«Домик на дереве»

Знакомство

Этот рабочий день ничем не отличался от остальных. Новое убийство, новый труп – в общем-то, обычный понедельник. Однако кое-какая проблема в этом деле всё же была: жертвой оказалась фея. Из-за ценных способностей они играют важную роль в мировой политике. Чем больше у страны фей, тем сильнее её позиция в мире. Поэтому раскрыть это убийство было важно на всех уровнях.

Любой следователь захотел бы расследовать такое. Сильно освещаемое в СМИ дело даёт возможность показать себя и повыситься. Но для Дины это была лишь дополнительная морока. Появись бы возможность, она бы тут же отказалась от дела и снова расследовала небольшие кражи и мелкие нападения. Нет, не потому что она боится трупов. И нет, найти преступника ей всегда важно. Дело в том, что журналисты мешают практически везде. К тому же пройти через них без интервью просто невозможно.

И всё же каким-то образом Дине это удалось. Переводя дух после тяжёлого протискивания между людьми, она ждала, когда для неё отодвинут защёлку, и, резко открыв дверь, вошла. Подоспел молодой человек, помог обратно закрыть дверь и при этом не прищемить руку какого-нибудь журналиста. И только когда прозвучал спасительный звук защёлки, Дина расслабилась.

Несколько долгих секунд она пыталась восстановить дыхание и при этом игнорировать выкрики журналистов: «Капитан Мальро, что вы скажете на счёт произошедшего убийства?», «Вы будете вести это дело в одиночку?», «Вы выглядите молодой для капитана, как вы получили эту должность?». И многие, многие другие. Дина хотела бы лишиться слуха и зрения, лишь бы ненадолго почувствовать себя под защитой. Однако убийство само себя не раскроет.

– Будь у меня на то полномочия, я бы запретила всем журналистам уходить со своего рабочего места весь рабочий день.

– Что ж, у вас уже есть один человек, который согласен на эту поправку в законодательстве.

Насмешливый голос, прозвучавший рядом, заставил Дину вздрогнуть. Повернув голову, она встретилась взглядом с высоким молодым человеком. Его карие глаза смотрели с небольшой смешинкой и просто тонной какого-то медитативного спокойствия. Выпрямившись и поправив смявшиеся лацканы пиджака, Дина приняла рабочий вид и спросила:

– Кастро Рамиль?

– Да, это я.

– Рада, что нам удалось с вами встретиться. Я капитан Мальро и хочу задать вам пару вопросов.

– Несколько часов назад мне написали, что вы должны приехать. Хочется помочь вам с расследованием всем, чем смогу.

Они снова улыбнулись друг другу, пожав руки. Дина осмотрела молодого человека чуть внимательнее. Теперь кроме излишне лёгкого взгляда карих глаз ей были заметны каштановые кудрявые волосы и мягкие черты лица. Он был одет в уютный свитер бежевого цвета, фланелевые штаны, коричневый фартук и такого же цвета смешную шапку повара. На левом уголке фартука была вышита белая надпись: «Домик на дереве» вместе с небольшим рисунком этого самого домика. В общем, Рамиль представлял вполне себе презентабельный вид для работника небольшой пекарни.

– Чай? Кофе?

Он тоже закончил с небольшим осмотром собеседницы и прошёл за стойку, ожидая ответа.

– Не люблю пить что-либо из рук участников следствия, – ответила Дина вежливо, но при этом с ноткой небольшой строгости, присущей ей на работе, и присела за стул около стойки.

– И вы не можете сделать исключение даже для меня, работника пекарни? – шутливо улыбнувшись и повернувшись к ней, спросил он, – Я просто делаю свою работу. К тому же моё рабочее место полностью под вашим контролем. Всё для безопасности наших клиентов.

Дина на секунду впала в ступор, не ожидая такой резкой попытки зарекомендовать это заведение. Однако же лёгкость в голосе Рамиля и его смешинки в глазах волшебным образом передались и ей в небольшом объёме. Поэтому, тоже лукаво улыбнувшись, она ответила:

– Тогда давайте договоримся. Вы делаете мне латте и отвечаете на мои вопросы, – она поставила локти на столешницу, скрепила пальцы двух рук в замок и положила на них голову, прищуриваясь, как настоящая лиса, – И будет просто замечательно, если честность и лёгкость исполнения вам получится изобразить во всём вышеперечисленном.

– Не беспокойтесь, в «Домике на дереве» работают только профессионалы.

Рамиль взял самый большой из возможных картонных стаканчиков и направился к кофемашине. Он высыпал кофе в специальную сетчатую ложечку (по правде говоря, Дина понятия не имела, как эта штука может называться) и закрепил её на кофемашине. Однако же стаканчик он поставил не под ложечку. После нажатия нескольких кнопок в стаканчик полилось молоко. Не обращая внимание на жужжащий звук прибора, Рамиль повернулся к Дине и спросил:

– Так какие вопросы вы бы хотели мне задать?

Прервавшись от наблюдения за выверенными движениями собеседника, Дина достала небольшой блокнот и ручку, спросив:

– Как долго вы были знакомы с погибшей?

– Она пришла работать ко мне около двух лет назад.

– Работать? Разве феи вообще...

Дина даже не хотела договаривать свой вопрос, ведь понимала весь сюр сложившейся в мире ситуации. Каждое существо должно заниматься чем-то, хотя бы для того, чтобы не было скучно. Феи же до сих пор ничего не делают.

– Наверное вы не успели узнать о моём кафе чуть больше, раз задаёте этот вопрос. Оно и понятно, вам же выдали это дело только сегодня утром... – Рамиль неловко почесал затылок, отведя взгляд, после небольшой паузы он сказал, – Это место было юридически заверено как одно из убежищ фей. Они сами приходили сюда для защиты, а потом сами соглашались помочь мне с пекарней.

Рамиль переставил стакан чуть дальше, теперь уже под сетчатую ложку. Из кофемашины полилась чёрная жидкость, обдающая ароматом кофе всё помещение.

– Не все феи просто бездельничают, многие хотят приносить пользу другим или хотя бы видеть благодарные улыбки окружающих. Поэтому им всегда нравится это место: тут они в безопасности. Ну, по крайней мере, были до сегодняшней ночи... – Рамиль невесело хмыкнул, – И при этом здесь они не живут эту жизнь зря.

Шокированная столь длинным и неожиданным ответом, Дина не сразу смогла перейти к нужным для следствия вопросам. В голове возникало множество каких-то мыслей на этот счёт, которые мозг считал просто обязанным высказать. Дина боролась сама с собой вплоть до той секунды, пока Рамиль не прервал тишину своим беспечно-уютным высказыванием:

– Да, я понимаю, что это немного странно. Наша пекарня вообще отличается высоким уровнем оригинальности.

– Да, это очень... – Дина замолчала, непрерывно смотря на собеседника и всё ещё переваривая информацию, – Очень необычно... Как вы вообще смогли добиться того, чтобы феи работали и это было законно? Это же точно законно?

«Теперь понятно, почему майор сказал, что я должна посетить это место в первую очередь. У всех жертв кроме фей всегда считают самым важным посетить место работы и место жительства. А это, получается, и то, и то...» – осенило Дину, но говорить об этом участнику следствия она, конечно же, не стала.

Нажав на несколько непонятных кнопок и забрав готовый кофе, Рамиль подошёл к стойке, встав прямо напротив Дины:

– Поверьте, это был невероятно долгий и сложный процесс, – тяжело вздохнув, ответил он, пронзительно смотря на собеседницу. Как только Рамиль посчитал нужным прекратить небольшую театральную паузу, он пододвинул к ней кофе, развернулся и отошёл куда-то к другой части стойки, – Однако да, теперь моя пекарня на законодательном уровне считается безопасным для фей местом, где они могут потрудиться на благо обществу.

Рамиль подошёл с деревянной корзинкой, имеющей различной глубины разделители, поставил её на стол и будто бы на автомате стал указывать на разные ячейки, комментируя с неким шармом, обычно присущем фокусникам:

– Сахар, палочка и крышка. Зубочистки и салфетки с другой стороны. Если вам нравится перчёный или солёный кофе, а, может, и что-то другое, то скажите об этом мне, я найду всё необходимое вам. В «Домике на дереве» мы можем исполнить любое пожелание клиента, – он посмотрел на Дину, улыбнулся и добавил, – Прошу заметить, что пожелания распространяются лишь на нашу выпечку и напитки. Но, кто знает, вдруг именно после нашей продукции вы встретите того, кто исполнит вашу мечту?

Наступило молчание. Его прерывали лишь поднадоевшие голоса журналистов где-то на улице. Некоторое время Дина смотрела на нового знакомого с нечитаемым выражением на лице. Однако она неожиданно улыбнулась, взяла два пакетика сахара, добавила их в кофе и сказала:

– Издержки работы?

– Да, есть немного, – хмыкнув, кивнул он.

– Понимаю. В полиции этих формальностей тоже полно... – выдержав паузу и попробовав кофе, она продолжила, – Но хочу вас обрадовать, ваши уверенные движения за стойкой и заученный текст, сказанный только что, подогрели во мне интерес, который кофе оправдал. Вы и в правду мастер своего дела, в этом вы уж точно не соврали.

– Приятно слышать. – проигнорировав последний отрывок фразы, ответил он.

Пока Рамиль брал себе другой стул и устанавливал его с другой стороны стойки, Дина наконец-то решила осмотреть пекарню, наслаждаясь латте, который ей и в правду пришёлся по душе. Стены были покрашены в нежный кофейный цвет, а современные окна и двери украшены деревянными рамами так, будто бы пекарня находилась в деревянном домике где-то в деревне, а не в центре города. Вся мебель в помещении тоже была деревянной, что в купе с тёплым светом ламп создавало атмосферу уюта и тепла. Прямо напротив двери была стойка с кассой и выдачей заказов. За ней на стене висело всё меню напитков и специальных предложений. Справа стойка соединялась с витриной. На данный момент на полках витрины ничего не было, и свет под стеклом не горел. По бокам у стен стояли продолговатые столы с высокими стульями, а в центре зала расположилось несколько круглых столов. На каждом круглом столе стоял белый горшок с искусственной лавандой.

Сделав ещё один продолжительный глоток кофе, Дина заключила, что ей пекарня определённо нравится. Кофе варят неплохой, а атмосфера складывается такая, будто это место – небольшой островок спокойствия в вихре городской суматохи. Она даже удивилась, что не замечала это место раньше, ведь оно находилось в относительной близости от следственного комитета.

– Сегодня вы решили не работать, да?

– Да. Проводил всех фей на поезд до их родных деревень. Ни к чему им вся эта суматоха...

– Да, понимаю, – Дина оглянулась назад, где за окнами стояли журналисты, тяжело вздохнула и вернулась к опросу, – Какие отношения у вас были с погибшей?

– Такие же, как и со всеми остальными, дружеские. Я помогал ей с проблемами, а она помогала мне.

– Чем таким вам могла помогать фея?

Дина заметила про себя, что этот человек становится для неё всё удивительнее и удивительнее. Его опека над феями была совсем иной, не как у остальных. Это вызывало невольное уважение, но при этом заставляло задуматься, может ли вся забота быть напускной? Может ли этот человек носить маску?

– В их культуре заложено быть с собой в гармонии. Остальным существам часто этого не хватает.

– То есть... Феи часто заменяли вам роль психолога?

Она отпила кофе, пытаясь не высказывать то, насколько странно всё это звучит. Из-за специфики работы Дина общалась с разными существами и всегда замечала, что феи относятся к ней лучше, чем, допустим, какие-нибудь орки. Но при этом она никогда даже предположить не могла, что такое существо как фея, которое охраняют сильнее, чем некоторых политиков, может помогать решать чьи-то проблемы с принятием себя.

– Вы немного переиначили смысл сказанного, но в целом... – он на секунду задумался, – В целом да, так тоже можно сказать.

– Понятно, хорошо... – Дина постаралась напомнить себе, что в этой жизни всегда можно найти что-то необычное и это абсолютно нормально, – Были ли у вас конфликты с погибшей?

– Нет, ни разу. Феи очень миролюбивые создания, с ними сложно повздорить.

Казалось, Рамиль был очень спокоен. Он не возмущался из-за провокационных вопросов и не делал те движения, которые часто бывают у нервных людей. В общем, ощущение было такое, будто бы он контролирует ситуацию. И это тоже, конечно, заставляло задуматься.

– С каждым существом можно не найти общий язык, поэтому я не могу не задать и второй вопрос: были ли у жертвы какие-нибудь враги? Может, среди других фей?

– Нет, не было. Да и как вы себе это представляете? Вы же должны понимать, что феи слишком миролюбивые существа, они едва ли могут обидеться на кого-нибудь.

– Да, вы правы... – Дина задумчиво сделала глоток кофе, – Но почему-то же её убили.

– Согласен, мотив этого убийства найти важно...

Некоторое время они сидели в тишине. Оба размышляли над убийством, пытались найти хоть какой-то мотив или подозреваемого. Дина допивала свой кофе, думая о том, что Рамиль, на самом деле, прав. Феи навряд ли смогли бы поругаться с кем-то. Они приносили пользу государству и всегда были под дополнительной защитой, но никогда не отрекались от своих традиций любить мир и всё, что он преподносит. А потому единственной причиной убить фею могла стать случайность. Например, её могли украсть ради выгоды, но что-то в процессе пошло не так и в итоге фея умерла.

Но звучало это очень и очень глупо. Слишком уж много усилий надо потратить, чтобы хотя бы поранить фею.

И всё же Дина сделала первую пометку в блокноте: «Похищение и случайность?».

Чтобы заполнить молчание хоть чем-то Дина задала новый вопрос:

– А расскажите мне о жертве. Какая она личность? Какие её качества могли кому-то не понравиться?

– Давайте я расскажу сразу всё. Начиная с имени и заканчивая моими версиями произошедшего.

Дина взглянула на своего нового знакомого. Вид у него был крайне серьёзный и уже менее расслабленный чем раньше. Примерно так же ведут себя существа на допросе, когда их просят рассказать о жертве, которая приходилась им близким другом или родственником.

Ну или же это всё – хорошо отыгрываемая маска.

– Вам, наверное, поступила информация, что жертву зовут Тиана. Да, это так. Но, как и многие феи с длинными и уже устаревшими именами, она просила нас называть себя коротко и просто: Тиа. Она была очень общительной и дружелюбной, всем помогала и хорошо относилась даже к настоящим мерзавцам. У неё даже было хобби: чтение. Тиа очень любила читать приключенческие истории про далёкие путешествия и невероятные битвы. Иногда она даже читала вслух детям, которые приходили сюда с родителями по выходным. Она настолько нравилась посетителям, что я даже знаю нескольких постоянных клиентов, которые приходили сюда только чтобы повидаться с Тией.

– В вашей пекарне работники общаются с клиентами вместо того, чтобы работать?

Дина подшутила не просто так, прервав этим начавшуюся тираду. На самом деле, она уже не могла смотреть на лицо, которое не выражало никаких эмоций, и пустые глаза, будто бы потерявшие блеск. Рамиль испытывал грусть от потери подруги. И Дина уверена, что эти чувства он не играл. А теперь, когда он немного улыбнулся, сочувствие как-то притупилось и стало уже чуть-чуть легче.

– Капитан, как вообще вы могли подумать так о моей пекарне? Я же уже говорил, что тут мы пытаемся выполнить все желания клиента. Небольшой разговор с работником нашего заведения мы вполне в состоянии осуществить. К тому же, Тие и в правду нравилось общаться с другими.

Улыбка Рамиля опять пропала. Дина могла бы попытаться снова его развеселить, но тут незаконченный монолог продолжился. В этот раз Рамиль будто бы надел маску, он снова стал излишне расслабленным и бесстрастным:

– А на счёт подозреваемых у меня идей нет. У Тии были хорошие отношения со всеми.

– Почему тогда её труп нашли на рассвете? Что такого она делала ночью?

– Понятия не имею. Тия любит... – он дёрнулся, а после с невозмутимым видом продолжил, – Любила поспать.

– Хорошо, тогда можете назвать имена и желательно фамилии тех, кто приходил в вашу пекарню чтобы увидеть жертву?

– Думаете, убийца мог приходить сюда и разговаривать с ней, чтобы придумать план? – тут же догадался Рамиль.

– Вполне возможно. Эта версия – пока единственный вариант, в направлении которого можно работать.

Дина решила ничего не скрывать. Было у следователей одно правило: чем больше ты говоришь горожанам, тем честнее они отвечают тебе. Правда, нельзя было перегибать палку, не всю информацию из дела можно рассказывать посторонним.

– Да, я дам вам список, но только после того, как вы ответите на мой вопрос.

Брови Дины взметнулись вверх от удивления. Мало кто позволял себе ставить условие следователю. Но она поборола себя, пока в полном молчании допивала кофе до конца. Та непередаваемая горечь Рамиля, проявившаяся совсем недавно, когда он на секунду позволил себе снять маску, вызвала у Дины сочувствие, против которого она не могла идти. Это была её ахиллесова пята. Сколько бы дел она ни раскрыла, сколько бы лет ни отработала, сочувствие всегда проявляется в ней тогда, когда она видит страдание родственников и друзей жертвы.

Окончательно сжалившись над ним, Дина кивнула:

– Ладно, спрашивайте.

– Можно помочь вам?

Сначала она подумала, что не расслышала вопрос:

– Что?

– Можно помочь вам раскрыть это дело? – терпеливо повторил Рамиль.

На второй раз она поняла, что не ослышалась.

– Нет, нельзя, – в полном замешательстве ответила Дина, – Это запрещено. Я думала, вы достаточно сообразительный и должны это понимать.

– Я могу не отсвечиваться, – в его голосе звучали истинные мольба и надежда, – Могу искать информацию у тех источников, с которыми полиция не взаимодействует. Могу даже не видеться с вами, чтобы никто ничего не заподозрил. Вы же уже поняли, что я достаточно сообразительный. Одна голова хорошо, а две лучше, да?

Дине даже показалось, что в её горле что-то застряло, поэтому она несколько раз прокашлялась. В голове из-за шока была одна пустота. И всё же ей как-то удалось снова взять себя в руки и сказать:

– Послушайте, – тон у неё был такой, будто она разговаривает с обезьяной, у которой в руке граната, – Даже если бы это было разрешено, расследования – штука очень опасная. Никто из следователей не может сказать наверняка, когда на него захотят напасть. Мы все тут живём с оглядкой. Вам же я этого не желаю.

– Но... – Рамиль посмотрел в голубые глаза Дины и понял, что её никак не получится уговорить, – Тогда я не дам вам список?

Даже Дина по тону голоса поняла, что он уже полностью осознал свой провал и говорит это на всякий случай. Ведь это был вопрос, а не утверждение. И всё же она решила предупредить:

– Препятствие следствию приводит к штрафу. Вы хотите заплатить государству лишние деньги?

– Нет, но попытаться стоило... – вздохнув, он опустил голову.

Глаза Рамиля оказались не видны за волосами, но Дина была уверена, что в этот момент он снова был с этим безжизненным выражением лица.

– Послушайте, Рамиль... – она не могла оставить его в таком состоянии. Просто не могла, – Я сделаю всё, что смогу. Потрачу все силы на то, чтобы найти преступника. Я вам обещаю.

Он смог лишь кивнуть, не поднимая глаз.

Через пол минуты Рамиль вздохнул, взял себя в руки и высказал список всех, кто интересовался жертвой. Поблагодарив его и решив больше не говорить что-нибудь сочувствующее, Дина вышла из пекарни. Журналисты тут же атаковали её с расспросами, но снова благодаря чуду (не иначе) она добралась до машины и уехала в сторону участка.

Рамиль пропал из списка подозреваемых. Не имея никаких весомых причин на это, она была уверена, что это не он.

***

Это был уже четвёртый человек из списка, выданного Рамилем. Все трое, кто стоял до этого, оказались детьми из неблагополучных семей, которые приходили к Тие, чтобы та читала им сказки. Дина была практически уверена, что впереди её так же ждали одни лишь дети.

Оказалось, Тиа любила детей и старалась помогать им в силу своих возможностей. Она не только читала детям книжки, но и выслушивала их, помогая советом. Фактически заменяла тем, кому не повезло с семьёй, учителя, воспитателя и родителя.

Поэтому Дине было очень сложно общаться с этими детьми. Она не в первый раз объявляла кому-то о смерти их близкого, но делать это ей по-прежнему было тяжело. Однако же врать тоже неправильно.

Наконец, после пятого или, может, десятого нажатия на звонок, дверь открылась. К удивлению для себя, Дина обнаружила перед собой не маленького ребёнка, а вполне себе выросшего взрослого. Это был мужчина с бледной осунувшейся кожей и выразительными синяками под глазами. Его одежда была мятая и грязная, а кое-где виднелось несколько дыр. Квартира позади него поражала своей темнотой и тишиной. Разница между тем, где стояла Дина и тем, где находился мужчина, была настолько велика, что складывалось ощущение, что там, прямо за этим порогом, проход в другое измерение.

Одной рукой потирая глаза и щурясь от яркого света в подъезде, мужчина спросил:

– Чего вам?

Привычным движением Дина достала удостоверение из своего кармана, говоря заученную за много лет фразу:

– Вы Захар, да? Следственный комитет, капитан Мальро. Мне нужно задать вам пару вопросов.

Эти слова постепенно приводили мужчину в чувства после долгого дневного сна. Было видно, как с каждой новой секундой его лицо становится напряжённее, глаза – внимательнее, а поза – собраннее. Дина стояла и молча смотрела на своего оппонента, подмечая каждую новую деталь в его поведении. Она ждала, когда Захар, наконец, скажет хоть что-то или хотя бы пропустит её. Наконец, мужчина спросил:

– И по какому вопросу?

– Произошёл инцидент в пекарне «Домик на дереве». Вы, как постоянный гость, могли видеть или знать что-то.

Захар удивился ещё больше, но всё же пропустил.

Первое, что почувствовала Дина, войдя в квартиру: запах. Спёртый воздух непроветренных комнат и давно не стиранные вещи давали неприятный аромат, распространяющийся по всем помещениям. Но больше всего удивляло не это, а та невозмутимость, с которой Захар шёл по направлению к кухне. Казалось, его совсем не волновало ничего, что происходило в его же квартире.

– Осторожно, мусор.

И только после этого замечания Дина обратила внимание на пол. Он был весь усажен пустыми упаковками от быстрых обедов, пакетами с мусором и бутылками воды. В последний момент девушка шагнула чуть в сторону, не наступая в раскрытую упаковку из-под пюре быстрого приготовления.

Сидеть на кухне было некомфортно. На плитках на стене был налёт, посуда стояла целыми горами, повсюду валялись трупы мух. Пытаясь не касаться ничего вокруг, но при этом выглядеть дружелюбной, Дина сидела по струнке ровно, сложив руки на колени. Ей хотелось уйти из этого логова пещерного человека (по-другому назвать было просто нельзя) как можно скорее, но Захар мог поведать много полезной информации.

– Чай, кофе?

– Ни то, ни то, спасибо.

Мужчина недоверчиво прищурился, но настаивать не стал, просто сев за столом напротив.

– Так по какому делу вы пришли ко мне, капитан? Я спал почти весь день и не заглядывал в новости. Случилось что-то серьёзное?

– Вчера ранним утром крылья феи по имени Тиана были найдены в парке. Рядом нашли следы пепелища. Заклинание поиска обнаружило ДНК Тианы в золе.

Пока Дина раскладывала фотографии места преступления на столе, при этом умудряясь не задевать его, Захар молча сидел, смотря в одну точку. Он был с таким пустым выражением лица, что, казалось, будто бы его сознание исчезло, оставляя после себя лишь оболочку. Но на самом деле это было не так. И вскоре его бормотание это отчётливо доказало:

– Вы это всё несерьёзно. Вы врёте. Это всё вранье. Розыгрыш. Это может быть что угодно, – он резко перевёл взгляд тёмных глаз со своих колен на лицо Дины, – Она не могла умереть.

С каждой секундой в присутствии этого человека Дине становилось жутко. Было очевидно, что у того не всё в порядке с головой. Факты налицо: Захар не выходит на улицу, спит днями напролёт, и единственное, что он посещает – это пекарню. Дина уже встречала таких людей. Это был один из её самых нелюбимых типов. Они были противные, не соглашались проехать в отделение и могли сильно нагрубить или покалечить, если сказать что-то не так.

Дина незаметно открыла кобуру пистолета и положила руку на оружие. На всякий случай.

– Захар, посмотрите, пожалуйста, на фотографии. Можете ли вы что-то сказать по этому поводу?

Хоть Захар и считал слова следователя враньём, он послушался и осмотрел фотографии.

Резко вскочив со своего места, он схватил стул, на котором сидел, и выкинул его в окно.

Стекло разбилось, на улице послышался грохот и вой чей-то машины.

– Нет! Как она могла?! Как она могла оставить меня одного?! Она же обещала, что будет рядом со мной! – он ударил по стене кулаком, отчего тонкие стены задрожали, – Обещала, обещала, обещала!

Захар беспорядочно бил по стене, грохоча так, что пыльное зеркало при входе начало качаться из стороны в сторону.

Было громко, очень громко. Может, любой другой испугался бы таким сменам эмоций. Но не Дина.

Быстро подскочив к Захару, она использовала заклинание спокойствия, которым обучают студентов ещё в институте при Следственном комитете. Уже через несколько мгновений Захар сидел на своём стуле в полусонном состоянии, только бормоча что-то про предательство.

«Никогда не перестану радоваться тому, что знаю это заклинание. Без него я не знаю, как ещё можно было бы говорить с буйными существами». – подумала Дина, поправляя свой синий пиджак.

Заклинание вводило в расслабленное состояние на минуту, а потому у неё было время осмотреться. Первым делом Дина подошла к окну и посмотрела вниз. К счастью, стул помял только машину и ничего более, никакое существо задето не было. Быстро написав в отдел о том, что произошло, Дина пошла в другие комнаты, щурясь из-за недостатка света.

В ванной комнате лежало нестиранное белье, ванна и туалет были ужасно грязными, а в зеркале над раковиной невозможно было увидеть своё отражение. На автомате девушка осмотрела гору грязных вещей, но никакой одежды со следами крови она не обнаружила.

Стараясь поскорее окончить с осмотром, Дина быстро перебежала в спальню. Там её встретила незаправленная кровать, наполовину заполненная тарами, где когда-то покоились чипсы. В углу стоял компьютер, единственное место во всей квартире, которое было идеально прибрано. Однако не это поразило Дину, а то, что она увидела на стене прямо над монитором.

Это были феи. Много, очень много рисунков и фотографий фей. Но самое страшное было даже не это, а то, что заметить можно было лишь при детальном рассмотрении. На всех изображениях была одна-единственная фея.

Тиана.

Почувствовав, как сильно колотится сердце, Дина тут же сделала фото и быстрым шагом направилась вон из комнаты. Она определённо не должна была это видеть. И её определённо не должны за этим поймать.

К счастью, Захар к тому времени только-только начал приходить в себя. Он медленно открыл глаза и осмотрелся, не понимая, что здесь происходит. Когда же его взгляд зацепился за фотографии на столе, память после пробуждения вновь вернулась. А вместе с ней наружу вылились и все недосказанные эмоции, но уже совсем в другой форме. Захар сдулся как шарик, спрятал лицо в ладонях и заплакал. Он мелко подрагивал, согнувшись калачиком так, что Дине тут же стало его жалко.

И в тот момент, когда она уже почти подошла к нему и погладила по спине, в её памяти всплыла совсем недавно увиденная картина. Фотографии Тии. Значит, он следил за ней. Её рисунки. Он хорошо помнит, как она выглядит.

Захар следил за Тией. Он был сталкером.

А сталкеры могут убивать.

Она так и осталась стоять рядом, дожидаясь, когда её оппонент придёт в себя. Так прошли долгие пять минут. После этого времени стоять без дела Дине надоело. Жалость и понимание растворились вместе с прошедшими минутами, а потому девушка смогла сказать жёстко и хладнокровно:

– Захар, ответьте на несколько вопросов. После этого я покину вашу квартиру.

– На что отвечать? – почти шёпотом спросил он, так и не поднимая взгляда, – Я ничего не знаю и ничего не могу вам рассказать... – после недолгих всхлипов Захар вдруг выкрикнул, – Какая же я сволочь! Нужно было приходить к ней каждый день!

Мысленно вздохнув, Дина перевела разговор в другое русло:

– Где вы были позавчера ночью с двенадцати до шести?

– Спал. Что ещё я мог делать? – Захар постепенно брал себя в руки, поэтому даже смог поднять полную блестящих слёз голову.

«Ощущение, будто ты только это и делаешь...» – но сказала Дина совсем другое:

– Кто это может подтвердить?

– Никто, – он ответил уже более-менее спокойно. Дина обрадовалась, поняв, что всё дело в отсутствии Тии в их диалоге, – Я не выходил из дома последние три дня.

– Почему?

– Мы... – он всхлипнул, – Мы поругались с ней... Сначала я был так зол! Так зол, понимаете?! – Дина медленно кивнула, – А потом испугался своего собственного гнева. Я не имею ни малейшего права причинять вред – да даже касаться – Тианы.

Дина запретила себе выражать хоть какие-то эмоции по этому поводу.

– В чём была суть вашего конфликта?

– Она поймала меня за тем, что я... Ну... Я...

Лицо Дины вытянулось в удивлении:

– Она увидела, как вы фотографируете её?

– Как вы узнали? – он посмотрел с прищуром, – Вы поставили за мной слежку?

– Даже если бы мы поставили за вами слежку это ничего бы не дало. Вы же были дома.

– А... Да... – Захар снова посмотрел в пол, кивая.

Дина сделала в голове пометку: подозреваемый сам забывает о своём алиби.

– И? Что сделала Тиана, когда узнала о вашем... Хобби?

– Сказала, что это жутко, и она меня боится. – прошептал Захар.

Дина мысленно обрадовалась, понимая, что он не будет расспрашивать дальше откуда она знает про фото.

– Что вы ответили ей? Вы сделали ей что-то?

– Я же говорю, я бы не посмел! – выкрикнул он возмущённо, – Она слишком... Слишком... Прекрасна для того, чтобы её мог кто-то трогать.

– Но вы же поссорились с ней, да?

– Да, я накричал на неё и почти замахнулся, но вовремя остановил себя. А после заперся у себя дома.

Он удручённо замолчал.

– И не выходили три дня. То есть ваша ссора произошла два дня назад? Можете подсказать, в какое время?

– Точно не помню, но было уже под вечер, пекарня закончила свою работу.

Дина кивнула, а после подготовила себя к дальнейшему диалогу, который обещал быть ещё труднее:

– Вы обязаны проехать со мной для дачи дальнейших показаний.

– Что?! – Захар вскочил так, что стул упал с ужасным грохотом, – Я не убивал её! Это был не я!

– Все факты на лицо. Пока вы главный подозреваемый в этом деле. При сотрудничестве со следствием у вас будет возможность остаться на свободе.

– Да как вы смеете меня в таком подозревать!

Захар взял со стола нож и замахнулся им. И хоть Дина была готова к такому, она ничего не успела бы сделать. Натренированное тело было не таким быстрым.

Но тут где-то за окнами прозвучал грохот.

Захар инстинктивно повернул туда голову. Это было его ошибкой. Дина коснулась плеча Захара, используя сковывающее заклинание.

– Что?! Да как вы...

Он попытался двинуться, но ничего не получилось. Магия сдерживала его в одном положении. Дина выхватила нож из его руки и кинула на пол. Следом, ловким движением развернув мужчину, она заковала его в наручники. Хоть Захар и не был магом, она на всякий случай нажала на еле заметную кнопку, отменяющую действие магии и артефактов.

Только когда Захар оказался полностью обезоружен и уже не мог представлять опасности, Дина позвонила к себе в отдел:

– Алло? Да, привет. Я тут кое-кого хочу привезти к нам в участок. А, они уже выехали ко мне? – Дина вспомнила про стул, вылетевший из окна, – Ах, да, точно... Ну тогда предупреди, что я буду не одна. Да, на связи.

– Вы не имеете права... – хоть Захар и пытался сделать устрашающий голос, выглядело это смехотворно.

– Вы напали на сотрудника следственного комитета. У меня есть все полномочия, – Дина убрала телефон в карман и повела Захара к выходу из квартиры, смотря на него теперь уже с нескрываемым презрением, – Пройдёмте со мной. Нам ещё есть, что обсуждать с вами.

***

Рамиль не мог не признать, что эта следователь была мастером своего дела. В одиночку она смогла дважды предотвратить истерику сумасшедшего фанатика и при этом разузнать о его тайных пристрастиях.

Ну, почти в одиночку. В конце Рамилю всё же пришлось немного отвлечь Захара.

Однако в остальном эта Дина была огромной молодец.

Не то, что он сам. Взвалил на себя обязанность по защите фей, обеспечил им счастливую жизнь, но при этом позволил случиться всему вот этому... Наглый обманщик и лжец, вот он кто.

Нет, конечно, Рамиль понимал, что он не может всегда за всем следить. На самом деле, феи были достаточно сильными для того, чтобы защитить самих себя. И всё же, он не мог избавиться от чувства вины.

Ладно убийство, его, может, продумали очень хорошо. Но вот сталкинг... Как Рамиль вообще умудрился не заметить этого? Как он позволил себе потерять бдительность?

– Так, – он перестал шагать по дневной улице, прерывая свои же мысли, – Сначала дело, потом рефлексия. Вспомни законы старушки Галии. Контроль над телом и разумом.

Чтобы помочь себе не только на словах, Рамиль закрыл глаза. В его голове тут же появился образ милой миниатюрной старушки, ростом не больше тридцати сантиметров. Она плавно махала прозрачными крыльями и спокойно, с некой мудростью и любовью улыбалась каждому встречному. Следом пронёсся её низковатый убаюкивающий голос. «Будь мягче и плавнее. Будь добрее и спокойнее. Чтобы почувствовать жизнь, ей нужно наслаждаться». – говорил он. Рамиль всегда слушался этих советов. Вдохнув полной грудью, он медленно и нерасторопно выдохнул, а после плавно открыл глаза.

Теперь мир ощущался по-новому. Не удручали ни серые тучи на небе, ни редкие лужи под ногами, ни хрустящие осенние листья. Мир был прекрасен. Рамиль мягко улыбался всему: и угрюмым существам, спешащим куда-то по улице; и птицам, пролетающим мимо; и машинам, случайно обрызгивающим людей.

По сравнению со всем миром остальные проблемы казались незначительными. Всё вокруг было вечным, было прекрасным и ярким, было необыкновенным. Рамиль знал, мир не пропадёт. Он никогда не исчезнет в один миг, не взорвётся и не превратится в прах. А всё остальное было неважно. Всё остальное было решаемо.

Ведь другие проблемы – это не конец света.

Но даже так избавиться от груза вины Рамиль не мог. Все феи доверяли ему, а он...

– Кажется, и в этот раз обычным дыханием я себя не спасу... – вздохнув, прошептал он.

Рамиль знал, что делать. Потому что за последние два дня он не раз пытался избавиться от ненужного самокопания.

В мгновение ока он перенёсся в пекарню. Всегда удобно, когда обладаешь телепортацией. Однако распространяться об этом Рамилю всё ещё не стоило. То время, когда он хотел привлечь к себе внимание, давно прошло.

Как только Рамиль нажал на выключатель, зажёгся мягкий тёплый свет. «Домик на дереве» как обычно встречал уютом и приятным запахом выпечки. Только теперь тут никого не было. Ни весёлых посетителей, улыбчиво переговаривающихся о чём-то, ни утончённых миниатюрных фей, работающих своей прелестной магией лишь для того, чтобы вызвать у остальных благодарную улыбку.

Сейчас тут было тихо. Поэтому в душе не было ни капли прежней лёгкости.

Заставив себя двигаться, Рамиль направился за стойку. Повернув голову, он мельком глянул на улицу через открытые окна. Хоть основная толпа журналистов и рассосалась за прошедший день, зоркий глаз заметил несколько фигур, сидящих прямо напротив входа. Они караулили посетителей и работников пекарни, пытаясь узнать новую информацию по произошедшему. Но правда была в том, что никто ничего не знал. Хотя Рамилю очень бы этого хотелось.

Дойдя до кофемашины, он привычным движением начал высыпать кофе. Однако тут же остановился. «Сейчас мне нужно не это». – подумал Рамиль, закрывая упаковку и отставляя её в сторону. Чай, как и кофе, помогали ему прийти в бодрость. А вот получить внутреннее равновесие, посмотреть на ситуацию здраво и без лишних эмоций помогало совсем другое: какао. Взяв самый большой бумажный стаканчик из возможных, Рамиль поставил его на платформу кофемашины и нажал несколько кнопок. Вскоре в стакан полилось горячее молоко. Пока кофемашина выполняла свою работу, Рамиль покопался в шкафчиках под ней и достал оттуда упаковку какао и небольших маршмеллоу. Когда жужжание прекратилось, а стакан был заполнен молоком до самых краёв, Рамиль открыл какао. В полной тишине он наклонил упаковку.

Молчание прервал чей-то стук в дверь. Рука дёрнулась, высыпая больше нужного.

– Здравствуйте! Можно?

Какого же было его удивление, когда в окно помахала следователь.

Поставив упаковку на стол, Рамиль пошёл ко входу и, отодвинув защёлку, открыл дверь. Как только Дина зашла, он тут же обратно заперся, чем заставил нескольких журналистов разочарованно вздохнуть.

– Что такое, капитан? Появились новые вопросы?

– Ну...

Дина отвела взгляд, пытаясь найти тот ответ, который бы идеально подошёл. Не могла же она сказать, что идея посетить пекарню была необоснованной. Она устала от допроса того мерзавца и решила дать себе перерыв. «Домик на дереве» идеально подходил для таких задач. На то это и островок спокойствия.

