Донатер

Глава 1

Конюх, зевая и потягиваясь, показался в перекошенных воротах амбара, который в этой дыре заменял конюшню. Но наружу не вышел. Дождь, не переставая, моросил уже четвертые сутки, с козырька крыши текло, а перед воротами простиралась огромная лужа, старательно перемешанная с грязью подковами лошадей. Я спрыгнул с коня, хлопнул его по крупу, и жеребец охотно побрел под крышу, где почуял тепло, отдых и еду. Подброшенную мной серебряную монету, конюх ловко поймал.

– Не расседлывай. Оботри и накорми.

– Все сделаю, господин. Но это много, у меня не наберется меди для сдачи с серебряного.

– Оставь себе.

– Благодарю, господин, – конюх даже не столько обрадовался, сколько удивился. – Отработаю в лучшем виде.

Мне всегда было интересно, как искусственные интеллекты, отвечающие за поведение неигровых персонажей, моделируют их мотивацию. Казалось бы, виртуальная реальность, игра со всеми своими условностями – больше заплатил, больше получил в итоге. Но тот же конюх в одном городке за стандартную плату отнесется к животному со всей возможной заботой, а в другом даже за щедрые чаевые не оботрет коня, не додаст положенную порцию овса, не осмотрит подковы.

Первый этаж стандартного захолустного постоялого двора занимал трактир. Войдя, я огляделся. Пять столов, жарко пылающий очаг, возле которого что-то грелось в котле. За стойкой, скорее всего, сам хозяин – немолодой плотный мужик с сохранившейся выправкой и короткими седыми волосами. Шрам через щеку, на левой руке не хватает двух пальцев. Старый вояка, вышедший на пенсию сержантом и за многолетнюю службу скопивший немного денег, чтобы купить гостиницу в этой дыре. У каждого непися своя история, свой характер, свои скелеты в шкафу. Добейся доверия такого и поговори за кружечкой пива по душам, услышишь такие рассказы, каких не прочтешь ни в одной книге. Эти страницы цифрового кода интереснее многих живых людей, знакомых мне в реале. Если умеешь подбирать ключики к душам НПС, то игра открывается для тебя с новой неожиданной стороны. Я умею. Секрет прост – говори с ними, как с людьми, будь честен, будь собой. А еще – деньги. Деньги здесь, как и в реале, решают многие проблемы. Многие, но не все.

За столом поближе к очагу сидят три игрока, перед которыми разносчица, похоже, дочка хозяина, расставляет тарелки с жарки́м. Новички, у самого старшего одиннадцатый уровень. Ро́га, рыцарь и маг – классическая минимальная тройка для группы: милишник, танк и саппорт-лекарь. Я снял плащ и уселся через стол от них спиной к входу. На игроков не смотрю, но знаю, что они сейчас разглядывают меня, оценивают уровень, экипировку. В игре, как и в реальности, встречают по одежке. Но видят они всего лишь егеря двадцать пятого левела в простом кожаном колете с недорогим оружием и снаряжением. Потому что магический свиток «Фантом», купленный в премиум-магазине, надежно скрывает и мой стоодиннадцатый уровень, и легендарный сет «Черного Солнца», и мой настоящий игровой ник, и даже истинную внешность персонажа. До первого полученного мной урона, разумеется, скрывает. Всего пятьсот евро за 24 часа действия свитка, для меня сущие копейки. Как заметил один донатер на самой заре онлайн игр: «Есть люди, которые смеются над теми, кто тратит тысячи долларов на нарисованные доспехи, и есть люди, которые смеются над теми, кто считает эти деньги серьезными». Вот я из вторых. За исключением того, что ни над кем не смеюсь. Нет никакой моей заслуги в том, что много лет назад мой дед, потомственный золотоискатель Никита Иванович Туманов, в честь которого я был назван, отправился на прииски в Гану, где буквально по́том и кровью заработал свой первый капитал. Вернувшись в родную Сибирь, он вложил деньги в небольшой золотоносный участок, местонахождение которого передавалось в семье из поколения в поколение. Моему отцу в наследство он оставил уже мощную золотодобывающую компанию. Отец приумножил капитал, занявшись нефтью, производством медицинского оборудования и удачно вкладывая средства в акции. Нет в этом, повторюсь, никакой моей заслуги. Но и вины тоже нет. Мне оставалось только пользоваться тем, что создали и скопили мои предки.

– Что желает господин? – подошла ко мне девушка-разносчица.

– Жарко́е по-охотничьи вы подаете, как положено, прямо на сковороде?

– Обижаете, господин, – улыбнулась она. – Конечно, на сковороде и с плошкой грибного соуса.

– Отлично, давайте. Сырную тарелку и еще бутылку лучшего шампанского, что у вас есть. Шампанское не открывайте.

– Сыр и шампанское принесу сразу, горячее придется подождать.

Девушка еще раз приветливо улыбнулась мне и упорхнула, оставив легкий аромат пачули от своих духо́в.

– … Да, сказки все это, – донесся до меня голос от стола, за которым обедали нубы, – очередная игровая легенда. Поверь, я играл во многие игры задолго до выхода Арканума, и в каждой обязательно присутствовали слухи про супергероя или клан, которые защищают новичков, валят пачками ПК и безвозмездно, то есть даром, помогают восстанавливать справедливость. Только ничего такого ни разу сам не встречал. Пэкашеры – сколько угодно. А вот, чтобы явился мне паладин в сияющей броне и помог в трудной ситуации, такого не было. Этот ваш Фехтовальщик такая же сказка.

– Но рейд Красных волков он полностью положил в Ураганном ущелье. Это факт. Девять топовых бойцов, которые перед этим вырезали полсотни шахтеров-новичков, которые долбили себе мирно руду в шахте.

– Красные волки давно напрашивались. Самый беспредельный ПК-клан в игре. А может, какие-то свои вопросы с ними порешал. Хотя, признаю́, вайпнуть разом девять хаев – это тебе не шубу в трусы заправлять.

Звук копыт нескольких лошадей, смех и голоса раздались снаружи, когда девушка выставляла передо мной бутылку и тарелку с сыром. Спустя пару минут, дверь трактира распахнулась, и внутрь ввалились, судя по звукам, несколько игроков. Глядя в отражение в бутылке из темного толстого стекла, я насчитал пятерых вошедших. Не очень хорошо, я рассчитывал максимум на четверых, из которых реальную опасность для меня представлял бы только Чебуратор – непробиваемый танк сто пятого уровня с кучей ХП. А теперь к их компании прибавился высокоуровневый маг. Ника и уровня в отражении я, конечно, не видел, но премиумная внешка как бы намекала, что под ней премиумная же экипировка. Топовый танк с топовым магом – убийственная связка.

– Мелюзга, быстро освободили стол у огня, – бас Чебуратора нельзя было не узнать.

Нубы, не говоря ни слова, собрали свои тарелки и стали перебираться за другой стол.

– Девка, приберись за ними.

– Одну минуту, господа, только подам заказ. Жарко́е ждать не будет.

Девушка подошла и поставила передо мной сковороду со скворчащим мясом. Я заметил, что руки ее подрагивают. Интересно, ей действительно страшно, или искин просто запустил сценарий для стандартной ситуации?

– Не понял, – это голос мага. – Здесь нубов обслуживают раньше заслуженных ветеранов?

Я, не оборачиваясь, придвинул к себе сковороду и взял в руки бутылку шампанского.

– Эй, приятель, а ты не оборзел?

Мне на плечо сзади легла тяжелая рука, разворачивая вместе со стулом. Я не стал сопротивляться, более того, подался навстречу, одновременно поднимаясь. Бутылка в моей руке описала широкий круг и лопнула десятком осколков, встретившись с головой мага. Тот осел на пол. Тяжелая чугунная сковорода полетела в голову еще одного бойца из компании. Чебуратору это было бы, как укус комара, а вот воин уровнем пониже явно поплыл. Танк зарычал, выхватывая свой знаменитый молот, легендарный Крушитель Черепов, который он получил в награду за победу в турнире на Арене. В моих руках уже были дага и шпага. Я увернулся от первого удара молота и бросился к магу, который поднимался, вскидывая руки для заклинания, но понимал, что уже не успеваю. У блинка долгий откат, особенно не у магов, а у тех редких бойцов, которые владеют этим умением, и я рассчитывал приберечь его для схватки с танком. Но с козырей пришлось заходить сразу. В долю секунды я переместился на пару метров правее. Рядом со мной пронеслись ледяные иглы, впившись в стену, запахло озоном. Мой клинок прожужжал, разгоняя воздух, и рассек плечо мага, ломая ключицу. Тот повалился, заливаясь кровью. Тяжелая немецкая шпага – это фактически легкий меч, переходная форма от рубящего оружия к колющему.

– Да, кто ты такой? – прорычал Чебуратор, замахиваясь для следующего удара.

Его оставшиеся трое подельников обходили меня с обеих сторон, зажимая в клещи. Один из них был лучником, и основное его оружие в тесноте было бесполезным, поэтому он держал в руке кинжал. Еще у двоих были мечи, причем у одного, сразу два.

Первое занятие в школе фехтования мне запомнилось очень хорошо, хотя с тех пор прошло уже почти два десятка лет. Тренер поставил нас, мальчишек, в классическую стойку, и мои ноги уже через полминуты затекли и налились тяжестью. А Степаныч вышагивал позади нас и больно хлестал кончиком шпаги по пятой точке тех, кто переминался или старался выпрямить колени. «Запомните главное правило – фехтуют ногами. Вы можете быть медленными, криворукими, слепыми. Но если у вас поставлена шагистика и дыхалка, будете побеждать».

Лучник сделал ошибку и приблизился. Быстрый скрестный шаг, серия из двух смертельных ударов, отвожу дагой удар мечника, стремительный отход. Нубы забились в угол и азартно наблюдают за схваткой, один порывается помочь, но друзья удерживают – правильно, пока не время. Краем глаза замечаю, что трактирщик достал из-под стойки кистень и примеривается для атаки. Это не боевой моб, а обычный НПС, но сейчас нанесен ущерб его имуществу, и я не сомневаюсь, что он вступит в схватку.

Двуручник вышел на свободное место и начинает раскручивать клинки в карусель. Я слежу за его ногами, потому что именно они подскажут мне момент, когда из свистящего стального круга в мою сторону вылетит лезвие. Чебуратор обрушивает на меня свой молот, пластаюсь в воздухе, пропуская пуд стали перед собой. Не сомневаюсь, что двуручник воспользуется моментом, поэтому выставляю навстречу его клинку скрещенные дагу и шпагу, отвожу удар в сторону. Два подшага, глубокий выпад, отход. Один из мечей летит в угол из раненой руки.

