Допра - 2. Десять дней неприкосновенности

Краткое содержание предыдущей книги

Два миллиона семьсот о’ханских лет назад галактика Млечный Путь сближается с галактикой Водоворот. На их стыке происходит столкновение двух звёздных систем, повлекшее мощнейший взрыв. Пространства галактик начинают перемешиваться. В зоне смешения образуется область из мало изученных полей материи пространства, в которой существа из Млечного Пути не выживают. Чтобы спастись, «млечные» покидают приграничные территории и переселяются вглубь галактики, и новое пространство заселяют «чужие».

Спустя один миллион семьсот о’ханских лет после столкновения пространств представители галактики Водоворот выходят на контакт с «млечными». К всеобщему удивлению, внешность «чужих» ничем не отличается от представителей рас Млечного Пути, но, главное, пришельцы находят способ адаптировать «млечных» под новое разрастающееся пространство при помощи специальной вакцины.

Шестьдесят о’ханских лет назад в Анталайской Империи, состоящей из тридцати планетарных систем, вспыхивает революция, подогреваемая предателями изнутри. В результате монаршая семья погибает. Двухлетняя кронпринцесса считается погибшей, не смотря на то, что тело её так и не найдено. Анталайская империя распадается на отдельные планетарные системы, которые образуют небольшие союзы. Самым крупным из них становится Центральное Содружество под управлением Зейлуна Чамри, который погружает население в нищету.

Пятьдесят о’ханских лет назад представители галактики Водоворот запускают игру с элементами дополненной реальности. С тех пор зона смешивающегося пространства называется Допра. Игра стала способом выбраться из нищеты. Однако игроками становится мизерный процент существ, у которых псионические способности сильнее развиты.

Арелла — главная непись игры создаёт религиозный культ Великого Ямы. Она обещает, что самые преданные и верные толпари, не сумевшие стать игроками обычным путём, получат сверхспособности.

Аделард — лидер клана Врарио не доверяет «чужим» и ищет способ остановить смешение двух галактик. Боясь потерять власть и влияние, Аделард запрещает адептам клана становиться игроками, однако ему сообщают, что один из последователей клана нарушил запрет. Этим нарушителем стал никому не известный Макс Айм, который, предположительно, выбрался из законсервированных территорий, где в заточении сидит сын Аделарда — Перрин. Глава Врарио приказывает поймать Макса и допросить.

Книга 1. Мечи Нейгаруса

Макс Айм — игрок шестьсот восемнадцатого уровня, уже двадцать лет играет в Допре. Он и его команда наёмников получает от гильдии Алхимиков заказ и отправляется на землю Этрас, где им надлежит достать яд дракайны. Но цель ускользает, и Макс принимает решение разделиться. В итоге он оказывается один на один с толпой разъярённых чудовищ. Выбраться из переделки ему помогает вампал. Это существо сообщает Максу, что его мечи не простое оружие.

Арелла — главная непись Допры вынуждает Макса срочно явиться к ней. Герой бросает всё и подчиняется, потому что имеет игровой статус электа и связан с неписью договором. В результате Макс получает от Ареллы новое задание, провал которого грозит ему гибелью, а для команды возвращением в стартовые сценарии. Герою нужно доставить с земли Затэра девушку Алису.

Анталайская ведьма передает герою артефакты, которые превращают мечи Нейгаруса в ключи от древних анталайских хранилищ. Макс отправляется на землю Люмьерия, где находит кротовую нору за барьер Допры и переносится на Затэру. Там он отыскивает девушку и открывает древний город Стелланар. Однако богатства приходится бросить, так как время на выполнение задания неумолимо истекает.

Возникает непредвиденная проблема. Девушка оказывается не приспособленной к жизни в Допре. Макс вынужден сделать по пути остановку, чтобы приобрести для Алисы вакцину. Там для своих целей его вербуют спецслужбы гаргов. Кроме прочего Макс встречает своего бывшего босса Поршня, который неслучайно оказался в том же месте, что и герой.

Поршень требует передать ему мечи Нейгаруса и сообщает, что в команде Макса завелся «крот». Макс отказывается отдавать своё оружие и с командой спасается бегством, но попадает в ловушку, устроенную его бывшим боссом.

Беглецам приходится вступить в бой с кораблями Поршня и его союзника, но в самый разгар схватки управление симбионтом героя перехватывает посторонний разум. Герой видит масштаб трагедии, благодаря Допре произошедшей с галактикой Млечный Путь, и понимает, что смешение пространств необходимо остановить. Тут же Макс получает новые способности оператора сети. Но, пока происходит трансформация интерфейса, ситуация меняется, и Макс со своей командой попадают в плен к Врарио. Там, чтобы спасти друзей и себя, рискуя получить рабский ошейник, Макс сообщает Врарио, кем в действительности является.

Пролог

Галактика Млечный Путь. Середина третьего рукава. Свободная от игры зона. Планетарная система Ярило-солнца. Земля Ярило-3.

— Вот черти... — проворчала Аля, вглядываясь сквозь подёрнутые морозным узором стёкла. Зимний вечер. Снаружи темнота, но женщина отчётливо различала, как Сэт и Роха, двадцатишестилетние детины, устроили потасовку прямо в свежем сугробе возле дерева, на котором горел прикреплённый керосиновый фонарь. Этим двум оболтусам в компании не хватает только Дика, который их младше всего на один год. Но парень пострадал при последнем набеге урсинов на поселение, и теперь Ольга Петровна, местный медик, прописала ему постельный режим.

«Вот уж глупости», — подумала Аля. Она поставила бы Дика на ноги за пару дней. Но с медиком женщина спорить не стала. На неё и так подозрительно «косились» жители, и только охотники не боялись ведьму. Черноволосая женщина сорока лет задёрнула застиранную ситцевую шторку на узком окошке. Она подошла к печи, взяла кочергу, и, открыв чугунную дверку топки, поворочала весело трещавшие смоляные полешки.

Распространяя в воздухе запах мёда, восковая свеча на массивном дубовом столе отбрасывала неверные тени на бревенчатые стены. Тёплый жёлтый свет вырывал из антуража деревянные стеллажи, уставленные баночками с кореньями, измельчёнными коричнево-зелёными ароматными смесями и лекарственными настоями. На натянутой возле печи веревке висели венчики засушенных трав.

Сорок лет... Аля уже не помнила, как давно ей стукнуло сорок. Нейгаты, живущие в организме, продлевали женщине молодость. Но ещё и по этой причине ей приходилось сторониться людей. Так продолжалось долгие годы, пока Лис двадцать лет назад не нашёл в лесу её и Лирию. Тогда храбрый воин с группой своих бойцов защитил двух ведьм от нападения урсинов, которые пришли за ними во главе с Тёмным Стражем. Лирия, собрав остатки сил, выкинула главаря с этой земли. А теперь что выходило? Что Аля сама отправила дочь Лирии к Тёмному Стражу, в котором по нелепой случайности Нейгарус признал Хранителя.

Ведьма закрыла дверцу топки, чуть-чуть придавила вьюшку и поставила кочергу в угол. Затем подошла к грубо сколоченному столу и открыла стоявший возле него деревянный сундук с коваными элементами. Он одновременно выполнял роль хранилища и стула. Аля порылась в нём, вытащила завернутый в тряпицу «хрустальный шар» и установила его на необработанные доски стола. Полумрак крохотной избы настраивал ведьму на размышления и способствовал концентрации. Сегодня ей это очень кстати.

За Эллису женщина очень волновалась. Девочке уже девятнадцать, но она мало чему успела её научить. Лис упорно препятствовал их общению и отказывался называть дочь по имени, которое дала ей Лирия. Для него она была просто Алиса. Если бы Аля могла, то отправилась бы вместо неё, но тогда не останется никого, кто бы смог поддерживать связь с искинами. Каким бы развитым не был искусственный интеллект, его работу приходится корректировать живому оператору. Что хорошо с точки зрения машины, не всегда благо для людей.

Венеда находится «в тылу врага», а Диаспоре сейчас нагрузки противопоказаны, поэтому, кроме Алисы, отправить было некого. Их осталось всего четыре, причём девочка почти ничего не умеет... Женщина тяжело вздохнула. Ведьмы вынуждены были сделать из Алисы наживку и приоткрыть часть правды Арелле, чтобы заставить Духовную Мать Единых отправить Хранителя туда, куда им нужно. Сейчас Аля ждала вестей из смешивающегося пространства, ей должны сообщить, сработал ли план Нейгаруса. Чтобы проанализировать ситуацию и понять, как спасти галактику, искину не хватало информации о Допре, а проникнуть туда он мог лишь в устойчивой биологической структуре.

Аля уселась на сундук перед «хрустальным шаром» и лёгким прикосновением активировала кристалл. Он засветился ровным белым светом. Женщина сконцентрировалась, настраиваясь на поток энергии. Тут же зелёные глаза ведьмы ярко сверкнули и потухли. Аля поморщилась. Теперь у земли Ярило-3 остался один спутник-ретранслятор — Месяц, и приходилось выжидать, когда луна займёт оптимальную для передачи сигналов позицию.

Спустя непродолжительное время нейгаты уловили энергетический поток, и глаза ведьмы засияли мягким изумрудным светом. Над искрящимся «хрустальным шаром» взметнулся световой столб. Аля мысленно позвала Венеду. Нет ответа. Снова сконцентрировалась и повторила вызов. Минуты через четыре на зов откликнулась Диаспора.

— Аля, я ждала тебя, — проговорила над «хрустальным шаром» женская голограмма, сотканная из тончайших световых линий.

— Ди? А где Венеда?

— Не всё пошло по задуманному, — голограмма Ди нахмурилась, — Арелла узнала больше, чем мы планировали ей сообщить. Теперь она в курсе про ключи, пластины и не только... Кто-то из окружения Хранителя передавал информацию через Глобсис. Венеда всё ещё с Ареллой, и считает, что Духовная Мать догадывается о проникновении Нейгаруса в Допру.

— А сам Хранитель понял?

— Не ясно... Он ещё не вышел на связь. Венеда постаралась направить его ко мне, но Хранитель пока не явился. Не знаю, поддерживает ли он нас. Венеда опасается, что Арелла теперь возьмётся за него серьёзно.

— Плохо. Время работает против нас. Если он откажется нам помогать, неизвестно, когда появится следующий Хранитель. Где искать другие ключи, другого кандидата?

— А ещё артефакты... — кивнула Ди, — Венеда уже отдала свои.

— Алиса тоже должна передать...

— Хм... В таком случае... мы не можем упустить этот шанс. Алиса обязана сделать всё, чтобы он согласился на уготованную роль, — с нажимом выговорила слова Диаспора. — Тут любые средства подойдут. Ты ведь ей объяснила, что будет очень кстати, если Хранитель станет ей доверять?

— Да, — Аля стиснула зубы, Алису она любила как родную, и отправлять девочку к этому монстру, когда-то державшему в страхе север и восток Сибири, было тяжело. Аля покачала головой: — Только ты не знаешь эту плутовку. Она может выкинуть любую глупость.

— Главное — цель, — непреклонно произнесла Ди. — Венеда сообщила, что Нейгарус запустил скрытый сценарий «Возрождение». Раз Макс Айм так опасен, как ты рассказывала, лучше, если одна из нас всегда будет при нём, чтобы... кхм.. контролировать.

Произнеся это, голограмма Ди беспечно пожала плечами.

— Как ты себе это представляешь?! Он не тупой! Попытки повлиять на него сложно будет не заметить.

— Не сложно, если он привяжется к Алисе...

— Ты что это имеешь в виду? Предлагаешь...

— Да. Я предлагаю девочке действовать с ним решительнее. Да и Хранителю всё равно положен сопровождающий ассистент. Если Хранитель завершит сценарий «Возрождение», ты знаешь, кем он станет, поэтому нельзя оставлять такую власть в руках тирана и абсолютного зла.

— Если он выбран Нейгарусом, что мы можем сделать?

— Нейгарус — ИскИн. Его предназначение служить людям, а не управлять ими. Ты сама рассказывала, что Тёмный Страж устраивал зверства на Ярило-3. Если он решит направить полученную власть во зло, нужно, чтобы Алиса его остановила.

— Диаспора! Мы сейчас говорим о дочери Лирии! Ты хоть помнишь об этом?! — возмутилась ведьма.

— Помню, — кивнула голографация собеседницы. — Но и ты не забывай, что анталайская цивилизация пришла в упадок. Некому защищать галактику, некому вести расы по Светлому Пути созидания. Если не Единые погубят нас, то «млечные» уничтожат сами себя. Наши предки пожертвовали всем, чтобы остановить прорыв торлагов через пространственный разлом. Они оставили нам это наследие, и теперь не время думать о своём комфорте. Анталайскую Цивилизацию нужно возродить, но ей не должен управлять тиран.

— А вы не подумали, что если наместник поймёт, кто она, ей будет грозить смерть?! — с тревогой в голосе воскликнула Аля

— Вероятность того, что она привлечёт его внимание, ничтожно мала... — отмахнулась голограмма.

— Я поняла. Вы с Венедой с самого начала не собирались возвращать Алису домой. Вы схитрили, — с горечью в голосе упрекнула Аля и сокрушённо покачала головой.

— У неё важная миссия. Мы понимали, что ты привязалась к девочке и могла воспротивиться нашей задумке. Но сейчас не те обстоятельства. Венеда попытается связаться с Алисой через нейгатов и объяснить, чего мы от неё ждём.

— Нельзя же так! — возмутилась ведьма. — Да и не готова она, Лис почти лишил нас возможности общаться. Я мало чему её научила.

— Не важно. Я сама займусь её обучением, — заверила Ди.

— Ей будет нужна помощь! Я направлю кого-нибудь! Если что-то пойдёт не так, Алиса не сможет в одиночку остановить Тёмного Стража!

— Что ж, ладно. Думаю, помощь ей действительно пригодится, — согласилась Ди и продолжила. — Есть ещё информация. Венеда выяснила через Ареллу, что Врарио разыскивают пластины. У местного реликванта большой заказ на них.

— Они хотят спасти в первую очередь Жнеца и себя. Им плевать на существ, населяющих галактику.

— Не важно, какой у них мотив. Жнец — часть системы. Получается, что цель у нас одна — остановить Допру. Мы могли бы попробовать с ними объединиться.

— Ты в своём уме?! — всплеснула руками Аля. — Объединиться с теми, кто почти полностью нас истребил?!

Несколько мгновений Диаспора задумчиво молчала, а потом вздохнула:

— Наверное, ты права. Но, всё равно, теперь решать не нам. Пока направь ко мне того, кого выберешь в помощь Алисе...

Голограмма собеседницы утихла, ведьма уловила еле слышный шорох за входной дверью и замерла. Внезапно раздался приглушённый крик с улицы:

— Аля! — густой бас и гулкий стук нарушили тишину комнатки.

Женщина мгновенно погасила кристалл и накинула на него серую тряпицу. Ведьма прикрыла глаза, мысленно отключаясь от потока. Дверь настойчиво сотрясалась под натиском тяжёлых кулаков гостя. Аля поднялась, мимоходом глянула на себя в небольшой осколок зеркала, прикреплённый к бревенчатой стене, убедилась, что свечение глаз погасло, и направилась отодвигать засов.

Скрипнули петли распахнувшейся массивной двери, впустив потоки свежего морозного воздуха. Пламя на треть растаявшей свечи задрожало и едва не погасло. Мощная фигура высокого широкоплечего мужчины, пахнув морозной свежестью, ввалилась в крохотную комнатушку, заполнив собой половину её пространства.

— Ты уснула, что ли? — захлопывая за собой дверь, спросил мужчина лет шестидесяти.

Милитаристическая одежда сидела ладно на этом крепком суровом воине. Он снял меховые рукавицы и небрежно бросил их на лавку возле печи.

— Натащил снежища, — заворчала Аля, подавая гостю веник-голик. — А ну, обметайся. Я после тебя водищу замучаюсь убирать.

Мужчина неуклюже взял рукой, похожей на экскаваторный ковш, поданный предмет, и пару раз шаркнул голиком по зимним берцам, обломив на венике три прутика. Неловко поставил голик в угол у двери и присел на лавку возле обмазанной глиной печи.

— Чего хотел-то? — Аля непринуждённо забралась на сундук напротив гостя, расправила длинный чёрный подол и зажгла ещё одну свечу. Впрочем, от этого светлее стало не на много.

— Я вызывал тебя в штаб. Разве тебе не передавали? — угрюмо пробасил мужчина.

— Передавать-то передавали, только вот я не твоя подчинённая, чтобы бегать к тебе по первому зову, да и ничего нового тебе не скажу, Лис.

Лис стянул с себя черную вязаную шапку, обнажив коротко стриженую поседевшую голову, и устало опёрся о лавку рукой.

— Аля, может, уже расскажешь, где эта чертовка? Во что ты её втянула?

— С Алисой всё хорошо. Она скоро будет дома, — легко солгала ведьма, однако, избегая встречаться взглядом с гостем.

— Хорошо?! — возмутился Лис. — С ней никогда не бывает всё хорошо! У неё вечно неприятности.

— Так кто виноват-то? С тебя пример берёт. Девочку должна была воспитывать я. Этого хотела Лирия.

Лис всегда ерепенился, когда речь заходила о погибшей любимой:

— И кого бы ты мне из девчонки вырастила?! Гадалку-шарлатанку?! — вспылил мужчина, его взгляд скользнул по небрежно накрытому тряпицей кристаллу связи. В этот момент, как нарочно, уголок материи соскользнул с устройства, и Лис усмехнулся: — Сидели бы на пару, разглядывали хрустальный шар и искали знаки судьбы в кофейной гуще?

— А, по-твоему, то, что ты из девочки воспитал пацанёнка — это лучше?! — не уступала Аля.

Ведьма понимала, что бросает несправедливые обвинения, но сейчас она была слишком расстроена разговором с Диаспорой, а потому не сумела себя сдержать. Лис раздражённо вскочил:

— После гибели Леры я воспитывал её, как умел! Не бросил! Научил, как за себя постоять! — оправдывался Лис. Он не воспринимал вычурные имена анталайских ведьм, и даже Лирию называл на свой манер.

— Тогда не ной, что Алиса вечно попадает в неприятности!

— По крайней мере она приносит пользу людям! Делает этот мир безопасней!

— Она и сейчас это делает!

— Только не надо мне «втирать» про гибель галактики и то, что у Алисы какое-то там предназначение! Мне надоело слышать эту небылицу!

— Те генетически-модифицированные уроды, с которыми вы боритесь — не меньшие небылицы! Так почему ты считаешь, что с Алисой дело обстоит иначе?

Но Лис остался глух к доводам ведьмы. Он отрицательно закачал головой, поднимая руку, чтобы остановить её речь.

— Это бессмысленный разговор, Аля, — гневно подвёл итог беседе воин. — Просто верни мне мою дочь! А я уж позабочусь, чтобы вы больше не общались.

Лис сгрёб с лавки свои вещи и выскочил из избёнки, сердито хлопнув дверью. Аля с раздражённым рыком выдохнула. Поднялась, задвинула за Лисом засов и вернулась к столу. Она снова зажгла кристалл связи и повторила вызов. Никто не ответил. Раздосадовано, ведьма намотала на «хрустальный шар» тряпицу и спрятала всё в сундук.

— Верни мне дочь... — передразнила Лиса Аля, присаживаясь возле стола. — Как же теперь вернуть эту плутовку?

Женщина размышляла всего минуту, а потом вскочила, с громким стуком откинула крышку сундука, покопошившись в нём секунд десять, достала небольшой предмет, обёрнутый тряпицей, и сунула его за пазуху. Аля метнулась к двери, но резко остановилась от внезапно поразившей её мысли. Снова вернулась к сундуку и вытащила из него небольшой, сантиметров двенадцать в высоту, кристалл в форме прозрачного тетраэдра. Повернув его верхушку, удостоверилась в исправности прибора, а потом, погасив голографацию, решительно сунула ноги в валенки, накинула дублёнку, которую второпях даже не застегнула, и выбежала на мороз.

Ведьма была категорично не согласна с той ролью, которую выбрала для Алисы Венеда. Аля столько времени прятала Лирию здесь не для того, чтобы династия Фарисмин полностью выродилась. Если бы женщина знала раньше, как всё повернётся, то ни за что бы не отправила девочку в Допру, поискала бы другой выход... Ведь изначально планировалось только «помахать» перед носом Ареллы «морковкой», как перед осликом, а потом телепортировать Алису обратно.

Венеда рассказала Духовной Матери про сеть Нейгаруса и про роль операторов в ней. Арелле дали понять, что без ведьм невозможно задействовать сеть и остановить смешение пространства, и та попалась на уловку. Нельзя было направить в Допру кого-то другого. Уровень псионики «фальшивки» раскрыл бы обман. По словам Венеды, Единые отлично чувствовали псионические способности. Алиса стала «морковкой» для Ареллы и поводом явиться Хранителю на Затэру. Туда, где ждал его Нейгарус... Но после того, как Хранитель передаст девушку Арелле, Венеда должна отправить её домой. Ведь такой был уговор!

Нужно послать за Алисой того, кто ради неё не пожалеет и себя. Но только не Лиса. Тёмный Страж узнает его и может довести до конца то, что он начал двадцать лет назад. А если Лис убьёт Стража, то галактика лишится Хранителя, а заменить его пока некем. Их встречи допустить нельзя. Нет-нет. Этих двоих лучше держать подальше друг от друга. Нужен кто-то другой.

Аля торопливо пробиралась по плохо освещённым тропинкам поселения. Хруст снега под ногами сопровождал каждый шаг ведьмы. Вырывающиеся изо рта облачка пара, серебрили чёрные волосы инеем. Женщина добралась до маленького домика, размером не больше, чем её собственный. Внутри темнота и тишина.

Аля забарабанила в дверь. Ей пришлось ждать больше трёх минут, но мороза женщина даже не замечала. Наконец, в окнах зажёгся тусклый свет, дверь открылась, и ведьма прошла внутрь. Насмешливо улыбаясь, её встретил светловолосый парень. Цепкий взгляд его серых глаз пробежался по наспех наброшенной одежде и растрепанным волосам гостьи. Одной рукой парень опирался о стену жилища, а другую прижимал к пропитавшимся кровью бинтам на боку. Даже в тусклом свете керосиновой лампы бледность лица не ускользнула от внимания Али. Вместо приветствия парень ведьме только кивнул.

— Андрюшка! Плутовка в беде! — с порога бросила Аля.

Андрей Дичков, в кругах охотников известный как Дик, мгновенно сделался серьёзным.

— Что с ней? — с тревогой в голосе спросил он. — Мне передали, что во время набега Алиса пропала из поселения.

— Я её... э... спрятала. Она у меня была, когда всё началось. А теперь её нужно вернуть.

Аля разулась, сбросила дублёнку и прошла к столу. На его поверхность женщина поставила маленький прозрачный тетраэдр и повернулась к Дику. Вынув из-за пазухи продолговатый предмет, обёрнутый серой тряпкой, она развернула его и протянула парню. На тряпице лежала угольно-чёрная рукоять меча, с торчащим из неё коротким обломком клинка.

— Что это? — не понял Дик.

— Это был меч... — коротко ответила Аля.

— Я вижу... Но зачем ты его принесла?

— Сейчас узнаешь. Возьми его.

Дик непонимающе посмотрел на ведьму, хмыкнул и протянул к предмету руку, которой опирался о стену. Он осторожно взял чёрную рукоять, которую венчало навершие в виде пустой крапановой закрепки, и крепко сжал в ладони. Женщина затаила дыхание. Несколько секунд ничего не происходило, потом Дик выругался и выпустил рукоять из ладони.

— Вот блин! Аля! Что это такое?!

Дик пошатнулся и прислонился спиной к стене, энергично сжимая и разжимая ладонь. Аля ждала.

— Гадство! — ругался парень. — Что это за долбатень?!

— Ты как себя чувствуешь? — полюбопытствовала ведьма. Она надеялась, что Дик пройдёт проверку нейгатами на соответствие анталайскому генотипу. Если у парня этот показатель хотя бы восемьдесят пять процентов, то его не убьёт прикосновение к мечу. А если убьёт... Ради Алисы на такую жертву она готова.

— Да хреново я себя чувствую! Кишки наружу, а тут ещё ты со своими ведьмачьими приколами! — вспылил Дик.

От этого небольшого усилия парень сильнее побледнел и замолчал, переводя дух. Аля облегчённо выдохнула. «Значит, подходит...» — подумала она, а вслух произнесла:

— Нейгаты за сутки поставят тебя на ноги. Ложись пока, я посмотрю твою рану, заодно всё тебе расскажу...

Глава 1. Патриарх

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны D-15-12. Крейсер класса «Инквизитор».

«Внимание! Запущен сценарий „Возрождение“. Требуется инициация ассистента. Рекомендуется прекратить выполнение сценария „Время Великого Слияния“. Конфликт со сценарием „Очищение галактики от заражения“».

Глубокое белое кресло, в котором я расположился, пахло новой кожей. Всё здесь было новым, идеально чистым и мозолило глаза навязчивой роскошью. Просто дворец какой-то, а не боевой корабль. Похоже, эти Врарио, как и те, что остались на Ярило-3, тоже любили пафос и эпичность, подчёркивая так свою исключительность и превосходство над другими.

Уверен, проектировщиками в первую очередь учитывалась основная функция летательного аппарата, и это персикового цвета покрытие переборок, и скульптуры, размещённые по всей гостиной моих апартаментов, которые язык не поворачивался назвать каютой, и изящная резная мебель, только имитация под роскошь. Изготовлены они, скорее всего, из лёгких прочных материалов, наверняка, не горючих, и без единого намёка на редкость или драгоценность. И везде, куда не падал взгляд, даже на белом ворсистом ковре под ногами, словно королевские лилии, золотыми отпечатками расцветали эмблемы клана — уроборос в вензельной V.

На круглую поверхность ажурного столика, встроенного рядом с моим креслом, услужливо поставили вазу, изготовленную явно не из хрусталя, а из материала, сильно его напоминающего. В ней радостной пёстрой горкой лежали свежие фрукты. Настоящие. Не из синтезатора. Тут же в наполовину заполненном прозрачном кувшине искрилась голубая жидкость, отдавая сладким ягодным ароматом.

Но я не притронулся ни к фруктам, ни к напитку. Уже целый час смотрел мелькавшие на голографаторной стене картинки. Они сменяли одна другую, но сознание не цеплялось за смысл. Я медленно приходил в себя после пребывания в парализующей клетке. Физически-то я был в полном порядке, но вот в голове «плескался кисель». Мысли разбредались, хаотично скакали в голове, вспыхивали образы, обрывки прошлого, но толком за что-то ухватиться разум так и не смог. Надо же. Врарио изобрели эффективное оружие. Эффективное против игроков. Гнять, да при желании они и Допру поставят на колени, ведь судя по Алисе и Номи, на толпарей оружие тоже действовало.

С интерфейсом творился полный хренпоймизм. Он уже несколько раз трансформировался, так что я вообще перестал что-либо понимать и махнул на него рукой, решив разобраться позднее. А ещё эта зелёная надпись, настырно маячившая перед глазами... Какого Хета мне выдались квесты, которые лично я не принимал?! И, вообще, что там за задания? Прочитать что ли надо на свежую голову. Вникнуть. А то так и не представился момент. Может, там ограничение по времени есть, или штраф за невыполнение какой-нибудь эпический, а я не в курсе.

Потёр ладонями лицо, надеясь, что пропадёт это непонятное мне лёгкое давление на сознание. Ощущалось оно как тяжесть, густой туман, делало мысли тягучими, словно карамель. Как же так всё вышло? Вроде бы, Арелла выдала простое задание. И осталось-то что? Всего-навсего довезти квестовый предмет до неписи! Да я сотни раз делал что-то подобное! А вышел какой-то хренпоймизм! Спецслужбы гаргов... Поршень... маячок в шее... Я потрогал рукой то место, где под кожей прощупывался маленький плотный шарик, и выругался.

А теперь ещё Врарио... Что решит Аделард? Я хмыкнул. Клан важнее кровных уз... Но есть и плюс в случившемся. Теперь я точно знаю, что Арес меня не предавал. Твою ж мать налево... Какой же я придурок! Извинюсь перед другом, как только увижу. Да и перед Шрамом и Лексом тоже. Перегнул я палку, конечно.

Мысли опять хаотично поползли. Как же всё достало! Я уже забыл, что значит нормальная жизнь нормального человека. И тут сам же усмехнулся своей мысли. Нормальная жизнь? Нормальный человек? О ком это я?

Только о детстве у меня ещё сохранились тёплые воспоминания. О верной младшей сестрёнке Адели. Она поддерживала любую мою авантюру и бесстрашно пускалась со мной в приключения. Да и чего бы ей бояться? За все наши проделки получал я, а Адели отделывалась длинной нудной лекцией наставников о недостойном поведении отпрыска главы клана. Хотя, она утверждала, что худшей пытки для неё не придумать. Сестре ставился в пример наш занудный старший брат Ренард. Наставники рекомендовали ей больше времени проводить с ним, но Адели каждый раз выбирала мою компанию. Пока моим воспитанием не занялась Вин.

В один момент старейшинам надоело смотреть на мои проделки сквозь пальцы и на меня надели исправляющий ошейник. С тех пор и закончилась нормальная жизнь почти нормального человека, и началось существование марионетки, послушной воли Вивьен — дочки куратора от клана на Ярило-3.

Тот миг, перенесший меня в Допру, я воспринял как подарок судьбы, но радовался ему недолго. Чуть больше месяца. Судьба решила, что свобода — слишком уж щедрый дар для такого как я, и забрала его. Из-за того что мои физические показатели гибрида были в разы выше, чем у любого из толпарей, организация сантакалов приняла меня за низкоуровневого игрока и, поймав, отвезла на одну из своих «ферм». Однако они быстро сообразили, что к доприйцам я не имею никакого отношения, и вот тогда-то началось самое «весёлое».

Лидера сантакалов на Ярило-3 назвали бы «евгенистом», а то, чем занимается его организация — евгеника. В основной своей массе сантакалы — это люди, отчаявшиеся стать игроками, решившие самостоятельно раскрыть секрет Допры и улучшить себя до сверхчеловека.

Поняв, что я не доприец, а нечто другое, меня начали изучать. И процесс этот не ограничился просто забором биоматериала. Проводимые опыты нередко напоминали пытки. Особенно сантакалов порадовали мои регенеративные способности. Уж к их исследованию «евгенисты» подошли с изощрённым воображением.

Именно на фермах я познакомился со Шрамом. Наши клетки стояли рядом. Он уже тогда был доприйцем, и поведал, что у меня есть шанс сбежать отсюда только в игру. Однако интерфейс игроков на фермах не работал, а у меня не получалось уйти в Допру. Сколько я не повторял команду «Начать игру», всё было бесполезно. Помог случай.

Ферма, на которой меня заперли, похоже, находилась в Диких Землях, и в тот день на неё напала группа эттинов — уродливых великанов, отличающихся низким интеллектом в сочетании с коварством и изощрённой жестокостью. Застав врасплох охрану, они проломили высокую стену ограждения и снесли несколько вышек расположенных по его периметру. Сразу поднялся шум, игроки стали вырываться из клеток. Шрам сообщил, что интерфейс «ожил». Было похоже на то, что с вышек создавали какое-то поле, гасившее способности доприйцев, а теперь оно исчезло.

Охрана фермы, атакованная с одной стороны великанами, а с другой получившими свободу игроками, сначала сдала свои позиции, но я догадывался, что всё в любой момент может измениться. Глупо думать, что на такой случай у них нет аварийной системы, подавляющей активность подопытных. Тогда я, всё ещё сидя в клетке и попробовал снова войти в игру.

Какое-то время я осваивался у охотников за головами, бегая по квестам в сценарии на локации клана Поршня, восстанавливая память и отдавая половину заработанных луксов в общую казну. Тоже так себе свобода. В клане Поршня было особое развлечение: «Арена нубов». Если по квестам неписей бегать лениво, луксы можно заработать и там. Причём суммы за победу могли впечатлить любого начинающего доприйца. С моими завышенными статами это оказалось легким заработком. Вот только я перед Поршнем «засветился» и тут же получил приглашение вступить в его «свиту».

Мне объяснили, что от таких предложений не отказываются, да и я не собирался. Выбраться из стартовой локации казалось интересным. Люди Поршня немного помогли с прокачкой, а потом я влился в их команду. Начались трудовые будни охотников за головами, которые по сути своей являлись криминальной группировкой, выполняющей заказы «сильных мира» за кредиты. Убийства, похищения существ разных рас, пытки... Всего этого мне хватило и на Ярило-3, поэтому, когда от Ареллы поступило неожиданное предложение стать её электом, долго не раздумывал.

Теперь же я избавился и от её «поводка», но снова оказался у Врарио. Просто замкнутый круг. А, главное, я не представлял, чего мне ожидать. Как решит мою судьбу Аделард? Я не смогу им воспрепятстовать, если вдруг они снова захотят надеть на меня ошейник... Твою ж мать налево... Не хочу об этом думать.

Неконтролируемый поток мыслей снова сменил направление. Я позволил ему течь так, как он сам хотел, не препятствуя и не напрягаясь, чтобы повернуть его в какое-то иное русло. Всё равно сделать пока ничего не могу. Расчёт на то, что Врарио отпустят нас сразу, как только узнают о моём положении в иерархической лестнице, не оправдался. Кристел не хотела верить в то, что я им рассказал, но Лоренс, обладая меньшей импульсивностью и большей рассудительностью, запросил в Капитолии биометрические данные Перрина.

Выяснилось, что обо всех таких запросах незамедлительно сообщалось патриарху, поэтому, после подтверждения моих слов ДНК-тестом, результаты направились прямиком в Капитолий. Оттуда пришёл приказ: Максайму Леграну и его команде присвоить статус «гости», и задержать на крейсере до особого распоряжения патриарха.

Шикарное гостеприимство! Нас рассадили по разным апартаментам, активировав в них слабое поле, подавляющее псионику. По такому же принципу, как мне объяснили, работали и те световые клетки, в которые нас поместили, уложив на серые «блины». Только там угнетение псионической активности выкрутили на максимум. Сейчас же у меня лишь посерел игровой интерфейс, что очень предусмотрительно со стороны Кристел, лишившей меня возможности общаться с командой.

Однако ВиАс — виртуального ассистента, мне нацепили на запястье сразу, как пришёл ответ от патриарха. Устройство позволяло связаться с адептами Врарио, при условии, что у них имеется аналогичный прибор, и он находится в радиусе действия моего браслета.

«Внимание! Запущен сценарий „Возрождение“. Требуется инициация ассистента. Рекомендуется прекратить выполнение сценария „Время Великого Слияния“. Конфликт со сценарием „Очищение галактики от заражения“».

Я продолжал пялиться на зелёные строчки, светившиеся прямо перед глазами, не понимая, какого Хета они вылезли при неактивном интерфейсе.

— Ты кто?

Странно, конечно, беседовать с зелёной надписью, но у меня возникло ощущение, что я тут не один. Мои слова улетели вникуда. Ответа, разумеется, я не получил. Но зелёные строки светились ещё несколько ударов сердца, мигнули и погасли, оставив меня в недоумении. Внимание переключилось на трансляцию благотворительного концерта с Дельта Параон.

На голографаторной стене гостиной на фоне тропического пейзажа курортной земли соблазнительными прелестями сверкала Оливия. Эта блондинка с длинными вьющимися локонами в окружении подтанцовки прыгала под ритмичную музыку. Слова песни, которую она исполняла, не отличались глубоким смыслом, и скорее походили на рекламу игры Допра и того, как прекрасно поживают игроки. Выступление певички уже два раза прерывалось новостями о захваченном террористе и лидере повстанческого движения Бэтно Хобба. Сообщалось, что он со своими «Анталайскими Ястребами» отправлен в космическую передвижную тюрьму «Зубовный Скрежет». Местоположение этой тюрьмы, насколько я знал, засекречено и постоянно менялось.

При помощи ВиАса я отключил раздражающую видео-трансляцию, выведя на голографаторную стену изображение с внешних камер. Тут же размалёванное лицо Оливии, которое из-за широко расставленных глаз вызывало ассоциацию с ящерами, заменил звёздный океан, растворив часть стены комнаты. Я всмотрелся в завораживающее зрелище. Бескрайний космос, такой огромный и манящий свободой... Наверное, самые счастливые моменты в жизни у меня связаны с ним... и с моей командой.

Я как никогда осознал то, что дорожу каждым из моих друзей, нашей совместной охотой на мобов, исследованием пограничной территории Диких Земель и весельем в курортной зоне Допры. Обычно между отработкой квестов и контрактов, мы останавливались на Дельта Параон и наслаждались жизнью на всю катушку... Перед глазами вспыхивали картинки былых безумств, и я вдруг понял, что улыбаюсь.

Тут же в памяти воскрес образ умирающей галактики. Неужели это правда, и Допра настолько опасна? Почему «млечные» так просто поверили Единым и стали играть в их игру? Очевидно, та серо-голубая плесень разрасталась за счёт кружащихся в воздухе золотистых спор, удерживаемых от повсеместного распространения лишь барьером Допры. И почему я знаю, что это споры?

Граница смешивающегося пространства расползалась, а, значит, заражение всей галактики — вопрос времени. И никто не в курсе. Толпари слепо доверяют Арелле, а игрокам плевать на всё, кроме прокачки и «Праны». Расширение игрового пространства необходимо остановить! Теперь я в этом был твёрдо уверен. Впервые за последние десятилетия мне стало небезразличным то, что происходит вокруг. Не последнюю роль в этом, по-видимому, сыграла дружба с Аресом и остальными членами экипажа.

Я понял, что наступил тот момент, когда держать нейтралитет больше не выйдет. Придется делать выбор. Подсознательно я его уже сделал в тот момент, когда увидел мёртвые земли возле границы с чужой галактикой. Что там — никто не знал. Но я сомневался, что на мёртвых землях есть жизнь. Если к каждому живому существу, как в самом Млечном Пути, так и в Допре, тянулись тонкие энергетические «каналы», то те погибшие планеты были полностью обесточены.

И теперь вопрос состоял только в том, как остановить разрастание Допры? Алиса говорила, что информация должна содержаться в пластинах, но прочесть то, что вытравлено на золотой поверхности единственного имеющегося у меня экземпляра, пока не получалось.

Арелла заверяла, что тоже стремится остановить смешение пространств, но вот только её интерес в этом мне не понятен. Кроме того, Духовная Мать собирает вокруг себя операторов сети Нейгарус, это очевидно, иначе не послала бы меня за девчонкой. Тревожный звоночек. Я задумался: что делать с Алисой? Отдать, как и собирался, этому непонятному существу? Или прекратить выполнять задание, как недавно советовали мне зелёные логи. Дилемма.

Не люблю, когда приходится делать выбор по принципу наименьшего зла. Благополучие друзей, или галактики? Правда, если галактика погибнет, то друзья тоже проживут не долго. Но могу ли я доверять этим зелёным строчкам? Кто мне их отправил? И как? Гнять! В голове каша. Кажется, команде мой выбор снова придётся не по вкусу. А я ведь обещал, что в этот раз всё будет как запланировали, сдадим девчонку и сразу же вернёмся к нашей обычной жизни. Только поднявшись над ситуацией, я увидел бессмысленность всей нашей игры. Доприйцы, словно хомячки, носятся по кругу, отвлечённые от настоящих глобальных событий.

Звук отодвигающейся входной двери отвлёк меня от наблюдения за спутанным клубком мыслей. Я повернул на звук голову. В образовавшийся овальный проход впорхнула Кристел. Женщина надела синий камзол, оттеняющий глубину сапфировых глаз. Движения её были вкрадчивые, но уверенные. Отметил, что мужской костюм ей к лицу. Кристел привлекательна, однако, с трудом справляется со своими эмоциями. Я видел, она пытается скрыть раздражение и неприязнь ко мне.

— Месьё, патриарх выйдет на видеосвязь через семь минут. Вам лучше переодеться в камзол правящего дома, — ровным голосом на латыни произнесла она и указала на дверь гардеробной. Латынь являлась родным языком всех живущих в планетарной системе О’хан, и на Ярило-3 распространилась только благодаря тому, что там задержался Перрин.

— Нет, — тихо отказался я и отвернулся, потеряв интерес к вошедшей.

Хватит уже делать из меня клоуна, достаточно тех переодеваний, что приходилось совершать во время посещения поместья Фузроу, но там хоть это была косформация скафандра. Я уже и не помню когда пользовался обычной одеждой.

— Но, патриарх настаивает на соблюдении дворцового протокола... — попыталась переубедить меня синеглазая.

— Сказал, нет! — я произнес эти слова громче, стараясь придать голосу резкости.

Кристел осеклась и поджала губы, наверное, ей влетит, что не подготовила меня к встрече с Владыкой. Что ж. Не мои проблемы. Не видел смысла в соблюдении этикета. Вряд ли то, что я напялю на себя другую одежду, как-то повлияет на решение Аделарда надеть на меня ошейник. Или, вообще, казнить за дезертирство... Хотя, последний вариант был привлекательнее первого. Всё также, не поворачиваясь к Кристел, я тихо потребовал ответа:

— Вы нашли тело Номи?

— Месьё, мои люди, прочёсывающие ту кубатуру пространства, пока не представили отчёт. По всей видимости, поиски продолжаются, иначе мне сразу бы сообщили. Только всё напрасно, девушка мертва. Мне докладывали, что...

— Найти тело Номи и поместить в стазис-капсулу... — прервал я Кристел.

— Слушаюсь...

Гнять. Как же так вышло с Номи?! Очень жаль её, хоть и знакомы мы были недолго, но она казалась самой безобидной изо всех, кто находился на «Виверне». Странная пустота образовалась внутри. Найти её тело и... что? Что в таких случаях делают нормальные люди? Наверняка, Арес знает.

— Кристел, отключите подавление псионики, — потребовал я, решив обсудить вопрос Номи с Аресом сразу, как выпадет свободная минута.

— Но протокол... — хотела возразить она.

— У Вас какая ступень в иерархии? — не позволил закончить я речь синеглазой.

— Седьмая, месьё... — угрюмо ответила та, правильно понявшая мой намёк о её более низком положении в клане.

— Отключите подавление псионики у меня и у моей команды...

Конечно, мой статус в клане ещё не получил подтверждение Капитолия, но Кристел не рискнула ослушаться. Женщина молча пропикала комбинацию на серебристом браслете ВиАса, и я заметил, что едва ощутимое давление на сознание исчезло, мысли потекли ровнее, а туман в голове начал растворяться. Я, наконец, смог добраться до своего инвентаря, сгенерировал дымчатую сферу и убрал мечи Нейгаруса, которые до этого лежали на подлокотнике кресла из-за неактивного интерфейса.

Кристел погасила вид космоса на голографаторной стене и установила связь с дворцом. Перед нами отрисовалось изображение золочёного трона, расположенного на специальном постаменте, застеленном красным ковром.

— Тронный зал, — зачем-то пояснила мне Кристел.

Я обречённо поднялся с кресла, развернулся всем корпусом к экрану, и, скрестив руки на груди, стал ждать. Впрочем, ожидали мы недолго. Седовласый мужчина в свободном чёрном одеянии, сопровождаемый свитой из шести человек в похожих мантиях, спустя три минуты взбирался на трон. Аделард склонился к одному из сопровождающих, тихо отдал ему какое-то распоряжение, затем удобней устроился в своём кресле, гордо выпрямил спину и только после этого вскинул на меня спокойный умный взгляд.

Я вытянул руки по швам и на миг склонил голову в почтительном поклоне, готовясь услышать вердикт. Но Аделард молчал. Холодная сталь его глаз резала словно бритвой. Патриарх внимательно рассмотрел моё лицо и слегка поморщился, когда перевёл взгляд на скафандр игрока.

— Максайм, — наконец, нарушил он молчание, — Сегодня у меня радость отравлена горечью. Мой потомок оказался на стороне врага. Я издал указ, запрещающий адептам клана становиться игроками. Санкция за нарушение запрета — отлучение от Фонтана Бессмертия, уничтожение ВиАса, который был на последователе в момент смерти, и казнь через сожжение физического тела.

Я молчал, выдерживая пронзительный взгляд Аделарда. Конечно, это дерзость не отводить глаза, когда тебя отчитывает сам глава клана, но изображать покорность и раболепие мне претило. Будь, что будет. Уж лучше казнь, чем ошейник.

— Что ты можешь сказать в своё оправдание? — выдержав паузу, спросил патриарх.

— Только то, что не знал ни о каком указе...

Аделард легонько кивнул и одним медленным движением ладони пригладил седую бороду.

— Откуда ты? Где родился? Сколько тебе лет? Кто куратор твоего подклана? — продолжил допрос патриарх, очевидно, уже зная ответы на свои вопросы, так как раньше я сообщил эту информацию Кристел и Лоренсу.

— Я родился на Ярило-3. Сейчас там бы мне исполнилось восемьдесят семь лет. Куратор подклана — Ален Буланже.

— Ален. Я помню его. Он командующий форпостом на Ярило-3, — кивнул Аделард, — Но эта земля законсервирована. Как ты выбрался оттуда? Ты дезертир?

— Нет, — поспешно ответил я, помня отношение клана к дезертирам, — Это вышло случайно. У меня не получилось вернуться.

Мои слова были полуправдой. На самом деле я не сделал ни одной попытки вернуться в подклан, что так же может быть расценено как предательство. К счастью, Аделард не стал углубляться в этот вопрос, решив сменить тему:

— А что с Перрином? Как он выжил?

Волнение тенью легло на лицо главы клана, Аделард едва заметно поёрзал на троне, но взял себя в руки, дабы не дискредитировать себя перед подчинёнными. Я вздохнул, будучи уверенным, что мой рассказ не понравится патриарху, и ответил:

— Я знаю только то, что слышал от наставников. Когда две с половиной тысячи лет назад Перрин и остальные не смогли вернуться на О’хан, то начали искать путь к бессмертию. Усиленно велась работа в области генной инженерии в сфере изменения биологии человека. Опыты проводились на местном населении. После многочисленных неудачных попыток, в числе которых случайное изобретение такого генетического заболевания, как порфирия, учёным удалось добиться некоторых положительных результатов. Бессмертия они достигли, но заплатили большую цену, — я прервал рассказ, собираясь с мыслями, и не зная, как лучше преподнести ту информацию, которую должен поведать. Гонцам, принёсшим дурную весть, обычно отрубали голову. Я вздохнул и продолжил: — Учёные вывели вирус, который и поддерживает в них всех жизнь, но делает их неполноценными, Физически они стали слабы, зависимы от употребления в пищу человеческой крови и потеряли способность к размножению естественным путём.

Лицо Аделарда превратилось в каменное изваяние. Вести, которые я ему сообщил, шокировали старика. Он какое-то время молчал, а потом попытался подловить меня на лжи:

— А как же ты? Если они не способны к продолжению рода, то, как получился ты?

Этот вопрос не стал для меня сюрпризом. Скорее, я его ждал. Ответил патриарху прямо:

— Я гибрид урсина и трогоуна. Перрин и его окружение называют себя трогоунами — поедателями крови. Урсины — это потомки древних анталайцев, оставшихся на Ярило-3 защищать хранилище и заселявших территории Уральских гор и Сибири. Когда Перрин явился за артефактами, благодаря неожиданному нападению и о’ханским технологиям, получилось подавить сопротивление урсинов и подчинить воле клана. Местных тоже подвергли генной мутации, но сделали из них бойцов и защитников. Урсины стали стражами и компенсировали слабость трогоунов, вызванную вирусом. Однако и урсины вышли не идеальными. Они стали сильными и быстрыми, приобрели звериные инстинкты, но их «побочкой» стала неконтролируемая агрессия. На урсинов пришлось надеть исправляющие ошейники, подавляющие волю. Дальше работа наших учёных велась в направлении устранения побочных эффектов мутаций. К сожалению, положительных сдвигов в этом они не добились. По крайней мере, так дела обстояли двадцать лет назад. — Я усмехнулся и продолжил, — Однако опытным путём удалось выяснить, что эти два модифицированных вида людей совместимы. Женщина урсинка способна дать потомство от трогоуна.

По мере того как я рассказывал, лицо Аделарда теряло краски. Старик оказался явно не готов к таким откровениям, а в сапфировых глазах Кристел, при взгляде на меня, читалась брезгливость. Однако нужно отдать должное старику, взял себя в руки он быстро:

— Много у моего сына таких... э-э-э... детей?

— Из тех, что выжили — ещё двое. Все от разных женщин.

— И все... эм... едят кровь?! — Аделард скривил рот от отвращения, его руки с силой стиснули золочёные подлокотники трона, а костяшки пальцев побелели.

Свита патриарха в панике таращилась то на своего главу, то на меня, словно ожидая гневной бури. Я отметил, что старик умеет держать в страхе подчинённых, видимо, характер у него тяжёлый. Как и у Перрина.

— Да. Все едят кровь, — подтвердил я догадку патриарха, — Такой приказ отдал Перрин. Хоть гибридам это и не нужно, но нам запрещалось каким бы то ни было образом отличаться от остальных членов клана.

Аделард прикрыл ладонью глаза, словно ему даже смотреть на меня противно. Я мысленно усмехнулся. Похоже, счастливого «воссоединения с семьёй» не предвидится. Патриарх, не отрывая руки от лица, спросил:

— Как... Как ты выбрался оттуда?

— В Допру меня телепортировала анталайская ведьма... — теперь я в этом был уверен. Случившееся в последние две недели для меня многое прояснило.

— Не может быть! — хором произнесли Аделард и Кристел.

Старик даже забыл о театральной манерности и привстал с трона:

— Неужели они ещё остались?

Я не успел ответить. Рябь пошла по голографаторной стене, изображение Аделарда моргнуло и погасло, а когда экран зажёгся снова, то оказался поделён пополам. Одна его часть транслировала сигнал из тронного зала, а вот в другой невинно моргали анимешные янтарные глаза Ареллы.

Глава 2. Реперные точки

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны D-15-12. Крейсер класса «Инквизитор».