– У меня появился подозреваемый, но несколько несостыковок не дают покоя. Я подумала, что могу прийти сюда, чтобы узнать про жертву ещё больше.

Это звучало вполне логично. Дина даже похвалила себя.

А Рамиль лишь мило улыбнулся. Развитое чутьё подсказывало ему, что эта причина была не единственной. Однако же допытываться до кого-то он не любил. Если человек что-то не хочет говорить, значит на то есть свои причины.

Рамиль направился обратно за стойку, по дороге отвечая.

– И вы были правы, капитан. Я готов рассказать вам про Тию всё, если это хоть немного поможет в расследовании. Для вас двери нашей пекарни всегда открыты.

Он повернулся на собеседницу и встретил ответную улыбку. На душе стало неожиданно легко. Спокойствие всегда приходило к нему вместе с клиентами, с которыми можно было завести незатейливую беседу.

– Да? Рада это слышать.

Дина взяла стул и поставила его к стойке, прямо как в прошлый раз. Она удивилась тому, насколько обыденно это получилось. Ей показалось, будто бы она делала так уже давно. Действие совершилось само, без каких-либо мыслей и доводов. Так, будто бы это уже выработанная привычка.

Наверное, «Домик на дереве» никогда не перестанет её удивлять.

– Как вы относитесь к кружке какао, капитан?

– Хм? Какао? – удивилась она, – Почему именно оно?

– Я делал его себе, могу сделать и вам. Или вы больше предпочитаете кофе? – лишь мельком глянув на единственную посетительницу, спросил Рамиль. Всё его внимание было на том, чтобы убрать лишнее какао из своей кружки.

– Нет, что вы... Сделайте своему посетителю кружечку какао. Хочу попробовать тот напиток, который пьют даже работники заведения.

И вновь началась эта игра. Рамиль не мог её не поддержать. Обернувшись, он с ухмылкой сказал:

– Будет сделано. Уверяю, в «Домике на дереве» лучший какао в городе.

– Что ж, я буду надеяться, что вы снова меня не обманете.

– В политике заведения прописан пункт об обязательном уважении всех клиентов. Так как ложь – проявление неуважения, наши работники никогда не врут.

Дина несколько раз прокрутила эти слова в голове, а после тихо рассмеялась. Её голос распространялся по помещению, отпрыгивал от стен и занимал всё пространство пекарни. В том числе и голову Рамиля. В удивление для себя он заметил, что смех капитана был красив. Он оказался мягким, обволакивающим, жизнерадостным.

Нет, не так.

Не только её смех был красив. Тот голос, которым она говорила с подозреваемыми, тоже был удивительным. Жёстким, стойким, уверенным. Ему хотелось подчиняться. Его хотелось слушать. Ведь, казалось, если не послушаешь этот голос, то на тебя обрушится вся сила, что скрывалась за теми интонациями. Опасная, жестокая, обездвиживающая сила.

В общем, голос капитана был прекрасен.

Он идеально подходил ей.

– Каждому высокопоставленному лицу врут, чтобы оставить голову на плечах. Не значит же это, что его не уважают?

Рамиль не сразу понял, о чём ему только что сказали. Слишком задумался. А когда вопрос дошёл до своего получателя, он хмыкнул, отвечая:

– Согласен, это признак некомпетентости тех, кто врёт. Но таких работников в нашем заведении никогда не было.

Не теряя улыбки, молодой человек развернулся, начиная варить второе какао. Всё это время Дина рассматривала спину знакомого. Её мысли всё никак не покидали опасения. Хоть у Захара и есть мотив и возможности, чтобы совершить убийство, казалось, что всё не так просто. Но единственная адекватная причина своего недоверия, которую Дина нашла, была вполне естественная реакция подозреваемого на фотографии с места преступления. Конечно, можно было бы предположить, что эти постоянно меняющиеся эмоции были комком вины, которое испытывал Захар. Однако можно ли испытывать вину такой силы? Дина понятия не имела.

– О чём задумались, капитан?

– А? – медленно вылезая из мыслей, Дина осмотрела сначала Рамиля, потом стол, где стояли два больших стаканчика с какао, сверху посыпанное маршмеллоу, – Пытаюсь понять сама себя. Как я уже говорила, у меня есть подозреваемый.

– Мгм... – протяжно подтвердил он, присаживаясь на стул с другой стороны стойки.

– И вроде бы мотив есть, как и возможности. Но всё же что-то меня смущает... – она подвинула к себе какао и отпила немного, – Нутро подсказывает, что это не он, но я не могу понять причины. Откуда мне самой знать, что убийца кто-то другой?

– Интуиция?

Дина насмешливо хмыкнула:

– К вашему сведению, господин Кастро, я в первую очередь следователь, – она на несколько мгновений достала удостоверение из кармана и помахала им, но открывать не стала и вскоре положила на место, – А следователи таким понятиям как интуиция не доверяют.

– Значит, посадите его, о, Великий следователь, в чём проблема? – Рамиль и в этот раз поддержал шутливую манеру общения.

Правда, теперь он пошутил намеренно. За улыбкой легче прятать ненависть. Нет-нет, ненависть не на капитана, откуда бы ей взяться? Ненависть на Захара. На этого лживого безумного ублюдка...

Ну и ненависть на себя, конечно. Рамиль бы мог заметить, понять и защитить Тию, но...

– Нет, так не пойдёт... – Дина тяжело вздохнула и покачала головой, – Сложно посадить его лишь только на мотиве.

– То есть, нужно какое-то подтверждение? – Рамиль заметно оживился, – Его признание или, допустим, орудие убийства?

– Ну... Да, типа того.

Это был шанс. Нужно было помочь с расследованием, отработать вину хоть чем-то...

– Значит найдёте. Нужно лишь продолжить искать, капитан. Ну либо добиваться добровольного признания.

Рамиль мило улыбнулся и отпил немного какао, раздумывая, как бы найти доказательства причастности Захара к этому убийству.

А Дина думала совсем о другом. Решив хотя бы на время отвлечься от работы, она посмотрела на раслабленно-задумчивое лицо напротив. Хоть Рамиль и казался милым и уютным, она чувствовала в нём много тайн, загадок и секретов. Как настоящий следователь она бы очень хотела до них докопаться.

– Как вам вообще пришло в голову создать пекарню, где будут работать феи? – она отпила немного просто потрясающего какао и сделала максимально непринуждённый вид.

– Феи помогли мне понять кто я такой, – он тоже сделал глоток какао, прерываясь, – После их уроков я решил, что буду делать жизнь существ лучше. Ну а чем лучше всего поднимать всем настроение? – Рамиль обвёл руками круг, демонстрируя всю округу, – Конечно же едой.

Дина тихо рассмеялась в стакан, про себя отмечая, что ей хотелось бы попробовать здешнюю выпечку. Если напитки тут все такие вкусные, то и еда должна быть потрясающей.

Этот долгий взгляд на пустую витрину не мог остаться незамеченным. Рамиль поймал его и улыбнулся:

– Чем быстрее м-... Вы найдёте преступника, тем быстрее заведение продолжит свою работу.

– Сделайте мне скидку, как особому клиенту?

– Конечно, в благодарность за ваши труды я готов сделать скидку в сто процентов.

– Да ну? – Дина лукаво улыбнулась, – А если я закажу всю вашу выпечку за раз?

– Что ж, тогда нашему заведению придётся закрыться на день, так как заготовленной продукции больше не осталось, – Рамиль пожал плечами, улыбаясь точно так же лукаво.

Но их очередную шутливую беседу прервал стук во входную дверь. Напрягшись, Дина и Рамиль одновременно посмотрели туда, а после друг на друга. За окном стоял незнакомый мужчина с портфелем в одной руке и планшетом с бумагами в другой. Встав из-за стула, Рамиль подошёл к выходу и спросил:

– Кто?

– Федеральный надзор по защите фей, – мужчина показал какое-то зелёное удостоверение, – Откройте.

И тут Дина напряглась ещё больше. Хоть она и не понимала, что происходит, всё её тело чувствовало, что от этого гостя не стоит ждать добрых вестей.

Сближение

Незнакомец переступил порог пекарни и огляделся. Его взгляд остановился на всём, кроме Дины. Он будто бы специально не обращал на неё внимания. Когда каждая деталь помещения была им рассмотрена, он снова посмотрел на Рамиля и сказал:

– Предъявите все ваши документы на это заведение.

– Да, конечно...

Рамиль кивнул и удалился в дверь за стойку, на которой жирными буквами было написано «Служебное помещение». Когда же он вернулся, в его руках лежала стопка документов разной формы и цвета. Дина пыталась хотя бы глазком заглянуть в самый верхний документ в этой стопке, но Рамиль пронёсся мимо неё так быстро, что ей не удалось прочитать даже название. Девушка перевела взгляд с документов на лицо Рамиля и внутри неё что-то сжалось. Мягкие черты немного поострели, глаза стали щенячьими, будто бы беспомощными, а брови – нахмуренными. Рамиль волновался и ничего не мог с собой поделать. От этого Дина начала переживать ещё больше.

Она посмотрела на незнакомого мужчину, пытаясь найти хоть что-то в его мимике и жестах, разгадать причину его прихода и то, почему же Рамиль так его боится. Всем была известна эта организация: «Федеральный надзор по защите фей». Правительство создало её, так как для фей нужен был отдельный контроль и отдельная система. Этот надзор проверял все верифицированные места, где феи могли надеяться на защиту. Обычно такими местами являлись вокзалы и аэропорты, а также деревни фей, находящиеся где-то далеко в глуши. Так же эта организация обеспечивала феям отдельную охрану и средства передвижения: личные поезда и самолёты, личное такси. В общем, именно Федеральный надзор по защите фей занимался тем, чтобы количество фей в стране увеличивалось, а не уменьшалось.

Но почему они пришли в пекарню? Случайная проверка? Нужны новые документы?

Дина была уверена, всё это не просто так.

Она снова посмотрела на незнакомца. Это обычный седовласый мужчина с очками на носу и очень густыми бровями. Его лицо было морщинистым, а потому как-то само по себе выражало эмоцию грусти даже тогда, когда мужчина не испытывал чувств. Всё в нём, даже нос и уши, говорило о старости и беспомощности. Всё кроме глаз. Они были зоркими, быстро осматривали округу и будто бы стреляли в самую душу. Эти зелёные глаза совсем не выглядели глазами беспомощного дедушки. И по опыту Дина знала, судить человека в первую очередь нужно именно по глазам.

Мужчина выхватил документы из рук Рамиля и начал пролистывать их, почти не читая. Он бубнил что-то еле слышное себе под нос, но при этом выглядел так, будто бы вся эта документация его совсем не интересовала. Вскоре он посмотрел на Рамиля, стрельнув в него глазами таким образом, что тот еле сдержался, чтобы не вздрогнуть:

– Покажите ваше удостоверение защищённого места.

– Да-да, сейчас...

Рамиль аккуратно, почти нежно забрал документы из рук мужчины и пролистал их, выбрав определённый листок. Он был в отдельном файлике, с тёмным печатным текстом сверху и таблицей снизу. В графах таблицы были записи и подписи, сделанные ручкой синего цвета. Рассмотреть поближе и понять, что именно написано в документе, Дина не успела, бумагу выхватил седовласый мужчина. Он бегло прошёлся глазами по всем графам и резко нахмурился:

– Молодой человек, оно просрочено.

Сердце Дины ушло в пятки.

– Что значит «просрочено»? – голос Рамиля стал тише и медленнее, а брови нахмурились. Он старался не показывать, как сильно его напугала эта новость, но Дина чувствовала его страх.

– Вот, посмотрите на дату. – он протянул документ, указав морщинистым пальцем на графу в таблице.

Рамиль быстро прошёлся по записи глазами.

– Но... Этого просто не может быть... Обычно проверки хватает на год, почему эта действительна только три месяца?

– Правила изменились. – мужчина бесстрастно пожал плечами, полностью игнорируя растерянность собеседника.

– Разве меня не должны были оповестить об этом?

– Вас оповестили. Вы, наверное, не видели наше письмо.

– Я проверяю почту каждый день, вы ничего мне не присылали с момента последней проверки.

Постепенно голос Рамиля начал приобретать железные нотки. Дина хмуро посмотрела на него, не понимая, что же изменилось. Он что-то понял, но что?

– Значит, вы всё же что-то пропустили.

Рамиль медленно вдохнул и ещё медленнее выдохнул. Следом уже ровным, безэмоциональным тоном он спросил:

– Ладно. И что мне нужно сделать? Заплатить штраф и ждать новой проверки?

– Нет, теперь уже поздно что-то менять, молодой человек, – он гадко усмехнулся, – Я закрываю ваше заведение.

На секунду в голове Дины была лишь пустота. Она не сразу поняла, о чём только что сказал незнакомец. Слова будто бы вошли в её голову и растворились в ней...

А потом произошёл взрыв.

Осознание пришло резко и бесповоротно, за ним ворвались и эмоции, и мысли, и реакции организма. Дина будто бы резко стала жить. Заново и с этой ужасной мыслью: «Домик на дереве» закрывают.

Не сказать, что Дина сильно привязалась к этому месту, ведь ей довелось тут быть всего дважды. И всё же она чувствовала, что эта пекарня важна. Если не для всех фей, то хотя бы для Рамиля. Конечно, сам Рамиль тоже был для неё лишь новым знакомым. Однако почему-то Дина почувствовала невозможность сидеть на месте.

Она должна была помочь.

Стул скрипнул от движения по паркетному полу. После молчания, воцарившегося из-за сказанных ранее слов, этот звук звучал так скрипуче громко, что все трое зажмурились, будто бы пытаясь выгнать шум из своей головы. Рамиль чуть повернул голову лишь для того, чтобы посмотреть на Дину. В его взгляде читалось недоумение.

Но сейчас Дину интересовало не это.

Она смотрела лишь на седовласого мужчину. Если раньше, когда она расслабленно сидела у стойки, его зелёные глаза казались быстрыми, острыми и опасными, то сейчас Дина обзавелась точно таким же взглядом. Она глядела на мужчину так же жёстко и остро с одним лишь отличием: на её лице не было победоносной улыбки. Но это пока.

Ловким движением достав из кармана штанов тонкий блокнот и небольшой карандашик, Дина вновь осмотрела мужчин. А, удовлетворившись, что всё внимание было лишь на её скромной персоне, она произнесла чётким и уверенным голосом. Скрывать страх за маской уверенности в этот раз у неё вышло лучше, чем у Рамиля:

– Мужчина, как вас зовут?

– Капштык Александр Максимович. А вас? – не ожидая подвоха, улыбчиво спросил он.

– Хм, хорошо... – записав это, Дина убрала блокнот и ручку обратно в карман, – Здравствуйте. Меня зовут Дина Мальро, и я... – в этот момент седовласый клерк хотел прервать её речь. Своим напором Дина не позволила ему вставить ни единого слова, – Из органов полиции, – она быстрым движением достала удостоверение уже в раскрытом виде и почти тут же убрала обратно, из-за чего прочитать слова «Следственный комитет» не было возможно, – В данный момент на территории общественного места я заметила беспорядки, ваши разборки, – она делала вид, что обращается к обоим, – Мешали другим горожанам. Я хотела бы попросить поскорее решить конфликтную ситуацию. В противном случае вы оба отправитесь за решётку.

– Постойте, девушка, о каком общественном месте идёт речь? Каким людям наш конфликт может мешать? – мужчина не отступал, он не выглядел ни напуганным, ни растерянным.

А Рамиль лишь молчал, смотря на знакомую полными удивления глазами.

– Как о каком месте? – Дина мысленно возликовала, хоть и показала на публику другое: удивление, – Об этой самой пекарне. А мешаете вы мне. Я спокойно сидела и пила свой какао, когда вы пришли. После этого началась какая-то ругань. Я посчитала нужным прекратить это до того, как дело дойдёт до драки.

Дина развела руки в стороны и изобразила полный расслабленности вид. В этот момент улыбалась уже она, а не Александр.

– Вы вывернули истину, – холодно сказал он, – Это превышение полномочий.

– А разве ваши слова на счёт документов не были превышением ваших полномочий? – и снова удивлённое, совсем не гневное лицо.

– Да что вы себе позволяете?!

Седовласый мужчина, полный гнева, сделал шаг в сторону Дины, выпуская часть своей магии наружу. Однако в тот же момент Рамиль отодвинул девушку к себе за спину, закрывая плечом. Почувствовав опасность, он переборол удивление и воинственно сказал:

– Дина, не надо, я...

– Повторяю ещё раз!

Крик Дины разлетелся по пекарне. Он отпрыгивал от стен, заставлял дрожать стёкла и потревожил ровную гладь двух недопитых какао. Она тоже применила магию. Но не просто чтобы запугать. Ей нужно было, чтобы её услышали. Поэтому высвобожденная сила направилась усиливать громогласный крик.

– Я остановила вашу дискуссию, чтобы избежать возможной драки, – она нежно положила ладонь Рамилю на предплечье и оттолкнула в бок. Повиновавшись, он отошёл. Было очевидно, сейчас Дине перечить нельзя, – И я советую сейчас же рассказать мне суть вопроса и показать тот документ, о котором шла речь. Иначе я вызову подкрепление.

Не только Рамиль перестал перечить. Александр, почувствовав, что эту женщину силой не запугать, решил поступить по-другому.

Что ж, это Дине и было нужно.

– Понимаете, девушка, – он выхватил документ из рук Рамиля и протянул Дине, – Последняя проверка этого заведения была уже полгода назад. То есть заведение работало без проверки три месяца, – он указал пальцем в последнее заполненное окошко в таблице, – Согласно законам, прописанным в Конституции по Защите Фей и их Прав, общественное место, не проверенное три месяца подряд, автоматически закрывается по причине опасности за жизнь и здоровье фей.

Дина повернула голову на Рамиля:

– Это правда?

Тот лишь кивнул.

Но Дина знала, что всё не так просто. Чувствовала это где-то глубоко внутри.

– Можно? – она протянула руку к документу, спрашивая больше у Рамиля, чем у незнакомца.

Кивнули оба. Забрав документ, Дина прошлась по нему глазами. Вроде бы всё было точно. Адрес тот, название заведения такое же, функционал соответствует. В таблице были подписи проверяющих и их комментарии. В каждом из них о заведении хорошо отзывались, говорили как о замечательной продукции, так и о счастье работающих тут фей. Подписи стояли разные, из чего делался вывод, что каждый раз приходили новые люди. И лишь одно в таблице оставалось неизменным: действие прошедшей проверки. В каждой графе таблицы стояли даты, обозначающие день проверки и срок, до которого она действительна. Каждый раз этот срок был равен году. Однако же в последней графе срок отличался: он был равен трём месяцам. Ни больше, ни меньше.

Это было чертовски странно. Дина смотрела на этот набор цифр и размышляла, что делать. Выглядит всё вполне логично, словам незнакомца бумаги соответствуют, даже возможность того, что оповещение об уменьшении срока осталось незамеченным, имела место быть. И всё же что-то тут было не так.

Привитое чутьё следователя подсказало направление раздумий: магия. Единственный способ ещё как-то проверить этот документ – это через неё.

Этим Дина и занялась. Пустив по листку небольшой заряд силы, она осмотрела документ сначала на предмет копирования, затем на подлинность подписей (если их сделал один человек – магия поймёт это). Но всё было чисто. Оставался только один вариант. Дина пустила магию по листку последний раз. И, как оказалось, не зря.

– На документе следы магии.

– Хм... – совсем неудивлённо протянул Рамиль.

Реакция клерка была совсем другой:

– Что?! Но... Я совсем ничего не понимаю...

Дина перевела холодные голубые глаза на незнакомца. Взгляд искрил ледяным пламенем, обдавая клерка и жаром, и холодом одновременно. Рамиль краем глаза заметил, что мужчина мелко дрожал.

– Объяснитесь?

– М-может, кто-то из моих коллег писал магической ручкой? Артефакт... Он... Он оставляет на листке магию, это же известно каждому перво-...

– Была использована магия не этого типа, – холодным тоном прервала его Дина, – Магия артефактов отличается по своей структуре: она не живая и холодная. Та магия, которой воспользовались тут... – на секунду Дина прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Это заклинание не было её коронным, – Тёплая. Но не спокойная. Она пылающая и энергичная. Заклинание явно сделали на эмоциях.

– Но... Но это дискриминация! Почему вы думаете, что это мог быть я? А вдруг это он наколдовал число на документе? – мужчина указал дрожащим пальцем на Рамиля.

Однако в этот раз тот лишь усмехнулся. От былого страха за пекарню не осталось и следа, теперь в груди мужчины пылал лишь праведный гнев.

– Зачем бы мне это делать? Проверки совершали ваши люди, записи их проверок с камер видеонаблюдения сохранились в моей картотеке. Каждый раз я специально спрашивал проверяющего на сколько хватит этого осмотра. На каждой записи ваши работники отвечали, что полгода. Но в последний раз я не спросил об этом. Тия отвлекла меня, попросив новую книжку: «Приключения Гекльберри Финна», слишком уж ей понравилась история Тома Сойера. А потом к ней присоединилась и Рут, с расспросами о Хэллоуине. – на мгновение Рамиль повернулся к Дине, улыбнулся и пояснил лично ей, – Не все феи понимают человеческие традиции. Рут одна из них, – но как только он повернул голову обратно к мужчине, улыбка спала с его лица, – Этим вы и воспользовались, да? Узнали у коллег, что никаких доказательств у меня быть не должно и пришли сюда. Спешу вас расстроить: так просто закрыть «Домик на дереве» у вас не получится.

– Да как вы вообще посмели сказать мне... – седовласый мужчина начал было повышать голос на Рамиля, разозлился и сильно нахмурился.

Но сделать даже шаг в его сторону Дина не дала. Встала между мужчинами лицом к незнакомцу и достала из другого кармана наручники.

Как только предмет покачался прямо перед лицом Александра, он замолчал, встав, как по команде.

– Лучше сознайтесь во всём сейчас или мне придётся отправить вас в отделение полиции.

Молчание было долгим. Долгим и тяжёлым.

И вот, наконец, мужчина сказал:

– Да, я сделал это. Пекарня должна быть закрытой. Если бы тут всё было по правилам, того убийства бы не произошло.

Рамиль вздрогнул. К счастью, его реакцию никто не заметил.

– А вы, – тем временем продолжил клерк, почти шипя, переведя взгляд острых глаз на Дину, – Препятствуете правосудию.

– Я как раз пытаюсь его восстановить, – она даже не дрогнула, угрозы и обвинения для каждого следователя были в порядке вещей, – Убийство произошло за пределами пекарни. Никто в пекарне не виноват в том, что Тия решила прогуляться поздно ночью по городу.

Рамиль печально улыбнулся. Было мило со стороны Дины защищать его. Однако он знал, эти слова ошибочны.

– Если вы сейчас же не уйдёте с территории пекарни, то я доложу о вас в полиции. У меня есть ваши фамилия и имя, – лицо седовласого мужчины вытянулось и побледнело, отчего Дина не могла не улыбнуться, – Найти вас среди других работников вашей организации будет нетрудно.

Александр что-то прошипел себе под нос, после чего громко выкрикнул, вскинув руки:

– Ладно, я уйду!

Он направился в сторону выхода, Рамиль – за ним.

– Но помяните моё слово! Это так просто вам... – он задержался на этом слове, посмотрев сначала на хозяина пекарни, а потом на полицейского, лезущего не в своё дело, – С рук не сойдёт!

– Мгм, мы знаем, – Рамиль мило улыбнулся и открыл перед мужчиной дверь, проигнорировав его злой взгляд, – И... Знаете... – сказал он, когда мужчина почти переступил порог.

– Что ещё?! – взревел тот.

– Передайте своему начальству, что «Домик на дереве» так просто не закрыть. Если они считают, что на наше закрытие есть веские причины, то пусть принесут доказательства, а не присылают какую-то пешку, чтобы тот закрыл нас обманом.

– Да как вы...

– До свидания.

Рамиль тут же закрыл дверь на защёлку. Через окна громогласные высказывания рассерженного мужчины были практически не слышны. А вскоре он и вовсе затих, журналисты подбежали к нему и тут же окружили с расспросами.

Но Дина с Рамилем уже не обращали на него никакого внимания. Они лишь смотрели друг на друга не в силах отвести взгляд.

Рамиль заглянул в эти голубые глаза, в их радостные блики от недавней победы, разглядывал эти невероятные пряди русых волос у лица и милую косичку на плече, смотрел на кроткую улыбку, розовые губы, еле заметные веснушки на носу и мягкие углы подбородка.

В этот момент Рамиль понял, что пропал.

Он не знал, куда приведёт его это чувство и что произойдёт потом, но зато сейчас он знал наверняка: эта девушка просто невероятна. Она поверила ему в самом начале, а сейчас пожертвовала своим положением ради, по сути, незнакомого человека. Её голос, её смех, её мысли и поступки – вся она была удивительна. Рамиль никогда не встречал таких девушек и, он уверен, не встретит никогда. Поэтому ему нужно остаться с ней. Подружиться и стать ближе, чтобы иметь возможность хотя бы иногда наблюдать за этим невероятным человеком.

Эта мысль и дала Рамилю понять, что тот пропал. Никогда ещё он не хотел так сильно стать с кем-то ближе.

Дина была прекрасна. И Рамиль восхищался ей.

В голове самой Дины творился полный бардак. К ней вдруг пришло осознание, что у неё не было весомых причин помогать Рамилю. Она не обязана была этого делать, они ведь совсем не знакомы. Однако же она помогла ему. Дина поверила, что он не мог подделать документы или работать с просроченной проверкой. Она поверила ему тогда, в самом начале, и поверила сейчас. И оба раза не поддавались её объяснению.

Но это была не единственная загвоздка. Размышления о причинах своих же действий прерывали мысли, которые не были привязаны ни к одной логической цепочке: «Эти каштановые кудряшки так мило смотрятся без пекарской шапочки... Интересно, какие они на ощупь?» или «Его карие глаза заглядывают мне прямо в душу. Интересно, о чём он думает?» и много других похожих непонятных мыслей.

Всё это не поддавалось никакому объяснению. И в какой-то момент Дина пришла к выводу, что легче просто не думать об этом. Она решила плыть по течению. Пока эти мысли были всего лишь мыслями, никому они не могли навредить. А это самое главное.

К тому же так может играть с ней адреналин, выделившийся после недавнего диалога с Александром. Это вполне логичное объяснение происходящему, разве нет?

И бескорыстную помощь можно объяснить: Дина всегда была борцом за справедливость.

Так что ничего непонятного тут нет. Можно просто расслабиться и наслаждаться всё ещё недопитым какао и незатейливыми беседами...

– Дина...

Вкрадчивый баритон Рамиля плавно прервал затянувшуюся паузу. Девушка впервые за последнюю минуту посмотрела на него осознанным взглядом, ведь наконец-то позволила себе выйти из водоворота мыслей.

– М?

– Спасибо, я... – он поджал губы и несколько потупил взгляд, пытаясь собраться с мыслями, – Я правда благодарен тебе. Я бы не смог так тонко и чётко решить эту ситуацию.

– Да ничего, это пустяк. Помогать людям – моя работа, – но тут глаза Дины расширились от неожиданного осознания, – Ты знал!

– Про что? – Рамиль мило наклонил голову в бок, прямо как большой плюшевый мишка.

– Ты знал, что этот засранец изменил документ! – с каждым словом она подходила к нему ближе, а в конце тыкнула его указательным пальцем в грудь, – Ты не удивился, когда я выяснила это!

– Ну, я предполагал, что произойдёт что-то такое, – прикрыв глаза, Рамиль расслабленно улыбнулся. В этот момент к нему снова вернулась лёгкость, – А ты поверила в меня. Без раздумий решила, что я не мог бы подделать документ или работать тут без проверок.

– Ну да, оно как-то само... – не ожидав такой резкой смены ракурса на её персону, Дина немного замешкалась и медленно убрала палец с груди собеседника. Несколько секунд они молчали, после чего она наконец-то спросила, – И часто они так приходят? Ты сказал ему в конце про начальство... Откуда ты знаешь, что он сюда пришёл не по своей воле?

– Это же очевидно, – решив не продолжать разговор посреди пекарни, Рамиль направился за стойку. Дина тут же последовала за ним и села на своё место, – Ты думала, после этого убийства ко мне никто не придёт с проверкой?

– Если честно, я вообще об этом не думала.

Дина взяла свой какао и сделала несколько глотков. Её лицо тут же сморщилось.

– Что, остыл?

– Ну да, мы же так долго разговаривали. Сам по себе он не мог стать теплее...

– Сейчас, подожди...

Рамиль наклонился через стойку и положил обе руки на стаканчик Дины. Его левая ладонь нежно накрыла руку девушки, но Рамиль будто бы не замечал этого. Он закрыл глаза и сосредоточился, плавно выливая магию из своих рук. Дина почувствовала невероятное тепло от его кожи. Оно не было обжигающим или испепеляющим, даже наоборот: оно было уютным. Расслабляясь в этом мягком тёплом касании, Дина рассматривала лицо Рамиля. В итоге она даже не заметила, как он отстранился и открыл глаза.

– Вуаля. Ваш какао подогрет.

– Что? – Дина смутилась и недоумённо посмотрела в свой стаканчик, – Да?

Сделав несколько глотков, она удивлённо посмотрела на Рамиля.

– Стало ещё вкуснее, да? – у него появились смешинки в глазах, – Благодаря феям я узнал, что магия делает всю еду насыщеннее.

Пока Рамиль подогревал свой стаканчик, Дина молча допивала какао. Она заново оглядела всё помещение, и её грудь вдруг пробила невероятная грусть от ощущения какой-то странной пустоты. Поставив стаканчик, в котором осталось всего ничего, Дина сказала:

– Думаю, с феями это место было бы ещё прекраснее.

– Так и есть, – Рамиль невесело улыбнулся, – Пекарня становится будто бы отдельным миром. Тут своё волшебство и своя магия. И что бы ни происходило за окнами, внутри всегда тепло и хорошо.

Дина разглядывала эти грустные карие глаза, и её сердце болезненно сжималось. Ей так хотелось подойти к Рамилю и крепко-крепко его обнять, но... Они всё ещё знакомы два дня.

– Да, звучит и в правду чудесно. Теперь я понимаю людей, которые постоянно приходят сюда.

Рамиль лишь выдавил улыбку. Такое его поведение опечалило Дину ещё больше. Он слишком любит это место, а сейчас оно уже совсем другое.

– А-а... Расскажи про фей. – неуверенно попросила она, – Ты говорил, что они иногда не понимают человеческие традиции?

– Да, – он хмыкнул, отпивая какао, – Они живут в изоляции, поэтому до традиций, которые когда-то придумали люди, им ещё далеко.

Дина изобразила полный заинтересованности вид и, наконец, допила какао до конца. Рамиль, явно повеселев, продолжил:

– В общем, была как-то такая ситуация. В канун Нового года подходит ко мне Рут и говорит...

Дина просидела в «Домике на дереве» ещё несколько часов. На работе этим вечером она так и не появилась.

***

Отчёт всё никак не мог написаться. Cейчас Дина понятия не имела, как правильно подобрать слова. И никакой опыт не мог ей в этом помочь.

Захар провёл в СИЗО два дня, по закону это максимум, который он может провести за решёткой. За всё это время Дина часто допрашивала его и в какой-то момент удостоверилась в том, что к убийству Тии он не причастен. За это время он не смог сказать ничего конкретного и часто плакал. А что самое важное, пытался всем вокруг доказать, что крылья фей – то, о чём должны заботиться все вокруг. Часто слёзы Захара были вызваны фотографией с места преступления, по которой было понятно, что Тие сначала оторвали крылья, а уже потом сожгли. В общем, Захар так часто говорил про крылья фей, что Дина пришла к очевидному выводу: оторвать крылья Тии он не мог.

Либо он чувствует невероятную вину.

Но выпускать Захара из СИЗО всё же нужно было, никакого весомого доказательства всё равно не нашлось. Так как Дина была практически уверена в непричастности Захара, она была готова отпустить его. Но не на свободу. Ведь она всё ещё помнила те рисунки и фотографии, она всё ещё испытывала дрожь при одной только мысли о том, что за каждым шагом Тии следили.

Как же ей не повезло, что именно в ту ночь Захар следить за ней перестал.

Хотя нет. Тие вообще во всём не повезло. Дина с ужасом внутри представляла, что бы она испытывала, узнав, что за ней по шагам следует чокнутый поклонник. Это было жутко.

Но как не выпускать его на волю? Как составить отчёт так, чтобы Захар больше не смог никому навредить из-за своих головных болезней? Дина впервые сталкивалась с таким ступором ещё с тех самых времён, когда она впервые пришла сюда работать. Потому что она ещё никогда в жизни не занималась убийством фей. И никогда ещё она не встречала сталкеров лично.

Придя к выводу, что без помощи тут не справиться, Дина вздохнула и встала со своего места. Она вообще редко сидела за столом, который ей выделили в их небольшом офисе. Потому что отчёты можно было заполнить и дома, а расследовать дело невозможно, сидя на одном месте. В итоге этот стол не казался ей своим. Просто небольшой уголок с удобными ящиками, в которых можно было спокойно хранить документы. И всё. Никакого «своего места».

Оставив пустой лист на столе, Дина направилась к выходу из помещения. Некоторые люди посмотрели на неё, кто-то даже кивнул. Всем им она отвечала улыбкой, а иногда – ответным кивком. С коллегами у Дины были неплохие отношения. Все её уважали за покладистость и работоспособность. К тому же Дина могла помочь или выслушать, что в следственном комитете часто нужно новичкам, нисколько не готовым к тому, что происходит в реальной жизни, а не в учебниках.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, Дина повернулась направо и прошла по коридору до самого конца. Перед её лицом оказалась тёмная дубовая дверь с надписью наверху: «Виктор Блейк». Постояв мгновение, она постучалась три раза и вошла, натягивая на лицо небольшую улыбку.

– Можно?

Заглянув в кабинет, Дина встретилась взглядом с седовласым майором. Задумчивый взгляд пронзило узнавание, а после и радость. Вместе с тем переменилось и лицо. Его широкая улыбка и блестящие глаза преобразили уже морщинистое лицо. Виктор закивал:

– О-о, Дина! Конечно-конечно, проходи...

Снова несколько смущённо улыбнувшись, Дина переступила порог и села на обитый кожей стул напротив. Кабинет майора был украшен дубовыми досками на стенах и дубовой залакированной мебелью. Всё было дорогое, но выполнено несколько темно. Поэтому в кабинете стояло много светильников: настольный, расположившийся около майора; торшер в углу, явно давно не использующийся; несколько ламп сверху. Больше всего внимание привлекало большое, панорамное окно. Солнечный свет, исходивший из-за спины майора, заставил Дину на секунду сощуриться. В остальных помещениях офиса окна были закрыты, а потому сейчас свет сильно бил в глаза.

Привыкнув к неожиданно выступившему сегодня солнцу, Дина посмотрела на майора. Наверное, она единственная подчинённая, для которой тот позволяет себе улыбаться. Между ними была давняя история и теперь они приходились друг другу если не родственниками, то хотя бы друзьями. Именно поэтому со своей проблемой Дина пришла именно к Виктору.

– Что привело тебя в мой кабинет? В последнее время ты не так часто ко мне заглядываешь...

Дина снова смутилась, почувствовав вину. Новое дело не давало ей сидеть на месте, оно заполонило голову как опасная болезнь и не позволяло отдыхать даже немного. Поэтому ей с трудом удавалось выкроить хотя бы минутку на посещение названного отца.

– Да, извини, я...

– Нет-нет, ты что, не извиняйся! – перебил он с добродушной улыбкой, – Я всё понимаю. Я доверил тебе крайне важное дело. Я даже рад, что доверил его тебе, таких ответственных сотрудников в нашем штате больше нет.

– Всё благодаря твоему воспитанию, – пронзив благодарным взглядом, Дина мило улыбнулась.

Она с детским коварством наблюдала за смущением старика. Хоть слова и были сказаны от чистого сердца, умысел всё же был. Раз Виктор позволяет себе говорить что-то смущающее, то Дина будет делать это в ответ.

Она и в правду становилась ребёнком в его присутствии.

– Кхм... – прокашлялся он, – Так что тебя привело?

Дина опустила взгляд. Она не любила просить о помощи, всегда добивалась всего сама и помогала другим. И всё же для неё было очевидно, что одна она не справится. К счастью, Виктор всё прекрасно понимал и давал ей время на то, чтобы собрать волю в кулак.

– Мне... – лежащие на коленях руки она сжала, что позволило ей собрать последние силы и поднять просящий взгляд на Виктора, – Мне нужна твоя помощь.

– Мхм... – предположения старика подтвердились. Он кивнул и отодвинул все документы в сторону, кладя сложенные в замок руки на стол, – Что произошло?

Виктор показал, что весь во внимании, от этого Дине стало легче. Чуть более уверенно она ответила:

– Тебе же доложили, что я нашла подозреваемого? – получив кивок, она продолжила, – Я допрашивала его два дня. Сегодня подошло время его выпускать. Не знаю почему, но я уверена, что он не убивал Тию.

– И всё же что-то тебя беспокоит?

– Да...

Дина не знала, как сказать правильно. Хоть Захар делал это и не с ней, ситуация задела её до глубины души. Для Дины было очень важно, чтобы её поняли правильно. Чтобы ей помогли.

– Дина, ты же знаешь, что можешь говорить мне что угодно. Даже если твоё предположение ничем не оправдано я готов его принять и помочь тебе. Просто скажи, что тебя беспокоит.

Каждый раз Дина поражалась Виктору. Она никогда не понимала, как он так чутко мог определять её настроение и мысли. Никто и никогда кроме него не мог так её понимать. Даже родные родители.

– Он... Он... – сколько бы раз Дина ни пыталась, она понимала, что сказать слова ей слишком сложно. Она едва пересилила себя, чтобы попросить о помощи, а тут...