Хозяин трактира в деле – мощный удар кистеня валит второго мечника с ног. Нубы дружно подскакивают и добивают его. Стремительно перемещаясь, двумя ударами кончаю со своим мечником. Все, теперь мы один на один с Чебуратором. Начинается бесконечный танец с уходами и выпадами. Обычным оружием я даже со своим уровнем вряд ли обнулил бы ХП танка, но бонусы от сета «Черного Солнца» довольно быстро загоняют его полосу жизни в красную зону.

– Я сам, – стараясь не сбить дыхание, говорю заходящему к противнику со спины трактирщику.

Танк уже понимает, что проиграл. Тесные помещения не для массивного молота, здесь рулят ловкость и быстрота. Ухожу от очередного удара, юзаю откатившийся блинк, раздвигаю дагой звенья кольчужного воротника и вгоняю шпагу в горло.

– Привет от Лаиссы, – шепчу ему, приблизив губы к ушным отверстиям в шлеме.

Большинство заказчиков предпочитают оставаться для объекта анонимными, опасаясь мести. Но эта девушка пожелала, чтобы ее обидчик знал, кто его заказал.

Чебуратор металлической грудой валится на пол. Где сообщение системы о победе? Мне в спину прилетает ледяная стрела. Маг еще жив? Доспех отчасти гасит удар, но боль дикая. Это мой первый урон в схватке, и «Фантом» слетает с меня, показывая истинный облик. Прощай пятьсот евро. Подскакиваю к лежащему магу и прижимаю его руки к полу. Кидаю одному из нубов приглашение:

– Принимай. Все в группу, быстро.

Пусть ребятам обломится немного опыта. Когда группа сформирована, я поднимаюсь, а маг из нубов кастует что-то огненное, добивая последнего врага. Вот теперь система сообщает, что все окончено, получено сколько-то опыта, а я внесен в очередной черный список.

– Уважаемый, простите за причиненный беспорядок.

Я подошел к стойке трактирщика и бросил на прилавок золотой.

– Надеюсь, это покроет убытки?

– Более чем, – кивнул тот. – Более чем, господин.

Повернулся к опешившим нубам, глазеющим на мой ник:

– Можете собрать, что выпало, но дорогие вещи брать не советую – будут искать. Только расходники на продажу.

Уже на выходе, открыв дверь, бросил через плечо:

– Их было не девять, а тринадцать. И вайпнулись не все, двое ушли. Там, в Ураганном ущелье.

***

Отъехав от трактира с километр, я спешился и завел коня в лес. Вызвал интерфейс и скинул видео и лог схватки незнакомой девушке Лаиссе. Ответа и оплаты я не ждал. Фехтовальщик помогает безвозмездно, то есть даром, как верно сказал тот парень в трактире. Но не всем. Я сам выбираю цель для мести.

«Выход».

Как всегда после логаута, заломило в левой части головы, где был вживлен чип коммуникатора, а к горлу подкатила тошнота. В игре я пробыл недолого, поэтому приступ мигрени не обещал быть сильным. Сидя на опущенной крышке унитаза, откуда и заходил в игру, я достал блистер с таблетками золмитриптана, выщелкнул одну и отправил в рот. Выйдя из кабинки в роскошный туалетный холл, открыл кран, запил лекарство, умылся и взглянул в огромное зеркало во всю стену в золоченой раме. Немного бледное осунувшееся лицо, темно-русые волосы, серые глаза, упрямый подбородок. Чем ты занимаешься, Ник Туманов, вместо того, чтобы сейчас веселиться вместе со всеми? Зачем тебе это?

Из-за двери уборной доносился шум вечеринки. Почти весь этаж высотки в Москва-Сити сейчас гудел от гуляющей золотой молодежи. Дети олигархов, продажных полтиков, успешных биржевиков и юристов пили, курили, нюхали, трахались, прожигая состояния родителей. Я прошел в чилаут, где меня дожидалась Эмилия из службы эскорта. Перед ней лежало серебряное блюдечко и трубочка для кокаина. При моем появлении она надула и без того накачанные ботоксом губы:

– Ты меня оставил тут совсем одну, Никки.

Она поднялась, и, пританцовывая, подошла ко мне, расстегнула пуговицу на рубашке и пощекотала пальцами кожу на груди.

– Поедем к тебе, – промурлыкала она, потирая мое бедро своим. – Я хочу тебя. У меня уже все трусики мокрые.

– Ты хочешь заняться со мной сексом? – уточнил я.

– Да, – томно выдохнула она.

– Тогда почему твою выпивку и твой кокс оплачиваю я, а не наоборот?

Ее приклеенные ресницы непонимающе вспорхнули вверх, губки приоткрылись. Я повернулся, вышел из чилаута и направился к лифтам. Сомневаюсь, что она вообще поняла мою мысль. Да и хрен с ней. Голова болела все больше.

***

Терпеть не могу спортивные родстеры, но раз за разом почему-то покупаю именно их. Порше подкупил своей классической формой, которая не менялась с ХХ века. Приятно было бы сейчас вдохнуть летний воздух ночной Москвы, но я знал, что встречный ветер и посторонние запахи усугубят головную боль и тошноту. Поэтому поднял верх и включил кондиционер на рециркуляцию и очистку воздуха – холод притуплял боль. Через четверть часа я уже летел по Рижской трассе к себе домой. Хотелось принять душ, открыть дверь балкона в спальне и улечься виском на прохладную подушку. А потом слушать пение птиц в парке и пытаться уснуть. На панели мигнул сигнал вызова коммуникатора, номер не высветился.

– Здравствуй, Туманов.

Голос на том конце принадлежал, скорее, человеку в годах, но был уверенным и полным силы.

– Здравствуйте. Кто это?

– Ты ошибся, Фехтовальщик, – собеседник проигнорировал мой вопрос. – Ты чертовски ошибся, и тебе придется ответить за это.

Послышался сигнал отбоя. В зеркало заднего вида я увидел включившиеся маяки на крыше патрульной машины. Полицейский автомобиль дважды крякнул, призывая меня остановиться. Я гнал под сто сорок, и штраф мне обеспечен. Но не это беспокоило меня. То, что Никита Владленович Туманов в реальности и Фехтовальщик в мирах Арканума – одно лицо, кроме меня знал лишь один человек в игре. И он не мог меня выдать.

Глава 2

Я включил поворотник и съехал на обочину. Полицейский автомобиль остановился метрах в десяти от меня, не выключая проблесковые маяки. Полицейский не торопился выходить из машины, я тоже оставался в прохладном уютном пространстве своего Порше, не опуская стекол и не заглушая двигателя. В зеркало разглядел показавшиеся фары еще одного авто, в остальном трасса была пустынна в этот час.

Если бы не предшествующий звонок, я бы, может, и не придал значения стремительно приближающемуся свету фар, но вот в сочетании со странным поведением патрульного экипажа все это мне очень не нравилось. Поморщившись от пульсирующей в левом виске боли, переключил передачу и вдавил педаль газа. В конце концов, деньги потом помогут замять неприятности с законом, а вот помочь воскреснуть из мертвых, к сожалению – нет. Полицейский автомобиль взвыл сиреной, но с места не стронулся, зато вторая машина стремительно приближалась, имея хороший запас по скорости. Вот и пригодилась спортивная конструкция моего родстера. И счастье, что я в свое время освоил науку езды на «механике», потому что уже много лет механическими коробками почти никто не пользовался. Никакой даже самый современный «автомат» не сравнится на трассе со старой доброй педалью сцепления.

Турбированный движок рычал, набирая обороты. Преследователи не отставали – либо умелый водитель, либо форсированный двигатель. Сомнений в том, что на меня объявлена охота, почти не осталось. Внезапно на обочине впереди зажглись габариты и поперек дороги начала разворачиваться фура. Слева отбойник закрывал мне путь на встречку, а справа почти вплотную к обочине начинался сосновый лес. Я начал понемногу отпускать педаль газа. Преследователи стремительно приближались, я уже мог различить, что это черная Тойота седан. Перед самой фурой, перекрывшей уже всю ширину дороги, я кинул руль влево, выжал сцепление и дернул ручник. Когда родстер развернуло, и он встал на обратный курс, я отпустил ручник и снова вдавил газ. Тойоте, сидевшей уже вплотную у меня на хвосте, времени на маневр не оставалось – слишком высока скорость. Набирая скорость, я разглядел, что машина преследователей затормозила почти впритык к фуре, а затем переключил внимание на дорогу впереди – не хватало еще влететь во встречную машину. Полицейский автомобиль промелькнул слева, но в погоню они не рвались. Видимо, экипаж нанят для разовой работы, тормознуть меня на трассе.

***

Кружа по ночным московским улочкам, я не стал пользоваться встроенным чипом коммуникатора, а достал из бардачка дешевую старую трубку. Включил и набрал номер.

– Кто это? – раздался после десятого гудка сонный голос Ксюши.

– Ксюх, привет, ты одна?

– Туманов, ты совсем охренел?

– Мне бы ночь перекантоваться. У тебя свободно?

– Приезжай, – тяжело вздохнула девушка. – Пожрать возьми что-нибудь в ночном.

В трубке раздались гудки отбоя. Вот такая она, Ксюха. Ни тебе «здравствуйте», ни «до свидания».

Мы познакомились почти шесть лет назад. Не на модной тусовке, не в ночном клубе и не на тропических островах, где я обычно цеплял своих девок. Дело было в иркутском областном архиве. В Иркутск я прилетел, чтобы поискать кое-какие бумаги по деду, интересовался, так сказать, своими династическими корнями. Вот там рыжая девушка с яркими зелеными глазами и сразила меня наповал. Ухаживал я за ней деликатно, что в среде московских мажоров совсем не принято. Самому интересно было. Даже то, что из богатой семьи, долго скрывал, стараясь не заваливать дорогими подарками и не водить в пафосные рестораны. Изображал воспитанного московского интеллигента со средним достатком.

И была у нас с Ксенией любовь. Хорошая такая, без надрыва и дикой страсти, но настоящая. Потом уехал в Москву и пригласил ее в отпуск в гости. Хотел уже отсюда махнуть с ней на Мальдивы, сюрприз сделать. Сделал, называется. Она тогда, как узнала, кто я такой, и сколько сто́ю на самом деле, залепила мне пощечину, развернулась и ушла. Другая бы обрадовалась, а эта… Дура, короче. Я разве поменялся как-то из-за своего статуса? А через год узнал, что она в тот же месяц захомутала в Москве какого-то богатого папика, а потом удачно с ним развелась, отжав себе небольшую квартиру в центре и маленький красный автомобиль. Ну, и мелочь на булавки. Собственно, она мне после развода сама и позвонила. Пригласила к себе, где мы напились. Но в постель не пустила, хотя пьяна была в зюзю. Сказала: «Не хочу старое снова ворошить. Иди на диван, Туманов». И я ушел на диван. А после мы встречались с ней только в игре, в Аркануме. Она не знала, что Фехтовальщик это я, Никита Туманов. А я вот ее сразу узнал, она внешность практически не изменила у персонажа. Да и игровой ник НедоТепа был мне знаком, я ее сам так часто называл.