— Это что ещё за фокусы?! — воскликнула Кристел и потыкала браслет-коммуникатор.

Но Духовная Мать никуда не делась, только немного отдалилось изображение. Непись в полусидящем положении развалилась на коротком диванчике с пурпурной шёлковой обивкой, а за её спиной стоял Кид. Вот это сюрприз! Парнишка сбежал из аватара? Когда успел? Наверняка ещё на «Виверне», во время нападения.

— Что это значит?! — разъярился Аделард. — Кристел! Разве ты не включаешь на корабле подавление псионических сигналов?! Как это... это существо сюда пробралось?!

Кристел побледнела, бросила на меня укоризненный взгляд и принялась было оправдываться:

— Месьё, я...

— Прошу прощения! Я не хотела мешать вашей беседе, — звонко на межгалактическом заговорила Духовная Мать, жабеподобная улыбка невинно расплылась по лицу Ареллы, она указала рукой за спину на Кида: — Мальчик мне сообщил, что у моего электа неприятности, но вижу, что сейчас всё хорошо. Или нет?

— Я думал, ты присматриваешь за мной, — упрекнул я Ареллу. Даже как-то обидно стало, что она вовремя не вмешалась, когда меня и команду парализовали Врарио и затащили на крейсер. Ведь влезала же в игру, когда не нужно, а как понадобилась помощь, так нет её. — Как ты упустила момент нападения на «Виверну»?

— Ну, видишь ли, Макс... — заигрывала со мной непись. — Ты знаешь, что такое фокус внимания?

— Её дезориентирует поле, подавляющее псионику, — резко оборвала ужимки Ареллы Кристел и бросила на меня обвиняющий взгляд, всем своим видом давая понять, что сложившаяся ситуация полностью моя заслуга. Ведь это я приказал отключить подавление псионики.

— Я просто была занята другими делами... — принялась разубеждать нас Арелла. — Но уже готова исправиться. В вашу сторону направлены мои корабли.

— Какие ещё корабли?! — недовольно рыкнул патриарх. — Что ты там задумала?!

— Аделард! — холодно ответила ему непись. — Твоим людям пора покинуть мою территорию! Я сквозь пальцы смотрела на то, как вы уничтожаете Единых, ставите опыты на игроках, разрушаете мои постройки. С этим пора заканчивать! Я изгоняю вас из пространства Допры. А если вы попытаетесь причинить Максу Айму и тому предмету, что он для меня везёт, хоть какой-то вред, то будете раздавлены. Отныне для последователей клана Врарио границы моей территории закрыты навсегда.

— Твоей территории?! Ты слишком много на себя берёшь! — вскипел Аделард, и его лицо перекосилось от негодования, губы превратились в тонкую черту, а кустистые брови соединились на переносице. Но Арелла не сочла достойным ему отвечать, она словно специально дразнила патриарха, подчёркивая его незначительность в нашей беседе. Духовная Мать обратилась ко мне:

— Мой элект, я заметила, что тебя задерживают, а осталось всего лишь двое суток из отведенного мной времени. Однако ты не беспокойся. Квест будет засчитан в тот момент, как только девушка окажется на одном из посланных за вами кораблей. Тебя я тоже приглашаю на беседу. Настойчиво приглашаю. В свете последних событий нам многое нужно обсудить и заключить новый договор. Обещаю, условия будут самыми «вкусными».

Арелла обольстительно заулыбалась, я моё подсознание при виде этого подсунуло образ не «жабы», а серо-голубой «плесени», которую я непонятным мне образом недавно наблюдал в пространстве Допры, разделившись с телом сознанием. Непись приглашает меня на беседу? Интересно. После того, как меня освободили, Лоренс рассказал, что слежка за мной велась путём записи разговоров скафандром механика. Затем инфоблок автоматически скидывался через Глобсис владельцу унтала, которым друга обработали. Арес ни о чём не догадывался, а все логи о проделанных манипуляциях автоматически затирались. И вот теперь Духовная Мать звала меня на беседу. Как предсказуемо...

— Вынужден отказаться от твоего приглашения, Арелла. У меня теперь другие планы, — я колебался лишь пару ударов сердца, а потом мне словно кто-то придал уверенности. Сформировались чёткие цели, а в голове появился нужный ответ. Я мгновенно принял решение, казавшееся мне самым правильным на текущий момент: — И на счёт девушки... Забудь... Я не повезу её к тебе.

Что я творил? В этот миг и сам себе не объяснил бы. Это было на уровне подсознания, каких-то древних инстинктов, желания защитить кого-то... или что-то. Непонятный импульс, о котором, надеюсь, не пожалею в будущем.

Арелла буравила меня взглядом. То ли Духовная Мать хорошо владела эмоциями, то ли эти существа совсем ничего не чувствовали, но непись даже бровью не повела. Она как-то отстранённо кивнула и проговорила:

— Я предполагала, что подобное может произойти. Но, прежде чем принять твой отказ, должна напомнить о штрафных санкциях. Этого требуют правила игры.

Тонкий намёк? Вот не терплю давления. Раздражали попытки Плесени всея Допры при помощи угроз добиться своего. С этим пора «завязывать».

— А что ты можешь? Игровой уровень мне понизить, или «Праны» лишить? Не смеши. Уверен, ты поняла, что для меня это теперь не важно. У тебя больше нет способов управлять мной, Арелла, — и только я произнёс это, пазлы в голове сложились в понятную картинку, я едва не расхохотался: — Пхах! А почему ты не связалась сейчас со мной привычным способом, через голографаторный вызов?! Раньше ты не церемонилась, и вклинивалась в игру так, как тебе заблагорассудится. Или ты теперь не можешь? Ты меня больше не видишь?!

Натянутая струной улыбка так и осталась приклеенной к лицу неписи, а большие анимешные глаза неприятно сузились. Вот это действительно шикарно! Я больше не являлся видеокамерой Ареллы. Вот почему город на Затэре не и появился на картах в Глобсис, а непись прозевала момент нападения на меня сначала Поршня, а потом Врарио.

— Не радуйся раньше времени, мой бывший элект. Я вижу тебя глазами других игроков, — теперь поза неписи не выражала легкомысленную небрежность. Духовная Мать Единых села ровно, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. — Думаю, ты ещё убедишься, что тебе было выгодней сотрудничать со мной. Игра не предполагает системного принуждения, увы. Это я обойти не могу. Но есть другие способы. Поэтому, пока просто передай «Сумеречную Виверну» группе распределителей. А ты, Аделард, — вкрадчиво обратилась непись к патриарху, — убирай все свои лаборатории, находящиеся под маскировочными полями, из пространства Допры, и выводи отсюда всех своих адептов... Иначе игроки получат квесты на уничтожение твоих людей. Срок тебе даю для этого шесть стандартных суток. Вернуться сюда сможете только в статусе игроков.

Арелла неожиданно отключилась, и изображение патриарха снова заняло всю голографаторную стену. Аделард молчал, погрузившись в мысли. Лицо его помрачнело. Меня охватило неприятное предчувствие. Кровожадность неписи стала сюрпризом. Впервые я слышал о квестах на убийство толпарей. А ведь если кто-то примет такое задание, то система не станет повышать ему рейтинг опасности. Всё в рамках игры. Доприец, не сдерживаемый рейтингами — это угроза. Уверен, многим задания на убийство толпарей придутся не по вкусу, но такие, как Поршень и его компания, не побрезгуют взяться за грязную работу. Тем более если за неё хорошенько заплатят.

Таким способом Арелла в силах устроить геноцид не только толпарям, но и неугодным игрокам. А, может, даже уничтожить в Допре «млечных» полностью? Достаточно ли у неё для этого сил? Я вспомнил рассказ Кида про армию толпарей в капсулах, и сомнения в возможностях неписи развеялись. Нет. Это всё глупости. Ведь Арелле действительно проще не давать вакцину. Получается, «млечные» ей для чего-то нужны. Или не ей, а тому, кто стоит над ней? Тому, кто зачем-то придумал игру? То, что этот «кто-то» существует, теперь не сомневался. Арелла не может обойти какие-то правила, значит, не она их установила.

Но для чего Духовной Матери игроки категории два? Если верить словам Кида, их великое множество, но кроме парнишки за всё это время я не встретил ни одного. Где они, в таком случае? Чем заняты?

— Максайм, — оторвал меня от размышления Аделард, снова переходя на латынь. — Ты сам всё слышал. «Чужие», вторгшиеся в мою галактику, опасны. Игра с каждой о’ханской секундой уменьшает область влияния Врарио. Допра должна остановиться.

Слух резанули такие фразы, как «моя галактика» и «область влияния Врарио». Неужели Аделарда заботит только это? Но в одном с патриархом я соглашался. Допра должна прекратить захватывать Млечный Путь. Я ответил:

— Мне безразлична сфера влияния клана. Допру необходимо остановить уже по той причине, что она разрушает галактику. Мне это показали... Я намерен найти способ решить эту проблему.

— За всё время мы не сумели ничего сделать, — Аделард устало покачал головой. — Но я уверен, что ответ можно найти в наследии древних анталайцев, покинувших Млечный Путь задолго до столкновения галактик. Лоренс сообщил, что ты отключил древнюю защиту — планетарный щит земли, и владеешь ключами к анталайским хранилищам и золотой пластиной. Если ты действительно желаешь помочь галактике, отдай мне их.

Ну, вот мы и подошли к главному. Если не эта деталь, наверное, я не удостоился бы чести беседовать лично с главой клана. Как же вам всем нужны мои мечи... Рэй, Поршень, наместник, Арелла, а теперь и Аделард... Но мне ключи нужны не меньше. Я улыбнулся и покачал головой:

— Нет, ключи не отдам, — нагло отказал я главе древнего клана, — пластину тоже.

Справа от себя услышал шумный испуганный вздох. Кристел не ожидала такого ответа. Видимо, Аделарду никто открыто не перечил. Я посмотрел на женщину. Нет. На её лице не отразилось и тени испуга. А что это тогда было? Удивление? Я бы даже сказал, она изумилась. Лицо же патриарха приобретало пунцовый оттенок. Свита возле трона, наоборот, становилась всё бледнее. Вот за подобное несоблюдение субординации я когда-то на Ярило-3 и примерил тот «модный» аксессуар, подаренный мне старейшинами, разумеется, из благих побуждений.

— Ты сказал мне «нет»? — прорычал патриарх, и я понял, что гнев главы клана нужно скорее погасить, пока этот пожар не разгорелся в полную силу и не подпалил мне зад. А он мне ещё пригодиться... Например, чтобы галактику спасти. Ну, или хотя бы попытаться это сделать...

— Подождите, — перехватил я инициативу беседы, не до конца уверенный, стоит ли откровенничать. — Выслушайте. Ключи — не просто механизм. В них встроена система защиты, которая никого, кроме меня, не признает владельцем. Каждый, кто дотронется до них, будет убит. Уже проверено.

Я крутился, как уж на сковороде, но ситуация того требовала.

— Я так же, как и вы, планирую остановить игру. Именно поэтому не могу отдать древние артефакты. Ещё мне удалось подключиться к галактической сети древних анталайцев, и ИскИн признал во мне Хранителя. Поэтому, предлагаю объединить усилия. Только со мной у вас есть шанс на успех. А с поддержкой клана, уверен, я смогу добиться того, что раньше у вас не получилось.

Теперь лицо патриарха выражала ту же эмоцию, что и мордашка Кристел при моём отказе подчиниться прямому приказу лидера. Аделард глубоком изумление вздохнул, унимая гнев, прищурил левый глаз и на мгновение задумался:

— Признали в тебе Хранителя? Интересно... — он всё ещё недоверчиво рассматривал меня, а потом кивнул: — Излагай.

И я изложил:

— Игроки по сути своей заложники системы. Они не могут не играть, потому что зависимы от «Праны». У меня получилось избавиться от этой слабости, и барьер Допры для меня больше не проблема. Я могу покидать зону смешения. Сейчас же выяснилось, что для Ареллы я стал невидим, она потеряла надо мной власть. Но, главное, для меня открыт целый анталайский город на одной из земель Допры. Мне не хватает только специалистов, способных разобраться в технологиях древних. Анталайские ведьмы сообщили, что способ остановить смешение пространств имеется. Он может быть описан в золотых пластинах, одна у меня уже есть, но я не могу её расшифровать. Понял только, что эти пластины интересуют и Ареллу. Она ищет способ остановить разрастание Допры. Но я не знаю, с какой целью. Скорее всего, ей теперь известно и про ключи. Неспроста она предлагала встретиться. Думаю, ключи попали в зону её интересов. Аделард, чтобы открыть другие города и хранилища, расшифровать пластины и защититься при этом от возможных посягательств Ареллы на ключи, мне нужны люди, оружие и корабли.

Я перевёл дыхание, ожидая ответа. Да, я наглел. Но что я терял? Да, ничего. Аделард молчал, уставившись в пол перед собой. После томительных мгновений он метнул в меня острый взгляд:

— Ты предлагаешь мне довериться человеку, которого я вижу впервые в жизни?

Нда... Вот и поговорили. Не на это я рассчитывал.

— Да. Предлагаю довериться мне, — уже без надежды на успех, но твёрдым голосом проговорил я.

— На другие условия не соглашусь. Пластины и ключи останутся при мне.

Очевидно же, одень они на меня ошейник, и я подчинюсь любой их воле и не просто полностью выгребу содержимое инвентаря, а буду на коленях ползать, умоляя всё это взять. Но наглеть, так до конца. Я добавил уже к сказанному:

— У вас не получилось справиться с Ареллой. Я ваша последняя надежда.

Хех... Самоуверенно, но вряд ли произведу на Аделарда большее впечатление, если буду пресмыкаться и валяться в ногах. Патриарх в своём чёрном балахоне сильно напоминал большую летучую мышь. Он задумчиво откинулся на спинку золочёного трона и молчал минуты три. Какие мысли бродили в его голове? Я бы очень хотел это знать, потому что ни одной эмоции не просквозило на лице главы клана. Он замер, словно восковая фигура.

— Ты слышал, что сказала Арелла? — после томительного молчания ожила «восковая фигура», надменно вздёрнув подбородок. — Она выгоняет нас из Допры. Сейчас у меня нет необходимой мощи, чтобы противостоять ей, иначе я давно бы уже вышвырнул эту заразу со своей территории. Все наши попытки силой справиться с «чужими» провалились. Они всегда знают, где мы и что делаем, какие ловушки расставили, какая численность наших войск в Допре. С таким противником невозможно тягаться. А ты считаешь, что в одиночку сможешь сделать то, что не сумела целая армия?

— Да. Я, попробовал бы. Не совсем в одиночку, конечно... Поэтому и прошу людей...

Аделард покачал головой.

— Пойми меня правильно. Я не стану жертвовать своими людьми. Серый Жнец теперь возвращает к жизни не каждого адепта. Я рискую сильно сократить число последователей. А корабли... По-твоему, у нас бездонные ресурсы на их постройку? Конечно, мы не так сильно стеснены в средствах, в отличие от многих рас, населяющих галактику, но разумность должна быть во всём.

Ну, да... Клан важнее кровных уз... Помню. Ещё на Ярило-3 мне объяснили это вполне доходчиво. Надежда на то, что Врарио помогут, сдулась, как проколотый когтем гарга маргалот, с тем же самым неприличным звуком.

— Однако ты тоже часть клана, — вдруг вспомнил мой дедуля. — Забрать с собой мы тебя не можем, у меня нет доверия к игрокам, казнить я тебя не стану, потому что вины твоей не увидел. С другой стороны, нам нужен в Допре свой человек. Может, у тебя и правда получится? — Аделард побарабанил пальцами по подлокотнику трона, ненадолго задумавшись, а потом перевёл взгляд на синеглазую.

— Кристел! Я официально признаю Максайма Леграна членом семьи дома Легран. Сегодня же будет занесена соответствующая запись в Родовую книгу. За ним сохраняется третья ступень в иерархии клана и все привилегии, которые за этим следуют. Выдели ему два фрегата из тех, что есть на твоём корабле и оружие, какое он попросит.

— Хорошо, месьё, — покорно склонила голову женщина.

— Максайм, пока только это, а дальше увидим. Связь с нами будешь держать через Кристел. Информируй обо всех изменениях в Допре, мы же в рамках своих возможностей будем помогать, — патриарх сжал челюсти, под пергаментной кожей заходили желваки. Аделард помолчал, обдумывая какую-то мысль, а потом не в тему спросил: — Ты сможешь отключить планетарный щит и на Ярило-3? Так, как ты сделал это на Затэре? Поможешь освободить Перрина из ловушки?

Я точно не знал, смогу ли отключить щит на Ярило-3, но утвердительно кивнул. Рассудил, что раз на той земле есть город, похожий на Стелланар и планетарный щит, значит отключить можно всё по аналогии с Затэрой. Да и не время разочаровывать дедулю, а то ещё отберёт у меня игруш... корабли. Напряжённое выражение спало с лица патриарха, и дальше он повёл беседу с синеглазой:

— Кристел, что с перебежчиком Ноэлем? Лоренс доложил, что он уже у тебя.

— Да. Для допроса я собиралась везти его на нашу базу в Допре. Но в свете изменившихся обстоятельств, я так понимаю, придётся свернуть и саму базу? Перелёт за барьер Ноэль не переживёт. Он сейчас в клетке-парализаторе, ждёт вашего решения...

— Он что-то успел сказать? Какое у него оправдание?

— Говорит, что у научного подклана мало информации о Допре. Решил поставить научный эксперимент на себе...

— Он рассказал что-то новое о полиморфах?

— Нет. Сказал, ему не хватило времени выяснить детали, мы слишком быстро его выследили.

— Жалкая отговорка, — разочаровано поморщился Аделард. — Кристел, ты знаешь, что делать с перебежчиком.

— Да, месьё, — ответила женщина.

— Аделард, — внезапно пришедшая мысль заставила меня вклиниться в разговор. — Не убивайте учёного, отдайте его мне. Он может принести пользу.

Патриарх насупил брови. Ему не понравилось, что я обратился к нему с этой просьбой, оспаривая уже принятое решение.

— Максайм. Неукоснительное исполнение приказов — это залог могущества клана, — наставительным тоном ответил на мою просьбу Аделард. — В отличие от тебя, Ноэль знал о моём запрете, тем не менее, ослушался. Если я его сейчас помилую, то другие подумают, что мои приказы можно безнаказанно игнорировать. Принятое решение не обсуждается.

Мне ничего не оставалось, как согласно кивнуть. Нет, сейчас точно не следовало раздражать дедулю. По лицу патриарха пробежала едва заметная улыбка, которую он тут же подавил, приняв грозный вид. Кажется, он удовлетворился моей покорностью. Аделард снова пригладил бороду рукой и сказал:

— Но, не смотря ни на что, я рад узнать о твоём существовании. Позже я вызову тебя для встречи за пределами Допры, обсудим план возвращения моего сына и расшифровку золотых пластин. Кристел будет с тобой на связи.

Я снова выполнил лёгкий поклон головой в знак того, что понял и принял к сведенью слова дедули, и Аделард отключился. Он явно не испытывал восторга, заполучив проблемного внука. Да я и не собирался набиваться в родню.

ВиАс Кристел негромко завибрировал. Женщина провела по нему пальцем, и над запястьем возникла голографация человека. Я сумел различить серебристый шлем и плечи, облачённые в синий комбинезон. Подчинённый сообщил, что тело Номи найдено, помещено в стазис-капсулу и через семь минут его доставят на корабль.

Кристел убедилась, что я тоже слышал доклад, затем, пожелав мне приятного вечера, направилась к выходу из моих апартаментов, но я не позволил ей уйти, ухватив женщину за руку. Гамма эмоций тенью промелькнула на лице синеглазой. Удивление, неприязнь и растерянность мгновенно сменяли друг друга.

— Месьё?

— Кристел. Отдайте мне учёного... — попросил я.

— Вы слышали приказ патриарха... — насмешливо выговорила она, похоже, довольная тем, что в силах мне отказать, и ядовито отчеканила: — Ничем не могу помочь...

— Аделарду необязательно знать об этом.

— Предлагаете мне ослушаться прямого распоряжения Владыки? Вы обо мне странного мнения, месьё.

Женщина дернула руку, желая освободиться из моей хватки, но я не отпустил. Сильнее сдавил её запястье, а свободной рукой мгновенно схватил Кристел за тонкую шею и с силой прижал к стене. Женщина с испугом смотрела мне в глаза и вцепилась в руку, которой я пережимал ей горло. Злость снова начала накатывать, но глубоко вздохнув, я попытался успокоиться. Тихо, почти шёпотом, сказал:

— Я не Аделард, Кристел. Я не поручаю убийство другим, а делаю всё сам и быстро. Так меня учили. Придушить бы тебя за всё, что ты сделала. — Я оглядел побледневшее лицо женщины, испуганные синие глаза, которые расширились от ужаса. Убийство Номи, совершённое по её приказу, не шло у меня из головы, да и знакомство моего лица с её ботинком забыть сложно. Одно лёгкое усилие, и её гортань хрустнет в моих пальцах, но Кристел мне пока полезна. — У меня есть доказательства, что вопреки приказу Аделардаты пыталась меня убить. Именно ты, Кристел, а не подосланные неолуддиты, твою связь с которыми ещё нужно доказать. Видеозапись пощёчины с детальным масштабированием устройства, имитирующего перстень, а также запись игровых логов, сообщающих о моём отравлении после инцидента, могут сегодня же быть переправлены патриарху... Через Лоренса... Так что, видишь, я о тебе правильного мнения. Передо мной можешь не строить из себя святую невинность.

Женщина скрипнула зубами от злости, и, задыхаясь, процедила:

— Вы. Убили. Моего. Брата.

— Я даже не знаю, кто твой брат. Но если и убил, значит, по моему мнению, он того заслужил. Ты нарушила главное правило: «клан важнее кровных уз». Решай, Кристел. Хочешь, чтобы о твоём поступке узнал патриарх?

Женщина сузила глаза. Я понял, что она не горела желанием потерять доступ к воскрешению Жнецом. Поколебавшись, она согласилась:

— Ладно, — прошипела синеглазая, отталкивая меня в грудь свободной рукой. — Я помещу Ноэля в грузовой отсек одного из выданных вам фрегатов. На учёного наденем исправляющий ошейник, кольцо контроля передам вместе с ключ-картами кораблей, месьё.

— Хорошо.

Я удовлетворённо кивнул, убрал руку с шеи Кристел и отступил назад, увеличив дистанцию между собой и женщиной. Улыбнулся синеглазой самой добродушной улыбкой, которую способен был изобразить, и распорядился:

— Туда же перенесите с «Виверны» весь груз, и, как вы слышали, мне понадобится оружие, в том числе и спрайдеры. Не откажусь от клеток-парализаторов.

— Будет сделано, — со смирением на лице согласилась женщина, опустив глаза в пол. Она потирала ладонью шею в том месте, где я её сдавил, и щёки Кристел залились очаровательным румянцем.

Я усмехнулся и покачал головой. Меня она не обманет этой наигранной покорностью. ВиАс Кристел снова завибрировал. На этот раз я услышал только обеспокоенный голос вызывающего:

— Мадамъё! Что нам делать? Гости-игроки атакуют. Они угрожают расправой месье Леграну!

— Никого не трогать! — моментально среагировал я. — Сам разберусь! Кристел, ведите меня.

Интерлюдия 1. Заряна

Анжелика Вернер росла умной и ласковой девочкой. Но, как и половину семей смешивающегося пространства, «проклятье» Допры не обошло и её дом стороной. Мать Анжелики, отчаявшись самостоятельно выносить и родить ребёнка, после долгих споров с супругом Тимосом Вернер, обратилась в научный центр, пожертвовав своей жизнью, ради появления на свет дочки.

Позже, Тимос рассказывал Анжелике, что её мама так сильно хотела ребёнка, что почти дошла до безумия, и ему пришлось согласиться на помощь неписей. Отец просил дочку не обижаться на него и маму за принятое ими решение, и за то, что росла она в неполной семье. Тимос так и не смог забыть супругу, и не обращал внимания на других женщин.

Но Анжелика не сердилась на родителей. Наоборот, девочка была благодарна отцу за то, что он не привёл в дом чужую женщину и не взял «искусственную», которые предлагались в научных центрах каждому мужчине, потерявшему свою половинку. Не нравились Анжелике эти копии погибших матерей. Хоть в обществе они и считались нормой, да и большинство одноклассников жили с такими «мамами», девочка полностью поддерживала отца в принятом им решении.

Тимос в свою очередь окружал дочку такой нежной заботой и самоотверженной любовью, что она почти не страдала от отсутствия матери. Анжелика грустила лишь иногда, когда мимо их дома со своей семьёй проходил соседский мальчик Анвар. «Проклятье» Допры не коснулось их, и оба родителя у него были настоящими. Тогда девочка пыталась представить себя на его месте. Воображение рисовало, как они гуляют с мамой, голографию которой она видела в старых семейных альбомах, как ходят вместе за продуктами, покупают наряды и потом едят мороженное где-нибудь в летнем кафе.

Но, перехватив тоскливый взгляд отца, наблюдавшего за ней в эти моменты, Анжелика выбрасывала из головы грёзы, и крепко прижималась к Тимосу. Дочку отец называл «мой Ангелочек» и «моя Радость». И Анжелика, действительно, радовала папу успехами в учёбе, занималась с домашними делами, а, как только ей исполнилось двенадцать лет, начала помогать отцу ещё и в баре.

В провинциальном городке на земле Триния, входившей в состав Центрального Содружества, Тимос Вернер содержал небольшой бар «У Заряны». Название заведению было дано в честь погибшей мамы Анжелики, и приносило крошечный доход. Посетителей обычно бывало мало. Нищета, в которой жила большая часть граждан Центрального Содружества, не позволяла людям много тратить на выпивку, и дело Тимоса совсем бы загнулось, если бы время от времени в бар «У Заряны» не заглядывали игроки. Вот у них с кредитами напряга не было, и только за счёт этого заведение держалось наплаву.

Тот небольшой доход, что приносил бар, позволил Анжелике учиться в местной школе, а, когда она успешно её закончила, получив максимальные баллы по точным наукам, с Тимосом связались из космической лётной академии. Девочке предложили поступить в факультет навигации на астрогатора. После его окончания выпускникам предлагалось место в гражданском или военном космических флотах.

Анжелика сияла от восторга. Такая удача и не снилась бедной девочке. Элитная академия Содружества! Да, её могли позволить себе только дети состоятельных родителей! А Анжелике предложили полное гособеспечение, курсантское денежное довольствие в размере трёх кредитов в неделю, а ещё гарантированную работу после окончания обучения! Это просто мечта!

— Ангел мой, — Тимос прижал к себе дочь, прощаясь с ней у пассажирского шаттла, который через семь минут отправлялся с Тринии в космопорт соседней земли, — Я так рад за тебя.

Но дрожь в голосе отца зацепилась за внимание Анжелики, отозвавшись болью в её сердце.

— Ты не волнуйся, пап, — улыбнулась дочь, выбравшись из объятий Тимоса, — Я буду тебе писать, каждый отпуск прилетать сюда. Я стану лучшим астрогатором Содружества, и заберу тебя с собой. Ты не будешь больше сводить концы с концами, теперь моя очередь заботиться о тебе.

Анжелика посмотрела в лицо отцу. В глазах уже немолодого мужчины стояли слёзы.

— Не важно, доченька, будешь ли ты мне помогать. Я счастлив уже от того, что судьба твоя складывается удачнее, чем у нас с мамой, — Тимос улыбнулся и провел ладонью по тёмно-каштановым волосам Анжелики, — об одном прошу тебя, Радость моя, не повторяй того, что совершила Заряна. Я не смогу жить, лишившись ещё и тебя.

Щёки Анжелики увлажнились от слёз.

— Пап, ты никогда меня не лишишься. Я тебе обещаю.

Конечно, Анжелика мечтала о своей семье, о супруге и детях, которых будет любить, но, это где-то было далеко в перспективах. И она точно уверена, что ни за что на свете, не поступила бы так, как мама. Ведь перед её глазами стоял пример Анвара. А, значит, шанс на нормальную семью всегда был. Девушка села в пассажирский шаттл и в иллюминатор наблюдала, как быстро уменьшалась сутулая фигурка её заботливого папы.

Анжелика твёрдо намеревалась выполнить все данные отцу обещания. Поставив перед собой чёткую цель, девушка погрузилась в учёбу, которая давалась ей не просто. С точными науками и управлением работой ИскИнов проблем не было, да и всё, что касалось теории, она легко усваивала, но вот ежедневные физподготовка и пилотирование летательных машин в ручном режиме сильно изматывали девушку. А тут ещё на неё свалился первый успех у парней.

В то же время этот самый успех стал причиной её одиночества. Девочки, которых в лётной академии училось не больше десятка, не хотели с ней общаться, потому что если в компании находилась Анжелика, парни всё внимание уделяли ей. С курсантами дела обстояли не лучше. Ни одного из них не устраивала роль «просто друга». И со временем Анжелика Вернер начала избегать общества сокурсников. В результате, за девушкой прочно закрепился ярлык недотроги, а ещё надменной и самовлюблённой особы.

«Ну, и пусть. Так даже лучше, — убеждала себя Анжелика, — ничто не будет отвлекать меня от занятий». Девушка ещё больше углубилась в учёбу, благодаря чему возглавила список лучших курсантов академии. Это стало поводом для новых сплетен и пересудов однокурсниками.

Живое общение Анжелике заменила электронная переписка с соседским мальчиком Анваром и отцом, которому девушка еженедельно отсылала половину выплачиваемого ей денежного довольствия. Тимос говорил, чтобы дочка не беспокоилась, и кредитов на жизнь ему хватает, а дела в баре вообще пошли в гору. Но такие делано бодрые сообщения от отца ещё больше настораживали Анжелику.

Четыре года пролетели как во сне. Блестяще сданные выпускные экзамены, и портрет Анжелики навечно на доске почёта под заголовком «Гордость нашей академии». Девушке предложили на выбор несколько вакансий. Самыми привлекательными из которых были три места в военном флоте и два в гражданском. Выбор очевиден. Анжелика помнила данное отцу обещание, потому решила не рисковать жизнью, и взяла работу астрогатора на гражданском судне «Неотразимый Мистик». Он принадлежал корпорации «Юми Комото», одним из направлений деятельности которой являлись грузовые перевозки в пределах Допры и всей галактики Млечный Путь.

Анжелике предоставили корпоративное жильё — небольшой уютный домик на земле, принадлежащей «Юми Комото», и отпуск на две недели перед первой командировкой. Девушка, не теряя ни минуты, отправилась домой к отцу, чтобы забрать его с собой, поселить в своём новом жилище, но её ожидало разочарование. Именно с этого момента настала чёрная полоса в жизни Анжелики и удача полностью от неё отвернулась. Отец оказался сильно болен, он почти не вставал с постели, а за баром присматривал соседский парень Анвар.

У бедного старика не нашлось средств на врачей, и болезнь прогрессировала. Анжелика вызвала медиков, и на все имеющиеся у неё на тот момент сбережения, оплатила отцу место в клинике. Девушка уже собиралась просить в корпорации внеочередной отпуск, чтобы заботиться о папе, но Тимос запретил ради него жертвовать карьерой.

На две недели Анжелика взяла на себя заботу о баре отца, и сумела понять, что дела там шли не так радужно, как расписывал Тимос. Расходы сильно превысили доходы, погреб опустел, продукты закончились. Но самым неприятным стало то, что такое положение дел было вызвано полностью бездарным управлением Анвара, который словно нарочно всё делал так, чтобы заведение обанкротилось. Девушка полностью рассчитала персонал и готовила заведение к закрытию. Отца она, даже против воли, собиралась увести с собой.

В тот день Анжелика в баре засиделась допоздна, занимаясь бухгалтерией и подсчитывая долги, когда дверной колокольчик звякнул, а в помещение ввалилась компания из восьми игроков. Все были одеты в чёрные скафандры без шлема. Их лидер, невысокий мужчина с «крысиным» лицом, вёл себя в «У Заряны» по-хозяйски. Он приказал снять со стола закинутые на него стулья и прямиком направился к застигнутой врасплох девушке.

— Это ты, что ли, Заряна? — усмехнулся игрок, плотоядно обшарив взглядом подтянутую фигуру Анжелики и облизнул губы. Девушка поморщилась, словно действие гостя на физическом уровне оставляло омерзительные сальные следы на коже.

— Простите, мы закрыты, — холодно произнесла Анжелика.

— Не понял, — хохотнул игрок с «крысиным» лицом. От него пахнуло алкоголем. — Девочка, ты не врубаешься, чесслово. Я плачу кредиты — ты наливаешь.

— Простите, но мы совсем закрыты...

— Ты чё? Не въехала? Мы хотим выпить. В этой тошниловке есть алкоголь? — как с тупой по слогам заговорил игрок.

Анжелика немного подумала. Конечно, сейчас не помешало бы немного заработать, чтобы покрыть часть папиных долгов, но говоривший с ней человек вызывал у девушки животный страх.

— У нас остался только калийский ром, — тихо произнесла она.

— Братва, — обернулся игрок к своей команде, — В этой тошниловке только калийский ром...

— Какого Хета! — недовольно зашумела «братва», — Порш, давай поищем другой кабак. Не давиться же этим алкопойлом!

Порш посмотрел на Анжелику, хитро оскалился и процедил:

— Неси...

Девушка спустилась в сырой холодный погреб, смахнула пыль с полки, на которой рядами уложены бутылки с дешёвым алкоголем. Она достала две из них и на секунду задумалась, решая какое количество ей взять наверх. «Крысомордый» не сказал, а она так спешила скрыться от его пристального взгляда, что не спросила даже.

Вдруг кто-то сзади коснулся её плеча. Анжелика вздрогнула от неожиданности. Сердце в нехорошем предчувствии заколотилось сильными частыми толчками, готовое разбить грудную клетку изнутри. Девушка развернулась и встретилась с сальным взглядом игрока, заказавшего выпивку.

Тот гаденько улыбнулся:

— Сколько берёшь за ночь?

От такой наглости Анжелика потеряла дар речи и отступила на шаг.

— Нет, ты какая-то глухая, чесслово. Заряна, я спросил: сколько?

— Нисколько... — еле выдавила напуганная девушка, — И я не...

— Понял, — прервал её игрок, — Нисколько — значит, даром...

Он рванул девушку на себя. Бутылки, которые держала Анжелика, выскользнули, с переливчатым звоном разбившись о плитку пола, а голубой шёлк платья девушки, словно тонкая паутинка в руках игрока разъехался с негромким треском.

— Задница иподрила! Поршень, ну, нахрена?.. — спросил спустившийся в погреб товарищ «крысомордого», когда скафандр того снова принялся облачать тело владельца.

— Понравилась, — пожал плечами Поршень.

— Ты когда-нибудь доиграешься с рейтингами... — усмехнулся зашедший.

— Плевать, завтра отбашляю пару тысяч какому-нибудь зассаному приюту, и словно ничего и не было...

— Дорого клановой казне обходятся твои «маленькие радости».

— Это игра, Живчик... И я играю с удовольствием, — Поршень обернулся и посмотрел на девушку, — Думаю, забрать её с собой.

Анжелика в разодранной одежде сжалась в комок в холодном углу погреба. Её колотила нервная дрожь, а по щекам беззвучно катились слёзы. Девушка пыталась прошептать одну фразу, которую обещала себе никогда не произносить, иначе после отец её больше не увидит. А она дала слово, что папа её не лишится. Голос не слушался, и губы беззвучно открывались и закрывались. Чувство омерзения и гадливости к случившемуся переполняло. Анжелика протянула покрытую свежими синяками руку к бутылочному осколку. Она уже твёрдо решила, что если не получится сбежать от Поршня одним способом, она попробует другой.

— Зачем тебе толпарианка? — скривился Живчик, доставая с полки сразу шесть бутылок калийского рома.

— Сказал же, понравилась, — Поршень подошёл к Анжелике, которая продолжала беззвучно шептать, — Вставай. Со мной пойдёшь. Не понял, что говоришь?

— Да, она кукухой поехала, — засмеялся Живчик.

— Заряна, ты сама виновата, — равнодушно произнёс Поршень, — Я же предлагал денег... Зря отказалась, чесслово.

Поршень склонился над девушкой:

— Чего ты шепчешь?

— Войти в игру, — прошелестел дрожащий голос Анжелики, которая уже отчаялась сбежать от Поршня этим способом.

***

— Может, лучше её в эскортницы?

— Подумаю...

— Тело роскошное, но нужно посмотреть, что под скафандром. Может, там куча шрамов, как у Катрин. Это сильно снизит цену...

— Проснётся — поглядим.

— А волосы красивые. Густые и длинные. «Заказчикам» такие нравятся.

Девушка слушала этот странный диалог и не спешила открывать глаза. Да и с закрытыми глазами было на что «посмотреть». То ли сон, то ли наважденье... но она видела светящиеся цветные пиктограммы и значки. Девушка читала логи, перебирала строчки информации, цифры, проценты, смутно догадываясь, что всё это значит.

— Подбери ей одежду пока из своего.

— Хорошо, Мадам.

Звук удаляющихся каблуков по паркету. Послышался щелчок и девушку окутал сладкий пудровый аромат. Кто-то нежно провёл рукой по её щеке.

— Можешь открыть глаза, милая, — произнесла Мадам, непонятно как догадавшаяся, что девушка уже не спит, — кроме нас тут больше никого нет.

Она лежала на постели в уютной не ярко освещенной комнатке. Рядом сидела женщина лет сорока и курила. Её стройную фигуру обтягивал красный бархат, а яркий макияж оживлял увядший облик некогда красивого лица.

— Ты понимаешь, что попала в игру?

Девушка утвердительно кивнула. Она понимала, и откуда-то понимала, что такое игра, но всё равно ощущала себя дезориентированной.

— Называй меня Мадам, — предложила женщина, — теперь нужно понять, как обращаться к тебе.

Девушка села на постели и напрягла память. Ничего. Словно чистый лист. Она разочаровано поморщилась.

— Не страшно, — понимающе произнесла Мадам, — Так сначала у всех. Кто-то помнит имя, но не помнит часть прошлого, кто-то помнит прошлое, но не помнит имя, кто-то не помнит, ни того, ни другого. Ты можешь сама выбрать любое имя, или подождать, когда вернётся память.

— А она вернётся?

— Обязательно, — заверила Мадам, затянулась, и оценивающе осмотрела девушку, — Ты можешь помочь своей памяти. Давай проверим, что у тебя осталось в инвентаре. Обычно туда попадают вещи из прошлой жизни: одежда, украшения, предметы, что были на тебе и в твоих руках на момент входа в игру. Загляни в интерфейс. Это светящиеся значки, которые теперь будут сопровождать тебя всю оставшуюся жизнь. Ты видишь внизу справа круглую чёрную пиктограмму?

— Да.

— Представь, что ты к ней прикоснулась. Увидь это, почувствуй физически...

— Появились какие-то клетки...

— Ячейки, — поправила Мадам, — в каждой находятся предметы, имеющие отношение к твоей прошлой жизни. Сейчас ты не сможешь вытащить всё сразу, у игроков первого уровня «эсперики» совсем немного, но это поправимо. Выбери предмет поменьше и мысленно перемести его ячейку в центр.

— А какой из них поменьше? Там все клетки одного размера.

— Посмотри внимательно. У каждой клетки есть цифры, показывающие затрачиваемое на её открытие очки «эсперики», и время «перезарядки» ячейки. Чем их значения меньше, тем мельче помещённый в инвентарь предмет.

— Поняла, — кивнула девушка.

Она принялась внимательно рассматривать инвентарь, но удивлённо вздохнула. Её замешательство заметила Мадам.

— Какие-то проблемы с выбором предмета?

— Нет. С этим проблем нет. Самый небольшой — это осколок бутылочного стекла. Но вот... почему одежда испорчена? Она вся разодрана...

В глазах Мадам засветилось сочувствии:

— Давай сейчас мы попробуем достать тот осколок, — предложила она, — а с одеждой разберёмся позднее.

Девушка согласилась.

— Хорошо. Я переместила ячейку с ним в центр. Дальше что?

— Теперь создай сферу, чтобы достать его. Подержи ладонь над запястьем. Нет, подними чуть выше, иначе сфера получится маленькая. А тебе нужно будет просунуть туда руку и вынуть предмет.

Девушка сделала всё, как ей советовали, и через пару мгновений под кистью руки почувствовала воздушные завихрения. Легкая как туман дымка стала приобретать форму, а потом темнеть. Мелкие электрические разряды пробежали по ладони. Когда над запястьем сформировалась чёткая дымчатая сфера, Мадам сказала:

— Просовывай внутрь руку и доставай предмет...

Девушка просунула кисть, ощутив разнонаправленные потоки воздуха, пальцы руки скользнули по острому краю стекла. Она крепко зажала предмет в ладони и вынула руку. Сфера начала таять. Рубиновая капля крови скатилась из пореза по пальцу девушки, и, капнув на скафандр, моментально поглотилась его голубыми всполохами.

Девушка изучала тёмно-зелёный осколок бутылочного стекла, на котором сохранилась маркировка: «Бар „У Заряны“». Она рассматривала предмет, пытаясь понять, что он подсказывал памяти. Ни за что особо зацепиться не получалось, кроме имени. Оно казалось смутно знакомым, и каким-то родным. Может, её зовут Заряна? В таком случае, в прошлой жизни она была владелицей бара, но не совсем понятно, откуда у неё в инвентаре оказалось склянка. Кто-то разбил бутылку, а она убирала осколки?

Или она сама любительница выпить? Зашла в бар, напилась, и подралась с кем-то? Скорее всего! Потому и одежда рваная. Но, тогда вряд ли её зовут Заряна. Хотя, это имя ей нравится. От него веет домашним теплом.

— Что-нибудь вспоминается? — докурив пакстик, спросила Мадам.

— Да. Какие-то проблески есть. Но, не точно... — помолчав, девушка добавила, — Мне кажется, моё имя Заряна.

Мадам улыбнулась.

— Теперь, ты можешь зарегистрироваться в Глобсис. В общем зале «Морозного Лотоса» найдёшь непися. Он выдаёт задания только нашим девочкам.

— Задания? — мысли Заряны со скрипом выстраивались в логическую последовательность. До девушки начало доходить, что игра — это выполнение заданий, а каких, зависит от того, куда попала на старте. — А где я?

Она обвела глазами помещение, и сердце её замерло. Красная драпировка стен, картины специфической тематики, зеркальный потолок и большая круглая кровать в центре... Мадам? В памяти Заряны всплыл диалог, услышанный в первые мгновения пробуждения, и девушка похолодела.

— Не может быть... — прошептала она.

Мадам вынула из сгенерированной сферы заострённую с одного конца капсулу, задумчиво покрутила ей перед лицом девушки:

— Это теперь, милая, вся твоя жизнь. Первая капсула выдаётся бесплатно, на остальные придётся зарабатывать, — Мадам вложила предмет в руку девушке и посоветовала, — Как начнётся ломка, вколи, дальше инъекции будешь делать ежедневно в то же самое время.

В комнату вбежала вертлявая брюнетка, с волосами до плеч. Она втащила ворох одежды, и, бросив Заряне бодрый привет, плюхнула ношу на постель.

— Снежана, помоги новенькой с адаптацией, — посмотрела Мадам на вошедшую, а потом перевела взгляд на Заряну, — Увидимся, милая, привыкай. И... добро пожаловать в клан «Красные Волки».

Мадам покровительственно легонько сжала плечо Заряне, затем поднялась, проделала ту же манипуляцию со Снежаной и вышла из комнаты.

— Мы теперь с тобой соседки, и, надеюсь, станем подругами, — весело зачирикала брюнетка, — У нас разные спальни, но общая гостиная. Ты, давай, убирай скафандр в «браслеты». Нам нельзя его носить даже в косформированном режиме. Здесь позволена только настоящая одежда, но чаще и она не требуется...

Снежана весело расхохоталась собственной шутке.

— А, тут можно как-то по-другому заработать? — безжизненным голосом спросила Заряна.

— Можно, но не нам. Тебя в этот сценарий поместила система. Ты как появилась в инкубаторе, сразу добавилась в группу Мадам. А это значит, что никто, кроме Гриши тебе задания на луксы на территории Клана не выдаст. Ну, можно брать задания за пределами наших локации, но там без команды не обойтись. Да и не представляю, как тебе помогут навыки любовницы выполнить групповые квесты. Кстати, один навык у тебя «Ментальная Сила» — это стандарт, два следующих советую взять: «Предугадывание Желаний» и «Растягивание Удовольствия»...

— Не поняла. Где я появилась? — запоздало спросила Заряна убитым голосом.

— О-о-о... Подруга, да тебя не слабо «прибило»... Ну чего ты такая бледная? Словно первый раз под венец идёшь. «Маргалотки» сюда не попадают, а это значит, какой-никакой опыт у тебя есть. Хотя бы раз с мужиком была, да, и, судя потому, что попала сюда, в игру пожелала зайти непосредственно после секса, иначе система тебя не поместила бы в бордель. — Снежана покачала головой. — Ладно, подруга, не обижайся. Попадают к нам иногда такие. Так же как и ты переживают, а потом привыкают...

— Привыкают?

— Ага... Это только поначалу кажется страшно... На самом деле тебе круто повезло. Не нужно ни о чём заботиться. На нас тут полклана вкалывает. Ты всего лишь должна выполнять свою работу качественно. Вот, была бы ты толпарианкой, это было бы страшно. Несколько лет, и потеряла бы свежесть, и спрос бы на тебя упал. А мы всегда такие, какими появились в игре. Не меняемся. Никогда не потеряем товарный вид. Это же круто! Вечная молодость и жизнь в достатке. Ко всему остальному ты привыкнешь.

И Заряна привыкла. Почти. Внешне она была как все. Знала где смеяться, где шутить, как правильно себя подать, как свести с ума заказчика услуги, но внутри девушку съедала всепожирающая пустота. Она больше ничего не чувствовала. Стала словно куклой без души. Память постепенно вернулась, она вспомнила прошлую жизнь, своё имя, отца, последний вечер в баре, но всё это казалось таким далёким, и случившимся не с ней.

Да, это и была не она. Исчезла, растворилась в небытие заботливая и ласковая дочка Анжелика. Она умерла и похоронена под вереницей праздного веселья, сменяющегося неделями депрессии, слезами в подушку или на плече у Снежаны. Родилась Заряна, циничная и скептичная девушка, знающая себе цену. А, как только Анжелика желала поднять голову, воскреснуть из небытия, Заряна увеличивала дозу алкоголя и курила... Теперь Заряна много курила. Но, иногда, сквозь любовный угар борделя к её сознанию пробивался образ пожилого отца, которого она оставила больного, одинокого... В эти моменты было тяжелее всего. Душа рвалась назад, в провинциальный городок на земле Триния. Заряна готова была, наплевав на всё, рвануть туда.

Так было и в этот раз, когда «Морозный Лотос» посетил человек, которого девушка ненавидела теперь так же сильно, как и боялась. И зашёл он не один, а в компании с лидером её клана. Эти двое дружески общались и смеялись, обсуждая какое-то дело. Поршень её узнал. Заряна и подумать не могла, что крыса в некоторых случаях способна становиться довольным котом. Эмоционально девушка вновь почувствовала те омерзение и животный страх, которые пережила в погребе бара отца.

— Ты бросила мне вызов, Заряна, — масляно улыбнулся Поршень, — я его принял. Жди...

Он прошептал это, глядя девушке в глаза, когда лидера клана «Красные Волки» отвлекла по какому-то вопросу Мадам. Обострённое «Восприятие» Заряны уловило каждое слово, и она побледнела. В тот же момент мысль о побеге резким импульсом ворвалась в сознание, а план действий возник сам собой.

Заряна знала, что ей теперь делать. Она приняла решение быстро и легко. Девушка сбежала. Угон звездолёта казался ей самым разумным вариантом. Пора использовать навыки, полученные в лётной академии. Активировав функцию облачения скафандра, Заряна отправилась в космопорт и под «инвизом» проникла в ангары. Повезло, что клановая территория находилась в пространстве Центрального Содружества, которое безопасностью своих космопортов похвалиться не могло.

Из всех находившихся в тот момент кораблей она выбрала старенький корвет, с драконом на борту, посчитав, что защита на нём самая слабая, и больших проблем с ней не возникнет. Она могла бы завести его и без капитанской ключ-карты. Если машина исправна, то взлетит. Девушка отправится к отцу. Обнимет его в последний раз. «Праны» должно хватить на этот полёт, а больше и не надо. Заряна не собиралась возвращаться... Да и «играть» больше не хотела. Это путешествие в один конец.

Кто же знал, что на этом раздолбаном корыте могут быть какие-то специальные ловушки, да, ито, установленные, как оказалось, в качестве шутки над капитаном корабля. Заряну зажало в кресле первого пилота, да так, что перевернуло вверх головой и почти сложило пополам. Больше получаса девушка пыталась выбраться из ловушки, пока не услышала, что на корвет вернулись хозяева. Что же теперь будет? Заряна трепыхнулась сильнее и услышала хохот мужчины:

— Надёжно зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается...

«Вот, урод!» — подумала она, — «Ненавижу! Все одинаковые!»

Самое обидное было то, что она сейчас находилась к вошедшему задом, довольно эротично выставив «пятую точку», и ничего не могла с этим поделать.

— И ты решил, что я на это попадусь? — с усмешкой произнёс второй голос. В нём слышались металлические нотки. Человек явно привык повелевать.

— Ну, ямный пень! Естественно! Как же иначе?!

— Ты забыл про мой навык «Предчувствие»?

— Он бы не сработал, Братишка. Отвечаю. Я же не со злым умыслом ставил ловушку, а искренне и по братской любви, — снова хохотнул первый, — Тебе бы это устройство не причинило бы вреда, уверен, с твоими статами ты его легко бы сломал. Сама фишка заключалась в том, чтобы обмануть «Предчувствие». У меня родилась мысль, если неприятель устраивает ловушку, и думает, что делает не зло, а благо, или хотя бы, не проявляет агрессии в отношении тебя, тогда твой навык не работает. Так ты и попал в тот раз в переделку с ореадами.