Поэтому Дина достала телефон.

Недолго порывшись в галерее, она нашла нужную фотографию и протянула её Виктору. Старик достал прямоугольные очки из нагрудного кармана, нацепил их и забрал у Дины телефон. Он долго рассматривал фотографию. Очень долго. Дина видела по взгляду, что в его голове проносились миллионы мыслей, каждая из которых заменяла другую. И Дина прекрасно понимала его. Если бы не боязнь быть пойманной, она бы стояла около той стены и обдумывала всё, может, целых полчаса.

Потому что в такое невозможно было поверить.

– Это было в его квартире? – медленно предположил Виктор, отдавая телефон названной дочери.

– Да.

Некоторое время они молчали. Виктор складывал очки в карман, а Дина нетерпеливо ждала его ответа. Она понимала, что ему нужно время, чтобы всё обдумать. И всё же её терпение было на исходе. К счастью, вскоре Виктор снова заговорил:

– Ты права. Ему не место на свободе.

Они встретились взглядами. В родных глазах напротив Дина увидела уверенность такого масштаба, что тут же поняла: ситуация теперь точно не пойдёт на самотёк. От подступившего облегчения на её лице выросла небольшая улыбка.

– Я рада, что ты меня понял. Объясни пожалуйста, как мне написать отчёт так, чтобы он больше никому не смог навредить?

– Да... – он вздохнул, – Ситуация, конечно, сложная. Ну, ты, скорее всего, и сама понимаешь, – Дина кивнула, – Закона о сталкинге в нашей стране не появилось. Поэтому посадить его у нас с тобой не получится.

Улыбка тут же пропала с лица Дины.

– В смысле? А хитростью? С помощью другого закона?..

Виктор лишь улыбнулся такой смене эмоций.

– Дина, я же всегда говорил тебе мыслить нестандартно. Особенно в таких сложных ситуациях, как эта. Попробуй поразмышлять, что можно было бы сделать, чтобы твой подозреваемый не оказался на свободе?

Дина задумалась. Виктор даже сейчас давал ей урок. Но она не была против, поэтому усердно размышляла, стараясь не замечать внимательный взгляд напротив.

– Его нужно закрыть в таком месте, где нет общества. Это моя основная задача. Её выполняет тюрьма, колония, дальний лес, армия и психбольница. Тюрьма и колония не подходят. Заставить его жить в лесу не получится. А отправить в армию... Я не знаю, что произойдёт, когда он попадёт в такие необычные условия. С его особенностями это может плохо сказаться на окружающих.

– Так, остановись, – Дина тут же замолчала и заинтересованно посмотрела на названного отца, – Ты уже нашла решение, но мне хочется, чтобы ты поймала свои же мысли. Что ты сказала последним?

На секунду задумавшись, Дина непонимающе ответила:

– Что с его особенностями армия может быть плохим вариантом.

– О каких особенностях ты говорила?

– А ты как думаешь? – усмехнувшись, спросила она, – Человек в здравом уме никогда бы не делал того, что делает он.

– Вот, – он махнул указательным пальцем, как бы показывая, на чём нужно сосредоточиться, – Запомни эту мысль. И теперь вспомни свой последний вариант, про который ты ничего не сказала.

Осознание, к чему клонит Виктор, пришло резко. Тут же её глаза округлились, а рот встал в немой позиции «о». В который раз урок Виктора был удивительно простым. Дина вдруг поняла, что ответ лежал совсем на поверхности и удивилась сама себе. И так каждый раз. Ответы всегда будто бы где-то на виду, когда рядом Виктор.

– Догадалась, да?

Старик хитро улыбался, в очередной раз наслаждаясь этим милым и смешным лицом названной дочери, которая вдруг что-то поняла. Он обожал учить её чему-то именно поэтому. Ничто не доставляло ему такой радости, как общение с Диной.

– Но это же так очевидно! Почему я и раньше не додумалась?! – она ударила себя по лбу, – Ведь я постоянно думала, что Захар с проблемами в голове. Но у меня даже мысли не возникало, что нужно просто направить его туда, где ему самое место!

– Главное, что сейчас ты это поняла, – открыв первый ящик в столе, Виктор достал оттуда стикер. Он взял ручку, надел очки и начал писать, параллельно с этим говоря, – Я позвоню полковнику. Он передаст все сведения нужным людям. Ты же знаешь, феи слишком важны государству. Если появляется хоть кто-то опасный для фей, то об этом тут же узнаёт государство и нежелательная личность будто бы испаряется.

Что ж, это тоже было жутко. Но Захар этого заслуживал.

– Мне отправить тебе эту фотографию?

– Да, мне же нужно чем-то доказать твои слова полковнику.

Дописав новую задачу, Виктор прикрепил стикер в угол стола на видное место, где он точно не потеряет его из виду.

– Хорошо. А в отчёте что написать?

– Пиши то же самое, что пишешь обычно, но не забудь написать, как ты нашла все эти штуки у него в квартире.

– Мгм... Мне всё построить так, чтобы он выглядел максимально отбитым?

Виктор усмехнулся. В этом была вся Дина.

– Да, это может тоже сыграть свою роль.

– Хорошо, – Дина кивнула, – Ну... Я пойду?

– Иди-иди, конечно. – Виктор по-отцовски улыбнулся, – Работа не ждёт.

– Я... Заскочу как-нибудь в гости...

Дина снова почувствовала вину, что не навещает старика, а потому решила занять себя чем-то. Она встала и пошла к выходу.

– Конечно, заходи. Ты знаешь, двери моего дома всегда открыты для тебя.

– Мгм... Тогда пока. Ещё раз спасибо.

Дина ушла, оставив Виктора, который улыбался ещё какое-то время. Эта активная девушка, чутко относящаяся к справедливости, постоянно напоминала ему давнее время весёлой молодости. Тогда он ещё только начал свой путь и не знал, что ждёт впереди. Жизнь тогда ещё не изранила его сердце.

Виктор надеялся, что сердце Дины жизнь не изранит никогда.

Вздохнув, он положил стопку документов перед собой и продолжил работать.

***

– Ребят, пойдём со мной. – сказала она двум высоким охранникам, задачей которых было следить за заключёнными.

Те, не сказав ни слова, переглянулись и пошли следом.

Дойдя до нужной камеры, Дина остановилась. Когда охранники открыли её и вошли внутрь, переступила порог и она.

– Захар, на выход.

– Что? – он резко посмотрел на Дину, – Вы шутите?

– Нет. Я отпускаю тебя. Два дня прошло. – она применила все свои актёрские навыки для того, чтобы дружелюбно улыбнуться.

– Правда? Это всё?!

Захар вскочил и подбежал к ней. Тут же за плечи его схватил один из охранников. Дина, взяв всю волю в кулак, безмолвно показала ему, что всё в порядке. Охранник убрал руки и сделал шаг назад.

– Да, это всё. Ты можешь идти.

– Спасибо вам! Правда спасибо! – он крепко обнял Дину, да так, что той стало трудно дышать, – Знаете... – почти шёпотом сказал он ей на ухо, – Я всё это время размышлял над нашими с Тией разговорами. Мы так любили с ней придумывать план нашего путешествия. Думали даже однажды сбежать. Но я всё думаю, не могла ли это быть её благодарность?

Дина мягко отступила назад, пытаясь вырваться из затянувшихся и не самых приятных объятий. Она внимательно посмотрела на Захара, когда тот её отпустил:

– Благодарность за что?

– Как-то раз я случайно спас её от одних уродов.

– Что? – протянула она, нахмурившись.

Столько допросов с этим человеком, а одна из важнейших деталей раскрылась только сейчас.

– Ну, я прогуливался по парку и увидел, как группка отмороженных придурков пытаются потащить куда-то Тию. Я взял камень, лежащий под ногами, и кинул его в одного из них. В те секунды замешательства я успел взять Тию и увести оттуда. Так мы и познакомились.

– Героический поступок. – сказала Дина, хотя её мысли были сейчас совсем о другом.

– Да. Вот я и думаю, что она в благодарность за это общалась со мной.

– Возможно и так. Я не могу ответить тебе на этот вопрос.

– А жаль... – он огляделся, – Ну... Я тогда пойду?

– А? – она уже давным-давно была где-то в чертогах своего разума, – Да-да. Ребята, проводите его до выхода.

Кивнув, охранники вместе с Захаром вышли из помещения.

Находясь будто бы в другом месте, Дина села на скрипучую кровать и достала блокнот и карандаш. Она сделала несколько записей: «Идея с неудачным похищением верна?», «Что за группа мужчин?», «Мафия или чёрный рынок?»

Последнюю запись она обвела.

Теперь она знала, куда ей нужно двигаться дальше. Это не могло не радовать.

***

Найти это место было довольно сложно.

Несколько часов Дина потратила на поиск каких-нибудь инцидентов, когда приходил мужчина и заявлял на кого-то, кто кинул ему камень в голову. Оказалось, что таких случаев не было. Сначала Дина была в полном замешательстве, но, придя домой, вдруг осознала, что отсутствие результата – тоже результат. Ведь если этот неизвестный не писал заявление на сумасшедшего, который повредил ему голову, значит скорее всего ему нельзя показываться на глаза полиции. Из этого следует, что догадка на счёт мафии или чёрного рынка набирает обороты. Тот незнакомец с повреждённой головой скорее всего личность, не живущая в рамках закона.

На следующее утро Дина начала искать информацию во всевозможных источниках. Критерии были такие: группа мужчин, которым нужна живая фея, скорее всего все в розыске, может быть у одного из них травма головы. Вскоре Дина наткнулась на «Змееловов». Это банда магов-нелегалов, торгующих всяким на тёмном рынке. Они славились тем, что могли достать всё, что угодно. Несколько раз Дина уже встречалась с ними. Некоторых членов этой группировки она даже посадила за решётку. В итоге теперь для этой самой банды она была одним из главных врагов, которых при случае нужно быстро и по-тихому устранить.

Но к такой репутации среди мафии Дина привыкла давно.

Совсем не ощущая страха из-за понимания, с кем имеет дело, Дина нашла в даркнете информацию о местонахождении главного штаба «Змееловов». Туда после обеда она и направилась.

Осмотрев территорию с обеих сторон, Дина выяснила, что есть некоторое пространство, не просматриваемое охранниками. Именно там она и перелезла через забор. Осмотревшись, Дина быстрым шагом направилась к приоткрытому окну на первом этаже. В этой комнате обширного пятиэтажного здания никого не было. В основном она была заполнена оружием и другими боеприпасами. На всякий случай Дина сфотографировала нелегальное оружие и пошла к выходу в коридор. Она приоткрыла дверь и осмотрелась. Было тихо и спокойно, что её очень обрадовало. Вскоре Дина дошла до лестницы и тихо начала подниматься на второй этаж

Но вскоре ей пришлось остановиться.

– Капитан Мальро! Давно не виделись.

Дину пробил холод. Этот голос был ей знаком.

Но она не позволила себе стоять столбом. Развернувшись назад, она спустилась обратно. И тут же остановилась. Со всех сторон её окружали маги, вампиры, оборотни, эльфы и гоблины. Каждый из них смотрел на неё угрожающе и был готов наброситься в любой момент.

Дина тут же впала в ступор.

По привычке она положила руку на кобуру пистолета, но даже не попыталась открыть её. Против такой оравы сильных существ ей не справиться никаким оружием.

Понимая, что шансов сбежать нет, она отошла к стене, на всякий случай желая видеть всех и сразу.

Все молчали, и лишь слышались шаги откуда-то сверху. Вскоре спустился он. Молодой человек с пепельно-белыми волосами и милой, почти детской улыбкой. Лишь зелёные как яд глаза выдавали настоящую сущность этого человека. Они сверкали гневом и злобой, будто бы испепеляя загнанную в угол Дину.

Это был Теодор по прозвищу Снейк. Тот, что вызывает уважение у других мафиози и порождает страх в сердцах простого народа. Это был основатель банды «Змееловов».

Признавая бессилие, Дина убрала руку с кобуры пистолета и посмотрела в яркие зелёные глаза. Это был конец.

Взаимопомощь

В подвале было холодно. Из-под старых пыльных окошек под потолком кое-как пробивалось солнце, небольшими прямоугольниками освещая холодный бетонный пол. Широкий зал с голыми серыми стенами был занят лишь деревянными коробками. На каждой такой коробке виднелась небольшая наклейка с обозначением того, что находится внутри. Чаще всего встречались названия наркотиков, но иногда и некоторые артефакты, большинство из которых можно было использовать исключительно в плохих целях. Ещё реже встречались ингредиенты для разных снадобий: шерсть единорога, слёзы дракона, клык чистокровного вампира.

Вокруг стояли существа. Очень много существ. Они все смотрели сверху вниз, растягивая на лице свои мерзкие широкие ухмылки. Иногда они переговаривались. Разговоры эти были ничтожны, ведь имели под собой ту же задачу, что и мерзкие лица.

Они показывали Дине свою власть. Но она ничего не могла с этим сделать.

Её ноги были привязаны к ножкам деревянного стула, на котором она сидела, а руки – связаны между собой за спинкой стула полицейскими наручниками. Теми самыми, которые всегда были у Дины в кармане. Конечно же, на кнопочку бандиты нажали, отчего воспользоваться магией у неё не получилось бы. Снейк был не дурак, перед тем, как привязать Дину к стулу, он приказал своим пешкам обыскать её. Так они нашли и наручники, и ключ от них, и пистолет, и телефон, и блокнот с ручкой, и удостоверение. Теперь всё это лежало на деревянном столе прямо напротив Дины. Правда, между ней и столом расположился Снейк, которого как раз и окружали все эти существа со своими мерзкими ухмылками.

В общем, ситуация была не из лёгких. Никогда ещё Дина не была так близко к смерти.

Однако, держать лицо она не перестала. Запретив показывать испуг, Дина сосредоточилась на ненависти к окружающим бандитам. Таким образом, ей удалось не испуганно прятать взгляд, а смотреть точно на Снейка голубыми глазами, будто кричащими: «Так просто тебе это с рук не сойдёт!». Скованности никакой не было, лишь широко расправленные плечи и серьёзное, будто высеченное из камня лицо. Дина была мастером скрывать свой страх в нужный момент перед нужными людьми. Правда, Снейк всё ещё был не дурак. Он видел эту фальшь, а оттого гадко ухмылялся, сверкая своими змеиными зелёными глазами.

– Ну что, капитан, начнём наш разговор?

– Твоя уверенность меня поражает, – стальным голосом ответила Дина, позволив себе небольшую улыбку, – Ты же знаешь, что я ничего не отвечу.

Снейк хмыкнул:

– Это только пока.

Со стороны его подчинённых послышались смешки. Дину до невозможности бесила их уверенность в безнаказанности. И она позволяла процветать этой эмоции. Потому что лучше испытывать злость, чем страх. По крайней мере среди тех, кто хочет убить тебя.

– Знаешь, – он встал, отчего Дина тут же напряглась, – После того, как ты заявилась к нам в прошлый раз, я решил узнать, кто ты вообще такая.

Дина вполуха слушала начало монолога. Ей нужно было найти, как выбраться отсюда в ближайшее время. Но ничего дельного в голову не приходило.

Вот например. Снять наручники ей удастся, нужно было лишь незаметно достать шпильку из заднего кармана, повернуть ей рычажок безопасности, а после поддеть фиксатор. Даже если каким-то чудом удастся сделать это тихо и не привлечь внимание тех, кто стоит за её спиной, дальше никуда не денешься. Развязать ноги незаметно никак не получится.

Допустим, Дина чудом выбралась и осталась незамеченной. И вот, она сумела оббежать Снейка и подойти к столу со своими вещами. Если она возьмёт оттуда пистолет, то ситуация не поменяется. Она окружена примерно двадцатью существами, каждый из которых если не обладает магией, то хотя бы имеет при себе оружие. Перестрелять двадцать существ и выйти оттуда живой практически невозможно. Конечно, можно попробовать использовать и магию, и пистолет. Тогда она сможет обезвредить всех. Однако на звуки выстрелов придут остальные подчинённые Снейка (а они точно есть). Справиться со всеми у Дины не получится, она далеко не мастер драк, да и патронов на всех у неё не хватит. К тому же, с помощью пистолета можно обезвредить всех только выстрелом в голову, то есть смертью. А Дина не убийца.

Можно представить и другое. Дина может взять со стола не пистолет, а телефон. Если она защитит себя магией, то у неё есть шанс дозвониться до Виктора и сказать своё местоположение. Однако потом придётся ждать приезда подмоги. Она не сможет столько продержаться против целой армии мафиози.

Если ничего не брать со стола, то шансов ещё меньше. Допустим, Дина смогла добежать до окна в этом подвале. Оно маленькое настолько, что туда с трудом пролезет даже голова. А подняться на первый этаж никак не выйдет. Дверь подвала такая же толстая, как дверь бункера или хранилища в банке, то есть пробить её невозможно. Снейк сильно бережёт свой товар, а потому он единственный из присутствующих, кто может открыть эту дверь, введя код на панели рядом.

Кричать о помощи бесполезно. Даже если Дину тут же не убьют от её криков, никто не услышит эти звуки. Место для базы бандитов было выбрано идеально. Здание находилось посередине просторной территории, которую окружал забор. По периметру постоянно шагали охранники, не давая пройти никому. Здания, соседние с этим, находились достаточно далеко для того, чтобы совсем ничего не слышать.

Ничего нельзя было поделать. Снейк идеально всё продумал. Дина была в ловушке.

– В общем, очень удобно, когда в полиции есть свои люди.

Услышав это, Дина тут же вынырнула из раздумий. Она уже внимательнее посмотрела на Снейка, пытаясь понять, как тот дошёл до этих слов и что из его монолога она пропустила. Такая перемена во взгляде не осталась незамеченной:

– Что, хочешь узнать, кто мне выдал всё о тебе? Бравый капитан мечтает найти вредоносную крысу в коллективе? – Снейк чуть ли не смеялся, поэтому Дина не удостоила его ответом, – Как ты понимаешь, эту тайну я тебе не поведаю. У меня нет в привычках предавать своих друзей.

– Друзей? – Дина хмыкнула, – Ты ему платишь.

– А вот и нет. В полиции не все такие честные, как ты думаешь. Это просто тебе повезло натолкнуться на Виктора Блейка.

Нисколько выдержки и масок не помогли Дине в этот момент. Она вздрогнула, а её тёмные зрачки тут же расширились.

– Да-да, о нём мне тоже поведал мой друг. Это же благодаря нему ты носишь погоны, да? Решила строить из себя героя, как он когда-то? – он нагнулся прямо к её лицу, заглянув в глаза так, будто сканировал душу. Но после секундной паузы он отодвинулся и продолжил шагать из стороны в сторону, – Этот Блейк спас тебя от поехавшего отца и мамаши-слабачки, позволил жить без побоев на теле счастливый остаток детства. Ты выросла за это время, так что он считает тебя своей дочкой. А ты его – отцом.

Дина незаметно вдохнула и выдохнула, взяв себя в руки. Нельзя срываться на крики.

– Ну да, он сделал многое для меня. И что?

Снейк пожал плечами, поджав губы:

– Может, мне отнять его у тебя?

Он спрашивал это так, будто узнавал мнение о погоде. Это было буднично, это было безэмоционально, это было холодно. Казалось, вместе с тем глаза Снейка начали блестеть, переливаться своим убийственным змеиным цветом. Он был чудовищем во плоти. Монстром, что породила земля для уничтожения всего доброго, что окружает его. Теперь Дина видела это чётко и ясно. Маг перед ней не заставил её дрожать, нет. Под этим взглядом она не могла пошевелиться, не могла вздохнуть или даже подумать о чём-то. В этот момент мозг кричал об опасности, сигналил о скорой кончине если не Дины, то всех вокруг неё. Но она ничего не могла сделать, ведь уже попалась в ловушку этого чудовища.

– Не...

Дина попыталась взять себя в руки. Она складывала все мысли воедино, осматривала округу и пыталась вернуться в реальность. Ничего не помогало. Тогда остался только один вариант. Согнув правую ладонь, она надавила ногтем большого пальца под ноготь среднего. Последовала боль. Её было достаточно, чтобы, наконец, выйти из транса.

– Не смей...

– Что-что?

Он склонился над ней и завёл руку за ухо, будто бы пытаясь услышать слова. Снейку было весело.

– Только попробуй что-то сделать, – её голос начал становиться всё громче, – и вот увидишь, я тебя...

– Ты правда посмела сказать мне это?! – вдруг взревел он, отчего Дина тут же вздрогнула.

Наружу вырвался огромный поток неконтролируемой магии. Она давила на Дину, заставляла её морщиться и всю сжиматься. Магия Снейка обволакивала её. Такая холодная волна вызвала на коже мурашки. Следом за мурашками появился какой-то неведомый первобытный страх. Дина снова была скована, будто увидев лицо смерти.

– Ты помнишь, как я сказал тебе то же самое несколько лет назад? Помнишь, как я угрожал тебе?! – всё кричал он. От каждого его слова Дине становилось всё страшнее и страшнее, она ничего не могла с собой поделать, – Но ты всё равно посадила моего брата! Засадила его на пожизненное!

Вышла новая волна магии. Она была сильнее предыдущей. Все пыльные стёкла небольших окошек разом потрескались. Осколки посыпались спокойно и плавно, как мягкий снег в тихую зимнюю ночь. Их падение было совсем иным, неподходящим для этого беспокойного холодного места. От происходящего напряглись даже подчинённые Снейка, которые всё ещё имели возможность пользоваться магией. Они будто одновременно схватились за своё оружие, но убрали с него руки в тот же миг, когда каждого из них пронзили насквозь разгневанные зелёные глаза.

В подвале была тишина. И лишь слышно было отдышку Снейка. Она была тяжёлая, но совсем не долгая. А потому вскоре он снова продолжил. Правда, уже не срываясь на крик.

– Он там и умер. Гнил в тюрьме несколько лет, чтобы потом покончить с собой. И во всём этом виновата ты.

Сделав ударение на последнее слово, Снейк пронзил глазами Дину. Та, только-только начиная справляться с испугом, снова замерла, переставая дышать. Она чувствовала дыхание смерти в затылок, когда смотрела в эти змеиные зелёные глаза, блестящие как-то совсем неестественно.

– Как вообще ты посмела прийти сюда после всего этого? – почти шёпотом спросил он.

Дина молчала.

– Отвечай!

Казалось, задрожали стены. Дина посмотрела вокруг, встретила испуганные лица бандитов и попыталась вдохнуть. Было тяжело.

– Я сказал отвечай!

Крикнул он вновь, подойдя к ней и взяв её лицо за подбородок.

– Я... – голос Дины дрогнул, – Это вы пытались похитить Тию?

– Какую нахрен, – он выпрямился и сделал шаг назад, – Тию?!

Рука Снейка замахнулась для удара. Дина зажмурилась, понимая, что ничего больше она сделать не сможет.

***

Рамиль никак не мог объяснить сам себе что происходит. В последний раз, когда следователь приходила к нему в пекарню, он почувствовал это необычное желание всегда быть рядом. С уходом Дины это желание не пропало, а даже наоборот – усилилось. Конечно же это пугало.

Рамиль начал искать причину этому. Он подумал, что если найдёт причину происходящего, то поймёт и его суть. Конечно, Дина была необычной. Ещё никогда за свою насыщенную жизнь Рамиль не встречал таких бойких, стойких, но при этом чувственных и сострадающих женщин. Однако всё было серьёзнее. Это прожорливое желание общаться с необычным следователем всё никак не могло наесться всем тем взаимодействием, что было между Рамилем и Диной.

И как бы гордость ни воротила нос, пора было признать: Рамиль вёлся на поводу у этого чувства. Когда он подумал, что пропал, он и представить не мог, насколько всё серьёзно.

Причину происходящего он не нашёл, смысл – тоже. Зато написал Дине. После второго их разговора, который затянулся на несколько часов, она оставила свой телефон, сказав: «Пиши или звони, если ещё понадобится помощь с надзором». Конечно, они оба – взрослые люди и понимали, что эти слова – лишь оправдание. И всё же, они играли эту роль.

Рамилю было приятно от осознания, что Дина тоже не против общаться с ним. Поэтому страха перед отправкой сообщения почти не было.

Как минимум так Рамиль думал. А потому сильно удивился, когда после ответного сообщения почувствовал волну блаженного облегчения.

Разговор начинался с малого: Рамиль расспрашивал на счёт продвижения в деле о Тии. Ему и в правду было это интересно и важно, а потому он снова решил попытать удачу и выведать что-то новое. Правда, конечно, надеяться было не на что: дельной информации Дина не давала, мастерски уходя от вопросов. Поэтому Рамиль не напирал и разрешил собеседнице плавно перевести тему на пекарню.

Переписка быстро разрасталась. Хоть Дина и работала, она позволяла себе иногда отвечать на сообщения. Они обсуждали фильмы, книги и сериалы, делились понравившейся музыкой и советовали друг другу что-то посмотреть или почитать. В разговоре они дополняли друг друга. Дина любила делиться мемами, смешными видео и интересными историями, произошедшими на её работе. Рамиль же был скорее по душевным разговорам: часто расспрашивал про прошедший день, задавал мировоззренческие вопросы и иногда спрашивал о прошлом.

И вот парадокс. Вроде бы они знакомы четыре дня, из которых переписываются только два, а ощущение такое, будто бы они знают друг друга всю жизнь.

Конечно, есть ещё многое, что они не рассказали друг другу. Рамиль всё ещё не поделился, как попал в деревню фей, как познакомился со старушкой Галией и что происходило, пока он жил там. Дина же, хоть и упоминала Виктора в некоторых своих рассказах, умолчала о глубоком детстве, переломном моменте в своей жизни и своём пути в следователи. Но не всё сразу. Как Рамиль, так и Дина были уверены, что когда-нибудь они будут доверять друг другу достаточно, чтобы рассказать всё самое важное. А пока ещё рано. Никто не хотел торопить события.

Этим утром они тоже переписывались. Так как пекарня всё ещё была закрыта, заняться Рамилю было нечем. Обычно он тратил всё свободное время на чтение, но в последнее время сосредоточиться на книге не получалось. Рамиль с нетерпением ждал ответа Дины, а потому слова будто бы расплывались перед его глазами.

Во второй половине дня, уже где-то после обеда обсуждение перешло на тему китайской кухни. Рамиль побывал во многих странах, а потому ему было, что сказать про иноземную еду. Однако и Дина имела своё собственное мнение: в студенческие годы она часто ходила в китайский ресторанчик прямо напротив её института, а потому знала всё то меню наизусть. И вот, спор зашёл на счёт утки по-пекински. По своему опыту Дина знала, что это блюдо не самое популярное. В китайском ресторанчике легко можно найти что-то вкуснее. На эти высказывания Рамиль уверенно отвечал, что настоящую утку по-пекински можно съесть только в Китае. Некоторое время они спорили об этом. Чтобы доказать свою точку зрения, Рамиль нашёл рецепт этой самой утки, где было написано, что готовится она несколько дней. Он отправил ссылку на сайт с рецептом, но ответа так и не получил.

За эти два дня так часто бывало, что Дина уходила из сети и возвращалась где-то через час. Рамиль всё понимал, у неё же работа. Обычно они оба сообщали друг другу, если им нужно отойти, а также писали, когда вернутся в сеть. В этот раз Дина тоже предупредила. Сказала, что уходит на вызов и сможет ответить только через час-два.

Со спокойной душой Рамиль взял книгу в руки. Прошёл час. Иногда он посматривал на экран, ожидая увидеть сообщение. Но ничего не приходило. Рамиль успокаивал себя: Дина же сказала час-два, то есть скорее всего это займёт больше времени, чем уже прошло. А значит нет смысла переживать.

Прошло ещё пол часа. Никаких сообщений не приходило. Читать книгу становилось сложнее. Иногда приходилось перечитывать предложения по несколько раз. Но Рамиль упорно продолжал читать, в какой-то момент даже запрещая себе переводить взгляд на телефон, до сих пор огорчающий угнетающим чёрным экраном.

Ещё пять минут. За это время Рамиль перелистнул страницу всего один раз. Читать получалось, но вот понимать текст – нет. Теперь приходилось перечитывать целые абзацы.

В конце концов, Рамиль сдался.

Захлопнув книгу, он встал с кровати. В ту же секунду телефон оказался в руках. Рамиль судорожно проверил переписку. Ответа всё ещё не было. Глаза переместились наверх, к угнетающей надписи: «был(а) в сети в 14:35». Он посмотрел на время. Было уже 16:11.

Предчувствие подсказывало, что всё это не просто так.

Что делать Рамиль не знал. Некоторое время он стоял и смотрел в одну точку, перебирая варианты. Просто так заявиться в следственный комитет было бы неправильно. А звонить Дине опасно, та вполне могла сейчас прятаться где-то, в этом случае звонок телефона выдаст её.

От представленной картины, как Дина прячется в тёмном углу, у Рамиля дрогнуло сердце. Но он тут же сжал руки в кулаки и заставил себя медленно дышать. Пустые переживания были лишними. Предчувствие могло лгать, да и Дина – не слабая девушка.

Поэтому сначала нужно было узнать, где она находится.

Благо, магия никогда ещё не подводила. Сев на кровать и положив рядом с собой телефон, Рамиль прикрыл глаза. Он согнул пальцы обеих ладоней, оставляя прямыми лишь указательные. Правая рука расположилась сверху, а левая – на полметра ниже. Указательные пальцы смотрели вперёд. Рамиль сосредоточился. Уже давно магия давалась ему просто и не вызывала той внутренней боязни, как раньше. Однако же трепет от колдовства никуда не делся: каждый раз по груди разливалось тепло, а голова опустошалась, оставляя внутри одно лишь предвкушение. Почувствовав плавные потоки огромной силы, Рамиль направил их прямо на кончики указательных пальцев. Те засветились тёмно-фиолетовым светом. Когда свет стал достаточно ярким, Рамиль, не открывая глаз, начал двигать руками. Левая пошла полукругом вверх, а правая – вниз. Разрезая воздух, пальцы оставляли после себя светящуюся фиолетовую полосу. К концу движения рук образовался круг. Рамиль открыл глаза. В тот же момент круг засветился ещё ярче, и пространство внутри него начало заполнятся тем же светом. Когда весь круг был окрашен, посередине появился жёлтый совиный глаз. Чувствуя небольшую слабость от забранной трети силы, Рамиль уверенно сказал:

– Дина Мальро.

Глаз моргнул. В следующую же секунду он исчез, как и фиолетовое свечение за ним. В границе светящейся линии показалось изображение. Ничего, кроме ужаса оно не вызывало. Дина сидела, привязанная к стулу наручниками и верёвками. Её коса была растрёпана, некоторые пряди опускались на лицо. Но даже они не прикрывали кровавые следы на щеках и дорожку крови на носу. Строгий синий пиджак и белая рубашка были измазаны в красном. На рукавах виднелось несколько порезов, а спереди в районе груди была большая дырка на рубашке. Рамиль знал, каким образом появилась эта дыра. Удары, пропитанные магией, расщепляли одежду, если в них вложить достаточно силы. Огромной силы.

Казалось, Рамиль забыл, как дышать.

На секунду он не поверил своим глазам. Ему потребовалось время, чтобы понять, что это – истина. А потом ему потребовалось время, чтобы успокоиться. Точнее, успокоить разбушевавшуюся магию. Если Рамиль перестанет её контролировать, то городу будет грозить большая опасность.

И всё же дольше сидеть на месте было нельзя.

– Кто там рядом с ней?

Спросил Рамиль у заклинания. К счастью, Всевидящее Око выполняло подобного рода запросы и показывала окружение. Ожидая, как картинка поменяется, Рамиль встал. Заклинание показало ситуацию издалека. В этот момент стали заметны необычные белые волосы, перекошенное злое лицо и блестящие зелёные глаза. Этот человек был знаком Рамилю.

– Гадство.

Он тут же телепортировался. Ещё немного повисев в воздухе, Всевидящее Око захлопнулось. Комната погрузилась в темноту и угнетающую тишину.

***

Дина не знала, как много времени прошло. Она запретила себе кричать или плакать. Она запретила себе всё. А потому вскоре стала похожа на безвольную куклу.

Но это ничего не меняло.

Снейк продолжал наносить удары, кричать и плакать. Его магия не заканчивалась, а усталость не приходила. В перерывах между ударами и пощёчинами он доставал свой карманный нож. Медленно и точно, словно матёрый хирург, Снейк делал неглубокие порезы.

Его задачей было не убить. Его задачей было вызвать боль.

Однако, Дина не удостоила его криками. Искусав губы до крови, исцарапав все ладони, она продолжала держаться. Ситуация была безвыходной, а потому у неё оставалась лишь одна цель.

Она хотела умереть достойно.

Когда сознание уже постепенно покидало Дину, она услышала совсем неотчётливый голос одного из бандитов. Тот был испуганный, но уверенный.

– Босс, мне кажется, нам пора убить её. На сегодня у вас запланирована встреча с клиентом. К тому же нам нельзя, чтобы её начали искать до того, как мы не спрячем тело подальше отсюда.

– Что ты сказал?!

Дина поморщилась. Снейк и так не вызывал у неё хороших эмоций, а сейчас, когда тот находился в этом истеричном состоянии, она чувствовала к нему лишь гнев и презрение. У неё возникло желание сказать об этом. Однако в следующее же мгновение идея уже не казалась такой привлекательной. Силы исчезали на глазах лишь оттого, что Дина старалась оставаться в сознании. Сказать что-то было бы неподъёмно тяжело. И даже если бы силы были, ничего бы не получилось. С недавних пор вдохи и выдохи сопровождались невероятной болью в груди.

Дина молчала в ожидании очередного удара.

Но Снейк ничего не делал. Началась какая-то потасовка. Из того, что Дина смогла понять своим затуманенным разумом, она уяснила, что Снейк кричал на своих подчинённых, а некоторых даже колотил. Потратив почти полминуты на то, чтобы сложить два факта, Дина поняла, что предложение одного из подчинённых убить её вызвало негативную реакцию. Что ж, на это Дине было всё равно.

Какая вообще разница, когда убьют: через пять минут или десять?

Опустив голову вниз, Дина разрешила себе передохнуть. Ей нужно было хотя бы немного восстановиться, чтобы подготовиться к новым ударам.

Чуть не заснув, она пропустила момент, когда крики Снейка и испуганные заверения подчинённых прекратились. Тишина обрадовала её и наконец-то вызвала чувство полной защищённости.

Но Дина тут же осадила себя. Она не может быть под защитой.

Заставив собраться, она подняла голову. Какого же было её удивление, когда перед ней оказалось не перекошенное лицо Снейка, а высокая кудрявая фигура в мягком свитере. Дине потребовалось время, чтобы понять, кто это.

И она тут же вдохнула, не замечая боль в груди и лишь порываясь удивлённо сказать...

Но Рамиль перебил её:

– Ничего не говори. Тебе будет больно.

Постепенно до Дины начало доходить, что происходит. Из последних сил она дёрнула руками в наручниках.

– Отдыхай. Теперь ты под защитой.

В ту же секунду произошёл невероятный взрыв энергии. Вся магия Снейка, что обволакивала тело до этого, теперь не ощущалась. Холод сменился теплом, мурашки пропали, а внутри зародилось спокойствие. Теперь Дина чувствовала себя под защитой. И как бы она ни хотела остаться, как бы она ни хотела помочь Рамилю, её тело не могло позволить ей это. Усталость взяла вверх над остатками переживаний. Со спокойной душой Дина закрыла глаза.

***

Оказалось, что в маленьком окошке Всевидящего Ока были видны не все увечья на теле Дины. Её фиолетовый синяк на груди и изрезанные ноги появились в поле зрения только сейчас. Когда Рамиль увидел всё это вживую, то держать магию в узде стало ещё сложнее. Но он продолжал ограничиваться лишь злым взглядом, направленным на Снейка. Нужно было сначала успокоить Дину, а уже потом начинать драку.

Он сказал ей несколько слов, пытаясь говорить мягко и успокаивающе. Но, заглянув в блестящие зелёные глаза напротив, Рамиль не сдержался. Магия полилась наружу. Этот мощный поток энергии давил на головы всем бандитам, заставляя их неприятно морщиться. И только одну осóбу магия приняла тепло и мягко. Она обволокла Дину как большое покрывало. Это вышло само собой, без какого-либо указания Рамиля.

Всё его нутро хотело защитить Дину. Человека, которого он знает всего четыре дня.

Осознав это, Рамиль удивлённо хмыкнул, но ничего говорить не стал.

Когда он услышал спокойные вдохи Дины, то понял, что та наконец-то позволила себе заснуть. Теперь для Рамиля появилась новая задача. Нужно было победить всех до того, как состояние Дины из обычного сна превратится в кóму или даже смерть. Времени было не так много.

– Какого хрена ты тут делаешь? – Снейк выглядел удивлённо и возмущённо одновременно, но выпускать неконтролируемый поток магии не перестал, хотя уже не выглядел таким безумцем, как раньше, – Наш уговор был в другом. Или ты забыл?

– Не забыл. Я предлагаю пересмотреть условия.

– Да ну? – Снейк выгнул бровь, сложив руки на груди, – Удиви.

– Эта девушка такая же неприкосновенная, как и феи.

– Тебе не кажется, что ты обнаглел? – он сверкнул глазами, – Она на нашей территории в нашем хранилище. Как и весь остальной товар.

Рамиль сжал руки в кулаки. Ему нельзя было злиться. Это опасно. Злиться нельзя…

Нельзя. Нельзя, нельзя, нельзя. Просто нельзя. Но...

Он хотел убить её и продать, как весь остальной товар в коробках.

Рамиль несколько раз медленно вдохнул и выдохнул прямо по совету старушки Галии. Снова чувствуя умиротворённость и спокойствие, он сказал, будто бы общаясь с давним другом:

– Не обманывай хотя бы меня. Я не такой глупый, как твои собачки. Я же вижу твои глаза.