***

Мы сидели на кухне и ели пломбир с шоколадной крошкой, который она всегда любила.

– Кофе сварить? – спросил я.

– Ага, – сонно кивнула Ксюха. – А потом спать.

– Логично.

Она совсем не изменилась. Возможно, только, ушла куда-то очаровательная непосредственность той провинциальной девочки. А может, просто изображает из себя повзрослевшую столичную барышню.

– Ты спи иди, – сказал я, – а мне тут по сети полазить надо.

– И даже приставать не будешь? – провокационно улыбнулась она, чуть наклонив голову и накручивая рыжий локон на палец.

– Подумаю. Может, позже.

– Пфы, разбежался, – возмущенно фыркнула она и отправилась в спальню.

Я устроился в соседней комнате на знакомом диване и вошел в Арканум. Судя по услышанным от незнакомца словам, ответы следовало искать здесь. Хвала цивилизации, вживленному в мозг чипу и сети спутников связи, которые позволяли входить в виртуальный мир с полным погружением хоть из тайги, хоть с сиденья унитаза.

***

Дождь здесь, похоже, так и не прекращался. Из хмурых низких облаков в предгорьях Большого Западного хребта все так же нудно моросило. «Лавка странных и редких вещей» герра Рихтера находилась в верхней части Бергена в трехэтажном доме темного кирпича под черепичной крышей. Черт его знает, кем был Рихтер в реальной жизни. Думаю, немцем или швейцарцем. Но точно знаю, что он мог пробить информацию по владельцу практически любого персонажа в Аркануме.

– Здравствуй, дружище, давно тебя не было видно.

Хозяин, как всегда, лично стоял за прилавком, полируя кусочком замши статуэтку мантикоры. И как всегда, в лавке не было ни одного покупателя.

– Привет, Рихтер. Брожу по закоулкам мира, ищу странные и редкие вещи, – улыбнулся я.

– Благородное занятие, – серьезно кивнул владелец лавки и крикнул, – Эрик, подмени меня.

Через полминуты со второго этажа в зал спустился двухметровый светловолосый детина – типичный викинг. Кивнул мне, приветствуя. Рихтер поманил меня в помещение за прилавком, где мне уже доводилось несколько раз бывать. С тех пор здесь мало, что изменилось – мягкие восточные ковры на полу и на стенах, кальян, песочница для приготовления кофе по-турецки, несколько книжных шкафов. Хозяин жестом предложил мне присаживаться на пуфики, раскиданные на полу вокруг низкого столика, а сам принялся готовить кофе в джезве.

– Мной никто не интересовался? – как бы невзначай спросил я.

– Ты знаешь мои правила, Ник. Подобные вещи я не разглашаю. Репутация зарабатывается всю жизнь, а теряется за секунду.

В первое наше знакомство я представился своим настоящим сокращенным именем для удобства общения. Под этим же именем меня знали в игре немногочисленные товарищи.

– Прости.

По комнате распространился умопомрачительный запах.

– Крепко прижали? – спросил Рихтер, разливая кофе по чашкам и присаживаясь напротив.

– Пока не очень, но думаю, это только начало.

Собеседник отхлебнул кофе и вопросительно посмотрел на меня. Я тоже сделал глоток и зажмурился от удовольствия. Потом открыл глаза, извлек из внутреннего кармана небольшой лист бумаги с пятью никами игроков и протянул его Рихтеру. Тот вынул из причудливого золоченого чехла очки без оправы, водрузил их на нос и бегло просмотрел список. Затем достал из кармана магическое самопишущее перо, вычеркнул два ника и вернул мне листок:

– Возьмусь за троих.

– Спасибо, герр Рихтер, – благодарно кивнул я.

Я действительно был благодарен. У хозяина лавки было еще одно правило – он никогда не брал перекрестные заказы. Если один из игроков заказывал информацию о другом, а потом тот другой приходил и пытался сделать заказ на первого, то старик отказывал. Правда, отказывал до тех пор, пока не получал окончательную плату за первый заказ. Сейчас он давал мне понять, что эти двое, возможно, пробивают меня в реале.

– Сколько ты хочешь за троих?

– Ты знаешь, Ник, что я хочу от тебя.

Я вздохнул:

– Ты тоже знаешь, Рихтер, что я не могу отдать это.

Насколько нам было известно, карта «Дурак» из колоды Теней имелась пока только у двух человек в игре. Я ее не покупал, это была долгая изнурительная цепочка квестов, на которую я потратил несколько месяцев в игре. И нащупал я эту цепочку тогда совершенно случайно.

Игра и ее мир не просто так назывались Арканум. В основе прокачки и развития персонажей здесь лежали карты – арканы Таро. Колод, как и древних легендарных мастеров, создавших их, было несколько. И они различались по уровню, редкости и, естественно, цене. Высокоуровневые старшие арканы использовались редко, лишь в крайних случаях, например, в решающих клановых сражениях или при прохождении легендарных данжей. Купить такие карты было чрезвычайно сложно. Несмотря на астрономические цены на аукционе, в заявке на покупку обычно стояло несколько тысяч игроков. Но мало кому приходила в голову продавать такие вещи за игровую валюту. Легендарные арканы, если и перепродавались, то в реале через банковскую ячейку с депозитом и в присутствии адвоката. Хотя, бывало всякое.

– Пятьдесят тысяч евро за всех троих, – кивнул Рихтер. – И если когда-нибудь надумаешь…

– Ты будешь первым в списке покупателей, – подтвердил я.

Но я знал, что никогда не продам Тень Дурака, несмотря на то, что до сих пор так и не открыл карту. Да, арканы мало было получить, их надо было еще и открыть. Делалось это всеми по-разному, иногда совершенно случайно. Точного рецепта никто не знал. Чем младше и ниже рангом была карта, тем проще было ее открыть, но с высшими арканами сложность росла. Некоторые совершали в игре какие-то исключительные подвиги, кто-то выполнял квесты, проходил сложные данжи в одиночку – карты сами вели своих владельцев, давая подсказки. Я предпочитал медитировать, запираясь в своем аскетичном жилище. Не знаю, сколько ночей я просидел в игре над этой картой, зажгя свечу за спиной и глядя на свою огромную тень на белой стене. Иногда казалось, что разгадка близка, но суть ускользала. Давно бы бросил, если бы не то видение в трансе, которое я увидел всего раз…

– Счет тот же? – уточнил я.

Рихтер кивнул.

– Сегодня же переведу аванс.

Мы молча допили кофе, я поднялся и направился к выходу, кивнув на прощание Эрику.

***

Я решил добраться до гостиницы, а затем выйти из игры и поспать хотя бы пару часов. Но моим планам не суждено было сбыться.

Я не почуял опасности, несмотря на рекордно прокачанное работой с колодой Иллюминатов восприятие. Невидимка возник у меня за спиной, и его два кинжала прошли сквозь мой сетовый доспех, словно нож через масло. По телу моментально распространился холод, клинки явно были с магией. Полоска ХП просела в красную зону. Не в силах стерпеть боль, я со стоном опустился на одно колено. Не вынимая кинжалов, невидимка склонился ко мне. Его силуэт перетекал неверной дымкой, лицо было скрыто темно-серой туманной пеленой, и клочки этого тумана с каждым его словом отрывались и касались моей кожи обжигающим холодом:

– Это предупреждение, Фехтовальщик, – прошептал он, – чтобы ты стал сговорчивей, когда тебя попросят об услуге. Откажешься – умрешь. Умрешь здесь, умрешь там.

И он одновременно повернул оба кинжала в ранах. Я закричал и умер.

«Вы убиты игроком <неизвестно>

Потеряно: <неизвестно>.

Желаете возродиться:

– возле ближайшего алтаря

– на точке привязки (Роща Дев)

– в собственном доме (город Эллениум)

– в собственном доме (город Харадх)

– в собственной комнате (поселение Стоун)

– в собственной хижине (бухта Двух Забытых Героев)?»

Я выбрал бухту. Вышел из одинокой хижины на пустынный пляж, добрел до линии прибоя и уселся, глядя в звездное небо, слушая шум волн и слизывая с губ долетающие соленые брызги.

Что это было? Игроков, способных убить меня с пары ударов, в игре были единицы. Рога с прокачанной невидимостью среди них был один, и он совершенно точно не пользовался кинжалами с магией холода. «Когда тебя попросят об услуге», сказал он. Кто попросит? О чем?

Я вызвал меню персонажа и воспользовался преимуществами своего бриллиантового премиум-аккаунта – вызов персонального консультанта в любое время суток. На этот раз дежурным консультантом оказалась Казуми, явившаяся мне в образе куноичи.

– Слушаю вас, господин Туманов.

– Привет, Казуми. Мне только что поступила угроза расправой в реале.

– При каких обстоятельствах?

– Нападение ассасина, угроза, игровая смерть.

– Минуту, – Казуми застыла, просматривая мои последние логи.

Я ждал, пересыпая морской песок из ладони в ладонь.

– Странно, – проговорила, наконец, девушка. – Мне потребуется консультация с центральным офисом. В Европе он уже не работает, поэтому придется подождать до завтра. Вы сейчас находитесь в защищенном месте, господин Туманов?

– Дда, – растерянно проговорил я.

Я знал, что офисы проекта работают круглосуточно, а, следовательно, Казуми потребовалась консультация какого-то конкретного человека, а не дежурного админа.

– Оставайтесь там. При малейшей угрозе вашей жизни сообщите в правоохранительные органы. По геолокации входа в игру мы можем выслать сотрудников нашей службы безопасности.

– Спасибо, это лишнее. А в чем проблема-то?

– Извините, закрытая информация. Не мой уровень решений.

– Спасибо, Казуми, – улыбнулся я ей. – Возможно, я просто перестраховываюсь. Тут каждый день, наверное, тысячи игроков грозяться поубивать друг друга в реале.

Она в ответ не улыбнулась и не стала меня убеждать, что я перестраховываюсь.

– Могу еще чем-то помочь? – в ее голосе явно чувствовалось напряжение.

– Нет, спасибо. Буду ждать ответа с другого уровня принятия решений, – немного невежливо ответил я.

Девушка растворилась в воздухе. Я лег на спину, обозрел яркие незнакомые созвездия и вышел из игры.

***

– Знаешь, Туманов, ты все-таки странный тип.

Ксения сидела в потемках на спинке моего дивана и внимательно наблюдала за мной. Интересно, как долго она этим занимается.

– Уж кто бы говорил, – пожал я плечами. – Зачем ты тогда сбежала?

– Не знаю, – она повернулась и посмотрела на ночной город за окном.

Я взял ее за руку и притянул к себе. И мы остались вдвоем.

