Дорога нежити

Загрузка...

Вы подобрали интерактивный предмет. Прочесть?

"Дальше, еще одну ночь... Надеюсь ты переживешь. Время - веретено. Беспрерывно разматывается, собирается, колется в пальцах. Торопись. Я просмотрела все варианты сценариев в этой программе, и оптимальных лишь пять. Если ты не самоубийца: выбирай ребенка, лет до десяти. Светлые фракции и способности уничтожаются на этапе тридцати героических лет. Так что, к ним пути у тебя нет, ха-ха. Правильный выбор: некромант, демонолог, изготовитель ядов, сумасшедший клирик и подопытный. Малоприятно, да? Осваивайся. Да, и не засыпай, никогда. Я не хочу уходить... Четыреста долгих лет продлится мой сон. Больше, чем можно простить, больше, чем можно спасти из пустоты. Дальше? Только не плачь, ха-ха. Ты будешь со мной, после раскаешься. Это всего лишь эксперимент, понимаешь? Я убью всех, кто подчинил нас. Не засыпай, пока".

Экран с надписями гаснет. Вы оказались в кромешной темноте. Время выбрать класс своего героя!

...Ввод данных с игровой консоли...

Ребенок десяти лет. Некромант.

Вы уверены? Подтвердите свой выбор.

Подтверждаю.

Начинается загрузка и ввод данных...

Приятной игры Вам, Пользователь Альвар.

Старт. Низкий уровень

Пожалуйста, прежде чем Вы начнет погружение, ознакомьтесь с пользовательским соглашением.

Приятного чтения!

Отмена. Отмена. Данный документ нельзя пропустить. Пожалуйста, начните чтение.

Развернуть. Команда выполняется...

ПОЛЬЗОВАТЕЛЬСКОЕ СОГЛАШЕНИЕ

Добро пожаловать в мир Эрантелля! С этого момента – Вы Пользователь! Идентификация прошла успешно.

Загружаем Ваши данные, Пользователь Альвар.

Итак, для прохождения игры Вами был выбран персонаж класса некромант (ребенок, пол мужской, возраст около 10 лет). Прежде, чем Вы начнете, необходимо до конца прочесть документ. Листайте дальше.

Пользователь принимает на себя ответственность за каждое совершенное в ходе игры действие, будь то убийство, кража, геройство и др., а также за каждую реплику, движение или мысль.

Настоящий Пользователь обладает реальным биологическим телом, подключенным к игре.

Пользователь вступивший в игу осознанно прошел все этапы идентификации и тем самым позволил произвести оцифровку собственного сознания.

Сознание – личность Пользователя, наделенная волей и помещенная в мир Эрантелля героическая фигура, обладающая возможностью прокачки и развития навыков.

Пользователь всецело осознает себя и получает весь спектр психофизических реакций, смодулированных в процессе игры.

Пользователь согласен с условия настоящего соглашения и не имеет претензий к Производителю по следующим пунктам:

* возможность физической смерти;

* невозможность покинуть игру до момента полного прохождения/достижения предельного уровня развития героя;

* невозможность изменить физические параметры внешности героя;

* отсутствие потребности в естественной нужде;

* ускоренный ход игрового времени, не совпадающий с реальностью;

* все данные игровой сессии будут сохранены и использованы Производителем по своему усмотрению.

Спасибо, что дочитали, Пользователь Альвар. Погружение насчет 5,...4,...3,...,2..., Стартовая локация загружена.

*****

Вдали едва были различимы отчаянные и полные жажды расправы крики толпы, ярко сверкал холодный блеск стали, отражая далекие лучи уходящего солнца. Ветер заставлял мальчишку вздрагивать от зябкой прохлады, и от пробирающего до самого нутра — страха, дикого, почти животного. Единственное, чем так бредил его мутный рассудок — желание спастись из цепких рук ослепленных гневом людей.

Бежать. Не оглядываясь, прижимая трясущиеся ручонки к груди, шаря ими по карманам грязной одежды, уже залитой грязью после многочисленных падений. Где-то там под промокшей тканью, покрытое синяками и ссадинам мальчишеское тельце. Но нельзя сдаваться, ведь это только начало жизни, пути. Альвар должен спастись.

