

- Сейчас пойдём. – Прошептал ей в височек. – Спасибо большое за такую встречу, Солнышко. Я знаю, что всё очень вкусно, но я сегодня уже ел два раза, а вот тебя не видел двое суток…

Мира тихо засмеялась:

- Зато хоть отдохнул от меня.

- Глупенькая… – поцеловал уголочек её губ. – Скоро ты от меня никуда не денешься.

Она молча кивнула и сама потянулась за поцелуем…

Глава 75

Мира

Андрей окружил меня заботой и наполнил жизнь новым смыслом. Старательно заполнял всё свободное время приятными заботами и впечатлениями.

Он любил меня не «благодаря», а «вопреки»…

И я это чувствовала…

Совместные ночи были для нас одновременно и тягуче-сладостной пыткой, и простой жизненной необходимостью…

Но я уже смело заходила к себе в спальню, а он нёс стакан с водой для меня. Аккуратно ставил на тумбочку с моей стороны – как раз возле наших фотографий, а потом ласково обнимал меня и шептал, чтобы я помнила, что он всегда рядом…

И я ему не просто верила – я это знала…

Каким-то шестым чувством он ощущал, что я погружаюсь в кошмар, и вытягивал меня из него… Своим бархатным шёпотом с лёгкой хрипотцой он рисовал прекрасные картинки наших ярких воспоминаний и всего того хорошего, что наш ждёт в будущем…

А ещё он напевал мне припев одной из моих любимых песен «Sleep» («Спи» – перевод с англ.) группы «Poets of the fall» (можно перевести с английского, как «Поэты осени» – прим. автора).

Его обволакивающий шёпот ласкал, а нежные объятия оберегали – и я чувствовала, как он переносит меня на своих руках в наше новое утро…

«Спи, Солнышко, – шептал он. – Всё хорошо. Я рядом. Я с тобой».

И я чувствовала, как напряжение в моём теле спадает, а сердцебиение приходит в норму. Не только моё – его тоже…

И я с благодарностью растворялась в его убаюкивающем шёпоте, прижималась сильнее к НЕМУ, и погружалась в уже новый – красивый и безмятежный сон, пока он тихо напевал мне строки, от которых согревает и приятно щемит в груди:

«Спи, Милая, пусть мечты наполнят твои сны,

Словно волны нежного огня, пусть они хранят тебя.

Спи, Сладкая, дай своим чувствам заполнить тебя

И перенести в новое утро…»*

Я стараюсь ему сказать, как сильно его люблю, но уверена, что внятного у меня ничего не получается.

Зато утром я ему обязательно говорю, как сильно люблю его и как благодарна за его терпение, понимание и всё, что он для меня делает…

Никогда не думала, что бывает такая нежная, трепетная и исцеляющая любовь…

Но в моей жизни появился Мужчина, который способен на действия, а не просто красивые слова…

Который не говорит мне: «Докажи свою любовь…»

Который принимает меня такой, какая я есть, помогает, хранит и оберегает…

А ещё сам мне доказывает свою любовь…

Понимая, не торопя и просто ценя то, что я сейчас ему готова дать…

И я верю, что проснусь однажды без удивления, что Андрей мне не приснился… Что он есть в моей жизни… И хочет в ней остаться… Навсегда…

Андрей

Последние майские деньки радовали своим теплом, сочной зелёной травкой, пышными кронами деревьев и цветущей красотой вокруг.

На Душе каждый день был праздник просто от того, что мы с Мирой вместе… Нам не надо больше прятаться, мы понимаем друг друга и учимся жить вместе, поддерживая и уважая интересы любимого человека.

В пятницу вечером мы передали счастливую Машеньку маме с братом, а потом перепроверили наши вещи и документы, ведь в субботу утром у нас рейс в Одессу к моим родителям.

Возможно, Миру накроет попозже, но пока она выглядит абсолютно спокойной и даже не переживает. Несколько дней она активно расспрашивала меня о моих родителях и что они любят. И, как она это не старалась скрыть, я всё равно знаю, что она подготовила для них подарки. Словом, угадала, поэтому мне тоже интересно посмотреть на реакцию родителей.

Кира благоразумно отказалась с нами ехать, аргументировав это тем, что поедет уже спокойно к ним сама, когда сдаст сессию. Море станет ещё теплее и никакие старшие братишки не будут её вытягивать из воды, даже если она уже вся синяя, а не только губы.

Ответил, что всё равно найду, кому поручить присматривать за ней, но при этом был очень ей признателен, ведь так ни мне, ни родителям не придётся разрываться между общением с этими двумя Шкодами.

Несмотря на то, что мы летели самолётом, Мира всё равно надела красивое фиолетовое платье с юбкой солнце до середины колен, короткими рукавами и аккуратным вырезом-лодочкой, прикрывающим декольте, но зато не закрывающим изящную шейку.

Волосы она снова заплела в замысловатую косу, перекинув её через правое плечо.

Помню, с каким недоумением смотрел, как она её заплетает, а Мира весело смеялась и просила не мешать ей, хоть я сидел молча… Но понимаю, что размер моих глаз и выражение лица всё говорили за меня…

А ещё я радовался тому, что Мира сейчас всегда носит тот браслет, что я ей подарил… Возможно, это и мелочь, но для меня очень показательная…

И сейчас она выглядела очень изысканно и непривычно для меня, ведь я её ещё ни разу не видел в таких коротких для Миры платьях.

- Какая же ты у меня красавица… – любовался Своей Малышкой. – Такая утончённая… – поцеловал её ручки, поглаживая браслет, часики и знаковые колечки. Поднимая взгляд, заметил привычный кулон из горного хрусталя, а в ушках аккуратные серьги-гвоздики с круглыми огранёнными аметистами в цвет платья.

«Конечно, она понравится моим родителям», – подумал я, и мы окунулись в трепетную нежность поцелуя.

*****

- Блин, вырядилась! – сквозь смех возмущалась Мира, придерживая подол платья, в котором резвился морской ветерок. Мы как раз проходили вперёд по дорожке к родительскому дому. – Андрюш, давай немного ускоримся – и дойдём до дома прежде, чем твои родители выйдут к нам навстречу и потеряют дар речи от твоей невесты.

- А мне всё нравится! – поцеловал её в височек и оставил чемодан на дорожке.

- Кто б сомневался, Андрюша! – съязвила она. – Вот и скажи, что наряд продумывала?! – тихо посмеивалась Мира, придерживая по бокам подол, но он всё равно подлетал сверху и сзади. – Капец! – воскликнула она, а я аккуратно взял её на руки. – Андрюша, что ты делаешь?! – она быстро обхватила мою шею руками.

- Просто хочу донести тебя до дома без происшествий!

- Андрей, это там уже твои родители? – заскулила мне в шею.

- Да, Солнышко! – поцеловал её в лобик и кивнул своим, радостно улыбающимся, родителям.

- Засада… – проскулила Моя Малышка.

- Мира, поверь, ты им уже очень нравишься! – тихо посмеивался, радуясь тому, что родители медленно идут в нашу сторону. Мама сияет от счастья, а папа аккуратно придерживает её одной рукой, второй показывая «класс».

Хорошо, что я заранее предупредил родителей, чтобы не заводили тему внуков, ведь Мира – профессиональная танцовщица, и ещё хочет года три побыть на сцене. Конечно, я не стал говорить им о проблемах со здоровьем Моей Малышки, тем более, что за три года ещё всё может измениться. Во всяком случае, я сделаю всё от меня зависящее, чтобы Мира больше отдыхала и меньше переживала, а там уже видно будет…

Мысленно выдохнул, когда понял, что знакомство прошло удачно. А в его завершении Мира с теплом и благодарностью приняла объятия моих родителей, чем приятно удивила даже меня, а потом гордо показательно вздёрнула носик, когда родители отвернулись от нас, провожая в нашу спальню (которая ещё в недалёком прошлом была моей).

Обедали мы в беседке, наслаждаясь не только вкусными блюдами, но и чудесным морским воздухом с примесью хвойного и цветочного ароматов от многочисленных клумб и розария мамы.

За приятной размеренной беседой родители узнавали об интересах Миры – и она им всё больше нравилась. О её любви к восточным танцам они знали, поэтому пожелали удачи в дальнейшей карьере и попросили меня во всём её поддерживать.

После обеда мама выбрала одну из подаренных Мирой книг, и с наслаждением прочла нам несколько афоризмов Фаины Раневской. Папа же не смог удержаться, чтобы не пригласить Миру сыграть партейку в шахматы. Она презентовала ему коллекционный набор ручной работы из ценных пород дерева с шикарными резными фигурами и доской. От них даже пахло деревом…

Вообще, конечно, мой папа очень хорошо играет в шахматы, ведь раньше занимался ими на профессиональном уровне. И я очень переживал, как бы Мира не расстроилась, проиграв ему. Но первую же мою попытку подсказать ей, Мира мягко, но уверенно, пресекла. Отец это одобрил – и всю их партию я наблюдал, как они друг друга изучают.

Моя Малышка оказалась неплохим игроком – и дала возможность папе пошевелить извилинами.

Но в то же время я очень хорошо знаю отца, поэтому даже заметил, когда он решил уступить Мире, незаметно подмигнув мне. И для меня это означало полное её принятие.

Конечно, девушка ценна не умением играть в шахматы, но во время игры с сильным соперником очень хорошо проявляется характер и внутренние качества человека… И Мира показала свой характер, терпение, усидчивость и шикарный самоконтроль.

- Достойная партия! – многозначительно заключил отец и поцеловал ручку Мире, поздравляя с заслуженной победой.

Потом они с мамой пошли спать, а мы с Мирой решили переодеться в пляжное, чтобы не просто любоваться морем из беседки.

* Все авторские права на музыкальное произведение «Sleep» принадлежат группе «Poets of the fall». Здесь приведен мой свободный перевод припева с английского. Если у Читателей есть желание, то они могут поискать и другие варианты переводов данного произведения, тем более из него и началась данная история… И для меня это главный саундтрек к трилогии «Доверься мне»… А ещё название цикла «Sleep» тоже не случайно.

Глава 76

Мира

Очень обрадовалась, что наше знакомство с родителями Андрея прошло удачно.

Конечно, не ожидала от его отца подобных испытаний, но играть в шахматы я люблю, хоть давно и не практиковала. Пришлось хорошенько постараться, чтобы не опозориться.

После такого мозгового штурма мне очень захотелось охладиться в манящих морских волнах, ведь живу я даже не у реки, поэтому для меня любая поездка к морю – это огромная радость.

Естественно, я очень быстро согласилась на предложение Андрея окунуться. Но когда он пошёл в ванную переодеваться, я посмотрела на свои купальники, пусть и довольно закрытые, но всё равно раздельные: меня бросило в жар, а потом в холод… Да, мы спим в одной кровати, но вот только одеваемся при этом в штаны и футболки… А сейчас мне придётся предстать перед ним в очень откровенном виде… Странно, что эти мысли пришли в голову именно сейчас, а не когда я собирала чемодан. Конечно, тогда я старательно отгоняла переживания и просто машинально складывала необходимые вещи.

А вот сейчас меня с головой накрыло осознание.

Да, мне нечего стесняться – фигура у меня по-женски очень красивая… Но в этом-то и загвоздка… Андрей меня любит… И он взрослый здоровый мужчина, который и так терпит и старается меня не обидеть…

- Солнышко, мне уже можно заходить? – отозвался он из ванной.

- Сейчас, Андрюш! Ещё пять минуточек.

- Тебе нужна помощь?

- Нет, спасибо большое! Сама справлюсь.

- Хорошо!

Я быстро скинула с себя платье и нижнее бельё (его бы ещё спрятать от глаз Андрея, а то он точно меня не поймёт). Молниеносно надела купальник, а сверху лёгкую пляжную тунику до середины бедра. Выдохнула, уставилась на свои открытые ноги и позвала Андрея.

«Вот и пришло время знакомиться ещё раз», – подумала, покраснев чуть ли не до кончиков ушей, когда увидела Андрея в плавательных шортах и футболке.

- Тебе очень идёт, Солнышко. – Нежно обнял меня, сделав вид, что не заметил моего смущения. И к моему облегчению, не смотрел на меня голодными глазами. Я выдохнула.

- Тебе тоже. Хоть и непривычно ещё. – Прошептала ему в грудь, а потом он взял меня за руку, прихватив пляжные полотенца.

По дороге к морю я честно думала купаться в тунике, а когда Андрей снимал футболку, то старательно отводила взгляд от идеально прокачанного торса и кубиков пресса, делая вид, что мне надо смотреть, как я расплетаю косу.

- Солнышко, мы на пляже – и здесь свой дресс-код. – Он обнял меня и поцеловал в лобик, а я вздохнула и потёрлась щекой о его тёплую обнажённую грудь. Сейчас освежающий морской аромат его парфюма так гармонично смешался с настоящим ароматом моря, что я прикрыла глаза от обонятельного наслаждения. Руки сами легли на его крепкую грудь, а потом медленно скользнули к накачанной спине, как никогда явно ощущая игру мышц и тёплую гладкую кожу под пальцами и ладонями. Я выдохнула и сглотнула.

- Хорошая Моя, мы просто поплаваем вместе. Не сомневайся во мне, пожалуйста. Я не нарушу своего слова. – Прошептал мне в висок и нежно поцеловал. – Тем более, я тебя уже видел в спортивном топе и лосинах. Поверь, мысленно дорисовать тебе обнажённые ножки не так и сложно…

Андрей хохотнул, а я покраснела, понимая насколько он прав, но всё равно не сдержалась – и легонечко шлёпнула его по упругой ягодице, осознав, что сделала, когда Андрей рассмеялся.

- Ой! Я не хотела… – подавилась смешком, боясь посмотреть ему в глаза.

- Я так и понял. – Поцеловал меня в макушку и немного наклонился. Легонечко коснулся моих губ своими и прошептал. – Доверься мне и не сомневайся, пожалуйста.

Поцеловал меня в щёку и нежно огладил бёдра, подхватив тунику с двух сторон. Он медленно поднимал её вверх, едва скользя пальцами по моей коже, а у меня то и дело сбивалось дыхание, сердце выпрыгивало из груди, а по коже разбегались толпы мурашек. Хотела отвести взгляд, но он удерживал его, гипнотизируя нежной голубизной своих глаз, в которых я сейчас купалась, словно в море…

- Я люблю тебя, Хорошая Моя, и не обижу. – Прошептал он – и я послушно подняла руки вверх, сглотнув и закрыв глаза.

Замерла, осознавая, что наслаждаюсь тем, как легко соскальзывает ткань, а тёплый ветерок беспрепятственно обдувает обнажённую кожу, будоража и без того обострённые чувства…

Андрей легонечко целует меня в висок – и я делаю судорожный вдох, максимально прислушиваясь к своим внутренним ощущениям.

Шалунишка-ветерок играет моими распущенными волосами, рисуя ими по спине, будто кисточками.

Удивительная лёгкость и смущение сейчас наполняют меня, а Андрей аккуратно берёт меня на руки и несёт к морю.

Забываю, что ещё несколько минут назад хотела с разбегу нырнуть в волны в своей тунике, и просто утыкаюсь носиком в его шею, получая удовольствие от тепла его тела и от этой окутывающей заботы.

- Я люблю тебя. – Прошептала, погладив его по шее.

- И я тебя люблю, Солнышко. – Поцеловал меня в висок и начал медленно заносить в воду. – Здесь ровное песчаное дно. Глубина несколько метров уже на расстоянии десяти метров от берега. Косы и мелководья нет, поэтому сильно глубоко лучше не заплывай.

- Спасибо большое, Андрюша. Тогда буду плавать вдоль берега. – Поцеловала его в щёку, а он пощекотал мои ступни о небольшую волну, вызвав довольную улыбку, а потом быстро зашёл со мной в следующую, заставив восторженно взвизгнуть от неожиданности и резкого контраста температур.

- Я не хотел… – он широко улыбнулся, похоже, абсолютно не жалея о содеянном.

- Я так и поняла… – поцеловала его в щёку, и мы засмеялись от обмена недавними нашими фразами, а потом снова провалились во взглядах друг друга… В его глазах сейчас сокрыта голубизна бескрайнего чистого неба, а в моих…

- В твоих глазах вся синева и бездна мирового океана… Манит и затягивает… – прошептал в ответ на мои мысли и легонечко поцеловал.

Не знаю, что на меня нашло, но я сама углубила поцелуй, наслаждаясь тем, что он бережно держит меня на руках, покачиваясь в такт небольшим волнам… Наслаждаясь прикосновениями кожи к коже – уже прохладной… Но от этих прикосновений всё равно горишь…

- Люблю тебя. – Прошептала ему в губы и получила такой же ответ. Счастливо улыбнулась и легла на волны, чувствуя, как он бережно придерживает меня.

Хотела сказать, что умею лежать на волнах, но захотела ещё несколько минут насладиться его защитой…

А потом мы долго плавали и ныряли. Меня постоянно сносило волнами, но мне это очень нравилось, ведь Андрей меня легко обгонял и встречал, бережно подхватывая на руки, нежно целовал и катал на волнах… А я соединяла капли на его лице, шее, ключицах и груди, ловя каждый его рваный вдох, за которым следовал нежный поцелуй…

Я растворялась в его теплоте и ласке, которые согревали в прохладных водах, а эти наши солёные поцелуи я буду помнить всегда…

Счастливые солёные поцелуи с лёгкой горчинкой от морской воды… Абсолютно не такие, как те – солёные от слёз и горечи…

Хотя их я тоже буду помнить…

- Как же с тобой хорошо… – поцеловала его тёплые солёные губы.

Андрей улыбнулся и спросил:

- Ты не замёрзла?

- Ты меня везде согреваешь, – прошептала, но понимала, что сейчас нам важно не перекупаться – вода ещё прохладная. – Ещё две минуточки – и на берег.

Коротко поцеловала его в губы и нырнула в подступающую волну.

Андрей вынес меня из моря тоже на руках, хоть я и убеждала его, что сама в состоянии.

Но себе я честно призналась, что мне приятно, когда он носит меня на руках, когда заботится, целует и обнимает…

Наверное, если бы у меня спросили о моём идеальном дне, я бы ответила, что в объятиях Андрея, а где – уже неважно…

Мы зашли под большой навес в зону полутени и он сел на пляжный диван, умостив меня у себя на коленях и закутав с головой в огромное полотенце.

- У тебя длинные волосы – сейчас быстро продует ветром. Если хочешь, пойдём в дом.

- Нет, хочу ещё побыть здесь.

- Тогда согревайся. – Он помог мне аккуратно отжать волосы и немного их просушить, а потом укутал меня в сухое полотенце.

Посмотрела в его любящие глаза и аккуратно вытерла полотенцем капельки с его волос, проявляя взаимную заботу. А потом снова поддалась своим желаниям – и обняла Андрея, умащиваясь на его груди и укрывая его тоже этим полотенцем. Он был гораздо теплее меня – и мне даже стало немного неловко. Но не успела я сосредоточиться на этой мысли, как он нежно обнял меня под полотенцем, положив одну руку на спину, а другой прикрыл бедро.

- Ты совсем замёрзла, Моя Хорошая. Пошли всё-таки в дом.

Я поджала ножки и удобнее умостилась на его груди и бёдрах:

- Лучше отогревай меня. – Прошептала я, закрывая глаза. И едва слышно добавила. – У тебя это очень хорошо получается, Андрюша.

Почувствовала, что он улыбается, и сама начала довольно улыбаться.

- Мира, тебе так удобно?

- А тебе?

Андрей тихо засмеялся:

- Мне очень удобно и хорошо.

Я довольно выдохнула:

- Вот и хорошо.

Андрей ласково гладил мои ноги, спускаясь от бедер к голени, а потом нежно щекотал стопы. А я гладила его по груди, периодически вырисовывая какие-то узоры, и просто млела от удовольствия, от наших уютных минут счастья…

Мы снова молчали, наслаждаясь моментом и тем, что есть друг у друга…

Шум моря…

Крики чаек…

Тёплый морской ветерок…

Воздух, пропитанный йодом и солью…

И тепло родного человека рядом…

Биение его сердца и тёплое дыхание…

Я быстро согрелась – и осознала, что у меня уже не перехватывает дыхание, когда он медленно проводит по моим бёдрам… Мне нравятся именно его прикосновения…

Целую его в ключицу и шепчу:

- Спасибо большое, что ты именно такой, Андрюша… И что ты у меня есть…

- Спасибо, что разрешаешь быть с тобой, Солнышко.

Я приподнялась и потянулась к нему за поцелуем, почувствовав, что он сейчас мне нужнее даже глотка воздуха…

Мы долго целовались, и с каждым его нежным прикосновением к моей коже, я чувствовала, что между нами падают очередные барьеры – и мне это нравится…

*****

Мой купальник и шорты Андрея уже практически высохли, но заходить в дом или купаться мне ещё не хотелось.

Андрей ласково назвал меня Врединкой и пригрозил, что в следующий раз сам меня переоденет в сухой купальник. Решила не отвечать, просто легонечко поцеловав его в губы.

Но не успела я снова умоститься на его груди, как Андрея окликнула помощница по дому его родителей – Любовь Степановна. Он извинился, поцеловал меня в щёку и пошёл к улыбчивой женщине лет сорока пяти.

А я смотрела на синее море, омывающее берег пенистыми волнами, пытаясь заглянуть максимально далеко, где оно встречается с чистым голубым небом… Смотреть вдаль полезно… А ещё очень полезно хоть иногда взглянуть на свою жизнь со стороны…

И я смотрела – и удивлялась…

Как такое получилось, что всё так круто изменилось?

Меня любят и я счастлива…

Мной гордятся и хотят прожить со мной остаток своей жизни…

А ещё меня приняли его родители – так легко и просто…

Хотелось бы мне, конечно, чтобы и моим родителям сразу же понравился Андрей… Но им любой мой выбор сложно принять…

Почувствовала приятный запах сдобы и подняла взгляд.

Освещённый лучами солнца, передо мной стоял Андрей, держащий в руках столик для завтраков в постель.

- Привидится же такое… – прошептала и постаралась проморгаться, уставившись на Андрея.

Он улыбнулся и присел возле меня на диван.

- Сегодня на полдник печёные пирожки с домашней вишней и клубнично-вишнёвый компот.

Я сглотнула, чувствуя, что сейчас подавлюсь слюной от этого нереального аромата детства, когда бабушка пекла мне самые вкусные пирожки на свете. А я их с удовольствием уплетала, не мучаясь угрызениями совести и не считая, что позволяю себе лишнего.

Вздохнула, потянувшись за искрящимся рубиновым компотом в высоком стакане с крышечкой и спиральной коктейльной трубочкой. Он оказался ещё тёплым, чему я обрадовалась, а Андрей поставил столик мне на колени и придвинул ароматные пирожки поближе.

- Солнышко, ты наплавалась и намёрзлась, поэтому я даже слушать не хочу про твой режим питания – тебе этих калорий сейчас как раз и не хватает. Я и так взял пирожки без сахарной пудры.

Я сглотнула, а Андрей взял самый румяный пирожок и поднёс к моим губам. Посмотрела на него, а он мне кивнул с улыбкой:

- Приятного аппетита, Солнышко.

Я глубоко вдохнула, закрыла глаза и откусила кусочек, замурлыкав от удовольствия: нежнейшее воздушное тесто с приятным ароматом ванили просто растаяло во рту – и я потянулась за следующим кусочком с невероятно сочной кисло-сладкой начинкой.

- М-м-м. – Я взяла пирожок у Андрея. – И ты ешь – это просто обалденно.

Я откусила следующий кусочек – и уплыла в мир потрясающих вкусов и ароматов…

Не заметила, как съела два пирожка, зато заметила, как довольно улыбался Андрей, глядя на меня.

- Спасибо большое, Андрюша. Очень вкусно. – Призналась я, откладывая использованную салфетку.

- Это Любовь Степановна постаралась.

- Точно, всё с любовью приготовлено. Хорошо, что она есть у твоих родителей – замечательная женщина.

- Да, согласен. – Он кивнул и поцеловал меня в щёчку, а я решила, что завтра разузнаю у этой кулинарной феечки все тонкости рецепта. Мне хотелось понимать, как получаются такие шикарные воздушные пирожки – хорошо пропеченные и в то же время с сочной начинкой… Конечно, для себя я такие никогда не пекла, но вот теперь у меня есть Андрей – и мне хочется баловать его не только разнообразием муссовых, творожных и желейных десертов…

Сейчас мы никуда не торопились, поэтому решили ещё немного побыть на берегу, продолжая смотреть на вечное безбрежное море.

Мне нравилось обниматься с Андреем – и я искренне наслаждалась лёгкостью и непринуждённостью момента.

С ним мы могли разговаривать о чём угодно, и точно так же молчать обо всём…

Слышать сердцем и понимать…

Обнять, когда это необходимо, как воздух, и прошептать то, что важно именно для нас…

Мы прорастали друг в друга – и это буквально чувствовалось…

Наверное, поэтому мне захотелось сделать ещё один шаг к нам…

Вечером, после тёплого и дружелюбного семейного ужина, мы с Андреем прогуливались вдоль берега по мелководью, держась за руки.

