Дом на улице №13

Глава 1. Старая новая деревня

— Мама, а бабушка далеко живет?

— Нет, Миша. Бабушкина деревня километрах в пятидесяти от города. Мы ведь тебя возили два года назад к ней в деревню. Неужели, забыл?

— Мы всего пару дней там были. Я не запомнил.

Мальчик откинулся на спинку заднего сиденья и уставился в окно. Дорога быстро бежала в обратную сторону, оставляя после себя размытые картинки полей и посадок. Мелькали столбы, скошенная трава на плохо обработанных полях, а кусты перерастали в деревья. Обычное явление, когда вдоль дороги прорастают семена акации. Сначала они выглядят как неполноценный куст, а со временем у дороги появляются разросшиеся деревья.

Миша любит ездить по этой дороге с папой на рыбалку. В мае, когда школа заканчивается, а уроки практически не задают, отец часто берет его с собой на реку или озеро. «Самое время для клева, а ты штаны в школе протираешь», — частенько любит повторять отец, складывая удочки в багажник. Это самый любимый процесс у папы. Когда удочки размещаются в багажнике, значит, пройден некий рубеж. Впереди — только отдых и новые впечатления.

Миша всегда открывает заднее окно автомобиля, когда они проезжают этот участок дороги. Недавно дорожные службы поменяли несколько километров асфальта. Теперь вместо пыли в открытое окошко проникает сладкий запах цветущих деревьев. Пятнадцать минут по ровной дороге пролетают за одно мгновение, а потом они обычно сворачивают на грунтовку и окно приходится закрывать. Дорожная пыль моментально обволакивает всю машину, отчего папа ругается. Любой водитель на его месте так себя ведет, глядя в зеркало заднего вида на клубящуюся позади автомобиля стену пыли. Еще бы! Потом машину так просто не очистишь. Придется мыть с пеной, чтобы от грязных пятен, когда все просохнет, не осталось и следа.

Но сегодня за рулем сидела мама, и они проехали заветный поворот к озеру, за которым в трех километрах текла неширокая извилистая речка. Течение в ней было слабым, поэтому коряги в воде редко цеплялись за снасти, зато иногда попадались отличные экземпляры карпа и леща. Миша с отцом случайно наткнулись на это место. Река здесь сворачивала и сбавляла ход, образуя на повороте приличное углубление, которое облюбовала рыба. Они часто приезжали на этот берег с большими раскидистыми липами, в тени которых ставили палатку и разводили костер. Мишка проводил взглядом поля, скрывшиеся за поворотом, и потянулся за своим смартфоном.

На сколько дней его везли к бабушке, мальчик не знал. Родители собирались отправиться на курорт к морю, а его оставляли с мамой отца. Бабушка не хотела переезжать в город, хоть ее часто об этом просили. Она всю свою жизнь прожила в деревне и на попытки Мишиного отца заманить ее жить к ним всегда отвечала однотипно: «Что я в городе стану делать?» или: «А ты в квартиру к себе мою Пеструху заберешь?». Мама на такие заявления бабы Нади всегда говорила, что у нас молока в магазине полно. Пеструхи нам еще не хватало! Тогда бабушка в очередной раз бросала трубку.

— Ну, вот опять положила трубку. Лена, я же тебя просил не говорить так громко, ведь она все слышит.

— А что я такого сказала?

— А-а. Ты снова забыла, да?

Такой диалог повторялся примерно раз в месяц. Мама что-то забывала, бабушка бросала трубку, а папа оставался виноватым. Но сегодня, когда все повторилось, Миша решился и спросил у отца:

— Папа, а что мама опять забыла?

— Про Пеструху, — выдохнув с грустью, ответил отец, откладывая телефон в сторону.

— А что с Пеструхой не так? Она что, болеет и молоко не дает?

Папа засмеялся и погладил сына по голове. Каково же было удивление Миши, когда папа сказал, что с Пеструхой все в порядке. Но оказалось, что она никогда не давала молоко, потому как бабушкина Пеструха — это собака.

— Наша мама про это всегда забывает, из-за чего бабушка злится. Она не понимает, как так получается, что твоя мама не помнит, что у бабушки нет коровы. А бабушка говорит, что так она и про нас с тобой скоро забудет или с кем-нибудь перепутает.

— Хватит ребенку всякую фигню про меня говорить. Просто у меня в голове не укладывается, как можно было назвать собаку именем коровы. Вот ты бы назвал кота, например, Светозаром?

В ответ на это папа и Мишка рассмеялись. Особенно громко смеялся Мишка и по-детски звонко.

— Вот видишь? Даже ребенку смешно!

— Ох, знала бы ты, чего твой сын смеется!

— И почему? — не поняла мама, выглядывая из ванной.

— Мам, просто у Васьки из третьего подъезда кот с таким именем.

— Вы серьезно? — удивилась мама.

Теперь рассмеялись все вместе, а про бабушкину Пеструху как-то само собой забылось.

Машина тихо катила по дороге. Мишку стало клонить в сон. Мальчик отложил в сторону свой телефон и разлегся на заднем сиденье.

— Ты там смотри не усни, — раздался голос мамы с водительского сиденья. — Нам километров семь осталось. Скоро прибудем в деревенский рай.

Почему мама так называла бабушкину деревню, Мишка понятия не имел. Они с мамой вообще редко куда выбирались. Чаще и быстрее с папой куда-то махнуть, чем дождаться, пока мама освободится с работы. У мамы Мишки очень плотный график, потому что она начальник или начальница, или начальница начальника. Папа иногда шутил по этому поводу, приговаривая: «Всех начальников начальник и мочалок командир». Почему мочалок — не понятно. Мама, вроде, занималась какой-то логистикой и никогда про мочалки не говорила. Зато папа всегда мог случайным образом получить дополнительный выходной. Папа Мишки работал в каком-то договорном отделе то ли овощной базы, то ли автобазы по перевозке этих самых овощей. Наверное, поэтому он всегда договаривался с начальником, чтобы ему дали отгул. «У меня, в отличие от тебя, ненормированный рабочий день. Мне положено больше отдыхать», — именно так папа отвечал маме, когда она говорила, что ему повезло с работой больше, чем ей.

— Ты смотри у меня, на речке не пропадай, чтобы бабушка не переживала, — снова сказала мама.

— А что, в деревне речка есть?

— Конечно! Тут места такие, что речка везде найдется. Поэтому на своей рыбалке не засиживайся. Если купаться пойдешь, то иди вместе с соседскими ребятами. Они эти места знают и ходят туда, где берег песчаный и коряг нет.

Мама вообще не так сильно переживала за сына, как папа. Отец всегда давал кучу наставлений, проверял уроки и частенько брал Мишку с собой на рыбалку. Мама же нередко забывала спросить, как дела, или сходить по выходным с сыном в кино, хоть и часто обещала провести выходные вместе. Но Мишка не обижался на нее. Он ведь знал, что у мамы серьезная работа. Потому как что? Правильно! Мама — всех начальников начальник и т.д. и т.п. Так всегда объяснял ему папа.

— Приехали, — послышалось с переднего сиденья. — Вот и бабушкин дом.

Мишка выглянул в окно и увидел белокаменный забор с секциями из деревянных штакетников, окрашенных в ярко-синий цвет. За забором стоял одноэтажный широкий дом. А за калиткой бегала, виляя хвостом, от одной щели в заборе к другой, собака в черных пятнах.

— Так это же далматинец! — выкрикнул Мишка, увидев собаку бабушки Нади.

Мишка узнал эту породу, потому как не раз смотрел мультфильм про далматинцев. Мальчик думал, что у бабушки будет какая-то пятнистая лохматая дворняга, а тут далматинец. Открыв заднюю дверь, мальчик выскочил из машины. На пороге дома появилась баба Надя. Быстро обувшись в тапочки, что стояли на крыльце, она направилась к воротам.

— Верочка, а я вас ждала-ждала и уснула на диване. Мишенька, как ты вырос, возмужал! Маму скоро догонишь!

Бабушка открыла калитку, и в нее проскочила та самая Пеструха. Первым делом она по-хозяйски осмотрела маму Мишки, уткнувшись в ее колени носом, а потом резво бросилась к парню. Собака обнюхала его руки и ноги, а затем скакнула, ставя передние лапы на плечи мальчика, и принялась облизывать ему лицо. Нос у Пеструхи был холодным, а язык шершавым. Мишке стало щекотно, и он засмеялся.

— Верочка, вы чего так задержались?

— Так вышло. Коле с работы позвонили. У них там контракт затерялся, а у него в сейфе копия лежит. Вот он и отправился на работу, а мне пришлось самой Мишу везти. Пока я голову помыла и приводила себя в порядок, время уже к десяти подошло.

— Вы не опоздаете на самолет?

— Нет. Вылет в пять вечера. Я сразу домой поеду. Пока доберусь, Коля уже должен будет вернуться. На два часа дня мы заказали машину. Поедем в аэропорт на такси. Надежда Петровна, тут вещи Миши, — открыла мама багажник, — пара сумок и чемодан. Все мыльные принадлежности в чемодане. Запасные трусы и майки тоже в нем. А! Вот еще, — достала она что-то из самого дальнего угла багажника. — Миша, тут папа тебе положил кое-что.

Мишка отвлекся от игры с собакой и подбежал к машине.

— Ух ты! Папка не забыл! Он мне удочку новую положил. Мама, смотри, я ему ее показывал в магазине. Она на витрине стояла.

— Да, да, вижу. Вы мне уже все уши с этой рыбалкой прожужжали. Вы скоро борщ удочками есть станете. Бери свои вещи и тащи в дом. Ай! — дернулась мама Мишки с испуга от того, что Пеструха лизнула ее под коленную чашечку. — Уйди! Не надо!

— Пеструха, место! — скомандовала баба Надя, и, как ни странно, собака в тот же миг вернулась во двор. — Ладно, дочка, езжай. Вы только звоните мне. И как долетите, и как устроитесь. Аккуратней будь на дороге! Тут лихачей хватает. Дорогу обновили, так они по вечерам гонки на мотоциклах устраивают. Шум стоит, словно тракторный завод открыли. Спать мешают.

— Кто? Ваши деревенские?

— А кто же еще! Понакупили себе драндулетов и гоняют вечерами. Один уже утопили в реке. Поспорили после Клавкиного самогона, кто по мосту на одном колесе проедет. Вот один и проехал. Хорошо, что сам жив остался. Ты езжай, Верочка, только будь внимательна.

Мишкина мама подошла к сыну. Крепко обняла его, потрепала волосы и поцеловала.

— Слушайся бабушку. Мы будем звонить ей.

— Хорошо, мама. Передай папе спасибо за удочку.

— Куда я денусь! Скажу, конечно. Рыбаки вы мои.

Мама еще раз поцеловала сына и села на водительское сиденье.

— До свиданья, Надежда Петровна! Мы вас вечером наберем.

Машина тихо заурчала и, загребая под себя камушки с грунтовой дороги, сорвалась с места, покатив в сторону города. Бабушкина деревня имела двенадцать улиц. Три из них уже покрыли асфальтом, а вот остальные обещали только в следующем году начать делать. Баба Надя жила на двенадцатой улице. Окна ее дома выходили на огород и поля пшеницы, что виднелись за ее участком. Мишке досталась просторная комната с кроватью у самого окна. Покидав свои вещи на кресло, он посмотрел через чистое оконное стекло на огород. Бабушка Надя половину земли засеяла кукурузой, и сейчас ее поливала специальная высокая поливалка. Другая половина участка была отведена под клубнику, укроп, лук и помидоры. В общем, как всегда, под самое необходимое, что нужно для пропитания в деревне. Рассматривая грядки, Мишка взглядом уперся в стоявший в конце огорода старый дом. Он находился практически в поле. Из-за деревянного забора в конце участка его плохо было видно, но дом там был.

— Бабушка, а там еще кто-то живет? — спросил Мишка бабушку, что зашла к нему в комнату с его чемоданом.

— Где? А, там? — выглянула она в окно. — Нет. Это старый нежилой дом. Он единственный стоит на улице №13.

— Но ведь ваша улица последняя в деревне.

— Так-то оно так, но раньше улиц было тринадцать. Когда-то на ней располагалось еще несколько домов, но они пришли в негодность, и их сравняли с землей. Улицу за нашими огородами со временем перепахали, и теперь там поля с пшеницей. Остался только этот дом и кусочек дороги от тринадцатой улицы.

— А почему этот дом не снесли?

— Не знаю. Он, вроде, крепкий и не рассыпался еще. В нашей деревне много жильцов сменилось. Люди покупают старые дома, перестраивают их. Деревня оживает. Снова детские голоса слышны. Вон, даже несколько дорог сделали. Со временем и к нему доберутся. Наша старая деревня теперь как новая. Два продовольственных магазина уже есть, а в центре у почты еще один с одеждой и игрушками. Даже учебные принадлежности в него завозят. Лет семь назад за всем этим в город мотались. А там, — бабушка показала сначала пальцем в одну сторону, потом подумала и показала в другую, — там есть небольшой участок земли, где дети играют в футбол. По решению сельсовета ворота установили и лавочки для зрителей. Что-то вроде небольшого стадиона. В праздники на нем почти вся деревня собирается, а вечерами по выходным музыку включают. Это место молодежь облюбовала.

— А речка далеко?

— Что, уже на рыбалку хочешь?

— Нет, не сейчас. Просто хочу знать, куда идти.

— Речка рядом. Дойдешь до конца нашей улицы и потом через посадку. Там небольшой кусок земли с люцерной, его Афанасий каждый год засаживает, для своих кроликов. Вот за ним и будет речка. Наши все туда ходят рыбу ловить. Там хорошо. Деревья тень отбрасывают, поэтому днем не жарко. Мостик широкий имеется, за камыши выходит. С него ловить удобно. Зинкины дети именно там околачиваются. Под камыши удочки закидывают. Говорят, что под камышом рыба клюет лучше. Витька с Колькой так же, как и ты, на рыбалке помешаны. Не знаю, почему в этом месте хорошо рыба ловится, если детвора с того мостика каждый день в речку прыгает. Но соседи меня угощали карпами аж под три кило весом. Зинка часто со мной делится уловом, а я с ней кукурузой. У меня огород длиннее, чем у них. Соседи свой участок картошкой больше засаживают с овощами. Семья у них большая, им надо. А у меня куры. Курам на зиму кукуруза нужна.

В комнату забежала Пеструха и принялась обнюхивать сумки нового жильца. Тщательно все обнюхав, она нагло запрыгнула на кровать и уткнулась мокрым носом Мишке в ухо. Мишка прижал плечо к уху и засмеялся.

— Куда, неугомонная? А ну, кыш с кровати! — прикрикнула на собаку бабушка. — Ишь, чего удумала! На кровать с грязными лапами!

Собака послушно спрыгнула, но было видно, что бабушку она не боится. Пеструха только больше завиляла хвостом и остановилась с приоткрытой пастью возле ног хозяйки, часто задышав с вывалившимся языком наружу. А потом она резво бросилась прочь во двор, будто что-то почуяв.

— Досталось мне наказание, — пробурчала баба Надя. — Носится целыми днями. Когда у нее батарейка сядет? Ты, Миша, осмотрись тут, а я пойду, покушать нам приготовлю. Ты ел сегодня?

— Да, бабушка. Утром сосиски папа отваривал.

— Сосиски — это хорошо, но уже первый час. Пора бы и пообедать. Будешь суп с фрикадельками?

— Буду.

— Вот и хорошо. Сейчас на огород схожу, зеленушку сорву, салатик нам сделаю. А котлеты любишь?

Мишка покивал головой.

— Тогда у тебя есть около часа, пока я приготовлю. Осмотрись, разложи свои вещи. Что надо — в шкаф развешай, и обувь свою в предбанник поставь. Я тебя позову, как накрывать стану.

Во дворе раздался лай Пеструхи. Баба Надя вышла в соседнюю комнату и прильнула к окну. Послышался непонятный шум и многоголосье куриных кудахтаний.

— Опять за забор перелетели! Гони их обратно, Пеструха! Долетаешься у меня! — погрозила баба Надя пальцем в окно. — Завтра тебя на суп пущу!

Мишка подбежал к окну и посмотрел во двор. Пеструха гоняла большого петуха с разноцветными крыльями и длинным смолянисто-черным хвостом. Парочка курей, перелетевших через забор вслед за хвостатым «будильником», в страхе бегали по двору и пытались взлететь.

— Ну как они умудряются выбираться? Я ведь им крылья подрезала!

— Ба, а Пеструха их не удушит? — спросил Мишка, наблюдая, как собака, схватив одну курицу за шею, тащит ее к забору.

— Нет. Она приучена. Пеструха их обратно закидывает. Вот только с петухом проблемы, он пытается ее атаковать. Один раз нос Пеструхе до крови проклюнул. Вредный вырос. Даже не знаю, что с ним делать. Зато в курятнике крыс нет. Каждый раз грожусь сварить его, а рука не поднимается.

Бабушка пошла во двор помочь собаке загнать петуха обратно к курам, а Мишка решил осмотреться в доме. Два года назад, когда родители привозили его сюда, он больше времени проводил на улице с соседскими ребятами. Тогда он в дом почти не заходил, но сейчас он решил ознакомиться с местом, где ему предстояло жить почти месяц.

В доме было всего две спальных комнаты, зал и просторная кухня. У стены стояла печка, которая соприкасалась сразу с тремя стенами комнат. Такой вариант расположения печи гарантировал зимой обогрев сразу всех помещений. Веранда при входе имела перегородку, в которой располагался санузел и погреб. Ремонт в доме был простенький, но выглядело все очень чисто и уютно.

Во дворе раздались голоса, и Мишка решил выйти посмотреть.

— Здравствуй, Миша! — поприветствовала его женщина, как только он появился на крыльце. — Смотри-ка, вытянулся и возмужал как! Это сколько прошло? Надя, они два года назад приезжали к тебе?

— Два. Все чаще я их навещала. У них ведь работа!

— Но Коля к тебе заезжает?

— Заезжает, но сам.

К дому подошли двое ребят. На вид постарше Мишки.

— Мама, мы на речку. О, Мишка! — сказал один из них и залез на приступок у забора.

Что-то знакомое промелькнуло в памяти. Кажется, Мишка играл именно с этими двумя ребятами в прошлый свой приезд.

— Ты надолго к нам в деревню? — спросил тот, что посветлее и повыше первого.

Мишка улыбнулся и подошел к ограждению.

— Привет. Меня недели на три или четыре оставили.

— Здорово! Айда с нами на речку купаться?

— Коля, никакой речки, пока он не поест! — раздался голос бабушки с огорода. — Набегаетесь еще. Он даже свои вещи еще не распаковал.

Точно! Старшего зовут Колька, а того, что пониже, Витька. Ну да, бабушка про них только что говорила. Теперь Мишка вспомнил. Те самые братья, с которыми он лазил на яблоню в чужой двор, а Витька, когда спрыгивал с дерева, порвал себе шорты с трусами. Ох и влетело ему тогда от тети Зины! Как он только тогда себе задницу не распорол об острый сук дерева?! Витька прыгнул первым, чтобы опередить их, и повис на сучке. А когда свет у соседей в доме зажегся, они испугались, что их поймают, и потянули друга за руки. Так Витька себе шорты и порвал. Мишка с Колькой долго смеялись с него, а потом братьям дома досталось от мамы. Витьке за порванную одежду, а Кольке — за компанию.

— Я поем и прибегу к вам. Вы пойдете туда, где мостик за посадкой?

— Да! Приходи! — крикнул Витька, когда братья уже побежали в сторону реки.

— Сорванцы! Коля, смотрите аккуратно там! И не долго! — вдогонку прокричала сыновьям тетя Зина.

— Зина, а Настя где? Чего она на речку не идет?

— Полы моет в доме. Этих оболтусов не заставишь, вот она и отдувается за всех. Ничего! Вернутся — я их заставлю сараи чистить. Миша, ты заходи к нам. Помнишь, где мы живем? Через один участок, — показала женщина ему рукой в сторону своего дома. — Заходи, у нас вишня поспела.

— Зайду, спасибо.

— Пойду я, Надя, обед пора готовить. Муж с работы скоро приедет, а у меня еще ничего не готово.

— Мы тоже пойдем. Миша, чего стоишь? Иди вещи разбирай.

Когда Мишка закончил разбирать свои сумки, баба Надя позвала его за стол. После обеда парень поспешил на речку, чтобы посмотреть, куда местные ребята ходят купаться и ловить рыбу. В конце улицы он свернул на тропу по направлению к посадке, что клином разделяла часть засеянного пшеницей поля и участка земли, где росла люцерна. Посадка была длинной, и все люди срезали дорогу к реке через нее. Мишка остановился, осматривая окрестности деревни. Он снова присмотрелся к одиноко стоящему дому на краю пшеничного поля. Старое строение он приметил, когда смотрел в окно своей комнаты, и удивился тому, как хорошо сохранился дом, в котором давно никто не живет. Деревянный дом с чердачным окном на крыше стоял одиноко среди нескольких деревьев. Вокруг него имелись остатки забора, заросшие высокой травой. Крыша на доме была выложена листами шифера, потемневшими от времени и с образовавшимися дырами в разных местах. Окна на доме когда-то были выкрашены белой краской и имели резную раму, а старые ставни грустно болтались по бокам окон. Вдруг одна ставня шевельнулась и прикрыла половину окна. Мишка не придал этому никакого значения и направился по тропе в посадку. Пройдя ее насквозь, он вышел на участок земли с густо растущей люцерной, которая достигала мальчику до колен. Тропа вывела его на холм, за которым он увидел речку, где купались сыновья тети Зины — Витька с Колькой.

Мишка смотрел на речку и деревья, которые были разбросаны отдельными кучками вдоль всей реки. Пока он шел к реке, в его голове крутилась какая-то мысль, не дававшая ему покоя, но она все время ускользала от него. И вот теперь, стоя на невысоком холме, он смотрел на реку, деревья и камыши. Они не шевелились. Сегодня был абсолютно безветренный день. Как тогда на старом доме могла без ветра закрыться одна ставня? И почему другие не шевельнулись?

По телу мальчика пробежала легкая дрожь, но в этот момент его отвлекли всплески воды и выкрики ребят. Они прыгали с мостика в воду и смотрели, кто больше наделает брызг. А потом они заметили Мишку и позвали его.

— Иди к нам! — первым помахал ему Колька.

— Ты плавать умеешь? — спросил Мишку Витька и, не дожидаясь его ответа, продолжил: — Прыгай «бомбочкой», посмотрим, насколько большую волну ты поднимешь.

Мишку долго уговаривать не пришлось. Он снял с себя одежду и рванул прямо вниз с холма. На бегу бросил свои вещи у мостика, и босые ноги зашлепали по деревянному настилу. Разбег вышел удачным, а прыжок воистину мастерским. Брызги поднялись высоко, а волны разошлись по кругу, заливая с головой ребят.

— Круто! — услышал Мишка, когда показался над водой, — я тоже так хочу!

— Давай, кто быстрей! — предложил брату Витька.

Оба брата рванули к берегу и, спотыкаясь, выбрались на скользкую траву. Первым в воду сиганул Колька, а следом за ним и Витька. Вода взбаламутилась, заливая мостик, теперь брызги накрыли с головой Мишку. Он уцепился руками за бортик мостка и подтянулся, чтобы выбраться из воды.

— Ну как? — поинтересовался у него Колька.

— Здорово! А давайте втроем прыгнем?

— Точно! Подожди нас.

Ребята выстроились на мостике и, когда Витька досчитал до трех, с разбегу устремились в воду. Если бы кто-то сейчас сделал фотоснимок, то получил бы очень удачный кадр детского счастья. Ребята на мгновение зависли в воздухе и с криками рухнули в реку. Они веселились, брызгались, ныряли и прыгали в воду. А потом пришла Настя и все обломала.

— Веселитесь? Вас мама зовет. Надо сараи почистить. И тебя Миша зовут! — обратилась девочка к парню. — Надежда Петровна просила тебе передать, что она тебя тоже ждет. Ей помощь нужна, она малину собирает.

— Настюха, а ты не можешь сказать, что нас нет на речке?

— Нет, Витька, вы тут есть. Как полы мыть, так я сама, да? Теперь ваша очередь по хозяйству помогать.

— Вот же ты… Такой кайф обломала! Ладно, идем. Мишка, давай быстрей. Нам всего час нужен. Можем потом в мяч погонять. Ты как?

— Я — за. Но я не знаю, сколько по времени займет сбор малины.

— Ерунда, разберемся. Погнали домой!

Ребята схватили свои вещи и босиком побежали по тропе через люцерну в деревню. Они обогнали Настю. Пробегая, Коля дернул сестру за косичку и показал ей язык. Витька тоже хотел повторить выходку брата, но у него не получилось. Настя своих братьев выучила хорошо. Девочка быстро развернулась в другую сторону и первая успела зарядить подзатыльник среднему брату. Несмотря на Витькин провал, раздался звонкий смех братьев, и они прибавили скорости, скрываясь за густорастущими деревьями и улюлюкая, словно индейцы.

Уже проходя мимо соседского дома, где жили Коля и Витька, Миша заметил, что ребята времени зря не теряют. Их головы то и дело мелькали за дверями сарая, а тачка, приставленная к стене, быстро наполнялась птичьим пометом вперемешку с сеном. Глядя на слаженную работу ребят, Мишка прибавил ходу к бабушкиному дому.

— Ну как, накупался? — послышался голос бабушки из-за куста с малиной.

— Да. Настя сказала, что тебе помощь нужна.

— Нужна. Иди сюда, покажу, что делать, а я пойду яблок почищу и поставлю компот вариться.

Собрать требовалось малину только с двух кустов. Остальные бабушка сказала не трогать.

— Я варенье буду варить только послезавтра, вот тогда и соберем ягоды.

К Мишке подскочила веселая Пеструха и уткнулась ему в ноги мокрым носом. Мишка вытер рукой ногу и принялся за работу. На все про все у него ушло меньше часа. Когда он отставил в сторону ковшик с ведром, в которое перекладывал ягоды, к забору подошли соседские ребята.

— Мы уже закончили. А ты?

— Я тоже. Осталось отнести бабушке малину на кухню, — приподнял Мишка ведро, показывая его своим новым друзьям. — Мяч у вас есть? Я могу свой взять.

— У тебя какой?

— Сейчас покажу.

Мишка подхватил ведро и быстрым шагом направился в дом. Спустя несколько минут он вынес оранжевый мяч с логотипом Nike.

— Ух ты! Новенький совсем! Бери его и айда на поле. Мы покажем тебе, где у нас в деревне в футбол играют. Только шлепки сними. Кроссовки одень, чтобы пальцы не сбить.

Мишка кинул мяч ребятам, а сам пошел сменить обувь. Когда он уже собрался уходить, его окликнула бабушка.

— Миша, компот попробуй!

В окне появилась бабушка с кружкой в руках. Пришлось попробовать и сказать, что все очень вкусно, но он спешит.

— Сорванец! Допоздна не задерживайся! Мама будет звонить.

— Ладно! Мы на стадион, — послышалось уже за воротами, и бабушка улыбнулась, провожая взглядом убегающих довольных детей.

Глава 2. Не то чтобы удачная рыбалка, но все-таки

Утро нового дня началось с того, что к Мишке в комнату ворвалась Пеструха и встала на задние лапы, забросив передние поверх одеяла. Просыпаться совсем не хотелось. Но через пару секунд он почувствовал, как его одеяло сползает на пол. Он попытался удержать его, но без результата. В ухо уткнулось что-то мокрое, и Мишка проснулся окончательно. Морщась от света, мальчик открыл глаза. Перед его лицом была довольная собачья морда.

— Уйди, Пеструха, — пробормотал сонным голосом Мишка, отодвигая от себя собаку.

С таким же успехом можно было отгонять от себя волны в море. Сколько их не отталкивай, а они все равно накатывают на берег. Так было и с Пеструхой. Она упрямо пыталась лизнуть хозяина, а когда поняла, что у нее не получается, запрыгнула на кровать.

— Ай! — вскричал Мишка, когда пятнистая бестия беспощадно потопталась по нему.

Мальчик вскочил с кровати и увидел, как Пеструха прильнула к полу, виляя хвостом.

— Не буду я с тобой играть. Я еще не проснулся. Беги во двор. Ну что ты на меня смотришь? Пока не умоюсь, не приставай.

Собака, словно поняла мальчика, подскочила и выбежала из дома.

— Завтра двери изнутри закрою. Фиг ты меня разбудишь, — пробурчал Мишка, надевая тапочки.

Мальчик подхватил свое полотенце и пошел умываться. Уже проходя через кухню, он заметил на столе еще теплые оладушки, молоко и пиалу с абрикосовым вареньем. По двору носилась собака, кудахтали куры, а вот бабушки нигде не было видно. Позавтракав, Мишка помыл за собой тарелку и пошел осмотреться на участке. Именно там сейчас Пеструха хозяйничала у дальнего забора, пытаясь сделать подкоп. В конце огорода у бабы Нади был простой деревянный забор из плотно прилегающих друг к другу старых штакетников. На внутренней его части висели горшки с разнообразными цветами. Пеструха продолжала упорно копать землю, не обращая на Мишку никакого внимания. Видно было, что проделывала она это уже не в первый раз, так как у дерева стояла лопата. Очевидно, бабушка постоянно засыпала ямы, которые оставляла после себя неугомонная собака. Мишка, отогнав Пеструху от забора, стал засыпать подкоп.

— Правильно, Миша! — раздался голос идущей от дома бабушки. — Я каждое утро этим занимаюсь. Вижу, ты догадался, для чего тут лопата. Спасибо, внучок! Глубокую яму она сегодня вырыла?

— Нет. Не глубокую. Почему она ее роет? Хочет побегать за пределами двора?

— Не знаю, — как-то задумчиво ответила бабушка, а потом наклонилась и что-то подняла с земли.

Мишка так увлекся закапыванием ямы, что не заметил, что именно лежало за выступавшим корнем дерева из земли.

— Бабушка, а у тебя баночка есть?

— Баночка? Для чего тебе?

— В яме червей много. Я их соберу и на рыбалку схожу.

— А-а! Тебе для рыбалки? Стеклянную банку не дам. Мне еще варенье варить сегодня. А из-под консервы поищу.

Спустя полчаса, насвистывая себе что-то под нос, Мишка шел на речку с новой удочкой и пластиковым ведром, в котором лежала банка с червями. Солнце еще не успело подняться высоко, поэтому было не слишком жарко. Над полем пшеницы с криками порхали птицы. Решив поискать более тихое и спокойное место для рыбалки, мальчик пересек посадку и, выйдя на поле с люцерной, свернул левее.

Деревья были разбросаны вдоль всего берега реки, поэтому искать подходящее место долго не пришлось. Метров через пятьдесят Мишка облюбовал себе не заросший травой, с прогалиной в камышах, пятачок на берегу.

«Хорошее место», — подумал он и решил остаться, опустив на землю удочку в предвкушении удачной рыбалки. По обе стороны деревьев, растущих в этом месте, кто-то вырубил камыш. Поэтому солнце, пробегая по небосводу, не мешало рыбаку. Тень от деревьев всегда присутствовала то с одной стороны, то с другой. Берег был не сильно обрывистый и чистый, а камыш оставлял надежду на наличие возле него рыбы.

Мишка присел на землю, свесив босые ноги в теплую воду. Подтянул поплавок на нужную длину, предварительно измерив глубину реки, и наживив червя, он забросил наживку ближе к камышам. За первые полчаса было всего пару поклевок. Как он ни старался, рыба ловиться не хотела. Немного поразмыслив, Мишка решил сменить наживку. Он скатал шарик из мякиша хлеба, отщипнув его от прихваченного с собой бутерброда. Хорошо, что бабушка настояла и вложила его Мишке в руку, когда он выходил из дома.

— Не хочешь — не ешь! — вроде и строго, но как-то по-доброму сказала бабушка Надя. — А если проголодаешься, то ты мне еще спасибо скажешь!

— Бабуля, но я ведь ненадолго. Через час вернусь.

— Вот и здорово! Значит, пюре с курочкой, как приготовлю, оставлю на столе. Придешь, сам себе наложишь. А я в магазин пока схожу и к подруге заскочу по дороге. Только накрой все, когда поешь. Договорились?

— Договорились, — выдохнул внук, принимая от бабушки завернутый в бумагу бутерброд.

И теперь, когда первый карасик попался на мякиш хлеба, Мишка мысленно поблагодарил бабушку за то, что она настояла на своем.

Рыба сопротивлялась и тянула в камыши, а удочка выгибалась дугой, словно играла с рыбой. Мальчик держал в руках папин подарок и радовался, прикусив губы, но держал удочку крепко. Он тянул добычу к берегу аккуратно, как учил отец. На поверхности воды расходились стрелой небольшие волны, когда рыба резко меняла направление, пытаясь утянуть за собой то невидимое, что крепко ее схватило и не давало уплыть на дно. Но вот, наконец, добыча выдохлась и сдалась. Мишка плавно довел рыбу к поверхности воды. Уже заплывая в пустое ведро, карась дернулся в последний раз, а юный рыбак довольно заулыбался. У него все получилось. Он отошел на несколько метров от воды, поставил ведро с добычей на траву и подпрыгнул от счастья. Потом достал из него рыбу, грамм семьсот, не меньше, и поцеловал ее, после чего бросил карася обратно в ведро.

По берегу реки пронесся легкий ветерок, задев волосы на голове мальчика. Где-то послышался девичий смешок. Детский голос был настолько тихим, что Мишка подумал, будто ему это показалось. Юный рыболов обернулся, но никого не увидел. Вокруг щебетали птицы и стрекотали кузнечики. Не было даже ветра, который совсем недавно ощутил на себе мальчик. Деревья стояли спокойно, трава не шевелилась. Воздух будто замер. Списав необычный звук на то, что ему все почудилось, Мишка решил сменить наживку. Отыскав в траве крючок, он поднял его и потянулся к банке с червями, но случайно споткнулся о камень, наполовину торчавший из земли, и рухнул на одно колено. Рука, которая тянулась к консервной банке, уперлась в острые края жестянки, и Мишка почувствовал острую боль.

— Ай! — вскрикнул он.

По ладони текла кровь. Отогнутые края неровно вскрытой консервы глубоко врезались под кожу. На ладони быстро собиралась красная лужица. Мишка скривился от боли, на его глазах проступили слезы. Он стряхнул руку и опустил ее в воду, чтобы сполоснуть. Затем пробежал взглядом по берегу и посмотрел на траву, что приметил по дороге, подходя к этому месту. Быстро сорвав подорожник, он сполоснул его в воде. Перед тем, как приложить чистый лист к кровоточащей ране, Мишка еще раз встряхнул рукой, сопровождая свое действие выкриком:

— Чтоб тебе!

Его голос прозвучал с некой обидой.

— Зачем я полез за червями? — задал он сам себе вопрос, вспомнив, что поймал карася на хлеб.

Когда Мишка зажал крепко в руке лист подорожника, то слегка успокоился. Он поднял свою удочку и ведро с единственным уловом. Ловить рыбу совсем расхотелось, поэтому он развернулся и пошагал домой, оставив на берегу ненавистную банку с червями и надломанный бутерброд.

Дуновение ветра снова задело волосы Мишки. Он обернулся, посмотрел на берег, где лежал хлеб с колбасой, но решил за ним не возвращаться. Мальчик глубоко вздохнул и скрылся за первыми же деревьями, не заметив, что пара капель крови, которые он стряхнул с руки, так и остались висеть в воздухе. Легкий ветерок пробежал по берегу реки и закружился вокруг красных капель.

— Чтоб мне? — прозвучал еле слышный шепот над травой, когда берег опустел. — Так это мне? Спасибо!

Теплый воздух пошатнулся, завертелся, словно в танце, а через секунду снова стал прозрачным. Несколько капель крови полностью растворились в воздухе.

Во дворе Мишку встретила неугомонная собака. Пеструха уткнулась носом сначала в колено, а затем потянулась к ране. Мальчик прижал руку к груди и закрыл за собой калитку.

— Уйди! Отстань! Пеструха, пропусти меня! На вот, поиграй, — поставил Мишка ведро с карасем на землю.

На время это отвлекло собаку. Мальчик быстро скрылся за дверью в доме. Где лежала аптечка в доме бабушки, Мишка не знал, поэтому полез за лейкопластырем в свой чемодан. Он точно помнил, что мама положила ему в наружный карман средства первой помощи. Достав маленькую сумочку на змейке, Мишка раскрыл ее и высыпал содержимое на пол. Потом взял пачку с бактерицидным лейкопластырем, сгреб медикаменты обратно в сумку и направился в ванную.

Проходя мимо окна, мальчик обратил внимание, как собака постоянно тыкала мордой в ведро и тут же отскакивала обратно. На лице мальчика проступила улыбка. Несмотря на неприятность с рукой, настроение улучшилось. Уж очень смешно смотрелась собака со стороны.

На промывание раны ушло не так много времени. Мишка наклеил на место пореза пластырь и вышел во двор. Перед воротами лежало перевернутое ведро, а собака нюхала рыбу, что дергала хвостом.

— Ну что ты за беда ходячая? — рванул Мишка к карасю, по пути ругая Пеструху.

При виде мальчика собака подняла лай.

— И что ты лаешь? Хочешь сказать, что это ведро само перевернулось? А ну, отойди!

Мишка поднял пустое ведро и положил в него карася. Потом обернулся в поисках крана и заметил то, что искал в огороде.

— Чего вы тут лаете? — раздался голос Насти за спиной.

— А-а, это ты? Привет, Настя! Погоди минутку.

Мишка набрал воду в ведро и поставил его на пороге дома под лавку, чтобы собака не могла так просто его перевернуть.

— Привет, Настя! — еще раз поздоровался мальчик с соседкой.

— Так чего она шум подняла?

— Ведро с карасем перевернула и оправдывалась.

— Ты на рыбалку ходил?

— Ходил.

— А с рукой что? — спросила Настя, заметив на внутренней части ладони мальчика медицинский пластырь.

— О консерву порезался. А ты чего одна? Где Витька с Колькой?

— К стадиону пошли. Хотят вызвать на матч Сережку Рыжего с братьями. Они тебя искали, но не нашли, поэтому сами отправились на Тенистую.

— Тенистая — это улица?

— Да. Она вторая по счету от футбольного поля. Если ты к ним побежишь сейчас, то найдешь их там. Они по забору колотят.

— Что колотят?

— Ну, мячом по забору. У Рыжего мелом на заборе ворота нарисованы. Вот они там и играют.

— А-а, понял. Не, я не могу сейчас. Я бабушке обещал, что сначала поем.

— Ну, тогда ладно. Я пошла. Пока, — направилась Настя от калитки к своему дому.

Мальчик привстал на цыпочки, чтобы через забор провести взглядом девочку. Настя шла по улице легкой походкой. Ее платье обдувал легкий ветерок, а в руке она держала букет полевых цветов. Мишка дождался, пока девочка свернет к себе во двор, и только потом направился на кухню.

Курица с пюре еще были теплыми, и Мишка съел все за считанные минуты. Когда он собрался помыть за собой тарелку, зазвонил телефон. Мальчик отыскал свой мобильник в сумке с вещами и коснулся кнопки «принять».

— Ало, Миша! Миша, ты меня слышишь?

— Мама! Я слышу хорошо! Привет! Как вы там?

— Миша, у нас с папой все хорошо. Ты сам как? У меня сегодня что-то сердце защемило. Тебя захотелось услышать. С тобой все в порядке?

— Я на рыбалку ходил утром. Я такого большого карася поймал на новую удочку! Скажи папе, что удочка классная!

— Сам ему скажи. Коля, держи трубку, с тобой рыбак говорить хочет. Что за семейка? Я за ним соскучилась, переживаю, а он опять про рыбалку!

— Привет, Мишка! — раздался в трубке голос отца. — Мать, чуток потише, я сына не слышу.

— Папа, я на рыбалку ходил. Карася поймал. Еле его вытащил. Все делал, как ты учил. Леску послаблял и аккуратно подводил к берегу. Карась огромный попался.

— Вот молодец! Настоящий рыбак. Как бабушка? Ты с ней ладишь?

— У нас все хорошо. А вон и она, как раз в калитку заходит, — Мишка оторвал свой взгляд от окна и побежал к дверям. — Я ее сейчас позову.

— Ну зови, раз пришла.

Мишка рванул навстречу бабушке.

— Ба, тут папа звонит! Иди быстрей!

Сразу за бабушкой у забора показались Колька и Витька. Мишка быстро сунул мобильную трубку бабушке и направился к друзьям.

— Ты где был? Мы тебя с утра искали? — не успев поздороваться, спросил Витька. — Мы к Рыжему ходили, хотим его на турнир вызвать. Ты будешь с нами играть?

— За нас, — поправил брата Колька. — Трое на трое. Рыжий с братьями, а ты с нами. Если и остальные на поле подтянутся, то еще веселее будет.

— Буду, конечно! А когда?

— Я же говорил, что он согласится, — ткнул брата в плечо Витька. — Наш человек! А то с Настей против пацанов мы всегда проигрываем. Теперь они у нас попляшут.

— Да он уже с друзьями насчет футбола договаривается, — послышался голос бабушки с крыльца дома. — Все хорошо у нас, Коля, не переживай.

— Эй! — одернул отвлекшегося Мишку за руку Витька. — Я говорю, что мы сейчас перекусим и пойдем на поле, чтобы сыграться перед турниром. Ты не занят?

— Нет. Я уже свободен. Если бабушке ничего от меня не надо, то я с вами.

Мишка снова повернулся к бабушке и спросил:

— Ба, мне можно будет в футбол пойти поиграть?

В ответ бабушка просто махнула рукой в знак согласия и продолжила разговор по телефону.

— Отлично! Мы за тобой зайдем через полчаса. Держи мяч, — перекинул Колька Мишке через забор его мяч. — Будем твоим играть. Хорошо, что у тебя новый. Наш уже совсем старый, им только по забору лупить. Все, жди нас и не вздумай никуда уходить. Мы скоро.

С этими словами ребята побежали к своему дому. За Мишкиной спиной раздался испуганный крик бабушки. Мишка резко обернулся и увидел, как она стоит у скамейки, разглядывая свои мокрые босоножки. Все стало ясно. Пеструха опять добралась до карася и перевернула ведро с водой.

— Чтоб тебя черти задрали! — замахнулась сумкой на собаку бабушка.

Пеструха хорошо соображала и знала, что лучше не попадаться под горячую руку хозяйки. Поэтому после бабушкиных слов от хвостатой и след простыл. На крыльце подпрыгивал карась, в который раз оставшись без воды. Бабушка посмотрела на рыбу и поинтересовалась у внука:

— Твой улов?

— Мой.

— Тогда тащи его на кухню, сейчас почищу. Будет, что вечером перекусить. Стой! Помоги мне сначала мокрые босоножки снять, а потом убери свое ведро подальше, а то еще ноги себе переломаю.

Мишка быстро убрал ведро и присел на корточки, чтобы помочь бабушке разуться.

— Что у вас там происходит? — раздался в трубке телефона голос отца.

Оказывается, бабушка еще не договорила и отец слышал весь этот шум.

— Ох! Что тебе, Коля, сказать? Хорошую рыбу поймал твой сын, — ответила бабушка в трубку телефона, поглядывая на вывалившегося из ведра карася. — Весь в тебя.

На футбольном поле, когда Мишка подходил туда с друзьями, уже находилось семеро ребят. Мишка помнил в лицо всего двоих. В прошлый раз, когда он навещал бабушку, он играл с ними в мяч. Рыжий со своими братьями тренировался у ворот, натаскивая вратаря. Когда Колька с Витькой его окрикнули, то он показательно пробил по воротам и забил гол. Потом гордо задрал голову и спросил:

— Ну что, пришли проиграть в очередной раз?

— Не зазнавайся раньше времени. Мы сегодня без Насти. За нас Мишка играть будет.

— Ты кто такой? — прищурившись, спросил Рыжий. — Я тебя не знаю.

— А я тебя помню. Ты Мишка, — сказал один из тех двух парней, которых и сам Мишка помнил. — Ты к бабе Наде приехал?

— Так и есть. Привет. Я тоже вас помню, но имена забыл.

— Не парься! Я Коля, а он Сашка, а это Никита и Рома, — представил Коля-номер-два других ребят. — Это Рыжий, то есть Сережка, и его братья: Олег и Миха. Он тоже Мишка, как и ты, но мы его зовем Миха. Ты надолго к нам?

— Он на месяц, — быстро ответил Витька. — Так что? Играть будем?

— А что, тебе проиграть не терпится? — рассмеялся Рыжий и подкинул мяч на руке.

— В этот раз ты проиграешь!

— Я смотрю, ты слишком в себе уверен. Мишка, а ты хоть играть умеешь? — спросил с вызовом Рыжий.

Раздался смешок Олега и Михи, а Рыжий расплылся в довольной гримасе. Его шутка пришлась по душе братьям. Остальные ребята улыбнулись, но громко смеяться не стали. Мишка решил промолчать, чтобы не обострять ситуацию. Коля тем временем перехватил мяч у Рыжего и отошел на шаг.

— Так давай проверим. Чего зря болтать? У кого монетка есть?

— У меня, — достал из кармана монету Рома. — Ты отгадывать будешь?

— Я буду. Орел… — Витька отодвинул своего брата в сторону и уверенно шагнул к Ромке.

Тот положил на палец монету и щелчком подкинул ее в воздух. Она с глухим звоном подлетела вверх и опустилась на ладонь. Рома мгновенно сомкнул пальцы и быстрым движением шлепнул ладонью о другую руку. Выдержав секундную паузу, он убрал ладонь с монеты. Решка.

— Не повезло! Рыжий, что выбираешь? Мяч или ворота?

Сережка осклабился и забрал мяч у Кольки. Покрутил его в руке, как бы раздумывая, и швырнул его обратно Кольке.

— Мы выбираем те ворота, — указал он на сторону, где не светило в глаза солнце. — Мяч мы и так отберем. Пять минут на распасовку и начинаем. Идет?

— Идет, — ответил за всех Витька. — Пойдемте, ребята!

За пятнадцать минут игры соперники забили по одному голу. В самый разгар футбольной схватки, когда страсти достигли своего накала, игру ребят внезапно остановил громкий голос отца Рыжего.

— Сергей, Олег, Миша! Почему я должен за вами бегать и искать вас?! Я же говорил вам, что мы поедем в город. А ну, быстро домой! Переоденьтесь и в машину!

Отец ребят явно был зол, что ему пришлось потратить время на их поиски. Сильно ругать сыновей он не стал. Он развернулся и, больше не говоря ни слова, направился обратно, лишь махнув братьям рукой, чтобы они следовали за ним.

— Вот черт! Совсем забыл, что мы должны отцу помочь, — расстроившись, отбросил мяч в сторону Рыжий. — А ты неплохо играешь, Мишка! Будет интересно вас обыграть.

— Мы еще посмотрим, кто кого, — быстро отреагировал Витька.

— Ладно-ладно! Ты только не загордись, что нам гол забил. Завтра сыграем снова. Вы лучше скажите, сегодня вечером костер на реке разводим? Картошку печь будем?

— Конечно, будем. Я фонарь на зарядку поставил, осталось только вещи в рюкзак кинуть, — ответил Витька.

— Вы тоже придете? — спросил Рыжий у остальных ребят.

— Придем, — ответил за всех Никита. — Мы с Ромкой три рачницы починили. Так что мы точно будем.

— Только я могу задержаться. Я тоже в город через час еду, — вдруг вспомнил Коля-номер-два. — Но я все равно буду. Мама меня уже отпустила на вечер, но с условием не купаться в реке. Она мне пирожков обещала испечь.

— А мы и не будем купаться. Разве что раков в воде поищем. Ладно, тогда до вечера, — махнул рукой Рыжий. — Побежали мы, а то батя злиться станет.

После того, как трое братьев ушли домой, ребята попинали мяч еще минут двадцать, но того азарта уже не было. Мишка и соседские парни возвращались на свою улицу, вяло пасуя друг другу мяч. Витька объяснял, что сегодня полнолуние и в такие дни хорошо ловятся раки. Братья провели Мишку до бабушкиного дома и сказали, что вечером зайдут за ним. Мишка постоял немного у калитки, провожая взглядом ребят, а потом отправился в дом смотреть телевизор.

Глава 3. Картошка, раки и старый телевизор

Вечернее небо завораживало. Над головой рассыпались мириады звезд, словно горящие зерна пшеницы на черноземе. Мишка сидел на земле, разглядывая красоту небес. Витька с Колькой разжигали костер. Остальные ребята понемногу таскали сучья и поленья. Никита и Рома с Михой взяли рачницы, по одной каждому, и пошли попытать счастье. Сашка доставал из рюкзака картошку. Он раскладывал ее вокруг костра, чтобы позже, когда дрова достаточно прогорят, каждый сам укутал в угли свой ужин. Колька установил треногу с котелком, а Витька налил в него воду.

— Пускай кипит себе, потом меньше возиться, — ответил на Мишкин незаданный вопрос Колькин брат. — Когда раков соберем, останется только закинуть. Кто-то прихватил специи с солью?

— У меня есть! Я тоже взял! — ответили разом Рыжий с Олегом.

— Зачем ты брал? Я же сказал Михе, что возьму, — пробурчал Сережка.

— Мне Миха ничего не передавал, — развел руки Олег.

Подул слабый ветер, и вверх к густым кронам деревьев взвились первые искры разгоревшихся поленьев.

— Ребята, дров у нас маловато. То, что принесли, быстро сгорит. Мишка, пошли со мной, я знаю, где есть сухие ветки, — предложил Олег. — Там ветки длинные, вдвоем легче тащить будет.

— Пойдем, — согласился парень и вслед за братом Рыжего скрылся за кустами. — Далеко идти?

— Нет. Тут рядом овражек есть, в него старое дерево завалилось. Сейчас отломаем пару веток и притащим. Дерево сухое. Для костра — то что надо.

Посадка, вклинившаяся между полем пшеницы и полем с люцерной, была не слишком широкая, но с обилием в ней кустарника. Поэтому ребятам приходилось обходить много колючих веток, прежде чем они добрались до поваленного дерева. Обломать сухие ветки труда не составило. Уже через пятнадцать минут ребята тащили за собой длинные, приличной толщины поленья, помогая друг другу пробираться сквозь посадку. Но вот одна из веток зацепилась за что-то, и Олег, споткнувшись, упал на колени.

— Вот черт! — раздался его недовольный голос.

— Что там?

— Колено разодрал! Печет! Штаны жалко. Еще не старые. Мамка ругать станет за дырку.

Среди деревьев послышался непонятный звук, словно кто-то посмеялся, но прикрыл свой рот рукой.

— Ты слышал?

— Ага, — обернулся Олег, всматриваясь в темноту. — Странный звук. Наверное, сова.

Уже через секунду Олег снова потирал свое колено, ни на что не обращая внимания.