Поворот, нырнуть в кусты, ветка наотмашь хлестнула по лицу, вспоров нежную кожу щеки. По лицу бегут алые капли, но некогда стирать их, некогда глотать слезы и плакать. Раз выгнали из деревни на верную смерть за разговоры с призраками, нужно где-нибудь спрятаться, переждать. Может ему удастся найти заработок или прибиться к обозу каких-нибудь торговцев, а если нет, что тогда?

— А-а-а-а! — истошный вопль белокурого мальчишки, что по невнимательности споткнулся и покатился в овраг.

У покосившегося дерева, изображавшего что-то наподобие грубо сколоченного креста из сосновых веток, лежала сгнившая вязанка. Когда-то букет цветов, ныне почти серая пыль что вот-вот рассыпется, только прикоснись. Это была засушенная лаванда.

Ветер насмешливо трепал космы волос ребёнка, ничего не происходило. Крики приближались, все ещё оставаясь слышными откуда-то сверху. Пламя факелов чадило, отбрасывая тени в местное ущелье. Пологий склон холма, поросшего тимьяном и вереском, скрывал дёготь и чёрную землю, с редкими стеблями тонкой болотного цвета травы.

Могила среди всего этого не была ни чем примечательна, незаметна издалека. Крест низковат, размыт дождями, покрыт мхом. Не считая засохшей лаванды – ничего приметного. Явно не могила какой-то значимой или богатой особы. Наскоро сколоченное место захоронения, на отмахнись. На откуп злым духам и другим потусторонним силам. Никак не больше.

Даже несмотря на всю его прыть, он бы не смог скрыться от ополчившейся и жаждущей крови толпы. Альвар всего лишь ребёнок. Ребёнок говорящий с мёртвыми.

Он едва ли помнил момент из-за которого всё началось. Память, хранившая столь бережно воспоминания об отце и матери, сейчас услужливо подавала только новый страх. Мать смотрела с непередаваемые ужасом, прикрывая рот ладонью, словно бы встретила чёрта в теле родного сына, а отец... А он...

Вновь нахлынувшие слёзы размыли неясную и без них тропу у холма. Дыхание стало прерывистым и всё, чего хотелось маленькой душе — найти хоть какой-нибудь защиты. Вокруг не было никого, у кого можно было бы просить помощи. Не было места даже чтобы укрыться. Всё что было так это только сухая на корню трава и болотная земля, пропитанная водой и останками захороненного когда-то здесь человека. За могилой никто не ухаживал уже много лет и, кажется, покойный был одинок. Так же брошен всеми как и мальчишка, которому теперь уготована судьба мертвеца. Холодная земля морозила ноги и по телу ребёнка побежала дрожь, пока он, не зная что делать, закрывал рот грязной ладонью. Вряд ли они поставят ему крест, когда бросят тело в землю. Просто убьют, может даже сожгут.

Альвар не помнил чтобы сделал чего плохого, так почему же сейчас все против него? "Они меня найдут", — яркое и страшное осознание, которое пришло, когда мальчишка, понимая, что бежать ему уже не куда, залепетал почти шёпотом. — Помоги мне... Помоги, даже если ты сам дьявол. Спаси меня. П-помоги же...

Маленькие руки потянулись в немой мольбе, когда земля под коленями десятилетнего беглеца разверзлась. Он бы начал падать, мог вскрикнуть от ужаса, чтобы разъярённая толпа нашла его максимально быстро и порешила тут же. Рядышком. Вероятно, не став утруждать себя похоронами не чистого тела проклятого выродка.

Костлявая желтоватая рука ухватила ткань лохмотьев на детской груди. После той погони, что учинили за "проклятым", его одежда едва ли могла походить на нормальную, будучи заляпанной землёй и свежей детской кровью. Прежде чем ребёнок успел отшатнуться, его резко рванули вверх с такой силой, что оставалось лишь подняться с колен.

Альвар застыл в оторопении, будто взбитые клочья сырой земли, где ещё мгновение назад покоилось то, что осталось после многолетнего гниения под слоями почвы. Ребёнка опутало когтистыми лапами животного ужаса чувства, заставляя отпрянуть, пятиться, тщетно пытаясь отстраниться от мертвеца. Но осознание безысходности заставляет мальчишку "протрезветь" в считанные секунды. Ему некуда бежать и не к кому. Только, разве что, на растерзание и самосуд с "Бесом" к преследователям. Смерть и опаляла дыханием его лицо, и, в то же время наступала, цепляясь за пятки.