Я остановилась, наслаждаясь, как волны щекочут щиколотки, а освежающий морской бриз развивает сарафан и волосы.

Сегодня был потрясающий закат: прощальные лучики солнца щедро осыпали береговую часть моря розовым золотом, а небо окутывали в персиковые и розовые оттенки. Андрей сделал несколько моих фото на фоне этого природного чуда, а потом я подошла к нему для совместных фото – для меня они всё равно более ценные…

Он обнимал меня со спины – и от этого было уютно, а ещё чувствовалось, что я под его защитой…

Андрей нежно поглаживал мой животик и трепетно целовал висок, разгоняя волны мурашек по телу. Я закрыла глаза и наклонила голову, подставляя шею.

Он аккуратно убрал мои волосы за спину и аккуратно провёл кончиками пальцев по шее. Сбоку… Как раз там, где остались практически незаметные шрамы…

Я шумно выдохнула, но не вздрогнула.

- Ты хочешь…

- Чтобы ты меня поцеловал. – Завершила фразу за него. – Так, как только ты это умеешь… Хочу новых счастливых воспоминаний…

Почувствовала, как трепетно и нежно Андрей прокладывает лёгкую дорожку поцелуев от виска по контуру лица, слегка прихватывает мочку ушка и медленно спускается к шее…

Чувствую его тёплое дыхание и тону в невесомых ласковых поцелуях, забывая дышать…

Мы снова пропустили остаток заката, растворившись в нежных и чувственных поцелуях…

Но для меня сейчас были важны именно мы…

Мне нравилось плавиться в его нежных объятиях, нравилось чувствовать его мягкие губы на своих губах, на каждом сантиметре моего лица… и даже на моей шее…

Я уже не боялась его прикосновений – я их любила и сама всё сильнее тянулась к нему…

Конечно, я не хотела торопиться с интимом – у меня есть свои принципы построения отношений, но этой ночью я сделала ещё один шаг к нам: надела тунику без рукавов, прикрывающую только попу. Ведь ночнушку с собой я не брала. Конечно, не забыла и про нижнее бельё. А вот Андрея попросила остаться только в боксерах – мне до безумия хотелось наслаждаться хоть такими прикосновениями кожи к коже… А ещё гладить его по сильной груди с лёгкой растительностью, всё больше привыкая к мысли, что этот Мужчина хочет быть только моим…

Глава 77

Андрей

Когда мы с Мирой собирались к моим родителям, я думал о чём угодно, только не о том, что эта поездка так сильно нас сблизит… Что падут очередные барьеры между нами… Что Мира сможет ещё больше довериться мне…

И сейчас мы снова в одной постели…

Казалось бы, всё уже привычно…

Конечно, я готовлюсь к каждой нашей совместной ночи, чтобы лишний раз не смущать Свою Малышку. Только вот этой ночью на нас непривычно мало одежды…

Так захотела сама Мира…

Стараюсь не поддаваться своим инстинктам и желаниям…

Не пялюсь на полупрозрачную фиолетовую ткань, сквозь которую виден изящный чёрный кружевной комплект, состоящий из топа и трусиков-шортиков. Настоящая пытка, которую надо просто пережить…

Чувствую, что Мира, хоть и очень старается, но всё равно смущается, поэтому не придвигается так близко, как раньше, и шепчет, что всё понимает…

И я уверен, что понимает, но уже давно научился ценить то, что у меня есть – особенно с Мирой…

А с НЕЙ у нас раньше не было даже обычных прикосновений.

- Не переживай. Просто иди ко мне. – Прошептал и почувствовал, как она придвигается ближе, умащиваясь под моим боком, а потом привычно утыкается носиком мне в шею, щекоча и будоража своим дыханием.

Мы снова бережно обняли друг друга и пожелали доброй ночи.

Мира нежно гладила меня по груди, не добираясь даже до пресса. Я тоже старался быть максимально деликатным – и просто ласково гладил её по спинке и пропускал шикарные пряди волос сквозь пальцы…

Конечно, жизнь не так длина, как хочется, но мы с Мирой решили провести столько времени вместе, сколько нам отмеряно…

И я уверен, что наступит день, когда мы оба позволим себе гораздо больше…

Уже понемногу позволяем…

Я слушал её размеренное дыхание, постепенно проваливаясь в сон, и понимал, что жду нашу свадьбу больше, чем День рождения или Новый год в детстве… Ведь сейчас мой самый желанный подарок – это Мира…

«Ещё два месяца и одна неделя», – напомнил себе, обнимая Миру уже не только наяву, но и в своём сладком сне…

*****

Почувствовал, как кто-то ласково трётся носиком об мою шею, а потом нежно целует в щёку и губы.

- Доброе утро, Моё Солнышко… – хрипло прошептал я.

- Доброе утро, Андрюша. – Мира выглядела очень довольной.

- Как тебе сегодня спалось?

- Просто замечательно! – она крепко обняла меня за шею. – Ты мне снился всю ночь. – Она легонечко закусила уголок губки, а потом прошептала мне на ухо. – Ты настоящий волшебник! – хохотнула, поцеловала в щёку и шустро вывернулась из моих объятий, убегая в ванную, оставляя меня с догадками о том, что же ей приснилось этой ночью?..

Перед завтраком мы ещё успели побродить по мелководью, а после нашей семейной трапезы и дружелюбных бесед Мира сказала, что хочет побыть на кухне вместе с Любовью Степановной. Не стал её отговаривать и решил пока немного поработать.

Через несколько часов, подходя к кухне, я не верил своим ушам, ведь слышал искренний и заливистый мамин смех.

«Я уже и забыл, когда последний раз слышал, чтобы мама так смеялась…» – подумал, ускорив шаг, но меня остановил папа, появившийся, даже и не знаю, откуда.

- Не отвлекай их сейчас, пожалуйста, Андрей. – Сказал отец полушёпотом и поманил меня рукой. – Пошли, поговорим.

Я ему молча кивнул и задержался на несколько секунд, вдыхая умопомрачительный аромат и любуясь Своей Малышкой. Она подняла голову и нежно мне улыбнулась. Помахал ей и улыбнулся в ответ, а потом проследовал за отцом.

Мы решили присесть в беседке.

- Интересные у вас с Мирой отношения. – Отец улыбнулся одними уголками губ, внимательно всматриваясь в мои глаза.

- Пап, мы со всем сами разберёмся. Но думать плохо о ней не смей! Мира – приличная девушка! – чувствовал, что начинаю закипать, поэтому старательно сдерживал себя.

Отец тихо засмеялся.

- Андрей, молод ты ещё! Поживёшь с моё – сам всё поймёшь! – он дружелюбно похлопал меня по плечу. – Опытному глазу всё видно – не переживай! Редкая девушка сможет добиться того, чтобы её по-настоящему ценили…

Я медленно выдохнул и посмотрел в глаза отцу с недоумением и одновременной радостью и гордостью за Свою Миру.

- Да, по вам всё видно – вы очень близки, но не в том смысле… – он приподнял бровь. – Большая редкость нынче…

- Нам так удобно.

- Не буду лезть в ваши отношения, Андрей. Не торопитесь – и правильно делаете. Для совместной жизни важно узнать и научиться понимать друг друга. И я горжусь, что вы с Мирой пошли этим путём, сын.

В груди потеплело – и я искренне улыбнулся отцу.

- Мы с твоей мамой тоже не торопились – и я ещё ни разу не пожалел об этом, ведь тогда мы с ней прожили неповторимые моменты… Хорошо узнали друг друга – и бытовая притирка проходила более гладко… Мы уже чётко понимали, с каким человеком связывали жизнь – и это придавало уверенность… С этим легче преодолевать всё, что щедро подбрасывает жизнь…

Я молча кивнул и продолжил слушать отца.

- Быть в радости и здравии просто… Другое дело, когда дорогой человек угасает на глазах и нуждается в тебе… Тогда и проявляется настоящая любовь… Остаться, поддерживать, делать всё, чтобы отвоевать жизнь дорогого человека… Чтобы увидеть улыбку на родном лице…

- Я понимаю тебя, папа. – Кивнул, слегка поджав губы. В груди щемило от осознания всего того, что им с мамой приходится проходить каждый день уже долгие годы. Но в то же время я был очень благодарен ему за искренность и этот разговор.

- Надеюсь, что ты уже хорошо понимаешь, что главный признак любви – не круглосуточное желание… – я ему молча кивнул. – Любить – это когда не хочешь сделать ей больно ни словом, ни делом... Когда, наоборот, хочешь забрать её боль... Тебе не должно быть хорошо, если ей плохо... Всё остальное – это не любовь... Страсть, похоть, желание обладать, привычка, страх... Всё, что угодно – только не любовь...

- Да, папа. Я понимаю, о чём ты. Я стараюсь.

- Правильно, Андрей. И ты должен помнить, что всегда в ответе за любимую женщину. И ты должен всегда защищать её и даже оберегать её сон, если понадобится… – я понимающе кивнул, вспоминая нас с Мирославой. – Женщины – очень тонкие и чувствительные натуры и ей всегда должно быть с тобой комфортно и уютно... Андрей, ключевое слово – «всегда». – Он посмотрел на меня пристально.

- Да, папа. Я с тобой согласен.

- Я в тебя верю, сын. – Он снова похлопал меня по плечу. – Я желаю вам с Мирой счастья.

- Спасибо большое, пап.

Он едва заметно улыбнулся:

- Конечно, счастье у всех своё… Его понимание меняется с возрастом и жизненными испытаниями… Сейчас для меня счастье – это понимать, что после всего пережитого вместе с твоей мамой, несмотря на взлёты и падения, её тяжёлую болезнь, я всё ещё вижу своё отражение в её глазах... Как бы там ни было – мы есть друг у друга… И мы успели много – вырастили двоих прекрасных людей, которыми можем гордиться…

- Спасибо, пап.

- Знаешь, я рад, что Кира сдружилась с твоей Мирой. Тебе с ней повезло. Молодая, целеустремлённая, добрая и при этом мудрая и верная. – Я вскинул бровь. – Да, Андрей, вертлявых сразу видно. Твоя Мира – не такая. Ты ещё многое рядом с ней поймёшь, хотя, как я вижу, уже понял… В одной из книг, которые она подарила твоей матери, есть прекрасная цитата Марии фон Эбнер-Эшенбах (австрийской писательницы и драматурга): «Наибольшую власть над мужчиной имеет женщина, которая, не отдаваясь ему, способна заставить его поверить, что он любим». Я рад, что ты встретил именно такую, Андрей… Это большая редкость и…

- Большое счастье, – договорил за отца, а он мне кивнул с искренней улыбкой.

Мы немного помолчали, а потом продолжили разговор о маме и делах в моей компании.

А потом был тёплый домашний обед, за которым мама сияла от счастья и с удовольствием поделилась с нами, что Мира готовила борщ и котлеты по её рецептам и с её подсказками.

- Просто захотела научиться. – Тогда скромно ответила она, а позже уже лично мне добавила, что для неё было важно научиться готовить блюда из моего детства и ещё ей очень хотелось порадовать мою маму.

С благодарностью её обнял и поцеловал, ведь не каждый человек захочет учиться готовить то, что и сам прекрасно умеет… Ну, а то, что Мира может хоть сегодня быть шеф-поваром своего собственного ресторана – это факт, ведь в её кулинарных навыках я уже не раз убеждался.

Потом мы с Мирой снова прекрасно провели время на пляже, а после ужина меня отвела в сторону мама и со слезами на глазах поблагодарила, что привёз к ним знакомиться Миру. Сказала, что она чудесная девушка, очень добрая и не боится быть смешной, чтобы повеселить кого-то…

Конечно, я прекрасно понимаю, что мама абсолютно права.

А утром я радовался, что и эта ночь у Миры прошла без кошмаров, но в тоже время немного грустил от того, что нам уже пора возвращаться – завтра в компанию, а я пока не знаю, как будет складываться мой график, и увидимся ли мы ещё с родителями до моего Дня рождения…

Глава 78

Мира

Постоянно поражаюсь, как, оказывается, просто подарить человеку улыбку и радость.

Искреннее внимание и участие – вот и весь секрет. Конечно, при этом очень важно оставаться собой.

Когда мы летели к родителям Андрея, он мне рассказал, что его мама очень хочет приготовить для родных свой борщ и котлеты. Да и он за ними уже давно соскучился.

За то время, что мы вместе с Андреем, уже неоднократно готовили и борщ, и котлеты. Да, всегда всё было очень вкусно – и Андрей сиял от счастья, но я всё-таки хорошо понимаю, что мамина еда навсегда останется особенной: вкусом беззаботного детства и приятными воспоминаниями на всю жизнь…

Поэтому, когда Анна Олеговна (мама Андрея) появилась на кухне, я решила разузнать её личные секретики. Тогда её самочувствие было хорошим, поэтому она осталась со мной и Любовью Степановной на кухне, контролируя процессы.

По итогу все оказались в выигрыше: я получила рецепты шикарных пирожков и блюд из детства Андрея, а женщины от души посмеялись над курьёзными историями, в которые мы с девчонками успели попасть.

Рассказала и то, как нас в Одессе чуть не смыло с пирса. Тогда мы зашли аж в самый его конец. Стояли сбоку и кидали в море монетки, наблюдая как ими играют волны, и засмотрелись так, что не заметили надвигающийся шторм. Слышали, что спасатель по мегафону настоятельно просит покинуть пирс, но у нас тогда оставались ещё монетки – и хотелось бросить их все, рассматривая, как они постепенно уходят на глубину, поблёскивая то одним, то другим боком. В общем, решили, что несколько минут не критично. Но волны начали быстро захлёстывать сам пирс – и тут мы уже опомнились и под маты спасателя и собственные взвизги буквально сбегали с пирса, перепрыгивая волны и выбрасывая монеты по пути. А это была уже глубокая осень – и оказаться в штормовом море не хотелось абсолютно. Кстати, он потом ещё нас гонял по пляжу, крепко матерясь в мегафон, хоть мы и так уже всё осознали.

Потом вспомнила, как мы считали ступеньки на Потёмкинской лестнице*, уже поднимаясь по ней, и у нас синхронно три чайки прямо из рук выхватили рыбные расстегаи. По ощущениям это просто был сговор какой-то, а я тогда сказала, что чайки отобрали еду у трёх ворон. Но, если честно, тогда мы сильно испугались от неожиданности, зато потом всю дорогу домой смеялись, вспоминая тот случай. Ровно до того момента, пока я не открыла в поезде свой сок. Апельсинового тогда в магазине не оказалось – и мне продавец предложил лимонный, предположив, что он наверняка с сахаром и не такой концентрированный.

Именно после этого случая я тщательно смотрю состав абсолютно всего на упаковке. Это было что-то: не подозревая никакого подвоха, я вставила трубочку в коробочку и смело отхлебнула. Ох, такой кислятины в жизни не пробовала – у меня просто челюсть свело и слёзы потекли из глаз. Я с трудом глотнула, а потом запивала водой. Насмеялись мы тогда знатно – Одесса нас всегда награждает незабываемыми впечатлениями. Но мы всё равно выкрутились – и заказали себе чай, а потом добавили в него тот ядрёный лимонный сок.

Ещё было много всего смешного, связанного не только с Одессой, хоть этот замечательный город всегда был на первом месте по курьёзным ситуациям.

И, конечно, как и Андрею, мне абсолютно не хотелось уезжать отсюда. Тем более, родители у Андрея оказались просто замечательными – и я хорошо поладила с ними. А ещё они пригласили приезжать к ним, как только выдастся подходящая возможность.

А дальше нас закрутила трудовая неделя с её сумасшедшим графиком, в котором мы снова находили окошки для встреч друг с другом.

В один из вечеров после совместного ужина мы поехали к Кире на примерку. Сначала разобрались с Андреем и отпустили его к себе собирать необходимые вещи, ведь сейчас, по сути, он жил у меня. Конечно, я видела, что это ему, как успешному и обеспеченному мужчине, даётся непросто, но он понимал, что мне для репетиций необходим просторный зал. В его квартире такой не предусмотрен. А ещё у меня есть Машенька. Да и во время его командировок я всё равно живу у себя. Поэтому я была очень благодарна ему за понимание, а к Кире мы с ним приезжали вместе, совмещая и примерки, и общение.

Хоть ткань и кружева для свадебного платья мы выбирали вместе с Андреем, мне не хотелось, чтобы он наблюдал процесс пошива. Я мечтаю увидеть восторг в его глазах, ведь шьёт наряд его сестра – и это очень важно для нас всех.

После примерки пошла в квартиру Андрея и обнаружила его в спальне.

Осмотрела – и чуть не потеряла дар речи.

Почувствовала, как по щекам покатились слёзы, но при этом я счастливо улыбалась, не отрывая взгляда от этого необычного «музейного экспоната» прямо напротив кровати в его спальне.

- Кира сюда обычно не заходит, поэтому выбор места именно такой. – Он хохотнул и нежно обнял меня со спины.

- Теперь понятно! – я тихо смеялась сквозь слёзы, вспоминая своё эпичное падение на Андрея, ведь сейчас я смотрела на те самые туфли, застрявшие в ливнёвке. – Как тебе вообще такое в голову пришло?

- Нравится? – шкодно спросил, целуя меня в висок.

- Да я просто в восхищении, Андрюша! – пыталась успокоиться.

- Я тоже! – он поцеловал меня в щёку. – Для нас тот день стал особенным, а эта ливнёвка и твои шпильки – знаковыми.

Я молча кивнула, рассматривая небольшую витрину со стойкой для музейных экспонатов. Закатывала глаза и давилась смешками, ведь в эту витрину был помещён фрагмент ливнёвки, в котором капитально застряли каблуки моих туфель.

Но ведь для нас с Андреем это не просто какая-то фигня – это начало нас…

Пусть и с такой глупости…

В нашу первую встречу я отскочила от него и запретила к себе прикасаться, за что он назвал меня музейным экспонатом…

А сейчас в его спальне стоит «музейный экспонат», благодаря которому я оказалась в нежных, уютных и заботливых руках Любимого Мужчины…

- Потом это чудо будет стоять в нашем общем тренировочном зале, Андрюша! – перекрутилась в ласковых объятиях и обняла его в ответ, прижимаясь щекой к сильной и надёжной груди.

- Как захочешь, Солнышко. – Почувствовала его тёплое дыхание на своей макушке и лёгкий поцелуй.

*****

Дни пролетали счастливо и быстро, но в то же время дополнительных забот на нас навалилось. А за работой, тренировками, началом стройки и подготовкой к свадьбе свободного времени не было в принципе – и мы с Андреем, вымотанные за день, просто ложились в кровать – и довольно быстро засыпали в обнимку.

Кошмары перестали меня мучать, поэтому мы лучше высыпались и Андрей смог вернуться к своим утренним пробежкам.

Каждое утро мы нежно целовались, безмолвно поздравляя друг друга с очередной спокойной ночью и добрым утром, а он меня ласково называл «Умницей».

За этот месяц наша жизнь понемногу устаканилась. Мы продолжали узнавать друг друга и строили планы на будущее.

А ещё у нас случилась важная общая победа: Андрей всё-таки выиграл суд у того наглого депутатишки – и теперь тому светит лишение депутатской неприкосновенности, полная конфискация имущества и десять лет лишения свободы. Конечно, он будет подавать апелляцию, но и у нас есть хорошее подспорье, чтобы выиграть и этот этап тоже. Тем более, крыша этого гада решила его слить.

И всё вокруг получалось и радовало. Вот только первого июля из длительного круиза вернулись мои родители, а это означает, что в ближайшее время им нужно сообщить, что я скоро выхожу замуж. Ведь, как бы там ни было, я люблю своих родителей и очень хочу, чтобы Андрей им понравился, и они его приняли.

* Потёмкинская лестница – бульварная лестница в Одессе. Это архитектурное сооружение в стиле классицизма является памятником архитектуры первой половины XIX века и одной из главных достопримечательностей города. С верхних ступеней лестницы открывается широкая панорама морского порта, гавани и Одесского залива. В основу конструкции Потемкинской лестницы заложен принцип искусственной перспективы. Нижние ее ступени значительно шире верхних. Но при взгляде с верхней площадки они кажутся одинаковыми. При обзоре снизу лестница приобретает пирамидальную форму и выглядит длиннее, чем на самом деле. Угол наклона уступов тоже создает визуальный обман: снизу виден сплошной каскад ступеней, а сверху – одни лишь площадки. Длина лестницы составляет 142 метра, высота – 27 метров, в ней насчитывается 192 ступени.

Глава 79

Андрей

Мира всё-таки решила долго не затягивать и уже второго июля по телефону «порадовала» своих родителей новостью, что седьмого августа выходит замуж. Ожидаемо, данное известие они приняли без восторга и попросили Миру приехать для серьёзного разговора. Моя Малышка же не прогнулась и сказала, что приедет вместе с женихом на ближайшие выходные к Сергею погостить. И там мы все вместе сможем пообщаться. Об этом мы с Сергеем договорились заранее, ведь так Мира будет отвлекаться на племянников и меньше переживать. Да и рассчитывал я на то, что Сергей сможет забрать Миру, если разговор выйдет из-под контроля.

Конечно, я сделаю всё возможное, чтобы оградить её от лишних переживаний, и вообще хотел бы сам сначала поговорить с будущими родственниками. Но также я понимаю, что Мира может и сама не захотеть оставлять меня наедине с ними. По крайней мере, сейчас она настроена на свой сценарий.

Оставшиеся до встречи дни Мира заметно переживала. Я старался её отвлекать и настраивать на позитив, но она замечала, что не просто так пять лет живёт вдали от родителей. Конечно, я с ней согласен, но знаю, что некоторые люди способны меняться, если захотят этого. За пять лет обиды всё-таки должны поутихнуть – и можно постараться построить отношения заново с позиции взрослых адекватных людей.

В пятницу вечером Мира переключилась на репетицию с Машенькой, но в субботу утром она переживала так, что у неё трусились руки.

Убеждал, что всё пройдёт хорошо. Но, даже если и не так, как нам хочется, то всё равно мы уже есть друг у друга. И я всегда буду благодарен её родителям за неё…

Перелёт прошёл удачно и во второй половине дня на нас уже «висели» радостные Полиночка и Ваня. Дети были в восторге от нашего приезда и подарков, поэтому сразу же взяли нас в оборот, затягивая в игры.

Это оказалось тем, что надо Мире. По крайней мере, внешне она заметно расслабилась.

Наше знакомство должно было состояться вечером, а потом Сергей предложил всем вместе поужинать шашлыками. Сценарий мне понравился и я просто дожидался назначенного времени. Конечно, тоже переживал, но у меня за плечами есть опыт работы в нескольких посольствах во время учёбы в университете, и уже восемь лет я управляю собственной компанией – и регулярная практика переговоров с разными клиентами у меня есть…

Конечно, родители Миры – юристы, но я верю, что всё же не враги своей дочери.

Ровно за пять минут до назначенного времени Сергею сообщили с поста охраны посёлка, что к нему гости, а в шесть вечера во двор уже заезжал серебристый BMW 7.

Мира инстинктивно напряглась, а я взял её прохладную ручку, уже понимая, что она снова переживает, и медленно повёл к её родителям, отстранённо-вежливо приветствующих Сергея.

Сейчас мы с Мирой и Сергеем были в светлых летних джинсах и футболках, ведь договаривались о шашлыках. А вот родители Миры оделись, словно на светский раут: на её матери было изысканное коктейльное бордовое платье, подчёркивающее идеальную фигуру, жемчужное ожерелье и серьги, а ещё элегантная высокая причёска. Её продуманный образ и манера держаться заставляли восхищаться этой женщиной, несмотря на её холодный взгляд. Отец Миры был в классическом сером брючном костюме. Его пиджак был застёгнут полностью, но меня всё же порадовало отсутствие галстука и расстёгнутый на две пуговицы ворот белой рубашки.

Мира тяжело вздохнула и сжала крепче мою руку.

- С корабля на бал… – иронично прошептала и вздохнула ещё раз.

- Всё будет хорошо. – Поцеловал её в височек и погладил большим пальцем тыльную сторону ладони.

- Обязательно. – Мира натянуто улыбнулась, а дальше несколько метров мы прошли молча.

Родители Миры выглядели моложе своего возраста, статные, подтянутые, и загорелые после длительного круиза. Если поставить Миру рядом с её матерью, то максимум можно назвать их сёстрами, а её отцу хоть и было под пятьдесят, но он выглядел, как мужчина в полном рассвете сил, без седины и в отличной физической форме.

«Эти люди требовательны не только к своей дочери, но и к себе», – промелькнула в моей голове мысль и я им искренне улыбнулся.

- Здравствуйте, мама и папа… – начала Мира, но её мать резко перебила:

- Здравствуй, дочь! – она пробежалась быстрым оценивающим взглядом по нам с Мирой. – Скажи сразу, к чему такая спешка? Ты беременна?

