Дорога грешников

Пролог

Гнетущая тишина накрывала своей тревожной скатертью хмурые кроны деревьев, охвативших искаженным полукругом обветшалые избы вымершего селения. Безмолвие изредка нарушали лишь натужные завывания ветра вместе с болезненным и угрожающим треском сухостоев, которых было особенно много поблизости от окраин деревни - высокие, мёртвые тела бывших берёз и елей пугающе низко склонялись к земле, но из последних сил держались, цепляясь корнями за потерянные годы былой жизни.

Не было слышно ни пения птиц, ни говора людей; деревянные постройки источали мерзкий запах плесени, а брошенные на открытом воздухе металлические предметы целиком покрылись толстым слоем ржавчины, рождающейся особо спешно в покрытых вечным туманным сумраком землях Ойкумены. Так было и сейчас - едва ночь сменилась днем, так сразу же окрестные земли оказались покрыты туманом, позволяющем видеть не далее двадцати шагов вокруг.

Ни единого движения нельзя было увидеть по всей округе - лишь колышущиеся ветви еще живых деревьев нарушали мёртвый покой деревни, на дорогах которой в моменты просветления непроглядной мглы можно было видеть гниющие тела ее жителей.

Глава 1

Тяжело передвигая уставшими ногами, исколотыми лежащими на земле сучьями деревьев и острыми комьями земли, я шла по темному, безмолвному лесу, продираясь через самую глухую и неизведанную его часть - по меньшей мере, таковой она мне казалась.

День был более сумрачен, чем обычно - тяжелые серые облака, что за всю мою жизнь практически никогда не пропускали через себя прямых лучей солнца, сегодня были особенно низки и тяготели над землей так, что стоило мне только поднять глаза кверху и узреть их сквозь большие просветы омертвевших верхних древесных крон, то самой трепещущей душой своей я ощущала, как они давят на меня, склоняют к земле, принуждают сдаться - возможно еще и поэтому, а не только от одолевавшей меня неизбывной усталости, я и шагала вперед с поникшей головой, разрывающейся от вертевшихся в голове запутанных мыслей.

Думать о чем-то было не менее тягостно, нежели идти - обрывочные воспоминания о произошедшем все время метались в моем разуме и, несмотря на усталость и все попытки отвлечься от них, никак не желали уходить - отрывистые, непонятные и жуткие образы недавнего прошлого не давали ни забыть о себе, ни понять их - травма головы, после которой она болела еще несколько суток, разорвала мою жизнь на “до” и “после”, но искаженные картины той самой ночи никак не могли покинуть меня. Все чаще я стала размышлять о способе отринуть этот мрачный бренный мир, полный несправедливой боли и горьких мучений, но решиться на это мне мешало чувство страха перед неизвестным - и потому я продолжала свой путь, преисполненная жалости к самой себе.

Необоримая физическая усталость и душевные страдания, терзающие меня единовременно, были слишком сильны, и в какой-то момент я ощутила мокрые узкие дорожки слез, текущих по моим щекам, а сама издала тихий и немного хриплый всхлип… который не остался незамеченным.

- Агнис, ты что, плачешь? Хватит ныть - так и быть, остановимся сейчас на привал, - раздался звонкий голос, и я, подняв голову, посмотрела вперед и увидела свою единственную спутницу - Матильду, девушку на несколько лет старше меня и несомненно куда более сильную телом и душой. Ее мальчишески короткие темные волосы всегда раздражали окружающих, а подтянутое сильное тело то отпугивало мужчин, то наоборот привлекало к себе распутных ухажеров обоих полов, ведущихся на сильных и при этом женственных девушек.

Собравшись с мыслями и облизнув пересохшие и потрескавшиеся губы, я ответила, постаравшись унять дрожь и держать свой голос ровно, но получалось плохо - из-за длительного молчания я немного охрипла, а от слабости говорить громко у меня не получалось без сильного напряжения:

- Спасибо, Мати.. я так устала…

- Да я уже заметила - еле плетешься и даже по сторонам не смотришь. Я несколько раз отходила далеко на разведку и возвращалась, а ты даже не обратила на это внимания, - с немного злой и слегка издевательской интонацией сказала Мати, подходя ближе и теперь идя рядом, покровительственно поглядывая на меня сверху вниз с высоты ее роста - она была где-то на полголовы или чуть больше выше меня, хотя и я сама была среднего роста. Слушать ее насмешки было неприятно, но я давно привыкла к этому за годы дружбы с ней, тем более без нее я не прожила бы последние дни - и потому я молча терпела, стараясь не принимать ее вульгарность близко к сердцу.

Наконец, мы подошли к большому старому дубу, чьи толстые корни выходили из-под земли и обрамляли собой небольшое углубление у его ствола, в котором не ощущался ветер и где можно было спрятаться от крупных животных - которых мы почему-то уже несколько дней блужданий не встречали, в отличие от белок и всякой мелкой живности.

Едва я доплелась до ствола дерева и положила рядом свою небольшую котомку, как тут же упала, чуть не подвернув ногу, уперла свою спину в землю, голову положив на выступающий древесный корень - я прикрыла глаза, наслаждаясь тем самым блаженным моментом, наступающим для усталого человека после тяжелого труда, когда он садится или ложится отдохнуть. Одной рукой растирая правую ногу, другой я провела по лицу, стараясь стереть чистым запястьем свои слезы, а сама пыталась успокоиться и отбросить одолевавшие меня сумбурные и мрачные мысли.

Услышав шуршание, я с неохотой приоткрыла глаза, смотря на стоящую передо мной Матильду - та даже не думала присаживаться, а что-то искала в своем мешке. Посмотрев на нее, я не могла не позавидовать - я не знала как я выгляжу, поскольку здесь не было ни водоема со стоячей водой, ни какого-то зеркала, но вид мой был явно куда хуже, чем Мати - та была одета в мужской костюм, пошитый специально под нее, пускай и достаточно грязный, измазанный в земле, с парочкой прилипших листьев и еще непонятно в чем. Плотные черные кожаные штаны облегали ее ноги, подчеркивая ее широкие накачанные бедра и ягодицы, даже четко выделяя межъягодичную складку. Сверху же на ней был кожаный костюм с глубоким вырезом, открывавшем ее небольшую грудь, но сейчас он скрывался плащом, который был накинут на ней - все это для меня выглядело весьма развратно, но было вполне привычно как для самой Матильды, так и для окружающих, ведь пускай женщины и редко одевались подобным образом, но такое встречалось - имея несколько отличавшееся от других воспитание, многое из того, что считалось всеми остальными людьми нормальным я находила неправильным, пошлым, несправедливым или неестественным - но не Мати, которая знала о моих соображениях по поводу ее внешнего вида и распутного образа жизни, но считала это глупостями, которые мешают мне жить.

Плащ что был на ней закрывал ее тело ниже колен, но сейчас она стояла с выставленной вперед и поставленной на выступающий корень ногой, из-за чего стал виден кинжал в дорогих ножнах, что висел на ее бедре. По ее словам это был какой-то магический клинок, а откуда он был у нее она не рассказывала, хотя я и спросила однажды, на что получила очередную язвительную издевку с ее стороны, после чего она просто сменила тему разговора, а я и не стала настаивать.

Сама же она выглядела неплохо, учитывая сколько суток мы бредем по этому проклятому лесу - высокая, стройная и подтянутая, с острыми и хищными чертами лица, у нее были настолько темные глаза, что издалека, да и близи было даже не разглядеть их зрачков - но ее личико портил еще не заживший шрам, полученный ею недавно… говорит, что это было при мне и я это видела, но я такого не помню, а подробностей расспрашивать не хочу - я же вижу, как ей больно и неприятно вспоминать об этом.

Наконец, прекратив рыться в мешке, она достала кусок черствого с белым налетом хлеба, и бросила его мне на ноги, отчего я немного скривилась - Мати была порой преднамеренно излишне груба, причем тогда, когда можно было этого и избежать.

- На, ешь. У нас осталось не так много хлеба, да и он весь заплесневел, так что ты вчера вечером была права, и нам придется выйти к людям и закупиться - с немного более теплой чем ранее интонацией сказала стоящая рядом Матильда, которая видимо решила немного сжалиться надо мной, - вода в твоем мешке, смотри не разбей и не разлей. Иначе сама искать будешь родник или реку.

- Спасибо, Мати… как бы я вообще была без тебя, - слабо ответила я, постаравшись немного улыбнуться, что далось с трудом - мышцы лица с трудом двигали плоть, после чего, с усилием грызя кусок хлеба, достала из котомки воду, - а ты сама будешь?

- Померла бы еще в деревне, как еще бы… и нет, я не голодна. И пить не хочу. Перед следующим привалом буду, и не залеживайся - скоро уйдем.

- Хорошо…

Тихо, но тяжело вздохнув, только представив что скоро придется снова отправляться в путь, я постаралась отогнать эти мысли и насладиться тем, что есть - но и наслаждаться то было особенно нечем. Черствый и плесневелый хлеб едва не ломал зубы, когда я его грызла, а вода отдавала легкой тухлятиной - слишком долго мы ее несли с собой и не пополняли запасы, да и сделать этого было негде.

Питаться такой.. едой, было для меня непривычно, а вот Мати видимо имела такой опыт еще из ее детства - вспоминая, как еще вчера она с явным аппетитом и без нытья ела тот же хлеб, что я держу сейчас в руках - даже видны следы ее зубов - я подавляла жалость к себе и старалась быть, как она, беря с нее пример.

После легкого перекуса, который я растянула настолько долго, насколько могла, и нескольких глотков из кувшина, в котором мы переносили воду, с обреченным стоном и ухватившись за корень дуба я начала пытаться встать, покачиваясь - но меня подхватила Матильда, ухватив под плечо и подняв, не сказав ни слова, после чего, сложив остатки еды в мешок, мы продолжили свой путь, медленно продираясь сквозь лесную чащу.

Я не знала толком, как Матильда определяет наш путь - и порой мне казалось, что она тоже не знает, поскольку время от времени мы меняли направление, хотя, по-моему, в целом шли все же в какую-то определенную сторону. Мне не хотелось задумываться еще и об этом - образы прошлого опять стали возникать в мыслях, после того как, казалось бы, приутихли во время привала, я снова шла, едва шевеля ногами и смотря в землю невидящим взглядом, а мысли о том, чтобы наложить на себя руки, снова вернулись, и никак не хотели покидать меня.

Внезапно я охнула, когда ощутила как грудь во что-то уперлась - то была Матильда, которая резко выставила руку в сторону, останавливая меня - в этот раз она шла рядом, не уходя далеко.

Недоуменно посмотрев на ее ладонь, прижавшуюся ко мне чуть повыше груди, я только было открыла рот, как тут же Мати зашипела на меня, чего не делала еще никогда, и зло и напряженно прошептала:

- Заглохни!

Впервые за долгое время я испугалась - никогда еще она так ко мне не обращалась, и никогда еще не выглядела такой сосредоточенной - страха в ее глазах я не видела, но я вообще не была уверена, способна ли она его испытывать. Поэтому я послушно замолчала, вскинув голову и смотря по сторонам на окружавший нас мрачный лес с редко стоящими деревьями и кусты, что граничили с небольшим овражком. Здесь было на удивление тихо - раньше хотя бы слышны были пение птиц и перебежки белок по веткам деревьев, ныне же - гнетущая пугающая тишина, прерываемая лишь шелестом листвы на деревьях под действием слабого сухого ветерка.