Белокурый мальчишка: какая ирония, "дьявольский выродок" с ангельским ликом и чистыми глазами, мечется, как загнанный в угол дикий зверь. Альвар теперь не верит никому, ведь боится, что клыки вцепятся в его шею и разорвут в клочья кожу и мясо. Он все еще озирается по сторонам, вглядываясь с отчаяньем и беспомощностью в даль.

Доверять мертвецу — дело рисковое, но выбора, как оказалось, и не было вовсе.

В лицо ребёнка смотрела сама смерть. Точнее, умертвие. Скелет в лохмотьях, некогда бывших одеждой. Его пустые провалы чёрных глазниц сияли фиолетовыми огоньками. Абсолютно обнажённые кости странным образом, без поддержки мышц и кожи, держались невидимыми сочленениями, не рассыпаясь.

Череп в дырявом грязном черном капюшоне наклонил голову набок, как делают люди. А затем костлявая фаланга указательного пальца приникла к зубам. Будто бы скелет пытался сказать: "тише, не то нас найдут". Но мёртвые не могут говорить. У них нет языков.

Если это не болтливые призраки, разумеется.

Разжав длинные желтоватые пальцы на подростковой одежонке, скелет поманил беглеца за собой всей кистью. Впереди зиял чёрный провал. Пещера в ущелье?

И он верит. Верит тому, чьи пальцы не скрыты под слоем плоти и кожи, чьи глаза абсолютно пусты, чьё тело — пожелтевшие кости. Альвар кивает, тихо всхлипывает и утирает тыльной стороной ладони обжигающие слезы, размазывая кровь по щекам. Не думая ни о чем, он делает несколько осторожных шагов вперед, к кромешной тьме, царившей в ущелье. И, зажмурившись, аккуратной поступью спускается вниз, укрываясь от чужих взоров и вверяя своё существование сжалившемуся скелету. Ведь умертвие пожалело его, так?

Глава 1

Высокая по сравнению с ребёнком фигура в чёрном грязном балахоне передвигалась неспешно и уверенно. Эхо, отражающееся от каменных сводов, доносило звук падающих где-то в глубине капель. Чем дальше они шли, тем меньше здесь было света.

Умертвие не оборачивалось, не издавало звуков. Оно передвигалось практически бесшумно, если не считать бряцанья бляшки ремня о кости.

Тудум. Тум. Тум.

Где-то рядом с пещерой донеслись мужские крики:

"Ищите его! Он побежал туда!"

"Да нет же, этот щенок не мог далеко уйти. Я лично видел, как он кубарем полетел вниз".

"Хо-хо, может ты ещё скажешь, что маришкина трава жёлтая, а, старый дурак?"

"Тихо, спугнёте урода".

Мальчишка, то и дело, пугливо оборачивался, белокурые вихристые пряди трепетали, Альвар вглядывался в светлеющую даль пещерных проходов, когда его до уха долетали крики преследователей. Он озирался по сторонам, подобно молодому волчонку, за спиной которого надрывала свои глотки свора легавых псов, казалось, что им уже не сбежать и не оторваться. Глаза, всё ещё не привыкшие к густому мраку, приходилось тереть ладонями, размазывая грязь с рук и непросохшие слёзы по щекам, но сейчас всё это заботило Альвара меньше желания спастись.

Он волочил свои ноги, стараясь идти быстро, но без особой осторожности, спотыкаясь о какие-то тяжёлые глыбы и валуны, осколки боевого арсенала минувших дней, а ещё треснутые, укрытые слоем каменной пыли, кости. Мальчишка вздрагивает и трясёт головой, стараясь отвлечься от навязчивых и почти что параноидальных мыслей: совсем чуть-чуть и люди обязательно догонят его, обязательно растерзают за то, что он сам овладел знаниями и мира живых, и мира мертвых. За то, что Альвар попросту существует.

Умертвие никак не отреагировало на голоса людей, что искали ребёнка снаружи. Тёмный силуэт углублялся всё дальше во мрак. Под их ногами лежали камни, обломки старых щитов, брошенные и недогоревшие много веков назад, ныне потухшие факелы. Скоро ребёнок споткнулся обо что-то. Это был скелет какого-то воина. Груда в заржавевших доспехах грохнулась набок, кости рассыпались по полу. Звук был громким. Умертвие обернулось к чумазому мальчишке. Лишь фиолетовые огоньки в глазницах черепа мерцали, создавая пугающее ощущение. Страшнее, чем призраки. Умертвие, которое двигается. Не мёртвое.