— Интересно... Как-нибудь нужно повторить. Поэкспериментировать, — задумчиво произнёс «Братишка».

— Эй! Может, меня уже отсюда снимите?! Полчаса болтаюсь так! — вскипела Заряна, немного обескураженная тем, что её появление на этом корабле вызвало меньший интерес, чем опыт с навыком «Предчувствие».

— Чуть позже, — снова засмеялся первый, — Вид красивый. Не могу глаз оторвать... Да и компенсация нужна за сорванный эксперимент.

— Снимай её, Арес, — резанул металлом «Братишка».

— Скука с тобой, — обиженно пробубнил Арес и вызволил Заряну из ловушки.

Странную картину представляли эти двое. «Братишка» — высокий и статный. У него приятные черты лица, а на губах играла усмешка. Однако его в глазах не мелькало и тени интереса к происходящему. Арес — здоровый мужик, гора мышц, ростом чуть ниже братишки, с простодушным лицом и открытой улыбкой.

— Я слушаю, — произнёс «Братишка», внимательно рассматривая Заряну.

И девушка начала рассказ. Нечего терять тому, кто мысленно уже простился с жизнью. Заряна поведала всю историю, а, вспоминая больного отца, плакала. Когда девушка закончила рассказ, она с вызовом посмотрела на мужчин, готовая принять любую участь. Выгонят её, или сдадут охране за попытку угона, или ещё что-то... ей уже всё равно...

— Арес, маякни Шраму, пусть подтягивается на корабль, скоро вылетаем, — безразличным тоном произнёс «Братишка».

— А, я? — оторопела Заряна.

— Ну, ты же собиралась сбежать на «Виверне», я не против. Покажешь себя хорошим навигатором, сможешь остаться в команде, если захочешь.

Если захочет? Заряна ещё как хотела! Уж это в сотни, нет, в тысячи раз лучше того, чем ей приходилось заниматься в последнее время. Только вот капитан странный какой-то. Во время рассказа девушки, на лице Ареса Заряна замечала смену эмоций: удивление, негодование, жалость... А этот простоял весь рассказ со скучающим выражением лица. У девушки создавалось впечатление, что он вот-вот начнёт зевать.

Но со временем она привыкла ко многим странностям капитана. Между ними даже начало складываться что-то похожее на отношения, какие бывают между мужчиной и женщиной, какая-то эмоциональная привязка. Заряна это чувствовала и в один момент попросила капитана отвезти её домой к отцу. Капитан согласился.

— Макс, ты бы смог пойти со мной? — девушка боялась, что увидит или услышит что-то нехорошее, и у неё просто не хватит сил с этим справиться. Присутствие Макса теперь придавало ей уверенности. Она чувствовала его поддержку.

— Смогу, если нужно.

— Только косформируй скафандр в обычную одежду. Я не хочу, чтобы отец знал, что я теперь игрок.

— Заряна, я не люблю эти переодевания...

— Пожалуйста... — взмолилась девушка, он согласился и на это.

— Почему ты хочешь его обмануть?

— Мне стыдно за всё, что произошло... — опустила глаза Заряна. — За всё! Начиная со случая в погребе, и заканчивая тем, что я не сдержала обещание. Бросила его одного.

В сопровождении Макса девушка почти бежала по знакомым серым улочкам провинциального городишки. Капитану приходилось постоянно сдерживать её, чтобы та не двигалась слишком быстро и не привлекла внимание жителей, раз им нужно поддерживать легенду, и выглядеть, как пара толпарей.

Ноги сами несли Заряну к бару, который находился на первом этаже их с отцом родного дома. Вот и знакомые коричневые двери со стеклянными вставками, вот и клумбы возле входа, ухоженные и буйно цветущие, вот и вывеска с надписью... «Бар „У Анвара“». Девушка резко остановилась. Ей не хватало воздуха. Рыдания рвались наружу. Макс вопросительно на неё посмотрел. Она лишь пальцем указала на вывеску и не двигалась.

— Пойдём, — капитан решительно взял девушку за руку и потащил внутрь, Заряна вяло сопротивлялась. Она боялась того, что может ожидать её там. Макс убеждал: — Всё нужно доводить до конца. Чтобы потом не оставалось вопросов...

Девушка вошла внутрь. Другая мебель, другая отделка стен, даже запах другой... и много посетителей. За барной стойкой находился Анвар. Он изменился. Стал старше. Заряна не могла припомнить, сколько времени провела в игре. Доприйцев этот момент мало интересует. Анвар удивлённо таращился на Заряну, застывшую у входа.

— Анжелика? Это ты? — мужчина, словно призрака увидел. А потом опомнился, подскочил к девушке и затараторил: — У меня всё законно. Твой отец передал мне дело. Лично. Всё оформлено через биржу. Он был вменяем на момент совершения сделки. Я ничего тебе не должен, наоборот, я вкладывался сюда, когда твой отец болел. Я работал тут. Пахал в три смены. Тимос мне не заплатил. Бар не покрыл всю сумму. Он мне ещё должен остался. Всё законно. Ты не отберёшь его. Это мой бар!

Заряну начало потряхивать.

— Рот закрой, червяк, — ледяным тоном резанул Макс, — Ещё раз услышу про долг, голову откручу.

Анвар подавился словами.

— Папа... где?.. — прошептала Заряна.

— Тимос-то? — удивился Анвар, — Умер. Давно. Лет десять уж прошло. Как только ты исчезла, и месяца не протянул... С сердцем что-то. Могилу ему не делали. Кредитов-то у него не было. Кремировали. Но у меня, правда, всё законно, — опасливо покосился на Макса мужчина. — Все документы в сейфе. Он в погребе. Пошли, покажу.

В погреб Заряна не хотела. Да, и вообще, плевать ей было на этот бар, и на то, как внезапно в Анваре проснулись способности управляющего, что позволили заведению процветать. Девушка выскользнула на улицу и не смогла сдержать рыданий. Макс последовал за ней. Он, словно ребёнка, молча, прижал её к себе, и позволил выплакаться. Так успокаивал её отец, когда она ещё была маленькая. А теперь и он. С ним Заряна чувствовала себя защищённой. С ним она могла позволить себе быть слабой.

Глава 3. Раскол

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны D-15-12. Крейсер класса «Инквизитор».

— Никого не трогать! — тут же выкрикнул я, услышав из ВиАса синеглазой сообщение об угрозах от команды в мой адрес, — Сам разберусь! Кристел, ведите меня.

Я последовал за женщиной, которая, словно пантера, тенью скользнула из моих покоев. Мы двинулись по широкому коридору. В жилом отсеке он довольно уютный. Создавалось впечатление, что я нахожусь сейчас в дорогом отеле. По-дворцовому роскошно выглядели красные ковровые полы с золотыми вензелями, чёрные с белыми прожилками панели на стенах, имитирующие мрамор, и отражающийся от глянцевых поверхностей переборок свет ажурных люстр. Не видно даже намёка на техногенность, до такой степени Врарио любили комфорт.

Однако прошли совсем немного, и, завернув влево вслед за коридором, натолкнулись на столпотворение. Люди Кристел, одетые в синие скафандры с золотыми эмблемами Врарио, соорудили живой заслон, не пропуская мою команду. Больше всего бушевал Шрам. Он, как живая мельница, размахивал «Накером», требуя дать ему пройти, чтобы снести тупую башку командора. Адепты укрывались овальными полупрозрачными энергощитами, но не пропускали Шрама дальше. Время от времени искрящийся голубыми электрическими всполохами драконоголовый меч друга вскользь попадал по энергощиту, тот с щёлкающим треском гасился, человек, державший его, отступал назад, а опустевшее место занимал другой адепт.

Шрам вращал мечом вправо и влево, намеренно не вредя людям, но эффективно продавливая защиту. Врарио шаг за шагом приходилось отступать. Я сообразил, из-за чего друзья подняли «кипишь». Они получили оповещение о штрафных санкциях, последовавших за моим разговором с Ареллой. Только вот странно, что мне не пришло никакого уведомления.

Лекс, Цып и Алиса находились немного в стороне, и не принимали участия в общей потасовке, но с интересом за ней наблюдали. Арес удерживал взбешённую Заряну, рвущуюся Шраму на подмогу. Кид, отсутствовал. Видимо, ещё не вернулся в свой аватар.

— В чём дело? — привлёк я к себе внимание команды.

Шрам заметил меня, зло сверкнул угольками глаз и перекосил обезображенное лицо.

— В чём дело?! — пробасил он, задохнувшись от возмущения, — В чём дело?!

— Кристел, прикажите своим людям пропустить мою команду, нам нужно поговорить.

— Это не безопасно, месьё. Я Вам дам охрану, — синеглазая кивнула двум подчинённым со спрайдерами в руках, приказав встать рядом со мной.

Спрайдер — это как раз то оружие-«рупор», которыми Врарио обездвижили нас на «Виверне». Оно имеет несколько режимов работы, которые при желании можно совмещать. Спазм мышц при нашем захвате был вызван режимом «Вексатум». Кроме этого устройство могло работать в режиме «Диментис» — паралич, «Супрессио» — подавление воли, «Диспергатос» — разрушение, «Сомния» — усыпление, «Ардере» — жжение или выжигание. Принцип действия основан на направленном излучении определённых сочетаний микроволн разных гармоник. Именно такое оружие Кристел должна загрузить на мои фрегаты.

Как только живой заслон из адептов Врарио расступился, Заряна в косформированном атласном синем комбинезоне, наконец, вывернулась из рук Ареса и направилась прямиком ко мне. Взгляд её метал молнии.

— Ты — хетов придурок! — замахнулась на пощёчину девушка.

Я перехватил её руку, когда она описывала дугу для удара, и, быстро дёрнув на себя, вывел Заряну из равновесия. Девушку правым боком мотнуло, и я, обхватив её руками, с силой прижал спиной к себе, не позволяя причинить кому-то вред. Заряна делала попытки освободиться, но безрезультатно. Друзья жгли меня упрекающими взглядами, держа почтительную дистанцию, не приближаясь из-за направленных в их сторону спрайдеров людей Кристел.

— Хватит, угомонись, — мягко посоветовал я навигатору, — Давай спокойно поговорим.

— Иди к Хету со своими разговорами! — визжала Заряна, извиваясь в моих руках, словно дикая кошка. Она пыталась ударить меня пяткой в голень и молотила острым каблуком в подъем стопы, но не особо успешно, — Отпусти! Придурок! Гад! Ты же обещал!

— Не всегда получается так, как обещал...

— У тебя, скорее, чаще не получается, чем получается, — злобно бросил Шрам. Арес просто хмурился, переминаясь с ноги на ногу, и не сводил сочувственного взгляда с Заряны.

Обвинения Шрама были не справедливыми. До того, как связался с этим хетовым заданием Ареллы, я выполнял все свои обещания. Да и играли мы всё время достаточно успешно. Бывали заминки в виду сложности выбранных квестов или контрактов на бирже наёмников, но, в конечном счете, мы с ними справлялись. Однако стоило пойти чему-то не так, в чём-то обмануть ожидания друзей, и команда настроилась против меня. Это задевало. Мне казалось, что я делал для них всё, что мог, разбивался в лепёшку, но, видимо, для них этого оказалось мало.

— Кристел, — нашёл я взглядом синеглазую, — Где я могу поговорить с командой?

Женщина проскользнула мне за спину и открыла рядом дверь, за которой виднелась гостиная, похожая на ту, что в моих апартаментах.

— Пойдёмте, — кивнул я друзьям, и шагнул в дверь, увлекая извивающуюся Заряну за собой.

Девушка всё ещё сыпала оскорбления в мой адрес, а я, не отпуская её, запросил у Глобсис по ней справку. На бежевой отделке стен проявились золотые строки:

«Имя: Заряна, раса существа: человек, уровень: 1, системный номер: Z56-A51-R73-A82-N68, категория: игрок-3».

Уровень один? Понятно, чего она скандалит. Истерика Заряны перешла в прерывистые всхлипывания, девушка выбилась из сил, и я усадил её в глубокое белое кресло. По щекам моего навигатора текли слёзы. Она достала из сгенерированной дымчатой сферы пакстик, дрожащими пальцами вставила в него картридж и нервно затянулась. Остальные члены команды рассаживаться не стали, хотя мест тут хватало для всех. В ожидании того, что я им скажу, друзья выстроились у стены, своей глянцевой поверхностью и цветными бело-оранжевыми разводами напоминающей оникс. Последними в комнату зашли Алиса и Цып, а за ними Кристел и несколько её человек со спрайдерами.

Воздух словно наэлектризовался и загустел. Физически мог ощутить эмоциональный накал своей команды. Я взъерошил волосы, оглядывая присутствующих и подбирая слова для начала разговора, который, по всей видимости, намечается непростой. Глобсис сообщила, что у Ареса, Шрама и Лекса игровые уровни тоже скатились на единицу. Проверил себя. Гнять. Такая же картина:

Имя: Макс Айм, раса существа: человек, уровень: 1, системный номер: M73-A59-X48-I66-M47, категория: игрок-3.

Я заглянул в интерфейс. Он был активен, но до единицы снизились и уровни всех умений. «Эсперика» упала до пятнадцати очков, и её едва хватало для того, чтобы вытащить один меч. О применении унталов сейчас не могло быть и речи. И это ещё полбеды. Отсутствовала сама возможность прокачивать умения. На них «висели замки». Получается, что никакого роста игрового уровня у меня, как у персонажа игры, больше не будет? Если у друзей в интерфейсе та же картина, то их легко понять...

По правилам Допры, чтобы подняться на один игровой уровень, я должен выполнить одно системное задание, которое можно получить через Глобсис, и заработать определённое количество игровых очков. Они набирались благодаря применению дополнительных умений, которых у игрока не может быть больше восьми. Получалось, что чем чаще ты их используешь, тем больше накапливается игровых очков. Однако на применение любого умения тратится «эсперика» — специальная энергия, запас которой есть у каждого доприйца. Без неё в игре ничего не работает. Это сильно ограничивает прокачку. Закономерность такая: чем выше прокачено умение, тем больше за его использование начисляется игровых очков, но тем выше расход «эсперики» при этом.

И самое большое её количество съедается унталами. Это уникальные таланты, максимальное число которых у одного игрока не превышает пяти. Их получают за победу над монстрами, в разы превосходящими игроков по уровням, или за открытие новых локаций в игре — территорий, на которых не бывал ещё ни один доприец. Ещё унталы даются за добычу редких артефактов, а так же за значительный вклад в развитие игры — обнаружение «дыр» в механике, или, как удалось мне выяснить, изобретение новых унталов. Конечно, созданный мной уникальный талант «Кретин» получился кривым, но зато никто не скажет, что он не соответствует своему названию. В любом случае, его мне заблокировали в тот момент, когда произошла непонятная трансформация интерфейса.

— И долго нам ждать, когда ты откроешь рот?! — грубо поинтересовался Шрам, воткнув остриё «Накера» в оливкового цвета ковровое покрытие пола и нетерпеливо вращая меч вокруг своей оси.

— Не долго, — я отвлёкся от изучения изменившихся игровых показателей, — Сейчас объясню мотивацию своего отказа от задания Ареллы.

— Да плевать нам на твою мотивацию, если-чо! — взревел Шрам, — Ты не имел права обнулять наш прогресс!

— Я не знал, что выйдет именно так.

— Пфф... Но ты знал, что мы получим штраф за отказ от задания! — звенящим от возмущения голосом упрекнула Заряна, — Как ты до такого додумался?! Я бы поняла, если бы мы просто не уложились по времени! Но у нас ещё двое суток оставалось! А эта сучка Арелла ещё и поиздевалась напоследок со своим штрафным квестом! Просто мозги дыбом!

— Каким ещё квестом? — вырвалось у меня.

Я осёкся и снова полез в интерфейс. Зашёл во вкладку с заданиями и, действительно, обнаружил то, о чём говорила Заряна. Странно! Почему и об этом я не получил оповещение? Позже я решил заглянуть в настройки интерфейса, а сейчас открыл описание квеста:

«Название: «Вернуть доверие системы». Индивидуальное задание.

Описание: «Игрок, первым доставивший толпарианку Алису, системный номер: 919-191-656-749-128, на землю Кайрон в поместье правителя Фузроу к Духовной Матери Единых, возвращает утерянный прогресс и получает возможность дальнейшего развития».

Особые условия: «На время, пока квест активен, характеристики понижены до минимальных значений. Временно установлен запрет на развитие игрока».

Ограничение по времени: «Шесть стандартных суток».

Квест провален если: «В течение шести стандартных суток толпарианка Алиса, системный номер: 919-191-656-749-128, не доставлена в указанное место».

Квест провален если: «В течение шести стандартных суток толпарианка Алиса, системный номер: 919-191-656-749-128, доставлена в указанное место другим игроком».

В случае провала задания, временные ограничения на прокачку становятся постоянными.

Условия отмены задания: «Отменить невозможно. Штрафное задание!»

Твою ж налево... Похоже, Арелла думает, что мы тут все переругаемся и поубиваем друг друга. Не дождётся! Не смотря на хмурый вид друзей, я улыбался.

— Накер мне в глотку! Чего свой улыбатор оскалил? Тебя радует наше падение на первый уровень? — прорычал Шрам.

— Полегче в выражениях! — вступился Арес.

— А вы внимательно читали условия? — спросил я команду, не обращая внимания на хамское поведение Шрама, — Ограничения временные! Пока задание активно!

— Пфф... Мы-то внимательно прочли! — фыркнула Заряна, — Но там также говорится, что только один может восстановить прогресс!

— Это при условии, если мы будем играть по навязанным правилам! — объяснил я, — Если мы сделаем условия квеста не выполнимыми, система отменит его без каких-то последствий в виде штрафа.

Я заметил подозрительный блеск в глазах Шрама, который нездорово покосился на Алису. В ту же сторону мгновенно повернули головы Арес, Лекс и Заряна. Друзья меня поняли, но истолковали слова по-своему. Молодая ведьма озадаченно сдула с лица волосы и, переминаюсь с ноги на ногу, обвела затравленным взглядом моих друзей.

— Алиса, подойди ко мне, — аккуратно попросил я девушку, сделав медленный шаг ей навстречу, и предупредил приятеля, — Шрам, мы найдём другой выход.

— Зачем? Ведь это самый простой и быстрый, — он перекосил лицо в ухмылке и перехватил в руках рукоять меча, — Нет предмета — нечего сдавать.

Я не успевал уже достать своё оружие. Шрам кинулся на девушку, а я прыгнул наперерез, закрывая собой Алису. В этот момент случилось сразу три вещи. Я сбил с ног ведьму, моя рука сама вылетела навстречу Шраму, и того отбросило к противоположной стене. Я успел заметить лишь едва уловимое колебание воздушного пространства, которое отделяло меня от друга.

«Внимание! Вы впервые нанесли противнику бесконтактный удар первого уровня. Затрачено 5 очков чи-энергии. Уровень навыка повышен! Уровень навыка „Бесконтактный удар“ равен двум. Количество очков чи-энергии для применения способности — шесть», — пробежали зелёные строки по бежевой панели переборки.

В этот момент меня больше удивило не то, что я, даже не подумав, применил новую способность, и не то, что Шрама какой-то силой отшвырнуло в противоположный конец помещения, а то, что я готов был напасть на члена своей команды, чтобы защитить мало знакомую мне девицу. Совсем не в моём характере. Радовало только то, что навык «Бесконтактный удар» у меня был первого уровня, и, я надеялся, что не причинил приятелю большого урона.

Всё это случилось как-то быстро. Я поднялся, помогая встать Алисе. Девушка напряглась, словно готовилась отразить следующее нападение, но никто больше не атаковал. Шрама уже парализовали люди Кристел. Лекс переместился к нам, и тоже закрыл собой Алису. Заряна театрально закатила глаза к потолку и усмехнулась.

— Пфф... Ну, начинается. Бит, понятно, он с ума по блондинкам сходит, но ты-то, Макс? Какого Хета? — она поднялась с кресла, указала на Шрама рукой с зажатым в ней пакстиком и обратилась ко мне: — По-твоему, это нормально? И ты ничего не сделаешь? Наследничек...

— Кристел, отпустите его, — отдал я распоряжение синеглазой.

Женщина кивнула подчинённым, они что-то подкрутили на спрайдерах и Шрам зашевелился. Когда он поднялся, его глаза горели бешенством. Шрам подобрал выпавший из-за моей атаки «Накер» и закинул его за спину.

— Накер мне в голотку! Знаешь, что, командор! Я ухожу из команды, — Шрам разочаровано покачал головой, — Мне твои выкрутасы надоели, если-чо! Не желаю быть под командованием у того, кого баба взяла за причиндалы. Уж лучше ядерный пепел, чем такое!

Подсознательно я ожидал чего-то подобного, только не понял про бабу... Он про Алису что ли? Неужели так думают все?..

— Я тоже ухожу, — бесцветным голосом заявила навигатор.

А вот это было неожиданно. Я даже сначала не поверил, что девушка говорит серьёзно.

— Заряна, — попробовал я её отговорить, приблизился к девушке и взял за плечо, — Хочу, чтобы ты осталась со мной.

Я поймал себя на мысли, что не желаю её терять. Она мне нравится, хоть я и старался не привязываться ни к кому, но за столько лет я привык, с ней мне было хорошо. Да, однажды едва не распустил всю команду, когда пожертвовал кораблём, но я не планировал долгое расставание. Хотел всех собрать вновь.

— Пфф... Хочешь, чтобы осталась? — Заряна нервно расхохоталась. — Макс, ты, вообще, умеешь нормально просить? Или ты считаешь, что каждое твоё «хочу» будет выполняться по первому требованию?

— Я прошу тебя остаться... — тут же исправился я, но на Заряну это не произвело впечатление, она выдернула своё плечо из моей ладони.

— Просишь? — фыркнула она, и затянулась, — Поздно! Из-за тебя я теперь вынуждена вернуться в сценарий, и, возможно, навсегда! Ты ни о ком не думаешь, кроме себя! Ради ведьмы ты пожертвовал нами! Просто мозги дыбом! Сдалась тебе эта девка!

— Хватит уже называть меня «девкой» и говорить так, словно меня тут нет! Я вам что, вещь?! — кажется, у ведьмы начали сдавать нервы, — Делаете тут из меня крайнюю... то спасаете, то убить хотите... Игра, видите ли, у них! Одна — дымит, как паровоз, другой — меч свой облизывает, тритий, вообще, припадочный! Не команда, а толпа придурков! Если бы у нас было так, то давно...

— Помолчи! — рявкнул я на Алису.

— Вот именно, помолчи, — усмехнулась Заряна и кивком головы указала на меня, — Если бы не этот «припадочный», я бы прямо сейчас тебе голову открутила!

— Класс! Смешно, когда лягушка мнит себя подводной лодкой! — нервно захохотала Алиса, — Голову открутила?! Ага! Поднялась бы, и ещё раз попробовала!

Заряна рванула к ней, но я остановил её.

— Убить Алису — не вариант. Я придумаю, как сделать квест невыполнимым, — сказал, глядя в глаза Заряне.

— Слышала уже похожие обещания! Макс, со временем мышцы ушей женщины слабеют, и лапша с них начинает падать, — навигатор покачала головой. — Ты и корабль нам обещал, и говорил, что скоро всё будет как раньше. В итоге, ты всех кинул. Тебе больше нечем нас заинтересовать. У тебя ничего нет! Ты мне не интересен!

От этих слов стало больно. Глядя Заряне в глаза, я стиснул зубы. Может, если бы я сообщил, что у меня теперь есть фрегаты, она изменила своё мнение, но я не сказал об этом. Фраза почему-то вырвалась иная:

— Знаешь, Заряна, кажется, система верно подобрала для тебя сценарий...

— Э... Братишка... Не надо так, — вступился за навигатора до сих пор молчавший Арес.

Заряна побледнела и выронила пакстик. Она нервно хватала ртом воздух, словно задыхалась, а потом прошипела:

— Катись ты к Хету, Макс Айм...

Девушка почти бегом помчалась из гостиной, Шрам, бросив на меня испепеляющий взгляд, поплёлся за ней вслед. Я с сожалением проводил взглядом стройную фигурку навигатора и обернулся к синеглазой:

— Кристел, обеспечьте Алисе охрану на тот период, пока мы гостим на крейсере, — я посмотрел на молодую ведьму. Теперь она мне казалась источником всех моих неприятностей. Это сильно раздражало.

— Я сам могу её защитить, — вмешался Лекс, — Я не причиню ей вреда. Наоборот. Я собирался сказать, что останусь с тобой, Макс.

Хакер предано заглядывал мне в глаза. Я устало вздохнул.

— Хорошо. Проводи Алису до каюты, и глаз с неё не спускай.

Ведьма возмущённо зыркнула на меня и, поджав губы, в сопровождении Лекса и адептов Врарио, направилась на выход. Цып, с интересом наблюдавший этот «спектакль», последовал за ними. В гостиной остался только Арес, и я догадывался для чего.

Гнять. Тупо как-то всё вышло! И обидно до соплей! Я, молча, пересёк комнату, туда, где за резной дверкой, встроенной в «ониксовую» переборку, виднелся мини-бар. Открыл его, достал выпивку и огляделся. Не найдя куда бы плеснуть напиток, открыл бутылку и прямо из горла сделал три больших глотка. Внутри приятно обожгло. Что я пил? Не посмотрел. Что-то с ягодным запахом, но крепкое. И это хорошо, что крепкое... Хотел убрать бутылку обратно, но передумал, взял с собой и прихватил ещё одну такую же. Прошёл к креслу, в котором до этого сидела Заряна и устало в него плюхнулся.

Арес молча топтался передо мной.

— Знаю, чего ты хочешь сказать, — я, не глядя на друга, сделал ещё один большой глоток, — Уходишь...

— Да... — подтвердил друг, — Заряне теперь будет сложно. Хочу ей помочь. Я не позволю ей вернуться обратно в сценарий... Она заслуживает лучшего...

Я снова отпил из бутылки. Чача? Разумеется, нет, но очень похоже...

— Я понял... Променял дружбу на сиськи, — меня уже слегка «цепануло» выпитое.

— Слушай... — возмутился друг, — Ты ведешь себя, порой, как конченный мудак. Уж прости за откровенность, Братишка...

Я равнодушно пожал плечами.

— Не надо извиняться, Арес, за откровенность я тебя и ценил.

Я снова приложился к бутылке и залпом осушил её. Гнять! Почему же так погано я себя чувствую?! Кажется, разочаровывать окружающих — это моя «фишка». Сначала не оправдал ожидание старейшин и наставников в клане на Ярило-3, а теперь и команда меня бросила... Да, я умудрился разочаровать даже Ареллу. Усмехнулся. Нет, у меня явный талант в этом деле.

— Я серьёзно, ямный пень! — возмутился Арес, заметив мою усмешку, — Как нам влезть в твою голову? Понятия не имею, что у тебя было до Допры, и кто так изуродовал твою психику, но постарались они хорошо. Я выучил тебя за шестнадцать лет игры. Ты не такой, каким пытаешься себя преподнести, — Арес вздохнул и присел в кресло напротив, — Пойми, Братишка, поделиться с друзьями проблемами и попросить о помощи — это не признак слабости. Для того друзья и нужны. Ты же пытаешься всё решить сам, в одиночку. Даже не советуешься с нами! В команде так не играют! Когда до тебя дойдёт, что мы не фигуры на твоей доске, а живые люди. У нас есть желания и эмоции.

— Чьи это слова, Арес? Твои, или Заряны? — усмехнулся я.

— Опять... Ну, вот зачем так? Ты же сам отталкиваешь тех, кто по-доброму к тебе относится. Просто, дальше так нельзя. Тебе нужно учиться доверять команде, иначе ты останешься совсем один.

— Я доверял тебе, — с горечью в голосе напомнил Аресу.

Уже чувствовалось лёгкое головокружение от выпитого алкоголя. Напряжение уходило, а тяжёлые думы стали отступать. Чтобы симбионт не поломал мне кайф и не успел вывести алкоголь из организма, решил закрепить эффект. Откупорив вторую бутылку, сделал большой глоток и посмотрел на Ареса, который всё ещё сидел напротив с сочувствующей «миной» на лице.

— Угу. Ты мне доверял. Но не до конца. Ты всегда был немного отстранен и холоден, — грустно проговорил друг.

— Ну, уж извини, так воспитали. Эмоции напоказ — это неприлично.

— Чушь полнейшая! Ты живой человек, а не мумия. Хотя... для команды это спорный вопрос... И... По поводу Заряны. Зря ты так, она не заслужила такого отношения... — оправдывал моего бывшего навигатора друг, — Никто не выбирает в каком сценарии нам появиться. Её можно понять...

— Да, разве ж я не понимаю?

— Но ты откровенно намекнул на то, что она продажная девушка. Это обидно слышать от человека, которого любишь.

Я подавился смехом. Сделал ещё один глоток и ответил:

— Любит? Ну, возможно, иногда. Есть у Макса корабль — люблю его, нет корабля — Макс не нужен. Как видишь, мои намёки не так уж далеки от истины. Дай девушке комфорт и защиту, и она тебя уже «любит». Всё это примитивные эмоции, Арес. Я не ведусь на такое.

— Не согласен с тобой... Я знаю, что чувства и преданность — это не примитивные эмоции. У меня была семья до революции. Супруга и три дочки. Только... я не сумел их уберечь...

Арес стиснул кулаки и замолчал, а я снова приложился к алкоголю и откинулся в кресле. Предметы поплыли перед глазами. Вот бы забыться! Как же мне хотелось объяснить друзьям свой поступок, как-то оправдаться, вернуть их дружбу, но я осознавал, что это невозможно.

Во-первых, сделанного не исправить. От объяснений им легче не станет. Во-вторых, им плевать на мотивы, побудившие меня снова обмануть их ожидания, а, в-третьих, я и сам до конца не понимал, что со мной сейчас происходило. Но в одном был точно уверен: я никогда не хотел зла своим друзьям, и всегда старался принимать решения, исходя из благих намерений. Какой смысл поддерживать деловые отношения с Ареллой, если они вредили командной игре? Какой смысл выполнять квест, если в итоге это может навредить целой галактике, а, значит, и друзьям?

Друг скосил взгляд влево, дотронулся рукой до чего-то невидимого в пространстве и через несколько ударов сердца нарушил молчание:

— Заряна только что написала в общем чате. Мне нужно к ангарам. Нас доставят на ближайшую обитаемую землю.

— Правда? Заряна написала? Мне не пришло никакого сообщения, — я пристально посмотрел в глаза Аресу, друг старательно отводил взгляд.

Я уже понял, почему ничего не получил и залез в интерфейс только для того, чтобы подтвердить свою догадку. В моём общем чате остались только я и Лекс. Все остальные вышли из группы и объединились в отдельную. Шикарно. Значит, уйти из команды они запланировали ещё до того, как отправились на разборки со мной. Неприятно... Я приложился к выпивке.

— Ты не хочешь попрощаться с нами? — спросил Арес.

— А надо? После того, как вы тихо вышли из группы... — я пьяно усмехнулся и кивнул, — Иди, Арес. У меня сейчас срочное свидание с третьей бутылкой. Мне не до вас. Вы взрослые, сумеете найти выход с этого корабля и без помощи бывшего командира.

— Мудак ты, Братишка...

— И вам всего хорошего...

Механик поднялся и направился на выход, даже не обернувшись, а я, тоже встав с кресла, твёрдо решил разорить этот мини-бар. Достал новую бутылку и покрутил её в руках. Меня терзали сомнения. Не знал, правильно ли поступил, решив остановить Ареллу. Возможно, в тот момент я поддался импульсу. Картина гибнущей галактики не оставила меня равнодушным. В то же время, на что я рассчитывал? Как мне в одиночку с двумя фрегатами сделать то, что не смог древний клан, у которого в распоряжении целая галактика? Сейчас мне уже казались смешными мои амбиции.

На команду мне, конечно же, не следует обижаться... но всё же ситуация неприятная. Однако приходилось признать справедливость слов Ареса. Неужели со мной всё так плохо? Не замечал... Надо исправляться...

Теперь мы в разных условиях. Они привязаны к игре, а я нет. Им нужна «Прана», а я могу вылетать за барьер. За барьер... В голове словно включили свет. Алису ведь можно вывести из Допры! Нет предмета в игре — нечего сдавать. Игроки ведь не могут вылетать за пределы игрового пространства! Значит, условия квеста становятся невыполнимыми. Губы разъехались в улыбке. У одной проблемы теперь есть решение. За это надо выпить! Я откупорил третью бутылку и отпил. Синий конверт общего чата мутным пятном завис рядом и замигал непрочитанными сообщениями. Сначала, я хотел отмахнуться от него, но передумал. Прикоснулся к пиктограмме и постарался сфокусировать зрение:

Лекс. Общий чат. 12:44. «Они скоро улетают. Приходи».

Где-то в груди неприятно заныло. Не думал, что Арес меня оставит... И Заряна... Хех... Заряна... Может, мы больше не увидимся? Если уж исправляться, то начинать прямо сейчас. Я отложил бутылку и вызвал через ВиАс Кристел:

— Срочно приготовьте глайдер к выходу из жилых отсеков.

Я выбрался в коридор, и, выведя через виртуального ассистента голографическую карту уровня крейсера, на заплетающихся ногах направился к приготовленному транспорту. Через пять минут глайдер подвёз меня к входу в ангарный отсек. Там собралась моя бывшая команда. Как выяснилось, с ними решил лететь Цып.

— Явился... — нахмурился Шрам, — Не успел проводить, уже празднуешь?

Заряна промолчала, мне улыбался только Арес. Что ж, я сделал свой выбор, и следует отпустить прошлое. Как не грустно расставаться с командой, я утешал себя тем, что в этот раз меня никто не принуждал. Наверное, в этом и заключается свобода. В возможности выбирать самому.

— Обстоятельства, при которых мы расстаёмся не приятные, — язык у меня слегка заплетался от выпитого, но речь звучала разборчиво. Возможно, я выглядел комично в этот момент, но никто не засмеялся, — Все обещания, которые я вам дал, сдержу. Кроме одного. Так как раньше уже не будет. Но я знаю, как сделать квест невыполнимым. Я вывезу ведьму из Допры. И ещё кое-что... — я встретился взглядом с Заряной. Может, в последний раз заглядываю в эти серебристые глаза. Улыбнулся девушке, — Я обещал вам корабль.

Тут же провёл по браслету ВиАса пальцем и вызвал Кристел. Её голографация вспыхнула над моим запястьем:

— Кристел, передайте один из моих фрегатов во владение Ареса. Тот, что без груза.

— Хорошо, месьё. Я направлю к Вашему другу человека с капитанским ключом-картой, он перемагнитит ключ на Ареса.

Изображение погасло, а на лицах команды застыло глубокое удивление. Решение отдать друзьям один из кораблей у меня возникло спонтанно. Но я не сомневался в его правильности. А, может, я просто пьян...

— Ну, хоть какая-то польза от тебя, если-чо, — пробасил Шрам.

— У тебя есть корабль?.. — у Заряны отвисла челюсть, я не понял какая эмоция засветилась её глазах, зрение фокусировалось с трудом, — Твой корабль? И даже не один?

— Теперь и у вас есть, — ответил я моему бывшему навигатору, — надеюсь, вам это как-то поможет.

— Ты... это... ямный пень. Братишка. В общем. Спасибо, — запинаясь, неуклюже поблагодарил меня изумлённый Арес и протянул ладонь для рукопожатия.

Я проигнорировал этот жест. Глядя в то место, где по логике у друга должны располагаться глаза, просто сказал ему:

— Даю возможность убедиться в моих словах, — я намекал на недавний разговор о Заряне.

Раз ему так нравится эта девушка, пусть хоть теперь у него будет шанс её добиться. Я кивнул хакеру:

— Пошли, Лекс, нам тоже пора собираться...

— Командор! — насмешливым тоном позвал меня Шрам, он явно не простил мне недавнего инцидента, и, видимо, решил поиздеваться, — Может, желаешь толкнуть последнее напутствие для бывшей команды? Не стесняйся. Мы тебя слушаем.

Кажется, он уже возомнил себя новым лидером. Я ответил:

— Ага. Желаю, — кивнул, глядя в глаза Шраму, — Моё напутствие очень простое, но оно поможет сохранить вам жизни: не переходите мне дорогу.

Я не видел, какой эффект произвели мои слова на бывших друзей, и не потому, что был пьян, хотя это тоже, а потому что сразу развернулся и быстро зашагал прочь. Не хотелось дольше растягивать сцену прощания. Вызвал через ВиАс Кристел, распорядился погрузить стазис-капсулу с телом Номи на мой фрегат, сложить в грузовой отсек оружие и проводить Алису на корабль. Туда же я приказал перенести аватар Кида, а корвет «Сумеречная Виверна» попросил передать отрядам распределителей, направленным Ареллой.

Со стороны, в которой осталась моя бывшая команда, до меня долетали удивлённые возгласы и невнятное бормотание, но я не вслушивался, просто шёл по широченному коридору погружённый в размышления. Не заметил, как прошёл мимо глайдера, но возвращаться не стал. Ещё через пару минут расслышал звук шлёпающих шагов. Лёгкой трусцой меня догонял Лекс.

— Макс! Как же так?!

— А что тебе не нравится?! — огрызнулся я, — Если чем-то не доволен, можешь отправляться с остальными. Я никого рядом с собой не удерживаю.

Может, я переборщил с «напутствием» бывшей команде? Вроде бы оно прозвучало как угроза, но Шрама нужно поставить на место.

— Звёздная бездна! Да я не об этом! Я про пергаментные свитки!

— Какие ещё пергаментные свитки? — не понял я.

— Ты разве их не видишь? — удивился Лекс, — Они же повсюду на стенах!

Я остановился и огляделся. Невдалеке заметил кучку адептов, вызвавших на своих ВиАсах какое-то подобие икон и молившихся перед ними. Или мне это всё уже только мерещилось? Однако на стенах точно ничего не было. То ли интерфейс опять чудил, то ли я всё-таки перебрал. Хотя, нет. Уже чувствовал, что симбионт принялся за работу и опьянение проходило.

— Что там, Лекс, расскажи, — попросил я хакера.

— Ну. Каждые десять шагов на стенах развешены свитки дополненной реальности. Жёлтый потёртый пергамент, свёрнутый в свиток, перевязан красной атласной лентой, Он разворачивается сразу, как к нему подходишь, а там бурыми чернилами текст...

— Твою ж налево! Лекс! Что в свитках-то написано?!

— А! Сейчас зачитаю! — хакер отошёл на четыре шага, приблизился к пустой для меня велунритовой стене переборки, глупо на неё уставился и озвучил: — «Специальный ивент от Ареллы! Название: «Клинки Нейгаруса». Начало игрового события через: девять суток двадцать пять часов шестьдесят четыре минуты по стандартному (галактическому) времени. Регистрация на участие в ивенте производится через биржу наёмников только до начала игрового события. Продолжительность игрового события: четырнадцать стандартных (галактических) суток. Описание: объявляется большая охота за древним оружием — парные мечи Нейгаруса. Дальше идет изображение твоих мечей, — вставил ремарку Лекс и продолжил, — Текущий владелец — игрок первого уровня Макс Айм. Задание: добыть мечи Нейгаруса и доставить их регистратору участников ивента на бирже наёмников. Награда: уникальный талант «Квестгивер» — для игрока любого уровня вы сможете генерировать неотменяемые квесты, награды за них и штрафные санкции за неисполнение по своему усмотрению. Игрок не сможет отказаться от выполнения Вашего квеста. Все расходы по выплате наград за выполнение такого задания берёт на себя биржа наёмников. Особые условия: при регистрации участнику ивента безвозмездно выдаются инъекции препарата «Биение Жизни» на весь период игрового события. Участник игрового события получает специальный жетон, который в виде эмблемы будет выводиться в справке Глобсис. Такой жетон на время ивента удваивает получаемый игровой опыт. Дополнительная информация: игрок первого уровня Макс Айм способен выходить за барьер игрового пространства. Организаторами ивента приняты необходимые меры, для того, чтобы помешать текущему владельцу мечей Нейгаруса покинуть игровую зону. В случае, если Макс Айм сможет сохранить мечи до конца игрового события, награда достаётся ему. До начала ивента Максу Айму предоставляется десять дней неприкосновенности. В это время запрещается начинать охоту на владельца артефакта, удерживать его где бы то ни было против его воли или вредить ему каким бы то ни было иным способом. До начала события мечи Нейгаруса не должны менять владельца. Нарушившим это правило система обнуляет игровой прогресс, и игрок отстраняется от участия в событии. На время ивента рейтинг опасности отключен у всех участников. Стоимость жетона на участие: четыре кредита".

Кажется, я протрезвел. До меня медленно доходило, что события принимают серьёзный оборот:

— Отключат рейтинг опасности? — эта новость не предвещала ничего хорошего, — Что ж. Спасибо, Арелла, хотя бы за десять дней неприкосновенности. К началу ивента я буду готов!

Глава 4. Два разума в одном теле

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны D-15-12. Фрегат «Адская Гончая».

Капитанская каюта на моём новом фрегате не шла ни в какое сравнение с тем, что было на «Сумеречной Виверне». Да и чему, собственно говоря, удивляться? Это ведь бывший корабль Врарио. Конечно, тут не так просторно, как в апартаментах на крейсере, но места хватало. Для меня, скорее, чересчур, потому что для отдыха мне столько не требовалось. В мои личные «владения» входили спальня с удобной большой кроватью, санузел, в котором душевая кроме стандартных режимов очищения специальным зелёным газом, оборудована ещё гидрорежимами, гостиная с мини-баром, к нему я пока решил не приближаться, и кабинет, с большим электронным столом и удобным кожаным креслом. Именно в нём я сейчас и развалился.

Перед столом г-образно установлены два кожаных диванчика кофейного цвета. Ажурная обвязка их спинок покрыта позолотой. По рифлёному терракотовому напольному покрытию, мерно жужжа, ползал дроид-уборщик. Формой он напоминал паука. Металлический шар с цветными индикаторами передвигался на характерных для названных членистоногих длинных лапах, заканчивающихся либо коготками, либо клешнями. Сейчас дроид принялся за боковинку моего стола, полируя эбеновую поверхность специальной насадкой, которую достал из полости шара.

Монотонное жужжание усыпляло. Теперь, когда мой игровой уровень минимальный, придётся мириться с тем, что сон мне требуется чаще. Глаза слипались, но, прежде всего, требовалось разобраться с настройками интерфейса, пока он активный, и продумать свои дальнейшие действия.

До сих пор не верилось в то, что на меня не надели ошейник, хотя Врарио легко могли это сделать, обвинив в дезертирстве. Принял ли патриарх во внимание наше родство, или у него имелись какие-то другие мысли на мой счет, я не знал. Хотя, последнее вероятнее всего. Ладно. Главное то, чего я больше всего опасался, не произошло. Пока можно выдохнуть.

По приказу Аделарда, Кристел выдала два фрегата-близнеца. На «Цербере» улетела часть моей бывшей команды, мне же досталась «Адская Гончая». Я отошёл от крейсера на триста миль и остановил корабль. Реликвант собирался связаться со мной через десять суток. Прошло лишь чуть больше восьми, но я не сомневался, что Рэй запросит голографационное подключение с минуты на минуту. Обстоятельства изменились, и на его месте я не стал бы выжидать время. В гипере вызвать меня будет не возможно, поэтому решил ждать.

Задал бортовому компьютеру просчитать и проложить маршрут до системы, куда Номи просила её отвезти. Лететь к Диаспоре у меня теперь было как минимум три причины, одна из них — девушка, которую я не уберёг.

Второй причиной была Алиса. Кид, который вернулся в свой аватар, сообщил, что Арелла отправила всех имеющихся игроков категории два на охрану периметра Допры. Прорваться без боя за барьер теперь, по мнению паренька, почти не возможно. Поэтому я решил не рисковать, и отправиться к последней доступной мне анталайской ведьме, которая может телепортировать Алису за пределы игрового пространства.

Ну, а третья причина — это артефакты для моих мечей. По словам Алисы, у Диаспоры для меня имеется кольцо, похожее на то, что передала мне девушка в кафе космопорта гаргов. Да и расспросить ведьму хотел о многом. Может, она подскажет, как лучше справиться с той задачей, что я на себя взвалил.

Золотую пластину пока расшифровать мне не удалось, но прилетела мысль, что не плохо бы выучить древний анталайский язык, видимо, на нём была сделана та непонятная надпись. Я видел, что в новом интерфейсе имелась возможность загрузки знаний напрямую в мою память. Как это работало, я пока не разобрался, но решил в ближайшее время заняться и поискать в списке древний анталайский.

Ещё несколько ударов сердца я задумчиво покрутил в руках пакстик Заряны, который она обронила на крейсере Врарио. От предмета слышался клубничный запах табака, смешанный с едва уловимым ароматом моего навигатора. Убрал пакстик в инвентарь и, наконец, принялся изучать трансформировавшийся интерфейс. Отдал команду Глобсис вывести мои характеристики на внутреннюю обшивку корабля, и пробежался по текущим значениям.

Имя: Макс Айм, раса существа: человек, уровень: 1, системный номер: M73-A59-X48-I66-M47, категория: игрок-3.

Коэффициент базовых характеристик: 0,01.

Хм, я теперь мало чем отличался от того, каким впервые попал в Допру, но с учётом специфики моего происхождения, думаю, всё же мог потягаться даже с Элом, учёным, которого я выторговал у Кристел, или Кидом, уровни которых на настоящий момент были двадцать девятый и двадцать второй соответственно.

Уровни базовых характеристик:

1. Сила — 34 (с учетом коэффициента 0,34)

2. Ловкость — 42 (с учетом коэффициента 0,42)

3. Выносливость — 39 (с учетом коэффициента 0,39)

4. Скорость — 47 (с учетом коэффициента 0,47)

5. Регенерация — 22 (с учетом коэффициента 0,22)

6. Интеллект — 37 (с учетом коэффициента 0,37)

Да уж. Базовые характеристики вообще теперь смешные. А главное, не понятно, что означают эти цифры, и что берётся за единицу, например, силы. Но такие показатели, я помню, были у меня на старте игры.

Уровни навыков:

1. Восприятие — 1 (Временный запрет на прокачку)

2. Логика — 1 (Временный запрет на прокачку)

3. Обаяние — 1 (Временный запрет на прокачку)

4. Предчувствие — 1 (Временный запрет на прокачку)

5. Ментальная сила — 1 (Временный запрет на прокачку)

6. Картография — 1 (Временный запрет на прокачку)

7. Сканирование — 1 (Временный запрет на прокачку)

8. Интуиция — 1 (Временный запрет на прокачку)

Тут всё ясно. Я подвигал ползунок под умением «Восприятие», и он поддался. Довёл его до максимального значения: девятьсот девяносто девять, и отпустил. Ползунок поехал обратно, но остановился на отметке восемьдесят — такой уровень у этого умения был до того, как я получил штраф. Интересно. И что это значит? Я сломал интерфейс? Или... Или я получил частичный доступ к администрированию?

Проделал тот же фокус с остальными умениями, и вернул всем значениям прежние показатели. Теперь они выглядели так:

1. Восприятие — 80 (Временный запрет на прокачку)

2. Логика — 57 (Временный запрет на прокачку)

3. Обаяние — 43 (Временный запрет на прокачку)

4. Предчувствие — 124 (Временный запрет на прокачку)

5. Ментальная сила — 63 (Временный запрет на прокачку)

6. Картография — 234 (Временный запрет на прокачку)

7. Сканирование — 178 (Временный запрет на прокачку)

8. Интуиция — 103 (Временный запрет на прокачку)

Вот это уже лучше. Однако замки на умениях так и продолжали висеть. Пошёл по списку дальше.

Уникальные таланты:

1. «Крит» — увеличивает уровень любого навыка и способности в три раза. Так же имеется возможность использовать в отношении уникальных талантов, при этом в три раза усиливая его ключевую характеристику, либо вероятность срабатывания. Возможно применить, как к своим умениям, так и к умениям другого игрока. Расход «эсперики» — 422 очка. Время восстановления таланта: 36 часов.

2. «Замедление времени» — растяжение внутреннего ощущения времени относительно внешнего с шести ударов сердца до половины минуты. Расход «эсперики» — 317 очков. Время восстановления таланта: 28 часов.

3. «Бесплотный дух» — скачёк, переносящий игрока вперёд, на расстояние, которое он способен преодолеть на максимальной скорости за три удара сердца. Расход «эсперики» — 278 очков. Время восстановления таланта: 38 часов.

4. «Дезинсекто» — Вы наделены способностью обращать всех существ расы инсекто в бегство в радиусе трёх анталайских миль. Противник бежит от Вас в панике и не способен повернуть обратно в течении пяти стандартных минут. Количество затрачиваемой на талант «эсперики» — 453 очка. Время восстановления таланта: 22 часа.

5. «Кретин» — в присутствии толпарианки Алисы, системный номер: 919-191-656-749-128, в радиусе четверть анталайской мили, на пять стандартных минут Ваши базовые характеристики и приобретенные навыки получают значение: «максимальные», при этом у Вас исчезает способность рационального мышления и отключается инстинкт самосохранения. Количество затрачиваемой на талант «эсперики» — 440 очков. Время восстановления таланта: 156 часов. (Неактивно).

Время восстановления унталов, которое зависит от уровня «Ментальной Силы», после того как я передвинул ползунок, вернулось на прежние показатели. Только это пока не имело особого значения. У меня всё равно не было столько «эсперики», чтобы ими пользоваться. Величина шкалы этой энергии зависела от моего игрового уровня, а он у меня теперь...

Новая мысль вспыхнула в сознании. А что, если попробовать подвигать ползунок игрового уровня. Едва подумал — сразу сделал. Бегунок легко сдвинулся на моё прежнее значение: триста пятнадцать, там и остался. Как не пытался я повысить себе уровень, хотя бы до значения шестьсот восемнадцать, которое я имел ещё во времена охоты на дракайну, ползунок упрямо возвращался на отметку триста пятнадцать.