Глава 3

Мой дом в пригороде Эллениума был первой недвижимостью, которой я обзавелся в игре. Будучи полным нубом, я решил тогда оторваться по полной, рассчитывая, что солидный донат обеспечит мне быструю прокачку и вознесет на вершины игрового мира. До сих пор не знаю, оказались ли мои планы грубой ошибкой новичка, или же все произошло так, как я и задумал.

Дело в том, что непосредственно донат не давал в Аркануме почти никаких преимуществ. Я имею в виду, игровых преимуществ. Так называемый «нагиб за бабло» здесь отсутствовал, экспу нельзя было купить за деньги, как в некоторых других проектах. Денежные вливания обеспечивали высокий комфорт игры, но не более того. Хороший конь с редкими навыками для быстрого перемещения, красивый внешний костюм, уменьшающий износ основного снаряжения и дающий мизерные дополнительные шансы получить какое-нибудь новое знание, премиальный питомец, способный поддержать в бою чуть лучше похожего, купленного за игровую валюту, персональный консультант, в конце концов. Сотни мелочей, официально продающиеся в премиум-магазине, давали удобство, но не превосходство над обычными игроками. А еще они давали понты. И первым пунктом в списке понтов шла недвижимость. Цены на престижное виртуальное жилье в Аркануме были сопоставимы с реальными ценами на квартиры и дома в реале. Не в центре мировых столиц, конечно, но сопоставимы.

Эллениум являлся второй столицей игрового мира. Культурной, так сказать. Здесь располагалась летняя охотничья резиденция императора, здесь находились самые дорогие и роскошные развлечения, здесь в пригородах предпочитала селиться знать из НПС, богатые игроки, звезды и знаменитости, как из игрового мира, так и из реального, где среди селибрити распространялась мода на виртуальные миры. Поэтому свой первый особняк в стиле модерн я приобрел тут. Странный дом серого камня с горгульями выглядел мрачновато, но внутри оказался вполне уютным. А еще он, как нельзя лучше, отвечал моему тогдашнему настроению – мы только расстались с Ксю. Особняк смотрелся совсем небольшим по сравнению с соседними роскошными строениями, но располагался в уютном месте на отшибе. Имелся еще флигелек для прислуги и просторный старый немного запущенный парк с вязами и платанами и с большим прудом. Тогда же нанял прислугу из НПС – камердинера и горничную. И если горничная была вполне обычной миловидной девушкой, старательно исполняющей свои обязанности, то с камердинером мне «повезло». До сих пор, кстати, не решил, надо ли брать это слово в кавычки, когда речь идет о Дугэле Макадаме.

Начать с того, что он не признавал никакого другого костюма, кроме национального шотландского, включавшего килт, дублет, гетры, берет, спорран и прочие атрибуты, отличающие гордого горца из древнего клана от всех остальных людей. Иногда, обслуживая особо торжественные приемы в моем доме, он мог по моей просьбе надеть шерстяной пиджак. Но заставить его отказаться от килта было невозможно.

В первое же утро, когда я вышел в парк для разминки и отрабатывал удары шпагой по деревянному манекену наподобие японской макивары, Макадам удивил меня. Он накрывал столик для завтрака неподалеку под раскидистым деревом и некоторое время наблюдал за моими упражнениями, затем сделал пару шагов в мою сторону, застыл в величественной стойке и проговорил своим глубоким баритоном:

– Если мне будет позволено, сэр…

Это его «если мне будет позволено, сэр» затем звучало еще не раз, когда слуга считал, что молодому господину необходим совет гораздо более старшего и опытного мужчины, воина, товарища, в конце концов. Касалось ли дело выбора вина, заколки для галстука, притащенной мной в дом девки или воинского ремесла, как в тот раз. Я тогда остановил тренировку и изумленно уставился на камердинера. Едва уловимым движением пальца и поворотом головы он указал на мои шпагу и дагу. Этого почему-то оказалось достаточно, чтобы я понял, что слуга хочет преподать мне урок. Я протянул оружие и отошел чуть в сторону, со скепсисом во взгляде ожидая, как НПС будет учить фехтованию олимпийского призера чемпионата Европы.

А затем он исполнил несколько таких связок, что мою скептическую ухмылку стерло с лица. Такой гармоничной техники мне еще видеть не доводилось. Несмотря на почтенный возраст, – Макадам на вид разменял шестой десяток и щеголял седыми бакенбардами, переходящими в усы – двигался он грациозно и стремительно. В общем, с того дня совместные с ним занятия с холодным оружием стали носить регулярный характер. Не скажу, что мы сдружились. Дружба с неигровым персонажем вообще звучит странно. Но мой камердинер всегда безошибочно определял черту в отношениях слуги и господина, и никогда не переступал ее сам и не давал переступить мне.

***

– Сэр, – раздалось за дверью, когда я вошел в игру в своем доме в Эллениуме.

Черт его знает, как камердинер определял момент моего появления. Должно быть, так устроена игра.

– Да, Макадам, входи.

Если горничную я называл по имени, то камердинера всегда на английский манер только по фамилии. Уважал я старика.

– Почта, сэр.

Слуга прошествовал к столу в кабинете и поставил на него серебряный поднос с небольшой стопкой писем. Еще одна странность Арканума – бумажная почта. Нет, чаты и электронные письма, фото– и видеофайлы здесь тоже были, как во всяком уважающем себя виртуальном проекте, но люди шли в этот мир отчасти для того, чтобы на несколько часов забыть о своих коммуникаторах, о ежесекундной доступности для начальников, партнеров по бизнесу, родственников. Это был косплей в средневековый фэнтезийный мир меча и магии. А еще администрация гарантировала, что бумажную почту в игре не может взломать и прочесть никто посторонний, и некоторые специалисты, как по безопасности, так и из противоположного лагеря, данный факт подтверждали.

Два письма от барышень, которые рассчитывали на продолжение отношений. Отношений, которые, кстати, и не начинались. Но кто его разберет, что там творится в их хорошеньких романтических головках. Легкий флирт, несколько взглядов, пара шуток, легких касаний – и они уже считают, что вы им что-то должны. В корзину. Приглашение от губернатора на благотворительный прием. Да, я меценат, оказываю материальную помощь местному музею и библиотеке. А заодно собираю по крупицам информацию по арканам и мастерам, создававшим колоды карт. Цинично, но большинство меценатов в обоих мирах действуют примерно так же.

Последнее в стопке письмо меня несколько озадачило. Плотный конверт из грубой бумаги без обратного адреса. В строке адресата значился лишь адрес моего особняка. Внутри первого конверта обнаружился другой, а уже в нем – само письмо на тонкой, почти папиросной бумаге. На листе имелось довольно искусное изображение аркана из колоды Теней, а ниже короткое послание, выполненное ровным убористым почерком:

«Найдите карту и передайте ее в руки заказчика, который в соответствующий момент предъявит свои права на это. В награду вы получите все остальное, что скрыто в кладе вместе с картой, какой бы ценностью ни обладали эти предметы, либо на выбор – вклад золотом в любом банке, эквивалентный 500 тысяч евро по курсу на момент передачи аркана. О выборе награды сообщите заранее в ответе на это письмо. В противном случае, при успехе предприятия вы получите золото, а все найденные в кладе предметы переходят заказчику.

Внимание! Контракт открытый. Предложение кроме вас поступило еще нескольким игрокам. Награду получит тот, кто непосредственно передаст карту.

Поиски начинайте с руин Храма Трех неизвестных в Роще Снов, там скрыт первый ключ.

S.N.T.D.G.»

Я еще раз рассмотрел изображение пятнадцатого старшего аркана. Дьявол. В колоде Теней он назывался Люцифером. Рогатый падший ангел выступал из серого тумана, а перевернутая пятиконечная звезда у него во лбу испускала лучи черного света. Правая рука поднята с вытянутыми средним и указательным пальцами, словно в жесте благословения. С двух сторон к падшему ангелу прильнули две детские фигурки, мальчик и девочка, глядящие в лицо Люцифера.

Поднеся листок к носу, я вдохнул едва уловимый аромат. Пахло легким табаком, но не так, если бы писавший отчаянно курил, а как бывает, когда стопка бумаги долго пролежит в ящике стола вместе с коробкой дорогого табака. К этому примешивался запах каких-то благовоний, кажется, ладана. Я отложил листок и прочитал обратный адрес на втором конверте:

«Nullo Loco, сеньору Балдассаре Мантеньи, до востребования».

В латыни я был не силен, но и моих знаний хватило, чтобы понять, что Nullo Loco означает «нигде» или «любое место». Ну, что же, неплохая попытка, но… Я уже собирался убрать листок в конверт и отправить письмо вслед за любовными признаниями от дамочек, как заметил на обратной стороне сделанную твердым карандашом и едва различимую приписку:

«чтобы ты стал сговорчивей, когда тебя попросят об услуге».

Именно эти слова произнес таинственный невидимка, вонзив в меня свои кинжалы на улочке Бергена. Я секунду помедлил и запер письмо в ящике стола. Нет, я не испугался угрозы, хотя воспринимал ее как вполне реальную. Я рассчитывал через это послание выйти на загадочного ассасина и его хозяина.

В дверь постучали, и вслед за разрешением в кабинете появился мой камердинер:

– К вам дама, сэр.

На этот раз никаких «если мне будет позволено». Значит, дама серьезная, или сумела внушить уважение Макадому.

– Проси, – сказал я, поднимаясь из-за стола.

***

Казуми выглядела уставшей. В игре реальная внешность накладывает отпечаток на образ персонажа. Даже на ее безупречной смуглой коже были заметны легкие тени под глазами.

– Чай, кофе, вино, мартини? – предложил я.

Она сделала некий отрицательный жест, а затем сказала:

– Виски, если можно.

Я распорядился Макадому насчет напитков, усадил моего персонального менеджера на кожаный диван возле небольшого столика, а сам уселся в кресло напротив.

– Прежде всего, господин Туманов, хочу напомнить, что в соответствии с Соглашением пользователя, наша беседа носит приватный характер и может быть раскрыта третьим лицам лишь по обоюдной договоренности сторон.

Проговорив эту казенщину, она вопросительно посмотрела на меня.

– Я помню, – подтвердил я.

Когда я говорил, что в игре мое настоящее имя знает только один человек, я, конечно, не имел в виду администрацию проекта. Им были известны персональные данные игроков вплоть до подробностей медицинской карты каждого. Но отбор персонала и доступ к информации в компании «Арканум Виртуал Индастри» были настолько строгими, а служба собственной безопасности работала столь безупречно, что за слив с их стороны можно было не опасаться. За всю историю проекта утечка из офиса игры случилась лишь однажды, и с виновным произошло такое, что перед обедом лучше и не рассказывать. Но были еще дельцы вроде того же Рихтера, которые за большие деньги могли отыскать реальную информацию по персонажу.