Снаружи послышались женские крики. Пара человек зашла проверить пещеру. Пока что они были далеко. Скелет, закутанный в остатки чёрного плаща, стоял и молча взирал на мальчика, не двигаясь с места.

Будто что-то решив, когда пламя факелов начало отбрасывать тени в их убежище, скелет двинулся дальше, в почти незаметный чёрный боковой проём. Тот был узким. Только скелету и ребёнку удалось протиснуться.

Стены ущелья озарились тёплым светом факелов, заставляя и мертвеца, и юного некроманта затаиться. Мальчик, кажется, почти не дышит, боится выдавать себя, боится издать лишний звук, боится, что его найдут. Крики становятся ближе и, оттого, слышнее, но люди пробежали то место, где они укрылись.

— Выродок... Он не мог просто провалиться сквозь проклятую землю!

— Чёрт его знает, где этот щенок! Я же говорил, он побежал в сторону леса, старый ты балбес!

— Ищите его! Или он со своими "приятелями" другой Стороны убьёт всех нас. Что, хотите сгнить в земле? Так, ищите!

Им оставалось лишь ожидать в тишине, пока разъярённые люди уйдут достаточно далеко.

Они ждут. По ощущениям проносится целая вечность, на деле лишь несколько часов, прежде чем люди с факелами покидают пещеру так и не найдя беглецов. Они сновали туда-сюда, точно звери, рычащие и плюющиеся словами от злости, готовые разорвать на части маленького ребёнка. В чём вина того, кто лишь родился с тёмным даром? Никто не обязан оправдываться перед другими за своё существование. Никогда.

Наконец эхо последних шагов стихает, и можно бесконечно вслушиваться в стенания ветра, отражающегося от стен.

Умертвие выходит из расщелины, оборачивая череп со светящимися глазницами к ребёнку. Скелет молчит, будто бы размышляя. Есть ли у мёртвых память? Разум? Насколько разумно то, что ведёт Альвара? Не желает ли оно ему гибели?

Последний вариант маловероятен, ведь расправится с мальчишкой не представляло бы никакого труда, что для деревенских жителей, что для скелета. Светлокудрый некромант не обладал физической силой способной противостоять умертвию.

Немного погодя, мертвец повёл ребёнка дальше через пещерные переходы. Они не стали возвращаться в ту сторону, из которой пришли. Чем дальше, тем больше по дороге угадывалось костей. Но вскоре останки сменились чем-то иным.

Под ногами Альвара звякнул металл, рассыпаясь в разные стороны. Монеты. Десятки сотен серебряных монет. Каждый новый шаг, казалось, был проделан по ковру, устланному драгоценностями. А впрочем, так и было. У правой стены оказались и сундуки с отпертыми крышками. На стенах вспыхнули фиолетовым пламенем цвета глаз мертвеца факелы, освещая сокровищницу. Нет — разбойничье логово. Это можно было понять по трупам, явно много лет назад перебившим друг друга. Но награбленное сложно было пересчитать.

Скелет не останавливался и не оборачивался на своего маленького спутника, он шёл всё дальше, ведя ребёнка за собой. Умертвие явно знало эти пещеры лучше чем хорошо.

Навязчивые мысли и опасения не давали покоя юной душе, мальчишка, не замечая иной раз звон монет под ногами, спотыкался и почти что падал. Усталость от погони, от пряток, от страха, от собственных слёз заставляла ноги путаться и отказываться слушаться. Лишь глаза мальчонки цеплялись за незнакомый блеск "сокровищ", которыми усеяно дно пещеры, Альвар отрывисто выдыхает, на мгновенье, застыв в изумлении. Неужели, все кости, что так омерзительно хрустели под тяжёлой поступью, принадлежали хозяевам этих драгоценностей? Неужели, их убила жадность и желание обладать? Был ли мертвец одним из тех, кого, также, сразил один из смертных грехов?

Ни на один из вопросов он не получит ответа и мальчишка принимает этот факт, с покорностью следуя по пятам за своим "знакомым из иного мира", тем единственным, кто сможет уберечь. Хотя бы, сейчас.

Чем дальше они перемещаются, тем легче заметить валяющиеся под ногами реликвии и артефакты, и тем больше становится обугленных предметов. Здесь когда-то бушевал пожар? Что настолько сильно закоптило сундуки, монеты и чьи-то старые останки? Вряд ли ребёнку удалось бы разобрать. Но Альвару как минимум было понятно, что эти пещеры очень древние, и творилось здесь разное в прежние времена.