Первые несколько мгновений ничего не происходило, и я уже начала надеяться, что все в порядке, но после раздался шелест листвы, и я с ужасом увидела, как из высоких кустов шагах в двадцати от нас медленно выходит большой волк… точнее, его искаженное омерзительное подобие.

- Нет… оскверненный волк, - тихо прошептала я, чувствуя, как кровь отливает от лица и сердце замирает от сковавающего меня ужаса, а в голове промелькнули рассказы о том, насколько опасны и смертоносны эти порождения Скверны. Смертоносное чудовище медленно приближалось к нам, очень аккуратно и осторожно ступая по покрытой невысокой травой земле, скаля свои желтые зубы и издавая грозное утробное рычание - с коричнево-зеленой, покрытой пятнами чьей-то крови шерстью, размерами превосходя обычного волка раза в два или три, с налитыми кровью глазами, с мерзкой слизью, капающей с его длинных окровавленных клыков.. Несмотря на свои размеры, тварь была весьма осторожна и не бросилась на нас сразу, по каким-то причинам чуя перед собой угрозу - я вспомнила, что они могут ощущать магию - но, не видя опасности в противовес своим ощущениям, волк медленно приближался к нам.

- Мы умрем… от него не убежать, - еле прошептала я, не сводя с него обреченного взгляда, как завороженная смотря прямо в бездонные кровавые глаза монстра, не в силах оторваться от них. Будто в тумане до меня доносились крики Матильды, звавшей меня бежать за ней, забраться на дерево, но я-то понимала, что не смогу, и что стоит мне дернуться, как он побежит за мной. Внезапно меня осенило - вот она, моя возможность покончить со всем, с этой болью - и так, чтобы моя гибель не была напрасной.

Успокоившись и смирившись с неизбежным, я закрыла глаза - не хотелось мне видеть свою смерть, и хотела просто чтобы все быстрее закончилось и чтобы волк отвлекся на меня, пока Матильда смогла бы сбежать - пусть моя пустая и бессмысленная жизнь будет значить хоть что-то, и оставит свой след в виде жизни моей единственной подруги - единственное, на что я надеялась, так это на то что он быстро перегрызет мне горло, и я умру без продолжительных мучений.

Я лишь слышала, как волк прыгнул, и как порыв ветра, предвещавший мою гибель, донесся до меня быстрее его источника, но после раздался какой-то сначала свистящий звук, после легкий глухой, а за ним болезненный вой раненого зверя. Я удивилась, но стоило мне открыть глаза, как в меня тут же врезалась туша огромного монстра, и мир вокруг меня померк.

Очнувшись, я решила, что умерла - лишь беспросветную тьму я видела вокруг, но спустя несколько мгновений я все же догадалась, что наступила ночь, которая, как и всегда, была настолько непроглядной, что без источника света сложно было увидеть даже пальцы вытянутой руки. Попытавшись приподняться, я хрипло вскрикнула, ощущая боль во всем теле, по всей видимости оставшуюся после столкновения с волком.

- Очнулась, трусиха? Сколько же ты дрыхла, из-за тебя весь день мы потеряли! - услышала я приглушенный голос, который принадлежал Матильде - судя по всему она сидела рядом, а сами мы были у какого-то другого дуба - правда, не такого удобного, как прошлый. Мати говорила как всегда преднамеренно грубо и язвительно, но в ее интонации я услышала некоторое облегчение - видимо, она была рада, что я наконец-то очнулась.

Не умерла… только подумав об этом, я внезапно осознала, что я жива… действительно жива! От нахлынувших на меня чувств я тяжело задышала, осознавая факт того, что я пережила смерть, и мгновенно ощутила какими глупыми и беспочвенными были мои сумбурные мысли о желанной гибели - видимо, вкус к жизни приходит после того, как ты едва ее не потеряешь, или же такое случается только со мной.. не знаю, но сейчас я пусть и была очень далека от настоящего счастья, но все же находилась ближе к нему, чем когда-либо за последнее время - ко мне наконец-то вернулся вкус к жизни, разве может это не радовать? Некоторое время свыкаясь с новыми мыслями, я все же постаралась отвлечься, повернув голову в сторону, где сидела Матильда, и спросила, стараясь говорить тише, чтобы не бередить громкими звуками тишину ночного молчаливого леса:

- Спасибо… а что произошло? Как ты спасла меня?

- Как-как.. да кинжал метнула в эту тварь! Он же артефактный, сразу всю кровь его вскипятил, выглядело очень красиво, ты бы видела… хотя ты бы блевалась, кабы было чем.. Но он уже был в броске, летел прямо на тебя - и так и повалил, едва не прибив даже после смерти.. до чего же ты жалкая, что даже мертвый волк едва не убил тебя! Да еще и стояла как проклятая, не шевелилась! Я уже почти забралась на дерево, могли бы на нем спастись!

Голос Мати был злым, и я чувствовала себя виноватой, на что и попыталась ответить, но была перебита:

- Ладно, спаслись и хорошо. Но оставаться в лесу больше нельзя - один раз спаслись, второго может и не быть. И артефакт не вечный, может перестать действовать, коли магия в нем кончится. Поэтому завтра, если ночь переживем, выйдем на дорогу. Попытаемся прибиться к какому-нибудь каравану, заплатим за это. А сейчас я лягу спать - и так долго караулила тебя, а ты и так продрыхла столько времени - так что садись и следи, чтобы никто не попытался на нас снова напасть.

И, даже не дожидаясь ответа, Матильда отвернулась от меня - я поняла это по раздавшемуся шуршанию, и замолкла. Я же, стараясь сдержать стоны, постаралась сесть, отодвинув мешок, на котором лежала моя голова и который заботливо подложила под нее Мати, после чего уставилась в темноту прямо перед собой, с удовольствием вдыхая прохладный ночной воздух, слушая тишину и наслаждаясь жизнью… и чистотой моих мыслей - неясные воспоминания о прошлом этой ночью меня не тревожили.

Глава 2

Всю ночь я просидела, не сомкнув глаз - видимо уже достаточно провалялась без сознания, чтобы даже не иметь потребности во сне, а может это все пробудившееся желание жить, из-за которого я никак не могла покинуть реальный мир, погрузившись в мир грез.. непонятно.

Можно было бы провести ночь думая о чем-то, но, возможно из-за потрясения, а может из-за долгожданной чистоты разума, остаток времени до наступления дня я провела практически ни о чем не размышляя, бездумно пялясь в пустоту, наслаждаясь прохладным и ставшим чуть влажным воздухом и иногда поглядывая на едва видимый в ночи лежащий рядом силуэт спящей Матильды.

Только к утру меня начали одолевать какие-то мысли - сидя у дерева и глядя в небеса, которые проглядывали через кроны деревьев, я смотрела на светлеющие облака, и, наслаждаясь тишиной разума, которая больше не нарушалась навязчивыми видениями, думала - и думала я о том, что какими бы прекрасными были небеса, если бы были открыты для нас - о том, каким было бы солнце и каким прекрасным и светлым было бы наступление нового дня, ежели бы солнечные лучи не растворялись в плотных аспидных тучах, что вечно нависали над нашими землями… я вспомнила рассказы отца, родившегося на островах - его слова о голубом небе, о ярком свете ослепительного солнца, о тепле, исходящем от него… но от воспоминаний об отце мне стало так больно и тоскливо, что защемило сердце, а слезы сами стали наворачиваться на глаза - и чтобы не расстраиваться и не поддаваться унынию и печали с самого начала дня, я решительно и глубоко вдохнула свежий прохладный воздух, прикрыв глаза, после чего стала подниматься, что было нелегко - тело пусть уже и меньше, но все еще болело, да и ноги затекли после такого длительного сидения.

Я было хотела уже будить Матильду, но она проснулась сама - она всегда спит очень чутко, и мой подъем ее явно разбудил. Коротко зевнув, она перевернулась на спину и присела, прислонив спину к дереву, после чего сказала язвительно, смотря на меня, стоящую в наклоненном положении рядом и упирающуюся рукой в ствол дерева, растирая другой рукой затекшую ногу:

- Агни, неужели ты даже не заснула? видимо выспалась, не иначе, - начав вставать, отряхивая свои штаны, она продолжила – ладно, пошли дальше. Я вчера поела и больше не хочу, да и мерзко есть это дерьмо. Пошли ближе к дороге, пройдем вдоль и выйдем к какому-нибудь городу, там и найдем караван, к которому примкнем.

Я лишь вздохнула, теряясь в том, радоваться мне или печалиться - возможности нормально поесть и отдохнуть противопоставлялись необходимости вновь отправляться в путь навстречу опасностям, которые сопровождались встречей с людьми. Но делать было нечего - в лесу тоже было небезопасно, и вчерашний день это доказал - вспомнив об этом, я вздрогнула и, выпрямившись, обернулась и поискала глазами тушу убитого Матильдой волка - ночью увидеть его было невозможно, а с наступлением дня я была слишком увлечена небесами, из-за чего даже и не подумала о нем.

Пока Матильда собиралась и разминалась, делая наклоны и размахивая руками, что в ее одежде выглядело особенно привлекающе, я быстро и немного смущенно отвернулась и медленно и с некоторой опаской подошла к лежащему монстру - он уже начал разлагаться, из-за чего земля вокруг него стала ядовитой, поглотив его трупный оскверненный яд, а трава в округе пожухла, рассыпаясь в прах как только мои босые ноги касались ее листочков.

Смотря с расстояния в несколько шагов, боясь подходить ближе, я разглядывала этого монстра, который едва не оборвал мою жизнь - огромная, источающая отвратительный запах гниения туша с пустыми глазницами из-за вытекшей вместе с кровью глазной жидкости, с успевшей свернуться красно-зеленой кровью, вытекшей из глазниц, рта и ушей - видимо, это был результат закипевшей крови. Зрелище было крайне противное и смотреть было неприятно, но я все же постаралась побороть брезгливость - мне было почему-то интересно найти рану которую оставил нож, но я все никак не находила ее, хотя и обошла всего волка.

- Ты и не увидишь, она под брюхом - я едва царапнула его, так что нож даже отлетел в сторону, но и этого хватило, - послышалось у меня из-за спины. Обернувшись, я увидела подошедшую Матильду, которая протягивала мне мою котомку.

- В летящую в броске тварь попасть не так-то просто, как может показаться. Хватит глазеть, пошли.

Я взяла мешок, после чего Матильда повернулась и пошла в только ей ведомом направлении - я же, еще раз обернувшись и посмотрев на волка, тяжело вздохнула и отправилась вслед за ней. Несмотря на усталость и гудящие ноги, сегодня мне было легче, и я шла уже глядя не только себе под ноги, но и посматривая по сторонам. Раньше я была слишком подавлена беспросветным отчаянием, терзавшим меня изнутри, и оставляла разведку пути и слежение за обстановкой Матильде - ныне же мне стало куда легче, и во мне пробудилось легкое любопытство.