Снейк опустил руки вниз и нахмурился, пытаясь сохранить спокойное выражение на лице:

– Что ты имеешь в виду?

– Воздействие на разум без касания – довольно сложное заклинание. Его освоили единицы. Ты один из них, поздравляю, – саркастично начал Рамиль, пропуская мимо ушей удивлённый шёпот бандитов, – Но во мне ты страх таким образом не вызовешь. Силёнок не хватит.

– Будто бы я пытался... – наигранно безразлично ответил он.

Как только Снейк моргнул, его змеиные зелёные глаза перестали быть такими яркими и необычными. Вместе с тем выпускать магию вокруг он перестал. Следом за ним и Рамиль взял силу под контроль.

– Опять же, не ври хотя бы мне. Не пытался бы – прекратил пользоваться магией тогда же, когда я появился здесь. – будто бы родитель ребёнку говорил он.

Снейк вздохнул, не споря:

– Зачем ты пришёл?

– Забрать Дину отсюда.

– Я с ней не закончил. Она навредила нам и должна заплатить за это.

– Мне безразлично, – отрезал Рамиль, – Я забираю её. И советую никогда больше к ней не прикасаться.

– Ты совсем берега попутал? – прежний уставший тон снова сменился возмущённым, – Так дела не делаются.

Снейк поднял руку вверх в условном жесте. Его подчинённые, только-только пришедшие в себя после воздействия на них устрашающим заклинанием, нацелили все имеющиеся огнестрельные оружия на Рамиля.

– Серьёзно? – безэмоционально спросил тот.

Снейк нагло улыбнулся, в стиле типичных бандитов. Однако Рамиль видел страх в его глазах.

– Ты возомнил себя непобедимым. Да, ты и в правду силён, но ты совсем не монстр. Так что я сделаю всё, чтобы ты не дожил до завтра, – Снейк тоже направил на него свой карманный пистолет, – Как думаешь, может, за твою тушку дадут кругленькую сумму?

– Что ж, – Рамиль вздохнул, – Жаль, что мы не смогли договориться.

Началась стрельба. Подвал, в котором каждый звук будто бы становился громче, заполнился громогласным шумом. Пули полетели в Рамиля с разных сторон. В такой ситуации ни у кого нет шанса на спасение.

Уверенные в своей победе, бандиты опустили оружие. Они стояли и смотрели на Рамиля, ожидая увидеть на его лице испуг или удивление. Они хотели, чтобы его бежевый свитер окрасился в красный, хотели стереть это безразличное лицо. После громогласного шума тишина казалась неестественной. Будто бы само время остановилось. Обычному человеку и в правду могло показаться, что это так. Ведь все пули тоже остались в воздухе. Каждая из них левитировала, поддерживаемая магией.

Но ни одна не достигла цели.

Увидев непонимание на лицах бандитов, Рамиль хмыкнул. В его груди опять появилось это гадкое чувство. Он верил в своë превосходство. И даже если это ощущение снова обманывает его, Рамиль сделает всë, чтобы победить. Не из-за желания стать сильнейшим, как это было когда-то давно. Сейчас просто хотелось защитить Дину. Отомстить за неë.

– Слушайте, я правда не хочу вас убивать – вздохнув, сказал Рамиль так, как говорят ничего не смыслящим детям, – Но вы, к сожалению, уже второй раз доказываете мне, что говорить вы готовы только тогда, когда поймëте, что без разговора вас ждёт лишь смерть. В первый раз я готов был потерпеть и разъяснить всё на понятном вам языке. Но сейчас…

Рамиль остановил свой монолог. Не потому, что он не знал, что говорить дальше, и не потому, что его внезапно атаковали. Всё дело снова было в этом давно забытом чувстве. Рамиль понимал, сейчас судьбы всех этих существ были в его руках. То, что он скажет дальше, станет приговором для всех, кто находится в этом здании. В этот момент Рамиль снова был всемогущим. Для всех, кто находился здесь, он был Богом. Потому что он решал судьбу.

Раньше Рамиль тонул в этом чувстве. С каждой новой дракой он погружался всё глубже и глубже в бездну самолюбия. Он считал себя Богом, возомнил сильнейшим. На самом деле, так оно и было. Ещё ни разу за последние пять лет Рамиль не встречал того, кто мог бы быть с ним на равных. Сейчас он и в правду был сильнейшим.

Но это не делало его Богом.

Как только до него дошла эта истина, как только Рамиль понял, что на самом деле его сила – не показатель могущества и вседозволенности, он перестал тонуть. Драки всё ещё приносили ему то же чувство превосходства. Однако теперь Рамиль не тонул в нём. Он будто бы стоял на его поверхности: касался только чуть-чуть, не давая поглотить с головой. Рамиль не перестал наслаждаться могуществом. И всё же он уже давно уяснил, что сила – не то, за чем следует стремиться.

Так он обрёл покой.

Когда Рамиль смотрел на всех этих бандитов, до него доходила ясная и вполне очевидная истина: эти существа беспокойны. Они эмоциональны и вспыльчивы. Они будто бы обижены на всю эту жизнь. Так же, как собака, что лает на улице на прохожих. Она агрессивная и злая не из-за скудного характера, а из-за страха и обиды за то, что судьба поступает с ней так жестоко. Только если у собаки не так много возможностей поменять образ жизни, то бандиты имеют на это все шансы. Просто им, как и Рамилю, нужно найти правильную цель.

Все пули, зависшие в воздухе, полетели вниз. Звук упавшего на бетон железа сопровождался молчанием. Никто из бандитов, скованных страхом перед невиданным монстром, не смел сказать ни слова. Никто, кроме Снейка.

Криво усмехнувшись, он выставил свободную от пистолета руку вперёд и направил магию одной плавной волной. Вся сырость, находившаяся в воздухе, стала соединяться, приобретала вид капли, а после и водяного шара. И Снейк направил этот шар вперёд. Но не на Рамиля, а чуть ниже него.

С ужасом для себя Рамиль понял, в кого направилось заклинание.

Водяной шар с невероятной скоростью полетел на Дину. В последний момент Рамиль телепортировался прямо перед заклинанием, выставив руку вперёд, чтобы блокировать его. Защита удалась, водяной шар разлетелся на миллионы капель, которые попали в разные стороны: на бандитов, на Дину и на самого Рамиля.

Казалось, на этом всё. Безуспешная атака закончена.

Но как бы не так.

Правой ладонью Снейк сделал движение сверху вниз. В ту же секунду прямо над Диной появилась молния. Она полетела прямо в её русую голову со сверхзвуковой скоростью.

Настала победа «Змееловов». Ни один маг никогда не смог бы отразить такую атаку. И не потому, что он слишком слаб, нет. Тело человека, даже наделённого магией, не способно на такой уровень реакции. Молния превышала любую возможную скорость. Максимум, на что был способен Рамиль в этой ситуации: смотреть, как умирает та, кого он уже не может спасти. Смотреть и понимать, что впервые за долгое время он проиграл.

Но в последний момент Рамиль отбросил границы. Резко развернувшись и прыгнув, он пролетел над мирно спящей Диной, закрывая её собой.

Молния попала Рамилю в спину.

Сгруппировавшись, он сделал кувырок сразу при приземлении и встал на ноги. Первое, что он сделал – посмотрел на Дину. Убедившись, что та была в порядке, Рамиль перевёл взгляд на Снейка и прорычал. Это был гневный рык настоящего зверя.

Хищника, который вышел на охоту.

Казалось, Рамиль собирался сделать шаг, однако в следующее же мгновение он уже стоял прямо напротив ошарашенного Снейка. Его шаги такие быстрые, что их невозможно было заметить.У Рамиля началась отдышка. Это заклинание и в правду заставило попотеть. Давненько ему не приходилось менять форму так быстро. Отсутствие ежедневных тренировок даёт свои плоды.

Рана от молнии на спине затянулась за несколько секунд с шипящим звуком, который единственный нарушал тишину. Бандиты окончательно опустили оружие. Они не видели смысла сражаться и лишь испуганно смотрели на того, кто стоял в центре. Их командир выглядел так же, но оружие не опускал. Он смотрел в кроваво красные глаза напротив, опасно светящиеся в сумерках, смотрел на выросшие клыки. Он смотрел на это и делал медленные шаги назад:

– Что... Что ты такое? Эта атака... Она была идеальной! – Снейк упёрся в стол и схватился за него обеими руками, не позволяя себе ни на минуту отвести взгляд от изменившегося противника, – Ты пользуешься магией, как настоящий маг, но эти движения, эти реакции... Вампиры не могут владеть такой магией!

Окончательно перестав вести себя осторожно, Рамиль спокойным, человеческим шагом направился к столу. Он молчал. Снейк снова нацелил свой пистолет, испугавшись его приближения. Но тому было всё равно. Он просто ответил уже изменившимся, озверевшим голосом:

– В начале нашей встречи ты сказал, что я не монстр. Ты был не прав.

Рамиль был уже в метре от Снейка. Тот снял пистолет с предохранителя:

– Не походи! Иначе... Иначе я убью тебя!

Этот испуганно-истеричный голос мог бы позабавить кого-то со стороны, но сейчас Рамилю не было до этого дела. Его форма вампира всегда хуже испытывала эмоции. Сделав последний шаг, он безразлично отодвинул Снейка от себя и осмотрел поверхность стола. «Как я и думал. Здесь вещи Дины. Надо забрать». – коснувшись каждого предмета по очереди, Рамиль телепортировал их. Когда же стол остался пуст, он теми же спокойными шагами направился в сторону Дины.

Все молчали. Никто не смел ему мешать.

Рамиль спокойно развязал ей ноги и одним касанием расплавил наручники. Взяв Дину на руки, он посмотрел на Снейка:

– Я так и не договорил. В первый раз я готов был терпеть ваши привычки и говорить с вами на языке страха. Во второй раз уступать вам я не намерен. Если вы не понимаете моего требования оставить Дину в покое, значит я, как порядочный гражданин, доложу о вас в нужные службы.

Его спокойствие и безразличие вкупе со светящимися кроваво-красными глазами наводили настоящий ужас. И если раньше зелёные глаза Снейка делали это с помощью магии, то сейчас Рамиль не запугивал всех намеренно. Он лишь показал истинного себя.

– Чтобы вы не сбежали за это время, я ненадолго запру вас здесь. Не переживайте, полиция скоро приедет.

Снейк хотел возразить, хотел сказать хоть что-то. Но голос будто бы покинул его. Сказать ничего не получалось.

Рамиль выпустил ещё магию. Тёмный купол накрыл всё здание. Войти в него может любой, а вот единственный способ выйти за его пределы – телепортироваться. Однако этим заклинанием во всём мире владеют лишь единицы. Рамиль в их числе.

– Пока. Надеюсь, мы встретимся нескоро.

Он покинул помещение, оставив ошарашенных бандитов наедине с глухой тишиной и давящим страхом.

Как только Рамиль телепортировался в свою комнату, то увидел светящийся экран телефона Дины. Ей шёл звонок с номера под именем «Виктор». Рамиль понимал, что отвечать на чужие звонки было некорректно, но ситуация сложилась необычная. К тому же, в его памяти отложилось несколько историй, где выступал некий Виктор. Поэтому Рамиль сделал предположение, что этот человек многие годы знаком с Диной. Он может волноваться.

Аккуратно положив Дину на свою кровать, Рамиль ответил на звонок. Как только он сделал это, то услышал хрипловатый мужской голос в трубке:

– Дина, тебя нет на рабочем месте уже давно. Расследование затянулось или нужна подмога?

Так как Рамиль посчитал нужным показать себя хорошим человеком, он убрал форму вампира. Так его голос стал обычным:

– Здравствуйте, Виктор.

Старик напрягся, сказав жёстко и с немой угрозой:

– Ты кто такой?

– Меня зовут Рамиль Кастро. Я прохожу свидетелем по делу об убийстве феи, которое расследует Дина.

– Хм... – уже менее напряжённо протянул Виктор, – Помню такого. Ну допустим. Что с Диной?

– Она направилась в главный штаб банды «Змееловов» в одиночку. Там её поймали. Я пришёл и спас её.

– Как её состояние? Нужна скорая?

Кратко и по делу. Этот мужчина определённо нравился Рамилю. Никаких лишних эмоций, чувствуется многолетний опыт.

– Нет, её я могу вылечить сам, – Рамиль мельком глянул на Дину, – Но есть кое-что, что можете сделать вы. Вы же начальник Дины, да? Это сыграет на руку всем нам.

– Что же?

– Я отправлю вам точный адрес их здания. Возьмите их всех под арест. Их товар, как и главнокомандующий, находятся в подвале.

– Хорошо, я вызову туда людей, – Рамиль не знал, как выглядит этот мужчина, но был уверен, что он кивнул в этот момент, – Можно один вопрос?

– Да, конечно.

– Почему ты тоже хочешь, чтобы они сидели за решёткой? В чём твоя выгода?

Рамиль не стал врать:

– Я уже давно понял, что единственная моя цель на эту жизнь – делать мир лучше. Во время нашего диалога с этими ребятами мне показалось, что они могут измениться. Тюрьма может стать для них важным шагом на пути к исправлению. К тому же... – он снова глянул на мирно спящую Дину, – Они сильно покалечили её. Я хотел бы им отомстить. Но убийство – не лучший выход.

– Мгм... Этого мне вполне достаточно, спасибо. – по голосу было понятно, что он был удовлетворён ответом.

Когда Виктор уже почти нажал на кнопку окончания вызова, он вдруг услышал судорожный голос:

– Стойте-стойте! Подождите!

– Что? Хотел что-то ещё?

– Да. Можете пожалуйста всем говорить, что это Дина нашла и арестовала всех преступников?

– Но это же не так... – непонимающе протянул Виктор.

– Дина сама нашла их. Остальные факты – просто набор сработавших случайностей. Мне не хотелось бы фигурировать в этом деле, а Дине поимка известных преступников пойдёт на руку.

Виктор хмыкнул. Эта молодёжь была такой необычной...

– Хорошо, как скажешь. До свидания.

– До свидания.

Рамиль выключил звонок и положил телефон к остальным вещам Дины. Он посмотрел на девушку на своей кровати и поджал губы. Её увечья всё ещё отдавались болью в груди. Нужно было это менять. Закатав рукава, Рамиль поставил стул около кровати и использовал магию. Пора применить заживляющие заклинания.

***

Открыв глаза, Дина увидела белый потолок. Воспоминания приходили к ней постепенно, сменяясь одно за другим, как картинки в фотоальбоме. Чем дальше они двигались, тем меньше Дина верила в то, что осталась жива. Потому что как можно было объяснить отсутствие боли при вдохах и выдохах? Почему еë сломанные рëбра и фиолетовый синяк на груди совсем не болели? Такого просто не могло быть.

А потом Дина вспомнила, что было перед тем, как она заснула. Кудрявые волосы, бежевый свитер, заботливый голос, мягкие потоки магии…

Дина резко вдохнула, сев. Она не знала, как еë тело оказалось в этой комнате на этой кровати, но была уверена в том, что ей пора вставать. Нужно спасти Рамиля. Один он никак не мог справиться со всеми в том здании.

Но когда только ноги Дины вышли из-под одеяла, она услышала знакомый голос, говорящий как насмешливо, так и по-родительски заботливо:

– Хватит на сегодня геройствовать, Дина. Наслаждайся заслуженным отдыхом.

Она ошарашенно перевела взгляд в дальний угол. Там, на деревянном стуле под небольшим торшером, расслабленно сидел Рамиль. Тëплый взгляд этих карих, будто бы шоколадных глаз некоторое время рассматривал еë. В то время Дина сидела, не шевелясь, и лишь удивлëнно хлопая глазами. В еë голове было лишь одно слово: «Невозможно».

Когда Рамиль удовлетворился, что Дина и в правду была в порядке, то кивнул сам себе и захлопнул книгу. Однако его взгляд оставался внимательным. Он доверял своим заживляющим заклинаниям, но на всякий случай был готов ко всему.

– Как самочувствие?

Только после этого вопроса Дина, наконец, отмерла. Она встала с кровати и тут же подбежала к другу:

– Рамиль! – осматривая его со всех сторон, она не заметила ни одной раны. Нахмурившись, Дина уже тише сказала, – Но… Как?

– Долгая история… – Рамиль отвëл взгляд, – Хочешь чего-нибудь? Чай или кофе?

Рамиль знал, что рассказать правду придëтся. И всë же хотел оттянуть этот момент. Благо, никто не настаивал на сиюминутном разговоре.

Ошарашенная Дина села на кровать, смотря в одну точку. Так же задумчиво она ответила:

– Воду…

Кивнув, Рамиль покинул комнату. Когда же он вернулся, Дина сидела всë в том же положении. Происходящее заставило еë сильно задуматься.

– К нам пришла подмога?

– Нет, – хмыкнув, Рамиль протянул воду. Эти попытки угадать казались ему чертовски милыми, – Но я вызвал еë после, когда мы уже оказались здесь. Сейчас полиция уже арестовала всех «Змееловов».

Дина приняла воду. Она сделала первый глоток, как вдруг еë голова резко поднялась, а зрачки расширились.

– Как ты вообще там оказался? Я не слышала щелчка двери. Ты просто в какой-то момент взял и… И появился… – она нахмурилась ещë больше и продолжила пить, не отводя взгляд от Рамиля.

«Кажется, её мучает сильная жажда… После такой потери крови оно и понятно». – подумал Рамиль, тоже внимательно наблюдая за Диной. Некоторое время он собирался с силами, после чего наконец-то взял стул из дальнего угла и сел напротив кровати. Последним аргументом в пользу того, чтобы рассказать что-то хотя бы сейчас, стала весомая мысль: «Когда-нибудь я бы всё равно ей рассказал».

– Так как ты оказался там? – допив всё, повторила вопрос Дина.

– Наверное, проще будет показать... – на непонимающий взгляд напротив Рамиль лишь улыбнулся, – Хочешь ещё воды?

– Ну... – Дина непонимающе посмотрела на стакан, будто тот мог дать ей ответ, – Да?

– Хорошо.

Не переставая умиротворённо улыбаться, Рамиль телепортировал себя и стул в другую часть комнаты. Дина потеряла дар речи. Это было настолько неожиданно, что она совсем ничего не могла сказать. Удивление так покорило её, что она даже не сразу заметила пропажу стакана из своей руки. Когда же она почувствовала, что правая ладонь больше ничего не держит, то удивлённо посмотрела туда. Уже догадываясь, что только что произошло, Дина снова перевела взгляд на Рамиля. Тот, всё так же выглядя расслабленным и умиротворённым, помахал стаканом в воздухе, будто бы привлекая внимание.

В карих глазах Дина заметила искры ребячества. От этого удивление возросло ещё больше. Впервые она видела у постоянно расслабленного и весёлого знакомого отблеск такой детской эмоции. Рамиль будто бы отпустил себя. Он радовался так, как радуются собаки, которых отпустили побегать в поле, как радуются птицы, резво летящие над облаками. В тот момент Дина поняла, что колдовать – любимое занятие Рамиля. И оно ему правда шло.

В это время Рамиль собрал всю влагу из близлежащего воздуха и направил её в стакан. Вода, соединяясь друг с другом, в итоге заполнила всю ёмкость. Удовлетворённый результатом, Рамиль телепортировался обратно ближе к Дине со стаканом в руке:

– Прошу.

Дина молча приняла стакан и начала пить. Рамиль очень ждал какой-нибудь ответной реакции. Это молчание казалось ему сродни аду. Но Дине нужно было время, чтобы переварить всё это.

– Спасибо за воду... – хмурая Дина отдала стакан обратно. – Ты совершил три телепортации за раз и создал воду из воздуха. И при этом ты даже не устал... – стакан тут же исчез из руки Рамиля, телепортируясь в раковину с грязной посудой, – Четыре телепортации. Либо я что-то не понимаю, либо у тебя очень большой запас магии.

– Ты поняла всё правильно, – Рамиль кивнул. Он всё ещё был напряжён, – У меня очень много магии.

– Но как?

Хмурые тёмные брови, сморщенный лоб, внимательные голубые глаза – Рамиль отметил для себя, что непонимающая Дина была очень милой.

– А ты не задумывалась, почему мне доверили фей? – он всё так же улыбался, но Дина знала, что за этой умиротворённой улыбкой скрывается сильное напряжение. Только сейчас она поняла, что Рамиль волновался о том, как она отреагирует, – Они важны для государства, но мне доверили их защиту. Должна же быть причина.

Морщинки на лбу разгладились, зрачки расширились, а рот встал в милую позу «о». Улыбка Рамиля растянулась. Вдруг понявшая что-то Дина казалась ему ещё милее.

– Я никогда не задумывалась об этом. Но ведь правда... Проблемы должны были возникнуть не только с документами, но и с тем, чтобы защитить фей в случае чего. У тебя должна быть система безопасности или ещё что-то, но... Тут только ты.

– Мгм... – медленно протянул Рамиль.

– Ты... Очень силён, да?

Она пронзила его взглядом своих голубых глаз так, что Рамиль не смог ответить сразу:

– Да... – он отвёл взгляд, выпутываясь из захвата внимательных глаз, – Да, очень.

– Можешь описать насколько? – Дина накинула одеяло на плечи и сложила ноги в позу лотоса, положив обе ладони себе на щиколотки. Она готова была слушать.

Рамиль на секунду встал в ступор, не ожидая. Он думал, что услышит в ответ испуг или гнев, как это бывает обычно. А тут... Любопытство...

Дина же раскрепостилась окончательно. Когда Рамиль показал ей свою силу, сразу стало понятно, что это он и защитил её, и вылечил, и переодел (Дина надеялась, что не глядя), и дал поспать. Она уже раздумывала, какой подарок можно было бы принести в знак благодарности. Только вот в голову не приходило что-то сносное. Не было ничего равноценного жизни.

– Хм... – Рамиль нахмурился, – Ну, чтобы тебе было понятно... Знаешь заклинание «Всевидящее Око»?

– Ага.

– Для того, чтобы найти тебя, я использовал его.

– Но подожди... Могущественные маги пользовались этим заклинанием минимум впятером... Оно же тратит невероятно много энергии!

– Да, много, – Рамиль кивнул, – И это треть моей силы.

– Да ты шутишь! – она подалась вперёд, сокращая расстояние между ними, – Такого не может быть!

– Почему это не может? – Рамиль снова умиротворённо улыбался, однако теперь это была не всего лишь маска. Реакции Дины раскрепостили его, страха исчез, – Я живой пример обратного.

– Ну ладно, спорить не буду. Если Всевидящее Око забирает треть, то понятно, почему телепортация для тебя – обычное заклинание. Всё сходится... – помолчав, Дина взвесила всё, чтобы задать новый вопрос уже более серьёзным и тихим голосом, – Теперь я спрошу кое-что поважнее. Почему ты не говорил раньше? Мы с тобой переписывались два дня, а ты не говорил об этом ни разу! Это важная тема для тебя? Слишком личное, что ты не хочешь рассказывать?

Улыбка спала с лица Рамиля. Что ж, он должен был ожидать этого вопроса.

– Да, это личное. Сила появляется не просто так, – теперь была очередь Рамиля пронзать Дину глазами так, чтобы та забыла, как дышать, – Мне пришлось через многое пройти и...

– Хей, не заставляй себя! – прервала его Дина, схватив за запястье. Поймав удивлённый взгляд Рамиля, она ободряюще улыбнулась, – Я всё прекрасно понимаю, поверь. У меня тоже есть то, о чём не хотелось бы упоминать... – она на секунду замолчала, выгоняя из головы ненужные воспоминания. Следом, всё так же энергично Дина продолжила говорить, – Я спросила тебя не потому, что хочу узнать, что ты скрываешь, а потому, что мне важно, по какой причине ты умолчал об этом. Ты только что сказал, что это личное. Больше ничего мне знать не нужно. Ты расскажешь всё тогда, когда посчитаешь нужным, правда ведь? – ошарашенный Рамиль смог лишь кивнуть, – Ну и хорошо. Лучше расскажи мне, что происходило после того, как я заснула.

Но Рамиль молчал. И только тогда Дина заметила, что расстояние между их лицами было всего ничего: каких-то десять сантиметров. Смутившись, она, наконец, отпустила его запястье и отодвинулась назад, ближе к стене. Они оба отвели друг от друга взгляд, посмотрев себе на ноги. Пауза затягивалась.

Рамиль решил разрушить повисшую неловкость. Пытаясь закрыть картинки из воображения куда подальше, он и сам не заметил, как задумался: «А что, если бы она была ещё ближе? А что, если бы она подалась вперёд, и мы...» Мотнув головой, Рамиль откинул эти мысли назад. Тихо и неуверенно он протянул:

– Ну... Ты не возвращалась в сеть, поэтому я решил найти тебя, – когда Дина снова посмотрела своими пронзительными глазами на него, смущение вернулось. Чтобы продолжить рассказ, Рамиль посмотрел на свои руки, отвлекаясь от мыслей, подкидываемых воображением.

Что ж, он был не один. У Дины была та же проблема. Каждый раз, как она снова поднимала взгляд на Рамиля, возобновлялись эти назойливые мысли. Они возникали в её голове внезапно. С каждым новым днём, как Дина общалась с Рамилем, этих мыслей было всё больше. За все те четыре дня, что они знакомы, Дина так и не нашла способ бороться с ними. Но она уже так привыкла к ним, что всегда появлялась лишь одна-единственная реакция: розоватые щёки, что никак не получалось остудить.

– И... И тогда Око показало мне Снейка. Я знал его и знал, где находится его штаб.

Дина удивлённо посмотрела на него. Рамиль поднял руки:

– Нет-нет, ты не подумай. Я не на их стороне и заказчиком у них не был. Просто один раз Тиа рассказала мне, что на неё напала группа людей. Когда я вышел на банду Снейка, то пришёл к ним. Я знал, что им нужна была хотя бы одна фея, они хотели куда-то её продать.

– Но ты им не дал... – начала понимать Дина.

Тогда же она поняла, что поход к «Змееловам» был бесполезным. Они не могли убить Тию, ведь Рамиль запретил им.

– Именно, – Рамиль кивнул, улыбнувшись, – Я сказал, что либо они не охотятся на фей, либо я их убью. Так между нами появился уговор.

– По этому уговору ты не мог рассказывать местонахождение «Змееловов»?

– Да. Уговор был такой: я не лезу в их дела, а они не трогают фей. Так и их бизнес процветает, и феи в безопасности.

– Мгм... – задумчиво протянула Дина, – Ты их сильно напугал, да?

В этом вопросе Рамиль чувствовал опыт. Обычное существо навряд ли задало бы его. Ведь обычному существу неведомо, что для бандитов единственный весомый аргумент – это сила. А Дина знает об этом.

– Да. И в этот раз пришлось запугать их вновь. Я ведь нарушил наш уговор и помешал их делам.

– А, ой, я ведь так и не сказала! – встрепенулась она, – Спасибо тебе большое, правда. Я даже не знаю, что я могла бы сделать тебе в ответ.

– Ничего мне не надо, – нахмурившись, открестился он. А после, улыбнувшись, сказал, решительно переводя тему, – Лучше прочитай рецепт с того сайта, что я отправил тебе.

Дина хмыкнула:

– Ну так сам мне его и покажи.

Рамиль повторил её ухмылку:

– Как скажешь, – он встал со стула, но вдруг развернулся, – Ах да, забыл сказать. Твои вещи, в том числе телефон, я положил в шкаф. Единственное, что не осталось целым, – это наручники. Я расплавил их.

Глаза Дины округлились:

– Что ты сделал?

– Я не знал, где от них ключ, – Рамиль пожал плечами так, будто бы это – обычное дело.

Но нет, не обычное. Эти наручники сдерживали практически всех. Они не подавляли только силу, сравнимую с сотней обычных магов. Целой сотней.

– Так, ладно. Кажется, если я буду и дальше думать о твоих запасах магии, то мои мозги просто взорвутся.

Рамиль посмеялся. Этот тёплый смех всегда нравился Дине:

– Да, пожалуй, так оно и есть.

В маленькой комнатушке Рамиля, где есть лишь кровать, шкаф, стол и стулья, они провели весь остаток дня. За это время Рамиль и Дина разговаривали обо всëм и ни о чëм. Дина успела поведать, откуда она знакома со Снейком и почему тот хотел отомстить. Своим рассказом она в очередной раз завоевала уважение Рамиля. Не каждый следователь готов посадить главу банды. Суды с ними – та ещë морока.

Дина отправилась домой только тогда, когда Лунá уже освещала все улочки города. И она совсем не была против того, чтобы Рамиль проводил её. Они гуляли по маленьким улочкам, разговаривали и смеялись. И в этот момент им обоим было хорошо.

Думая о Рамиле, Дина ещё долго не могла заснуть. Он заполонил еë мыслями своим голосом, смехом и тëплым взглядом. Рамиля не хотелось забывать. Дина мечтала запечатать его в своей памяти, общаться с ним до самой старости. Всë это лишь бы всегда видеть умиротворённую улыбку, слышать лëгкий приглушëнный смех, чувствовать тепло, развивающееся по груди…

С восхищением представляя, как дальше будет продвигаться их общение, Дина наконец-то заснула.

Влюблённость

Журналисты стали слишком настойчивыми. После поимки «Змееловов» от них не было отбоя. Оно и понятно, банда процветала уже десять лет, а последние аресты существ, связанных с ней, были целых три года назад. Кроме Дины никто не смел браться за самых опасных торговцев на чëрном рынке. Может, Виктор смог бы заняться этим, но он был уже не в том возрасте, чтобы бегать за опасными преступниками. И именно благодаря тем арестам, в том числе главы банды по прозвищу Серпенс Дина получила гордое звание капитана.

Конечно же, для журналистов это было сенсацией. Спрашивали обо всëм: о прошлых арестах, об этих арестах, о том, почему Дина решила поймать их, об отношении к работе, о личной жизни. Последние вопросы Дина ненавидела больше всего. Некоторые проворные ребята находили информацию о том самом деле. Спрашивали правда ли это, что было с ней после этого дела, общалась ли она с ними потом… И много других ещë более ужасных вопросов, из-за которых хотелось закрыть уши и претвориться глухой. Потому что вспоминать это не хотелось. Были вопросы и про отношение Виктора к делу. На это Дина редко, но отвечала. Чаще всего она просто спрашивала «Как это относится к поимке «Змееловов»?» и просила задать следующий вопрос.

Ещë были те самые индивидуумы, которые спрашивали про отношения. Дина никогда не задумывалась о них. В жизни её интересовало совсем другое. Но сейчас, когда каждый день очередной журналист спрашивает про парня или мужа, про планы на будущее и семейную жизнь, она невольно начала задумываться об этом. Работа следователем была непредсказуемой. Тебя могли ранить или убить в любой момент. Поэтому следователи никогда не думали о будущем, радуясь настоящим. Дина тоже имела эту привычку. Она не думала о семье и детях, не мечтала о домике в лесу и не копила деньги на счастливую старость. Нормальная городская жизнь ей была неведома.

И всё же каждый раз, когда ей задавали подобный вопрос, она размышляла кого бы ей хотелось видеть в роли своего парня. Получилось где-то пять критериев. Первое: он должен быть сильнее неё или хотя бы дотягивать до её уровня. Иначе ей будет сложно ему довериться в трудной ситуации. Второе: в момент опасности он не должен быть эмоциональным, потому что эмоциональность – штука опасная. К тому же, в компании близкого человека Дина позволяла себе показать слабость. В такие моменты ей всегда хочется видеть рядом того, кто не высказывает столько же чувств и готов выслушать. Третье: он должен быть умным. Потому что Дина, как и многие другие женщины, считает самой красивой частью тела мужчины именно его мозги. Четвёртое: они должны сходиться во мнениях во многих спорных моментах. По опыту Дина знает, что иначе семья не будет крепкой. Пятое: он должен любить Дину, а она – его.

Конечно же, Дина оставила эти критерии при себе. Журналисты на вопросы об отношениях получали лишь убийственные взгляды или всё тот же вопрос: «Как это относится к поимке «Змееловов»?».

К концу следующей недели постоянное преследование журналистов начало надоедать. Вопросы повторялись, становились глупее или, наоборот, глубже. От этого Дина уставала. Дело об убийстве Тии не продвигалось, а какие-то мелкие дела о кражах и нападениях было невозможно расследовать с этим преследованием.

Дина быстро уставала. Попытки скрыться от журналистов, раскрытие небольших и похожих друг на друга дел, моральное давление на саму себя из-за невозможности продвинуться дальше в деле Тии – всё это приводило к постоянному выгоранию. В первый раз, когда Дина почувствовала невероятную усталость, она пожаловалась об этом Рамилю. Тот предложил прийти к нему в перерыве. Конечно, Дина так и сделала. Чаепитие с Рамилем подзарядило Дину достаточно, чтобы продолжить день. В конце концов она стала приходить к нему каждый день. Это вошло в небольшую привычку. Они встречались даже в выходные. Однако в эти дни обычно Рамиль предлагал прогуляться где-нибудь.

И вот, во вторую такую субботу они, прихватив с собой стаканчики с кофе, которые Рамиль приготовил заранее, направились гулять в ближайший парк. Было спокойно. Солнце еле-еле выглядывало из-за облаков. Деревья покачивались, будто бы наслаждаясь никому неведомой мелодией. Жёлтые листья падали откуда-то сверху, шуршали под ногами и украшали ветви деревьев. Парк будто бы горел, но этот осенний пожар был прекрасен. Холодало. Сегодня впервые за осень температура перевалила за ноль. Поэтому многие люди остались дома, боясь заболеть. Оттого же парк был пуст. Тишина и спокойствие, царившие тут, расслабляли и убаюкивали постоянно гонящиеся куда-то мысли. Сейчас был тот самый момент, когда думать не хотелось. Хотелось лишь смотреть вокруг и наслаждаться этой природной красотой.

Они наслаждались ей вместе. Медленно пили кофе и молча шагали по небольшим тропинкам в городском парке. Если неделю назад все их встречи были переполнены общением, то сейчас первичные темы для разговора закончились. Настала та пора, когда можно было просто находиться рядом друг с другом и совсем ничего не говорить. Что самое прекрасное: они не чувствовали неловкости в момент молчания. Дина знала: такое общение дорогого стоит. Но она и без этого дорожила их общением.

Прерывая тишину, Рамиль вкрадчиво предложил:

– Может, расскажешь хоть что-то про дело? Я мог бы посмотреть на него под другим углом. Вдруг это поможет в расследовании?

– А может ты просто хочешь узнать всё, о чём я узнала за это время? – Дина хитро посмотрела на него.

– Почему ты так решила? Я всего лишь хочу помочь.

– Потому что у меня хорошая память. В первый день знакомства ты хотел помочь мне. И я не верю, что за это время твоя идея не угасла.

Наблюдая за птицами, что высоко-высоко летели на юг, Дина сделала глоток ароматного кофе. Рамиль тяжело вздохнул:

– Ты непробиваема...

– Ага. – весело ответила она.

– Ну да, я хочу тоже участвовать в расследовании, – он не стал спорить, – Потому что я ответственен за фей. Мне нужно искупить вину, понимаешь? – Дина нахмурилась, глянув на Рамиля. Тот говорил так, будто бы исповедовался и ждал искупления. Это было сложно, но Дина почувствовала в этих словах боль, – И если я не могу помогать тебе действиями, то дай хотя бы подумать вместе с тобой.

– Ты не виноват в её убийстве, Рамиль.

– Моей задачей было защищать их. Я с ней не справился. – теперь же он говорил так, будто бы он – непробиваемая стена. В общем, снова скрылся за маской спокойствия.

Некоторое время они шли молча. Дина не ожидала услышать это. Иногда она задумывалась о причине, по которой Рамиль предложил свою помощь в тот день. До неё никак не доходило, что всё дело было в неисполненном долге. Только сейчас, оглядываясь назад, Дина понимала, что все те эмоции, все те попытки помочь в расследовании – всё это сопровождалось огромным чувством вины. Становилось жалко Рамиля. Дина хотела помочь ему, а потому размышляла над способом, как переубедить его не думать подобным образом. В конце концов, к ней пришла идея.

– Помнишь, как к тебе приходил мужчина из надзора?

– Конечно. Такое сложно забыть. – заинтересованно посмотрев на Дину, ответил он.

– Даже до того, как я вклинилась в ваш разговор, ты пытался отстоять пекарню. Ты считаешь, что недостоин защищать фей и дальше, да? – нахмурившись, он кивнул, – Тогда тебе вопрос. Почему ты защищал пекарню? Если ты и в правду виноват и не заслуживаешь доверие фей, то в пекарне смысла нет. Она не будет работать на одном тебе. Пекарне нужны феи, а феям – пекарня. Но также пекарне нужен ты. А значит ты нужен феям. Твоя оплошность ничего не изменит. Не все феи – маленькие дети, ты бы всё равно не смог уследить за ними. Так что это убийство не должно быть на твоей совести.

Проникновенные слова Дины остались висеть в воздухе. Наступило задумчивое молчание. Рамиль погрузился в себя, не торопясь отвечать. Ему добродушно давалось это время. Дина понимала, что её слова не должны резко поменять мировоззрение Рамиля, но они хотя бы могли задать направление этим изменениям. Ей был важен Рамиль, а значит и важно его самомнение. Дина не хотела, чтобы он чувствовал себя плохо, и готова была помочь с этим.

– А что стало с тем подозреваемым? – решив подумать обо всём позже, резко перевёл тему Рамиль.

Он не отречётся от своих попыток выведать хоть что-то из проходящего расследования. Это понимали они оба.

– С каким?

– Ну, ты говорила, что Захар просидел в СИЗО два дня, и его пора отпускать.

– А! Точно, было такое!

Рамиль заинтересованно посмотрел в её сторону, делая глоток кофе. Однако, взяв его за локоть, Дина резко остановилась. Встав напротив и положив руки ему на плечи, она, внимательно смотря на чужое лицо, сказала:

– Я не говорила, как его зовут.