Ладно, пока и так хорошо. Коэффициент, на который множатся базовые значения, тоже вырос и стал 3,15, сонливость притупилась, а голубая шкала «эсперики» вытянулась и начала медленно заполняться энергией. Отлично. Значит и унталы теперь доступны.

Очки шкал:

Эсперика — 472 — восстановление два очка в минуту.

Чи-энергия — 10 — восстановление три процента в минуту.

Интересно, что теперь сюда добавилась новая шкала зелёного цвета: чи-энергия. Но не только она. Под ней сразу же светились пять пиктограмм новых умений оператора сети Нейгаруса: управление нейгатами (значок, внешне похожий на муравья), генный сканер (зигзагообразная световая волна), лидер (семиконечная звезда), инициация (значок, похожий на паутину) и управление биоэнергией (раскрытая человеческая ладонь).

Я двинулся дальше по характеристикам. Показатели сопротивления воздействиям остались без изменений.

Сопротивления воздействиям:

1. Ментальной атаке — 73%

2. Ядам — 76%

3. Не назначено

4. Не назначено

5. Не назначено

Самое любопытное ожидало меня в рейтингах:

Рейтинги:

1. Авторитет — 4

2. Популярность — 173 684 (VIP)

3. Опасность — 8%;

4. Репутация — 0%

5. Не назначено

С авторитетом понятно. Моя бывшая команда из-за меня потеряла весь прогресс, и, по всей видимости, негодовала. А вот популярность взлетела до небывалых высот и продолжала расти. Хотя и это не удивительно. Сколько игроков получило оповещение об ивенте? Но больше всего поразил маркер напротив «Популярности». Ви-ай-пи. На что он влиял, и что мне давал, не понятно.

Рейтинг опасности остался на прежнем уровне, но репутация с неписями упала до нуля. Это означало, что получить квест мне теперь не светит ни при каких обстоятельствах. Однако у двух крайних рейтингов имелись ползунки, и я их подвигал. Опасность без проблем убрал в ноль, а репутацию поднял до ста процентов. Вот так. Пусть теперь непись попробует не выдать квест. И хоть теперь мне он особо был незачем, но Киду нужно добыть легендарное оружие, да и Элу тоже не помешает, хоть он и зарылся по уши в пробирках.

Пробежавшись ещё раз по характеристикам и удовлетворившись проделанной работой, я запросил уже через Глобсис по себе справку. Нужно же убедиться, что всё вышло как надо. Спроецированные на стену характеристики исчезли, и вместо них появилась золотая надпись:

Имя: Макс Айм, раса существа: скрыто системой, уровень: скрыто системой, системный номер: скрыто системой, категория: скрыто системой.

Едва не подавился слюной. Как так? Почему? Полез снова в интерфейс:

Имя: Макс Айм, раса существа: человек, уровень: 315, системный номер: M73-A59-X48-I66-M47, категория: игрок-3

Не понял. Когда это система начала скрывать мои данные при запросе? Ладно. Плевать, что там выдаёт Глобсис, главное, чтобы всё работало как надо. И, кстати, по поводу работы... Почему критическая информация у меня автоматически не выводится на объекты? Я из-за этого проморгал и снижение уровней, и выданный штрафной квест, да и об ивенте узнал только от Лекса.

Открыл настройки, но всё было верно. «Флажки» в интерфейсе стояли в нужных местах, и фактически система должна оповещать меня через дополненную реальность. Интуиция подсказывала, что сбой в работе связан с дополнительным интерфейсом. Выбрал пиктограмму чёрного тетраэдра и развернул новое «окно».

Тут не было никаких шкал и значков активации способностей, похоже, все они вынесены в поле основного игрового интерфейса. А на этой вкладке находилась только техническая информация.

Макс Айм. Хранитель первого уровня. Соответствие анталайскому генотипу девяносто девять процентов.

До следующего уровня пятнадцать операторов сети «Нейгарус».

Количество энергии «чи» — десять.

Дальше шли пиктограммы: индикация работоспособности организма, навыки, функционал оператора, справочная информация, отчёты нейгатов.

Навыки я бегло просмотрел, когда ещё гравитационные захваты пришпилили меня к стенке фрегата. Но я сообразил, что смогу загрузить в себя любое знание из списка. Поэтому решил вернуться к нему, как только закончу исследовать интерфейс, и изучить древний анталайский язык.

Функционал оператора пока не интересовал. В нём расписывалась информация о способностях, с которой я уже ознакомился: управление нейгатами, генный сканер, лидер, инициация и управление биоэнергией.

Отчёты нейгатов являлись тем местом, где теперь хранились логи игрового процесса. Активировал пиктограмму и бегло пробежал по записям. Тут я и увидел всё то, что должно было выводиться для меня в дополненную реальность, но не вывелось: информация о штрафном квесте, понижение уровней и блок на прокачку умений. Дальше шла запись о лишении меня игрового статуса электа и объявление об ивенте.

Остались две неизученные мной пиктограммы. Я активировал «индикации функционирования организма» и ознакомился с данными:

Макс Айм

Человек

Возраст 87 лет

Рост — 193 см

Биологическая структура тела — преимущественно кремниево-углеродная.

Вот тут не понял. Что за Хет? Кремниево-углеродная? Когда это я превратился наполовину в песочного человечка? Бредовая информация. Какая-то шутка, или ошибка, поэтому вряд ли стоит воспринимать текст серьёзно. Сместил взгляд ниже.

Количество нейгатов в теле — 17 523 965

Всмотрелся в цифры. Нда... Как же много у меня тараканов. Я хмыкнул и продолжил изучать список.

Модифицирован в Атриуме Нейгаруса на 14%

А это что ещё такое? Что значит модифицирован? В каком ещё Атриуме? В той чёрной коробке, где сидел Нейгарус? Что там произошло в этой комнате? Хотя, какая разница... Я не нуждаюсь в «Пране» и больше не страдаю от токсина, так что будем считать, что модификация вышла удачной.

Код симбионта: 45890С-74

Симбионт под контролем на 89%

Так. Под чьим контролем симбионт? Моим? Я думал, что это симбионт меня контролирует, или тут вообще имеется в виду третья сторона?

Состояние организма — удовлетворительное

Биологические показатели — в норме

Ну, хоть это не вызвало вопросов.

Особая информация:

В разделе особой информации — пустое поле. Я рассматривал показатели, и ощущал себя каким-то киборгом, а не живым человеком. И как я, вообще, до такого докатился?

Свернул окно и активировал последнюю неизученную пиктограмму: справочная информация. Там я рассчитывал почерпнуть для себя много нового. Окно развернулась, и я замер в недоумении. Пусто...

Но замешательство быстро прошло. Я вспомнил, как работать с этим интерфейсом и мысленно подумал: «Нужна информация».

Перед глазами пробежали зелёные строки: Выберете формат общения: текст, или телепатия.

«Телепатия», — подумал я, и чуть не вздрогнул, услышав голове голос вампала.

— Приветствую тебя, Хранитель. Какая информация требуется?!

Я даже сначала растерялся, услышав этот голос, и закрутил головой по сторонам, но потом задал вопрос вслух:

— Ты кто?

— ИскИн. Одна из подпрограмм, управляющая нейронной галактической сетью.

— Ты — Нейгарус?

— Да.

— Почему я тебя слышу?

— Я встроил себя в твоё тело.

Твою ж... В компанию тараканов белочка припёрлась.

— Не корректно задан вопрос, — тут же отозвался ИскИн.

— Кто позволил тебе использовать моё тело?! — разозлился я.

— По факту — это моё тело, — ответил мне искусственный интеллект, — Ты умер в Атриуме. Пространство Создателей тебя убило. Мне удалось перехватить твоё сознание и модифицировать тело так, чтобы оно не разрушалось в галактике анталайцев. Дальше я встроил в него себя и вернул телу твоё сознание.

Это стало потрясением. Я ещё раз мысленно прокрутил ответ Нейгаруса, чтобы до понимания, наконец, дошёл смысл сказанного. Что значит умер?! Как такое возможно?! Я, что теперь, хетов робот?! Как тело мне не принадлежит?! Сознание заперто в сосуд, управляемый ИскИном?! Гнять!

— Хранитель. Отвечаю на твои запросы в той очерёдности, в которой они поступили. Умереть, значит...

— Не надо! — Остановил я ИскИн, он что, издевается надо мной? — Мне примерно понятно. Это просто... реакция на неожиданную новость.

— Эмоции, — поправил меня «всезнайка».

— Да, — я глубоко вздохнул пару раз, чтобы успокоится и спросил: — Зачем ты это сделал со мной?

— Это часть моей программы. Сознание оператора первично. Но твоё тело разрушалось. Я могу вмешиваться по своему усмотрению, если существует угроза для жизни оператора. Эти алгоритмы прописали Создатели.

До меня, наконец, дошло, как круто «поимели» меня ведьмы. Эта «сухофруктина», хетовая «дракайна на табуреточке», специально отправила меня на смерть, чтобы потом не нужно было спрашивать моего разрешения встроить в мою черепушку «Нейгаруса»! Голову бы ей открутил, если бы сейчас попалась мне под руку. Бесило...

— Мы вынуждены были так поступить, — я уже понял, для ИскИна мои мысли не являлись тайной, — Галактика погибает. Я — подпрограмма галактического защитного механизма «Мингуэйра». Анталайцы — высокоразвитая цивилизация людей, некогда контролировали всё это пространство. Они просчитали столкновение галактик и построили «Мингуэйру», чтобы спасти развивающиеся расы Млечного Пути. Но до начала катастрофы почти все анталайцы ушли в разлом, оставив меня и небольшое число операторов ждать столкновения. Единственное, чего Создатели не просчитали — это структура пространства той галактики. Для углеродной формы жизни она не подходит, так же, как и смешивающееся пространство. Мне для функционирования необходимо биологическое тело. Каждый раз мой аватар, попадая в пространство смешения, погибал. Я оказался слеп и не понимал, что творится в новой зоне, зато хорошо видел, как благодаря ней разрушается галактика. Для сбора и анализа данных, нужно было попасть в недоступное для меня пространство. Я понимал, что мне нужен новый аватар, неразрушающийся там, и разработал план, который осуществил при помощи оставшихся операторов нейронной галактической сети.

— А Алиса? Она в этом тоже замешана?

— Частично. Планом руководила Венеда. Неинициированный ассистент использовался вслепую.

— Со Шрамом это твоя работа? Ты применил на нём бесконтактный удар?

— Да. Неинициированный ассистент важен для корректной работы нейронной сети. Высокий приоритет защиты.

Я выдохнул. Уж было начал думать, что совсем умом тронулся. Нападаю на своих, отказываюсь от квестов и мчусь спасать галактику. Нда... Наверное для друзей я действительно выглядел как полный придурок.

— Но зачем ты поместил моё сознание обратно, раз у тебя уже было тело?

— Я не могу им управлять без тебя. Моё поведение от твоего слишком сильно бы отличалось. Я встретил бы определённые трудности в сборе информации и адаптации в Допре. Все это время я считывал показания, изучал твои действия и окружающий тебя мир, ваши с ним взаимодействия. Анализировал твои поступки. Теперь я могу имитировать твой характер и поведение в изученных ситуациях с точностью до девяноста четырех процентов.

— И что это значит? Теперь мной будешь управлять ты?

— И да, и нет...

— Рехнуться просто! Это как?!

— Каждая жизнь священна. Каждое сознание обладает свободой воли. Я запрограммирован считаться с этим. Сознание оператора всегда первично. Я могу временно перехватывать управление, если вижу, что действия оператора начинают вредить. Или чтобы уберечь от опасности самого оператора.

— А с «Праной» твоя работа? Ты избавил меня от зависимости?

— Да.

— А с другими такое проделать сможешь?

— Только с операторами сети. Инициируй их через Атриум, там, где ты прошёл инициацию.

— А... Как на счёт вылета за барьер?

— При необходимости могу провести модификацию тел операторов.

— Новые способности?

— У каждого класса они будут свои. Функции и задачи тоже.

Вот это уже кое-что...

— А тогда на Затэре, это ты мне подсказал, где искать Алису?

— Да. Приоритетный оператор. Найти и сберечь. Это я подсказывал тебе. Она неинициированный Ассистент. Ей много нейгатов передалось от матери, но не достаточно для того, чтобы полноценно задействовать функционал сети. Нужна инициация. Соответствие анталайскому генотипу девяносто восемь процентов.

— То есть это ты принял решение не отдавать её Арелле?

— Отчасти ты. Моё предназначение — защищать галактику. Ты видел, что с ней происходит. Я показывал тебе. Нам нужно всё это остановить. Мне пришлось временно блокировать вывод критических логов в дополненную реальность, чтобы привлечь к себе твоё внимание.

— И как остановить разрастание Допры?

— При помощи Мингуэйры. Тебе нужно попасть к ней.

— А где она?

— В центре галактики.

— И как мне туда добраться?

— При помощи ассистентов. Восстанови галактическую сеть. Запущен сценарий «Возрождение». Нужно больше операторов. Один ты не справишься.

— Что ещё за сценарий?

— Информация временно не доступна.

— Как это не доступна?! Отвечай! Ты издеваешься надо мной?! — возмутился я, и услышал рядом лёгкий смешок.

Я увлёкся беседой с Нейгарусом и не заметил, что ко мне зашла Алиса. Она уселась на подлокотник моего кресла, а её глаза блеснули изумрудным и снова потухли.

— Я тебя не вызывал, — грубо бросил я ей, предполагая, что девушка снова назовёт меня припадочным. Надо бы теперь запирать двери, чтобы посторонние не вваливались без приглашения.

— И давно ты разговариваешь сам с собой? — Алиса задорна улыбнулась.

Ну, разумеется... Она слышала...

— Тебе чего?

Девушка протянула мне стаканчик, напечатанный из волокон рапахи, который я сначала не заметил:

— Принесла тебе эрайский квас.

— Я не просил, — буркнул в ответ, переваривая информацию, полученную от Нейгаруса.

— Мне сказали, что он тебе нравится... — растерялась девушка, улыбка слетела с её лица.

— С чего вдруг такая забота?

Девушка нахмурилась и убрала протянутую со стаканчиком руку:

— Ладно. Не хочешь — не надо, — она обиженно сдула прядь с лица.

Я кивнул на этот нелепый обрубок волос, который постоянно мозолил мне глаза и спросил:

— Что с твоей причёской?

Видя проявленный к ней интерес, Алиса приободрилась и снова заулыбалась. А улыбка ей шла.

— Это моя завлекалочка, — пошутила она.

— Завлекалочка? — округлил я глаза.

— Ага, — легко рассмеялась девица и снова протянула мне стаканчик.

— Забавно, — хмыкнул я, принял напиток из её рук. А у девицы игривое настроение. Сюрприз.

Сделал глоток, а потом ещё. Вместе с этим опробовал на Алисе два новых умения: управление нейгатами и генный сканер. Причём, при активации управления нейгатами предложено на выбор два варианта: определить количество нейгатов, или связаться с оператором через нейросеть. Выбрал первое действие, и над головой девушки возникло окошечко с зелёной надписью: «Неинициированный ассистент. Количество нейгатов в теле оператора: 1 010 003, соответствие анталайскому генотипу: 98%».

Оба применённых на Девушке навыка повысили уровни на единицу. Я быстро отвёл взгляд, чтобы она не заметила, как я пялюсь в пространство над её головой, и спросил Алису:

— Ну, так зачем ты пришла?

— Узнать, какие у тебя планы на счёт меня? Аля сказала, что ты должен был передать меня Арелле, а там с ней Венеда. В её задачу входило телепортировать меня домой. Но, как я смогла понять, всё переигралось?

— Нет, — покачал я головой и сделал ещё глоток, — Ничего не изменилось. Ты отправишься домой, как только доберёмся до Диаспоры.

Алиса грустно вздохнула:

— А если я не хочу домой?

— Как так? В каком это смысле?

— Хочу остаться с тобой.

— Чего? Со мной? Я же, вроде, припадочный, — заявление девушки вызывало недоумение.

— Ну, — она криво улыбнулась, — Да, есть немного. А что мне думать, когда тебя лёгкий ветерок вырубает на несколько часов? Или, вот недавно, ты разговаривал сам с собой, при чём так эмоционально... Но мне тут нравится. Тут интересно.

— Интересно? — я поморщился. Совсем не понимал ход мыслей девчонки, — Ты, кажется, просила меня отправиться на Ярило-3, вам была нужна помощь.

— Ну, конечно. Это и сейчас нужно, но только я хочу быть при этом в твоей команде.

— Чтобы остаться в команде, тебе нужно доказать свою полезность. А ты ничего не умеешь, — усмехнулся я, — Да и ведьма из тебя так себе.

— А я научусь! — уверенно заявила девушка, — Я без проблем всё схватываю. Могла бы для тебя заменить ту, которая постоянно дымила.

Вот это да. Недвусмысленный намёк. Да она даже не намекает, а говорит прямым текстом. Никак не ожидал такого от Алисы. Но её слова вызвали болезненные воспоминания о моём навигаторе. Не думал, что она меня бросит.

— Ты хочешь заменить для меня Заряну? — недоверчиво переспросил я девушку, которая игриво сузила глаза.

— Да. Я очень даже не против, — обаятельно улыбнулась Алиса, дотронулась своей рукой до моей и нежно провела пальцами по тыльной стороне моей ладони.

Неуклюжая попытка соблазнения. Нет. Девушка, конечно, очень даже красивая... но тут явно какой-то подвох... Скептично покачал головой.

— Алиса, что за игру ты затеяла? — я убрал от неё свою руку.

— Никакую игру я не затеяла, — она состряпала невинную мордашку, — Неужели не ясно? Ты мне нравишься, и я хочу быть ближе к тебе.

Я активировал навык «Интуиция» и проверил Алису на искренность. Золотом по стене кабинета пробежали строки:

«Вероятность того, что собеседник с Вами искренен: 50%. Будьте бдительны».

Понятно. Система сама ещё точно не просчитала поведение Алисы. Исходя из того, что та часто вела себя полностью не логично, девушку понять сложно. Да и подозрительно всё это. Я рассмеялся:

— Пха! Вот ведь насмешила! Во-первых, я не завожу интрижек со «школьницами», во-вторых, ты отправишься домой, потому что так полезно для моих друзей, ну, а, в-третьих, — я замолчал, оглядел её и решил солгать, чтобы уж точно не оставить ей никаких иллюзий, — В-третьих, ты мне не нравишься, не в моём вкусе. В тебе нет женственной притягательности. И, вообще, раз уж тебе так «приспичило», иди к Лексу, с ним у тебя больше шансов.

С каждой моей фразой лицо девушки мрачнело. На последних словах она и вовсе вскочила с подлокотника кресла. Я видел, что ещё немного и с её губ сорвётся привычное слово: «припадочный». Но в этот раз она сдержала себя. Алиса растерялась и с сильно раздосадованным видом попятилась к выходу.

«Внимание! Авторитет понижен до трёх!» — мелькнули строки на стене моего кабинета.

Твою ж мать налево! Что я несу?! Арес прав. Веду себя как мудак. Нужно было отказать девушке мягче, наверное. Только хотел остановить её, и попытаться исправить негативное впечатление от моих слов, как от Рэя поступил голографаторный вызов. Я принял его, а Алиса тем временем скрылась за дверью.

Не заморачиваясь с приветствием, хмурый глава реликвантов прорычал:

— Ты про меня забыл?

— Нет.

— Тогда объясни, Хет тебя возьми, что за история с ивентом! Макс, мы не так договаривались. Мечи мне — Лили тебе.

— Я помню, Рэй. Но от меня ничего не зависело.

— Я тебе что, сопляк малолетний?! — взорвался чернобородый, — Знаешь, что мы делаем с теми, кто нарушает договор?!

— Подожди, — попытался успокоить я его, — Я ничего не нарушал, и нарушать не собираюсь. Нам надо встретиться и серьёзно поговорить.

— Встретиться? — изумился чернобородый, — Думал, ты от меня теперь станешь бегать.

— Нет. Мы сможем уладить это дело, — уверенно произнёс я. Теперь, после разговора с Нейгарусом у меня сложился чёткий план действий, — Только все переговоры будут вестись в гиперпространстве.

Белозубая улыбка Рэя медленно растянулась на смуглом лице.

— Мой нос чует выгоду. Я так понимаю, что в этот раз обойдёмся без гарантов сделки? — блеснул чёрными глазами реликвант.

— Ты правильно понял.

Глава 5. Команда

Пространство смешения двух галактик. Гипер-переход из сектора игровой зоны D-15-12 в сектор игровой зоны С-19-67. Фрегат «Адская Гончая».

— Твою ж налево! Эл! Можно полегче?! — заорал я на нового члена команды, который стоял за голографическим монитором и управлял хирургическими инструментами-манипуляторами в одном из блоков медотсека. Резкий белый свет операционных ламп слепил глаза, выбивая слёзы. Я жмурился, но, зафиксированный электронными захватами, отвернуться не мог.

— Прошу прощения, месьё Легран! — ответил мне Эл монотонным голосом, — Я учёный, а не хирург!

Я освободил Ноэля из рабского ошейника сразу, как мы отлетели от крейсера. Бывший учёный клана Врарио, сбежавший в игру, а теперь член экипажа «Адская Гончая» доприец Эл никак не мог бросить привычку обращаться ко мне официально. Сколько не просил его называть меня просто Макс — бесполезно. Так и махнул рукой и больше его не поправлял.

— Гнять! Ты живодёр, а не учёный! — взвыл я от сводящих с ума пульсаций в шее, которые словно раскалёнными иглами простреливали до мозга. Эл снова сделал надрез и поковырялся в нём чем-то острым.

Корабль нёсся через гиперпространство в четвёртом Дельта-слое с коэффициентом сжатия 1220,20, а я болтался на крестообразных левитаторах над хирургическим столом, освободив верхнюю часть тела от скафандра. Ученый на живую швырялся медицинскими приборами у меня в шее, предпринимая попытки разобраться с маячком гаргов.

— У Вас ткани регенерируют слишком быстро, я не успеваю ничего понять. Приходится опять резать. Может, есть у вас всё же какая-нибудь способность, чтобы отключать болевые ощущения, хоть не на долго?

Я чувствовал, как пот стекал по вискам, дыхание стало частым и поверхностным, и так крепко сжал челюсти, что ещё немного и зубы превратятся в крошево.

— Какая ещё способность! Твою ж... Я и так «Восприятие» и свой игровой уровень понизил до единицы! Что ещё мне сделать?! Гнять! Воткни уже анестезию! — сквозь зубы скороговоркой процедил я.

— Да уже снова вколол слоновью дозу. Только что с того? Ваш симбионт всё выводит. Тут устройство из композитного материала, — в шее опять что-то болезненно заворочалось, — От прибора тянутся карбоновые нановолокна. Ими Ваш «подарочек» переплёлся с переферической нервной системой. По всей видимости, их расцепление приведёт к детонации устройства. Я бы предложил резать сами нервные волокна, но нужен нейрохирург. Не знаю, как распутать всю эту конструкцию.

— А если вырезать вместе с куском шеи? — я уже готов был пойти на отчаянные меры, лишь бы избавится от этой штуки в моём теле и прекратить пытки, которым меня подверг Эл, ковыряясь иглами в ране.

— Большой кусок получится. Я бы не стал рисковать, — хихикнул учёный, — Голова отвалится.

Вот уж совсем не смешно.

— Всё! Спускай меня вниз! — скрипнул я зубами.

Придётся искать другого специалиста. Главное, чтобы это был не живодёр Эл. Хирургические инструменты-манипуляторы отъехали, а левитаторы, чуть заметно завибрировав, опустили меня на стол и освободили из фиксирующих захватов. Я, вдыхая полной грудью пропитанный лекарствами воздух медблока, проморгался после слепящего света ламп и сел. После введённых препаратов в голове образовался вакуум, а во рту появился синтетический привкус. Из-за длительного воздействия на глаза слепящих ламп по белёсым стенам хирургического помещения прыгали зелёные пятна. Зрение ещё не вполне восстановилось. Я потер глаза и только собирался слезть со стола, как Эл подскочил ко мне с дезинфектором и лазерным хирургическим степлером в руках.

— Давайте я всё обработаю, — проговорил он. Снял с моей шеи пропитанные кровью стерильные салфетки, протёр кожу вокруг раны и распылил на порез аэрозоль. После учёный посветил на обработанное место из тонкой чёрной трубки лазерного степлера. Я ощутил тепло и лёгкое пощипывание в области шеи. Эл покачал головой, недовольно поцокал языком, снова посветил лазером, а потом произнёс: — Вот и всё. С Вашей регенерацией через полчаса и следа не останется. Месьё, не вставайте пока, я всё Вам подам.

Ученый направился к кушетке, на которой лежало моё оружие, но я его остановил:

— Не трогай мечи! Сам возьму.

Послав скафандру мысленную команду «Облачение», я в интерфейсе вернул все ползунки характеристик на место и спрыгнул с хирургического стола. Меня слегка повело в сторону и пришлось опереться о стойку одного из манипуляторов.

— Говорил же, не вставайте, — упрекнул Эл, опустил руки в ванночку дезинфектора, наполненную зелёным газом и пояснил, — Ваш «подарочек», очень похож на то, что изобретали в одном из наших подкланов. Рабочее название проекта «Аранеа» — паук. Я в клане специализировался на изучении симбионтов игроков, вернее теории их функционирования в теле доприйца, и к проекту «Аранеа» доступа не имел, поэтому подробностей не знаю.

Угу. Я теперь понял, как ты изучал функционирование симбионтов в теле игроков, садюга... Нахмурился, сгрёб с кушетки оружие и переспросил:

— Так значит — это разработка Врарио? Получается, у клана есть способ его из меня вынуть?

— Эх, месьё, сожалею, но клан тут Вам ничем не поможет, — сокрушённо произнёс Эл, вытирая предплечьем испарину со лба, взлохматив серые жидкие волосы, — Этим изобретением занимался Арно, но до конца так и не доделал. Он сбежал в игру. Возможно, там он и завершил свой проект. Но найти его в Допре теперь сложно. Игроки обычно ведь меняют свои имена сразу, как попадают в сюжет.

— Я гляжу, ты не единственный, кто ослушался приказа Аделарда, — усмехнулся я, пристёгивая к магнитному фиксатору на поясе кобуру с плазменным пистолетом.

— Да. Как только Серый Жнец перешёл к выборочному воскрешению адептов, начались побеги. Именно поэтому патриарх ведёт охоту за перебежчиками и казнит, иначе беглецов станет больше. Это чудо, что Вам удалось убедить мадам Кристел сохранить мне жизнь.

— Я её просто вежливо попросил, — беспечно пожал плечами и улыбнулся, — Значит, Жнец перестал гарантировать бессмертие и за ним отправились в Допру?

— Некоторые — да. Но только не я, месьё. Проблема Допры стоит очень остро в галактике, — учёный поместил медицинское оборудование в цилиндрические боксы и запустил процесс очищения. Прибор монотонно загудел, — Мы долго не могли найти способ справиться с полиморфами.

— Ты про Единых?

— Да, — похлопал Эл круглыми бледно-голубыми глазами, — Владыко поставил задачу найти у них уязвимость и изобрести эффективное оружие. Не смотря на все старания наших шпионов, сведений не хватало.

— И ты решил добыть их сам?

— Можно и так сказать.

Учёный смущённо поскрёб ногтями гладко выбритую щеку. Особенностью игры являлось то, что Допра навсегда замораживала тот образ, который был у толпаря на момент становления игроком. Именно поэтому рубцы на теле Шрама никогда не регенерировали, именно поэтому щетина на лице Эла никогда не отрастёт, именно поэтому Заряна не сможет сделать себе короткую стрижку — симбионт за считанные часы отрастит ей волосы до той длины, которая была на момент вхождения в игру.

— Можно и так сказать? — удивился я и, закинув мечи за спину, уселся на кушетку, — А какова истинная причина?

Эл смутился ещё больше.

— У меня есть несколько теорий относительно всего происходящего тут, но коллеги надо мной насмехались. Говорили, что я несу антинаучную чушь, а проверить в тех условиях я никак не мог. Поэтому пришлось ослушаться приказа.

— И как успехи? Подтвердились твои теории?

— Частично. Информации всё ещё не хватает, но то, что я узнал, укладывается в мои предположения.

— Так, а поподробней?

Никогда не пренебрегал информацией о противнике. О том, кого хочешь победить, нужно знать больше.

— Месьё, Вам известно, что тела игроков имеют кремниево-углеродную биологическую структуру?

— Э... что-то слышал, — промычал я, припоминая информацию из вкладки интерфейса оператора сети.

— Члены научного подклана исходят из теории, что тела кандидатов, прежде чем стать игроками, подвергаются модификации, усиливаются вкраплениями тяжёлых элементов, а потом претендентам подсаживается симбионт, и игроки помещаются в сценарий.

— А разве это не так?

— На мой взгляд, совсем не так. Тела претендентов уничтожают. Игрокам дают похожее тело с уже встроенным туда симбионтом. Никто ведь никогда не видел, как кандидат становится игроком. Если претендент входит в игру в людном месте, то в радиусе двух анталайских миль всех игроков и толпарей вырубает, а электроника сбоит. Следующий факт, говорящий в пользу моей теории — игроки просыпаются с расстройством памяти. Это очень напоминает технологию переноса сознания.

— Правда?

— Да. Я знаю, о чём говорю. Может, Вы видели, месьё, как адепты Врарио молятся перед ВиАсами? Для обычных членов клана создана целая религия с Серым Жнецом. Они верят, что это божество их воскрешает.

— А ты разве не веришь?

— Я учёный! — весело рассмеялся Эл, — В момент «молитвы» ВиАс считывает память и сохраняет её. Само же устройство кроме всего прочего имеет функцию захвата и удержания сознания. Именно поэтому для воскрешения адепта необходим ВиАс, который был на нём в момент смерти. Там заключены память с последней «молитвы» и сознание адепта. Если не совершать эти обряды, то сознание к адепту вернётся, но он ничего не будет помнить после воскрешения. Потом память, конечно, восстанавливается, но очень медленно. Таким образом, Серый Жнец видится мне как ИскИн, выполняющий функцию клонирования тела и переноса в него бывших сознания и памяти. Мне этого, конечно, никто не рассказывал, но я-то могу сопоставить факты.

— А почему теперь Серый Жнец отказывается воскрешать всех подряд?

— Тут предположу, что ИскИн каким-то образом теряет мощности из-за Допры, иначе Владыко не подгонял бы нас так.

А вот это интересно. Знаком я с одним ИскИном, который умеет переносить сознание и теряет мощности из-за Допры. Этот момент надо прояснить. Потребую объяснений от своей «белочки»!

— И только за предположение, что сознания игроков переносятся в новые тела, тебя подняли на смех?

— Не только. У меня есть ещё теория. Она заключается в том, что толпари — это неполноценные игроки, и в их теле тоже имеется симбионт.

— Подожди... Ты же сказал, что симбионт уже встроен в тело, которое выдаётся игрокам на старте. Как симбионт появляется у толпарей? Это же противоречит первой твоей теории.

— Не совсем... Точнее совсем не противоречит, а дополняет её, если учесть качество. По моей теории симбионт у толпарей низкого качества, но он есть. Иначе как объяснить то, что игровые способности доприйцев действуют на толпарей? Как толпари, произнеся всего одну фразу, трансформируются в игроков?

— Ну, по-моему, это совсем не доводы. Мало ли каким образом это всё работает.

Эл задумался, похлопал блеклыми «рыбьими» глазёнками и монотонно произнёс:

— Возможно, Вы правы, месьё. Возможно, правы... Я продолжу изучение, и, думаю, скоро подготовлю Вам отчёт.

Мне показалось, что учёный не всё рассказал, но я решил не развивать тему. Объяснит, как сам разберётся. Просканировал Эла на количество нейгатов и соответствие анталайскому генотипу. Над его головой развернулось окно, в котором изумрудным отрисовались строки:

«Кандидат в операторы. Рекомендуемый класс „адъювант“. Доступный класс „юнит“. Количество нейгатов в теле кандидата: 0, соответствие анталайскому генотипу: 90,3%».

Выходит, если нет нейгатов в теле, но генотип выше восьмидесяти пяти процентов, значит это кандидат? Если нейгаты есть — значит, оператор? Надо уточнить у Нейгаруса. Тем более мне ничего не понятно с этими классами — какой для чего.

— Ладно, Эл, заканчивай тут дела, после выхода из гипера, как и договаривались, подходи к ангару.

Я двинулся к себе. Там по моей просьбе уже должна собраться команда. Скоро встреча с Рэем, а до неё ещё собирался отдать некоторые распоряжения экипажу и обсудить текущее положение дел.

Выданный мне корабль оказался в два раза больше моего старого корвета и имел боевое оснащение. Гражданским лицам, согласно галактическим нормам КОР, запрещалось управлять такими звездолётами, но мне выбирать не приходилось, а в свете последних обстоятельств, стало даже на руку. Да и кто тут меня в Допре проверит? В игре многие галактические законы не работали. Игроки, больше боялись нарушить правила неписей, чем какие-то межрасовые соглашения. Правительствам космических государств приходилось мириться с этим, ведь сделать они ничего не могли. А поэтому тот факт, что игроки не способны выходить за границу смешивающегося пространства, всех устраивал.

Зайдя в свой кабинет, я увидел расположившихся на диванчиках членов моей новой команды. Они выжидающе молчали. Я прошёл к встроенному в переборку шкафчику, приложил ладонь к круглому сенсору на оливковой обшивке, и достал из раскрывшегося вместилища рукописную книгу с тремя длинными царапинами и пятном на коричневом кожаном переплёте. Её я нашёл в анталайском хранилище на земле Затэра, когда Арелла отправила меня туда за ведьмой. Положил книгу на матово-серую поверхность стола и уселся в кресло.

Дроид-уборщик перебирал многочисленными конечностями по кабинету, вычищая несуществующий мусор с ковра. Чтобы не мешал, я через ВиАс отправил его на подзарядку. Робот спрятался в образовавшуюся в стене полость. Перевёл взгляд на притихших в ожидании членов команды.

Лекс, который теперь получил повышение до старпома, гордо распрямив спину, расположился на одном диванчике с Алисой. Время от времени он бросал на неё оценивающие взгляды. Девушка же, наоборот, грустно сжалась в комок и уставилась куда-то в пространство, она упорно не смотрела на меня. На спинку соседнего диванчика откинулся бледный как мука Кид. Испарина покрыла его лицо, руки мелко дрожали, он часто дышал.

— Сколько? — спросил я паренька.

— Шесть...

— Молодец. Терпи, — одобрил я старания Кида.

Он пытался уменьшить количество потребляемой «Праны» и в данный момент страдал от боли. «Просушка» — дело неприятное, я на личном опыте знал, что он сейчас испытывает, и проявленная им сила воли вызывала уважение.

Да... На мою команду без слёз не взглянешь. Дети, да и только... А Арес советовал им доверять... Я вздохнул.

— Времени мало, поэтому я буду краток. Ситуация намного серьёзнее чем вам представляется. Отключение рейтинга опасности и охота за мечами — это в первую очередь угроза для моего окружения, то есть для вас. И если думаете, что всё прекратиться с окончанием ивента, то это не так. Арелла по-крупному меня подставила, сообщив игрокам, что я могу выходить за барьер Допры. То, как я это делаю, информация не менее ценная, чем новый унтал. В покое меня не оставят. Скорее всего, будут брать живым, а вот вас не пожалеют. Поэтому сейчас самое время от меня уйти.

В первую очередь моя речь имела отношение к Лексу. Эл уже отказался от предложения покинуть команду, а Кид, даже если бы и хотел, то не смог. У него договор с Ареллой. Непись отправила парнишку ко мне, чтобы шпионить, ведь я для неё словно исчез из пространства Допры. Вот Кид и шпионит. И для Ареллы, и для меня.

— Макс, год назад я просился в группу именно к тебе... и не собираюсь уходить, — эмоционально возразил Лекс.

— Я тоже не уйду, — хрипло прошептал Кид, — Ты же знаешь...

Ведьма хмурилась. Я не принял её в команду, и сейчас она, похоже, чувствовала себя неловко.

— Хорошо. Раз этот вопрос решён, перейдём к делу, — продолжил я речь, — До начала ивента осталось чуть больше девяти суток. За это время один я не успею подготовиться и сделать всё, что запланировал, поэтому нам придётся разделиться. Меньше чем через час мы выходим из гипера, я и Эл переберёмся на корабль Рэя. Лекс, ты будешь ждать, когда учёный вернётся обратно с Лили. Дальше повезёшь Алису к Диаспоре и проследишь, чтобы та телепортировала девушку домой. Если я сам этим буду заниматься, то не успею с другими делами. Как решу все свои вопросы, свяжусь с тобой, скажу, где меня забрать.

— Лады, — вздохнул хакер-старпом и грустно покосился на Алису.

— Я не хочу домой! — запротестовала ведьма, впервые посмотрев на меня. Её глаза ярко блеснули. — Ты Хранитель, моё место рядом с тобой! Если ты отправишь меня обратно, как мы спасём галактику?!

— Спасёте галактику?! Вот это космос! — ошарашено выдохнул Лекс. Во взгляде Кида засветился интерес, но состояние у него было поганое, поэтому он промолчал, продолжая «изображать» раздавленную медузу.

— Да, — ответил я хакеру, — Расскажу вам позже.

— Он не сможет без меня! — упрямо заявила Лексу Алиса, смахнув рукой волосы с лица, и скрестила руки на груди.

— Почему это я не смогу?

— Потому что так устроена сеть Нейгаруса. Аля рассказывала, что её всегда обслуживали восемь Хранителей. Но они работали не одни, а в связке с Ассистентами. У каждого их было по четыре. Только с помощью них Хранители могли мгновенно перемещаться по галактике без технических приспособ, и попадать туда, куда нельзя добраться даже на космическом корабле. Для перемещения использовались древние города, где три Ассистента находились у источников энергии и поддерживали своими силами четвёртого. Он всегда путешествует с Хранителем, осуществляя их совместную телепортацию. Я — четвёртый Ассистент. Без меня ты не сможешь...

— Та-а-а-ак... Почему я всю информацию узнаю какими-то рваными кусками и в последний момент? Что ещё мне нужно знать? — строго обратился я к Алисе.

Девчонка, оказывается, не такая уж бесполезная. Да это многоразовый «телепортационный кристалл», за который тот же Рэй отвалил бы кучу кредитов. Но такая редкость нужна самому.

Алиса виновато пожала плечами и потупила взгляд.

— Тебе лучше об этом спросить старших. Мне не давали разрешения всё тебе рассказывать. Да и знаю я не так уж много. Из меня ведь ведьма так себе... — припомнила она мои слова, — Ещё учиться и учиться.

Гнять. Новая головная боль... Но теперь понятно, что это за приоритетный Ассистент. Видимо, иначе до Мингуэйры не добраться.

— Ладно. Понял тебя. Однако эта новость ничего не меняет. Ведьм осталось всего четыре. Получается, вас нужно сберечь до того момента, как понадобитесь. Дома на Ярило-3 тебе будет безопаснее всего. Когда решу свои дела, вернусь за тобой.

— Но, лучше если...

— Я не спрашивал твоего мнения, — нетерпеливо оборвал я Алису, — Моё решение не обсуждается.

Девушка обижено закусила губу и отвернулась. Ну, вот. Снова говорю что-то не то. Привык, что старая команда выполняла всё без вопросов. Но раз с девушкой мне ещё предстоит работать, то лучше налаживать с ней дружеские отношения. Постарался объяснить:

— Алиса. У меня сейчас просто нет времени искать другой выход из ситуации. Не обижайся. Если я не отправлю тебя домой, то Лекс, Арес, Шрам, Заряна, а, может, и Лили навсегда останутся первого уровня. А мне ещё нужно решить другие задачи, позаботиться о безопасности...

— Тогда отправляйся со мной! К Але! Раз там безопасно... — с вызовом бросила девушка.

— Я не могу оставить тут друзей. Они первые попадут под удар.

Алиса вздохнула, перекинула платиновую косу на плечо и понимающе кивнула. Хакер оживился:

— Макс, какие у тебя мысли по поводу безопасности? Я думал тут, но ничего в голову не идёт. Может отсидимся на Затэре? В твоём городе?

— Отсидеться не выйдет. Придётся бегать по квестам. Киду нужно много «Праны».

— Если нас выследят, то таким количеством нам не отбиться. Нужно больше людей.

— В точку. Нам нужен свой клан, Лекс. Он и с «Праной» поможет решить вопрос.

— Да как же его собрать?! Ладно. Город у тебя теперь есть, а, может, и целая земля, но нас немного, неписи меньше десяти человек не регистрируют. А другие игроки только и ищут способ поближе к тебе подобраться.

— Клан не обязательно должен состоять лишь из игроков.

— Толпари?! Ещё лучше! Они за кредиты родную мать продадут. Да тот же самый Рэй сможет отвалить за тебя прилично.

— Значит, будем брать только неподкупных.

— И где таких найти?

— Есть у меня мысль... И как раз Рэй, надеюсь, мне поможет. — Я взял со стола книгу и протянул её хакеру, — Лекс, глянь, что здесь за язык. Попробуй, как появится время, определить через Глобсис, а лучше будет, если подготовишь перевод.

— Лады, — хакер забрал у меня книгу, открыл её и пролистал несколько страниц, — Чудно как-то написано. Но если не получится перевести, попрошу помощи у парней с Вадж-7. Они как раз сегодня со мной связывались, пока ты ждал звонка реликванта. Представляешь, какое совпадение?!

— Твою ж... Лекс, Ну, как же так?! Никаких парней с Вадж-7! — поморщился я, — Ты соображаешь, вообще?!

Просто не верилось, что до такой степени можно быть наивным.

— Прощупывали... — вяло вставил Кид, — Началось...

Этот очевидный факт понимает даже четырнадцатилетний паренёк. Не то чтобы Лекс глупый, совсем наоборот, но уж очень он простодушный и доверчивый.

Хакер поник:

— Я вроде бы, ничего такого им не сказал. Спросили, как дела и чем теперь занимаюсь, звали обратно на Вадж-7. Я отказался, сказал, что с тобой...

— Шикарно... Немедленно удалить их всех из списка друзей! Не принимать никаких посторонних вызовов! Ты подставляешь себя и команду.

Лекс расфокуссировал взгляд, тут же принялся выполнять моё распоряжение. Кид невесело усмехнулся и устало прикрыл глаза. Сообразительный паренёк. Явно, далеко пойдёт.

— Кид, сколько у тебя «Праны».

— На пару дней хватит, — болезненно скривился он.

Я поднялся, и снова подошёл к шкафчику. Хоть я уже и не делал инъекции, но сохранилась привычка каждый раз перед гиперпрыжком вынимать капсулы из инвентаря. У меня оставалось две целых упаковки, и одна вскрытая. Неполную оставил себе, остальные решил отдать Киду.

— Держи, — протянул я их пареньку, — Это тебе ещё на пять дней. Как доберётесь до Диаспоры, все зарегистрируйтесь на участие в ивенте через биржу наёмников. Там получите по четырнадцать инъекций. Лекс, Эл и Лили с тобой поделятся. Вот ещё что, Кид, поищи у неписей квест на легендарное оружие. Только выбери что-то небольшое. Кинжалы, или лёгкий «одноручник», или пневматику. Что-то в этом духе. Смотри по характеристикам. Как освобожусь, попробуем его тебе добыть. И задание на луксы тоже возьмите. Вам пока ещё нужна «Прана», а там посмотрим, может, что-то смогу сделать. Всё. Свободны. Алиса задержись.

Кажется, девушку не накрыло волной восторга от моей просьбы остаться. Парни вышли, а она вскинула на меня затравленно-удивлённый взгляд. Я активировал навык «Обаяние», для его применения не нужно подключение к сети Глобсис. Но и игровые очки за его использование в гипере не дают, хотя, мне теперь и так ничего не начисляют. Сейчас главное выправить то отвратительное впечатление, которое я произвёл на Алису. Если нам ещё предстоят совместные дела, то её неприязнь ко мне может стать проблемой в будущем. А мне бы пригодилась «карманная» ведьма, способная мгновенно переносить меня туда, куда нужно. С такой многое будет проще.

Я улыбнулся. Алиса расслабила лицевые мышцы и перестала хмуриться. Она удивлённо захлопала длинными ресницами и смотрела на меня так, словно впервые увидела. На толпарей наши способности всегда действуют безотказно. Эффект от применённого умения продлится теперь двадцать две минуты, и действие способности распространяется на всех, кто находится от меня в радиусе пятнадцати шагов.

— Алиса, извини меня за то, что я тебе недавно сказал. На самом деле, ты просто не вовремя зашла. У меня было плохое настроение.

Тупая отговорка, я понимал, да и особо не прикладывал усилий, чтобы оправдываться, но сейчас не так важно, что я говорю, «Обаяние» должно всё сделать вместо слов.

— И это повод портить настроение окружающим? — отозвалась девушка, но в её голосе я не уловил какого-то возмущения или неприязни.

— Не повод, — кивнул ей в ответ, всё ещё дружески улыбаясь. Повисла непродолжительная пауза. Казалось, ведьма что-то обдумывает.

— Ладно, — девушка немного повеселела, — Нельзя же долго обижаться на...

Она рассмеялась, а я хмыкнул. Только благодаря «Обаянию» меня в очередной раз не назвали «припадочным».

— Хорошо, — меня удовлетворила реакция ведьмы, я поднялся из-за стола, подошёл к девушке и протянул ей раскрытую ладонь, — пойдём, я кое-что тебе покажу.

Она удивлённо замерла, а потом подала руку и поднялась. Я повел девушку в грузовой отсек. Алиса сначала шла неуверенно, отставая на полкорпуса, а потом крепче сжала мою ладонь и поравнялась.

— А он на самом деле меня бы убил? — неожиданно задала вопрос ведьма.

— Шрам? Да. И Заряна тоже. Если бы смогла...

— Игроки такие жестокие? Это же бесчеловечно! Из-за какой-то игры...

— Игроки уже не люди, в том понимании, в котором ты привыкла думать, и тут работают другие правила. Для нас игра — это жизнь. Другого мы теперь не знаем. На чашах весов твоя жизнь и жизнь какого-нибудь монстра из земель пустошей равнозначны. Ты — препятствие на пути к цели, и только. Если бы могли, мы давно бы подчинили себе Допру. Только рейтинги нас сдерживают, а не мораль и человечность. Сбросить прогресс доприйца и лишить его возможности развития — всё равно, что убить. Шрам и Заряна не жестокие, они просто пытаются выжить.

— Но ты же не такой... Ты столько раз мне помогал! Спасал на Затэре, вытащил из клетки тех синекожих, а потом и перед Шрамом вступился...

Я промолчал. Не стал объяснять Алисе, что если бы не Нейгарус, то, скорее всего, позволил бы Шраму довести начатое до конца, а, может, даже помог ему... Теперь, когда ИскИн залез ко мне в голову, я точно не знал, где мои желания, а где его. В памяти всплыли строки из Глобсис: «Нейгарус» — в мифологии древних анталайцев бог — покровитель анталайских ведьм«. Вот этот покровитель и берёг Алису. Он, не я.

Молча мы спустились на нижний уровень фрегата в грузовой отсек. Тут Кристел сложила заказанное мной оружие, клетки-парализаторы, спрайдеры и ВиАсы. Я подвёл ведьму к оранжевым контейнерам с соком каргихидильи, на которых стояла пометка «Калийский ром». Девушка непонимающе устремила на них изумрудный взгляд, и я указал пальцем в щель между контейнерами. Алиса присмотрелась внимательнее и лицо её просияло:

— Кролик! — воскликнула она и метнулась к скорпиону, но тут же удивлённо обернулась: — Что это с ним?

— Похоже на анабиоз.

Я заметил этого «паршивца» ещё тогда, когда пришёл освобождать Ноэля, но решил до Алисы не трогать скорпиона. Умная же оказалась скотина. Сама нашла нас на Флузе, а впала в анабиоз, видимо, когда я откачал воздух во время боя на «Виверне». Алиса тронула своего питомца рукой, и он вяло зашевелился. Лицо девушки светилось радостью.

— Спасибо! — эмоционально воскликнула она и, мурлыкая что-то этой твари, принялась вытаскивать полуметрового питомца из щели.

Наблюдая за ними, я тоже искренне улыбался.

— Ты как ребёнок, — усмехнулся я.

Алиса слегка нахмурилась.

— Я не ребёнок, — в глазах её мелькнули беспокойство и обида, но быстро прошли. Всё-таки против способностей игрока триста семнадцатого уровня толпарю сложно тягаться. — Наверное, вам всем не понятно, чего я с ним вожусь? Вы думаете, я чокнулась?

— Ну, как минимум...

Алиса улыбнулась.

— Он Страж анталайских городов и личная охрана Ассистентов.

— Ого! Вот это да! Так это боевой пет ведьм?

— Можно и так сказать, — кивнула девушка, дёргая Кролика за оставшуюся целую клешню, — Тот голубой скорпион не собирался нападать. Он почувствовал наших нейгатов и вышел для общения.

— Зачем же ты в него стреляла?

— По-твоему, скорпионы, размером со слона, обычно, у меня под окном пасутся? Очевидно же, что я не ожидала, да и рефлекс сработал. Отец учил сначала стрелять, а потом разбираться.

— Спорный совет.

— Зато многим уже спас жизнь, — девушка снова потеребила скорпиона, который вяло зашевелил ногами, вздохнула и продолжила рассказ, — Аля говорила, что каждый такой город охраняют свои Стражи. В них тоже есть нейгаты. При помощи них я общаюсь с Кроликом. Когда-то давно для защиты хранилищ Стражей искусственно вывели анталайцы. Древним предстояло спасать галактику от вторжения торлагов, которые проникли сюда через пространственный разлом. Численность анталайцев сильно сократилась в той войне, и они создали специальных охранников. На той земле, куда меня отправили, это эвриптериды, или скорпионы...

— А на Этрасе это вампалы... — вдруг неожиданно пришло мне на ум.