Из-за этого я и заметила то, чего не замечала раньше - то, что лес этот явно умирал. Это слово было подходящим описанием увиденного мною - многочисленные сухостои, увядающие, сбрасывающие листву деревья, малочисленная живность и практически полное отсутствие ветра, который лишь изредка шевелил редкую листву борющихся за жизнь деревьев - это создавало некоторое ощущение пустоты, застоя и смерти, которое, честно говоря, нагоняло жути - ощущение, что мы двоем идем по пустому и полумертвому лесу, где даже ветра практически не ощущается, было крайне неприятным. Мне было неясно с чем это связано - если крупная живность могла отсутствовать из-за оскверненного волка, который пожрал всех в округе, то остальное было странным. Но к этому моменту задумываться об этом мне уже не хотелось - хотелось просто наконец-то уже куда-то прийти.

Бродили мы долго, время от времени меняя направления - спрашивать что-то у Мати было боязно, поскольку выглядела она крайне злой и раздраженной, все время оглядываясь по сторонам и иногда останавливаясь, чтобы попытаться разглядеть что-то вдали.

У меня уже не оставалось сомнений в том, что она не умеет ориентироваться на местности в лесу, но я молчала, не желая ссориться и вызывать ее гнев - особенно после того как она спасла мою жизнь. Так я и шла, все время молча, пока наконец-то не случилось чудо:

- Ну наконец-то!

Воскликнула Матильда, вглядываясь вдаль - посмотрев в ту же сторону я сначала ничего не заметила, но после обратила внимание на какой-то просвет между деревьями и немного возвышающуюся над обычным уровнем землю вслед за ним.

- Это дорога. Пойдем ближе к ней, но выходить не будем, чтобы можно было спрятаться если встретим кого-то, - пояснила мне Мати, после чего уверенно пошла вперед.

Когда мы подошли ближе к дороге, Матильда тихо сказала мне укрыться за широким стволом какого-то дерева, а сама она пошла на разведку. Выглядывая из-за ствола, я видела как она, осторожно крадясь, подошла к самому краю леса и, тоже прячась за дерево, выглянула на дорогу, смотря в обе ее стороны. Когда она вернулась, то сказала:

- На дороге никого нет, она изгибается, ничего толком не разберешь что в какой стороне есть… пойдем на север, вдоль нее. Старайся не шуметь, чтобы не привлекать к себе внимания, или чтобы могли спрятаться, если наткнемся на бандитов - они и сами часто прячутся в лесу рядом с дорогой. Поняла?

Я утвердительно кивнула, после чего, как и раньше, последовала за Мати.. видимо только на это я и способна - следовать за ней, смотреть прямо на ее прямую сильную спину и оголенную из-за коротких волос длинную шею, на уровне которой были мои глаза.

Идти нам пришлось долго - на наше счастье, мы ни на кого не наткнулись, лишь по дороге несколько раз промчались отряды всадников, от которых мы спрятались, да еще какой-то одинокий пеший здоровенный мужик с гигантским мечом за спиной и гардой, поднимавшейся высоко над его головой - я сумела это разглядеть даже издалека, выглядывая из-за дерева - мне было интересно, за что позже я поплатилась, когда Мати ударила меня ладонью по затылку, обругав за излишнее любопытство - она опасалась что кто-то мог заметить нас или услышать треск сучьев, если случайно наступить на них - в тишине пустого леса вполне вероятно, что даже такой звук с расстояния донесся бы до ушей путников, особенно если они какие-то сильные маги.

Мы шли практически весь день, успели сделать два привала, и даже Мати явно устала - это было видно по ее походке и немного склоненной спине и шее, прежде чем вдали лесного массива показался просвет - по всей видимости, нам все же повезло, и не придется ночевать в лесу еще раз.

- Выходим на дорогу, только осторожнее. Впереди судя по всему город, посмотрим, как нам туда пройти.

Мы вышли на разбитую дорогу, которую проложили тысячи лет назад наши предки и которой пользовались до сих пор - но из-за неухоженности и ремонта раз в сотни лет даже она успела прийти в негодность - впрочем, как и все подобные тракты что я видела ранее. Я и Мати увидели то, что раньше мешал увидеть лес, а именно видневшиеся вдали стены небольшого города и мелкие, полуразрушенные строения, расположившиеся перед ним и служившие кому-то домом.

Не уверена, но вероятно дело было ближе к ночи - вечно находящееся в зените солнце не позволяло точно определить, когда небесный свод закроет его, да и даже если бы можно было, то темные облака все равно закрывали его повсюду, поддерживая вечный сумрак, и потому мы поспешили, быстрым шагом ступая по дороге, что было непросто с учетом ее состояния и нашей усталости - на ночь в город попасть было куда труднее, не говоря о том, что обычно это было запрещено.

Еще вдали от стен, но близко к обветшалым пригородным домам я инстинктивно прижалась к Матильде, опасаясь выглядывающих из окон, дверей одетых в обноски людей, смотрящих на нас - как и во многих городах это были самые нищие, ничтожные люди, которых даже не пускали в город, ошиваясь у его окрестностей - раньше я, путешествуя с отцом, не обращала на них внимания, быстро проезжая мимо подобных халуп - но сейчас игнорировать их я не могла. Их бездумные, пустые взгляды опущенных людей, не видевших света в своей жизни, с впалыми животами и плотно обтягивающей черты их лица кожей - многие из них сидели в дверях, смотря на прохожих, другие просто валялись на земле - то ли мертвые, то ли еще живые. Смотреть на них было очень тяжело, но отчего-то я не могла не смотреть, поражаясь окружавшей меня и прямо чувствовавшейся во вдыхаемом воздухе безнадеге и унынии.

Отвлекаясь на рассматривание этих людей, я не заметила как Мати резко остановилась, и потому я ткнулась носом прямо в ее шею.

- Придется искать другой вход - на воротах стоит стража, с нас сдерет огромные деньги, или еще что, если вообще пропустит… пошли за мной, быстро.

Ухватив меня за руку, Мати потащила меня за собой, увлекая в тень домов и двигаясь в обход стен, стараясь обходить стороной валяющихся или сонно бредущих куда-то людей. Шла она быстро, из-за чего я едва поспевала за ней, постоянно спотыкаясь и несколько раз едва не падала, но она поддерживала меня и увлекала за собой.

Я не сразу поняла идею Матильды, пока не взглянула на стены города после того, как мы отошли достаточно от дороги и обошли город с другой стороны - стены были в ужасном состоянии, куда хуже чем те, что были в моем родном - невысокие сами по себе, полуразрушенные и местами обвалившиеся - как, например, башня у ворот, обломки которой валялись прямо на земле сбоку от поста стражи. По всей видимости, мы искали какую-нибудь дыру, через которую можно было бы пройти внутрь - было даже обидно, что я сама не сразу догадалась об этом, ведь я слышала когда-то что иногда так проникают в разные города. Пока мы обходили стены, я не видела ни одного нормального поста стражи на них - через какое-то время мы просто шли вдоль их линии по выжженной пустынной местности, где не было даже одной живой травинки, но нас так никто и не заметил и никто не остановил.

В конце концов мы нашли обвалившийся участок, который был достаточно удобен для прохождения через него - он выглядел так, будто им частенько пользовались, проникая внутрь - обычно так в города попадали бедняки, которые не могли попасть через центральные ворота, ну а барону или местному наместнику было на это в общем и целом наплевать - налог за вход он все равно получал со знати и купцов, которым в любом случае приходилось двигаться через главные ворота, поскольку коней и тем более грузы через эти развалины не протащить, ну а нехватка солдат и постоянно сменяющаяся власть, которая отличалась лишь стабильной алчностью и беспечностью, не благоволила созданию нормальной защиты города, из-за чего такие проходы и оставались без контроля - тем более что армия через них все равно не пройдет.

Пробравшись в город, названия которого мы даже и не знали мы постарались как можно быстрее и незаметнее пройти через грязные, смрадные и узкие улочки с нависающими по обе стороны над нашими головами домами, стараясь держаться подальше от окон и не наступать в ямы, полные накапливающимися в них нечистотами, выбрасываемыми из окон. Улицы были не слишком оживленными - сам город был невелик, да и видим и правда скоро уже ночь, поэтому они и были пустынными. Я старалась внимательно смотреть, куда я ставлю свои босые ноги, из-за чего времени на разглядывание самого города у меня не оставалось - наверно, к счастью. Но вот Матильда явно вела меня в центр, где должна была бы располагаться какая-нибудь гостиница. Вскоре мы притормозили и, подняв голову, я увидела висящую у одного крупного дома едва видимую под слоем копоти надпись “Гостиный двор”. Подходя к нему, Мати повелительно наставляла меня:

- Говорить буду я. Ты молчи и вообще ничего не говори - тебя нет, поняла? Ты слишком кроткая, чтобы общаться с кем-то. Просто наблюдай. И держись увереннее, хватит уже бояться всего подряд!

И вновь лишь утвердительно кивнув на эту тираду, я пошла вслед за Мати, стараясь расправить плечи и смотреть вперед, убрав с лица опасливое выражение, хотя не думаю что это получилось у меня хорошо.

Мати поднялась по ступенькам, которые жалостливо скрипели даже под её и моим невеликим весом, открыла одну створку двустворчатой двери - покосившуюся и явно давно никем не смазываемую, поскольку скрип от нее был достаточно громким.

Внутри было довольно просторное помещение, заставленное столами и скамейками, но запах был такой, что мне сразу на память пришел оскверненный волк - тошнотворная смесь мужского пота, пива, вперемешку с запахом секса и солоноватым привкусом крови - не знаю откуда, но последнее я ощутила очень отчетливо, и в общей своей массе он напоминал собой вонь от гниющего мертвого монстра, что едва не убил меня вчера.

Я бывала раньше в постоялых дворах, и большинство из них ничем не отличались от этого, а некоторые были и куда хуже - но отчего-то, сравнивая свои ощущения в прошлом и сейчас, именно в этот раз я испытывала чувство отвращения от того, что я находилась в этом омерзительном месте, особенно глянув в сторону, где у окна под свист и улюлюканье толпы грязных мужиков в кольчуге и с приспущенными штанами - видимо, местная стража - какой-то другой стражник сношал местную служанку, стоя к нам спиной - лица ее я не видела, но слышала ее вымученные крики удовольствия - явно ненастоящие, поскольку толпа только подначивала ее кричать громче и сильнее.

Большая часть посетителей была занята этим зрелищем, благодаря чему на нас почти не обратили внимания, чем Мати и воспользовалась, быстрыми шагами подойдя к стойке и ударив по ней ладонью, привлекая к себе внимание увлеченного представлением низкого и жирного хозяина гостиницы, рылом напоминавшего свинью, который даже не обратил внимания на вошедших посетителей.

- Хочу снять комнату и заказать еды. Сколько?