Вошел камердинер, молча расставил на столике виски и лед в вазочке для гостьи и кофе для меня, налил из бутылки даме в стакан точно отмеренную порцию, а затем удалился. Казуми бросила в янтарную жидкость кубик льда, позвенела им о стенки, разбалтывая, и вдруг спросила:

– Скажите, в последнее время вы получали какие-нибудь нестандартные задания или предложения?

– Нестандартные? – вздернул я бровь.

– Да. Что-нибудь необычное, явно выбивающееся из игровых реалий.

– Игровые реалии? – усмехнулся я. – Забавное сочетание.

Казуми сделала микроскопический глоток и прервала меня довольно несвойственным для нее порывистым жестом руки:

– Перестаньте, господин Туманов. Вы прекрасно понимаете, о чем речь. Ситуация выглядит достаточно серьезно и даже тревожно.

Тут она, видимо, поняла, что поддавшись эмоциям, сказала лишнего. Поэтому моментально приняла прежний непроницаемый вид образцовой японской женщины. Я подумал несколько секунд, глядя ей в глаза, затем поднялся, прошел к столу и вернулся со странным письмом. Японка дважды пробежала глазами короткий текст, осмотрела оба конверта, а затем, к моему удивлению, как и я четверть часа назад, поднесла листок к носу и понюхала.

– Надеюсь, – сказал она, – вы не собираетесь принять это предложение?

– Почему бы и нет? – пожал я плечами.

– Это не игровой квест, как вы понимаете, а мошенничество, расследованием которого сейчас занимается наша служба безопасности. Кроме вас подобные предложения получили еще около десятка игроков, весьма богатых и преуспевающих людей в реальной жизни.

– Не вижу выгоды заказчика в подобной схеме.

– Это многоходовка, рано или поздно из вас начнут выкачивать средства, поверьте.

– Послушай, Казуми, – я обращался к своим персональным менеджерам на «ты», считая, что имею на это право за свои щедрые отчисления, – я ведь не по этому вопросу обращался в администрацию. Мне поступила угроза расправой в реале.

– Наши безопасники этим плотно занимаются прямо в данный момент.

– Возможно, тогда ты расскажешь мне, как неизвестный игрок смог убить меня в полном легендарном сете двумя ударами кинжалов? Я что-то пропустил? Например, изменение коэффициентов в формулах ПвП на порядок?

– Это закрытая информация, сожалею, – девушка вновь отпила крохотный глоток.

– Полагаю, вы уже обсудили этот вопрос со своим юридическим отделом и нашли пунктов десять в Соглашении, согласно которым можете мне отвечать? Мне же нет смысла подключать своих юристов, Казуми?

– Вы все верно понимаете, господин Туманов, – кивнула она.

– Хорошо, тогда не вижу необходимости в дальнейшей консультации. Спасибо.

Я поднялся. Девушка одним махом допила оставшийся в бокале виски, встала, слегка наклонила голову, прощаясь, и направилась к двери.

– Письмо, Казуми, – напомнил я.

Она молча вернулась, положила на столик конверт, который намеревалась унести с собой, и вышла. Я позвонил в колокольчик, вызывая камердинера, а когда тот вошел, спросил:

– Макадам, дружище, как ты относишься к тому, чтобы поучаствовать в приключении, которое может стать опасным?

– Если мне будет позволено, сэр, я бы сказал, что это отличная идея.

Старик улыбнулся, и я вдруг понял, что это первая его улыбка, которую я увидел с момента нашего знакомства.

***

Выйдя из виртуала, я прислушался к ощущениям в голове. Приступа мигрени на этот раз не наблюдалось. Возможно, еще действовал принятый вчера золмитриптан. Ксении дома не было. Еще утром она предупредила, что уезжает с давно запланированным визитом к подруге в Питер. Навязываться подвезти до вокзала я не стал, она никогда этого не любила. Гордая и самостоятельная. На столе я нашел записку:

«Доступ в квартиру я тебе открыла. Не злоупотребляй, баб не води. Холодильник пустой. Купишь чего-нибудь сам, не маленький. Если свалишь насовсем, черкани записку.

Целую, Ксю».

Ага, с девками не путайся, но если свалишь, жалеть особо не буду. Я оделся, спустился вниз и подошел к своему Порше, который оставил ночью во дворе на стоянке. Машина мигнула фарами, реагируя на сигнал вживленного чипа коммуникатора. Усевшись за руль, отдал команду откинуть верх кабриолета и, пока сервоприводы делали свою работу, залез в перчаточный ящик, чаще именуемый бардачком, где у меня лежал футляр с солнцезащитными очками. День был ясным и солнечным.

Вот там моя рука и наткнулась на предмет, которого раньше точно не было – плотный конверт из грубой бумаги без обратного адреса. Уже зная, что обнаружу внутри, я разорвал его, вскрыл второй конверт и развернул тонкий листок с нарисованным арканом Люцифера из колоды Теней и текстом задания. Машинально я поднес листок к носу и вдохнул. Пахло табаком и ладаном.

***

В своем доме за городом я наскоро перекусил и, открыв ноутбук, залез в сеть. Можно было войти и через коммуникатор, но информацию во всемирной паутине я предпочитал искать по старинке. Каждое погружение в виртуал грозило мне очередным приступом головной боли. Мигренями я страдал с детства, сколько себя помню. Ни неврологи в лучших клиниках, ни акупунктура в китайских монастырях, ни гипноз у шарлатанов не спасали от этой напасти. Приступ мог настигнуть неожиданно в любое время и обеспечить сутки выматывающей пульсирующей боли в левой части головы, тошноту с рвотой, светобоязнь и общий упадок сил. А таблетки помогали не всегда. Выход же в виртуальное пространство провоцировал приступы. Сначала я грешил на неудачно вживленный чип коммуникатора, но специалисты дружно утверждали, что связи здесь нет. В конце концов, я плюнул и решил, что мне предстоит с этим жить.

Буквы S.N.T.D.G., которыми было подписано загадочное письмо, вряд ли являлись инициалами. Но я все же ввел это сочетание в поиск, получив ссылку на статью о термодинамических потенциалах и кучу рекламы всевозможных товаров. Я, было, решил, что первые три буквы относятся к слову sanctus – святой, но быстро отринул эту мысль. Зато идея навела меня на латынь, и я принялся копать в этом направлении. Сначала перебрал известные и не очень изречения на мертвом языке, но ни одно из них не подходило под данную аббревиатуру. Затем принялся искать возможные логические соответствия с арканом «Дьявол» в частности, и с колодами Таро вообще. Буква D могла обозначать как Diabolus, так и Deus – Бог. Но все остальное никак не лепилось к этому.

Как это всегда и бывает с поисками в сети, спустя полчаса я уже копался в дебрях, далеких от начального запроса. Читал историю различных колод, существующих в реальном мире, а не в игре, и судьбу мастеров, их создавших. Просматривал версии возникновения арканов и появления их в Европе. В какой-то момент в голове словно звякнул сигнальный звоночек, но я смотрел на страницу и не мог понять, за что зацепился мой мозг. Перечитал текст:

«Дата первого упоминания о картах таро в письменных европейских источниках связана с другим значительным историческим событием, потрясшим тогда же всю Европу, – разгромом в 1305-1312 годах ордена тамплиеров, самого мощного в Европе объединения рыцарей-монахов, и исчезновением их несметных сокровищ, так и не найденных до сих пор».

И что? Я перевел взгляд на картинку, иллюстрирующую статью. Она изображала печать тамплиеров с двумя всадниками, скачущими на одной лошади. А ниже был помещен девиз ордена на латыни:

«Non nobis, Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam» – Не нам, Господи, не нам, но имени твоему даруем славу.

– Sed nomini tuo da gloriam, – проговорил я вслух. – Но имени твоему даруем славу.

Глава 4

Первым делом в игре я отправил сеньору Балдассаре Мантеньи уведомление о том, что берусь за поиск аркана «Люцифер» и не претендую на денежную компенсацию, соглашаясь на то, что обнаружу вместе с картой. Возможно, в этом и состоял обман, на который намекала Казуми – привлечь людей для поисков, поманив тайной клада, а в итоге получить дорогой аркан, ничего не отдавая взамен. Но ведь найдутся и те, кто предпочтет получить награду золотом. Я скинул текст письма своему юристу, и тот подтвердил, что послание с некоторыми оговорками вполне может являться публичным договором-офертой и фигурировать в суде в качестве документа. «Арканум», как и другие виртуальные проекты, давно стал довольно прибыльным источником дохода для многих людей, и законодательство шло в ногу со временем, регулируя подобные вещи.

На всякий случай пробил поиском в сети самого сеньора Мантеньи. Вообще-то, фамилия эта была известна каждому, кто хоть немного погружался в историю Таро. Так называемые Тарокки Мантеньи были одними из первых колод в Европе, хотя, строго говоря, не являлись классическим Таро. Некий итальянский барон с таким именем и фамилией действительно уединенно проживал сейчас на своей вилле в Тоскане, но являлся ли этот родовитый Мантеньи моим визави, сказать сложно. Титула в подписи к письму не стояло, но среди итальянской аристократии вообще было не принято выставлять напоказ свое происхождение. В какой-нибудь не самой презентабельной кофейне в Риме вполне возможно выпить чашечку ристретто за соседним столиком с принцем крови.

Я вызвал Макадама и велел ему подготовить лошадей и припасы на неделю пути.

– Если позволите, сэр, – уточнил камердинер, – куда мы направляемся? Спрашиваю, чтобы позаботиться о некоторых мелочах, которые могут понадобиться в той или иной местности.

– Храм Трех неизвестных в Роще Снов.

– О, Храм Безликих, – высказался Макадам таким тоном, что стало ясно – местечко он считает не из приятных.

– Но сначала заглянем на Тихое озеро.

– О, озеро Мертвецов. Если мне будет позволено, сэр, вы знаете толк в гиблых местах.

Я улыбнулся.

– Не думаю, что нам грозят серьезные неприятности, но готовыми к ним быть надо.

С самого начала эпохи многопользовательских игр производители не сильно заморачивались с названиями локаций. Обычно наименование довольно точно отражало то, что ждало игрока в данной местности. Если это была пещера Циклопов, то будьте уверены, что в пещере сидели именно циклопы. Если остров Скелетов, то вас там встречали костяные мобы. В Аркануме гейм-мастерами эта традиция сохранялась почти везде. Но Тихое озеро являло собой исключение из правил. Тихим-то оно, конечно, было, но это, если говорить исключительно о слуховом восприятии. Эта тишина меня и обманула, когда я впервые попал туда.