– Говорила. – нахмурившись, опровергнул он.

– Нет, не говорила.

– А я точно помню, что имя звучало. – ещё тише сказал он.

И тут всё окончательно разложилось по полочкам. В первое мгновение Дине хотелось ударить Рамиля, но в следующее же наступила другая эмоция – она улыбнулась, как родитель улыбается провинившемуся ребёнку, и доверительно посмотрела на него своими небесно-голубыми глазами.

– Признайся, ты откуда-то выведал это? Залез в архивы полиции или расспросил кого-то?

Не изменяя своим привычкам, Рамиль отвёл взгляд, сказав ещё тише:

– Я следил за тобой.

И снова настал тот момент, когда слова не сразу дошли до мозга. Мгновение Дина стояла в ступоре. Рамиль ждал, что она закричит, начнёт обвинять его и перестанет доверять. Но вместо шумных, разрезающих осеннюю тишину криков он вдруг услышал смех. Этот весёлый, задорный смех, отдающийся приятной негой, ввёл в ступор уже Рамиля. Он стоял, смотрел на эту милую улыбку и слушал этот замечательный смех. В тот момент он и сам улыбался. Рамиль расслабился, осознав, что ругаться и кричать никто не собирается.

– Ты не перестаёшь меня удивлять! – с весёлой улыбкой она спросила, – Как ты вообще додумался до того, чтобы следить за мной?

– Ты же запретила мне участвовать в расследовании. Я решил помочь тебе так, чтобы ты не узнала об этом.

– И что, помог?

– Ну… – Рамиль двинулся вперёд. Когда их движение по дорожке возобновилось, он продолжил, – Помнишь, когда перед арестом Захара он достал нож?

– Ага. Он сделал это удивительно быстро для обычного человека.

– Помнишь, что тогда он повернулся на шум на улице, благодаря чему ты смогла надеть на него наручники?

– Это был ты?

– Мгм… – Рамиль отпил кофе, тем самым вырываясь из пут внимательного взгляда напротив.

– А ещё что-то было?

– Не-а. Потом ты несколько дней провела в офисе. За это время я перестал считать хорошей идею со слежкой… – он посмотрел наверх, на мирно плывущие облака, и умиротворённо сказал, – Я не хочу быть таким же, как он.

– Как Захар? – удивлённо переспросила Дина.

И вновь она заметила, что всё самое важное Рамиль высказывает с этой тонной удивительного спокойствия. Все самые глубинные эмоции и переживания он скрывает за ним, все важные решения, принятые когда-то, он вновь переживает с ним. Эта умиротворённость, обычно присущая старикам, показывала тот объём опыта, который обычно недоступен людям в их возрасте. Это было достойно восхищения.

– Мгм…

– Ты же не сталкер! Причина твоей слежки в другом, ты просто хотел помочь мне.

Рамиль перевёл задумчивый взгляд с облаков на неё:

– Думаешь?

– Ну конечно!

– Хм, говоришь так, будто тебе хочется, чтобы я следил за тобой.

Дина не сразу поняла, о чём только что сказали. Однако сразу после она снова рассмеялась. Её смех вызвал улыбку и у самого Рамиля.

– Ну, я буду не против, – под внимательным взглядом карих глаз она смутилась, – Я имею в виду, что всю работу я делаю в одиночестве. С тобой же у меня хотя бы появится компания.

Хмыкнув, он шутливо спросил:

– Что, разрешаешь ходить с тобой на расследования?

– Ничего я тебе не разрешаю! – она несильно ударила его в плечо, отчего он тихо посмеялся, – Но я была бы не против, если бы начальство разрешило тебе сопровождать меня.

– Намёк понят, – он шутливо приложил ладонь к голове, как солдат, получивший приказ, – Поговорю с твоим Виктором.

Дина не улыбнулась, а наоборот напряглась:

– В смысле?

Рамиль запомнил. Для Дины Виктор – явный триггер. Расспрашивать об этом он конечно же не стал.

– Он же твой начальник, да?

– Ну да…

– Он звонил тебе, когда ты была в отключке. После той ситуации со «Змееловами».

– Ты поговорил с ним тогда? – хмуро спросила она.

– Да.

– А я-то думаю! – удивлённо воскликнула Дина.

Все те полторы недели, что они ежедневно общались, Виктор вёл себя странно. Он перестал предлагать пообедать вместе, всегда начинал разговор с вопроса «не помешал?» и избегал Дину в те моменты, когда она сидела в телефоне. Дину такое поведение удивляло. С одной стороны, это было хорошо, ведь позволяло ей не рассказывать о Рамиле как можно дольше. С другой стороны, Дину волновала причина, по которой Виктор стал так вести себя. Теперь причина нашлась. Виктор узнал об их общении с Рамилем и не хотел мешать. Всю жизнь Дина не дружила с кем-то больше нужного, а потому Виктор, как настоящий отец, всегда пытался найти ей настоящего друга. Теперь, когда такой друг появился, он делал всё, чтобы не мешать их общению.

Дина рассмеялась, спрашивая у воздуха:

– Как я ему в глаза смотреть буду? Его забота всегда смущала, а тут…

Рамиль нахмурился:

– В смысле?

– Не бери в голову. Это просто мои размышления…

Ещё больше нахмурившись, Рамиль задумался. Из тех слов, что сказала Дина, ясно было только одно: после звонка Рамиля Виктор активировал какой-то новый вид заботы о Дине, который сильно её смущает. О какого рода заботе шла речь Рамиль уточнять не стал. Однако отметил, что очень уж всё это напоминает отношения родитель-ребёнок, где один сильно заботится, а второй смущается от этой заботы.

– Извини, если из-за моего ответа на этот звонок что-то изменилось. Я не хотел.

Дина удивлённо посмотрела на него, а после ободряюще улыбнулась:

– Не переживай, ты ни в чём не виноват, – она сделала глоток кофе и взглядом проследила за падением одного-единственного жёлтого листочка, задумчиво сказав, – В каком-то смысле это даже хорошо. Так мне легче рассказать ему о том, что мы с тобой общаемся.

– А что, он может как-то не так отреагировать? Это из-за того, что я свидетель по одному из дел?

Дина кивнула, посмотрев в заинтересованные глаза Рамиля. Его вопросы попадали прямо в цель. Это был один из признаков неглупого человека. С глупыми людьми она бы долго и не общалась.

– Хм, понятно... – Рамиль задумчиво сделал глоток кофе.

И тут Дину пронзило острой стрелой осознания. Мысль, словно ударная волна прошлась по всему телу, заставив остановиться, а потом окончательно засела в голове. Казалось, Дина забыла, как дышать, слыша и видя лишь одно: «Третье: он должен быть умным». Эта мысль будто звонила в колокол, мешала мыслить и думать и не давала пройти. Она заполонила всё сознание и не давала забыть себя, как вредоносный паразит. Может, Дина смогла бы вытолкнуть её в нужный момент, но, к сожалению, шок будто связал её волю, отдавая в лапы вредоносной мысли.

А была ли она такой уж вредоносной?

Может, и нет. Но она как минимум была ненужной.

– Дина? – обернувшись назад, Рамиль обеспокоенно осмотрел девушку.

Наконец, она вышла из ступора. Моргнув, Дина посмотрела на Рамиля. С каждой новой секундой в ней всё больше проявлялась осознанность. Былая задумчивость исчезла, ведь мысль наконец-то покинула разум, оставшись где-то на подкорке.

– Всё хорошо?

Дина нагнала Рамиля.

– Да, извини, просто задумалась. – она старалась не смотреть ему в глаза.

У Рамиля не было привычки наседать. Поэтому он просто перевёл тему.

– И что планируешь делать?

– М? – всё ещё не до конца вернувшись в реальность, не поняла Дина.

– У тебя же нет новых зацепок по делу? С того момента, как ты пошла к «Змееловам» в одиночку, дело остановилось на мёртвой точке?

Дина тяжело вздохнула и кивнула:

– Да. И меня это сильно тревожит. Убийство феи – важное дело. Мне доверили его, ведь я хорошо работаю всё это время. А я не могу ни за что зацепиться... – она сделала паузу, сделав последний глоток кофе и выкинув стаканчик в ближайшую мусорку, – Тиа будто бы взяла и исчезла, оставив после себя только крылья и пепел.

– Ты даже не представляешь, как я тебя понимаю. Прошло уже полтора месяца, а я всё ещё ощущаю её смерть так же. Тиа будто бы исчезла, а вслед за ней и все остальные феи. Я и не думал, что так сложно заново привыкать к одиночеству…

Дина взглянула на Рамиля. Тот был задумчив, но внешне не казался опечаленным. Однако Дина увидела оттенок боли в его глазах. И как бы ей самой не было бы грустно из-за застоя в деле, она не могла оставить друга таким. Природная эмпатия не позволяла ей пройти мимо явного сигнала.

– Ты не одинок. Как минимум потому что у тебя есть я.

Рамиль нахмурился и внимательно посмотрел на Дину. Он разглядывал её русую косу, розовые щёки, тёмные брови и голубые, словно солнечное небо, глаза. Под этим долгим молчаливым взглядом Дина покраснела, отчего её покрасневшие от мороза щёки стали ещё ярче. К её счастью, Рамиль не обратил на это внимание.

Он расплылся в добродушной улыбке и кивнул:

– Да, ты права, я не одинок, – Рамиль тоже выкинул стаканчик, – И всё же фей мне не хватает.

Несколько минут они шли молча, разглядывая солнечные лучи, пробивающиеся сквозь остатки золотистых листьев. Вскоре Рамиль сказал:

– Если у тебя зацепок нет, то у меня есть к тебе небольшое предложение.

Улыбнувшись, Дина предупредила:

– Если ты снова хочешь предложить мне свою помощь, то говорю сразу: ответ всё тот же.

– Нет, я даже не пытался. Ты слишком упрямая, – он тоже улыбнулся, – Я хотел предложить поехать со мной в деревню фей.

– Ты поедешь в деревню? – удивилась Дина, – Которую из? Их же очень много…

– Ту, которая ближе всего отсюда. «Гюр» – так называют её местные жители.

– А тебя туда пустят? Это же столько документации…

– У меня особые права. Я владелец небольшого домика там, а значит, считаюсь жителем деревни.

– Но ты же не фея…

Дина нахмурилась, не понимая. Рамиль же в очередной раз отметил, что она очень милая.

– Да, там долгая история… – он хмыкнул, – Думаю, будет легче, чтобы ты сама всё увидела.

Дина так и не предположила ничего более-менее похожего на правду, а потому решила, что ей и в правду будет лучше увидеть всё своими глазами. Однако была одна небольшая проблема:

– А меня почему туда должны пустить? Я же незнакомый человек.

Рамиль посмотрел на неё и улыбнулся так, как обычно улыбаются взрослые, когда дети не понимают чего-то совсем простого:

–Во-первых, ты не можешь быть незнакомкой, так как ты будешь моей гостьей, – к счастью, на этом моменте Дине удалось быстро заглушить навязчивую мысль о совместном проживании с Рамилем, – А во-вторых, ты расследуешь дело об убийстве феи. В той деревне живёт большинство моих работников и многие из них – подруги Тии. Так что, по сути, ты едешь по работе.

– Ты хочешь сказать, что мне спокойно оформят всё это как командировку?

– Именно, – Рамиль кивнул. А после спросил чуть напряжённо, – Ну что, ты поедешь со мной?

Дина не задумывалась ни секунды:

– Конечно! – она хихикнула, заметив, что Рамиль снова расслабился, получив положительный ответ, – Зачем вообще спрашивать, если ответ очевиден?

***

Закрыв дверь в «Домик на дереве», Рамиль глубоко вдохнул. Каждый раз приходя сюда, он чувствовал невероятный прилив спокойствия. Вдыхая запах дерева и выпечки, осматривая ныне пустые помещения и замечая те мелкие детали и предметы, что оставили феи после себя, Рамиль чувствовал счастье. А всё потому, что у него впервые за долгое время появился дом. У него было то место, куда можно вернуться и расслабиться, откинув былые опасения. Лет пять назад Рамиль и подумать не мог, что иметь свой дом так хорошо. И так улыбчивый после прогулки с Диной – он улыбнулся ещё шире.

Убедившись, что в помещении пекарни и в комнатах фей всё было как и всегда, Рамиль зашёл в свою комнату. Его шаг за порог запустил механизм. Под ступнёй, что первая попала в комнату, разошлась золотистая волна света. Как только она пропала, став менее яркой, на столе у окна проявились золотистые буквы. Спешно закрыв комнату и сняв с себя пальто, Рамиль подошёл туда. Прочитав первые несколько слов, он улыбнулся.

Да, это она. Весточка от старушки Галии.

«Доброго вечера, Рамиль. Как ты поживаешь? Как пекарня? Я уверена, что всё у тебя хорошо. Потому что за добро всегда платят ответным добром.

Признаю, прочитав твою весточку, я сильно удивилась. На моей памяти не было ни единого раза, чтобы ты подружился с кем-то. Мне надобно тебя похвалить. Давно пора заводить себе друзей не только среди фей.

Прочитав вопросы на счёт твоего отношения к этой девушке, я решила, что ответ ты можешь найти сам. Тебе всего лишь нужно сделать кое-что. Возьми бумагу и ручку, сядь за стол и напиши все свои вопросы на бумаге. Постарайся написать пояснения с примерами к каждому вопросу. Отложи бумажку и вернись к ней через час.

Жду весточку, хотя хотелось бы наконец-то встретиться лично. Когда ты сможешь приехать к нам? Многие ждут тебя».

Старушка Галия была в своём репертуаре. Каждый раз после разговора с ней Рамиль уходил задумчивым, но улыбчивым. Эта фея многому научила его, но она никогда не давала просто ответ. Каждый раз Рамиль учился чему-то новому самостоятельно. Галия лишь давала направление. Изначально Рамиль злился. Он не понимал, почему ему не могут рассказать всё сразу. Однако вскоре негодование заменилось привычкой. А вслед за привычкой пришло смирение.

Именно Галия когда-то научила его смирению. Если бы не оно, то, может, сейчас у планеты были бы большие проблемы. В лице Рамиля, конечно.

В общем, старушка Галия стала единственным учителем Рамиля, которого тот не только уважал, но и никогда не пытался перерасти. Ведь он знал, у этой феи столько опыта, сколько нет у нескольких существ вместе взятых. Даже учитывая насыщенную жизнь Рамиля, тот никогда не сможет достигнуть такого же.

Пораздумав, Рамиль сел за ответ. Весточка – необычное заклинание. Его суть состоит в том, чтобы переписываться с помощью магии. Маг создаёт письмо у себя в голове, а потом открывает карту и показывает место, в которое должно прийти письмо. Во время касания карты пальцем нужно передать магический импульс, думая о том письме, которое составил в голове. Сил для того, чтобы добиться точности места отправления, нужно чуть больше. Например: весточка от старушки Галии пришла аж в комнату к Рамилю. Если бы весточку создавал менее сильный маг, то он смог бы отправить письмо разве что до двери в пекарню.

Вообще, это заклинание не особо распространено. Обычно его используют те, кто не хочет, чтобы их разговор попался в чужие руки. Например, противники нынешней власти. Всё из-за развивающихся технологий. Раньше весточка была удобна, ведь не приходилось писать на бумаге и передавать письмо на почту. Но потом появились электронные письма, а позже и мессенджеры. Тогда весточка потеряла былую актуальность. Конечно, ей до сих пор учат всех, кто обладает магией. Однако теперь это заклинание не считают базовым, а потому многие ученики заканчивают школы, так и не обучившись ему.

Исключением являются те, кто живёт совсем в глуши. В основном феи. Попав в их деревню, Рамиль удивился. Феи живут в единении с природой, имеют один или два компьютера на всю деревню и переписываются друг с другом с помощью весточек. Изначально Рамилю казалось, что он попал в прошлое Однако позже он пришёл к выводу, что феи совсем другие. Их категорически нельзя сравнивать с остальной цивилизацией.

Пораздумав над формулировкой письма, Рамиль достал из ящика в столе бумажную карту. Указательный палец остановился в центре леса, что находился к югу от города. Издав магический импульс и представив письмо, Рамиль кивнул сам себе. Он решил проверить отправленное, а потому издал ещё один импульс, развернув руку и подняв ладонь к небу. Если у старушки Галии буквы были золотистого цвета, то у Рамиля – кофейного. Цвет магии всегда зависит от заклинания и характера мага. Когда-то давно Рамиля очень поразило изменение цвета его магии. Теперь же кофейный цвет стал привычнее и ближе.

«Добрый вечер! Хорошо, я сделаю так, как вы сказали.

Дела мои идут неплохо. Единственное, что до сих пор тревожит меня: застой в деле Тии. К сожалению, у Дины нет никаких зацепок. Мне бы очень хотелось, чтобы её убийцу нашли. Однако же, с каждым днём это кажется всё более и более невозможным. Ведь время течёт, а значит, у преступника всё больше и больше возможностей сбежать.

Хочу вас обрадовать! Я приеду через неделю. И я буду не один, Дина поедет со мной. Она не только расспросит друзей Тии на счёт убийства, но и будет гостьей в моём доме. Я знаю, что вы не против, но хочу хотя бы предупредить. К тому же, я буду благодарен, если вы подготовите всех к допросу. Боюсь, многие могут испугаться…

До скорой встречи, мисс Галия».

Кивнув самому себе, Рамиль согнул ладонь в кулак. Весточка пропала. Он всем сердцем любил старушку Галию и знал, что она любила его в ответ. А потому и улыбка не сходила с его лица.

Решив не терять время зря, Рамиль достал листок и ручку. Он без единого сомнения намеревался сделать всё в точности так, как сказала Галия. Несколько долгих секунд вопросы не приходили в голову. Он сидел и глупо смотрел на листок, так, будто бы завис или начал сбоить. И вот, наконец, Рамиль вспомнил первый вопрос: «Почему мы общались с Диной всего четыре недели, а я уже был готов защищать её так, как будто бы она мой самый близкий друг?» Вспоминая события двухнедельной дальности, он написал пояснение: «Когда я узнал, что Дину похитили «Змееловы», то моя магия разбушевалась. Мне с трудом удалось сдержать её как тогда, так и в тот момент, когда я телепортировался к ним. При том я даже не задумывался, спасать её или нет, а сразу же появился там». Следом за первым вопросом пришёл и второй: «Почему я так часто рассматриваю её и ловлю себя на мысли, что она милая, необычная или прекрасная? Даже если Дина и в правду красива, то почему я думаю об этом так часто?» Пояснение Рамиль писать не стал. Потому что таких моментов было слишком много. А ещё на него накатила огромная волна смущения. Вслед за вторым вопросом будто бы прорвалась дамба. Рамиль без пауз на подумать писал многое: «Почему я так восхищаюсь ей?», «Почему иногда мой мозг фантазирует что-то не самое приличное?», «Почему я так хочу общаться с ней?» и многие, многие другие… К некоторым из них Рамиль писал пояснение. Но для большинства вопросов примеров стало слишком много, а потому выбрать что-то одно не получалось. В конце Рамиль задал как бы завершающие вопросы, которые, на самом деле, волновали его больше всего: «Почему вскоре после знакомства я понял, что пропал? И что значит это «пропал»?»

К удивлению для себя Рамиль понял, что он отправил Галии не все вопросы. А потому был уверен, что не все написал сейчас. Но даже этих должно было хватить. Как минимум, Рамиль на это надеялся.

Вздохнув, он встал из-за стола и пошёл в пекарню. Вскоре Рамиль вернулся уже с кружкой зелёного чая с жасмином и взял в руки книгу. Всё это время он пытался не думать о вопросах и не смотреть в листок. Первое время получалось скверно. Рамиль даже не вникал в новую главу, перечитывая первый абзац по несколько раз. Через десять минут, когда уже половина чая была выпита, Рамиль наконец-то смог сосредоточиться на чём-то другом.

Вообще, в попытке забыть о волнующих вопросах помогла сама книга: «Магия и её возможности» Артура Росса. Рамиль любил работы этого автора. Научно-популярные книги на тему магии всегда интересовали его. А началось всё именно с книг Росса. Первая его книга «Теории возникновения магии» появилась у Рамиля в возрасте ещё десяти лет. На самом деле, его, как нормального ребёнка того возраста, заинтересовала яркая обложка с различными картинками по краям. Там был и взрыв, и светящийся дождь, и странноватые полупрозрачные существа, похожие на людей, и светящиеся яркие растения. А когда Рамиль открыл книгу, то просто влюбился. Внутри ярких картинок было ещё больше. Конечно же, он упросил няню купить эту книгу. Казалось бы, как ребёнок десяти лет может понять научно-популярную литературу? На самом деле, Рамилю повезло с темой книги и стилем автора. Все теории возникновения были написаны, как небольшие сказки. Вкупе с яркими картинками они создавали впечатление волшебства и загадочности. В итоге первую книгу Рамиль прочитал за неделю. Ему так понравилось, что вскоре у него появилась вторая: «Предрасположенности к типам заклинаний». В этой книге было меньше картинок, но эффект на Рамиля она произвела в разы больше. Разделение магии на типы, разные заклинания и их возможности и многое, многое другое... Именно тогда он начал интересоваться магией. Этот интерес поменял его жизнь так, как не менял никто и никогда...

Тогда Рамиль серьёзно взялся за обучение магией. Но читать он не перестал. Постепенно он перешёл с Артура Росса к другим учёным. Он прочитал многие книги про магию, но книги Росса до сих пор заинтересовывали его больше всего. Опыт у Рамиля был весомый, особенно в заклинаниях. Но он всегда мог подчерпнуть в этих книгах что-то полезное.

Допустим, сейчас Рамиль заинтересовался вот этим эпизодом:

«Все мы знаем, что магия воздействует на наше тело, а тело – на магию. Например, всем известные острые уши эльфы получили, когда начали черпать магию у природы. Магия природы изменила их тела, заострив их уши. Так же все мы знаем примеры обратного: магия меняет свой цвет в зависимости от характера колдующего (но есть те заклинания, которые имеют свой собственный цвет: воздействие магией на природу зелёного цвета, а Всевидящее Око – фиолетового).

Но магия не только меняет тело в зависимости от её использования. Болевой порог тоже зависит от объёма магии. В обычной жизни это с трудом заметно, потому что люди имеют примерно одинаковый запас магических сил. Но если сравнивать между людьми, не имеющими магию, и людьми, имеющими огромные запасы, у вторых болевой порог куда больше.

Вспомним тех существ, которых многие в простонародье называют монстрами. Те же драконы, что живут в отдалении от людей, без труда отрезают одну из своих лап, если та ранена или мешает в бою. При этом нужно понимать, что лапы у них не восстанавливаются».

Рамиль посмотрел в окно, задумавшись. Он встречался с драконами. Драки с ними были и в правду опасными. Несколько раз драконам почти удавалось убить его. Если же задуматься глубже, то станет понятно: ни Рамиль, ни драконы не замечали своих ран. Они дрались до последнего, пока ни один палец, ни один мускул на лице не перестанет двигаться.

Но не только с драконами Рамиль не обращал внимания на раны. Если вспомнить его последнюю драку, то там всё было точно так же. Когда Снейк ударил молнией и попал Рамилю в спину, тот вообще не обратил на это внимание. Тогда ему были важны лишь его гнев и то, как побыстрее доставить Дину в безопасное место.

А ведь это была молния. Многие люди без магических сил умирают, когда попадают под неё.

В один глоток допив чай, Рамиль захлопнул книгу и встал с кровати. Он решил, что не заметил изменение своего болевого порога, потому что во время появления магии у него на это просто не было времени. К тому же, мало кому вообще удавалось причинить Рамилю боль. Особенно после появления у него магии.

Представляя, как можно было бы проверить теорию, вычитанную из книги, Рамиль сел за стол. Он взял листок в руки и всё прочитал. Мысли были заняты иным, а потому вопросы прочитались так, будто бы они были заданы кем-то другим.

«Почему мы общались с Диной всего четыре недели, а я уже был готов защищать её так, как будто бы она мой самый близкий друг?» Рамиль прошёлся и по пояснению в скобочках: «Когда я узнал, что Дину похитили «Змееловы», то моя магия разбушевалась. Мне с трудом удалось сдержать её как тогда, так и в тот момент, когда я телепортировался к ним. При том я даже не задумывался, спасать её или нет, а сразу же появился там».

Ответ возник сам собой: «Потому что она важна для тебя». Слово «тебя» возникло, потому что вопрос был воспринят так, будто бы его задал близкий друг. Внимание Рамиля всё ещё было на другом.

«Почему я так часто рассматриваю её и ловлю себя на мысли, что она милая, необычная или прекрасная? Даже если Дина и в правду красива, то почему я думаю об этом так часто?»

«Потому что ты считаешь её красивой. Невозможно думать о чужой красоте слишком часто». – всё казалось проще простого. Как два плюс два, как вопросы маленького ребёнка. Рамиль удивился: «Почему это казалось сложным?»

«Почему я так восхищаюсь ей?» Тут было очевидно: Дина заслужила того, чтобы ей восхищались.

«Почему иногда мой мозг фантазирует что-то не самое приличное?» Рамиль смутился, а потому ответ пришёл к нему чуть позже. И он был точно такой же, как и на второй вопрос: он считал Дину красивой.

«Почему я так хочу общаться с ней?» Этот вопрос он посчитал самым глупым. Раз Дина важный для него человек, то не удивительно, что он хочет общаться с ней.

Чаще всего ответы повторялись. Они складывались в единое целое и показывали большую картину. До этого Рамиль и представить не мог, что его отношение к Дине именно такое. Удивление из-за простоты вопросов сменилось другим: удивлением из-за множества открывшихся фактов.

В какой-то момент после прочитанного Рамиль сам начал вспоминать какую-либо произошедшую ситуацию. Вот, Дина подалась ближе, восторженно расспрашивая его про магию. Тогда Рамиль смутился и попытался избавиться от навязчивого воображения и вопроса «А что, если бы она подалась ещё ближе?»

И только сейчас Рамиль понял, что это было. Воображение нарисовало эту картинку не просто так. Всё дело в том, что он хотел поцеловать её, но почему-то сам не понял своего желания.

Был ещё один похожий момент сегодня. Во время прогулки после раскрытия небольшого секрета про слежку, Рамиль с трудом отводил взгляд от Дины. Казалось, он просто волновался, не зная, какая реакция его ожидает. На самом же деле он просто хотел поцеловать её, снова восхищённый её задорным смехом.

Рамиль сидел в ступоре, смотря на одинокое дерево за окном. Десятки моментов их общения пролетали у него перед глазами с одним-единственным повторяющимся словом: «Поцеловать, поцеловать, поцеловать, поцеловать...»

Дина казалась ему прекрасной и восхитительной. Она была важна для него и быстро заняла большую часть его чувств, мыслей, желаний. И при всём этом Рамиль хотел поцеловать её.

Впервые за целую жизнь он по-настоящему хотел поцеловать кого-то.

Нет, даже не так. Не кого-то, а именно Дину.

Глаза Рамиля зацепились за последний вопрос: «Почему вскоре после знакомства я понял, что пропал? И что значит это «пропал»?»

Забыв, как дышать, Рамиль отодвинул листок куда подальше. Он молча встал со стула и сел на кровать. Ничто не разрушало эту напряжённую тишину. Казалось, будто бы весь мир остановился.

Поставив локти на колени и оперев голову о сцепленные руки, Рамиль прошептал:

– Поверить не могу, я...

Всю жизнь Рамиль пытался стать сильнее. Всю жизнь он стремился победить всех самых могущественных существ. Всю жизнь его не интересовало что-либо человеческое.

Но теперь он влюбился.

***

Тяжело вздохнув, пожилой мужчина встал из-за стола. У него было ещё много работы, некоторая из которой имела срочный характер. Но сейчас это не важно. Наверное, впервые за несколько лет.

Выйдя из кабинета, он направился к лестнице. Те люди, что встречались ему на пути, уважительно кивали и здоровались. Виктор не забывал здороваться в ответ, хоть и не заставлял себя изображать улыбку. Застегнув куртку, он вышел на улицу и быстрыми шагами стал удаляться подальше от здания следственного комитета.

Сейчас он был в своих собственных мыслях. Виктор прокручивал прошедший звонок в голове, а по этим воспоминаниям продумывал его слова в будущем разговоре. А ещё пытался побороть удивление, перемешавшееся с волнением.

На подходе к нужному зданию Виктор заметил изменение. Несколько недель назад у входа постоянно поджидали журналисты. Сейчас же их излюбленное место пустовало. Но это к лучшему.

В последний раз прогнав то, что планирует говорить, Виктор постучался. Некоторое время в здании господствовали тишина и темнота. Но вскоре деревянная дверь за стойкой открылась. Оттуда вышел молодой человек, заинтересованно посмотрел на входную дверь и направился туда. Открыв, он хмуро спросил:

– Здравствуйте. Что привело вас сюда так поздно? К сожалению, пекарня закрыта на какое-то время. Но вы можете подписаться на наш канал. Там будет объявление, когда «Домик на дереве» вновь откроется.

Виктор хмыкнул. Что ж, обычно незваных гостей встречают не так.

– Пока что я не ваш клиент, но буду рад зайти как-нибудь в другой раз, – пока не последовал очевидный вопрос, он достал удостоверение, – Меня зовут Виктор Блейк. И я хочу поговорить с тобой, Рамиль.

Лицо молодого человека на мгновение вытянулось в удивлении. Но вскоре он взял себя в руки и доброжелательно улыбнулся, открыв дверь ещё шире:

– Проходите, – когда Виктор зашёл, он закрыл дверь и спросил, – Чай? Кофе? – через несколько секунд, зайдя за стойку, он хмыкнул и спросил, – Или вы ничего не принимаете из рук участников следствия?

Виктор хмыкнул в ответ. Было понятно, откуда Рамиль знает об этом принципе. Дина многое переняла, в том числе крайнюю степень подозрительности.

– Так как я здесь не по работе, то буду рад капучино.

Виктор осмотрелся, не зная, куда себя деть. Скорее всего он должен был сесть, но вокруг было столько столов, что выбрать какой-то один было трудно.

Рамиль, внимательно следивший за неожиданным посетителем тут же помог с его заминкой. В мгновение ока с двух сторон от стойки, за которой он стоял, оказалось два высоких стула:

– Присаживайтесь. А я приготовлю кофе.

Виктор неожиданному появлению стула будто бы не удивился. Он спокойно сел на него и начал ждать своего напитка. Всё то время, что Рамиль делал кофе, за ним внимательно следили. Виктор изучал его движения и повадки, сопоставляя с тем, что он знает о человеке и с тем, что он хотел бы видеть. Пока что ничего не вызывало никаких подозрений.

Поставив два стаканчика кофе, Рамиль сел за стул и с напускным спокойствием посмотрел в глаза напротив:

– Так по какому поводу вы пришли ко мне?

Виктор понимал, что на самом деле парень напряжён. Но это было не удивительно. Многие с опаской относятся к родителям своих друзей. Особенно с опаской к ним относятся тогда, когда те приходят домой.

Но как бы сильно Рамилю ни хотелось узнать причину неожиданного визита, Виктор не собирался сразу класть все карты на стол. Взяв стоящий ближе к нему стакан, он медленно отпил кофе. Удовлетворённо кивнув, он оценил:

– Неплохо.

– Да, спасибо.

Рамиль облокотился о спинку стула и тоже отпил кофе. Он всё ещё носил маску спокойствия, хотя и понимал, что Виктор не глуп и должен был почувствовать его напряжение.

Они сидели молча, медленно потягивая кофе. Но как только Рамиль уже начал привыкать к этой странной тишине, Виктор, наконец, сказал:

– Я по поводу Дины.

Рамиль снова внимательно посмотрел на него, медленно поставив кофе на стол:

– Слушаю.

– Думаю, ты первое в её жизни существо, вызвавшее такой спектр чувств.

Виктор внимательно наблюдал за мимикой собеседника, подмечая любую деталь. Рамиль нахмурился.

– О чём вы?

– Может, я открою небольшой секрет, но мне кажется, что будет лучше, если я скажу об этом сейчас, – Виктор тоже медленно поставил стакан на стол, не сводя с Рамиля глаз, – Она влюблена в тебя.

Некоторое время Рамиль смотрел в одну точку. Казалось, он не дышал. Виктор не торопил его. Ему следовало быть аккуратным, чтобы ненароком не сломать то, что уже построено между Рамилем и Диной.

Молчание затягивалось. Виктор продолжил пить кофе, ожидая хоть какой-то реакции. И вот, наконец, послышался всё ещё немного шокированный голос:

– Вы переживаете, что я воспользуюсь этим?

Отодвинув кофе, Виктор улыбнулся:

– А ты не глуп, – кивнув, он подтвердил, – Именно поэтому я здесь.

В ответ Рамиль протянул:

– Мгм...

Взяв свой стаканчик кофе, он скрыл лицо за ним. Только благодаря этому ему удалось побороть смущение. А всё потому, что он обязан сказать кое-что важное в ответ:

– Я тоже к ней неравнодушен. Так что я не стану делать ей больно.

Виктор был рад. Если эти чувства взаимны, то всё куда лучше, чем можно было ожидать.

Когда они оба поставили стаканчики на стойку, Виктор поймал взгляд напротив. Держа зрительный контакт, он прямо спросил:

– То есть ты и пальцем её не тронешь, да? И защитишь в случае чего?

Серьёзно, без капли оставшегося стеснения или смущения, он ответил:

– Я даю вам слово. Я сделаю всё, чтобы с Диной ничего не произошло.

Эти точные, открытые и серьёзные карие глаза так правильно и без страха смотрели на Виктора, что тот убедился: это была правда. Теперь он был уверен, что с Диной ничего не произойдёт. А больше его ничего не беспокоило.

Кивнув, Виктор встал со своего места:

– Хорошо. Я верю тебе, – одним глотком допив кофе и поставив пустой стаканчик на стол, он с угрозой посмотрел на собеседника, – Но если ты не исполнишь своё же обещание...

Этот голос всегда вызывал у преступников мурашки и страх в глазах. Виктор был уверен, что испугал собеседника и теперь.

– Я вас понял, – Рамиль кивнул, тоже встав со своего места, – Но, я уверяю вас, этого не произойдёт.

Они молча дошли до входной двери. Виктор вышел на улицу и, доброжелательно улыбнувшись, сказал:

– До свидания, Рамиль. Буду рад встретиться снова.

– И я. До свидания.

Как только дверь в пекарню закрылась, Рамиль облегчённо выдохнул. Разговор закончился хорошо, а это главное.

***

Сняв футболку с вешалки, Дина взяла её за плечи и приложила к себе. Критическим взглядом пройдясь по своему внешнему виду в зеркале, она повесила футболку на место. Дина продолжала тщательно выбирать одежду, которую возьмёт с собой, хоть и не знала причину своего волнения. Сборы были тяжёлыми, хотя по словам Рамиля они ехали в деревню всего на неделю. К удивлению для себя, Дина вдруг поняла, что многие её вещи не смотрелись на ней идеально. Некоторые были уже старыми и изношенными, некоторые казались слишком яркими или слишком блеклыми, некоторые Дина носила на работу. «Я что, так много работаю? Почему у меня совсем нет нормальной одежды?» – подумала она, с печалью осмотрев свою сумку. Там валялись лишь две футболки и одинокая пара джинс. Но делать было нечего, найти ещё что-то более-менее приемлемое она не могла. Кинув пакетики с нижним бельём и предметы гигиены, Дина закрыла сумку и села на кровать.

Взяв телефон в руки, она открыла закреплённый чат и написала: «Я готова».

Сообщение тут же было прочитано. А уже через миг посреди комнаты появился Рамиль.

Дина вздрогнула.

– Господи! Я никогда к этому не привыкну...

В карих глазах промелькнули искры смешинок, но сказал Рамиль совсем другое:

– Прости, если испугал. Я думал, что так будет быстрее.

– Ничего, я понимаю, – Дина вздохнула и позволила себе улыбнуться, – Наверное, и в правду смешно вот так появляться и видеть чужой испуг.

– Я не смеялся...

Вопреки этому, на лице Рамиля появилась небольшая улыбка.

– Ага, скажешь тоже, – Дина хмыкнула, покачав головой, – Хоть ты и не любишь показывать эмоции, открою тебе небольшой секрет: глаза всегда всё выдают.

Рамиль ничего не ответил, знал ведь, что это правда.

А у Дины вдруг пронеслась мысль в голове: «Второе: в момент опасности он не должен быть эмоциональным, потому что эмоциональность – штука опасная».

Резко встав, она подошла к Рамилю и излишне бодро спросила:

– Ну что, пойдём на вокзал?

Рамиль удивлённо посмотрел на неё из-за вдруг возникшей бодрости, но потом расплылся в милой улыбке и ответил:

– У меня есть идея получше.

Взяв в одну руку сумку Дины, а другой схватив её предплечье, Рамиль снова использовал магию. Девушка и заметить не успела, как оказалась у входа в деревню. Пока она удивлённо оглядывалась по сторонам, пытаясь сориентироваться, Рамиль уже шёл к пропускному пункту. А когда он уже мило беседовал с охраной, позволяя им обыскать его, Дина только-только сообразила, что произошло. Несколько секунд она с ошеломлённой улыбкой смотрела на Рамиля, который непонимающе смотрел на неё в ответ.

А ведь они преодолели около ста километров. Будто по щелчку пальца.

И при этом Рамиль понятия не имел, что так удивило Дину.

«Первое: он должен быть сильнее неё или хотя бы дотягивать до её уровня. Иначе ей будет сложно ему довериться в трудной ситуации».

Улыбка спала с её лица.

– Дина?

Взволнованно спросил Рамиль, когда в третий (то есть последний) раз прошёл через металлоискатель.

Мотнув головой, Дина улыбнулась ему и тоже направилась к пропускному пункту.