«Мама…» и «Инна!» Мира проговорила синхронно со своим отцом, а мне до боли стало обидно за Свою Малышку.

- Сергей, отведи, пожалуйста, Миру к Полинке и Ване – они ещё не доиграли. – Сразу же отреагировал я.

Похоже, что по-хорошему у нас ничего не получится…

- Но, Андрей…

Не дал ей договорить:

- Так будет лучше, Солнышко. Иди пока к племянникам. – Поцеловал её в щёчку и подвёл к Сергею. К моей радости родители Миры решили промолчать, но я заметил, что отец ей кивнул с лёгкой улыбкой, когда она растерянно обернулась, быстро уводимая Сергеем.

Мысленно считал до десяти и обратно, успокаивая свои эмоции и дожидаясь, пока Мира с Сергеем отойдут достаточно далеко.

«Это же надо настолько не знать свою дочь!» – возмущался мой внутренний голос, но я хорошо понимал, что особого откровения между ними уже давно нет.

- Давайте пройдём в беседку. – Предложил я и пошёл вперёд.

Мы сели напротив друг друга.

Я заметил, что отец Миры смотрит на меня с интересом и ждёт моих действий, не спеша делать выводы. Её же мать едва сдерживается, чтобы сейчас же не наброситься на меня. Как я понимаю, она и есть главный инициатор конфликта и достучаться мне нужно всё-таки до неё…

- Здравствуйте, Инна Александровна и Виктор Андреевич. Меня можете называть просто Андрей. Я жених вашей дочери. И сразу же хочу вас успокоить – Мира не беременна. У вас замечательная дочь, с которой мы договорились, что с более близкими отношениями подождём до свадьбы.

- Здравствуй, Андрей! – отец Миры протянул мне руку для рукопожатия и дружелюбно улыбнулся. – Приятно познакомиться.

- Взаимно. – Ответил на рукопожатие будущего тестя.

- Убедилась, Инна? – посмотрел на свою жену, заломив бровь так же, как Мира.

- Это ещё ничего не значит, Витя. Здравствуйте, Андрей! – она сдержанно кивнула мне, а я в ответ искренне улыбнулся.

- Инна, как раз в наше время это значит очень много.

- Как давно вы знакомы? – начала свой допрос будущая тёща, проигнорировав мужа.

- С одиннадцатого марта этого года. – Решил говорить правду, пока поддавшись будущей родственнице.

- А сколько уже вместе? – она проницательно смотрела мне в глаза.

- С семнадцатого апреля. – Усмехнулся, вспоминая, с чего началось наше решение и что сейчас стоит у меня в спальне.

- Сегодня только четвёртое июля. Вы вместе всего два с половиной месяца, а через месяц уже хотите пожениться?! – она недоверчиво смотрела на меня, слегка приподняв бровь.

- Да. – Невозмутимо ответил и кивнул.

- Зачем?

- Хотим быть вместе – это же очевидно. – Я старался улыбаться дружелюбно.

- Мира о вас ничего не говорила. – Холодно заметила Инна Александровна.

- Знаю. Она не хотела портить вам отдых, понимая, что вы сразу же прервёте круиз, чтобы её отговаривать.

- А разве не надо? – старалась расшатать меня будущая родственница.

- Это её личное взвешенное решение. Мире двадцать два. Она давно совершеннолетняя. Кроме того, пять лет уже не спрашивает разрешения у вас, как ей жить… – всё-таки не выдержал, но пусть её родители подумают над этим.

- У неё уже есть жених. Разве она вам об этом не говорила? – самодовольно улыбнулась она.

- Инна, всё не так! – попытался приструнить её муж. – Андрей, я сейчас всё объясню.

- Про Павла я знаю, Виктор Андреевич.

- Вот как?! – откинулась на спинку плетёного кресла будущая тёща, иронично улыбаясь.

- Да, Мира мне рассказала, что этот, навязываемый ей, жених и стал одной из причин её переезда в Киев.

- Её побега, Андрей! Не надо путать. – Она вздохнула, слегка поджав губы.

- Каждый видит ситуацию со своей стороны, Инна Александровна! А я всегда буду за Миру!

- Вы просто плохо знаете Мирославу! Несколько месяцев – это не срок! – она усмехнулась, но с силой сжала плетёный подлокотник.

- Мы не тратили время зря – и всё-таки узнавали друг друга, Инна Александровна. – Спокойно ответил ей.

- Она импульсивная и несдержанная! – резко ответила она.

- А со мной очень рассудительная. – Спокойно парировал я.

- Она всегда поступает так, как ей взбредёт в голову!

- И имеет на это полное право – это её жизнь и она должна устраивать в первую очередь ЕЁ!

- Вы так говорите, потому что ещё не столкнулись с её характером и выходками!

Я прыснул со смеху:

- Простите, пожалуйста. – Я глубоко вдохнул, посмотрев в потолок, а потом заметил, как понимающе кивнул мне будущий тесть. – Инна Александровна, поверьте мне, характер Миры я на себе уже многократно проверил и прочувствовал. Ваша дочь не из тех, кто сами вещаются на шею – и добиться её было очень не просто, хоть вам может казаться обратное… Прежде, чем начать строить отношения вместе с вашей дочерью, я много узнавал о ней. Мы часто общались, в первую очередь, конечно, по работе, но она очень ответственный трудолюбивый сотрудник, проницательный участливый руководитель. Да и просто очень добрая и отзывчивая девушка.

- Вы знаете о её психологических проблемах? – снова пытается нащупать слабину моя будущая родственница.

- Мы их преодолеваем вместе. И, как видите, от меня она не шарахается. Хоть и было у нас разное.

По взгляду заметил, что её уверенность в своей правоте пошатнулась. В то же время увидел полное принятие в глазах будущего тестя.

- И всё-таки, зачем вы так торопитесь, Андрей? – она пристально смотрит мне в глаза.

- Я люблю вашу дочь. Нам хорошо вместе. Мы счастливы. И мне, и ей спокойнее, когда я рядом. Для меня это важно. У меня нет цели обидеть Миру – я ей очень сильно дорожу. Она уникальная девушка. И я, правда, очень её люблю.

Инна Александровна опустила свой взгляд, раздумывая, а Виктор Андреевич, наоборот смотрел на меня, добродушно улыбаясь.

- Моим родителям очень понравилась Мира – они её с радостью приняли. Приглашают в гости и с удовольствием общаются. Они живут в Одессе, вы живёте в Днепре. И, знаете, было бы мне всё равно, я бы сейчас не убеждал вас, что Мира – прекрасный человек, каких сейчас мало, а просто бы сказал: не хотите с нами общаться, ну и не надо! Будем ездить к моим родителям, а вы и так пять лет далеки от своей дочери… Но ей от этого тоже плохо… Она очень переживает и считает, что предала вас… Но тогда вы не оставили ей выбора: в противном случае она бы предавала себя, свои интересы… Возможность быть самой счастливой… Разве это справедливо? Разве вы создавали свою фирму, чтобы положить будущее своей дочери во имя продвижения своих интересов и существования своего дела? Но она же абсолютно другая: она творческая, креативная, светлая, искренняя… Она творец и созидатель! Она не сможет защищать всех подряд в суде – она хорошо видит и чувствует людей… Это не для неё…

- Вы ничего не понимаете, Андрей. – Вздохнула Инна Александровна. – И не надо делать из нас чудовищ.

- Я не делаю из вас чудовищ. Я вам наоборот очень благодарен за такую дочь и, как ни странно за то, что не приехали в Киев за ней… И дали возможность стать собой…

- Зашуганной девушкой, которая ничего не хочет рассказывать и чуть не погибла, потому что пошла за своими прихотями?.. – она холодно посмотрела на меня.

- Нет, за то, что она осталась доброй, человечной, сильной, целеустремлённой, организованной… За то, что стала успешной… За то, что сама всего смогла добиться в жизни, вопреки обстоятельствам и своим страхам… Думаете, что только вам было сложно пережить уход дочери из вашей жизни? А вы задумывались, каково ей было начинать новую жизнь без поддержки в другом городе? С нуля. С финансами всего на месяц скромной жизни. И вы при этом желали, чтобы она не справилась… – я тяжело вздохнул, ведь в груди всё сжалось. – А она хотела вашей поддержи, любви и понимания… Хотела жить своими интересами, а не вашими… Не хотела быть с нелюбимым человеком… Инна Александровна, а вы бы смогли жить рядом с тем, кого не любите? По вашему мнению, это просто? И это то, чего заслуживает ваша дочь?

- Дело не в этом, Андрей. – Она внимательно смотрела мне в глаза.

- Дело как раз в этом. Вы сами-то живёте с человеком, которого любите – по вам это видно. Так почему же надо принести свою дочь в жертву вашим интересам и фирме? – я тоже искал ответы в её глазах.

- Вы не знаете Павла. Он хороший человек.

- Да я в этом даже и не сомневаюсь! И, может быть, он даже действительно любил Миру, а не вашу фирму… Всё может быть. Но главное то, что она его не любила… – стараюсь отследить любые эмоции этой, на вид, непроницаемой женщины.

- Вам всё равно это сложно понять… – она улыбается одним уголком губ. Взгляд не надменный, но всё ещё холодный.

- Возможно. Но у меня тоже есть своя компания. И я очень хорошо понимаю, как создавать, объединять вокруг себя людей, постоянно ездить в командировки и заключать договора, чтобы компания развивалась… Но, даже если всё то, что я годами строил, падёт прахом из-за того, что мои дети не захотят продолжать моё дело, я смирюсь с этим… Для меня важнее, чтобы они прожили свою жизнь и реализовали себя и свои интересы… Понимаете? Но в любом случае, я вам пообещаю, что ваша фирма не распадётся – со своей стороны я её тоже буду поддерживать…

- Спасибо большое, Андрей! – будущий тесть пожал мне руку, а я ему кивнул с улыбкой. – Инна, хватит уже обижаться на Миру. Всем тогда было сложно. Ты не заслужила побега дочери… Я тоже не заслужил этого… Но согласись, что перегнули мы тогда. Нельзя так с родным человеком.

- Мне до сих пор больно. – Она тяжело вздохнула.

- Всем больно, Инна. Но дочь смогла себя реализовать – ты же сама покупала в круизе соки во время экскурсий – и знаешь, кто разрабатывал дизайн тех упаковок. А помимо этого, она четырёхкратная чемпионка мира… Инна, наша Мира… Ты же знаешь… Неорганизованная рохля чемпионкой не станет. И не думаю, что Павел помог бы Мире раскрыться… А сейчас она счастлива. Ты разве по ней не заметила? И правда же любит и доверяет Андрею. Это хорошо, что они вместе – ты только посмотри, как быстро она рядом с ним изменилась, расцвела…

- Андрей, оставьте нас с мужем, пожалуйста, наедине. Мы скоро ко всем подойдём. И… спасибо вам большое. За разговор и за дочь… – грустно мне улыбнулась.

- И вам спасибо большое за понимание и за то, что идёте навстречу. Для меня это очень ценно.

Мы пожали ещё раз руки с отцом Мирославы и я пошёл радовать Свою Малышку.

Конечно, от меня не скрылось её беспокойство, но когда я сказал, что всё в порядке и скоро они к нам придут, Мира выдохнула и расплакалась.

Я гладил её по спинке, успокаивая. А она всхлипывала, благодарила и шептала, что очень сильно переживала.

Потом пришли её родители и со словами «Доченька» первым её обнял отец. Я отошёл в сторонку – и к ним подошла Инна Александровна. Её глаза уже были покрасневшими, но, когда Мира её обняла, я понял, что женщина снова не сдержалась.

Я молча выдохнул и ко мне подошёл Сергей.

- Надеюсь, что теперь они будут нормально общаться. – Он похлопал меня по плечу.

- Я тоже на это надеюсь. – Улыбнулся, понимая, что тревога и напряжение меня отпускают.

- Молодец, Андрей! Меня Инна и слушать не хотела – погрязла в своей обиде на Миру…

- Её тоже можно понять…

- Всех можно понять, Андрей. Но, кроме себя, ещё важно понимать родных людей. Хорошо, что она это осознала. И хорошо, что ты их смог помирить.

Я молча кивнул, надеясь, что мы все в дальнейшем сможем нормально общаться. Конечно, не все углы сразу сгладятся, но я верю, что они всё-таки рассмотрят свою дочь.

- Ладно, чё зря стоять?! Пусть пока пообщаются, а мы пошли готовить!

- Давай! – улыбнулся своей заплаканной Малышке, убедившись, что у них всё в порядке, и пошёл с Сергеем.

Глава 80

Мира

Сердце рвалось на части, а я старалась окончательно не впасть в отчаяние, когда увидела Андрея одного.

«Неужели это конец наших взаимоотношений с родителями? Неужели они всё ещё не хотят понять меня и принять мой выбор?» – тяжёлые мысли роились в голове и больно жалили сознание.

Выдохнула и разревелась, как маленькая, когда Андрей сказал, что всё в порядке и мои родители скоро к нам придут.

Не могла поверить своим ушам и не понимала, как Андрею удалось переубедить их…

Сквозь слёзы шептала ему благодарности вперемешку со своими переживаниями.

И всё равно не могла поверить в случившееся, даже когда меня обнял папа, ласково назвав доченькой.

А потом сама уже обняла маму… Просто потому, что люблю… Потому, что соскучилась… Потому, что устала быть неугодной дочерью и хочу хоть немного принятия и тепла от неё…

Андрей убедился, что у нас всё в порядке, и пошёл с Серёжей.

Мы с мамой молча плакали, а папа нас обнимал и шептал:

- Прости нас, пожалуйста, доченька…

- Я тоже не хотела так уезжать. Простите и меня, пожалуйста… – я зажмурилась, пытаясь остановить поток слёз.

- Мы понимаем тебя, доченька, – ответил папа.

- Прощаем, – прошептала мама.

- Спасибо, – всхлипнула я.

Конечно, я понимала, что мама не будет просить прощения, но я так устала от взаимных претензий и непонимания, что большего от неё и не хотела.

Пусть так…

Со временем мы лучше поймём друг друга…

Главное, что здесь и сейчас мы снова стараемся стать родными людьми…

Я прекрасно понимаю, что годы боли не смоются этими слезами раскаяния, ведь горьких слёз до этого было пролито много…

И мною…

И ими…

Но то, что я хорошо усвоила – жизнь всё равно продолжается… Это надо ценить… И этим надо пользоваться…

Мы пообнимались ещё несколько минут и, окончательно успокоившись, пошли в сторону дома, чтобы привести себя в порядок.

Ещё с детства мама приучила меня, что женщины всех возрастов: от маленьких девочек до стареньких бабушек всегда должны быть опрятными и следить за своей внешностью.

Я была без макияжа, поэтому просто умылась. Маме же пришлось немного поколдовать над собой. Папа решил дождаться её, а мне сказал «бежать» к жениху и пообещал, что после ужина поговорит со мной наедине. Я обрадовалась и действительно побежала к Андрею, ведь он так незаметно стал не просто самым дорогим человеком в моей жизни, любимым Мужчиной, но и моим персональным волшебником, который день за днём возвращает меня к жизни… К моей нормальной жизни.

И вот я уже млею в надёжных ласковых объятиях, чувствуя нежные поцелуи и тёплое дыхание на виске. Вдыхаю любимый морской аромат, трусь щёчкой о сильную грудь и с благодарностью глажу Андрея по спине.

Несколько минут я не вижу никого, кроме НЕГО, но Серёжа быстро возвращают нас в реальность.

Накрываем на стол и рассаживаемся.

Естественно, нет ощущения беззаботности и лёгкости общения, наоборот, в воздухе чувствуется неловкость и небольшое напряжение.

Спасибо большое детям, которые разбавляют всё это своей непосредственностью и милым хаосом, который всегда вокруг них.

Осознаю огромный контраст между моим знакомством с родителями Андрея и его – с моими…

Мне стыдно, но такова моя жизнь…

Андрей нежно гладит меня по тыльной стороне ладони – он всегда меня очень хорошо чувствует и поддерживает.

Полинка сама тянется за листиком салата, поднимаясь на ножки прямо на моих коленях и облокачиваясь о стол. Я придерживаю её и улыбаюсь, а Андрей помогает малышке.

Катя хочет пересадить детей отдельно за маленький столик, но Полинка не желает слезать с моих коленей, а Ване понравилось общаться с Андреем. Они, хоть дети, но понимают, что мы у них не частые гости, поэтому надо пользоваться, пока мы рядом.

- Пусть побудут с нами. – Прошу я Катю, прижимая Полинку к себе. – Дети – это же счастье и радость.

- Дети – это счастье и ладость. – Довольно повторяет малышка, пока ещё не выговаривая букву «р», и делится листиком салата со мной.

- Спасибо большое за заботу, Полиночка. – Целую её в макушку между хвостиков, бережно обнимая и желая, чтобы у нас с Андреем в будущем тоже были свои дети.

Мысленно отмахиваюсь от воспоминаний начала сегодняшней встречи с родителями, где мама чётко озвучила свои опасения по поводу моего замужества и возможной беременности. Не знаю, что меня задело больше: то, что мама могла подумать обо мне подобное, или то, что она понятия не имеет о состоянии моего здоровья?..

Помогаю Полинке разрезать кусочек мяса и понимаю, что очень хотела, чтобы мама оказалась права…

Да, я никогда не собиралась начинать отношения с беременности и хорошо понимаю, что сначала людям лучше пожить вдвоём, привыкнуть и успеть насладиться друг другом, ведь с появлением детей начинается уже абсолютно другая жизнь, полная своих забот. И тогда полежать в обнимку даже полчасика не всегда возможно…

Конечно, я не стремлюсь лишать нас с Андреем этого периода, но в груди всё равно щемит…

Я уже давно хочу быть мамой, хоть и постоянно гоню от себя эти мысли…

Уткнулась носиком в макушку Полинки. Вдохнула земляничный аромат, исходящий от волос, пока её «беличьи» хвостики щекочут мои щёки. Прикрыла глаза, отгоняя непрошенные слёзы.

«Мира, жизнь налаживается», – мысленно твердила и услышала шёпот Андрея мне на ушко:

- Мы никуда не торопимся, Солнышко. Ты хочешь вернуться в танцы, а три года – это большой срок. Всё будет хорошо.

- Всё будет хорошо, – прошептала в ответ, перебирая в голове безопасные темы для разговоров.

Погода и круиз родителей – пожалуй, это пока всё.

Хорошо, что наша встреча проходит именно в доме Серёжи…

За десертом обстановка немного оживилась, но до уютной семейной было, конечно, далеко. Серёжа старательно всех отвлекал, но было понятно, что сегодняшняя информация в наших головах должна всё-таки уложиться…

А вот детям взрослые заботы нипочём – они не могут долго сидеть на одном месте, поэтому потянули нас с Андреем играть, чему я была очень рада.

Мы с ним хорошо понимали, что скоро малыши попросятся спать, а завтра утром нам пора в Киев – в этот раз мы приехали на обычные выходные, для чего Андрей старательно корректировал свой график. И я ему за это тоже очень благодарна.

Ну а пока мы в полном распоряжении детей, которые просто чувствуют человека, обращая внимание лишь на то, насколько дружелюбно, искренне и заинтересованно с ними себя ведут. Им даже не важно, кто мы с Андреем в жизни… А ещё сейчас они легко согласятся, что взрослым тоже важно заниматься тем, чем по-настоящему хочешь… Они тебя не осудят за это… Они, наоборот, не поймут, как можно иначе?..

Ловлю Полинку и беру на руки. Заглядываю в голубые глаза этой милой хохотушки – и пытаюсь понять, когда в нас происходит перелом – и мы перестаём быть уверенными в своей правоте и своих желаниях?..

В какой момент родители, общество, а может, и мы сами себя ломаем?..

Вздрагиваю от прикосновения к моему плечу.

- Не бойся, доченька, это я. – Папа успокаивающе гладит меня по спине и я отпускаю Полинку к братику, Серёже и Андрею.

- Да, папа. – Искренне улыбаюсь ему в ответ.

- Пойдём на качели – хочу немного с тобой поговорить. Мы с мамой уже скоро поедем домой. – Легонько улыбается и смотрит с теплотой во взгляде.

- Хорошо, папа. – Оглядываюсь и вижу, что мама с Катей мило общаются за столом.

- Всё в порядке, доченька. Не переживай. – Добродушно усмехается. – Мы с мамой привыкнем и к новой реальности. Главное, чтобы ты была счастлива. – Тепло мне улыбается, а я хочу броситься ему на шею, но пока не решаюсь.

- Спасибо большое, папа! – он раскрывает объятия, а я с удовольствием в них ныряю, понимая, что снова не могу сдержать слёз.

- Ты прости и меня, и маму, доченька. Глупые были. Многого не понимали.

- Я уже простила. – Тихо шмыгаю.

- Но внутри болеть всё равно ещё долго будет…

- Мы справимся. – Отвечаю фразой, которую часто слышу от Андрея.

- Обязательно, доченька. Обязательно.

Мы всё-таки присели на качели и папа меня снова обнял.

Невольно сравнила их с Андреем, но это абсолютно разные чувства и ощущения…

Тихо шмыгнула и вытерла слёзы, понимая, что хочу, чтобы хоть раз в месяц папа так же обнимал меня…

- Я очень рад за тебя, доченька. Правда. Андрей – замечательный человек и настоящий Мужчина.

- Спасибо большое, папа. – Я потёрлась щекой об его грудь, поудобней умащиваясь.

- Я сегодня так много понял и увидел…

Я вздохнула, ожидая продолжения.

- Сегодня я понял, что ты уже замужем, доченька…

Я приподнялась и посмотрела на него с удивлением.

- Да, доченька. Пока неофициально, но факт остаётся фактом – Андрей за тебя горой и правда готов для тебя на всё… Защищает, оберегает, заботится… Видно, что очень любит и ценит тебя.

Я смущённо, но довольно улыбнулась и молча кивнула.

- А ещё сегодня я осознал страшную вещь для себя, как для родителя…

Я напряглась и закусила губу в ожидании.

- Андрей знает тебя лучше, чем я… И мне от этого больно, ведь у меня было двадцать два года, а у него всего несколько месяцев…

- Пап, ну что ты? – обняла его за шею и поцеловала в щёку. – Такое бывает, когда дети взрослеют.

- Да, доченька, всё бывает… Только мы с мамой осознанно пошли на это… И эти пять лет уже не вернуть…

- Но теперь же всё будет по-другому… Хорошо… – киваю, робко заглядывая в глаза.

- Будет, доченька, обязательно будет… Я ещё продолжу разговаривать с мамой. Признаться, не ожидал я такого финта от тебя… – он тихо засмеялся, а я хохотнула вместе с ним, осознавая весь уровень такого сюрприза.

- Прости, пожалуйста, пап. – Смущённо посмотрела на него.

- Это жизнь, доченька. Всё правильно. А я больше не хочу зря терять время – хочу общаться с тобой, с Андреем.

- Я тоже хочу этого.

- Я сегодня наблюдал за ним – и меня порадовало то, как он держался во время допроса твоей матери. – Он усмехнулся. – Представляешь, всё выдержал и даже ни разу голос не повысил.

Я с гордостью улыбнулась.

- Когда мы сюда ехали, мама думала, что у нас сильная позиция, хоть я иллюзий и не строил, прекрасно зная твой характер и понимая, что ты привыкла следовать своему выбору.

- Да, папа. Пусть так и не легче живётся, зато я понимаю, что все причины во мне…

- Не всегда, доченька, но в большей степени так и есть…

Я молча кивнула, поджав губы.

- Так вот знаешь, твой Андрей очень мягко и ненавязчиво дал нам понять, что ты уже не одна. И я осознал, что вы спокойно сможете прожить и без нас…

- Пап…

- Это правда, доченька… Всё так и есть. И никто нас уговаривать не должен, хоть он нам многое постарался объяснить. Показал, что между нашими представлениями о тебе и тобой настоящей – большая разница.

Я вздохнула и опустила взгляд, а папа продолжил:

- У вас уже своя семья. И я рад, что рядом с тобой ответственный мужчина, способный принимать решения, а не лебезить перед нами. Видно, что тебе с ним хорошо. Вот и не слушай никого – живи своими чувствами… Поздно я тебе это сказал. Поздно… Но лучше уж так… Сразу же, как увидел вас с Андреем, заметил, что идёте за ручку, он тебя нежно целует… И вспомнил, как ты к Павлу ближе, чем на метр не подходила, хотя ты тогда была ещё совсем другая…

Я кивнула, понимая, что папа говорит о том, какая я была до Эмиратов.

- Это дорогого стоит, доченька. Я всё понимаю – не каждый сможет добиться такого доверия за короткий срок. Хороший выбор ты сделала. Просто позволь теперь нам с мамой быть снова с тобой. Мы тоже тебя любим, доченька.

- И я вас очень люблю, пап. – Я поцеловала его в щёку, а он меня погладил по спине. – Всё наладится.

- Мира! – к нам уже подбегал запыхавшийся Ваня.

- Что, Ванечка?

- Мы с Полинкой спать хотим. Она уже на руках у папы и просит тебя прийти.