Скелет двигался быстро и уверенно, не предпринимая лишних движений, не покачиваясь, не уставая. Но темп неживой проводник держал таким, чтобы мальчишка легко поспевал за ним. Под ногами белокурого ребёнка заклубились пары синего дыма, цвет был явно мистический, необычный. Будто водянистая субстанция, что стелилась у юного некроманта под ногами, подсвечивалась чем-то издающим синеватое свечение. Так и было.

Грибы странного происхождения давали слабый, но всё же свет, разгонявший окружающую их тьму.

Прошло по меньшей мере пять часов блужданий, это легко было определить и по усталости с болью в ногах, и по чувству голода, что могли появляться лишь у живого. Наконец, впереди замаячил арочный свет. Выход из пещеры. Они добрались.

Снаружи также клубился туман, его сизые клочья больше не походили ни на что таинственное и не отдавали синим. Перед глазами ребёнка раскинулся старый лес. Деревья здесь были такой высоты и ширины, что закрывали верхушками своих крон весь обзор, пропуская вниз жалкие крохи света. Стемнело, но ещё была не ночь. Что-то около вечера.

Умертвие обернулось, окинув молчаливым взглядом ребёнка, а затем показало вглубь леса. Видимо, придётся туда идти.

Глава 2

Как бы Альвар ни хотел избежать столкновения с суровой реальностью - пришла пора прощаться со сказкой детских лет. Он остался совершенно один во враждебном и чуждом мире, без покровительства, дома и защиты. Теперь наверняка придется попрошайничать на улицах, ловить для пропитания крыс и побираться за гроши.

"Хорош советчик! И зачем я только выбрал класс некроманта, блин?" - пробурчал ребенок себе под нос. Холод пробирал до костей, грязные детские ручонки скользили по плечам, пытаясь разогнать кровь и хоть как-то согреться. Получалось хреново. Но тело еще держалось. То ли дело было в адреналине, не до конца улегшимся после погони, то ли в чем-то еще.

Мальчишка окинул хмурым взглядом своего проводника и куснул разбитую губу. "Высокий и жуткий... Хотя оно и понятно, скелет". Повертев головой, чтобы осмотреться, Альвар заметил, что стволы деревьев начинают редеть. "Кажется, впереди что-то есть!" - радостно воскликнул светловолосый и поспешил к просвету.

Впереди темнел почерневший от времени и дождей дом. Выбитые окна, покосившаяся дверь и почти сгнившая лестница явно намекали, что он давно заброшен. Но это было и хорошо, не придется ничего объяснять про скелета, не нужно будет спать на голой земле и дрожать от холода. Мальчишка воспрянул духом и поспешил внутрь старого здания.

Царивший внутри полумрак не мог скрыть остатки былого уюта. На стене перед Альваром сохранилось единственное уцелевшее окно, прикрытое серой занавеской. Под ним находились два сдвинутых стола, на которых лежала почти что пыль - остатки засушенных кем-то цветов и трав, посеревшие, ветхие. Справа от окна высился книжный шкаф, подернутый паутиной, но явно прочный. На каждой полке лежали мелкие фиолетовые камни, которых некромант никогда не видел прежде. Маленькие и угловатые, они светились едва заметно, почему-то вызывая чувство опасения. Помимо магических камушков там хватало пустых склянок из-под зелий, обычной посуды, свитков с печатями и каких-то тонких книг.

Альвар задумался и вздрогнул, когда перед ним выросла фигура умертвия. Все-таки в беззвучном перемещении защитника были и свои минусы. К примеру прямо сейчас, скелет его чуть ли не до смерти напугал. Отдышавшись, мальчик покачал головой и прошелся вглубь здания. Перед голубыми глазами предстала лавка, развороченный шкаф, обломки стульев, сундук явно видневшийся под кроватью, что покосилась из-за одной треснувшей ножки.