— Сильно расцарапал?

— Не знаю. Промыть надо. Тут грязи полно.

— Сходи к костру, там вода чистая есть. Мы ведь рядом, я уже голоса слышу.

— Хорошо. Я мигом. Сейчас пришлю к тебе ребят.

Олег скрылся из виду, а Мишка присел на землю. Он вслушивался в звуки природы. Ветки деревьев скрипели и трещали от покачивания. На небе светила огромная полная луна, да так хорошо, что ее свет проникал свозь заросли синеватыми лучами. Неожиданно для себя Мишка дернулся, поворачивая голову в сторону. По сухим листьям через посадку пробирался ежик. Колючий зверек огибал упавшие веточки с такой ловкостью, что Мишка засмотрелся на него, удивляясь его проворству. Ежик уже почти скрылся из виду, пролезая под очередной веткой, как в свете луны, под кустом, сверкнуло что-то металлическое. Мишку это заинтересовало, и он направился, чтобы посмотреть, что там. Откинув сухие листья, парень поднял непонятную вещь из белого металла. На толстом штыре имелись цифры, которые прокручивались по кругу, словно цифровой замок для шкафчиков. Но на этом штыре не было петельки или скобы, чтобы фиксировать его как замок. Это был простой штырь с четырьмя кругами цифр. На одном конце металлического предмета имелись выпуклости, и они то втягивались внутрь, то высовывались наружу, когда Мишка менял цифры на верхней части штыря.

«Хм… Прикольно», — подумал Мишка, пряча необычный предмет в боковой карман штанов. Сзади послышался треск веток, и парень развернулся. К нему спешили Витька с Колькой, светя в его сторону фонарем.

— Мишка, ты тут? — крикнул Колька.

— Тут. Как там Олег? Сильно колено поцарапал?

— Думал, что не сильно, но когда штаны снял, царапина оказалась большой. Уже и промыл, и подорожник приложил. Теперь, как раненый боец, сидит у костра, загорает. Будет за огнем следить. Где ветки, что вы с ним тащили?

— Вон они.

— Большие и сухие, — посветил на ветки фонарем Витька. — На вечер должно хватить. Ладно, потащили, а то ребята уже хотят рачницы проверить.

Костер разгорелся быстро и осветил приличную территорию. Свет от него доставал до воды, но берег был не пологий и раков было выискивать трудно.

— Надо всем разойтись по берегу. Мы так быстрее и больше раков наловим, — предложил Рыжий.

— Согласен с Серегой. Нам надо скорее наловить раков и закинуть их в котел. Смотрите, как сильно костер разгорелся. Он быстро прогорит, и нам придется снова докидывать дрова. Это не очень хорошо, ведь для картошки много углей не надо, а то она просто обуглится, — добавил Колька.

— Тогда расходимся по двое, — сказал Рыжий и потянул за руку одного из своих братьев.

Так вышло, что когда все разошлись, Мишка остался с Олегом. Олег никуда не хотел идти из-за разодранного колена.

— Не, я не пойду. Не хочу, чтобы из раны опять кровь пошла. Да и за костром кому-то присмотреть нужно. Хочешь, оставайся со мной или сам иди. Костер хорошо видно, не заблудишься.

Мишка решил не оставаться. А то что это получится? Все пошли за добычей, а он филонит. Поэтому парень взял одну разгоревшуюся ветку из костра и отправился на поиски раков. Свет от самодельного факела не сильно уж и нужен был. Луна взошла высоко и превосходно освещала берег. Скорее, парень прихватил с собой горящую ветку для интереса, чем для необходимости.

Вскоре Мишка остановился, облюбовав одно место. Берег там был пологий, а в воде он заметил одного рака. Парень приблизился к воде и решил разуться. Через минуту он выбросил на берег добытый экземпляр. Усач перевернулся пару раз в траве и, удачно умостившись на брюшко, расставил в стороны свои клешни. Горящая ветка, воткнутая в землю, почти ничего не освещала, она только мешала осматриваться.

— Не там ищешь, — раздался с берега девичий голос. — Здесь раков мало.

Мишка оглянулся и не сразу заметил, кто с ним говорит. Он вышел на берег и присмотрелся к фигурке, стоявшей под ветвями дерева. Там была девочка. Она улыбалась. Черты ее лица были пропорциональными и милыми. Мишке показалось, что в синеватом свете луны ее кожа выглядит немного бледной.

— Ты кто?

— Меня Света зовут. А тебя как?

— Мишка.

— Так что, Мишка, показать тебе место, где раков больше?

Мишка подумал, что хуже не будет, если ему покажут место получше. Тогда он наловит больше раков и раньше вернется к костру.

— Покажи. А там точно раков больше?

— Сейчас сам увидишь. Пойдем.

— А ты чего так поздно одна гуляешь? — решил поинтересоваться Мишка, пока они шли вдоль берега.

— Я домой возвращаюсь, а не гуляю. И вообще, ты почему спрашиваешь? Сам вон один гуляешь, а уже ночь на дворе.

— Я не один. Нас целая компания. Мы костер на берегу развели и собираемся раков варить и картошку печь.

— Костер? Дальше по берегу?

Мишка покивал в ответ.

— Значит, я еще не дошла до него. Ладно, мы пришли. Смотри сюда, — указала девочка на воду. — Тут берег не совсем пологий, а ступеньками и не глубокий. Здесь много нор.

Луна хорошо освещала речную гладь, и Мишка сразу заметил с пяток раков в воде.

— Тебе помощь нужна?

— Нет, спасибо. Я сам.

С этими словами парень скинул с себя спортивную куртку и разулся. Затем он закатал по колено штаны и полез в воду. Через несколько минут на берегу валялось уже с десяток раков. Мишка решил, что такого количества будет достаточно, поэтому выбрался на берег и собрал всех усачей на куртку. Потом он свернул ее и поднялся, чтобы поблагодарить девочку, но та исчезла. Мишка даже удивился. Только что она стояла и наблюдала за ним, и вот ее уже нет рядом. «Наверное, ушла домой», — подумал он и направился к ребятам.

Когда он вернулся, то у костра уже почти все собрались. Не хватало только Никиты с Ромой.

— Ого, сколько у тебя! — воскликнул Сашка, когда Мишка развязал рукава своей куртки и ребята увидели его добычу. — А у нас всего пять штук. У других и того меньше. Даже в рачнице Коля выловил всего три штуки.

— У нас в двух рачницах целых семь штук! — раздались голоса подходящих к костру Никиты и Ромы. — Нам повезло!

Рыжий повернулся к ребятам и засмеялся.

— Неудачники! — весело выкрикнул он им. — Вон у Мишки целых одиннадцать штук!

Похоже, Сережке доставляло удовольствие всех подкалывать. Наверное, он так делал, чтобы не уронить свой авторитет главного задиры среди ребят. Все удивились, когда посмотрели на кучу раков, что притащил Мишка.

— Ты где столько наловил? — спросил Колька.

— Мне хорошее место показали. Там берег удачный, и луна его хорошо освещает.

— Кто показал? — спросил Витька.

— Девочка. Она сказала, что ее зовут Света.

— О-о, неужели Светка Усова вернулась? Но что она тут делала так поздно? — удивился Олег, который закидывал раков в казан. — У кого соль? Воду посолить надо.

— Сейчас я все дам, — поднялся Рыжий. — Я все специи положил к своим вещам.

— А когда картошку в угли можно будет положить?

— Не спеши, Миха, со своей картошкой. Ты и в прошлый раз торопился, а потом угли ел, — осадил парня Рыжий. — Ты чего такой голодный постоянно? Сядь на пенек, съешь пирожок, — указал он Михе на кулек с пирожками и рассмеялся.

Все поддержали шутку и стали вспоминать их прошлые посиделки у костра. Особенно прикалывались над вечно голодным Михой. Этот парень месяц назад запорол две картошки, так как поторопился их положить в еще не прогоревший костер. А потом все время жаловался, что на зубах вкус золы.

Миха последовал совету брата и взял себе пирожок.

— М-мм, вкусно!

— А с чем пирожок-то? — поинтересовался Витька.

— С картошкой, — довольно ответил Миха.

— Вот видишь, ты уже можешь картошку не печь, — опять пошутил Рыжий.

— Берите, пацаны, пирожки. Тут еще с капустой должны быть, — раскрыл шире пакет Коля-номер-два.

Пирожки были очень вкусные. После того, как ребята провели какое-то время на воздухе у костра, аппетит разыгрался у всех нешуточный. Все, что Коля принес с собой, разлетелось за считанные минуты. Более-менее довольные и подкрепившиеся мальчишки расселись по кругу и стали ждать, пока сварятся раки. Они рассказывали анекдоты и разные страшилки. Все смеялись и пугали друг друга. А как без этого? На дворе ночь — самое время страшных историй. Потом сварились раки, чуть позже запеклась картошка. Давно перевалило за полночь, но никто не спешил домой. Кого-то начало клонить в сон, но Рыжий никому не давал уснуть. Как выяснилось, ребята отпросились у родителей на целую ночь. Ловля раков была всего лишь предлогом. Основная причина для ночевки у костра на берегу реки — это пробраться в дом на краю поля. В него собирались отправиться ближе к рассвету, потому что ночью было слишком страшно и практически невозможно в него проникнуть. По словам ребят, дом охраняет привидение. Еще они хотели посмотреть, как на такое предложение отреагирует новичок. Мишке первому выпал шанс попытать счастья проникнуть в дом на улице №13. Нет, это была не подстава. Все прошло честно. Ребята тянули жребий, и короткая соломинка досталась именно ему.

— Это тот дом, который находится за огородом моей бабушки? — спросил Мишка у ребят.

— Он самый! — быстро ответил Витька. — Мы с Колькой часто за ним наблюдаем.

«Ну да, у них ведь тоже его видно из окна, ведь их дом стоит через один участок от дома бабы Нади», — подумал Мишка.

— И что в нем такого необычного? Дом как дом, только старый.

— Поверь, Мишка, он не так прост, — продолжил Витька. — Внутри него постоянно какие-то звуки. То лестница на чердак заскрипит, то половица. А бывает, что сквозняк в щелях протяжно загудит, хотя на улице погода безветренная.

— А еще в этот дом заходят только черные кошки. Мы ни разу не видели, чтобы там бывали какие-нибудь другие, — добавил Сашка.— Я брал с собой своего Мурзика, когда мы ходили туда месяц назад. Мой кот при приближении к заброшенному дому вырвался и оцарапал мне руку, а потом с визгом убежал прочь. Мы его целые сутки не видели.

— Да. Сашка не врет, — подтвердил Никита. — Все так и было.

— А почему вас туда так тянет? — спросил у ребят Мишка. — Подумаешь, старый дом. Пусть себе стоит в поле.

— Ты что, с ума сошел? Интересно же! — выдал фразу Витькин брат. — Мы спорим, кто дольше всех продержится внутри дома. А в нем не так уж и легко находиться. По телу мурашки начинают бегать, и холод до костей пробирает.

— А еще волосы дыбом, — добавил Ромка и показал на Никиту, у которого волосы и без того кучерявые. — А когда испуг пробирает, то они у него топорщатся как одуванчик. Смешно!

— Так вы в дом повеселиться ходите? — решил уточнить Мишка.

— Нет. Мы туда за острыми впечатлениями ходим. Смешно нам после, когда на улице собираемся. Еще ни разу без приключений не обходилось, — сказал Витька.

— Ничего! Сегодня сам все увидишь. Главное — не испугайся раньше времени, — опять съязвил Рыжий и переломил вторую картошину. — Храбриться все могут, а как до дела доходит, так штаны мокрые.

Все ребята дружно рассмеялись, и Мишка тоже. Шутка была сказана не ему конкретно, а для всех присутствующих. Костер догорал, освещая ночные деревья. Ребята время от времени тыкали в него палками, поднимая клубы искр в воздух. Мишка смотрел на пламя и думал о том, как бы не ударить в грязь лицом. Уже совсем скоро они все отправятся на улицу №13. И хоть парень был не из пугливых, но при мыслях о предстоящем визите в пустой дом он чувствовал, как по коже пробегал мороз.

Трава у забора возле старого дома выросла по колено, но тропинка к входу была протоптана хорошо. Видно было, что ребята частенько захаживают сюда. При свете луны оконные стекла отсвечивали в глаза беловатым светом. Лунные блики отражались и замысловатыми тенями падали под ноги, растворяясь в густой траве. Ночью, вблизи, дом казался огромным. Он словно вырос вдвое и теперь возвышался над компанией мальчуганов, как древний забытый великан.

— Ничего себе! — прошептал Мишка, когда они подошли вплотную к стенам, окрашенным когда-то в синий цвет.

— Жутко, правда? — спросил у Мишки Витька.

— Есть немного. В дом точно заходить надо?

— Мы все там уже бывали, — ответил Рыжий. — Так что, пойдешь? Или уступишь свое место другому?

Отступать было нельзя. Парень замер буквально на несколько секунд перед приоткрытыми дверями, а потом толкнул их. Раздался скрип ржавых петель, дом будто зевнул черным проходом. Мишка шагнул вперед. В этот момент ему почему-то вспомнилась сказка про Алладина и лампу, когда Алладин шагнул в таинственную пещеру с сокровищами. Ночной полумрак быстро скрыл его от десятка глаз, наблюдавших за ним из-за спины. Входная дверь с грохотом захлопнулась. По дому прогремело громкое эхо. Поднялась пыль, и Мишка чихнул. В звонкой ночной тишине раздался еле уловимый девичий смешок, а во дворе послышались крики ребят. Они пытались открыть дверь. Кто-то из них колотил по дому кулаками, кто-то громко звал Мишку. Вроде бы, это был голос Кольки. Мишка обернулся на шум, но страха не почувствовал. Ему показалось, что ребята так решили подшутить над ним. Подперли дверь снаружи, а потом устроили переполох. Поэтому он не стал пытаться открыть дверь, а решил осмотреться в доме.

— Колька, Витька, посмотрите в окна! — раздался голос Рыжего за стеной. — Что там происходит?

— Тоже мне, шутники! — пробурчал Мишка.

Он собрался с духом и сделал шаг вглубь просторной комнаты, присматриваясь к лунным лучам в окнах. Тусклый свет падал на пыльный пол. Деревянные половицы скрипели под ногами при каждом шаге. В еле различимой ночной комнате виднелись старые стулья, поломанные ящики от комода и несколько детских игрушек. Мальчик решил посмотреть в окно. Ему стало интересно, чем заняты ребята. Медленно продвигаясь в темноте, он добрался до ближайшего окна. Как ни странно, но ребята действительно бегали и переживали за него. Тогда к чему было запирать за ним дверь?

— Он тут! Я его вижу! — вдруг услышал он голос Ромы за окном.

Мишка не стал задерживаться у оконного проема. Он помахал рукой приятелю и двинулся к лестнице на второй этаж. В этот момент с хлопком закрылась ставня. Мишка от неожиданности вздрогнул. Парень не понял, пошутил ли это Ромка или деревянная рама захлопнулась сама по себе. Он продолжил подниматься наверх. Каждая ступенька скрипела, а в щелях дома стал слышен гул воздуха, как от сквозняка. С каждой секундой этот звук усиливался. Послышалось, как где-то осыпается старая штукатурка. Мелкие камешки с песком попали на лестницу, и под ступнями Мишки раздался скрежет. Пройдя последние пару ступенек, мальчик попал в просторную комнату с чердачным окном. Эта комната освещалась лучше. Наверное, на первом этаже свет плохо проникал в окна из-за растущих вокруг дома деревьев. Во дворе стих шум голосов, и теперь малейшие шорохи и скрипы стали слышны еще отчетливее. Мальчик огляделся, и его внимание привлек старый телевизор у стены. Он был совсем пыльный, а поверх экрана свисал шнур. Мишка поискал глазами розетку и сразу ее обнаружил в полуметре от телевизора. За спиной послышались скрипы ступенек. Мишка хотел было обернуться, но в этот момент зашипел черно-белый экран не включенного в розетку телевизора. По телу пробежал холод, а волосы на голове зашевелились от страха. Мишка машинально попятился назад к лестнице и столкнулся лицом к лицу с Никитой. В испуге оба парня заорали во все горло и разом ринулись с лестницы вниз. На середине пути они сбили поднимавшегося Сашку и кубарем втроем повалились со ступенек. В доме стало очень шумно. Кричали от страха все, кто успел войти в открытую дверь. Мальчишки толкались и рвались с криками наружу, а наверху, словно в завершение ко всему, что-то тяжелое с грохотом рухнуло на пол. Никто не желал оставаться в доме. Там было жутко. Мальчишки в панике протискивались сквозь дверной проем и единым комом буквально вывалились во двор. Потом все бросились врассыпную. Уже перепрыгивая через старые штакетники еле живого от возраста забора, Мишка оглянулся. Ему показалось, что на втором этаже в окне промелькнул девичий силуэт. Он не был уверен в том, что увидел. Но это видение глубоко врезалось ему в память, словно выгравированный портрет на жестянке. Парень потом долго вспоминал о случившемся этой ночью. Но в данный момент, переваливаясь через старый забор, он боялся одного: попасть в растущую кругом крапиву.

* * *

— Ой, не могу! — раздался хриплый голос и долгий смех.

— Зачем ты так с ними, Корняж?

— Что? Жалко? Ты, Света, не бери в голову. Подумаешь, напугал! Зато меньше в дом лазить будут.

— Просто этот твой неработающий телевизор любого напугает. Жалко будет, если кому-то плохо станет.

— Кто же виноват? Сами пришли незвано.

— Корняж, а как он у тебя вообще без провода включается?

— Почему же без провода? Я провод провел. Но через ножку телевизора, чтоб видно не было, — заулыбался домовой. — Это детвора думает, что он без провода. Зато как испугались! — снова улыбнулся мужичок маленького роста. — Эх! Здорово все вышло! Как считаешь, их сильно проняло?

— Корняж, даже я испугалась, когда ты уронил на пол статуэтку племенного бычка.

— О-о! Этой статуэтке цены нет. Она меня уже не в первый раз выручает. За столько лет она многих напугала. И не ломается!

— Откуда она у нас?

— Точно не знаю, — поднял металлического бычка с пола домовой. — Но помню, что ее приволок твой отец. В тот день он пришел выпившим. В клубе кого-то за что-то награждали. Праздновали досрочное выполнение какого-то пятилетнего плана. Тогда многим премии выдали, а твоему отцу досталась еще и эта статуэтка. Он ею потом, по наступлению осени, частенько орехи колол. Говорил, что это незаменимая вещь. Надо будет как-нибудь самому попробовать.

* * *

Спустя минут десять все, кто сегодня присутствовал на пикнике, собрались у дома Кольки и Витьки. Никита выглядел очень смешно. Его кучерявые волосы сейчас, действительно, придавали ему вид одуванчика. Видно было, что парень в испуге. Он до сих пор дрожал, а его зубы постукивали. Остальные ребята также волновались. Они оглядывались, будто за ними кто-то гонится. Все после дикой пробежки пытались отдышаться.

— Что там произошло? — задал вопрос Серега, нарушив молчание. — Мы с Олегом не успели даже войти, как вы все заорали.

Парни переглянулись. Никто не мог объяснить, почему так было страшно и почему все кричали. Начали вспоминать, что и кто услышал. Никита вспомнил, что телевизор зашипел, а Мишка с криком бросился прямо на него. Сашка держался за правый бок и жаловался, что его сбили с ног. Ему неплохо досталось, когда они катились вниз по лестнице. А потом Рома припомнил, что во время всеобщей паники, когда все были уже внизу, что-то тяжелое на втором этаже с грохотом упало на пол. Именно от этого звука все и ринулись к входным дверям. Страшно было всем. Ведь на втором этаже из них никто не находился.

— Мишка, ты чего там закричал? — спросил Рыжий.

— А как не заорать, когда телевизор без провода в розетке сам собой включается, а за твоей спиной раздается скрип ступеней. Я ведь не знал, что вы в дом вошли. Я теперь от страшной рожи Никиты всю ночь не усну. Еще эти его! — парень показал двумя руками с растопыренными пальцами на взъерошенные кучерявые волосы Никиты.

Все дружно обернулись на Никиту и заржали. Кто тыкал на него пальцем, а кто хватался за живот от смеха. Оборвал всеобщий смех строгий голос отца Витьки и Кольки.

— Вот сейчас я ремня кому-то хорошенько всыплю! Четыре часа ночи, а вас дома нет до сих пор! Половину улицы уже перебудили! У вас совесть есть?!

Мальчишки вмиг притихли и стали расходиться по домам. Мишке было идти ближе всех. Попрощавшись с ребятней, он направился в дом своей бабушки.

— Всем до завтра! — раздался громкий голос уходящего Сережки. — Встретимся на футбольном поле! Мишка, мяч свой не забудь взять!

Мишка, находясь уже у своей калитки, обернулся и, посмотрев на Рыжего, покивал. Во дворе парня встретила веселая Пеструха. Собака обнюхала его руки и радостно лизнула. На небосводе появились первые лучи восходящего солнца.

Глава 4. Деревенская барахолка и не та девочка

Почти каждый день, до самых выходных, Мишка с друзьями играл на поле в футбол. Они хорошо сыгрались с Колькой и Витькой. Никита с Ромой присоединились к ним, и их команда пару раз смогла обыграть команду рыжего Сережки. Общий счет получился 2:2. В зачет на свою долю они также засчитали две ничьих и теперь этим дразнили соперников. От этого Рыжий со своими братьями очень злился. Не всегда же только Сережке подначивать других.

Помимо футбола были и другие увлечения. Мишка бегал с друзьями на речку купаться и ловить рыбу. Приличным уловом похвастаться было нельзя, но карасиков на сковородку парень бабушке приносил. Дни летели, погода была отличная. Такие каникулы Мишке очень нравились, и к деревне он быстро привык. Время от времени он поглядывал на странный дом, стоящий позади бабушкиного участка. И каждый раз вспоминал странности, приключившиеся с ним и другими мальчишками всего несколько дней назад. Парень никак не мог забыть привидевшийся ему силуэт девочки в ночном окне. Каждое утро, едва проснувшись, он смотрел через свое окно на дом, стоящий в одиночестве на почти исчезнувшей улице под номером тринадцать.

В пятницу, когда Мишка в очередной раз направился отгонять настырную Пеструху от забора, случилось что-то непонятное.

Выкопав очередную яму, Пеструха умудрилась измазаться в черноземе, да так, что все ее пятна стали сплошной темной массой. Она лаяла, продолжала тыкать своей мордой в яму и углублялась в нее все больше. В итоге на поверхности остались торчать только задние лапы. Когда Мишка увидел в окно своей комнаты эту неугомонную бестию, он отправился отгонять ее, чтобы закопать очередную нору. Но Пеструха настолько была увлечена рытьем, что никуда не хотела отходить. Она даже стала рычать на парня, когда тот потянул ее за задние лапы.

Вдруг помимо лая собаки Мишка услышал металлический глухой звон. Он обернулся и успел заметить лишь тень, проскользнувшую в щель между деревом и забором. А потом он увидел металлическую чашку за вылезшим из-под земли массивным корнем дерева. В чашке виднелись следы от молока, будто кто-то выпил его только что. На земле были рассыпаны хлебные крошки и валялся кусочек сыра. Это очень удивило мальчика. Если бы кошка злила собаку, было бы понятно. Она могла выпить молоко и съесть колбасу. Но она бы не стала есть сыр с хлебом. И тут Мишка припомнил, как в день его приезда бабушка забирала что-то из-под этого корня. Тогда он не обратил внимания, а вот сегодня ему стало любопытно. Кого подкармливает бабушка? В конце концов, он отогнал настырную Пеструху, засыпал яму, поставил лопату обратно к забору и вернулся в дом. Он решил на следующее утро понаблюдать, кто же там такой злит собаку и ест бутерброды.

Баба Надя вернулась от соседки со свежими огурцами. Мишка, по просьбе бабушки, перемыл их, и они на пару с ней приготовили овощной салат со сметаной. Бабушка отварила картошку и разогрела приготовленную накануне курицу. После завтрака бабушка с внуком вместе отправились на огород пропалывать сорняки. Когда работа по прополке была закончена, баба Надя загнала своего помощника в душ и лишь после этого разрешила ему пойти гулять.

Душ придал Мишке бодрости и сил, и он буквально вылетел со двора, на ходу протискивая голову в чистую футболку. Он заскочил к соседским ребятам, но вместо них встретил Настю. Как выяснилось, Колька с Витькой ушли на деревенскую барахолку и дома появятся не скоро.

— Что еще за барахолка? — поинтересовался Мишка у Насти. — Где она находится?

— За деревней, — решила объяснить Настя, — есть одно поле вдоль асфальтированной дороги. Туда с обеих деревень по субботам сходятся люди и приносят на продажу старые и интересные вещи. Городские жители останавливаются по пути в город и иногда что-то покупают. Сейчас стало модно иметь дома что-то историческое, да и многие рестораны и кафешки стилизуют свои помещения под старину.

— Откуда ты все это знаешь?

— Мама говорила, — гордо сказала Настя, приподняв подбородок. — Я тоже пару раз с мамой носила на этот базар старые тарелки.

— Удачно?

— Что? — не поняла девочка Мишку.

— Ну, продали тарелки или нет?

— А-а, тарелки. Продали. Тут в старых домах много чего можно найти. Витька с Колькой притаскивают, а мы с мамой приводим в порядок и продаем.

— И зачем они на эту барахолку пошли? Посмотреть или продать что-то?

— Продавать пошли. Они две недели назад самовар притащили из опустевшей деревни. Отец привел его в порядок. Вот они и понесли его продавать. Сильно хотят себе новые удочки. Раньше думали мяч купить или велосипед, а как твою удочку увидели, так отцу все уши прожужжали. А ты чего спрашиваешь? Хочешь сходить на барахолку?

— Я не знаю, где она находится. Может, ты покажешь мне дорогу?

— Сходить с тобой? — улыбнулась Настя. — Ладно. Только шлепки переобую.

Девочка забежала в дом. Что-то брякнуло, звякнуло, и спустя минуту она вышла с двумя мытыми яблоками.

— Держи, — протянула она одно. — Папа вчера принес. Очень вкусные.

Яблоки, действительно, оказались сладкие и сочные. Ребята свернули со своей улицы и пошли полем. Ветер раскачивал колосья золотой пшеницы, словно волны на воде. Пройдя какое-то расстояние, Настя остановилась и сорвала пару пышных колосков.

— Ты пробовал? — спросила Настя, показывая колоски на своей ладони.

Мишка не понял вопроса и пожал плечами.

— Сейчас, подожди, — достала девочка из кармана своих джинсов спички. — Держи один колосок.

Настя стала медленно обжигать его со всех сторон. Через несколько секунд раздался вкусный хлебный запах. Шелуха приобрела коричневый цвет, зерна подрумянились, а кое-где и подгорели.

— Это не страшно, — сказала девочка и взяла у Мишки поджаренный колосок.

Затем она быстро растерла его в ладонях. Лишняя шелуха отпала, и на ладони остались обжаренные зерна.

— Ешь, — протянула она их Мишке и пересыпала в его ладонь. — Давай, попробуй.

Мальчик сначала понюхал их, а потом положил в рот. Конечно, они были твердоваты, но на свежем воздухе и с таким ароматом это было нечто.

— М-мм, прикольно, — жуя зерна пшеницы, сказал Мишка. — Очень необычно.

— Мы так всегда делаем, когда долго гуляем. Сорвем немного, перекусим и голодными себя не чувствуем. Мама, конечно, ругается, что мы вовремя не приходим обедать. А как иначе, если братья в футбол гоняют? Теперь и ты знаешь, что их от мяча так просто не оторвать. Когда у них с Рыжим игра, их звать домой бесполезно.

— Это точно. Я удивляюсь, как они с ним еще не дерутся.

— Оу! Раньше и такое бывало! Пока родители не сговорились и не заперли их на неделю по домам. После этого до драки не доходит. Боятся повторения.

Дети шли через поле и смеялись. Они рассказывали друг другу разные случаи из школы, о своих знакомых, о себе. Когда поле закончилось, они свернули к посадке. Настя объяснила Мишке, что такой путь короче. Скопление людей Мишка заметил издалека. Вдоль дороги вплотную, бампер в бампер, стояли машины. Людей на участке со скошенной травой расположилось довольно много. Все ходили и рассматривали выложенные на землю товары. Предметы были настолько разнообразными, что Мишка невольно засмотрелся. Люди продавали все что угодно: от свеженавязанных веников, топоров и инструментов до старых утюгов, монет, пожелтевших картинок и пуговиц.

Да! Из всего объема товаров самовар выделялся. Мишка заметил его издалека. Витька с Колькой поставили свой товар на кирпичи. Он блестел на солнце так сильно, что приходилось жмуриться. Отец Насти привел его в порядок, и сейчас самовар выглядел так, словно совсем недавно сошел с заводского конвейера. Очень многие останавливались возле ребят и рассматривали старинное чудо кипячения воды. Пару человек даже сфотографировали рядом с ним своих детей, настолько этот самовар впечатляюще выглядел.

Настя оставила своего спутника возле довольных собой братьев и скрылась среди толпы.

— Я скоро вернусь. Там Светка, — пояснила она ему, убегая.

Неподалеку от братьев Мишка заметил, что какая-то женщина продает жареные семечки. Он купил себе стаканчик и высыпал в карман. Правда, сразу же пришлось поделиться с друзьями. Зато теперь он стоял рядом с ними и невольно испытывал гордость, находясь рядом с ослепительным самоваром. Люди все чаще останавливались возле ребят. В конце концов, к ним подошел солидного вида мужчина и спросил, сколько они хотят за свой товар. Развернулась горячая торговля. Мужчина удивился хватке братьев, и ему стало любопытно, чем все это закончится. Поэтому он вполне серьезно настаивал на своей цене, а братья заливались, словно соловьи, рекламируя самовар.

— Нет. Так не пойдет, — попытался объяснить братьям мужчина. — Вы просите за него как за новый. А он столько не стоит. Да, понимаю, вы постарались привести его в порядок, и вышло у вас замечательно. Но учтите, что им не будут пользоваться. Сейчас другое время. В ходу электрочайники. Я собираюсь его поставить на террасу своей бани, для вида. Поэтому если вы сбросите цену, то я его куплю. Если нет, то торгуйте дальше, а я найду что-то другое.

Мужчина улыбнулся, заметив смущение двух подростков, и демонстративно достал бумажник. Колька с Витькой заколебались. Слишком уж им хотелось продать самовар подороже, но торговаться они не умели. Они рассказывали, как сложно было привести его в порядок и что этот самовар раньше принадлежал кому-то очень богатому. Но все их слова не впечатлили мужчину с набитым кошельком. Он терпеливо постукивал своим портмоне по руке в ожидании решения ребят.

Мишке очень захотелось помочь своим новым друзьям. Он вспомнил слова, что ему не раз говорила мама: «Когда тебе нужно что-то продать, заинтересуй клиента. В противном случае твой товар останется одним из многих и тебе придется всю жизнь расталкивать толпы таких же, как ты, локтями». Может, на него снизошло просветление, а может, он просто часто слышал, как мама по телефону договаривается с потенциальными покупателями, предлагая им различную продукцию. Ведь не зря папа часто называл ее «всех начальников начальник и т.д. и т.п.».

— Не продавайте ему самовар, — встрял в разговор Мишка.

— Что? — удивились братья.

— Не встревай, мальчик! — нахмурился мужчина, явно не обрадованный вмешательством подростка с семечками.

— Вы сюда посмотрите, — ткнул Мишка пальцем в самовар, где четко выделялась буква «Я».

— И что? — спросил мужчина с гримасой скепсиса на лице. Но было видно, что его заинтересовали новые обстоятельства.

— Что-что? Это же работа знаменитого тульского мастера Язина! — закатил глаза Мишка, словно перед ним стоят неучи. — Работы этого мастера очень ценились у знати того времени. Это, конечно, не Фаберже, но тоже искусная и дорогая работа. Его можно продать гораздо дороже.

— Насколько дороже? — спросил мгновенно Колька.

— А мне почем знать! Я не торговец антиквариатом, — ответил другу Мишка.

Братья переглянулись и задумались.

— А откуда ты это знаешь? — недоверчиво задал вопрос мужчина с туго набитым бумажником.

— Ой! Да вы сами, если захотите, все найдете в интернете, — ляпнул наскоро Мишка и пошел прочь, смотреть, что еще продают на барахолке.

Вот только за своей спиной он расслышал вновь разгоревшуюся торговлю между братьями и незнакомым мужчиной. Мишка решил обойти весь рынок, ему здесь очень нравилось. Столько всего тут продавали! Денег у парня не было, а то он обязательно купил бы себе что-то. Внимание Мишки привлекли старые наручные часы. На них имелось изображение самолета. Наверняка, это были командирские часы. Они исправно шли, а женщина отдавала их совсем недорого. Конечно, повозиться с ними бы пришлось. Их следовало отполировать и почистить, но в кармане у него не было ни копейки. Поэтому Мишка постоял, покрутил часы в руке и отдал обратно, грустно вздыхая.

— Мишка! — раздались крики его новых друзей, когда он уже обошел почти всю барахолку и хотел было заходить на второй круг. — Мишка, подожди! Уф, — выдохнули оба брата, когда подбежали к нему. — Еле нашли тебя! Вот, держи, — протянул Витька руку и вложил деньги Мишке в ладонь.

— Это что? — удивился парень.

— Твоя доля, — пояснил Витька. — Мы продали тому мужику самовар. Представляешь? Он заплатил нам тройную цену от той, что мы хотели изначально.

— Круто! Теперь вы сможете купить удочки.

— А ты за удочки откуда знаешь? — спросил Колька. — Настя проболталась?

— Она, — не стал увиливать Мишка.

— Понятно. А откуда ты знаешь про этого тульского мастера? Как его, Витька? — переспросил Колька у своего брата.

— Язин, — быстро выпалил тот.

— Точно, Язин. И рассмотрел же ты эту букву на самоваре! Вовремя ты ее заметил.

— Не знаю я никакого Язина. Даже не слышал никогда.

— Как? — удивленно вытаращили глаза братья. — Ты что, выдумал?

— Ага. Захотел вам помочь продать самовар подороже. Он такой красивый, — невинно улыбнулся Мишка.

— Ну, ты! Ха! Круто у тебя вышло! Мы сами купились! Правда, Витька?

— Ага. Даже хотели не продавать его. Думали в интернете сначала порыться. Хорошо, что продали.

Ребята расхохотались, представляя удивленное лицо мужика-покупателя, когда тот узнает правду.

— Круто вышло! Но нам лучше свалить отсюда! Ты тут еще что-то хочешь? — спросил у Мишки Колька. — Если нет, то пошли.

— Сейчас, — вспомнил Мишка про старые часы с самолетом и посмотрел на деньги, всученные ему братьями. — Погнали со мной. Я куплю кое-что.

Когда Мишка надел на руку старые командирские часы, мальчишки даже ему позавидовали.

— Прикольно. Только их отполировать нужно. У отца паста ГОИ есть. Тебе дать немного? — спросил Витька.

— А что это?

— Тю, деревня! Ты не знаешь, что такое паста ГОИ? Да она все полирует: и металл, и стекло. Думаешь, мы с отцом чем полировали самовар? То-то, — поднял вверх указательный палец Витька.

— Хорошо тогда. Если есть такая паста, то давай. Часы в порядок привести надо.

— Их бы мастеру отдать на чистку, — посоветовал Колька. — Там внутри, наверное, давно масла не было. Как они еще до сих пор тикают?

— Вот отец вернется с курорта, тогда в мастерскую и отнесем. А пока поверху пройдусь пастой вашей.

— А вон и Настя со Светкой, — заметил Колька свою сестру с подругой. — Позовем или смоемся с барахолки? Мишка, ты как?

— Мне тут больше делать нечего. Вот только меня сюда ваша сестра привела. Неудобно оставлять ее одну.

— Так она уже не одна. Витька! Э-эй, братуха! — позвал своего брата Колька.

Вот только Витька уставился на девчонок и не отзывался. Там было на что посмотреть. Девочка с пышными светлыми волосами, голубыми глазами и ямочками на щеках. Она смеялась так заразительно, что дух перехватывало. Синее короткое платье облегало фигурку и придавало ей кукольный вид. Короче, загляденье, а не девчонка.

— О-о, опять завис, — закатил глаза Колька. — Он как Светку видит, так сразу потерянный становится. Хм-м, — ухмыльнулся брат. — Витька! — толкнул он его в плечо.

— Что? — нервно откликнулся тот.

— Я спрашиваю, Настю зовем с нами или домой идем?

Вместо ответа Витька выкрикнул имя сестры, и та оглянулась на голос.

— Чего?

— Настя, ты домой с нами идешь или остаешься?

— Останусь еще! Мы со Светкой вернемся! Скажите маме, что к обеду буду!

— Ну, вот. Теперь можем идти, — довольно сообщил Витька. — Как пойдем? Через поле или вдоль реки?

— Давай вдоль реки прогуляемся . Не хочу по пыли чапать, — ответил Колька.

Когда ребята шли вдоль берега, Мишка почему-то решил спросить у друзей:

— А кто это с Настей на базаре был?

— Та, по ком мой братуха уже целый год сохнет.

Витька не обратил внимания на высказывание брата, а только прибавил шагу.

— А ты разве не узнал ее? — спросил у Мишки Колька.

— Почему я ее должен был узнать? Я ее в первый раз вижу.

Колька и Витька одновременно остановились и посмотрели на Мишку.

— Хватит заливать, это же Светка Усова.

— И что? — не понял Мишка.

— Но ведь это она тебе показала место, где ты много раков набрал. Ты чего, забыл?

— Ничего я не забыл. Это была не она. Ту девочку я хорошо разглядел. А эту вижу впервые.

Витька вернулся на пару шагов назад.

— Послушай, Миша, — как-то совсем тихо произнес он, — в нашей деревне нет больше девчонок с именем Света. С кем же ты тогда ночью у реки познакомился?

Глава 5. Опять Пеструха со своей ямой

Воскресное утро началось с того, что Пеструха царапала дверь в комнату и скулила. Мишка в очередной раз перевернулся набок и накрыл подушкой ухо. Вот уже несколько дней подряд он запирает дверь от собаки. Она скребет, скулит, но открыть дверь в комнату не может. Мишка умудрился подпереть ее шваброй изнутри. Правда, бабушка уже дважды искала швабру, и приходилось просыпаться раньше. Но пока Мишка не придумал ничего лучшего, чтобы сдерживать натиск неугомонной Пеструхи.

— Ну сколько можно? Ты мне выспаться дашь или нет? — произнес сонным голосом мальчик и, вытянув руку из-под подушки, стукнул кулаком в стену.

Возникла секундная тишина, а потом раздался лай собаки.

— Только этого не хватало! — огорчился Мишка, что его сон окончательно улетучился. — Ладно, встаю! Только лаять перестань!

Пеструха словно поняла слова хозяина. Она гавкнула еще пару раз и убежала во двор. Мишка даже с облегчением выдохнул, но в следующее мгновение раздался новый лай, но уже под окном его комнаты.

— Вот зараза! Встал я уже, встал! — выкрикнул парень и присел на кровати.

Собачий лай стих. Мишка потянулся и хорошенько зевнул. Он убрал швабру из-под дверной ручки и открыл дверь. Потирая сонные глаза, Мишка побрел на кухню. На покрытом скатертью столе он увидел почти полный бутыль с молоком, свежеиспеченные булочки и варенье в стеклянной вазочке. Парень сглотнул слюну и направился к умывальнику. Уже доедая вторую булку, он вспомнил, что хотел понаблюдать за Пеструхой, как она копает яму у забора. Вдруг удастся рассмотреть, кому же его бабушка оставляет бутерброд под деревом? И кого каждое утро Пеструха пытается поймать?

Мишка поднялся и подошел к окну, жуя булку. Собака была занята прокладыванием очередного тоннеля под забором. На секунду Мишке показалось, что у дерева что-то промелькнуло. Но было слишком далеко, чтобы быть уверенным наверняка. Он бросил на тарелку недоеденную булку и рванул во двор. На ходу надевая кроссовки, заминая на них задники, парень выскочил на крыльцо и понесся по утоптанной тропе к дальнему забору. Приблизившись к не обращающей ни на кого внимания Пеструхе, он сразу направился к дереву, где обычно его бабушка оставляла еду. Там никого не было. Но тут он услышал девичий смешок. Парень смотрел по сторонам и недоумевал. Рядом никого не было. Пеструха продолжала рыть яму. Под массивным корнем опять лежала пустая кружка и недоеденный бутерброд.

— Чертовщина какая-то! — выругался вслух парень.

В этот момент за забором послышался какой-то скрежет. Пеструха стала еще настырнее рыть яму и даже рычать. Мишке стало очень любопытно, кто там царапает по забору, дразня его собаку. На внутренней части забора горшки с цветами мешали просмотру сквозь щели плотно прилегающих досок. Поэтому парень воткнул лопату в землю, уперев ее одним концом в забор. Он ухватился руками за верх заборных досок и подтянулся на лопате. В следующий миг Мишка буквально уперся взглядом в чьи-то глаза. Они были настолько близко, что Мишка от неожиданности заорал и резко отпрянул назад. Из-за этого он не удержался на лопате и с громким возгласом упал на спину. Приземлился он мягко, угодив прямиком на ту кучу земли, что накидала его собака. Когда он скатился с кучи и обернулся, дрожа от испуга, над забором возвышались уже целых четыре глаза и раздавался веселых смех. Это были Колька и Витька. Ребята хохотали, весело подталкивая друг друга, и не могли остановиться. Пеструха тем временем оставила свое занятие и как ни в чем не бывало побежала к дому.

—Чтоб вас! — выругался Мишка на друзей. — Это вы по забору шкрябали?

—Ага! — подтвердил Витька, продолжая смеяться.

— Когда мы увидели через калитку, что ты подкрадываешься к собаке, — сказал Колька, — я предложил брату подшутить. Мы решили подразнить твою Пеструху с другой стороны забора. А ты чего на забор полез?

— Да ну вас! — не на шутку рассердился Мишка.

Но ребята не отступали. Они подтянулись и вскарабкались на забор. Первым вылез Витька и помог своему брату, придержав его за локоть. Теперь, свесив ноги, они оба сидели на заборе.

— Не сердись. Мы же не со зла. Так, для веселья. Коль, ну правда же, скажи ему, — Витька подтолкнул брата в бок, ища у него поддержки.

— Конечно, не со зла.

Мишка взял лопату и стал засыпать свежевырытую яму.

— Понимаете, — начал Мишка, — тут Пеструха каждое утро роет новую яму и иногда рычит, словно ее с той стороны кто-то дразнит. Мне стало любопытно, кто это может быть. Поэтому я и полез на забор.

— Понятно, — ответил утвердительно за обоих Колька.

— Ах вы, шантрапа! — раздался неожиданно для всех голос Мишкиной бабушки. — Вы чего это на забор залезли? Хотите его сломать? А ну, живо слезайте, пока я вам задницы крапивой не отходила!

Витьку с Колькой словно ветром сдуло.

— Мы на поле будем! Приходи туда! — выкрикнул кто-то из братьев уже из-за забора, убегая по бывшей улице №13.

— Чего уставился? Если взялся засыпать яму, то засыпай. Пеструхе воды налил? — спросила у внука баба Надя.

— Э-э, нет. Я только что вышел из дому.

— Только что он вышел, — пробурчала бабушка. — Твоя яма никуда бы не делась. Животным воду вовремя надо давать. Как я поняла, курам тоже не наливал?

— Не-а, — промямлил парень. — Не успел.

— Ясно. Засыплешь яму, налей собаке. Курам я сама воду налью.

— Хорошо, бабушка, — ответил Мишка и с новыми силами принялся закапывать свежую яму.

Пеструха как ни в чем не бывало сидела возле своей миски в ожидании воды. Вот же! Только что она рыла яму и рычала, и вот она сидит и виляет хвостом, словно все утро только и ждала меня возле миски.

— Чего хвостом крутишь? Лучше скажи, кого ты там по утрам ловишь? Молчишь? Я так и знал. На вот, попей.

Мишка плеснул прохладной воды и присел рядом погладить собаку, пока она пьет.

— Ну и измазалась ты, Пеструха! Вся в земле.

— Напоил? — раздался сзади голос бабушки.

— Пьет, — подтвердил парень оборачиваясь.

— Молодец! У собаки всегда должна быть налита вода. А сам-то покушал? Как булочки?

— Очень вкусные. Я бы сейчас еще одну съел. Можно? — спросил Мишка у бабушки, вспоминая теплую сладкую сдобу.

— Да хоть все съешь! Я же их для тебя пекла, — уже с улыбкой на лице сказала бабушка и переступила через порог в дом.

Мишка подкрепился булкой и умчался на футбольное поле. Погода стояла жаркая. Попинав с полчаса мяч по воротам, мальчишки отправились по домам. Перед домом бабушки Нади Колька вручил Мишке небольшой сверток с темно-зеленой затвердевшей пастой.

— Это что? Паста ГОИ, та, что для чистки?

— Она самая. Тут много. Тебе надолго хватит. Для чистки возьми мягкую тряпку. Синтетику лучше не брать.

— Спасибо, — улыбнулся Мишка. — Тогда вечером к вам заскочу? Покажу, что получилось.

— Заходи, конечно. У нас сегодня дел никаких больше нет. Мы дома будем. Тоже чисткой займемся.

— У вас что-то новенькое? Еще один самовар?

— Нет. Витька серебряный портсигар нашел. Красивый. На его крышке речка с лодкой и мельница изображена. Сейчас откисает. Папа его залил чем-то. Сказал, что несколько часов надо подождать, а потом можно будет пастой натирать.

— Круто. Покажете?

— Конечно. Забегай.

— Да. Заходи попозже, — подтвердил Витька, и братья направились к себе.

Едва переступив порог дома, Мишка принялся тщательно отдраивать наручные часы. С обратной стороны получилось очень даже ничего. Задняя крышка блестела, а вот стекло оставалось по краям мутным. Без мастера тут не обойтись. Стекло явно требовалось снять и хорошенько обработать. Но даже сейчас часы выглядели намного лучше. Циферблат просматривался отлично, и самолет на нем выглядел классно.

За окном посерело. Небо заволокло тучами, и поднялся ветер. Бабушка сказала, что синоптики сегодня обещали дождь. Кто это такие, Мишка не знал, и где они это обещают, тоже не понимал. Но, проведя параллель между сказанным бабушкой и Гуглом на его телефоне, он решил, что она имела в виду что-то подобное, показывающее прогноз погоды по телевизору.

Предположив, что бабушка может его не отпустить к соседям, если позже начнется дождь, Мишка подошел к бабе Наде с просьбой отпустить его к друзьям.

— Они обещали показать мне серебряный портсигар. Витька его где-то нашел, и они сейчас его чистят. А я хочу показать, как отчистил свои часы.

Бабушка на секунду задумалась. А потом, решив, что детвора будет занята делом, согласилась.

— Только дождевик с собой захвати. Обратно пойдешь, хоть не намокнешь.

— Хорошо. А где он?

— В прихожей, под моей кофтой висит.

Когда тетя Зина впустила Мишку в дом, то он застал следующую картину: братья с сестрой, отложив в сторону инструменты и тряпки с пастой, играли на полу в хоккей. Настя обыгрывала братьев, а они злились и пытались в четыре руки забить гол, дергая за все ручки. Счет был 8:5.

— Мишка, заходи! — обрадовался Колька, увидев соседа. — Ты в хоккей играть умеешь?

— Вроде, да, — скромно пожал плечами Мишка. — Правда, я давно не играл.

— Девять! — радостно вскричала Настя, забив очередной гол братьям.

— Черт! Витька, держи лучше вратаря!

— Сам держи! Ты что, не видел, что шайба боком залетела? Как я тебе вратаря должен поставить?

— Ладно-ладно, не шуми. Кидай шайбу.

Страсти кипели. Братья злились, что проигрывают. Еще один гол, и Настя выиграет. Она явно играла лучше. Всего несколько секунд спустя она-таки забила итоговый победный гол своим братьям. Проигравшие получили по звонкому щелбану от смеющейся Насти.

— Рискнешь? — поинтересовался Колька у Мишки, указывая на настольный хоккей. — Игра до десяти голов на щелбан. Она нас уже три раза обыграла, — почесал лоб Колька.

— И щелбаны у нее болючие, — серьезно предупредил Витька.

— А что, на щелбан можно сыграть. Это не корову проиграть. Рискну.

Друзья весело отсели в сторону и стали подначивать по очереди то сестру, то Мишку. Настя же поправила фигурки хоккеистов на поле и подхватила крохотную шайбу, приготовившись к вбрасыванию.

— Ты готов? Начинаем? — спросила она у Мишки.

— Кидай, — согласился парень, и игра началась.

Уже через минуту Настя забила три гола. Она была очень довольна. Мишка почти забил один гол, но шайба остановилась на самой линии. Гол не засчитали. Братья болели за Мишку, но и сестру нахваливали. В конце концов, Мишка забил один гол и с облегчением вздохнул. Играть стало легче. За ним последовал второй, и Настя сосредоточилась. С ее лица исчезла усмешка. Девочка уселась поудобнее, и игра понеслась с удвоенной скоростью. В результате Мишка проиграл со счетом 10:8. После победного гола Настя с облегчением выдохнула. Мишка, получив свой призовой щелбан, скорчил рожицу и почесал лоб. В ответ на его реакцию братья залились веселым хохотом.

— А мы тебе говорили, что она сильно бьет!

— Еще кто-то хочет? — спросила девочка. — Или вы теперь между собой сыграете?

— Давай мы сами поиграем, — сказал Колька. — Тот, кто выйдет победителем, будет с тобой сражаться.

— Как хотите. Я пока бутербродов сделаю. Ты с чем будешь? — спросила Настя у Мишки.

— Не знаю. Я вроде как не голодный.

— Ладно, когда сделаю, сам выберешь.

Девочка ушла на кухню. Мишка уступил место братьям, и они начали играть между собой. Мальчишки играли быстро. Они спорили и вырывали друг у друга то и дело вылетавшую за борта поля шайбу. Смешно было наблюдать, как братья ругаются из-за этого. Мишка огляделся вокруг и заметил в окне старый дом. Тот самый, что стоял в одиночестве на бывшей тринадцатой улице. За окном стемнело из-за закрывших небо туч. Но поражало то, что каким-то непостижимым образом единственный небесный луч, прорвавшийся сквозь густые серые облака, падал прямо на дырявую местами крышу. Это придавало старому дому серый и мрачный вид. Дом выглядел словно огромный холодный камень. Его ставни были приоткрыты и не шевелились, несмотря на ветер. Еще удивительно желтой выглядела за домом пшеница. Поле словно сияло золотом. Сорвавшийся ветер играл с колосьями, как с морскими волнами, раскачивая их то в одну сторону, то в другую. Для завершения картины не хватало одинокого парусника, спешившего пристать к берегу. А старый дом исполнял роль ближайшей скалы на темном берегу. За окном сильно громыхнуло, и через пару секунд небо осветило вспышкой молнии. Последний солнечный луч исчез, и ставни старого дома, словно по команде, разом захлопнулись. Увидев это, Мишка отпрянул в испуге от окна и чуть было не наступил на руку Кольке.