- Хорошо. Уже идём.

Я поцеловала племянников и пожелала им самых красивых, добрых и сладких снов.

Потом мы попрощались с родителями, обнявшись на прощание, и договорились, что будем на связи. Когда их машина выехала, то мы вместе с Андреем выдохнули и рассмеялись.

- Это не истерика! – заметила я.

- Определённо не она! – он обнял меня за талию и мы пошли к качелям наблюдать ещё один закат.

- Я всё равно очень довольна этим днём. Спасибо тебе огромное, Андрюша. Я даже передать не могу, что ты для меня… для нас с родителями… Нет, для всех нас сегодня сделал… – заглянула в родные глаза.

- Я просто тебя люблю… – то ли объяснил, то ли, в очередной раз, признался мне, улыбаясь.

- И я тебя очень сильно люблю. – Потянулась к желанным губам, растворяясь в нежном трепетном поцелуе и наслаждаясь чувством защищённости в сильных, но ласковых объятиях…

До качелей мы всё-таки дошли и даже посмотрели очередной волшебный закат.

Андрей не говорил о подробностях их разговора с моими родителями, а я не стала расспрашивать, решив, что с меня хватит и того, что рассказал папа. Иногда всё-таки полезно придерживать своё любопытство.

А потом, когда мы уже легли в постель, я поцеловала его в гладко выбритую щёку и сказала:

- Знаешь, Андрюша, папа мне сказал, что я уже замужем…

Он улыбнулся, удивлённо заломив бровь, и прошептал:

- Тогда тебя уже можно поздравить?

- Тогда тебя уже можно поблагодарить… С тобой я себя правда чувствую, как за каменной стеной… – улыбнулась и растворилась в его ласковом взгляде, полном любви.

- Спасибо большое, Солнышко. – Он меня бережно обнимал и нежно целовал в губы, носик, лобик, щёчки, повторяя, что любит меня и всегда будет за меня.

Я перебирала его короткие волосы на затылке, гладила широкую спину, наслаждаясь игрой мышц под кожей.

- Потерпи ещё немного, Андрюша. – Едва слышно прошептала ему в губы.

- Я сдержу своё обещание, Хорошая Моя. Даже не сомневайся.

- Я знаю, Андрюша. – Легонечко поцеловала его и уткнулась носиком в шею, понимая, какой подарок хочу сделать ему на День рождения…

Глава 81

Мира

Дни пролетали быстро, закручивая насыщенностью событий.

Мы начали более дружелюбно и откровенно общаться с родителями – пока по телефону, но так и мне, и им было легче, ведь эмоции ощущались только в голосе.

Я училась привыкать к тому, что слышу не сплошные назидания и «а если бы» в свой адрес – мною, Андреем и моими желаниями начали интересоваться…

И это оказалось очень приятно.

В середине июля «Вашей Рекламе» исполнялось восемь лет. Андрей хотел обойтись премиями и благодарностями, но я уговорила его не отменять привычный корпоратив из-за того, что у нас скоро свадьба и мы к ней готовимся.

Побыли мы только на официальной части мероприятия, дав возможность сотрудникам насладиться банкетом и танцами в шикарном клубе города.

Сами же сделали заказ на вынос в нашем любимом рыбном ресторане, по пути в супермаркете купили мяса для нашего ёжика и отправились к себе на участок.

Андрей – в костюме, а я в вечернем платье цвета молочного шоколада.

Мы любили наши, в чьём-то понимании, странные вылазки и получали настоящее удовольствие, наблюдая, как постепенно наш участок преобразовывается. Сейчас на нём уже есть фундаменты для нашего и гостевого домов, а также для других построек.

И вот сегодня мы снова прогуливаемся под закатным небом, держась за руки и представляя, как всё здесь будет выглядеть в ближайшем будущем. Идём в садовую часть, обсуждая, где будут расти кустарники, где мы посадим яблони и груши, а где сливы, абрикосы и персики, а где у нас будут вишни и черешни с их гибридом черевишней. Мы с Андреем не выдержали – и на ближайшую осень сделали предзаказ в моём любимом питомнике. Конечно, дом ещё будет строиться, но вот садовую часть нам никто не мешает начать облагораживать…

А потом мы снова сидели у нашего озера, ужиная. Там мы временно поставили садовые качели и купили симпатичный деревянный домик для нашего ёжика, куда ставили его мисочки с водичкой и мясом. Он к нам постепенно привыкал – и наши поздние ужины с Андреем очень часто проходили под потешное чавканье нашего колючего друга.

Я ценила заботу Андрея и мне нравилось, когда он набрасывает свой пиджак мне на плечи, лаская взглядом. В этом была особая интимность и обоюдное доверие… Желание быть именно с этим человеком… И вот сейчас мы снова сидели в обнимку, медленно раскачиваясь на больших качелях. Меня окутывал морской аромат его парфюма – и хотелось забыться в его тёплых уютных объятиях. Хотелось до бесконечности смотреть в его ласковые голубые глаза – и радоваться, как дурочка, что он есть у меня…

Теперь ОН есть у меня…

Мы любили друг друга и были счастливы. Просто сами по себе, а не напоказ…

Никогда не выставляли совместных фото, оставляя для себя наши важные моменты единения… Чтобы потом окунуться в них снова… Вместе… Или когда Андрей в командировке…

Я всегда с особым трепетом и благодарностью относилась к нашим отношениям с Андреем, но в то же время боялась…

Практически постоянно…

Отгоняла от себя глупые мысли, заглядывая в родные глаза. Безумно любила, радовалась, была счастлива и боялась одновременно…

Боялась, что могла не встретить его, сделав хоть что-то по-другому…

Боялась потерять его потому, что всё равно разрушила чужое счастье, пусть и не желая этого…

Боялась, понимая, что глупо жить прошлым и страхами, но всё равно ничего не могла с собой поделать… Память пальцем не сотрёшь, хоть жизнь и заметно налаживается…

Андрей говорил, что любит меня и никуда не денется, но я всё равно тайком боялась – не может же быть всё время так хорошо?..

Но всё было хорошо.

Я даже сходила к гинекологу – и уже пила противозачаточные таблетки. Выносить ребёнка я, конечно, не могу, но это не значит, что не могу забеременеть… А лишние стрессы и такие испытания для организма мне ни к чему, ведь скоро мы с Андреем станем ещё ближе, поэтому важно всё продумать заранее.

А ещё Андрей меня всё-таки уговорил по вторникам и четвергам оставаться дома, чтобы спокойно тренироваться, шить и украшать с Кирой костюмы и готовить для Машеньки днём, а не в двенадцать часов ночи.

В мои выходные, как и после его командировок, наши встречи были особенно сладкими – мы долго целовали и обнимали друг друга прямо в прихожей и лишь потом Андрей проходил на кухню.

Мы готовились к свадьбе. Андрей мечтал видеть меня принцессой, а меня всегда привлекала скромность… Моё платье получилось нежным и изысканным – и мне не хотелось лишних акцентов, перетягивающих с него внимание. Но, конечно, я понимаю, что у Андрея есть свои желания и фантазии относительно нашей первой брачной ночи, хоть он и говорит мне, что будет ждать столько, сколько потребуется. Но для себя я уже всё решила – я люблю его и хочу прожить с ним всю жизнь… Меня давно к нему тянет, хоть и стараюсь вести себя сдержанно, чтобы излишне не провоцировать Андрея. Он так много для меня делает. Что мне стоит стать его принцессой?

Поэтому я согласилась, что в день свадьбы приму от него в подарок украшения и надену их на торжество. Попросила его не переусердствовать, но он мне ответил, что для него очень важно не только оберегать и любить меня, но также и вкладывать те силы и время, которое он тратит на зарабатывания денег. Ему важно чувствовать, что его усилия тоже не пропадают зря, а это он может сделать при помощи приятных сюрпризов и подарков для меня. Но также Андрей хорошо понимает, что принимать подобные презенты ещё непривычно для меня, поэтому диадему мы всё-таки выбрали из моих, выигранных на конкурсах. В них ведь тоже огромная часть меня, которую Андрей принимает и которой гордится. А ещё мне приятно, что он ценит то, что рядом с ним я прикручиваю свою самостоятельность и не напоминаю, что могу и сама много чего купить не только себе.

Я знаю, что мужчине важно чувствовать себя мужчиной, защитником и добытчиком – и в чём-то завидую жене брата, которая так легко принимает от него любые подарки и очень благодарна за сюрпризы. Думаю, что это здорово стимулирует Серёжу и дальше развивать своё дело. Надо бы у Кати научиться этой лёгкости и непринуждённости.

Конечно, свадьба – это важно для нас обоих, но перед ней у Андрея День рождения – и я очень хочу, чтобы он его запомнил надолго.

В этом году первое августа выпало на субботу. Наша свадьба будет в следующую пятницу, поэтому в командировках Андрей будет с вечера понедельника по среду, чтобы в ночь на четверг уже прилететь в Киев.

Не знаю даже, кто из нас больше считает оставшиеся дни до свадьбы, но я подозреваю, что всё-таки он. Конечно, мне тоже хочется полноценную семью, но я научилась ценить то, что у меня уже есть…

А у меня есть много: любимый надёжный Мужчина, с которым всегда очень хорошо и уютно. А ведь ещё полгода назад я даже не подозревала о его существовании…

До сих пор не понимаю, за что жизнь преподнесла мне такой подарок, но я очень боюсь, что скоро придётся платить по счетам… А я уже не представляю свою жизнь без НЕГО и не хочу вновь окунуться в тот мрак, в котором существовала до нашей встречи…

Снова отгоняю непрошенные мысли – и продолжаю готовиться ко Дню рождения Андрея, ведь уже скоро мне ехать к нему.

В пятницу вечером к нам приехали родители. Его остановились у Киры, ведь пробудут до нашей свадьбы, а мои погостят эти выходные у меня, чтобы поздравить Андрея, а потом прилетят ещё раз уже на наш праздник. Поэтому мы с Андреем договорились, что до свадьбы каждый поживёт у себя, чтобы больше времени провести с родными. Да и мне надо подготовиться к нашим праздникам так, чтобы для него это стало сюрпризом.

Родители прониклись моей готовкой для Андрея до глубокой ночи – и не стали возражать, чтобы время до праздничного ужина в ресторане мы провели вместе с ним. Тем более, мы это заранее обговорили.

Я уже не так сильно удивлялась переменам в наших отношениях, но всё равно была очень рада такому пониманию и их поддержке.

Сегодня погода была хорошей, поэтому мои родители помогли мне загрузить небольшой тортик, угощения и вечернее платье в машину, а потом собирались погулять по городу, предварительно оговорив, что мы все встретимся уже в ресторане.

Андрей

С самого утра у меня горел телефон от поздравительных сообщений и звонков, а консьержка то и дело сообщала о вновь прибывших курьерах с подарками. В конце концов, не выдержал – и попросил их все пока оставить у себя, а вечером я уже всё заберу.

Позавтракали мы все вместе с родителями у сестрёнки.

И всё хорошо, и день отличный – только все мысли о Моей Малышке.

Как она спала сегодня да и вообще – как они там с родителями общаются и уживаются вместе?

Как ужаленный подскочил, когда, приняв вызов, услышал: «Я у тебя за дверью. Открывай!»

- Здравствуй, Солнышко! – сразу же осторожно затащил Миру в прихожую и закрыл двери, вдыхая лёгкий цитрусовый аромат её парфюма.

- Здравствуй, Андрюша! С Днём рождения! Здоровья, сил…

А дальше я не стал слушать – притянул её к себе и прильнул к желанным губам, постепенно углубляя поцелуй.

- Я так соскучилась… – прошептала, немного отстранившись, и погладила меня по щеке.

- Я тоже соскучился, Любимая. Как ты? Как спалось? Как родители? Ты снова от них сбежала? – всматриваюсь в родные глаза и заправляю прядь волос за ушко.

Она тихо засмеялась:

- Нет, от них я давно сбежала, а сегодня просто приехала к тебе! – в груди ёкнуло и я поцеловал её в лобик. – Всё хорошо, Андрюша! Не переживай.

- Они так легко тебя отпустили?

- К тебе – да! Мы с ними это сразу обговорили. – Она снова потянулась к моим губам, невесомо касаясь, а потом, словно опомнилась. – Ой, Андрюша! У меня же для тебя подарок есть! Пусть всё задуманное получается, а я буду рядом и всегда поддержу!

- Спасибо большое, Солнышко! Ты – мой самый главный подарок! – счастливо улыбнулся и легонечко поцеловал её в губы, заметив, как смущённо зарумянилась Мира. – Ты сегодня прекрасно выглядишь! Впрочем, как и всегда… Но сегодня по-особенному.

- Спасибо большое, Андрюша! – она застенчиво улыбнулась и опустила взгляд, протягивая мне тёмно-синюю подарочную коробочку.

Принял и аккуратно открыл её:

- Спасибо большое, Солнышко! – улыбнулся, рассматривая классические серебряные запонки и зажим для галстука. Всё как я люблю – просто и элегантно, без лишней вычурности.

Поцеловал её в щёчку и пригласил пройти в гостиную.

- Андрюш, у меня в машине ещё кое-что осталось. Помоги мне, пожалуйста. – Она немного отстранилась и взяла меня за руку.

- Хорошо, Солнышко. – Залюбовался своей Красавицей.

- Нравится? – игриво прищурилась и склонила голову набок, но на щёчках всё равно красовался лёгкий румянец.

- Очень! Ты у меня всегда, как солнышко, а сегодня – особенно… – с замиранием дыхания рассматривал её, абсолютно непривычный, образ. Лёгкое жёлтое шёлковое платьице с запахом на тонких бретельках и длиной до колен красиво подчёркивало идеальную фигуру. Справа на осиной талии на красивый бант завязана шёлковая лента – и я мысленно бил себя по рукам, чтобы не потянуть за концы. Поднял взгляд выше – и наткнулся на кулон из горного хрусталя, который так маняще лежал в ложбинке между грудей.

Сглотнул, глубоко вдохнул и провёл по шёлку её распущенных волос. Пропустил сияющие локоны между пальцев и прикрыл ими соблазнительное декольте.

Поймал её смущённую, но довольную улыбку, а потом долго всматривался в бездну любимых глаз.

Конечно, сейчас лето, но Мира всегда одевалась так, чтобы все стратегические места были тщательно прикрыты. А тут: и декольте, и короткое платье…

Шумно выдохнул – и вспомнил, что Мира просила помочь ей что-то принести из машины.

В конце концов, не обязана она даже в жару ходить как монашка. До свадьбы осталась всего неделя – надо просто подождать…

Машинально переплёл наши пальцы, замечая, как у Миры сбилось дыхание, и прохрипел полушёпотом:

- Пошли, Солнышко!

Сам же радовался, что на ней, подаренный мной, браслет. Да и помолвочное колечко она никогда не снимает.

*****

Как оказалось, Мира приготовила для меня целый банкет да ещё и шоколадный торт «Трюфель Евы».

Сейчас нам есть не хотелось, поэтому мы всё переложили в холодильник, а её вечернее платье в закрытом чехле для одежды отправилось ко мне в шкаф. Мира шуточно шикнула на меня, не давая заглянуть внутрь, сказав, что я сам потом всё увижу.

Мы сделали себе персиковое смузи и отправились в мою лаунж зону, ведь Мира никуда сейчас выходить не захотела. Да и мне хотелось просто побыть с ней – в ближайшие дни у нас такой возможности не будет.

Мы присели на диванчик и я обнял Свою Малышку. Она погладила меня по груди и мы потянулись к желанным устам друг друга. Голова закружилась от медово-персикового вкуса нежных губ и я зарылся руками в её шелковистые волосы, наслаждаясь долгожданным моментом.

Аккуратно спустился руками к талии и пересадил её к себе на колени, не разрывая, сводящего с ума, поцелуя. Старался окончательно не потерять голову, контролируя себя. Зарывался лицом в её шикарные волосы, вдыхая аромат тропических фруктов, исходивший от них. Аккуратно целовал её шею, румяные щечки, нежно обводил овал лица кончиками пальцев и старался не заглядывать в соблазнительное декольте.

Задыхался и всё равно припадал к желанным устам.

Мира перебирала пальчиками мои волосы на затылке, гладила по спине и льнула всё ближе.

В моей груди уже горел пожар и я изо всех сил старался сохранять между нами хоть несколько миллиметров дистанции.

Но Мира сегодня была особенно податливой, забываясь в наших поцелуях всё сильнее.

- Хорошая Моя, – погладил её по голове, заглядывая в глаза, и хрипло прошептал. – Не увлекайся так сильно, пожалуйста.

- Андрюша, – глубоко вдохнула, всматриваясь мне в глаза, легонечко коснулась губ и медленно перекрутилась на моих бёдрах, пересаживаясь в позу «наездницы».

Она выдохнула, моргнула несколько раз, но всё равно не разрывала нашего зрительного контакта.

Моё дыхание сбилось, а тело моментально отреагировало на такую провокацию.

Мира ещё никогда не сидела так на мне…

- Солнышко, – хрипло прошептал и постарался сесть повыше, чтобы не смущать Миру и добавить расстояния между нами.

- Андрюша, я сегодня хочу стать твоим подарком… – смущённо прошептала мне в губы и легонько поцеловала, придвигаясь ближе.

- Любимая, постой, – попытался восстановить дыхание и не поддаваться инстинктам и эмоциям.

Я очень хочу Миру – и сейчас это очевидно, как никогда ранее, но я же ей обещал.

- Я уже всё решила, Андрюша. Я тебя люблю и хочу быть твоей.

- Мира, но у нас же свадьба через неделю. Мы же договаривались… – изо всех сил стараюсь здраво мыслить и не поддаваться Своей Малышке. Не хочется так думать, но может быть, это просто её проверка. Желание узнать, сдержу ли я своё слово?

- Андрюш, ты говорил, когда я буду готова… Я готова… – всматривается мне в глаза, покусывая губку. Переживает.

- Мира. – Поцеловал её в носик, боясь поддаться своим чувствам и сделать ей больно одновременно…

- Я уже давно всё решила. Понимаю, что подарок из меня так себе, но тебя же всё устраивает. – Она нервно хохотнула.

- Я очень люблю тебя, Солнышко! – поцеловал её в лобик и погладил по бархатистой румяной щёчке.

- Андрюш, обещаю, что ещё обязательно тебе станцую… – она смущённо опустила взгляд, а у меня зажгло в груди. – Но только не сегодня. Я старалась для тебя и хочу, чтобы ты сам… В общем, этот бантик… Он для тебя…

Я сглотнул и легонечко приподнял её подбородок, заглядывая в глаза.

- Мира…

- Примешь такой подарок? – смущённо улыбнулась мне.

- Ты понимаешь, что тогда я буду касаться тебя там, где раньше не позволял себе?

Она молча кивнула и начала медленно спускаться ручками от шеи к торсу, нежно поглаживая. Подхватила края футболки, мы оба сглотнули и замерли на мгновение, продолжая искать ответы в глазах друг друга. Она снова кивнула и потянула края футболки вверх. Я поднял руки и дал снять её с себя.

Мира откинула её на диванчик и ласково погладила меня по груди. Сглотнула и повела пальчиками, очерчивая кубики пресса, заставляя всё закипать у меня внутри.

Это какая-то пытка, но если она так хочет…

Моя Девочка просыпается и мне надо быть очень сдержанным и нежным.

Легонечко прихватывал её губы, подбородок, очерчивал овал лица, помня о наших запретах, поэтому прокладывал невесомую дорожку из поцелуев вниз по шее. Одной рукой гладил её спинку, а второй вёл по ключице, аккуратно спускаясь вниз вдоль цепочки и останавливаясь там, где кулон прячется в ложбинку.

Её грудь высоко вздымалась, она глубоко дышала. Мы оба сглотнули – и я заглянул в её глаза. Широкие зрачки затягивали, словно в Чёрную дыру, а в любящем взгляде не было сомнения.

Нежно гладил упругое полушарие, чувствуя кружево под шёлком и затвердевший сосок.

Невесомо целовал припухшие губы, впитывая её лёгкий стон.

Дышал глубоко, но старался держать себя в руках.

- Хорошая Моя, останови меня, если посчитаешь нужным. – Хрипло прошептал, заглядывая в любимые глаза.

- Не остановлю, – прошептала и прильнула к моим губам, первой углубляя поцелуй.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, сам весь горел от желания, но всё равно старался не торопиться.

«Моя Девочка заслуживает уважения и нежности», – твердил про себя и постепенно расширял границы наших прикосновений.

Ласково погладил её по спинке и начал медленно спускаться вниз к пояснице, нежно огладил и слегка сжал упругую попку, а потом провёл ладонями по бёдрам, переходя к обнажённой части ножек.

Внутри всё напряглось – и я оторвался на несколько секунд от губ Миры. Нашёл её затуманенный взгляд и снова прильнул к любимым устам.

Исследовал её гладкие ножки, постепенно забираясь под подол платья – и не находил сопротивления. Она лишь сильнее вжималась в меня и покалывала коготками спину. Отстранялась на мгновение и снова тянулась ко мне.

А я сходил с ума от такой своей Миры…

От того, как её изящные ножки обхватывали мои бёдра…

Поднимался вверх под платьем, наслаждаясь нежнейшим кружевом и зацепился пальцами за…

Шумно выдохнул…

- Ещё бантики? – хрипло прошептал, заинтересованно улыбаясь и заглядывая ей в глаза.

- Сам проверь! – лукаво улыбнулась, прихватила губами мою нижнюю губу, подбородок, мочку уха и прошептала. – Всё только для тебя, Андрюша… С Днём рождения, Любимый.

- Мира… – выдохнул её имя, задыхаясь от переизбытка чувств и эмоций. – Хорошая Моя, Любимая…

Гладил её плоский животик, но не торопился «открывать» свой подарок, наслаждаясь её лёгкими стонами и первой нашей близостью…

Она вжималась в меня всё сильнее, а наши поцелуи становились более страстными и горячими…

Я понимал, что мы уже на грани…

Ещё раз огладил её плавные изгибы, пропустил пальцы под ленту-поясок, срывая лёгкий стон с губ Миры – и добрался до манящего бантика на платье.

Медленно потянул за концы, заглядывая в её глаза и понимая, что в них нет сомнения…

- Хорошая Моя, – хрипло прошептал и начал медленно освобождать её от платья, чувственно целуя в губы, щёки, шею…

От ключиц спустился к груди, огладил упругие полушария и нежно прильнул губами прямо через невесомое полупрозрачное бежевое кружево…

Это счастье – никаких тебе плотных лифов и лишних преград…

Она отзывалась лёгкими стонами и сжимала мою спину, периодически впиваясь коготками…

- Хорошая Моя, – шептал, ласково исследуя её грудь, подцепляя пальцами ещё один бантик. В этот раз, завязывающий её изящный кружевной лиф спереди. – Затейница моя!

Мира тихо засмеялась, а я прильнул к желанным, уже припухшим от поцелуев, губам.

- Неси меня в спальню… – выдохнула мне в губы, отстранившись на несколько мгновений.

- Любимая… – заглянул в её глаза и бережно прижал к себе, нежно целуя висок.

Наши сердца колотились в сумасшедшем ритме, тела горели от желания и я осознавал, что настал наш момент… Только мы можем теперь погасить тот пожар, которому позволили разгореться.

Ещё раз заглянул в родные глаза.

- Да, я хочу быть твоей. – Тихо прошептала и кивнула, смутившись на мгновение, а потом счастливо улыбнулась и ласково погладила меня по щеке.

Поцеловал её ладошку и каждый пальчик, нежно улыбнулся и поднялся вместе с ней.

- Так я понесу тебя в другой раз. А сегодня ты – Моя Нежная Девочка. – Поставил её на диванчик, а Мира довольно хохотнула. – Хорошая Моя.

Поцеловал её плоский животик, лаская взглядом все её плавные изгибы.

- Шикарный комплект. – Погладил кончиками пальцев ажурную резиночку и на несколько секунд задержал пальцы на двух бантиках, на которые завязывались её кружевные трусики.

«Всему своё время», – мысленно одёрнул себя и аккуратно подхватил Миру на руки.

По пути в спальню прислушивался к Своей Малышке, а перед дверью задержался на несколько секунд, давая возможность ей передумать.

- Я люблю тебя, Андрюша. Заходи. – Прошептала мне в губы и легонечко поцеловала.

- И я люблю тебя, Солнышко. – Бережно положил её на кровать, а сам потянулся к кнопке у изголовья, чтобы задёрнуть шторы.

Не хочу смущать её ещё больше – у нас сегодня и так особенный день.

Поцеловал её в носик и с благодарной улыбкой смотрел в родные глаза, пока комната не погрузилась в приятный интимно-романтичный полумрак…

Глава 82

Мира

Даже в полумраке было заметно, с каким трепетом Андрей развязывал каждый бантик... Как смотрел с восхищением и благодарностью...