Серьёзные охранники с оружием наперевес проверили её сначала ручным металлоискателем, а следом и арочным. Её ощупали на предмет опасных веществ, а потом проверили магию. Только под конец Дина заметила, что всю информацию о ней записывали в компьютер. Она не сомневалась, там всё её досье вплоть до названия начальной школы. Ещё один проход через арочный металлоискатель с движущейся дорожкой внизу... И вот, наконец, свобода!

Всё это время Рамиль терпеливо стоял рядом и держал сумку с её вещами. А когда она подошла, то заботливо спросил:

– Ну что? Всё хорошо?

– Какой кошмар... – в шоке протянула Дина, – Ты каждый раз проходишь эти мучения?

– Мой досмотр упрощённый. Я всё же местный житель.

– Почему вообще местных жителей проверяют?

Рамиль лишь хмыкнул. Не было смысла отвечать. Через несколько дней Дина и сама всё поймёт.

– Пойдём.

Они двинулись в сторону настоящего начала деревни. От него до главных ворот с пунктом досмотра было где-то триста метров. Зачем такую огромную территорию оградили забором с колючей проволокой и магической защитой Дина так и не поняла. Ради этого они вырубили огромную часть дикого леса. Задумчиво осматривая это бесполезное и пустое пространство, она спросила:

– Зачем они сделали всё это? Разве вырубка леса ради пустого пространства оправдана?

– Не оправдана, – серьёзно, без тени улыбки сказал он, – Наши государственные службы решили, что если преступник попадёт за ограду без досмотра, то за время, что он бежит до деревни, его успеют поймать.

– Если кто-то пройдёт через магический барьер того уровня, что ставят на деревни фей... – она задумчиво посмотрела на Рамиля, – Думаю, это существо уже никто не остановит.

– Ты права. Ускорение или левитация помогут избавиться от охраны. Да и есть заклинания, дальность которых достигает километра. Ну, – он хмыкнул, – это если большой магический ресурс.

Но Дина не улыбнулась, продолжая размышлять:

– А в чём вообще смысл? Феи сильны, они и сами могут себя защитить.

– Ты не задумывалась об этом до приезда сюда? – спросил Рамиль.

– Задумывалась, конечно, но тогда я не придавала этому такое значение... – задумчиво и несколько удивлённо ответила она.

– Что ж, тогда пока скажу так... – Рамиль вздохнул, – Каждая фея сильнее любого охранника, сидящего на посту. В случае любой реальной опасности феи защищают себя сами.

– Но почему тогда...

Он прервал её:

– Думаю, ты узнаешь всё сама.

И только в этот момент Дина поняла, что они подошли к первым домишкам деревни. Вопреки ожиданиям, жилища фей ничем не отличались от остальных: каменные стены, треугольная крыша, деревянная дверь и небольшое крылечко. Даже по размеру они ничем не отличались, хотя, казалось бы, зачем маленьким феям большие дома?

Единственное, что сразу же бросалось в глаза: растения. Лианы, плющ и виноград, будто обнимающие каждый дом, были аккуратно подстрижены и совсем не мешали. У крыльца ровным рядом росли прекрасные цветы или травы, а за домами виднелись макушки раскидистых деревьев. Дина бы совсем не удивилась, если бы, зайдя за дом, она встретила там ещё несколько рядов цветов, трав или овощей и фруктов.

Но было и ещё одно очевидное отличие от остальных деревень. Дома совсем не ограничивались заборами. Да, если приглядеться, то можно увидеть границу участков. Однако не было ни одного забора. Вообще.

– Жаль, что остальной мир живёт без такого уровня доверия, какой есть у фей... – огорчённо протянула Дина, поворачивая голову туда-сюда. Ей хотелось осмотреть вообще всё.

– Мгм... – согласился Рамиль, – Они даже дома не запирают. Тут двери созданы только для защиты от холода.

– Вау, правда? – повернув на него голову, удивлённо спросила она. Рамиль кивнул в ответ, – Как круто...

Он лишь улыбнулся. Тепло разливалось по его телу словно самая тёплая морская волна. «Дине нравится моя названная родина», – каждой клеточке, каждой частичке его тела было приятно от этого.

Ну а Дина в очередной раз резко помрачнела, как только к ней в голову пришла новая навязчивая мысль.

«Четвёртое: они должны сходиться во мнениях во многих спорных моментах».

Дина долго избавлялась от бардака в голове, а потому не сразу заметила появление небольшого существа. Оно было ростом где-то полметра, с милым платьицем, широкой улыбкой и прекрасными крылышками за спиной.

Феи лишь изредка передвигались на ногах, предпочитая летать. Их крылья были уникальны и всегда зависели от того, как ими пользуется владелец. От этого менялась как форма, так и цвет: у одних фей крылья имели острые углы и яркий, не прозрачный оттенок, а у других они могли по форме напоминать крылья бабочки, а цветом быть практически прозрачными.

Так как фей Дина встречала не так часто, она внимательно рассматривала первого встретившего их жителя.

Постепенно феи начали вылетать на улицу, почувствовав появление гостей. Как только они видели Рамиля, то радостно махали ему, широко улыбаясь. Многие кричали что-то или спрашивали, как дела. Некоторые же подходили и переговаривались о том времени, что они провели в разлуке. Каждой фее Рамиль даровал отдельную улыбку и внимание. Феи любили его, а они – его.

«А меня?»

Феи облетели Рамиля со всех сторон. Тот остановился и разговаривал с каждой. Постепенно между ним и Диной появилось целых три метра. Но ощущались они как непроходимая пропасть.

Дина смотрела на улыбки фей и на весёлого Рамиля, слушала их домашние, будто бы семейные разговоры, чувствовала эту уютную атмосферу деревенского родства... И понимала: она не часть всего этого. Она не является частью этой семьи.

Любящая улыбка Рамиля адресована не ей.

Последнее почему-то было самым болезненным откровением.

Сердце сжималось и болело так, как будто собирается остановиться. Воздух резко закончился, а свет вдруг стал в десятки раз ярче.

И лишь Дина стояла в тени.

– Со мной гостья. Знакомьтесь...

Рамиль подошёл ближе, феи последовали за ним. И только в этот момент Дина осознала, что теперь она – центр всеобщего внимания.

– Это Дина Мальро. Очень... – Рамиль на секунду остановился. Но никто не заметил этой небольшой заминки, – Очень дорогая мне подруга.

Дина криво улыбнулась. Её рука приветственно помахала.

– Приве-ет... – неуверенно протянула она.

Секунду царило молчание.

Но вскоре стало так громко, что Дине показалось, будто бы у неё заложило уши.

– Вау, у Рамиля есть друзья!

– А как вы познакомились?

– Ты что, не знаешь? Капитан Мальро расследует случившееся с Тией!

– Правда что ли? А почему она?

– Как тебе удалось подружиться с Рамилем? Ещё никому это не удавалось!

– А сколько тебе лет?

– У тебя есть магия? Ты человек? Или, может, оборотень?

– Да не похожа она на оборотня! Видишь? Клыков нет!

– Ну а вдруг?!

У Дины голова пошла кругом.

Рамиль неловко засмеялся и схватил её за руку, выказывая поддержку.

– Дамы-дамы... Давайте по очереди, хорошо? Дина даже не успевает отвечать вам.

– Ой... – протянула одна из фей.

– Прости... – сказало несколько других.

Следующие десять минут Дина стойко отвечала на вопросы. Но на самом деле её мысли были далеко от этого разговора. Всё, о чём она могла думать в этот момент: рука Рамиля, сжимающая её руку.

Как же сильно ей хотелось сжать руку в ответ...

Но она боялась, то тогда Рамиль отпустит его.

А это ей совсем не нужно.

В первое время Дина даже не дышала. Но когда она поняла, что Рамиль, вроде, не собирается разъединять их руки, то ей стало чуть легче. Хотя думать о чём-то другом она так и не смогла.

– Дом милый дом!

Только в этот момент Рамиль отпустил руку Дины. Он сладко потянулся и вздохнул, расслабляясь. Феи отступили, позволив войти в дом. Пора было расслабиться. Сняв обувь, Рамиль прошёл дальше, говоря что-то о двух комнатах на втором этаже и кухне внизу.

Но Дина не слушала его. Её голова думала совсем о другом.

Задумчиво смотря на руку, что совсем недавно была в хватке Рамиля, она чувствовала невероятное разочарование. И думала о том, откуда это разочарование.

Откуда это чувство?

Почему её постоянно посещают эти мысли? Почему она так долго собиралась? Почему вдруг она вспоминала эти критерии идеального парня? Почему ей было так плохо, когда она поняла, что Рамиль любит фей?

Что, в конце концов, такого она не может понять в самой себе?

Она долго стояла. Мысли заменяли одна другу, утягивая сознание в свой невероятный вихрь. Стоять было трудно. Голова кружилась. Дыхание остановилось.

И вдруг тишина. Больше ничего. Только одно просветление.

Ответ пришёл будто бы сам собой, поразив своей простотой.

Полными шока глазами Дина посмотрела на себя через зеркало при входе. В этот момент она думала лишь об одном: «Я влюблена в него».

Сомнения

Ознакомившись с домом, Дина оставила вещи в своей комнате и вместе с Рамилем снова вышла на улицу. Им предстояло важное дело: допрос фей. Дина никогда даже подумать не могла, что она удостоиться чести делать что-то настолько важное. Мало кого вообще подпускают к феям, а потому удивительно осознавать, что ей предоставили разрешение высшие инстанции. И для этой поездки, и для допроса.

– Ну что? Как думаешь, к кому мы можем пойти в первую очередь? – Дина старалась не засматриваться на Рамиля. Получалось не очень. Добродушные карие глаза будто бы не выпускали из своих оков, – С кем Тиа общалась больше всего?

– Хм... Сложный вопрос... – Рамиль вскинул голову вверх и на миг задумался, – Тиа дружила со всеми примерно одинаково. Она была общительной, но как будто не открывалась всем до конца...

– Ты это имел в виду, когда говорил, что мы не сможем многое узнать от фей?

Рамиль кивнул:

– Да. Потому что Тиа со всеми общалась одинаково много, в том числе со мной. Если я чего-то про неё не знаю, значит...

– Этого не знают все... – закончила Дина предложение, задумавшись, – Но я всё равно хочу расспросить всех. Как минимум потому, что официально я здесь по этому поводу.

– А какая причина не официальная? Я всегда тебя воспринимал как мисс «лучший лейтенант города, который живет работой».

Рамиль посмотрел на Дину, но улыбки в ответ не получил. Всё её внимание сосредоточилось на ручке и блокноте. Нахмурившись, Рамиль подошёл сзади и прочитал:

«Похищение и случайность?» – написанная ручкой фраза была обведена. Кажется, она являлась главной мыслью на всём этом листке. Все следующие надписи были написаны ниже, карандашом: «Идея с неудачным похищением верна?», «Что за группа мужчин?», «Мафия или чёрный рынок?». Вторая надпись была зачёркнута, но не стёрта. Рамиль предположил, что Дина не стирала все свои мысли на случай, если они неожиданно понадобятся.

– Что-то хочешь записать?

– Мгм... – задумчиво ответила она, – Думаю, общительность Тии может пригодиться. Легче похитить тех, кто не боится незнакомцев.

Говоря это, Дина написала ручкой: «Говорит со всеми, но не всё. Общительность – зло?»

А Рамиль в это время размышлял, почему Дина была уверена в похищении. И только через несколько секунд вспомнил, что оторванные крылья делали фею беззащитной. Если крылья Тии оторвали, значит дальше ей могли воспользоваться как угодно: убить, продать, поделить на части... Ну, это если не брать в расчёт то, что рядом с крыльями было пепелище, в котором заклинание обнаружило ДНК Тии.

Рамиль чувствовал, как магия разбушевалась от этих мыслей.

Убрав ручку в карман, Дина будто бы вернулась в реальный мир. Повернув голову, она тут же отшатнулась:

– Ты чего так близко?!

– Ой, прости... – тоже возвращаясь из задумчивости, ответил он, – Я хотел увидеть всё, что ты написала.

– Тебе вообще нельзя туда смотреть! – Дина демонстративно закрыла блокнот и убрала его в карман, – Тайна следствия, знаешь ли! К тому же, ты проходишь свидетелем по этому делу, забыл?

– Будем считать, что я случайно увидел, что написано в блокноте, идёт?

Голос Рамиля был таким умоляющим, что не согласиться было бы настоящим преступлением. Закрыв глаза и тяжело вздохнув, Дина сказала:

– Хорошо... Всё равно тебе придётся ходить со мной ко всем феям.

– Я буду присутствовать на допросе?

Нотки заинтересованности героически пробивались сквозь толщину спокойствия Рамиля. Казалось, будто бы в его карих глазах блистали искорки искреннего счастья и любопытства. Это выглядело так неоднозначно, но при этом чертовски мило, что Дина не могла не ухмыльнуться:

– Да. Я не знаю повадок фей, так что мне нужно твоё экспертное мнение, – но тут же улыбка слетела с её лица, а взгляд стал по-настоящему серьёзным, – Только вопросы задаю я. Ты можешь говорить что-то только мне шёпотом. Даёшь слово?

Рамиль кивнул так сильно, что шея заболела у Дины. Этот энтузиазм вновь позабавил её, поэтому на лице снова расцвела улыбка. В то же время на душе лежал тяжёлый камень от понимания, что Рамиль всё ещё хочет помочь следствию. А значит он всё ещё чувствует вину за то, что произошло с Тией. Хоть в этом и нет его вины.

И в тот момент, когда Дина уже отважилась сделать шаг, плавно взять руку Рамиля в две свои, проникновенно посмотреть в глаза и сказать: «Это не твоя вина», она услышала его голос:

– А зачем тебе блокнот?

Дина несколько секунд соображала, что её спросили, так как не сразу смогла преодолеть сочувствие. Вскоре она ответила:

– Иногда мне удобнее размышлять, смотря на свои собственные мысли. Ты как бы видишь то, о чём думаешь, поэтому точно ничего не ускользнёт от размышлений.

– Интересно... – задумчиво ответил он, – Вот почему ты всегда носишь с собой блокнот...

– Ага, – Дина кивнула, – Это ещё одна небольшая мудрость, которую я узнала от Виктора.

Рамиль улыбнулся. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Их тела будто бы застыли, потерялись во времени и пространстве...

И потом в один миг они оба зашевелились: смутились, отвернулись и одновременно сказали:

– Ну...

– И так...

Рамиль первый взял себя в руки. Точнее, он полностью отвернулся от Дины, чтобы скрыть своё смущение, и сказал:

– Пойдём. У меня есть одна фея на примете.

Дина ничего не ответила. Побоялась, что голос выдаст её обжигающе-красные щёки.

***

Дина остановилась у крыльца в опрятный домик, каждая дощечка которого была выкрашена в определённый цвет. На участке встречались огородные гномы вперемешку с украшениями к Новому году, Хэллоуину и другим праздникам. Дед Мороз стоял около пугала с тыквой, весёлый гном – рядом с устрашающей фигурой смерти, а гневный гном стоял на спине у красноносого оленя. Это яркое и пёстрое сочетание ощущалось так странно, что у Дины тут же появилось множество вопросов. Но Рамиль лишь загадочно улыбнулся. Видимо, в очередной раз посчитав, что вскоре она поймёт всё сама.

Взойдя на крыльцо, Дина постучала и мельком осмотрела дверь. На ней висело множество табличек с поздравлениями для разных праздников, предупреждениями об опасности и злых собаках, а также несколько вариаций надписи «Добро пожаловать!». Ожидая открытия двери, Дина на всякий случай спросила:

– Их же лучше не спрашивать о том, что произошло с крыльями Тии, да?

– Ага. Феи – очень впечатлительный народ, – послышался голос Рамиля сзади, – В конце я познакомлю тебя с той, кто будет в состоянии ответить на все твои самые жестокие вопросы.

– Хорошо.

– А что такого тебя смущает в оторванных крыльях?

Ответить Дина не успела, дверь резко открылась.

На пороге чуть ниже человеческих глаз порхала фея. На её теле висело миленькое красное платьице, как у куклы, что была у Дины в детстве. Коротко постриженные тёмные волосы не мешали обзору глаз благодаря повязке на лбу. А неожиданным дополнением к образу интересной феи был маникюр и педикюр красного цвета. Это была первая фея на памяти у Дины, которая красила ногти. В целом незнакомка выглядела неординарно. Она крайне отличалась от остальных своим простым, но при этом более ярким образом. «От неё веет такой... Обычностью? Почему она одета, как человек?» – подумала Дина, вспоминая, что обычно феи носили длинные волосы, заплетённые в косы, а их наряды состояли из цветов и листьев, а не из настоящей ткани.

С каждой секундой вопросов было всё больше, но Дина не задала их сразу же. Увидев хмурый взгляд феи, переходящий с неё на Рамиля, а потом обратно на неё, она решила представиться:

– Здравствуйте, я...

Её неожиданно перебили восторженным голосом:

– Ох, ты подруга Рамиля, да?! – восхищённые карие глаза, казалось, были всего в сантиметре от лица Дины, – Меня зовут Рут, приятно познакомиться!

Фея снова отдалилась, выходя из личного пространства Дины так же неожиданно, как и зашла в него. Она амбициозно протянула руку для рукопожатия, широко улыбнувшись.

Дина молчала. Её взгляд сместился с небольшой ручки сначала на лицо новой знакомой, а после на Рамиля. Тот лишь усмехнулся, увидев крайнюю степень удивления. И только кивок его головы сподвиг Дину на то, чтобы протянуть руку в ответ:

– Дина Мальро. Приятно познакомиться, Рут.

Взгляд Рут стал ещё более восторженным, когда она пожимала три Дининых пальца. Она даже не замечала, как сильно трясёт своей рукой.

– Ну всё-всё, Рут, успокойся, – наконец, вмешался Рамиль, – Такими темпами ты испугаешь своего же гостя. Не надо повторять тех ошибок, что были у тебя поначалу в пекарне.

В карих глазах Рут, смотрящих на Рамиля, вдруг появилось осознание. Она перевела этот испуганно-виновный взгляд на Дину и резко убрала руку:

– Извини... – фея виновно опустила голову.

– Не переживай, всё хорошо, – с добродушной улыбкой и сочувствием ответила Дина, – Знаешь, за свою карьеру я повидала столько всего, что твоё приветствие никак не могло меня испугать.

В глазах Рут снова загорелся небывалое восхищение вперемешку с интересом:

– А ты и в правду расследуешь преступления?

– Да.

– Вау! – протянула она, – А расскажешь мне что-нибудь? Про какое-нибудь дело или самого опасного преступника? – её взгляд соскользнул на усмехнувшегося Рамиля, и в глазах снова появилось осознание, а голос стал неуверенным, – Я не настаиваю. Но если тебе не трудно...

– Хорошо, я расскажу что-нибудь. Только давай зайдём в дом?

Рут снова засияла:

– Да, конечно!

Она быстро запорхала в сторону гостиной, а её гости зашагали чуть позади. Проследив, как Рамиль закрыл дверь, Дина прошептала:

– Она всех гостей в пекарне так приветствует?

– Раньше да. Потом она поняла, что излишний энтузиазм отпугивает людей.

– Странные украшения дома и необычный наряд, энтузиазм в общении со мной... Её сильно интересует остальной цивилизованный мир?

– Сильно – это ещё мягко сказано, – усмехнувшись, прошептал в ответ Рамиль, – Она молодая по меркам феи, всего сорок лет. Ей не удалось застать времена, когда не было контроля над безопасностью фей.

Дина с сочувствием смотрела на миниатюрную фигуру в красном платьице, туда-сюда мечущейся по дому в попытках убраться. Она до этого и не задумывалась, что деревни, огороженные всеми возможными способами, – вред не только по причине зря вырубленных деревьев, но и по причине полной оторванности от цивилизации всех фей, живущих в них. Ведь Рут в предвкушении разговора с Диной лишь потому, что та пришла из внешнего мира. Оттуда, куда её почти не пускали.

Эти размышления прервал неожиданный вопрос:

– Так что привело вас в мой дом?

Дина вновь осмотрела Рут. Она уже сидела на ярком и совсем не вписывающимся в интерьер слишком большом кожаном кресле. Чтобы удобно сидеть, она положила под себя несколько больших подушек с разнообразными узорами и изображениями. Напротив неё стояло ещё два кресла, они были уже не кожаными, но тоже совсем не сочетались как друг с другом, так и с интерьером в целом. На одно из кресел сел Рамиль, на другое – Дина.

– Рут, мы хотели бы спросить тебя о том, какая была Тиа, – мягко, осторожно попросила Дина, – Как бы ты могла описать её?

Улыбка Рут померкла. Некоторое время в гостиной повисло молчание. Дина взволнованно посмотрела на Рамиля. Она беспокоилась, что даже такая мягкая формулировка задела нутро взбалмошной и эмоциональной феи. Но небольшая улыбка Рамиля и его успокаивающий кивок тут же дали понять: она сказала всё правильно. Осталось лишь ждать, когда Рут найдёт нужные слова и силы на то, чтобы высказать их.

Молчание было долгим. Дина и подумать не могла, что Тиа была для Рут так важна. Теперь же, смотря на задумчиво-печальное лицо феи, направленное на большое панорамное окно, она предполагала, что Тиа для многих в деревне была важна.

Наконец, прозвучал безэмоциональный, будто бы отстранённый голос:

– Я любила общаться с ней. Тиа... Она была такой... Свободной? – своими карими, полными потери глазами, Рут посмотрела на Дину. Увидев сочувствие в глазах собеседницы, она продолжила, – Тиа не связывала себя страхами. Она спокойно гуляла по городу, общалась со всеми посетителями, покупала вещи в городских магазинах... В общем, Тиа делала то, что я всегда бы хотела делать. Но, по сравнению с ней, я боялась, – Рут горько усмехнулась, – Я всю жизнь живу с охраной. Каждый раз мне говорят: «Внешний мир опасен. Шпионы соседней страны хотят убить тебя, преступники – продать на чёрном рынке. Любое существо не устоит от желания сделать с тобой что-то». Конечно же я боялась! Как мне не бояться?!

Рамиль сидел хмуро. Его карие глаза были пропитаны осознанием. Казалось, он вдруг понял что-то. И Дина пообещала себе, что спросит позже, что именно.

– Наверное, я была права, – понизив тон, безжалостно сказала она, – Если бы Тиа боялась, как я, то она, наверное...

В следующую секунду произошло две вещи: Рамиль резко дёрнулся, и в голове Дины прозвучало: «Извини». Она даже не заметила, как Рамиль встал на колени перед Рут и взял её руки в свои:

– Ты не должна так думать! – он сжал её ладони чуть крепче, – Ты не должна отказываться от своей мечты!

В гостиной царила тишина. Дина ошеломлённо смотрела на них, только сейчас понимая, что происходит. Рамиль хотел поддержать Рут и тем самым нарушил слово, данное Дине. То слово, что пролетело у неё в голове – телекинез, который он использовал, чтобы мысленно извиниться перед ней.

Только что Рамиль, не раздумывая, отказался от возможности участвовать в расследовании для того, чтобы помочь Рут. Он отказался от того, к чему упорно стремился почти два месяца. И всё это ради подруги.

У Дины заныло сердце. Эта преданность друзьям и готовность помочь...

Сейчас она будто бы заново влюбилась.

– Но Тии теперь... – Рут всхлипнула, одинокая слеза потекла по её щеке, – Это сделал внешний мир. Зря она гуляла по городу одна... – слеза упала на яркую подушку, – Даже если я тоже хочу быть свободной... Я не хочу умирать, понимаешь?!

Рамиль проникновенно смотрел на неё, в её полные отчаяния глаза. Каждая поза и движение Рамиля были пропитаны заботой и вниманием, что вызывало у Рут непонимание. «Ей всё никак не удаётся понять, где в этих словах ошибка», – осознав это, Дина поджала губы. Сочувствие пронзило её насквозь, попав прямо в сердце.

Смерть Тии сломила Рут. Уничтожила и затоптала, заставив забыть о главной мечте: увидеть внешний мир, прочувствовать его.

– И ты откажешься от мечты из-за страха смерти? – добродушно улыбаясь, спросил он, – Рут, я не узнаю тебя.

Голос Рамиля звучал мягко и проникновенно, как пушистое одеяло холодными ночами или яркий огонь в непроглядно-тёмном лесу. Его слова укрыли Рут, позволили чувствовать себя в безопасности.

И она, наконец, дала волю эмоциям.

Слёзы полились из её глаз, словно горький дождь в неясную погоду. Она закричала, по-настоящему закричала. Этот зов отчаяния был настолько громок, что Дина вздрогнула. Но она не отводила взгляда. Её глаза никак не могли оторваться от маленького тельца на подушках, что тряслось словно лист на ветру.

Каждый всхлип, каждый крик и пролитая слеза – всё это заставляло Рут трястись всё больше.

Пока Рамиль не обнял её.

Его руки в теплом мягком свитере сжимали фею всё крепче и крепче. До того момента, пока с её стороны не послышались лишь тихие всхлипы.

Гостиная погрязла в печальной тишине.

Дина сжала руки на коленях. Вдруг она почувствовала что-то холодное на тыльной стороне правой ладони. Она посмотрела туда и удивилась. Там был небольшой след от капли. Дрожащей рукой Дина коснулась щеки.

Мокрая. Она была мокрая.

– Кажется, она потеряла сознание, – прозвучал осторожный шёпот.

Дина шмыгнула и быстро вытерла глаза. Только после этого она так же тихо ответила:

– Нам нужно отвести её в больницу?

Рамиль резко повернул голову и хмуро посмотрел на Дину. Та с вопросом посмотрела на него, не понимая, что происходит. Секунду он молчал, а после, вздохнув, взял Рут на руки и подошёл в ней:

– Иди сюда, – освободив одну руку, он позвал Дину в свои объятия.

Она всё ещё непонятливо смотрела на него.

В итоге, Рамиль сам сделал шаг и обнял её. Уткнувшись носом в её русую макушку, он прошептал:

– Не плачь, – Дина всхлипнула в ответ, теперь понимая, отчего Рамиль решил обняться. Её выдал голос, который от слёз так быстро оправиться не может. Рамиль сказал ещё тише, – Я не выдержу, если будешь плакать ещё и ты.

И тут к Дине, наконец, пришло осознание. Некоторое время она смотрела на Рамиля полными сочувствия и понимания глазами. После, обхватив его двумя руками, она крепко прижалась и ответила ему прямо в грудь:

– Я уже не плачу, не переживай... – сжав его ещё чуть крепче, она тихо прошептала, – Всё хорошо, ты молодец.

Рамиль выдохнул. Дина почувствовала, как его плечи расслабились. Теперь наступило спокойствие. Они так и стояли: опустошённые и неспособные почувствовать хоть что-то. Казалось, был лишь один способ ощутить себя лучше: оставаться в тех объятиях, которые были сейчас. Поэтому они не отходили друг от друга, одинаково решив, что бессознательная Рут может подождать.

Через долгое время Рамиль прервал молчание:

– Прости, что нарушил...

– Ты будешь и дальше ходить со мной, – поспешно перебила она, – Я аннулирую свои условия.

– Ты... – неверяще начал он.

Схватив Дину за плечи, он отодвинулся и посмотрел ей в глаза, пытаясь найти намёк на шутку или розыгрыш.

Но никакого розыгрыша не было. Дина приободряюще добавила, улыбнувшись:

– Да. Ты молодец, Рамиль.

Дина посмотрела в его полные удивления и благодарности глаза. Она знала, после этой попытки помочь глубоко раненной Рут, Рамиль подавлен. Ему и самому сложно пережить смерть Тии. Так что о помощи другим и говорить не следовало. Задачей Дины было помочь ему.

И, кажется, ей это удалось. Ведь Рамиль мягко улыбнулся своей уже привычной улыбкой.

Чуть покачнувшись, он наклонился к ней. Его губы нежно прикоснулись ко лбу Дины. Этот лёгкий, но любящий поцелуй отдался стуком сердца у обоих.

Время будто бы остановилось.

Но уже через секунду всё снова пришло в движение. Рамиль еле слышно прошептал:

– Спасибо...

***

Положив свободную руку Дине на плечо, Рамиль остановил её:

– Давай в этот раз я постучусь.

Дина секунду смотрела на него с вопросом, но после кивнула. Рамиль уже сказал, что сейчас они пойдут к необычной фее. Одной из причин было то, что этой фее нужно отдать бессознательную Рут. А второй – Рамиль боялся, что при опросе других фей случится то же, что и в прошлый раз. Так как Дина разделяла эти опасения, она согласилась пойти к этой особенной фее.

Рамиль постучался. Некоторое время в доме была тишина. Ожидание Дина потратила на осмотр нового домика. Он был в том же стиле, что у большинства фей. Деревянные доски остались своего природного цвета. С правого ближнего угла рос виноград. Своими плавными ветвями и листьями он обнимал целую треть дома с его правой стороны. Весь участок был огорожен ровным рядом толстых кедров, зелёные шапки которого укрывали траву и окна дома. На нескольких ветках деревьев Дина с удивлением заметила гнёзда птиц. Она предположила, что наблюдать из окна за птицами в гнёздах – очень расслабляющее занятие. Если бы у неё было на это время и силы, она бы арендовала где-нибудь дом с участком и тоже вот так наблюдала за живой природой.

Но сейчас она не могла этого сделать. Как и всю жизнь до этого. Отдых – привилегия, которой у неё никогда не было.

Дверь плавно открылась. За порогом порхала прекрасная фея. Она была чуть старше остальных. Дина поняла это по небольшим морщинам в уголках глаз. Фея носила платье, сделанное из нескольких больших зелёных листов. Из длинных рыжих волос сделали кичку, которая, будто шар, покоилась на макушке.

Но больше всего внимания привлекали крылья феи. Они были большими, намного больше тех, что встречались у фей обычно. Их золотой цвет ярко искрился в лучах дневного солнца. Фея порхала так мягко и плавно, прямо как бабочка в тёплый летний день.

Маленькая незнакомка с её необычной одеждой, яркими крыльями и мягкой улыбкой так завладела вниманием Дины, что та только с третьего раза услышала вопрос:

– Дина!

Она моргнула и непонятливо посмотрела на Рамиля, спросив:

– А?

– Всё хорошо? – беспокойно осведомился он.

– Да-да... Я просто...

Дина не знала, как это объяснить. К её счастью, никто не заставлял ничего говорить:

– Пойдём в дом?

Хмурое лицо, отражающее усердие в поиске оправдания, тут же расслабилось. Дина улыбнулась и кивнула:

– Да, конечно.

Дине казалось, что она попала в оранжерею. Весь дом был выполнен из дерева: пол, стены, потолок... На стенах висели разнообразные растения, а одна из стен в гостиной была полностью зелёной, на ней не виднелись горшки или корни цветов. Перила деревянной лестницы на второй этаж были обмотаны вьющимся растением, цветущим бело-розовыми бутонами. Панорамное окно во дворик являло вид на аллею небольших деревьев, на которых кроме зелёных листьев были яркие точки... Только пройдя ближе к гостиной, а, соответственно, и к панорамному окну, Дина поняла, что эти яркие точки – разнообразные плоды: вишня, слива, апельсин... По боками виднелись кусты, но уже с ягодами малины, крыжовника и смородины. Всё это так ярко и сочно смотрелось из окна, что Дине с трудом удалось перебороть желание выйти во дворик и попробовать что-нибудь.

– Рамиль, – полушёпотом спросила она, переживая, что незнакомая фея услышит их.

Рамиль поддержал тон разговора и ответил с такой же громкостью:

– М?

– А почему у фей все растения зелёные?

Только сейчас Дина поймала себя на мысли, что в календаре уже ноябрь. В городе, который всего в нескольких километрах отсюда, листья давно уже упали с веток.

Рамиль взглянул на лежащую на его руках Рут, положил свисающие руки ей на живот и сказал:

– Феям очень важно жить среди растений. Любая растительность – это залог их спокойствия и силы. Когда растения не растут, феям очень тяжело. Поэтому вокруг деревни фей всегда стоят специальные купола.

– Сейчас эти купола те же, что и закрывают деревню от опасности?

Предположила Дина, вспомнив, что зелёная трава началась только после того, как они прошли охрану на входе.

– Именно.

– А как феи переносили зимнее время у тебя в пекарне?

– Они не выходили из неё, а в самом здании стояло очень много растений, – на слове «очень» Рамиль сделал большой акцент.

Дина представила «Домик на дереве», переполненный цветами и феями, и улыбнулась. Так место казалось ещё более комфортным и уютным.

– Я очень хочу увидеть твой дом тогда, когда он наполнен феями.

Рамиль лишь горько хмыкнул. Тут не нужны были слова, ведь они оба знали: он тоже это хочет, только ещё в миллионы раз больше.

И тут к ним подлетела хозяйка дома:

– Давай её сюда.

Рамиль протянул Рут. Но вместо того, чтобы взять её руками, фея использовала левитацию. С помощью магии она перенесла Рут с рук Рамиля на стол. Дина и не заметила, как его подкатили в центр гостиной.

– Присаживайтесь.

Перед столом будто по щелчку появилось два деревянных стула с подушками на сиденье.

Ну или не подкатили, а просто телепортировали...

Дина очень долго смотрела на кресло, лишь потом подошла и села на него. Что ж, она должна была предположить, что феи – очень сильные существа.

Ну или именно этафея...

Она пристально посмотрела на незнакомку, а когда та взглянула на Дину в ответ своими добродушными зелёными глазами, то быстро отвела взгляд. Дина даже не знала, почему она так смутилась, но что-то в этой фее было таким родительски-мудрым, что ты сразу ощущал себя провинившимся ребёнком.

– Да, у меня тоже большой запас магии, – улыбнувшись, сказала вдруг фея.

Дина покраснела от ещё большего смущения.

– Не сравнивайте мои жалкие запасы с вашими, Галия... – улыбнулся Рамиль.

Дина ошеломлённо посмотрела на него: «Куда ещё больше?!»

– Приятно с тобой, наконец, познакомиться, Дина.

– А вас?.. – тут же спросила она, цепляясь за возможность переменить тему разговора.

Потому что такими темпами Дина норовила получить комплексы из-за своих запасов магии. Которые, вообще-то, были среднестатистическими, примерно как у большинства населения мира.

– Галия. Я главная в этой деревне.

– Приятно познакомиться, мисс Галия, – почтительно сказала она.

Дина кинула взгляд на Рамиля. Казалось, тот расслабился ещё больше, уже совсем не переживая за бессознательную Рут. Дина сделала вывод, что он очень доверяет Галии, раз позволил себе отпустить переживания.

– А откуда вы знаете про меня? – она снова перевела взгляд на новую знакомую, так и не заметив резко покрасневшего Рамиля.

Фея же только улыбнулась, загадочно блеснув глазами:

– Рамиль упоминал о тебе. У него немного друзей, так что не трудно догадаться, что именно ты – Дина, – Галия подлетела к лежащей на столе Рут и поднесла к ней руки, улыбнувшись, – А ещё по нашей деревне очень быстро распространяются слухи. Так что сейчас уже все феи знают о твоём приезде.

Не дожидаясь ответа, Галия использовала магию. Дина узнала лечащее заклинание.

– Я... И предположить не мог, что Рут так сильно важна Тиа... – прошептал Рамиль.

В его голосе Дина услышала такую горечь, что ей с трудом удалось усидеть на месте и не сделать что-то, чтобы успокоить его. Не сдержавшись, она попыталась передать сочувствие и поддержку взглядом.

А Рамиль, до этого смотрящий в пол разбитыми глазами, перевёл взгляд на неё, будто почувствовав передаваемое тепло. Его вымученная улыбка не была удовлетворением для Дины. Но сделать что-то ещё не возникало возможности.

– Так почему ты винишь себя в том, о чём даже не знал? – спокойно спросила Галия, не поднимая на него взгляда.

Её голос звучал настолько спокойно и просто, что, казалось, он не должен был произвести никакого особенного эффекта. Однако даже Дина почувствовала его. Слова Галии были такими проникновенно-простыми, что, казалось, будто многие проблемы – лишь глупость, которую существа сами надумывают себе. Что ж, это было правдой.

– Если бы я изначально повёл Дину сюда, то этого...

Рамиль не договорил. Его глаза печально скользнули по бессознательной фигуре Рут.

– Мне самой казалось, что феи будут способны на этот печальный разговор, – она вздохнула, – Если бы я не думала так, то не подпустила бы вас двоих к ним.

Во взгляде Галии, на секунду направленном на них, Дина увидела такую спокойную решимость, что сразу поняла: эта фея и в правду готова на всё для безопасности жителей своей деревни. Даже на препятствие следствию.

– Но, кажется, я ошиблась...

Рамиль вскинул голову и посмотрел на Галию удивлённо. Дина же внимательно всматривалась в него, пытаясь понять, он удивился тому, что Галия ошиблась, или тому, что она признала ошибку. Исходя из услышанного от этой феи, она остановилась на первом. Потому что даже по первому впечатлению сразу понятно, что Галия достаточно опытна, чтобы всегда говорить исключительно истину.

Дальнейшие размышления прервал тихий стон. Рамиль тут же дёрнулся и взволнованно посмотрел на Рут. Галия же перестала использовать заклинание. Комната погрузилась в напряжённое молчание, нарушаемое лишь протяжными стонами Рут. Кажется, та боролась сама с собой, не желая открывать глаза. Но вскоре она всё же пересилила себя и медленно села, осматривая гостиную. Остальные всё ещё смотрели на неё, ничего не говоря.

– Я... – взгляд вопросительных карих глаз остановился на Галии, – Я потеряла сознание?

– Да. Как ты себя чувствуешь?

– Вроде... – Рут посмотрела на свои руки, несколько раз сжимая и разжимая пальцы, – Вроде всё хорошо.