Когда я только пришел в Арканум первоуровневым новичком, у меня был простой и незатейливый план. Задонатить на бриллиантовый аккаунт, накупить в премиум-магазине всяких ништяков, быстренько прокачаться до высоких уровней, а затем в жирных данжах повыбивать себе с боссов легендарных шмоток, а если повезет, то и собрать полный сет. План был так себе, и понял я это очень быстро. Нет, мобов я гриндил достаточно бодро. Но когда на десятом открылась возможность ПвП, и дело дошло до более высокоуровневых локаций с жесткой конкуренцией на выгодных спотах, меня начали сливать. Самое обидное, что выносили меня одноуровневые игроки в ординарном шмоте без всяких премиальных вещей, заклинаний и петов. Это был серьезный удар по моему самолюбию. Дело даже не в том, что я регулярно умирал от руки школьников, если судить по их словарному запасу. Бесило меня то, что я при этом выглядел, как богатенький разряженный павлин, что, подозреваю, доставляло школоте особое удовольствие. Я чувствовал себя паркетным гвардейцем, который блистал только на балах, а потом вдруг был заброшен судьбой на войну, и оказался среди простых суровых рубак в дешевых доспехах, которые при этом воевали на порядок эффективнее.

Я засел в своем доме и принялся за штудирование форума и гайдов на клановых сайтах. И открыл для себя много новых интересных нюансов. Например, в Аркануме навыки владельца персонажа, которыми он обладал в реальной жизни, имели не последнее значение и влияли на его скилл. Только открыть и прокачать эту взаимосвязь можно было исключительно при помощи карт из некоторых колод. В основном это были арканы из колоды Дворкина, довольно редкие и дорогие. Сама судьба велела мне, отдавшему много лет фехтованию и добившемуся в спорте заметных успехов, отправиться на поиски этих карт и поднять владение мечами на новый уровень. Попытался, было, выкупить их на черном рынке, но после третьей попытки мошенничества плюнул на это дело. Тем более, что опыт первых неудач научил меня, что успех в игре купить нельзя, победу обеспечивает личный скилл и опыт. Да и зачем бы нужна такая игра? Достаточно и реальной жизни, где деньги решают большинство проблем.

В тот раз мы проходили данж в составе случайно набранной у входа в подземелье группы. Подозреваю, что взяли меня ребята только из-за моей красивой премиумной внешки и еще нескольких мелочей, которые выдавали во мне злостного донатера. О том, что я полный нуб, они начали догадываться, когда я умудрился сагрить на себя пачку мертвяков, пока мы еще не разделались с предыдущими. Когда мы завалили финального босса, от всей группы оставалась едва треть. Поскольку раздел добычи по начальной договоренности лежал на нашем рейд-лидере, из всей кучи лута он выдал мне только шкатулку, найденную в одном из тайников. Выпадала из таких коробочек обычно случайная дешевая вещь редкого качества, иногда – простенький квест на прокачку боевого или ремесленного опыта. Вообще-то большинство игроков считает, что в любом проекте рандом всегда на стороне тех, кто вваливает разработчикам кучу бабла и имеет премиум-аккаунт. Не знаю, по моим наблюдениям донат вообще никак не влияет на генератор случайных чисел. Но в тот раз мне действительно повезло. В шкатулке лежало первое задание цепочки на получение аркана Отшельник из колоды Дворкина и свиток телепорта. Так я впервые оказался на берегу Тихого озера, где познакомился с Предикатом.

***

Метрах в трехстах от берега на небольшой поляне я сделал знак Макадаму остановиться. Мы спешились, и я еще раз убедился, что это нужное мне место.

– Разбиваем лагерь, – скомандовал я. – Переночуем здесь.

Что мне нравилось в Дугэле, так это его невозмутимость. Не говоря ни слова, он спешился и принялся расседлывать лошадей, хотя наверняка приметил и перевязанный красным шнурком пучок сухих прутьев, прислоненный к стволу дуба, и странную конструкцию, отдаленно напоминающую индейского ловца снов, болтающуюся в ветвях. Да и сама идея ночевки вблизи озера Мертвецов вызвала бы массу вопросов у любого человека, хоть немного знакомого с историей этого места. Но мой камердинер даже бровью не повел, а стал обустраивать походный лагерь. Полчаса спустя он взял лук и колчан, до этого притороченные к седлу и заявил, что попробует подстрелить нам что-нибудь на ужин.

К тому моменту я уже натаскал валежника и сложил небольшой костер. Когда Макадам бесшумно растворился в ближайших зарослях, я порылся в сумке и отыскал там клочок пергамента со странными рунами, нацарапанными углем. Что означало написанное слово, я понятия не имел, просто кинул записку в огонь, закрыл глаза и принялся ждать, вслушиваясь в шум ветра в лесных кронах. По моим ощущениям времени прошло не очень много.

– Не ищешь покоя, значит? – произнес знакомый голос.

Я открыл глаза. Предикат расположился напротив, будто всегда тут и сидел.

– И тебе привет, Ким. Как говорили раньше, письмо позвало в дорогу.

Он молча протянул руку, и я передал ему письмо с заданием. В реальной жизни Ким был тувинцем, но в игре его персонаж чертовски напоминал какого-то японского актера из старых фильмов. Убей, не помню, как того звали. Знаю только, что у того была парализована половина лица, из-за чего ему лучше всего удавались роли бесстрастных убийц или якудза. Полный игровой ник Кима звучал как Невыполнимый Предикат. После нашего первого с ним знакомства я попытался поинтересоваться в сети его значением, но понял только, что это что-то из области программирования, которым Ким когда-то занимался. Но потом он прочитал всего Кастанеду и бросил этим заниматься. И вообще все бросил кроме Арканума. Иногда мне казалось, что он вообще никогда не выходит из виртуала. И, да – Ким был тем единственным игроком в мире Арканума, который знал, кто я в реале.

– Sed nomini tuo da gloriam, – с ходу выдал он, дочитав письмо. – Храмовники, значит.

Мне даже обидно стало. Я так гордился своей блестящей догадкой, на которую потратил кучу времени, а он легко выдал это с ходу, притом, что доступ к сети из игры был закрыт – доступен только форум проекта.

– Колода Теней, – намекнул я на свой интерес.

– Письмо сожги, про «Люцифера» забудь. С тамплиерами вообще не связывайся, независимо от того, настоящие они или клоуны ряженые. Последние даже опаснее, ибо идиоты.

– А как же путь воина и вот это вот все?

Ким достал уже забитую какой-то гадостью трубку и раскурил веточкой от костра, наполнив вечерний лесной воздух тяжелым мрачным ароматом.

– Главное качество воина заключается в умении вовремя упасть мордой в снег, когда начнется.

– Уже.

– Что?

– Уже началось. Я принял задание.

Ким перевернул листок и увидел приписку карандашом.

– Расскажешь? – поднял он на меня глаза.

Почему бы и нет? В конце концов, именно за этим я и сделал крюк, завернув на берег озера, где игрок может столкнуться с самим собой в неживом виде. Не с зомби в виде своего персонажа, а с мертвой аватарой владельца игрового аккаунта. Уж сколько жалоб было написано на этот «травмирующий психику» контент, но администрация просто отрицала подобную игровую возможность. А внутриигровая запись видео мертвяков не брала, как фотопленка призраков. Вот и пойми – то ли баг, а то ли фича такая.

Я рассказал Киму всю историю, начиная со звонка и ночных гонок на подмосковном шоссе, заканчивая двумя кинжалами, воткнутыми в меня невидимкой, и реакцией на это техподдержки.

– Вот это другое дело, – оживился он. – История становится занятной.

Он снова принялся внимательно изучать письмо и изображение карты. Я знал, что единственная вещь, способная вывести Кима из созерцательного состояния скучающего мизантропа, это решение интеллектуальной загадки. Невыполнимый Предикат, одетый в легкие кожаные доспехи, поднес письмо к носу и втянул воздух. Я внимательно наблюдал за ним.

– Что? – буркнул он. – Если ждешь, что я скажу сейчас «табачная лавка Бредли на Оксфорд-стрит», то зря. Табак дорогой, но и только.

– А ладан?

Он усмехнулся:

– Мирру, значит не уловил?

– Там еще и мирра?

– Ерунда, – сказал он, ткнув пальцем в изображение аркана в письме. – Основное ты, видимо, пропустил. Вот здесь в лучах больше линий, чем в оригинале, и прорисованы они иначе. Прическа у девочки длиннее. И, кажется, поворот головы мальчика…

Его взгляд стал отрешенным – видимо, полез на форум сравнивать изображения.

– Да, ракурс изменен.

Я пожал плечами.

– Ничего странного, рисунок в письме сделан от руки, возможны вариации.

– Возможны, – легко согласился Ким. – Но что-то мне подсказывает, что если наложить одно изображение на другое, все остальное совпадет в деталях.

– И о чем это нам говорит?

– О том, что колода Теней существует в реальном мире, и с нее художниками Арканума был сделан дизайн для игры. В письме изображение оригинала.

– Чушь, – усмехнулся я. – В игре десятки фэнтезийных колод, которых никогда не существовало в реале. Скорее уж китайцы слизали дизайн из проекта и штампуют сувенирку.

– И такое может быть, – снова согласился Ким, выбивая трубку. – Рекомендую все-таки перед началом поисков хорошенько посидеть с лупой над обоими изображениями. Тут много деталей, которые могут стать подсказкой.

Он поднялся.

– Ладно, я пойду. А то твой спутник уже четверть часа скрывается в кустах со стрелой наготове, не зная, чего от меня ожидать.

Я тоже поднялся, залез в сумку и достал тонкую потрепанную книгу в старом сафьяновом переплете.

– Извини, но на вторую часть почти глобальная цепочка квестов. За этой-то почти месяц гонялся.

Невыполнимый Предикат выхватил у меня из руки книгу, с неподвижным лицом якудзы прочел название и, не сказав ни слова, поспешно скрылся в сгустившихся лесных сумерках.

– Дичи тут мало, худое место, – заявил появившийся из кустов Макадам. – Подстрелил глухаря, собрал немного грибов и черники. Добавлю кусочек сыра из припасов, поджаренный хлеб, и если мне будет позволено, сэр, вы оближете пальчики.

– Охотно верю, дружище, охотно верю.

***

Кем считают нас, игроков, неигровые персонажи? Я часто задавал себе этот вопрос. Правильнее было бы спросить, как реагирует на нас исполняемый сценарий куска программного кода? Но мне не хотелось думать в таких категориях о том же Макадаме, например. Если уж по большому счету, то я сам разве не являюсь исполняемым сценарием какой-то программы?

Игроков неписи называли «бессмертными», и к тому, что мы после гибели в бою воскресали и возвращались к обычной жизни, относились философски, словно к обычному явлению природы: небо голубое, трава зеленая, бессмертные не умирают. А еще они могут выходить в свой мир на время. Ну да, НПС знали, что есть другой мир. Или делали вид, что знают. Поэтому, когда после ужина я сообщил Макадому, что появлюсь утром, и чтобы он не вздумал приближаться к воде, он воспринял это обыденно, устроился на подстилке из еловых ветвей, укрылся пледом и захрапел.