Грубо и отрывисто сказала Мати, глядя ему прямо в глаза - будучи сама достаточно высокой, она была значительно выше низенького мужчины, который недовольно отвлекся от зрелища и поднял на стойку руку, которую он держал под столом. Глянув на нее своими маленькими глазенками, с явной похотью в глазах и без стеснения оглядев ее снизу доверху, останавливаясь глазами на ее бедрах и малой, но четко очерченной в видимом ныне из-за расстегнутого плаща декольте груди, немного придвинулся к стойке, отчего его необъятное пузо уперлось в стол и частично растеклось жиром верхней части по столешнице, после чего положил свою пухлую руку с пальцами-сардельками поверх ладони Матильды, и проговорил мерзким сальным голосом:

- Тебе, милочка, разрешу бесплатно переспать в моей комнате, хе-хе…

Он хотел сказать что-то еще, но Мати действовала быстро - выдернув ладонь из-под его лапы, она резко прижала ее к его руке, другой рукой выхватив кинжал и прислонив боковой стороной лезвия прямо к его руке, едва ли не касаясь острием образовавшихся при этом на ней складок жира, после чего быстро заговорила, смотря сверху вниз прямо в его испуганные глаза:

- Не кричи - это магический кинжал, одна царапина и твоя кровь вскипит, сдохнешь за мгновение. Поступим так - я заплачу тебе одну серебрушку, и ты дашь нам одну отдельную комнату, мы проведем в ней одну ночь и уедем, так что ты больше нас не увидишь. И еще, принесешь с собой лучшей еды на двух человек, и нормальной воды - прямо в комнату. Вздумаешь обмануть или кинуть нас, то знай, что я - маг. Не советую связываться со мной и рисковать жизнью ради попытки отомстить, уяснил?

Я испуганно стояла рядом, оглядываясь по сторонам, равно как и сам испуганный боров - но все внимание стражи и большинства посетителей привлекла служанка, которая уже пошла по кругу, и никто не замечал в каком положении находится хозяин гостиницы - а другим же было просто плевать. Ситуация была опасной - Мати частично блефовала, ведь магом была вовсе не она, а я - да и то, я еще ничего почти не умела… Но подруга не дала мужику времени задуматься, и надавила ножом в его руку, и едва она это сделала как он едва ли не завизжал: - ладно, ладно, я согласен! Только убери это!

Еще немного подержав нож и глядя прямо в глаза жирному борову, Мати все же убрала клинок, после чего, засунув руку в кошель, достала серебрянку и положила ее на стол.

- Не забудь - еду сразу на двоих.

Ухватив монету он злобно посмотрел на нас, после чего крикнул:

- Грата, покажи этой… постоялице ее комнату, и занеси к ней еды на двоих! А потом подойдешь ко мне - есть для тебя работа..

К нам подошла другая служанка - забитая и испуганная худая некрасивая девушка лет двадцати, правда выглядела она куда старше, одетая в короткую юбку что не доходила до колен и верхнее платье, что было ей явно мало и выступало на ее небольшой груди. Глянув на Матильду и испуганно бросив взгляд на хозяина, она повела нас наверх.

Когда мы поднимались по лестнице, я словно почувствовала на себе чей-то взгляд, и, посмотрев на посетителей, заметила одного мужчину - того самого, которого мы видели на дороге, пока пробирались через лес. Он задумчиво смотрел прямо на мен, а увидев что я разглядываю его, усмехнулся и поднял деревянную кружку с пивом, которую держал в руке.

Я испуганно отвернулась и зашагала быстрее, стараясь не отставать. Зайдя в выделенную нам комнату, я огляделась - она была тесной, с затхлым воздухом, с небольшим окном, чьи створки были закрыты, столиком с одним стулом с кривыми ножками и небольшой кроватью - к счастью, видимо служанка и правда привела нас в лучшую или просто не самую худшую комнату, поскольку кровать выглядела не так плохо - по крайней мере, подойдя к ней я не увидела клопов, правда на полу я за это время успела насчитать не менее пяти тараканов, что разбежались, стоило Матильде открыть створки окна и пустить в комнату свежий воздух.

- Мати, там кто-то следил за нами из посетителей - тот здоровенный парень с мечом, которого мы видели на дороге… вдруг он попробует прийти к нам ночью? - обратилась я к подруге, когда служанка вышла за едой для нас.

Услышав мои слова, Матильда хмыкнула

- Ну хоть какая-то польза от тебя и твоего любопытства, Агни. Ничего страшного - запрем дверь и будем спать по-очереди, как раньше. И лучше ляжем прямо сейчас, как только поедим - а завтра будем уже разбираться, куда двинемся дальше.

Согласно кивнув, я присела на кровать, согнувшись вперед, упираясь руками в колени - как же приятно было сидеть на пусть и жесткой, но такой привычной кроватке, после стольких суток блужданий по дикому лесу…

Глава 3

Спала я не очень хорошо - пускай и не просыпалась, но сны были какие-то тревожные - я то куда-то бежала, то пряталась от кого-то.. Образ того, от кого я пряталась, был мне неясен и непонятен, и опознать его было попросту невозможно.

Проснулась я от того, что кто-то тормошил меня за руку - я сначала сопротивлялась, пытаясь дальше остаться в сладких грезах, но не смогла - толчки усилились, и я была вынуждена открыть глаза.

- Просыпайся, лентяйка. Давай, доешь вчерашнее и пойдем отсюда, пока местный трактирщик нас не попытался нагреть.

Это была Матильда - она дежурила вторую часть ночи.

Встав с кровати, я зевнула, потянувшись - все тело ломило и я сама была грязной и немытой, от чего было брезгливо и неприятно, но я хотя бы выспалась и спала не на голой земле, а на гостиничной кровати.. это было здорово. Попытавшись вспомнить свой сон я поняла, что почти ничего не помню, кроме стойкого ощущения того, что они были подозрительно похожи на видения, которые постоянно вращались в моей голове до моей встречи с волком, но я откинула эти мысли - не хотелось начинать дней с мыслей о чем-то плохом.

За ночь, к счастью, ничего не произошло - никто не ломился к нам, не пытался обокрасть или изнасиловать, и тот мужик не появлялся - все прошло чинно и спокойно, что даже подозрительно. Позавтракала холодными остатками вчерашней трапезы - весьма посредственно приготовленным куриным мясом с подгоревшей кашей, но мне оно казалось невероятно вкусным, и даже холодное я ела с превеликим удовольствием и немалым аппетитом.

Пока я ела сидя за столом напротив окна с открытыми Матильдой створками, я смотрела наружу, на город с высоты второго этажа, где мы и находились.

Смурые тучи как всегда накрывали собой землю, скрывая ее от чистых небес - ныне облака были не такие низкие и чуть менее плотные, из-за чего снаружи было не так мрачно, как день тому назад. Я посмотрела на соседние дома, видные из нашего окна - все они были какие-то бесцветные и хмурые, с трещинами на стенах - мы находились в центре города, поэтому дома здесь имели два, а то и три этажа, некоторые из которых были покосившимися относительно других, грозя вот-вот упасть на соседние строения - но, видимо, всем было плевать на это, поскольку я видела открытые ставни и тени людей, находящихся внутри.

Постаравшись отвлечься от безрадостного зрелища разрушаемых временем и леностью людей зданий, я переключилась на улицу - дорога перед гостиницей была сейчас достаточно оживленной - много людей передвигались в обе стороны. В основном это были обычные горожане - я узнавала их по их однотипной одежде, во многом выглядящей как обноски. Но были и иные - то ли просто местные купцы или дворяне, разбогатевшие на обнищании остального населения, то ли залетные гости, находящиеся в городе проездом - одетые куда более богато, один худой и напудренный конный мужчина даже в каких-то разноцветных шелках, что смотрелись инородно в общей атмосфере нищеты, царившей в этом городе.. но, задумавшись, я вспомнила виденные ранее города, которые посещала с отцом - они мало чем отличались от этого, и пусть я и не обращала внимания, но, вероятно, они были настолько же нищи и бедны, разве что некоторые могли быть немногим лучше. Так почему же я раньше не обращала на это внимания? Почему только сейчас я стала задумываться об этом?

Когда я почти доела, мой аппетит перебил какой-то дворянин, что по какой-то причине шел пешком - какой-то беспризорник попытался умыкнуть у него кошель, но тот его поймал, удерживая за одну руку - тот попытался вырваться, и ему это удалось - но лишь когда меч аристократа в один быстрый взмах отрубил ему эту самую руку, из-за чего парнишка упал - несколько мгновений он пялился на обрубок непонимающим взглядом, смотря, как хлещет из него кровь, и только после истошно закричал - мужчина же, брезгливо одернув свой запачканный кровью плащ, отбросил руку и, встряхнув меч, постаравшись очистить его от редких капель крови, вернул его в ножны и пошел дальше, куда он шел.

От такого зрелища меня передернуло и я было хотела выбежать и помочь орущему от нестерпимой боли несчастному, но увидела что двое таких же мальчишек подбежали к нему, обвязали чем-то его культю и утащили куда-то в подворотню между домами, откуда еще некоторое время доносились приглушенные крики - прохожие же не обратили на это особого внимания, некоторые лишь довольно ухмылялись, потешаясь над неудачным вором - лишь некоторые посмотрели сочувственно, проходя мимо, но я уже начинала думать что это мне лишь показалось из-за моего желания увидеть хоть какой-то отклик в душах этих людей на страдания ребенка.

От такого зрелища у меня тут же перебило аппетит и я бросила еду, отвернувшись от окна и смотря в стену, пытаясь осмыслить увиденное, пока меня не поторопила Матильда, которая была уже готова уходить.

Наконец, собравшись, мы пошли на выход - впереди как всегда Мати, а за ней я. Выходя из гостиницы я мельком бросила взгляд на ее владельца, но жирный боров смотрел на нас с неприязнью, но вовсе не ненавистью - видимо, преследовать нас он не собирался, получив свои деньги за постой. Того мужчины я не заметила - либо он еще не спускался, либо уже ушел. Когда мы вышли наружу, я посмотрела на лужу крови, что уже смешалась со стекающей по улице вниз помоями и растекалась по разбитой дороге - но ни мальчишку, ни того аристократа я уже понятное дело не видела. Вздохнув, я постаралась выбросить это из моей головы, поскольку у нас еще было много дел - не хотелось с самого начала дня омрачать их размышлениями об увиденном.

Первым делом мы отправились искать сапожную лавку, поскольку ходить босыми уже было невмоготу, а затем одежную, чтобы приодеться - у Мати все было в порядке, по крайней мере можно было продолжать носить и не тратиться на нее, но со мной все было хуже - мое платье, которое не было предназначено для путешествий, было все рваное, нижняя часть вообще обрезана для удобства и обнажала икры, а в местах разрезов и внешнюю часть бедра - в лесу было нормально, но в городе я ловила на себе взгляды прохожих, и что удивительно для меня - даже больше чем вызывающе одетая Мати, которая сейчас шла без плаща, лежащего в мешке - это меня смущало и я старалась ловчее шевелить ногами, чтобы поскорее добраться до одежной лавки, и не подходить слишком близко к другим людям, в особенности мужчинам. В то же время Мати уверенно вышагивала рядом, с ухмылкой на лице, смешанной с брезгливостью, которая перемешивалась еще и с отвращением, когда она смотрела на заглядывающихся на меня и ее мужчин - не из-за их сальных взглядов, которые она любила, а из-за их мерзкой внешности, неухоженности и жуткого запаха, разившего от многих будто от отхожего места - Матильда была весьма распущена и не избегала половых сношений, пускай и старалась оберегать меня от подобного, зная о “странностях” моего воспитания, но любила пригожих и крепких мужчин. Горожане же, в основном, не могли похвастаться этим.