— Аккуратно! — выкрикнул тот и пропустил гол. — Ну вот! А я мог уже выиграть!

— Девять-девять! — обрадовался Витька. — Зато теперь кто забьет, тот и круче! Мишка, я сейчас шайбу кину, а ты ему глаза закрой! — предложил младший брат гостю. — Мне всего секунда нужна.

— Я вам закрою! Отойди на метр от меня! — не на шутку рассердился старший брат.

— Я успела? — раздался голос Насти в дверях.

Девочка стояла с большой тарелкой бутербродов.

— Какой счет?

— Девять-девять, — ответил ей Мишка и взял первый попавшийся бутерброд.

— О-о, а говорил неголодный, — сказал Витька и кинул шайбу на поле.

— Ешь. Не обращай на него внимания, — сказала Настя, ставя на пол тарелку.

В этот самый момент Витька нанес удар по воротам Коли и в доме погас свет. За окном сверкнула молния, и в этом мигающем свете можно было заметить, как шайба вылетает из ворот старшего брата. В комнате стало темно.

— Я забил! — раздался в темноте голос Витьки.

— Нет! Шайба на поле! — чуть растерянно выкрикнул Колька.

— Она вылетела из ворот! Но она пересекла черту, а это гол!

— Ни фига подобного!

Между братьями разгорелся спор. Настя присела на диван рядом с Мишкой и откусила бутерброд с колбасой.

— Бутер нравится?

— Что? А-а, да. Очень вкусно!

— Мы с мамой сами колбасу делали, — похвасталась Настя.

В комнате раздавался возмущенный голос Кольки, а Витька больше помалкивал. Через минуту в доме снова загорелся свет и Настя с Мишкой увидели обалдевшее лицо Коли. Он смотрел на Витьку и не знал, что сказать. Витька решил отомстить брату за то, что тот не захотел признать его победу, и забрал себе всю тарелку с закуской. Теперь он сидел и с большим трудом запихивал оставшиеся бутерброды себе в рот. Обе Витькины щеки раздулись, как у хомяка, а изо рта выпадали кусочки хлеба. На тарелке оставался последний бутерброд. Колька бросился через стоящий на полу хоккей наперехват. Он схватил последний бутерброд и целиком запихнул его себе в рот, но не удержался и упал на хоккей. Под его телом что-то треснуло, и в комнате наступила полная тишина.

— Что тут у вас происходит? — раздался недовольный голос тети Зины.

Колька поднялся, и все увидели треснувшие борта хоккея. Несколько фигурок хоккеистов упали и погнулись, а одни ворота сломались.

— Молодец! — прозвучал строгий голос тети Зины. — Сейчас все сам будешь объяснять отцу, — твердо сказала она, словно вынесла приговор старшему сыну.

— Капец! Ну ты попал, Колька! — проговорила Настя, глядя на перепуганного брата.

— Почему я? А он? — указал пальцем на Витьку брат. — Блин! — обреченно добавил Колька. — Все из-за тебя! Какого ты все бутеры схомячил?

— А чего ты нечестно играешь?

— Все я честно играю! Я не видел шайбы в воротах!

— А я не видел бутербродов! Зато мама увидела, как ты сломал игру. М-мм, — промычал Витька, показывая язык брату.

— Что за шум, а драки нет? — раздался мужской голос в дверях.

Дети сразу притихли. Настя молча встала с дивана и, подхватив тарелку, вышла из комнаты. Глава семейства подошел к сломанному хоккею и взял игру в руки, чтобы осмотреть поломки.

— М-да! Тут клей нужен. Борта мы подклеим и скотчем залепим. Ворота тоже клеить придется. Не страшно это. Вот только клей купить надо. Ну а с фигурками хоккеистов ничего страшного не случилось, — сказал он и выгнул парочку как было раньше. — Плохо, что снизу треснула пластмасса. Но и это поправимо. Мы ее подплавим зажигалкой, и будет… в общем, все нормально будет. Завтра починим. Отложите хоккей в сторону, чтобы еще больше не сломали. И не драться мне тут! Все понятно?!

— Да, пап. Извини! — быстро ответил Коля.

— Мы больше не будем, — добавил Витька.

Отец ребят вышел из комнаты, а братья дружно выдохнули.

— Пронесло! Наверное, потому, что ты у нас в гостях, — сказал Витька, глядя на Мишку.

— Или потому, что у него по телеку футбол идет. Там как раз перерыв, — сказала вернувшаяся Настя. — Его команда выигрывает, вот у него настроение и хорошее. А так бы всыпал тебе. Он нам хоккей всего месяц назад купил, а ты на него пузом.

— Ну, я же не специально. Оступился я.

— Ладно, братуха, не огорчайся. Ты же слышал, что папа все починит. Засунь его пока под кровать. Пусть там полежит до завтра.

— Это тот самый портсигар? — наконец-то обратил Мишка внимание на лежащую серебряную коробочку на полу. — Можно глянуть?

— Держи, — протянул портсигар Колька. — Там еще чуток дочистить, и будет как новый.

— Ты, кстати, часы принес? — спросил Витька.

— Ага. Вот, — показал Мишка правую руку.

На его руке красовались большие командирские часы с почти отполированным стеклом. Настя подошла к Мишке и сняла с его руки часы, потом перевернула их и удивилась отполированной до блеска задней крышке.

— Круто получилось! — сказал Витька, глядя на часы через плечо сестры. — Но стекло снять надо. Его изнутри тоже полирнуть не помешает.

— Знаю. Но это уже потом, когда отец с мамой вернутся.

За окном по подоконнику забарабанил дождь, а в соседней комнате от ветра захлопнулась открытая форточка.

— Вот это ливень! — удивились ребята, разом посмотрев в окно.

— Может, останешься у нас ночевать? Смотри, как льет! — сказала Настя, почти прильнув носом к стеклу. — Я могу спросить у мамы. А она твоей бабушке позвонит.

— Точно! Оставайся у нас. Будет весело. Мы тебе расскажем пару историй про этот дом, в который на прошлой неделе лазили, — поддержал сестру Колька. — Когда услышишь, сам на улицу в темноту выходить не захочешь.

— Я даже не знаю. Как-то неудобно.

— Неудобно на потолке спать — одеяло падает, — засмеялся Витька. — Мы, когда мама уйдет, фонарик включим и истории станем рассказывать. Ох и интересно будет!

И правда, Мишке очень захотелось остаться в гостях. Такая ночь с друзьями предвещала незабываемые впечатления. Это все равно, что с компанией в лес в поход отправиться. Мишка даже представил себе костер, друзей вокруг него и палатки между высокими деревьями…

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я останусь, если тетя Зина не будет против и если она договорится с моей бабушкой.

Глава 6. Ночные истории и голова без всадника

Дождь лил как из ведра. Металлические карнизы снаружи только усиливали грохот капель. Приблизительно раз в пятнадцать минут сверкала молния, и по затянутому небу, сотрясая тучи, разносился гром. Иногда гремело сильно, а иногда не очень. Кто-то там наверху явно халтурил, сбивая общий ритм вечернего концерта. Но старались все, особенно тот, кто управлял ветром. В общем, гремело знатно. Погода испортилась окончательно, и возвращаться по такому дождю домой у Мишки не было ни малейшего желания.

Тетя Зина выслушала просьбу своих детей и, глянув в окно, согласилась, чтобы Мишка остался с ночевкой. Она сама предложила позвонить его бабушке. Надежда Петровна после пятнадцатиминутного задушевного разговора с соседкой выдала свое разрешение на то, чтобы внук остался в гостях. Она не стала возражать против ночных посиделок в компании любителей лазить по ее забору. Об этом она тоже успела сообщить тете Зине, немного приукрасив утреннюю встречу с соседскими мальчишками. Услышанное не обрадовало маму Кольки и Витьки. Она выругала сыновей за безобразное поведение, как только закончила телефонный разговор. К тому же она строго наказала всем детям вести себя тихо ночью. После этого все отправились в детскую комнату стелить постели. Так как у Кольки кровать была немного шире, чем у Витьки, братья расположились вместе на Колиной кровати, а Мишке постелили на кровати младшего брата. Настя уговорила маму разрешить ей сегодняшнюю ночь провести в комнате ребят. Тетя Зина вначале сомневалась, но когда дочка сказала, что будет спать на раскладном кресле, мама согласилась. Братья быстро перетащили его из соседней комнаты и поставили кресло у дверей, после чего все отправились умываться перед сном.

Несмотря на то буйство, что происходило за окном, все пребывали в отличном настроении. Настины братья первым делом сгоняли за фонариками. Они издавали странные звуки и показывали различные фигуры зверей, создаваемые при помощи теней на стене. У них это неплохо получалось. Наверное, не первый раз это делали. Мишка смеялся, когда братья что-то выдумывали, а Настя, немного посмотрев, тихо выскользнула из комнаты. Девочка решила сходить на кухню за пирожками.

— Позже мы обязательно захотим есть, пока тут сидеть будем. Я не хочу родителей разбудить. Им завтра вставать рано. Это у нас каникулы, а им на работу, — сказала она и вышла.

Тем временем братья прекратили дурачиться, и Коля первым решил начать рассказывать страшилки. На улице в очередной раз громыхнуло. Все вздрогнули и посмотрели в окно, за которым совсем стемнело.

— Первый раз мы попали в этот дом год назад, — начал свою историю Колька. — Мы тогда нашей толпой после обеда гоняли мяч по улицам. Выдался очень жаркий день. Кто-то предложил искупаться, и все рванули на речку. Мне и Михе, брату Рыжего, удалось с первого раза сделать сальто, — с гордостью сказал Колька. — Все пытались за нами повторить. Через полчаса Рыжий тоже смог красиво исполнить сальто. Мы дурачились на всю катушку. И как только мостик не сломали? Сашка в очередной раз умудрился утопить свой сандаль. Ему потом от мамки крепко попало.

— Ага! Он вообще каждый год теряет по одному кеду или сандалю. В этом году тоже закопал левый кед, — вклинился в рассказ брата Витька. — Мы месяц назад…

— Витька, заткнись! Не мешай рассказывать! Дойдет до тебя очередь, тогда и расскажешь!

— Ладно-ладно, молчу. Но тогда майскую историю я рассказывать буду.

— Хорошо! — согласился Колька. — Так вот, — продолжил он, — после того случая мы стали в шутку его звать Одноподковый.

Братья рассмеялись, вспоминая, как Рыжий придумал Сашке прозвище и как они всей компанией долго его из-за этого подкалывали.

— В общем, пробыли мы на речке допоздна, пока не стали понемногу расходиться. Ты не помнишь, кто первый домой свалил? Никита или Рома? — Спросил Колька у младшего брата.

— Никитос. Да! Точно, он! Он еще вернулся к нам с фонариком и сказал, что Ромку домой зовут.

— А-а. Да. В общем, половина наших по домам разбежалась. Остались мы с Витькой, Никита и Рыжий. Мы решили проверить новый фонарик Никиты. На улице еще светло было, а по дороге домой этот дом стоит. Вот мы и задумали в его подвале проверить, как фонарь светит. Короче, поперлись мы туда вчетвером.

В этом месте Колькин голос стал тише и говорил он с некой опаской, вспоминая приключение в странном доме.

— Мы когда подошли к дому, нам уже жутко было. Даже Рыжий остановился перед входом и предложил разойтись по домам. Я его подколол тогда. Мол, испугался, Рыжий! Но он все же распахнул дверь и первым шагнул в темное помещение. Ставни в доме были наглухо заперты. В доме царил мрак. Полы ужасно скрипели. Мы все остановились на пороге. Последним вошел Никита с фонарем в руках. Рыжий ему сказал, чтобы он шел позади и светил нам вперед. Когда мы спускались по лестнице в подвал, в доме все время что-то гудело, словно сквозняк перемещался из угла в угол. То его слышно было в одном месте, а как только мы поворачивались туда, звук ветра гудел уже в противоположной стороне. Даже сейчас, когда вспоминаю, мурашки по телу бегут.

— Точно! И у меня тоже. Вот, гляди, — вытянул свою руку вперед Витька.

— Чего ты мне ее тычешь? У меня у самого такая. Вот, — протянул под нос брату свою руку Колька.

— Так что дальше было? — перебил возню братьев Мишка.

— А-а! Короче, спускаемся мы в подвал. Сначала мы втроем остановились внизу и замерли. Из темноты на нас чьи-то глаза глядят. Светятся и не моргают. Так жутко стало! Мы шагнуть боимся, а глаза смотрят, — сказал Колька еще тише, чем раньше. — Рыжий обернулся и попросил, чтобы Никитос быстрее с фонариком спускался. Ему захотелось посветить на наглую кошачью морду, что в подвале засела и не издает ни звука. Никита передал фонарик Сережке, и тот сразу посветил на стену, где только что блестели чьи-то глаза.

В этом месте Колька совсем замолчал.

— И что? — не выдержал Мишка.

— А ничего! — так же тихо, как и раньше, ответил Коля. — На каменной стене была пустая полка, и никого там не было.

— Что? Вы так и не увидели, как кошка удрала?

— Да какая кошка! — встрял Витька. — Ты слушай, чего дальше было!

— Да, полка была пуста. Рыжий продолжал светить на стену. Мы стали озираться, но никого вокруг не было. Сзади с последней ступеньки спустился Никита, и когда Рыжий убрал фонарь в сторону, то в том же месте, где и раньше, снова засветились чьи-то глаза. В этот момент Никита положил мне на плечо руку и я заорал.

— Да мы все заорали! — снова встрял Витька. — Мы так орали, что от нашего ора должен был проход в подвал засыпаться!

— Точно! — поддержал Витьку брат. — Мы с такой скоростью рванули из этого дома, что опомнились, когда уже были в деревне! Только на следующий день мы встретились и рассказали все остальным. С того самого момента у нас что-то вроде традиции наведываться толпой в старый дом на бывшей тринадцатой улице.

Колька закончил свой необычный рассказ, и, словно в завершение этому, за окном сверкнула яркая молния. Тут дверь в комнату открылась, и мы увидели в темноте длинноволосую девичью фигуру, одетую в белое. Вспышкой осветило всю комнату второй раз, и прозвучал гром. Окна задребезжали, а мы в испуге втроем заорали.

— Тихо! Чего орете, идиоты? Родителей разбудите!

В комнату вошла Настя с пирожками на подносе.

— Вот дебилы! Я им еду принесла, а они орать! Совсем тут с ума посходили!

— Тьфу! У меня чуть сердце не выскочило, — сказал Витька и показательно взялся правой рукой за грудь. — Ты когда выйти успела?

— Когда успела, тогда успела, — буркнула в ответ Настя и поставила на кровати братьев поднос.

— С чем пирожки? — поинтересовался у сестры Колька.

— С горохом. Мама сегодня других не делала.

На пару минут возникла пауза. Все похватали пирожки и принялись поглощать еду перед следующей историей.

— Так что, вы так и не выяснили, что это было? — спросил Мишка, доев свой пирожок.

— Не-а, — прочавкал в ответ Витька и взял еще один.

— В этом доме вообще что-то непонятное творится, — сказал Колька. — Вон, Витька дожует и расскажет тебе, что с ними произошло, когда они в дом лазили без меня.

— А ты чего не ходил с ними? — спросил Мишка.

— Я тогда приболел, и меня мамка не пустила.

— Вместо него я ходила, — отозвалась Настя. — Ох и жутко в этом доме!

— После нашего первого раза мало кто захотел в дом соваться, а Настя пошла. Когда она там побывала, другим ничего не оставалось, как согласиться тоже сходить, чтобы не выглядеть трусами. Во второй раз в дом пошел Рыжий и его братья, Ромка и Витька с Настюхой, — сказал Колька, пока младший брат доедал пирожок.

— Я уже и не помню, что за день тогда был. То ли праздник какой, то ли к нам в деревню группа с концертом приезжала, — начал вспоминать Витька.

— Да какая там группа к нам может заехать? Деревенский квартет «Три бубенца»? — усмехнулась Настя.

— А чего вдруг квартет и «Три бубенца»? — удивился Витька.

— Ой! — отмахнулась Настя от брата. — Это было на Ивана Купалу. Слышал о таком празднике?

— Угу, — утвердительно промычал Мишка.

— Верно Настя говорит. Я в тот день перекупался сильно, и у меня к вечеру температура поднялась. Вот меня мама и загнала домой. А мне так хотелось погулять! Вечером костры на реке жгли. Вся деревня гуляла. Даже из соседних деревень к нам пришли люди.

— Ну вот! Я же говорю, что приезжие были, — не унимался Витька.

— Да не возмущайся ты, а рассказывай давай, а то я сама расскажу.

Витька засмущался, но спорить с сестрой не стал.

— Короче, собрались все наши у самого большого костра на берегу реки, — начал Витька. — Половина сразу отказались в дом соваться, а мы с Рыжим и его братьями пошли. Никитос отдал свой фонарик Ромке. И пока деревня гудела и устраивала пляски с прыжками через костры, мы рванули к дому. Фонарем можно было и не пользоваться, такая ночь светлая была. Но Ромка все равно освещал нам дорогу. Решил лишний раз похвастаться, что у них с братом фонарь лучше, чем у остальных.

— А вы знаете, что в такую ночь случаются разные странные вещи? — перебила своего брата Настя.

— Чего? — переспросили одновременно братья.

— Я говорю, что в ночь на Купалу много странностей происходит. Например, вода приобретает особую живительную мощь, а магические свойства огня, земли и растений достигают наивысшей силы. И еще много чего необычного случается. Да такого, что просто так не объяснишь.

— Кто тебе такое сказал? — спросил недовольный Витька.

Парню не понравилось, что сестра его перебила, но ее слова заинтересовали.

— Мне дед Тарас рассказывал про этот праздник. И если есть хоть доля правды в его словах, то нам очень повезло в ту ночь.

— И что такого он тебе говорил? — уже с интересом спросил Витька, позабыв про свой рассказ.

— Он говорил, что в такую ночь русалки из воды на берег выходят. Ведьмы прячутся по домам и не ходят к кострам на берегу, потому что боятся огня очистительного. Даже деревья могут переходить с места на место, листвой шелестят, разговаривают между собой. И не только они. Птицы и звери в эту ночь беседуют друг с другом.

Братья с Мишкой так заслушались, что рты пооткрывали. А Настя продолжала их удивлять своими познаниями.

— Именно в эту ночь цветет необычный цветок папоротника. Дед Тарас рассказывал, что в молодости искал его, но не нашел. Этот необычный цветок не каждому открывается. Именно в Купальскую ночь, ровно в полночь, папоротник цветет огненно-красным цветом. Он говорил, что с собой в лес нужно взять белую скатерть, холст и нож. Они понадобятся, когда отыщется папоротник. И вообще в эту ночь люди собирают разные травы редкие, которые в ворожбе помогают. Из этих трав и обереги делают от напастей разных.

— Подожди. А для чего цветок папоротника искать? — спросил сестру Колька.

— Говорят, если ты донесешь его домой, выдержав все испытания, то откроет он тебе прошлое и будущее, научит понимать язык зверей и птиц, читать мысли людей, откроет тайны богов, а еще поможет в поиске кладов.

— Клады? Круто! Подожди, а какие испытания могут случиться?

— Не помню. Дед Тарас много рассказывал. Поздно уже было, а я к вам торопилась. Помню, что много жуткого и страшного. Я тогда сильно боялась с вами в тот дом идти. А когда в нем оказались, то вообще чуть со страха не померла. Ты меня, Витя, извини, что перебила. Расскажи ему, что в доме было, — кивнула Настя головой в сторону Мишки.

— Ладно, — махнул рукой Витька и продолжил. — В общем, дошли мы с ребятами до этого дома. Помню, что ночь лунная была, а когда в дом вошли, то удивились, как в нем светло было. Остановились мы посреди большой комнаты. Вокруг все в пыли, через окна свет по стенам рыщет. И ты понимаешь, мы все тогда удивились, что не тени, а именно свет. Просто во дворе деревья росли, и лунные лучи сквозь них пробивались, отражаясь в крупицах пыли. При этом пылинки словно искорки светились. Мы даже удивились, что внутри так прикольно и совсем не страшно.

— Хм! — тихо просмеялась Настя. — Именно с такой фразы все и началось.

— Да, — согласился с сестрой Витька. — Миха так и сказал: «Ох! Как тут прикольно и совсем не страшно! А вы нам наплели жути!». Как вдруг, — сделал большие глаза Витька, — с правой стороны стены сама собой захлопнулась одна ставня. Мы дрогнули. В следующее мгновенье захлопнулась ставня с левой стороны стены. Мы все оцепенели, а Настя меня очень сильно схватила за руку. Вот тут, — показал на руку Витька в районе локтя. — Знаешь, какие потом синяки были?

— Ой, ну хватит уже! Я же сто раз извинялась.

— Это важная деталь событий, — отмахнулся от сестры он и продолжил. — Мы сбились в кучу и осмотрелись. Вокруг только пыльные стены, старый шкаф и одно большое окно перед нами. Тут на этом самом окне медленно стали закрываться ставни. В комнате стояла звенящая тишина, что было слышно, как бьются наши сердца. Позади нас послышались чьи-то шаги. Мы так резко обернулись, что Миха чуть не рухнул на пол. В дверном проеме мы увидели, как вдоль стены катится мяч. И он почему-то был мохнатый. Тут раздался скрип ставень. Мы снова дернулись в их сторону. И в этот момент они с треском захлопнулись. Как мы рванули к выходу! Из дома мы вылетели, словно пробка из бутылки!

— Ты не представляешь, как нам страшно было! Я потом своим подругам рассказывала, но мне никто не верил. Я даже приводила их посмотреть на синяки от моих пальцев на руке у Витьки, а они только ржали над ним.

— Это можно было и не рассказывать, — засмущался ее брат.

— Так что же это было? — решил полюбопытствовать Мишка.

— Не знаем. Честно говоря, у нас нет желания выяснять, — ответил за всех Витька.

— Я же говорю, что в такую ночь всякая нежить проявляется. На Купалу всякое происходит. Так дед Тарас говорил. О! Вспомнила! Знаете, что мне еще про этот дом дед Тарас рассказывал?

— Что? — с любопытством спросил Коля.

— Как-то раз, лет двадцать назад, — начала свою историю Настя, — возвращался он со своей женой в нашу деревню. И у поворота с трассы увидели они девочку нашего возраста. Он сказал, что жена попросила притормозить, чтобы спросить ее, может подвезти куда или вдруг девочка заблудилась. Дед Тарас остановился, и они спросили, что та у дороги делает. Девочка ответила, что идет в нашу деревню. Тогда его жена предложила подвезти ее до дома. Она согласилась и села на заднее сиденье. Так как оставалось ехать недолго, то особо в пути они не разговаривали, а когда въехали в деревню, то спросили девочку, куда свернуть. Она попросила подвезти ее на край нашей улицы. Дед Тарас довез ее до угла дороги, и она вышла. Поблагодарив, незнакомка пошла не куда-нибудь, а к этому странному дому. Дед Тарас удивился и спросил уходящую девочку, почему она пошла к заброшенному дому.

Настя сделала многозначительную паузу. В той тишине, что образовалась в комнате, звучали только утихающие капли дождя за окном. Они стучали по карнизу, словно метроном, отсчитывающий последние мгновения до финальной фразы истории.

— Девочка медленно обернулась. И знаете, что она ответила?

— Что? — сглотнув слюну, шепотом спросил Витька.

— Она сказала, что идет туда, где ее в последний раз видели живой!

За окном громыхнуло в последний раз, а ребята вздрогнули и замерли.

— А когда эта девочка зашла за калитку, дед Тарас сказал, что она словно растаяла в воздухе.

— Как ты думаешь, он не придумал эту историю? — спросил Мишка.

— Не знаю. Но дед Тарас говорил, что его и его жену потом еще долго трусило от озноба. Не думаю, что он все это выдумал.

— Вот это жуть! — вырвалось у Кольки. — Хорошо, что мы месяц назад чьи-то останки захоронили возле дома. Может, теперь там все тихо будет.

— Какие останки? — спросил Мишка.

— Да Рыжий с братьями нашли скелет за домом. Они нам показали. Там кисть из земли торчала. Мы все вместе собрались и посовещались. Общим решением было перезахоронить останки, чтобы в этом доме перестали жуткие вещи происходить. Сережка сказал, что они с братьями выкопают, а мы подготовим новую яму и похороним. Мы так и сделали. Это тогда Сашка и закопал свой кед. Мы ему говорили, чтобы он откопал, но он не захотел — побоялся. Ему опять от мамки влетело, — весело ухмыльнулся Колька.

— А чьи это останки были, вы знаете? — задал вопрос Мишка.

— Не-а. Это же не труп был, а только скелет. Представляешь, сколько времени уже прошло. Кому он нужен? Но мы сделали доброе дело. Перезахоронили его.

Витька схватил с подноса последний пирожок и принялся его уминать.

— Не смотрите на меня так. Мне когда страшно, я всегда есть хочу. Между прочим я хотел эту историю рассказать.

— Ладно, жуй уже, — не стал спорить с братом Коля. — А ты, Мишка, знаешь какую-нибудь историю?

— Честно говоря, нет. Я только читал одну книгу. Она называется «Всадник без головы». Вроде, автор описывал то, что услышал, когда путешествовал по Северной Америке.

— Как это «без головы»? — спросил Витька, продолжая жевать пирожок с горохом.

— Ну, по сюжету книги случайно убили не того, кого хотели, и отрезали ему голову. Друг убитого решил отвезти мертвеца домой, когда его обнаружил. Он посадил его на лошадь, а голову привязал к седлу. Вторая лошадь испугалась жуткого наездника и понеслась. Этот друг стукнулся о низкую ветку головой и потерял сознание. Этот всадник без головы несколько дней так и ездил на лошади. Его видели и ночью, и днем разные люди и прятались от испуга.

— Я бы тоже спрятался, если бы увидел такое своими глазами, — сказал Витька и залез к брату под одеяло.

— Так вот. Проездил этот всадник без головы несколько дней, пока лошадь сама не привезла его в поселок. Как раз на суд. Там на суде уже хотели казнить этого друга, который обнаружил убитого. Все думали, что это он его убил, но в голове нашли пулю с инициалами того, кто стрелял. Друга оправдали, а убийца застрелился.

— Мало того, что труп уже не свежий был, так еще и в голове ковырялись. Фу! Мерзость какая! — не выдержал Витька.

— Фу! Витька! — раздался возмущенный голос Коли. — Ты офонарел?!

— Я случайно! Это все горох! Я целых четыре пирожка съел, — попытался оправдаться Витька.

— Ну и вонь! Открывай окно! Быстро!

Дождь прекратился. Одиночные капли падали с веток деревьев. Ветер стих, и в открытое окно ворвался свежий чистый воздух.

— Голова без всадника! — раздался удивленный голос Витьки. — Все сюда!

Дети повскакивали со своих спальных мест и рванули к окну. В темноте над самим забором плавно двигалась по направлению к жуткому старому дому чья-то голова. Разглядеть больше ничего в такой темноте не представлялось возможным. Вот голова замерла и стала удаляться в сторону дома. Она скрылась за темными деревьями, и в этот самый момент раздался утробный вой: «У-у-у»! А за ним последовал леденящий душу нечеловеческий крик: «А-а-а»!

В одно мгновенье ребят словно сдуло от подоконника и они разом оказались в своих кроватях. Дети замерли, как мыши, и боялись пошевелиться. Лишь спустя пару секунд послышался тихий, но серьезный голос Кольки:

— Еще раз навоняешь — убью!

Глава 7. Скелет биолога, или Гена, третьим будешь?

На следующее утро после дождливой ночи улица не впечатляла. Даже несмотря на то, что в деревне проложили асфальт, кто-то умудрился проехать на тракторе, раскидав целые комки чернозема. Мишка до бабушкиного дома добирался, перепрыгивая через лужи, словно кенгуру. После вкусного завтрака, без которого его не хотели отпускать, парень завалился на кровать и включил телевизор. Бабушка Надя отправилась по своим делам, и ему никто не мешал смотреть фильм. На середине фильма он благополучно уснул, почувствовав приятную тяжесть от съеденных блинов. Да и сказался ночной недосып. Проснулся Мишка уже ближе к обеду, когда солнце поднялось высоко и пригрело его правую щеку через стекло большого окна. Во дворе раздавались женские голоса, и парень, потирая глаза, поднялся, чтобы взглянуть на говорящих.

На скамейке у крыльца вместе с бабушкой сидела женщина и помогала ей очищать от косточек вишню. Они уже начистили целую миску, и им оставалось закончить еще с полведра. Женщина заметила Мишку первая и улыбнулась ему. Мальчик поздоровался и пошел умываться. Когда он вышел из ванной комнаты, бабушка поставила на стол еще горячие вареники с вишней.

— Садись, перекуси. Только приготовила. Вишня своя. Мы с Машей косточки выбрали. Вкуснятина — пальчики оближешь! — протянула последнюю фразу бабушка и облизала губы.

— Я еще не голодный, бабушка.

— Садись-садись. Вареники с вишней и сахаром. От такого не отказываются. Ты только попробуй — сам не заметишь, как все проглотишь.

И правда, стоило Мишке первый вареник положить в рот, как моментально проснулся аппетит. Всего несколько минут спустя он уже вылизывал пустую тарелку от остатков сладкой юшки. Вареники зашли на ура.

После завтрака Мишка открыл на проветривание окно в большой комнате и поблагодарил бабушку за очень вкусный то ли завтрак, то ли обед.

— Все съел?

Мишка кивнул.

— Вот и славно. Вишни у нас много. Если захочешь, завтра еще налепим.

Мимо бабушкиного забора прошел человек, одетый в полицейскую форму. На полпути он остановился и поздоровался.

— Доброго дня вам! А я вас, Мария Ивановна, ищу. А вы вот где, — обратился он к гостье.

— Меня? В понедельник? С чего бы это? — наигранно удивилась женщина.

— Должок хочу с вас истребовать. В двойном размере.

— Ого! Кому я должна, я всем прощаю. Иди с богом, — отмахнулась она шутя, и они вместе с бабушкой рассмеялись.

— Мы, между прочим, вашего Гену нашли, — не обратил внимания участковый на шутку директрисы. — Вы мне лично за него обещали магарыч. Только обстоятельства изменились. Теперь вы должны мне целых две бутылки и желательно не самогона.

— Да что же это такое! В школе сейчас каникулы. Я в отпуске. Если я чего тебе, Коля, обещала, то приходи ко мне первого сентября. И вообще, какого еще Гену вы там отыскали? И почему это так цена выросла? Если мои шалопаи чего-то там натворили, то иди к их родителям. Я в данный момент не директор школы, а женщина в отпуске.

— Вижу. Но когда мы сегодня откапывали труп, я тоже не хотел им заниматься, а должен был с сыном идти на рыбалку. А вот не срослось. Вместо этого я получил кучу проблем, насмешки и взбучку от начальства. А еще остался должен эксперту целую бутылку. Теперь вы мне ее и должны.

— Так! Стоп! Какой еще труп? — посерьезнела Мария Ивановна.

— Ты бы, Коля, не стоял у забора, а прошел во двор, — вмешалась в разговор бабушка Мишки. — Заходи и не бойся Пеструху, она не кусается.

— Знаю я далматинцев. На вид добрые, а цапнуть могут, — сказал участковый, осторожно входя во двор.

— Кыш отсюда! — рявкнула на Пеструху бабушка. — Бери вон стул. Присаживайся.

Полицейский поднял стул и переставил его в тенек под дерево. Солнце уже припекало, а мокрая земля после ночного дождя парила, и становилось душно. Мишка, с интересом слушавший разговор взрослых, пристроился на подоконник и навострил уши на продолжение.

— А это кто у нас там? — заметил его участковый.

— Это мой внук. Гостит у меня, пока его родители на курорт поехали. Миша, смотри не свались, — предупредила бабушка внука.

— Привет, Миша! — подмигнул парню участковый.

— Ты, Коля, толком объясни. Какой еще Гена? Что за напасть в деревне приключилась?

— Что-то память у вас короткая совсем стала, Мария Ивановна.

— Ты мне мозги не пудри! И память мою не тронь! Выкладывай давай!

— Ровно месяц назад вы мне лично обещали магарыч, если я отыщу скелет биолога. Вы его еще весь день Геной называли. Что, неужели уже забыли?

Тут директриса изменилась в лице и ее прорвало. Она залилась таким искренним смехом, что у нее из глаз покатились слезы.

— Так ты про этого Гену? Ой, не могу! Держите меня семеро! Что, отыскал?

Мишкина бабушка сама невольно начала смеяться, глядя на свою подругу. Вот только она не понимала, что происходит, и попросила ей все объяснить.

— Коля, расскажи Наде ты, а то у меня, похоже, истерика.

— Ладно, — не стал возражать участковый. — Два раза уже рассказывал эту историю утром, можно и третий раз рассказать. Слушайте.

Мишка и бабушка переглянулись. На их лицах присутствовала легкая улыбка, так как директриса школы все еще продолжала смеяться. Обстановка располагала. Даже участковый посмеивался, глядя на смеющуюся женщину.

— Ровно месяц назад вызвали меня в школу по поводу исчезновения скелета биолога, — начал свой рассказ полицейский. — Возле кабинета директора меня встретил взъерошенный учитель биологии. Он что-то лепетал бессвязно, поэтому я подхватил его за руку и повел обратно в кабинет вашей подруги. Честно говоря, я даже не знал, что Мария Ивановна умеет так ругаться. В кабинете присутствовало человек пять преподавателей и Клавка-самогонщица.

— Наша Клавка? — изумилась бабушка Мишки. — А она что там делала?

— Так я ее уборщицей в школу взяла, — пояснила директриса, вытирая проступившие от смеха слезы.

— Да. Она убирает в школе. И именно от нее мы все и услышали, как трудовик с физруком дали имя Гена скелету из кабинета биологии. Им просто третий нужен был, чтобы отметить окончание трудовой недели.

— Совсем из ума выжили мужики! — возмутилась бабушка, приподняв свои брови.

— Значит, заходим мы с биологом в кабинет Марии Ивановны, а она всех собравшихся в пух и прах разносит. Да так сладенько и красноречиво, что ее коллеги головы в плечи попрятали, словно страусы.

— А как было иначе, — решила объяснить свое поведение директриса. — Мишка, а ну, закрой уши! — повернулась бабушкина подруга к парню. — Эти дебилы умудрились новый экспонат потерять! Я его в городе два месяца выпрашивала, а они за два дня его прос… потеряли короче. Извини, Миша, — вовремя опомнилась женщина.

— Понимаю, — спокойно добавил участковый. — Вошел я в тот момент, когда Клавка-самогонщица рассказывала о том, что видела в пятницу. Мыла она полы после занятий и услышала через приоткрытую дверь, как кто-то разговаривает. Стало ей любопытно, и решила она посмотреть, кто там домой не хочет идти. Увидев скелет в щелку, чуть ведро не сбила. А потом увидела трудовика с физруком. Клавдия — женщина дотошная, рассказала все с подробностями.

— О-о! Да! Этой палец в рот не клади, дай посплетничать, — добавила Мария Ивановна.

— Что есть, то есть, — согласилась Мишкина бабушка.

— Хм! — усмехнулся участковый и продолжил. — Из ее рассказа, физрук зашел за трудовиком, чтобы вдвоем домой пойти. А трудовик предложил по пятьдесят грамм за окончание трудовых будней выпить. Николай Васильевич отказываться стал. Не хочу, говорит. Вдвоем опять пьянка получится. А трудовик подошел к нему, снял с его головы кепку и надел на голову скелету, что у стены стоял. Потом второй рукой обхватил скелет за череп сзади и спросил: «Гена, третьим будешь?» — и наклонил слегка его голову в знак согласия. «Вот видишь, — сказал трудовик, — теперь нас трое. А это значит, что у нас не пьянка, а задушевная беседа в доброй компании». А потом Клавдия ушла, захватив свой рабочий инвентарь. Не стала этот бред слушать. Еще бы! Пили-то они казенную водку, а не ее «фирменный» самогон. Она так и заявила, что лучше бы у нее купили. Она, видите ли, свой самогон из Лидии делает. У ее изделия и запах приятнее, и вкус лучше. На этом месте наша великодушная Мария Ивановна отправила Клавдию работать.

— Конечно, отправила! Ее вовремя не останови, она всем начнет рекламировать свой самогон! А я ее предупреждала, чтобы не смела этим в школе заниматься. А то не школа получится, а проходной двор через ликеро-водочный!

— Я выслушал ее рассказ и спросил у трудовика, зачем он к себе в мастерскую скелет биолога притащил.

Мария Ивановна опять рассмеялась.

— Он, Надя, и в прошлый раз так оговорился. Мы тогда тоже рассмеялись.

— Извините. Я исправился и переспросил трудовика, зачем ему понадобился скелет из кабинета биологии. Выяснилось, что преподаватель биологии попросил Петровича сделать шкаф для скелета и отправился домой после третьего урока. А их доблестный мастер на все руки взял скелет, чтобы снять с него мерки и соорудить шкаф по размеру. В понедельник биолог вышел на работу, а скелета нет. Он в один кабинет, в другой — его нет нигде. Биолога увидел историк как раз в тот момент, когда он по подсобкам шарился.

— Что делал? — переспросила Мишкина бабушка.

— Да спасение от строгого выговора он свое искал! — пояснила разозленная директриса. — Кабинет не запер! С уроков раньше ушел! Экспонат прос… потерял, — опять вовремя опомнилась Мария Ивановна, посмотрев на сидящего на подоконнике Мишку. — Не учительский состав, а сплошные приключенцы. Ты знаешь, Надя, что ему историк посоветовал?

— Что?

— Сказал, что можно фотографию скелета во весь рост заказать вместо экспоната. У его брата в городе своя полиграфическая фирма есть. И уже почти деньги с него истребовал. Вот только я невовремя проходила и услышала их разговор. Наш историк вообще проныра тот еще! У него все плакаты в кабинете сделаны на фирме его брата. А деньги он с родителей собирает.

— Смотри, предприимчивый какой! И брату помогает и, наверное, себя не обижает?

— И не говори, Надя. Не деревенская школа, а экономический колледж. Извини, Коля, заканчивай уже, а то у меня вопросы к тебе назрели.

— Так уже вроде бы и все. Искали этот скелет всем учительским советом, пока Клавдия не узнала, что происходит, и не сообщила Марии Ивановне о том, что видела в пятницу.

— Да. Если бы не наша Клава, то трудовик так бы и промолчал. Он сначала совсем забыл, что их в пятницу было трое. А потом вспомнить не могли ни он, ни физрук, куда они Гену своего отправили.

— В общем, подруга, пришлось нашего Колю вызывать, чтобы помог нам разыскать этого Гену.

Все опять дружно рассмеялись.

— И как я понимаю, ты, Николай, его сегодня нашел? — спросила директриса у участкового.

— Нашел. Но не я, а Афанасий.

— Это какой Афанасий? Не мой ли сосед? — спросила Мишкина бабушка.

— Он самый. Я как раз к нему шел, а тут вас увидел. Не смог пройти мимо.

— Как я поняла, нас ждет не менее захватывающее окончание истории, чем ее начало?

— Можно и так сказать, Надежда Петровна. Окончание истории почти завершено. А вот утро у меня выдалось не менее увлекательным, чем в день пропажи Гены у Марии Ивановны.

— Подожди, Коля, я сначала очищенную вишню в дом унесу и попить тебе свежего компота вынесу. Будешь компот из моей вишни?

— Кисло-сладкий?

— Да. Сладенький и с кислинкой.

— Буду. А то душновато что-то.

Мишка подобрался на подоконнике и превратился весь в диктофон. Следующие подробности обещали быть не менее интересными.

— Миша! — раздался голос бабушки из кухни. — Тебе компота налить?

— Не! Спасибо! Я попозже попью!

— Ну, как знаешь.

Бабушка вышла из дома и протянула участковому кружку. Тот поблагодарил и в несколько больших глотков осушил ее.

— Видать, и вправду пить хотел. Может, еще вынести?

— Нет. Спасибо. Хватит. Мне еще побегать придется по деревне. Где-нибудь попью. А внук к вам надолго? — спросил вдруг участковый, посмотрев на Мишку.

— Не знаю. Может на недельку, а может, задержится. Как родители решат. Каникулы все-таки.

— Миша, а ты моего сына знаешь? — задал вопрос парню участковый.

Миша пожал плечами, не зная, что ответить.

— Его Коля зовут. Вы вроде в футбол вместе играете.

— А-а, Колю? Колю знаю. А что?

— Он тебе ничего такого не рассказывал?

— Чего «ничего такого»? — переспросил Мишка.

— Ладно, сейчас утреннее событие перескажу — поймешь.

Участковый Николай отдал пустую кружку Надежде Петровне и продолжил.

— Ранним утром, когда я почти уже вышел из дома, ко мне постучал ваш сосед. Хорошо, что я сына еще не успел разбудить. Я только-только оделся в рыбацкий костюм, приготовил завтрак и поставил удочки в предбанник. А тут он. Весь в грязи, взъерошенный и напуганный. Стоит и дрожит.

— Я к нему. Что случилось, спрашиваю, дядя Афанасий? А у него губы дрожат. Шаг ко мне навстречу сделал и за ногу схватился. «Там труп!» — выдал он и пальцем в сторону старого дома тычет. Это я вам так рассказал, чтобы вы поняли, какое возбуждение мне передалось от вашего соседа с самого утра. Я его усадил и стал расспрашивать, что да как. Выяснилось, что его дождь с вечера на реке застал. Он тоже на рыбалке был. Укрылся он под массивным деревом и ловил себе. Говорил, что почти ведро карасей натаскал. Причем каждый не меньше, чем с его ладонь. А ладонь, я вам скажу, у него приличных размеров. И каждый карась заставил его понервничать, пока он тянул их из воды.

— Так! Коля, ты коней притормози! — перебила его директриса. — Ты про труп рассказывай, а то понесло тебя не туда.

— М-м, извините. Увлекся. Так вот. Переждал он ливень. Ветер стих, а так как он достаточно сильно подмерз на своей рыбалке, то отправился домой. Решил он немного срезать дорогу и зайти через калитку с обратной стороны своего участка. Вот только после ливня позади ваших участков большая лужа образовалась. Тогда он свернул к старому дому и пошел через его территорию. Сколько раз там ходил, говорит, всегда все нормально было. А тут возле тропы земля накидана и размокла до грязи. Он сделал шаг в сторону и провалился, что аж ногу подвернул. Ведро с карасями уронил, вода вылилась. Он карасей своих хвать, а вместе с карасем у него в руке кисть человеческая. Он потянул, а из земли череп с пустыми глазницами вылез. Говорит, что орал так, словно в ад попал.

— Я представляю! Ужас какой! В темноте, весь в грязи, и еще этот труп, — пожалела соседа Мишкина бабушка.

— В общем, я позвонил в отдел полиции, чтобы спецы приехали и криминалиста с собой взяли. Спустя пару часов мы все собрались у старого дома. Оцепили место происшествия, как положено. Ленточки натянули. Фотографий кучу наделали. А когда эксперт-криминалист приступил к своим обязанностям, мы отошли в сторону, чтобы ему не мешать. Вот только через минуту он подошел ко мне и говорит: «Ты если меня еще раз из-за своей дурьей башки вызовешь просто так, я тебе морду набью. Можно подумать, мне больше заняться нечем, как только выяснять, какой такой лютой смертью погиб школьный экспонат». И подзатыльник мне, словно пацану, выписал. Говорит, чтобы без хорошей бутылки я к нему больше не совался. Я сначала не понял, чего это он. А он мне говорит, чтобы я на пятку скелета взглянул. Я быстро к трупу, а у него на пятке инвентарный номер вашей школы, Мария Ивановна. Не знаю, что с вашим Геной случилось, но до магазина он точно не дошел.

На директрису просто так нельзя было смотреть. Она давилась от смеха, да так, что до икоты дошло. Мишка сразу понял, кто это прошлой ночью своим криком так напугал его и Настю с братьями. Это они голову Афанасия сегодня ночью видели над забором.

— Ну и история! — выдохнула Мишкина бабушка. — Кто же этого бедного Гену туда закопал?

— Пока не знаю. Но в свежей могилке рядом с Геной мы обнаружили один кед. Если выясним, кому он принадлежит, то и участников похоронной процессии найдем. А там и узнаем, как ваш Гена из кабинета трудовика добрался до старого дома.

— Понятно. Ладно, пошли, Коля, навестим с тобой «Твикс».

— Какой еще «Твикс», Мария Ивановна?

— Да парочку эту сладкую — физрука с трудовиком. Пусть они тебе проставляются. С каждого по бутылке выйдет. Не так уж и больно. Ты только им Гену выдай. Пусть они его отмоют и в кабинет биолога вернут. А я не стану их премии лишать за это.

— Согласен. Мне перед криминалистом стыдно. А без хорошей бутылки я к нему не пойду.

— А вот с кедом, Коля, кажется, я смогу тебе помочь. Есть у нас в школе один шалопай, имеющий привычку свою обувку терять, — загадочно произнесла Мария Ивановна.

— Погоди, Маша, я тебе сейчас с собой вишни отсыплю. Я быстро, — сказала Мишкина бабушка и, подхватив миску, зашла в дом.

Пеструха, увидев, что бабушка поднялась, сама подскочила и принялась бегать по двору. Притащила маленький мяч и положила под ноги участковому. Тот пару раз кинул ей его, и Пеструха дала себя погладить.

— Красивая собака, — сказал участковый. — Мой сын тоже хочет себе собаку.

— Так купи ему. У вас двор большой, места много. Или ты собак не любишь?

— Люблю, Мария Ивановна. Руки как-то все не доходят. У него скоро день рожденья, думал к празднику собаку присмотреть. Но если я только выясню, что он причастен к захоронению вашего Гены, не видать ему такого подарка, — сказал мужчина в форме и посмотрел на Мишку. Теперь Мишка понял, что имел в виду участковый, когда спрашивал, ничего ли ему такого не рассказывал его сын.

«Кажется, попал Колян, — подумал в этот момент Мишка, наблюдая за игривой Пеструхой. — Наверное, надо к Насте с братьями наведаться. Пусть предупредят друга. Они ведь знают, в каком он доме живет. А заодно и Сашку. Хотя Сашке они ничем помочь не смогут, если даже директриса знает, кто из ее учеников постоянно обувь теряет. Но предупредить следует».

С этими мыслями Мишка слез с подоконника и, когда бабушка передала своей подруге полный кулек очищенной от косточек вишни, стал обуваться. Потом он дождался, пока директриса с участковым отойдут подальше, и пулей выскочил со двора, направляясь прямиком к соседским ребятам.

Глава 8. Каторжные работы и новая яма

Мишка ворвался к соседям, словно паровоз, на всех парах. Первым его заметил Витька, который спускался с дерева. Ребята сегодня тоже собирали вишню.

— Привет, Мишка! Чего к вам Трижды-Коля заходил? — поинтересовался первым Витька, спрыгнув с дерева.

— Кто заходил?

— Участковый, — пояснила Настя, высыпая вишню в общую кучу из литровой кружки.

— А вы откуда знаете?

— Мишка, ты чего? — удивился Витька, показывая на верхушку дерева. — Оттуда все видно.

— А-а. Ну да, — посмотрел парень на дерево и почесал за ухом. — А почему Трижды-Коля?

— Ты не знаешь? — поинтересовался у Мишки уже старший брат. — В их семье уже несколько поколений старшего сына называют именем отца. Участкового зовут Николай Николаевич, и Колян тоже получается Николаевич. Его деда звали Николай Николаевич, а фамилия у них Никольские. У нас в деревне их все так и называют, что сына, что отца, — Трижды-Коля.

— Прикольно. Я раньше не встречался с таким.

— Так чего он к вам заходил? — повторно спросил Витька.

Мишка вспомнил, чего он пришел к ребятам, и расплылся в улыбке.

— Рассказал, кто это так сильно этой ночью орал. Я имею в виду голову, что мы с вами видели ночью, а всадника не разглядели.

— Ты про этот жуткий вой у старого дома? И кто это был? — опередив всех, спросила Настя.

— Афанасий — бабушкин сосед. Этот Афанасий наткнулся на перезахоронение вашего скелета. И вообще, он такую историю рассказал, до сих пор ржать хочется.

— Что за историю? — в один голос спросили братья.

— Так вы не знаете? Подождите, то есть вы не в курсе, кого вы там перезахоронили? — удивился Мишка. — Я-то думал, что вы меня разыграли! Ну вы попали, парни!

— Почему? — все никак не могли понять Витька с Колькой. — Давай колись уже! Чего тянешь?

Одна Настя молча смотрела на братьев и, подставив ближе ведро, присела на него послушать, что такого узнал Мишка.

Рассказывал Мишка быстро. Не забыл упомянуть историю Гены в школе. Как исчез скелет из кабинета биолога, а потом, как пропал из мастерской трудовика.

— Так это что, мы закопали школьный экспонат? — растерянно переспросил Витька.

— Это все фигня, Витька! Ты что, так и не понял? Нас Рыжий с братьями подставил. Получается, это они сперли скелет из школы и присыпали его землей. А перед нами разыграли целую сцену. Представляю, как они ржали, когда наблюдали за нами.

— Я думаю, братики, они только начали над вами прикалываться, — вдруг сказала Настя.

— Это почему? — спросил Колька.

— Почему тогда они до сих пор не рассказали вам, что это за скелет? Месяц уже прошел, а они молчат. Что у нас за праздник в ближайшую неделю?

— Ивана Купалы, — разом произнесли братья.

— Правильно. Помните, что в такую ночь обычно делают?

— Что?

— Как говорят старики, в ночь на Ивана Купалу всякая нечисть просыпается: змеи, ведьмы, оборотни и русалки из воды выходят на берег. Поэтому в эту ночь нельзя спать. На Купалу нельзя ничего отдавать или занимать. Не к добру это. У реки костры жгут и прыгают через них, потому что такой огонь обладает очищающей силой. Под утро на костре сжигают череп коня, как символ ведьмы. Считается, что если кто-то из незамужних женщин не приходит на праздник, то они замешаны в колдовстве. Старым богам приносят дары и делают жертвоприношения. Пепел из костров рассыпают по огороду на грядки и разносят на поля, для лучшего урожая. А если уголь подкинуть в печь, то в доме будет достаток.

— К чему ты ведешь, Настя?

— Ни к чему. Просто мне кажется, если они вам до сих пор не рассказали, кого вы закопали, то они хотят заснять вас для большего смеха на камеру, когда вы будете какой-нибудь обряд в эту ночь совершать на могиле бедного школьного экспоната. Ведь только в эту ночь это не будет выглядеть странно.