Как наслаждался каждым прикосновением… Бережным и ласковым…

Нежно целовал…

Не торопился…

Думал обо мне и показывал важность моих чувств и комфорта для него…

И я действительно чувствовала себя самым ценным и желанным подарком…

Его тёмный взгляд завораживал – и я всматривалась в него, забывая свои страхи и смущение…

Тело и Душа тянулись к нему, щекоча и разгораясь жаром в груди. Он растекался тягучей лавой по всему телу, будоража и заставляя увереннее отвечать на его ласки…

Рядом с НИМ все чувства обострялись. Каждое касание пронизывало приятным разрядом электрического тока...

Мы искрили, от нас искрило...

Какая-то неведомая сила заставляла прижиматься ближе и не отпускала, не давала отстраниться... Судорожный вдох казался бесконечностью без него... Так нельзя, но так хочется никогда не отпускать ЕГО... Так хочется переплестись с ним каждой клеточкой своего тела, смешать все наши молекулы в один «коктейль», чтобы всегда быть только вместе...

Чтобы не было больше меня и его, а были только мы...

Всегда...

Я не чувствовала боли – просто на несколько секунд испытала небольшой дискомфорт, но Андрей переключил моё внимание очень нежным и трепетным поцелуем, а потом аккуратно проскользнул своими руками под мою спину, ласково обнимая.

Я чувствовала, как вырываются наши сердца из груди навстречу друг другу… Чувствовала, как он хочет меня, но не торопится, давая привыкнуть к нему, продолжая нежно целовать, обнимать, ласково поглаживать меня…

Я просто задыхалась от переизбытка эмоций и ощущений, таяла в той нежности и заботе, которая всё больше накрывала меня…

Мой…

Это Мой Мужчина…

Любимый… Нужный… Важный… Желанный… С каждым новым вздохом, движением, нежным взглядом и умопомрачительным поцелуем… С каждым словом «люблю», «Моя», «такая желанная», «Родная», «Нежная»… Со стоном с моим именем на губах…

И я таяла…

Хотела всегда быть с НИМ и только ЕГО…

Нежно обнимала… Гладила… Отвечала на поцелуи и ласки… Хотела ЕГО с каждым мгновением всё сильнее…

Мы растворялись друг в друге…

Сливались…

Сгорали так нежно и самозабвенно…

Я будто парила в облаках, окунаясь в их трепетную лёгкость, невесомые, обволакивающие прикосновения… Но при этом чувствовала жар во всём теле… До невозможного приятный и тягучий, поглощающий, окутывающий, очищающий…

- Я люблю тебя, – прошептала, обнимая сильнее и крепче прижимаясь уже к такому родному и нужному мужчине…

- И я тебя люблю, – услышала его хрипловатое эхо.

- Не уходи… Останься… Я хочу, чтобы мы всегда были вместе… До конца… – прошептала прерывисто прямо в его губы.

Не отпустила…

Смотрела в любимые глаза – ловила в них своё отражение, замечая лёгкие морщинки в их уголках от его нежной улыбки…

- Мира… – легонечко, практически невесомо поцеловал меня, провёл большим пальцем по щеке… – Я люблю тебя… Моя Хорошая Девочка…

Он остался – и нас накрыла невероятно яркая волна, затуманивающего разум, наслаждения… Я хочу видеть ЕГО, но глаза сами собой закрываются, не повинуясь моим желаниям…

Слышала его тихий стон удовольствия, даже не пытаясь справиться с поглотившими меня чувствами, просто продолжая растворяться в них… Вжималась ещё сильнее в любимого мужчину, хваталась за него, обнимала, как никогда ещё не обнимала даже ЕГО…

- Мира… Моя Хорошая Девочка… Любимая… Моя… – прошептал с хрипотцой, а я наслаждалась его тёплым дыханием и поцелуями на виске…

Как же мне хорошо вместе с НИМ…

С благодарностью принимала его нежные поцелуи на своём лице и ласки, пока продолжала млеть под ним от удовольствия, которое разливалось по моему телу приятным теплом и ощущением нереальности момента и всепоглощающего счастья…

Зарывалась правой рукой в его мягкие волосы на голове, пропускала сквозь пальцы, пытаясь хоть немного взъерошить, но понимала, что это у меня не очень получается, потому что стрижка у Андрея короткая.

Довольно провела ноготками своей левой ручки вдоль его позвоночника, улыбнулась и открыла глаза…

- Снова провоцируешь?.. – довольно улыбнулся и оставил невесомый поцелуй на губах…

- Не знаю… – потёрлась кончиком носика о его нос. – Всё может быть…

Невинно похлопала ресницами, состроив ангельское личико.

- Я люблю тебя, – сквозь лёгкий смех прошептал Андрей. Посмотрел тёплым проникновенным взглядом и добавил. – Очень сильно люблю, Моё Солнышко, Моё Счастье…

Я улыбнулась и потянулась за поцелуем.

- Я тебя тоже люблю…

Мы смотрели друг другу в глаза, продолжая растворяться в этом волшебном моменте…

- Как ты себя чувствуешь, Родная?.. – спросил с нежностью и заботой в голосе, аккуратно поглаживая по щеке.

Томно выдохнула и легонечко улыбнулась.

- Хорошо… Никогда мне ещё не было так хорошо, как сейчас, Андрюша… Спасибо… – прошептала ему в губы и поцеловала, желая не услышать, а почувствовать его ответ на своих устах…

Андрей

Довольная и разнеженная, Мира спала на моей груди, щекоча тёплым дыханием.

Моя…

ОНА – моя…

Осталось сделать всего один шаг – и мы станем с ней семьёй и главными людьми в жизни. Не только друг для друга, а для всех…

Никому не дам её в обиду и сам буду защищать от всех невзгод.

Аккуратно перебирал её волосы, гладил спинку, оберегая её сон.

Сегодня она сделала мне самый лучший подарок…

Я давно уже взрослый мужчина, но именно в день своего тридцатилетия первый раз занимался любовью и чувствовал, как сплетаются не только наши тела, но и Души… Как перетекают наши энергии, дополняя и наполняя…

Невероятные и ни с чем несравнимые ощущения – когда сам любишь и любим…

Не за деньги и статус, а просто потому, что ты – это ты…

И сейчас я чувствую, что готов сворачивать горы… Сделать всё, что ОНА попросит…

Нежно поцеловал светлую макушку Своей Любимой Девочки. Наверняка готовила до середины ночи да ещё переживала, как всё пройдёт… И на день нельзя оставить без присмотра…

Почувствовал, что нежно и с благодарностью улыбаюсь.

Выдумщица…

Моя Хорошая Выдумщица…

А теперь расслабилась, доверилась…

Какое же это счастье – найти свою любовь… Оберегать… Защищать… Радовать…

Любить и быть любимым…

Разглядел в полумраке витрину с туфлями Миры – и снова улыбнулся, вспоминая тот эпичный день… А потом вернулся в памяти к нашему первому дню и незабываемому знакомству…

«Никогда меня не трогайте руками! Меня вообще нельзя трогать! Руками! Никогда!» – раньше её гневная тирада была болью выжжена на сердце, а сейчас от этих воспоминаний осталось тепло и понимание банального, что «никогда не говори никогда». Мы с Мирой наглядное тому подтверждение. Чему я очень рад и благодарен судьбе и всем Высшим Силам за встречу с НЕЙ… Пусть и такую… Зато только мы с ней можем понять, какой на самом деле проделали путь друг к другу… К нам… К тому, что она сейчас безмятежно спит на моей груди, подарив себя… Потому, что больше не сомневается во мне и доверяет…

Доверяет всю себя. Разную… Со слезами и смехом… Но всегда такую родную и мою…

Наслаждался этим трогательным и важным моментом и жалел только о том, что скоро придётся снова возвращаться в реальность… Ну а пока пусть, забытый на кухне, телефон накапливает сообщения и пропущенные вызовы. Сейчас я есть только для Своей Малышки…

Мира сонно мурлыкнула и погладила меня по груди, обняла за шею и потянулась за поцелуем. Улыбнулась, с любовью погладила по щеке, заглядывая в глаза, а потом, словно опомнилась, быстро подскакивая:

- Андрюша! Мы же проспали твой День рождения! – посмотрела на зашторенные окна. – Который сейчас час?

- Солнышко, всё в порядке, – аккуратно притянул её к себе. До ресторана ещё есть время. Пока можем побыть вместе.

Она выдохнула и устроилась рядом на подушку.

Мы смотрели друг другу в глаза, ведя молчаливый диалог. Переплетали пальцы и нежно улыбались друг другу. Обнимали, дарили своё тепло и ласку… Трепетно целовались, но не давали страсти снова завладеть нами – не хочу причинить вред здоровью Миры, ведь она только сейчас стала женщиной, а ко всему важно привыкнуть…

Как бы нам хорошо не было сейчас, но нужно было покидать родные и уютные объятия – до ресторана ещё хотелось попробовать угощения Миры и задуть свечи на торте, который она специально приготовила для меня.

Я уступил Мире свой душ, а сам пойду в гостевую комнату. Конечно, мне бы хотелось вместе с ней провести банные процедуры, но я понимаю, что Моя Малышка к этому ещё не готова.

Ничего. Всему своё время, а сейчас нам, и правда, надо просто помыться.

Мира первой села на кровати, элегантно поправила волосы и перебросила часть вперёд, прикрывая грудь.

Огладил взглядом манящие изгибы и изящную идеально ровную спинку, прикрытую несколькими локонами волос. Вздохнул от воспоминаний, как приятно они щекочут, и захотел ещё раз почувствовать этот щёлк на своих руках. Потянулся к, блестящим даже в полумраке, светлым волнам и заметил что-то тёмное чуть ниже поясницы. Отодвинул локоны и прошептал:

- Мира, у тебя есть татушка?

- Как видишь – есть! – тихо хохотнула она.

- А почему ты мне ничего не сказала?

- Потому, что ты и сам бы её увидел, – повернулась вполоборота, улыбаясь, а я аккуратно погладил изящный симметричный вензелёк в восточном стиле и притянул Миру к себе.

Обнял и прикрыл простынёй, чтобы не смущать.

- Тогда рассказывай её историю. Как я понимаю, она у тебя одна?

Глава 83

Андрей

Мира уткнулась носиком мне в щёку и обняла за шею, а я погладил её по спинке, подбадривая.

- Да, одна. Мне важно было, чтобы её никто не видел, а эта часть тела всегда прикрыта бельём и одеждой.

- Про неё никто, кроме меня не знает?

- Думаю, что Эля догадывается, хоть и не видела. Но подобные отметины на теле хорошо чувствуют такие, как она.

- Эта татуировка для тебя много значит? Понимаю, что просто так ты ничего не делаешь… – поцеловал её в носик.

- Да, ты прав. Это символ следования своему пути… Я сделала её на восемнадцатилетие. Тогда я уже почти год жила в Киеве, более уверенно стояла на ногах и даже купила свою первую машину… Мне хотелось запомнить это чувство, чтобы не сомневаться в правильности своего решения… Ведь, когда идёшь за собой, то всегда что-то или кого-то теряешь… Тех, кто не поддерживают и не понимают тебя… – она вздохнула, а я прижал её ближе, поглаживая там, где у Миры символ веры в себя и её секрет одновременно. – Я попросила делать её без анестезии. Всё всегда имеет свою цену – и часто это боль: душевная, физическая, их сочетание… За тот период жизни в Киеве боли и непонимания было много… И я хотела осознать, принять и запомнить, что даже когда хочешь сделать что-то красивое, это может сопровождаться болью… Что это нормально… И не надо бояться делать то, что хочешь и что для тебя важно, даже если от этого больно… Результат обязательно будет…

Я вздохнул и легонечко поцеловал её в губы.

- У тебя есть своя философия – и это очень хорошо, Солнышко. Многие живут без неё…

- Существуют… Плывут по течению… Мне сложно быть такой…

- Потому, что ты не боишься боли и потерь – и по итогу достигаешь целей… При этом остаёшься Человеком и чувствуешь других людей… Понимаешь цену даже мелочей, ведь ты видишь, что за ними стоят чужой труд и боль…

Она слегка приподнялась и заглянула мне в глаза:

- Спасибо большое, что принимаешь меня со всеми «тараканами»…

- Я просто люблю твоих «тараканов», Солнышко. Они тебя делают тобой… Уникальным и глубоким человеком… И я рад, что ты не стремишься быть, как все…

- Спасибо большое, Андрюша, – она ласково улыбнулась мне, погладила по щеке и нежно поцеловала.

Ещё немного мы побыли в постели, но время не ждёт, поэтому Мира пошла в душ, а я собрал постельное и положил в стирку.

Обрадовался, когда оказалось, что она забыла домашний комплект, поэтому с удовольствием дал ей свою чистую футболку.

Любовался Своей Малышкой, порхающей по кухне, продолжая наслаждаться тем, что ОНА – моя и ей это тоже нравится… Осознавая то, какой прекрасной, соблазнительной и сияющей может быть Любимая Женщина в обычной футболке любящего мужчины. И насколько бесценны эти моменты – трепетной нежности, тепла и доверия…

Весь наш поздний обед она просидела на моих коленях – и я понимаю, что этот день мы запомним навсегда…

А потом пришло время задувать тридцаточку на торте, приготовленном Любимой Женщиной специально для меня с самыми добрыми мыслями…

Загадал нам долгую и счастливую семейную жизнь и чтобы у нас обязательно были свои дети – и задул свечи, заглядывая в любящие и любимые глаза.

*****

Вечернее платье Миры оказалось шикарным – шёлковое с золотистым напылением или золотистый металлик, как его ещё называют. Струящаяся юбка в пол и идеально обтягивающий верх под горлышко и без рукавов. Полностью закрытое спереди и с шикарным вырезом на спине, который украшало пять тоненьких провисающих золотых цепочек.

Мира игриво покрутилась в нём передо мной, заставив сглотнуть, а сердце учащённо биться и перебросила волосы назад, заколов их изящной золотистой заколкой.

«Буду по-настоящему сиять, раз ты меня называешь Солнышком», – она тихо засмеялась, а я обнял её, аккуратно запустил ладони под волосы и прошёлся пальцами вдоль позвоночника, легонечко подцепляя каскад цепочек. Заглянул в бездонные глаза и нежно её поцеловал.

Как оказалось, это платье для Миры тоже пошила Кира. Обе мои девочки были очень довольны сотрудничеством: Мире нравилось качество и скорость пошива и то, что сестрёнка всё делает с Душой, а Кирюша была очень довольна благодарной и адекватной клиенткой с постоянными заказами, которая не просто умеет рассказать, что хочет, а даже делает эскиз швейного изделия.

А я просто радовался, что они нашли общий язык, дружат и помогают друг другу.

В ресторане были только самые близкие люди: наши с Мирой родители и Кирюша с Максом. Сергей со своей семьёй приедет к нам на свадьбу, ведь неделю пробыть в Киеве он себе не может позволить, а для детей частые перелёты всё же нежелательны. Роман тоже остался с беременной женой, пообещав, что они придут к нам на свадьбу, если Мила будет себя хорошо чувствовать. Если честно, я порадовался, что в нём проснулся ответственный мужчина – и он теперь ставит в приоритет здоровье своей жены и семью.

На этот вечер ресторан был полностью в нашем распоряжении, поэтому на Мою Миру никто не пялился. Лишь официанты восторженно улыбались и почтительно кивали.

Мы с Мирой светились от счастья – и это замечали буквально все, заранее желая нам счастливой семейной жизни, чему я был рад, ведь теперь вся моя жизнь и все желания связаны именно с НЕЙ…

В конце вечера отец отвёл меня в сторонку и поздравил, сказав, что мы с Мирой стали заметно ближе.

- Она мне сегодня сделала замечательный подарок, – с благодарной улыбкой ответил я.

- Я тебя хорошо понимаю, сын.

- Я у НЕЁ первый… – прошептал, любуясь Своей Малышкой, разговаривающей с Кирой.

- Это очень ценно и очень много значит. Но это её ход... Теперь твоя очередь, Андрей. Сделай так, чтобы ты остался для неё единственным...

- Я буду очень стараться, пап. Обещаю.

Остаток вечера тоже прошёл в дружелюбной атмосфере и я был очень рад, что родители Миры сейчас с нами, приняли выбор дочери и поддержали.

Знаю, что для неё это очень важно, ведь впервые за долгое время родные люди не причинили ей боль…

Прощаться сегодня с Мирой вообще не хотелось, но она и так провела целый день со мной. Её родители улетают завтра утром, но думаю, что им есть, о чём поговорить… Да даже просто обнять свою дочь лишним не будет…

В воскресенье утром я отвёз будущих родственников в аэропорт – и мы вместе с Мирой их проводили.

Впереди меня ещё ждали командировки, поэтому безумно хотелось побыть вместе с Мирой.

Сегодня у неё по плану была длинная репетиция – так сказать, отработка за прогулы на этой неделе. Я поражался её целеустремлённости и выносливости. Действительно, чемпионский характер и она – самый настоящий боец по жизни. И дело не в том, что она боится поражения – дело в том, что она знает цену победы… Поэтому регулярно и старательно платит её, а остальное уже – лишь закономерный результат…

Для себя решил, что не буду приставать к Мире до свадьбы. В конце концов, на такой её подарок я не рассчитывал, поэтому просто обязан потерпеть эти несколько дней, чтобы дать возможность ей восстановиться.

На ночь мы решили остаться вместе. Понимал, что Моя Малышка сильно устала за время шестичасовой репетиции, хоть и виду не подавала. Очень хотелось сделать ей приятное, поэтому я тихо включил расслабляющую музыку и решил, что этот вечер мы посвятим массажу её спинки и стоп.

Глава 84

Мира

Наши чудесные праздничные выходные подошли к концу, оставив после себя тёплые и трепетные воспоминания. В конце трудового дня понедельника мы долго стояли в обнимку в кабинете Андрея – прощаться абсолютно не хотелось, но таковы его обязанности и наша жизнь. С другой стороны, меня радовало, что совсем скоро мы полетим на целых две недели в свадебное путешествие. И там уже будем только вдвоём…

За проектами, заботами и репетициями дни проходили гораздо быстрее ночей. Кошмаров у меня не было, наоборот, мне снился Андрей. Вот только, когда я просыпалась одна в постели, не могла понять: моя нынешняя счастливая жизнь – это сон или всё же реальность…

Смотрела на помолвочное колечко и браслет, подаренный им, а потом любовалась нашими совместными фото на прикроватной тумбочке – и понимала, что это моя реальность…

Совсем скоро я стану ЕГО женой…

Боялась, что незаслуженно – и нашей сказке что-то может помешать…

Гнала от себя эти глупости, понимая, что мысли материальны, но моя боль и вина за разрушенное чужое счастье уже слишком глубоко забралась в подсознание…

«Всё, Мира! Хватит глупить! – мысленно тормозила себя. – В своих чувствах и чувствах Андрея я уверена. Мои и его родители тоже поддерживают наше решение. У нас всё обязательно будет хорошо – Андрей так постоянно говорит».

Сегодня ночью он прилетает – и я очень хочу приготовить для него что-то вкусненькое. Иду на кухню, но не успеваю взять даже миску, как мне звонит Андрей.

Улыбка сразу же появилась на лице – и я с радостью приняла вызов:

- Здравствуй, Андрюша!

- Здравствуй, Солнышко! – почувствовала улыбку в его голосе и услышала шум автомобилей на дороге.

- Как ты?

- Всё отлично, Солнышко! Уже едем в аэропорт. Вдоль побережья. Я даже окно открыл, чтобы подышать морским воздухом. Так хочу с тобой в медовый месяц…

- Я тоже. – Смутилась и обрадовалась одновременно. – Я сейчас на кухне – что тебе приготовить, Андрюша?

- Ничего, Солнышко. Я поем в самолёте, а ты лучше отдохни и пораньше ложись спать. Я открою двери своими ключами и лягу возле тебя.

Жар разлился по всему телу.

- Я соскучилась, – прошептала, сглотнув, и услышала визг тормозов и итальянский мат.

- Береги себя, Любимая! – быстро проговорил Андрей и я услышала громкий хлопок.

- Андрей! – закричала в трубку, но связь уже оборвалась.

Руки задрожали, в глазах одновременно защипало и потемнело, а лёгкие сдавило так, что я не могла сделать и вдоха. Сердце колотилось как сумасшедшее, а ноги стали ватными – и я ухватилась за столешницу, чтобы не упасть прямо здесь.

«Надо срочно брать себя в руки – это ещё ничего не значит!» – сипло прошептала сама себе, положила телефон на столешницу и открыла воду, сделав её прохладной.

«Сейчас он мне позвонит, – шептала, умываясь. – И я должна быть в адеквате».

Промокнула лицо кухонным полотенцем – пофиг, оно всё равно чистое.

Взяла «спящий» телефон и разблокировала.

Гипнотизировала экран, но входящего не было.

Сама нажала на контакт с именем «Андрюша», на котором стоит наша с ним фотография.

Всхлипнула.

«С ним всё хорошо», – прошептала вслух, но из динамика доносилось, что абонент вне зоны доступа…

«Это просто пропала связь. Бывает. Сейчас обязательно дозвонюсь», – разговаривала сама с собой и снова нажимала на «Вызов».

Сердце колотилось, а ладони заледенели.

«Ваш абонент вне зоны доступа… – каждое слово ощущалось, словно гвоздь, забитый в висок. – Попробуйте позвонить позже».

И я пробовала снова и снова, пытаясь сохранить остатки самообладания, но слёзы уже лились, размывая картинку перед глазами. Меня бил озноб и я медленно поплелась к стулу, оседая на него.

«Этого не может быть», – отчаянно прошептала, но мой внутренний голос гаденько добавил, что в моей жизни может быть всё, что угодно.

Набрала ЕГО ещё раз, но он снова вне сети…

Полезла в «Гугл», ужасаясь тому, что хочу узнать. В строке запросов резало глаза и рвало Душу на части: «Аварии на итальянском побережье».

Быстро вытерла запрос, пытаясь сформулировать более чётко, но я понятия не имею, где только что проезжал Андрей, да и слишком мало времени прошло с того момента.

Истерика мной всё-таки овладела, но в самый последний момент я одёрнула себя, чтобы не позвонить Кире. Что она может знать? А у неё сейчас как раз гостят их с Андреем родители. Нет, звонить ей – это однозначно плохая идея.

Набрала ещё раз Андрея, но результат всё тот же – он по-прежнему вне сети…

С отчаяньем ударила кулаком по столу – надо просто успокоиться и ждать.

Смахнула слёзы, продолжая поскуливать, и вот, наконец-то, мобильный «оживает». С радостью потянулась к нему, но сразу же застыла, увидев имя абонента…

«Элина»…

В горле моментально пересохло, а тело в мгновение заледенело.

С третьей попытки дрожащими руками взяла телефон и приняла вызов.

- Здравствуй, Эля… – мой голос всё-таки сорвался.

- Здравствуй, Мира.

Очередная волна истерики накрыла меня, а слёзы потекли ручьём.

- Мира, успокойся, – я только могу позавидовать такому самообладанию Эли и тихо шмыгаю, стирая слёзы пальцем.

- Эля… – всхлипнула, одновременно ожидая и боясь того, что она мне сейчас скажет.

- Мира, это твоё предупреждение.

- Что, Эля? Ты о чём? – снова всхлипнула и постаралась понять, что она мне только что сказала.

- Своими мыслями ты можешь, как хранить любимого человека, так его и уничтожить... Вера в лучшее и любовь – сохраняют... Вера в худшее и страх – уничтожают... И ты всегда сама выбираешь, во что тебе верить... Хранить или губить... Женщина ведь не зря всегда считалась Берегиней Рода и Семьи...

- Эля, что ты мне такое говоришь? – до боли сжала телефон, пытаясь успокоить дрожь хотя бы в руке. – У меня Андрей… – мой голос снова сорвался.

- Мира, ты слышала, что я тебе сказала? – спокойно ответила Эля.

- А ты?! – взбрыкнула я.

- Я тебя как раз и без телефона услышала. Успокаивайся.

- Эля… Прости меня, пожалуйста. – Виновато прошептала, но моё состояние это не изменило.

- Ты достойна счастья. И тебе не надо за него платить… Жизнь – не обязательно боль… Просто перестань бояться, что он исчезнет из твоей жизни – и тогда вы сможете прожить долгую и счастливую жизнь вместе... – спокойно проговорила Эля.

- Эля, это значит…

- Жди и не паникуй.

- Это значит – он жив? – смаргиваю слёзы и растираю их пальцами.

- Это значит успокойся и жди. Ты всегда придёшь к тому финишу, который видишь... Всегда. Учись простраивать правильное будущее для себя в первую очередь.

- Но, Эля…

- Мира, успокойся, думай о хорошем и жди.

- Но как?

- Можешь молча, а лучше иди в душ и спать.

- Я не смогу…

- А надо.

- Эля, так что с Андреем?

- Больше информации не будет. Жди и работай над своими мыслями. Всегда. Доброй ночи, Мира. – Снова её спокойный тон.

- Спасибо большое, Эля. Тебе тоже доброй ночи.

Эля сбросила вызов, оставив меня в немом шоке…

Надо постараться вспомнить всё, что она мне сказала.