С обувью получилось неплохо - мы быстро приобрел хорошие (лучшие в этом городе, пожалуй) черные высокие сапожки, которые выглядели достаточно надежными - вышло довольно дорого, но денег у нас было достаточно, хотя и светить ими было крайне нежелательно - но тут Мати решила рискнуть и взять лучшее, поскольку обувь была важна с учетом предстоящего нам путешествия, а старик-сапожник не выглядел опасным или тем, кто может доложить кому-то о наших средствах - тем более что мы рассчитывали к вечеру покинуть город.

Затем мы пошли за новой одеждой для меня. Это была довольно большая лавка какой-то невысокой, пожилой и ухожено выглядящей женщины, из-за чего и само помещение было достаточно чистым и даже имело достаточно большое медное зеркало - на удивление у нее был большой выбор всякой одежды разных видов, в том числе женской, что меня приятно порадовало - вовсе не ожидала встретить в таком захолустном мелком и грязном городишке такую лавочку, и даже странно что она здесь была - ведь и ткани были не из самых дешевых, и качество довольно высокое… но я не стала особенно вдаваться во все это и задумываться, и принялась выбирать что купить.

Мати хотела чтобы мы выбрали мужскую одежду малого размера, которая бы подошла мне, но я настояла на своем - внезапно во мне взыграла гордость или ее подобие, я хотела хоть в чем-то сохранить себя, а не быть повторением своей подруги. В итоге мы сошлись на платье, которое было достаточно удобно для путешествия - темно-синее с черным, закрывающее тело и с короткими рукавами до середины плеча, немного ужатое в талии, далее расходясь небольшим куполом от пояса и опускаясь пониже колен с небольшой узкой белой полоской на нижнем крае. Такое платье позволяло достаточно удобно передвигаться и даже бегать - при этом на ноги я взяла легкие тонкие штаны, больше похожие на высокие чулки, хотя и более плотные - мода на них пришла недавно с запада, когда нас стали чаще посещать фурелинил. Дополнительно мы взяли еще и плащ, примерно как у Матильды, который закрывал шею и имел капюшон - на всякий случай.

Переодевшись, я не удержалась и посмотрела в зеркало - было немного боязно от того, что я там могла увидеть.

На меня смотрела чуть выше среднего роста худая девушка лет шестнадцати на вид, с длинными черными волосами сильно ниже плеч, грязными и слипшимися. Потрескавшиеся сухие губы, небольшой аккуратный нос. Зеленые глаза были очень яркими и остро контрастировали с длинными черными ресницами и бледностью лица, которое было чистым - я смогла умыться в гостинице перед уходом, но помыться уже не могла - было опасно оставаться там слишком долго. Платье сидело на мне достаточно хорошо - оно было без вырезов и прикрывало даже ключицы, но при этом хорошо и главное не разнузданно прилегало к телу, выпирая в области груди. В целом, после обдумывания я поняла, что мне очень повезло с этой портнихой, и платье смотрелось на мне неплохо… жаль что в остальном все было достаточно печально.

Я всегда считала себя весьма красивой, да и мальчишки часто поглядывали на меня, даже куда более старшие мужчины - но сейчас я выглядела не лучшим образом - синяки под глазами, грязные руки и немытое тело, неухоженные волосы и усталый вид. Я даже едва не проронила слезу, но вовремя себя одернула.

“Отбрось эти мысли. Не стоит жалеть себя. Будь как Матильда” - повторяла я эти и подобные им слова про себя, стараясь сдержать снова накатывающие слезы - и в этот раз мне это удалось. Отвернувшись от зеркала и посмотрев на Матильду и швею, я улыбнулась настолько искренне, насколько могла - на что Матильда, усмехнувшись, только кивнула и пошла расплачиваться с хозяйкой лавки, которая по какой-то причине опасливо смотрела на нас.

На выходе я спросила у Мати шепотом:

- Куда теперь? нам же нужно купить еды и…

Меня прервала открывающаяся дверь, в которую зашел тот самый мужчина, которого я заметила сначала будучи в лесу, а затем и в гостинице. Вблизи я успела рассмотреть его получше - головы на две выше меня, широкоплечий, с немного квадратным лицом и рыжими волосами, он был достаточно молодой - лет девятнадцати - двадцати двух, сложно было определить точнее. Одет он был в кольчугу, что закрывала туловище, а под ней была стеганая одежда. Сверху он также носил сюрко, а за спиной выглядывал огромный двуручник, гарда которого не влезала и упиралась в дверной косяк и ему пришлось сильно нагнуться, чтобы войти. Несоответствие цены явно недешевого меча и посредственной одежды и брони удивляло, но сейчас было не до размышлений об этом.

Матильда среагировала быстро - она сделала несколько шагов назад, незаметно просунув руку под плащ, несомненно держа ладонь на рукояти кинжала - она не подавала виду что напряжена, хотя и была готова к драке - несомненно, у нас не было бы шансов в прямом бою, но магический нож давал надежду - лишь бы один раз достать его… но парень удивил - увидев нас, он усмехнулся и чуть дурашливо поклонился, смотря больше на Матильду, чем на меня - видимо понял, что она среди нас главная.

- Здрасьте. Я-то тебя и искал. Да ты не волнуйся - я только поговорить! - закончил он фразу, выставляя вперед руки, одетые в темные перчатки.

Я стояла сбоку за спиной Матильды и не видела ее лица, но голос ее был язвителен и насмешлив:

- Ну и зачем я тебе, великан? Я видела как ты следил за нами в гостинице - там подметил и решил познакомиться-подружиться?

Он чуть удивленно посмотрел на нее, но только усмехнулся в ответ и сделал несколько шагов вперед, стараясь обойти нас сбоку - мы отступили, не поворачиваясь спиной, давая ему пройти внутрь. Хозяйка поглядела на него и поняла, что он тут явно не для покупок, но как-то влезать не осмелилась - она была совсем маленькой и невысокой, и спорить с огромным воином для нее было определенно не лучшей затеей.

- Звать меня Аварус. Я слышал, что ты сказала будто ты маг. Это правда? Прежде чем ты ответишь, я добавлю, что я сам маг - точнее, практик, и направляюсь в Содомар, чтобы там обучаться. И мне почему-то кажется, что ты направляешься туда же. Это так?

Матильда немного подумала, прежде чем ответить:

- Да, это так. Чего ты хочешь?

- Да все просто - я практик, ты маг. Мы идем в одну сторону, а путь неблизкий и опасный - мы можем быть полезны друг другу. Что скажешь?

Я сначала было даже обрадовалась - сначала казавшийся мне грозным и опасным, сейчас Аварус выглядел совсем иначе - тембр его голоса был мягким и внушающим доверие, да и сам он вполне располагал к себе - а уж с таким защитником, мы точно не пропадем. Я хотела было обратиться к Матильде, обсудить возможность того, чтобы он пошел с нами, но она, даже не глядя на меня, категорично ответила:

- Нет, мы сами по себе. Нам не нужен спутник, тем более которого мы совершенно не знаем, - и, схватив меня за руку, она потащила нас к выходу. Я попыталась сопротивляться, но тщетно - Мати вела меня весьма уверенно и не отпускала.

- Ну что же ты, постой! Давай хоть поговорим…

Донеслось из-за моей спины, когда мы выскакивали на улицу. Недовольная такими действиями Матильды, я попробовала поговорить с ней:

- Мати, не слишком ли ты резко? Мы могли бы пообщаться, может быть что и..

- Нет! Ты что, серьезно хочешь, чтобы мы доверились какому-то мужику просто после того, как он скажет что он двигается туда же, куда и мы? Да он в первую же ночь попытается приставать - я то может и не против, - ухмыльнулась Мати - но ты-то точно не будешь столь радостна, и мы подеремся и или умрем, или убьем его! Ты хочешь рискнуть? Да даже в караване безопаснее, не то что путешествовать в одиночку непонятно с кем! Пойми же - мы никто, у нас нет никаких сил, и если бы не этот клинок, мы бы уже умерли и ничего бы не добились! Пока не дойдем до Содомара и ты не начнешь обучение, нельзя даже думать чтобы довериться кому-то. Ты поняла?!

Тирада была сильная и эмоциональная, и сложно было не согласиться с ней - однако я все же оставалась при своем мнении, но, понимая, что переубедить Мати не удастся, только тяжело вздохнула и спросила:

- И куда тогда мы сейчас идем?

Ответить Матильде не удалось - звон колокола раздался по всему городу, и громкие, оглушительные удары колокольного звона последовали один за другим, а вместе с ними послышались и отдаленные крики и звон стали. Мы с Матильдой остановились, пытаясь понять что происходит, в то время как горожане, бросив свои дела, стали прятаться по домам, закрывать двери и запирать ставни.

- Нападение! На город напали! - послышались крики глашатаев, но, судя по всему все кроме нас уже знали это - привычные к такому горожане сразу же догадались из-за чего бьет колокол и попрятались, дожидаясь окончания битвы. Но вот что делать нам было непонятно.

- Скорее, обратно в лавку! Мы недалеко ушли!

Метнувшись к лавке, мы поняли, что она закрыта - ставни заперты, и дверь тоже. Зато рядом стоял Аварус, который оглядывался по сторонам, что-то выискивая или размышляя о чем-то. Увидев нас, он ухмыльнулся и сказал самодовольно, глядя на нас с высоты своего огромного роста:

- Что, чуть что сразу вернулась ко мне, под мою защиту? Я…

- Сгинь в Бездну, идиот! Мы хотели скрыться в лавке, а не тебя искали! Пошли теперь…

- Куда? - удивленно переспросил Аварус

- Никуда! - огрызнулась Матильда, которая обращалась ко мне, - надо сваливать из города.

- У ворот сейчас наверняка битва идет, у обоих. Через них не выбраться - начал было парень но, увидев выражение лица Матильды он видимо догадался - так ты знаешь другой выход? Тогда я с вами.. не отказывайся! В город могут прорваться налетчики, и улицы будут точно не для маленьких девочек…

Прежде чем Матильда что-то ответила, я, собрав всю волю в кулак, повернулась к ней и сказала просящим тоном, но при этом стараясь говорить твердо:

- Мати, пожалуйста… он ведь и правда нам нужен, идти здесь недалеко, но и случиться может всякое… мы можем не справиться одни!

Лицо подруги выражало недовольство, но все же, услышав как крики стали немного ближе, грязно выругалась и ответила согласием.

- Следуй за мной, - буркнула она, обращаясь к Аварусу, побежав вниз по улице.

Я поспешила за ней, а Аварус шел за нами быстрым шагом, достав из-за спины свой двуручный меч, который он положил на плечо, держа его обеими руками - одной за гарду, другой обхватив лезвие под фальшгардой. Бежать было уже проще, имея нормальные сапоги, и особенно по пустынным улицам. Мы надеялись, что сможем избежать столкновения с нападавшими, но к сожалению нам не повезло - уже всего в сотне метров от того самого пролома в стене мы наткнулись на отряд нападавших, которые сражались с местными солдатами, добивая последних - я увидела как одному из защитников пронзили живот копьем, а другому, стоящему на коленях, отрубили голову. Приглядевшись, я охнула, прикрыв рот ладонью - показавшиеся сначала живыми людьми, трое нападавших оказались мертвецами в истлевших обрывках одежды и проржавевшей кольчуге, с мечами и копьями в руках. Их было всего трое, а за ними метрах в пяти стоял некромант - одетый в капюшон молодой парень наверно моего возраста с посохом в руках, который с безумным наслаждением на лице смотрел на расправу над людьми контролируемыми им мертвецами. Рядом с ним стояли живые солдаты, его охрана - один с копьем, другой с паршивым луком, качество которого я видела даже с расстояния, благо обладала хорошим зрением.