— Ну, Рыжий! Витька, пошли пацанов соберем! Нам стоит кое-что обсудить с ними.

— Подождите, — вспомнил Мишка про кед. — Надо первым Сашку предупредить. Участковый в могиле его кед нашел. Если ваша директриса отведет Трижды-Колю к его родителям, то парню влетит.

— Мы, конечно, предупредим его, но помочь вряд ли сможем. Ладно, погнали. К первому к нему сгоняем, а там видно будет.

— Стоять! — неожиданно закричала на братьев Настя. — Вы думаете, я одна смогу этот таз с вишней в дом занести? Сначала поставьте его на табурет на кухне, а потом бегите куда хотите.

Братья выполнили, что сказала им сестра, и побежали вместе с Мишкой по улице к дому Сашки. Но не успел Мишка пробежать и двадцати метров, как его окликнул голос бабушки.

— Миша! — в калитке стояла бабушка Надя с поводком в руках. — Миша, поди сюда!

— Что, бабушка?

— Миша, мне твоя помощь нужна.

Парень обреченно вздохнул и, оглядываясь на ребят, направился к дому.

— Мы заскочим к тебе на обратном пути! — раздался ему в спину голос Кольки, и братья побежали дальше.

Бабушке, действительно, нужна была помощь внука. Оказывается, Пеструха снова разрыла яму под забором. И на этот раз она превзошла саму себя. Яма получилась огромная. Если учесть то, что ночью шел дождь, то к забору подобраться вообще нельзя было. Грязь была раскидана метров на десять. В яме под забором собралась вода. Лопата валялась в грязи, впрочем, там же валялась и сама Пеструха. Собака вдоволь наигралась с мячом, который ей сегодня кидал участковый Николай. Теперь она преспокойно дрыхла в самом эпицентре грязевого вулкана, накиданного ей возле ямы.

— Вот, Миша, полюбуйся на эту гадину пятнистую. Мало того, что из-за нее у меня скоро забор завалится, так теперь ее срочно надо вымыть. Можно подумать, у меня сегодня дел мало. Я собралась закрутки из вишни делать. На плите вода закипает, а такую грязную собаку оставлять нельзя. И в дом не пустишь, а если грязь высохнет, потом не отмоешь. Так что требуется твоя помощь. Вот тебе поводок. Привяжи Пеструху где-нибудь и вымой. Да, и яму засыпь. Не хватало мне, чтобы забор еще просел. Вот зараза в пятнах, все цветы землей закидала, — продолжала возмущаться бабушка.

Все это время Пеструха сладко спала посреди земляной кучи.

«Вот уж королева чернозема!» — возмутился про себя Мишка, аккуратно ступая, чтобы как можно меньше запачкать обувь.

Подцепить поводок за ошейник получилось быстро. Вот только и собака очнулась. Она задела лежавший рядом мячик и тут же рванула за ним. Мишка не удержал поводок и сам не смог устоять. Поводок вырвался из его руки, а он свалился в грязь.

— Тьфу! Вот же! Тьфу! — второй раз проплевался он от земли, попавшей ему в рот. — Чтоб тебя черти взяли! Блин! — жалобно протянул он. — Теперь все стирать надо!

Мишка стряхнул с рук куски грязи и вытер щеку. За его спиной опять послышался еле слышный девичий смешок. Он обернулся, но вокруг никого не было. Под массивным корнем дерева снова стояла пустая кружка и остатки бутерброда.

«Как я забыл про это?» — подумал он и, отставив кружку в сторону, вытащил грязную лопату из земли.

Пока он закапывал огромную яму, Пеструха крутилась все время возле него, то и дело подставляя ему свой мяч к ногам. Парень злился, но мячик исправно бросал. Наконец яма была засыпана, а собака выдохлась. Солнце поднялось до максимума своего ежедневного пути и хорошенько припекало.

— Кто из вас моя Пеструха, а кто мой внук? — весело пошутила бабушка, которая вынесла из дому большое чистое полотенце и кусок мыла. — Ладно, не расстраивайся, Миша. Сейчас все выстираем. Одежда будет как новенькая. Иди вместе с собакой под душ. Я вытянула шланг на улицу и подключила к нему распылитель для полива огорода. Вода теплая, не замерзнешь. Вымойся сам и эту чертовку отдрай хорошенько. Вот тебе собачий шампунь. Только прицепи ее потом, чтобы просохла, а не гоняла по двору как умалишенная.

Купать Пеструху оказалось еще то занятие! Собака, когда Мишка поливал ее из шланга, постоянно пыталась поймать пастью струю воды. Она гоняла из стороны в сторону, припадала передними лапами к земле и скакала. Гавкала и гонялась за водой, когда Мишка отводил шланг в сторону. Он переключал на распылителе разные струи, а собака дурела и бегала вокруг него, постоянно хлеща парня твердым, как канат, хвостом. В общем, помывка затянулась на добрых полчаса. Когда наконец удалось отмыть от грязи Пеструху, Мишка привязал ее к столбику забора и помылся сам. Так, в одних трусах, его и застали деревенские ребята, когда подошли к его забору всей дружной компанией.

— Как водичка? — задал вопрос Никита.

Над воротами торчали ровно шесть голов подростков. Все они были не очень довольными.

— Что случилось? — задал вопрос Мишка, не обращаясь к кому-то конкретно.

— Войти-то хоть можно? — снова спросил Никита.

— Да. Конечно, входите, — подошел он к калитке и открыл ее. — Проходите.

Пеструха дернулась пару раз, а когда у нее ничего не вышло, залаяла. В открытом окне появилась бабушка.

— Ого, сколько вас! Вы по делу или как?

— Здравствуйте! — прозвучало многоголосье парней. — Мы к вашему соседу идем. Вот Мишку увидели и зашли на минутку.

— А-а. Тогда ладно. Я так понимаю, это ваша дружная компания устроила обряд захоронения бедного Гены? — спросила бабушка Надя и засмеялась.

Некоторые из ребят опустили глаза, а кто-то невнятно промычал «Угу».

— А к соседу моему зачем?

За всех решил ответить Колька. Он оглядел ребят, которые мялись, собираясь с мыслями, и сказал:

— Участковый и Мария Ивановна сказали, что из-за нашей аферы ваш сосед упал и повредил ногу. Теперь он не может нормально ходить. А еще у него душевная травма. Так что нас отправили к нему за инвентарем, чтобы мы помогли ему собрать люцерну на поле возле речки.

— Так вас отправили на каторжные работы? — снова засмеялась бабушка. — Ну, что же, дело нужное. Помочь старику надо. А кто же из вас все-таки спер скелет биолога из школы? Мне просто интересно, — добавила она, продолжая улыбаться.

— Не мы, — почти все хором ответили ребята.

— Вот те раз! — удивилась бабушка. — А кто тогда?

— Это Рыжий со своими братьями. Мы ничего не знали. Они нам сказали, что нашли его в земле с другой стороны дома и откопали, чтобы перезахоронить, — быстро выпалил Ромка.

— Ладно. А почему тогда вас отправили работать, а не их?

После этого вопроса лица ребят просветлели. Они стали улыбаться, а Сашка первым рассмеялся.

— Им Мария Ивановна придумала персональное наказание, — сказал Витька. — Они будут нести караул возле Гены.

— Какой еще караул?

— Да они целую неделю в белых рубашках будут стоять на охране скелета. Наша школа выходит на центральную улицу. Вот Мария Ивановна и решила, что героев все должны знать в лицо. Каждое утро трудовик будет выносить скелет к парадному входу школы и выставлять его возле флага. А они будут его охранять. Так сказать, памятный караул Геннадию, героически сгинувшему от дури человеческой.

— Я так понимаю, ты мне сейчас ее слова пересказал?

— Именно так директриса и сказала. Ой! Извините! Мария Ивановна так сказала, — поправился Витька.

— Понятно. Ну что же, вам компота налить?

— Нет. Да, — раздались разные ответы ребят.

— Хорошо, каторжане. Кто хочет пить, подходите к окну.

Ребята засмеялись и стали подтягиваться к окну за компотом. Мишка быстро оделся и загнал Пеструху в дом, чтобы та не тянула забор. А то столько народу пришло, что она себе места не находит.

— Гляди, — подошел к Мишке Сашка, показывая на свои ноги.

На нем были обуты кеды. Мишка узнал один из них. Это был тот самый кед, что показывал утром участковый.

— Хорошо, что второй не выкинул, а дома бросил. Мама сказала, чтобы в поле новую обувь не одевал. Пришлось обувать их.

— Ну, так это же здорово, что кед нашелся, или ты расстроен чем-то?

— Нет, конечно, не расстроен. Просто, понимаешь, — замялся Сашка с ответом, — все-таки один из них целый месяц в могиле пролежал.

— Да в какой могиле! Не выдумывай, — засмеялся Мишка. — Скелет даже не настоящий был.

— Понимаю. Но как-то неуютно.

— Не парься! — хлопнул по плечу Сашку Никита. — У многих каторжников вообще обуви не было, а у тебя кеды, — сказал он, подняв указательный палец кверху, и все засмеялись.

Ребята отправились на соседний участок к Афанасию за инвентарем. Кому-то выдали тачку, кому-то серпы и веревку. После этого все дружной компанией направились к речке срезать подросшую люцерну.

Нельзя сказать, что все были расстроены таким наказанием, тем более что убирать люцерну оказалось весело. Пока одни отвозили полную тачку на участок к Афанасию, другие срезали и перевязывали ее. Еще делали перерывы на купание в речке. Когда же Витька с Колькой рассказали друзьям, как ночью увидели над забором голову Афанасия, и услышали леденящий душу крик на всю округу, настроение у всей компании поднялось, и парни долго смеялись. Как всегда, больше рассказывал Витька. Он делал жуткие глаза, растопыривал пальцы на руках и корчил гримасы, вспоминая Мишкину историю про всадника без головы. В конце рассказа Колька в шутку добавил, что Витька с перепугу сожрал с десяток пирожков с горохом, после чего нам дышать нечем было, то все ржали над его братом минут пятнадцать. Витька, конечно, выписал пару пендалей брату, но тоже в шутку.

Солнце уже зашло за высокие деревья, а люцерну собрать всю не успели. Посовещавшись, ребята решили, что соберутся на следующий день и закончат. Правда, решили собраться не с самого утра, так как у многих были свои дела. Родители каждый день оставляют им задания. Поэтому сначала домашние дела, а уже потом каторжные работы, как назвала их отработку Мишкина бабушка. Никита с Ромой повезли тележку хозяину, а остальная компания разбежалась по домам. Мишка вернулся в дом, в тот момент, когда бабушка поставила на стол ужин. Пеструха дрыхла на коврике у дверей и подергивала задней лапой, словно догоняла кого-то во сне.

— Смешная, — сказал Мишка, с аппетитом уминая котлету.

— Целый день гоняла как заведенная. Ну, хоть ночью даст поспать, — ответила баба Надя и накрыла полотенцем кастрюльку с котлетами. — Когда доешь, посуду сполосни. Я пойду телевизор включу. Да, сегодня родители звонили. Сказали, что через пару дней возвращаются. Спрашивали, как ты тут. Я сказала, что у нас с тобой все замечательно.

— Так и есть! — пробурчал Мишка с набитым ртом.

Утро следующего дня началось с того, что Мишка ощутил у своей щеки что-то мокрое и прохладное. Когда он открыл глаза, то его лицо тут же кто-то облизал. Он сморщился и попытался отстраниться, но напор был настолько сильным, что он, отодвигаясь все дальше и дальше, свалился с кровати.

— Блин! — простонал парень вслух. — Пеструха! Я что, забыл вчера дверь подпереть?

Так и оказалось. Дверь была распахнута, а довольная собака уже спрыгнула с кровати и носилась по комнате словно заведенная. Она то тянула одеяло с парня, то пыталась залезть под него, то просто пробегалась сверху, не обращая никакого внимания на сонные стоны хозяина. Наконец Мишка поднялся и подошел к дверям. Собака выскочила, проскользнув у Мишки между ног, а он, назло ей, захлопнул дверь и подпер шваброй. После этого он завалился обратно в кровать.

— Фу! — выдохнул он вслух и потянул на себя одеяло.

Несколько секунд было тихо, и Мишка почувствовал, как ему становится приятно и легко. Парень взбил мягкую подушку и повернулся набок лицом к окну. Натянул по шею одеяло, и в этот момент под окном раздался лай Пеструхи.

— Вот зараза! Я тебя убью!

Лай стих. «Не может быть!» — подумал про себя Мишка и перевернулся на другой бок. Он закрыл глаза, вот только сна уже не было. Поэтому он пролежал так еще какое-то время и откинул одеяло. На улице отдаленно раздался звонкий звук упавшей лопаты. Парень подскочил на кровати и прильнул к окну. Пеструха снова копала свою яму. Она закидывала землей самодельную плетеную клумбу. Бабушка рассказывала, что потратила целых два дня, чтобы смастерить такую клумбу. Она увидела фотографию где-то в интернете и решила попробовать поставить такую на своем огороде, чтобы радовало глаз. И теперь Пеструха снова засыпала ее цветы землей. Пришлось вставать и мчаться в конец участка.

Подойдя совсем близко к дереву, Мишка снова заметил ускользающую тень между деревом и забором. У самого корня опять лежала пустая кружка. Мальчик быстро схватил лопату, воткнул ее в землю и опер на забор. Потом схватился за ветки дерева и стал подниматься вверх. Когда он повис, схватившись руками за край забора, и посмотрел на землю, то уже никого не было.

«Опять проворонил!» — подумал он и спустился рядом с копавшей свою любимую яму Пеструхой. Словно почуяв кого-то рядом возле себя, упертая собака остановилась и присела возле новой кучи сырой земли. Она гавкнула один раз и как ни в чем не бывало побежала в сторону дома, довольно виляя хвостом.

— Черт! — выругался Мишка, глядя ей вслед.

Он присел на край цветочной клумбы, где не было набросано земли, и оглядел новый фронт работ. Сегодня, конечно, засыпать яму не составляло труда, по сравнению с вчерашним днем, но каждый день делать одно и то же ему не хотелось. Поэтому он решил пройтись по участку бабушки и осмотреться. Его поиски увенчались успехом. Среди всякого хлама возле сарая с курами он обнаружил кусок листового железа. Притащив его к яме, мальчик уложил по краям земляных стенок пару кирпичей. Потом утрамбовал лопатой землю и уложил лист железа. Затем снова присыпал его землей и с чувством выполненного долга направился в дом умываться.

— Мишка! Мишка! — раздался голос Витьки, когда парень ел завтрак, оставленный ему бабушкой.

Мишка выглянул в окно и увидел возле ворот Витьку с братом и Сашку.

— Чего?

— Ты пойдешь с нами к речке?

— Пойду. А чего вы так рано собрались?

— Мы решили начать пораньше. Когда придут Никита с Ромкой и Трижды-Колей, то им останется закончить каторгу и отнести инвентарь деду Афанасию. Нам папа купил новые удочки, хотим опробовать. Быстрее сделаем работу, быстрее на рыбалку пойдем.

— Так мне свою удочку брать?

— Бери, конечно. Сашка говорит, что одно место знает. Там пару дней назад один тракторист в реку зерно просыпал. Должно хорошо клевать.

— Здорово! Тогда я соберусь и приду к вам на поле.

— Давай! Будем там тебя ждать!

С этими словами ребята скрылись за воротами, а через пару секунд раздался стук в соседские ворота и послышался голос деда Афанасия:

— Кто там?

— Мы пришли за тачкой, — отозвался кто-то из ребят.

— А-а, каторжане прибыли! Уже иду!

«Так к ним и прилипнет это прозвище» — подумал Мишка и отправился за своей удочкой.

Глава 9. Рыба года и плавучий трактор

После того, как с люцерной было покончено, Витька с Колькой передали эстафету друзьям. Тем осталось отвезти все кучки на тачке в дом Афанасия. Никита с Ромкой даже обрадовались такому. Все же возить куда легче, чем собирать с согнутой спиной.

— А вы куда пойдете? — поинтересовался Никита у Кольки. — Может, я тоже за удочкой сгоняю и к вам приду, если отец отпустит.

— Приходи. Только место у Сашки узнай. Это он нас поведет. Слушай, Никита, а ты сегодня Рыжего видел? Ваш дом ведь как раз возле школы расположен. Как они там? Дежурят?

— Дежурят, куда они денутся! С самого утра стоят. Чистенькие такие, в наглаженных рубашках, на солнышке жарятся. Хотели профилонить и смыться, так ничего не вышло. Им отец ремня пообещал всыпать. Он иногда выходит проверить почетный караул. Кстати, трудовик Гену так отдраил от земли, что скелет на солнышке аж блестит. Все проходят и смеются. Директриса очень довольная. Вчера тоже пару раз проходила, контролировала процесс отбытия повинности.

— Прикольно! Надо будет сгонять на парней посмотреть. Вы, кстати, на телефон их снимали?

— Нет. Сказали, что прибьют, если кого из нас с камерой увидят.

— Да пофиг! Надо снять героев. Потом пригодится. Будет, чем шантажировать. Не всегда же им над нами прикалываться. Ладно, нам пора. Ты, Никита, если сможешь, приходи. Только не задерживайся. Сегодня мы попробуем, клюет там или нет. А вот завтра с утра, если клев будет, рванем снова.

До места, где тракторист рассыпал зерно в реку, идти было довольно далеко. Ребятам пришлось протопать через три поля. И вышли они почти возле заброшенной деревни. Сашка, как выяснилось, проезжал с отцом, когда увидел, как с борта прицепа сыплется зерно в реку. Много он рассмотреть не успел, так как на мотоцикле скорость была большая и пыль на грунтовке сильно поднялась, но место он запомнил.

Когда ребята обогнули нужную им посадку и остановились на невысоком склоне, то так и замерли, увидев то, что совсем не ожидали там увидеть. Утонув почти по самую крышу, вместе с прицепом из воды торчал трактор.

— Фигасе, тракторист рыбу подкормил! — непроизвольно вырвалось у Витьки. — Походу, он в акваланге работает!

От такой оценки ситуации ребята зашлись в хохоте. Сашка первым решил спуститься вниз к реке по заросшей тропинке и, зацепившись карманом за колючую ветку кустарника, поскользнулся на траве. Как в таких ситуациях обычно и происходит, он упал. А так как это был «везучий» Сашка, то он ко всему умудрился потерять в высокой траве свой «везучий» кед. В результате все остальные вынуждены были задержаться, чтобы помочь растеряхе отыскать обувь. Именно в этот момент они увидели двух спускающихся к реке мужчин. Те шли по тракторной колее и разговаривали. Ребята почему-то не стали себя обнаруживать и так и остались сидеть среди кустов на тропинке невысокого склона.

— И как ты, Федя, умудрился его туда загнать? — спросил тракториста мужчина в синей футболке. — Ты что, выпил?

— Серега, о чем ты говоришь? Я могу выпить, но только если в компании и с имеющимся поводом. Но на работе я вообще не употребляю.

— Тогда как ты это объяснишь? Хорошо еще, что тут не так глубоко.

Двое мужчин подошли вплотную к плавучему трактору и остановились, рассматривая получившуюся кормушку для карпов.

— Серега, смотри, — присел на корточки тракторист, — если его вот тут подцепить и отцепить прицеп, то получится вытянуть на берег. Возможно, и двигатель не сильно пострадал. Я его выключить успел, когда он в воду сползал. Он не должен был воды наглотаться.

— А как ты объяснишь, что трактор не заводится?

— Скажу, что в поле оставил, так как топлива мало было. Ты и сам знаешь, какой дождь два дня назад был. Вот и не заводится.

— Дождь, говоришь. Зерно тоже дождь растворил?

— Слушай, ну, борта на солнце подсохнут, и ты мне с комбайна немного зерна насыплешь. Кто там на это зерно смотреть будет, когда трактор не заводится.

— Все равно в толк не возьму, как ты так умудрился. Ты что, уснул?

— Ты мне не поверишь, если я расскажу.

— Ты о чем?

Метрах в двадцати от берега затаившаяся четверка подростков превратилась в навостривших уши зайцев. Всем очень было интересно узнать, что случилось с трактористом.

— Если бы он бы чуть-чуть громче говорил, то было бы совсем хорошо, — прошептал Витька, — а то плохо слышно.

— Тихо ты! — взял его за руку старший брат, и все продолжили вслушиваться.

— Сидели мы на прошлой неделе с Михалычем у него дома, — продолжал тем временем тракторист. — Он позвал меня помочь ему с установкой водяного бака для душа. Слово за слово, зашел разговор за женщин. Я ему и рассказал, что хочу предложение сделать Валентине.

— Это какой? Смирновой?

— Что? А-а, да, Смирновой. Мы с ней вроде как нашли общий язык. Пару месяцев уже встречаемся. Но сам понимаешь, — сделал паузу в рассказе Федор, — нам-то вместе хорошо, а как дальше будет? Надолго ли нас хватит? Тогда мне Михалыч и посоветовал сходить к Кузьминичне. Скоро, мол, праздник большой — Ивана Купалы. Так ты выпроси у нее какое-нибудь снадобье или настой травяной.

— Зачем это? — удивился мужчина в синей футболке.

— Сам не знаю. Михалыч говорит, что в эту ночь всякое бывает. Посоветовал в празднике принять участие и через костер вместе с Валей прыгнуть. Говорит, что есть поверие такое: если пара не разожмет руки над огнем очистительным, то долгая и ладная жизнь у них будет, а если разожмет, то лучше и не сходиться вовсе. Про Кузьминичну он уже потом добавил, так, на всякий случай.

— Так ты после него к этой ведьме пошел?

— Пошел. В тот же день и отправился. Не знаю, что я от нее хотел услышать или получить, но вечером я ее навестил. Надо отдать ей должное, она мне ничего такого не стала давать. Только сказала, что если у нас над костром пройдет все удачно, что и приворотные зелья не нужны. Посоветовала только к одному дереву сходить. Подношение перед праздником под ним оставить.

— К какому еще дереву? Не к тому ли старому дубу, на котором странный художник по дереву лет пять назад вырезал лицо с руками.

— К нему самому.

— Вот взрослый ты человек, Федя, а во всякую фигню веришь.

— Сам удивляюсь. Но именно после посещения этого дуба и случилось то, что случилось.

— Ну-ка, ну-ка, удиви меня! — слегка засмеялся комбайнер.

— Оставил я под этим дубом краюху темного хлеба да масла кусочек. Полил водой корни и попросил у дерева защиты для нашей будущей семьи. Кузьминична сказала, вернуться к дубу после ночи Купальской и если на ветке распустятся свежие листья, то сорвать аккуратно их и сделать из этой ветки оберег. Потом принести этот оберег в дом. Для сохранения семейного очага и благополучия. Согласись, Сергей, ничего сложного и потустороннего.

— Вроде да. И что не так? Что произошло?

— У дерева ничего. Я сел в трактор и продолжил работать. Работаю себе час, другой, третий. У меня уже полный прицеп зерна, а я понимаю, что с поля выехать не могу. Один круг сделал, второй, а дороги не вижу. Так я по полю кружлял еще добрых пару часов, пока перед своими глазами на лобовом стекле не увидел мелкое существо. Глазки колючие, весь лохматый, а в волосах колоски торчат. Я аж испугался и отмахнулся. Подумал, что привиделось. Он словно в воздухе растворился. Я по сторонам гляжу, его нет нигде, а самого в дрожь кинуло. Потом на дорогу глядь, а трактор в реку сползает. Я только и успел его выключить, чтобы он дальше не уплыл. Вот, Серега, и вся история. Хочешь верь, а хочешь нет, но так все и было.

— Дела! — громко выдохнул комбайнер. — Слышал я от других, что бывают такие проказники, но самому видеть не приходилось. Их люди анчутками прозвали.

— Кем?

— Ну, про домовых слышал, про банников?

— Конечно.

— Вот. А эти духи проказничать любят. Те, что в полях живут, не самые злые еще. Получается, ты хлебника повстречал. Да не делай ты такие глаза, Федя. Этих духов прозвали так по месту их обитания. Те, что на картофельном поле, — это картофельники, те, что в поле с пшеницей, — хлебники.

— Так ты сам, я смотрю, в мистику веришь? А еще надо мной смеялся.

— Смеялся — не смеялся, а трактор ты почему-то утопил. И, исходя из твоего рассказа, я склонен тебе поверить. Ладно, пошли трос искать. Попробуем твоего богатыря вытащить на «берег морской».

Двое мужчин удалились, а ребята как сидели в кустах, так и продолжали сидеть.

— Вы слышали это? — спросил всех Сашка, обувая на ногу свой кед, который так и держал в руке все это время. — Про какое он сейчас дерево рассказывал?

— Тебя дерево заинтересовало? А анчутка тебя не интересует? — спросил Сашку Колька.

— Нет. Про этих анчуток я и раньше слышал. Вы к деду Тарасу в гости сходите, он вам про них много интересного расскажет. А вот про дерево с лицом и руками я первый раз слышу. Интересно же!

— Я тоже первый раз слышу, — задумчиво сказал Колька. — Но судя по всему, оно где-то тут растет. Раз он с этого поля выехать не мог. Надо будет у старших порасспрашивать.

— Надо к деду Тарасу сходить. Он точно должен знать, — сказал Витька. — Он нашей Насте вон сколько всего рассказывал про день Ивана Купалы. И Настюха нам говорила, что в этот день даже деревья могут по лесу перемещаться. Давайте, когда вернемся в деревню, сходим к деду Тарасу.

— Давай сходим. Но сначала сгоняем на Рыжего с братьями посмотрим. Мне аж не терпится его на камеру заснять.

Ребята улыбнулись и отправились вниз к реке. Они прошли вдоль по течению и облюбовали хороший закуток. Зерно должно было пронести по реке течением, и наверняка оно осталось в намытых ямках. Поэтому друзья решили попробовать счастье в таком месте, где, как они предполагали, и имеется такая яма. Первым забросил свою удочку Мишка, за ним последовали Колька и его брат. А Сашка с собой удочку не взял. Он решил посмотреть, чем сегодня у друзей рыбалка закончится, и только потом попытать удачу. Ждать долго не пришлось. Первым клюнуло у Кольки. Он быстро справился и вытащил приличного карпа весом примерно в полтора килограмма. А вот вторым, кому повезло, был Мишка. Тут-то и разыгралась настоящая битва. Остальным пришлось побросать свои удочки и помогать парню. Колька помогал Мишке удерживать удочку, пока карп таскал снасть из стороны в сторону. Вот откуда у рыбы столько сил, чтоб тянуть натянутую снасть, да еще и против течения? Тяжелее всего было удерживать удочку, когда добыча меняла направление и резко направлялась в камыши. Скорость, с которой это происходило, удивляла. Мгновение — и по воде расходятся полосы, а согнутое почти пополам удилище заставляет напрячься и переживать, чтобы оно не треснуло.

— Эх! Надо было подсак с собой захватить! — повторял уже в который раз Витька, бегая за спинами друзей то в одну, то в другую сторону.

— Ай! Блин, Витька, больно же! Смотри, куда бежишь! — возмущался Сашка, потирая отдавленные пальцы на правой ноге.

— Извини! — прозвучала вскользь брошенная фраза от Витьки.

Но вот карп все же смог добраться до зарослей. Рыба торпедой ворвалась в спасительные камыши. Чего друзья никак не могли ожидать в этот момент, так это того, что Сашка бросится прямо в одежде в эти камыши. Вот он, наблюдавший за всем со стороны, стоит тихонько и только наблюдает, что и как происходит, и вот он уже прыгает воду, прямо в то место, куда завела рыба снасть. Вода доходила ему почти до подбородка. Но его это не останавливало. Сашка нырял, баламутя илистое дно, и пару раз выныривал, с криками: «Почти схватил!» или «Скользкий гад!» — но продолжал нырять. Ребята только диву давались, что всегда такой спокойный Сашка на такое способен.

— Тащу! Поймал! — в конце концов, раздался довольный голос друга. — Брыкается! Помогите мне!

Сашка отплевывался от попавшей в рот воды, стараясь задом продвигаться к берегу. Мишка продолжал удерживать свою снасть, а Колька и Витька бросились на помощь Сашке. Они разулись и залезли в воду, схватив за футболку товарища, чтобы помочь ему выбраться на травянистый берег. Сашка крепко держал добычу за жабры, а ребята тянули его изо всех сил. Наконец Сашка свалился на берег. Ребята помогли ему оттащить бьющего во все стороны хвостом карпа. Рыба попалась сильная, хоть и не такая крупная, как представили себе друзья, пока вылавливали ее. Карп, на первый взгляд, весил примерно килограммов шесть-семь. Леска на удочке порвалась, но, на радость Мишке, уже в тот момент, когда рыба начала прыгать на траве. Витька, словно настоящий вратарь, прыгнул на нее и прижал всем весом своего тела к земле. Друзья еще долго над ним смеялись, когда наблюдали, как Витька вместе с карпом исполняет брейк-данс на скользкой траве. Только через пару минут рыба окончательно выдохлась, и мальчишки, довольные рыбалкой, присели на землю передохнуть.

— Вот ты сумасшедший! — первым заговорил Колька, обращаясь к Сашке. — Ты чего прыгнул в воду? Ходил себе, ходил сзади, и вдруг, я смотрю, а он уже в воде. Я, честно говоря, подумал, что ты нам снасти порвешь.

— Так он снасть в камыши завел. Порвал бы и ушел. Обидно стало, — ответил Сашка, выкручивая свою футболку.

— Это моя самая большая рыба, — сказал довольный Мишка. — Мы с отцом, конечно, ловили крупнее, но в этом году и без отца… Вот он обрадуется, когда я ему расскажу по телефону. А Витька молодец! Вы знали, что он так танцевать умеет? — сменил тему Мишка, указывая друзьям на измазанного парня.

Ребята переглянулись и засмеялись, вспоминая и пробуя скопировать замысловатые движения Витьки. Веселое настроение охватило всех, и, вдоволь насмеявшись, друзья повалились на землю. Сверху пригревало солнце, раздавалось щебетанье птиц… Вдруг вдалеке послышался звук мотора.

— Кажется, комбайн приближается! — сказал Колька. — Нам пора уходить. Все равно клева больше не будет. Они сейчас все воду здесь перебаламутят.

— Братуха прав. Нам пора. Только обуюсь, и пойдем, — приподнялся с земли довольный Витька. — Вы видели, где я кинул свои кроссовки?

— Вон они, — указал брату на его обувь Колька.

— Где? А-а, вижу. Из-за твоей спины я их не заметил.

— У меня проблема, ребята, — прозвучал расстроенный голос Сашки.

— Что за проблема? — как бы между прочим спросил Витька, натягивая свою обувь.

— Кажется, я опять свой кед потерял.

Все посмотрели на голые ноги друга. Сашка сидел полностью разутый.

— Оба, — добавил он, спустя пару секунд.

— Ты что, обутым в воду сиганул? — спросил у парня Мишка.

В ответ Сашка кивнул и уставился на друзей. Над спокойным течением воды снова прозвучал заводной детский смех, а из-за посадки появился медленно въезжающий на берег комбайн. Ребята не стали засиживаться и, подхватив двух карпов, отправились в свою деревню.

Шли они долго. Дорога назад выдалась тяжелее, потому что Сашка шел босиком. В придачу ко всему они несли двух карпов, постоянно передавая их друг другу, чтобы не так сильно уставать. Когда мальчишки подошли к дому Кольки и Витьки, их встретила недовольная тетя Зина. Она уже обыскалась своих сыновей. Ей сказали, что братья ушли на рыбалку, на какое-то новое место. Объяснить ей куда толком не смогли. Только внимательно выслушав рассказ своих сыновей об их сегодняшних приключениях, тетя Зина слегка успокоилась и вынесла Сашке старые Витькины мокасины.

— Вот, надень, Саша. Ты и так уже все ступни сбил, а в деревне дороги с камушками. Только вымой ноги сначала, а то, когда тебя мама увидит в таком виде, в обморок упадет.

Ребята рассмеялись, но подкалывать Сашку не стали. Он сегодня, можно сказать, совершил героический поступок. Рыбе года не дал сорваться. Поэтому они его расхваливали, и тетя Зина сменила свой гнев на добродушие и заботу о бедном Сашке, оставшемуся в очередной раз без обуви.

Когда Мишка вошел во двор, его встретила бабушка. Она сидела на стуле и гладила Пеструху. Она сначала было хотела выругать своего внука за долгое отсутствие дома, но, наверное, уже услышала, как это за нее сделала тетя Зина, поэтому только грозно погрозила Мишке пальцем и забрала у него тяжелую добычу.

— И как ты только смог дотащить его? — удивилась бабушка, беря у внука карпа. — Ух, какой тяжелый! Пойду взвешу. А ты быстро мыться! Одежду бросишь в таз. Ее сначала сполоснуть надо от чешуи и пыли, а уж потом в стиралку кидать.

— Бабушка, мы завтра утром опять пойдем. Там так клюет!

— Завтра? И не надоело вам? Ты же уже принес рыбу. Куда нам столько?

— Ну, бабушка! Мы же договорились!

— И что ты наденешь?

— Найду что-нибудь.

— Ладно. Тогда я сегодня все постираю. Но утром я рано уйду. Ты перед своей рыбалкой нальешь курам и Пеструхе воды. И если она опять яму выроет, засыплешь.

— Понял. Все сделаю.

Довольный Мишка подхватил с земли мяч, который Пеструха уже третий раз подсовывала ему, и бросил его собаке. Та довольная, что про нее вспомнили, понеслась за ним, как угорелая, через грядки с укропом, а бабушка, не выдержав такого безобразия, закричала:

— Ах, ты ж холера пятнистая! Куда по копаному?! Мишка, ты что творишь? Я вас сейчас обоих на цепь посажу! Безобразие!

Мишка подхватил принесенный Пеструхой мяч и сделал невинное выражение лица. За что бабушка погрозила ему указательным пальцем. А через пару минут он услышал ее довольный голос:

— Ого! Красавец какой! Шесть семьсот. Мишка, слышишь? Шесть килограмм семьсот грамм! Завтра рыбных котлет наделаю и кусочек в духовке с луком запеку. Чтобы поел мне перед своей рыбалкой! — прокричала бабушка в открытое окно, в надежде, что Мишка все слышит.

В ответ же расслышала довольный лай Пеструхи и веселый голос внука, который раз за разом кидал собаке мяч и отдавал ей команды.

Глава 10. Живое дерево

На телефоне сработал будильник. Одной рукой Мишка перевернул свой смартфон, чтобы тот перестал гудеть, а второй накрыл ухо подушкой. В комнате опять воцарилась тишина. В запертую дверь не рвалась Пеструха. Она даже не лаяла под окном. Птицы не щебетали, как обычно. В курятнике почему-то не кричал надоедливый петух, которого бабушка каждый день грозилась отправить в суп. Было подозрительно тихо. Это настолько поразило сонного парня, что он невольно откинул одеяло и привстал. Подушка свалилась на пол, и Мишка, наклоняясь за ней, поморщился, ощутив, как одна его рука затекла.

— Ба! Бабушка! — крикнул он сильнее второй раз. — Ты дома?

Дом отозвался тишиной. Мишка недоуменно глянул в окно и зевнул. Он вспомнил, что ему предстояло выполнить кучу дел: напоить и накормить кур, налить воду для собаки, накопать червей и перевязать крючки для спиннинга, а еще зарыть яму.

«Кстати, яма», — вспомнил про нее Мишка и выглянул в окно. Пеструха сидела возле забора, но землю не рыла. Из дома было плохо видно, но собака была, на удивление, спокойной. Она смотрела на то место, где каждый день рыла яму, и словно прислушивалась к чему-то. Мишка решил пройтись к дальнему забору и посмотреть поближе.

Пеструха даже не обратила на него внимания, когда он приблизился. Собака сгребла всю землю, насыпанную поверх металлического листа, даже оставила на нем царапины от когтей, но сдвинуть лист ей не удалось. Мальчик вспомнил про кружку под большим корнем дерева и наклонился к ней. Кружка была пуста, а бутерброд съеден. Собака только один раз гавкнула, как бы давая понять, что так происходит каждый день, и побежала прочь к дому.

Мишка взял лопату и быстро накидал поверх металлического листа землю, а заодно собрал в разрытой земле немного червей. Он заметил возле цветов пустую баночку из-под майонеза и положил их в нее, присыпав сверху горстью земли с перегнившей листвой. С этим он сегодня справился быстро. Ему осталось напоить живность и собраться. Под накрытой тарелкой он обнаружил оставленные ему бабушкой оладьи и варенье. Позавтракав еле теплыми оладьями с горячим чаем, Мишка вышел во двор. И как раз вовремя. К воротам уже подошли Сашка и Никита. Ребята поздоровались и уже втроем направились за Витькой и Колькой. Спустя пятнадцать минут они дружной компанией шагали по грунтовой дороге вдоль пшеничного поля.

Мальчишки по очереди пересказывали Никите вчерашний день. Как пришли на речку и увидели там затопленный трактор. Потом как ловили рыбу, и как отважный Сашка спасал их добычу, рванувшую в камыши. Никита переспрашивал, на что ловили, почему не взяли подсак и кто утопил трактор. А когда Колька закончил говорить про то, как они отправились домой, не став смотреть на выуживание трактора из реки, то Никита вспомнил кое-что.

— Я, кажется, знаю, про какое дерево говорил тракторист Федор.

— Ты серьезно? — сразу оживился Сашка, до этого шедший молча, только пару раз сказав, что он испугался за рыбу и не хотел, чтобы она сорвалась.

— Мне Серега Бузин показывал, где оно находится. Ровно год назад, когда на своем мотоцикле прокатил.

— Какой Серега? — переспросил Витька. — Тот, что утопил с моста свой мотоцикл?

— Он самый, — засмеялся Никита. — Ему мой отец тогда нужен был, какую-то деталь починить. Вот он меня и попросил показать, где он работает. Мы поехали в механизацию. Бузин переговорил с моим отцом, а на обратном пути, когда через поля ехали, он показал в сторону деревьев и сказал, что там есть волшебное дерево. Правда, второй его фразой были слова: «Один идиот приезжал из города и вырезал на большом дубе что-то вроде лица с руками». Народ говорит, что он закончил свое творение на Ивана Купалу, и теперь этот дуб имеет какую-то ценность.

— Какую ценность? — не унимался Витька.

— А я почем знаю? Я переспрашивать не стал. Скорость была большая, все равно плохо слышно было. Он еще сказал, что дерево вышло прикольным, а этот художник — малахольный. Больше ничего такого он не говорил. А сходить на него посмотреть мне не особо хотелось. Слишком далеко переться.

— Так может, сейчас глянем? — предложил Сашка.

— Точно! Давайте сходим, — поддержал его Витька. — Ну, а чего? Рядом же!

— Сходить, конечно, можно. А как же рыбалка? — развел руки Колька. — Мы ведь на рыбалку идем.

— Давайте так: если рядом будем проходить, то я укажу, где это дерево, а если к вашему месту раньше придем, то уже там решим, останемся ловить или еще прогуляемся, — предложил Никита.

— Идет! — согласился Витькин брат, и ребята зашагали быстрей.

К месту затопленного трактора компания вышла приблизительно через час. Вчера комбайнер с трактористом тут сильно постарались. Весь берег был разворочен. Как видно, комбайнеру тяжело пришлось, чтобы вытащить трактор из реки. Хорошо еще, что течение здесь было несильным. Обрывистый берег разворотили так, что вместо сочной и зеленой травы, росшей тут вчера, остались огромные колеи, заполненные водой. От ближайших деревьев до самой воды по всему склону чернела земля от отпечатков огромных колес тракторной техники.

— Вот это они тут вчера развлекались! — высказался Витька. — Хорошо, что мы ушли домой. У нас бы все равно больше не клевало.

— Это точно. Клева бы вчера не было. И неизвестно, что будет сегодня.

Ребята стали спускаться вниз по склону. Первым у воды оказались Никита и Мишка. Никита быстро скинул обувь и, так же как вчера Сашка, прыгнул в заполненную водой колею. Он мгновенно опустил в воду ведро боком, перекрывая выход в реку, и прокричал:

— Мишка, давай быстрей! Лови их!

В образовавшейся луже Мишка заметил плавники сразу нескольких карасей. Парень даже не стал раздумывать, он повторил за Никитой. Мишка скинул обувь и прыгнул в воду. Караси ринулись в разные стороны, но канава — не река и свободы у них было мало. Никто из ребят не остался без дела. Сашка быстро собрал подсак, и ему удалось выловить сразу двух карасей. Мишка же выбрасывал на траву скользкую добычу, как только она попадалась ему в руки. Витька опустился на четвереньки и помогал Мишке хватать рыбу, если та оказывалась очень шустрой. Вокруг разлетались брызги воды, которые все больше раззадоривали мальчишек, и они от души веселились. Их восторженные крики разносились далеко над рекой. Улов превзошел все ожидания. Почти полное ведро карасей — таковым был результат по окончании плесканий в мутной воде на берегу.

— Вот это мы удачно пришли! — сказал почти полностью промокший Никита.

Большая часть брызг доставалась именно ему, потому как парень своевременно перекрыл выход в реку из глубокой лужи и держал оборону с помощью своего ведра. Он не принимал такого бурного участия в сборе карасей. Поэтому ребята, увлеченные выловом рыбы из канавы, совсем не обращали на него внимания, окатывая его раз за разом мутной водой. Теперь же ему предстояло сполоснуть одежду и высушить ее. Впрочем, не ему одному. Мишка также успел промокнуть. Сашке досталось меньше. Он намочил всего лишь шорты, так как футболку успел снять. Витька и вовсе был сухим, не считая грязных коленей и рук, измазанных по локоть, так как он успел всучить свою футболку брату.

— Слушайте, это хорошо, что мы уже с уловом, но мы хотим новые удочки опробовать, — сказал Колька, посматривая на своего брата. — В принципе, мы сюда ради этого и шли.

— Лично мне уже рыбы хватит, — сказал довольный Мишка, выжимая футболку. — Мне вчера бабушка и так сказала, что нам много рыбы на двоих. Если я принесу ей немного карасей на сковородку, она только рада будет, что особо долго возиться не понадобится.

— Лично я хочу еще половить, но и на дерево взглянуть я тоже хочу, — высказал свое мнение Сашка. — Никита, мы можем к нему сейчас сходить?

— Конечно, можем. Тут недалеко. Дерево находится на другой стороне пшеничного поля. Там негустой кусок леса. Мы, наверняка, найдем его быстро. Мы присоединимся к вам, когда вернемся, — сказал довольный Никита. — Мне, конечно, и карасей хватит, но посидеть с удочкой тоже хочется.

— Ладно, тогда вы идите, а мы с Витькой спустимся ниже по течению и там раскинем удочки. Оставляйте ведро с рыбой возле нас, не нужно будет таскать его по полям, — предложил Колька. — Только быстрее возвращайтесь. Нам тоже интересно узнать, что там за дерево такое.

Единственный, кто промолчал, был Витька. Все видели, как ему хотелось отправиться в лес к необычному дереву, но он вынужденно согласился с братом. Новые удочки, о которых они мечтали последние дни, перевесили. Отец еще вчера спрашивал, как ему понравился новый спиннинг, а он только плечами пожимал. Рыбу поймал Колька, а он свой спиннинг даже не опробовал. Поэтому сегодня он настроился на настоящую рыбалку. Ему самому очень хотелось попытать счастья и поделиться своими впечатлениями с отцом.

Дерево нашлось не сразу. Но на поиски не ушло много времени. Первым дуб заметил Сашка. Парень осматривал все крупные деревья. В отличие от Мишки с Никитой, он не зацикливался на маленьких и среднего размера деревьях. Поэтому именно ему и улыбнулась удача. Уже обходя очередной ствол крупных размеров, он обратил внимание на небольшую полянку перед деревом. Заходя сбоку, он стал приговаривать:

— Так! И что тут у нас? Бинго! Ребята, я нашел его! — позвал Сашка друзей. — Ого! Это надо видеть!

Мишка с Никитой оставили свои поиски и мгновенно бросились к другу. То, что перед ними предстало, удивляло и впечатляло одновременно. На ребят смотрела не просто вырезанная на коре дуба смешная рожица. Они увидели настоящее произведение искусства. Массивный дуб, обхватом по кругу, наверное, метра четыре, имел раскидистую крону из нескольких толстых веток. Дерево как будто смотрело на мир с удивительной незабываемой улыбкой. Крупное лицо с пухлыми щеками и морщинами на лбу, с приоткрытым ртом и массивным, со складкой, подбородком. Взгляд завораживал, так как в дерево художник встроил глаза с настоящими зрачками. Крупный нос заменял толстый обрезанный ствол, придававший добродушный вид удивительному дубу. Широкие торчащие корни у основания ствола напоминали руки. Необычный исполин, словно опираясь на них, приподнимался над землей, как опираются на письменный стол профессора на лекции. Это было настоящее волшебное дерево с зеленой пушистой короной.

— Ого! — повторили Мишка с Никитой, уставившись на лесное диво.

— Такое только в сказках увидеть можно, — сказал вслух Никита.

— Очень необычно! Я даже не думал, что такое можно в лесу вырезать, — добавил Сашка. — Не зря мы сюда пришли. У кого телефон есть? Давайте сфоткаем. Потом остальным покажем.

Телефон оказался у Никиты. Он сделал несколько фотографий, и прежде чем ребята собрались уходить, из дупла на дереве выскочила белка. Она осмотрелась и, заметив ребят, быстро вскарабкалась наверх. Сашка с Никитой стали по кругу обходить массивный дуб, чтобы сфотографировать и ее. А Мишке пришла в голову мысль полить корни. Он и сам не понял, почему ему в тот момент захотелось так сделать. Он открутил крышку пол-литровой бутылки и полил водой корни царственного дуба. Вдруг на несколько секунд вокруг все замерло. Время словно остановилось. Листья на дереве перестали шевелиться, а воздух стал каким-то тягучим. В голове у парня раздались чьи-то слова.

— Спасибо! Когда тебе будет плохо, приходи.

Мишка встряхнул головой и оглянулся. Вокруг, кроме него и ребят, никого не было. Солнце с трудом пробивалось сквозь пышную листву, и, задрав голову вверх, парень зажмурился. Он услышал довольные голоса друзей и обернулся в их сторону.

— Смотри, какая шустрая! — выскочили ребята из-за дерева, догоняя проворную белку. — Фотографируй ее! Получилось?

Никита остановился и всмотрелся в экран. Белка также замерла, словно ждала, что скажет Никита. А когда Никита показал Сашке снимок, друзья обрадовались, что у них наконец-то получилось. Пушистая проказница тут же перепрыгнула на другое дерево и скрылась из вида. Никита подошел к Мишке и показал ему фотографию. На снимке запечатлелась белка, сидящая на носу у живого дерева.

— Ну как? Прикольно вышло? — спросил Никита.

Снимок, действительно, вышел удачным. Мишка смотрел на фотографию, пребывая все еще в некой прострации.

— Ты чего застыл? — толкнул Мишку в плечо Сашка. — Как тебе фотка?

— Что? А-а, да. Отлично вышло! — ответил Мишка, продолжая думать о том, что произошло.

— Идемте к нашим, — потянул его за руку Сашка. — Покажем им снимки. Дерево просто отпад! Я даже не думал, что такое можно вырезать. Оно как живое. Интересно, почему после ночи на Ивана Купалу к нему люди приходят? Что в нем такого особенного?

— Об этом надо спросить у деда Тараса, — ответил Никита, пробираясь сквозь низкорастущие ветки деревьев. — Он вообще много чего знает.

Мишка и Сашка последовали за товарищем и скоро уже выбрались из леса. Ребята решили срезать путь и направились не по пыльной дороге, а через скошенную часть поля. Поэтому времени на обратную дорогу они потратили значительно меньше.

Когда они вернулись к Кольке с Витькой, то у братьев было уже поймано целых три карпа, килограмма по два каждый.

— Я смотрю, у вас хорошо клюет! — присел Сашка у садка с рыбой.

— Ты отличное место показал! — ответил ему Колька. — У меня уже один сорвался. И у Вити тоже, — добавил он, посмотрев в сторону брата. — А что у вас?

Никита достал свой телефон и подошел к Кольке поближе.

— Вот, гляди, — дал он свой телефон в руки Кольке и пристально уставился на него в ожидании его реакции.

— Ого! Витька, иди сюда! Тут такое!

Витька бросил свой спиннинг и прибежал к брату. Тот передал ему телефон и привстал, чтобы еще раз все посмотреть.

— Ух ты! Действительно, круто! Такое дерево только в кино бывает. Оно большое?

— Да. Мишка, ты как думаешь? Метра четыре или пять в обхвате будет? — спросил Никита у Мишки.

— Четыре точно. Вы, когда за белкой вокруг него ходили, то вас двоих за деревом и видно не было.

— Ага. Вот и я говорю, что большое. Когда Сашка его нашел, мы с Мишкой своим глазам не поверили. Такое огромное и такое классное! Оно как живое!

— Надо было с ними пойти, — сказал Витька, передавая обратно телефон Никите. — Я бы сам хотел это увидеть. Такое не каждый день можно встретить. Красиво этот чудак вырезал!

— Сходим. Если хочешь, можем прямо сейчас сгонять.

Но братья никуда не пошли. Сашка прервал их раздумья. Он увидел, как Витькина удочка медленно отплывает от берега. И всем стало не до дерева.

— Витька, твоя удочка! — прокричал он почти на ухо другу и толкнул его в плечо.

Братья вдвоем бросились спасать новый спиннинг. Витька на ходу скинул футболку и кроссовки и прыгнул в воду. Хорошо, что удочка отплыла не так далеко. Уже через несколько секунд на берегу развернулось целое действие по ловле очередного карпа. Все ребята, без исключения, оказались вовлечены в процесс и давали верные рекомендации. Один Витька, стоя в воде по колено, надрывался, но продолжал тащить рыбу. В результате он выудил из реки настоящего сома. В этот день Витьке сильно везло. По количеству пойманных рыб он опередил всех. Остальные тоже успешно рыбачили и поймали еще несколько карасей и пару карпов. Но крупный сом достался одному Витьке. Он сильно этим гордился и постоянно об этом всем напоминал. За хвастовство Колька пару раз обрызгал брата водой. В конце рыбалки уставшие, но довольные уловом друзья славно подурачились, искупавшись в реке.

Дорога домой была тяжелой. С учетом выловленных из канавы карасей и пойманных крупных карпов, ноша мальчишек была внушительной. В пути ребята несколько раз останавливались и отдыхали. Поэтому в деревню они вошли уже к полудню. Возле дома Витьки и Кольки их поджидала Настя. Сестра издалека заметила своих братьев и поспешила рассказать им новость. Она была так взволнована и довольна, что всем стало интересно, что тут такого случилось в их отсутствие.