Всхлипнула ещё раз.

Но главное, что она мне не сказала…

Неужели с Андреем действительно всё хорошо?..

*****

Даже не знаю, сколько времени просидела, смотря в одну точку.

Мобильный продолжал молчать, не сигналя даже о сообщении, что абонент уже в сети…

Я выдохнула и пошла в душ.

Ломиться в закрытую дверь нет смысла, а хоть постараться смыть с себя тревогу и плохие мысли стоит.

Вода обволакивала и согревала, а я просто машинально повторяла про себя: «С ним всё хорошо. Андрей жив».

Вышла из душа в состоянии прострации и села прямо в банном халате на мягкую лавочку в прихожей.

«Не паникуй и жди», – кажется, так мне говорила Эля.

Не знаю, так ли сходят с ума, но я продолжала прокручивать в голове аффирмацию (утвердительное суждение; в психологии аффирмация – это позитивное утверждение, краткая фраза самовнушения, создающая правильный психологический настрой – прим. автора), что с Андреем всё хорошо и он жив. Раз в несколько минут подсвечивала мобильный и прислушивалась к шорохам за дверью.

«Я открою двери своими ключами», – прошептала вслух и снова вернулась к своей аффирмации, словно заезженная пластинка…

Минуты тянулись, будто резиновые, и нехотя складывались в часы.

Я поджала под себя ноги. Волосы уже практически высохли сами. Без фена.

Я не чувствовала тела, а просто машинально продолжала смотреть перед собой…

Я запомню этот вечер на всю жизнь…

И этот жизненный урок тоже…

Я не буду больше бояться потерять ЕГО…

Я хочу, чтобы ОН вернулся ко мне…

Сейчас…

Я подсветила мобильный – полтретьего ночи.

Как раз в это время он должен возвращаться…

Всхлипнула, не дав себе снова разреветься.

«С ним всё хорошо. Андрей жив», – прошептала вслух и услышала, как в замочную скважину вставляют ключ.

С замиранием посмотрела на монитор видеонаблюдения – и чуть не потеряла сознание от счастья…

А потом двери отворились – и вот я уже на его руках. Обхватываю его ногами и обнимаю руками.

- Мира… – просипел в мои волосы, а я всё-таки разревелась.

- Андрюша. – Всхлипнула и уткнулась в его шею.

- Мира, Хорошая Моя… – он целовал мои волосы и хрипло шептал. – Всё хорошо. Я рядом. Я с тобой. Всё хорошо.

- Я не хочу, чтобы ты остался для меня просто воспоминанием… – прерывисто шептала ему в шею. – Я больше всего на свете боюсь этого… Я хочу, чтобы ты просто был. Был в моей жизни всегда… Я буду стараться хранить тебя своими мыслями… Обещаю. Я усвоила этот урок…

- Мира. – Он нежно поцеловал меня в губы, а я сильнее вжалась в него. – Задушишь, Хорошая Моя.

Он тихо засмеялся, а я всё никак не могла успокоиться.

- Вы попали в аварию? Что случилось? – я даже не собиралась слазить с его рук и хотела разобраться во всём здесь и сейчас.

- Всё обошлось, Солнышко. Не плачь. Просто на параллельной столкнулись фургон с легковушкой. Легковушку неожиданно выбросило на нас – перёд помялся и сработали подушки безопасности. Во время столкновения у меня вылетел мобильный в открытое окно, а по нему уже проехался, проезжающий мимо, автомобиль. – Он хохотнул. – Всё обошлось и все живы. Я решил всё-таки постараться успеть на свой рейс, а не ехать за мобильным. Симка тоже помялась. Но этим уже днём буду заниматься. Мне главное было побыстрее добраться к тебя, Солнышко.

- А я тебе так ничего и не приготовила… – виновато, но с облегчением прошептала я.

- А я и не просил. – Он поцеловал меня в носик и понёс в ванную.

Пока я ещё раз приводила себя в порядок, Андрей переобулся, вымыл руки и умылся, а потом снова бережно взял меня на руки и понёс в спальню.

Шептал, что всё хорошо и дальше у нас тоже всё обязательно будет хорошо – и я ему верила… Прижималась сильнее к Любимому Мужчине и верила каждому его слову…

Проваливалась в сон – и знала, что всё у нас будет хорошо.

ОН меня ещё никогда не обманывал.

А утром я проснулась в тёплых и уютных объятиях, осознавая, что это был не сон…

«Я усвоила этот урок – и буду стараться контролировать свои мысли и страхи. В счастливой семейной жизни навязчивым страхам места нет…» – улыбнулась сонному Андрею и нежно поцеловала любимые уста…

Глава 85

Андрей

Прижимал к себе тёплую и румяную Миру, пусть и не выспавшуюся, но всё равно такую родную и счастливую…

Даже и вспоминать не хочу сегодняшнюю ночь и то, какой ледяной и бледной была Моя Малышка…

И эти слёзы…

Сложно представить, что ей пришлось пережить за эти практически шесть часов…

Не ожидал её увидеть прямо в прихожей…

Ждала…

А у меня до сих пор ком в горле от этих воспоминаний…

И как она потом боялась меня отпустить… Прижималась всем тельцем, обхватывая ручками и ножками…

В любой другой ситуации я бы обрадовался, но в тот момент у меня сердце разрывалась в груди. Но я был рад, что добрался, и счастлив от того, что уже рядом – и мне не надо думать и переживать, что происходит с Моей Малышкой? Сейчас я с ней – и смогу её успокоить и отогреть…

Во сне она тоже вжималась в меня и крепко обнимала…

Утром мы минут десять понежились в объятиях друг друга, а потом я пошёл в душ, а Мира на кухню. Сегодня у неё выходной и маникюрно-педикюрный день, а мне всё-таки нужно в компанию, ведь ближайшие две недели я там появляться не буду…

Наверное, на нас так повлиял пережитый стресс, но ночь перед свадьбой мы тоже решили провести вместе. Просто спать в объятиях друг друга, чтобы не переживать и не дёргаться, когда проснёшься в одиночестве.

*****

И вот настало долгожданное утро…

Конечно, хотелось хоть немного понежиться в объятиях друг друга, но сегодняшний день у нас расписан чуть ли не по минутам, поэтому мы легонечко поцеловались и полетели в душ.

А потом был быстрый совместный завтрак – и я поехал к себе.

Родители Миры и Сергей со своей семьёй благоразумно решили остановиться в гостинице – и я был этому рад, ведь некоторые моменты важно разделить вдвоём… А ещё Мире никто не будет мешать готовиться.

Мои родители с Кирой и Максом тоже будут ехать отдельно.

С нетерпением ждал свадебный букет для Своей Малышки, ведь он особенный – живой. И мы его заказывали за два с половиной месяца до росписи.

И вот мне передают небольшое белое облачко – нежное, воздушное и лёгкое, как сама Мира… Маленький горшочек мастерски задекорирован кружевом цвета айвори, создающим аккуратную изящную юбочку над рукой, а для удобства его держания горлышко немного тоньше, чем донышко.

Улыбнулся, рассматривая маленькие белоснежные цветочки гипсофилы ясколковидной. Я запомнил это название, ведь наблюдал, как тщательно Мира подбирала себе цветы для свадебного букета. Этому кругленькому воздушному кустику, диаметром около десяти сантиметров, уже приблизительно два года – и это его первое цветение. Его нашли под заказ в одном из питомников, а потом пересадили и ухаживали, чтобы цветочки порадовали Мою Малышку.

Понюхал и аккуратно покрутил в своей руке это милое флористическое чудо, прекрасное в своей лёгкости и простоте. А главное – живое, и теперь тот, кому достанется этот букетик, сможет пересадить его себе на участок либо же просто в горшочек, чтобы радовать глаз… А для Миры очень важно, чтобы жизнь продолжалась…

Дыхание перехватило, когда увидел Свою Малышку в подвенечном платье с открытой линией плеч и струящейся юбкой в пол. Изящный верх декорирован кружевом, которое немного выходит за пределы ткани тремя ажурными арками. Конечно, платье всё равно достаточно закрытое, но раньше Мира не позволяла себе подобных фасонов. Я понимаю, почему. Но сейчас я очень рад, что она разрешила себе так открыться…

Небольшая ажурная диадемка и распущенные волнистые волосы, собранные в «Мальвинку» дополняют её нежный образ…

Залюбовался…

Я так хотел, чтобы она не собирала волосы в причёску…

Провёл одной рукой по её изящным ключицам, позабыв, что до сих пор не презентовал ей букетик.

Мы улыбнулись и невесомо коснулись губ друг друга.

Совсем скоро мы официально станем родными людьми…

- Ты у меня такая красивая, что я обо всём забыл, увидев тебя. Солнышко, вот твой свадебный букетик.

Мира с благодарностью приняла его, а я залюбовался ею ещё больше – вся такая нежная, счастливая и лёгкая… И даже эти цветочки, будто парят в букетике, легонечко покачиваясь.

Поднялся взглядом к длинной шейке – и вспомнил про ювелирный гарнитур, который подобрал ей в подарок.

- Давай завершим твой образ, Солнышко, – улыбнулся нежно, а она мне кивнула.

Видел, с каким изумлением Мира смотрела на изящный комплект из белого золота, инкрустированный бриллиантами.

Кружево для платья мы выбирали вместе, поэтому я постарался подобрать действительно утончённые украшения, которые бы гармонично дополняли образ, но не перетягивали на себя внимание от самой Миры.

- Спасибо большое, Андрюша. Очень красиво… – прошептала и погладила меня по груди.

- Пусть они тебя радуют, Солнышко, – улыбнулся и поцеловал её в лобик.

- Ты меня всегда радуешь… – легонечко коснулась моих губ, и мы встретились взглядами.

Мне нравилось, что её глаза искрятся счастьем и любовью, и мне хотелось раствориться в них навсегда…

Нежно поцеловал её в носик:

- У нас ещё будет на это время… – напомнил себе вслух и добавил, кивая на гарнитур, – позволишь?

- Конечно, Андрюша, – прошептала в ответ, положила коробочку с украшениями на комод и повернулась ко мне спиной.

Взял изящное колье и поцеловал в макушку Своё Сокровище. Мира аккуратно приподняла волосы двумя руками – и я с трепетом одел на неё колье, чувствуя, как она замирает и её дыхание сбивается.

Не удержался – и обнял её со спины. Проложил дорожку невесомых поцелуев по её шейке, ключице.

- Андрюша, – она сглотнула, – опоздаем.

- Как же я тебя люблю… – прошептал ей в височек и нежно поцеловал, окунаясь в лёгкий воздушный аромат с ненавязчивыми цитрусовыми нотками.

- И я тебя люблю, Андрюша, – она перекрутилась в моих объятиях, обвила шею руками и словно в Душу ко мне заглянула. Медленно моргнула, а потом потянулась к губам, погружая нас в чувственный поцелуй. – На людях я так не смогу… Прости…

- Главное, что я знаю, какая ты со мной, Солнышко. И я ценю то, что есть между нами…

- Спасибо большое.

Мы постояли в обнимку ещё немного, но время, и правда, не резиновое.

Взял её левую ручку в свою, ласково огладил и поцеловал тонкое изящное запястье, тыльную сторону ладони и каждый пальчик с аккуратным свадебным маникюром с кружевными кончиками ноготков.

Мира сегодня сама нежность…

Ещё раз огладил бархатистую кожу и застегнул браслет.

На Мире он заиграл ещё ослепительнее, а я снова нежно поцеловал её ручки.

Какое же это всё-таки удовольствие – одевать на Свою Любимую Женщину украшения…

Изящные серьги она надела уже сама – и превратилась в самую настоящую сказочную Принцессу.

Огладил взглядом её стройную фигурку, оценил, как гармонично на ней смотрятся изящные завитки украшений, и прижал к своей груди.

- У нас есть ещё две минуты, – прошептал ей в макушку.

Вместо ответа Мира посмотрела на меня, поднялась на носочки и тягуче-нежно поцеловала…

Мы нехотя оторвались друг от друга, но продолжали с восторгом смотреть в любимые глаза, радуясь готовности сделать важный шаг.

- Поехали? – прошептал, целуя её ручки.

- Поехали! – ласково улыбнулась, нежно погладила меня по щеке и взяла свой букетик с комода.

*****

Несмотря на то, что лето было в самом разгаре, сегодня особой жары не предвиделось.

Утро было ясным и тёплым, а Мира освещала его ещё больше.

Любовался, как солнечные лучики золотят её волосы, и считал минуты до регистрации, пока мы шли за руки к тенистой аллеи магнолий. Здесь, в Национальном ботаническом саду имени Гришко, они всё ещё цветут, как и множество других растений, поэтому мы и выбрали это уникальное место для выездной церемонии.

В саду ещё пахло утренней свежестью, но всё-таки бал здесь правили насыщенные цветочные ароматы, в которые подмешивались нотки зелени и хвойные ароматы.

Птички пели, скрываясь в ветвях деревьев, трудолюбивые пчёлы старательно собирали нектар, бабочки легко порхали с цветка на цветок, а стрекозы рассекали воздух…

Природа щедро делилась с нами своей красотой и энергией – и от этого ощущения наполненности хотелось парить над этим чудесным садом…

Счастье переполняло меня – и я был рад, что мы выбрали именно это место, ведь для Миры, и правда, сложно представить что-то более подходящее.

Наши родители стояли рядом и отцы обнимали, плачущих от счастья, матерей…

Сергей с трудом удерживал на руках любознательную и восторженную Полиночку в костюме феечки и с волшебной палочкой в ручке, а Катя держала за руку довольного Ваню с пультом управления от большой машинки.

Элина со своим мужем, Соня с Егором и Кира с Максом искренне радовались за нас, а Роман трогательно обнимал Милу со спины, дав ей возможность облокотиться, и бережно придерживал под округлившийся животик…

Полная гармония и идиллия вокруг, которую я отмечал для себя лишь фоном, ведь сейчас я держал в своих руках маленькие ладошки Своей Принцессы…

Мы смотрели друг другу в глаза и не клялись, а обещали быть опорой и поддержкой, любить, уважать, доверять и стараться делать любой день более счастливым, верить в лучшее, создавать и оберегать наш мир…

Мы не строили иллюзий на нашу семейную жизнь, но были готовы проходить её вместе, держась за руки в прямом и переносном смысле, что бы нам ни подбрасывали свыше…

С трепетом одевал обручальное колечко на изящный пальчик Миры, а потом испытал самый настоящий фейерверк эмоций от того, как осторожно с тёплой улыбкой Мира одевала мне кольцо…

Мы закрепили свой союз щемяще-нежным поцелуем, а потом прижались друг к другу лбами и кончиками носов и смотрели в глаза, наслаждаясь этим моментом…

- Теперь ты Авдеева, – прошептал и поцеловал её в носик.

- Пока документы не поменяю, ещё Котенко! – шкодно улыбнулась, но ласково погладила меня по щеке.

- Вечерком уже будешь Авдеева – как раз твои новые документы подвезут! – подхватил удивлённую Миру на руки и покружил, наслаждаясь её тихим счастливым смехом.

Несколько часов мы ещё гуляли по саду, получая удовольствие от единения с Природой. Мы не хотели постановочных фото и видеосъёмки, поэтому наняли пять фотографов, которые будут делать живые снимки нас и наших гостей.

Мира шикарно и гармонично смотрелась на фоне арок с вьющимися цветами и цветочных домиков, сотен роз, лилейника, флокс, георгинов, канн, гладиолусов, астр и ещё огромного количества неизвестных мне, но очень красивых растений. Конечно, возле них были таблички с названиями и интересной информацией, да и Мира сама много чего знает, но я полностью погрузился в этот момент нашего бесконечного счастья и замечал лишь её в окружении цветов… Такую же бесконечно счастливую, как я, и сияющую ярче солнца и бриллиантов на её украшениях…

Конечно, мы обошли далеко не весь сад, ведь он огромен, но сегодняшним днём были очень довольны. После такого единения с Природой мы не захотели ездить по городу, а только остановились минут на десять на набережной Днепра, откуда поехали в, арендованный на целый день, ресторан.

Мы с Мирой не любим шумных посиделок, странных конкурсов и обрядов, поэтому захотели просто уютную трапезу в кругу самых близких и дорогих людей…

И атмосфера у нас была невероятно тёплой и душевной.

Мы заранее попросили, чтобы гости обошлись без выкриков: «Горько!»

Дети с удовольствием сидели у всех гостей на руках, не забыв и про нас с Мирой, а взрослые просто непринуждённо добродушно общались и много шутили.

Всё было чудесным: и люди, и угощения, и торт, и уютный зал, украшенный десятками горшочков с гипсофилами сорта «Пушистый снег». Эти, практически метровые, кустарники окутывали помещение своим утончённым ароматом, а обильно цветущие небольшие соцветия создавали впечатление лёгких парящих облачков…

Слишком долго засиживаться нам с Мирой не хотелось, ведь эти несколько дней были для нас очень насыщенными эмоционально, поэтому мы решили оставить приятную компанию гостей. Пусть, кто хочет, ещё остаётся, а кому пора – уходит без чувства вины…

Родители и друзья подходили к нам по очереди – и желали долгой и счастливой семейной жизни.

Элина пожелала нам и дальше поддерживать, слушать и слышать друг друга. Всегда не просто верить, а знать, что у нас всё обязательно будет хорошо.

А потом она шепнула Мире на ушко так, чтобы и мне было слышно: «Ты можешь чувствовать своего мужа и на расстоянии. Главное – будь спокойна. И родишь детей, когда сама поверишь, что можешь...»

И я знаю, что так у нас и будет…

Мы со всем обязательно справимся вместе – я в это верю…

Потом настала очередь Сони с Егором.

- А я говорила: «Через полгода посмотрим...» Ха! Как говорится, не прошло и полгода, а ты уже Авдеева! Ха-ха-ха! Умница, Красотка! Даже план перевыполнила! – довольно выдала Соня.

- Спасибо большое, София! – искренне поблагодарил новоиспечённую подругу семьи и с любовью поцеловал Миру в височек.

Она счастливо улыбнулась мне, а потом сделала несколько шагов к подруге.

- Спасибо большое, Сонечка! А вот это – тебе! – она передала ей свой букетик. – Пора, «девочка», давно пора… А то уже почти пять лет, а свадьбы-то всё нет…

- В сентябре после Чемпионата мира будет! – ответили в унисон София с Егором.

- Смотрите, не соскочите мне! – шуточно пригрозила пальчиком Мира, а потом они искренне обнялись с Соней.

- Спасибо большое, Красоточка!

- Тебе спасибо!

- Я за вас очень рада! Будьте счастливы!

- Будем стараться! – ответили вместе с Мирой и попрощались со всеми.

*****

Для нашей первой брачной ночи я снял шикарный номер для молодожёнов в лучшей гостинице города и заранее договорился об его декоре, понимая, что стандартным лепесткам роз Мира точно не будет рада …

Заносил Свою Малышку в интимный полумрак номера на руках.

Услышал её восторженный шёпот: «Ах! Это просто чудо!» – и почувствовал нежный поцелуй на щеке.

Пронёс её вглубь номера по дорожке из живых белоснежных гипсофил в горшочках. Таких же, как и в ресторане. Только возле каждого горшочка горели невысокие широкие свечи – и в таком мистическом полумраке казалось, будто цветочки парят, ведь их тоненьких стебельков не было видно.

Вокруг нашего ложа на расстоянии нескольких метров тоже таинственно подсвечивались нежные растения – символ нашего сегодняшнего дня…

На специальном передвижном столике стоял небольшой шоколадный фонтанчик с клубникой.

Счастливая улыбка Миры была ослепительной, а глаза сияли ярче бриллиантов…

- Спасибо большое, Андрюша, – прошептала и с трепетной нежностью поцеловала меня.

- Спасибо, что стала моей женой, Солнышко… – с благодарностью улыбнулся ей и погладил по бархатистой щёчке, а потом включил песню Demi Lovato «Heart By Heart» (смысловой перевод с англ.: «Сердце наизусть», «Все тайны моего сердца» – прим. автора) на телефоне.

Поцеловал Свою Сказочную Принцессу в лобик и ласково обнял, увлекая в наш первый танец.

Поразительно, но профессиональная танцовщица и четырёхкратная чемпионка мира не захотела танцевать медленный танец на своей свадьбе…

«Это для меня слишком интимное – и не для глаз даже близких людей…» – вспомнил, как Мира предупредила меня заранее.

- Я мечтал станцевать с тобой, Солнышко, – нежно гладил её по спинке под волосами, целуя височек.

- Почему не сказал?

- Ждал этого момента…

Лёгкий аромат цветов окутывал нас, мы невесомо целовали друг друга, с любовью заглядывали в глаза, шептали, что любим, и растворялись в моменте…

Замирали, слушая слова песни, и я видел в её глазах то же, что чувствую сам: всё это будто про нас написано…

И с каждым словом, с каждым аккордом всё глубже пробирается в Душу:

«Когда твоя душа встречает родственную ей,

Когда кто-то входит в твоё сердце, как в открытую дверь,

Когда твоя судьба протягивает тебе руку,

Не отпускай её.

Кто-то врывается в твой мир,

И, вдруг, ты понимаешь, что твой мир изменился навсегда.

Нет больше на свете таких глаз,

Что смотрят мне прямо в душу,

Больше ничьи объятия

Не возносят меня высоко к небесам.

Твоя любовь неподвластна времени,

Ведь ты знаешь все тайны моего сердца.

Когда ты находишь того, кого суждено,

Всё становится на свои места, даже звезды выстраиваются в ряд.

Когда любовь затронет струны твоей души,

Не упусти свой шанс.

Кто-то врывается в твою жизнь так,

Будто он был в ней всегда.

Нет больше на свете таких глаз,

Что смотрят мне прямо в душу,

Больше ничьи объятия

Не возносят меня высоко к небесам.

Твоя любовь неподвластна времени,

Ведь ты знаешь все тайны моего сердца.

Наконец-то мы нашли друг друга,

Я нашла дорогу к тебе.

Нет больше на свете таких глаз,

Что смотрят мне прямо в душу,

Больше ничьи объятия

Не возносят меня высоко к небесам.

Твоя любовь неподвластна времени,

Ведь ты знаешь все тайны моего сердца.

Ты знаешь все тайны моего сердца».*

Последние аккорды утихли, а мы ещё долго смотрели друг другу в глаза, купаясь в любви и ласке, а потом растворились в нежнейшем поцелуе.

Её ручки медленно расстёгивали пуговицы на моём смокинге, а я аккуратно переложил её шикарные волосы через плечо и так же медленно потянул за молнию на её платье…

Мне нравилось то, что я видел в её глазах…

Открывал свою Миру ещё раз, наслаждаясь моментом, ведь она воплотила все мои фантазии: тончайшие чулки, изящная подвязка со стразами и изысканный полупрозрачный комплект из нежнейшего кружева...

Я наслаждался её доверием и податливостью, осыпая поцелуями желанное шикарное тело...

Моя...

Она только моя...

Мы снова сливались и переплетались в танце любви, дополняли и наполняли друг друга эмоциями, энергией, счастьем...

Я чувствовал, как соединялись не только наши тела – сливались наши Души...

Мы нашли друг друга – и эти мысли вводили в эйфорию...

Её тихие стоны будоражили, а едва слышное «ещё» опьяняло и дурманило...

И я сделаю всё, чтобы быть рядом с НЕЙ до конца своих дней...

* Все авторские права на музыкальное произведение «Heart By Heart» принадлежат автору и исполнителю Demi Lovato. Перевод взят с просторов интернета из свободных источников и немного переделан мной.

Глава 86

Андрей

- Зачем я на такое согласилась?! Это какой-то капец! – перекрикивая гул двигателей, возмущалась и истерично посмеивалась Мира, вжимаясь в мою грудь. При инструктаже перед полётом она беспечно отказалась от беруш, а я её естественно поддержал.

- Солнышко, через двадцать минут уже прилетим, – успокаивающе гладил её по спинке. – Посмотри в иллюминатор – там такая красота! Атоллы (атолл — коралловый остров либо архипелаг, имеющий вид сплошного или разорванного кольца, окружающего лагуну – прим. автора), коралловые рифы, прозрачные воды неизвестных мне оттенков синего…

- Надо было на катере добираться, а не на этом гидросамолёте. Да и вообще, чем Мале – не Мальдивы! Столица, как-никак! Да, неказистая, но там тоже есть туристические пляжи (Мальдивы – мусульманское государство, поэтому для купания есть свой закрытый дресс-код; в купальниках и плавках разрешается купаться только на туристических пляжах – прим. автора) с белоснежным песочком. Андрюша, нафиг нам тот резорт (от англ. resort (резорт, ресорт) – закрытый курортный комплекс, курорт-отель; на Мальдивах острова-резорты; остров-резорт – это маленький остров, на котором находится только один отель – прим. автора) такой ценой?!

Я хохотнул.