— Чего? — удивилась девушка.

Но я не ответил, мой ВиАс завибрировал, над запястьем появилась голография искусственного помощника. Голова и плечи симпатичной электронной девушки прорисовались в пространстве, и её голос безэмоционально произнёс:

— Капитан, выход из гиперпространства через пятнадцать минут. Экипажу необходимо приготовиться.

— Спасибо, Элла.

Голографация свернулась. Корабли Врарио очень удобно управлялись через ВиАсы. Мне не приходилось каждый раз бежать на командный мостик, чтобы отдавать команды бортовым системам. Туда имело смысл идти только при отражении нападения. Там команда занимала свои боевые посты, и её действия координировать было проще.

— Всё, Алиса, ступай, готовься к выходу из гиперпространства. Мне нужно заняться делами.

— Тебе угрожает опасность на той встрече? — с серьёзным выражением лица поинтересовалась девушка.

— У реликвантов? — я улыбнулся. Сказать «нет», было бы неправдой, поэтому предпочел избежать прямого ответа. — Только не говори, что будешь волноваться.

— А если и так? — Алиса неуверенно приблизилась, поднялась на носочки и нежно коснулась губами моей щеки.

До меня снова донёсся аромат талой воды и подснежников.

— И как мне это понимать? — ощутил, как губы разъезжаются в лёгкой улыбке.

— Спасибо за всё... И... удачи, — прошептала она.

Девушка, не встречаясь со мной взглядом, развернулась и с Кроликом в охапку быстро зашагала из грузового отсека. Стройная фигурка в черном комбинезоне скользнула в люк и скрылась из вида. Нда... Удивительно. А она может быть приятной, когда захочет.

Глава 6. Сателлит

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны С-19-67. Территория Центрального содружества. Эсминец Рэя «Призрачный Фернир».

На эсминец Рэя с Элом мы заявились на двух новеньких одноместных аэрокосмических аппаратах «Тайфун», которые любезно предоставила Кристел со всем прочим заказанным мной вооружением. Это не просто АКА, а военные истребители завоевания превосходства в кубатуре пространства. Серебристые «птички» имели небольшую броню и оснащены двумя лёгкими импульсными лазерами и четырьмя подкрыльевыми точками подвески. Предназначены эти машины исключительно для уничтожения себе подобных аппаратов, начиная с истребителей и заканчивая десантными челноками.

«Тайфуны» тоже управлялись через ВиАсы, а поэтому особых трудностей во время перелёта я не встретил. С собой захватил виртуального ассистента ещё и для Лили, поместил в инвентарь два боевых дрона, которыми вместе с оружием снабдила нас синеглазая. Мечи прикрепил в магнитных фиксаторах за спиной, предварительно вынув из их наверший «изумруды».

Во время перелёта на эсминец Рэя я ещё раз связался с Нейгарусом, и уточнил некоторые детали, касающиеся способностей оператора, в частности умения «Инициация». Тут же узнал, что с ростом уровней навыков, с каждым десятком ИскИн будет расширять их функционал. Причём тут нет какой-то определённой зависимости. Нейгарус будет анализировать мои действия как Хранителя и решать, насколько я усвоил предыдущие умения и достоин ли того, чтобы дать мне ещё «кусочек силы».

Шикарно. Теперь и электронный мозг вздумал заняться моим воспитанием, ведь, по его мнению, знаниями нужно овладевать постепенно, иначе они могут стать разрушительными в руках «ребёнка». Таким эпитетом меня наградил Нейгарус, когда я попросил какое-нибудь умение, которое дало бы мне преимущество перед несколькими сотнями реликвантов. Но, увы, мы с «белочкой» друг друга не поняли.

Пришлось явиться на встречу с тем, что имел. На что я рассчитывал, добровольно отправляясь в лапы реликвантов? Только на удачу, а ещё на страсть Рэя ко всему необычному. Такую его слабость я подметил в баре «Вертуга». Исход этой встречи теперь зависел от того, насколько сильно Рэй «повёрнут» на редкостях. Риск, конечно, но без помощи реликвантов я не справлюсь.

Эсминец «Призрачный Фернир» больше походил на боевой корабль, чем то, что получил я от Врарио. Не было тут излишней «роскоши», всё предельно функционально и техногенно. Теперь, когда мы вышли из гиперпространства, потёртый желтоватый пергамент с сообщением об ивенте снова появился на стенах. Нейгарус возобновил вывод критических логов в дополненную реальность. Мы с Элом шли по узкому коридору корабля Рэя, а свитки, «висящие» на велунритовых переборках раскрывались при нашем приближении, и сворачивались при удалении от них. Делали они это бесшумно, как и все нарисованные дополненной реальностью предметы.

— Ну, ты тупой! — захрюкал от смеха Мелкий, который не в пример своему имени выглядел как здоровый слоняра. Вместе с пятью реликвантами он встретил меня и Эла в посадочном шлюзовом отсеке, когда его вновь наполнили воздухом, а теперь сопровождал к боссу. — Это будет суперкороткий ивент за всю историю Допры! Таких идиотов вижу впервые! До последнего не верил, что ты сам придёшь! Когда Рэй сообщил, лично попросился тебя встречать!

Широкая спина Мелкого бугрилась канатами сухих мышц, которые перекатывались под тонким скафандром при малейшем движении реликванта.

— Какая жалость, что ты не можешь меня и пальцем тронуть, — усмехнулся я лысоватому затылку реликванта.

— У меня ещё будет возможность...

— Мелкий, неужели ты на меня до сих пор дуешься? Рука-то давно должна регенерировать, — вспомнил я недавний случай в баре «Вертуга», когда, чтобы избавиться от реликвантов и привлечь внимание правоохранителей, пришлось мечом рубануть Мелкого по предплечью.

— За это ты мне тоже ответишь... — прошипел реликвант, — Твоя неприкосновенность не вечная. И скоро очень кстати будет отключён рейтинг опасности. Ты же не думаешь, что уйдёшь с этого корабля до начала игрового события?

— Увидим...

Следуя за реликвантами, я запросил по каждому из них справку в Глобсис. Как и предполагал, все они зарегистрировались на участие в ивенте. Возле привычных строк информации на переборках цвета обожжённой древесины рисовался ещё и значок: два перекрещенных угольно-чёрных меча. Если к ним пристально присмотреться, то появлялась надпись: «участник ивента». Однако заметил одну странность. Раньше я мог видеть системные номера только тех игроков, с которыми состоял в одной группе, теперь же Глобсис вывела ай-ди моих провожатых.

Чтобы не терять даром времени, просканировал реликвантов способностями оператора сети. Оказалось, что только двое из шести человек являлись кандидатами и имели соответствие анталайскому генотипу выше восьмидесяти пяти процентов. У остальных этот показатель не впечатлял. Все встреченные на пути люди Рэя так же подвергались проверке через Глобсис и сканированию моими новыми способностями, и к тому времени, как мы, наконец, попали в кабинет главы реликвантов, я немного прокачал умения оператора и поднял их на несколько уровней:

«Внимание! Навыки оператора сети улучшились до следующих показателей: „Управление нейгатами“ — уровень четыре. Вы определяете количество нейгатов в существах и можете при помощи них общаться с операторами сети „Нейгарус“, находящихся от Вас не дальше 160 ам (анталайских миль). „Генный сканер“ — уровень пять» Точность определения чистоты анталайского генотипа повышена на три процента«.

Нейгарус синхронизировал мои новые умения с игрой, и теперь информация об изменении навыков оператора сети выводилась в дополненную реальность. Только отображались логи зелёным.

Рэй сидел за электронным столом, уперев в него локти и сведя ладони между собой. На столешнице отрисовывалась карта части космоса. Справа лежала стопка каких-то документов, испещренных полукруглыми линиями, пунктирными чертами и значками, отличающимися друг от друга по форме. На углу стола я заметил графин с рубиновой жидкостью и два пустых бокала. Перед глазами ярко всплыла картина нашей недавней сделки.

Рядом с главой реликвантов расположился «пьянчуга» из бара «Вертуга» и в чём-то убеждал своего босса. Рэй с сосредоточенным видом его слушал, постукивая друг о друга пальцами сведённых вместе ладоней. При моём появлении глава реликвантов оскалил в улыбке белые зубы, которые ярко контрастировали с его смуглой кожей и чёрной бородкой. «Пьянчуга» не улыбался. Наоборот, окинул меня каким-то хмурым, я даже сказал бы, ненавидящим взглядом.

— Тебя можно поздравить с VIP-статусом? — вместо приветствия насмешливо изрёк Рэй, и, увидев непонимание на моём лице, предположил: — Удивлён, как я догадался?

— Интересно знать...

— Глобсис скрывает о тебе информацию. Я больше ничего не вижу, а это значит, что «Популярность» у тебя выше ста тысяч очков.

— Понял. Действительно, выше...

Сейчас она была двести семь тысяч пятьсот шестнадцать очков, и продолжала расти. Я понял, как Рэй в баре «Вертуга» во время сделки видел мой системный номер.

— Растёшь. — с уважением в голосе похвалил Рэй. — Да и корабль у тебя отличный. Человек двести команды вместит...

— Триста пятьдесят, — поправил я его.

— Хм... И всё за каких-то восемь суток. Хотя, судя по информации из свитков ивента, за это время ты умудрился упасть ещё и на первый уровень. Не перестаю тебе удивляться. Интересный ты экземпляр. Уникальный. Даже жаль, что ко мне не пошёл.

Реликвант указал на кресло с бархатистой шоколадной обивкой, приглашая сесть. Я устроился в нём, а рядом со мной притих Эл. Мелкий и ещё два реликванта, остановились у входа.

— Где Лили? — перешёл сразу к делу.

— Здесь...

— Прикажи привести. Её заберёт Эл, — я кивком указал на учёного.

— Какого Хета! — неожиданно взорвался «пьянчуга», лицо которого стянула гримаса ненависти. — Рэй, он придурок! Я тебе уже говорил! Не отдавай ему Лили! Чё с ним возиться?! Он сам пришёл к нам! Мы его не принуждали! Правила не нарушены! Уйдём в гипер на девять суток, а там сдадим его мечи.

Рэй молчал. Ястребиный взгляд его глаз оценивал мою реакцию на слова «пьянчуги». В таких ситуациях много решает то, как ты держишься. Запаникуешь, дашь слабину, и тебя добьют, покажешь характер, и тебя признают достойным диалога.

Я улыбнулся так, чтобы создалось впечатление, будто полностью владею ситуацией, и у меня всё под контролем. Медленно завёл правую руку за голову и ухватил рукоять одного меча. Позади услышал торопливые шорохи и бряцанье оружия.

— Спокойно, я не собираюсь атаковать, — мой голос прозвучал громко и уверенно.

— Да кто ж тебя разберёт! — узнал я Мелкого, — Ты неадекватный!

Рэй махнул рукой своим людям, дав знак не нападать, а я плавно стянул с фиксаторов меч и положил на стол перед главой реликвантов. Тоже самое проделал со вторым оружием. После скрестил руки на груди и с усмешкой откинулся на спинку кресла. Смотрел Рэю в глаза так же пристально, как он делал до этого.

Разумеется, я издевался над главой реликвантов, прекрасно осознавая, что чернобородый и пальцем до мечей не дотронется. Рэю необходимо дать понять, что запугивания его людей на меня не действуют, и если Эл сейчас и находился рядом со мной в полуобморочном состоянии, то мне и не из таких ситуаций приходилось вылезать. Я старался создать ложное впечатление того, что всё идёт согласно моему плану.

Щека главы реликванта нервно дёрнулась. Мечи лежали прямо перед ним, только руку протяни. Но он не мог их взять. Глобсис проинформировала меня, что и «пьянчуга» и его босс тоже участвовали в ивенте. Да и, вообще, на корабле я не встретил ни одного не зарегистрированного в событии игрока. Рэй поёрзал, горящим взглядом облизал моё оружие, а потом усмехнулся.

— Что такое, Рэй? — поддержал я его улыбкой, — Тебе больше не нужны мои мечи?

Чернобородый добродушно рассмеялся:

— Ты самый наглый игрок в Допре...

— я знаю...

— ...из живых, — угрожающе добавил он и неожиданно сделался серьёзным. — Те, кто пытался меня «нагнуть», больше не играют.

Рэй замолчал, отвёл взгляд немного в сторону, а потом с кем-то заговорил, видимо, по голографаторной связи:

— Питер, зайди ко мне прямо сейчас...

Я напрягся.

— Что ещё за Питер? — улыбаться мне расхотелось. Чувствовал какой-то подвох. Явно чернобородый подготовился и к этой встрече. Прошло лишь пару часов с того момента, как он мне позвонил, но, похоже, реликвант времени зря не терял.

— Питер, — небрежно пожал плечами Рэй, — это мой новенький. Игрок первого уровня. Мы не стали его регистрировать в ивенте. Специально с собой прихватили.

— Шикарно. — Я постарался скрыть тревогу и протянул было руку к мечам, но Мелкий мгновенно приставил к голове Эла плазменный пистолет. Учёного тут же накрыло нервной дрожью, и на лбу выступила испарина. Он, как безумный, вращал «рыбьими» глазками, и часто задышал.

— Сиди спокойно, Макс, — серьёзно посоветовал Рэй, — иначе голова твоего молодца взорвётся как перезрелая тыква.

— Придурок, — хмыкнул «пьянчуга», не сводя с меня пристального взгляда.

— Гнять... — я убрал от мечей руку, откинулся на спинку кресла и стал ждать этого пид... Питера.

Задумка чернобородого проста, как всё гениальное. Он хотел забрать мечи до начала ивента при помощи незарегистрированного игрока. Сброс характеристик до первого уровня тому не грозил. Он только появился в игре. От участия в событии его не отстранят. Питер в нём не регистрировался. Если сейчас заберут мечи, то я лишусь единственного преимущества, которое имел. Следовательно, никакой клан я не соберу, и меня просто затравят в попытке вытрясти секрет выхода за барьер Допры, который, естественно, я не открою, иначе потом меня просто убьют. Хотя, нет. Охотиться за мной не будут, я уже в руках Рэя.

— Макс, тебе нездоровится? Ты какой-то бледный, — с наигранным участием поинтересовался Рэй и криво улыбнулся.

— Пустяки, — уголок моих губ нервно дёрнулся в блёклом подобии усмешки.

— Понял, что с целыми костями тебе осталось жить только девять суток? — заржал «пьянчуга». — Многие из наших не простили тебе «Вертуги». Левис обобрал всех до нитки. Так что, готовься...

Я не ответил. Перевёл взгляд на висевшую на стене кабинета рамку с подвижными голографическими сюжетами. Там изображались двое мальчишек на фоне бедно обставленной комнаты. Один старше другого года на четыре. Младший, прикован к левитаторному инвалидному креслу, а старший заботливо укрывает его пледом. Дальше картинка сменилась, и те же мальчишки ярким солнечным днём на зелёной лужайке играют в мяч, перебрасывая его друг другу. Третья сцена изображала закат у моря. Старший вручал младшему большую перламутровую ракушку.

Я снова посмотрел на Рэя, пристально меня изучающего. Неприятно повернулась ситуация. Но оставалось только ждать. Сейчас всё зависело от того, насколько удача мне симпатизирует. Будет ли этот Питер соответствовать анталайскому генотипу достаточно для того, чтобы забрать мечи?

Шаги мы услышали раньше, чем увидели доприйца. «Ловкость» на первом уровне у игроков такая же, как и у толпарей. Это хорошенько прокачавшись доприйцы уже двигаются тише, реакция становится молниеносной, инстинкты обостряются. В кабинет зашёл Питер. Тощенький парень с застывшим удивлением на лице. Все доприйцы, недавно появившиеся в игре, какое-то время ходят с глазами филиппинского долгопята. Толпари, до того, как просыпаются в сценарии, не представляют даже, какой Допра может быть...

Просканировал Питера способностями оператора сети.

«Соответствие анталайскому генотипу сорок два процента» — вывелась информация в раскрывшемся над головой доприйца окошечке.

Я облегчённо выдохнул и непроизвольно хохотнул. Чернобородый вопросительно на меня посмотрел.

— Ничего не выйдет, Рэй, — покачал я головой, — это оружие не даётся в руки ни кому, кроме меня. Сам знаешь... Анталайский артефакт.

— Ты врёшь, — не поверил реликвант.

— Мечи уже убили человека Поршня, хочешь, чтобы сделали то же самое с этим новичком? Не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Питер занервничал. Ему не хотелось повторить участь погибшего. Рэй указал ему рукой на мечи:

— Возьми...

— Пусть хотя бы руку защитит перчаткой, и броню зажжёт, если вы её, конечно, прикрутили, — посоветовал я, удивляясь себе, откуда во мне столько заботы о незнакомом игроке.

— Прикрутили...

Питер неуверенно покосился на босса, тот кивнул. Новичок защитил руку перчаткой скафандра, и его тело обволокло голубоватое сияние. Парень взял один меч и крепко стиснул рукоять. Несколько ударов сердца ничего не происходило.

— Что-нибудь чувствуешь? — поинтересовался чернобородый у Питера, внимательно следя за реакцией новенького.

— Мне как-то некомфортно, — дрожащим голосом ответил тот.

— Что это значит?

— Не знаю. Хочется отбросить меч. Он вызывает панику.

— Всё верно. Меч не слушается никого кроме меня. Забрать их у владельца невозможно, — солгал я Рэю и обратился к Питеру, — Давай, верни мне оружие.

— Подожди, — остановил подчинённого чернобородый, — Попробуй перебороть панику.

— Рэй, — я отрицательно покачал головой, — Не надо.

— Мне страшно, — срывающимся на истерику голосом запричитал новенький, — Я его брошу. Не могу больше.

Выпученные глаза Питера, казалось, были готовы вылезти из глазниц.

— Нет, — запретил глава реликвантов, — Отойди от Айма подальше. Вдруг, всё прекратится?

— Рэй, это может выти боком... — предупредил я, сам ещё точно не зная, что случится, но подсознательно чувствуя, что что-то точно произойдёт.

Питер уже трясся всем телом, по лицу заструился пот, а каштановые волосы намокли и встали дыбом. Парень сделал медленный шаг в сторону от меня, потом снова осторожно переставил дрожащую ногу, ещё шаг и взвыл от нестерпимой боли. Меч упал, звякнув о рифлёную металлокерамику, а рукоять оружия сжимала срезанная кисть незадачливого доприйца.

— Какого Хета! — вскочил «пьянчуга», — Рэй, Айма надо валить! Мечи тут. Пусть лежат до ивента! Привлечём незарегистрированных новичков, избавимся от этого придурка. И Хет с выходом за барьер!

Питер выл, баюкая обрубок руки и заливая пол кровью.

— Сядь, Джим! Питера в медблок, — хмуро распорядился глава реликвантов.

Как только новенький вышел в сопровождении одного из реликвантов, я поднялся, собираясь подобрать меч, но повинуясь жесту Рэя, оставшийся у двери подчинённый не позволил мне это сделать, встав на пути.

— Ты видел, что произошло, — недоумевая, посмотрел я на главу реликвантов, — Никто не сможет взять эти мечи в руки, кроме меня, даже после начала события.

Но Рэй не слушал, он распорядился:

— Левитаторные захваты...

Я вздохнул, убеждённый, что с этим тоже ничего не выйдет и приготовился наблюдать «сцену». Преградивший мне дорогу реликвант сгенерировал сферу и достал из инвентаря небольшого дрона. Он запустил его, управляя через интерфейс. Дрон опустился и подхватил меч, приподняв оружие, взмыл над полом примерно до уровня стола. Отлетел, негромко жужжа, и, заглохнув, упал вниз.

Рэй задумчиво почесал бородку, помолчал какое-то время, а потом, махнув рукой Мелкому, чтобы тот убрал оружие от головы моего учёного, сказал:

— Забирай.

Я поднял меч и закинул его за спину. Со вторым проделал тоже самое, затем снова уселся в кресло.

— Итак, Рэй. Теперь ты понял, что с ивентом не всё просто. Ты, разумеется, можешь катать меня в гипере до начала игрового события, а потом просто сдать неписям вместе с мечами, или есть другой вариант, о котором я тебе расскажу тет-а-тет, когда Лили будет на моём корабле, а мы уйдём в гиперпрыжок.

— Другой вариант? Макс. Понимаешь ли ты, что такое унтал «Квестгивер»? Да с ним я могу «наклонить» любого игрока в Допре. Любого! Что ты можешь предложить круче этого?

— Ну, например, «наклонить» саму Допру...

Реликвант недоверчиво вскинул брови и внимательно всмотрелся мне в лицо, видимо, пытаясь понять, серьёзно ли я сейчас говорю. То, что я предлагал, казалось настолько же невероятным, насколько желанным для любого главы клана. Чернобородый облизал пересохшие губы.

— Ты сейчас про выход за барьер?

— Не только, — подогрел я интерес Рэя, — у меня есть ещё некоторые приятные сюрпризы.

— Мелкий, приведи Лили, — тут же среагировал реликвант.

— Рэй! — вскочил «пьянчуга», — Ты собираешься отдать ему её неизвестно за что?!

— Остынь, Джим. Он у нас. В любом случае своё мы возьмём. Я заключил сделку и слову не изменяю.

— Да иди к Хету со своим «купеческим словом», — вспылил тот, и резким движением руки швырнул со стола лежащие стопкой бумаги. Они разлетелись по кабинету, плавно опустившись на пол, а Джим быстрым шагом направился к выходу и скрылся за дверью в коридор.

Рэй остался на удивление спокойным, и когда дверь за «пьянчугой» полностью закрылась, перевёл на меня взгляд:

— Это мой младший брат, — пояснил глава реликвантов, скользнув взглядом по рамке с голографаторными сценами из жизни двух мальчишек, — Нравится ему Лили. Очень. И, как понимаешь, Джим категорически против нашей сделки.

— Это может стать проблемой?

— Не думаю, — покачал головой чернобородый, — Законы у меня строгие. Он не ослушается. Мы не обижаем девушек, но в моём клане действует правило: каждая женщина обязана быть с кем-то в паре. Это помогает поддерживать дисциплину. Так разврата и мордобоя среди моих людей меньше. Лили это правило не нравилось, она не желала ни к кому в пару и решила нас покинуть. Всё бы ничего, и я бы её отпустил, если бы она не стащила пластину...

Лили привели минут через семь. Прогресс у неё остался на шестьдесят третьем уровне, получается, она успела уйти из группы раньше, чем я принял задание от Ареллы. Хоть ей повезло. Увидев меня, медик засияла искренней радостью. Убедившись, что девушка в порядке, пристегнул ей на руку серебристый браслет ВиАса и передал её на попечение Эла. Не стал рассказывать обо всех изменениях, произошедших в команде. Не хотел расстраивать сразу. Пусть Лекс всё объяснит.

Через полчаса, после того, как мой медик покинула эсминец реликвантов, мы вышли в гиперпространство. К тому времени я остался с Рэем наедине.

Чернобородый откинулся в уютном кресле с бархатистой обивкой шоколадного цвета, и, положив руки на подлокотники, сканировал меня пронзительным взглядом. Чёрные жучки его глаз блестели нетерпением. Я расположился напротив реликванта в похожем кресле и намеренно выдерживал паузу. Рей разлил из графина рубиновый напиток и пододвинул один стакан мне.

— Ну, так, что, Макс? Внимательно тебя слушаю.

Я улыбнулся и поднял бокал, сделал один небрежный глоток, задержал напиток во рту, наслаждаясь его вкусом, и проглотил.

— Рэй. То, что я могу предложить, стоит многого, а для кого-то может оказаться бесценным, и ты должен понимать, что попрошу я за это также не мало. Но прежде чем перейду к сути моей просьбы, я позволю оценить масштаб того, что я предлагаю. Подключись локально к моему интерфейсу.

Буквально, через пару мгновений передо мной зависло окошко с запросом на подключение от Рэя. В голове противно пискнуло. Моей «белочке» не понравилась идея. Я мысленно приказал ей заткнуться. Для общего блага же стараюсь. И коснулся рукой до кнопки дополненной реальности «Подтвердить».

Внешнее вмешательство ощущалось как лёгкое щекотание в мозгах. Через интерфейс я видел всё, что делал Рэй. Он пробежался по игровым способностям, подвигал ползунки, раскрывал вложенные списки умений. Особенно тщательно реликвант исследовал интерфейс оператора сети Нейгарус. Прочёл все характеристики и описания, даже попытался активировать мои новые способности. Разумеется, безрезультатно. Исследование моего интерфейса заняло у Рэя больше сорока минут, а когда он отключился, то выглядел как ошалевший кот, на которого неожиданно вылили ушат ледяной воды. Реликвант с трудом сглотнул и хриплым голосом выдавил:

— Ты сломал систему...

— Да.

— Дополнительный интерфейс активен даже в гипере...

— Да.

— И ты не первого уровня...

— Да.

— Но, как?

Я усмехнулся. С языка так и напрашивалась слететь пафосная фраза: «ради этого стоило умереть», но говорить так сейчас было бы верхом глупости, поэтому ответил Рэю иначе:

— Неважно как, важно то, что я могу похожее сделать для тебя и части твоих людей.

— А что за это?..

— Твой клан станет сателлитом моего...

— Да ты спятил?!

— По-другому не выйдет. Так работает моя система. Только я могу вас инициировать, а это значит, что в любом случае операторы попадают ко мне в подчинение. Ты ведь ничего не теряешь, Рэй. Наоборот. Приобретаешь. Сейчас ты ходишь под системой Ареллы, а тут просто перейдёшь под мою. У тебя останутся все игровые способности, возможность их прокачки, вместе с тем появятся новые. Добавь сюда ещё такие «плюшки», как возможность управлять рейтингом опасности и репутацией, независимость от «Праны» и возможность выходить за барьер... Унтал «Квестгивер» на фоне этого меркнет. При всём притом ты станешь «невидимкой» для системы. Тебя не будут сдерживать никакие факторы, кроме моего приказа. А я не покушаюсь на твою власть в клане, ваши артефакты и кредиты. Ты будешь так же независим. Мне нужна только силовая поддержка твоего клана тогда, когда это потребуется. А сейчас мне требуется бомбануть космическую тюрьму «Зубовный Скрежет» и вытащить оттуда повстанцев вместе с их лидером.

Рэй поднялся из кресла и нервно зашагал взад-вперёд по своей каюте. По всему видно, выбор для него не лёгкий. Реликвант то теребил чёрную бородку, то с задумчивым видом смотрел в голографаторный монитор на стене, на котором работала программа релаксации и фрактальные узоры плавно перетекали один в другой, медленно сменяя цвет, то подходил к голографации, имитирующей туманность, светящуюся фиолетово-оранжевой плазмой.

Конечно, если Рэй сейчас откажется, то просто отвезёт меня на биржу наёмников, а вскрыть инвентарь игрока, теперь под силу даже толпарям. Тогда прощайте мечи и спасение галактики. Для меня, или для Нейгаруса, тут я теперь не разделял, это неприемлемо. Ведь Допра поглотит всё, и Арелла станет хозяйничать над существами Млечного Пути. Если к тому времени останутся какие-то существа. Я сомневался, что в мёртвых землях хоть кто-то живёт. А такими, как там станут все планеты, если погаснет центр галактики.

Душевные терзания отражались на лице реликванта. Я примерно понимал, о чём размышляет Рэй. Он думает, как бы ему и «Квестгивера» получить, и читерские способности в игре. Нет, друг, не выйдет сегодня у тебя и рыбку съесть и на ёлку влезть. Придётся выбирать.

Я допивал уже третий бокал вина, как Рэй заговорил:

— Напасть на самую неприступную тюрьму Допры — верх безумия. Просто так её не возьмёшь. Тут план требуется, недели подготовки...

— Это нужно сделать в течении пяти дней... Иначе спасать будет некого. Повстанцам вынесен смертный приговор.

— Тюрьма постоянно меняет место своего положения, перемещается по Допре, и маршрут этот держится в глубоком секрете.

— Но для тебя же это не проблема? Да, Рэй? Тем более, она должна где-то вставать на заправку.

— Что я скажу своим людям? Почему помогаю тебе с тюрьмой? Ты итак уже два раза меня «нагнул»: с телепортационными кристаллами и сейчас с мечами. Перед ребятами становится неудобно. Они меня просто не поймут.

— Поймут, — уверенно возразил я и поставил стакан на столик перед собой. — В довесок к своему предложению, я отдам тебе один анталайский город в Допре и открою хранилище внутри него. Всё его содержимое, кроме золотых пластин, твоё. Так же в твоём распоряжении будут анталайские технологии, лаборатории, и всё, что только там найдётся.

Сильный писк раздался в голове. Я стиснул зубы и поморщился. «Заткнись уже... Не для себя стараюсь. Сам же заставлял восстановить сеть, так что не мешай», — мысленно обратился я к Нейгарусу.

Глаза Рэя загорелись алчным огнём. Я понимал, чего так бесится Нейгарус. Полностью доверять реликванту нельзя, он явно захочет меня скинуть с пьедестала, если появится возможность. А её он обязательно будет искать, или создавать искусственно, как только поймёт, в чём заключается моя сила. В то же время, я сейчас вообще никому не могу доверять, а мне нужна команда. И без Рэя мне её не сколотить, не к кому мне больше обратиться.

— Согласен на то, чтобы мой клан стал сателлитом твоего. Только мне нужны гарантии, того, что ты меня не кинешь.

— Какие гарантии, кроме себя самого я могу тебе дать?

— Сначала ты дашь мне, Джиму и всем игрокам из моего клана обещанную силу, а потом мы возьмёмся за тюрьму.

— Сначала тюрьма, а потом инициация.

— Не пойдёт.

— Нам придётся лететь к барьеру Допры.

— Не вижу проблем. На моём корабле при использовании межпространственных врат в шестом Дзете-слое мы доберёмся туда меньше чем за сутки. Столько же на обратный путь. И остаётся больше трёх суток на подготовку.

Этот расклад мне не особо нравился. Получив своё, реликванты могли потом просто отказаться от договора и сдать меня неписям по ивенту. «Купеческого слова» Рэя мне явно недостаточно. А через биржу такой договор не зарегистрируешь. Арелла не дура защищать «экстремистов», пытающихся свалить её с «трона» Допры.

Начались долгие и нудные переговоры. Рэй — торгаш, он привычный к этому делу, и настоящий виртуоз. Наверняка, он применял какие-то свои игровые способности, чтобы выторговать наиболее выгодные условия. В некоторых моментах я готов был уже согласиться на его предложения, но Нейгарус чётко бдел и в опасные мгновения противно пищал в моей голове.

Я прикладывал все усилия, вымотался до предела, в итоге мы сошлись на том, что я даю новые умения на корабле всем, кто способен их получить, но не рассказываю как выйти за барьер Допры и не открываю анталайский город. Рэй настаивал на этих условиях ещё и потому, что захват тюрьмы сопряжён с высоким риском повысить рейтинг опасности до максимума, поэтому группе, которая будет участвовать в освобождении повстанцев, нужен способ защититься.

Когда условия сделки были оговорены, я передал реликванту координаты Затэры. Рэй сообщил их на командный мостик, и эсминец сменил направление полёта. Дальше кабинет чернобородого заполнили стратеги, тактики, статисты, аналитики и ещё куча специалистов разных направлений. Мы восемь часов вырабатывали план захвата тюрьмы, но окончательную его шлифовку пришлось отложить на тот момент, когда выйдем из гипера, и хакеры Рэя через Глобсис узнают маршрут передвижения «Зубовного Скрежета».

Когда все разошлись, я обратился к чернобородому ещё с одной просьбой:

— Рэй, знаю, у тебя обширные связи в Допре. Мне нужно найти одного человека. До игры его звали Арно и у него на шее есть такое тату, — я оттянул воротниковую зону скафандра и показал реликванту знак клана. — Он изобретатель. Работал над проектом «Аранеа». Больше никаких сведений о нём нет. Поспрашивай, может, кто видел его.

После длительных переговоров и работы над планом захвата тюрьмы лицо Рэя выглядело уставшим. Но только он увидел мою тату, интерес в глазах реликванта загорелся с новой силой.

— Ты из Врарио, — засмеялся он, — Я-то думаю, чего такой дерзкий.

Я устало улыбнулся.

— Ладно, — согласился Рэй, — посмотрю, чем смогу помочь.

Я кивнул в знак благодарности и отправился в каюту, которую временно выделили для меня. Морально и эмоционально я чувствовал себя выжатым досуха. В голове пищал Нейгарус, привлекая к себе внимание, но я уже не мог с ним общаться. Я предполагал, что он будет упрекать меня за то, что я сделал, поэтому решил всё общение перенести на потом. Не помню, сколько уже суток не спал, но сейчас остро нуждался в отдыхе. Устал.

Я рухнул на постель, и прежде чем забыться сном зашёл в интерфейс оператора сети, открыл раздел навыков и в выпавшем меню нашёл древний анталайский язык. Ткнул на него. По стене каюты зелёным побежали логи:

«Изучение анталайского языка. Первая ступень. Расчётное время загрузки информации: семь часов сорок три минуты».

«Примите удобное положение и расслабьтесь, наилучшим вариантом может стать изучение навыка во сне».

«Подготовка файловой системы к...»

Я больше не смог держать глаза открытыми. Веки мои сомкнулись, и я погрузился в сон.

Глава 7. Барон VIP-Арены

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны А-12-58. Территория Центрального Содружества. Эсминец Рэя «Призрачный Фернир».

Я проснулся от истошного визга, жадно вгрызавшегося мне в мозг. С трудом разлепил веки, обвёл взглядом оливковые стены помещения, низкий сводчатый потолок, обшитый бронированными панелями, точно скорпион хитиновыми пластинами, и приподнялся. Не сразу узнал каюту на «Призрачном Фернире», где остановился отдыхать после разговора с Рэем. Мышцы словно труха, руки дрожат, как у дряблого старика, в голове расплавленное желе. Поганое пробуждение.

Первое, что заметил — это потёртый пергамент и логи на переборках:

«Внимание! Штрафной квест отменён! Ограничение на прокачку сняты! Приятной игры!»

Это говорило о двух вещах: мы уже выскочили из гиперпространства, и Лекс справился с поставленной задачей. Хорошо. Алиса дома, а к Диаспоре я наведаюсь позже, как разберусь с тюрьмой.

Заглянул в интерфейс и выбрал общий чат, планируя направить команду к Затэре, но с удивлением обнаружил, что все их иконки посерели. Видимо, друзья прыгнули в гиперпространство. Странно, конечно, потому что мы договаривались иначе.

Писк в голове не прекращался. Он звериными когтями терзал мозг. Я нетерпеливо буркнул:

— Ну чего тебе?

— Доброе утро, Хранитель, — услышал голос Нейгаруса в голове.

Утро? Ну, видимо, для ИскИна — когда проснулся, тогда и утро. Я прислушался к ощущениям. Разбитость. Тело словно немое. Внимание мелким бисером рассыпалось по реальности. Да что такое со мной?

— Это я понизил мышечный тонус и нервную активность, чтобы ты отдохнул. Сейчас всё придёт в норму, — прочёл мои мысли ИскИн.

Острое покалывание стаей диких ежей прокатилось по конечностям. Такое я уже пережил как-то на крейсере Кристел, когда бесформенной амёбой лежал распластанный на сером «блине» клетки-парализатора. Буквально через несколько ударов сердца бодрость наполнила тело, и я сел на постели. Голодный спазм скрутил желудок. Сколько же я проспал?

— Двадцать пять часов семнадцать минут, — прозвучал в голове ответ.

— Ты издеваешься?! Сутки?! — я не удержался от удивлённого возмущения. — Чего раньше не разбудил?

— Требовался отдых для восстановления сил.

— Сил ли? Или ты там опять чего-то нашаманил?

— Я не делаю ничего, что вредит оператору сети. Требовалась настройка.

— Давай, в следующий раз ты всё же будешь спрашивать у меня разрешения, прежде чем швыряться в моей голове.

— Я не добился твоего внимания. За время сна запустил изучение ещё двух ступеней анталайского языка...

— А ещё?..

— Добавил новую функцию в интерфейс...

— Серьёзно?

Обрадовавшись, я сразу «нырнул в себя». На игровой панели в правом нижнем углу, рядом со значком инвентаря, кровавой кляксой светилась моя новая способность. Сфокусировал на ней внимание и прочёл информацию.

— В смысле «оглушение симбионта»? — ошалело потребовал объяснений.

— Я принял решение добавить эту функцию. Рэй воздействовал на тебя своими способностями, влияя на симбионт. Кроме того, зона, к которой мы приближаемся, не доступна для излучения Мингуэйры. Эта зона для меня невидима. Я буду неактивен.

— И что это значит?

— Способности оператора сети там не работают. Ты снова подчинишься симбионту.

— Шикарно...

Обрадовал, так обрадовал. Получается, я перестану быть невидимкой для Ареллы, и... гнять...

— Мне потребуется «Прана»?

— Да. Как войдёшь в зону, сделай инъекцию.

Я обречённо вздохнул. Только ведь начал привыкать к жизни без «огня» в венах.

— А токсин?

— Токсина нет. Тело вычищено в Атриуме.

Ну, хоть с этим проблем не будет. Поднялся, убрал скафандр в «браслеты» и направился в санузел. Сутки проспал. До рези в животе хотелось в туалет.

— А что это за зона такая? — снова обратился я к Нейгарусу, скользнув ладонью по глянцево-чёрной поверхности душевой кабинки, приоткрывая прозрачную шторку из аластовой стали. — Судя по тому, сколько я проспал, мы уже должны быть у Затэры...

Вошёл в душевую и включил подачу очистительного газа. Зелёным маревом подёрнуло внутренность кабинки.

— Корабль не летит к Затэре. Он сменил курс, когда ты заснул.

От неожиданной новости я вместо того, чтобы задержать дыхание, вдохнул и закашлялся. Лёгкие обожгло кипятком, и я включил функцию «развеивания». Потоки тёплого воздуха, направленные сверху вниз, заставили зелёный газ осесть, а потом он рваными клочками втянулся в расположенные под ногами мелкие отверстия.

— Вот ведь... Рэй... — сквозь приступ кашля, сипло проворчал я.

— Позволь показать то, что вижу.

— Давай... — разрешил ИскИну, выходя из душа и облачаясь в скафандр.

Вмиг я перенёсся сознанием в космическое пространство Допры. Серо-голубая плесень на чёрном фоне жирными мазками заляпала космические тела. Зона, которую Нейгарус назвал невидимой, золотом отражала свет ближайшего светила. Я присмотрелся. Концентрация спор «плесени» в невидимой зоне настолько плотная, что казалась сплошным непроницаемым коконом.

— Споры... — выговорил я, как вернулся сознанием в тело.

— Да, — подтвердил ИскИн, — советую долго не задерживаться в той зоне. Ты привлёк её внимание.

— Её? Ареллы?

— Грибницы.

— Что ещё за...

— Мало данных. Стадия: сбор информации, — Нейгарус прикинулся придурком.

— Ладно... И, как работает моя новая способность?

— Она на короткое время оглушит симбионт. Он не сможет создавать для тебя дополненную реальность и управлять тобой. На тебя не будут действовать игровые способности других игроков. Но и твои станут неактивными. Однако нельзя применять оглушение часто.

— Почему?

— Оно происходит за счёт собственной энергии оператора и выжигает нейгатов. Функция повлияет на твои физические характеристики, временно сильно их снизив. Если критическое число нейгатов будет сожжено, после выхода из «слепой» зоны ты потеряешь со мной связь, и я не смогу восстановить контроль над симбионтом. Наша коммуникация будет нестабильной.

Что за хренпоймизм прикрутил мне ИскИн?

— Просил же усилить меня, а не ослабить!

— Всё вновь можно восстановить в Атриуме.

Я подошёл к постели, где оставил свои мечи, перед тем, как заснул. Спрятал оружие в инвентарь. Теперь я не хотел лишний раз сверкать артефактами перед носом реликвантов. Что Рэй придумал? Почему изменил маршрут?

— Нейгарус. Мне нужна способность, позволяющая контролировать операторов сети.

— Ограничение свободы воли операторов нарушает принципы Создателей...- снова отказал мне Нейгарус.

— Твою ж!.. Только мою свободу воли можно ограничивать?! — вспылил я, — Если сдох, значит уже не человек? Не нужна эта свобода никому! У меня её не было! Сначала в клане, потом с Ареллой, даже ты заставляешь решать свои задачи, навязывая чуждые мне идеалы! Я не смогу держать в узде реликвантов после инициации! Слову Рэя не доверяю! Тебе нужно восстановить сеть? Так предоставь способ сделать это, иначе ищи другого Хранителя! Неужели принципы Создателей важнее галактики?!

— Спасение галактики приоритетней. На десятом уровне навыка «Управление нейгатами» я дам тебе силу, о которой просишь.

Ответ ИскИна обнадёжил. Теперь к пищевому синтезатору, а то живот прилип к спине. После этого сразу к Рэю. Но только я вышел из каюты, как заметил приближающегося главу реликвантов. Он шёл один, без обычного сопровождения и буравил меня тяжёлым взглядом.

— Давай за мной, — без лишних объяснений бросил Рэй.

Он развернулся и, не дожидаясь от меня реакции, двинулся в обратном направлении. Гнять. Поел... Кажется, что-то случилось, раз реликвант без свиты сам пришёл. Мы направились на нижний уровень корабля.

— В чём проблема?

— В тебе...

— Не понял...

Рэй резко остановился и окинул меня тяжёлым взглядом. Напряжение сковало его лицо.

— Где ты перешёл дорогу наместнику? — спросил он вместо ответа, — Роль, на которую ты подтягиваешь мой клан, предполагает твою защиту. На территориях Центрального Содружества тебя объявили в розыск. Сейчас во всех новостях мелькает твоя физиономия. Пойми правильно. Я не пылаю страстью к наместнику, но и никогда с ним не ссорился...

— Отказываешься от сделки?..

Только этого сейчас и не хватало. Всё к одному. Может, поэтому Рэй сменил курс? Везёт меня к наместнику? Реликвант скрипнул зубами.

— Не отказываюсь.

— Тогда объяснись. Почему мы не полетели к Затэре? Осталось четверо суток!

Рэй удивлённо вскинул брови, видимо, не ожидал, что я в курсе смены маршрута.

— На Затэру успеем. Пока ты спал, — чернобородый хмыкнул, — мы работали. Нам теперь известен маршрут тюрьмы, мои люди занимаются подготовкой к нападению. А в этом секторе у меня есть свои дела. У тебя, кстати сказать, тоже. Нашёлся твой Арно. Повезло, что он не простой игрок, поэтому я знаком с ним лично. Договорился о вашей встрече, иначе он тебя просто бы не принял.

— Благодарю.

— Мне это ничего не стоило, — отмахнулся Рэй. — Теперь его игровое имя Онра, и он Барон боевой арены в этой VIP-зоне. Отсюда вообще не вылезает. Сам я сейчас займусь делами, надеюсь, четырёх часов тебе хватит решить с Онрой все свои вопросы?

— Хватит...

— Тогда, отправляемся на землю. И называй Онру — Барон. Там все так к нему обращаются.

Едва челноки Рэя приземлились, виски взорвались тупой болью. Пришлось немедленно колоть инъекцию. Отвык. Казалось, такого я не чувствовал никогда. «Прана» расплавленным свинцом растекалась по венам, затуманивала сознание, размывала картинку окружающей реальности. Мои глаза закатились, а дыхание споткнулось. Я никак не мог выдохнуть. Реликванты, находившиеся в челноке, понимающе молчали. Кто-то из них зафиксировал мне руки, когда моё тело выгнулось, а мышцы непроизвольно сократились, и их начало выкручивать.

— В випе всё ощущается иначе, — эхом донёсся до меня чей-то голос, и сразу посоветовал: — Тут неприятно колоть «Прану» в вену, лучше делай в мышцу.

— Независимость от «Праны»? — окинул меня Рэй угрюмым взглядом.

— Только не в VIP-зоне, — прохрипел я в ответ.

Я отдышался. Пот струился по лицу. Ладонью смахнул испарину и убрал оставшиеся инъекции в инвентарь. Хорошо, что я оставил себе немного. Не предполагал, конечно, что снова придётся использовать, но лучше иметь и не нуждаться, чем нуждаться и не иметь. По стенам челнока разлился золотистый текст:

«Активировать VIP-статус?»

Рядом зависли кнопки: Зелёная — с галочкой, красная — с крестиком. Подтвердил активацию.

«Внимание! Шкала VIP-энергии вынесена на панель интерфейса».

Я зарылся в настройки и заметил, что на вкладке шкал добавилась третья золотая полоска. Прочёл информацию:

«Шкала VIP-энергия. Двести семь тысяч пятьсот шестнадцать очков. Обновляется на 100% каждые двое суток только в VIP-зоне».

Интересно, что это даёт? Я пока не заметил нового меню, или каких-то иных иконок. Рэй через Глобсис скинул мне карту этой земли и координаты арены. Я выбрался из челнока реликвантов. Первое, что бросилось в глаза — это нереальная четкость, яркость и прорисовка окружающих объектов. Словно это вовсе не реальность. Не бывает в жизни таких идеально ровных дорожек, насыщенно-малахитовой зелени, симметричных деревьев и кустов.

Дальше обратил внимание на своё состояние. Эйфория. Я словно находился под кайфом. Противоречивые чувства раздирали. То ли смеяться хотелось, то ли рыдать. Оглядывался по сторонам, осознавая нереальность происходящего. Словно разделён с миром. Удар ладонью по спине.

— Контролируй это состояние усилием воли, не позволяй себе в него проваливаться, иначе появится зависимость, — посоветовал Рэй.

Я поскрёб к остаткам сознания, цепляясь за разум, как за спасательный круг. Эйфория отступала, оставляя ощущение легкого дискомфорта. Снова огляделся.

Мы находились снаружи кирпичной городской стены, антрацитовым монстром вгрызающимся в зелень девственного леса. Справа и слева от городских ворот вздымались сторожевые башни, встречавшие гостей слепыми глазницами пустых бойниц. Бурая дорожка из идеально уложенного природного камня бежала в город. На входе встречала стража, облачённая в голубые кафтаны с красными лацканами и обшлагами, окантованными плетёными золотыми шнурами. Поверх надеты кованые медные кирасы, а на голове черные меховые шапки с алыми шнурами и кокардами в виде герба города — на белом фоне золотая химера. К поясу каждого стражника привешены внушительных размеров ножны, с выступающими из них эфесами мечей.

— Это Дерелес, — кивнул Рэй на город. — VIP-локация чисто для людей. Сюда даже калийцев не пускают. Правоохранители — неписи. Да и почти весь персонал — тоже. Это место, где игроки отдыхают. С неписями за услуги расплачиваются VIP-энергией. Особо не зевай. Всякое тут может быть. На карте я тебе отметил расположение арены. Барон там. У тебя четыре часа. Потом встречаемся здесь же.

Я кивнул и под хрустальные трели лесных птиц, направился за сгенерированной стрелкой дополненной реальности. Не приятным сюрпризом стал платный вход в город. Стражи содрали с меня за это сто VIP-очков. Похоже, тут придётся платить за каждый шаг.

Здания внутри города сооружены из того же серого камня, что и стены и украшены пергаментами с информацией об ивенте. Бурая каменка петляла вдоль строений, над которыми значились вывески: таверна, оружейная мастерская, всё для алхимии и прочее в этом духе. Слышался запах свежей сдобы, и мой желудок снова потребовал наполнить его хоть чем-то.

Шумные улицы гудели, как рассерженный рой пчёл. По дорогам прохаживались неписи: стражники, городские жители и торговцы. Игроки тут тоже были, но в косформированных скафандрах, поэтому я в своём черном облачении не вписывался в антураж средневекового замка.

Обогнув большой трёхъярусный фонтан на площади, и оставив позади здания аукциона и банка, я покинул Торговый Квартал. Пройдя сквозь арку внутренней стены, попал на каменный мост, возведённый через каналы, воды которых подозрительно рябили серыми тенями. Этот путь вёл в Квартал Увеселений, и у его входа тоже стояла стража. Сняв с меня ещё сто очков VIP-энергии за вход, расступилась, пропустив дальше.

Здесь играла музыка. Девушки-неписи с пышными формами в ярких открытых одеждах постукивали каблучками по улочкам, картинно виляя бёдрами. Характерным стало то, что в отличие от Торгового Квартала, где ярко светило солнце, а идеально ровная вата облачков в неспешном танце кружила по густо-бирюзовому небу, тут были сумерки. Яркие вывески и заливистый смех рвал внимание каждого посетителя.

Бард, явно из игроков, косформировал скафандр в атласный расшитый бисером дублет, и проникновенно пел на улице. Он аккомпанировал себе на лютне, а девушки-неписи томно вздыхали и жадно ловили каждый его жест:

— «...смелым, удачливым был наш герой,

Благородством сердце пылало,

Но как бывает с героем порой,

Душа его чёрною стала...»

Бард подскочил ко мне, преградив дорогу, и с глупой улыбкой в такт мелодии попеременно выставлял в танце ноги:

— «...и тонкие плечи, и взгляд синих глаз

Казались милее свободы,

Кольцо вокруг шеи обвилось в тот час,

И рабство сулило невзгоды...»

— Прочь с дороги! — меня взбесил этот игрок, который сейчас явно кайфовал от атмосферы VIP-зоны.

Продолжил путь. Он вёл меня в самую дальнюю часть Квартала Увеселений. Уткнулся в неприметную маленькую постройку, удивившись, как в ней может вместиться целая арена. Но только зашёл, понял: то, что я искал, находилось под городом. Не сделав и десятка шагов, я остановился, услышав позади шорох. Тяжёлая рука сдавила плечо. Рванул его из тисков, резко крутанувшись.

— Барон ждёт, — прозвучало в полумраке, — следуй за мной.

В монолитной стене вдруг образовался проход, и говоривший растворился в черноте, а я следом нырнул в его бездонную глубину. Путь до Барона занял не больше пяти минут. Всё это время мы шли в темноте потайного хода. Сердце отбивало чечётку, а за шиворот будто высыпали ведро льда. «Предчувствие» фиксировало угрозу.