— Колян с твоим братом, — начала Настя, упомянув Ромку и посмотрев на Никиту, — сегодня разыграли Рыжего. Это надо было видеть! Мы с девчонками чуть со смеха не померли! Директриса Сережку с братьями так раздолбала!

— А при чем тут Мария Ивановна? — спросил Сашка.

— Она когда увидела этого Гену!... Хм-ха-ха! Ой! В общем, слушайте с самого начала! Сегодня, когда Рома решил сфотографировать эту троицу, как они несут караул у школы, охраняя скелет Гены, он поругался с Рыжим. Сережке не понравилось, что Ромка решил их заснять, и он чуть не сломал ему телефон. Тогда Ромка с Трижды-Колей договорились отомстить им за ту подставу, что они вам устроили. Ребята попросили Светку Усову им помочь. Вы же все на рыбалку ушли, а мы с девчонками недалеко от школы находились. Так как трудовик живет по соседству со Светкой, то ее и заслали к нему. Она стащила у трудовика его стакан с бутылкой пива и тараньку. Все это она передала нам через окно, пока с ним разговаривала. Рома и Колька пошли с мячом к центральному входу, где стояли в карауле братья, и стали подначивать Рыжего. Они стали специально его провоцировать и говорить, что он играть не умеет. Тот согласился сыграть с ними, пока его братья стерегут скелет биолога. Но один против двоих ничего сделать не мог. Тогда Миха с Олегом оставили скелет и бросились на помощь брату. Заигрались так, что про объект охраны совсем забыли. Девчонки воспользовались этим моментом и…

— Ну, чего замолчала? — не выдержал паузы сестры Витька.

Настя рассмеялась и продолжила, глядя на уже улыбающихся ребят.

— Когда к школе подходила директриса, Колян с Ромкой схватили мяч и смылись с глаз долой. Рыжий с братьями быстро встали по обеим сторонам Гены как ни в чем не бывало. Мария Ивановна подошла к ним, внимательно осмотрела их и спросила: «У вас все спокойно?». Те конечно ответили, что все нормально и они выполняют ее указание как положено. Тогда директриса не выдержала и как заорет на них: «Вы три балбеса! Вы куда уже его отправляли?» На этот шум из школы выскочил трудовик и уставился на Рыжего с братьями. Те понять ничего не могут. Отчего вдруг директриса на них взъелась? А та давай их пустой сумкой колотить и трудовика заодно. Пацаны Марию Ивановну испугались и кинулись врассыпную. Мы и сами ее такой сердитой никогда не видели. Ромка, кстати, все это на телефон заснял из-за угла, потом посмотрите. Короче, поорала она на них, погоняла и успокоилась. А потом говорит: «Уберите этого алкоголика с моих глаз». Пацаны в шоке, не понимают ничего. Смотрят на трудовика. «Куда вы смотрите, идиоты? Я про вашего Гену говорю!» — не выдержала директриса и показала на скелет. Они обернулись. А чистенький Гена стоит в своем шкафу с открытыми дверями, в одной руке у него полупустая бутылка пива, а в другой стакан. На костяшках пальцев, что стакан держат, синим маркером буквы, словно вытатуированы, ГЕНА. А между ребер Светка ему тараньку засунула. Трудовик парням сразу подзатыльники выписал за то, что они его тараньку с пивом сперли. Короче, смеху было! Смеялись все, кто по улице проходили мимо школы. В итоге на этот шум из дома вышел их отец. Даже боюсь представить, что он им сделает!

— Хорошая месть! Молодцы парни! Отлично придумали! — сказал Никита. — Я домой пойду. Хочу сам посмотреть это видео.

С Никитой ушел и Сашка, прихватив свою часть улова. Мишка получил от братьев полведра карасей и также отправился домой к бабушке. Братья же сказали, что через час сами придут к дому Никиты и Ромки посмотреть на заснятую комедию.

Со двора раздался голос тети Зины. Она давно уже наблюдала за ребятами и не мешала Насте пересказывать историю, произошедшую сегодня у школы. Но когда та закончила, то позвала сыновей домой.

— Давайте уже свою рыбу, пока она не испортилась! Вон какая жара сегодня, а вы все стоите и стоите на солнце.

Голос мамы подействовал на братьев как выстрел на старте беговой дорожки. Они подхватили свой улов и очень быстро скрылись за воротами.

Когда Мишка пришел домой, бабушка смотрела телевизор. Она приветливо поздоровалась с внуком и взяла у него ведро с карасями. Самого же рыбака она отправила в душ, забрав перепачканную одежду. Смыв с себя пыль и грязь, бодрый Мишка вышел из душа. Бабушка во дворе уже занималась чисткой рыбы. Мальчик надел чистые шорты и взял со стола пирожок с мясом.

— Только не перебей себе аппетит! — послышался голос бабушки. — Сейчас дочищу рыбу и суп будем есть!

Мишка хотел было взять еще один пирожок, но замечание бабушки остановило его. Он присел на диван и стал щелкать программы на телевизоре. Ничего путного в это время не показывали, а реклама была настолько длинной, что Мишка чуть не уснул. После рекламы начались новости, и Мишка вздрогнул, когда увидел на экране толпы взволнованных людей, пожарные машины и аэропорт. Он не понял, почему ему стало тревожно, но оторваться от экрана не мог. В новостях звучали слова, резавшие ухо: взрыв самолета, погибшие и название той самой страны, где отдыхали его родители.

В комнату вошла бабушка и тоже замерла, уставившись на экран телевизора. Внук и бабушка переглянулись. Они оба почему-то разволновались. Это состояние передалось им обоим из услышанных новостей. В этот самый момент зазвонил телефон. Баба Надя долго смотрела на него, но в конце концов подошла и дрожащими руками нажала на кнопку приема вызова. В трубке раздался тихий женский голос. Бабушка стала однозначно отвечать на простые вопросы. Она подтвердила свою фамилию, сказала, что она знает, кто такие Николай и Вера... Потом из ее глаз потекли слезы, ноги подкосились и она рухнула на диван, роняя телефон на пол...

Глава 11. Страшные новости

Мишка с дикой скоростью вбежал во двор тети Зины. Он молча пробежал мимо удивленных братьев, врываясь в дом. Тетя Зина накрывала на стол. Она посмотрела на влетевшего в дом Мишку. На лице парня читался испуг.

— Что случилось? — спросила она без промедления.

— Бабушке плохо!

Спустя несколько секунд они выскочили из дома. Тетя Зина прихватил с собой аптечку. Колька с Витькой, не поняв, что происходит, бросили чистку рыбы и рванули за ними вслед. Настя осталась в полном недоумении, так как ее оставили наедине с большими карпами и ножом.

Тетя Зина вбежала в дом бабушки Нади и сразу бросилась к ее груди, прослушивая сердце. Затем она достала из аптечки нашатырный спирт, смочила ватку и поднесла ее к носу соседки. Бабушкина голова дернулась от неприятного запаха. Убедившись, что соседка приходит в себя, тетя Зина набрала номер директрисы. Та быстро взяла трубку и удивленно спросила:

— Не ожидала. Добрый день, Зина! Что-то надо?

— Мария Ивановна, Наде плохо! Она в обморок упала, — нервным голосом добавила соседка.

Директриса не стала ничего расспрашивать. Сказала, чтобы ждали. Она прибудет быстро и приведет Лену. Лена — это медсестра. Девушка уже два года работала в школьном медпункте и иногда помогала людям по мере своей компетентности. Ждать долго не пришлось. Буквально через пятнадцать минут к воротам подъехала машина. За рулем был отец рыжего Сережки. Из машины вышли две женщины. В одной из них Мишка сразу узнал директрису, а молодую девушку он видел впервые. Тетя Зина встретила их и провела в комнату. Мишка не стал проходить в дом. Он устроился у открытого окна, через которое молча наблюдал за происходящим. Парня всего потряхивало, его руки дрожали.

Под старой вишней пристроились Витька с Колькой. Они не лезли к другу с вопросами. Так же, как и Мишка, они только наблюдали за происходящим. Пеструха словно понимала, что случилось непоправимое. Собака пристроилась возле Мишки и все время заглядывала ему в глаза.

В комнате суетились женщины. Бабушка уже пришла в себя, а медсестра готовила какие-то ампулы. Девушка говорила про необходимость сделать капельницу, но сейчас она настаивала на уколе и отдыхе.

— Надя, как ты нас напугала! — послышался голос директрисы. — Если бы не Зина…

— Это Мишка меня позвал, — прервала директрису мама любопытных братьев, которые уже заглядывали в комнату через Мишкино плечо. — Он прибежал за мной сразу, как только это случилось.

— Молодец, Миша! — сказала Мария Ивановна, оборачиваясь в сторону окна, в котором виднелось бледное испуганное лицо парня.

Медсестра Лена сделала укол бабушке, и ей стало легче. Потом ее уложили на диван, положили подушку под голову, и тетя Зина принесла воды. Баба Надя выпила всю воду и отдала пустой стакан соседке.

— Что же ты, Наденька, так нас пугаешь? — обратилась к подруге Мария Ивановна. — Пару часов назад виделись. С тобой все хорошо было, а тут такое. Ты чего это? Перетрудилась?

— Если бы, — уставшим голосом ответила та, и из ее глаз снова потекли слезы.

— Ну-ну, ты чего?

— Маша! — схватила она директрису за руку. — Их больше нет! Самолет взорвался! Они домой возвращались. Понимаешь? Домой! Самолет взлетел и взорвался!

— Тише, тише! Вам нельзя сейчас так волноваться! — отодвинула в сторону Лена директрису и принялась щупать пульс у Мишкиной бабушки. — Успокойтесь, пожалуйста!

Мария Ивановна поднялась во весь рост и уставилась на свою подругу, не зная, что и сказать. А тетя Зина закрыла себе рот ладонью в испуге, что-то тихо бормоча себе под нос.

— Надя, ты сейчас про Николая с Верой? — переспросила директриса.

Бабушка кивнула. На ее лице застыла гримаса горя и ужаса. Из глаз текли слезы, а губы шевелились сами собой, но слов слышно не было. Наконец она набрала полную грудь воздуха и выдохнула. По комнате разнесся тихий долгий стон, полный боли.

Новость ошарашила всех присутствующих. Женщины не знали, что сказать. Тетя Зина присела рядом с соседкой и взяла ладонь Мишкиной бабушки в свои руки. Она стала поглаживать трясущиеся руки бабы Нади, чтобы хоть как-то ее успокоить. В этот момент за окном раздался вой Пеструхи. Женщины обернулись в сторону открытого окна. Только сейчас, когда увидели Мишку, они вспомнили о его присутствии. Мальчик молча наблюдал за происходящим. Он слышал об авиакатастрофе из новостей, но не сопоставил это с вылетом его родителей. Даже когда услышал, как бабушка разговаривала по телефону и отвечала незнакомой женщине, что Николай и Вера ее дети, он не подумал, что звонок связан со случившейся трагедией, или не хотел так думать. И вот только теперь из уст его бабушки прозвучало то, что он боялся услышать. Его родителей больше нет.

Мишка смотрел на всех присутствующих стеклянным взглядом. Вокруг него слышались голоса. Вот только он не слышал, что говорили люди. Сейчас все сказанное не имело никакого значения. Его родителей больше нет. Только это вертелось в его голове. Мишка сполз на скамейку под окном. Возле него бегала собака, тыкая в его руки мокрым носом. Друзья присели на корточки, окликая его, раз за разом тормоша за плечо. Мишка ушел в себя. В его голове гудело, а внешние звуки отдавались звоном в ушах. Перед глазами стояли образы его родителей.

Почему-то сейчас ему припомнился день, когда он впервые сел на велосипед. Рядом с ним был папа, он помогал ему обуздать двухколесный аппарат. Мишка отчетливо помнил спокойные объяснения отца, они придавали ему уверенности в себе. Он словно заново ощутил тот легкий толчок в спину крепкой руки. Вот он начал крутить педали и постепенно стал отдаляться от отца, выписывая велосипедом кривую на асфальте. Вот какая-то мелкая собака на поводке испугалась его езды и, обогнув своего хозяина, залаяла. Ноги человека опутало поводком, и тот остановился. Мишка с самого детства не понимал, зачем нужны маленькие собаки. Он просто не воспринимал их всерьез и считал, что от них нет никакого толку. А еще этот вечный звонкий лай… Мишка быстро обернулся. Отец смотрел на него. Мишка отчетливо запомнил довольное лицо папы. А потом в велосипед попал мяч. Двое подростков играли на площадке, и кто-то из них упустил бросок. Толчок был легким, но его хватило, чтобы Мишка потерял управление и упал. При падении он оцарапал себе ладони и одно колено. Коленная чашечка разболелась и стала припекать. Даже сейчас он ощутил легкое жжение в том самом месте. К Мишке подскочила мама, наблюдавшая за своим сыном издалека. Она подняла его на ноги и стала осматривать. Он помнил, что не успел испугаться, вот только сильно пекли образовавшиеся ссадины. Отец, стоявший на своем месте, почему-то улыбнулся и показал ему большой палец в знак одобрения. Мишка держался и не плакал. Он всегда помнил, что отец говорил: «Не важно, сколько ты раз упадешь, важно, сколько раз ты поднимешься». Мама в тот момент прижала его к плечу и обняла. Он помнил, что она что-то говорила и гладила его по голове. Ему стало хорошо и спокойно…

Рядом были слышны посторонние голоса. Он встряхнул головой и почувствовал, что кто-то прижимает его к себе и гладит по волосам. Тетя Зина крепко обнимала его и приговаривала добрые и успокаивающие слова, как его мама в тот далекий день. В этот момент Мишка зарыдал в голос. Он крепко обнял тетю Зину и, уткнувшись ей в плечо, дал волю слезам. Ревел долго, навзрыд, до икоты. А потом он увидел Настю. Витькина сестра протянула ему стакан с водой. Мишка опустошил его в несколько глотков, откашлялся и только тогда почувствовал, что ему стало чуть-чуть легче.

— Спа-си-бо! — с трудом выговорил он.

Какое-то время Мишка продолжал всхлипывать и вздрагивать, но потом затих, и тетя Зина отпустила его.

— Посиди, а я схожу к твоей бабушке. Сейчас ей нужна помощь.

Мишка кивнул. Так он сидел долго. К нему подошла Пеструха и положила ему на колени свою голову. Он, не обращая на нее внимания, автоматически стал чесать собаку за ухом. Рядом стояли Колька с Витькой. Они не знали, что в таких случаях надо говорить, поэтому просто смотрели, как Мишка гладит свою собаку.

Во дворе, кроме детей, находился отец Сережки. Наверное, он дожидался директрису, чтобы отвезти ее обратно. Во двор вошла еще какая-то женщина. Кто она и почему пришла, Мишка не знал. Сейчас в доме было много народа. Еще над соседним забором он увидел голову, это была сосед Афанасий. Мишка невольно усмехнулся. «Опять эта голова без всадника», — подумал он. Сосед заметил его легкую улыбку и слегка подмигнул ему. Как ни странно, но от этого стало чуть легче. В доме продолжали суетиться женщины. Он слышал их разговоры, а они иногда поглядывали за ним в открытое окно. Мишка уже довольно долго находился во дворе. Происходящее вокруг казалось ему нереальным. От всего пережитого голова стала тяжелой, в висках сильно пульсировало. Ему хотелось сбежать куда-нибудь и побыть одному.

Вдруг он ощутил на себе взгляд. Ему показалось, что кто-то пристально смотрит на него. Он знал, что сейчас в огороде никого не должно было быть, но его не покидало чувство, что там кто-то есть. Мурашки пробежали по спине Мишки, и в этот момент прозвучал глухой и в то же время звонкий звук падающей на землю лопаты. Мальчик увидел, как та самая лопата, которой он ежедневно закапывает ямы Пеструхи, чуть пошатнулась уже лежа на земле. Мишка вздрогнул. Он стал еще пристальнее вглядываться в огород, но так никого и не увидел.

— Что там? — остановилась рядом возле парня Настя. — Ты так засмотрелся на огород, словно ищешь кого-то.

— Что? А-а, ничего. Лопата свалилась. Там Пеструха яму постоянно роет, — показал он рукой на забор, — бабушка лопату никогда не прячет.

— Уу-у, — задумчиво протянула Настя, также поглядывая на дальний забор. — Ты теперь с бабушкой останешься? — вдруг спросила она.

— У меня кроме нее никого нет. Но учиться я буду в городе.

— В городе? — удивилась такому ответу Настя и слегка расстроилась.

— Почему не у нас?

— Мама еще в мае заплатила за следующий год обучения. Я учусь в специальной школе, с уклоном на информационные технологии. Так что еще год я точно буду в городе.

— И чего ты там такого изучаешь? — спросил подошедший Витька. — Компьютерные программы учишь?

— Да. Нас учат и программам, и компьютерному дизайну. В этом году нас обучали только основам, а вот в следующем будет много практики. Мы должны будем разные проекты делать на компе. Нас будут водить на экскурсии и показывать, как работают с такими программами рекламные фирмы. Даже обещали сводить на студию мультфильмов.

— Круто! Ты что, собираешься программистом быть?

— Я еще не знаю. Мама говорила, что мне это не помешает. Специальность можно поменять, а навыки останутся. Папа тоже был уверен, что мне в жизни все может пригодиться. Тем более что школа возле самого дома. Далеко ездить не надо. Вот меня туда и определили.

— Тебе самому-то нравится? — спросила Настя.

— Вроде да. Поначалу было скучно, но потом стало интересно.

— А свой компьютер у тебя есть? — спросил молчавший до этого Колька.

— Да. Он дома. Мне папа купил на день рождения. В деревню я взял только планшет, чтобы поиграть.

Во двор вошел мужчина с сумкой. Даже не с сумкой, а с саквояжем. Судя по всему, это был местный доктор. На пороге дома его встретила тетя Зина и провела в комнату к бабушке. Мишка тоже решил пойти в дом, чтобы убедиться, что с бабушкой все хорошо. Он остановился на пороге комнаты. Доктор строго приказал всем выйти.

— Вас слишком много тут! — первым делом сказал он. — Что вы нависли над ней? Ей пространство надо, а вы столпились. Быстро все во двор! Лена, а ты останься! Поможешь мне капельницу поставить.

Мишка тоже остался в комнате. Медсестра тихо переговаривалась с доктором и уже через несколько минут начала устанавливать капельницу. Доктор вышел во двор покурить. Медсестра ни на шаг не отходила от бабы Нади. Та лежала на диване и смотрела в потолок, а когда она повернула голову и увидела внука в углу комнаты, по ее щекам потекли слезы. Мишка подошел к ней и аккуратно коснулся ее руки.

— Не плачь, ба… Не надо. Тебе нельзя сейчас. Хочешь, я тебе чай сделаю?

Бабушка слегка улыбнулась внуку, но слезы непрестанно текли из ее глаз.

— Миш, позови кого-нибудь. Пусть капельницу подержат, — обратилась к нему медсестра. — Мне нужно выйти.

Мишка выскочил во двор. Врач курил у ворот, а директриса разговаривала с Сережкиным отцом. На глаза ему попалась незнакомая женщина. Она встретилась с ним взглядом и спросила, не нужно ли чего. Мишка сразу ответил, что медсестре нужна помощь с капельницей. Женщина тут же вызвалась помочь. Когда она вошла в комнату, бабушка улыбнулась ей.

— Ты как тут, Света?

— Услышала, что тебе плохо, когда Мария Ивановна за Леной заезжала. Вот я и пришла.

— Ты уже в курсе, какое у меня горе?

— Да, Надя. Уже знаю. Мне очень жаль.

— Миша, познакомься. Это Света, твоя двоюродная бабушка. Она моя сестра.

Мишка впервые услышал, что у его бабушки есть сестра. Отец никогда не упоминал о ней, поэтому такая новость стала для него неожиданной. Мишка с удивлением смотрел на родственницу. Выглядела она значительно моложе его бабушки. У Светланы были темные волосы, совсем без седины, глаза чем-то походили на глаза бабушки, только без морщин в уголках. Мишка отметил также, что она была стройной и подтянутой.

— Ну что, изучил? — спросила его она. — Мы с тобой еще пообщаемся. Покажи лучше медсестре, где у вас руки можно помыть.

— Что? — не сообразил он сразу.

— Покажи Лене, где у вас туалет, — повторила она тише и повернулась к своей сестре, принимая из рук медсестры капельницу.

Позже все разошлись. В доме остались только Мишка с бабушкой. Баба Надя решила поведать внуку семейную историю. Так случилось, что когда мама бабушки умерла от инфаркта, то ее отец женился во второй раз. Вскоре у пары родилась девочка. Но двенадцатилетняя Надя никак не могла принять тот факт, что у отца есть другая жена и маленькая дочка. Когда она окончила школу, то уехала в город учиться на преподавателя математики. Там она и познакомилась с Марией Ивановной. После окончания вуза Надя вернулась в родную деревню. По какой-то невероятной случайности Мария Ивановна тоже приехала сюда. Они вместе начали работать в сельской школе. Раньше деревня была большая и учеников в нее водили со всей округи. Для проживания молодым учителям выделили один дом на двоих. Так они вместе и остались работать в этой деревне. Со временем бабушка вышла замуж и переехала в дом, в котором живет и по сей день, а Мария Ивановна дослужилась до директора школы. Несмотря на то что бабушка и отец с его семьей проживали практически по соседству, общались они редко. С сестрой была большая разница в возрасте, и их интересы были разными. Ко всему прочему самостоятельная Надя ссорилась со своим отцом из-за Светы. Ведь он все свое свободное время уделял новой семье. Это сейчас она понимает, что на тот момент была слишком молода, что характер у нее был совсем несладкий и что во многом была виновата сама. Но умнеют люди лишь с возрастом. А на тот момент конфликты были частыми и уступать никто не хотел. Что же касается младшей сестры, то она росла той еще забиякой и вытворяла такие вещи, что от некоторых ее выходок волосы дыбом встают. Например, однажды, никому ничего не сказав, она укатила на море с парнем на мотоцикле на целых три дня. Отец места себе не находил. Пока Надя помогала ему искать Свету, они то и дело ругались. Старшая дочь утверждала, что отец не умеет воспитывать детей. При этом она совершенно позабыла, что тоже является его дочкой. Тогда в ней говорил характер преподавателя. В общем, объездили они с отцом больницы и морги во всей округе. А когда вернулись домой, то обнаружили Свету, спящей в гамаке под вишнями. Отец был очень зол, а Света обвинила старшую сестру, что та лезет не в свое дело. Сестры кричали друг на друга, отец ругал младшую дочь, но обидные слова летели и в сторону старшей. В итоге отец перешел на сторону Светы, чтобы защитить ее от нападок сестры. Ругань закончилась тем, что Надя и Света крепко поссорились и не общались последующие пять лет. Света и после того случая продолжала делать что ей вздумается. Ровно через неделю она прыгнула с парашютом и сломала ногу, чем доставила отцу и матери кучу новых хлопот. Как только сняли гипс, она укатила в город. Пропала на целый месяц. Говорила, что в кино снималась. Света продолжала чудить, а родители то и дело вытаскивали ее из неприятностей. Одной из самых жутких выходок стала ее прогулка по горному перевалу в компании парней.

Пока бабушка рассказывала о своей сестре, сама не заметила, как разнервничалась. Она говорила все быстрей и быстрей. Мишка даже начал переживать, чтобы ей не стало хуже. Но, вспоминая про инцидент на горном перевале, она замедлила темп и, в подробностях пересказав события того времени, закончила так:

— Они свалились с обрыва и застряли. Их машину нашли между деревьев. Свету доставили в больницу с переломами ребер и руки. Выжили все. В тот день им безумно повезло. А может, и нет, — тяжело вздохнула бабушка.

— Это как? — не понял ее слов Мишка.

— Позже стало известно, что парни эту машину угнали. Одного посадили, другие отделались штрафом. Отец всех знакомых на уши поднял, лишь бы Светку не привлекали. Именно после этого случая она остепенилась. Ей, конечно, трудно было перестраиваться, но серьезных проблем она отцу больше не доставляла. В тот день она выжила случайно. Ее выбросило из машины, и она попала на ветки дерева. С обрыва никто не упал. Но сестра потом говорила, что, открыв глаза, сама себе не поверила. Под ней была бездонная пропасть, а она лежала на тонких ветках. А ведь пока была без сознания, могла свалиться.

— Да. Повезло ей.

— Повезло. А Коле с Верой нет, — вспомнила вдруг про родителей Мишки бабушка, и из ее глаз беззвучно потекли слезы.

— Не надо, бабушка, не плачь. Тебе может хуже стать.

— Не обращай внимания, Миша. Просто мне сейчас так надо. Тяжело мне, понимаешь? А поплачу, и вроде легче становится. Как мы теперь с тобой вдвоем будем? Ума не приложу. Тебе учиться надо.

Мишка хотел было сказать, что он будет учиться в городе, но бабушка его опередила.

— Знаю я, Миша, что у тебя следующий год в школе оплачен. Вот только пока не соображу, как это все будет выглядеть. У меня тут хозяйство, а твоя школа там, в городе. Документы теперь надо делать на твое опекунство, чтобы тебя в детдом не забрали. Маша обещала с этим помочь. Знаю, что у твоих родителей страховки были. В общем, побегать придется.

Бабушка продолжала говорить, размышляя вслух над разными проблемами, а внук слушал. Так они просидели долго, пока глаза бабушки не стали закрываться. Миша накрыл ее одеялом. Он поставил стакан с водой на табурет рядом с диваном и тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Сон долго не приходил к нему. Мишка просидел на кровати почти два часа. За окном стрекотали сверчки. Неполная луна медленно передвигалась по ночному небу, иногда прячась за редкие облака. Мишка наблюдал за ней без всякого интереса. Голова мальчика была занята совсем другими мыслями. Отвлекла его внимание Пеструха. Собака уселась посреди огорода и, уставившись на луну, протяжно завыла.

«Тебя только тут не хватало!» — подумал Мишка, когда дернулся от громкого воя собаки. Пеструха почесала себя за ухом лапой и побежала к забору в конце участка. Она понюхала место, где постоянно роет яму, и улеглась на землю. Мишка еще какое-то время смотрел на собаку через окно, а потом погасил тусклый ночник и лег спать. Вот только его внимание снова привлекла одна деталь. Ему показалось, что в загадочном доме за бабушкиным участком в окне горит еле заметный огонек. Луна вышла из-за большого облака, и ее свет блеснул на окнах, отразившись в Мишкиных глазах. Он проморгался и присмотрелся внимательней. Но тщетно. Окна в старом доме были темными.

«Чертовщина какая-то», — подумал Мишка и укрылся одеялом почти с головой. В эту ночь он спал плохо. Много ворочался и раскрывался, а когда подмерзал, искал одеяло. Только когда пропел первый петух, он провалился в глубокий сон без сновидений. Поздним утром, когда Мишка уселся на кровати, он ощутил, что отдохнул. Голова перестала болеть, краснота вокруг глаз исчезла. Он встал на холодный пол босыми ногами и поежился. Наглая собака сперла его тапки. Дверь в его комнату была открыта.

— Ну что ты с ней будешь делать! Пеструха! — громко позвал Мишка собаку.

За окном раздался радостный лай. Наступил новый день.

Глава 12. Странности во время игры

Мишка в очередной раз засыпал яму. Да. Сегодня Пеструха смогла раскопать ее снова, но не так сильно, как обычно. Лист железа она не вытянула, но подкоп под него сделала. Мишке пришлось углубить яму, вкопать лист глубже и уже после этого все засыпать и утрамбовать. Он отложил лопату в сторону и хотел было посмотреть, что сегодня осталось от бутерброда с кружкой молока. У него не возникло сомнений в том, что бабушка вновь оставила завтрак для неизвестного гостя.

Мишка настолько был занят, что не сразу заметил бабушкину сестру. Она стояла под вишней и смотрела на старания мальчика, но в дом не проходила. Он кивнул ей в знак приветствия и напрочь позабыл о бутерброде. Мишка сразу направился к новой родственнице. Ему стало интересно, почему она не решается пройти в дом. Стоит под деревьями, переминается с ноги на ногу, но в дом не идет.

— Доброе утро, э-э… — замялся мальчик, не зная, как обращаться к сестре бабушки. Слишком молода она была, чтобы называть ее так. Не выглядела она на бабушку.

— Слушай, — женщина первой начала разговор, понимая его заминку. — Называй меня Светлана Петровна, а лучше тетя Света. Не привыкла я, чтобы ко мне обращались по отчеству. А бабушкой мне самой не хочется быть. Договорились?

— Договорились. Тетя Света, а вы чего в дом не заходите?

— Да я сначала у тебя хотела спросить, как там Надя. Может, она еще спит? Ей ведь отдых нужен. Не хочу будить.

— Бабушка вышла куда-то. Я встал минут двадцать назад, и ее уже не было. Когда вас увидел, подумал, что вы договаривались с ней, потому и пришли.

— Ты правильно понял. Мы договаривались. Я переживала, что рано пришла. А ты говоришь, ее нет. И куда это она с самого ранья намылилась?

— Никуда я не намылилась, — раздался голос Мишкиной бабушки у калитки.

Она вошла во двор и заперла за собой на засов металлическую дверцу. Потом протянула Мишке полупустой мешок с какой-то крупой.

— На вот, Миша, тут кукуруза молотая. Внутри мешка миска пластиковая. Покорми курей. Им одной миски будет достаточно.

— Ты что, у соседей крупу берешь? — поинтересовалась Светлана.

— Эта моя кукуруза, я ее выращиваю. У Зины муж собрал дробилку. Полезная вещь в хозяйстве. Они молотят ее для меня, и часть кукурузы остается им. Мы так договорились. У них участок меньше, а семья большая. Все выращивать позволить себе не могут, а живность кормить чем-то надо. В общем, помогаем друг другу, как можем. Сами початки кукурузы хранятся вон в том сарае, — показала она сестре пальцем на сооружение с новой крышей. — Мой Коля был в начале весны. Это он мне крышу поменял. Мишка, а ты чего тут застыл? Марш курей кормить!

Мишка спешно направился к сараю.

— Надя, ты как себя чувствуешь? — расслышал он, удаляясь.

В ответ бабушка позвала сестру за собой, и они прошли в дом. Мишка подошел к рабице. Куры, едва завидев его, тотчас оставили все свои повседневные заботы и столпились у ограждения.

«Уже знают, что их сейчас будут кормить. Даже наглый петух смирно пристроился в первых рядах. Какой же он здоровый!» — подумал Мишка, глядя на разноцветного красавца. К сетке подбежала Пеструха и резко уткнулась в нее носом. Все куры как один отскочили подальше. Мишка понял, что так Пеструха каждый день помогает своей хозяйке кормить птиц. Мальчик наполнил миску молотой кукурузой и высыпал корм на освободившееся пространство. Птицы мгновенно сбежались и стали клевать зерно, не обращая на собаку никакого внимания. Потом Мишка обновил воду и птицам, и собаке, сел на лавку возле дома и задумался. Он понятия не имел, чем ему сегодня заняться. Настроения не было от слова «совсем». Так он просидел долго, пока в открытое окно не выглянула его бабушка.

— Миша, иди я тебя покормлю, а после завтрака мы со Светой сходим к Маше. Она нас ждет.

Мишка прошел в дом, помыл руки и сел за обеденный стол. Накрывала на стол сестра бабушки. Она решила помочь, чтобы бабушка не перетруждалась. Все-таки у нее вчера был приличный стресс и ей не помешает поберечь себя. На завтрак она отварила вареники с творогом. Бабушка поставила на стол домашнюю сметану и сахарницу. Мишке очень нравились бабушкины вареники. В прошлый выходной он помогал ей их лепить. Когда они складывали вареники в морозилку, то его бабушка сильно переживала, что места под заморозку осталось мало.

— Когда мы все это с тобой съедим? — приговаривала она, распихивая мясо в морозилке, освобождая место под вареники.

Но вот сегодня как раз такой случай и представился. Бабушкина сестра разложила по приличной порции каждому в тарелку, и они сели завтракать.

— Миша, а что за железка у тебя в комнате у кровати лежит? — вдруг поинтересовалась бабушкина сестра. — Интересная такая, на большой ключ похожа.

Мишка прожевал вареник, вытер сметану с губ и обернулся в сторону своей комнаты, вспоминая про железку. А когда увидел ее на полу, то понял, о чем речь.

— А-а, это я нашел в посадке, когда мы за сухими ветками для костра ходили. Мы с ребятами на речке раков ловили, а дров мало было. Меня Олег позвал с собой в посадку, а когда мы ветки тянули сквозь нее, то вот это, — мальчик кивнул в сторону комнаты, — среди старых листьев лежало. Я не знаю, что это, но выбрасывать не захотел. Забрал с собой. А что?

— Ничего. Просто необычная железяка, вот и решила спросить у тебя, что это.

— Не знаю, — пожал плечами Мишка и положил в рот очередной вареник, предварительно макнув его в сметану.

Пока доедали завтрак, больше за столом ни о чем не говорили. Первой встала из-за стола Мишкина бабушка. Она направилась мыть посуду.

— Надя, ну зачем? Я все помою. Сядь, отдохни. Тебе силы еще понадобятся.

— Не могу я так. Когда чем-то занята, мысли дурные в голову не лезут. А как только сажусь, детей перед глазами вижу. Мне заниматься чем-то надо. Доедай уже, и пойдем к Маше. Это лучше, чем в четырех стенах сидеть.

— Да я уже все. Спасибо. Вкусные вареники. Ты, Миша, я смотрю, управился уже. Еще хочешь? Добавка есть.

— Нет, спасибо. В меня больше не влезет.

— Чем займешься? — поинтересовалась у Мишки бабушкина сестра. — Может, на речку сходишь? Погода сегодня хорошая, безветренная.

— Не знаю. Одному скучно.

— Сыновья Зины собирались на речку, — вспомнила бабушка. — Она их в магазин послала. Так они с места сорвались, как ужаленные. Сказали, что мигом туда и обратно. У них дел никаких на сегодня. Если хочешь, сходи с ними.

— Хорошо. Я к ним зайду.

— Вот и ладно. А мы со Светой к Маше пойдем. Не забудь закрыть дом. Ключ ты знаешь где оставить.

Мишка остался один. Он сидел на крыльце и наблюдал, как Пеструха грызла магазинную кость, которую бабушка купила собаке еще несколько дней назад. Она говорила, что кость для собачьих зубов полезная и ее надолго хватит. Мишка сначала не поверил, что собаке такая кость на пару дней, но теперь сам убедился, что бабушка была права. Сегодня уже пошел четвертый день, а собака ее еще не догрызла. Пеструха так увлеченно отрывала мелкие прожилки и пережевывала их, что не обратила никакого внимания на подошедшего к забору Кольку. А когда тот поздоровался, то с перепуга подскочила и залаяла на него.

— Тихо ты! Вот зашлась!

Колька рассмеялся и подразнил собаку, пару раз гавкнув ей в ответ.

— Что делаешь, Мишка?

— Ничего. Сижу.

— Мы на речку собрались. Скоро ребята подтянутся. Мяч покидаем. С нами пойдешь?

— Пойду, — ответил Мишка, но как-то без интереса.

— Тогда собирайся. Сейчас Витька выйдет и пойдем.

Витька появился с мячом, который очень был похож на мяч для водного поло. Мишка попросил посмотреть и взял его в руки. Это был самый настоящий мяч для игр на воде.

— Откуда у тебя такой? — полюбопытствовал Мишка.

— Крутой, да? Это мне дядя Паша подарил прошлым летом. Он команду на соревнования возил, а они ему, когда кубок взяли, этот мяч дали. Смотри, тут даже подписи еще видны. Хороший маркер попался. Трудно смывается.

— Ладно, пошли быстрее. Сетку поставим, — оборвал своего брата Колька.

— Какую сетку? — не понял Мишка.

— Мы сетку рыбацкую натягиваем на другой берег. Чтобы мяч течение не уносило. Да ты сейчас все сам увидишь. У нас уже все заготовлено.

Ребята выдвинулись к речке, как только Мишка закрыл дом и убедился, что Пеструха не выскочила за ворота. Пока мальчишки разговаривали, она куда-то пропала. Витька предположил, что она на улице, так как не закрыл за собой калитку. Собака нашлась за домом. Она опять гоняла наглого петуха, который почти выбрался за ограду.

На реке у мостика Никита с Ромкой уже ждали ребят. Возле них на земле лежала смотанная на двух длинных жердях рыбацкая сетка. Никита снял с себя одежду, чтобы переплыть на ту сторону реки. Он взял в руки длинный конец веревки, который был привязан к сетке, и зашел в воду. Кода он переплыл на другой берег, то потянул к себе сетку, которую быстро разматывали ребята. Мишка обратил внимание, что на противоположном берегу в землю вкопана металлическая труба. Никита вставил один конец жерди в эту трубу, и сетка погрузилась в воду сантиметров на десять. Остальная ее часть осталась над водой.

— Это нам мой отец помог сделать, — пояснил Ромка. — Теперь, когда мы играем, наш мяч не уносит течением. Поначалу мы все забегали наперед, чтобы его выловить из воды, а теперь не тратим на это время.

— Хорошо придумано, — сказал Мишка, осматривая сеть. — А какой смысл игры?

— Простой, — продолжил объяснять Рома. — Двое стоят на помосте, как на воротах. Третий кидает мяч, а четвертый находится в воде и выбрасывает его на берег, чтобы постоянно не прыгать за ним в воду. Поначалу били ногами, но мяч все время улетал в сторону. Поэтому решили бросать, а не бить. Меняемся по очереди, после десяти бросков. Кто больше забил голов, тот и выиграл. Победителю все скидываются на мороженое.

— Понял. Я с вами сыграю.

— Отлично! Тогда ты сейчас наблюдай. Вступишь в игру вместо того, кто первым вылетит.

Мишка присел на пенек чуть левее от помоста. Отсюда было лучше наблюдать за игрой, так как на этой стороне больше были вырезаны камыши. Никита не стал выходить из воды. Он остался ждать первый пропущенный мяч. Вода в реке была теплой, и день сегодня выдался солнечный. Витька с Колькой обосновались на мостике. Они похлопали друг друга по плечам, предвкушая начало игры. Рома взял в руки мяч и отошел на некоторое расстояние, чтобы разогнаться для броска.

— Начали! — прокричал Никита из воды. — Давай, Ромка! — подзадорил он двоюродного брата. — Покажи им!

Рома, сделав пару быстрых шагов, кинул мяч.

— Ай! — послышался разочарованный выкрик Никиты. Мяч поймал Колька.

— Неплохо! — сказал он и бросил мяч обратно Роме.

Ребята заулыбались. Мяч летал все быстрее с каждым броском. Настроение у игроков было боевое, и игра продолжилась с еще большим азартом. Мишка наблюдал, как резвятся его друзья, но его настроение не улучшалось. Он радовался, когда кто-то забивал гол или ловил тяжелый мяч, даже подсказывал иногда, как правильно бросить. Когда все поменялись по кругу и настал черед Мишки, он взял мяч и приготовился к броску. Подул легкий ветерок, по воде побежала рябь. Мишка разогнался и бросил. Мяч пролетел между братьев и упал в воду. Ромка, чей черед был находиться в воде, быстро выкинул мяч на берег и снова расположился позади мостика.

— Витька, держи лучше свой участок! — сказал Колька брату.

— Я держу. Это ты пропустил мяч!

Старший брат не стал спорить, так как времени у него на это не осталось. Мишка уже готовился к очередному броску. Он разбежался… Ему показалось, что мяч при приближении к братьям слегка изменил траекторию полета и опять проскользнул между ними.

— Круто! — одновременно раздались голоса Никиты и Ромы.

— Держи! — выбросил мяч из воды Рома. — Еще раз сможешь так повторить?

Мишка пожал плечами и отошел на несколько метров. Он покрутил в руках мяч, чтобы тот лег в ладонь поудобнее, и разбежался. В этот раз мяч выскользнул из руки чуть раньше, чем ожидал Мишка, и полетел не так, как было задумано. Он словно закрутился и пошел ниже, чем того ожидал парень. Проскользнув под ногой у Витьки, мяч снова плюхнулся в воду.

— Ты видел? — прокричал Никита. — Крутой бросок!

Никто не понял, кому Никита задал вопрос. Он радовался красивому голу не меньше Мишки.

— Как ты его так закрутил? — спросил Никита.

— Я не знаю, — ответил Мишка, удивляясь самому себе.

Он и правда не понимал, как так получается. Ведь он чувствовал, что мяч у него выскользнул не вовремя, но вопреки этому гол был забит.

— Витька, держи лучше! Сосредоточься! — уже рассерженно сказал Коля своему брату.

Но следующий мяч летел уже под ноги Кольке и в последний момент опять изменил траекторию полета. Как и почему это произошло, никто так и не понял. Мяч будто обогнул выставленную ногу вратаря и снова вернулся на помост, потому как Ромка молниеносно отбил его, находясь за спинами ребят. Братья даже засомневались, был ли гол. Но ликование Ромки разозлило вратарей не на шутку, и они начали ругаться.

— Обалдеть! Четыре из четырех! — продолжал радоваться Никита, стоя позади Мишки. — Давай еще!

Братья поменялись местами и приготовились отражать новую атаку. Мишка сделал короткий разбег и бросил. Он готов был поклясться чем угодно, но мяч явно сам летел не туда, куда он его направлял. Очередной гол порадовал и одновременно напугал его. А еще ему показалось, что он расслышал тихий девичий смешок. Он оглянулся, но увидел только радующегося Никиту позади себя.

— Круто-круто! — куражился тот. — Давай еще!

На берег прикатился мокрый мяч, выброшенный Ромкой из воды. Мишка поднял его и, вытерев о свою футболку, бросил. На этот раз мяч стукнулся о мостик перед братьями. А когда Колька хотел схватить его руками, то он отскочил в сторону, словно попал на неровность досок. Очередной выкрик Никиты за спиной Мишки огласил шестой гол.

— Это был рикошет! — возмутился Колька.

— Ну и что? Все равно гол! — засмеялся Ромка за спинами неудачливых братьев. — Он уже всех нас обогнал по забитым мячам. Держи! — Мяч снова полетел на берег.

— Ничего, сейчас мы точно его поймаем, — настраивал себя и брата Колька. — Кидай! Мы готовы!

Мишка с улыбкой отошел в сторону и разогнался. На этот раз он бросил сильно и точно между братьев. Мяч пролетел на уровне их лиц. Братья одновременно ринулись защищать мнимые ворота и не смогли это сделать, так как помешали друг другу. Они сильно стукнулись лбами, а мяч проскочил между ними.

— 7:0! — раздался громкий голос Никиты.

Ромка поплыл за мечом, а Колька и Витька присели на помост, почесывая свои лбы.

— Вот черт! Теперь шишак будет, — сказал Витька, глядя на лоб брата.

— У тебя тоже будет! — ответил рассерженный брат.

— Я про себя и говорю! — пробурчал недовольный Витька.

— Слушайте, — подошел к мостику Никита, — ну он вас всухую сделал. Нет смысла до десяти бросков стоять. Давайте меняться. Мы с Ромой на мостик, а вы сами решайте, кто в реку полезет.

— Я полезу в воду, — быстро ответил Витька. — Вода прохладная, может шишка не такая большая будет.

— Ну и лезь, а я на берег, — буркнул Колька и затопал на берег.

Мишке дали мяч, и он снова отошел на некоторое расстояние для броска. Ромка вылез из воды и стал отряхиваться. Никита же первым приготовился отражать бросок. Он чуть пригнулся, расставил пошире руки и скомандовал: «Кидай!» Мишка разогнался и бросил прямо в Никиту, но мяч опять, словно сам по себе, ушел по дуге и пролетел рядом с Ромой. Тот попытался его схватить, но его руки были еще влажными. Как результат, раздался довольный голос за Мишкиной спиной, но это уже был Колька.

— Один есть! — довольно выкрикнул он, радуясь, что не только они с Витькой пропустили гол.

— Зачем ты так рано скомандовал? — возмутился Рома. — Я же еще руки толком не вытер!

— Ну извини! Командуй ты.

Мишка в очередной раз поднял мяч и осмотрел его, не понимая, что происходит. Но ему нравились эти странности. Он давно так ни у кого не выигрывал. Поэтому, обтерев мяч о свою футболку, снова бросил. В этот раз виноват был сам Рома. Он первым кинулся к мячу и наткнулся на ногу двоюродного брата. Больно стукнувшись о его колено, он споткнулся и грохнулся на отшлифованные водой доски мостика.

— 2:0! — Прозвучал голос Кольки. — А вы как мы! Держитесь изо всех сил!

Теперь раздался общий хохот и радостное бульканье Витьки из воды. Он плыл к помосту, держась за мяч, и смеялся.

— Повтори еще раз! — выкрикнул Витька, выбрасывая мяч на берег.

На этот раз мяч пролетел далеко, и Мишка побежал к кустам, под которые он закатился. Мальчик почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Между деревьев что-то промелькнуло. Мишка никого не увидел, но он чувствовал, что там кто-то был. Он продолжал всматриваться в заросли, но никого не видел.

— Ты чего там? — окликнул его Колька. — Нашел?

Мишка развернулся к ребятам и, протерев мяч, направился к мостику.

— Готовы? — задорно спросил Мишка и, не дожидаясь ответа, сделал бросок.

На этот раз гол был спорный. Мяч пролетел рядом с Никитой, и он утверждал, что пролетел за мостиком. Но Коля утверждал обратное. Он кричал, что видел, как мяч прошел по линии помоста. В общем, спор затянулся. Мишка в него не встревал. Он присел на землю и стал наблюдать, как ругаются ребята. В результате спорщики начали толкаться, а Ромка взялся обрызгивать их водой. На друзей было весело смотреть. Уже через пару минут они оказались в воде и, позабыв о споре, дурачились на всю катушку. А потом Ромка громко объявил, что у Мишки уже десять забитых голов и ни одного промаха. Поэтому по совокупности бросков он опережает всех. Дальше соревноваться не было смысла. Ребята брызгались водой и весело кричали, что купят победителю мороженое. Наплюхавшись вдоволь, они скрутили сетку и выбрались на берег. Мишка так и не искупался. Он продолжал сидеть на берегу.

— Ты пойдешь с нами или так и будешь сидеть? — спросил его Никита, подойдя к нему с сеткой под мышкой.

— Я хочу еще побыть на берегу. Вы идите.

— Ладно. Позже встретимся.

— Ты идешь? — спросил Витька, проходя мимо.

Мишка не успел ответить. Колька цыкнул на брата:

— Не мешай ему! Оставь человека в покое!

Витька понимающе кивнул и пошел следом за Никитой. Ребята понимали, как сейчас тяжело Мишке, и не стали навязываться. После того, что произошло с его родителями, парню просто необходимо было отвлечься и побыть одному. А вода успокаивает. Друзья еще раз оглянулись, удаляясь от реки. Когда они увидели, что Мишка прилег на траву, то прибавили шаг по направлению к деревне.

Мишка пролежал минут двадцать. Потом он присел и посмотрел на воду. В руке сам собой появился маленький камушек, и Мишка кинул его в реку. Камушек булькнул рядом с проплывающей веткой, и Мишка решил швырнуть еще один. Ему очень захотелось попасть в ветку. Он бросил опять, но камушек не попал в цель. Следующие камни также булькнули рядом. Мишка никак не мог попасть в ветку. В конце концов он просто подбросил камушек в воздух, и тут случилось нечто необъяснимое. Камушек, падая в реку, изменил свою траекторию и угодил прямо в медленно плывущую по воде ветку. Мишка изумленно посмотрел на пораженную цель и взял очередной «снаряд». Он также подбросил его в воздух и ошарашенно наблюдал, как тот сам собой быстро смещается в противоположную сторону, падая прямо на ветку. Мальчик даже подскочил от удивления. В этот момент опять послышался чей-то смех. Мишка опасливо обернулся. За его спиной стояла та самая девочка, которая совсем недавно показала ему, где лучше ловить раков.

— Привет! — машинально вырвалось у Мишки.

— Привет! — отозвалась девочка.

— Это ты была возле тех деревьев? — вспомнил он, что видел чей-то силуэт совсем недавно.

— Угу. Я. А что?

Мишка не знал, что сказать, поэтому повернулся и опять подбросил камушек. Пока они говорили, ветка почти уплыла. Но, несмотря на это, камушек, резко сменив траекторию, попал в цель. Мишка испуганно отшатнулся. В этот момент девочка за его спиной опять озорно засмеялась. Ей явно было весело. Лукаво глянув на Мишку, она подняла камушек, кинула его в одну сторону, но тот полетел в другую.

— Как? — только и смог спросить Мишка. Потом он посмотрел на девочку и задал другой вопрос. — Так это ты мне помогала забивать голы? Я видел, как мяч сам сдвигался, когда я его бросал.

— Было весело. Твои друзья так смешно реагировали. А тебе понравилось?

— Кто ты? — вопросом на вопрос ответил Мишка.

— Света. Ты что, забыл?

— Я помню тебя. И помню, как тебя зовут. Но кто ты? Я уже знаю, что в деревне живет только одна Света — это Светка Усова.

На этих словах Мишка умолк, потому что побаивался услышать ответ.

— Я местная. Мой дом… — девочка медлила с ответом, наблюдая за реакцией Мишки. Она словно обдумывала, стоит говорить ему или нет.

— Твой дом что?

— Мой дом тут недалеко, — улыбнулась она и подошла к воде.

— Недалеко — это где? — не ожидая такой настойчивости от самого себя, спросил парень.

— На тринадцатой улице, — тихо ответила Света и резко обернулась к Мишке.

Глава 13. Знакомство с потусторонним

Слова новой знакомой и напугали, и заинтересовали Мишку. А если быть точнее, то подарили надежду.

Вот уже и день пошел на убыль, а Мишка продолжал общаться со странной девочкой. От нее он узнал много необычного. Когда он услышал, что Света живет в странном доме, то сначала не поверил ей. В его понимании это не могло быть правдой. Ведь он лично заходил в дом, и там никого не было. Всем известно, что этот дом пустует далеко не первый год. Да и условий для проживания там нет. А затем он подумал про разные странности. Он вспомнил, как сами собой закрывались ставни в безветренную погоду, вспомнил сегодняшний мяч, который менял траекторию, и камушки, летевшие в противоположную сторону. Припомнилась и история, что ночью рассказывала Настя. Дед Тарас подвозил девочку, которую больше никто в деревне не видел. Мишка понял, что это была Света. И он решился на вопрос, после которого у них и состоялась эта необычная беседа.

— Света, скажи, — Мишка облизнул пересохшие губы, — ты живая?

— Ни то ни это, — весело ответила она. — Ты теперь убежишь?

— Нет. Но я должен понимать, чтобы правильно спросить. Только я не знаю, как тебе объяснить… Понимаешь, у меня случилось горе.