Она перевела всё ещё немного непонятливый взгляд, похожий на тот, что у существ утром после долгого сна, и посмотрела на Рамиля, виновно улыбнувшись:

– Прости, что напугала.

– Ничего, я... – он кашлянул, приводя себя в порядок. Рамиль выпрямил спину, поправил волосы и края свитера, приходя в норму. В следующий момент бывшее волнение исчезло, освободив место добродушной улыбке, – Главное, что ты в порядке.

Рут улыбнулась, подлетела к нему и обняла. Они долго прижимались друг к другу. Когда же фея расцепила объятия, Рамиль с неохотой отпустил её.

– Рада была с тобой познакомиться.

Задумавшись, Дина и не сразу поняла, что обращаются к ней. Но вскоре она улыбнулась в ответ и сказала:

– И я. Надеюсь, мы ещё увидимся.

– Ага! – она кивнула, – Спасибо, тётушка Галия.

– Я не... – начала было она, но говорить оказалось уж некому.

Рут быстро и радостно улетела, громко хлопнув дверью. Прошлых слёз и криков как будто бы никогда и не было. Лишь веселье и задор, присущий детям.

Дина смотрела в сторону выхода, где только что была Рут, когда спросила:

– Она одна такая... Эмоциональная? – Дина постаралась подобрать самое мягкое из имеющихся слов.

Потому что на самом деле такую резкую смену эмоций обычно обсуждают только в плохом ключе.

– Многие феи славятся этим, – с улыбкой сказала Галия, кажется, оценив подобранное описание эмоциональным качелям, – Я часто лечу их после потери сознания вследствие сильного эмоционального выброса. А также учу жителей деревни смирению.

– В том числе и меня, – кивнул Рамиль.

Дина задумчиво посмотрела на него: «Так вот почему он такой... Умиротворённая улыбка и спокойный голос, малое количество эмоций – всё это следствие учений Галии». Пошло ли это Рамилю на пользу, Дина так и не смогла определить.

– Вы же пришли сюда не только из-за Рут?

Дина встрепенулась, прервав свои размышления:

– Да, была и другая причина. Мне бы хотелось узнать от вас о Тии. Думаю, вы бы многое могли рассказать.

Столик будто бы исчез, а вместо него появился не очень высокий барный стул. Сев на него, взгляд Галии стал на одном уровне с другими. Вздохнув, она покачала головой:

– К сожалению, мне наоборот нечего тебе сказать. Многие феи приходят ко мне, чтобы получить совет или наставление. Тиа же была одной из тех, кто умел справляться со своими проблемами самостоятельно.

Дина на секунду затихла. Ответ феи опечалил её. Но сдаваться она не собиралась:

– А ваше обучение смирению?

– Тиа не участвовала в нём.

Теперь молчание Дины продлилось очень долго. Допрос фей был единственной надеждой в этом расследовании. Но сначала он превратился в ряд неожиданных поворотов: признание о доброй зависти, истерика и потеря сознания. А теперь и главная фея деревни ничего не может сказать. Дина хотела спросить ещё хоть кого-то, получить абсолютно любую информацию... Но она больше не будет никого допрашивать. Ситуация с Рут не должна повториться.

– Но, может, у тебя есть другие вопросы?

Дина с осознанием посмотрела на Галию. А ведь точно...

Почему эта фея так много знает?

– Я не знаю, как так сказать, чтобы...

– При мне можно говорить всё своими словами, – перебив, Галия подбадривающе улыбнулась, – Что у тебя за вопрос?

– Какие последствия могут быть у феи, если ей вырвут крылья?

Галия задумалась. Но она не выглядела поражённой или испуганной. На её лице не дрогнул ни один мускул.

В этот раз всё было в порядке.

– Это было бы ужасно больно, но, теоретически, фея могла бы выжить... – она посмотрела на Дину, – Используя заклинание заживления во время выдёргивания крыльев, можно добиться того, что организм получит меньше урона. Правда, вскоре фея потеряет сознание, ведь оторванная конечность приведёт к шоку.

Дина нахмурилась, размышляя. Получалось, что после того, как Тие вырвали крылья, она всё ещё могла быть в сознании. Чем воспользовался убийца? Что он сказал или потребовал до того, как убил? Почему он убил Тию именно таким способом? Зачем было сжигать?

– А как... – Дина будто бы зацеплялась за соломинку, – Феи реагируют на огонь?

– Так же, как остальные. Отличие в том, что мы не чувствуем боль так остро.

Дина вздохнула. Мимо.

Идей опять не было. Очередной провал.

– Понятно, спасибо, – она попыталась выдавить из себя улыбку.

Но Галия – не та, кого возможно обмануть.

– Извини, что не могла помочь, – в очередной раз сочувствующе сказала она.

Дина встала и покачала головой:

– Ничего, это не ваша вина. Вы уже сказали достаточно, – увидев улыбку Галии, она повернула голову на Рамиля, – Идём?

– Могу ли я... – вдруг протянула фея, – Украсть его у тебя на несколько минут? Мне бы очень хотелось поговорить с Рамилем.

Увидев кивок Рамиля, Дина и сама кивнула:

– Конечно.

***

Когда дверь в дом закрылась, Галия посмотрела на Рамиля добродушными, материнскими глазами, и мягко улыбнулась ему:

– Ты хотел мне что-то сказать?

– Да, – Рамиль тоже улыбнулся, для него всезнание феи было в порядке вещей, – Спасибо. Без вас я бы и не понял всего, что чувствую.

– Главное, что ты понимаешь это теперь. Но на этом останавливаться нельзя, ты же понимаешь?

Он резко перевёл взгляд на Галию:

– Вы имеете в виду, что нужно сказать ей?

– Именно, – она кивнула, – Скрытые чувства всегда приносят страдания. А я не хочу, чтобы ты страдал.

Рамиль горько хмыкнул. Он никогда не привыкнет к такой заботе.

Но в основном его мысли были о другом. В голове возник знакомый образ: голубые глаза, русая коса на плече, заразительный смех и любимая улыбка, импульс от которой будто бы заставляет биться сердце.

И тут картинка меняется: улыбка исчезает, глаза тускнеют, а смех будто бы растворяется. И этот прекрасный, мелодичный голос, который может быть и добрым, и устрашающим, вдруг холодно говорит: «Ты мне противен».

«Фу!», «Как ты мог даже решить такое?!», «Не общайся со мной!», «Я и ты? Да ни за что!»...

Нет, пожалуйста...

«Я не люблю тебя и никогда не любила!», «Как можно любить такого, как ты?», «Это отвратительно!».

Хватит, прошу...

«Мне никогда не хотелось знать, что ты меня любишь.», «Зачем ты вообще сказал мне это?», «Ты смел надеяться не что-то?».

Рамиль глубоко вдохнул. И очень медленно выдохнул.

Холодный и пренебрежительный голос, наконец, затих.

– Если честно, я не уверен, что смогу...

– Ты уже так много смог, – Галия замахала крыльями и подлетела к нему, сократив расстояние, – Ты сделал то, что не смог бы никто другой. И тут боишься всего лишь отказа?

Она нежно взяла его руки в свои. Это окончательно позволило Рамилю вернуться в реальность. Галия, как всегда, знала, чем его успокоить.

– Вы говорили мне, что не бывает всесильных существ. И здесь тот самый момент, когда сила мне не поможет.

– Да, – она улыбнулась, – Потому что тебе не нужна её помощь.

Объятия выветрили из головы последние отголоски устрашающего образа.

***

Закрыв дверь в домик, Дина осмотрелась. Некоторые феи гуляли по улице, общаясь друг с другом, а некоторые – поливали цветы на своих участках. В деревне веяло умиротворением и спокойствием. И Дина глубоко выдохнула, повинуясь ему. Сев на ступеньку, она задумчиво посмотрела на камни, лежащие на земле, и с полными отчаянья глазами спросила пустоту:

– Ну и что мне теперь делать?

Но ответа не было.

Оно и понятно, ведь это тупик.

– Может, передать дело?

Она взяла камень, что лежал на одной из ступенек. Осматривая его углы и неровности, Дина горько усмехнулась:

– Есть же кто-то, кто найдёт убийцу... И это точно не я.

Резким движением чужой руки камень вылетает из рук. Дина поднимает глаза и видит миниатюрную фею с короткими волосами.

– Что за глупости ты говоришь? – карие глаза с укором посмотрели на неё.

– Прости, Рут... – она поджала губы, прошептав, – Я не смогу найти убийцу.

– А мне кажется, что ты всё сможешь, – Рут хмыкнула и села на перила лестницы, начав весело покачивать ногами, – До деревни дошли слухи, что ты нашла и захватила известную группировку мафиози. Эти «Змееловы» и меня поймать хотели. Благо, подружки мои, другие феи, помогли.

– Не посадила бы я их, если бы не Рамиль. Это он спас меня.

– Да? – она наклонила голову, – Но ты их нашла. А он нашёл тебя. Так?

– Ну... Вроде того...

– Значит, ты тоже участвовала в их поимке.

– Но это не... – хотела было отнекаться Дина, но её снова перебили:

– И Рамиль. Никогда не видела его таким.

Дина встрепенулась:

– Каким?

– Обычно он заботлив к нам, всегда помогает и защищает. И с тобой он ведёт себя точно так же, но...

Задумчивость Рут заставила Дину нахмуриться:

– Но?..

– С тобой это как-то по-другому... Кажется, именно ты нужна ему...

Увидев непонимание на лице собеседника, Рут хмыкнула. Спрыгнув с перил, она подлетела к Дине и заглянула ей в глаза, находясь близко-близко. Интерес снова бурлил в ней.

– У нас, фей, нет такого. Все мы рождаемся девушками и не можем чувствовать подобное к своим сородичам. Самое важное для нас – это дружба, а все феи этой деревни – моя семья. Но во внешнем мире... – Рут немного отлетела, но продолжала рассматривать Дину, как какой-то сложный механизм, – Семьи образуются по-другому, да и дружба у вас – не самое сильное. У людей и магов это распространено больше всего. Как же это называется?..

Дина будто бы понимала, о чём речь, но нужное слово к ней не приходило. Мысль ускользала от неё, поэтому она сидела и хмуро смотрела на Рут.

Но вот, наконец, фея громко воскликнула:

– А, точно! Любовь!

Дина с шоком посмотрела на Рут. Все мысли пропали из её головы.

– Ты же любишь Рамиля, да?!

Она спросила очень громко, поэтому резко накатившее смущение удвоилось. Дина чувствовала, как щёки горели, но не обращала на это внимание. Главное сейчас – сделать всё, чтобы остальные феи на улице перестали смотреть на них с такой заинтересованностью.

Всего несколько часов назад это было секретом. Дина хотела оставить его таковым.

– Тише! – зашипела она.

Рут встрепенулась и внимательнее осмотрела Дину. После она оглядела округу. Её мыслительный процесс был недолгим. Вскоре Рут потупила взгляд:

– Ой, прости...

Опустив взгляд вниз, Дина спрятала красное лицо и пробубнила:

– Ничего...

– Ну так что? – Рут опустилась чуть ниже, пытаясь заглянуть в глаза Дины. У неё не вышло, Дина мастерски спрятала лицо от посторонних глаз, – Ты любишь его?

Ответом стал медленный кивок.

Рут набрала в рот воздух, и послышался восторженный писк. Он становился всё громче и громче, норовя превратиться в крик. Испугавшись этого, Дина резко подняла взгляд и поспешно сказала:

– Я немного влюблена в него. Но мы знакомы ещё слишком мало, так что рано радуешься.

– Но ты ведь...

Её голос всё нарастал. Резким движением Дина положила руку фее на рот.

– Прошу тебя, тише. Он же за дверью.

Когда Рут с пониманием кивнула, Дина опустила руку.

– Он не знает? – хмуро спросила она, – Почему он не знает?

– Ну... – Дина задумчиво искала ответ на вопрос. Но найти его так и не смогла, – Не знаю...

– Тогда скажи ему. Он чувствует к тебе то же самое, я уверена.

– Думаешь? – надежда в голубых глазах заставила Рут улыбнуться.

– Конечно! Ну и даже если нет... Я давно знаю Рамиля. Думаю, он не сделает ничего плохого, если ты скажешь ему.

– Хорошо, раз ты так говоришь... Я подумаю...

– Нечего тут думать! – громко воскликнула Рут, – Хватай его скорее! Он ведь мужчина завидный, кто-нибудь точно заберёт себе.

Только-только красные щёки перестали пылать, как к Дине подскачила новая волна смущения.

– Хорошо... – пробубнила она, – Я скажу... – немного помолчав, она перевела тему, – А и... Прости меня...

– Хм? – Рут непонимающе посмотрела на Дину.

– Если бы не я, ты бы не потеряла сознание...

– А! – поняла она, – Не переживай, это нормально! Ты ни в чём не виновата.

Дина улыбнулась:

– Ну хорошо, раз ты так считаешь...

Входная дверь резко открылась, чуть не задев сидящую на ступеньке Дину. Та вскочила, испуганно повернувшись на Рамиля:

– Ты что так пугаешь?!

– Прости пожалуйста... – Рамиль поднял руки вверх в извинительном жесте, – Подумал, что ты, наверное, долго ждёшь.

– Ничего, зато мы поговорили! – радостно ответила за Дину Рут, – Ну... Не буду мешать... – она улетела подальше с хитрой улыбкой, махнула рукой и напоследок сказала, смотря только на Дину, – Удачи!

Рамиль проследил за феей и хмуро посмотрел на подругу, отчего-то покрасневшую:

– Что это с ней?

– Да так...Ничего... – сдавленно ответила она и вдруг схватила Рамиля за руку, – Пойдём, деревню покажешь.

Рамиль посмотрел на руку Дины в своей и сжал её крепче, ответив лишь тихое:

– Угу.

***

Этот день был просто замечательным. Рамиль всё время восторженно рассказывал что-то о феях, а Дина смотрела на него и не могла отвести взгляд. Оба наслаждались проведённым временем вместе.

Прийдя в дом, Дина и Рамиль разошлись по комнатам, договорившись спуститься и поужинать через час. Немного посидев в тишине, Дина решила помыться и привести мысли в порядок. Тёплые струи воды, стекающие по телу, и тишина позволили ненадолго отдохнуть от гнетущих мыслей. Выходя из душа, Дина уже знала, в какой последовательности нужно решать проблемы. Первое: признаться Рамилю. Да, сложно и страшно, но ведь всё равно когда-нибудь придётся это сделать. Второе: найти убийцу. Может уйти много времени, но сдаваться нельзя. Сегодня Рут доказала ей это.

Надев пижаму, Дина расчесала волосы, и, оставив их распущенными, спустилась вниз. На кухне за плитой стоял Рамиль. Он был уже в домашней, уютной одежде. Смотря на ворох кудрявых волос, синие футболку и штаны, смешные тапочки с надписью «Я здесь хозяин», Дина с уверенностью могла сказать, что она хотела общее будущее с этим человеком. Никто из её знакомых до этого не мог так филигранно сочетать домашнюю одежду, успокаивающий уют и обворожительную красоту.

Дина всё никак не могла понять, как ей не пришло в голову, что все эти мысли, которые часто появлялись в совсем неподходящее время, были всего-то проявлением любви. Как она не догадалась, что влюбилась в такого замечательного человека?

Поняв, что стоит и смотрит на Рамиля с глупой улыбкой уже минут пять, Дина продолжила движение. В сковороде рядом с Рамилем что-то шипело. По запаху Дина догадалась, что это мясо.

– Тебе помочь? – спросила она, присаживаясь за обеденный стол.

– Нет, спасибо, я сам спра... – к этому моменту Рамиль полностью повернулся и увидел Дину. Карие глаза в тот же миг стали широкими, похожими на два блюдца. Рамиль будто перестал дышать, – Влюсь...

– Хм? Что-то не так? – она непонимающе посмотрела на него.

– Нет, всё... Всё хорошо... – он резко отвернулся, отчего-то начав энергично переворачивать говядину, – Просто... Тебе очень идут распущенные волосы... И вообще, ты выглядишь по-домашнему.

– А...

Дина смутилась. Рамиль этого не заметил, ведь сам скрывал своё смущение. В общем, два сапога пара.

Они молчали. Долго молчали. Пока Дина не нашла, чем сменить тему:

– А как ты вообще попал сюда? И почему вы с Галией так близки?

– Это долгая история... – Рамиль выключил конфорку и достал овощи, которые хотел порезать для салата, – Но, наверное... – он надолго замолчал, размышляя, – Да, пора бы тебе узнать о моём прошлом.

Дина обеспокоенно посмотрела:

– Я не настаиваю. Ты каждый раз переживал, когда говорил об этом. Уверен, что хочешь рассказать мне сейчас?

Рамиль благодарно улыбнулся, глянув на неё через плечо:

– Значит, заметила... – боковой ящик открылся сам собой, нож оттуда прилетел прямо в раскрытую руку Рамиля, который уверенно произнёс, – Да, сейчас я готов.

– Тогда и я расскажу тебе, как мы с Виктором познакомились, – Дина улыбнулась, – Это будет честно.

Рамиль пожал плечами:

– Как знаешь... – положив огурец на доску, он порезал его вдоль с двух сторон, начиная свой рассказ, – Наверное, ты догадалась, что я не из этой страны.

– Я думала, что твои родители не местные, ведь твоё имя необычно для наших мест, – честно ответила Дина, – Но у тебя нет акцента, поэтому я предполагала, что ты живёшь тут с рождения.

– Язык я правда учил с юных лет, но не потому, что тут родился, – уже порезанный на дольки огурец Рамиль пересыпал в специально подготовленную для салата тарелку, а после перешёл к следующему, – Родители отдавали меня няням и книгам на попечение, поэтому мне было скучно. Я засиживался в библиотеках и от скуки учился. Поэтому я знаю ваш язык так хорошо.

– Тогда где ты родился?

– На юге, – ответил он, понизив голос. Дина могла поклясться, что сейчас за спиной он прячет пустое выражение лица и до жути горькие глаза, – Я жил в небольшом южном городке. У нас не было высоких технологий или чего-то такого. Всего десять лет назад в каждый дом провели электричество, что уж говорить о мобильной связи или интернете.

Дина очень заинтересовалась. Она и не могла подумать, что узнает о Рамиле что-то такое.

– Ты... Давно бывал там?..

Со стороны Рамиля послышался смешок:

– Очень. Но давай ты сначала дослушаешь.

– Да, извини... – смущённо ответила она.

– С десяти лет я взялся за энциклопедии о магии. Я был как ненасытный монстр, впитывал в себя любые знания о заклинаниях, теории о магических свойствах и удивительные факты.

– И ты начал применять заклинания на деле? – предположила Дина.

Рамиль молчал. Дорезав последний огурец, он перемешал содержимое миски и повернулся к Дине. Посмотрев на неё внимательными глазами, он вдруг начал поднимать футболку.

– Рамиль, что ты...

Но смущение Дины пропало, как только она увидела шрам посередине живота. Он был небольшим и не выглядел ужасно, но он был.

А у сильных магов шрамов не бывает.

– Но почему... – протянув руку, Дина самозабвенно прикоснулась к пораненному месту, – Его же не должно быть... – она нежно провела по шраму рукой, заметив мурашки на чужой коже, и заглянула в задумчивые глаза Рамиля, – Что с тобой произошло?

– Я не был магом от рождения, – прошептал Рамиль, опуская футболку обратно, – Я, как и мои родители, обычный человек.

Дина смотрела на Рамиля полными шока глазами:

– Тогда... Как?..

Рамиль вздохнул:

– Начитавшись разных книг про магию и существ, я начал завидовать. Люди – единственные, у кого нет какой-либо силы. Мне показалось это нечестным. Поэтому я решил изменить себя.

Кажется, Рамиль был уже не в состоянии готовить сам. Несколько помидоров вдруг разделились на кубики и полетели в тарелку. После приготовленная еда сама собой разложилась по тарелкам и оказалась на столе.

Всё это время Рамиль садился. А Дина молчала, не смея его отвлекать.

Хотя она и так не смогла бы сказать ни единого слова. Ведь когда смотришь на летающую еду, вспоминаешь бесконечные телепортации и простоогромный запас сил...

Невозможно поверить, что это делает обычный человек.

– Я хотел сражаться с монстрами. Я гнался за силой и искал способы, как сделать себя могущественным, – Рамиль даже не думал прикасаться к еде, ведь был поглощён в свои воспоминания, – Я решил начать с малого. Прокачать возможности своего тела. И направился в ближайшее поселение вампиров.

Дина хотела было сделать глоток сока, но поперхнулась.

Откашливаясь, она посмотрела на Рамиля полными шока глазами:

– Ты...

Хоть вампиры имели право жить с другими, обычно они предпочитали обитать в отдалённой территории, потому что их жажда крови была неуправляема. Вампиры не хотели становиться убийцами, вот и прятались подальше от густонаселённых мест.

– Пожалуйста, не пугайся, – медленно, успокаивающе попросил он, – По сравнению с другими вампирами, у меня нет жажды крови. Я не нападу на тебя, обещаю.

Поставив стакан с соком, Дина медленно ответила:

– Я и не думала, что ты нападёшь... Просто я в шоке с того, какой ты безбашенный... – она зажмурила глаза, взялась за виски и помассировала их, пытаясь переварить услышанное, – Пожалуйста, дай мне две минуты. Я не ожидала, что ты расскажешь такое.

– Я могу прекратить, – в голосе Рамиля слышалось беспокойство.

– Нет, не можешь, – Дина хмыкнула, не открывая глаз, – Ведь мне уже интересно.

Они замолчали. Рамиль послушно не издавал звуков, умудряясь есть неслышно. В это время Дина размышляла. О том, как вообще возможно существовать вампиру и магу в одном теле, о том, почему Рамиль был таким раньше и почему изменился. Ей так хотелось всё это узнать... Но сначала Дина решила утолить другой свой интерес:

– Почему ты не выглядишь как вампир?

Рамиль обеспокоенно осмотрел Дину. Но та не выглядела испуганной. Поняв, что эта необычная следователь снова поступила не так, как он того ожидал, ему стало чуть легче.

– Потому что у меня есть возможность менять свой облик. Я пользуюсь силой и скоростью вампира довольно редко.

– Покажешь мне свою вампирскую форму?

На секунду наступило молчание. Отложив столовые приборы, Рамиль медленно спросил:

– Ты правда этого хочешь? – его глаза были внимательными и обеспокоенными, – Не испугаешься?

– Я? Испугаюсь? – наигранно обиженно спросила Дина, – Ты меня с кем-то путаешь!

Рамиль встал из-за стола, пытаясь успокоить бушующее волнение:

– Как скажешь.

Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и медленно выдохнул.

Когда его глаза открылись вновь, они были уже другого цвета: тёмно-коричневый сменился на кроваво-красный. Тот глаз, что был в тени, опасно искрил, не суля ничего доброго. Зрачки вытянулись, став похожими на кошачьи. Ногти на руках удлинились, походя на когти.

Это правда было вампирское тело. Рамиль – настоящий вампир.

С трудом веря своим глазам, Дина никак не могла отвести взгляд.

– И ты совсем не хочешь крови?

Рамиль не слышал страха в её голосе. Там звучали удивление и заинтересованность. Поэтому он перестал быть напряжённым, окончательно успокоившись.

– Нет, – сказал он, – Жажды крови у меня нет, убивать я не хочу. Но иногда я покупаю кровь. Моя вампирская часть не сможет жить без неё.

Дина внимательно смотрела на Рамиля:

– Твой голос изменился. Он стал таким...

– Звериным? – Рамиль улыбнулся, – Да, есть немного. Похоже, будто волк или лев начал говорить.

– Тебе сложнее говорить в вампирском теле?

Дина встала из-за стула и подошла к нему. Внимательно следя за её шагами, Рамиль ответил:

– Нет. Но голос вампира часто пугает других, поэтому я обычно не говорю в этом облике.

Дина взяла правую руку Рамиля и осмотрела её. Когти были острыми и казались смертоносными. Она понимала: если в таком состоянии рука Рамиля пройдётся по чьей-то шее, то там будет широкий порез, скорее всего, даже смертельный.

– Ты вообще обычно не показываешь этот облик, – хмыкнула Дина, отпустила чужую руку и заглянула прямо в алые глаза, – Но если у тебя комплексы по поводу своей внешности, то я могу сказать тебе точно: ты и вампиром выглядишь очень красиво.

Рамиль занёс ногу на шаг назад, но в ту же секунду оказался в другой части комнаты.

Дина была слишком близко. Вампиром он легче чуял её запах, замечал каждое её движение... Удивительно, но даже в этой форме он чувствовал смущение.

Тут же превратившись в человека, он сел за стол. Несколько секунд Рамиль делал вид, что пожаренное на сковородке мясо интереснее всего на свете.

Он поднял взгляд только тогда, когда всё ещё стоящая на своём месте Дина ошеломлённо спросила:

– Это и есть вампирская скорость?

– Мгм. В этом состоянии у меня усилены органы чувств, особенно слух и обоняние, – он проследил, как Дина села на своё место, – А ещё я выше прыгаю, быстрее бегаю и сложнее устаю.

– Да, бегаешь ты так быстро, что это похоже скорее на телепортацию, а не на бег, – Дина задумчиво съела помидор, – Извини, я, наверное, подошла слишком близко. Навряд ли тебе в форме вампира вообще возможно вынести такой близкий контакт.

Рамиль только что-то промычал. Дина удивлённо приподняла брови. Его реакция была похожа на смущение.

Чтобы не заставлять Рамиля чувствовать себя неловко и дальше, Дина перевела тему:

– А почему именно вампир?

Эта тема понравилась Рамилю чуть больше:

– Кроме вампиров сделать из человека себе подобного могут ещё оборотни. Но у оборотней слабостей больше: они зависят от лунного цикла. Вампиры же только от жажды крови.

– И ты решил выбрать вампиров. Предполагал, что сможешь как-то избавить себя от желания убивать?

Рамиль кивнул. Хмуро посмотрев на Дину, он сказал более низким голосом:

– Первый год после превращения был тяжёлым.

Последнее слово заставило Дину вспомнить кое о чём важном:

– Подожди, а в каком возрасте ты стал вампиром?

– Мне было шестнадцать.

Тяжело вздохнув, она протянула:

– Как я понимаю, удивлюсь я ещё не раз... То есть ты сбежал от родителей к вампирам в шестнадцать?

– Да.

Дина молчала. Она просто не знала, что сказать.

Поэтому продолжил разговор Рамиль. Ведь его история ещё не дошла даже до середины:

– Как ты поняла, я год привыкал к новому телу и избавлялся от жажды крови. Жил в глуши, где окружали лишь деревья и животные. Удивительно, но в какой-то момент у меня получилось. Я весь год питался животной кровью и избавился от желания убивать. Так что, наверное, всё это – просто дело привычки... – пожав плечами, он сделал глоток сока и продолжил, – После того, как с основными проблемами нового тела было покончено, я начал учиться дракам. Так как базовые знания были у меня ещё в теле человека, на это не ушло много времени. В тот период я кочевал по разным городам и странам в поисках подходящих противников. И вскоре всех противников моего уровня мне удавалось победить. Но маги... – он сделал задумчивую паузу, а прожевав несколько листьев салата, продолжил, – Заклинания мне не были подвластны, а бороться против магов в вампирском теле – практически самоубийство. Единственный вариант в драке с ними – бегство. Но я был слишком молод и глуп, для меня бегство приравнивалось к трусости.

– Но это не так... – протестующе сказала Дина, до этого увлечённо слушая рассказ и уминая то, что приготовил Рамиль.

– Да, теперь я это понимаю, – улыбнувшись, ответил он, – Но тогда я гнался за силой. Брал себе всё новый и новый предел и перешагивал его. Я не знал, зачем мне это, но продолжал несмотря ни на что. В какой-то момент я понял, что единственным вариантом стать непобедимым была магия. С ней возможно сделать что угодно при должной тренировке.

Дина промолчала, решив не замечать, что этими словами Рамиль сейчас уязвил многих магов, которым не повезло родиться с небольшими запасами сил.

– Я посетил многие чёрные рынки и узнал, что магический центр, ну, орган, находящийся у магов в теле и держащий магию, продаётся. Но никто из продавцов никогда не мог дать мне ответ, возможно ли пересадить его в тело человека.

– Да, на чёрных рынках работают одни придурки, – презрительно сказала Дина, – Врачей ты бы там не нашёл.

– Поэтому я направился к одному из лучших хирургов мира, – кивнул Рамиль, – Он был тем, кто всегда поглощён своим делом и готов на любой эксперимент ради науки. В общем, настоящий учёный, – он доел кусок мяса и продолжил, – Я рассказал ему, кто я такой и предложил провести на себе эксперимент. Моей задачей было найти подходящее магический центр, а его – правильно пересадить его.

– И тот хирург согласился?

– Да.

– Похоже на начало анекдота... – вздохнув, протянула Дина, – Встретились как-то два сумасшедших...

Рамиль тихо рассмеялся. Его смех, будто придающий уют и тепло, отдались ускоренным стуком Дининого сердца.

– Это ты меня сейчас сумасшедшим назвала?

– Ты сам-то себя слышал? Как тебя сумасшедшим не назвать?

Хоть Дина и говорила такое, на её лице светилась любящая улыбка.

Рамиль хмыкнул:

– И в правду... – вздохнув, он продолжил, – Работая киллером, я накопил денег. На эти деньги я купил магический центр недавно умершего мага, которого многие считали великим.

– М-да... После этой твоей фразы у меня есть все основания взять тебя под арест: убийства за деньги, несанкционированная покупка органов... – она загибала пальцы, – Ты хоть не в этой стране это делал?

– Нет, не в этой. Правительству этой страны я в один момент помог, так что... Они меня даже любят, – он хмыкнул.

Брови Дины снова поползли вверх:

– Ну да, я могла бы и догадаться, что ты лично знаком со всей верхушкой. Ты же такой сильный, им на руку иметь мага этого уровня.

Рамиль кивнул:

– Но я не люблю думать о себе в таком ключе. Я же не новейшее оружие.

Дина выпрямилась, поняв свою ошибку:

– Прости... Просто привыкла, что так всегда говорят. В том числе и о феях.

– Думаешь, феям от этого легче?

– Ни капли... – понизив голос, ответила Дина.

Погуляв сегодня по деревне, она окончательно поняла, что политика государства в отношении фей полностью нарушила их мирную жизнь. Они не связаны с внешним миром, считаются просто продуктами силы и денег, а не живыми существами.

– Вот-вот, – Рамиль кивнул, – Ну ладно, скоро я про фей скажу... Пересадка магического центра была тяжёлой. Магия не хотела принимать нового владельца, а потому долго бушевала. Учитывая, что я принёс орган сильного мага, борьба моего тела с посаженным в меня органом могла разрушить всё, что находилось в здании, где я лежал.

– Так ты и получил этот шрам? – взглядом Дина указала на место у солнечного сплетения, где она несколько минут назад видела давно зажившую рану. Именно там у магов покоится магический центр.

– Да. Моё тело долго боролось, но в итоге победило. Наверное, помогло то, что я был вампиром... Но даже вампирская регенерация не вылечила это место до конца, хотя остальные шрамы на теле она убрала сразу же.

Дина посмотрела своими голубыми глазами, а Рамиль чувствовал, как она заглядывает прямо в его душу:

– Ты так гнался за силой... Рисковал жизнью, но продолжал гнаться за ней...

– Да, я... – он поджал губы, – Не скоро понял, что выбрал не ту цель.

– Главное, что ты это понял, – улыбнувшись, сказала Дина.

– Старушка Галия говорит точно так же...

– Старушка? – она наклонила голову набок, – Ты всегда называешь Галию так?

– Все в деревне так её называют. Ну, не при ней самой, конечно... – он хмыкнул, – Хотя она, скорее всего, всё и так знает.

Дина согласно кивнула. Эта фея и в правду могла обо всём догадываться.

– Продолжим... – в один глоток Рамиль допил сок, – Я получил магический центр в восемнадцать. А к девятнадцати моё имя знали все сильнейшие существа мира. Потому что я каждому встречному бросал вызов и побеждал. Меня же самого тогда охватила гордыня. Я не знаю почему, но магический центр, заполучив новое тело, развиваться не перестало. То есть я смог развить запасы магии настолько, что мне могли позавидовать даже драконы.

Даже драконы...

Драконы завидовали Рамилю из-за его нескончаемых запасов. Драконы, которые могли сжечь остров одним заклинанием...

Дина уже ничему не удивлялась.

– И так, полный чувства своей непобедимости, я дошёл до этой деревни. Мне говорили, что феи довольно сильны. Я решил проверить это и пошёл сюда.

– Ты напал на эту деревню?!

Нет, ладно, Дина всё ещё могла удивляться.

– Да. Местная охрана сразу же полегла. Я думал, что феи будут так же слабы, но... Старушка Галия доказала мне, что я не всесилен, – хоть Рамиль и говорил о собственном поражении, на его губах расплылась улыбка, – Пользуясь смекалкой и тактикой, она смогла ослабить меня, а потом нанесла последний удар. И так я оказался здесь...

Некоторое время они молчали, доедая свой ужин. Когда обе тарелки оказались пусты, они тут же пропали, появившись в раковине. На столе же возник чайник чая, две кружки и упаковка печенек.

– Феи приютили меня, а я решил остаться. Подумал, что если буду на территории врага, то смогу найти его слабости... – усмехнувшись самому себе, Рамиль разлил чай по двум кружкам, – Я несколько раз вызывал старушку Галию на дуэль. Она всегда одерживала победу. Поэтому вскоре я стал её учеником. Я провёл здесь почти пять лет, а потом решил помочь феям выйти в мир. Построил пекарню и предложил феям работать там. Те согласились, – сделав глоток чая, Рамиль посмотрел на Дину, – Как-то так...

Дина молча пила чай. И только через минуту сказала:

– Знаешь, я понятия не имею, что тебе на всё это сказать... Столько раз за один рассказ я ещё никогда не удивлялась. А я вообще-то следователь, мне много что рассказывают.

Рамиль улыбнулся:

– Ну, вот я и побил очередной рекорд.

– Даже как-то обидно... По сравнению с твоей, моя история не такая интересная... – она поджала губы.

– Не переживай. Мне будет очень интересно, правда.

Дина посмотрела в эти почти родные карие глаза, будто бы укрывающие невидимым одеялом, тут же смутилась и какое-то время прогоняла своё смущение. Только после этого она вздохнула и сказала:

– Хорошо, тогда я расскажу, – она отпила чай, – Детство у меня было совсем неспокойное. Папа избивал маму, а мама вымещала на мне всю злость, накопленную на отца. Я боялась своих родителей и часто ночевала на улице. Думала даже, что никогда не смогу вырваться из этого кошмара... – Дина отвела взгляд, не желая смотреть в сочувствующие глаза напротив, остановив глаза на уже полупустой кружке с чаем, она продолжила, – В один раз меня нашёл Виктор. Была зима, поэтому я приютилась в каком-то подъезде. Увидев меня, полуголую и очень худую, он решил, что продолжит своё расследование, за которым сюда пришёл, завтра. А потом отвёз меня к себе домой.

Рамиль задумчиво посмотрел на Дину. Теперь он понимал, почему у неё такие взаимоотношения с Виктором. Всё становилось на свои места.

– На следующий день он расспросил меня про мою семью, нашёл их и арестовал. Он сам выиграл суд и лишил моих родителей прав. А потом взял на себя опеку надо мной.

– Вот так просто приютил незнакомку? – брови Рамиля поползли вверх, – Почему?

– Он просто очень добрый. И чуточку одинокий. Был. – поспешно добавила она.

Улыбка, которая появилась у Дины при этих словах, была такая тёплая и счастливая, что Рамиль и сам почувствовал счастье. Он рад, что у Дины есть кто-то, кому она будет всегда доверять.

– Кстати, надо вас как-нибудь познакомить! – воскликнула она.

В глазах Дины виделся такой восторг от этой идеи, что она была похожа на маленькую звёздочку, освещающую собой всё небо.

И Рамиль тут же вспомнил единственного посетителя кроме Дины, который пожаловал к нему несмотря на новость о временном закрытии пекарни.

Это был, наверное, один из самых тяжёлых разговоров в его жизни...

– Да... Надо бы... – не с таким энтузиазмом, какой ждала Дина, ответил он.

– Что такое? – непонимающе посмотрела на него она, – Ты вдруг как-то погрустнел...

Рамиль посмотрел на неё. «Но ведь если её отец уверен, что она влюблена в меня, то это, скорее всего, правда?.. Есть же возможность, что мои чувства взаимны?» – задумался он, всё продолжая смотреть на Дину.

Вдруг в его голове возник родной голос: «Ты сделал то, что не смог бы никто другой. И тут боишься всего лишь отказа?»

Рамиль заглянул в обеспокоенные глаза Дины и увидел в них такое море любви, которое сложно описать словами. «И как такой человек мог бы сказать мне что-то неприятное из-за признания?» – подумал он, чуть расслабившись.

«Пора. Либо сегодня, либо уже никогда».

– Дина, я...

Отношения

«Пора. Либо сегодня, либо уже никогда».

– Дина, я...

Рамиль вдруг потерял слова. Они растворились, потерялись, забылись. Не осталось ничего, только полная пустота в голове. И эти нежные голубые глаза, которые смотрели прямо на него.

– Всего несколько минут назад ты узнала, что я многое повидал в жизни. Я испытывал много эмоций и ощущений, миллионы... Нет, – он покачал головой, – Даже миллиарды раз был на волосок от смерти.

Дина внимательно смотрела на него. Она чувствовала, эти слова к чему-то ведут, но пока не могла понять к чему. И лишь молчала, ожидая продолжения.

Набрав воздух, Рамиль продолжил. Слова постепенно возвращались в голову, больше не было той пустоты. Не осталось ни волнения, ни неуверенности. Только решимость, желание рассказать всё, что накопилось за это время.