Барон оказался невысокий щуплого вида старикашка с прищуренным взглядом и непропорционально длинными руками. Он тонул в алом большом кресле, на фоне которого выглядел точно трёхлетний ребёнок, забравшийся на папин стул. Я запросил по нему справку в Глобсис, хоть и догадывался, что все характеристики будут скрыты. Но было интересно, участвует ли Барон в ивенте. Не участвует. Значка перекрещенных угольно-чёрных мечей не было рядом со скрытыми данными, но зато был другой. Золотая пятиконечная звезда. Сфокусировал внимание на ней и прочёл информацию:

«Элитный игрок».

— Зачем искал? — голос Барона оказался молодым и твёрдым.

Я активировал «Обаяние», размышляя, действуют ли мои способности на элитных игроков, и кто вообще они такие.

— Вы Арно?

— Меня уже давно зовут иначе, — ледяным тоном отрезал Барон. — Откуда ты знаешь моё имя до Допры? Лицо твое кажется знакомым. Рэй сказал, что ты из Врарио. Как тебя называли раньше?

— Максайм Легран.

Брови Барона поплыли вверх и остановились на середине лба.

— Аделард...

— Мой дед...

Барон сдержанно рассмеялся.

— Вот это ирония! Старик казнил каждого беглеца в Допру, а тут уже двадцать лет скрывает собственного внука. И после этого говорит, что клан важнее кровных уз. Лицемер.

Он снова засмеялся. Кажется, напрасно назвал ему своё имя. Я стоял от Барона по другую сторону стола и выжидал момент, когда смогу перейти к сути своего визита. Мне не предложили присесть, а, значит, не считали равным.

— Так зачем ты меня искал?

— Нужна помощь. В клане Вы работали над проектом «Аранеа». Мне нужно знать, как отключается устройство...

— Вот это подарочек сделал мне Рэй. — Барон захлопал в ладоши, размахивая длинными руками, точно птица крыльями, — Даже не мечтал увидеть кого-то из Легранов в зависимом от меня положении.

— Я Вам заплачу...

— Я сам бы заплатил, чтобы посмотреть, как ты сдохнешь...Ты жив до сих пор не из-за своей неприкосновенности, особенно на неё не рассчитывай. Я не трогаю тебя только по просьбе Рэя.

— У меня есть анталайские артефакты...

— Не интересно...

— Доступ к древним изобретениям и механизмам, заводам, лабораториям...

— Не... интересно...

Барон отвёл взгляд в сторону и махнул рукой. Я проследил за движением. Слева от меня, прямо у книжного шкафа, на котором я с удивлением обнаружил старые книги в цветных переплётах, возникла и волчком закружилась золотая пыльца, образовав воронку. Из этого вихря начал ваяться боевой робот, как фигура из мокрого песка. Спустя половину минуты он полностью материализовался и шагнул в мою сторону, направив плазменные орудия мне в голову.

Световая индикация на плазмаскопах сообщила, что оружие приведено в боевую готовность. По груди прошёл холодок, предупреждая об опасности. Я просчитывал пути к спасению, как Барон щёлкнул пальцами и робот взорвался золотой пылью и песком осел в алый ворс ковра под ногами. Через десять ударов сердца в пространстве растворился и песок. Похожие способности недавно продемонстрировала Арелла в поместье Фузроу, когда черепки цветочного горшка пылью стекли между пальцев Номи.

— Есть ещё что предложить? — снисходительно усмехнулся старик.

Я задумался. Не знал, насколько Барон соответствует генотипу анталайцев, интерфейс Нейгаруса посерел, но уж как-нибудь потом разберусь со своей «белочкой». Предложил:

— Я могу сделать так, что ты сможешь выходить за барьер Допры.

— Мне это не нужно...

— Независимость от «Праны» за пределами VIP-зоны.

— Я не выхожу из VIP-зоны... Что-то ещё есть?

Я скрипнул зубами.

— Нет. У меня больше ничего нет...

— Врёшь! — сверкнул глазами Барон, и взгляд его сделался хищным. — Своего ты предлагать ещё и не начинал. Всё, что ты перечислил — не твоё, и досталось тебе, скорее всего, случайно.

— Чего ты хочешь?

— Оценить твоё мастерство боя на Арене. Выживешь — получишь то, что просишь, сдохнешь — я получу глубокое удовлетворение.

— Не один игрок не выйдет против меня сейчас.

— Кто сказал, что это будет игрок? На VIP-Арене бьются с монстрами из земель-пустошей. Ко мне приходят, чтобы расширить коллекцию унталов. Тебе предлагаю биться не за талант, а за способ отключить «Аранею».

— Один на один против монстра пустошей?

— Да. И никакого легендарного оружия. Обычная сталь...

— Ищи другого придурка, который согласится выйти против монстра диких земель с зубочистками. — я усмехнулся, поглядывая в сторону выхода. — Обойдусь без твоей помощи. Найду способ, как вытащить этот хренпоймизм из шеи.

— Не найдёшь... С момента активации «паука» у тебя всего три недели до детонации. Он переплёлся уже с твоей нервной системой.

— Я в курсе. Разыщу умелого нейрохирурга и вырежу его вместе с нервным волокном.

— И сразу останешься без головы... «Паук» не просто переплёлся с твоей периферической нервной системой. Он соединился с нейронами и пропускает через себя нервные электрические импульсы. Как только они перестанут проскакивать через «Аранею»... В общем, счастливого пути. Я буду жить с чувством выполненного долга, зная, что скоро на одного Леграна в галактике станет меньше...

— Гнять... Ладно.. Согласен на Арену...

— Супер! — по-детски захлопал в ладошки Барон. — Присаживайся.

Он взмахнул рукой, и с моей стороны, перед столом закрутилась воронка из золотой пыльцы, ваяя небольшой жёсткий табурет из необструганной древесины. Да на таком заноз нацепляешь, если сядешь голым задом. Я взгромоздился на предложенное место, а Барон стал проговаривать условия.

— Ты выйдешь на Арену с тем монстром пустошей, которого выберу я. Из оружия даю тебе обоюдоострый меч и кинжал с разветвленной гардой. Не запрещено использовать игровые умения. Это бой насмерть. Либо ты, либо тебя... Награда за победу — способ отключить «Аранею». Согласен?

— Да.

— Тогда поставь подпись, — Барон глазами указал на возникший у моей правой руки предмет в виде расплющенного бруска с отпечатком человеческой ладони. Я приложил к нему руку и, ощутив болезненный укол, тут же её отдернул. С ладони на стол упала капля крови, а потом рана начала затягиваться.

— Твою ж... Что это? Ты душу что ли покупаешь?

— Скрепление сделки кровью — это не обязательная процедура. Просто моя инициатива. Очень уж хотелось пустить кровь Леграну лично... Готовься. Сейчас объявят о поединке, соберут ставки, и через полчаса ты выйдешь на бой.

Мой желудок издал голодный злобный рык и притих.

Глава 8. Химера

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны А-12-58. Территория Центрального Содружества. VIP-зона. Город Дерелес.

Арена. Босые стопы при движении вздымают облачка серой пыли. Я в широких полотняных штанах до середины голени. Кроме этого, на мне ничего нет. Как только спустился в земляную яму для боя, скафандр в автоматическом режиме косформировался в эту одежду и заблокировал функцию смены облачения. Плохо. В таком режиме боевые функции скафандра недоступны. В правой руке обоюдоострый меч, похожий на каскару, а в левой — кинжал, напоминающий дагу.

Сверху зрители. Мельтешение. Шум толпы и улюлюканье. Букмекер принимает последние ставки. Противника ещё не вывели. Я осматривал место поединка, ища удобную позицию для начала боя. Бессмысленно. Круглое, как блюдо, дно и отвесные стены. Я поставил имевшиеся у меня четыре с половиной тысячи кредитов на свою победу. Проиграю, так сожалеть об этом будет некому.

Удар гонга. Резко всё стихло и погрузилось в темноту. Яму накрыл непроницаемый купол.

Удар гонга. По окружности арены адским заревом вспыхнула река лавы, тускло осветив пространство. Обдало жаром. Завоняло серой. Песчаная пыль под ногами пропала, превратив поле боя в чёрный оплавленный камень. Теперь я знаю, как выглядит ад.

Удар гонга. Из темноты противоположной стены выдвинулось существо. Оно прошлёпало по лаве, даже не заметив того, во что наступило.

Сердце мощными толчками гоняло по венам кислород вперемешку с адреналином. По спине бегали липкие волны ужаса. Я крепче сжал оружие и, не сводя взгляда с существа, переместился правее, заходя ему вбок.

Запросил в Глобсис справку. Строки золотом отразились на чёрной стене ямы.

«Имя: неизвестно, вид существа: королевская химера, уровень: 522, системный номер: 461-953-348-751-752, категория опасности: первый класс угрозы — чрезвычайно высокий риск. Элитный моб».

Химера размером с лошадь, проводила моё движение взглядом козлиной головы, торчащей из центра спины. Львиная морда пригнулась к реке лавы и стала жадно лакать, а хвост, заканчивающийся змеиной башкой, шипел и сворачивался кольцами.

— Сожру! — пробляела козлиная голова.

— Я тебя сам сожру, — усмехнулся я, вспомнив, что уже больше суток не ел.

Львиная морда отвлеклась от своего занятия и изумлёно сверкнула на меня красными горящими глазами. Цокая задними копытами, переставила передние лапы, развернулась в мою сторону и выпустила когти.

Львиная голова химеры издала громовой рык. Тварь подобралась и молниеносно атаковала, смазавшись золотой полосой в полумраке арены. Но и я не первого уровня. Да и статы в разы выше, чем у обычных игроков. Сейчас я не только не уступал зверюге по скорости, но, скорее всего, даже немного превосходил. Когти твари впились в то место, где я был мгновение назад. Отпрыгнул вправо, уклонился от удара змеиным хвостом, зубы которого пронеслись в миллиметрах от моего плеча. Скользнул за круп существу, уходя от струи огня, вырвавшейся из пасти козла. Тут же крутанулся и, уворачиваясь от броска кобры, саданул мечом по чешуйчатому хвосту монстра.

Рассчитывал отрубить змеиную башку. Бесполезно. Клинок звякнул, словно о кусок гранита, вернув инерцию удара и отбросив мою руку назад. Гнять. Не повезло с оружием. Мне бы мои мечи... Новая струя пламени неслась мне навстречу. Уклоняясь, рухнул на вулканическую породу под ногами и тут же получил копытом по лицу. Хруст в голове, искры в глазах. Боль. Меня отбросило на несколько шагов. Лицо залила кровь.

Чтобы не стать легкой мишенью, пока приходил в себя, интуитивно откатился к другому краю арены. Остановился у самой лавы, едва в неё не свалившись. Поднялся, смахнув кровь с лица, и усилием воли сфокусировал расплывающуюся после удара картинку.

Сердце грохотало, ломая рёбра. Тварь медлила. Львиная морда вновь пригнулась к лавовой реке и торопливо из неё лакала. Ясно. Чтобы плеваться огнём, уродцу нужна постоянная «дозаправка». С другой стороны, в это время химера наиболее уязвима. Если применить унтал «Замедление Времени», можно атаковать. Совсем немного не хватало очков «эсперики», которые я бесполезно потратил, применив к Барону «Обаяние». Буквально пара минут, и можно использовать талант. Только вот как пробить каменную шкуру монстра?

«Поразить мозг через глаз или ухо», — мелькнула мысль. Химера снова развернулась ко мне львиной мордой и пригнулась. Я выставил вперёд меч, сменил хват кинжала на обратный и медленно закружил вокруг твари. По камню под ногами огнём прошли лавовые трещины. Стопы начало припекать. Шикарно. Это для динамики боя, или у поединка ограничение по времени? Не сделаю всё быстро — сварюсь?

Химера бросилась, я рванул ей навстречу, прямо в расставленные львиные лапы. Направил меч в распахнутую пасть, блокируя левой рукой удар когтей, звякнувших о кинжал. Клинок меча с хрустом прошил глотку в направлении кверху, на треть погрузившись в львиную голову, и достал до мозга. Одновременно с ударом, я шмыгнул вниз под тушу химеры, укрываясь от очередного извержения огня козлиной головой. Упал на растрескавшийся лавовый камень. Выдрал меч из пасти. В конвульсиях химера успела полоснуть меня крючками когтей, вырвав из лопатки кусок плоти. Боль ударила по нервам.

Обжигая спину о лавовые трещины, я катался под копытами существа, которое задалось целью меня раздавить. Одновременно скрещенными блоками меча и даги отражал выпады выстреливавшего змеиного хвоста. Вился ужом. Чисто на навыке «Предчувствие» уворачивался в последний момент от атак химеры. Точнее, тело само дергалось, отклоняясь от копыт и ядовитых клыков.

Вылезти бы из под твари, но не хотелось получить в спину огненный плевок. Трещины в породе становились шире. Плеснувшаяся на кожу капля лавы красноречиво намекнула, что пора менять тактику боя и из партера выходить в стойку. Улучив момент и отбив очередной выпад змеиной башки, я выкатился из-под туши монстра. По спине прошёлся огонь. Я взвыл и откатился к краю огненной реки, корчась и выгибаясь от жжения. Завоняло палённым мясом. Разум мутился. Сознание уплывало.

Надо встать. На Ярило-3 давно бы получил наказание за проявленную слабость. «Ты жив, а руки способны держать оружие. Так почему не бьёшься?» — спрашивал наставник фехтования, изрезав и измотав до предела, когда в очередной раз меня, неумелого подростка, позорно уложил в пыль. — «Наказание болью или каменный мешок?!»

— Встаю, наставник... — пробормотал я.

Поднялся. От боли тело сотрясали судороги. Нестерпимо жгло спину. Штаны зияли обугленными дырами. Горло раздирало от удушливого серного воздуха. Жара. Духота. Пот змейками струился по лицу и груди. А на другом конце арены стоит мой противник. Всё ещё живой и готовый сражаться.

Поле боя уже превратилось в лавовый океан, по которому плыли вулканические льдины. Химера повернулась ко мне львиной с потухшими глазами головой, безвольно болтавшейся на шее. Из раскрытой пасти сгустками капала кровь. На меня теперь огрызалась распустившая капюшон башка змеи, вздыбившаяся над туловищем монстра на манер скорпионьего хвоста. Налакалось ли это существо лавы другой головой или нет, я не видел, но теперь уже и не важно. «Эсперики» достаточно для применения унтала. Главное, чтобы пробой от использования не упал на «Скорость», как в прошлый раз, или «Силу». У меня будет полминуты на всё, тогда как в реальности пройдёт не больше пяти-шести секунд.

— Замедление Времени, — произнёс я голосом, чтобы не отвлекаться на интерфейс ради активации таланта.

На полу развернулась желтоватая состаренная карта, на которой красным обозначились строки:

«Внимание! В течение часа общий уровень навыка Картография понижен на девяносто процентов и равен двадцати трём!»

Карта вспыхнула от жара лавы, прогорела и превратилась в труху. Всё! Твари конец! Для последнего рывка собрал волю в кулак, стиснув зубы, перепрыгивал с одного островка вулканической породы на другой. Балансируя на плавучих «льдинах», добрался до химеры. Не так быстро, как рассчитывал. На скорость повлияло ранение. Тварь как в замедленной съёмке разворачивала в мою сторону козлиную голову и распахивала пасть. Клубы огня медленно выползали из её недр.

Вогнал меч козлу в ухо по самую гарду. Остриё клинка пробило голову насквозь и вышло с другой стороны. Клубы огня, так и не вырвавшиеся наружу, сдулись белёсым дымком. Не тратя время на то, чтобы вытащить оружие, схватил правой рукой за горло змею, метнувшую ко мне раскрытую ядовитую пасть, и, держа кинжал обратным хватом, левой рукой вбил его твари в глаз.

Время снова потекло в обычном ритме. Химера сотряслась в конвульсиях и безвольным мешком рухнула в лаву, а я, утянутый обвившемся вокруг руки змее-хвостом, потерял равновесие и упал на тварь. Всё! Не было сил даже подняться. Слева под ключицей зажгло огнём. С трудом скосил глаза. Лучи красного свечения пробились сквозь кожу и выжгли на её поверхности знак. Сияние погасло, оставив в том месте белый шрам в виде атакующей химеры. Золотые логи поплыли в черноте:

«В честном поединке вы одолели существо, имеющее по классификации системы первый класс — чрезвычайно высокий риск. Королевская химера. Вы вобрали в себя частичку поверженного существа, получив контроль над химерами Диких Земель. Получено достижение: Предводитель стаи химер. Поздравляем!»

Я закрыл глаза. Сейчас бы «Праны», быстро бы всё затянулось. Но интерфейс заблокирован, во избежание соблазна достать легендарное оружие. Тело химеры медленно погружалось в лаву, а я вместе с ним. От красноватого жара моя кожа пузырилась и лопалась. Боль накрыла безумием. Почему не останавливают бой?

Гонг. Свежий воздух. Я открыл глаза. Яркий свет выбил слёзы. Прохлада овеяла обожжённую лавой кожу. Истошный визг толпы раздирал замутнённое сознание. Лежал в пыли на дне земляной ямы на полуистлевшем чудовище. Размытые тени взяли меня под руки и поволокли. «Победа», — сквозануло в голове. Но сейчас эта мысль не доставляла радости. От боли не хотелось жить. На фоне общего состояния я почти не почувствовал укола «Праны» в плечо.

Меня подняли левитаторными захватами, оттащили куда-то и уложили животом на что-то мягкое. В помещении тепло и приятно пахнет. Какое-то время я находился в одиночестве, а потом услышал лёгкие торопливые шаги. Возня, шуршание и голос:

— Ты меня удивил... — задумчиво произнёс Барон. — Не думал, что выживешь... Вы, Леграны, живучие, как паклюги.

Я приоткрыл свинцовые веки и узнал кабинет Онры, в котором заключал договор. Только вот этого дивана я не помню. Наверняка Барон изваял его специально. Я бы меньше удивился, если бы подо мной была необструганная скамейка с торчащими кверху остриём гвоздями. Сдерживая стон, приподнялся и сел. Отдал команду скафандру облачить тело. Стиснул челюсти, пока костюм обволакивал спину. Не мог позволить себе выглядеть жалко перед лицом врага. Но Барон улыбался самой приветливой из виденных мной улыбок. Это напрягало сильнее.

— Макс, — он, наконец, назвал меня по игровому имени, — Это не вероятно! Королевская химера! Да знаешь скольких на арене она уже сожрала?! А ты справился с двумя обычными железками! В честном бою! Это нужно отпраздновать!

Насколько бой был честным — спорный вопрос. Легендарным оружием мне пользоваться не позволили. Если бы схватка произошла в Диких Землях, меня защищала бы броня скафандра, да и мечи были бы другими.

— Вы обещали мне награду... — напомнил я Барону о нашем договоре.

— Да всё получишь, не волнуйся! Давай забудем первые минуты нашего знакомства, и начнём заново! — заискивающим тоном разлился Онра.

— Зачем Вам это?

— Тебе... — поправил меня Барон. — Нам давно пора перейти на «ты». Всё-таки выходцы из одного клана.

Онра приятно рассмеялся, потирая ладони длинных, иссохшихся рук. Это добродушие казалось подозрительным. С чего вдруг Барон изменил своё поведение?

— Зачем тебе это? — повторил я вопрос.

— Я ведь тоже игрок, — туманно ответил Онра, — у меня к тебе есть одно предложение.

— Не интересно... — вернул я его же слова, твёрдо намереваясь больше не иметь никаких дел с Бароном.

— Но ты даже не выслушал! — резонно заметил Барон.

— Не... Интересно...

— Ладно.— Онра состроил страдальческое лицо, словно это не он виновник моей к нему неприязни. — Вижу, ты на меня в обиде.

— Я не в обиде. Мне плевать. Я хочу свою награду.

Барон сунул руку куда-то под столешницу, и вытащил небольшой пакет, обошёл стол и протянул мне предмет.

— Это симулятор нейронных импульсов. Подключишь к «пауку» и отсоединишь его от нервных волокон. Нейрохирург всё-таки потребуется.

«Эсперики» пока не хватало, чтобы открыть инвентарь. Я зажал своё спасение в руке и удовлетворённо выдохнул. Больше делать мне тут нечего. Превозмогая боль в спине, молча поднялся, намереваясь уйти.

— Может, хотя бы, поужинаешь со мной? — предложил Барон.

Я задумался. Поесть не помешает. Посмотрел на время. До встречи с Рэем больше дух часов. Занять их нечем. Всё равно планировал отправиться на поиски пищи.

— Поужинаю, — согласился я.

— Супер! — снова по-детски захлопал в ладоши Барон. — Пошли со мной. У меня всё своё. Даже наверх выходить не придётся. И, конечно, герою сегодняшнего боя всё за счёт заведения.

— Какая щедрость...

Барон, едва доходивший мне до плеча, мелко засеменил короткими ножками. Он, как и его посланник, повёл меня тайными ходами, но на этот раз не такими тёмными. Хотя, рассматривать тут было нечего. Кирпичные серые стены, освещённые факелами дополненной реальности, которые не чадили, не издавали треска и горели ровным ярким светом.

Через короткое время мы вынырнули в длинный коридор, по стенам которого справа и слева шли ряды одинаковых дверей. Густой аромат парфюма ударил в нос. Барон заглянул в одну комнату.

— Жанна, ты нас обслужишь?

Запах парфюма усилился. В проёме показалась вызывающе одетая девушка. Или вызывающе раздетая? Тут я как-то не определился. Она окинула меня оценивающим взглядом и ответила:

— Добрый вечер, Барон. Проходите. Сейчас пришлю девочек...

Мы двинулись дальше по коридору, свернув в тускло освещённое помещение с уютными глубокими диванами возле большого стола. Деревянная отделка стен, у дальней стены внушительных размеров камин, в котором уютно потрескивали полешки.

— Ты привёл меня в бордель?

— Я привёл тебя только поужинать. Понимаешь, в этом Квартале всегда вечер, поэтому мы тут только ужинаем, — засмеялся Онра, — Ну, а всё остальное — по твоему желанию. Я не настаиваю на дополнительном сервисе, но рекомендую.

— Пхах! Обычные шлюхи? Мне не интересно.

— Фу, как грубо. Макс, тут нет ничего обычного. Всё — VIP.

Через пару минут девица с округлыми формами и стройными ногами в полупрозрачном пеньюаре принесла две бутылки вина и бокалы. Пока она расставляла предметы на столе и разливала напиток, успела, будто случайно, оголить предо мной то одну, то другую аппетитную часть своего тела. Ловко они тут это делают, а, главное, ненавязчиво. Девица приятно улыбнулась и удалилась, грациозно покачивая бёдрами.

— Давай, за наше знакомство, — поднял бокал Барон.

— Я хотел только поесть...

— Неужели боишься, что тебя тут напоят и лишат невинности? — противненько захихикал Онра.

Я хмыкнул и взял бокал с кирпично-оранжевой жидкостью. Сделал глоток и отдал должное напитку, оценив ярко выраженный аромат цветов, фруктов и специй. Напиток разошёлся по телу теплом. Заметив, что мой бокал опустел, Онра подлил ещё.

— Макс, может, всё-таки выслушаешь моё предложение?

— Ну, давай, — согласился я, с удивлением заметив зарождающееся к Барону дружелюбие.

Боль грызла спину уже не так сильно. Я выиграл бой. Да и кредитов у меня прибавилось. Неплохо заработал на себе, увеличив финансовую независимость до ста тридцати двух тысяч. Условная шкала настроения у меня явно попёрла вверх. Возможно, вино подействовало, хотя, не только. Обслуживание тут тоже оказалось приятным... Меня потихоньку накрывало эйфорией. И сейчас сопротивляться ей не хотелось. Можно же позволить себе расслабиться, хоть иногда.

— В конце боя ты применил какой-то талант? — Барон явно заходил издалека.

Я кивнул. По сути, только этому унталу я и обязан жизнью.

— А что дала тебе система? Ты получил достижение за убийство химеры?

Сделал новый глоток вина и улыбнулся. Мне становилось хорошо.

— Да. Достижение «Предводитель стаи химер». Пока не разбирался с тем, что это значит.

Лицо Барона напряглось. Он подлил мне вина, и я с удовольствием выпил.

— Слушай. Продай мне его...

— Чего? — не понимая, улыбнулся я.

— Достижение. Мне оно нужно...

— Как? — я почувствовал, что мои брови торопятся встретиться с затылком.

— Это легко...

Нас прервали. В комнату вошла уже другая девушка и игриво мне улыбнулась. Я ответил на улыбку. Девица внесла поднос, уставленный аппетитно пахнувшими блюдами с тушёным мясом и овощами, с экзотическими фруктами и зеленью. Эта, как и первая, тоже продемонстрировала мне своё тело, и теперь я разглядывал его с интересом. Девица, заметив мой опустевший бокал, опять наполнила его и унесла выпитую бутылку.

Мой желудок выполнил радостный кульбит в предвкушении трапезы, и какое-то время мы молча насыщались. Когда я отодвинул от себя тарелки, Барон разлил вино из второй бутылки и продолжил прерванный разговор.

— Достижение легко можно передать. Есть игроки, с унталами, которые позволяют это сделать. Ты, главное, назови мне цену. Всё что угодно.

— Зачем тебе моё достижение? — я спрашивал, осознавая, что мне абсолютно всё равно. Не интересно, какие бонусы оно даёт, да я, кажется, готов прямо сейчас отдать Барону достижение просто так. Не знаю, зачем вообще интересовался. Наверное, по привычке...

— У меня висит задание от системы, — улыбнулся Барон, — эта химера не просто так на Арене. Её загоняла большая группа игроков. Но достижение, как понимаешь, можно получить в бою один на один. Но, чтобы уж наверняка, лучше, если у бойца будет меньше всяких преимуществ. Никто до тебя не смог.

— Ммм... — промычал я, делая глоток и любуясь вошедшей девушкой.

— Что значит «ммм»? Это да? Ты продашь мне достижение?

— Наверно, — я улыбнулся длинноногой девице, убирающей тарелки.

Она бросила быстрый взгляд на Барона, смутилась и, к моему неудовольствию, моментально удалилась.

— Так мы заключим договор? — в голосе Онры послышалось нетерпение.

Я рассмеялся, вспомнив предыдущую с ним сделку.

— Опять скрепим кровью? Ты мне пустил её уже достаточно. Теперь в другой раз. Мне сейчас не хочется. Да и времени прошло много. Меньше чем через час меня ждёт Рэй. Пойду я. Благодарю за ужин.

Я поднялся, но Барон вцепился мне в предплечье.

— Подожди! — закричал он, — Давай ещё по бокалу!

Я согласно кивнул и сел на место. Онра торопливо разлил вино. Едва я протянул руку к бокалу, услышал это. Голос, который не перепутаю ни с каким другим.

— Барон, к Вам пришёл посетитель, о котором просили предупредить.

Я поднял взгляд, и сердце тоскливо защемило. В дверном проёме стояла моя Вин. Тут не могло быть ошибки. Но разум подсказывал, что это невозможно. Вин осталась на Ярило-3 и выбраться оттуда не смогла бы. Но я ведь выбрался! Девушка скрылась, а я растеряно спросил.

— Барон, кто она?

— Ты думаешь, я знаю тут каждую? — равнодушно пожал плечами Онра, — Иди и спроси сам.

Мне показалось, его голос стал расслабленным и каким-то довольным. Я, не теряя времени, засунул симулятор в инвентарь, поднялся и направился за девушкой. Выскользнул в коридор, заметил фигурку Вин в самом его конце и поспешил к ней. Девушка скользнула в боковой проход, а я ускорил шаг, мгновенно оказавшись у нужной двери.

Медленно приоткрыл её и вошёл. В приглушённом свете бра на красном шёлке постели прижав к груди колени, сидела Вин. Увидев меня, она медленно спустила ноги на пол и выпрямилась во весь рост.

— Вин, — я не узнал свой голос. Он был похож на хриплое бормотание. Сердце раскатами грома сотрясало грудь.

Сочные, как спелая вишня, губы изогнулись в знакомой надменно-снисходительной усмешке. На мраморно-белой коже лица, как и прежде, не проступала даже тень румянца. Тонкие длинные пальцы потянули завязки полупрозрачного чёрного пеньюара. Лёгкое кружево соскользнуло с восковых точёных плеч. Это была она. Идеальная. Та, которую я ненавидел, и от которой зависел, словно наркоман от дозы.

Во рту пересохло, дыхание участилось.

— Вин... Как ты тут...

— Т-с-с-с... — Вин приложила пальчик к своим губам, призывая меня молчать.

Она подошла, проведя ладонью по моей щеке. Дрожь пробежала по телу, раскатившись волной жгучего желания. Её синие глаза потемнели, сделавшись почти чёрными. Я не заметил, в какой момент наши губы жадно слились, а мой скафандр стёк в браслеты.

Нас, как и раньше, обдало адским жаром страсти, руки заскользили вниз по её хрупкому телу. Я приподнял Вин, впиваясь пальцами в упругие бёдра, и рванул к себе. Она выгнулась, сладостно застонав, и болезненно впилась ногтями мне в спину. Чёрный шёлк её волос взметнулся, обдав меня запахом полевых цветов. Вин ритмично задвигала бёдрами. Я уложил её на постель и потерял остатки самоконтроля.

Глава 9. Возвращение Тёмного Стража

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны А-12-58. Территория Центрального Содружества. VIP-зона. Город Дерелес.

Кид. Общий чат. 12:57. «Макс. На нас напали люди Поршня. До тебя не достучались. Корабль разбит. Я выходил из аватара, чтобы попросить помощи у Ареллы, но она отказала. Когда вернулся, обнаружил, что тут никого нет. Иконки экипажа не активные. Разгерметизированы все отсеки. Электроника не слушается. У меня дыхательной смеси осталось часа на четыре. Буду регулярно выходить из аватара, чтобы уменьшить её расход. Но вряд ли продержусь очень уж долго. Прилетай как можно скорее. Арелла не даст мне новое тело».

Безразлично смахнул окно общего чата и расслабленно откинулся на подушки. Вин выпорхнула из душа и плюхнулась рядом, взметнув каскад волос, угольным шёлком рассыпавшихся по алым простыням. Приглушённый свет голубыми искорками переливался на её длинных локонах. Она улыбнулась, выгнулась по-кошачьи и положила голову мне на грудь, накручивая по привычке прядь волос на палец. Я вдохнул пряный аромат её тела и прижал плотнее. Теперь точно знал, где моё место. Жизнь снова обрела смысл и цель. Вин нужна защита, и всё остальное потеряло важность.

Шорох и возня в коридоре. За дверью настойчивое скрежетание и царапанье. Кто-то возился с замком. Пришлось отодвинуть от себя девушку и подняться. Облачился в режим «ноль», бесшумно пробрался к резной двери и распахнул её.

К моим ногам свалился игрок в чёрном скафандре, с закинутой за спину старинной лютней.

— Бард? — усмехнулся я, узнав человека, встретившегося мне на пути к Арене, — Любишь подсматривать?

Бард, ничуть не смутившись, подскочил на ноги и растянул губы в широченной улыбке, отпечатав ямочки на румяных щеках. Задорные искры сверкнули в ясных глазах, а тонкая белая, как у девушки рука, прошлась по золотым кудрям, поправляя причёску. Ему бы не лютню, а арфу в руки. Ну, просто ангелочек...

— Да чего там подсматривать-то? — бойко предположил парень и мальчишески хохотнул, — Чисто технически, мужчин привлекают в женщинах мягкие части тела, а женщин в мужчинах — твёрдые. Вся наука.

Он бесцеремонно прошел в комнату, с любопытством глянув на Вин, которая натянула алый шёлк до подбородка. Я тормознул шустрого барда за плечо.

— Зачем явился?

— За тобой... — гоготнул он и вальяжно плюхнулся в кресло, закинув стопу на колено. — Ща, только Рэю отбарабаню, что ты нашёлся, и двинем. Нам ещё думать, как выбираться отсюда. Я — Ромиль, кстати...

Парень вёл себя уж чересчур нагло, а я это не терпел. Молча схватил его за золотые кудри и выволок барда из комнаты.

— Ты чего! — закричал он, — Я же помочь пришёл! Мы тебя уже три часа ищем. Рэй весь город на уши поставил, а ты тут с этой курицей...

— Не говори так о ней! — угрожающе обрезал нахала и посмотрел на Вин, которая съёжилась на постели.

— Ну, здрасти... доигрался дед со внуком... Серьёзно думаешь, что она та, кого ты видишь?! — Бард зыркнул на девушку за моей спиной и жёстко дёрнул рукой по струнам, извлекая из инструмента скрежещущие звуки.

Я обернулся на шорох. Глаза Вин закатились. Она завалилась на подушки и с пустым выражением уставилась в пространство. Тело среагировало быстрее, чем успел подумать. Вцепился барду в горло, с размаху вплющив его в стену коридора. Каменная крошка осыпалась на пол, а пальцы сдавили гортань. Глаза игрока выкатились, губы вспухли и налились кровью. Из соседних дверей повысовывались любопытные головы.

— Что ты сделал, червь?!

— Ничего, — задыхаясь, прохрипел Ромиль, — она просто оглушена. Эффект временный. Макс! Она не та, кем кажется. Я вижу пухлую девку с рыжими кудрями. Ты видишь что-то другое! Тут всё так работает!

— Врёшь!

— Да не вру! — шептал игрок, шлёпая синюшными губами. — Большая часть того, что тут есть — это мираж! Здесь даже еду не отличишь от настоящей! Она также насыщает, а вино пьянит! Нарисованные предметы отбрасывают тени, имеют вкус, запах, звук! Тут всё будет соответствовать твоим предпочтениям!

— Это всё не настоящее?

На самом деле, ужин был отличный, вином не мог напиться, и... удивительным образом я встретил Вин. Правда, до сего момента, как-то не задумывался над этой странностью.

— Дошло? Рэй же просил контролировать эйфорию! Он приказал мне присмотреть за тобой! Уходим отсюда. Быстро. Пока Барон не прислал своих людей. Ты ему для чего-то нужен. Но вне Арены он нас не тронет.

Я отпустил барда и отступил на шаг. Посмотрел на высунувшиеся из приоткрывшихся дверей головы девушек, которые без стеснения продолжали наблюдать за нами и ответил:

— Не пойду. Передай Рэю, что всё отменяется. Сделки не будет.

Даже если это и мираж, не хотелось, чтобы он таял. Да и какая разница, реальность это или нет. Двадцать лет прошло с тех пор, как я в последний раз видел Вин, даже не подозревал, насколько в ней нуждался. Я вернулся в комнату, но Ромиль последовал за мной.

— Да тебя вообще припекло?! Это VIP так действует! — бард не унимался, и я злился. — Вспомни про ивент, о том, ради чего затевалась сделка!

— Уходи.

— Макс! Да ты что?! Рэй же...

— Ты тупой?! Ещё раз показать где выход?!

Я мгновенно сгенерировал сферу и вытащил меч. Бард попятился. В его руках тут же материализовалась лютня. Ромиль тренькнул по струнам, извлекая не музыку, а скрипучий голос старухи. Да и сам музыкальный инструмент выглядел сейчас как голова дракайны. Её губы зашептали слова, разлетевшиеся многократным эхом, воздух вокруг уплотнился и зарябил. Изображение игрока смазалось, а пространство дрогнуло цветными пятнами.

Какая-то ерунда. Мне не больно, просто неприятно. Шепот старухи раздражал, отвлекал от цели и не позволял сосредоточиться. Меня каждый раз отворачивало от барда, как только собирался воспользоваться оружием. Но сейчас я это прекращу, а после объясню, что так раздражать меня вредно для здоровья.

Вдавил кнопку «Оглушение симбионта». Сильный хлопок в голове, темнота и тишина, словно заложило уши. Сделал несколько глубоких вдохов, проморгался и с удивлением обнаружил, что сижу на полу, сдавив руками голову, а меч лежит в стороне. Через вакуум эхом пробивались голоса:

— Рэй, он, кажется, всё... Его припекло.

— Онра! Хетов паук... Просил же, не затаскивать к себе. — С досадой выплюнул слова глава реликвантов.

— И чего делать?

— Тащить в челнок. Хоть мечи сдадим...

— У нас был уговор, — не поднимая головы, напомнил я Рэю.

Реликванты замолчали, а я словно проснулся от кошмара. Странно снова чувствовать себя обычным. Без интерфейса, без способностей, которые давали симбионт и Нейгарус. Даже на Затэре, когда земля была вне Допры, я не чувствовал себя настолько свободным от внешнего контроля. Да и интерфейс там всего лишь посерел, а тут полностью исчез.

Но даже не это поражало, а то, что я стал другим. Словно раньше я смотрел на мир через запылённое стекло, а сейчас его помыли. Различался малейший оттенок цвета, звука, запаха. По грохоту сердец определил, что кроме барда и Рэя в комнату зашли ещё четверо. Улавливал, как шурша, циркулирует в их венах кровь. И, уверен, приложи я сейчас обычное усилие, для того, чтобы просто подняться, то меня швырнёт на стену, как при использовании унтала «Кретин». Но было и существенное отличие. Рациональное мышление никуда не делось, я остался способен собой управлять.

Очень медленно, не вкладывая в движения силы, я поднял с пола меч и выпрямился. Вышло неплохо. Беглым взглядом окинул Вин. Вместо неё лежала тощая, словно конченая наркоманка, голая девка с короткими мышиными волосами и неприлично широким ртом. Девица всё ещё находилась под дебаффом от игры Ромиля и обильно пускала слюни на подушку. Никакого алого шёлка на постели и близко не было. Да и сама постель напоминала замызганную телегу. Всё — VIP, говорил Онра? Скривился от брезгливости. Ни бра на стенах, ни аромата полевых цветов в воздухе, ни моего недавнего очарования происходящим. Нда... кретин полный.

— Не рассчитывал, что ты выплывешь, — изумлённо проговорил Рэй, — обычно зависимость не проходит.

— Поршень напал на мой корабль. Команду нужно вытаскивать.

— Я так и знал! Тебе ничего доверить нельзя! Говорил же, что не надо отдавать ему Лили!

Я перевёл взгляд на говорившего реликванта. А вот и вспыльчивый Джим, внешне сильно похожий на брата. До сих пор не может простить перехода медика в мою команду.

— Джим, тебе женщин в Допре мало? — усмехнулся я.

— Это ты ответь на свой вопрос! — взревел брат Рэя, скользнув взглядом по девице на постели, — Чего ты привязался к Лили? Она попала на наши локации! Лили наша!

— Нашли время выяснять отношения! — встрял глава реликвантов, — Макс, ты не забыл? У нас дела!

— Рэй, Лили надо вытаскивать, — не унимался Джим.

— Ей придётся потерпеть. Мы ещё с тюрьмой не разобрались, а ты хочешь втянуть меня в межклановую войну.

— Войны не избежать, — эта мысль стала очевидной, — Через семь с половиной суток рейтинг опасности отключат на две недели. Я не главная цель, хоть для многих и желанная. Начнётся передел сфер влияния в Допре. Кто ударит первым, тот и будет в плюсе. А если напасть до начала ивента, то у нас будет огромное преимущество.

— Да. Я думал об этом, — согласился Рэй, — Поэтому давай уже соберём тебе клан и усилим наш альянс.

— Тогда вперёд, — кивнул я.

— И то верно, — усмехнулся чернобородый.

Выбирались мы не тем путем, которым пришли с Онрой, а через общий холл, а потом, стараясь избегать скопления игроков, петляли тёмными закоулками подземного города. Я, лишённый доприйских умений, не только не отставал от спутников, но и даже не напрягался, чтобы за ними успевать. Это странно. Думал, что симбионт усиливал меня, оказалось, что всё наоборот. Реликванты отлично ориентировались в этой местности, и всю дорогу мы не столкнулись ни с кем из людей Барона. Но только у выхода на поверхность стало понятно почему. Зачем ловить нас в городе, если можно подождать в том месте, которое миновать не сможем?

Сумерки подземного города освещались уличными фонарями и неоновыми огнями вывесок. Для этого места характерно полное отсутствие неписей, зато игроками посещалось оно активно. До нас доносились гул голосов и пьяный женский смех. Невысокий свод потолков делал город похожим на большую пещеру, или логово ночного монстра. По мощеной брусчаткой улице мы двигались как чёрные тени — быстро и тихо. Последний поворот закончился тупиком. Там и находился выход на поверхность.

Широкая кованая лестница спиралью поднималась вверх, упираясь в потолок пещеры. Но путь к ней перекрыли полтора десятка игроков. Слева тусклый свет фонарей вырвал из полумрака фигуру, приближавшуюся к нам осторожно, словно паук к добыче. Онра выполз из тени, потирая ладони непропорционально длинных рук.

— Рэй, ты решил пожертвовать нашей дружбой? — в этот раз голос Барона не казался молодым. Он угрожающе дребезжал, словно стёкла в рассохшейся раме.

— Нет, Барон.

— Но ты ведь меня обворовываешь! Решил отобрать моё достижение?

— Достижение не твоё, — вмешался я, — химера пала от моей руки.

— Неужели ты считаешь, что для элитного игрока тот монстрик из Диких Земель стал бы серьёзной проблемой? Я справился бы с химерой и сам, но вот только достижение мне бы не зачли. Нужен был такой слабак, как ты. — Барон поморщился, — к сожалению, в Допре достижения — уникальные явления и второго такого не выбить. А мне в коллекцию зверюшек очень требуется то, которое случайно досталось тебе. Легран, если ты не отдашь его добровольно, придётся тебя убить. Но это нежелательный вариант не только для тебя, но и для меня. Потому что неизвестно как долго мне опять придётся искать идиота, который выбьет для меня это достижение из очередной королевской химеры. Давай договоримся по-хорошему — и вы свободны.

Барон махнул кому-то, и из свиты отделился игрок. Он приблизился к Онре и вопросительно выпялился на меня.

— Ну, давайте, месьё Легран, — с издёвкой произнёс Барон, — пошевелите благородной ручкой и подтвердите передачу достижения.

Я поискал взглядом какие-нибудь логи, или объекты дополненной реальности, но ничего не было. Пхах... С оглушённым симбионтом игра не работала.

— Макс, отдай ты ему то, чего он хочет, — посоветовал Рэй, — против него у тебя нет шансов.

Может быть, я так бы и сделал, но как передать достижение, когда у тебя напрочь отсутствует интерфейс? Да и не боялся я Онру. А вот его и свои способности проверить интересно. Мнимая Вин вытащила из глубин сознания монстра, которого я двадцать лет прятал там вместе с памятью о прошлом. Та моя личность не знала ни страха не сострадания, но она жаждала свободы, а я вспомнил, насколько это сладко быть снова собой.

— Не могу отдать, — усмехнулся в масленые глазки Барона. — Да и члены правящего дома не подчиняются просьбам рядовых изобретателей подкланов. Ты забыл, Арно?

Онру сковало изумление. Не ожидал паук, что кто-то осмелиться общаться с ним таким тоном. Барон с наигранным сожалением вздохнул.

— Ты такой же упрямый, как и Аделард. И такой же глупый, как Перрин.

— Придурок! Что ты делаешь?! — закричал Джим.

Барон, не глядя, махнул в сторону моих спутников и брат Рэя закашлялся. Невидимая сила подхватила реликвантов и подкинула в воздух почти до самого тёмного свода города, а потом резко впечатала в уличную брусчатку. У Джима хлынула горлом кровь, остальные мои спутники оказались оглушены.

— Ещё не передумал? — Барон вопросительно поднял бровь.

Я расхохотался:

— Хочешь их убить? Да, пожалуйста. Мне плевать.

— Ладно, — снисходительно пожал плечами Онра и снова махнул рукой куда-то справа от меня. Я крепче сжал рукоять своего меча и поработал запястьем. Через полминуты Барон уже выглядел озадаченным. Он переводил взгляд то на меня, то на что-то справа.

— Что там? — непонимающе огляделся я, — Неужели снова боевой робот? Ой! Не заметил.

Барон нервно махнул кистью и изумился ещё больше. Он вытаращил глаза и удивлённо открыл рот.

— Что опять? — переспросил Онру, — Я убит, да?

— Как ты это делаешь? — прорычал Барон.

Я усмехнулся и пожал плечами.

— Без понятия, о чём ты.

— Ладно, Легран, значит, я лично тебя убью, — Барон махнул своим людям, — Реликвантов взять под стражу. Присмотрите за ними, пока я разбираюсь с этим выскочкой.

— Не боишься, прогресс слетит? — усмехнулся я, и, разминая шею склонил её сначала к одному плечу, потом к другому.

— У элитного игрока? Мало ты знаешь об игре...

Барон сгенерировал сферу и вытащил плазменный пистолет. Ну, что же, раз я это вижу, значит, пистолет и сфера настоящие. Онра без предупреждения выстрелил в меня. Я отклонился так быстро, что импульс обжигающей энергии пронесся мимо огненной полосой, подпалив мне волосы у виска. Выстрел-выстрел-выстрел... Я отклонялся и сбивал энергетические импульсы мечом. С каждым новым моим движением лицо Онры вытягивалось всё сильнее.

— Ты не должен быть таким быстрым... — изумился Барон. Он отбросил пистолет и вытащил из инвентаря меч. — Придётся по-старинке. Единственный плюс помешательства Аделарда на традициях в том, что он заставил нас обучиться мастерству владения благородным оружием. Школа у нас с тобой одна. А вот что с опытом?

Онра идеально исполнил боевую стойку по всем канонам фехтования. Он молнией атаковал, рубанув сверху вниз. Я отбил удар серединой меча, прокрутил, с разворотом, меняя защитно-атакующую стойку и, в попытке достать, выполнил колющий выпад. Барон отскочил в сторону, едва успев уйти с линии атаки.

От напряжения гудели виски. Давление крови распирало сосуды. Так быстро я ещё никогда не двигался. Но Онра не уступал мне в скорости. Мечи с лязгом сталкивались и отскакивали друг от друга. Клинок Барона ходил восьмёркой, смазавшись в серебристо-серое однородное полотно. Он был сразу везде, бил со всех сторон. Я защищался, контратаковал, но нанесли мы друг другу лишь незначительные мелкие порезы, которые, как у него, так и у меня затягивались почти мгновенно, и только электрические всполохи на скафандрах голубым фиксировали места нанесенных ударов.

Взмах, шаг, удар, разворот, блок, переход, удар, скользящей движение вправо... Барон, как по книжке, идеально выполнял «боевой танец», предугадывая мои манёвры. Но и его приёмы не отличались новизной и неожиданностью.

Теперь я целился по длиннющим рукам Онры. Увеличил темп, и перед глазами поплыли кровавые пятна. Даже под глоксом моя скорость была в десятки раз ниже. Ускорение болезненной волной прошлось вдоль позвоночника. Не успевший заштопаться скафандр от движений медленно расползался в местах разрезов. Металлический привкус во рту и давящая боль в голове.

Разворот, блок, шаг, контрудар, переход... Нахальная улыбка слетела с лица Барона. Я, наконец, достал его, срубив правую руку по локоть. Меч Онры выпал, звякнув о брусчатку, а его рукоять сжимал кусок руки. Я, выполнив рубящий удар снизу вверх, распорол Барону живот от левого бока до солнечного сплетения. Онра зарычал и схватился за рану левой рукой.

Мой меч просвистел в воздухе, заходя на добивающий удар, и тут меня повело. Яркие вспышки перед глазами. Боль в каждой мышце и тяжесть в теле. Я словно превратился в неуклюжую медленную черепаху. Зажёгся интерфейс. Симбионт проснулся.

Успел заметить, что Барон поднял оружие и замахнулся на удар. Слишком медленно поставил блок, да и удержать его сил не хватило. Онра рубанул сверху. Его меч, скользнув по моему клинку, перебил мне ключицу и застрял в теле. Взрыв боли. Не позволяя достать себя мечом, Барон врезался в меня, а потом кинжал, который странным образом вырос прямо из здоровой руки Онры, зашёл под рёбра.

— Удивлён? — гадко захихикал Барон.

— Откуда ты его дост...

Мои ноги подогнулись, а оружие выскользнуло из руки. Я плашмя ударился спиной об уличную брусчатку. Кашель выбил кровавый фонтан изо рта. Онра приставил мне острие кинжала к горлу.

— Всё-таки я увижу, как Легран сдохнет... — через силу захихикал однорукий Барон. Рана на его боку затягивалась с неестественной скоростью, а из обрубка руки уже не хлестала кровь.

Я заметил, что и моя регенерация до этого была молниеносной, и вдавил «Оглушение симбионта». Хлопок. Темнота и тишина. Медленно проявляющаяся картинка. Остриё клинка вдавливается в горло, Онра стоял надо мной, надавив коленом на грудь.

— ...дал тебе шанс. А ты, как и вся твоя расчудесная семейка, отравляешь жизнь окружающим...

Я рванул голову вправо. Острие кинжала Барона вспороло мышцы, жилы и вены на шее. Брызги крови и жжение. Правой перехватил руку Онры в запястье, а левой, сдавив до хруста челюсти, ударил противника по лицу, свалив того с себя.

Перекатился на рухнувшего Онру. Коленом зафиксировал руку Барона. Боль в ключице выбила слёзы из глаз. Застрявший в теле меч не позволял ране регенерировать. Ухватился за рукоять правой и с криком выдернул клинок из себя. Боль застилала разум, сбивала дыхание. Сквозь кровавый туман месил кулаком здоровой руки, светлое пятно, которым должно быть лицо владельца VIP-Арены. Остановился лишь, когда выбился из сил, а физиономия Онры превратилась в распухшую массу.

Перевёл дыхание, дотянулся до меча Барона, и, опираясь на него, поднялся. Воткнул остриё клинка под ключицу противнику и провернул. Онра завизжал как безумная мартышка.

— Зачем тебе моё достижение? — заплетающимся языком, выплёвывая кровь, спросил Барона.

Онра не отреагировал, продолжая вопить.