На наше счастье некромант был молодым и слабым, иначе он бы поднял куда больше мертвецов - но даже эти были достаточно опасными, пускай и не как те которых я однажды видела. По рассказам одного из некромантов, который однажды гостил в нашем доме, мертвецы имели разные ранги, отличаясь между собой активностью и уровнем развития псевдоразума - и эти пусть и не относились к высшим, но при этом были и не самыми примитивными.

Мы постарались укрыться в подворотне между домами, но не получилось - некромант заметил нас и, махнув посохом, направил против нас мертвяков. Стало понятно, что схватка неизбежна - и сражение будет очень неравным, учитывая что их шестеро, вместе с некромантом, а нас всего лишь трое…

Глава 4

Ситуация была сложная, ведь среди нас только один был настоящим воином, да Мати была вооружена кинжалом и могла постоять за себя - но не в этом случае, когда против нас живые мертвецы. Им не вскипятишь кровь магическим ножом, не пронзишь их сердце - только огонь или травма головы могли сделать немертвых мертвыми. Про меня и вовсе говорить не стоит - ни боевых навыков, ни оружия. Бежать нам было некуда - с другой стороны улицы тоже слышны были приближающиеся крики сражающихся, да и мы знали лишь один выход через стену, а прятаться нам было негде - поэтому нам придется принять бой.

- Оружие есть какое-то, кроме ножа? - спросил Аварус, перехватывая свой двуручник так, что он сильнее заходил за его плечо, готовый для резкого и сильного верхнего удара.

- Нет, только нож, - напряженным голосом ответила Матильда, вытаскивая клинок из ножен - да еще Агнис маг крови, но она неумеха и ничего не может делать.

- Что? - удивился парень, но отвечать было некогда - мертвецы подошли слишком близко, и Мати, ухватив меня за руку, оттащила меня в сторону, в узкую подворотню между стоящими рядом домами, где мы наткнулись на еще один истекающий кровью полутруп - лежащий нищий со стрелой в спине… Не повезло бедняге. Он еще пытался удержаться за остатки жизни, издавая предсмертные хрипы и отчаянно цепляясь длинными кривыми когтями за сухую мертвую землю, зарываясь ими в нее, но мне было понятно что он уже не жилец, и я лишь жалостливо и с долей брезгливости смотрела на его агонию.

- Хватит пялиться, дура! Он уже труп, а нас скоро начнут убивать!

Действительно, я слишком засмотрелась и задумалась, и после слов Матильды скрылась за стеной дома, смотря на бой Аваруса с мертвяками - а посмотреть было на что.

И при жизни поднятые некромантом полуразложившиеся усохшие немертвые выглядели бы мелкими на фоне плечистого парня, но их было трое, а он лишь один.

- Окружите и убейте его! - послышался нам молодой повелительный голос. Посмотрев вниз по улице я увидела, что это был некромант, который вместе со своей охраной подходил ближе к нам.

- Достать бы его.. ходячие сразу бы стали бесконтрольными, - сквозь зубы зло проговорила Мати, смотря на мага. Я тем временем смотрела на то, как трое мертвяков, двое со ржавыми мечами и один с копьем, разошлись в стороны, полукругом приближаясь к Аварусу - копьеносец, который держался на некотором расстоянии, был слева - после чего единовременно атаковали, при этом действуя совершенно не слажено и мешаясь друг другу, чем и воспользовался парень. Сделав шаг вправо и вперед, прямо навстречу подходящему мертвецу, он со всей силы с разворота ударил его своим двуручником сверху вниз по диагонали, метя в голову - видимо он тоже знал, как можно упокоить поднятых мертвецов.

И Аварусу это удалось - меч обрушился прямо на его незащищенную черепушку, пробив череп и раскрошив голову. Гнилое жидкое содержимое головы разлетелось вместе с осколками кости в разные стороны, забрызгивая в том числе воина. Мертвяк рухнул, гремя костями и упавшими на землю кольчугой и мечом. В это момент на Аваруса налетел второй мечник, а копейщик атаковал с другой стороны колющими выпадами с расстояния, из-за чего парню пришлось спешно отходить назад, отбивая двуручником меч одного и уклоняясь от копья другого мертвяка, и воин с трудом успевал отбиваться от двух атак сразу, учитывая что из-за длины древка копья он никак не мог достать до держащего оружие немертвого, что создавало ему определенные проблемы.

Изначально я думала, что Аварус посредственный воин, но глядя на него сейчас я поняла, что он умеет держать в руках двуручник - и не только держать, но и отлично управляться с ним. Отразив удар скелета, уведя его меч в землю, он подошел к нему в притирку, после чего, сделав подшаг, с разворота ударил его в туловище окончанием длинной гарды меча - мертвяк упал, отлетев на несколько шагов, причем удар был такой силы, что хруст костей долетел до нашего укрытия.

Однако мертвец тут же начал вставать, словно Аварус не нанес ему никакого вреда - но парень воспользовался этим моментом и полученной свободой действий и передвижений и, перехватив свой двуручник, рубанул им прямо по вытянутому копью, перебив древко копейщика. Теперь немертвый остался без оружия, из-за чего немедленно бросился на воина с шипением и рычанием, но парень снова отступил на несколько шагов, разрывая дистанцию и давая себе возможность перегруппироваться, и одним мощным ударом снес мертвяку голову - точно так же, как и первому.

Видя, что ситуация складывается не самым лучшим образом, некромант, который был уже всего метрах в десяти от Аваруса, выругался и развернулся, взмахнув свободной рукой в сторону недавно убитых стражников, валяющихся в отдалении. Прикусив губу я наблюдала, как их недвижимые тела сначала дернулись, а затем зашевелились на земле и начали подниматься - неподвижным остался лишь обезглавленный труп. Всего мертвяков было шестеро, но они отличались от тех, с которыми сражался Аварус - менее подвижные, они даже при поднятии выронили оружие что было у них в руках - по всей видимости, это были более низкоранговые мертвяки, которые более безмозглы и слабы, хотя все равно все еще весьма опасны.

- Агнис, прячься! - крикнула внезапно Мати, затягивая меня дальше вглубь пространства между домами, так что я даже упала, споткнувшись о еще тихо хрипящее тело. Туда где я стояла раньше прилетела стрела, которая столкнулась со стеной и сломалась, упав на землю. Отсюда уже не было видно, но видимо это лучник стрелял в нас, решив разделаться со мной - и у него бы получилось, если бы не Матильда.

- Спасибо, - растерянно сказала я, думая о том, что в очередной раз я чуть не умерла, но Мати лишь раздраженно ответила:

- Не за что, нас видимо все равно убьют. Аварус не справится со столькими мертвяками и охраной некроманта.

Я взглянула на Аваруса и увидела, что он сражался напротив нас, но с другой стороны улицы. Я поняла, что Матильда права - с оставшимся мертвяком парень бы точно справился, но к нему уже подбегал живой боец из охраны некроманта, который, судя по его хорошей кольчуге и мечу, был способным бойцом, да еще бы лучник и шестеро новых мертвяков, что подходили к нему… Аварус точно не справится и погибнет, а за ним и мы. Убежать мы уже не могли, поскольку сзади нас был тупик, а стоит попытаться выйти, как нас прикончит лучник.

Отчаявшись, я посмотрела на Матильду, которая прошла вперед, оставив меня за своей спиной, и, сжимая в руке нож, готовилась броситься в бой. Как никогда я ощутила себя совершенно бесполезной и беспомощной, не способной ни на что, и слезы сами собой начали наворачиваться на глаза. Я не умела сражаться, да и оружия у меня не было, так что я никак не могла помочь - а еще магом зовусь..

Магом. Пришедшая мне в голову мысль ошарашила меня и, поддавшись внезапному порыву, я схватила Мати за плечо, удержав ее - я даже поразилась, как легко это у меня вышло, и что Мати даже не вырвалась из моей хватки.

- Постой, Мати. Я… я кое-что попробую, - неуверенно сказала я, когда она удивленно обернулась и вопросительно посмотрела на меня, но увидев, что я смотрю на лежащий под моими ногами труп, она, кажется, поняла, о чем я.

- Неужели решилась попробовать? Не поздно ли? - как всегда язвительно произнесла Матильда, но в этот раз я не обратила на это внимания, как завороженная смотря на частично продолжающую изливаться из уже мертвого тела нищего кровь, которая уже образовала небольшую лужицу у моих ног. Обычно кровь и ее вид пугали, отталкивали меня, но сейчас было иначе - вид красной, густой крови завораживал, как языки огня. Я ощутила необъяснимое, сложно описуемое чувство единения с ней. Стоило прикрыть глаза, как на меня тут же нахлынули какие-то воспоминания - как тогда, в лесу. Они были чуть более четкими и осознанными - я видела темную фигуру с размытыми очертаниями, которая что-то проделывала с кровью одной своей мыслью. Я постаралась повторить то же самое, четко представляя в голове желаемый результат - действовала больше по наитию и интуиции, нежели осознанно.

- Агнис, получается! Продолжай! - услышала я радостный голос Матильды. Такие интонации у нее были очень редки, так что я даже открыла глаза, чтобы посмотреть о чем именно она говорит.

Из уже ставшего трупом тела бедняка, точнее говоря из его раны на спине и приоткрытого рта, тонкой, но быстротекущей струей выходила его кровь. Остатки еще не свернувшейся крови, что разлилась по земле, тоже поднимались вверх, сливаясь в единый жидкий густой сгусток где-то на высоте моей головы, завораживающе переливаясь - я смотрела на ее движения и не могла оторваться, мне казалось что прошло уже много времени, хотя с момента начала моей попытки прошло лишь несколько секунд. От удивления и того, что я отвлеклась на созерцание дела рук своих, я даже растерялась и потеряла концентрацию, отчего вся эта кровь рухнула на землю, забрызгав и меня, и Мати.

- Твою мать, Агнис, что ты творишь?! Не можешь хоть что-то нормально сделать?! Давай скорее - времени уже мало! - злобно прокричала Матильда, смотря на свои забрызганные кровью штаны, а я отвлеклась и на несколько мгновений посмотрела на улицу - Аварусу приходилось нелегко, отбиваясь сразу от уже добравшихся до него мертвецов и еще одного профессионального мечника, да при этом стараясь прикрываться ими чтобы не попасть под стрелу лучника. Пока что успешно - он уже успел выпустить несколько стрел, но мимо, поскольку ныне они торчали из тел нападающих на Аваруса немертвых.