Я вышел из виртуала и с опаской прислушался к ощущениям в голове. Приступ боли еще не накатил в полную силу, но он был неизбежен. За годы жизни с болезнью я научился различать все нюансы гемикрании, как красиво эту дрянь называли древние римляне. Я отправился на кухню и проглотил таблетку, запив прямо из-под крана. Включил чайник, соорудил наскоро бутерброд и уселся за лэптоп.

Когда несколько минут спустя, я совместил отмасштабированную распечатку Люцифера Теней с игрового форума с изображением пятнадцатого аркана из письма, я убедился, что Ким был прав. Карты идеально совпадали за исключением нескольких деталей. Объяснить такое просто неточностью художника нельзя – это было сделано намеренно.

***

Чайник давно закипел и остыл, а я продолжал перелопачивать тонны сетевого мусора в поисках информации об Ордене бедных рыцарей Христа, как себя называли тамплиеры, и об их современных последователях. Через какое-то время мне пришло в голову, что искать в сети сведения о тайных организациях, масонах, мировом правительстве и всемирном заговоре – занятие крайне глупое. Я снова включил чайник, и в этот момент раздался вызов коммуникатора. Абонент не определился, и стоило мне ответить, как немного усталый мужской голос без всяких предисловий сообщил мне:

– Выйди за ограду к дороге. Поговорить надо.

И собеседник дал отбой. Не включая свет, я подошел к открытой балконной двери и взглянул в сторону выезда из ворот. За кованой решеткой ограды виднелся темный силуэт автомобиля с потушенными фарами, возле которого кто-то курил. Не знаю, как, но человек меня заметил и помахал рукой. Или просто догадался, что я на него смотрю. Коттеджный поселок хорошо охранялся, хотя, найти лазейку в большом периметре для ловкого человека наверняка было можно. Но вот в то, что на территорию ночью пропустят случайную машину, не имеющую на это серьезных оснований, верилось с трудом. Я натянул поверх футболки толстовку в капюшоном, сунул босые ноги в топсайдеры и вышел из дома. Калитка, повинуясь сигналу коммуникатора, открылась, и я шагнул под сень кленов, растущих вдоль дороги. Первым делом рассмотрел, что автомобиль не Тойота, а родная Лада Аврора. Это ровным счетом ни о чем не говорило, но мне почему-то стало спокойней. Куривший был достаточно высоким и крепким светловолосым парнем примерно моего возраста. Он затянулся, щелчком отправил окурок через ограду на лужайку моего дома, шагнул ко мне и представился:

– Капитан Юрий Брагин, тринадцатый отдел КГБ. Садись в машину, прокатимся.

Глава 5

Я не торопился воспользоваться предложением. Сначала обошел машину со стороны капота и заглянул внутрь через лобовое стекло. В том, что Брагин сотрудник госбезопасности, сомнений у меня не было, чип коммуникатора моментально считал активированный капитаном идентификатор служебного удостоверения. Может, его и возможно подделать, но до сих пор такое никому не удавалось, да и вычисляется патрульными дронами мгновенно при первом же использовании.

На заднем сиденье автомобиля разглядел молоденькую девушку с короткой светлой прической, уткнувшуюся в старенький планшет. Судя по движениям пальцев и стремительно сменявшимся бликам от экрана на ее лице, она во что-то играла.

- Старший лейтенант Троицкая, - пояснил Брагин и зачем-то добавил, – Полина Григорьевна.

- Какой к черту тринадцатый отдел? Какой КГБ? – решил прояснить я.

- Эх, молодежь, - грустно вздохнул капитан, не выглядевший старше меня, - не знают классику, не изучают историю отечественных спецслужб. ФСБ России, управление кибербезопасности. Так, что? Прокатимся? График у нас, конечно, ненормированный, но хотелось бы сегодня хотя бы часа три-четыре поспать.

Я молча открыл дверь и уселся на переднее пассажирское сиденье.

- Привет, - бросила мне девушка, не отрываясь от планшета.

Звуков игры слышно не было, и я понял, что она в наушниках. Капитан уселся рядом, завел машину и принялся выруливать к выезду из коттеджного поселка.

- Можно было и на месте поговорить, - будто извиняясь, пояснил он, - но у вас тут система безопасности параноидальная, а лишние уши нам пока ни к чему.

С территории нас выпустили беспрепятственно, но, проехав метров триста по направлению к съезду на трассу, капитан неожиданно свернул направо на дорогу, ведущую мимо небольшого лесочка к яхтклубу на берегу водохранилища. Возле леса машина сбросила скорость и поплелась совсем медленно. По прекратившим плясать на потолке салона отблескам я понял, что девушка позади меня выключила планшет.

- В общем, дело такое, - как-то неуверенно начал капитан, - надо одному нашему человечку помочь.

Я хмыкнул, но промолчал.

- Да, блин, - досадливо пристукнул он ладонью по рулю, - не умею я переговоры вести. Короче, надо провести хорошего парня по маршруту мимо плохих парней.

- А как же спецназ? – решил немного подколоть я собеседника, хотя, уже догадывался, о чем идет речь. – Группа А и прочие легенды отечественных спецслужб.

- Группа А? – совсем растерялся Брагин.

- В Аркануме надо провести, - пояснила девушка с заднего сиденья.

Голос у нее был достаточно низкий, глубокий, но не грубый. И как-то не вязался с внешностью. Я успел ее немного рассмотреть, когда садился в машину – телосложение на первый взгляд хрупкое, но вот сухие мышцы на предплечьях, ходившие под кожей, когда она ловко жала пальцами в экран, говорили о том, что в спортзале она не новичок. Белобрысая, даже брови светлые или выгоревшие на солнце. Глаза вроде голубые. Лицо будто бы простенькое, но быстрый взгляд, который она на меня бросила, совсем не показался мне взглядом простой и наивной девушки.

- Мы знаем, что ты в игре заказы принимаешь, - собрался с мыслями капитан, - помогаешь новичкам, беспредельщиков караешь. Нет, не пойми неправильно, никто за тобой не следил. Просто понадобился вот такой человек, поспрашивали у народа, а ты же почти легенда.

- Почему «почти»? – решил я еще немного поизображать из себя самовлюбленного мажора.

- Никита Владленович, - строго одернула меня старший лейтенант Троицкая, - ну не надо, а? Мы же вас в серьезном деле о помощи просим. Думаете, наш психолог на вас оперативку не составил?

- Это, - вспомнил вдруг капитан, - мы с понятием. Фонды у нас небольшие, но готовы оплатить заказ по действующим, так сказать, тарифам.

Мы проехали мимо лесочка и приближались к берегу водохранилища, где на черной ночной воде белели корпуса катеров и яхт. Я размышлял о том, что такого понадобилось службе безопасности государства в виртуальной игре, что они даже готовы оплатить услуги стороннего человека. «Серьезное дело» сказала она. Пару дней назад я бы посмеялся над анекдотичностью ситуации, но после нападения невидимки и общения со своим персональным менеджером Арканум уже не казался мне местом для праздного развлечения.

- Все-то вы просчитали, - усмехнулся я, - психологический портрет составили. Уверен, всю мою биографию со всеми косяками и залетами изучили. В том числе то, что в протоколах не значится. Наверняка на случай отказа что-то для угроз припасли.

- Если вы про то двойное убийство в Иркутске, - спокойно сказала девушка, - то никто вас за него обвинять не намерен. Дрянные людишки были, на них несколько групповых изнасилований и с очень высокой вероятностью несколько трупов, хоть следствию доказать это будет и невозможно. Да и адвокат ваш, всплыви история, с легкостью сведет все к самообороне. А то, что вы их сами нашли, так напали-то они на вас первыми. Отобрали у нападавшего обрез охотничьего ружья и защищались. Так ведь было, Никита Владленович?

Мне стоило больших усилий не показать свое удивление. Да, что там удивление – ошеломила меня белобрысая. Я-то считал, что та история навсегда покрыта тайной, и правды о ней никто кроме меня уже никогда не узнает.

С Ксюхой я тогда только познакомился, и до близости дело у нас еще не дошло. Она тем вечером уехала в какое-то кафе день рождения подруги отмечать, а я залег у себя в гостиничном номере с книгой и бутылочкой вискаря. А ближе к ночи мне пришел от нее вызов. Нет, истерики не было, она вообще девушка хладнокровная и рассудительная. Но плакала и носом часто шмыгала, рассказывая. В общем, в той кафешке докопалась до них молодая уголовная шпана, женской любви блатарям внезапно захотелось. Девушки их вежливо, но конкретно отшили, а когда Ксю с подругой после праздничных посиделок вызвали такси, те их подкараулили, машину блокировали, вытащили из салона и затолкали в свой Мерседес. Ну и по лицу в процессе несколько раз съездили, чтобы не визжали и не царапались. Как Ксюха умудрилась на полном ходу открыть дверь, вывалиться из машины и в лес убежать, она мне так никогда и не рассказывала. А вот труп ее подруги через неделю на берегу Ангары рыбаки выловили. Поглумились над ней подонки перед смертью жестоко. Я как представил, что с Ксюшей то же самое могли проделать, о чем мне патологоанатом поведал…

Ксю внешне вроде успокоилась через какое-то время, но я-то видел, что засело это у нее в голове и гложет изнутри. Совсем себя извела. А подонки те с хорошими связями в городе оказались, дело тормознули. Я к нашим безопасникам тогда обращаться не стал. В полиции кое-кого подмазал, отыскал якобы потерявшуюся запись с дрона, с участковым местным по душам за бутылкой поговорил и сам пришел к этим блатным. Старое охотничье ружье в Сибири купить никогда проблемой не было. Отпилил стволы у тульской вертикалки, сунул в карман пять патронов с картечью и завалился в их загородный домик, где они отсиживались, пока дело окончательно не замнут. Двоих наглухо, один без ноги остался, а еще одного долго обрезом вместо дубинки месил, потом еще ногами добавил. Лица они моего не видели, да и потом все тихо было, а теперь органы, стало быть, раскопали, когда им Никита Туманов внезапно понадобился.

Чтобы как-то переменить скользкую тему, я усмехнулся и сказал:

- Все-то вы просчитали, психологический портрет составили, а не знаете простой вещи.

- Это какой же? – заинтересованно спросил Брагин, останавливая машину недалеко от кромки воды.

Как-то очень заинтересованно спросил, будто ждал этой моей поправки. Но я сначала внимания на это не обратил, еще находясь под впечатлением от внезапно открывшихся обстоятельств.

- А такой, что Фехтовальщик за заказы денег не берет. Нубам помогаю бесплатно.

- Ну, вот и отлично, - обрадовался капитан, - бюджет государственный сэкономишь. Да и на деньги наши, давай уж честно, тебе плюнуть и растереть. Никита, помоги, а? - Он повернулся и проникновенно посмотрел мне в глаза. – Там дело-то плевое, человека в данж провести.