— Говори... Не люблю мучить людей... — прохрипел я, глубже вворачивая под ключицу остриё, — Но ты не человек...

Нет реакции на мои слова. Похоже, ему нужна веская причина для начала разговора. Взмахнул мечом, отсекая противнику вторую руку. Барон дико закричал.

— Ты, конечно, отрастишь обе руки, — откашлявшись, усмехнулся я, — но только в том случае, если голова останется на плечах...

— Сжальтесь, месьё Легран... — залепетал Барон, силясь разлепить оплывшие глаза.

— Сжалиться? — новый приступ кашля и привкус крови во рту. — Месьё Легран бы сжалился, а вот Тёмный Страж не знает, что это такое. Рассказывай про достижение...

— ...Дикие Земли — огромные неосвоенные территории...- бессвязно затараторил Барон, — Много существ... Бесчисленные армии. Тайна Диких Земель... Собрать ключ...

— Причём тут моё достижение?

— ...ключ... ключ... — бляел Онра.

Я понял, что больше ничего не добьюсь от него, взмахнул мечом, отделив голову Барона от плеч. Развернулся к реликвантам. Они стояли на ногах, но казались скованными каким-то умением. Осмотрел людей Барона и улыбнулся. На их лицах отпечатался ужас. Хоть подчинённые Барона ещё стояли рядом с Рэем, Джимом и остальными, но не походили уже на конвоиров. Больше на перепуганное стадо баранов.

Убить их — простая задача. Слишком медленные для меня. Они не успели даже среагировать, как четырнадцатью безголовыми мешками рухнули на брусчатку. В живых я оставил только одного. Раньше я всегда так делал. Иной раз слухи, которыми обрастаешь, — лучшая защита от врагов. Я приставил меч Барона к горлу игрока и спросил:

— Как твоё имя?

— С-с-частливчик...

— Забавно... — я усмехнулся, — Передай всем своим, что Тёмный Страж советует не переходить ему дорогу.

Счастливчик панически закивал и попятился, а потом побежал так быстро, что через пару ударов сердца скрылся за поворотом. Реликванты выглядели шокированными. Рэй с тревогой всматривался мне в лицо:

— Зачем ты их убил? Это неоправданная жестокость.

— Неоправданная жестокость — убить ради достижения. А это — защита.

Рэй покачал головой. Я оглядел порубленные куски тел, устилающие брусчатку, отбросил меч Барона и поднял свой. Стряхнул с него кровь и распорядился:

— Рэй, ты мне сейчас дашь девять человек для создания клана, а потом мы зарегистрируем договор между нашими организациями о ненападении.

— Договор? — взревел чернобородый, — Да какой договор тебя теперь сдержит?

— По-сути, никакой, — кивнул я, — но меня приучили держать слово. Можешь не опасаться. Если ты не предашь, тебе и твоим людям ничего не угрожает. Ты дашь мне людей?

— Дам... — немного помолчав, ответил Рэй.

— Тогда пошли...

Весь наносной налёт человечности слетел с меня, треснув, как яичная скорлупа, стоило только другу бросить. Арес неприятно бы удивился, увидев, кем я снова стал. Шестнадцать лет стараний моего друга перечеркнулись всего одним днём.

Глава 10. На Затэре

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны G-24-17. Эсминец Рэя «Призрачный Фернир».

Натужно гудят корабельные двигатели, лёгкой вибрацией дрожат переборки. Световоды в унисон выполняемым кораблём манёврам, то совсем гаснут, то разгораются с новой силой. Голубые блики играют на угольно-чёрных клинках моих мечей и перепрыгивают на выложенные на постель «изумруды» и камни в кольце Алисы.

Едва мы покинули VIP-зону, как голодным спазмом скрутило желудок. Ужин у Барона оказался игровой имитацией и никак не насытил тело. Я почти сразу, как корабль ушёл в гипер, отправился в кают-компанию и, наконец-то, поел, а после большую часть пути до Затэры провёл в тревожном сне.

Раны, нанесённые Бароном, регенерировали плохо. Если ключица кое-как срасталась, то холодный клинок кинжала я до сих пор чувствовал под рёбрами. Оглушал симбионт ещё пару раз, чтобы помочь заживлению и уменьшить боль. Но чаще применять эту способность не рискнул, боясь выжечь критическое число нейгатов и потерять связь с ИскИном. А без него на Затэру нам не попасть.

На вкладке «Курирование локаций» нашёл информацию о своей земле, в частности об астероидном щите. Это защитное поле управлялось через сеть Нейгаруса, и просто так через него на Затэру не проникнуть. Не зря Заряна не смогла найти проход, сообщив, что траектория движения астероидов не просчитывается.

Я сделал несколько глубоких вдохов, насыщая кровь кислородом, которого мне катастрофически не хватало, легонько потёр ноющую ключицу и занялся мечами. Вставил в навершия «изумруды» и рассмотрел кольцо Алисы. Отогнув лапки закрепок, я вынул камни. Две прозрачные горошины выкатились на ладонь, в дрожащем свете искрясь цветными огнями.

Изучил рукоять меча. Её украшали три полусферических лунки равного размера. Не представлял, в какую из них вставлять камни, поэтому воспользовался методом перебора. Вложил горошину в ямку у самой гарды, но камень оттуда выкатился. Тоже самое произошло и в центре рукояти. А вот у навершия камень прочно «примагнитился» и словно вплавился в тело рукояти, слабо засияв.

Второй камень расположил симметрично первому, но только в другом мече. Каких-то особенных эффектов после проделанных манипуляций не заметил. Я немного полюбовался своим оружием, сделал пару взмахов и меня скрутил приступ кашля, который тщетно пытался остановить, непроизвольно зажав ладонью рот. Правое легкое обожгло огнём. Во рту собрался солоноватый привкус, а на ладони размазалось алое пятно.

— Гнять... Плохо дело...

Когда кашель полностью прекратился, я устало откинулся на постель. С трудом восстанавливал дыхание. От нехватки кислорода кружилась голова.

— Нейгарус! — голос с натугой прохрипел, — Я жду объяснений!

— Хранитель. Чем могу помочь?

— Ты знаешь! Хет тебя побери! Что это было?! Без симбионта я сильнее! Как это понимать?!

— Симбионты не усиливают игроков. Они сдерживают ваши истинные возможности. Тела доприйцев созданы идеальными под это пространство. Повышение физических характеристик происходит за счёт ослабления контроля симбионта. С каждым уровнем понемногу, пока не достигните полного освобождения от сдерживания.

— Просто шикарно! И ты только сейчас мне об этом рассказываешь?!

— Раньше не было смысла.

— Но ты же говорил, что я стану слабее после оглушения симбионта.

— Ты и стал слабее. Симбионт давал тебе способности иного рода, которых ты на время лишился.

— Эти способности — мираж!

— И да, и нет. Без активного симбионта они — иллюзия, которая никак не трогает физическое тело, с активным симбионтом — реальность.

ИскИн совсем меня запутал, то ли я принципиально сейчас туго соображал.

— Я не понимаю! Как это всё работает?!

— Игроки живут сразу в двух мирах: в реальном, и мире, созданном Грибницей. Все игровые способности — иллюзия, но она воздействует на реальность через симбионта. Игроки объединены в единую сеть, ваша коммуникация происходит через споры, кружащиеся в пространстве. Через них передаются все импульсы от мозга Грибницы к симбионтам и обратно. По этому принципу работают ваши способности. Игрок подаёт сигнал на применение умения, например, сжечь противника талантом. Сигнал от симбионта поступает в мозговой центр Грибницы, обрабатывается, и симбионту другого игрока отправляется команда жечь тело. Игроки видят огонь, моделируемый в дополненную реальность. Атакованный доприец чувствует боль, а его симбионт разрушает тело в соответствии с поставленной задачей, обугливая органику. Примерно это сейчас происходит с тобой. Симбионту дана команда на поражение твоего лёгкого.

— Ты можешь избавить меня от симбионта?

— Нет. Он — часть тебя. Симбионт структурировано впечатан в тело. Я могу лишь контролировать его при помощи имитации входящих сигналов. Могу блокировать и изменять исходящие импульсы. Это всё.

— Хет тебя побери! Дай ему сигнал, чтобы он перестал меня убивать!

— Пока не могу подобрать код. Я был неактивен, когда ты получил рану. Если бы не это, то считал бы код входящего сигнала и смог бы тебе помочь.

— А как же оглушение?

— Ты оглушаешь симбионт за счёт собственной силы, нейгаты только служат каналами, направляя энергию. Эту функцию можешь использовать как временную меру. Пока симбионт не активен, твоё тело начинает регенерировать, как только симбионт просыпается, он снова принимается выполнять поставленную задачу. Нейгаты помогают регенерации, но в целом результат не в твою пользу.

— Шикарно...

Просто замечательный подарочек оставил Барон на память о себе. Я поднялся, решив пройтись до командного мостика, и узнать, какова общая обстановка. Корабль тряхнуло, я едва не упал, ухватившись за переборку. Кажется, в нас попали. Спрятал мечи в инвентарь и вышел из каюты.

Возле Затэры разворачивался бой. Эсминец Рэя и ещё два фрегата реликванта, прибывшие по этим координатам, столкнулись с кораблями другого клана, который претендовал на обладание моей землёй.

Когда в VIP-зоне мы заглянули на биржу неписей, оказалось, уже два клана подали заявки на признание Затэры их территорией. Мой запрос на эту землю стал третьим. Неписи выдали жетон и сообщили, что Затэра будет признана за тем лидером клана, кто первый предъявит жетон на бирже в оспариваемой локации.

Но астероидное поле не подпускало к атмосфере земли никого, а нас встретили эсминец и пять фрегатов. Силы были неравными, и мы проигрывали сражение. Оба фрегата Рэя потеряли управление, а их энергетические щиты встали на перезарядку. По факту эти корабли были открыты для прямой атаки и уже ничто не спасёт, реши неприятель их уничтожить. Но пока орудия всех кораблей перенаправились на наш эсминец.

Ещё в самом начале боя я предложил свою помощь. Однако Рэй попросил не вмешиваться, а поскольку у меня не было ни моральных ни физических сил спорить, я сначала удалился в каюту, чтобы вернуть в мечи «изумруды» и заодно задать несколько вопросов Нейгарусу.

Но бой затягивался, и ситуация складывалась не в нашу пользу. Рэй находился на командном мостике, и наблюдал в мониторы за разворачивающимся сражением.

— Разворот! — командовал Мардук. — Заходим справа! Держать боевую дистанцию в четыре плазмо-секунды. Орудия на эсминец.

Капитан «Призрачного Фернира» опытный вояка, да и экипаж, судя по всему, у него слаженный. Я присоединился к Рэю, следившему за боевой обстановкой в мониторы, и спросил:

— Может, пора заканчивать игру? Мы теряем время.

Глава реликвантов нахмурился. Я видел, что внутренне со мной он согласен, но Рэю не нравились мои методы. Связавшись со мной, он рисковал испортить отношения с лидерами других кланов. Чернобородый скользнул по мне мрачным взглядом:

— Ты как себя чувствуешь?

Похоже, внешность как-то выдавала моё состояние, но мы с Рэем не друзья, и свою слабость показывать перед ним опасно.

— Спрашивал уже... Обычные раны. Скоро затянутся. — Ответил я, придав голосу твёрдости.

— Барон в принципе никогда не наносил обычных ран, да и обычным оружием не пользовался...

— Я же говорю, у меня всё нормально. Если переживаешь на счёт инициации, то напрасно, проведу её как положено.

— Как скажешь...

Рэй снова перевёл внимание на мониторы, где в пространственной сетке подсвечивались позиции противника.

— Капитан, — выкрикнул второй пилот, — запрос на входящее подключение.

— Принять, — среагировал Мардук.

Голографический монитор мгновенно отобразил хмурое лицо игрока. Он оглядел присутствующих и представился.

— Я — Марсей. Лидер клана «Красные Волки», — проговорил человек, — Вы проиграли сражение. Предлагаю вам удалиться. В противном случае вас уничтожат.

— Марсей, битва ещё не закончена, — ответил глава реликвантов, перехватывая инициативу переговоров у капитана своего корабля.

— Рэй. Зачем ты тут? — Марсей говорил тихо, голос приправлен вкрадчиво-ленивыми оттенками. — Ты не подавал заявку на владение этой землёй, я проверял.

— Её подал мой друг, — Рэй кивнул на меня.

Глаза Марсея засветились недобрым огнём. Он смерил меня снисходительным взглядом и оскалился в улыбке, точно волк.

— Айм. Рановато мы встретились. Слишком торопишься. Я планировал поймать тебя чуть позже.

— Не советую даже планировать, — я устало улыбнулся. Не было сил на длинные словесные дуэли. — Беги от меня, Марсей, если жить не надоело.

Глава Красных Волков хрипло рассмеялся и ответил, лениво растягивая слова:

— Очень самоуверенно для игрока, растерявшего всю свою команду...

— Что ты знаешь о моей команде?! — я напрягся, чувствуя в словах лидера Красных Волков какой-то подвох.

— Знаю, что у Поршня Заряна, — Марсей хитро прищурился.

— Заряна у Поршня?.. — неожиданная новость хлыстом стеганула разум.

Это невозможно... Как она к нему попала? Арес ведь собирался снять на бирже неписей слежку, поставленную кем-то из людей Поршня. Неужели не успел? Видимо, моё замешательство отразилось на лице, потому что глава Красных Волков плотоядно облизнулся.

— Порш всё-таки добился своего. Угадай, кого теперь он ждёт в гости...

— Свою смерть? — процедил я сквозь зубы.

— Очень остроумно.

— Посмеёшься, когда я убью это животное...

— Ахаха... Вы уже проиграли сражение, но ты всё ещё строишь из себя бравого бойца. За пять минут, пригрозил смертью двум лидерам крупных кланов... Сил-то хватит выполнить угрозу? Или нам называть тебя балаболом?

На меня медленно накатывало бешенство.

— Я тебе эти слова в глотку затолкаю. Прямо сейчас. Наблюдай.

Марсей, не поверив, весело осклабился, а я обратился к интерфейсу. За время перелёта к Затэре я изучил во вкладке оператора сети всё, что касается курирования локаций. Город Стелланар, как и сама Затэра отдана ИскИном в моё распоряжение и пора показать, кто владеет условно спорной землёй.

— Нейгарус! Привести астероидный щит в боевую готовность.

— Макс, не надо! — заволновался Рэй, но меня уже было не остановить.

Голография этой части космоса, развёрнутая в центре командного мостика пришла в движение. Поле астероидов, надёжно укрывавшее Затэру перестроило вращение, уплотнившись. Глыбы холодного камня, как живые воины, сомкнули ряды.

— Обычно, я оставляю в живых одного противника. В этот раз это будет один корабль, — пояснил я, глядя в глаза Марсею и с трудом перевёл дыхание. — Нейгарус, вывести аннигиляционные пушки на внешний контур. Марсей, надеюсь, ты внимательно смотришь?

Глава Красных Волков забеспокоился. Через интерфейс я отметил в пространственной карте корабли Рэя и эсминец Марсея, как союзные объекты, и скомандовал ИскИну:

— Заряд антиматерии... Нейгарус, огонь по противнику на поражение...

Один за другим фрегаты Марсея исчезали в космическом пространстве, лопаясь, словно мыльные пузыри. Нас периодически накрывали волны энергетических всплесков, но корабельные щиты выстояли. Пять фрегатов с экипажем на борту один за другим оказались стёртыми как из пространства космоса, так и из жизни. Проверил вкладку рейтингов, но игра не засчитала уничтожение игроков на мой счёт. Рейтинг опасности остался на нуле. Я перевёл взгляд на застывшее в немом ужасе лицо Марсея и дернул в подобии улыбки уголок рта:

— Если я правильно посчитал, Марсей, теперь перевес на стороне кораблей Рэя.

— Ты... беспредельщик... — прошептал глава Красных Волков.

— Неужели? Можно подумать, вы меня ждёте на партийку в Рэткэш... Надеюсь, у всех отпали сомнения по поводу того, кому принадлежит Затэра? — я пристально обвёл взглядом присутствующих. — А на счёт балабольства — позволяю делать выводы самим. Марсей, передай Поршню, ему осталось недолго. Я приду...

Глава Красных Волков отключился. В мониторы мы наблюдали, как его эсминец ушёл из сектора, а потом прыгнул в гиперпространство. Тяжёлую тишину, повисшую на командном мостике, нарушил Рэй:

— Макс, ты же понимаешь, что это ловушка? Поршень только и ждёт, чтобы ты пришёл за командой.

— Знаю.

— Но он не ждёт нападения до ивента совокупной силой двух кланов, — на командном мостике появился брат Рэя.

— Ох, Джим... — чернобородый покачал головой.

— Я пойду с... — брат Рэя запнулся и решительно посмотрел мне в глаза, — я пойду с Максом. Допре не хватало жёсткой руки. Макс, наши люди с фрегатов передают тебе огромную благодарность. С Марсеем было круто.

— Не гони коней, Джим! Никто не даст вам беспределить в Допре. Вы забыли про белого ассасина?

— Брат, это только легенда Допры... Как и многие другие...

— Любая легенда не возникает на пустом месте... Тебе ли не знать, реликвант...

Прислушиваясь к спору братьев, открыл проход в астероидном поле и скомандовал:

— Пора.

Ледяные глыбы планетарной защиты Затэры снова сменили траекторию. На первый взгляд они вращались хаотично, но потом их движение приобрело строго очерченный рисунок. Через пару минут в астероидном щите образовался тоннель, и корабли Рэя беспрепятственно вошли в него.

Эсминец и два фрегата зависли прямо над местностью, которую раньше покрывала красная пустыня с редкими скалами. Именно там я будто уже вечность назад встретил Алису и огромного голубого скорпиона. Сейчас эта территория занята строениями кланового города, который обнесён высоким ограждением. Постройки расположились как раз между выходом из Атриума Нейгаруса и входом в город Стелланар. Нда... Неписи времени зря не теряли. Хотя любые их постройки всегда вырастали за ночь.

С высоты в четверть анталайской мили отчётливо просматривались три ярко выраженные зоны. В центре кланового города располагался Административный квартал. Туда входили сооружения, предназначенные для управленческих функций, биржа наёмников и инкубатор для новых членов клана. Рядом примыкала Жилая зона, насчитывавшая пару десятков небольших домиков вокруг таверны. Эта территория, по-видимому, будет расти с увеличением численности клана. Третий квартал — Торговый. Там высились здания аукциона, банка, а так же ряды с лавками неписей, под натянутыми сверху полотнами.

Клановый город пока никому не принадлежал. Стены окрашены в серый. Ни флагов, ни гербов над зданиями. Челноки опустились у ворот. Сложенная из природного камня дорога вела в город. Голубое светило отбликовало астероидные громадины, заменившие зеленоватому небу облака. Мы прошли к бирже неписей.

Тусклый свет фонарей покрывает крупный камень стен золотой патиной. Половицы поскрипывают в такт шагам игроков моего клана, двигающихся как один, по-кошачьи мягко. Джим и Ромиль лишь на полкорпуса отстают от меня, остальные ступают нам вслед. У дальней стены стойка регистратора, за которой непись широко раскинул руки в приветственном жесте и раздвинул губы в жутковатой улыбке. Он вперил в меня немигающий анимешный взгляд.

Шлёпнув ладонью по стойке, оставил на её глянцевой поверхности золотую бляшку жетона.

— Клан «Стражи Допры», лидер Макс Айм, — сопроводил я свой жест словами.

— Какая специализация Вашего клана?

— Война.

— Приоритетные качества игроков?

— Доблесть, самоотверженность, авантюризм...

— Принято. Макс Айм, поздравляю с основанием клана «Стражи Допры». Хотите сейчас настроить цвета и эмблему? Разметить новые строения?

— Немного позже.

Девять бывших реликвантов подтвердили вступление в клан, а потом мы вернулись к Рэю. Дальше началась однообразная работа по отбору кандидатов для инициации. Просканировав реликвантов с трёх кораблей, я поднял навыки оператора сети: управление нейгатами и генный сканер до шестнадцатого уровня каждый.

Я спустился в Атриум и принялся инициировать каждого реликванта. Процедура не долгая, но учитывая количество кандидатов, провозился я с ними почти четыре часа. Мечи заняли свои места в специальных прорезях возле светящегося «перископа», к которому прикладывался каждый из отобранных мной игроков. Из стен пробивались лучи света, прошивая тела инициируемых насквозь. Доприец, обычно, коротко вскрикивал, а потом его отпускало. Использовав умение «Инициация», я создал двести сорок восемь юнитов для сети Нейгаруса.

Надо отметить, что ИскИн не обманул. На десятом уровне управления нейгатами я получил новое умение: «Физический контроль». Правда мне открылась возможность контролировать одного оператора за каждый уровень после десяти, но и это уже хорошо. Однако без оговорок всё же не обошлось. Применение новой способности давалось через физические страдания. Как объяснил Нейгарус, таким способом он учёл принципы Создателей и ограничил мою власть над операторами.

Десятый уровень «Генного сканера» открыл для меня возможность эмпатии, а прокачавшийся навык «Инициации» теперь кроме юнитов позволял создавать адъювантов и инвенторов. Юниты являлись боевыми единицами, и полученные реликвантами навыки позволяли наносить противнику урон на биоэнергетическом уровне. Адъюванты и инвенторы относились к разряду учёных и изобретателей, но среди реликвантов не нашлось никого, чьё бы соответствие анталайскому генотипу позволило инициировать их в более высокий класс.

ИскИн мне присвоил пятый уровень Хранителя, и до следующего мне не хватало только девяносто четыре оператора сети. Полоска чи-энергии выросла до пятидесяти. Теперь я мог объединять операторов в группу до сорока человек. Сразу добавил всех членов клана и общее количество чи-энергии у меня выросло с пятидесяти до девяносто пяти. Непрокаченным оставался навык «Управление биоэнергией», и именно им я решил заняться сразу после инициации.

До казни повстанцев оставалось двое суток, и пока мы ожидали ещё несколько кораблей Рэя, устроили тренировку прямо на площади кланового города у большого круглого фонтана. Я бился с членами своего клана, строга используя единственный приём «Бесконтактный удар».

Уже тогда понял, что юниты превосходят меня. Всё-таки Хранитель — это не боевой класс. Кроме Бесконтактного Удара, Управление Биоэнергией на начальном уровне у моих подчинённых включало в себя Энергетический Щит, Парализацию и даже минимальное лечение. Но мне после десятого уровня тоже досталась способность — Взрыв Энергии, которая наносила урон по области.

Я приказал подчинённым продолжать тренировки, а сам взял перерыв. Ключица разнылась, а лёгкое обдало пламенем. Я побоялся, что меня снова одолеет кашель и не желал харкать кровью у всех на виду. Отправился в Стелланар, но Рэй меня догнал. Он казался очень довольным полученным усилением.

— Ты остальным моим людям дашь эту силу?

— Об остальных поговорим после того, как ты выполнишь свою часть сделки, — отрезал я, давая понять, что его компания сейчас не желательна.

Чувствовал себя совсем паршиво. В голове мелькнула мысль, что нужно бы снова спуститься в Атриум и увеличить концентрацию нейгатов в теле, а потом несколько раз подряд применить оглушение симбионта и дать возможность телу себя подлатать. Во время инициации реликвантов до себя руки не дошли. Однако передумал и отправился к хранилищу.

Перенесясь при помощи портальной арки в центр города Стелланар, я вышел у чёрного тетраэдра. Обломков дронов видно не было, словно кто-то навёл порядок в городе, но дверь в хранилище ещё с прошлого осталась открытой. Я вошёл внутрь и стены засветились белым светом. Приблизился к лиловому шару и присмотрелся к плавающим надписям. Многие из них мне стали понятными. Прокручивал строчки пока не нашёл надпись: «Золотые пластины».

Ткнул на неё. Едва различимое гудение, и стена хранилища разъехалась, выдвинув постамент с наклонной круглой столешницей. На красном бархате в небольших углублениях лежали три пластины. Они отличались друг от друга по форме, но идеально примыкали друг к другу неровными краями. Я достал из инвентаря свою пластину. По форме углубления определил, что её место в центре, и положил туда. Пересчитал пустые ложбинки. Их оказалось ровно двенадцать. Ещё двенадцать пластин нужно найти. Часть я планировал отыскать в других городах, а часть хранилась у Аделарда.

Голографация Рэя отвлекла меня от дела.

— Макс, прибыл корабль, который ты ждал.

— Хорошо. Сейчас буду.

Через три минуты я уже входил в Торговый квартал кланового города. У большого фонтана в центре площади игроки больше не отрабатывали умения, а сгрудились в хаотичную толпу. При моём появлении они расступились, открыв две фигуры. Одна из них — это малыш Кид, а вторая...

— Твою мать налево! Что это такое?! — возмутился я.

Красивая рыжеволосая женщина лет тридцати прикрывала руками округлый живот.

— Она — арахнид, — тут же вставил своё слово Ромиль.

Головы присутствующих удивлённо на него повернулись.

— Что? — не понял я.

— Ну, чисто технически, у беременной женщины восемь конечностей, значит, она может быть...

— Гнять! Ромиль! Тебе нужно было стать шутом, а не бардом...

— Я хотел, но неписи не давали квест на легендарный колпак...

Раздались редкие смешки. Реликванты, видимо, привыкли к шуткам своего барда, но мне сейчас было не до смеха. Не вовремя скрутивший кашель, лишил меня остатков сил. Я покачнулся, каменка площади с удивительной быстротой приблизилась к лицу, а потом меня накрыла темнота.

Интерлюдия 2. Дик и Алиса

— Нет! Дим! Нет! Не отдам! Ему только пять!

Женщина всхлипывала на кухне, уткнув осунувшееся лицо в худые ладони. Сердце маленького Андрея болезненно сжалось. Мама уже месяц прятала от него слёзы, делая вид, что всё хорошо, но ночами мальчик слышал, как она душит рыдания в подушку.

Малышу давно пора спать, но из тёплого одеяла его выдернул приглушённый мужской бас. Сначала Андрей решил, что вернулся папа, но через секунду вспомнил, что тот погиб. Подстёгиваемый любопытством мальчик тихо прокрался к кухне, где звенел расстроенный голос мамы.

Чайник на плите свистел и выплёвывал кудрявые облака пара, муха возле люстры дергано летала, с глухим стуком билась в потолок, а тёплый желтоватый свет лился из узкой щёлки приоткрытой двери. Андрей припал к ней, силясь рассмотреть того самого Лиса, о котором часто шептались родители. Мужчина лет сорока стоял совсем близко. Серый трикотаж футболки обтянул мощную спину, бугрившуюся тугими мышцами. Лис выключил на плите чайник и за плечи прижал маму к себе. Он легонько поглаживал её большой ладонью по светлым волосам, успокаивая.

— Сонь, Паха обещал мне его...

От Лиса пахло дымом, фонило несгибаемой волей и веяло смертью. Андрею так казалось. Лис и пугал его, и одновременно восхищал. А ещё, сердце мальчика преисполнилось благодарностью к нему, за то, что он успокаивал маму.

— Паша? Да что мне его обещания? Паша мёртв! Ваша проклятая охота лишила меня мужа, а теперь ты хочешь забрать и сына! Дим, у меня никого больше нет!

Женщина безудержно разрыдалась, уткнувшись Лису в грудь. В носу Андрея защекотало, а глаза предательски защипало. Он стиснул зубы, не пуская рвущуюся наружу слезу. Отец говорил, что воины не плачут. И он не заплакал тогда, когда Стас по-секрету рассказал о гибели отца от рук ужасного Тёмного Стража, не заплачет и сейчас.

— Я понимаю, — голос Лиса звучал тихо, но твёрдо, — Сонь, ты тоже войди в положение. Наше ремесло не слишком популярное. Теперь не модно верить в «кровососов». Но ты сама знаешь, как часто пропадают люди. Посмотри сводку «Лизы Алерт». Лишь на этой неделе потерялись двадцать семь человек по нашему району. Девять нашли... Но остальные? Где они? Большую часть людей не находят. А пропадают ведь не только бомжи, но и вполне себе приличные граждане, и даже дети... Особенно дети. Если мы не будем чистить землю от этой погани, то кто? Да и мальчишке требуется мужское воспитание. Ну чего он будет сидеть у твоей юбки?

— Он ещё совсем маленький... — всхлипывала женщина.

— Нет. Самое время обучаться. Потом будет поздно. Мы не сможем сделать из него хорошего охотника, если упустим момент. Пострадает техника и скорость, а тогда погибнуть шансов больше...

Андрей решительно толкнул дверь кухни, и она с тонким скрипом отворилась, стукнув ручкой о стену, оклеенную потрёпанными обоями. Взрослые обернулись на звук. Беловолосый мальчик пяти лет хлюпнул носом и провел под ним тыльной стороной ладони, убирая невесть откуда собравшуюся влагу. Андрей серьёзно посмотрел на мать, заправил футболку в короткие штанишки голубой пижамы и до белых костяшек сжал кулачки. Серые глазёнки горят решимостью, губы стиснуты в тонкую линию.

— Мама, я пойду с дядей Димой. Папа так хотел. И я убью Тёмного Стража. Отомщу за него.

Суровое лицо Лиса смягчилось снисходительной улыбкой. Мужчина, сверкнув голубыми льдинками глаз, одобрительно кивнул малышу, а женщина снова разревелась.

— Не отдам!..

***

Вместе с Андреем в лагерь охотников прибыли двое мальчишек. Стас Ситников и Олег Рохлин. Их отцы погибли в ту же ночь, что и у Андрея от рук одного и того же «монстра». Общая трагедия сблизила ребят. Они шныряли по территории лагеря неразлучной троицей, а Лис утверждал, что со временем из них сможет выйти отличная команда.

Андрей восторгался своим командиром и копировал его походку, движения, манеру говорить. Даже когда Лис потирал перед дождём разнывшийся шрам на груди, оставленный Тёмным Стражем, мальчик делал так же, чем не мало веселил наблюдавших за ним охотников.

Для Андрея, Стаса и Олега потянулась нескончаемая череда изнурительных тренировок по четыре часа в день. С ними занимались те охотники, которые не были задействованы в боевых операциях, а когда они уходили на задание, передавали ребят вернувшейся группе. Подготовка велась невзирая на погоду. Муштру не останавливал ни проливной дождь, ни шквальный ветер, ни суровые морозы. Зимой ребят часто выгоняли голышом на снег, обливали ледяной водой. Жалобы о том, что им холодно, больно, или страшно разбивались о глухую стену безразличия. Охотники называли это капризами маленьких девочек и не обращали на них никакого внимания.

За год тельце Андрея окрепло, а под кожей проступил лёгкий рельеф мышц, не характерный для шестилетнего ребёнка. Мальчик напрочь забыл, что такое болезнь, но зато близко познакомился с болью. Она стала постоянным его спутником. Очень часто от предельных нагрузок спазмом выкручивало мышцы. Андрей кричал, но не плакал. Он помнил, что отец запретил ему эту слабость. К тому же мальчик всегда помнил ради чего он тут. Месть. Жажда мести глубоко засела в детской душе, из неё он черпал силы, когда, казалось, предел возможностей истощился. Андрей твёрдо решил, что отомстит за смерть отца и за мамины слёзы.

За выкладку на тренировках не в полную силу или малодушные жалобы на усталость, палки в руках охотников оставляли лиловые отметины на ногах и плечах ребят. Это злило Андрея больше, чем пугало.

Как-то мальчик получил хлёсткий удар по бедру за то, что отказался подняться, обессилено повалившись на траву после двенадцати километровой пробежки по пересечённой местности. Андрей задыхался, готовый выплюнуть лёгкие вместе с желудком, запнувшись о выступающий из земли корень, упал у кромки леса, а охотник бил его, заставляя подняться и объясняя, как вредно для здоровья ложиться после бега.

Но вредным для здоровья мальчик считал только удары, которыми осыпал охотник его руки и ноги. Подхватив боккэн, захваченный для тренировки кем-то из старших, Андрей с рыком бросился на своего мучителя. Конечно, смешно даже предположить, что шестилетний мальчик хотя бы раз достанет подготовленного охотника, но сама попытка добавила очков авторитета в глазах старших. Правда, за проявленную агрессию наставник скрутил Андрея, и отходил палкой по той части спины, которая у людей зовётся иначе.

— Вот ведь волчонок, — смеялись охотники, наблюдавшие за воспитательным процессом.

Андрей до крови закусил губу, но даже не вскрикнул.

— Мужик... — кто-то одобрительно хмыкнул.

Когда мальчика отпустили, от боли он не мог ходить. Про то, чтобы сидеть, вообще не шло речи. В домике охотника Андрея положили на койку животом вниз, и так он пролежал пару часов, пока туда не заявился вернувшийся в лагерь Лис. Тяжёлые шаги приблизились к ложу, и жёсткая ладонь легко потрепала мальчика по затылку. Ноздри рубанул металлический запах крови, смешанный с запахом горелого пороха и пота.

— Ну что, дружок, болит? — тихо спросил Лис.

— Нет, — не глядя на вошедшего, буркнул Андрей.

Лис вздохнул, похлопал мальчика по плечу и сказал:

— Вставай, Дик, пойдём...

Андрей не поверил своим ушам. Лис обратился к нему по радиопозывному отца. А это означало, что их лидер признаёт Андрея равным остальным охотникам, которые в общении между собой использовали только позывные. Мальчик резко повернул голову и вскинул на командира удивлённый взгляд.

Разгрузочный жилет Лиса заляпан кровью, а в грустных глазах притаилась усталость. На немой вопрос Андрея командир печально улыбнулся.

— Дик, мы не нападаем на своих, — тихо произнёс мужчина, — не обмани оказанного доверие и не запятнай имени твоего отца.

Лис вышел и направился к своему домику, а Дик, через силу сполз с койки и, прихрамывая и морщась от боли, пошагал следом. Солнце зацепилось за верхушки елей, знойный ветерок путался в соломенных волосах мальчика, а из приоткрывшейся двери, куда заходил лидер охотников, резанул детский плач.

Заинтересованный, Дик прибавил шаг, хоть от этого мучительно сводило ноги и простреливало в поясницу. В помещении он увидел троих взрослых: Лиса, Тумана — правую руку командира и черноволосую женщину, прижимавшую к груди плачущего ребенка.

— Аля, посмотри мальца, — попросил Лис женщину, указывая на мальчика.

Та передала ребёнка Туману. Младенец уместился на одной ладони охотника. Аля провела руками по телу Дика и поджала губы. Проворчала что-то насчёт того, что издеваются тут над детьми, а потом мальчик почувствовал, как боль уходит.

— Он похож на сморщенного гномика, — улыбнулся Дик, показывая пальцем на ребёнка, и спросил у женщины, — это твой? Ты отдаёшь его охотникам?

Аля мрачно сверкнула зелёными глазами на Лиса.

— Это мой, — сообщил лидер охотников. — Девочка. Алиса.

— Твоя девочка? — наморщил нос Дик. — А мама у неё где?

— У неё больше нет мамы, — голос Лиса дрогнул. Воин стиснул челюсти и отвернулся. Повисла тишина, прерываемая надрывным плачем младенца.

Мать Андрея смирилась с участью сына и больше не плакала, когда тот приезжал к ней погостить. Со школой тоже всё решилось просто. Дика перевели на индивидуальное обучение, а соседям Соня объясняла, что мальчик живёт у бабушки в Новосибирске. Формальности улажены, и ничто не препятствовало взращиванию из мальчика охотника.

С появлением Алисы жизнь мальчишек изменилась. Дик искренне не понимал, зачем Лисичку, как охотники называли дочь Лиса, оставили в лагере. Девчонка стала сущим наказанием для троицы. Теперь, когда часы тренировок увеличились с четырёх до шести в день, свободного времени стало меньше, а на друзей ещё повесили обязанность нянькаться с Алисой. Едва научившись ходить, она хвостиком таскалась за мальчишками, особенно за Диком. Но самый кошмар начался, когда девчонка внятно заговорила. Лисичка оказалась страшной ябедой и этим жутко злила друзей.

Однажды Дик предложил Стасу и Олегу избавиться от навязчивого присутствия девчонки и сбежать от неё на несколько часов. Лагерь охотников находился в центре лесов Хабаровского края, обнесён высоким частоколом из сосновых стволов, а с двух сторон его обступили непроходимые болота. Но друзья знали, как по-тихому выбраться за периметр. Узкий лаз, который они подкопали под частоколом со стороны болот, маскировала высокая трава и несколько небольших валунов. Предложив Алисе поиграть в прятки, друзья выбрались за пределы охраняемой территории, и опьянённые свободой, бросились в чащу.

Любимое развлечение троицы — бой на боккэнах. Спарринг парни устраивали обычно один против двоих. Сейчас у них не было тренировочных мечей, но соорудить их из веток — не проблема. Ножи при них, а остальное — дело техники. Где-то внутри Дика подъедал червячок, стыдивший за то, как они поступили с девочкой, но парень себя успокоил, убедив, что она уже большая, четыре года как-никак, и в лагере, где куча взрослых, с ней ничего не случится. А ему уже десять, не всё же время нянькаться с этой малявкой, и должна же у него быть своя личная жизнь.

Панический визг девочки, переходящий в ультразвук, заглушил щебет лесных птиц, жужжанье комаров и глухие удары палок друг о друга. Парни мгновенно замерли, останавливая спарринг. В этом истошном крике Дик различил своё имя. Не задумываясь, парень ринулся в том направлении, где, как ему казалось, кричала Алиса. Он выскочил из кустов в тот момент, когда огромная самка кабана набросилась на девочку, поддев её рылом и откинув в сторону. Лисичка подлетела, всплеснув белыми волосами, а потом хрупкое тельце четырёхлетней девочки сломанной куклой упало на мох.

Андрей помнил уроки охотников, и знал, что если самец и ограничился бы одним ударом, и мог пронестись дальше, то разъярённая самка, защищающая поросят, станет нападать, пока не устранит угрозу. Она затопчет Алису передними копытами, а потом девчонка просто превратиться в еду.

Самка кабана добежала до края полянки, выполнила разворот и бросилась обратно. Дик, выхватив нож, с громким криком рванул ей наперерез. Он только надеялся отвлечь зверя от Лисички, прекрасно понимая, что со своим смешным оружием не способен нанести серьёзных ран массивной кабанихе, ведь толстые смоляные наросты на шкуре, образованные трением о деревья, защищают животное не хуже брони.

Дику показалось, что он столкнулся с бешеной электричкой. Его будто пушинку откинуло и ударило о ближайший ствол. Воздух выбило из лёгких с резким шумом, и парень упал на жухлые листья.

Кабаниха сменила цель, решив, что Дик представляет бОльшую угрозу, чем в маленькая девочка. Зверь топтал парня копытами и кусал за руки. Дик кричал, отбивался ногами, отмахивался ножом, целясь в пятачок или глаз, но постоянно промахивался. К этому времени подоспели друзья. Стас и Олег кинулись на животное со своими ножами, но зверь разметал парней в разные стороны и принялся кидаться от одного к другому на бешеной скорости, втаптывая копытами.

Раздавленную грудь Дика неистово грызла боль, дыхание давалось с трудом, из левого плеча выдран внушительный кусок плоти. Кровь из раны хлещет пульсирующими толчками, а левое предплечье поломано, сквозь кожу торчит обломок кости. Движенья даются с трудом, и попытки отмахнуться ножом от разъярённого зверя становятся всё слабее.

Стас с разбега запрыгнул на кабаниху, занятую Диком, и с размаха ткнул ножом в ухо. Зверь вздыбился и бешено помчал, а потом рухнул на землю и принялся кататься, давя наездника. Стас вовремя спрыгнул, но тут же оказался перед мордой взбешённого животного.

Единичный выстрел из СВД уложил кабаниху в траву. Крупнокалиберная пуля прошила толстую шкуру зверя и зашла под левую лопатку. А дальше Дик ничего не видел. Мир померк.

В сознание Дик приходил мучительно. Казалось, боль рвала каждую клетку тела. Парень не сразу понял, что происходит и почему кричат. Обвёл взглядом полумрак помещения и узнал жилой домик охотников. Два изумрудных огня расплываются перед взором. Дик зажмурился, а когда снова открыл глаза, огни исчезли. Или то была галлюцинация? Рядом с мальчиком спиной к Лису сидела Аля, положив руки ему на грудь, а сам командир кричал на Стаса и Олега такими словами, которых Дик, прожив пять лет в лагере с двумя десятками взрослых мужиков, ни разу не слышал.

— Алиса... жива? — прохрипел Дик.

Аля утвердительно кивнула. Дик измученно закрыл глаза и слушал, как Лис распинался перед друзьями, называя всех троих безответственными сопляками, которым бы он даже туалеты не доверил чистить. И лучше бы не доверил, потому что именно этим троице и пришлось заниматься, едва только их раны затянулись.

Девочку теперь парням не доверяли, зато увеличили часы тренировок в день до восьми. Рукопашный и ножевой бой, метание всего метательного и условно метательного, силовые упражнения и тренировки на выносливость, полосы препятствий и кроссы по лесу, стрельба из разного оружия и положений, замена магазинов на скорость и технику, выживание, ориентирование на местности... Парней заставляли тренироваться на срыв, а свободные часы занимала теория. До постелей они едва дотаскивали ноги, иной раз падая поперёк неё и так засыпая. С пяти лет Алису решили обучать азам ремесла, и теперь Дик почти не встречался с девочкой, занятый с утра до вечера.

Ту «дичь», что интересовала охотников, Лис условно делил на две категории: «пастухов» и «кочевников». Первые селились среди людей, мимикрировав под них. Они находили жертв вокруг своего жилища, а потом прятали трупы где-нибудь подальше. Лис разработал целую систему косвенных признаков, по которым можно вычислить такого «пастуха». Именно они являлись основной целью охотников, потому что «кочевников» найти и выследить в разы сложнее, из-за того, что они никогда подолгу нигде не задерживаются, а проходят по территориям, оставляя после себя горы трупов, которые местные правоохранители вешают на какого-нибудь бедолагу. Разработать методику охоты на второй вид тварей у Лиса пока не выходило.

Стас Ситников и Олег Рохлин тоже получили позывные своих отцов, и примерно с четырнадцати лет Сэт, Роха и Дик начали охотиться в группе со старшими.

Шло время, а Тёмный Страж так и не высовывался из своей «норы». Однако Дик не забыл о клятве и верил, что когда-нибудь шанс найти легендарного «кровососа» у него появится.

Волна серийных убийств прокатилась в Южном микрорайоне Хабаровска. На счёт маньяка приписывали множество трупов: женщины, мужчины, подростки, и как утверждали слухи, даже домашние животные. «Пастухи» на своих территориях так не беспределят, и Лис понял, что это работа «кочевника». Ловить его так же бесполезно, как искать головастика в море. Выйдет только случайно. Эту очевидную истину знал каждый охотник, но странное дело — командир собрал группу. В неё включили и Дика, но одели в модные бежевые брюки чинос и заправленную под пояс голубую рубаху.

К величайшему удивлению парня, в состав группы входила Алиса. Девушке на тот момент уже исполнилось четырнадцать и Дик поразился, как он раньше не замечал, что Лисичка хорошенькая. Даже не так. Алиса выглядела сногсшибательно в приталенном голубом мини-платье и туфлях на высоченных шпильках. Девушка подвела глаза и нанесла прозрачный блеск на губы, отчего те казались влажными и соблазнительными. Волосы собрала в высокий хвост, водопадом спадавший до поясницы. При взгляде на Лисичку сердце Дика заметалось, а внутри всё трепетало.

На момент, когда охотники занялись делом, у полиции имелась куча подозреваемых в разработке, но не одного реального убийцы. В этот раз группу охотников из шести человек направляла Алиса. Дику пояснили, что у неё открылась редкая способность. Девушка чувствовала «кровососов», и если «кочевник» ещё в городе, то есть небольшой шанс его найти.

Задача Дика заключалась в том, чтобы покатать Алису по ночному Хабаровску, поводить её по клубам и другим злачным местам, и сообщить группе, если она почувствует цель. Вот такая охота парню очень нравилась. Да он почти сожалел, что упустил столько времени и не познакомился раньше с прелестями ночной жизни. Присутствие Алисы кружило голову. Её точёная фигура цепляла взгляды молодых людей, и даже некоторых девушек.

«Если уж оттягиваться, то по полной», — решил Дик, положил руку Алисе на талию и притянул девушку к себе, наслаждаясь игрой упругого тела, которое двигалось под его ладонью, защищённое всего лишь тонким куском материи. Девушка не противилась инициативе Дика, а только весело щебетала и смеялась над его шутками. Они объехали уже с десяток клубов, и парень, осмелев, всё больше давал волю рукам.

Следующий клуб, куда они заглянули, назывался «Zажигалка». Алиса сразу же вытащила Дика танцевать. Двигаясь под музыку, она обвила его шею и потянулась губами к лицу парня. Тот, опережая события, впился в неё жадным поцелуем. В полумраке заведения грохотала музыка, визжали полупьяные девки. Волна вожделения прокатилась по телу Дика. Алиса ошарашено заморгала, а потом прикрыла глаза и ответила на поцелуй. Когда парень от неё отлепился, Лисичка приблизила губы к его уху и прошептала:

— Он здесь. Я его чувствую.

Мысли Дика сразу прояснились, он внутренне собрался.

— Где?

— Я покажу, — на ухо проговорила Алиса.

Девушка походкой модели направилась к выходу, но случайно зацепилась ногой за ногу и рухнула на стоявшего в тени незнакомца. Дик стрелой подлетел к Алисе, помогая подняться. Лисичка выглядела смущённой, сконфуженно извинялась перед человеком. Он уверял, что всё в порядке и девушке не стоит так беспокоится, но та не унималась, и по-мнению Дика, уже переигрывала. Незнакомец раздражённо морщился, и парень потащил Алису на улицу.

Девушка быстрой походкой направилась в стоящим за углом двум чёрным внедорожникам, подошла ближайшему и открыла переднюю пассажирскую дверцу.

— Папа, маячок у цели в кармане.

— Умница, дочка. Погуляйте пока. Теперь наша очередь работать.

Занимался рассвет. В целом, Дик отлично провёл ночь. Таких у него ещё не было. Он шёл с Алисой в свете огней ночного города, обхватив девушку за плечи.

— Всё, Дик, — поёжилась она, — можешь больше не играть роль. Работа выполнена.

— А я и не играю, — парень внезапно остановился и посмотрел девушке в глаза, — Алиса... Ты очень красивая. Очень юная и очень...

Девушка смутилась и немного нахмурилась. Дику страстно захотелось поцеловать её снова, потому что неизвестно, когда ещё выпадет такая возможность. Вряд ли Лис одобрит его поведение, и пока отец занят, парень решил ловить момент. Он наклонился, прижал Алису и впился в её губы. Она не возражала, и какое-то время Дик наслаждался тёплым предрассветным утром, запахом девушки и своей молодостью.

Охотники справились минут за сорок. Дика и девушку подобрал джип Лиса. За рулём сидел Туман, а командир на пассажирском сиденье рядом.

— Молодец, дочка, ты не ошиблась, — снова похвалил лидер охотников.

Всю обратную дорогу до лагеря Лис не произнёс ни слова. Алиса незаметно протянула руку Дику, он охотно сжал её ладонь. В лагерь группа вернулась к обеду. Девушка выскочила из машины. Дик собирался последовать её примеру, но его остановил оклик:

— Задержись, Дик.

Он захлопнул открытую было дверь и уселся наместо.

— С огнём играешь, парень. Тебе нужно было всего лишь обеспечить Алисе безопасность, — не поворачиваясь, металлом резанул Лис.

— Я так и делал...

— При этом облапав мою дочь?

— Я играл роль, не больше...

— Угу, — промычал командир, — играл роль. Сделаю вид, что поверил, но в следующий раз голову оторву. Усёк?

— Усёк...

— Ты предупрежден. Свободен...

С этого момента Дик искал встреч с Алисой. А через неделю ему привалила огромная радость. На совете старших решено допустить Лисичку до охоты. Девушка показала свою эффективность при выслеживании «кочевников», и была собрана новая специальная группа, куда входили Сет, Роха, Дик и сама дочка командира.

Лис предупредил, что в случае чего, головы оторвёт всем троим. Но запретный плод сладок, и угроза командира только подталкивала Дика и Алису друг к другу. Сначала группа работала по уже знакомой схеме. Но у Лисички фантазия била ключом, и вскоре они сменили тактику охоты, не поставив в известность руководство.

Девушка установила, что чаще всего жертвами «кочевников» становятся дорожные проститутки, а поэтому решила сделать из себя наживку. Парни сомневались, но Алиса творила что хотела. Переспорить её было сложно, и друзья решили рискнуть. Поскольку девушка чувствовала «кровососов», то садилась только в те машины, где была верная «цель».

Прослушка и маячок не позволяли Алису потерять, а поскольку твари никогда не убивали в машине, так как следы крови невозможно удалить полностью, после того, как автомобиль тормозил где-нибудь в леске, Алиса дожидалась команду и с «кровососом» быстро расправлялись. Обычно парни появлялись в течение минуты, поэтому они посчитали, что риск при таком способе охоты минимальный, зато эффективность группы выросла в разы. Лис был доволен их успехами и полностью уверен в подготовленности парней, поэтому особо не лез в их охоту.

За два года группа показала высокие результаты, а интерес Дика к Алисе только креп. Девушка отвечала взаимностью, но свои чувства они скрывали даже от Сета и Рохи. Их общение превратилось в странную игру. Появились условные жесты, взгляды, кодовые фразы, но, в конечном счете, парню этого было мало, и летним вечером Дик предложил Лисичке после отбоя встретится в лесу за периметром лагеря.

Тихая звёздная ночь. Пару окутали ароматы лесных трав и земляники. Луна серебрит поляну возле родника. Парень скользит ладонями по девичьему телу, покрывает шею девушки поцелуями и дрожащими руками поспешно срывает с Алисы одежду. Хрустальный перезвон воды заглушает тихий шёпот Дика и шорох травы, приминаемой несколькими парами ног. Яркий свет фонарей слепит глаза и вырывает из темноты парня и полураздетую девушку.