- Вот прилетим – и всё сама увидишь, Солнышко, – поцеловал её в макушку и продолжил успокаивающе гладить. – А на катере мы бы дольше пяти часов добирались да и волна есть – тебя бы могло укачать. А так всего сорок минут – и мы в нашем персональном раю… Сама потом отсюда уезжать не захочешь.

- Конечно, не захочу! Ещё раз в такое «чудо» занесёшь меня только без сознания! – она засмеялась.

- Значит, останемся здесь жить, – поцеловал её в лобик и улыбнулся.

- Так тоже нельзя, Андрюша. Вся наша жизнь – там… Сам это понимаешь…

- Понимаю. Но мне важен твой комфорт и спокойствие, Мира.

- Спасибо большое, Андрюша. Справлюсь. Только бы посадку на воду пережить… – она нервно хохотнула. – Я в детстве смотрела мультсериал «Чудеса на виражах». Тогда даже прикольно казалось, пока сама в таком гидросамолёте не оказалась!

- Я же с тобой рядышком. Всё будет хорошо, Солнышко.

- Я знаю, Андрюша, но всё равно переживаю.

- Тогда я тебя буду отвлекать, – поцеловал её в лобик, височек, щёчку.

- Андрюша, ничего, что мы не у себя в номере?

- Ничего… И ничего такого мы делать не будем… – она сглотнула и пристально посмотрела мне в глаза. – Мы одни в салоне да и пилотам не до нас…

Страх в её глазах начал постепенно сменяться интересом, и она сама потянулась к моим губам.

Конечно, я очень хорошо понимаю состояние Миры – мы только что пережили длительный ночной перелёт, а хоть немного поспать так и не получилось. Сейчас же мы летим в жутко вибрирующем и шумном гидросамолёте, пусть и практически над водой, но Моя Малышка всё равно боится летать.

Целовал её, пока не услышал предупреждающий сигнал перед посадкой, а потом взял её за ручку, ведь обниматься при посадке опасно, и почувствовал первый толчок от соприкосновения с водой.

Мира взвизгнула и с силой сжала мою ладонь. Зато следующих несколько прыжков по воде пережила спокойно.

- Умница Моя! Вот мы уже и прилетели – всё самое страшно позади, – поцеловал бледную Миру в лобик и помог отстегнуть ремень безопасности, а потом и выйти на автономный причал, который выглядел, как обычный плот. К нему уже был пришвартован небольшой катер для дальнейшего трансфера на атолл, где размещалась наша водная вилла.

Конечно, мы осознавали, что путь на райские острова будет нелёгким, но всё-таки рискнули окунуться в нашу общую мечту и уникальную красоту Природы. Тем более всё чаще говорят о возможном скором погружении Мальдивских островов под воду…

В катере нежно обнимал Миру, а она уже с интересом начала смотреть по сторонам, где в чистейших водах всех возможных оттенков синего виднелись острова.

Воздух был потрясающим, а мелкие солёные брызги залетали даже через открытые иллюминаторы. Было жарко, но не душно. Катер подпрыгивал на волнах, а Мира счастливо смеялась, сильнее ко мне прижимаясь.

- Ах! Андрюша, смотри! – она указывала ручкой перед собой на огромного морского обитателя, будто парящего в воде. – Неужели это скат-манта?..

- Очень на него похоже, Солнышко.

- Это просто чудо какое-то… Такой огромный… и грациозный… – с благодарностью посмотрела на меня и поцеловала в щёку.

- Я надеюсь, что за две недели у нас здесь будет много чудес, Солнышко…

- Я тоже! – она кивнула, счастливо улыбаясь. А потом поднялась на ножки и расставила ручки в стороны, давая океаническому ветру обвивать своё тело.

Тоже поднялся и обнял её со спины.

- Я люблю тебя, Солнышко, – прошептал ей на ушко, радуясь, что она уже позабыла о нашем недавнем полёте на гидросамолёте.

- И я тебя люблю, Андрюша.

*****

Наш двухэтажный водный коттедж был прекрасен. Свой большой бассейн с океанической водой, погружённый в океан. Большая сетка-гамак над поверхностью воды, про которую Мира сразу же сказала, что туда не полезет. Шикарная лаунж-зона с диваном, большой кроватью и столиком, а также свой персональный выход прямо в воды океана со ступенек.

Мы специально подбирали такой комплекс, где есть свой живой коралловый сад, ведь практически на всех атоллах они уже обесцветились из-за потепления воды в океане.

Внутри коттеджа всё тоже было на высшем уровне, но первым же делом мы с Мирой всё равно залипли в большой иллюминатор в полу, где беспечно плавали цветные рыбки среди оранжевых, ярко-алых, сиреневых, малиновых и зелёных кораллов.

Спать и есть хотелось безумно, но мы прошлись по уютной гостиной и поднялись вверх в спальню. Интерьер в светлых тонах нам очень понравился, в комнатах была приятная свежесть и комфортная температура. Улыбку вызывала огромная кровать, на белом покрывале которой было выложено два сердца, сплетённых из пальмовых листьев, и надпись из них же: «Welcome Mira & Andrey» (перевод с англ.: «Добро пожаловать, Мира и Андрей» – прим. автора).

Практически сразу же нам принесли наш поздний завтрак на специальном плавающем столике – и мы с Мирой решили его проверить. Быстро переоделись – и пошли наслаждаться в наш бассейн, объединяя трапезу и купание. Конечно, перед этим мы с удовольствием намазали друг друга сильными солнцезащитными средствами, ведь здесь, на экваторе, солнце очень агрессивное – и можно быстро обгореть.

Понимаю, что мне никогда не было так хорошо. Мы кормили друг друга, много обнимались и целовались… Просто наслаждались друг другом, тёплой водой и безбрежным океаном перед нами…

Смотрел на наши кольца, блестящие на солнце и под водой – и привыкал к мысли, что Мира – уже моя жена…

Но главное – сейчас она действительно счастливая. Радуется жизни и наслаждается моментом…

После такой необычной трапезы нас разморило окончательно и, ополоснувшись под тропическим душем и просушив Мире волосы, мы отправились спать. Шум океана и свежайший воздух сделали своё дело – и мы проснулись как раз на потрясающе красивом закате: солнечные лучи, словно прожектора, золотым светом рассекали насыщенно-малиновое небо – и всё это отражалось в водном зеркале…

- Здесь просто невероятно, Андрюша, – восторженно прошептала Мира, укутываясь в мои объятия.

- Да, волшебная Природа, – прошептал в ответ и поцеловал её в височек.

Свой обед мы честно проспали, поэтому снова хотели есть. Конечно, у нас есть обслуживание в номер, но сегодня мы так много сидели, что захотелось самим пройтись в ресторан.

Как мы и надеялись, гостей в ресторане уже практически не было, поэтому мы наслаждались приятной уединённой атмосферой, любуясь, светящейся тысячами ярко-голубых неоновых точек, береговой линией.

- Будто магия какая-то, а не фитопланктон… – восторженно прошептала Мира.

- Это точно… Или миллионы звёзд упали на берег…

- Пройдёмся по пляжу? – на её личике сияла предвкушающая улыбка.

- Конечно, Солнышко, – поцеловал её в щёчку.

Мы долго гуляли по светящемуся берегу под шикарным звёздным небом… Миллионы огней у ног и над головами…

Мира набирала в ладошки, светящуюся множеством ярко-голубых точек, воду – и я делал волшебные снимки. Она рисовала сердечки на берегу, которые загорались под её пальчиком голубым неоном, и восторженно ахала и заливалась счастливым смехом. Умилялась мелкими раками-отшельниками, а потом нашла большую ракушку с отростками – и не решалась поднять её, чтобы заглянуть, свободна ли «жилплощадь». Я ей помог – и мы убедились, что ракушка пуста. Мира вздохнула, но всё равно решила взять её с собой на память…

Вечер был уютным и волшебным. Здесь отпускали все тревоги и заботы – и просто хотелось дышать, жить в гармонии с Природой без вечной спешки… Ходить босиком по слабо-тёплому песку, чувствуя, как песчинки массажируют ступни, а Природа щедро делится не только своей красотой, но и первозданной силой…

За эти восемь лет, которые у меня есть компания, я так ни разу нормально не отдыхал – регулярно летал в Европу, изредка на другие континенты, но до отпуска дело так и не доходило… Вечно некогда, постоянно что-то надо успеть, заключить очередную сделку и подписать договор… Та даже просто подписывать отпуска для сотрудников, самому их не зная… Про то, каким напряжённым выдался этот год, и вспоминать не хочется – сейчас всё по-другому. Жизнь налаживается и будет только лучше, ведь у меня теперь есть своё персональное вдохновение – Мира… Моя жена, моё счастье и смысл жизни…

Поцеловал своё довольное Солнышко в лобик, а она в ответ обняла меня, останавливаясь.

Снова залюбовались восхитительным пейзажем: щедрой россыпью непривычно больших ярких и низких звёзд, убывающей луной, оставляющей светло-жёлтую трепещущую дорожку в водной глади – и всё это, словно подчёркнуто голубым неоновым кружевом прибрежных волн…

За нашими спинами мистически подсвечивались ярко-красные, малиновые и белые гибискусы на фоне густого тропического леса – красота и гармония…

Но главное, что мы вместе с Мирой – и уже самая настоящая семья…

- Знаешь, Андрюша, оно того стоило… – прошептала Мира и потянулась за поцелуем.

- Ты заслуживаешь самого лучшего, Солнышко, – прошептал ей в губы и легонечко поцеловал.

- Мы оба заслужили этот рай – каждый по-своему… Я очень рада быть здесь, но счастлива от того, что мы вместе. И сейчас просто хочется насладиться каждым мгновением с тобой в этом чудесном месте…

Мы снова долго целовались, а тёплый ветерок ласково обвивал нас, играясь одеждой.

*****

Когда пришли в коттедж, то спать ещё не хотелось – и мы решили немного разложить свои вещи. Погода здесь тёплая и предсказуемая даже в сезон дождей, на который мы и попали, хоть сегодня весь день было ясно. Особо много вещей с собой не брали, поэтому с распаковкой чемоданов справились быстро.

А потом Мира поставила на прикроватную тумбочку флакончик с тушью в азиатском стиле с надписью иероглифами и положила кисть для каллиграфии.

- Солнышко, ты сейчас решила творчеством заняться? – с любопытством посмотрел на Миру, пока не говоря, что у меня на эту ночь были немного другие планы.

- Да, Андрюша, – хитро улыбнулась и погладила меня по груди.

- Тогда доставай скетчбук – я тоже с удовольствием посмотрю.

- А это… средство… – она закусила губку, кивнув на флакончик, а потом игриво улыбнулась. – Это не тушь для каллиграфии – это шоколад для рисования на теле…

Я шумно выдохнул, а тело обдало жаром. Сердце моментально ускорило свой ритм.

- Как же мне повезло с женой… – прошептал подсевшим голосом.

- А я считаю, что мне с мужем повезло… – она ласково погладила меня по груди и поддела футболку, помогая снять.

Мы оба сглотнули и потянулись за поцелуем…

- Побудешь сегодня моим полотном, Андрюша? – прошептала мне в губы и легонечко коснулась их.

- С удовольствием, Солнышко, – не удержался – и нежно прильнул к медовым устам.

- Тогда ложись на живот и расслабься… – игриво прошептала и изящно вывернулась из моих объятий. – У нас на эту ночь большие планы.

Отрегулировала свет до комфортного интимного полумрака и расположилась на мне.

Тёплые ручки скользнули вверх по спине, а потом начали нежно поглаживать.

- Мира… – выдохнул от удовольствия и хотел перевернуться на спину.

- Всё только начинается, Андрюша… – прошептала мне на ухо, продолжая поглаживать спину и щекоча своими распущенными волосами, а через несколько минут она взяла кисть…

Холодный, немного тягучий шоколад на кончике тонкой кисти создавал взрывной контраст с разогретой массажем кожей спины, и нереально будоражил, заставляя шумно втягивать воздух носом и желая перевернуться на спину, чтобы видеть Миру и чувствовать по-другому. Но Моя Малышка продолжала поглаживать мне спину, рисовать, легонечко целуя и щекоча дыханием и распущенными волосами…

По телу тягучей лавой разливался жар…

«Какая же это сладостная пытка», – думал, наслаждаясь манипуляциями Миры.

- Моя Хорошая Девочка, – хрипло шептал, поглаживая её колени, поднимаясь немного вверх по идеальным бёдрам, глубоко дышал и ждал, когда же Мира закончит свой рисунок – и кисть с шоколадом окажется в моих руках…

Желание было настолько сильным, что я с трудом удерживал в голове хоть какие-то мысли.

Мира нарисовала на моей спине огромное ветвистое семейное дерево.

- Я хочу большую дружную семью… – прошептала и нежно поцеловала мою спину, а я всё-таки аккуратно перекрутился и сел, обнимая Миру.

- У нас всё обязательно получится, Хорошая Моя. Да и с твоими родителями уже контакт налаживается. Мы справимся – и я знаю, что всё у нас будет хорошо.

- Обязательно, – она ласково улыбнулась и погладила меня по щеке.

Трепетно поцеловал её в губы и аккуратно перехватил кисть. Обмакнул её в шоколад и начал медленно писать на её груди над вырезом ночнушки: «Я тебя люблю».

Мира сглотнула и начала глубоко дышать ртом.

Легонечко коснулась моих губ, зарылась пальчиками в волосы на затылке и прошептала:

- Я тебя тоже люблю…

Как же она заводила… До боли… Но я тоже хотел подарить ей новые ощущения, наслаждаться тем, как покрывается мурашками её соблазнительное тело… Чувствовать её прерывистое дыхание… И находиться в экстазе от одних лишь мыслей, что такой она бывает только со мной…

- Что я могу себе позволить, Родная? – прошептал ей на ушко, нежно прихватывая мочку.

- Замени мои плохие ассоциации хорошими…

Мы оба шумно выдохнули и сглотнули, заглядывая друг другу в глаза.

Она молча кивнула, а я наклонился к её груди и прошёлся нежными поцелуями по надписи. Мира не сопротивлялась. Ещё раз осторожно коснулся надписи губами и начал аккуратно сцеловывать горьковатый шоколад с её бархатистой кожи, легонечко помогая кончиком языка…

Мира шумно вдохнула, но не оттолкнула.

Положил кисть на тумбочку и нежно огладил её ножки, поднимаясь выше к бёдрам, подхватил края соблазнительной ночной сорочки и освободил Свою Малышку от лишних преград.

В полумраке она была прекрасна – и создавалось впечатление, что не только её волосы обворожительно сияют, отражая даже скудные лучики света… Мне казалось, будто мерцает её светлая кожа…

А может, так оно и есть – и я просто увидел её энергетику?..

Она же у меня чаровница…

Мира не дала долго рассматривать её – погружая нас в долгий чувственный поцелуй…

Эта ночь тоже была прекрасна – и я знаю точно, что незабываема для нас обоих…

Мы ещё возвращались к нашему шоколаду, добавляя интересные штрихи на теле друг друга, чтобы подарить свою ласку и волнующее наслаждение…

Засыпали уже под утро в объятиях друг друга.

Счастливые и уставшие…

*****

Как бы страсть нас не захватывала, мы всё-таки выработали свой график.

По утрам встречали нежные розовые, персиковые и лиловые восходы, а вечерами наслаждались закатами, поражающими насыщенными малиновыми, оранжевыми, багровыми и фиолетовыми оттенками…

Обожали купаться под, стремительно налетавшими, тёплыми тропическими ливнями, а если они затягивались, то перебирались на своё ложе – и наслаждались друг другом под шум океана и дождя…

Очень много времени проводили, плавая на мелководье и любуясь местной морской фауной: живыми кораллами и яркими рыбками. Несколько раз к нам даже заплывали мелкие акулки и большие черепахи, которыми Мира откровенно восхищалась, а вот от мурены, неожиданно показавшейся из своего укрытия в погибших кораллах, Мира уплывала со скоростью звука.

Ещё мы успели побывать на экскурсиях и поплавать в окружении дельфинов, скатов-манта и даже нескольких огромных китовых акул. Мира была в восхищении от водных прогулок с морскими гигантами и потом ещё долго прыгала на берегу, обнимала меня с благодарностями, а потом снова прыгала от восторга и переполняющих её эмоций. Я нереально радовался такой Своей Малышке, но всё равно очень сильно удивился, когда в следующий раз она захотела поплавать ещё и в окружении крупных особей рифовых акул. Но здесь акулы всё же дружелюбные, а с опытными гидами такое погружение запомнится на всю жизнь… И в тот день нам очень повезло, ведь к нам приплыли ещё и чудная акула-молот, от которой нам жестом показали держаться подальше, и небольшая стайка красивых леопардовых акул.

Свой отдых мы старались максимально разнообразить – и с удовольствием поплавали на прозрачном каяке (лодка – прим. автора) и посадили кораллы, назвав их своими именами…

Но, как бы хорошо нам не отдыхалось, хоть несколько часов в день приходилось поработать. Но даже в этом мы находили своё удовольствие, ведь на фоне безбрежного океана и умиротворяющего шума волн, даже трудовые обязанности приносили радость. Да и Мира, сидящая рядышком со своим проектом, или положившая мне свои ножки на колени, пока мы оба трудимся, вызывала счастье и умиление… Да и мне безумно нравилось гладить стройненькие ножки своей жены.

Пожив неделю «на воде», мы переехали на небольшой необитаемый островок с единственным коттеджем на берегу. Этот чудесный двухэтажный домик с большим бассейном был окружён с трёх сторон мангрово-пальмовыми зарослями, между которыми красовались гибискусы всех возможных цветов и оттенков. Своя тенистая аллейка вела к широкому пляжу с белоснежным песочком. А ещё нас безумно радовало песчаное дно без обилия кораллов, где можно спокойно поплавать в своё удовольствие, не боясь наступить на кого-то или пораниться о кораллы, плавая по мелководью.

Ещё мы любили проводить время в шикарной крытой лаунж-зоне на воде. Приёмы пищи в ней были особенно приятными.

И, конечно же, на нашем островке была изюминка Мальдив – водные качели, на которых Мира очень любила кататься…

Возле нашего коттеджа в кронах деревьев жило несколько летучих лисиц, для которых мы оставляли фрукты в специальных кормушках.

На этом острове было много крабов и к нам на ступеньки частенько заползали геккончики, которых Мира научилась не бояться через несколько дней – и не запрыгивать на меня с визгом, но всё равно упорно не брала в руки…

Теплыми недождливыми вечерами Мира танцевала на пляже, готовясь к конкурсу, а я любовался и восхищался Своим Солнышком, пока небесное светило озаряло её своими прощальными лучиками… Такую счастливую, воздушную и грациозную…

Мою…

Глава 87

Андрей

После нашего приезда из сказочного свадебного путешествия до конкурса оставалось меньше двух недель. Конечно, Мира рвалась в компанию, но я настоял на том, чтобы она уделила это время подготовке и полноценному сну. Ведь работа и тренировки на износ ни к чему хорошему не приведут, а мне очень важно её здоровье и моральное состояние.

Это время пролетело незаметно – в компании у меня было много дел, а на обеденных перерывах мы с Романом разговаривали по душам. Он очень сильно изменился и даже ходил на курсы будущих родителей вместе с Милой, чему я был несказанно рад.

А по приезду домой на меня прямо в дверях налетала счастливая Мира… Мы дарили друг другу своё тепло и нежность, накопившиеся за день… Шептали, что скучали и любим, и долго целовались прямо в прихожей…

Пожалуй, ради таких встреч можно и пережить дневную разлуку с ней…

Да и всегда вкусный свежий ужин уже был на столе к моему приходу…

А потом весь вечер был в нашем распоряжении – и перед сном мы ещё обязательно прогуливались в парке, держась за руки…

И вот настало четвёртое сентября – та самая пятница и первый день конкурса в одном «флаконе». Сегодня будут выступать все возраста и категории, кроме профессионалов.

На мой вопрос Мире, почему на Чемпионате мира будут выступать такие крохи, как Машенька, да ещё и дебютанты в придачу, она пошутила, что за ваши деньги – любой каприз, ведь вход сопровождающих и каждый танец участницы оплачивается. Но потом всё-таки объяснила, что для развития восточных танцев такое сейчас практикуют. Дебютанты и маленькие детки проходят первоначальный отбор по отснятым и переданным в Ассоциацию видео танцев, который Машенька уже прошла. Конечно, маленькие дети и дебютанты со всего мира обычно не приезжают на такие конкурсы – эти категории заполняют в основном местные, ну а профессионалы уже съезжаются со всех континентов.

Чемпионат проходил в одном из лучших концерт-холлов Киева «Crystal Hall» – и Машенька от этого была в восторге, ведь она будет выступать на самой настоящей сцене, да ещё и на той же самой, где выступают самые крутые артисты… Возможно, многие дети да и взрослые переживали бы на её месте, но малышка рвалась в «бой» – и я думаю, что с правильным настроем и мотивацией ей помогла Мира.

Сегодня Машеньку сопровождали мама с братом, для чего он даже пропустил школу. А ещё пришёл её друг Миша вместе со своими дедушкой и бабушкой и презентовал ей какую-то коллекционную мягкую игрушку – фиолетовую пони-единорога с крыльями Искорку (героиня мультсериала «Дружба – это чудо» – прим. автора). От этого Машенька засияла ярче солнышка и искренне делилась со всеми своей радостью.

Конечно, мы с Мирой ей тоже приготовили презент, но вручим его уже после завершения конкурса.

Моё сердце ёкнуло, но я всё равно почувствовал непередаваемую гордость за свою жену, когда увидел огромный баннер с её изображением. Похоже, что это было фото с предыдущего Чемпионата мира, ведь на нём была Моя Малышка с десятком медалей на груди, с кубком и в короне. В той, которую я так и не видел на полочке в её зале…

Мира тяжело вздохнула, но Машенька быстро взяла нас всех в оборот и потащила фотографироваться на фоне такой красоты с её Учителем…

Сегодня Мира была в лёгком фиолетовом платье в пол с рукавами три четверти и с округлой горловиной под шейку. Волосы оставила распущенными, убрав только пряди от лица в причёску «Мальвинка». Как всегда, с ней были её кулон и тот браслет «Пандора», что подарил я.

Периодически к ней подбегали девочки разных возрастов и спрашивали: не она ли та самая МираБель, на что Мира дружелюбно кивала, а потом по просьбе малышек фотографировалась с ними и желала лёгкого паркета (танцоры так желают удачи на выступлениях – прим. автора).

Вокруг сновали маленькие танцовщицы в шикарных костюмах, усыпанных стразами, камнями, «битым зеркалом» и специальными бусинами. Их догоняли суетящиеся родители и пытались сфотографировать на память. До начала конкурса оставалось около десяти минут и Машенька уже тоже красовалась в щедро украшенном розовом костюме для «Ракса». Малышка научилась придерживать эту убийственную длиннющую юбку с разрезом на одну ножку и элегантно ходила в ней, гордо вздёрнув носик, а не скакала и не носилась по коридору концерт-холла, как ещё полчаса назад.

Потрясающее преображение.

Ещё до начала выступлений мы успели познакомиться с первым и нынешним хореографами-руководителями Миры. Конечно, она уже давно занимается и делает себе постановки самостоятельно, но до сих пор продолжает числиться в одной из киевских танцевальных школ. Женщины были очень рады её возвращению и тому, что она теперь в новом статусе. Искренне поздравили нас и отметили, что Мире замужество очень пошло на пользу.

Мы их поблагодарили и пошли поддерживать Машеньку.

Чем ближе к выступлению, тем заметнее у Миры дрожали руки – я обнял её за талию и поцеловал в лобик, а она вздохнула и, посмеиваясь, сказала, что проще уж самой выступить, чем следить за своей ученицей из зала.

Но сегодня Машенька была бесподобна – очаровывала своей искренней улыбкой и обаянием с первых же аккордов, ни разу не запнулась и щедро раздавала воздушные поцелуи своей группе поддержке прямо со сцены после реверансов. Не забывала игриво подмигивать жюри, от чего быстро стала их фавориткой, ведь их довольные улыбки и знаки «класс», когда малышка уходила со сцены было сложно не заметить. Да и вообще, Машенька выгодно отличалась своей уверенностью и позитивом от других участниц – и Мира всё-таки понемногу успокоилась.

Отделение с выступлениями малышей завершилось буквально за два с половиной часа – и вот мы уже все переживали и ждали награждения.

Наша Машенька взяла все первые места в тех пяти категориях, в которых выступала, и ей даже вручили специальную награду «Звёздный дебют». Это была небольшая позолоченная статуэтка в виде звёздочки на подставке. Естественно, восторгу и радости малышки не было предела, а Мира даже немного прослезилась, но быстро взяла себя в руки. Она искренне поздравила Машеньку и сказала, что она стартовала даже лучше, чем сама Мира когда-то – и это очень сильное начало и теперь у неё будет определённый статус победительницы, но это не повод расслабляться и почивать на лаврах. Чтобы и дальше побеждать, всё равно нужно усердно заниматься.

Машенька согласилась, а Миша с восторгом смотрел на свою любимую подругу.