— Я знаю, — тихо сказала она. — Видела, как ты вчера плакал. Мне дерево подсказало, что у тебя беда.

— У дерева стояла лопата! — вспомнил Мишка. — Это ты обронила ее у забора?

— Нет. Не я. Но это не важно. Я знаю, что случилось. И я хотела с тобой об этом поговорить.

— Да у меня у самого к тебе столько вопросов! Ведь если ты можешь… Ну, ты находишься тут, а не там, — Мишка кивнул куда-то себе за спину, — то все возможно.

— Что-то я не поняла тебя.

— Ну, если ты можешь находиться в этом мире, то и я могу их увидеть! Скажи, это возможно? Увидеть моих родителей можно? — совсем растерянно спросил он.

— Это сложный вопрос. Тебе не у меня надо спрашивать.

— А у кого?

— Приходи ко мне в гости вечером.

— Куда? — вдруг испугался Мишка, представив, как жутко выглядит ночью старый дом на заброшенной улице.

— Ты чего отскочил? — спросила Света с обидой.

Ей стало неприятно, что ее знакомый вдруг стал сторониться ее. Она развернулась и сама отошла к ближайшему дереву. Потом взглянула Мишке прямо в глаза и громко сказала:

— Приглашение ты получил! Сам решай, что тебе важно!

После этих слов девочка исчезла. Ошеломленный Мишка подошел на то место, где она только что находилась. Он осмотрелся вокруг и, не обнаружив ни малейших ее следов, присел на землю.

Вдалеке послышался знакомый голос. По склону к реке спускалась Настя.

— Мишка! Мишка, ты где? Отзовись! — кричала она.

Из-за высокой травы показалась тоненькая фигурка. Настя увидела парня и стала причитать:

— Ты чего молчишь? Твоя бабушка уже беспокоиться начала! Я его ищу, а он сидит тут и молчит! Ты чего тут расселся?

Но увидев его грустное и какое-то озадаченное лицо, подошла и присела рядом с ним.

— Мишка, ну ты чего? За родителей думаешь, да? Не грусти. Тут уже ничего не поделаешь. Их уже не вернешь, а жить дальше надо. Пойдем, пожалуйста. Твоя бабушка нервничает.

В ответ Мишка сказал совсем не то, что она хотела услышать. Мальчик пребывал в задумчивости и не обращал на Настю никакого внимания. Его слова удивили ее.

— Я думаю, что их можно вернуть. Хоть на миг, но можно. Ведь она как-то возвращается.

— Что? Ты это про кого? Кто возвращается? Ты себя нормально чувствуешь?

— Я видел ее, Настя! Понимаешь? Видел! — почти выкрикнул Мишка.

— Ты меня пугаешь.

— Да я сам напуган! Но я ее видел! Ту девочку, про которую ты рассказывала той ночью, — сказал Мишка и посмотрел Насте прямо в глаза. — И я не сошел с ума. Я только что с ней говорил. На этом самом месте. И она позвала меня в гости.

— Куда это в гости? — испуганно спросила Настя. Она даже обернулась несколько раз, посмотрев по сторонам.

— А вот это и стало проблемой. Она меня позвала в тот странный дом. Мне боязно туда идти. Но ничего не остается.

— Да погоди ты! Какой еще дом? Ты толком можешь объяснить?

— Настя, меня позвали в тот самый дом, в который вы все лазаете. Я имею в виду тебя с братьями, Рыжего и остальных.

— Ты сейчас не шутишь?

Мишка вместо ответа закатил глаза и развел руки. Затем поднялся с земли и неуверенно шагнул в одну сторону, а потом в другую.

— Знаешь, что? Пошли домой. Я предлагаю переговорить с Колей и Витей. Ты мне сейчас такое сказал, что мне ничего не понятно. Но я не собираюсь смеяться. Я верю тебе. Пойдем домой, вдруг братья что-то подскажут.

Мишка подумал пару секунд и согласился. Если рассказать братьям Насти, то, возможно, они что-то посоветуют и смогут чем-то помочь. Про этот странный дом нужно как можно больше разузнать.

Надежда Петровна очень обрадовалась, увидев внука вместе с соседской девочкой. Когда он подошел к воротам, бабушка приблизилась и прижала его к себе.

— Ты голодный? — спросила она, не ослабляя объятия. — Чего ты так задержался?

В ответ Мишка пожал плечами и сказал, что с удовольствием поест. После свежего воздуха и игр на реке аппетит разыгрался.

— Бабушка, а можно я потом к Коле и к Витьке схожу?

— Зачем? Дома не хочешь побыть?

Но вместо него ответила Настя.

— Они ему мороженое должны. Мишка их сегодня всех обыграл. Я видела, как они в морозилку клали пломбир. Колька сказал, что при встрече отдадут Мишке. Мне запретили брать.

— Ну, раз так, то сходи. Но сначала суп поешь. Я и хлеб свежий принесла.

Мимо них проскочила довольная Пеструха. Бабушка даже вздрогнула, когда та ее зацепила. Собака услышала за воротами протяжное «мяу» и рванула изо всех ног.

— Куда? А ну, стой! Вот неугомонная! — крикнула бабушка.

Но собаку было не остановить. Пробежав в погоне за полосатой кошкой несколько дворов, Пеструха резко остановилась у дерева. Она поднялась на задние лапы, опершись передними на ствол дерева, и стала лаять на нарушительницу спокойствия.

— Чего ты шум подняла? Ко мне! Давай домой! Пеструха!

Мишка постоял еще немного и направился в дом. Настя тоже пошла к себе. Бабушка подхватила висевший на заборе поводок. Ругая непослушную собаку, она поспешила к ореховому дереву, на котором сидела кошка, спокойно вылизывая свои лапы.

Сразу же после обеда Мишка отправился к друзьям по соседству. Колька и Витька сидели на кровати и высматривали что-то в окне. Они уставились на старый дом за забором и постоянно что-то друг другу показывали.

— Ты видел? — спрашивал Витька у брата. — Колыхнулись ставни.

— Не-е-ет. Так и было. Тебе показалось.

— Почему это показалось? Значит, если ты что-то заметишь, то ты прав, а если я, то показалось!

— Привет! — прервал братьев Мишка.

— Мишка, это правда, что нам Настя рассказала? — сразу же позабыв о споре, спросил любознательный Витька.

— Не знаю, что она вам рассказала, но, наверное, да. А где она сама?

— Скоро будет. По делам побежала. Ты пока расскажи, что произошло, когда ты на реке остался?

Мишка присел в кресло и попытался собраться с мыслями, прежде чем начать свой рассказ.

— Подожди, — слез с кровати Витька, — я за мороженым сгоняю.

Пока Витька был на кухне, Мишка обдумывал, что следует рассказать братьям. Он пришел к выводу, что все подряд вываливать на них не стоит. Мало ли, что они потом скажут или вовсе посчитают его душевнобольным. Он решил упомянуть про странную девочку, повстречавшуюся ему на речке, тем более что ребята про нее уже слышали. И, конечно, он скажет о приглашении в странный дом. Если повезет, то при разговоре он постарается узнать от братьев еще что-нибудь об этом жилище на краю поля. А вот про его успехи в сегодняшней игре он решил умолчать. Мишке очень хотелось, чтобы друзья считали его хорошим игроком, тем более что пара красивых голов, забитых без потусторонней силы, значились на его личном счету.

В комнату вошел довольный Витька, держа в руках три мороженых. Первое он протянул Мишке со словами:

— Это твой честный выигрыш. Держи, но береги зубы, оно слишком холодное. Колька, это твое, — передал он брату пломбир.

— А где с шоколадом? — спросил тот.

— С шоколадом мама сказала Насте оставить.

Когда мороженое было распечатано, Мишка начал свой рассказ, упомянув свою первую встречу с необычной девочкой. Потом он подробно стал рассказывать про разговор с ней сегодняшним днем. Ребята внимательно слушали, изредка перебивая друга, чтобы уточнить детали. Они ели свое мороженое и иногда забывали про него, слушая Мишку. В один из таких моментов в комнату вошла Настя. Она сразу набросилась на братьев, так как они испачкали покрывало. Витка с Колькой даже не обратили внимания, что мороженое хорошенько успело подтаять. Мишке пришлось прервать свой рассказ, чтобы братья избавились от пломбира и вытерли пятна на футболках и на кровати.

— А я, между прочим, кое-что разузнала, — сказала Настя, наблюдая за своими братьями. — Я ходила к деду Тарасу, чтобы расспросить про твою новую знакомую.

Девочка демонстративно присела на стул и замолчала.

— Что ты узнала? — нетерпеливо спросил Витька.

Но Настя ничего не отвечала, а лишь деловито сидела, поглядывая на ребят.

— Настя, ты чего молчишь? Мы с кем разговариваем?

— Витька, не тупи, — Коля догадался, почему сестра уставилась на них. — Тащи ей ее мороженое, иначе она ничего не скажет.

Вскоре Настя, аккуратно облизывая свое шоколадное мороженое, понизила голос и перешла на заговорщицкий тон, чтобы поведать всем одну занимательную историю. Дед Тарас был очень добр сегодня и даже предложил Насте чаю, прежде чем начал делиться с ней своими воспоминаниями.

— После того раза, когда они с его женой подвезли сами понимаете кого, дед Тарас решил навести справки про этот дом, — начала свой рассказ Настя. — Он мне сказал, что побоялся другим что-либо рассказывать. Вдруг его за сумасшедшего примут? Поэтому они с его женой предусмотрительно умолчали о необычной встрече. А вот про дом и его бывших хозяев он разузнал многое. Этот дом уже лет шестьдесят как стоит заброшенным. В нем когда-то жила семья. Дед Тарас обошел всех соседей, которые хоть что-то могли помнить, и собрал информацию.

— Почему дом оставили? — не выдержал Витька и перебил Настю.

— Будешь перебивать, — Настя облизнула свое мороженое и откусила кусочек. Потом не спеша прожевала и добавила, — вообще рассказывать не буду. Сам иди к деду Тарасу и выведывай у него информацию.

— Ну, ладно. Чего ты? Нам же интересно. Не будь такой врединой! Уж и спросить нельзя.

Настя округлила глаза и хотела было подняться, но Мишка ее опередил, извинившись за друга.

— Настя, прости его. Мы тебя очень внимательно слушаем. Продолжай. Мне, действительно, важно знать, с кем я познакомился.

— Ладно. Так вот. Случилось в этом доме следующее. Очень давно в одну из снежных зим муж оставил жену и дочь у родни в соседней деревне, а сам отправился в город. Не знаю зачем: то ли по работе, то ли за подарками. Вот только машина у него сломалась, и вернуться в назначенный час он не успел. Жена решила, что по снегу сама довезет дочь на санках. Всего каких-то семь километров. В тот день девочка активно играла с другими детьми. Она немного разгорячилась, а когда на дорогу выпили чаю, то еще и вспотела. Мама с дочкой вышли засветло, и ничего не предвещало беды. Но на полпути начался сильный снегопад, и под вечер резко похолодало. Пока они шли, девочка сильно промерзла. На дорогу ушло около трех часов. Они сильно устали и вернулись в дом затемно. Их отец так и не смог добраться, потому что дорогу занесло. Как сказал дед Тарас, все очевидцы той зимы говорили, что снег валил дня два, не прекращаясь. Мама накормила дочку и уложила спать. Вот только наутро девочка проснулась с высокой температурой. Она заболела воспалением легких. Мама попросила соседку присмотреть за ребенком и отправилась за врачом. Но, как назло, врача в деревне не было. Накануне снегопада он тоже уехал в город.

— А что, у нас тут шестьдесят лет назад трактористы дороги не чистили? — опять не выдержал Витька.

— Пойди у трактористов и спроси! Мне почем знать! — рассержено ответила Настя, но рассказ свой продолжила. — Жена деда Тараса что-то там вспоминала, как девочку пытались лечить, растирать, поить какими-то отварами, но это все лишняя информация. Закончилось тем, что через два дня она умерла в своей постели. Родители прожили в этом доме до лета и оставили его, перебравшись в город. Что с ними было дальше, никто не знает. Деду Тарасу говорили, что они уехали далеко. Это уже и не важно. С тех самых пор дом пустует. В окрестностях деревни с девочкой несколько раз сталкивались и приезжие, и местные жители. Но до сегодняшнего дня увидеть, как она исчезает прямо на глазах, довелось лишь деду Тарасу.

— Это правда? — спросил у Мишки Коля. — Ты видел, как она исчезла?

— Да, — задумчиво ответил Мишка, и добавил: — Она пригласила меня сегодня вечером в этот самый дом. Я боюсь туда идти. Никто, случайно, не хочет составить мне компанию?

Витька и Колька смотрели на друга, не зная, что ответить. Им самим до жути не хотелось во все это влезать. Но и трусами прослыть тоже не хотелось. Обстановку разрядила Настя.

— Им не следует идти с тобой.

— Почему? — в один голос спросили Мишка и Витька.

— Потому что приглашение получил только ты. Когда тебе дают такое приглашение, то значит, что тебе там ничего не угрожает.

— Я бы так уверен не был, — сказал Коля. — Откуда тебе-то знать?

— В отличие от вас, я книжки люблю читать. Если не давать разрешения, то ни одна потусторонняя сила в твой дом не войдет. Дети ночи могут хитрить, уговаривать или обманом вторгнуться в твое жилище, но без позволения — никогда, — со знанием дела заявила Настя.

— Дети ночи? Это еще кто такие?

— Ну, привидения, ведьмы, колдуны там всякие, оборотни.

— Мне кажется, что ты перечитала своих книжек, — съязвил Витька.

— Да? Ну, тогда тебе, братец, нечего опасаться. Иди с Мишкой в этот симпатичный домик.

Витька понял, что в очередной раз поспешил с язвительным высказыванием в адрес сестры, поэтому уклонился от ответа и промолчал.

— Я понял тебя, Настя. Спасибо за информацию, — поблагодарил девочку Мишка. — Я пойду один.

— Не спеши, — вдруг отозвался Коля. — Мы тоже пойдем. Но пойдем не в дом, — сразу оговорился он. — Мы будем рядом. У нас есть большой фонарь. Сейчас уже темнеет, а внутри дома точно будет темно. Мы дадим его тебе с собой. Витька, сгоняй за фонарем и поставь его на подзарядку. Я считаю, что будет правильным подстраховать тебя, поэтому мы спрячемся в конце нашего участка и станем наблюдать за домом. Если тебе будет что-то угрожать, то ты включишь на фонаре режим стробоскопа. Знаешь, что это такое?

— Знаю. У папы был такой фонарик. Это когда сильно часто мигает свет, что больно смотреть глазам.

— Именно так. Хорошо, с этим решили. Теперь подумай, зачем ты туда идешь? Что ты хочешь там узнать? Может, не стоит в этот дом соваться?

— Понимаете, я хочу еще хоть раз увидеть своих родителей. И я подумал, что если эта Света может находиться в нашем мире, то и мои родители смогут тоже. Она сказала сегодня, что это не с ней надо говорить об этом. Когда я спросил ее, с кем надо разговаривать, она исчезла, оставив меня без ответа.

— Странно все это, — вновь засомневался вслух Витька.

— Конечно, странно! Странно, что ты еще здесь, а не ставишь фонарик на зарядку, — сострила Настя.

— Ладно, иду уже, — нехотя выдавил из себя Витька и вышел из комнаты.

На подготовку ушло около получаса. Ребята подбадривали друга, а Мишка собирался духом. Наконец ему вручили проверенный фонарик, и ребята выдвинулись в сторону заброшенного дома. Они поставили лестницу к забору и, прежде чем Мишка полез на нее, разом прильнули к доскам. Кто-то смотрел в щели между досок, а кто-то нашел себе отверстия от вырезанных сучьев.

Колька, как настоящий командир, поднял одну руку, как бы привлекая к себе внимание. Таким жестом он требовал от всех тишины. И пока все уставились на него, он внимательно следил за домом. Спустя несколько секунд он сказал:

— Прежде, чем ты полезешь по лестнице, нам нужен хороший наблюдательный пункт. Братуха, ты забирайся на этот абрикос. Будешь нашими глазами. Нам не стоит маячить перед окнами. Лучше будет, если про нас не будут знать.

Витька уже вошел во вкус намечающихся приключений и быстро вскарабкался на ветку.

— Тебе там удобно? — спросил его старший брат.

— Видно отлично.

— Тогда там и сиди. Если увидишь сигнал фонарика, то сразу сообщишь. Мишка, мы придем к тебе на помощь, — сказал Колька и поправил лестницу. — Если ты готов, то взбирайся и иди.

Мишка взялся за края сходен, быстро взобрался на забор и перемахнул на другую сторону. Он спрыгнул и обернулся, ощущая, как через щели за ним следят глаза друзей.

— Иди, — послышался Колькин голос. — Мы наготове.

Мишка направился к дому. Он шел медленно и вглядывался в открытые ставни дома. Ему даже показалось, что в окне промелькнул чей-то силуэт. Но, возможно, он ошибался. Все-таки нервы давали о себе знать. Ноги слушались плохо, и в теле присутствовала дрожь. Он шел, борясь со своим страхом. Им двигало чувство надежды, надежды узнать, как еще хоть раз увидеть своих родителей. Он остановился перед входной дверью и замер. В этот момент дверь скрипнула и медленно открылась сама. Холод пробежал по спине Мишки, и он невольно сделал шаг назад. Но, пересилив себя, все же вошел в дом, напоследок обернувшись в сторону прячущихся за забором друзей.

Темнота окутала дом. Несмотря на то что на улице еще не совсем стемнело, тут было жутко находиться. Мишка огляделся и заметил в противоположном углу Свету. Девочка находилась возле пыльного старого шкафа, и парню померещилось, что она немного прозрачна. Он решил подойти к ней ближе, но, сделав пару шагов, остановился.

— Все-таки пересилил себя и решился. А я уже начала в тебе сомневаться. Ладно, ступай за мной.

Света поднялась по лестнице, приглашая Мишку проследовать за собой. Лестница скрипела, но посторонних звуков, какие слышал Мишка в прошлый раз, не было. Не свистел ветер в щелях, ничего не гудело, и вообще, Мишка чувствовал себя спокойно. Он поднялся и очутился в просторной комнате, в которой на длинных ножках стоял черно-белый телевизор торговой марки «Славутич». Мальчик огляделся вокруг, но Светы уже в комнате не было. Вместо нее за его спиной что-то лохматое шелохнулось и заговорило скрипучим и хриплым голосом:

— Значит, ты и есть тот самый Мишка, что живет у Надежды Петровны?

Глава 14. Дедушка Корняж

Мишка замер в нерешительности. Только что с ним заговорил лохматый комок, похожий на шар. Это было настолько нереально, что он не знал, как реагировать.

— Ой! — единственное, что смог он произнести, уставившись на непонятную сущность.

— Что ты ойкаешь? Тебя что, здороваться не учили?

— Простите, но вы кто?

— Света, ты кого привела в наш дом? Что за молодежь пошла нынче! Ни здравствуйте тебе, ни до свидания.

— Что, простите? — все никак не мог прийти в чувство Мишка.

— Говорю, добрый вечер, внучок! — съехидничал непонятно кто и прошел мимо Мишки, направляясь к детскому стульчику возле окна.

— Добрый! — протяжно сказал Мишка, проводя взглядом непонятное говорящее существо. — Простите. Здравствуйте!

— О-о, пришел в себя наконец! Так ты и есть внук Надежды Петровны?

— Да. А вы, простите, кто?

— Меня зовут Корняж. Для тебя — дедушка Корняж. И не путай с Корнеем. Мне не нравится, когда мое имя путают. Могу разозлиться.

— Хорошо. А вы кто, дедушка Корняж?

— Вот ты заладил! Домовой я! Про домовых слышал когда-нибудь? Или ты из этой современной молодежи, что в светящихся экранах днями и ночами зависает?

— Про домовых слышал. Но я думал, это все выдумки и сказки.

— Думал он. Тогда считай, что ты попал в сказку. Возьми у себя в кармане золотую монету, которая исполнит любое твое желание.

Мишка машинально потянулся к карману и сунул в него руку. Но, вопреки ожиданиям, в кармане было пусто.

— Ты смотри, повелся! — рассмеялся скрипучим голосом комок шерсти. — Что, в сказки веришь? Видел бы ты себя со стороны.

Мишка понял, что его разыграли, и слегка огорчился.

— Только не дуйся мне тут! Луна мне свидетель, я не собираюсь за тобой сопли подтирать. Света, он всегда такой?

В центре комнаты проявилась девочка. Она присела на подоконник и свесила ноги. Только сейчас Мишка заметил, что в комнате все ставни заперты, но, несмотря на это, в помещении ему все хорошо было видно. Свет будто исходил откуда-то изнутри дома. Все комнаты освещались хоть и тускло, но вполне комфортно для восприятия глаз.

— Не замечала. Вообще-то он разговорчивый.

— А по первому впечатлению не скажешь. Ладно, чего стоишь? Где у нас тут стул? А-а, вон, смотри, — указал домовой маленькой ручонкой на старый письменный стол, — за ним табурет есть. Возьми его и присаживайся.

Мишка прошел к дальней стене и заглянул за старый письменный стол. Там, действительно, стояла табуретка. Он сдул с нее пыль, потом поставил напротив домового и присел. Ему было интересно все происходящее, и страха он абсолютно не испытывал. Немного помолчав и разглядев собеседника, мальчик решился на вопрос.

— Скажите, пожалуйста, а сколько вам лет?

— Зачем это тебе?

— Ну, мне просто интересно. Если вы жили в этом доме, когда еще…

Мальчик замешкался с продолжением. Ему очень не хотелось напоминать Свете, что она давно умерла, а уж тем более, говорить при ней о ее родителях. Но инициативу в разговоре перехватил домовой.

— Ты что, справки наводил?

— Что, простите? А-а, вы про дом? Да, мне рассказали про это место кое-что. Если вы жили в этом доме шестьдесят лет назад, то сколько вам сейчас?

— Я старый. Мне четыреста двадцать восемь лет. Только что тебе это даст? Ведь ты сюда не за этим пришел?

— Я же говорю: мне любопытно. Скажите, а ведьмы есть? А оборотни существуют? А правда, что мне можно увидеть моих родителей снова?

— Тьфу ты! Сколько вопросов сразу! Что же вы, молодые, такие любопытные? Вот ты в гости пришел. А угощеньице принес?

Мишка растерялся от неожиданного упрека.

— Я так и знал! А ведь тебя в гости пригласили. Мог бы и догадаться. Твоя бабушка всегда об этом думает. Ладно, на первый раз обойдемся и нашими припасами. Пойдем на кухню, чайник поставлю. У нас там сушки имеются. Поговорим за столом. Нечего тут в пыли сидеть. Вижу, что испуг твой прошел. Ступай за мной.

Мишка поднялся и проследил за необычным лохматым явлением. Домовой, действительно, был очень похож на мягкий мяч. За его ухом торчал пшеничный колосок, уши были совсем немного заостренными, а глаза отсвечивали маленькими блестящими бусинами. Света плавно растворилась в воздухе и проявилась впереди рядом с домовым. Девочка махнула Мишке рукой, приглашая его проследовать за ними, и поплыла по воздуху еще быстрее.

На небольшой кухне было чисто. Тут явно навели порядок к приходу гостя. Стол, хоть и очень старый, но целый и крепкий, стоял по центру. Плиты или печки на кухне не было, а вот газовая горелка, на которой кипятился чайник со свистком, присутствовала. Света расположилась напротив Мишки, а дедушка Корняж поставил на стол сушки в глиняной миске и две тарелки. Потом он налил в заварник кипятка и присел сам.

— Сейчас чай заварится. Тфу ты! Совсем забыл про сахар, — посмотрел домовой на Свету. — Где он у нас?

— А что ты на меня так смотришь? Ты же его ешь, а не я! Мне откуда знать!

— Ты не любишь сахар? — полюбопытствовал Мишка у девочки.

— Миша, я ведь привидение. На кой мне этот сахар вообще нужен? Это вы живые, вам еда требуется.

— Но ведь я видел, как ты днем выглядела. Не прозрачная, как сейчас, а словно настоящая, живая.

— Ну, тут есть свои секреты, — заулыбалась девочка. — Только такое мое состояние ненадолго. А вечерами мне легче так, — она обвела себя рукой, демонстрируя свою прозрачность в лунном свете.

— Так. Тут всего три кусочка осталось. Маловато. Тебе одного кусочка хватит? — спросил домовой, обращаясь к Мишке.

— Хватит. Я вообще не голоден.

— Я тебя не кормить сюда позвал, а чаю попить. Вот, держи, — положил домовой один кусочек сахара на блюдце и придвинул его Мишке. — А я люблю сладкий, — сказал Корняж и выложил сахар из опустевшей пачки на свое блюдце.

Затем домовой налил заварку в кружки и добавил кипятка. Сахар растворился очень быстро, и Мишка взял одну сушку. Как ни странно, но сушки оказались свежими и вкусными. Мишка пил чай и разглядывал странную компанию за столом. Домовой с удовольствием пил свой чай по старинке. Он наливал его в блюдце и сербал уже из него. Света расположилась на стуле, облокотившись на стену. Она перебирала в руках какие-то разноцветные бусины. Каждую из них она протирала лоскутком шерстяной ткани. После такой процедуры лунный свет, попадавший на бусины, придавал им неповторимый блеск.

— Значит, ты хочешь увидеть своих родителей? — вдруг задал вопрос Мишке домовой.

— Хочу, — ответил Мишка на автомате.

Корняж молчал. Он над чем-то размышлял, не обращая внимания на вопрошающий взгляд парня, и не спешил с ответом. Большие брови домового то приподнимались домиком, то распрямлялись, пока он пил чай и думал. Наконец, после очередного глотка, он неожиданно выдал:

— Дух леса, сообщил, что они в пустоте. С ними не так просто встретиться.

Мишка не понял ни слова из сказанного, поэтому продолжал внимательно слушать.

— Надо ждать Ивана Купалу. Нужна сила этой волшебной ночи и сок лесного духа. А еще понадобятся мои руны. Сложно все это. А ты рисовать умеешь?

— Кто? Я? — не сразу понял, что обращаются к нему, растерянный Мишка.

— Ты, конечно! А то кто!

— Плохо рисую. А что нужно?

— Да-а, — протянул домовой после очередного глотка чая. — Сложно нам будет ему помочь, Света.

— Извините, — осторожно встрял Мишка. — Как я понял, вы решили мне помочь увидеть моих родителей? Что я буду должен за это?

— Ты смотри! А он не так глуп.

— Дедушка, не надо его подначивать. Ты иногда бываешь таким занудой!

— Ладно-ладно, ты меня еще жизни поучи, привидение малолетнее, — немного рассердился домовой и пригладил свою бороду. — Я сам разберусь, как мне себя вести.

На кухне на несколько минут воцарилась тишина. Корняж допивал свой чай, а Мишка доедал третью сушку и внимательно наблюдал за странной парочкой. Когда чай был допит, домовой слез со стула и направился к раковине мыть посуду. Он набрал воды из ведра, которое стояло рядом, и сполоснул блюдца с кружками. Выложил их на широкую обрезанную доску просохнуть и вернулся за стол.

— Поможем мы тебе по двум причинам, — решил пояснить лохматый домовой. — Твоя бабушка много лет оставляет еду для меня. За что ей огромное спасибо и моя искренняя благодарность.

— Так вот для кого у дерева она оставляла молоко с бутербродом! — вырвалось у Мишки.

— Какой ты догадливый! Прямо вундеркинд!

Домовой почему-то насупился, а затем продолжил вслух:

— Теперь сложнее будет прожить. Вы уедете в город, а у меня припасов мало.

— Я попрошу своих друзей оставлять вам еду. Они согласятся.

— Это ты про тех, что за забором прячутся? Кстати, а кто там на абрикосовом дереве сидит? Он уже полветки недозревших абрикосов съел.

— На дереве? А-а, это Витька. Но я могу за них поручиться. Они не подведут.

— Посмотрим. Меньше им всего рассказывай. Пусть докажут сначала, что не подведут.

— Как?

— Скоро узнаешь. Так вот… На чем это я остановился? Ах, да. В первую очередь из-за твоей бабушки. Вторая причина — нам нужен сок духа леса. Впрочем, и тебе этот сок тоже будет необходим. Иначе ничего не выйдет.

— А кто это дух леса и где его искать?

— Нам о твоей потере родителей сообщил непосредственно сам дух леса. Наверное, ты сделал для него что-то от души.

— Я не понимаю вас, дедушка Корняж. Кто такой этот дух леса?

— Да дерево же! То самое дерево, что вы видели на краю поля в лесу. Вот же ты балбес недогадливый! Именно от него мы узнали, что твои родители… — тут домовой чуть притих и сглотнул. — Ну, ты понял меня, — уже более спокойно добавил он.

У Мишки слегка проступили слезы, и он отвернулся в сторону.

— Дедушка, — укоризненно прошептала Света, — пожалуйста, не так строго.

— Ладно, извини, — положил свою маленькую ладошку на руку Мишке домовой. — В общем, в ночь на Ивана Купалу ты должен будешь отправиться к этому дубу и попросить у него немножко свежего сока. Я дам тебе два флакончика. Один принесешь нам. Это будет твоя плата за помощь. Второй оставишь себе. Без него у тебя ничего не выйдет.

У окна послышался веселый девичий смешок.

— Что такого смешного я сейчас сказал? — рассердился на свою подопечную домовой.

— Иди сюда, дедушка. Взгляни, — позвала она его.

Домовой недовольно слез с высокого стула и засеменил к окну, потом приподнялся на носочки и посмотрел куда-то.

— Вот балбес! — сказал он и рассмеялся своим хриплым голосом. — И этих друзей ты хочешь просить о помощи?

Мишка не понял, что они там такого увидели, и решил сам взглянуть. Над забором, зацепившись штанами за ветку, висел Витька. Он держался за живот и что-то объяснял своему брату, стоящему прямо под ним. А на заборе сидела Настя и, прикрыв себе рот, давилась от смеха.

— Чего это он за живот держится? Поранился, что ли? — спросил вслух Мишка, явно переживая за друга.

— Угу, как же! Абрикосов немытых объелся. Полветки обчистил, пока за нашим домом наблюдал. Вот живот у него и скрутило. Удержаться не смог и с ветки рухнул. Тоже мне, Карлсон недоделанный.

— Ты, Миша, наверное, беги к ним, — сказала улыбающаяся Света, — как бы он в штаны не наложил, пока его Коля снимет. Им сейчас помощь твоя нужна. Одному Коле Витьку не удержать.

— Да, беги скорее. А завтра в это же время к нам приходи. И сахар не забудь! — уже вдогонку добавил домовой, когда парень спешно спускался по скрипучей лестнице.

Мишка пулей выскочил из старого дома и, перескочив невысокие кусты, выбежал на бывшую тринадцатую улицу. Он заметил, как Настя с большим трудом перекидывает лестницу через забор, а Колька пытается поддержать висящего на своих штанах брата.

— О-о, Мишка вернулся! — раздался довольный голос Витьки, размахивающего двумя руками словно пропеллерами.

Колька обернулся и сразу попросил друга помочь его сестре. Настя сама никак не могла перекинуть через забор длинную лестницу. Поэтому она очень обрадовалась, когда Мишка с другой стороны забора потянул ее на себя. Настя отпустила свою сторону, и деревянная лестница скользнула за участок.

— Тащи ее сюда! Быстрей! — выкрикнул Колька, продолжая подставлять брату руки, чтобы тот хоть немного на них опирался и не раскачивался так сильно.

Послышался треск ткани, и Витька ойкнул.

— Мамочки! Сейчас свалюсь! Давайте быстрее!

Оперев лестницу на ближайшую ветку абрикоса, Мишка вскарабкался на дерево и пополз по направлению к Витьке.

— Ты чего туда полез? — раздался звонкий от смеха голос Насти, которая в этот момент перелазила через забор. — Как ты собираешься его снимать оттуда?

— А как надо было?

— Давай слазь назад. Поставьте лестницу под него и держите ее с двух сторон. Он на нее обопрется и сам отцепится. Я сейчас тоже слезу и помогу вам.

С горем пополам сделали как сказала Настя. Лестницу удалось поставить под Витьку, и он схватился за нее. Потом горемыка оперся на одну из ступенек ногой и приподнялся. Штаны сами отцепились от ветки, и он, схватившись двумя руками за поручни, быстро спрыгнул на землю. Витька тут же подскочил и, не говоря ни слова, помчался к ближайшим деревьям за небольшим кустарником, на ходу выкрикивая просьбу принести ему бумагу.

— Лопухом подотрешься! — прокричал ему вдогонку рассерженный Коля. — Тихо понаблюдал, называется. Когда он уже наестся? Все время что-то жрет. Теперь полночи будет на толчок бегать. Дебил!

— Как у тебя все прошло? — спросила у Мишки Настя.

— Пойдем в дом, там расскажу.

Настя с Колей перекинули лестницу обратно на участок и отнесли ее туда, где она лежала. После этого они вернулись в дом и стали ждать объевшегося абрикосами Витьку. Тот заявился недовольный, так как по близости с тем местом, где он уединился, лопухов не оказалось. Он обиженно рассказывал, с каким трудом ему пришлось выискивать большие листья и траву помягче, а друзья слушали его и хихикали вполголоса, чтобы мама не отругала их, так как они своим шумом могли помешать смотреть ей телевизор.

Когда Витька наконец-то успокоился, Мишка поведал о том, что произошло в старом доме. Он решил не все рассказывать своим друзьям, а только о встрече с домовым и о том, что тот, возможно, поможет ему хоть на миг увидеться с родителями. Ребятам было все интересно: как выглядел этот маленький домовой, о чем он разговаривал с Мишкой. Вспоминали, что один раз в этом доме уже видели нечто лохматое и приняли его за мяч. В тот момент всем было жутко страшно, поэтому в панике ребята покинули старый дом. После рассказа Мишки детворе стало понятно, что весь год их пугал именно этот лохматый домовой. Но все равно друзьям было не по себе. Они то и дело допытывались у Мишки, как он не испугался и остался один на один с потусторонними сущностями и даже согласился попить с домовым и привидением чай.

— Ну ты крутой! — выдал свое заключение после Мишкиного рассказа Витька и в очередной раз, схватившись за живот, выбежал из комнаты.

Друзья переглянулись и рассмеялись ему вслед.

— Значит, ты завтра снова пойдешь в этот дом? — поинтересовалась Настя.

— Пойду. Я почти ничего сегодня не понял из рассказанного мне дедушкой Корняжем. А еще мне понадобятся какие-то угощения и сахар.

— Корняж! Надо же, какое имя необычное! А сколько ему лет? — спросила Настя.

— Он сказал, что ему четыреста двадцать восемь лет.

— Ого! Ты у него обязательно спроси, сколько лет домовые живут, — сказал Мишке Колька.

— Зачем?

— М-м-м, не знаю. Но ведь интересно! Когда мы еще узнаем что-то такое, о чем многие даже не подозревают. Спроси, вдруг пригодится.

— Ладно, завтра спрошу. Я, наверное, пойду домой. Меня бабушка уже заждалась. Поздно уже.

— Надежда Петровна звонила нашей маме недавно. Спрашивала, что мы делаем. Мама ответила, что мы на участке играем, — сообщила Настя. — Так что не волнуйся. Все хорошо.

— Все равно мне пора. Бабушка к вашей директрисе сегодня со своей сестрой ходила. Та обещала ей помочь с какими-то документами. Надо у нее спросить, что она выяснила.

— Раз надо, то иди. Мы с Витькой к тебе завтра заскочим, — сказал Коля.

— Почему только с Витей? А я?

— Настя, вот только не цепляйся к словам. Тебя я тоже подразумевал. Может так случиться, что мы с тобой завтра только вдвоем к Мишке и пойдем.

— Почему? — удивилась его сестра.

— Как почему? Наш брат может не захотеть с туалетом расстаться. Судя по всему, он и сегодняшнюю ночь там проведет.

Ребят позабавила удачная шутка Коли. А когда в дверях появился Витька и, немного постояв и посмотрев на всех, опять убежал в туалет, друзья расхохотались звонко и во весь голос. Из соседней комнаты раздался недовольный голос тети Зины. Дети резко притихли, но продолжали хихикать.

Затем Настя и Коля провели Мишку до калитки, а сами отправились домой, сказав Мишке, что сейчас подопрут дверь в туалет шваброй. «Им сегодня точно будет весело», — подумал Мишка и, улыбаясь, отправился домой.

Бабушка ждала внука, сидя у телевизора. Она иногда засыпала и просыпалась, посматривая на часы. Когда Мишка вернулся, она сказала ему, что уже хочет отдыхать и что все разговоры следует отложить до утра.

Мишка зашел в свою комнату, присел на кровать и уставился в окно. Он долго наблюдал за виднеющимся странным старым домом и думал о чем-то своем. Мальчик вспоминал своих родителей, и ему очень хотелось еще хоть раз увидеться с ними. Корняж обещал помочь в этом, и Мишка ухватился за эти слова как за спасательную соломинку. В словах домового многое было не понятно, но завтра он все разузнает досконально. Уже когда глаза его слипались и в голове был сплошной каламбур, мальчик вспомнил, что домовой спрашивал, умеет ли он рисовать. Мишка не понял, к чему был такой вопрос, но это было последнее, о чем он думал перед сном. Поэтому всю ночь ему снилось что-то непонятное. Он рисовал и карандашом, и красками, и показывал свои каракули друзьям, а те отвечали, что это настоящее произведение искусства. Все ему поддакивали и восхищались, правда, пересмотрев его картины, сказали: «Твои картины очень красивые и классные, только ни фига не понятно, что тут нарисовано». Именно после этих слов Мишка расслышал, как за окном прокричал неугомонный петух и раздался лай жизнерадостной Пеструхи.

Глава 15. Пошаговая инструкция рисованных желаний

Мишка уселся на кровати и тряхнул головой, словно отгоняя ночные сновидения. Он посмотрел в окно и понял, что ночью прошел неплохой дождь. Трава была мокрая, а в курятнике возле сетчатого ограждения имелись небольшие лужи. Именно в этих лужах сейчас топтались куры, выискивая для себя что-то интересное. А потом он заметил бабушку. Она шла медленно по тропинке между грядок, выбирая место для очередного шага, чтобы не поскользнуться. Мишка понял, что она снова оставила еду возле старого дерева. Он быстро оделся и вышел на крыльцо.

— Доброе утро, бабушка!

— А-а, уже проснулся! Доброе! Как спалось?

— Нормально. Бабушка, а можно тебя спросить?

— О чем?

— Кому ты еду оставляешь возле забора?

— Ты про молоко у дерева? Не знаю, — неожиданно для Мишки ответила она. — Много лет назад у меня в хозяйстве начался полный беспорядок. Куры стали плохо нестись, с полей повадилась лиса пробираться на участок, плохо росла зелень. Я даже не знала, что делать, и совсем было руки опустила. Тогда мне Кузьминична посоветовала оставлять немного еды. Она даже не стала объяснять, для чего. Просто сказала так сделать. Она у нас в деревне считается кем-то вроде ведуньи. Я спорить или расспрашивать не стала, а сделала все в точности, как она посоветовала. Буквально через неделю лиса пропала, куры стали лучше нестись и вообще все наладилось. С тех самых пор я каждый день оставляю немного еды и молока на том самом месте у дерева. Вот так бывает, внучок. Хочешь — верь, а хочешь — нет.

Мишка внимательно выслушал и решил не говорить бабушке про домового и привидение.

— Ты уже умылся? — поинтересовалась бабушка. — Если нет, то поторопись. Я сейчас оладушек приготовлю. Нам Маша вчера вишневого варенья передала. Сказала, чтобы я тебя обязательно угостила. Так что быстро в ванную. Скоро завтракать будем.

Вишневое варенье у Марии Ивановны получилось превосходным. Директриса школы была не только хорошим педагогом, но и замечательным кулинаром. Вместе с вареньем она передала несколько булочек. Одну из них Мишка съел до того, как были готовы оладьи. Бабушка, конечно, пожурила внука за то, что он перебивает себе аппетит, но сильно строга к нему не была. После завтрака Мишка поблагодарил свою бабушку и попросил передать спасибо ее подруге за варенье и булочки. Надежда Петровна улыбнулась и в душе порадовалась, что у нее растет такой воспитанный внук.

Мишка поднялся из-за стола и направился в большую комнату. Там в тумбе под телевизором лежали его тетради, которые он привез с собой для отработки летних заданий по информатике. Каждый из учеников его школы получил такие задания и должен был показать преподавателю, что у него получилось. А еще он вспомнил, что в конце учебного года на уроках литературы они проходили басни. Всем на лето дали задание написать самим что-то подобное. Поэтому он взял две тетради: одну для сочинительства, а вторую — чтобы попробовать хоть что-то нарисовать. Мальчик подумал, что вечером, когда он снова отправится в загадочный дом, то прихватит с собой тетрадь. Если уж домовой задавал ему вопрос насчет рисунков, то это ему зачем-то было нужно. Вот сегодня он и покажет дедушке Корняжу свои возможности. Просидел Мишка за рисованием несколько часов. Он то и дело подтачивал карандаш, пока от того практически ничего не осталось. К тому же точилки у него не имелось, и карандаш приходилось затачивать ножиком. Делал он это коряво и пару раз ломал грифель. После нескольких попыток нарисовать что-то стоящее Мишка пришел к выводу, что рисование — это не один из его талантов. Поэтому он решил не рисовать, а срисовывать. Ничего сверхъестественного парень выдумывать не стал. Он поставил перед собой утюг и нарисовал его. К его удивлению, утюг получился неплохо, поэтому он продолжил свое занятие. Следующим на бумаге он изобразил тот самый спиннинг, что перед поездкой в деревню купил ему отец. Рисунок получился очень похожим на оригинал, стоящий в углу комнаты.

— Миша, к тебе пришли! — раздался из другой комнаты голос бабушки.

Мальчик отложил в сторону карандаш и вышел во двор. Там его ожидали Коля и Настя. Девочка сидела на корточках и гладила довольную Пеструху, а ее старший брат то и дело поправлял свой носок в кроссовке и недовольно бурчал себе под нос.

— Тебе что-то в кроссовок попало? — поинтересовался Мишка и протянул другу руку.

— Нет. Резинка на носке растянулась, и теперь при ходьбе носок сползает на подошву. Знаешь, как достало все время его поправлять?

— Чего ж ты носки не переоденешь?

— Мама утром белье постирала. Не высохли еще. В тех, что в ящике лежат, дырки на пятках, а парочка уже малы.

— Так не надевай их, — посоветовала Настя. — Вообще-то лето на улице. Жара какая стоит!

— Ага! Сама попробуй мяч погонять в кроссовках без носков. Все ноги сотрешь, — рассержено ответил Колька сестре.

— Как Витька? Я так понял, он все еще животом мается? — спросил у друзей Мишка, присаживаясь на скамейку.

— Угадал. Он полночи в туалете провел. Мама его так отругала! Нам тоже попало, как говорится, за компанию. Особенно мне, как старшему, — сказал Колька и автоматически почесал затылок, таким образом показывая, куда ему прилетела оплеуха от мамы.

— Понятно. Слушайте, мне надо в магазин сгонять. Я обещал домовому, что сахар принесу. Наверное, надо бы еще что-то взять, но не знаю что.

— Ничего. Я помогу! — обрадовалась Настя, что может как-то пригодиться. — Когда пойдем?

— Можем сейчас. Если вы не заняты, то я сгоняю в комнату за деньгами и пойдем.

Когда друзья пришли в деревенский магазин, то Мишка решил посмотреть на альбомные листы. Он запомнил их цену на всякий случай и подобрал себе карандаши. На полке лежали и цветные, и простые, но он взял только два простых карандаша: твердый и мягкий. Настя сразу направилась в отдел продовольствия и занималась покупками угощений сама. Она сказала, что знает, чем умаслить домового, если тот так любит сахар. Колька же остался на улице поправлять сползший в очередной раз носок. Он нервно сбросил с ноги кроссовок, тот отлетел на пару метров, а затем поскакал за ним на одной ноге.

Выйдя из магазина, друзья увидели несущегося на велосипеде Никиту. Тот резко затормозил возле них, да так, что на дороге остался след от резины.

— Эй! Осторожно! — выкрикнула Настя и отскочила в сторону. — Сумасшедший!

Парни, посмотрев на перепугавшуюся сестру, дружно рассмеялись.

— Не бойся, я все рассчитал, — сказал Никита, слезая с велосипеда. — Куда направляетесь?

— Домой идем, — ответил за всех Колька. — А ты куда так спешишь?

— Мама записку попросила на ее работу отвезти. Еду на базу, а потом на пилораму.

— Зачем на пилораму? — удивился Колька.

— Мы там договорились встретиться с Трижды-Коляном. Ему батя пообещал, что на день рожденья подарит собаку. Так Колян пошел на пилораму попросить, чтоб ему доски для будки по размеру нарезали. А меня попросил на велике туда подскочить, чтобы на моем багажнике доски до дома довезти.

— А какую собаку ему подарят? — спросила уже Настя.

— Колян не знает. Отец сказал, что это сюрприз будет.

— Везет Коляну. Мы тоже хотели себе собаку. Правда, Настя? Но наш отец сказал, что дворнягу заводить не хочет, а породистые денег много стоят.

— Так и сказал, — вздохнула Настя. — Вот интересно, а кого ему подарят? Мальчика или девочку? Может, мы у него потом щенка возьмем?

— О-о, уже размечталась. Пусть ему сначала подарят собаку. Вдруг там такая порода будет, что мы сами не захотим, — осадил сестру брат.

Так они вчетвером дошли до конца улицы, и Никита снова залез на свой велосипед. Он сказал, что его поджимает время и ему следует торопиться. На прощанье он радостно что-то выкрикнул и понесся на развилке в другую сторону.

Проходя мимо школы, они повстречали Ромку. Тот шел со своей мамой, а когда заметил друзей, отстал от нее и остановился поздороваться. Они перекинулись с ним парой слов и рассказали, что видели его двоюродного брата. Сообщили и про то, что Никита им рассказал, но Ромка уже был в курсе. Оказывается, Колян рассказал им про обещание отца подарить собаку еще вчера вечером. Зато Ромка похвастался своими новыми кедами, а потом спросил Кольку, почему тот несет свои кроссовки в руках. На это Настин брат ответил, что в руках носить обувь удобнее, она так не теряется.

— Ты вон сколько уже обуви потерял, и вся она у тебя была на ногах, — с серьезным лицом добавил Колька.

— Очень смешно! Зато у меня она всегда новая!

— Ага, и задница из-за этого красная, от ремня.

Ромка отмахнулся и побежал догонять свою маму. Друзья рассмеялись ему вслед. Проходя мимо дома, где живет Рыжий, они повстречали Сережку вместе с его братьями. Те сидели в машине отца. Завидев приятелей, все высунули головы из окон автомобиля.

— Где вы Витьку потеряли? — спросил Олег.

— Он в санатории, — быстро сориентировался Колька.

— В каком еще санатории? — переспросил Миха. — Мы его вчера у магазина видели.

— Он находится на профилактике кишечно-пищевого тракта. Проходит оздоровительные процедуры.

— Не понял. Ты серьезно? — спросил за всех Рыжий. — Что случилось?

— Да ничего не случилось. Ты слушай его больше, — встряла Настя. — Абрикосов он немытых объелся. Мама ему клизму поставила. Дома сидит, оздоравливается.

Общий смех ребят разнесся по улице. Из дома вышел отец довольной троицы, сел в машину, и они уехали в город.

Мишка, Настя и Коля вернулись на свою улицу. Во дворе они увидели Витьку. Лицо у него было бледное, а настроение не очень.

— Как проходят твои процедуры? — поинтересовался Колька у своего брата.

Тот отмахнулся от него рукой и оперся на открытую калитку.

— Мне кажется, что абрикосов я наелся на все лето. У меня даже ноги подкашиваются.

— Зачем тогда на улицу вышел? — подошла к брату сестра. — Тебе отлежаться нужно.

— Надоело на диване. Захотел воздухом подышать. Мы сегодня опять будем Мишку ждать, пока он в старый дом отправится? — спросил Витька, обратившись к брату.

— Мы с ним пойдем, а ты — как хочешь.

— Я тоже пойду, — уверенно заявил Витька. — Но на дерево больше не полезу.

— На дерево и не надо лезть. Мы сегодня у самого дома подождем. Мишка, ты же говорил, что домовой знал, что мы за домом наблюдаем. Я все правильно понял?

— Да. Домовой вас видел и смеялся, когда Витька на дереве повис.

— Вот, Витек, тебя уже потусторонняя сила знает. Ты теперь знаменитость местная. Нет смысла больше прятаться.

— Вот только не надо издеваться! Мне и так не по себе.

— Ладно, не буду. Мишка, ты к нам или к себе?

— Домой пойду. Можно, я еду для домового у вас пока оставлю?

— Оставляй. Я все в бумажный пакет переложу и отдам тебе, когда пойдешь в старый дом, — ответила Настя. — Мы вечером будем тебя ждать.

Ребята распрощались, и Мишка отправился к себе. Бабушка находилась на кухне и что-то складывала в лотки для еды. Увидев внука, она спросила его:

— Куда вы ходили?

— В магазин. Я карандаши себе взял.

— Мы с Машей в город собрались. Ты с нами поедешь или в деревне останешься?

— В деревне, — быстро ответил он. — Зачем в город едете?

— Так, — присела бабушка на диван. — Как тогда быть? Попросить мою сестру прийти переночевать или Зину? Где останешься? Дома или у соседей?

— Могу дома. Могу к соседям пойти. Я сегодня к ним и так обещал зайти. А зачем ты в город собралась?

— Да Маша вызвонила своих знакомых. Они обещали помочь с бумагами по опекунству. Школа скоро. Надо торопиться. Завтра придется побегать немножко. Может, и правильно, что ты тут останешься. Я еду оставила на столе. Сам разогреть сможешь?

— Конечно. Ты не переживай за меня, я уже большой. Ты только с тетей Зиной договорись. Я вечером к ним пойду.

— Вечером? А сейчас ты что делать будешь?

— Вот, — показал Мишка еще раз карандаши. — Сейчас пойду рисовать. Затем информатику надо решить и, может быть, посижу над басней.

— Какой еще басней? — удивилась бабушка.

— Нам на лето домашних заданий позадавали. Одно из них — сочинить басню. Может быть, что-нибудь и придумаю.

Бабушка послушала внука и потянулась за телефоном. Она набрала какой-то номер, и через секунду в трубке послышался женский голос:

— Слушаю.

— Маша, ты подъезжай за мной. Мишка останется дома. Нет. С нами не хочет. Я только к Зине заскочу, попрошу ее за ним приглядеть. Мы когда завтра вернемся? Поняла. Хорошо, жду.