В целом, не так плохо, как могло бы быть. Здесь было явно теплее чем снаружи. И крыша прохудилась только ко входу в заброшенный дом. Решено, здесь можно остаться на ночь. А если повезет, то может и надолго... Ведь положена маленькому некроманту своя крепость? Пусть даже такая старая и ветхая, ну и что, немного усилий и дом можно будет привести в порядок. "Лишь бы старые хозяева не вернулись", - вздохнул мальчик и осторожно опустился на кровать с холодным матрасом. "Выдержала", - облегченно отметил светловолосый и, свернувшись в позу эмбриона, провалился в сон. Черное марево перед глазами спящего некроманта быстро загорелось, вспыхивая десятками абзацев мертвенного голубоватого текста. Каждая буква светилась, словно желая выжечь радужку зрачков спящего. Строки намертво отпечатывались в памяти: не вырвешь и не избавишься, даже если захочешь.

Добрая ночь, пользователь Альвар!

С этого момента вы являетесь полноценным тестировщиком сервиса Альфа_Центр22. Помните, что физические и магические показатели восстанавливаются раз в сутки, в независимости от вашего положения и местонахождения. Предел допустимого восстановления здоровья составляет 45 HP единиц в сутки. Предел возможного уровня восстановления энергии равен 66 XP единицам за сутки. Предел восстановления магического резерва персонажа вашего класса в сутки не установлен.

Ознакомьтесь с текущими характеристиками своего персонажа первого уровня развития:

Выносливость: 15 XP Здоровье: 45 HP Ловкость: 18 XP Запас чар: 218 XP Устойчивость к ядам: 0 XP Скрытность: 4 ХР

Для повышения текущего уровня способностей увеличивайте уровень опыта, пользуйтесь артефактами и специальными зельями. Желаем вам удачи, пользователь Альвар!

Глава 3

Альвар проснулся весь изможденный. Ночью помимо настроек интерфейса своего персонажа, ему снились жуткие картины чужого прошлого: горящий порт, город в осаде фанатиков Лаарса, мертвые тела, сотни погибших. Среди всего этого кошмара была какая-то девочка, чьими глазами парень и видел все происходящее. Ее во сне называли Селеной. Они были одним целым до пробуждения Альвара внутри ветхой охотничьей избушки и временного дома.

Мысли о ночном кошмаре не захотели выветриться, даже после собранных на завтрак грибов и ягод. Теперь поглядывая на умертвие в черном плаще, Альвар испытывал сочувствие, ведь за судьбой костлявого молчаливого бедолаги тоже наверняка скрывалась драма.

Он рефлекторно дернул запястьем, вызывая прозрачное меню. Полупрозрачная панель послушно всплыла перед глазами, тонко звякнув системным звуком.

[Состояние персонажа] Уровень: 2 Энергия: 63/100 (усталость сна: +10%) Неидентифицированная метка: «Связь с объектом: Селена (фрагменты)»

Строка с меткой неприятно резала глаз. Её не было вчера.

— Отлично, — пробормотал он, закрывая меню. — Еще и «объекты» во сне.

Умертвие замерло, будто прислушиваясь. Черный капюшон медленно повернулся в его сторону.

— Я вслух сказал, да? — выдохнул Альвар и поймал себя на том, что обращается к скелету почти как к живому спутнику. — Слушай… а вам, — он запнулся, подбирая слово, — вам снятся сны?

Ответа, разумеется, не последовало. Молчание лишь подчеркнуло тихий шорох костей, когда умертвие двигалось, поправляя на себе плащ и кожаные ремни с подсумками. Где-то в углях очага дотлевали тонкие ветки, воздух пах сырым деревом и дымом.

Внутри, в том самом уголке сознания, где все еще стоял крик девочки над пылающим портом, кольнуло чувство вины. Словно он должен был её узнать, назвать по имени, но не смог.

Система, как назло, подала новый сигнал.

[Системное уведомление] Обнаружено остаточное эхо сна. Доступно побочное задание: «Тени Лаарса (этап 1)». Награда неизвестна. Риск: повышенный. Принять задание? [Да/Нет]

— Еще не хватало, — прошептал Альвар, всматриваясь в появившийся текст. — Даже кошмары здесь превращают в квесты.

Он с силой сжал кулак, ощущая под пальцами шероховатую поверхность рукояти ножа. Девочка — Селена — не уходила из головы. Если это был просто сон, почему система реагирует? Если не просто сон… то кто из них двоих — «объект»?

Он перевел взгляд на умертвие.

— Раз уж ты ведешь меня по этой дороге, — сказал Альвар, — давай посмотрим, что за тени тут водятся.

Палец дернулся, подтверждая выбор. Полупрозрачная строка «Принято» вспыхнула и исчезла, а где-то глубоко внутри снова запахло дымом и морской солью.