Я вновь закрыла глаза, постаравшись сосредоточиться и вернуть то ощущение силы и единения с кровью, что было недавно - и у меня получилось. Я открыла глаза и увидела, как разлетевшиеся капли крови отлипают от нашей одежды, от стен, образуя капли, и сливаются вместе в подобный же сгусток крови, что и раньше. Мысленно я постаралась приказать ему принять другой, более оформленный вид, и у меня это удалось - кровь преобразилась, создавая что-то вроде небольшого плоского щита овальной формы, вытянутого сверху вниз, который я удерживала, выставив вперед одну руку с поднятой ладонью - площадь его была небольшая, он не мог закрыть все тело целиком, но я надеялась что и этого хватит - в любом случае, выбора у нас не оставалось. Держать сгусток давалось нелегко - я ощутила как силы покидают меня, или же мне просто так казалось из-за большого умственного напряжения, но тянуть точно было нельзя. - Мати, я долго не удержу, давай скорее, - голос мой звучал напряженно и слабо, но я решительно сделала шаг вперед, переступая через обескровленное тело несчастного, о котором я старалась не думать, - у нас мало времени.

Мати, не сказав ни слова, встала сбоку от меня так, чтобы держащийся в воздухе кровавый сгусток защищал ее - он не закрывал тело целиком, только голову и частично туловище, но я могла двигать его рукой и перемещать перед собой. Кровь переливалась, двигалась и вращалась, через нее плохо было видно, но можно было определить силуэты - и мы быстро двинулись в сторону некроманта, который увлеченно наблюдал за сражением Аваруса с его мертвяками и бойцом, но вот лучник нас приметил - я углядела, выглянув через край, что он целится в нас, и успела немного сдвинуть сгусток крови, действуя по наитию, сделав его меньше, но толще и прочней - и когда в него врезалась стрела, он удержал ее так что стрела застряла в сгустке крови, частично пройдя через него, но после щит почти моментально распался, разлившись на землю. Мы были совершенно открыты, а я почти полностью обессилела и даже сделала несколько шагов назад, чуть не упав. Но мы успели пройти достаточно, поскольку оказались неподалеку от некроманта, чем и воспользовалась Мати - как кошка она прыгнула вперед, пользуясь замешательством лучника, который доставал новую стрелу, и вонзила нож прямо в грудь развернувшегося к ней некроманта, на лице которого застыло удивленное выражение - да так, что тот повалился на землю вместе с Матильдой, которая лежала на нем, смотря ему прямо в глаза. Стоя в стороне я заметила, что она еще и провернула нож, будто пытаясь доставить больше боли - то ли она наслаждалась этим, то ли хотела добить его на случай, если нож не подействует и если в нем не осталось магии - но он подействовал. Некромант страшно закричал, вытаращив глаза и пытаясь ухватить Матильду, скинуть ее с себя, но у него не получилось - она крепко держала нож в его теле, другой рукой уцепившись за его плащ и прижавшись к нему как можно ближе, чтобы ее нельзя было столкнуть. В этот раз клинок действовал дольше - возможно потому что он был магом, и потребовалось немного больше времени прежде чем кровь вскипела - но вскоре стало ясно, что некромант умер - лучник, который опустил лук и подбежал к валяющейся Матильде чтобы скинуть ее с некроманта, остановился с наклоненной спиной, с ужасом глядя вперед - действовавшие ранее пусть и неорганизованно, но подчинявшиеся приказам некроманта мертвецы внезапно перестали атаковать только Аваруса и накинулись в том числе на не ожидавшего этого второго охранника мага, который с диким криком пытался отбиться от впившегося в его шею убитого им же ранее защитника города - если бы не тяжела ситуация, можно было бы назвать это даже справедливым, но было не до того.

Аварус воспользовался ситуацией и, оттолкнув от себя пару мертвяков, сумел отойти, чтобы получить достаточно пространства для работы своим мечом - до этого из-за кучности врагов он никак не мог нормально развернуться, но сейчас он смог раскрошить череп последнего оставшегося высокорангового мертвеца, черепушка которого тоже раскололась и он упал, после чего парень отбежал назад и в сторону, пытаясь обогнуть столпотворение мертвяков и выбежать к нам, и у него это получилось - мертвецы набросились на мечника, которого уже успели повалить и который истошно вопил, разрываемый на части недавно убитыми защитниками города, что отрывали от него кусок за куском, с животными звуками рычания и шипения заглатывая их, не жуя, чтобы оторвать еще один кусок или вонзиться зубами в его плоть. Это выглядело просто ужасно и меня бы вырвало, если бы не усталость и эмоциональная опустошенность.

Лучник, поняв что дело плохо, развернулся и убежал - видимо побежал за помощью, а Аварус тем временем добежал до нас.

- Давайте скорее, пока он не позвал помощь! Да и с другой стороны похоже кто-то сюда идет… где выход?

Матильда, поднявшаяся с тела некроманта, вся испачканная в его выкипевшей крови, недовольно сказала, отряхиваясь и засовывая весь залитый кровью в кинжал в ножны.

- В эту сторону, живей!

После этого мы ринулись к пролому в стене, стараясь ни с кем более не встречаться, и нам повезло - добравшись до стены мы с трудом пролезли через нее, особенно тяжело вышло мне - я вся обессилила после схватки, и с трудом передвигала ногами.

- На дорогу выходить пока что нельзя, нужно вернуться в лес, - сказала Мати, и Аварус с ней согласился.

- Ты же не будешь теперь против того, чтобы мы пошли вместе? Здесь теперь куда опаснее, даже для меня одного.

Недовольная Матильда сначала что-то хотела резко ответить, в ее духе, но я жалостливо посмотрела на нее, пытаясь своим взглядом показать что думаю об этом и убедить ее в своей правоте и в том, что я ужасно устала и что нам нужен попутчик - не знаю, что увидела Мати в моих глазах, но ее лицо перекосилось, она поджала губы и недовольно выплюнула:

- Хорошо, идем вместе. Не отставай.

Я благодарно чуть улыбнулась ей, но она сделала вид, что не обратила на это внимания и отвернулась от меня. Спешно преодолев разделяющее стены города и лес открыто пространство, мы зашли в лес, прячась от налетчиков.

Перед тем как окончательно оставить за спиной город я остановилась у стоящего на опушке леса и обернулась, смотря на город. Над ним уже поднималось облако дыма, испускаемое разрастающимися пожарами, а истошные крики - уже не только воинов, но и горожан - были слышны даже здесь, причем они были такими громкими и многоликими, что казалось будто весь город кричал от терзающего его боли. Не знаю что там происходило, и не хочу узнавать - я просто была рада что мы сбежали и выжили. В другое время меня, возможно, переполняли бы эмоции, но после таких переживаний и накатившей на меня после первого в жизни использования магии усталости я ничего не ощутила, и потому, отвернувшись, зашла в тень редкого леса, догоняя успевшего уйти вперед Аваруса.

Глава 5

И снова этот осточертевший лес… Мы даже не успели закупиться необходимым и пополнить припасы, из-за чего из еды у нас были лишь остатки подававшегося нам на постоялом дворе - оказывается, Мати успела смести все это в свой мешок, а я и не заметила. Мне даже стало стыдно - снова - от того, что я даже не подумала озаботиться нашим будущем, в отличие от подруги - опять она делает всю работу, в отличие от меня… Правда затем я вспомнила, что произошло недавно - как я участвовала в бою, используя магию, и это несколько поубавило мое самобичевание и роящиеся в голове мысли о собственной бесполезности.

Так, идя по лесу вслед за Аварусом и Мати, я вдруг начала осознавать недавние события и что же я все-таки сделала и что пережила - вновь смерть обошла нас стороной, но теперь я не была просто беспомощной жертвой, которую приходилось спасать - я наконец-то поборола свой страх, участвовала в сражении, помогла Мати - да еще как! Использовала магию, которую так страшилась!

Меня переполняли эмоции, я никак не могла остановиться в своих воспоминаниях о произошедшем - меня даже немного трясло, несколько раз я едва не упала из-за дрожащих коленей, но мы продолжали безостановочно двигаться вперед.

- Нам нельзя останавливаться, Агни. Нужно отойти как можно дальше от города. Аварус сказал что рядом река, мы перейдем ее вброд и там устроим привал, - сказала Матильда, когда помогала мне подниматься после того как я все же упала. Говорила она необычно - не было привычной язвительности, в ее голове присутствовали только усталость и даже немного заботы.. это было так приятно, что я даже вымученно улыбнулась и пошла дальше, стараясь смотреть под ноги и идти ровно.

Двигались мы на север - разлом в стене был с северной стороны, а обходить город чтобы идти дальше на восток было опасно - вокруг города могли быть разъезды разведчиков из тех, кто его осаждал, да и займет это больше времени - а нам надо убраться отсюда как можно скорее. К тому же, по словам Аваруса, севернее тоже есть дорога, лежащая параллельно текущей с восточных гор реки, и по ней мы сможем дойти до какого-нибудь другого города или хотя бы деревни.

Наконец, ближе ко второй половине дня, когда я уже начала чувствовать что вот-вот упаду, мы наконец-то дошли до быстрой реки - она была неширокой, но с очень стремительным течением. Я уже было обрадовалась, но Аварус меня огорошил:

- Надо идти теперь дальше на восток, там где-то должен быть брод чтобы ее перейти. Здесь не получится, слишком глубоко.

Он уже повернулся и пошел в указанную им сторону, но я просто-напросто не вынесла, особенно после мимолетной надежды на конец пути, вспыхнувшей и погасшей, и, попытавшись сделать шаг, просто упала из-за подогнувшихся коленей, точно дерево под топором дровосека, перевернулась на спину и прикрыла глаза.

- Можешь идти, я никуда не пойду, пока не отдохну, - слабо, но твердо сказала я, слыша как рядом садится Мати - видимо, она тоже решила сделать привал.

Я слышала недовольное сопение парня, который был куда крепче и выносливее нас и был способен продолжать путь, но видимо решил все же дождаться нас и, сплюнув, сел неподалеку - место было открытым, но нас закрывали листья кроны широкого дуба, поэтому в целом место для привала было удачным. Что было дальше я уже не слышала, поскольку сознание покинуло меня под шум ветра и бегущей воды, и я погрузилась в сон.

Сновидения были какие-то сумбурные и неприятные - я не помню что мне снилось, но проснулась я в плохом настроении и все еще чувствуя усталость - хотя возможно в этом был виноват Аварус, который будил меня, тормоша за плечо.

- Давай просыпайся, красавица - нам нужно до ночи дойти до брода. После отоспишься.

Открыв глаза, я увидела что все еще светло - видимо, я проспала совсем немного, но мне все же стало полегче - меня еще немного знобило, голова была словно чугунной и ноги ужасно болели, но я чувствовала, что могу продолжить путь - пускай и недолго. Тем более что меня подгоняло понимание того, что относительно недалеко находится целая армия и что нам нужно убраться от нее как можно дальше.

Итак, мы продолжили путь, и уже перед самым концом дня, измученные, мы дошли до брода - место было подходящим для Аваруса, но определенно слишком глубоким - наверно где-то до груди - для меня, хотя и не только в этом была проблема. Скорость речного потока была такой, что он запросто мог сбить меня с ног, и потому я никак не могла бы перейти сама. Я растерянно и немного испуганно посмотрела на Мати и на парня, который стоял и просто смотрел на меня, как будто что-то ожидая… да он ждет, чтобы я его попросила! - осенила меня мысль, и я немного поджала губы - во мне почему-то взыграла гордость и просить было неприятно, но жуткая усталость подавляла все неожиданные брыкания гордыни и я все же сказала:

- Аварус, можешь помочь мне перейти? Я сама не смогу.