- Данж что ли помочь пройти?

- Нет, просто в данж завести, куда его какие-то черти не пускают. Я в этой фигне мало понимаю, я больше по оперативно-следственной работе. Полина Григорьевна…

Старлей наклонилась сзади к моему сиденью и заговорила тихо, приблизив губы к уху:

- Данж клановый, в нем «Бессмертные» своих рекрутов качают и никого чужого не пускают. У входа постоянно дежурит боевое звено от трех до пяти сильных игроков. Хай-левелам это подземелье не уперлось, а кто послабже через заслон не прорвется. Да и топы с «Бессмертными» предпочитают не связываться. Минимальное время подхода подкрепления клана – пятнадцать минут, но обычно полчаса, мы проверяли.

- Нанимали что ли уже кого-то?

- Был неудачный опыт, - потер подбородок Брагин.

Я хмыкнул. «Бессмертные» - топовый клан в игре. Стабильно в первой десятке мирового рейтинга. Грязный клан, если честно, но до сих пор мне с ними пересекаться не приходилось. ЧС «Бессмертных» это приговор в Аркануме, однако, легенда я или хрен собачий?

- И что родному государству понадобилось в данже виртуальной игры? – спросил я, все еще размышляя.

- Извини, Никит, - посерьезнел Брагин, - не имею права поделиться этой информацией. Возьмешься?

- Вези домой, - сказал я вместо ответа.

За всю обратную дорогу никто в машине не произнес ни слова. Белобрысая сзади снова включила планшет и резалась в игрушку. Брагин угрюмо рулил, а я размышлял над бредовостью ситуации. Реально же бред – серьезная федеральная спецслужба занимается проникновением своего сотрудника в не самый сложный данж в игре. Проделали ведь большую работу, нанимали кого-то, меня отыскали, просветили рентгеном биографию и психотип.

В поселок мы въехали так же беспрепятственно, Брагин тормознул на том месте, где я садился в машину. В салоне повисла неловкая пауза.

- Как узнали, что Фехтовальщик это я? – спросил я.

- Герр Рихтер из Бергена, - просто сказала старлей с заднего сиденья.

- Сдал меня, значит, немчура. Так он ведь дорого берет-то.

- У нас хорошие скидки, - усмехнулся Брагин.

- Да и бартер возможен, - продолжил я мысль. – Информация в обмен на информацию.

На это мне никто ничего не ответил. Я открыл дверь и, уже вылезая из машины, поинтересовался:

- Какой ник-то у вашего человечка?

- Незнайка, - просиял капитан.

Я аж завис на мгновение, потом сказал:

- Свяжусь с ним завтра в игре.

Захлопнул дверь и, не оглядываясь, пошагал к калитке в дорогом кованом заборе. Сзади зашуршали по гравию шины.

Незнайка, значит. Интересно, какое у него звание? А перед дверью коттеджа я остановился и от души рассмеялся. Только сейчас я понял, как грамотно меня развели. Знали они сразу, что я награду за задания не беру. Разговор с самого начала по продуманному сценарию построили и сыграли свои роли. И если этот Брагин простоватый смущающийся увалень, ничего не понимающий в виртуальных играх, то я балерон из Большого театра. Купили идиота, как мальчика. Впрочем, я еще ни на что не подписался.

***

На поляне, где я оставил вчера вечером Макадама, было тихо и умиротворенно, как бывает спокойным ранним утром на берегу озера. Туман понемногу рассеивался, в воздухе витал запах яичницы с колбасками, жарящейся в сковороде на костре, и аромат свежесваренного кофе. Старик сидел на пледе и счищал тряпицей с широкого клинка своей рапиры следы чего-то темного и липкого. Услышав меня, он поднялся:

- Сэр.

На его щеке красовались три свежие глубокие царапины, скорее всего, от чьих-то когтей. Левая рука замотана платком, сквозь ткань которого проступала кровь.

- Бурная ночь? – спросил я, кивая на раны.

- Пустяки. Немного разогнал кровь в старых венах, а то что-то засиделся я. Будете завтракать?

Он бережно положил рапиру на плед и снял с огня сковороду со скворчащей яичницей. Утром после пробуждения я легко позавтракал, но отказаться от блюда, приготовленного на костре, на свежем воздухе было выше моих сил.

- С удовольствием составлю компанию.

Расспрашивать о ночном происшествии я не стал, а он не горел желанием рассказывать. Ну и пускай себе. Я уважаю личное пространство людей. И неписей тоже.

К чашке кофе мой дворецкий неспешно набил трубку и окутал меня ароматным облаком. Я же, прихлебывая крепкий напиток с капелькой травного бальзама, залез в интерфейс и открыл чат. Бумажная почта это, конечно, красиво и аутентично, но совсем не практично. Хотя, знаю игроков, которые старательно отыгрывают атмосферу средневековья в Аркануме, насколько это вообще возможно. Точно никто не знает, но ходят упорные слухи среди игроков, что система благоволит ролеплейщикам и неявно одаривает их всякими скрытыми возможностями. Например, у них легче изучаются некоторые сложные арканы, которые другим даются с великим трудом. Доказать это пока никому не удалось, но большинство пользователей свято в это верят.

Вбил в чат ник «Незнайка» - светится зеленым, онлайн с утра. Вот служба у мужика задалась.

«Привет. Доставку заказывали?».

Короткая пауза, потом будто неуверенное:

«Фехтовальщик?».

«Ну да, там так и написано перед сообщением».

«Поможешь? Как они тебя уломали на это гиблое дело?».

«Били ногами по лицу, тушили об меня бычки, загоняли иголки под ногти. Все, как вы любите. Где данж твой?».

«Полина Григорьевна, она такая, умеет настоять на своем», - поддержал шутку мой протеже. – «Сейчас скину карту местности с координатами. У тебя окрестности Большого Западного хребта открыты?».

Опять Большой Западный. Я поежился, вспомнив нападение загадочного невидимки в переулке Бергена.

«Конечно. Скидывай. Что по времени?».

«Сегодня в 23:00 по серверу. Успеешь?».

«Успею».

«Там старый дуб недалеко от подземелья, на карте отмечен, но мимо точно не пройдешь, его отовсюду видно. Буду ждать».

Я прикинул маршрут. Наша нынешняя цель, Роща Снов, лежала чуть в стороне, но не сказать, чтобы очень сильно. Придется сделать круг. Телепорты в Аркануме только стационарные, да и те в более-менее больших городах. Еще я могу выйти из игры и снова перезайти в одном из жилищ, имевшихся у меня в собственности, либо в клановом замке, если бы я состоял в клане. Или в точке привязки, одной-единственной для каждого игрока. Но количество таких заходов в месяц ограничено и зависит от уровня жилища или кланового замка. При этом можно захватить с собой от одного до нескольких игроков или неписей. Это уже зависит от прокачки персонажа и имеющихся у него открытых арканов из Изумрудной колоды. Я, например, мог перенести в свое жилище возможный максимум – пять юнитов. Были еще клановые телепорты, которые крафтили для них высокоуровневые алхимики, но не дальнобойные, всего на несколько километров, в зависимости от массы переносимого. Их аналог продавался в премиум-магазине, и стоило это удовольствие как средний квартальный заработок рядового офисного сотрудника. Попадались еще разовые свитки телепортации вместе с квестами, переносившие к месту задания. Все остальное – ножками или лошадкой.

- Выдвигаемся через пятнадцать минут, - скомандовал я.

Макадам молча кивнул, спокойно докуривая свою традиционную утреннюю трубку. Я знал, что при всей его неспешности, ровно через четверть часа все вещи будут собраны в дорогу, снаряжение тщательно подогнано, а сам старик – сидеть в седле, готовый к походу. Такое чувство времени и рациональность каждого действия достигаются только многолетним опытом, обычно в долгих военных походах. Я никогда не расспрашивал о его прошлом, надо при удобном случае исправить это упущение.

***

К Роще Снов мы прибыли в восьмом часу вечера, и я еще издалека понял, что здесь сегодня аншлаг. Сначала попалась чья-то привязанная к стволу дерева лошадь, грустно смотревшая на останки, видимо, своего хозяина. Прозрачный кокон с выпавшими вещами кто-то совсем недавно облутал, и сейчас его очертания медленно истаивали. С той стороны, где находились руины Храма Трех неизвестных, доносились звуки яростной схватки. Периодически вечернее небо там озарялось вспышками заклинаний. Было ясно, что рубятся не два и не пять человек. Соискатели вроде меня подошли к делу серьезно и отправились на поиски аркана Люцифера целыми рейдовыми отрядами.

- Уходим, - вздохнул я, поворачивая коня по дуге вправо. – Попытаем тут счастья позднее, когда страсти поутихнут.

- Если мне будет позволено, сэр, очень мудрое решение. Как говаривал мой старик, в собачьей свадьбе и медведя выдерут в задницу.

***

Добравшись через час до ближайшего села, я сдал наших лошадей конюху и принял Макадама в отряд. А затем вышел из игры и перезашел в своей арендованной на год вперед комнате в поселении Стоун в предгорьях Большого Западного хребта. Отсюда до точки рандеву было рукой подать. Старик огляделся и задумчиво проговорил:

- Слыхал я про такое, но самому никогда не доводилось вот так прыгать. Странное ощущение, будто заснул и тут же проснулся в другом месте.

- Пойдем за лошадьми, - сказал я, прихватывая из ящика стола несколько магических свитков, которые могли нам сегодня понадобиться. – Дело предстоит жаркое.

- Да уж хотелось бы сегодня до ночи пустить кому-нибудь кровь, - улыбнулся Макадам.

Мой чопорный дворецкий прямо на глазах преображался в бывалого головореза, что меня радовало. К сожалению, с лошадьми трюк с перезаходом в другой локации не прокатывал. Коня нужно было сперва сдать в конюшне в любом поселении, а затем уже в новом месте за плату получить у конюха.

К приметному дубу, который действительно сложно было не заметить, мы подъехали впритык к назначенному времени. Я спешился и огляделся – никого. Тихонько свистнул.

- Фехтовальщик? – раздался сверху из ветвей негромкий голос.

Удивился я не направлению источника звука, а тому, что голос был женским.

- Незнайка? – удивленно спросил я.

Послышался шорох и о землю позади меня почти бесшумно стукнули ноги в мягкой обуви. Я обернулся. Передо мной стояла невысокая девушка, с ног до головы одетая в замшу зелено-коричневого маскирующего цвета, который в вечерней темноте почти сливался с окружающими нас зарослями. Макадам уже спешился и с дагой в руке расположился позади нее на расстоянии броска для удара. Девушка откинула капюшон куртки с рассыпавшихся по плечам русых волос и протянула мне руку.

- Привет, я Незнайка.

И застенчиво улыбнулась.