– Но, встретив тебя, я узнал, что ещё не всё повидал в этом мире.

Дина нахмурилась. Волна предчувствия прошлась по всему её телу. И в тот же момент в её сердце зародилось волнение.

«Нет, он не может сказать именно это».

– Ты смелая и решительная, настоящий профессионал своего дела. Ты добрая и открытая, и всегда готова помочь другим. У тебя очень заразительный смех, ты знала? – он сомкнул две свои руки и сжал их с такой силой, что вполне мог бы сломать что-то, если бы оно было там, между его рук. Но при этом Рамиль умудрялся состроить улыбку. Он делал всё, лишь бы волнение не вернулось вновь, – Я обожаю, когда ты смеёшься, от этого всегда хочется смеяться самому. А ещё ты непредсказуемая. Я всегда думал, что все, кроме фей, будут бояться меня. Я слишком сильный, да ещё и вампир... Настоящий монстр...

– Нет, ты не... – хотела было возразить Дина, но Рамиль перебил её.

– Да, ты доказала, что не все будут меня бояться. Я не опасен. Как минимум, так считаешь ты, – он взял паузу, после чего на одном выдохе сказал, – И для меня это самое важное.

Вновь по телу Дины волной прошёлся мандраж. Она сидела и не дышала, продолжая просто смотреть на Рамиля. Подсознание подсказывало: вот он, тот самый момент, которого она так долго ждала. Но была и эта неуверенность, которая, словно змея, противно шептала: нет, этого не может быть.

Рамиль не может чувствовать то же самое.

– Я знаю, мы с тобой знакомы не больше полугода. Конечно же, я понимаю, что знаю далеко не всё о тебе. Но даже та частичка тебя, которую я успел познать за это время, заставила меня чувствовать то, что я никогда не чувствовал за всю свою жизнь.

Сердце билось. Оно бешено стучало у обоих, норовя вырваться из груди навстречу друг другу.

Несколько мгновений тишины показали: это конец, они переходят черту. И дальше их ждёт неизвестность. Впереди лишь будущее, и оба готовы идти навстречу ему.

– Дина Мальро, – она вздрогнула и продолжила внимательно смотреть на него, затаив дыхание, – Вы лучший следователь, лучший друг, лучший союзник и компаньон. В общем, вы – лучшая девушка из всех, что я встречал. Поэтому я влюбился в вас. Окончательно и бесповоротно. Могу ли я... – он на секунду закрыл глаза, сделал глубокий вдох и продолжил, – надеяться на взаимность?

Силы покинули тела обоих. Чувства захватили власть и не давали сдвинуться с места. Рамиль и Дина продолжали смотреть друг на друга. Молча, волнительно, бездыханно.

Но Дина взяла себя в руки. Ведь сейчас нужно дать ответ.

Магия Дины мягко, нежно расцепила руки Рамиля. Но они не остались лежать просто так. Потянувшись, Дина взяла одну из его рук в свои и осторожно переплела пальцы. Она делала это молча, самозабвенно, со всей той нежностью, что таилась в ней долгое время.

А Рамиль лишь смотрел. Смотрел, перестав дышать. И ни единой мысли не было внутри него.

Взяв воздух, Дина медленно начала:

– На самом деле, я и сама хотела многое тебе сказать. – она мягко улыбнулась, – Рамиль, ты просто невероятный. Каждый раз, когда ты рассказываешь что-то о себе, ты взрываешь мой мозг. Мне очень нравится наблюдать, как ты заботишься здесь о феях. Хотя иногда, признаюсь, я чувствую ревность.

Рамиль сжал ту руку, что была свободна. Ведь предвкушение и волнение пронеслись по телу словно электрический ток.

– И я, наверное, долго могла бы говорить тебе всё, что думаю. Потому что, поверь, – она хмыкнула, – Я думаю о тебе очень часто. И всё же мне не хочется тебя томить. Поэтому я, наконец, скажу.

Рамилю казалось, он сейчас взорвётся. Он и не знал, что можно чувствовать такое сильное волнение.

Дина взяла паузу, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, после чего, улыбнувшись, сказала:

– Рамиль Кастро, вы лучший человек, которого я встречала в этой жизни. И хоть ваше прошлое местами неоднозначно, я полностью уверена, что вы – добрый человек, а ваши поступки всегда обусловлены по-настоящему важными причинами. Вы смелый, умный, смешной и заботливый. И, знаете, вы словно мужчина моей мечты, – она хмыкнула, решив не заострять внимание на смутившемся Рамиле, а продолжить свою речь, – Поэтому, конечно, ваши чувства взаимны. Потому что я тоже влюблена в вас. Как вы там сказали? А! – она снова расплылась в улыбке, – Окончательно и бесповоротно.

Рамиль снова задышал. По-новому, по-настоящему. Жизнь втекала в него вместе с мыслью: «Она тоже любит меня».

Переполненный чувством радости, счастья и, что самое главное, любви, он тихо, почти шёпотом спросил:

– Можно мне обнять тебя?

– Конечно можно, что за вопросы?

И только потом Дина поняла, почему её сначала спросили. В следующий миг она оказалась у Рамиля на коленях. Не желая никуда вставать, он телепортировал Дину к себе. Руки крепко сжимали её, не желая выпускать. Дина почувствовала себя в полной защите, словно в коконе, который никто никогда не сломает.

Дина почувствовала себя дома.

***

Приоткрыв глаза, Дина нахмурилась. Желание поспать ещë хотя бы часик побеждало всë остальное. Она перевернулась на другой бок, закрыв глаза одеялом. Всë, лишь бы не видеть прорывающиеся из-под занавесок лучи солнца. Некоторое время Дина лежала так, упорно ожидая, когда она, наконец, снова заснëт.

Но еë организм, видимо, решил, что завтрак важнее здорового сна. Живот предательски заурчал.

Печально вздохнув, Дина нарочно медленно поставила ноги на пол. Потянувшись, она всë же подняла корпус и уже в сидячем положении надела любезно предоставленные Рамилем тапки. С неохотой встав, она подняла руки вверх и потянулась.

Посмотрев на время, Дина поняла, что не было даже десяти. Дом встретил еë ожидаемым молчанием. Рамиль ещë спал. Под старания шагать максимально тихо, Дину завлекли размышления.

После произошедшего вчера, они ещë несколько часов сидели в обнимку. Разговор прыгал с темы на тему, затрагивая понемногу многие ситуации, которые произошли с Рамилем и Диной в прошлом. Кроме того, они обговорили некоторые моменты их отношений. Как оказалось, никто не хотел торопиться. Всего шесть месяцев назад произошло их знакомство, а потому узнать и понять друг друга до конца они никак не могли. На том и решили: постепенно развивать отношения и не торопить события.

Правда, от неловкости это бы не избавило. Дина не знала, как встречать Рамиля, когда тот проснëтся. Обнять или поцеловать? Или же, может, для этого слишком рано?

Мысли о возможности поцеловать Рамиля заставили тело остановиться. Дина так и стояла с поднятой ногой посередине лестницы с розовыми щеками. Прямо как фламинго.

Любезно предоставленные воображением картинки, как Рамиль прижимает Дину к себе и наклоняется в ожидании поцелуя, прервал вновь заурчавший живот. С разочарованным вздохом Дина возобновила аккуратный спуск на первый этаж. Там, пройдя на кухню, она критическим взглядом осмотрела содержимое холодильника. Яйца, молоко и сосиски навели на мысли об омлете. На нëм Дина и остановилась.

Отыскав сковородку, она включила конфорку и поставила еë туда. Занимаясь привычными вещами в не самом привычном доме, Дина напевала весëлую песенку, которая пришла ей в голову. Настроение было такое же, как яркое солнце за окном. Спокойно помешивая желтоватую смесь, Дина понимала, что сейчас в еë голове нет ни единой мысли. И было так спокойно и хорошо…

Как вдруг чьи-то руки крепко сжали еë в районе живота. От неожиданности Дина вскрикнула и выронила вилку, которой мешала омлет. Она резко повернула голову направо и увидела каштановые кудрявые волосы, которые немного щекотали шею.

Последовал выдох:

– Рамиль, нельзя же так пугать!

Он промычал в протесте, но не собирался ничего отвечать, зарывшись в чужом предплечье и вдыхая приятный запах.

От тëплого дыхания Рамиля Дина почувствовала мурашки. Но даже это не могло стать причиной оттолкнуть его. В этих объятиях было так хорошо, что она старалась как можно меньше шевелиться. А когда сковороду уже накрыли крышкой, Дина и вовсе перестала двигаться.

– В следующий раз предупреждай. А то можешь и получить, – хмыкнув, она правой рукой погладила чужую макушку, растрепав шевелюру и добавив, – Я всë же следователь.

– Извини... Я, наверное, поторопился… – Рамиль неохотно отпустил её, опустив взгляд, – Просто ты так мило готовила и подпевала, ещë и подтанцовывая…

Дина улыбнулась, убрав куда подальше ненужное сейчас смущение:

– Рамиль, ты хотел меня обнять?

Он кивнул, ничего не понимая.

А Дина развернулась и сделала несколько шагов, чтобы сократить расстояние.

– Вот и я хотела, – всё с той же любящей улыбкой она положила поочерёдно руки на плечи Рамиля, мысленно усмехнувшись его удивлённому взгляду, – Правда, не знала, что для нас с тобой значит слово «торопиться»... Ты считаешь, что объятия лишние и стоит подождать, прежде чем начать обниматься по утрам?

– Нет... – он покачал головой.

– Ну вот и я не считаю, – она сделала полушаг и обняла Рамиля, положив голову ему на плечо и обвив шею руками, – Так что не извиняйся, пожалуйста.

– Хорошо...

В ту же секунду он аккуратно, нежно поцеловал Дину в макушку. И этот жест был таким волшебным, что они оба тут же забыли обо всём остальном.

Лишь запах омлета с сосисками заставил их отодвинуться друг от друга.

– Садись. Сегодня я делаю еду.

Рамиль послушно сел, а Дина начала накладывать приготовившийся завтрак по тарелкам.

Минутная тишина позволила им окунуться в мысли. Дина понимала, что им ещё многое предстоит обсудить. Договорённость не торопиться, на самом деле, довольно расплывчата. Часто же так бывает, что люди не понимают друг друга. Мы можем быть уверены в одном, а, по сути, договорённость была о другом. Например, один человек готов пойти дальше поцелуев, а второй – нет. Не проговорив это, они могут прийти к большой ссоре.

И ведь непонимание окружает нас всегда. Не только в отношении с людьми, но и, допустим, в расследованиях.

Дина вздрогнула. Мысль, что мы постоянно можем уверять себя в том, чего на самом деле нет, вдруг отдалась в сердце.

Резко развернувшись со сковородкой в руке, она спросила:

– В чём в деле Тии ты точно уверен?

– Хм... – Рамиль задумался, не спрашивая причины неожиданного вопроса, – Ну, я уверен в том, что Тию лишили крыльев. А ещё что её убили. И что тело сожгли.

– Да, я тоже уверена только в этом... – задумчиво сказала она, – Принесёшь, пожалуйста, мой блокнот? Он лежит на тумбочке.

– Конечно.

Пока Рамиль поднимался наверх и забирал блокнот, Дина разложила еду по тарелкам и села за стол.

Вернувшись, Рамиль молча протянул блокнот и сел на своё место. Он даже не пытался расспросить, в чём дело, переживая, что тем самым оборвёт связь Дины с только что найденной мыслью. Поэтому он молча сидел и наслаждался своим омлетом.

Дина развернула блокнот. В первую очередь она обратила внимание на надпись «Похищение и случайность?», написанную ручкой. «Я всегда была уверена, что кто-то что-то сделал с Тией. Мне никогда и не приходило в голову думать иначе, потому что все факты на лицо: оторванные крылья, ДНК Тии в золе...» – размышляла она, переходя к следующим надписям. «Идея с неудачным похищением верна?», «Что за группа мужчин?», «Мафия или чёрный рынок?» – все три мысли были связаны с той, что написана ручкой чуть выше. Поэтому в ту же секунду Дина отмела их, переходя к последней надписи: «Говорит со всеми, но не всё. Общительность – зло?». Вообще, эта мысль тоже относилась к идее о похищении. Ведь тяга Тии к общению могла довести её до опасности. Но сейчас, отметя идею об этом, Дина посмотрела на мысль новыми глазами.

–Говорит со всеми, но не всё... – прошептала она.

Её глаза проходились по этой записи несколько раз, пока не пришло оно.

Озарение.

Мир будто прояснился. Она резко подняла взгляд от блокнота и спросила:

– Могла ли она что-то скрывать?

– Да, как и все мы, – кивнул Рамиль, – Я оставлял феям личное пространство, поэтому у них была возможность хранить какие-то секреты.

– Как думаешь, что это могло быть?

– Не знаю, – прожевав омлет, ответил он, – Тиа любила свою работу, часто общалась с гостями и читала детям рассказы.

– А кроме работы?

Рамиль нахмурился:

– А кроме работы я знаю лишь то, что она обожала читать про приключения. И была очень доброй.

– Не так много... – огорчённо прошептав, она снова посмотрела на запись.

Имела секрет, любила приключения...

Дина снова резко подняла голову:

– Она говорила что-то про ограничения фей? Ну, например, про то, что не чувствует себя свободной?

Дине казалось, что она хватается за соломинку.

– Нет, она была из тех, кто не любит распространяться о своём мнении по этому поводу. Некоторые феи любят высказывать мне своё недовольство, но она не делала этого никогда.

Дина снова посмотрела в блокнот, думая: «Был ли в этом её секрет?».

Мощным потоком, словно передвигающий море маг, она передвигала свои воспоминания, заново просматривая каждое. И понимала, что никто ничего нового о Тии не говорил. Только книги о приключениях. И всё.

Кроме Захара.

Вздрогнув, Дина тут же нахмурилась. Она вспомнила тот момент, когда высвобождала Захара из СИЗО. Тогда на радостях он сказал много всего, в том числе и про «Змееловов».

Но было и кое-что ещё: «Мы так любили с ней придумывать план нашего путешествия. Думали даже однажды сбежать».

Вскочив из-за стола, Дина случайно уронила стул на пол. Но она не обратила на это внимания, воскрикнув:

– И почему я раньше не обратила на это внимания?!

– Что такое? – заинтересованно хотел спросить Рамиль, но Дину уже как ветром сдуло.

Та неслась по лестнице на второй этаж. Ворвавшись в комнату так, словно в ней стояла живительная вода, она тут же нашла телефон и побежала к нему. Быстро нажав на нужный номер, она позвонила.

К счастью, в тот момент был будний день, да и рабочее время уже наступило.

– Алло?

– Привет. Мне нужно задать тебе два вопроса. Это срочно.

Виктор тут же отложил все свои дела, нахмурившись. Он знал этот голос так же хорошо, как знают его все следователи. Каждому на этой работе предельно ясно знакомо чувство скорой разгадки.

– Выкладывай.

– Когда золу около крыльев Тианы осматривали, то они только провели поиск на ДНК?

– Ну да, всегда же так делают. Хватает одного заклинания. Зачем лишний раз проверять золу на что-то ещё, если заклинание уже нашло ДНК?

– А что, если на самом деле это – не тело? А ДНК появилось там просто из-за капнувшей крови?

На секунду Виктор замолчал. Эта идея была просто гениальна.

Хотя тогда не понятно, где тело феи?

Пересилив чувство гордости за дочку, он сказал:

– Такое возможно. Мне отправить золу на экспертизу?

– Нет, слишком долго, – тут же ответила она, – Я сделаю всё быстрее. Давай ко второму вопросу.

Виктор угукнул.

– Где сейчас Захар?

– Как раз недавно сверху звонили, сказали, что Захара забрали в психиатрическое отделение №7. Это в северной части города. Ты должна знать.

– Да, была там однажды по одному делу, – кивнула она, – Спасибо тебе большое. И... Если я права, то скоро буду в офисе.

Виктор хмыкнул:

– Хорошо, буду ждать.

– Люблю тебя.

Дина и не заметила, как сказала это. Но слова уже вылетели из её рта, остановить их было невозможно. И тут же её голову уже покинули мысли о Тии, оставив только те слова, что она произнесла только что.

Ведь она впервые сказала Виктору это.

В их небольшой семье такое было не принято, поэтому Дина не ожидала ответа. Но, когда она уже почти нажала на красную кнопку смартфона, в трубке прозвучало задумчивое:

– И я тебя.

Пик, пик, пик...

Несколько секунд Дина стояла и смотрела на рабочий стол телефона. Из её головы всё никак не выходили последние несколько секунд. Пока из-за дверей не прозвучал знакомый голос:

– Ну что, куда отправляемся?

– В психушку. – всё ещё думая совсем о другом, ответила она.

Брови Рамиля взлетели вверх. Но вместо очевидных слов он протянул тарелку с омлетом:

– Телепортирую куда хочешь, но только когда доешь.

Дина тихо посмеялась:

– Вот как теперь платят за проезд?

Рамиль лишь улыбнулся. Но в словах был серьёзен и правда не сводил с Дины глаз, пока она не доела всё, что лежало на тарелке. Правда, ела она почти не пережёвывая. Нужно было торопиться.

– Ну что, какая психушка? – взяв тарелку Дины и телепортировав её в раковину, спросил он.

В то время Дина взяла удостоверение и подошла к нему:

– Номер семь, – и на всякий случай Дина назвала адрес.

Она была права, Рамиль и в правду не знал, где это. Но после точного адреса отправился туда.

Как только Дина оказалась на пороге психбольницы, то тут же открыла дверь и побежала к стойке регистрации. Ей совсем не было дела до всего, что происходило вокруг.

Показав удостоверение женщине за стойкой, она быстро сказала, к кому ей нужно. Рамиль лишь молча стоял, размышляя, что им всё же стоило переодеться. Они оба стояли только в пижамах.

Но Дину, казалось, это вообще не волновало. Да и Рамиля, в принципе, тоже.

Тиа была важнее.

Поднявшись на последний этаж, Дина ворвалась в нужную комнату так, что сидящий там даже вздрогнул.

– Капитан! Вы пришли освободить меня? – парень подбежал к Дине с надеждой в глазах.

Но тут же останавливается, когда увидел за её спиной Рамиля с убийственным взглядом.

Хоть Захар не знал, кто это, подсознание подсказывало ему, что этого человека лучше остерегаться. Он явно недолюбливал Захара всем сердцем.

Чуть менее восторженно Захар спросил:

– Или у вас какой-то вопрос ко мне?

– Ты говорил, что Тиа вместе с тобой хотела сбежать. Вспомни пожалуйста все пункты плана, что она говорила.

У Захара тут же будто лампочка над головой засияла:

– Вы думаете...

– Да. Но если это так, то времени у нас не так много.

Рамиль, хоть и не сводил взгляда с Захара, но задумался. Не понимая, как могут быть связаны убийства и те вопросы, что Дина задала Виктору, он никак не мог дойти до очевидного.

А что, если Тиа и не мертва вовсе?

Это ведь было так логично! Почему же Рамиль, который до конца не верил в произошедшее, не смог догадаться до этого?

– Она хотела пройти от города много километров пешком. Считала, что в поезде и самолёте нас бы раскрыли... – задумчиво ответил Захар, подхватив общее желание поскорее раскрыть загадку, – А потом кочевать по деревням. Тиа хотела дойти до такого места, где существа не лезут в личную жизнь друг друга. Таким образом она бы обезопасила себя от раскрытия.

Дина почувствовала руку, положенную на её плечо. Она чуть повернула голову, не отводя с Захара взгляда:

– Что?

– Всевидящее Око, – шёпотом произнёс Рамиль, – Я могу найти её.

Дина кивнула, повернувшись к Захару:

– Хорошо, спасибо тебе огромное.

– Да не за что, – тот улыбнулся, – Когда я выберусь отсюда, то обязательно увижусь с прекрасной Тианой... – мечтательно продолжил он.

Рамиля и Дину передёрнуло. Одновременно. Да и подумали они одно и то же: «Надеюсь, этого никогда не произойдёт».

Выйдя из комнаты, которую запирал санитар, они облегчённо выдохнули.

– Ещё немного и я бы сломал ему шею.

Дина выгнула бровь, издевательски улыбнувшись и посмотрев на него:

– Ты же не любишь насилие. И использовать свои силы ради него тоже.

– Но он... – вдруг начал вскипать Рамиль, однако тут же остановил себя. Сделав глубокий вдох и выдох по заветам старушки Галии, он продолжил уже в разы спокойнее, – Ладно, пошли. Нам нужно какое-нибудь тихое место.

Поблагодарив медсестру за стойкой и санитаров, что сопровождали их всё время, Дина и Рамиль вышли из психбольницы и, найдя ближайший переулок, остановились там. Дина внимательно посмотрела на Рамиля. Её заинтересованности не было предела. Всевидящее Око обычно делает несколько сильных магов. Это сложное заклинание, а потому таким обычным людям, как Дина, не выпадает шанс увидеть его. Но ей крупно повезло.

Рамиль долго смотрел на Дину в ответ, пока не изрёк:

– И ведь ты всё ещё не боишься... Вау...

– Всевидящее Око не убьёт меня, – она секунду помолчала и добавила уже более неуверенно, – Не убьёт же, да?

Рамиль рассмеялся:

– Оно скорее меня убьёт, а не тебя.

И потом он начал колдовать. Вытянув две руки, на которых прямыми были лишь указательные пальцы, он сделал полукруглые движения. Одна рука шла сверху вниз, а другая – снизу вверх. Образовался фиолетовый круг. Когда тот заполнился, то в центре вдруг возник совиный глаз.

Дина моргала в такт этому самому глазу, пока Рамиль не сказал:

– Покажи мне Тию.

И вот он, момент икс. Если Дина не права, то заклинание не должно было измениться. Глаз бы продолжил медленно моргать. Если же права, то...

Картинка в круге поменялась.

Рамиль потерял весь воздух в груди. Он заворажённо наблюдал за миниатюрным существом, что сидело на стульчике в номере какого-то отеля и перебирало ножками. Фея счастливо читала что-то. Казалось, это был лучший момент её жизни.

Дина тяжело выдохнула. И только тогда Рамиль вспомнил, как дышать.

– Господи, у неё же нет крыльев... – прошептала она.

Рамиль лишь поджал губы. Точно так же, как сжалось при этих словах его сердце.

Да, её прекрасные крылья лежали там, в парке. Где сама Тиа их и оставила.

– Покажи мне дом, где она сидит.

Картинка поменялась. Многоэтажный дом был точно таким же, как все остальные в этой стране, а потому определить местоположение бы не получилось. Но зато в углу дома Рамиль заметил синюю табличку с адресом.

– Покажи табличку на доме.

Дина посмотрела на адрес, задумавшись:

– В нашем городе такой есть.

– Это отель?

Око захлопнулось, а Рамиль внимательно посмотрел на Дину.

– Нет, больница.

– Мхм... – задумчиво протянул он, открывая смартфон.

Вбив адрес в навигаторе, он увидел несколько таких адресов в разных городах. Но самым оптимальным был тот, что находился в небольшом городке близко отсюда и являлся отелем.

– Нашёл, пошли.

В ту же секунду, взяв Дину за плечо, Рамиль переместился в небольшой городок в пятисот километрах от них.

Вскинув взгляд вверх, они осмотрели дом и кивнули друг другу. Точно тот же, что показало Око. В ту же секунду они сорвались с места и вбежали в здание. Потребовалась всего пара минут, чтобы мужчина на стойке регистрации сказал, где живёт «странная миниатюрная особа». В ту же секунду Дина и Рамиль будто бы на перегонки побежали по лестнице на третий этаж. Считали триста десятый номер они на ходу. Рамиль даже побежал дальше, не заметив нужную цифру, но после, остановив себя, вернулся обратно. В то время Дина постучала в дверь.

В коридоре царила тишина. Она была полна ожидания и волнения. Рамиль и Дина безуспешно пытались восстановить дыхание, непрерывно смотря на дверь. Ожидание затягивалось.

Но вскоре дверь всё же открыли. Медленно и аккуратно. Оттуда показалась миниатюрная голова с рыжими волосами, заплетёнными в косу, и изучающими голубыми глазами.

Осознание на милом маленьком личике появилось тогда же, когда прозвучал радостный голос:

– Тиа!

***

– Конечно я сбежала, а что мне оставалось делать?! – отчаянно крикнула фея.

Они сидели в комнате для допросов. Виктор находился за стеклом, наблюдая за происходящим со стороны. Конечно, по всем общепринятым нормам, стекло в допросной выглядело как зеркало. Кроме того, допрос Дина записывала на диктофон. Её предупредили, что материалы этого дела могут пойти выше, может, даже напрямую в правительственные органы. Уже предполагая, какой материал получится после этого разговора, Дина решила, что государству будет полезно знать, что думают феи по поводу той защиты, которую им выделяют.

– Все вокруг делают вид, что мы свободны в передвижениях. Говорят, мол, «феи могут в любой момент поехать куда угодно». Но это ведь не так! – пародируя слова правительства смешным голосом, воскликнула она, – Мы не можем покидать эту страну. А если захотим уехать куда-то из родной деревни, то только в присутствии охраны, которая на самом деле бесполезна. У этой пресловутой охраны самое сильное оружие – это дубинки. Некоторые даже магией воспользоваться не могут! – Дина кивнула, стараясь выглядеть дружелюбной и понимающей. Сейчас никому не нужна лишняя жалость, – Более того, даже с охраной мы можем заходить только в те места, где есть бумажка о пройденной проверке. Буквально один листок решает, в какие магазины, кафе и вокзалы мне заходить можно, а в какие – нет. Это ведь всего-то проверка, которая, по факту, включает в себя только осмотр помещений и некоторые рекомендации вроде «убрать подальше ножи» или «поставить камеры в каждую комнату», – Тиа снова пародировала смешным голосом. Если бы не ситуация, Дина бы сказала собеседнице, что у неё настоящий талант, – Эти проверки совсем не рассматривают те варианты, когда на фей нападают сильные маги, – она на секунду замолчала, а, возобновив тираду, усмехнулась, – Да даже Рамиль при желании мог похитить всех фей нашей страны и спрятать их так, что никто и никогда бы их не нашёл. А он ведь далеко не самый сильный!

Дине потребовалось много сил, чтобы остаться со своим прежним лицом при этих словах.

– И ты сбежала, потому что не чувствовала себя свободной?

Похоже, спокойствие, с которым Дина задала этот вопрос, передался и Тие, потому что та уже намного сдержаннее ответила:

– Почти. Я мечтала путешествовать. Нынешние правила не позволили бы мне этого.

Она тяжело вздохнула. Тиана выглядела так печально и безжизненно, словно засохший цветок. И даже её яркие, весёлые рыжие волосы не спасали ситуацию.

Проникшись печалью Тии, Дина решила перевести тему, чтобы не видеть грусть в её голубых глазах:

– Расскажи мне пожалуйста, что ты сделала тем вечером?

Поджав губы, Тиа кивнула и начала свой рассказ:

– План я готовила многие годы. Это было дело всей моей жизни, поэтому я отнеслась ко всему ответственно. Я никому ничего не говорила. Кроме Захара... – она горько усмехнулась, глянув на Дину, – Я ведь доверяла ему...

Дина подавила тяжёлый вздох. Захар – не из тех, кому вообще можно доверять...

Недолго помолчав, Тиа продолжила свой рассказ:

– По требованиям надзора по нашей защите, в каждой спальне фей в пекарне стояло видеонаблюдение. Но оно выключается от перенагрузки. Той ночью я в каждую камеру на своём пути запускала небольшой электрический заряд. Так что, камеры будто бы сами отключились, а у меня было время спокойно пройти до выхода.

Дина кивнула. К сожалению, всё чаще встречались такие схемы. Некоторая электроника выходила из строя при контакте с магией электричества. Многие преступники пользовались этим, чтобы воровать и убивать. А Тиа – чтобы сбежать...

– Взяв с собой небольшой ножик, я пошла в парк. Ночью там никого не было, так что мне, можно сказать, повезло... – она невесело хмыкнула, – Выбрав небольшую полянку, которую точно вскоре найдут, я отрезала себе крылья, а... – как бы Тиа ни старалась, ей всё же пришлось взять небольшую паузу после этого слова и тяжело вздохнуть, – А рядом подожгла несколько веток, которые собрала заранее. Туда я капнула немного своей крови. Когда огонь затух, я растоптала подожжённые ветки, чтобы они были похожи просто на горсть пыли. И после этого отправилась подальше от этого города.

– Галия говорила мне, что, оторвав крылья, фея будет ослаблена. Как ты смогла покинуть город?

Мысленно Дина извинилась. Понимала, что ответить на этот вопрос будет очень сложно. В такой ситуации воспоминания о прошедшем ей тоже не давали бы покоя.

На этом вопросе из Тии будто бы пропала последняя жизнь. Её глаза потускнели, а кожа стала блеклой. Сейчас фея и в правду походила на куклу, которые были у Дины в детстве.

– Крылья – это такой же орган, как рука или нога. Мне было больно, – её голос дрогнул. Взяв небольшую паузу, она продолжила, – но заклинание лечения позволило зашить рану. И, наверное, помог ещё адреналин, который точно бушевал во мне той ночью.

Дина тоже притихла. Эти слова были жестоки. Особенно по отношению к самой себе.

– А потом я ходила по городам... – прозвучал тихий голос феи, – Деньги у меня скоплены, так что должно было хватить на первое время.

Вдруг в голове Дины всплыла совсем недавняя картина. Рамиль, сделав неловкий шаг через порог в номер триста десять, прижимает Тиану к себе. Кажется, будто он никогда не собирается отпускать бедную фею, которая совсем потеряла дар речи. Зато Рамиль знал, что сказать. Совсем тихо, так, будто хотел, чтобы его вообще никто не услышал, он прошептал: «Больше я тебя никогда не оставлю».

Дина поморгала несколько раз, не желая показывать ненужные сейчас слёзы. Почувствовав себя более-менее спокойно, она спросила:

– А Рамиль? А «Домик на дереве»? Ты просто так бросила их, да? Решила оставить, надеясь, что тебя быстро забудут?

– Нет я...

Тиа замолчала. Ей нечего было сказать.

– Ты знаешь, как они все переживали? Рут упала в обморок во время допроса. Рамиль каждый раз затихал, когда тема заходила о твоей смерти... – она остановилась и вздохнула, чувствуя, как начинает закипать, – Рамиль делал всё, чтобы помочь мне в расследовании. Он не переставал предлагать свою помощь, хоть и слышал каждый раз только отказ... – как бы Дина ни старалась, на её лице всё равно расцвела улыбка, – И это всё только ради тебя, Тиа. Ты это понимаешь?

– Да, я... – она вздохнула и прошептала, – Я всё понимаю... – Тиа опустила взгляд, – Между мечтой и друзьями я выбрала мечту. Но, походу, есть другие пути для достижения целей. А я ошиблась, выбрав не ту дорожку.

Дина кивнула, улыбнувшись:

– Главное, что ты понимаешь это сейчас.

Выключив диктофон, она встала из-за стола. И, уже намереваясь молча уйти, вдруг остановилась. Её запястье сжимала небольшая ручка Тианы. Та смотрела на неё с надеждой и спросила:

– Ты же близка с Рамилем, да?

Дина встала как вкопанная. Это не то, чего она ожидала.

Придя в себя, Дина медленно кивнула.

– Передай ему извинения от меня. Я... Правда не хотела, чтобы он так волновался... – она вздохнула и вымученно улыбнулась, – И вообще, «Домик на дереве» был единственным лучиком света в моей жизни.

Дина улыбнулась. Высвободив руку из чужой хватки, она похлопала Тиану по плечу:

– Я передам. Но, думаю, вы вскоре снова увидитесь.

И она ушла, оставив Тию с той виной, что прогрызала её изнутри.

***

Открытие двери возвещал весëленький колокольчик. Все посетители одной из самых популярных пекарен «Домик на дереве» тут же обернулись на вошедшую. Летающее существо, что до этого работало за стойкой, бросилось к выходу с радостным воплем:

– Дина-а!

Вошедшая рассмеялась, похлопав фею по спинке.

– Рут, успокойся-успокойся, ты же так задушишь!

Вслед за первой феей, остальные тоже бросили свою работу и со всей скоростью полетели к Дине. Кто-то спрашивал еë про работу, кто-то – почему она так долго не приходила. Но на лице каждой феи искрила яркая улыбка.

Первое время люди, стоящие в очереди у стойки, улыбались, проникшись радостью фей. Но ожидание не играло им на руку. Скоро посетители начали ворчать и возмущаться. И, возможно, это привело бы к какому-нибудь скандалу. Однако в этот момент из-за двери с надписью «Служебный вход» вышел мужчина в коричневом фартуке и с коричневой поварской шапкой. Увидев всë происходящее, он громко сказал:

– Посетители ожидают, почему никого на кассе нет?!

Феи тут же разлетелись по своим делам. Это выглядело так забавно, что Дине не удалось сдержать улыбку.

И только в этот момент она заметила, что на руках у Рамиля сидела ещë одна фея. Еë рыжая коса спускалась по плечу, а голубые глаза смотрели на мир из-под густых ресниц.

Фея что-то прошептала Рамилю. Тот кивнул и, толкнув что-то под стойкой, поставил еë. Тогда Дина поняла, что сделал Рамиль: подвинул небольшую лестницу, чтобы фея могла стоять и была видна из-за стойки.

Тогда единственная бескрылая фея начала принимать запросы покупателей. А другие феи, тут же подлетели, начав помогать ей.

Дина, несколько секунд смотря на происходящее, расслабленно вздохнула. Вновь, войдя в «Домик на дереве», она почувствовала небывалое счастье. Среди всех ужасов, что встречают Дину на работе, пекарня стала островком спокойствия. Девушка старалась приходить туда каждый раз, как выдастся возможность. Однако со званием майора у неë теперь больше работы.

– Обеденный перерыв? – прозвучал мужской баритон.

Дина тут же вынырнула из своих мыслей. Улыбнувшись Рамилю, она сократила расстояние между ними и, приподнявшись на носочках, поцеловала.

Вскоре прозвучал ответ:

– Ага. Составишь компанию?

Рамиль ответил с уже привычной умиротворëнной улыбкой:

– Конечно.

Не так долго простояв в очереди, Дина оказалась у кассы. Она улыбнулась:

– Привет, Тиа.

– Привет.

Фея с трудом заставила себя поднять взгляд. С произошедшего Тиана постоянно чувствовала себя виноватой, а так же часто смущалась при виде Дины. Раньше с психологическим состоянием феи были большие проблемы. Она кричала по ночам, часто пыталась сбежать и иногда не разговаривала по несколько дней. Дина помогла Рамилю найти хорошего психолога. После долгой и упорной терапии, Тиа почувствовала себя легче. Но она всë ещë отходила от произошедшего.

Когда Дина уже думала уходить, получив два латте, еë вдруг негромко окликнули:

– Я… Рада тебя видеть.

Дина улыбнулась:

– И я тебя, Тиа.

Сев за отдалëнный столик, посреди которого, как и на других, стояло ведëрко с теперь уже живой лавандой, Дина поставила латте себе и Рамилю и спросила:

– Как она?

Рамиль знал, о ком речь:

– Уже лучше. Остальные помогают ей, часто веселят и рассказывают что-то. Кажется, помогает… – взяв протянутый стаканчик, Рамиль отпил и добавил, – По крайней мере, Тиа чаще улыбается.

Дина сделала глоток кофе и, мгновение наслаждаясь этим вкусом на языке, согласилась:

– Да, это хорошо.

Некоторое время они сидели в молчании, пронося через себя окружающую тëплую атмосферу, компанию друг друга и прекрасные напитки. Но вскоре Рамиль сказал:

– Слушай, Дина… Я тут подумал…

Дина посмотрела на него хмуро, не имея ни малейшего понятия, о чëм пойдëт речь дальше.

В то время Рамиль собирался с мыслями, болтая стаканчик по кругу так, что в кофе образовалась воронка.

– Я смотрел, как вы общаетесь с Виктором. Даже приходил к нему в гости вместе с тобой. Ваши отношения дочки и отца очень милые. И мне, если честно, всегда хотелось иметь такие же.

– Ну… – поспешно начала отвечать она, переживая, что Рамиль ужасно переживает по этому поводу, – У тебя же есть феи. Они тебе как одна большая семья. А старушка Галия – учитель, практически мать.

Рамиль усмехнулся, так и не подняв своего взгляда от кружки кофе:

– С одной стороны ты права. Но Галия никогда не заменяла мне родителя, всегда оставаясь лишь учителем и наставником. А когда я задумался, кто воспитал меня, то вспомнил свою няню, которая сидела со мной долгое время. Можно сказать, она заменила мне мать, – он сделал глоток кофе и поднял взгляд на Дину, – Ты знаешь, что я не посещал родной город с того момента, как убежал к вампирам. Я считал, что в этом нет смысла, ведь мама и отец ничего мне не дали. Но сейчас я вспомнил про няню… – он промолчал некоторое время, а потом, слабо улыбнувшись, спросил, – Хочешь отправиться со мной ко мне на родину?

– А… – обрывисто ответила Дина, совсем не ожидая этого вопроса, – Если честно, это внезапный вопрос…

– Я не тороплю, не переживай. Мне всë равно нужно время, чтобы вспомнить хоть какие-то старые контакты и связаться с ними. Но…

Рамиль посмотрел своими карими глазами, в глубине которых плескалась искренняя любовь.

Он смотрел, растянув губы в улыбке. Но не той, что обычно появляется у него на лице. Эта улыбка была чуть шире, с нотками истинного счастья.

Рамиль посмотрел, улыбнулся и сказал самую прекрасную вещь, что только может сказать человек:

– Я хочу, чтобы ты поехала со мной, ведь теперь ты тоже моя семья.

А Дина почувствовала, что превратилась в расплывшуюся лужицу. И в голове у неë было лишь одно: «Теперь они – семья. И у них все еще впереди».