Усталый парень довольно улыбнулся, отчего мне даже стало как-то противно, и сказал:

- давай, я тебя на руках понесу. А ты держи мешок.

Я посмотрела на Мати, но та покачала головой - очевидно, она как всегда собиралась пройти реку сама. Аварус даже и не спрашивал ее - видимо, по ее лицу все понял и не захотел выслушивать советы о том, куда ему лучше пойти.

Парень уверенно взял меня на руки и быстро поднял, отчего у меня захватило дух, но я сдержалась и не вскрикнула, прижавшись к его широкой груди и обхватив слабыми руками шею - после такого тяжелого дня было так здорово, что меня взяли на руки, пускай и такой не самый приятный в общении парень. Я немного смущалась этого и потому старалась просто смотреть ему в грудь и не поднимать глаза на его лицо, когда он переходил реку - вода была ему чуть выше пояса, а он держал меня выше, поэтому я почти и не промокла.

Мати успешно преодолела реку, пускай и не без труда. Сев у дерева и немного дрожа - вода хоть и не была ледяной, но и теплой ее не назовешь - сказала мне разводить костер, чем я и занялась, когда Аварус поставил меня на землю.

От перенапряжения мне совершенно не хотелось есть, да и готовить нам было нечего - костер разводили скорее чтобы Аварус и Мати могли высохнуть. Сидя за костром и смотря на извивающиеся языки пламени, я и не заметила как снова отрубилась.

Утро Аварус и Мати начали с разговора о дальнейших действиях - я слышала это когда проснулась, но продолжала лежать с закрытыми глазами.

- Итак, куда мы пойдем дальше? Нужно перейти через горы, я знаю о двух возможных путях - это..

- Постой, что значит мы? - грубо перебила его Мати. Она сидела рядом со мной, так что ее голос был особенно громким. - Мы никуда не пойдем. Ты идешь своей дорогой, просто нам было безопаснее вместе выбраться из города, и все.

Парень некоторое время молчал, а когда заговорил, его голос звучал достаточно раздраженно:

- Ты смеешься? Мы вместе сражались, вместе смогли одолеть того некроманта - тебе этого недостаточно, чтобы проникнуться ко мне хоть каким-то доверием? Почему ты так отчаянно хочешь идти в Содомар одна? Путь неблизкий, и очень опасный - вы едва не погибли в самом начале, неужто думаешь что дальше будет лучше?

Я немного даже обиделась на его слова - почему это одна? А я что, не считаюсь? Неужели я выгляжу такой слабой и беспомощной? Но несмотря на недовольство его словами, в целом я была согласна с ним - мы двигались в одном направлении, что уже было чудом - два мага встретились в одном месте так далеко от Империи, да еще и оба стремятся дойти до Содомара, чтобы учиться. Но Матильда была иного мнения.

- Доверие? Да ты едва не помер там, и точно сдох бы и превратился бы в мертвяка, если бы я не убила некроманта! Мы были нужны друг другу чтобы выбраться, иначе бы умерли - о каком доверии может идти речь?

- Так и сейчас мы нужны друг другу - или ты считаешь что дальше будет безопаснее? - в голосе Аваруса уже явно слышалась злость.

- Раньше справлялись, и теперь сможем! - не менее злобно прошипела Матильда. Я решила что надо вмешаться и открыла глаза, приподнявшись. Аварус даже не посмотрел на меня, но Матильда повернула в мою сторону голову, и я воспользовалась этим, поймав ее взгляд, и сказала:

- Мати, можно с тобой поговорить? Наедине.

Подруга явно не была настроена на разговор, но я просяще положила ладонь ей на колено. Раздраженно выдохнув, она все же поднялась вместе со мной и отошла в лесок за деревья, чтобы нас не слышал Аварус, буркнув “сейчас вернусь”.

- Чего тебе нужно, Агни? Ты что, хочешь чтобы он поперся вместе с нами?

Я тяжело вздохнула, сосредотачиваясь и настраиваясь на сложный разговор - переубедить Матильду всегда было непросто, но сейчас я была полна решимости отстоять свое мнение - поэтому, я постаралась говорить спокойно и убедительно, чтобы не провоцировать подругу:

- Да, Мати. Послушай, я понимаю что ты ему не доверяешь - я и не предлагаю доверять! Но нам идти еще очень далеко, мы не знаем толком дороги, да и вообще - девушкам опасно одним путешествовать, а у нас из оружия один только нож да моя магия, которой я даже не умею толком пользоваться! Подумай сама - каков шанс, что мы встретим молодого мага, который шел бы в том же направлении, что и мы? Да это просто подарок судьбы, и нам нельзя отказываться от него!

- Ты хочешь сказать, что мы должны отправиться вместе с человеком, которого толком не знаем, в Содомар? Агнис, мы все время справлялись без него, справимся и дальше! Почему ты так хочешь чтобы он шел с нами?

- Потому что мы бы погибли в городе, если бы были одни! Мати, пожалуйста! С ним нам будет намного проще - он большой, сильный, его будут воспринимать серьезно - а кто воспримет серьезно нас? И ему нет смысла пытаться напасть на нас - мы тоже нужны ему, одному ведь тоже будет опасно, и он видел теперь что я маг и что мы и ему тоже будем полезны. Нельзя все время быть одним, Мати! Тем более будучи слабыми.

Я старалась говорить тише, поскольку мы ушли не так далеко от Аваруса, но все же достаточно распалилась под конец своей речи. Матильда, которая смотрела на меня сверху вниз с раздражением и недовольством, под конец моих слов неожиданно усмехнулась. Я удивилась, но не успела спросить, чего она смеется, так как она на удивление спокойно ответила:

- Наконец ты начала стоять на своем, а не прятаться и помалкивать, Агни. Я это поощрю. Хорошо, пускай этот гигант идет с нами, но если мне что-то в нем не понравится - мы от него избавимся и пойдем своей дорогой. Пошли.

- Спасибо, - улыбнувшись, я ответила ей в спину, когда Матильда пошла в кусты, направляясь к месту где остался парень. Некоторое время я еще постояла на месте, улыбаясь своей победе, но после тоже вышла к костру.

Матильда молча села у костра, я же, выйдя из кустов, сказала, посмотрев на сидящего хмурого и явно не слишком довольного парня:

- В общем, хорошо - пойдем вместе до Содомара. Так будет безопаснее.

Аварус удивленно посмотрел на меня, какое-то время с интересом и любопытством разглядывая мое лицо, из-за чего мне даже стало не по себе, но после он кивнул.

- Рад, что голос разума все же победил. В таком случае, предлагаю собираться и двигаться к дороге - там может быть выйдем к деревне или к городу, или дорогу на худой конец спросим.

Идти сегодня было легче - я и отдохнуть смогла, и немного успокоилась благодаря тому, что наконец разрешился вопрос совместности нашего путешествия. Я даже шла рядом с Аварусом, который даже намеренно шел медленнее, чтобы мне не приходилось бежать за ним из-за его широких шагов.

Вскоре мы вышли к дороге и, вместо того чтобы идти по лесу, как ранее мы это делали с Мати, храбро ступили на нее и двинулись на восток - троем было уже не так опасно, тем более когда среди нас такой громила, да и так мы могли встретить какой-нибудь караван и прибиться к нему. К тому же, идти по лесу уже очень надоело, что тоже было немаловажно.

Пока мы были в пути, я решила поспрашивать Аваруса - надо было узнать подробнее о нашем спутнике, да и о магии хотелось узнать, ведь я сама почти ничего не знала.

- Аварус, а что такое практик? Я слышала это от тебя, и раньше рассказы разные, но так и не совсем поняла. Объяснишь?

Парень усмехнулся, посмотрев на меня из-за своего плеча, после чего начал рассказывать с некоторой - весьма ощутимой - ноткой самодовольства:

- Практики - это те же маги, только вы используете магию для внешних воздействий, вне вашего тела - кровь там кипятить, мертвяков поднимать, проклятия насылать и тому подобное, а мы, практики, используем энергию для усиления собственного тела. Мы сильнее, быстрее, наши чувства более остры, чем у обычных людей, и чем сильнее практик, тем больше разница между нами и немагами. Маги тоже становятся физически более сильными с увеличением их мощи, как я слышал, но куда меньше чем мы, да и далеко не все из наших способностей им доступны, поскольку мы можем управлять нашей энергией. Я видел, как практик ударом одного пальца пробил металлический доспех, а стрелы просто были неспособны пробить его кожу - а это была женщина, причем как практик она была не из самых сильных.

- Но разве практиков не обучают где-то еще? Или вам так же сложно найти учителя, как магам? Почему ты хочешь пойти именно в Содомар?

- Там наиболее мощное место силы, и самыми сильными магами или практиками становятся только там. А я не хочу быть обычной посредственностью. Я хочу быть лучшим - как-то жестко ответил Аварус под конец - подняв глаза и взглянув на его лицо, я увидела как оно ожесточилось, губы были поджаты и он смотрел куда-то вперед. Но это было мимолетно - тут же он расслабился и весело рассмеялся, будто стараясь прикрыть свою реакцию.

- Да и видал я практиков других, чему они меня научить-то смогут? Хорошего еще найти надо.

- А где ты их видел?

- Да я же был охранником борделя Суньисали, их там много было. Я был самым необученным, но я сам по себе сильный, так что могу на равных сражаться со слабыми практиками даже второго ранга.

- Суньисали?.. - тихо и немного смущенно проговорила я, опуская глаза вниз. Я знала про эту расу, состоявшую исключительно только из женщин, и знала чем они занимаются.

- Да, не притворяйся что не знаешь, - весело ответил мне парень, - они в свои бордели берут только самых лучших и крепких, чтобы отбиваться от наиболее настырных и сильных клиентов, в том числе магов. Они и сами-то конечно могут за себя постоять, но смысл тратить силы, коли есть мы?

Я смущенно промолчала, но повернула голову на раздавшийся веселый смех - как оказалось, это была Матильда, которая ухохатывалась, идя рядом с нами.

- Надо же, с нами идет бордельный вышибала… ни на что большего тебя не хватило что ли? Или пошел туда в надежде цеплять ежедневно суккубочек? Чего ты так смотришь, Агнис? Это же правда забавно!

Я с извиняющимся взглядом подняла голову и посмотрела на парня, но тот шел вперед с выражением превосходства на лице, даже не смотря на Матильду, хотя мне показалось что ее слова задели его, и он просто пытается не подавать виду, но все же он ответил коротко и сухо:

- Нет, я люблю деньги, а там хорошо платят. И нас всех поили каким-то отваром, чтобы мы не чувствовали влечения к женщинам. Даже сейчас он еще действует.

В ответ раздалось лишь тихое хихиканье Мати, я же продолжила идти молча вслед за замкнувшимся в себе парнем - мне казалось, что теперь-то он явно не станет отвечать на мои вопросы, а Матильда лишь фыркала, когда я пыталась шепотом отругать ее за ее грубую реакцию пока мы стояли и ждали Аваруса, отошедшего за деревья в кусты.

Далее мы шли молча, что сказывалось на немного напряженной обстановке, но наконец мы услышали позади нас какой-то шум - им оказался караван, который приближался к нам сзади, двигаясь в попутном направлении.