— Значит так, Миша. Я пошла к Зине, переговорю с ней. А ты, когда Мария Ивановна подъедет, в дом ее пригласи. Она сказала, что мы с ней вернемся завтра после четырех часов. Так что куры на тебе, собаке корм в кладовке лежит. Там полмешка для нее. Что еще… А-а, если Пеструха яму выроет, засыпь. Все понял?

— Конечно.

— Тогда я к соседям.

Вернулась бабушка раньше, чем на машине подъехала директриса. Пока Мария Ивановна сидела в машине, бабушка сходила в комнату и взяла запасные ключи от квартиры Мишкиных родителей. Затем она сложила в свою сумку документы и вышла из дома.

— Зина сказала, что ужинать ты будешь у них, — сообщила внуку Надежда Петровна. — На кухне котлеты есть, но сильно не наедайся. Если засядешь в своей комнате рисовать, то оставь дверь открытой. Вдруг кто-то придет, так хоть услышишь. Вроде бы все сказала, — на секунду задумалась она.

Но тут прозвучал короткий гудок, и бабушка обернулась. Из машины ей махала Мария Ивановна, приглашая присесть на соседнее кресло. Бабушка поцеловала внука и направилась к подруге. Когда их машина скрылась за поворотом, раздался одиночный лай Пеструхи. Мишка погладил собаку и зашел в дом.

Мишка включил настольную лампу, открыл окно и взял в руки карандаш. Он подумал, оглядываясь, что еще такого ему нарисовать, и заметил на полу тот самый предмет, что случайно нашел в посадке среди старых листьев. Он покрутил круги на белом металлическом штыре и остановил, когда ему понравился получившийся ракурс. На странном изделии вылезло сразу три бугорка. Теперь этот штырь был очень похож на необычный ключ. Мишка положил его на книгу и пододвинул к светящейся лампе. Он взял в руку твердый карандаш и стал наносить на бумагу штрихи. Рисовал он долго, и у него получилось довольно похоже. Мишка даже несколько раз повертел рисунок, любуясь своим творением. Потом он открыл тетрадь с обратной стороны и написал пару слов новой не придуманной еще басни. Прочитав получившиеся строки про хитрую лису, Мишка задумался. В голову ничего не лезло.

Внезапно на подоконник приземлился наглый бабушкин петух и уставился на парня, которого он явно не ожидал увидеть. Это секундное удивление стоило петуху его хвоста. За окном раздалось звонкое клацанье зубов и рычание Пеструхи. Одним движением бабушкина собака лишила наглого петуха половины его цветного хвоста. Птица в испуге закудахтала и вспорхнула с подоконника, влетев прямо в комнату. Какой тут начался кавардак! По всей комнате полетели перья. За окном раздался громкий лай собаки. Мишка в испуге присел на корточки. А наглый петух взобрался на шкаф и, словно домашний попугай, выругался звонким кукареканьем. Мишке целых десять минут потребовалось, чтобы спровадить неожиданного гостя обратно в открытое окно, а потом еще столько же, чтобы загнать его обратно в курятник.

Немного позже, взяв с собой яблоко и тетрадку, в которой он сделал наброски, Мишка отправился к соседским ребятам. Зайдя во двор к друзьям, он столкнулся с Настей. Девочка как раз вышла, чтобы пригласить Мишку на ужин.

— Меня мама за тобой отправила. Она на стол накрывает. Сейчас поужинаем, и у нас еще будет куча времени до сна. Ты же сегодня у нас ночуешь?

— Да. Мне бабушка так и сказала. Она не хочет, чтобы я один в доме на ночь оставался.

На ужин тетя Зина разогрела голубцы. Она накрыла стол для детей, а сама отправилась в свою комнату. Отец ребят должен был прийти с работы позже, поэтому их мама решила дождаться его и поужинать вместе с ним. Колька сказал, что она часто его так дожидается. У отца сменная работа, и иногда он возвращается чуть позже, чем они ужинают. Мама всегда их кормит в это время, чтобы они раньше ложились спать, а так как сейчас каникулы, то им разрешают ложиться намного позже обычного.

Друзья отправились к старому дому спустя час. Прежде чем Мишка вошел вовнутрь, они долго стояли у входа и согласовывали свои действия на случай, если Мишке понадобится их помощь. И хотя все понимали, что такие договоренности никому не нужны, Колька настоял на своем. Он так и сказал: «Всегда должен быть план Б». И даже не стал объяснять, для чего. Просто он так эмоционально это произнес, что ни у кого не возникло желания спорить.

Мишка вошел в дом, держа в одной руке тетрадку, а во второй пакет с угощением для домового. За ним сразу захлопнулась дверь, и со второго этажа послышался хриплый голос:

— Света, встречай гостя и веди его сюда.

Перед самой лестницей в воздухе проявилась Света и улыбнулась Мишке.

— Я смотрю, ты сегодня с угощением. Пойдем. Корняж не простит, что я тебя задержала, если узнает, что ты с чем-то вкусным пришел.

Мишка поздоровался и проследовал за привидением. Пройдя скрипучую лестницу, он вошел на кухню и еще раз поздоровался, но уже с домовым. Тот сидел на высоком стуле и ждал, когда закипит чайник.

— Привет-привет! Видел тебя в окно. Вот, решил чайник поставить, — сказал Корняж, а сам посмотрел на пакет у Мишки в руке.

— Это вам, — протянул парень угощение домовому.

Тот мигом вскочил и забрал увесистый бумажный пакет. Корняж быстро выложил содержимое на стол и расплылся в улыбке. На столе лежала большая пачка рафинированного сахара, целый килограмм медовых пряников и полкило халвы. А еще Настя передала от себя три красных яблока. Мишка пробовал такие у них дома. Очень вкусные и сочные. Тетя Зина купила их на базаре, когда ходила свою вишню продавать.

— Пряники! Медовые! — обрадовался домовой. — А это халва! Света, он халву принес, — сказал он девочке, не оборачиваясь к ней. — Тут еще что-то, — сунул он свой нос в пакет и выудил из него полбуханки хлеба и маленькую пачку масла. — Живем! Ну, спасибо! Уважил!

За спиной домового засвистел чайник, и он занялся приготовлением чая. Корняж поставил на стол чашки и присел с ошалелой улыбкой, посматривая на пряники. В его волосах за ухом торчал свежий колосок пшеницы. Домовой пребывал в чудесном настроении.

— А что ты там в руках держишь? — покосился Корняж на гостя.

— Это я наброски сделал. Вы вчера говорили, что пригодится, если я буду уметь рисовать. Честно скажу, что рисую я не очень, а вот срисовывать получается лучше.

— Хорошо. Посмотрим позже. Угощайся пряниками, — предложил мальчику домовой и придвинул к нему чашку с чаем.

Света не стала ни о чем расспрашивать и встревать в разговор. Она уселась на подоконник и наблюдала, чем заняты Витька с Колькой и Настей. Те же, в свою очередь, присели у забора и наблюдали за входной дверью со стороны. Они о чем-то говорили, но очень тихо. Так тихо, что в звенящей тишине не было слышно даже шепота.

«Как странно, — подумал Мишка, — в доме они разговаривают во весь голос, а на улице не слышно ни звука. В то же время, все разговоры с улицы в доме отлично слышны».

— Спасибо тебе еще раз, — поблагодарил домовой. — Пряники очень вкусные! Ну, ладно, теперь послушай, что я тебе скажу. И запоминай хорошо, если хочешь увидеть своих родителей еще разок. Есть один способ, но он очень проблематичный и долгий. Я имею в виду, что приготовления долгие и скрупулезные. Тебе понадобится сок векового дуба. Именно за ним ты и отправишься к духу леса в ночь Ивана Купалы. Без его магической силы ничего не выйдет. Затем потребуются руны и моя старая книжица с заклинаниями. За ней тебе придется сходить кое-куда. Я позже поясню куда. У меня припрятано в укромном месте некоторое количество собранных в лунные дни рун. Мы подберем тебе для обряда необходимые. И нам еще нужна будет пошаговая инструкция рисования желаний. Жалко, конечно, стенку курочить, но ничего не поделаешь, без этого никак. А ну-ка, покажи, чего ты там наваял, художничек.

— Дедушка Корняж, а что за инструкция такая? — заинтересовался Мишка, пока домовой смотрел его рисунки.

— Это я ее так называю. Есть у нас одна древняя реликвия, спрятанная в стене этого дома. Она показывает человеку то, что он должен увидеть в данный момент, ни больше ни меньше. Она высвечивает отдельными фрагментами, что необходимо нарисовать для создания визуализации обряда. Поэтому я ее так и называю: «Инструкция». Ох, и побегал же я за ней в свое время. Целых пять лет пробыл в услужении у одной ведьмы. Мой бывший хозяин прослышал как-то, что старая Ядвига знает секрет ее изготовления. Вот и отдал меня ей на пять лет.

— Как так отдал?

— А вот так. Это вы сейчас против слова десять в ответ скажете. А раньше хозяину не перечили. Даже помыслить такого не смели. Домовые всю жизнь служили только одному хозяину, пока тот пребывал в этом мире. Такова наша суть. Иначе мы не живем.

Домовой перевернул очередную страничку, прервав свой рассказ, и улыбнулся.

— Да. Художник из тебя никакой. А вот это уже лучше, — остановился он на рисунке утюга. — И удочка получалась хорошо.

— Это я уже срисовывал, — пояснил домовому Мишка.

— Молодец. Неплохо вышло.

Домовой перевернул очередной лист тетрадки и замер.

— Света, девочка моя, подойди-ка сюда. Ты это тоже видишь?

Та плавно подплыла по воздуху и склонилась над рисунком, который привлек внимание домового.

— Так это же!

— Ц-ц! Тихо! Не спугни! — прервал ее шепотом домовой.

— Миша, внучок, а с чего ты это срисовывал?

Домовой развернул раскрытую тетрадку в сторону Мишки.

— А-а, это… Это я в посадке нашел и домой принес. Правда, неплохо получилось?

— Хорошо получилось. Я бы даже сказал, что замечательно вышло. А ты можешь, внучок, сюда принести то, с чего срисовывал?

— Могу. Когда принести? Завтра?

— Сейчас, Миша, сейчас. И быстро! — добавил домовой громче, округлив глаза. — Ну, чего ты сидишь? Иди, Миша, иди за ключом быстрее.

Мишка подскочил и выбежал из дома, словно его ужалила пчела. Он пробежал мимо дежуривших у забора ребят и, выкрикнув, что сейчас вернется, перескочил через кусты. Он перелез через забор и побежал по направлению к дому по тропинке между грядок, тем самым сильно напугав спящую Пеструху. Собака вскочила и подняла громкий лай. Только когда узнала хозяина, успокоилась и дружелюбно завиляла хвостом. Не обращая на собаку никакого внимания, Мишка вытащил ключи из-под цветка, открыл дверь и буквально влетел в дом. Необычный ключ он обнаружил на своем столе, где и оставлял его сегодня днем. Через пять минут он со своей находкой уже входил в старый дом на бывшей тринадцатой улице. Ребята так и не поняли его маневров. Они пытались его о чем-то расспросить, но парень только отмахнулся от них.

— Давай сюда! — протянул свою руку домовой, как только Мишка вошел на кухню. — Света, это он. Смотри, он вернулся к нам.

— Да, дедушка. Я вижу. Все же это судьба. Не бывает таких случайностей. Ты меня сам всегда так учил.

— Не бывает. Соглашусь с тобой. Видно, древним богам приглянулся он чем-то.

— Извините, кх-кх, — немного прокашлялся Мишка после своей пробежки. — Вы мне объясните, что это такое?

— Мишенька, это ключ. Он открывает тайники. Один из таких тайников в этом самом доме. И сейчас мы его откроем. Ступай за мной.

Домовой засеменил в подвал, по дороге прихватив с собой свечу. Мишка даже не стал говорить, что у него имеется фонарик. Домовой был сейчас такой возбужденный, что не обращал на парня никакого внимания. В подвале, установив свечу на пол, домовой поднес необычный ключ к круглому отверстию в основании дома. Ключ вошел больше чем на середину его длины. Затем дедушка Корняж провернул один круг с цифрами, и внутри камня что-то щелкнуло. Процедура повторилась и с остальными кругами. Домовой провернул его, и камень вышел из стены на несколько сантиметров. Дальше было дело техники. Домовой вынул камень и засунул руку в открывшуюся пустоту. Нащупав что-то внутри, старичок улыбнулся. Он показал Мишке, что достал из тайника, и сказал своим скрипучим голосом:

— Вот она, — и протянул Мишке небольшую пыльную тетрадку из белой кожи.

На этой тетрадке не было ни единой надписи. А когда Мишка взял ее в руки, то почувствовал, как она потяжелела и слегка потеплела.

— Она стала нагреваться, — произнес Мишка, глядя на домового. — Так должно быть?

— Смотри на нее, — сказал домовой и ткнул пальцем в тетрадь.

«Пошаговая инструкция рисованных желаний» — медленно проявилась запись на ее обложке.

— Сработало! — довольно произнес домовой и полез еще за чем-то в свой тайник.

Глава 16. В ночь на Ивана Купалу

— Не вздумай ее пока открывать, — предупредил Мишку домовой, придержав обложку рукой. — Она должна какое-то время побыть с тобой. Старый артефакт тебя почувствовал, но ему нужно время, чтобы лучше тебя понять, узнать твои мысли и желания. Поэтому думай о том, чего ты хочешь больше всего. Думай про своих родителей и почаще держи тетрадь в руках. Через пару дней она сама даст тебе знать, что пришло время. Хорошо бы ее открыть после ночи на Ивана Купалу. За эту ночь она напитается магической силой луны. Оставишь ее на столе, чтобы она побыла под лунным светом. Это усилит ее.

Мишка с любопытством разглядывал тетрадку в своих руках и прощупывал каждую потертость и шероховатость. Это не скрылось от внимательных глаз домового.

— Приятная на ощупь, правда?

Мальчик покивал головой.

— Это белая кожа ибекса, очень редкая. В начале девятнадцатого века Ядвига отправила меня за ней к крайне вредному охотнику, который проживал высоко в Альпах. Когда я к нему пришел, у меня сложилось впечатление, что они родственники. Я имею в виду этого охотника и ведьму. Лица не похожи, а характер один в один.

— Ибекс — это кто?

— Ибекс — это горный козел. Надеюсь, про козерога ты слышал?

— Слышал про созвездие Козерога.

— Вот. У тебя в руках артефакт из кожи этого дивного животного. В давние времена на этих чудесных козлов велась массовая охота. Им приписывали чудодейственную силу исцеления от всех болезней. В медицине стали использовать все от крови и волос вплоть до экскрементов этих удивительных скалолазов. Ерунда, конечно, но дыма без огня не бывает. Дело в том, что в первой половине девятнадцатого века, кажется, в 1835 году мимо нашей планеты пролетала комета. В марте того же года родилось много ибексов. Полнолуние в том месяце сильно повлияло на них. Именно такую кожу белого ибекса использовала Ядвига для создания этой реликвии. Мой тогдашний хозяин заплатил немалую сумму за козерога и выделку его кожи. А ведьма из нее эту редчайшую тетрадь изготовила. Целый год над ней корпела! Меня замучила своими придирками. Ох, и вредная старуха была! Сожгли ее на костре. Туда ей и дорога. Не дожила до своего столетия бабка всего три года. А ведьма была сильной, очень сильной. Столько всего умела делать! Я, пока эти пять лет у нее в услужении был, многому научился. Мы вообще с ведьмами не ладим, но мастеров своего дела уважаем. Много секретов с собой унесла на тот свет старая. Ладно, забирай тетрадь, но не вздумай ее кому-то показывать!

— Хорошо. Не буду. А что еще нужно? Дедушка Корняж, ты говорил, что понадобятся какие-то руны?

— Для ритуала понадобятся. Еще расскажу, успеется. Пойдем на кухню, поговорим там. Хватит в подвале торчать.

Призрак Света сидела на кухне на широком подоконнике, поджав ноги, и таращилась в окно. Она улыбалась, наблюдая за чем-то.

— Что там опять? — поинтересовался домовой.

— Ничего особенного, — ответила девочка. — Брат с сестрой сливы едят. И каждый раз предлагают их своему брату, тому, что вчера на ветке висел. А его, бедолагу, аж воротит. У него до сих пор живот крутит. Он кривится, а они хихикают.

— Развлекаешься, значит. Ну-ну… Мишка, присаживайся за стол.

Корняж разложил на столе старую тряпицу. В ней лежало несколько плоских камушков с необычными рисунками.

— Этого мало. Нужны другие руны, — расстроенно сказал домовой, глядя на них. — Понадобятся старые руны, напитанные силой ночи. Эх! Сколько времени прошло, — сказал лохматый домовой, прикасаясь к камням словно к драгоценностям.

Четыре камня разного цвета снова отправились в тряпку и уж потом в бархатный кисет, который Корняж затянул тонким кожаным шнурком.

— Ладно. Слушай, Миша, внимательно. Есть один древний ритуал. Если все сделать правильно, то ты сможешь увидеть своих родителей. Я не знаю, что покажет тебе эта тетрадь. Твой случай необычный. Родители твои погибли не на земле, а в воздухе. Они сейчас неизвестно где пребывают. Куда они дальше отправятся, только богам ведомо. Дух леса сообщил, что они сейчас в пустоте и еще не знают своего пути. Мы можем их задержать на время, пока ты с ними не встретишься. Но чем грозит такая встреча… — домовой не закончил фразу и пожал плечами.

— Я понимаю, — сказал Мишка, утирая намокший нос. — Я согласен на все, что вы скажете. Ведь мне не надо много. Мне важно просто увидеться с ними и попрощаться.

— Ты увидишься с родителями. Обязательно увидишься, — заверила Света, слезая с подоконника. — Но тебе придется сильно постараться и набраться терпения. На этот ритуал много времени понадобится.

Девочка положила свою прозрачную руку на плечо Мишки, и он ощутил ее прикосновение.

— Значит так, дружок, — заговорил домовой, зажигая горелку под чайником. — К дереву ты сходишь ночью на Ивана Купалу и попросишь у него древесный сок. Этот сок тебе понадобится, когда ты будешь рисовать руны. И запомни: это нужно делать во время полнолуния. Свет полной луны вдохнет жизнь в окропленные руны и запустит цепочку создания моста между Навью и Явью.

— Хорошо. Это не сложно.

— И еще запомни: одна руна в одно полнолуние. Света, девочка моя, тебе придется показать ему, где мой старый тайник.

— Но дедушка! — призрак девочки забеспокоился и стал чуть больше светиться.

— Знаю-знаю, там тебе не место. Но придется зайти на ее территорию. Я помню, что у вас с этой старой ведьмой давний конфликт. Возможно, ничего страшного не произойдет, если ты проявишься на короткое время, тем более, если с тобой будет вот это, — домовой вынул из маленькой коробочки амулет на кожаном шнурке.

На его ладонь лег камень синего цвета в серебряной оправе.

— Пусть это пока побудет у Мишки, — Корняж протянул необычный оберег парню.

— Это мне? — удивленно переспросил Мишка. — Что это?

— Лунный камень. Ты отдашь его Свете, когда она проявится возле тебя непосредственно у заброшенной деревни.

— Я не понимаю. У какой деревни? Когда отдать?

— В ночь на Ивана Купалу. После того, как ты побываешь у дуба, отправишься к заброшенной деревне! — начал раздраженно пояснять домовой, но прервался от громкого треска.

Света приблизилась к стене и взглянула в окно. На земле в высокой траве лежали Колька и Настя, а забор, на котором они сидели, свесив ноги, был сломан. Витька же стоял и во весь голос смеялся над братом и сестрой.

— Они нам так последнее имущество переломают! — разозлился лохматый домовой. — Погоди-ка! Мишка, а ведь ты не местный! Как я об этом забыл! Тебе нужны проводники. Тащи сюда этих своих сторожей.

— Позвать в дом ребят?

— Я так и сказал. Чего сидишь? Давай, пошевеливайся!

Мишка вышел из старого дома и остановился напротив друзей. Они вмиг опомнились и прекратили смеяться.

— Что случилось? — первым заговорил Колька.

— Вас приглашают в дом.

— Кто? — спросил Витька.

— Витька, не тупи. Ты и сам знаешь, кто в нем обитает.

После этих слов Мишка закатил глаза и развернулся в сторону входных дверей. Уже на самом пороге он остановился и опять посмотрел на не двигающихся с места друзей.

— Ну, вы идете или так и простоите тут до ночи?

Первым в кухню вошел Мишка, а за ним появилась Настя и ее братья. Как раз в этот момент засвистел кипящий чайник. Ребята непроизвольно попятились назад. Не ожидали они, что их тут чаем угощать станут. Домовой выключил газовую горелку и стал напротив гостей, уперев руки в боки. Первой заговорила Настя:

— Какой милашка!

У домового от неожиданности поползли вверх брови, а колосок за его ухом чуть не выпал. Корняж быстро поправил его и перевел взгляд на двух братьев, стоявших в дверном проходе.

— Здравствуйте! — одновременно прозвучало от ребят.

— Привет! — отозвался скрипучим голосом Корняж. — Ну, хоть этих чему-то научили. Заходите. Мишка, сходи в соседнюю комнату и притащи табуретку девочке. А вам придется постоять, больше сидеть не на чем.

— Ничего, мы постоим.

— А можно вас потрогать? — протянула Настя руку к домовому, словно к мягкой игрушке.

— Эй-эй! Грабли свои убери! — отшатнулся Корняж от девочки.

Но та будто не слышала. Настя дотянулась до хозяина дома и погладила его.

— Мягкий какой! — довольно произнесла она.

Тут послышался смешок Светы. Та сидела на подоконнике и хихикала, наблюдая за происходящим.

— Бр-р-р! — встряхнулся домовой, словно кот. — Да что же это такое! Руки свои придержи, а то я рассержусь!

— Он такой прикольный! И разговаривает смешно! — продолжала Настя и опять потянула свою руку к домовому.

Тот спрыгнул со стула и отошел на пару шагов.

— С ней вообще все в порядке? Успокойте ее по-хорошему! — продолжал бурчать Корняж.

— Настя, ты чего? — удивились поведению своей сестры Витька с Колькой.

— А ну-ка, присаживайся вот сюда, — сказал Мишка девочке, ставя принесенную табуретку на противоположной стороне стола.

Настя присела там, где ей указали, но все равно не сводила глаз с лохматого говорящего существа.

— Чего это она на меня так пялится? — спросил Корняж и пощелкал пальцами прям у Насти перед носом.

Но та только улыбнулась сказанному и, подставив ладони под подбородок, продолжала наблюдать за понравившимся ей лохматиком.

— Знал бы, не приглашал бы их в дом! — пожаловался домовой привидению.

— Но они нужны, чтобы помочь Мише.

— Да знаю я! — огрызнулся лохматый домовой и еще раз глянул на не сводившую с него глаз девочку. — Так! Слушайте сюда! К вам есть дело. Кто знает про заброшенную деревню недалеко отсюда?

— Какую из трех? — переспросил Витька.

— Трех? Что? Уже три деревни опустели? Не знал. Что-то быстро все меняется в этом мире. М-да… — протянул задумчиво Корняж.

— Знаем все три, — продолжил Витька. — Мы с Колей иногда ходим по ним и выискиваем старые вещи. Вдруг чего пригодится. Так какая деревня нужна?

— Нужна та деревня, в которой живет одна непривлекательная особа. Я точно знаю, что она никуда не перебралась. Проживает она на окраине у самого леса. Возле ее дома имеется колодец.

— Есть одна старуха, — припомнил второй брат. — Она живет как раз у леса, но ее жилище сложно назвать домом. Скорее, землянка, а не дом. Крыша покрыта мхом, и окна почти наполовину вросли в землю. А бабка страшная такая! К ней вообще никто не заглядывает. Сторонятся ее люди.

— Вот-вот. То что нужно. Тогда к вам дело будет. Надо провести Мишу до этой деревни. К старухе этой не ходите ни в коем случае. Но неподалеку от ее дома, в лесу, есть одна землянка. Света укажет к ней дорогу. Вот туда вы и отправитесь. Ну сколько она на меня пялиться будет? — не выдержал домовой Настиного взгляда.

— Настя, ну ты чего, в самом деле? Неудобно же! — потрепал сестру за плечо Колька.

Девочка проморгалась. Замечание брата смутило ее, но уже через пару минут она снова уставилась на домового. Корняж не стал заострять на этом внимание. Он объяснял ребятам, что и где следует искать. Упомянул про амулет из своей шкатулки. Оказалось, что он передал Мишке очень редкий оберег с лунным камнем. Его следовало надеть Свете на шею, как только она появится в лесу, и тогда ее будет сложно отличить от обычной живой девочки. Если учесть, что с той старухой, которая проживает на краю заброшенной деревни, Света не ладит, то ей во владениях ведьмы вообще лучше не появляться. Но ребята вряд ли что-то смогут отыскать в заброшенной деревне. Только Света знает, где находится старое жилье Корняжа, и она сможет помочь. Поэтому домовой так тщательно все растолковывал и даже рисовал особые приметы, указывающие на то, где следует искать его старый дом. Он в очередной раз повторил, что после посещения древнего дуба они должны на рассвете забрать оставленные им в доме руны и принести ему. После уточнения всех нюансов Корняж угостил ребят чаем собственного приготовления. Настя пообещала купить еще всяких вкусностей и принести их Корняжу. После такого обещания домовой даже перестал на нее ругаться, но все равно держался от настойчивой девочки в стороне.

Домой ребята вернулись не слишком поздно, но наткнулись на неодобрительный взгляд мамы. Она погрозила им пальцем и скомандовала серьезным и возмущенным тоном, чтобы они отправлялись в комнату спать. Дети беспрекословно отправились по кроватям, предварительно умывшись и почистив зубы. В комнате они еще долго перешептывались, обсуждая сегодняшний вечер. Особенно много болтала Настя. Девочке безумно понравился домовой. Она все время сравнивала его с котом, только говорящим. В конце концов, она так всех достала своей болтовней, что ребята отвернулись от нее и уснули.

Следующие два дня ребята провели вместе. У всех без исключения накопилось море впечатлений от встречи с домовым и привидением. В дружной компании то и дело обсуждали чаепитие в гостях у Корняжа. Настя, так та вообще без умолку трындела про удивительного лохматика. Ее братья поглядывали на нее, не понимая, что так могло ее зацепить. Ведь домовой не безобидная игрушка, а вполне себе может быть опасным, если захочет. Но она никого не хотела слушать. Мишка был занят своими мыслями и периодически уединялся в своей комнате. Когда соседские ребята к нему забегали, он с радостью общался с ними, но играть в футбол или просто погулять не выходил. Он даже не пошел посмотреть на собаку, которую подарил на день рожденья Трижды-Коле его отец.

Утром вся семья Коляна укатила в город на какие-то аттракционы. По возвращении в деревню на заднем сиденье их машины сидел щенок лайки. Отец купил именно такую породу с прицелом на то, что она и голос подаст, если кто-то у калитки появится, и на охоту с ней ходить можно. Колян был на десятом небе от счастья. Вся компания ему завидовала и провела полдня у него во дворе.

Бабушка вернулась, как и обещала, однако следующим утром снова собралась в город. Она была чем-то расстроена, но Мишке сказала, что это из-за накопленных эмоций. Она проверила, все ли нормально в доме, обошла хозяйство и осталась довольна. В то утро пришла ее сестра, и бабушка попросила ее приготовить еду для Мишки. Потом заскочила к тете Зине и оставила пакет сладостей для ее детей, поблагодарив за заботу о внуке. Как только появилась Мария Ивановна на своей машине, бабушка уехала.

Вечером за Мишкой зашли Витька с Колькой и позвали его на ужин. Они сказали, что мама согласилась отпустить их на речку посмотреть на праздник, на который соберется вся деревня. Там будут жечь костры, танцевать и петь песни. Но тетя Зина поставила одно условие: они должны привести Мишку, чтобы накормить его, и если он с ними пойдет на праздник, то ребята должны держаться вместе. Как и в прошлом году, в их деревню приехали музыканты в нарядных костюмах, а односельчане подготовили несколько танцев и оборудовали место для традиционного мероприятия. Даже люди из города съехались на праздник, так как многие знали, что в ночь на Ивана Купалу в деревне устраивают настоящее веселье. Такое редко можно увидеть своими глазами, а уж тем более, принять участие в экзотическом празднике.

Когда солнце скрылось за горизонтом, на берегу реки уже вовсю звучала народная музыка. Ее звуки доносились до деревни, и те, кто не хотел идти на реку, выходили из домов и сидели на лавках, наслаждаясь теплым вечерним воздухом и задушевными разговорами. Молодежь собиралась на улицах и отдельными ручейками своих маленьких компаний стекалась к реке, к установленным кострищам. Праздник наращивал обороты, и гул веселья становился все больше. Звучали народные инструменты, люди танцевали, а самые ушлые из торговцев продавали различные товары, от украшений до вкусностей и выпивки. Девушки плели венки, чтобы позже отпустить их в плавание по реке, в надежде, что этой ночью их суженый обязательно отыщется. Но больше всего народ ждал того момента, когда разожгут костры, чтобы прыгать через них. Это были самые веселые моменты Купальской ночи и самые долгожданные для многих молодых парочек. А пока народ веселился, распивал разные напитки, пел песни и танцевал, четверо друзей оседлали два велосипеда и отправились по пыльной дороге к старому дубу.

Луна светила так, что фонарями ни разу не пришлось воспользоваться. Дети благополучно миновали поле почти скошенной пшеницы. То самое поле, в котором умудрился заблудиться невезучий тракторист, утопивший своего железного коня в реке. Срезав один участок, они добрались до края леса, где и должен был находиться величественный старый дуб, которого домовой называл духом леса. Оставив свои велосипеды в траве, ребята вошли в лес и сразу попали в темноту. Лунные лучи практически не пробивались сквозь густые деревья, и друзья вынужденно включили свои фонари.

— Давайте будем держаться вместе, — предложил Колька. — Нам не стоит разбредаться. Мишка, ты хорошо запомнил дорогу к этому дубу?

— Мы выходили из леса немного правее. Вон там, — указал Мишка своим фонариком в сторону. — Нам туда.

— Хорошо. Веди нас. Ты единственный, кто тут был, поэтому мы пойдем за тобой.

Мишка направился в нужную сторону, а братья с сестрой последовали по его стопам. Шли они аккуратно, разводя в стороны ветки кустарников. Мишке даже показалось, что сегодняшней ночью этот участок леса был более заросшим, чем в прошлый раз. Как назло, ветки назойливо цеплялись за штаны и футболки.

— Ай! А нет другого пути? — спросила Настя, отодрав очередную колючку от своей кофточки. — Меня мама выругает, если я ее порву.

— Можешь остаться у дороги! — буркнул недовольный Витька, получивший по голой руке той самой веткой, что отпустила его сестра.

— Ага! И пропустить самое интересное? Ни за что!

— Тогда хоть ветки так сильно не отпускай. Они больно бьются.

— Извини. Я не хотела.

Они прошли первые тридцать метров и очутились на просторном участке. Мишка осмотрелся и, увидев надломанную ветку, что в прошлый раз сломал Никита, направился к ней.

— Нам туда. Я точно помню, что ту ветку обломал Никитос. Она ему чуть в глаз не попала.

Друзья проследовали за Мишкой. Пройдя еще метров пятьдесят, они остановились. Здесь лес был не таким густым и луна изредка пробивалась сквозь ветви. Появились первые светлячки и ночные мотыльки. Их было мало, но с каждым десятком шагов их становилось все больше. Лес заиграл удивительными красками. Трава становилась мягче, а листья на деревьях поблескивали, отражая свет фонарей. В конце концов дети добрались до нужного места и остановились, чтобы осмотреться. Возле старого дуба деревья словно расступились и образовалась небольшая поляна, на которой в лунном свете искрились насекомые. Они, будто в танце, сновали то вверх, то вниз, кружились и потрескивали своими крылышками. Это все настолько необычно выглядело, что ребята даже замерли, запрокинув головы. Настя и ее братья обошли мощный ствол. Они, как завороженные, разглядывали огромное дерево. Вид старого дуба производил ошеломляющее впечатление. На ребят глядело добродушное лицо, с густыми, словно королевская корона, ветвями наверху. Глаза дерева, обрамленные морщинками, этой ночью словно ожили, и от них исходило тепло.

— Класс! — вырвалось у Витьки.

— Ой! Смотрите, белка!

Настя заметила две блестящие бусинки глаз, а потом высунувшуюся из дупла мордочку.

— И чего ей не спится? — удивился Колька.

Белка мелкими перебежками перескакивала с ветки на ветку. Она оглядела дружную компанию и скрылась в кроне дерева.

— Мы ее напугали, — расстроилась Настя.

— Что делать дальше? — спросил Колька, повернувшись к Мишке.

— Я не знаю. У кого-то часы есть? Сколько сейчас время?

Витька достал свой телефон и взглянул на экран.

— Уже пятнадцать минут первого. А что? Это важно?

— Не знаю. Просто я подумал, что ночь, это когда после двенадцати часов. Значит, мы пришли вовремя.

Буквально минуту спустя по ветке спустилась проворная белка. Пушистая проказница тащила в зубах свежую, несмотря на разгар лета, молодую зеленую веточку с еще нераскрывшимися почками. Она приблизилась к Мишке и протянула ее ему. Парень взял ветку и заметил, что желтоватый сок просачивается сквозь почки. Он быстро достал два маленьких флакончика и стал наполнять их. Один он наполнил быстро, а второй дал братьям, чтобы те помогли ему.

— Все. Больше не капает, — сказал Колька, показывая наполненный больше чем на половину стеклянный флакончик Мишке. — Все, что смогли, собрали.

— Думаю, этого хватит, — ответил Мишка, принимая от друзей драгоценный подарок старого дуба.

Ребята посмотрели на белку, которая наблюдала за их действиями.

— Спасибо! Спасибо! — дружно благодарили они. Белка, будто только этого и ждала, тут же юркнула к дереву и скрылась в своем дупле.

Именно в этот момент в голове у Мишки прозвучал бархатный голос, который он однажды уже слышал на этом месте. А услышал он следующее: «Пусть тебе повезет там, где ты окажешься. Наберись терпения. Все в твоих руках». Мишка слегка пошатнулся. Он глубоко вдохнул, голова закружилась, но через секунду все прошло.

— Что с тобой? — спросила Настя, заметив его состояние.

— Ничего. Все хорошо. Просто воздух какой-то, сладкий, что ли.

Вокруг одновременно вспорхнули светящиеся мотыльки и образовали над головами детей настоящее светящееся облачко. Это было очень красиво. Ребята замерли на пару секунд, а потом отправились обратно к своим велосипедам.

Глава 17. Землянка в лесу

Ребята мчались на своих велосипедах к заброшенной деревне. Проезжая мимо ночных гуляний, они притормозили, чтобы взглянуть на большие пылающие костры. Со стороны реки звучала музыка и радостные выкрики молодежи. Праздник был в самом разгаре.

— Может, свернем и посмотрим? — спросила Настя у братьев. — Нам Корняж говорил, что лучше у заброшенной деревни появиться к рассвету. У нас еще много времени.

— Хочешь — оставайся. А мы поедем дальше. Я не хочу злить маму. Что мы ей скажем, если всю ночь прогуляем и вернемся только к рассвету? Она нас так надолго не отпускала. И отец должен утром со смены вернуться.

— Ладно, — согласилась девочка со старшим братом. — Просто очень хотелось посмотреть на хороводы и на то, как будут отпускать венки в воду.

— В следующем году посмотришь. У тебя будет еще время. Подбери ноги, чтобы в спицы не попали, — буркнул Колька и закрутил педали с новой силой.

Минут через тридцать они добрались до окраины нужной им заброшенной деревеньки. На чистом небе мерцали звезды. Луна продолжала светить своим холодным светом. Фонарики в дороге друзьям не пригодились, поэтому до участков с заколоченными домами они добрались легко. Едва завидев ветхое строение, ребята остановились. Над слабым огнем во дворе кипел установленный на треноге котелок. Хозяйку нигде не было видно. Она, судя по всему, оставила булькающий котел, а сама куда-то отлучилась. Непонятная жижа шипела, изрыгая большие пузыри, а вверх к ночному небу медленно поднимался зеленоватый дымок.

— В этом доме живет старуха, к которой лучше не попадаться на глаза? — спросила тихим голосом Настя.

— В этом. Все остальные дома опустели очень давно. Ты что, сама не видишь? Ни в одном из них света нет, — пояснил Колька. — Давайте обойдем его стороной.

— Она что, ведьма? — спросил Витька.

Ребята обернулись и уставились на него. Вот что ему ответить? И так жутко все это смотрится, а тут он еще со своими дурацкими вопросами.

— А ты сам сходи и спроси у нее, — посоветовал Колька брату, тихо толкая свой велосипед вперед. — Только с котла этот супчик не пробуй.

— Почему? — выдал Витька очередной дурацкий вопрос.

— Козленочком станешь! — пошутил сзади идущий Мишка, и друзья тихо захихикали.

Они двинулись дальше, обходя по дуге жуткое жилище. Шли они тихо и старались не разговаривать. Все же этой ночью происходит много странного и непонятного. Ребята добрались до назначенного места встречи с привидением Светой и стали ждать. Они присели на обочине рядом с первыми деревьями начинающегося леса. Не обронив ни слова, ребята просидели около двадцати минут, пока возле них не проявился призрак девочки.

— Что-то вы рано. Я вас позже ждала.

— Так вышло, — ответил за всех Мишка и протянул ей амулет с лунным камнем.

Света надела его на шею и стала вполне осязаемой. Ребята взглянули на нее и удивились. Теперь ее нельзя было отличить и живого человека. Прозрачность ее силуэта полностью исчезла.

— Это что за камень такой? — поинтересовался любознательный Витька.

— Этот камень дедушка Корняж нашел много лет назад в лесу, недалеко от своего дома. Туда мы с вами, кстати, сейчас и пойдем. Когда-то он принадлежал бабке той самой ведьмы, чье жилище вы видели на краю деревни.

— Так она все-таки ведьма?! — то ли выкрикнул Витька просто так, то ли задал вопрос.

— Ну да! После того, что мы узнали за последнюю неделю, я уже ничему не удивляюсь, — сказала Настя. — Но находиться тут жутко.

— Эта ведьма сильная? Что она может? Нам следует ее опасаться? — протараторил кучу вопросов Витька.

— Я не знаю, насколько она сильна. Дедушка Корняж не советует попадаться ей на глаза, потому что такая встреча неизвестно чем может закончиться, — решила пояснить ребятам Света. — Даже он остерегается видеться с ней, поэтому и не пошел в свой старый дом. Зла она на него уже много лет.

— Почему? — спросил все тот же Витька.

— Амулет этот когда-то ее бабке принадлежал. Она его потеряла, а Корняж его нашел. В нем часть силы ведьмовской сохранилось.

— Ты из-за остатков этой силы выглядишь как живая? — решила уточнить Настя.

— Угу. Угадала. Как-то раз из-за этого амулета один обряд у ведьмы сорвался. Нынешняя наследница в наследство полностью вступить не смогла. Она пыталась вернуть его назад, но Корняж спрятал вещицу в свой тайник.

— И зачем ему с ней ссориться, почему просто не отдать этот камень? — поинтересовался Колька.

— А это вы не меня спрашивайте, а домового. Мне почем знать?

— Света, мы когда у вас были, ты говорила, что тебе сюда не стоит идти. Почему? — решил прояснить этот вопрос для себя Мишка.

— У меня с ней тоже что-то вроде вражды. Я ей помешала с одним ритуалом. Между прочим, совершенно случайно. Но она меня слушать не стала. Меня дедушка Корняж в свой дом послал, не помню уже зачем, а она тут рядом на полянке устроила призыв своей бабки. То ли книгу хотела древнюю отыскать, то ли дневник ее. Расставила на земле свечи, какие-то звезды начертила, кровью жертвенной там все окропила и впала в транс. Сидит, бормочет какие-то заклинания, ждет прихода своей родственницы, а тут я по лесу иду. Мне редко выпадала возможность прогуляться, чтобы никто меня не видел во плоти. В общем, иду я себе спокойно, а мне навстречу небольшое стадо оленей. Испугала я их, что ли, или они сами по себе такие пугливые были. Короче, рванули они наутек и прямиком на эту ведьму выскочили. У нее ритуал как раз в самом разгаре был, уже бабка ее проявляться из загробного мира начала. Стадо промчалось прямо по этой поляне. Свечи сбили, посудину с кровью перекинули, даже ведьму зацепили. Она упала, понять ничего не может, что происходит. Как она тогда злилась! Она этот обряд больше года готовила. Потом увидела меня и обрушила весь гнев в мою сторону. Какие-то заклинания и проклятия в меня бросала. Если бы не этот амулет, — указала девочка на лунный камень, — то, наверняка, развоплотила бы меня окончательно. Мне повезло тогда ноги унести. Бросить амулет и скрыться я не могла, Корняж бы выругал. Поэтому бежала без оглядки своими ножками. Повезло мне, что ведьма много сил потратила на свой ритуал призыва. Она гналась за мной, но, добежав до ручья, выдохлась и отстала. С тех самых пор мы с ней в контрах.

— Я точно не хочу с ней встречаться, — сказала братьям Настя.

— Думаешь, мы хотим? — ответил рассудительный Колька. — Так что нам теперь делать?

— Оставьте свои велосипеды тут и пойдемте за мной. Я покажу вам старое жилище Корняжа. Мишке предстоит пробраться туда и отыскать в каменной нише кожаный кисет с древними рунами. А вот этим, — девочка показала на Мишкин рюкзак за его спиной, потом просунула сквозь него руку и вытащила необычный ключ, — надо открыть тайник и взять дневник домового. Вот и все. Я долго в таком состоянии находиться не могу. И нежелательно мне тут быть, поэтому вы все сделаете и отправитесь домой. Корняж там вас уже дожидается.

— Вроде все просто, — сказал Витька. — Пойдемте в лес. Чего мы ждем?

Света улыбнулась настрою Витьки и шагнула первой в сторону зарослей. Ребята поднялись со своих мест и проследовали за призраком.

Бывшее жилище Корняжа, действительно, находилось недалеко от покинутой деревни. Вот только ближайшим соседским домом была хижина той самой ведьмы. Компания подростков остановилась у старого раскидистого дерева. Света обошла его и присела. Потом она что-то потрогала и сдвинула. Ребятам открылся интересный вид. Массивная кора дерева сместилась в сторону и теперь напоминала входную дверь. Вглубь под большой ствол вел прямоугольный туннель с полметра шириной.

— Это здесь, — отошла Света в сторону, давая остальным получше рассмотреть вход.

Мишка включил свой фонарь и, сгруппировавшись, протиснулся в нору. Именно в нору, потому что входом в дом это было трудно назвать. Когда он оказался внутри, друзья посветили ему вслед и поинтересовались, все ли у него там в порядке. Из-под земли послышался подтверждающий ответ, и они успокоились.

В необычном доме было уютно, но тесно. Стены и пол были обложены деревом. Хотя, скорее всего, это был массивный корень дерева. Мишка посветил фонариком вокруг и обнаружил нужную ему нишу. «Это что, у него тут полочка такая?» — подумал он и взял кисет из темной затертой кожи. Затем он осмотрелся и в самом углу приметил пару покрытых мхом камней.

— Что там у тебя? — раздался снаружи голос Кольки, и мощный луч света ослепил глаза Мишки.

— Убери фонарь! Блин, яркий какой!

— Извини! Так что там у тебя?

— Тут тесно. Я нашел кисет с рунами. В углу вижу камни. Подождите, я скоро.

— А-а, хорошо. Давай быстрее! Стремно тут как-то!

Пока ребята ждали Мишку, Витька вылез на дерево и уселся на самую толстую ветку. Он светил своим фонарем то на брата, то на сестру, от чего те ворчали, а он хихикал. В конце концов Колька не выдержал и кинул в него обломанной веткой. Ветка пролетела мимо, а Витька рассмеялся громче. Именно в этот момент Света прикрикнула на них и застыла.

— Тихо! Вы слышите?

Они замерли и стали крутиться на месте, освещая своими фонарями все вокруг.

— Что? Что ты услышала? — спросил перепуганный Витька у призрака.

— Ветка хрустнула.

На груди привидения тускло-тускло засветился лунный камень.

— Почему он светится? — ткнула пальцем Настя, показывая на амулет.

— У нас гостья, — тихо ответила Света, прижимая рукой к груди синеватый камень. — Миша, давай скорее, времени нет совсем! — испугано прошептала она парню в нору.

— Кого она это имеет в виду, а? Она сейчас про ведьму говорит? — затараторил Витька, быстро сползая с дерева.

— Да тихо ты! — строго цыкнул на своего брата Колька и наклонился к норе домового. — Мишка, давай скорее, у нас гости!

Из темноты норы появилась перепачканная в земле рука парня.

— Тяните меня!

Сразу четыре руки схватили Мишку и выдернули его, словно пробку из старого кувшина, из ямы. Он только и успел схватиться рукой за чуть не слетевший с его ноги кроссовок.

— Аккуратней! Я не хочу, как Сашка, босиком остаться!

Мишка поправил на ноге обувь и поднялся. Потом отряхнулся и спросил:

— Что у вас тут случилось?

Света очень быстро закрыла вход в нору домового и оглянулась.

— Стойте тут! Я посмотрю, откуда был звук, и вернусь, — сказала девочка и скрылась среди деревьев.

Ребята столпились в кучу и напряженно стали ждать ее возвращения, светя фонарями по деревьям. Света вернулась быстро.

— Почему вы мне не сказали, что в доме ведьмы никого не было?

— Чего? — переспросил Витька, не понимая, из-за чего весь этот переполох.

— Если бы вы мне сказали! Мы бы могли обождать какое-то время. А она, оказывается, здесь совсем рядом какие-то коренья собирала и увидела свет ваших фонарей! Сейчас она появится тут.

— Ой! Мамочки! — дрожащим голосом произнесла Настя.

— Бегите! Чего встали? — закричала Света на ребят и толкнула их в сторону велосипедов.

Спотыкаясь и поскальзываясь, друзья рванули с места, словно ужаленные дикими пчелами. Первым, не разбирая дороги, через лес ломанулся Витька и тут же наскочил на кустарник. Сзади на брата наткнулась Настя, и они завалились. Мишка с Колей помогли им подняться. Не говоря ни слова, друзья что было сил побежали к дороге, где лежали их велосипеды. На небе появились густые облака, они затмили собой луну, и вокруг стало темно. Но про свои фонари ребята даже и не вспомнили. Страх гнал их, и наконец они вырвались из леса. Колька схватился за руль и поднял свой велосипед, выбрав кратчайший путь по направлению к их деревне. Все то же самое повторил за братом и Витька. В лесу раздался оглушительный треск и хлопок, словно лопнул мяч, попавший под колесо машины. Друзья оглянулись и увидели яркую вспышку света. На мгновенье стало светлее. Лица беглецов отображали ужас. Угрожающие звуки повторялись снова и снова. Ломались ветки на деревьях. И сквозь весь этот шум раздался громкий голос возмущенной ведьмы:

— Опять ты! Сама виновата, что появилась здесь!

И снова сильный хлопок, от которого даже птицы в ужасе слетели с насиженных ночлегов. В воздухе запахло озоном. Ребята, опомнившись, ринулись в путь, подальше от разворачивающихся боевых действий. Лишь на задворках первого попавшегося им дома они остановились и оглянулись. Судя по доносившимся звукам и виднеющимся вспышкам, схватка в лесу продолжалась. Но друзья уже были в безопасности. Свете удалось увести ведьму вглубь леса, подальше от четверки друзей. Немного отдышавшись, подростки направились через старый, но, на удивление, не заросший травой двор. Обойдя низкий дом, они остановились и ахнули. Друзья осознали, что находятся во внутреннем дворе старой ведьмы.

— Это мы что, вышли к ее дому? — озвучил общую догадку Витька.

— Кажется, да, — сказал Колька и направился к булькающему котелку возле колодца.

Вокруг забора и на передней части дома висели разнообразные фонари из зажженных свечей. В окне горел тусклый свет, а на крыше, покрытой темно-зеленым мхом, сидел кот. Сложно было сказать, был ли этот кот черным, так как он, заприметив компанию подростков, сразу скрылся из вида.

— Коля, ты куда пошел? — спросила настороженно Настя у брата, остановившегося у кипящей массы. — Давайте лучше свалим отсюда побыстрее.

— Посмотри на это, Мишка. Как в жутких фильмах ужасов. Кипит болотная тина, и лопаются огромные пузыри, а еще воняет гнилью какой-то! Фу!

— Ребята, ну давайте уедем. Вдруг она вернется!

Издалека, словно услышав Настины слова, раздался какой-то гул, и в небо ударил столб света. Все одновременно развернулись, и Колька сказал:

— Они еще дальше ушли. Не скоро она вернется.

Не обращающий внимания на сестру и брата Витька подошел к грязному окну и заглянул в дом старухи. Полный кавардак и единственная печка с облупившейся на ней штукатуркой — это все, что ему удалось разглядеть. Вплотную к дому был пристроен чулан для хранения хозяйственного инвентаря. Именно на него сейчас и уставился Витька. Вдруг дверь сарая приоткрылась. Освещение в него еле поступало, так как на его боковой стене имелось единственное окошко с натянутым бычьим пузырем вместо стекла. Любопытство взяло верх, и Витька шагнул внутрь. В чулане хранились разные веники, грабли и лопаты. На стене висело несколько тазов, по углам стояли ведра. К потолку были подвешены различные травы и растения. Среди них Витька распознал лишь укроп и чеснок, а остальная разновидность собранной ведьмой ботаники ему была неизвестна. Парень осмотрелся и, не найдя для себя ничего интересного, развернулся к дверям. Прямо перед его лицом, над выходом, сидел огромный черный ворон.

— Кар-р-р! — раздалось так громко, что заложило уши.

Испуганный подросток отшатнулся назад и уперся в стену. На него с грохотом посыпались алюминиевые ковшики и оцинкованные тазы. Витька случайным образом наступил на грабли и те стукнули его по накрывшему его голову тазу. Глухой звон и громкий вопль раздались почти одновременно.

— А-а! А-а! Помогите!

В чулан ворвался Колька и, схватив первый попавшийся под руку ковш, шарахнул мечущегося ворона. Алюминий звонко стукнулся о клюв птицы, и ворон, словно бейсбольный мяч, вылетел во двор сквозь прозрачный бычий пузырь. За окном раздалось недовольное карканье. Колька скинул таз с головы оцепеневшего брата и подал ему руку, а затем поднял с пола толстое черное перо.

— На вот, держи на память, — протянул он его Витьке.— На фига ты сюда полез?

— Коленька, Витюша, — раздался дрожащий голос их сестры, — может, мы поедем уже, а? Миша, ну скажи им!

Братья и сами все понимали. Они вышли и хотели было уже поднять с земли свои велосипеды, как вдруг Коля обратил внимание на воспламеняющийся забор.