Любовался ими и думал, как в будущем сложится их жизнь? Пока они ходят за ручки и во всём поддерживают друг друга… Смогут ли они пронести это через годы?..

Мне бы очень хотелось когда-то поздравить их с созданием их собственной семьи…

Мечтательно вздохнул и продолжил слушать наставления Миры для нашей маленькой чемпионки мира. Пусть там и не было такого огромного разнообразия участников, но титул и воспоминания будут сопровождать её и дальше.

- Пока ты чемпионка мира среди малышей – и это уже навсегда останется с тобой. И если захочешь, то обязательно сможешь стать чемпионкой мира среди профессионалов. Всё в твоих силах, Машунька, – она поцеловала свою ученицу в щёчки и вручила наш подарок – пятидесятисантиметровую куколку-копию Машеньки в её розовом костюме для «Ракса», но с диадемкой на голове…

- Это же кукла-победитель! – с восторгом воскликнула малышка, с трудом удерживая огромную для себя куклу.

- Пусть она станет твоим талисманом и символом этой и будущих побед, Машунька!

- Спасибо большое! – она обняла Миру, дала подержать куклу маме, а потом забралась ко мне на руки и поцеловала в щёку, обвивая шею своими нежными ручками. – Спасибо большое-пребольшое!

Ещё не было даже полудня, но дети заметно проголодались, поэтому мы решили отметить победы Машеньки в местном ресторане и только потом разъехались по домам.

Глава 88

Андрей

Наше субботнее утро началось с раннего подъёма и сборов на конкурс. И, в отличии от вчерашнего дня, сегодняшний обещал быть долгим и более напряжённым…

Большая металлическая стойка для одежды, чемодан с лифами от костюмов и украшения для шеи, рук и ног, сабля для «Шоу-bellydance», а также одиннадцать юбок и штанов с поясами на вешалках и в чехлах с одеждой… И всё это весьма увесистое, ведь щедро украшено всевозможными камнями, стразами, цепями и бусинами… Мира сказала, что ей всегда помогали донести всё это, ведь она даже юбки свои с поясами так просто не утащит.

Кроме меня, сегодня у Миры была огромная группа поддержки, ведь на конкурс прилетели наши родители и Сергей с семьёй. Также не смогли пропустить такое мероприятие и Машенька с мамой, а ещё Кира с Максом тоже решили поддержать Миру. Да и сестрёнке любопытно было посмотреть, как выглядят на сцене костюмы, которые она помогала Мире украшать. И вообще, две мои любимые девочки уже вовсю обсуждают совместное дело, поэтому Кирюше очень полезно посмотреть на разнообразие костюмов и украшений вживую…

Между вчерашним и сегодняшним днём была огромная пропасть, ведь по концерт-холлу уже не бегали и забавлялись прикольные малышки, а важно расхаживали красивые девушки в возрасте от семнадцати до тридцати лет в шикарных сияющих костюмах и с длинными распущенными завитыми волосами.

Улыбнулся, вспомнив рекламу средств по уходу за волосами, для которой Мира приглашала знакомых восточниц, и нескольких из них даже увидел здесь.

Некоторые из участниц были искренне рады видеть Миру и поздравляли с возвращением, а когда понимали, кто для неё я, то так же искренне поздравляли и желали долгой и счастливой семейной жизни.

Но были, конечно, и те, которые разве что вслух не шипели, увидев Миру – и либо демонстративно проходили, задрав нос повыше, либо пытались «уколоть» её длительным перерывом, на что Мира отвечала, что паркет всё равно всех расставит на свои места.

«Прям змеиное логово какое-то…» – не успел подумать, как ещё одна конкурсантка подошла к нам с Мирой и без приветствия язвительно спросила, где она целый год пропадала?

Не выдержал – и сам ответил, что налаживала личную жизнь, взял Миру за руку и повёл к гримёрным.

- Я бы и сама практически то же самое ответила, – прижалась к моему плечу и нежно погладила.

- Я знаю, Солнышко. Но даже меня такие «дамы» раздражают…

- Всё равно спасибо большое, что всегда со мной и за меня…

- Я просто люблю тебя, Родная. Пусть у тебя сегодня всё получится – и все твои «доброжелательницы» поприкусывают свои «змеиные» языки!

Мы вместе засмеялись.

- Я очень сильно постараюсь, Андрюша!

Мы нежно поцеловались и я оставил Миру готовиться. Тем более в гримёрку уже пришли Эля, Соня и остальные её подружки из коллектива.

В начале конкурсной программы проходило соревнование за звание «Queen of BellyDance» («Королева Восточного Танца» – прим. автора). В нём принимали участие тридцать танцовщиц, которых распределили в шесть групп по пять участниц в каждой. Они выходили на сцену своей группкой и танцевали импровизации в различных направлениях – сразу полминуты все вместе, а потом ещё по полминуты поочерёдно согласно номерам. Из пяти участниц три сразу же отсеивалось и дальше проходило только две…

Моя Мира была пятой в пятой группке и, когда настала её очередь танцевать, я даже вскочил с места, встав посредине в проходе как раз за операторами.

Мира мне игриво подмигнула и незаметно махнула рукой в танце.

Моё сердце вырывалось из груди, а вокруг я не видел больше никого, кроме неё…

Глупо это, конечно, ведь стоило посмотреть и на её конкуренток тоже…

Но сейчас для меня было главным то, что после годового перерыва она снова вышла на сцену и сияет, раскрываясь под музыку в изящных и акцентных движениях, возвращается к своей привычной жизни… Возвращается к себе…

Декорацией сцены служила огромная растяжка с изображением главного приза Чемпионата – заветной короны, но вот вокруг неё были фото-коллажи с изображениями Миры в разных костюмах из различных танцев…

Моя Мира просто потрясающе смотрелась на фоне всего этого, но я прекрасно осознавал, какая на неё сейчас навалилась ответственность…

Безумно гордился ею и тем, что всё-таки преодолела свои страхи и вышла сегодня на сцену… Но также безумно и переживал за неё… Чтобы у Моей Чемпионки и сегодня тоже всё получилось так, как она хочет и все мы надеемся…

Первый круг отбора Мира прошла – и вышла в следующий, где сформировалось две группки по шесть человек. На этом этапе импровизацию танцевали под аккомпанемент на арабском барабане Табла или Дарбука, как его ещё называют. Я знал, что этот танец называется тоже «Табла».

И здесь уже музыкант старался поиздеваться над танцовщицами сполна, резко меняя ритм, но, к моему облегчению, Мира справлялась с обворожительной улыбкой и попадала во все акценты. А во время своего соло даже шуточно «пожурила» барабанщика после резкой смены ритма, несколько раз скользнув головой влево вправо, при этом оставив корпус неподвижным, и параллельно «грозя» указательным пальчиком… И всё это в такт отбиваемому ритму с обворожительной улыбкой и при прямом контакте глаза в глаза.

Зал и жюри одобрили такие «проказы» восторженными возгласами и гулкими аплодисментами, а барабанщик даже подавился смешком и сам сбился на несколько секунд.

Да, Моя Мира умеет быть непредсказуемой… И это сейчас очень хорошо играет ей на руку.

После завершения своей сольной импровизации она сделала также персональный реверанс и для барабанщика, чем вызвала очередное одобрение зала…

Конечно же, Моя Малышка прошла и дальше…

Танцовщиц осталось четверо – и в этом блоке они снова танцевали под музыку…

В финал прошло две танцовщицы, среди которых и Моя Мира…

Здесь они снова танцевали вместе под аккомпанемент Дарбуки тридцать секунд, а потом для каждой давалась минута импровизации, перед которой барабанщик уже сам шуточно «пригрозил» Мире пальцем, а потом почтительно кивнул.

Я даже не разбирал отбиваемый ритм из-за сумасшедшего боя своего сердца, которое отдавалось гулом в ушах, и смотрел лишь на Свою Малышку… Как она работает волосами, бёдрами, грудью, животиком, ручками и ножками… А сам нервно сжимал кулаки…

Они станцевали – и я ждал результата, но участницы лишь сделали реверансы, поблагодарили ещё раз барабанщика и элегантно покинули сцену.

Подлетел к Мире, нежно обнял и похвалил, поцеловал в височек и почувствовал, с какой силой колотится и её сердце тоже.

- А когда скажут результаты, Солнышко? – спросил по пути в гримёрку, ведь Мире надо было срочно переодеваться на следующий танец.

- На награждении в самом конце, – спокойно ответила Мира.

- Как это? – я опешил и даже остановился. – А можно как-то узнать, кто победил?

- Нет! – она кивнула мне головой в сторону гримёрок и мы снова пошли. – Результаты есть в бегунках судей, а теперь они у счётной комиссии. Интригу держат до последнего!

Мира засмеялась и остановилась возле дверей гримёрки.

- Нервы трепят до последнего… – недовольно буркнул, но нежно поцеловал Миру в лобик.

- Таковы правила, – она пожала плечиками с улыбкой.

- И как теперь дождаться?

- Просто абстрагироваться и выступать дальше… – она снова пожала плечиками, продолжая улыбаться. – В «короне» (так восточницы называют титул «Королева Восточного Танца» – прим. автора) я уже сделала всё, что могла. У меня ещё осталось десять выходов – и если я сейчас буду рефлексировать и думать о том, что от меня уже не зависит, то солью и эти танцы. А победа в них для меня тоже очень важна…

- Я понимаю тебя, Солнышко. Ты у меня самая настоящая Умница! И я очень рад, что ты вернулась! Ты так потрясающе смотришься на сцене… Это, правда, твоё, Солнышко! Пусть у тебя и дальше всё получается. Я всегда буду с тобой.

- Спасибо большое, Андрюша! У меня никогда ещё не было такой поддержки…

Мы всё-таки позволили себе трепетный минутный поцелуй, а потом Моя Малышка скрылась в гримёрке.

Конкурсное время летело быстро, отделения сменялись одно за другим – и я даже научился разбираться в специальных табличках с расписанием и мог определить, сколько времени у Миры остаётся до следующего выхода.

В промежутках между танцами она часто на ходу пила воду и иногда могла себе позволить кусочек шоколадки или ПП-шного батончика. Конечно, я понимал, что такие танцы не предполагают сытных перекусов, да ей и банально некогда, но не представлял, за счёт чего она это всё выдерживает, ведь физическая и эмоциональная нагрузки огромные.

«Адреналин и эндорфины рулят, Андрюша! – смеясь, ответила Мира. – Мы все здесь в чём-то наркоманы…»

И я с ней согласен, ведь такой образ жизни надо действительно любить, иначе такой «дурдом», как часто говорит Мира, попросту не выдержать.

Атмосфера здесь абсолютно не была похожа на концертную – пока одни танцовщицы выступают на сцене, другие бегут переодеваться, третьи летят за кулисы, кто-то фотографируется со своими сопровождающими, а кто-то на ходу пытается перекусить или что-то выпить…

У многих из них тоже очень плотный график и практически нет возможности посмотреть, как танцуют другие танцовщицы… Соня с Элей танцуют всего по пять танцев – и у них немного больше времени, хотя даже у Миры было несколько комфортных перерывов, длиной около сорока минут и часа.

Но Моя Малышка ответила, что здесь и так нормальные перерывы из-за большого количества участниц – обычно не всегда успеваешь даже переодеться, а сейчас у нас даже есть возможность фотографироваться. Причём со всеми родными и близкими.

У нас была своя большая компания, где все поддерживали Миру, и даже маленькая Полечка вела себя очень терпеливо и не капризничала, внимательно наблюдала за танцами Миры, а во время выступлений других участниц даже сама пританцовывала в проходе между секторами.

Мои родители были в восторге от выступлений Миры, но больше всего меня всё же интересовала реакция родителей Миры… И она меня радовала, ведь было видно, что они гордятся своей дочерью и искренне переживают за неё и желают победы… С удовольствием фотографируются с ней и снимают видео танцев на телефоны. Конечно, после конкурса мы обязательно купим профессиональное фото и видео её танцев, но видеть, как изменилось их отношение к своей дочери, было очень приятно…

Мы уже просмотрели множество танцев в исполнении Миры, Сони и Эли – и я искренне восхищался их дружбой и взаимной поддержкой. Девчонки не видели конкурента в Мире, а наоборот, говорили мне, за какие элементы она получит дополнительные баллы, по пути закрывая рты «доброжелательным» комментаторшам в зале, которые специально оставались посмотреть на танцы Миры.

Я постепенно успокоился – и уже не хотелось вывести этих клуш из зала. В конце концов, в них сейчас говорит зависть и комплексы… Захотят, сами над ними поработают, а не захотят, так вечно и будут обсуждать чьи-то успехи…

А я лучше буду любоваться своей женой, её прекрасной пластикой и чувством музыки, её чудесной Душой, которую она показывает в своих танцевальных историях…

Конкурсный день подходил к концу. Мы уже посмотрели нежные, зажигательные, философские и даже мистические танцы…

Эля и Мира буквально заворожили всех своими «Трайблами»: Эля раскачала энергетику зала так, что я буквально физически ощущал её плотность, а Мира показала борьбу со своими внутренними демонами, от которой мороз шёл по коже, а стремительные смены эмоций на её личике просто поражали…

Конечно, Моя Малышка очень хорошо понимает, о чём танцует…

Это всё было очень круто – и овации зала лишь подтверждали, что девушки – главные претендентки на победу в этой категории.

Но всё же пришло время последней категории – «Шоу-bellydance» и танца с той самой саблей, из-за которого я очень сильно переживаю…

Как-то я попросил её больше не танцевать контемп «Last Theater» («Последнее Представление» – прим. автора) – и она ответила, что сама больше не хочет этого, ведь чтобы «умереть» раз на сцене, до этого надо «умереть» сотни раз на репетициях… А она больше не хочет умирать – она хочет жить… Тогда я выдохнул и обрадовался, но ещё не представлял, какое шоу она готовит на Чемпионат мира…

«Шоу» – это финальная точка в программе…

И она должна быть особенной…

Наверное, волей судьбы её выпало поставить именно Моей Мире…

Моя Малышка уже была за кулисами, а мы всей нашей огромной компанией, включая Элю и Соню, наблюдали, как предыдущие танцовщицы элегантно размахивают крыльями и вейлами (большие веера с пришитой к ним лёгкой тканью; танцовщица должна постоянно активно работать кистями и правильно двигаться, чтобы ткань развивалась и создавала красивый волнообразный эффект – прим. автора). Некоторые танцевали с подсвечниками, что смотрелось завораживающе – и мне хотелось, чтобы все эти конкурсантки продолжали свои выступления… Конечно, не от того, что мне они слишком нравились – эти танцы я отмечал для себя лишь фоново, ведь сейчас моё сердце колотилось, а во рту пересыхало от мыслей, что вот-вот придёт время выступать Мире.

Её волосы собраны в пучок на затылке, лиф и пояс сияют стразами, штаны-юбка тёмно-коричневого цвета с золотистым отливом. И нет украшений ни на шее, ни на руках. Зато в руках она держит острую (я это точно знаю) загнутую саблю и натягивает на глаза ленту-повязку под цвет штанов.

По залу разносится изумлённый вздох, а я чувствую, как колотится сердце в районе горла.

«Мира, Хорошая Моя, будь предельно осторожна и пусть у тебя всё обязательно получится…» – подумал – и Мира уложила саблю изогнутым остриём себе на макушку. Как раз туда, куда я её часто целую…

Начались первые аккорды неспешной мелодичной музыки – и Мира плавно двигалась, изящно работая руками, грудью и животом. Она медленно поворачивалась и делала прогибы назад, продолжая держать саблю на голове. Словно водичка, медленно стекала на пол и перекручивалась в необычных выпадах, а потом незаметно оказывалась в шпагате и с него плавно поднималась вверх под завороженные вздохи публики… Плавно работая руками и поднимая их вверх, она незаметно взяла саблю за ручку и сделала несколько восьмёрок в воздухе буквально впритирку со своим телом, при этом кружась в такт, набирающей темп, мелодии… Потом она в танце перехватила саблю двумя руками – за кончик ручки и кончик лезвия и грациозными волнообразными движениями положила остриём лезвия к себе на грудь. Далее она снова показывала мастерство владения своим телом и баланса: делала красивые волны животом стоя, в различных медленных прогибах и сидя. Потом же она медленно прогибалась, сидя на полу, работая грудью и животом так, что сабля перекрутилась несколько раз и оказалась на животике. Мира полностью легла на пол спиной и делала волны животиком, от чего сабля перекручивалась то вперёд, то назад, чем снова вызывала искренний восторг публики, а меня вгоняла в холод, ведь я очень переживал за неё сейчас.

Далее она взяла саблю в обе руки по краям и плавно поднималась. Снова немного покружилась и поигралась с саблей, а потом умостила её остриём лезвия на запястье.

- Миру никто не победит! – уверенно прошептала Соня.

- Пусть дотанцует! – шёпотом урезонила её Эля, а я продолжал смотреть, как завороженный, и нервно сжимал кулаки.

Мира же изящно работала грудью, животом и бёдрами и даже очень мило улыбалась, будто у неё на запястье сейчас не балансирует холодное оружие.

Конечно, о победе в номинации ещё говорить рано – в этом танце каждое движение на вес золота, поэтому я поддерживаю Элю в том, что рано ещё праздновать.

Но также я очень хорошо понимал, что Мира сейчас снова побеждает…

И, наверное, никто, кроме меня и самой Миры не знает, что на самом деле сейчас в себе побеждает она…

Конечно, я видел пересекающиеся тонкие светлые нити шрамов на её запястьях и предплечьях... Но о них я уже молчал... И я чувствовал благодарность Миры за это...

Сглотнул и шумно выдохнул, внимательно наблюдая за танцем.

После балансировки на втором запястье была ещё балансировка на плечах и бёдрах… Мира со всем справлялась великолепно – с виду даже очень легко и грациозно. И мне передалось её спокойствие и уверенность – я чувствовал, что она больше не боится проиграть в конкурсе, ведь главную победу она уже получила…

Она здесь – и она уже победитель…

Даже если чемпионкой Мира снова и не станет…

Выдохнул на последних аккордах, а когда Мира сняла с себя повязку и сделала прощальный реверанс, то начал отбивать себе ладоши аплодисментами.

- Мира лучшая! – не выдержала Соня, громко крикнув на весь зал.

- Наша Мира лучше всех! – поддержала своим детским голоском Машенька.

- Дя! – уверенно подтвердила Полиночка, смеясь и радостно хлопая в ладошки.

Удивительно, но дети выдержали практически девять часов, не капризничая.

Конечно, они ходили в местный ресторан вместе с родителями и голодными не были, но всё равно здесь была достаточно тяжёлая для них обстановка, ведь громкая музыка играет, не переставая.

Огляделся, наблюдая, как практически весь зал стоял и аплодировал Мире даже после её ухода со сцены. Сидели лишь несколько надутых «доброжелательниц» Миры, у которых Соня цинично спросила: «Ну как вы думаете: Мира снова вас сделала?» – и заливисто засмеялась.

Не стал слушать ответы или их отсутствие – и пошёл за кулисы обнимать Миру…

Она медленно прохаживалась по закулисью и пила воду. И было заметно, что её потряхивает.

- Это от переизбытка эмоций. Сейчас дала волю чувствам – и нахлынуло, – тихо прошептала она, прижимаясь к моей груди.

- Всё хорошо, Солнышко, – гладил её по спинке, успокаивая. – Ты у меня самая лучшая. Умница. Я тобой так горжусь… И ты уже одержала главную победу, Солнышко… Над своими страхами…

К моменту награждения победителей мне казалось, что эмоций у меня уже не осталось…

Но как же я ошибался…

И как же мы все радовались за наших девчонок, которые несколько раз занимали полный пьедестал.

Количество золотых медалей на груди Миры стремительно росло, а я замирал каждый раз и с нетерпением ждал, когда закончатся те номинации, в которых Мира не танцевала…

Невероятно радовался, когда она всё-таки завоевала всё «золото», которое могла.

Конечно, в программе было около двадцати номинаций, но Мира танцевала в десяти и «короне». Да, помимо Моей Малышки чемпионство в своих номинациях завоевали и другие участницы. И были танцовщицы тоже с десятком медалей на груди… Вот только не все они золотые, как у Моей Миры, поэтому именно она особенная и сейчас находится на всех плакатах в этом зале.

И вот, наконец-то, пришло время объявления победительницы в главной номинации.

Не знаю, как чувствовала себя Мира, но я был уверен, что моё сердце всё-таки вырвется из груди, но организаторы слишком долго интригу тянуть не стали и пригласили в центр сцены МираБель.

Не знаю, когда я радовался больше: в день нашей свадьбы с Мирой или сейчас…

Мира всё-таки не сдержала счастливых слёз, девчонки и наши мамы её в этом тоже поддержали…

А ещё сегодня мы почувствовали, насколько дружными все стали…

После фотосессии наши подружки-победительницы переоделись – и мы пошли праздновать и заодно кормить их в местный ресторан…

Домой мы с Мирой приехали уже около десяти вечера, счастливые и уставшие.

В ресторане я одел ей заслуженную корону и попросил не снимать, ведь это очень важный день для неё и награда, в которой, прежде всего, её чемпионский характер и сила воли… Верность своему пути…

После быстрого душа я сделал Мире расслабляющий массаж и дал выспаться, нежно обнимая всю ночь. Это был тяжёлый день – и она устала физически и морально.

А утром в воскресенье мы снова собирались в тот же концерт-холл, ведь в этот день Мира проводила живой мастер-класс для всех желающих участниц конкурса.

Она пробыла на сцене четыре часа, рассказывая и показывая различные хитрости и интересные связки. Объясняла, как можно мимикой и эмоциями обыграть те или иные движения или даже казусы, случающиеся на сцене, чтобы об этом никто, кроме танцовщицы и её хореографа не догадался…

Я знал, что её мастер-классы очень ценятся за профессионализм и открытость, но сегодня я смог в этом убедиться своими глазами.

Перед сценой убрали кресла до половины зрительного зала, но желающим всё равно пришлось стоять не слишком свободно, ведь сегодня с Мирой занимались танцовщицы всех возрастов от таких малышек, как Машенька, до профессионалов, среди которых были практически все вчерашние участницы, включая и Соню с Элей.

Я радовался, что Мира вернула и эту часть своей жизни, ведь это тоже её стихия…

«Глупо было запрещать ей танцевать и рисовать», – прошептала моя тёща своему мужу, а я отошёл в сторонку, понимая, что сейчас Инна Александровна, скорее всего, снова заплачет…

Да, пять лет из памяти просто не сотрёшь, но главное, что они всё же пошли на пользу…

А я сегодня ещё раз убедился, что Мира очень благодарный человек, ведь свои призовые и деньги, полученные за мастер-класс, она разделила пополам, добавила ещё своих средств, чтобы получилась более круглая и красивая сумма – и перевела своим хореографам-руководителям на дальнейшее развитие их школ…

Ведь именно они долгие годы помогали ей стать собой…

Глава 89

Андрей

Ещё через неделю – одиннадцатого сентября Соня и Егор всё-таки оформили свои отношения – и теперь все три подружки стали замужними женщинами. Они даже фото на память сделали, выставив перед собой правые ручки с кольцами.

После победы на Чемпионате мира Моя Малышка подписала очередной контракт с Ассоциацией Восточных танцев – и сейчас активно занималась разработкой видео мастер-классов, которые надо отснять до конца текущего года. После её феерического возвращения просмотры её танцев на ю-тубе били все рекорды, а спрос на уже отснятые мастер-классы возрос. Естественно, как коммерческая организация, Ассоциация не смогла пройти мимо этих фактов.

Но Мире нравилась такая жизнь, ведь она искренне любила то, чем занимается.

Мы привыкали жить в этом «дурдоме» с моими командировками, её съёмками, тренировками, проектами и небольшими вылазками на наш участок.

Мира не хотела уходить из компании и всё равно трудилась несколько полных рабочих дней в неделю.

Мы ценили каждую минуту, проведённую вместе, наслаждаясь тем, что у нас есть.

Наша жизнь кипела и бурлила – и мы были счастливы…

И вот уже пятнадцатое октября, а я даже не заметил, как осень добралась до экватора.

Вдохнул уже прохладный свежий воздух, любуясь подсветкой на золотящихся и багровеющих кронах деревьев в нашем парке, предвкушая вечернюю прогулку с Мирой. А потом полетел счастливый на третий этаж прямо по ступенькам, даже не замечая их. Знаю, что сейчас меня встретит любимая и любящая жена. Запрыгнет на меня прямо с разбега, обвивая руками и ногами – и мы будем долго целоваться…

Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, восстанавливая дыхание – и открыл двери своим ключом.

Из кухни в прихожую доносились аппетитные ароматы, но Миры всё не было. Немного удивился, но подумал, что она могла и не услышать, ведь я не шумел и заранее не предупредил.

Разулся, вымыл руки и пошёл на кухню.

На плите стояли кастрюльки, из которых доносился божественный аромат, а в фольге на досточке благоухало запечённое мясо. Но Миры здесь не было.

Решил пройтись по комнатам – возможно, что она вымоталась за день и прилегла.