— Папа... — в ужасе шепчет Алиса.

— Брысь отсюда, соплячка, — рычит Лис в бешенстве.

— Папа, пожалуйста, не трогай его... — голос девушки срывается на крик, когда Туман оттаскивает её от парня.

— Туман, проводи её в лагерь. С ней позже разберусь.

Едва охотник уводит девушку, Лис нарушает повисшую тишину.

— Я тебя предупреждал, парень?

— Лис, у меня к ней всё серьёзно...

— Серьёзно? Да неужели? — усмехнулся командир. — Словно мне никогда не было двадцать два. Ты хоть понимаешь, что она несовершеннолетняя?

Тут уже вспылил Дик:

— То есть, шестнадцать лет для охоты самое то, а для того, чтобы её...

— Дик! — взревел Лис. — Ты о моей дочери говоришь!

Парень осёкся. Он понимал, что перегибает палку, но Алиса вскружила ему голову. Охотясь на очередную тварь, он так часто видел её в соблазнительных нарядах, что почти забыл о том, сколько ей лет. Лис вздохнул и отступил на два шага, а потом приказал пришедшим вместе с ним охотникам:

— Приступайте. Только не калечьте его сильно. Жалко, если из-за соплячки лишимся хорошего охотника.

Это было избиение. Трое охотников, повалив парня на землю, от души пинали его ногами. Дик даже не думал сопротивляться, только закрыл голову руками и принимал удары.

Лис перевёл Дика в другую команду, а после наказания отправил на месяц во внеочередной отпуск домой к матери. Парень понимал, что к Алисе его и близко не подпустят, если только он не докажет Лису, что остыл к ней. И Дик решился.

Каждый раз, когда он приезжал домой, знакомая девушка Даша недвусмысленно намекала парню, что он ей симпатичен. Да и мать прониклась к соседке симпатией и постоянно советовала Андрею обратить на неё внимание.

— Девочка хорошая, да и внуков бы мне пора понянчить, — приставала мать.

Отпуск растянулся ещё на месяц, а в лагерь охотников Дик вернулся с кольцом на безымянном пальце. Друзья рассказали, что вместо него, Лис в команду дал другого охотника, но Лисичка взбунтовалась, наотрез отказавшись охотится в новом составе. За два месяца их группа не вышла на дело ни разу, и командир подумывал о её расформировании.

— Вернулся? — Лис исподлобья сверкнул на Андрея голубыми льдинками глаз, когда парень зашёл в штаб, чтобы доложить о прибытии.

— Да.

— Ну, поздравляю с основанием семьи.

Командир скупо улыбнулся, вышел из-за стола и пожал Дику руку.

— Лис, верни меня в команду. Слово даю, не трону её...

Командир тоскливо вздохнул, но согласился. Алиса, узнав, об изменившемся семейном положении Дика, больше не разговаривала с парнем, но охоту возобновила. Она увлеклась ей с каким-то отчаянным остервенением, полностью отдавшись работе. Через неделю парни узнали, что она зарегистрировалась ещё на нескольких сайтах знакомств в качестве шлюхи-фрилансера, и искала «клиентуру» через сеть.

Это начинало переходить все разумные рамки. Друзья беспокоились за девушку, ставшей им родной сестрой, да и понимали, что от Лиса влетит, узнай он о том, как они ищут цели. Но метод Алисы работал безупречно. Парни не понимали, как девушка по сети определяет «кровососов», но осечки она не дала ни разу.

Ещё два года они работали в таком же ритме и об их успехах начали ходить легенды. Но в один момент Лис запретил им охотится, не объяснив причин своего решения, Лисичку закрыли в лагере, а парней приставили в качестве охраны. Смутно Дик догадывался, что девушке грозит какая-то опасность, но командир не распространялся.

Два месяца они просидели в лагере, и как-то вечером Дик случайно заметил Лисичку с небольшим рюкзаком на плече, направляющуюся к дальнему краю лагеря. Она выбрала момент, когда Лис отсутствовал.

— Ты далеко? — окликнул её парень.

Лисичка вздрогнула и обернулась.

— Наружу. Пожалуешься папе? — с вызовом бросила Алиса.

— Нет. Помогу, если дело интересное.

Алиса, не поверив, округлила изумрудные глаза. Но поскольку вариантов у неё уже не было, пришлось довериться. Дик, Сэт и Роха с ужасом слушали бредовую идею дочки командира, не понимая, как это могло придти ей в голову.

— Спятила?! — не сдержал эмоций Дик. — Одна на охоту? Даже нас не собиралась поставить в известность?!

— Вас? Да вас приставили, как цепных псов! Мне восемнадцать, а папа относится как к пятилетке!

— Может, потому что ты ведёшь себя как пятилетка?

— Иди к чёрту, Дик! Я взрослая!

— Взрослая... — повторил парень и горько усмехнулся.

— Лис нас убьёт, когда узнает, что мы не подчинились приказу, — простонал Сэт.

Девушка открыла рот от удивления.

— Вы, что, поможете?

— Ты думала, одна пойдёшь? Тебя удерживать бесполезно, — закатил глаза Роха.

— Кто «клиент»? — перешёл к делу Дик.

Алиса пожала плечами:

— Какой-то Мистер Икс...

Внедорожник Сэта скакал по ухабам как дикий жеребец. Нервы всех натянуты словно струны. На взводе Дик беспрестанно травит байки, Алиса и Роха истерично над ними хохочут, а Сэт каждый полчаса ноет о том, что Лис их убьёт. Девушка уже переоделась в откровенный наряд, и взгляд Дика непроизвольно цеплялся за её открытые плечи, точёную талию, и тонкую шею.

Парня радовало, что у девушки хватило ума назначить «клиенту» встречу в людном месте на остановке возле въезда в Хабаровск. Это гарантирует то, что Алису не убьют на месте, а позволят сесть в машину, а дальше по уже отработанной схеме.

— Давай, красотка, удачи, — улыбнулся Дик, когда автомобиль остановился за поворотом от назначенного места.

Парень проводил фигуру девушки тоскливым взглядом и прилип к планшету, следя за движением сигнала. Сэт запустил GSM-прослушку на мобильнике, и группа стала ждать. Почти полчаса ничего не происходило. «Клиент» опаздывал, что не удивительно. Эти твари научились осторожности, тысячу раз всё перепроверят и не сунутся, если почуют опасность.

— Привет! — в телефоне весело прозвучал голос Алисы.

— Ты Джульетта? — ответил ей бархатный голос. Дик, Сэт и Роха напряглись, прислушиваясь и не отводя взглядов от отметки на планшете.

— Да. А ты?..

— Можешь называть меня Ромео... — засмеялся мужской голос.

Кулаки Дика непроизвольно сжались. Если Алиса начала беседу, значит, клюнула нужная рыбка. Хлопнули дверки машины, отметка на карте поплыла. Сэт медленно выехал следом. Удивлённый возглас Алисы заставил друзей заволноваться:

— Парни! Я на групповуху не подписывалась! — предупредила свою команду девушка о том, что в машине не одна тварь.

— Заткнись! — гаркнул на неё другой голос.

— Ладно, если настаиваете, то с троих тройная оплата, — обозначила точное число Алиса.

— Тебе башку прострелить, или сама рот закроешь?!

— Любопытно посмотреть, как потом мозги отмывать будете... — нервно хихикнула Алиса.

— Слушай, ты тупая? Жак, обыщи её. Маячок, прослушка... на ней что-то есть по-любому.

Охотники панически переглянулись, осознав, что в этот раз всё пошло не по плану.

— Придурок! Куда полез! Руки убери! — взвизгнула Лисичка.

— Ник... я ничего не нашёл.

— Так ты Ромэо значит у нас Ник? — хохотнула девушка. — Красивая тату на шее. А змея — это намёк на вашу природу?

— Это — знак клана Врарио, говорящая ты обезьянка. — Произнёс третий голос. — Ник, может ей рот заткнуть?

— Нет. Сними с неё серьги.

— Не трогайте серьги, мне с ними теплее!

— Сэт! Давай жми! — не выдержал Дик.

— Я жму! — на нервяке проорал Сэт. — Сигнал пропал!

Сразу же вырубилась и прослушка. Охотники доехали до места, где последний раз фиксировали отметку Алисы и остановились, не зная, что делать дальше. На бледных лицах парней отпечаталась растерянность. Дика накрыло отчаянием. Охотники не знали, поехал ли автомобиль дальше, или где-то свернул. Роха связывался с лагерем и обрисовывал ситуацию, поднимая всех на поиски. Но надежды найти Алису живой никто уже не питал. Слишком много времени будет потеряно.

Автомобиль двинулся дальше на малой скорости. В вязких сумерках Дик и Роха просматривали раскинувшуюся с обеих сторон асфальта сизую лесополосу на предмет ответвлений грунтовых дорог. Двадцать минут ничего не было, а потом Сэт воскликнул:

— Сигнал! Есть сигнал!

Автомобиль рванул за отметкой, свернул с асфальта на просёлочную дорогу и нырнул в лес. Ещё семь минут по бездорожью и парни, взведя курки на пистолетах, выскочили наружу. Свет фар вырывал из тьмы леса кровавое побоище. Две легковушки на поляне с заглушёнными двигателями, куски разодранных тел семи «кровососов», и в центре этого месива тело Алисы.

Холодея от ужаса, Дик проверил пульс. Сердце Лисички билось слабо. На груди девушки лежали серьги, в которые встроен маячок. Не разбираясь в случившемся, Алису отвезли в лагерь и отдали на попечение медика и ведьмы Али. То, что черноволосая женщина именно ведьма, Дик давно не сомневался. Она в считанные дни поднимала на ноги даже тяжело раненых охотников, и с того дня, как впервые появилась в лагере не постарела не на день.

К тому моменту, как девушка стала вставать с постели, Лис вернулся, да не один, а зачем-то привёз с собой священнослужителя в длинной чёрной рясе — отца Михаила. Командир взбесился, когда узнал о случившемся. По словам их лидера выходило, что произошла катастрофа чуть ли не вселенского масштаба. Алисе досталось от отца и за неподчинение приказу, и за регистрацию на сайте в том качестве, в котором не одна уважающая себя девушка логиниться не стала бы. В присутствии охотников он, никогда не поднимавший на дочь руку, нахлестал ей по щекам, бросив в конце, что охотится она больше не будет. У неё отобрали всё оружие и выгнали из штаба.

Парням ставились в вину неподчинение приказу и то, что они сделали из Лисички наживку. Дик даже не сомневался, что их снова ждёт физическое наказание. Принимая удары, он почти смеялся, осознавая, что боль — это такая ерунда, в сравнении с жизнью Алисы. Возможно, ему не стоило отпускать шутки в адрес обрабатывавших его охотников о том, что они бьют как бабы на сносях, тогда бы и рёбра остались невредимыми. Но не удержался.

Потом Лис объявил, что из-за выходки его дочери и её банды, охотники вынуждены покинуть лагерь и уйти вглубь лесов Красноярского края, потому что теперь из-за случившегося семьи охотников в смертельной опасности. Командир дал трое суток на сборы. Никто ничего толком не понял, но все доверяли Лису.

Друзья выпытывали у девушки подробности о произошедшем в лесу, но она ничего не помнила, или просто таким образом отговаривалась. Только вот кто-то в тот вечер на лесной поляне срезал у неё с головы прядь волос, и теперь небольшой клочок торчал над левой бровью. Этот момент Лисичка тоже не смогла объяснить, и друзья пришли к выводу, что волосы забрали как доказательство её спасения, а это значит, что Лису, возможно, скоро предъявят счёт.

Когда Дик отправился за родными, его ждали два удара судьбы: смерть матери, которая так и не дождалась внуков, и измена жены. Он вернулся за Дашей и застал постельную сцену в самом разгаре. Кровь вскипела в жилах. Он едва удержался, чтобы не сломать обоим шеи, но вовремя взял себя в руки и выместил ярость на двери спальни, разбив её ударом кулака.

— А чего ты ждал, Дичков?! — кричала на него Даша. — Думал, я не знаю, чем ты там занимаешься с этой шлюшкой Алисой? Или называть её Джульетта?!

Жена швырнула ему в руки мобильник, с экрана которого улыбалась Лисичка. То была страница с сайта знакомств, созданная девушкой для охоты на опасных тварей, а не занятия тем, о чем писалось в профиле.

— Я говорила с Марией Петровной — супругой вашего Лиса! Она рассказала мне, как ты за ней таскался! Её мать была шлюхой, родила от женатого, и она сама такая же!

— Здесь только одна шлюха, — расстроено произнёс Дик и ушёл из дома, громко хлопнув дверью.

Охотники с семьями удалились в леса Красноярского края и основали там поселение. Им помог с этим отец Михаил. До зимы в поселении выросли небольшие рубленые домики, которые помогли возвести члены общины священнослужителя, и Лис с охотниками занялся привычным делом, до которого Алису не допускали. Но девушка теперь всё свободное время проводила с ведьмой.

Целый год Дик почти не виделся с Алисой, занятый делами. Кроме охраны периметра, тренировок и походов на задания, охотникам приходилась снабжать поселение дичью и заниматься заготовкой дров. Лис часто пропадал в общине отца Михаила, чем он там занимался, никто не знал.

Февральским морозным вечером Дик отправился к дому командира, рассчитывая увидеться с девушкой, но та попалась ему навстречу.

— Алиса? Сейчас же комендантский час! — как последний придурок, начал он не с того, что собирался сказать.

— И что? Лису пожалуешься?

— Нет, — смутился Дик. — Я искал тебя. Просто не ожидал найти так быстро.

Алиса хохотнула.

— Ясно. А что хотел-то?

Дик поправил АК, достал из-за пояса пистолет Стечкина и вложил Алисе в руку. Потом вынул из карманов разгрузки два запасных магазина и протянул девушке.

— Это что? В смысле, зачем? — опешила Лисичка. — Что-то намечается? Да?

Дик молчал. Алисе теперь не полагалось знать больше, чем остальным гражданским.

— Дик! — взмолилась она. — Ну, расскажи.

— Просто хочу, чтобы ты могла себя защитить, в случае чего.

— Ясно, — обиженно выдохнула девушка и протянула пистолет обратно парню. — Мне не полагается знать, да? Ладно, забирай обратно. Мне и оружие не положено иметь. Если Лис узнает, у тебя снова будут неприятности.

— Когда меня это останавливало? — хмыкнул Дик и засунул запасные магазины в карман её дублёнки. — Куда ты сейчас?

— К Але, — вздохнула девушка. — Ей срочно приспичило меня увидеть. Час как зовёт. Мозг уже кипит.

— Зовёт? — Удивился Дик. — Я ничего не слышал.

Алиса пожала плечами и, не говоря ни слова, продолжила свой путь. Парень задумчиво посмотрел ей вслед, и направился к наблюдательной вышке. Скоро заступать в караул.

Ад разразился неожиданно. Стрёкот пулемётов с караульных вышек разорвал вечернюю тишину. В свете прожекторов Дик видел, как урсины со звериной ловкостью вскакивают на частокол и прорываются в охраняемый периметр. Дик, пристроившись за поленницей, из АК укладывал одну тварь за другой. Но парень понимал, что только силами охотников волну нападающих не остановить. Сейчас главная задача, не подпустить их к гражданским.

Трассер оповестил Дика, что магазин почти пуст, и парень с колена заменил его на полный. Вражеская пуля взрыхлила снег рядом, а потом картечью прошило плечо в нескольких местах. Парень дальше сдвинулся за поленницу и быстро огляделся, ища слепую зону для противника, чтобы сменить позицию. Пригнувшись, пробежал вдоль сарая, и на него выпрыгнули из темноты два урсина. Обоих почти стразу уложил из АК, а вот третья тварь подскочила неожиданно сбоку и стеганула странным голубым лучом, как хлыстом, для которого кевларовый жилет оказался не толще папируса.

Дик упал в снег. Автоматный стрёкот разорвал слух где-то совсем близко, а потом кто-то перевернул его на спину.

— Дик! Ну, ты чего? — узнал он голос Сэта.

— Живот, — со стоном выдохнул Дик.

Сэт отстреливался рядом, не подпуская к другу неприятелей. Сознание Дика уплывало, чему парень почти радовался, потому что это должно прекратить мучительную боль.

Дик пришёл в себя на собственной постели. В комнатке тускло светила керосиновая лампа. В лагере стояла тишина, а живот замотан чем-то вроде бинтов. Любое шевеление отдавалось дикой резью в ране.

— Не делай резких движений. Через пару часов я помогу тебе подняться.

Ольга Петровна сидела в тёмном углу, наблюдая за своим пациентом.

— Как мы отбились? — просипел Дик.

— Слава Богу, Лис привёл помощь из общины отца Михаила. Эти святые люди оказались отличными вояками, и мало уступали тем тварям, что напали на нас. Просто поразительно!

— Наших много погибло?

— Хватает...

— А Алиса в порядке?

— Наверное, — пожала плечами медик. — Она ко мне не обращалась.

Ответ медика не успокоил Дика, но Ольга Петровна больше ничего пояснить ему не могла. Потом, когда Сэт и Роха пришли навестить друга, то сообщили, что Алиса пропала во время нападения, и замешана в этом ведьма. Дик расслабился. Аля не сделает Лисичке плохо, значит всё в порядке. Но через три дня ведьма сама пожаловала к парню, и её слова сильно встревожили.

— Андрюшка! Плутовка в беде!

Дик лежал на постели, а Аля держала свои руки над его животом. Глаза ведьмы светились зелёным колдовским светом, напомнив ему те мутные зелёные фонари, которые он видел после боя с кабанихой. Женщина рассказывала чудные истории, но Дик не перебивал. Из услышанного понял только две вещи. Он скоро увидит Алису и отомстит за смерть отца.

— Ты не должен его убивать, — объясняла Аля, — он сейчас нужен галактике. Ты только защити Алису. Боюсь я за неё, Андрюшка. С ней ведь постоянно что-то происходит.

«Не убивать Тёмного Стража? А ради чего я жил всё это время?» — мысленно возмутился Дик.

— Я постараюсь... — прошептал парень, разминая ладонь, обожженную об эфес сломанного меча.

Мать умерла, личная жизнь не сложилась, и месть — единственное, что ему осталось. За два дня раны почти затянулись, и ночью Аля пришла снова. Дик спрятал в карман куртки прозрачный тетраэдр и выжидающе взглянул на ведьму. Та улыбнулась, взяла парня за руку, её глаза зажглись изумрудным огнём. Дик моргнул и едва сдержал удивлённый возглас. Он был уже не у себя дома.

Это была старая лачуга, с покосившимися оконными рамами, за которыми чернел лес. Но пахло здесь так же, как в Алином домике: травами и... чем-то ещё... «Магией?» — Дик едва не назвал себя придурком от пришедшей на ум мысли. Резко развернулся от лёгкого касания к плечу и застыл в изумлении. Красивая рыжеволосая женщина со светящимися колдовским сиянием глазами обольстительно ему улыбалась.

— Все ведьмы живут в подобных постройках? — усмехнулся Дик, усилием воли стараясь побороть непонятно откуда нахлынувшее вожделение.

— Нам приходится скрываться, — томно прошептала ведьма и провела ладонью по щеке парня, скользнула по плечу и спустилась к животу. Дик словно пригвождённый не мог даже пошевелиться. — Общество нас не любит...

— По-моему, очень даже любит, — Дик с усмешкой скользнул взглядом по округлому животу ведьмы.

— Мы сами выбираем тех, кто будет нас любить, — ведьма коснулась губами щеки парня. Он ничего не мог с собой поделать, это словно какое-то наваждение. Сердце грохотало где-то в животе. Руки Дика потянулись к женщине, но её глаза потухли, и ведьма ловко увернулась от объятий. Дик тяжело выдохнул.

— Да, — сказала она, — Алира сделала хороший выбор. И я вижу, почему ты нравишься Эллисе. Да... Ты подойдёшь...

Дик в миг протрезвел, наваждение слетело. Он помотал головой из стороны в сторону, сбрасывая остатки оцепенения.

— Где Алиса?

— Погибла, — небрежно бросила ведьма.

— К-как?.. — в отчаянии выдохнул Дик. — Это он? Он её убил? Тёмный Страж?

— Он должен был её беречь, но не справился. Теперь наши планы изменились. Ты убьёшь Тёмного Стража. Венеда даст тебе все инструкции, а я не успею, потому что за мной уже летят...

Глава 11. Атака на тюрьму

Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны G-24-17. Земля Затэра. Город клана «Стражи Допры».

Пахло влагой. Холодные брызги мелкой пылью оседали на лицо. Ветер неприятно обдувал кожу, путаясь в волосах и взметая пыль. Шум падающей воды медленно разжигал сознание. Реальность возвращалась мучительными толчками. По глазам резануло зелёным, едва приоткрыл веки. Зажмурился, припоминая недавние события.

— В порядке, говоришь? — Рэй даже не пытался спрятать ироничные нотки в голосе. — А я предупреждал, что Барон в принципе не пользуется обычным оружием...

— Нда... доигрался дед со внуком... Вот тебе и жёсткая рука, — задумчиво пробормотал голос Ромиля.

Я открыл глаза и оценил обстановку. Слева к небу взмыла громада аукциона, нависая надо мной массивными кирпичами серых стен. Белое полотнище флага при входе в здание полоскалось на ветру. Рядом сильно заросший куст, форма которого напоминала силуэт Лернейской гидры. Не вовремя пришло на ум, что надо бы заняться клановым городом, а то как-то заброшено и неуютно.

Покрутил головой и огляделся. Меня спиной прислонили к краю фонтана. Игроки то ли разошлись сами, то ли Рэй их разогнал. Рядом переминался сам глава реликвантов, нервно почёсывая бородку, Ромиль задумчиво перебирал струны лютни, и что-то беззвучно напевал одними губами, Кид, по привычке, бледный, присел на бортик фонтана, а рыжеволосая женщина, стояла на коленях, близко склонив ко мне своё лицо. Она держала обе руки на моей груди и внимательно меня рассматривала. Глаза женщины изнутри пылали изумрудным светом. Лёгкое больше не горело. Дышалось ровно и легко.

— Ты — Диаспора? — обратился я к женщине, скорее утвердительно.

— А ты — балбес, — нахмурилась она. — Где твоя ведьма? Заботиться о твоём здоровье — не моя обязанность, а сопровождающего ассистента. У меня другие задачи.

— Ты обзавёлся собственной ведьмой? — брови Рэя удивлённо поползли вверх к жёсткой щетине чёрных коротко стриженых волос. — Сколько у тебя ещё сюрпризов?

— Несколько... — буркнул я.

Что-то в тоне Рэя заставило меня напрячься. Реликвант даже не скрывал удовлетворения. Видимо, он радовался проявленной слабости. Очевидно, продемонстрированные мной способности в сочетании с методами убирать с пути помехи, озаботили чернобородого. И вот такой подарок...

— Интересно, — Рэй оскалился в улыбке, прожигая Диаспору глазами. — Анталайские ведьмы... Я-то думал — они миф. А тут даже не одна, получается.

Диаспора убрала руки от моей груди, стрельнув недобрым взглядом на реликванта, и поднялась на ноги.

— Твоя рана затянулась, — холодно бросила она мне. — Но это ненадолго. Ты разрушаешься изнутри. Где Алиса?

— Что значит где? — я без труда поднялся и ощупал место ранения. Прикосновение не вызывало боли. Глубоко вдохнул, наслаждаясь тем, как расправляется грудь, а кровь насыщается кислородом. — Странный вопрос. Ты же отправила её домой.

— Прости... что я сделала? — Диаспора скрестила руки на груди с искренним изумлением.

— Нет, Макс, — слабым голосом вклинился Кид, он дрожащей рукой поддерживал себя, опираясь на бортик фонтана. Губы паренька ссохлись и покрылись белой плёнкой. — Мы не долетели до Диаспоры. Когда вышли из гипера Лексу написал Шрам. Сказал, что с тобой нет связи, и просил о помощи. Они попали в засаду к кораблям Поршня. Ты не отвечал, и Лекс принял решение изменить маршрут, чтобы помочь бывшим членам команды. Там мы сами попались, ну а дальше я тебе писал. Вышел из аватара, когда вернулся — пусто, иконки игроков посерели.

Пазлы в голове не складывались. Я запустил пятерню в волосы и взъерошил их, словно это могло помочь мыслительному процессу.

— Не понял. Каким образом тогда отменился штрафной квест? — Внезапная догадка прожгла мозг. — Твою ж... Нейгарус! Запустить сканирование галактики!

— На предмет?

— Местонахождение неинициированного ассистента! Ищи Алису!

— Запускаю сканирование...

7%...

13%...

28%...

35%...

68%...

74%...

91%...

100%.

Неинициированный ассистент не найден. В банке данных обнаружен отчёт нейгатов. Зафиксирована физическая смерть неинициированного ассистента Алиса.

— Не может быть...

Я похолодел. Рэй с интересом наблюдал за нашим разговором, медленно потирая ладони рук. Лучи светила бликовали на его чёрных глазах, от чего те выглядели хищно.

— Что?! — Вскричала Диаспора, которая не слышала голоса ИскИна. На лицо женщины легла тень тревоги, — Где она?!

— Зафиксирована физическая смерть... — процитировал я ответ Нейгаруса, сам не вполне ещё осознавая масштаб произошедшего.

— Да как так?! — глаза ведьмы расширились от ужаса. — Мы тебе девушку доверили, а ты!..

— Ему в принципе нельзя доверять девушек, — хмыкнул Рэй, — Он их не бережёт...

— Гнять! Не думал, что так выйдет...

— Ты хоть осознаёшь, что спасение галактики под угрозой срыва?! Как ты собрался попасть туда, куда не проникнуть без сопровождающего ассистента? Эту, — Диаспора указала на свой живот, — нужно ещё вырастить и обучить, а у нас каждая неделя на счету.

— Спасение галактики? Это что за новость? — Насторожился чернобородый.

Ведьма обернулась, смерила недобрым взглядом реликванта и капризно поджала губы.

— Силы ему даны не за красивые глаза, — Диаспора уперла руки в бока. — На него возложена важная миссия, которая теперь на грани срыва.

Разыгравшаяся сцена нервировала.

— Хватит. Я найду подходящего кандидата и инициирую её в Атриуме.

— Ну-ну, — скептично промычала ведьма.

***

Ратуша административного квартала ещё совсем небольшая и не вместила в себя всех инициированных игроков. За длинным дощатым столом на деревянных лавках разместились примерно четыре десятка реликвантов: мои соклановцы и те игроки, которых Рэй посчитал нужным пригласить. Слева тяжело дышал Кид, справа Диаспора хмурила брови. Рэй прохаживался по скрипучим коричневым доскам низкого возвышения в конце помещения, напоминающего сцену, и объяснял план освобождения повстанцев.

На голографическом проекторе, захваченным с одного из кораблей Рэя и установленном в ратуше, глава реликвантов зажёг пространственную карту Допры. Тонкие световые линии зазмеились над устройством, сплетаясь в рисунок, и наметили в черноте космоса точками мелкие звёздные скопления. Рэй дотронулся рукой до одного из них, изображение поплыло, и выбранная горсть звёзд приблизилась. Глава реликвантов заговорил, сопровождая речь движением руки:

— Через сутки тюрьма переместится отсюда — из сектора H-24-76, сюда — в сектор E-45-81. Перед гиперпрыжком высылается авангард, проверяющий место назначения и прилегающие зоны на безопасность. Если всё чисто, даётся отмашка на перемещение тюрьмы, которое происходит по строгому графику. Примерное её время нахождение в гипере — пять часов. Мы отправимся сюда, — Рэй переместил руку чуть ниже, — в сектор F-45-72. Ближе просто нельзя, нас засекут. В гиперпрыжок уйдём в одно время с тюрьмой, когда все патрули доложат о безопасности своих зон. До места доберёмся за три с половиной часа. Полтора часа у нас останется для выполнения поставленной задачи. Мы захватим авангардный корабль, и в нём проникнем на территорию тюрьмы, переодевшись в костюмы охраны. Затем, блокируем связь, чтобы администрация не позвала на помощь патрульные корабли из прилегающих секторов.

— А что помешает вызвать патрули в сектор E-45-81 авангардному кораблю? — уточнил я.

— Мой человек, — белозубо улыбнулся реликвант. — За десять минут до нашего прибытия, он частично выведет из строя электронику. Мы возьмём передовой корабль без единого выстрела.

Как-то всё гладко выходило у Рэя. Я пока не мог понять, но что-то меня тревожило. На всякий случай уточнил у реликванта:

— Очень интересно, откуда у тебя там свой человек? Как за такой короткий срок ты смог его туда пропихнуть?

— Ну, пропихнул... или перекупил... или взял в заложники родственников... Какая тебе разница, Макс? Главное результат. Моим хакерам пришлось повозиться, чтобы вообще разыскать тюрьму и раздобыть список охраны, а потом ещё связаться с нужным человеком на борту и убедительно побеседовать. Помощь тебе, знаешь ли, мне обходится дорого.

Меня пронзило льдом, а вдоль позвоночника поползли липкие мурашки. На сером камне стены ратуши, прямо под горящем факелом, кровавыми кляксами проступили слова:

«Внимание! Навык „Предчувствие“ повышен до ста двадцати пяти».

— Ты не помогаешь, а платишь за оказанную услугу, и ждёшь дополнительных бонусов, — возразил я лидеру реликвантов, прочитав оповещение игры и не дёрнув даже бровью. Бегло осматривая присутствующих и размышляя о том, откуда может исходить угроза, продолжил: — Хорошо, если выйдет так, как говоришь. Но как уходить-то будем?

— Ну, собственно, как и пришли... На кораблях... — усмехнулся чернобородый. Соклановцы Рэя поддержали лидера дружным смехом, давая понять, что я сморозил какую-то чушь.

Мне показалась, что отход всё же как-то непродуман, но глава реликвантов выглядел уверенным, и я решил тоже не загоняться. Тем более Рэй лично будет участвовать в операции, а себя он вряд ли подставит.

— Понятно, а если, увидев посторонние корабли, с тюрьмы подадут сигнал тревоги?

— Мы спрячем фрегаты под маскировочными полями сразу, как захватим авангардный корабль. Мгновенно с тюрьмы их не засекут, а потом уж будет поздно... Я не пацан зелёный, Макс. Не волнуйся. Всё просчитано.

— Это-то и напрягает, — покачал я головой. — Всегда какая-нибудь мелочь остаётся неучтённой...

— Например, как твоё лёгкое недомогание? — Рэй иронично поднял бровь, я скрипнул зубами.

— Примерно...

— Мы своё дело знаем, — реликвант погасил голографатор, — главное ты не вырубись в ответственный момент.

— Не вырублюсь, — я кивнул головой вправо, — ведьма полетит со мной. Будет лечить.

— Ты в своём уме?! — взвизгнула Диаспора и подскочила с лавки, показывая на живот. — Как я отправлюсь с вами на опасную операцию?! Ты угробил одну ведьму, хочешь теперь сразу двух?! Не полечу!

Реликванты с интересом наблюдали за моей реакцией. Послышалось редкое хмыканье и ироничные реплики.

— Я не предлагал обсудить моё решение, — тихо произнёс, даже не удостоив ведьму взглядом. Смотрел на сцепленные в замок руки, которые положил на стол. — Ты поставлена перед фактом.

— Ты — безжалостная скотина! — возмутилась Диаспора.

— Странно это слышать от тех, кто когда-то отправил меня умирать за барьер... Сядь! — рявкнул я и холодно на неё посмотрел. — Ты мне что-то собиралась передать.

Диаспора подчинилась. Села обратно на лавку и со злостью стянула с пальца кольцо. Оно оказалось точь-в-точь как Алисино, но только с красными камнями. Ведьма небрежно протянула мне предмет. Убрал его в инвентарь и усмехнулся. Я Диаспоре не нравился, но и у меня причин пылать к ней любовью не нашлось. Да и нет времени расшаркиваться, я волновался за команду, за Заряну и остальных, и если понадобится, сокрушу любые препятствия, стоящие между мной и ими. А ведьма... Она подчинится даже против воли. Нейгарус теперь дал мне такую способность.

Только мучил вопрос о том, что стряслось с Алисой, и как она погибла. Если смогу, то поквитаюсь с тем, кто к этому причастен. Хотя, судя по всему, здесь тоже не обошлось без Поршня. Это животное будет у меня умирать долго... Теперь встала проблема, где найти ещё одну ведьму, да и с сетью нужно подробнее разобраться. Из чего она состоит, как работает, и сколько необходимо операторов, чтобы попасть к Мингуэйре.

— Рэй, готовь корабли к вылету. — Нарушил я повисшую в ратуше тишину. — Кид, пойдём, у нас с тобой дела.

Я решил спуститься в Атриум с парнишкой. Самому нужно пополнить число нейгатов, да и попробовать инициировать аватар Кида и избавить его от потребности в «Пране». Просканировал парня способностями оператора, однако Нейгарус не выдал никакой информации.

Выйдя за ворота кланового города, мы направились в сторону небольшой бурой скалы, к которой вела цепочка следов, натоптанная в красноватом песке ногами реликвантов. Чёрный в оранжевую полоску паук величиной с ладонь переходил нам дорогу, поспешно переставляя мохнатые лапы. Насекомые, которые раньше в пустыне изредка встречались, теперь совсем исчезли, закупорив свои норы и уйдя глубоко под землю. Жара спадала. Свинцовым полотном затянуло изумрудное небо моей земли, а воздух пропитался влагой. Природа замерла в ожидании грозы.

Мы добрались до массивной глыбы камня. Многие объекты на Затэре, и сам город Стелланар управлялись через мой интерфейс. Не нужно теперь прикладывать к сенсорам руку, чтобы открыть двери, или зажигать портальные арки, выбирая пункт назначения в лиловом шаре. Во вкладке «Курирование локаций» я делал это всё через сеть «Нейгаруса». Да и Стелланар полностью автоматизирован. Его круглосуточно обслуживали пять тысяч дронов, поэтому, хоть там и присутствовало чувство пустоты, но город не казался заброшенным и не обветшал.

По скале с хрустом скользнула трещина, и камень разъехался. Из черноты дохнуло могильным холодом. Приготовив ключи, я с Кидом зашёл. Игнорируя ступени вниз, активировал портал до Атриума. Тонкая лиловая дуга расчертила стену и выдвинулась на нас. В её центре зарябили воздушные вихри, вспыхивая белыми искрами. Пройдя насквозь, очутились в тёмной комнате с перископом. Изумруды в навершиях мечей, вставленных клинками в стену, сияли словно глаза ведьм. Я приложился к горевшему белым окошечку, и меня словно прихлопнуло скалой, тело сковало, зафиксировав и не позволяя пошевелиться.

— Хранитель, какова задача? — раздался голос в голове.

— Обнови во мне нейгатов.

Мгновенно тысячи игл прошили тело, непроизвольно вырвался сдавленный стон, а сердце ускорило ритм.

— Добавь ещё, — отдышавшись, прошептал Нейгарусу.

Если уж я не заставлю ведьму мне помогать во время захвата тюрьмы, то хоть воспользуюсь оглушением симбионта, для ускорения регенерации. Процедура повторилась, но в этот раз прошла болезненнее.

— Ещё, — приказал ИскИну. Собирался загрузить в себя нейгатов под завязку.

— Риск для жизни оператора.

— Выполняй...

Третья процедура оказалась самой мучительной. Зарычал, чтобы отвлечь себя от боли и на какой-то миг потерял ориентацию в пространстве.

— Всё, — прохрипел Нейгарусу, — отпускай.

Я сидел на полу, часто дыша. Тело била крупная дрожь, а волосы намокли. Мутные змейки пота струились по лицу и стекали с кончика носа, капали с ушей. Ну, почему, чтобы выжить, в очередной раз приходится себя истязать?

Да... С Алисой я толпарьнулся по-крупному. Если она умела исцелять так же, как Диаспора, то ей цены не было. А ведь девчонка просилась в команду. Не помешай мне тогда условности игры, всё могло бы сложиться иначе. Глянул на парнишку. В прямом смысле зелёное лицо Кида в колдовском свете изумрудов перекосило смятение.

— Твоя очередь, — дёрнул уголок губ в улыбке, стараясь подбодрить парнишку, и, пошатываясь, поднялся с пола каменного «мешка» Атриума, сильно напоминающего камеру для наказаний на Ярило-3. Правда, та была намного теснее.

Неуверенно стрельнув на меня взглядом, Кид прильнул к окошку «перископа». Я активировал в интерфейсе способность «Инициация», выбрав в меню класс «юнит». Над пареньком развернулось окно с зелёной надписью:

«Невозможно инициировать. Неподходящий кандидат».

Всё. Не получилось. Похлопал парнишку по плечу, чтобы отлепился от окошка.

— Прости, дружок, не вышло. Придётся тебе ещё потерпеть с «Праной».

Кид понуро опустил голову и кивнул.

— Макс, я-то потерплю, но... — он запнулся, не решаясь продолжить.

— Давай уж, говори, — подбодрил его.

— У тебя теперь целый город. Забери моих сестёр с земли Содружества. Пожалуйста. Они не будут в тягость. А я потерплю сколько нужно. Хоть вечность. И всегда рассчитывай на мою преданность. Жизнь за тебя отдам. Хочешь, я в первых рядах пойду на приступ тюремного авангарда?

Я устало потёр пальцами глаза и задумался. Это ведь нужно лететь в пространство Центрального Содружества... Туда, где меня, по словам Рэя, объявили в розыск. Не честно играет наместник. Понятно, что ему нужны мечи. Интересно, какой он придумал повод выставить меня преступником. Хотя... Скоро у него появится реальная причина.

— Ладно. Я посмотрю, что смогу сделать для твоей семьи. По поводу тюрьмы — выброси из головы. Туда пойдут только инициированные игроки, которые могут контролировать рейтинг опасности. Тебе придётся остаться здесь и присмотреть за нашим клановым городом. Заменишь меня на несколько дней. Я настрою твои привилегии через интерфейс.

— Ты Рэю доверяешь?

— Нет. У меня просто нет другого решения моей проблемы.

***

Диаспора заворочалась во сне и застонала. Похоже, ей снился кошмар. Рыжие пряди прилипли к потному лбу, а дыхание стало частым. Глазные яблоки хаотично дёргались под кожей век. Ноги женщины запутались в длинной стального цвета юбке. Она сунула ладонь под подушку и что-то невнятно пробормотала.

Я сидел в кресле и, уперев локоть левой руки в подлокотник, медленно тремя пальцами массировал висок. На время перелёта заставил ведьму поселиться в моей каюте. Навык предчувствия липкими волнами прокатывался вдоль позвоночника, предупреждая об опасности, и я решил не спускать с женщины глаз. Алиса погибла, но эту ведьму я решил сберечь любым способом. До нужного сектора нам добираться десять часов, а там ещё почти столько же придётся ждать. Через шесть часов перелёта, лёгкое снова обдало огнём, и Диаспора помогла мне, повторно применив свои способности. Но моё лечение, кажется, отнимало у неё силы, и, закончив исцелять, она быстро заснула. Я включил её в группу галактической сети, и моя чи-энергия подскочила до семьсот двадцати.

Как только корабль ушёл в гипер, я во вкладке оператора сети выбрал изучение навыка владения парными мечами и «загрузил» уже две ступени. Как это будет работать на практике, я пока не представлял, но подобные способности изучать целесообразно уже потому, что они не отрубаются во время оглушения симбионта. Сейчас я загружал третью ступень, но у меня теперь сильно болела голова.

— Нейгарус. Нужна информация о галактической сети.

— Хранитель, конкретизируй запрос.

— Что такое вообще галактическая сеть?

— Программа Мингуэйра, подпрограмма Нейгарус, подпрограмма Серый Жнец, нейгаты, операторы сети, звёзды-энергогенераторы, земли-накопители информации, планетарные спутники-ретрансляторы, города-преобразователи сигнала...

— И Серый Жнец тоже? — в удивлении прервал я Нейгаруса.

— Серый Жнец — это ИскИн. Подпрограмма Мингуэйры.

— Как и ты?

— Да.

— Какая у него функция?

— Основная функция — уничтожение галактики.

На мгновение я забыл о пульсирующей в голове боли.

— Что значит, уничтожение галактики? Как это?

— Проект Создателей, на случай захвата жизненного пространства агрессивной формой жизни и невозможности избавиться от агрессора иным способом, в целях недопущения распространения захватчиков по галактике. В задачу Серого Жнеца входит как разрушение отдельных планет, так и полное уничтожение галактики.

— Это значит, что если...

— Да. Если Допра останется угрозой для Млечного Пути, то Серый Жнец, уничтожит её сразу, как только мощности галактической сети вырастут.

— Ты издеваешься?! Так мне восстанавливать сеть, или нет? Я пытаюсь спасти галактику, но не соглашался делать это за счёт тех, кто живёт в Допре. Можно как-то отключить эту систему?

— Ты — Хранитель. В твоих силах взять Жнеца под контроль.

— Какое состояние сети на текущий момент?

— Мингуэйра — режим ожидания, Нейгарус — выполнение текущей задачи «Возрождение», «Спасение галактики от заражения», Серый Жнец — режим ожидания, нейгаты — укомплектовано, операторы сети: Хранитель — один из восьми, Ассистент — три из тридцати двух, Адъювант — ноль, минимальное количество шестнадцать, Инвентор — ноль, минимальное количество шестнадцать, Юнит — двести восемьдесят четыре, минимальное количество шестьдесят четыре тысячи. Спутники ретрансляторы — исправны на тридцать девять процентов. Города — восемь процентов законсервировано.

Гнять... Чем дальше, тем больше новых заморочек. Ещё и Жнеца брать под контроль. Дедуля засияет от счастья... Пульсация в виске усилилась, и я крепче на него надавил. Видимо, перенапрягся с образовательным процессом. Откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

***

— Я должна была остаться в городе! — в очередной раз прошипела Диаспора.

— Здесь от тебя больше пользы. Да и присматривать мне проще, — ответил я, развалившись в кресле и положив стопу на колено. Вставлял в рукояти мечей рубиновые камни. — Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Ведьма театрально хохотнула.

— Какая забота!

— Угу. — Я провернул в руке меч, крутанув запястьем. — Цени это.

— Я оценила то, как ты пытаешься меня угробить.

Устало вздохнул и посмотрел на раскрасневшееся лицо Диаспоры. Она свела тонкие изогнутые брови на переносице, зло сверкала глазами и гневно раздувала ноздри.

— Да, я уже заметил, что у всех ведьм противный характер. — Улыбнулся женщине и добавил: — Мой класс выше. Смирись уже с тем, что должна меня слушаться.

— Ха-ха... Малыш наконец-то изучил «инструкцию» по применению ведьм?

— Бегло, — довольно ухмыляясь, подтвердил её догадку. — И я не малыш. Моя внешность не говорит о возрасте.

— Как и моя, мальчик, — прошипела ведьма, змеёй соскользнув с постели. Она нервно зашагала по небольшой каюте туда и обратно, зло шлёпая ладонью по оливковым переборкам и нарочно чиркая каблуками по рифлёной металлокерамике пола. Очевидно, она специально действует мне на нервы.

— Вот как? Интересно, Венеда всегда была такой старой?

— Не всегда. Она древняя и помнит последних трёх Хранителей. А это было очень, очень, очень давно, малыш.

Её манера разговаривать со мной раздражала. Неужели каждому Хранителю приходилось проходить через подобное. Уж лучше застрелиться, чем терпеть. Я поднялся и закинул мечи за спину.

— Так, ясно, я пройдусь. Никуда отсюда не уходи. Это приказ Хранителя.

Ведьма издала то ли рычание, то ли шипение, а я вышел из каюты. Как и предполагал, Рэй находился на командном мостике, облокотившись на стол тактической навигации, он тихо что-то обсуждал с Мардуком. При моём появлении разговор прекратился, а капитан тут же сообщил, что пора готовиться к выходу из гипера. Мы как раз должны прыгнуть в охраняемый передовым кораблём сектор, но поведение Рэя мне всё больше казалось подозрительным, то ли у меня просто сдавали нервы.

— Рэй, у меня скверное предчувствие, — я пристально посмотрел ему в глаза.

— Думаешь, что-то может пойти не так? — выдержал он взгляд.

— Да. Мне кажется, нас там ждут. Может, что-то изменим в плане?

— Да что ты всё нитку в шарик растягиваешь. Нет уже времени ничего менять. Мы всё просчитали. Дело — верняк. Иди, готовься к абордажу.

Через двадцать минут корабли Рэя вышли из гипера. Герметизировав скафандр, я убрал браслет ВиАса в инвентарь и в сигарообразном десантном челноке, вместимостью пятнадцать бойцов, выдвинулся к патрульному кораблю. Предчувствие не успокаивалось и на стенке челнока маякнули красные строчки:

«Внимание! Навык „Предчувствие“ повышен до ста двадцати шести».

Гнять... Видимо, всё-таки Рэй решил меня предать. Я аккуратно стянул мечи с магнитных фиксаторов на спине и, напрягшись, посмотрел на лидера реликвантов. Тот обернулся, заметив моё движение, выпятил большой палец руки вверх и прозвучал в динамике шлема:

— Всё пройдёт как надо, — заверил он и беспечно подставил мне затылок.

Я опешил. Неужели загоняюсь и Рэй чист?

Мы подлетали к небольшому фрегату Центрального Содружества, мигавшему светом сигнальных строб. На серебристой обшивке корабля нарисован синий прямоугольник флага, который по диагонали прорезала красная полоса. Рядом высвечивался герб — прямоугольник, расчерченный на четыре квадрата. Два красных и два голубых. По ним раскиданы изображения: десять звёзд — обозначающих количество планетарных систем, входящих в состав содружества, крепость с мерлонами на стене, атакующий лев и изображение космического корабля наместника — Левиафана.

Рэй не обманул. Всё шло именно так, как он и сказал. Пока мы подлетали к кораблю, в нас не выстрелили ни разу. Десантный челнок брюхом «прилип» к обшивке корабля. Активировав магнитные подошвы, мы выбрались на его поверхность. Два реликванта тащили приспособление для разжатия створок люка шлюзового отсека.

Дверки натужно разъехались, образовав узкую щель. Один за другим мы протиснулись в отсек, который освещался дежурным красным светом. Реликванты раздвинули створки в следующий отсек, где нас ждала группа толпарей с оружием. Эфирная броня удержала первый град выстрелов, а потом люди Рэя оглушили всех толпарей игровыми способностями. Я слышал в шлеме, как реликванты развлекаются, играя с ползунком рейтинга опасности, после каждой стычки с толпарями убирая его в ноль.

Так легко, практически играючи, мы захватили целый фрегат. У лидера реликвантов, действительно, всё просчитано, а его люди — профессионалы. На командном мостике нас встретил капитан корабля — тот самый человек Рэя. Они обменялись дружеским приветствием, а потом толпарь нам объяснил:

— Тюрьма прибудет через сорок минут. Персонала там немного. Всё роботизировано. Я вам выдам скафандры патрульной команды, и мы зайдём внутрь. Я отключу там связь, подам вам сигнал и сообщу, в какой камере находится Бэтно Хобб. Расчистите коридор. При ваших способностях с охраной вы справитесь быстро, как и здесь...

Через двадцать минут все реликванты оделись в серебристые скафандры с синими флагами и гербами Центрального Содружества и разошлись по фрегату. Мы с Рэем остались на командном мостике, дожидаться тюрьму.

— Внимание! — оповестил нас капитан корабля. — Тюрьма выходит из гиперпространства.

Но мы уже и сами заметили, как в голографических мониторах искажалась зелёная пространственная сетка. Судя по прыгающим на экранах цифрам, к нам выходила громадина, размером со средний крейсер. Шесть ударов сердца, и в мониторы я рассматривал шестикилометровый светящийся город, накрытый полусферическим прозрачным куполом.

— Это и есть тюрьма? — не поверил я.

— Да, — ответил капитан. — Весь город предназначен для содержания самых опасных в Допре преступников. Допросы, пытки и казнь проводят здесь же.

— Целый город... — поражённо пробормотал я. — Неужели тут, действительно, мало персонала?

Капитан не ответил. Поступил входящий вызов с тюрьмы. Толпарь с кем-то поговорил, доложил обстановку, а потом кораблю дали разрешение войти внутрь. Фрегат нырнул вниз, под платформу громады и по маневровой шахте проплыл в ангар.

Капитан передал Рэю наладонник и вышел. Выжидали мы примерно полчаса, а потом человек Рэя прислал к нам провожатого и скинул карту тюрьмы, где была отмечена камера лидера повстанцев. Нас повели лабиринтом, прошивавшим платформу под городом. Охрана не сразу признавала в нас чужих, а когда у них закрадывались сомнения, их быстро обезвреживали способностями игроков. Я за всю операцию не применил оружие ни разу. Это напрягало, ведь морально готовился совсем к другому.

— Не может быть всё так просто, — обратился я к Рэю, — что-то тут не так.

— Почему не может? — Искренне удивился реликвант. — И почему просто? Если бы ты знал, какую предварительную работу мы провернули, не удивлялся бы. Всё было бы сложно, если бы мы совершили набег на тюрьму без подготовки.

Минут пятнадцать провожатый водил нас в полумраке лабиринтов мимо камер с заключёнными, пока не остановился у нужной двери. Он открыл её воспользовавшись магнитным ключом.

— Это камера Бэтно? — спросил я, делая один шаг в темноту.

— Нет, Макс, — проговорил Рэй, — это твоя камера.

Тут же меня сковало игровой способностью, а интерфейс посерел. Я выронил мечи и рухнул лицом в грязный пол. Не ожидал я такого вероломства от реликванта, да и подумать не мог, что меня, вопреки правилам ивента, атакуют игроки. Чья-то рука повернула меня на бок, и в свете дверного проёма я разглядел силуэт Рэя.

— Вот ещё что, — проговорил он, — Марсей передаёт тебе привет.

Сопровождающий толпарь ударил меня сапогом под дых. Негромкий стон непроизвольно слетел с губ, а потом прямо сквозь скафандр меня что-то укололо в шею.