— Это что такое? — ткнул он пальцем на перевернутый котел и вылившееся из него варево.

— Это я, случайно, — виновато сказала Настя. — Что вы на меня так смотрите? Это все из-за него, — ткнула она в Витьку пальцем. — Он так закричал, что я испугалась. Ты к нему побежал, а я в сторону отпрыгнула и случайно зацепила его.

— Ладно-ладно, не шуми. Потушить надо.

Мишка подошел к колодцу и вылил ведро воды на разгорающиеся деревянные прутья. Пожар, не успев начаться, был локализован и потушен одним махом.

— Готово! — довольно произнес Мишка. — Может, рванем отсюда? Как-то жутко тут.

Убедившись, что огонь потушен и дому старухи ничего не угрожает, ребята сели на свои велосипеды. В этот момент где-то вдалеке раздался крик первого петуха.

— Скоро рассвет, — сказал Колька и нажал на педаль.

Домой друзья добрались почти на рассвете. Они с опаской открыли калитку и вошли к себе во двор. Они боялись разбудить маму, которая явно будет не в восторге от их позднего возвращения. Каково же было их удивление, когда вместо рассерженной хозяйки они наткнулись на домового! Тот сидел на ступеньках веранды и нагло ел халву, запивая ее молоком. Причем, молоко он пил прямо из литровой кружки, которую мама обычно оставляла на утро, чтобы сварить молочную кашу.

— Что-то вы долго. Света уже давно вернулась.

Ребята растерялись и не знали, что ответить. И тут как ни в чем не бывало к домовому подошла Настя. Она погладила его по голове, а потом отобрала у него кружку с молоком и сказала:

— Еще раз возьмешь без спроса — вылью на голову! Ты меня понял?

Она очень строго посмотрела на лохматого Корняжа. Так обычно смотрела на детей мама, если те провинились в чем-либо. Домовой проникся и сглотнул.

— Вот, — отлила она молоко в маленькую кружку. — Хочешь пить — пей.

По глазам домового было видно, что ему стало стыдно. Только что его отчитали, словно маленького ребенка. Он поднялся и, сказав спасибо, подошел к Мишке.

— У вас все получилось?

— Да, — ответил парень и протянул дневник его хозяину, далее он извлек из рюкзака кисет с древними рунами и флакончик с соком дерева. — А этот остается у меня? — достал он второй флакончик и повертел его в руке.

— Да. Этот твой. Я позже расскажу, что с ним делать. Ваша мама спит, — сменил тему Корняж. — Она не проснется еще примерно час, так что за нее не волнуйтесь. Спасибо вам за угощение и за мои вещи. Я этого не забуду и обязательно вас отблагодарю.

После этих слов домовой поправил свой колосок за ухом и спешно распихал в безразмерные карманы своих штанов все, что ему только что отдал Мишка.

— Я теперь как домовой, — вдруг сказал Витька и сунул себе за ухо отданное ему Колькой перо ворона.

Корняж глянул на него и улыбнулся.

Ребята вкратце рассказали домовому, что с ними приключилось у дома старой ведьмы. Корняж внимательно их выслушал и вздохнул.

— Да-а-а. Это не Ядвига. Та была всем ведьмам ведьма. Много умела. А эта, не чета ее предкам, — домовой засмеялся своим скрипучим голосом и поморщился, а потом добавил, — какая-то она невезучая, что ли. Такую ночь в очередной раз профукала! У нее же, наверняка, в котле что-то серьезное варилось, если она в ночь на Ивана Купалу в лес за корешками подалась. Ох, и разозлится она снова! Пойду я, подумаю, что дальше делать. А вы спать идите. Скоро ваша мама проснется.

Глава 18. Карандаш, перо, картина

Мишка не остался ночевать в доме тети Зины, а решил отправиться к себе. Ему не терпелось взять в руки тетрадь, которая уже третью ночь подряд лежала на его подоконнике, впитывая в себя лунный свет. Сегодня была очень необычная ночь. Поэтому он, когда вошел в свою комнату, сразу взглянул на белую кожаную книжицу.

Инструкция рисованных желаний лежала там, где он ее и оставлял. Мишка не ошибся в своих ожиданиях. От кожаной тетрадки исходил холодный белый свет.

«Это ли не знак, что ее пора открывать», — подумал Мишка и протянул свою руку к артефакту.

Он бережно взял в руки инструкцию, подержал ее немного, вспомнил про своих родителей и подумал о своем желании увидеть их снова. В общем, сделал все так, как учил его домовой. Прижал книжицу к своей груди и только потом аккуратно открыл ее. Первые пару секунд ничего не происходило. Мишка даже перевернул инструкцию несколько раз вверх ногами. Но затем на странице тетради проявились какие-то знаки, полоски и они стали изменяться. С каждой секундой происходили быстрые изменения рисунков. Почти как в рисованных фильмах, изображения сменялись одно за другим. Мишка смотрел на постоянно меняющуюся графику артефакта как на гипнотическую вращающуюся спираль. Он увидел, очень подробно и в мельчайших деталях, как надо рисовать ту самую картину, что поможет ему увидеть его родных. Сначала проявились общие черты комнаты, затем окно и пробивающиеся сквозь занавески лунные лучи. Посреди комнаты стали прорисовываться старинные песочные часы. В их стеклянных колбах струился живой песок времени. Он сыпался медленно-медленно, иногда застывая, а иногда двигаясь быстрее. Мишка отчетливо видел каждую мельчайшую крупинку песочных кристалликов, и они на долю секунды оживали. Глядя на эти крупинки, Мишка понимал, что это очень важно, и запоминал все, что ему показывала пошаговая инструкция. Песочные часы постепенно приобретали свою окончательную форму. Наконец они преобразились от простых стеклянных колб до массивных настольных часов, стоящих на резных деревянных ножках в виде драконов. В его голове сформировалась окончательная картинка. Основным магическим атрибутом для этих часов служил лунный свет, проходящий через стеклянные колбы песочного времени. Благодаря ночному светилу кристаллы в часах оживали и искрились, а руны, которые следовало нанести на корпус часов, должны были открыть мост в потусторонний мир. Именно руны являлись связующим звеном между Навью и Явью.

Тук-тук-тук, — раздался звук от входных дверей. Мишка тряхнул головой, и наваждение пропало. Он обернулся и спросил:

— Кто там?

— Можно войти? — прозвучал скрипучий голос домового.

— Корняж, — воскликнул парень и вскочил из-за стола.

Мишка открыл входную дверь и с удивлением посмотрел на Пеструху, которая спала прямо у ступенек дома. Лохматый гость стоял над ее головой, а она его даже не учуяла.

— С Пеструхой все хорошо?

— Да все в порядке с твоей собакой. Что ей сделается? Поспит чуток и опять будет курей гонять. Не в первый раз. Войти-то можно или тут стоять будем? Я без приглашения порог переступить не могу.

— А-а, входи, конечно. Корняж, ты представляешь, твоя тетрадь заработала! Вот буквально только что я видел все, что мне придется нарисовать. Это было словно во сне, но так четко и, и… Не знаю, как передать эти ощущения. А что, если я не все запомнил? Как тогда быть?

— Не волнуйся, — поспешил успокоить парня домовой. — Все, что ты увидел, эта книжка покажет тебе еще раз. Но теперь она будет показывать пошагово, кусочек за кусочком. Она поэтому так и называется: «Пошаговая инструкция». Ты увидел общую картину, так сказать, краткий экскурс в будущее. Прежде чем вернуться к себе, я решил зайти к тебе поинтересоваться насчет тетради. Но раз у тебя все в порядке, то вечером жду в гости. Будем тебе руны подбирать. И еще тебе понадобится бумага. Не такая тонкая, как в тетрадках, а плотная.

— Я в магазине видел альбомные листы.

— Вот-вот, возьми большие. Вечером попробуем нарисовать первый эскиз. А сейчас, — домовой посмотрел в глаза Мишке и щелкнул пальцами, — тебе надо поспать.

Мишка зевнул и почувствовал сильную усталость. Он сел на свою кровать и заснул крепким сном. Домовой разул его и прикрыл тонким покрывалом, после чего тихонько вышел во двор и налил воды курам. Наглый петух подошел с боевым видом к рабице, ограждавшей территорию курей, и встрепенулся. Он хотел было огласить округу громким кукареканьем, но успел прокричать только «Ку-к-х-х…» Остальная часть предрассветного петушиного рингтона застряла в его горле, и в курятнике послышался лишь неразборчивый булькающий хрип. От такого изумился не только разноцветный предводитель несушек, но и остальные обитатели курятника.

По возвращении из города Мишкина бабушка была приятно удивлена количеству снесенных яиц этим утром и спокойному нраву наглого петуха. Также ее порадовала Пеструха, которая не рыла, по своему обыкновению, яму у забора, а лежала у крыльца и грела свой живот на солнышке. Мишка сладко спал крепким сном в своей комнате. И вообще в доме царили тишь и благодать.

Над забором соседнего участка показалась голова соседа Афанасия.

— Доброе утро, Надя! — поздоровался он. — Что это твой петух сегодня такой тихий? Я даже проспал из-за него. Молчит все утро.

— Да? Вот и хорошо. Наверное, перетрудился накануне. Гляди, сколько насобирала, — показала она соседу полную миску свежих яиц. — Так что пускай помолчит. Хоть внук выспится.

— Тоже верно. Он на праздник ходил ночью? А-а, тебя же не было, — поправил сам себя сосед.

— Ходил. Мне Зина в город звонила. Говорила, что он с ее детьми ушел на речку. Там, вроде, вчера много костров жгли.

— Да. В этом году расстарались. Народу как никогда понаехало. Даже по улицам прогуливались. У Клавки этой ночью весь самогон раскупили. Городские даже две аварии на выезде из деревни устроили. Да ты и сама, наверное, видела машину в канаве.

— Нет. Мы с Машей по дороге сюда ничего такого не видели.

— Значит Федька-тракторист уже вытащил. Приезжие долго его искали. По всей деревне ходили, а он через костры прыгал.

— С кем? С Валентиной? И как, удачно?

— Удачно. Был бы в плохом настроении, напился бы.

Мишкина бабушка усмехнулась и зашла в дом. Пока внук отсыпался, она решила приготовить на завтрак вареники. Надежда Петровна достала муку, скалку, убрала все лишнее со стола и принялась за работу.

Мишка проснулся от того, что услышал голоса в доме. Он вышел из своей комнаты, потирая сонные глаза, и увидел разговаривающую с соседкой бабушку.

— Проснулся, внучок? Иди умывайся, скоро кушать будем. Я сейчас вареники отварю.

— Миша, а вы во сколько вчера домой вернулись? — поинтересовалась тетя Зина. — А то меня вчера что-то сморило, и я не услышала вашего возвращения.

— Я не помню, тетя Зина. У меня часов не было. Но было еще темно. Я домой отправился спать. Ребята меня звали к вам, но я не захотел. А то мы бы с ними еще полночи говорили.

Тетя Зина услышала последнюю фразу, в которой Мишка сказал про полночи, и успокоилась. «Значит вернулись не поздно», — подумала она и сменила тему.

— Как тебе праздник? Понравился? В городе такого не увидишь.

— Очень понравился! Набегались только за ночь. Устал сильно.

— Ну, ничего. Отдохнешь за день. Зато впечатлений море.

— И не говорите, впечатлений на всю жизнь, — согласился с соседкой Мишка.

В кастрюле закипела вода, и бабушка забросила в нее вареники.

— Зина, позавтракаешь с нами? Вареники только слепила.

— Нет-нет, спасибо. Мне своих охламонов еще кормить. Я забежала поинтересоваться, все ли в порядке с твоим внуком. Думала, он тут один, а ты уже вернулась. Так что приятного вам аппетита, а мне домой пора.

Тетя Зина отправилась к себе на участок. Она только на миг задержалась у калитки, чтобы погладить развалившуюся на спине Пеструху, потом закрыла за собой засов на калитке и пошла к своему дому.

После завтрака Мишка надел чистую футболку и собрался в магазин за бумагой. Он подошел к бабушке и попросил выдать ему немного денег из тех, что оставляла для него мама.

— Тебе для чего? — решила полюбопытствовать бабушка.

— Хочу купить несколько листов для рисования.

— Для рисования? — удивилась Надежда Петровна.

Она думала, что внук попросит денег на мороженое или еще для чего-то такого, что обычно хочется, но без этого вполне можно обойтись. Например, увидел у друзей какую-то игрушку и тоже захотел, а через день или два забыл про нее. А тут внук попросил денег на альбомные листы.

— Хорошо. А чем ты рисовать собрался? Красками или карандашами?

— У меня есть карандаш. Я тебе показывал.

— Один карандаш? Это не серьезно. Он быстро закончится. Карандаши имеют свойства ломаться. Их следует постоянно затачивать. У тебя, кстати, точилка есть?

— В городе дома есть.

— Понятно. Хочешь, я с тобой схожу? Помогу с покупками.

— Не надо. Я сам справлюсь.

Бабушка отсчитала денег на бумагу и точилку, потом подумала и добавила еще немного.

— Знаешь что, Миша? Ты у Лены, продавщицы, попроси помочь тебе с выбором. Помнится, она рисовала когда-то. Лена подскажет, что лучше приобрести.

За окном послышался рев мотора. Бабушка с внуком разом обернулись и увидели, как на большой скорости по улице пронесся красный мотоцикл, оставляя за собой клубы пыли.

— Починил уже, — рассержено сказала бабушка. — Теперь покоя не будет.

— Это кто? — спросил Мишка.

— Сережка Бузин. В начале лета он свой драндулет в реке утопил. С моста слетел. Хорошо, хоть сам жив остался. Ничему жизнь не учит. Уже опять гоняет на нем. Ты смотри, аккуратно по дороге иди. Не хватало, чтобы он сбил тебя.

— Хорошо. Не волнуйся, бабушка.

Мишка взял деньги и отправился в магазин. По дороге он пару раз слышал недовольные высказывания женщин в адрес деревенского мотогонщика. Они возмущались и вспоминали ночные гонки молодежи по новой асфальтной дороге, проложенной вдоль их деревни.

— Все! Теперь опять по ночам житья не будет от их гула. Заводила свой мотоцикл починил. Вот попомнишь мои слова, Вера, ближайшей ночью состязания устроят, — сказала одна из собеседниц.

— И куда только его родители смотрят? Ведь уже раз утопил мотоцикл, — пробурчала другая.

Женщины еще о чем-то говорили, но Мишка уже отошел от них на приличное расстояние и не слышал их разговора. Свернув на другую улицу, он повстречался с Трижды-Колей. Тот важно шагал ему навстречу, держа на поводке свою лайку. Щенок обнюхивал все деревья подряд и пытался познакомиться с каждой дворовой собакой. От этого по всей улице стоял собачий лай.

— Привет, Мишка! — прокричал издалека Коля.

Мишка подошел к приятелю, поздоровался с ним и протянул руку щенку. Тот на удивление подал ему в ответ лапу и только потом стал обнюхивать парня.

— Смешной. Как ты его назвал?

— Я назвал пса Дрема, — гордо ответил Трижды-Коля.

— Прикольно! А почему именно так?

— Понимаешь, мы с отцом долго думали. Кличку надо было придумать на букву «Д». Ничего путного в голову не приходило. Но мама обратила внимание, что щенок все время лежит и наблюдает за нами. Как не посмотришь на него, он вроде спит, но чуть что — уже скачет. Вот мама один раз и сказала, что он наблюдательный, пребывает в дреме, но не спит, а сторожит. Вот я и придумал — Дрема.

— Классная кличка! Веселая и звонкая!

— Мишка, а ты куда это направляешься?

— В магазин иду. А ты просто выгуливаешь его или тоже по делам?

— И то и другое. Его и выгулять надо, и мама попросила за каким-то венчиком к тетке зайти.

— Это такой, которым взбивают яйца?

— Кто его знает, что им делают? Мне дали задание, я и пошел.

Ребята поговорили еще пару минут и направились по своим делам. Мишка вошел в магазин. В нем не было ни одного покупателя. «Наверное, после шумной ночи всем не до покупок», — подумал Мишка и направился к прилавку, где лежали альбомные листы.

— Тебе подсказать что-то? — прозвучал молодой женский голос.

Мишка обернулся и увидел молодую девушку. Она наблюдала за ним, раскладывая товар на полки.

— Доброе утро! Вас, случайно, не Лена зовут?

— Верно. И тебе доброе утро! Откуда меня знаешь?

— Не знаю. Моя бабушка сказала, что продавщицу зовут Лена и что вы можете подсказать мне насчет бумаги.

— А кто твоя бабушка?

— Надежда Петровна.

— А-а. Бывшая учительница. Знаю я ее. Так что тебе подсказать?

— Я хочу купить лист бумаги, чтобы рисовать.

Мишка не успел договорить, а продавщица уже начала тараторить:

— Тебе для чего? Для рисования гуашью или масляных красок, для акрила или карандаша? Если карандаш, то цветной или простой? Может, ты рисуешь мелом или углем?

— Ого, сколько всего вы тут наговорили! Мне бы для простого карандаша.

— Простой карандаш, не цветной? — уточнила она.

— Да. Самый простой карандаш.

— Понятно. Тогда лучше вон туда посмотри, — и она указала на большие чертежные ватманы. — Ты не смотри, что они большие. Разрежешь на части и будет у тебя несколько листов. Зато они лучше всего подходят для простого карандаша. На них и ластик хорошо стирается, и прорисовка мелких деталей получается. Поверь мне, я знаю, что говорю. Для цветных карандашей я бы посоветовала тебе вон тот альбом, но зачем переплачивать, когда ватман подойдет лучше.

— Спасибо. Еще мне нужна точилка.

— Точилка? Если деньги есть, то возьми вот эту с крутящейся ручкой. Не пожалеешь. Карандаши у тебя есть?

— Я уже покупал тут карандаши. Взял один твердый и один мягкий.

— И все? Вот смотри, тут в наборе несколько, — положила девушка на прилавок пачку простых карандашей. — Для рисования самое то. Несколько твердых и мягких. А вот этот, часто используемый при создании рисунка карандаш, твердо-мягкий. Им прорисовывают основной рисунок. Также он очень удобен для создания тональных пятен.

Мишка почесал затылок. Он даже не представлял, что ему столько всего расскажут про обычные карандаши и бумагу. Девушка приводила еще кучу примеров про толщину бумаги и текстуру. Она говорила, какие виды бумаги бывают и в каких случаях их используют. Но потом вдруг прервала свой рассказ на полуслове и сказала:

— Извини. Что-то я загрузила тебя. Ты же только простым карандашом собрался рисовать, а я тут в свои воспоминания ушла с головой. Просто я раньше рисовала, вот и вспомнила, чему меня учили.

Из магазина Мишка вышел с одним ватманом для черчения, новой пачкой карандашей и точилкой. Ластик для стирания он получил в подарок. Дома он разрезал ватман на две части и положил его под книги, чтобы тот выровнялся. Оставшиеся полдня он просидел в интернете, изучая основы рисования. Слишком уж впечатлило его, сколько всего рассказала продавец магазина. И это только про карандаши и разновидности бумаги. Поэтому Мишка посчитал, что будет не лишним немного самому ознакомиться с неизвестной ему доселе областью.

Когда стало темнеть и бабушка включила свой телевизор, Мишка отпросился к соседям. Он прихватил с собой вещи и отправился в дом тети Зины. Ребята уже ждали его и были готовы идти в старый дом.

У входа их встретила Света. Она предложила им войти, и друзья разом отправились на кухню, где Корняж уже кипятил чайник. Настя сдержала свое слово и принесла к чаю свежие булочки с маком. Домовой, когда увидел угощение, расплылся в улыбке и предложил ребятам присесть за стол. Сегодня места хватало всем. Корняж положил между двумя табуретками доску, и друзья разместились на ней как на лавке. Света же заняла свое излюбленное место на подоконнике. Она забралась на него с ногами и, наблюдая за всеми оттуда, хихикнула.

— Чего она смеется? — тихонько спросил Витька у Мишки.

— Не знаю я, — пожал он плечами. — Спроси у нее сам.

Но Витька почему-то не решился задавать привидению вопрос. Он засмущался и перевел взгляд на приготовления домового. Корняж заварил чай, разлил его по кружкам и поставил на стол пачку с рафинированным сахаром. Он ел булочки и причмокивал. В его мелкой ручонке булочка смотрелась гигантской. Но домовой не обращал внимание на веселые взгляды подростков. Лишь доев сладкую сдобу, лохматый хозяин довольно откинулся на спинку своего детского стульчика и сообщил:

— Света побывала сегодня возле дома старой ведьмы. После того, как вы мне все рассказали, ей стало любопытно, и она навестила вредную старуху. Издалека, конечно, но все рассмотрела.

— И что там? — не выдержал Витька.

Света рассмеялась.

— Слушайте, я могу понять, что вы перекинули случайно ее зелье, — начала Света. — Я также могу понять, что забор случайно загорелся. Но что вы сделали с ее вороном? Как можно было сделать так, что птица осталась практически без хвоста и обломала кончик своего клюва. Бедный ворон клевать нормально не может. Бабка на него зла и лечить не хочет. Она вообще сегодня не в настроении. Все время бормочет что-то себе под нос и ругается.

— Это случайно вышло, — признался Колька. — Мне под руку попался алюминиевый ковшик. Я огрел им ворона, когда он на Витьку набросился.

— Тяжелая у тебя рука, наверное, раз ты клюв смог ворону сломать, — сказал Корняж, а потом взглянул на Колькиного брата. — А ну, дай-ка мне это! — потянулся он к Витьке и вытащил из-за его уха то самое перо. Зачем добру пропадать? — сказал домовой и достал перочинный ножик.

Буквально минуту спустя заостренное перо легло на стол.

— Возьми его себе, — придвинул домовой перо к Мишке. — Оно тебе пригодится, когда на своей картине станешь прорисовывать руны. Благодаря ему ты сможешь очень аккуратно наносить сок дерева. С него не будет капать. Раньше мой хозяин часто пользовался такими перьями.

Мишка поднял перо со стола и взглянул на Витьку.

— Бери, чего уж там. Тебе нужнее, — согласился с решением домового Витька.

— Ладно, помогите убрать со стола посуду.

Корняж быстро начал передавать чашки Насте и освобождать стол. Потом он вынул из своего кармана старый кисет и высыпал руны на столешницу, те самые, что в его жилище обнаружил Мишка. Руны все были разные. Они были нанесены на камни и кости, на деревянные ровные кругляши и гладкие стекляшки, а самые красивые были прорисованы на драгоценных камнях. Только одна руна была начертана на толстом кусочке кожи черного цвета. Домовой разложил их и задумался. Пока он размышлял, Настя обошла его со спины и достала из своей сумочки массажер для головы. Она тихонько поднесла прибор со стальными выгнутыми прутиками и латексными кругляшками на их кончиках к голове домового и опустила ему на макушку. Домовой сначала дернулся, но потом изогнулся, и его глаза закатились от удовольствия.

— А-а-а! Уф-ф-ф! — совсем по-детски выдохнул он писклявым, но все еще скрипучим голосом. — Что это? Как хорошо!

Настя присела и обняла его.

Именно в этот момент домовой опомнился, но было уже поздно. Он попал в крепкие девичьи тиски.

Глава 19. Новая хозяйка и бракованная руна

Домовой брыкался и пытался вырваться из объятий Насти. Ребята смотрели на лохматого сторожа заброшенного дома и посмеивались. Совсем недавно они боялись переступить порог мрачного жилища, а сейчас Корняжа тискают, как кота, и он ничего с этим не может поделать. Он стремительно подрывал собственный авторитет, а может быть, наоборот, в этот вечер домовой приобретал что-то новое. Света улыбалась, глядя на Корняжа и Настю. Братья не сразу поняли, что сейчас произошло, точнее к чему это все привело. Но, когда смех утих, Света сказала:

— Тебе стоит согласиться, Корняж.

— Ты о чем? — удивленно спросил домовой.

— Сам знаешь.

Собеседники замолкли и уставились на Настю. Ребята тоже молчали. Они не понимали смысла сказанных Светой слов. Но в разговор вмешалась их сестра:

— Я что-то сделала не так? Просто он такой хороший!

— Ты же все понимаешь, Корняж. Соглашайся, — снова сказала Света.

— А как же ты?

— А я Мишке помогу. Понаблюдаю за ним. Ты сам знаешь, что мне придется делать выбор. Но пока задержусь на этом плане.

— Слушайте, ну нам хоть объясните, о чем вы тут говорите? — не выдержал любопытный Витька и вперился взглядом в привидение.

— Все очень просто. Пока я находилась тут, хоть и в статусе привидения, Корняж следил за этим домом и поддерживал тут своеобразную жизнь. По странной случайности, когда я умерла, то задержалась на этом плане бытия в таком виде, как вы меня видите. Он уже тогда присматривал за нашей семьей, поэтому и остался со мной. Но ему нужен новый хозяин, живой. Ведь я, по сути, мертва. Домовые долго без хозяев не могут. Они чахнут и умирают. Сок старого дуба, который Мишка принес, поможет ему еще какое-то время. Но сегодня случилось то, что может ему помочь больше, чем сок лесного духа. Обретя нового хозяина, он продлит себе жизнь.

Теперь все всем стало понятно. Насте так понравился домовой, что она может стать его новой хозяйкой. Ребята даже замерли в предвкушении решения их сестры.

— Я могу стать его новой хозяйкой? — радостно спросила девочка.

— Да. Если ты этого захочешь, — подтвердила Света.

Наступила тишина. Все молчали и переглядывались. Домовой ждал, а Настя только блымала глазами. Наконец Света не выдержала и сказала:

— Чего ты на него уставилась? Ты должна сама ему предложить. Он не может навязываться. Будешь его хозяйкой или нет?

Девочка закивала.

— Да не молчи же ты! Предложи ему!

— Корняжик, ты согласишься, если я предложу себя в качестве твоей хозяйки? Ты сможешь жить у нас, и у тебя всегда будет еда, — наконец-то выдавила из себя Настя.

— Только если ты не будешь меня тискать, как кота! — поставил условие домовой.

— А ты не будешь хватать еду без спроса, как молоко сегодня утром! — парировала Настя.

Домовой фыркнул, надул щеки и замолчал. Настя также состроила строгую гримасу и сдвинула брови.

— И что это значит? — полюбопытствовал Витька.

— Что-что? Согласен я! — огрызнулся домовой. — Но мы должны помочь Мишке, раз обещали.

— Конечно, Корняжик! Мы же его друзья.

— И про меня никто не должен знать, кроме присутствующих!

— Это выполнимо, — ответил за всех Колька.

— Ну, раз так, то давайте подберем парню руны для создания его будущего рисунка. Руны проложат мост между Навью и Явью.

Домовой занялся прерванным делом, а Настя на радостях подскочила к привидению и попыталась обнять прозрачный силуэт. Вот только руки проскользнули сквозь Свету и у Насти ничего не вышло. Света подставила свою ладошку для хлопка. Настя стукнула пятерней, и прозвучал еле слышный шлепок. Такое дружеское приветствие обрадовало девочек, и они рассмеялись. Тем временем домовой начал зачитывать вслух названия рун.

— Первую руну, руну слияния, надо поставить на твой лист бумаги и накрыть этой инструкцией, — решил пояснить свои действия домовой.

Но тут раздался грохот посыпавшихся на пол камней. Витька по своей любознательности полез в один из мешочков, который был наполовину заполнен камушками, и случайно рассыпал его содержимое.

— У тебя откуда руки растут?! Чего ты свой нос суешь куда не следует!

— Я нечаянно! — с виноватым видом развел руки Витька.

— А хочешь, я сделаю так, что твои зубы рассыплются, как эти камни? — не на шутку разгневался хозяин мешочка.

— Не угрожай моему брату! — послышался за спиной домового голос Насти, но тут же ее тон смягчился, — Корняжик, он же не специально.

— М-м-м! — выдавил из себя домовой, собирая свои ручки в кулачки. — Не называй меня так! Я Корняж!

— Ладно-ладно, Корняж-ик, — сказала Настя и подмигнула ему.

— У-у-уф, — простонал домой и тут же сердито скомандовал, — собери все и положи на стол!

Витька собрал все камни и отдал их домовому. Корняж сгреб руны в кучу.

— Вот. Это руна слияния, — положил он ее на альбомный лист. — Все, что будет показывать пошаговая инструкция, будет слабым светом отражаться на листе. Требуются лунный свет и заклинание. А затем ты, Миша, все, что проявится на бумаге, сможешь обвести карандашом.

— Я думал, что сам буду рисовать.

— Будешь-будешь. Тебе работы хватит. Просто так легче соблюсти пропорции. Тетрадка-то раза в четыре меньше. Ты ведь не художник, который сможет все нарисовать идеально. Или художник?

— Нет. Не художник, — огорчился парень, услышав неприятное замечание домового.

Корняж подошел к окну и выругался:

— Ну почему, когда она так нужна, ее нет?!

Небо заволокло облаками, и луны совсем не было видно.

— Давай я помогу, — предложила свою помощь Света.

— Скорее всего, так мы и сделаем. Клади свою руку поверх книжки.

Света плавно соскользнула с подоконника и подплыла по воздуху к кухонному столу. Она положила свою прозрачную руку на инструкцию, и домовой стал зачитывать только ему понятное заклинание. Как только он закончил бормотать себе под нос, раздался резкий хлопок. Из-под кожаной тетради вырвалась вспышка света и повалил желтый дым.

—Нет-нет-нет! — выкрикнул домовой и быстро отшвырнул инструкцию.

Почти по центру листа зияла дыра, а ее края дымились. Камень почернел, а руна на нем расплавилась. Домовой схватил камень в руки и, начав пристально осматривать его, обнаружил, что снизу был отколот маленький кусочек.

— Полюбуйся, — протянул он испорченный камень Витьке. — Твоя работа!

Виновник взял камень в руки и поморщился. Он покраснел и опустил голову.

— Так! Ладно! Миша, у тебя еще есть лист бумаги?

— Есть, но дома. Я взял только один.

Домовой нервно сгреб все камни обратно в кисет и удрученно посмотрел на чайник.

— Хочешь, я тебе чаю сделаю? — спросила Настя, перехватив взгляд Корняжа.

— Хочу! — громко произнес домовой. — На сегодня все, — добавил он уже спокойнее. — Я сам подберу руны и загляну к тебе завтра в гости. Мне потребуется время обдумать кое-что.

После чаепития все разошлись по домам.

На следующий день, когда бабушка Мишки отправилась по своим делам, к нему в дом пришла Настя. Как только девочка убедилась, что Мишка остался один, из-за угла дома появился Корняж. Пеструха снова спала на боку, совсем не реагируя на визит лохматого гостя.

— Пойдем в дом, и побыстрей! Пока нас никто не увидел, — поманила она домового.

Настя и Мишка стояли в комнате и смотрели на домового, важно прохаживающегося от дивана до окна. Он заложил руки за спину и внимательно рассматривал комнату. Корняж остановился у полок с книгами и фотографиями, затем обратил внимание на кресло-качалку. Забрался на него и посидел, слегка раскачиваясь. Заулыбался. Ему явно понравилось. Потом он подошел к телевизору и спросил:

— Цветной?

— Да, — ответил ему Мишка.

— На пульту?

— Вон, на диване лежит, — указал рукой парень.

— С пультом телевизор — это хорошо, удобно.

— Корняжик, ты долго тут расхаживать собрался? Ты зачем меня сюда потащил вообще?

— Да-да. Уже идем, — проговорил домовой, вальяжно переступая с ноги на ногу, мимолетом заглядывая в другие комнаты. — Ничего так. Мне нравится.

— Корняж! — не выдержала Настя.

— Ну, иду я, иду!

Домовой прошел в комнату к Мишке и выложил руны на стол.

— Значит так, — начал он свои пояснения. — Первым делом тебе понадобится вот эта руна, руна слияния.

— Так она же вроде вчера испортилась? — решил уточнить Мишка, беря ее в руки, чтобы рассмотреть получше.

— Испортилась другая. Ты что думаешь, у меня она одна такая? Это простая руна. Она всего лишь на обыкновенном граните изображена, а не на чем-то уникальном.

— Кстати, Корняж, хотел у тебя спросить, но вчера как-то не вышло. Почему я не могу нарисовать эти руны самостоятельно? Зачем мы их искали в лесу? Рисунок ведь несложный.

— Ой! Что б ты понимал! — резко ответил парню домовой. — Между прочим, все эти руны были напитаны лунным светом в специальные дни, точнее ночи. Ночи важные и магические, когда грань между мирами истончается и вся природа наполняется великой энергией и смыслом.

— Одна из таких ночей была позавчера? — спросила Настя.

—Да. Ночь на Ивана Купалу одна из таких. Лично я эти руны не один десяток лет собирал. Например, вот эта, — Корняж взял в ладонь кругляш деревяшки с изображенным на нем необычным символом, — если мне не изменяет память, появилась у меня, когда мы с хозяином возвращались из поездки по Италии. Я срезал этот сучок с трехлетней яблони в Велесову ночь. Мой хозяин познакомился в Перудже с одной ведьмой. Она готовила какой-то обряд у озера для своей богини, хотела сделать подношение ей на Хэллоуин. Вы, например, хоть знали, что Велесова ночь и праздник жителей Европы совпадают? По глазам вижу, что нет. Между прочим, в эту ночь духи предков могут посетить наш план бытия. Этруски и славяне всегда почитали языческих богов. А та ведьма была потомком этрусков, которые обосновались на землях нынешней Италии много столетий назад. Потомки почитали такие дни издревле. Духов ублажали различными дарами, так как посетившие людей предки могли чему-то научить и благословить весь род. Именно в эту ночь души предков в последний раз посещают живущих в Яви. А на рассвете души умерших отправляются в Светлый Ирий до будущей весны. В ту самую ночь мой хозяин помог ведьме с очень сложным ритуалом, но они справились.

— А кто был твой хозяин? — решил спросить Мишка.

— Это неважно! И вообще, не перебивай старших!

Домовой глянул на смущенного Мишку и добавил:

— Как-нибудь расскажу. Сейчас не до этого. Так вот, та ведьма претендовала на место главы своего ковена и должна была доказать другим ведьмам, что достойна этого. Мой хозяин попросил меня срезать с яблони аккуратный кругляш для нанесения на него руны. Не буду вам описывать все, что произошло в ту ночь, но скажу только, что богиня снизошла и посетила тот сад у озера. Она выполнила просьбу ведьмы. Все яблоки на дереве стали чудодейственными. Я сам лично видел, как они налились магической энергией. Из красных они превратились в ярко-фиолетовые. В них проявился необычный блеск. Они звенели от переполнявшей их энергии. Я даже одно попробовал, — в этот момент Корняж расплылся в улыбке. — Когда ритуал закончился, ведьма одарила всех… как бы это сказать, всех ее коллег по ремеслу. Отмеченную дланью богини ведьму признали верховной. Ковен такой шабаш в ту ночь устроил на озере! Ох и весело было! Ну, вам-то это ни к чему. Подрастите сначала. А та самая руна, с символом двери, осталась у меня. Она напитана лунной силой Велесовой ночи, той самой ночи, когда открываются ворота из Яви в Навь.

— Так ты, Корняжик, просто-напросто спер ее, — вдруг дошло до Насти.

— Ну почему сразу спер? — стушевался домовой. — Позаимствовал. Моему хозяину и ведьме не до нее было. Зачем пропадать такому добру? Зато сейчас она пригодилась.

— Я поняла: ты, как хомяк, все в свою норку тащишь. Смотри мне! — погрозила новая хозяйка домовому пальцем.

Домовой отвел глаза и насупился.

— Скажи, Корняж, а те яблоки что, молодильными стали? — решил уточнить для себя Мишка.

— Конечно! А какими же еще! Ведьмы были на седьмом небе от счастья. Они лет по десять скинули. Так веселились, что полгорода на уши подняли! Даже маленькое землетрясение устроили. Наутро горожане Перуджи понять не могли, почему в закусочных практически не осталось вина, а рассказы о подпрыгивании земли воспринимали как сказки.

— Ты посмотри, Мишка, он не только руну спер, а еще и омолодился по случаю. Какой находчивый домовой мне достался!

— Так! Вот только не надо. Одно яблоко само упало с дерева. Я его подобрал и попробовал. Мне тогда хозяин ничего не сказал.

— А он видел? Только честно говори.

— Ты чего ко мне прицепилась? Давай лучше Мишке помогать, скоро его бабушка вернется.

Домовой положил на новый лист каменную руну и накрыл ее кожаной тетрадкой.

— Дождешься сегодня луну и разместишь все это на подоконнике. Фразу же, которую я оставлю тебе, днем перепишешь в самый угол холста. Только красиво и выведи ее соком дерева. Не переживай, он впитается в бумагу, ничего видно не будет. Минут через пять, после того как тетрадь полежит под лучами ночного светила, должно появиться свечение. Это будет означать, что слияние произошло. Затем все, что тебе инструкция будет показывать, начнет отображаться на твоей бумаге. По моему опыту это происходит не быстро. Ты успеешь прорисовать. Главное — не отвлекайся.

— Я все понял. А эта руна, — показал Мишка на деревянный кругляш с нанесенным на него символом. — Что с ней делать?

— Она тебе понадобится аж на следующее полнолуние. Ты также положишь ее на свой рисунок. К тому времени пошаговая инструкция тебе покажет, где она должна располагаться. Все должно пройти очень быстро. Символ этой руны отпечатается на твоем холсте, и тогда тебе придется аккуратно обвести его соком старого дуба. Это поможет закрепить тонкую грань соединяющего моста наших миров. Магический сок духа леса станет удерживать долгое время незримую связь с Навью. Каждую последующую полную луну будешь добавлять на холст по одной руне. Я пока не знаю, сколько их понадобится, но думаю, немного: от четырех до шести.

— Корняж, скажи, а я смогу увидеть своих родителей на Велесову ночь?

— Сложно сказать. Велесова ночь одна из самых сильных сакральных ночей года. Грани между мирами стираются, а духам проще, чем когда-либо, пробраться в Явь. Возможно, у тебя кое-что получится. Времени мало до наступления этой ночи. Ты можешь не успеть. Давай не будем загадывать.

За окном залаяла Пеструха, и домовой обернулся.

— Настя, нам пора. Мишкина бабушка возвращается. Мишка, приходи сегодня в дом, я дам тебе еще несколько рун, — сказал домовой и сиганул через окно.

Послышались мелкие быстрые шажки, а потом по огородной тропе в сторону дальнего забора засеменила Пеструха. Она на ходу пару раз пролаяла и уперлась носом в свою любимую яму. Корняж выглянул из-за массивного корня дерева и скрылся за забором, пока Пеструха нюхала землю.

Домовой не ошибся. К калитке подошла Мишкина бабушка и поздоровалась, когда увидела на крыльце внука и соседскую девочку.

— Доброе утро! Настенька, ты в гости зашла или по делу?

— Здравствуйте! Без дела. Просто так зашла. Хотела Мишку вечером к нам позвать. Мы с братьями игру одну придумали. Нам четвертого не хватает, — на ходу придумала Настя.

Бабушка перевела взгляд на внука.

— Пока лето, играйте на здоровье. Значит, к соседям пойдешь, Миша?

— Пойду, но позже. Мне еще басню придумать надо. Я списывался с одноклассниками, из них пока никто ничего не придумал, а время идет.

— Мне пора. Мы будем ждать тебя сегодня. Приходи, — сказала Настя и направилась к калитке.

Мишка помахал девочке рукой и отправился в свою комнату. Он решил порыться в интернете и почитать про Велесову ночь. Очень уж ему стало интересно, каким образом духи возвращаются на землю. Не зря же Корняж акцентировал внимание на таких моментах, как сакральные ночи и магическая энергия.

Информацию о старинных обрядах и особых ночных праздниках года в интернете было найти не трудно. Ее было столько, что глаза на лоб лезли. Мишка так увлекся, что прервался только, когда бабушка зашла к нему в комнату спросить, все ли у него в порядке. Ответив, что у него все хорошо, он отложил в сторону смартфон, так как вспомнил про указания домового. Парень достал из письменного стола заостренное перо ворона и флакон с живым соком древнего дуба. Затем положил перед собой фразу, что вручил ему Корняж на обрывке листа, и стал аккуратным почерком выводить каждую букву непонятных слов. На это у него ушло около сорока минут. Надпись разместилась в правом нижнем углу, и мальчик отложил холст в сторону, чтобы дать соку просохнуть. Перо, действительно, очень пригодилось. Оно было тонким, и наносить на бумагу сок было легко. Мишка остался очень доволен своей работой. Ни одна буква не испортилась. Начало было положено.

Глава 20. Ох уж эти карандаши!

— Ты уже вернулся? — раздался из комнаты сонный голос бабушки, когда Мишка вошел в дом.

— Еще нет. Я за фонарем. Сейчас найду свой, поменяю батарейки и обратно к Кольке с Витькой.

Мишка вернулся совсем не за фонарем, хотя и его он тоже решил прихватить. На улице стемнело, а луна хоть и появилась, но светила плохо. Небо заволокло густыми облаками, и следовало ловить момент появления лунного света. Мишка положил на широкий подоконник альбомный лист, сверху разместил гранитный камень с руной слияния и только потом тонкую книжицу из белой кожи ибекса. Он стал ждать, когда на его лист обратит свое внимание ночное светило. Спустя несколько минут луна вынырнула из-за ночных облаков. Из-под инструкции сверкнула короткая вспышка холодного света, и Мишка потянулся к камню. Подняв книжицу, он увидел еле светящуюся руну на гранитном камне, а под ним остался отпечаток, продублировавший руну слияния. Мишка, как и наказал ему домовой, снова взял перо ворона и аккуратно стал обводить оставшийся слепок. После десяти минут кропотливого труда обведенный символ исчез, а на альбомном холсте совсем ничего не осталось. Мишка скрутил лист, сгреб со стола пару карандашей в рюкзак и выбежал из дома. Захлопывая входную дверь, он прокричал бабушке, что отправился играть с друзьями. Сам же быстро рванул в конец огорода к забору. Он подставил валявшуюся лестницу под дерево, чтобы залезть на большую ветку. Так было легче перебраться на другую сторону, через забор. На бывшей тринадцатой улице его ждали трое друзей. Они поймали его рюкзак и, когда он спрыгнул с ветки, пошли к последнему уцелевшему дому, в окне которого за ними наблюдал призрак девочки. Света, почти прозрачная по ночам, сразу направилась открывать входную дверь.

— Выключи, пожалуйста, фонарь, — обратилась Света к светившему сквозь нее Витьке. — Не стоит привлекать внимание посторонних.

— Она правильно говорит. Гасите фонари! — скомандовал Колька. — Не хватало нам, чтобы еще кто-то пришел посмотреть, что мы тут забыли.

Четверка друзей вошла в открытую дверь и проследовала за привидением на кухню. Где, как они того и ожидали, домовой уже разогревал чайник. Настя еще днем принесла немного еды, чтобы домовой не голодал, как раньше. Она собрала свежей зелени и овощей, отсыпала немного гречневой крупы и отрезала кусочек колбасы. Поэтому сегодня на столе подростков ждали маленькие бутерброды с колбасой и сыром. А отдельно в глубокой тарелке лежали медовые пряники к чаю. Домовой был очень доволен такой заботой со стороны молодой хозяйки. Он приготовил Насте отдельную табуретку и сам разместился рядом.

— Ну как, Миша, все получилось или ты еще ничего не делал?

— Получилось, Корняж. Все прошло как ты и говорил. Никаких проблем, все работает. Я с собой принес холст, чтобы попробовать нарисовать то, что проявится.

— Предлагаю сначала выпить чаю.

Кольке и Витьке было интересно наблюдать за домовым, который каждый раз наливал себе чай в блюдце и уже потом, предварительно подув, чтобы остудить, отпивал маленькими глоточками. Корняж откусывал пряник и запивал. Снова откусывал и поднимал свое блюдце. Нормальный человек такую кружку осилил бы быстро, но домовому нужно было время. Для него чаепитие превращалось в целую процедуру, в своеобразный ритуал. И пил он, не спеша, медленно, растягивая удовольствие. Все давно уже выпили и отставили свои кружки. Теперь ребята сидели и ждали, пока домовой насытится. Только Света, давно привыкшая к своему другу, не обращала на него никакого внимания. Она, как и раньше, умостилась на своем подоконнике и глазела на пустую заросшую улицу через просветы в запертых ставнях.

— Ну что ж, показывай, с чем ты сегодня пришел, — сказал Корняж, обращаясь к Мишке.

Со стола все было убрано, и Мишка разложил на нем альбомный лист.

— Открывай тетрадь, — скомандовал парню домовой.

Ребята подсели ближе к столу, чтобы лучше рассмотреть, что будет происходить. Мишка перевернул первую страницу и взял в руки карандаш. На тонкой выделанной коже инструкции сначала проявилась точка. Она отразилась на альбомном листе. Все наблюдали и ждали, что будет дальше.

— Ты чего замер? — раздался строгий голос домового. — Ставь точку. Или ты думаешь, что инструкция станет тебя ждать?

Мишка опомнился и схватил карандаш. Он быстро поставил точку в том месте, где она тенью отразилась на листе, и…

— Вот черт! Грифель сломался! Я, наверное, сильно надавил на него.

— Ты мне тут не чертыхайся! — выругался домовой и слегка прописал парню подзатыльник. — Не хватало мне еще этих рогатых в доме! Бери другой карандаш!

А тем временем от точки на листе потянулась тонкая линия вверх.

— А этот карандаш не наточен. У вас есть нож? Я точилку с собой не взял.

— Чтоб ты был здоров! — выкрикнул домовой. — Давай заточу.

Корняж быстро обстругал один конец карандаша и передал его Мишке. Мальчик поблагодарил и стал наводить проявившуюся линию на холсте. Но в этот момент Витька очень близко придвинулся к столу. А так как они с братом вдвоем сидели на одной лавке, ему пришлось привстать. Одна сторона самодельной скамьи наклонилась, и Колька рухнул на пол. Он попытался ухватиться за стол, но пальцы по неосторожности уцепились за альбомный лист, и он потянул его на себя. Мишка стукнул ладонью по листу, чтобы удержать его, и сломал второй карандаш. Линия же на листе инструкции продолжала свое движение и уже сворачивала в сторону.

— Корняж, опять сломался грифель! — прокричал парень.

— Вот же бестолочи! — посмотрел со злостью на братьев домовой и выхватил у Мишки второй карандаш. — Сядьте на место и успокойтесь! — продолжал ругаться он на Настиных братьев, быстро орудуя перочинным ножиком по острию карандаша. — На вот, обводи быстрее линию, а то она уже в третий раз свернула. Так тени от ее следа исчезнут и ты все пропустишь.

Мишка, получив карандаш от домового, быстро принялся наводить грифелем линию. Хорошо еще, что лист не порвался. А вот от сломанного карандаша осталась неровная полоска. Настя решила помочь другу и взяла ластик, чтобы удалить ее. Но по необычной случайности как раз в этом самом месте стала проявляться новая линия и девочка чуть не стерла ее.

— Стой! — прокричал Мишка и ткнул карандашом в то место, где потянулась новая тень.

Как назло, грифель сломался снова.

— Да что это такое! — взревел Корняж и забрал у парня очередной сломанный карандаш, меняя его на другой.

Домовой с таким проворством орудовал перочинным ножиком, заостряя грифели, что все ребята удивились его мастерству. Тем временем линия уже заворачивала снова и снова. Мишка схватил врученный ему карандаш и стал быстро догонять убегающую полоску тени, наводя тонкий след карандашом. Все происходило так быстро, что и сам Мишка, и домовой, и даже его друзья были немного на взводе. Как в таких случаях обычно и бывает, все пошло не так, как надо. Настя подтерла ластиком испорченное место на листе и сдула мусор. Вот только дунула она чересчур сильно и попала на своего брата. Витька, поймав носом мелкие соринки, разинул рот и громко чихнул. От его чиха домовой выронил карандаш на пол. Корняж полез за ним под стол. Витька тоже бросился искать карандаш. Он так быстро встал со скамьи, что Колька в очередной раз повторил падение на задницу. Раздался грохот падающей лавки и крик Кольки. Как и следовало того ожидать, он упал на карандаш. Грифель снова был сломан.

— Идиоты! — уже нервно выругался Корняж.

На кухне происходило что-то невообразимое. Все суетились. Мишка пытался прорисовать убегающую линию на холсте. Домовой стругал очередной обломок своим ножиком, но грифель то и дело ломался. Света сидела на подоконнике и откровенно заливалась смехом, глядя на происходящее.

— Проклятье! — выкинул домовой оставшийся огрызок карандаша. — Замрите и не шевелитесь! — закричал скрипучим голосом на ребят Корняж.

Наступила минутная тишина, а Мишка, перед тем как дотронуться до холста, ойкнул. Заостренный грифель сам по себе выпал, и Мишка исподлобья взглянул на домового.

— А-а-а! — взревел домовой и потряс своими ручонками в воздухе.

Линия же на рисунке начала растворяться. Домовой вскочил со своего детского табурета и рванул к шкафчику. Он открыл выдвижной ящик, вынул старый, наполовину обломанный карандаш, подошел к холсту и быстро поставил точки на изгибах бегущей линии. Теперь Мишка сможет обвести по ним контур. После этого Корняж нервно захлопнул кожаную инструкцию и со злостью швырнул свой карандаш об стену. От такого сильного броска карандаш вылетел из кухни, а сам домовой сел на свой стул и обхватил голову руками.

Все притихли, и только девичий смех разносился по кухне. Свету невозможно было остановить. Она поймала ха-ха, и если бы она была живая, то у нее сейчас слезы бы текли ручьем.

— Миша, почему ты не наточил карандаши? — спросил успокоившийся домовой.

— Я наточил. Просто взял не те.

— Миша, как придешь домой, наточи все карандаши.

— Хорошо, — согласился парень. — А что теперь делать с рисунком?

— Возьмешь линейку и проведешь линию по проставленным точкам. Слава богам, ничего страшного не произошло. Инструкция показывала ровные линии. Но больше сегодня ее не открывай. Если закрываешь, то жди следующего дня. Ты меня понял?

— Понял. Наточить. Не открывать. Ждать до завтра.

— Молодец! — выдохнул домовой. — Кто-то еще будет чай?

— Я, наверное, еще выпью, — сказал неуверенно Колька и поднялся за своей кружкой.

Раздался грохот, и на полу на этот раз оказался Витька. Он сильно застонал и, почесав свое бедро, сказал:

— Тогда и мне чаю, если можно.

— Настя, они точно твои братья? — спросил домовой, гладя на поднимающегося с пола Витьку.

— Теперь ты понимаешь, Корняжик, с кем мне приходится общаться каждый день?

Просидев еще немного за разговорами, Корняж вынул из своего кисета очередную руну и протянул ее Мишке. Эта руна была начертана на полупрозрачном камне.

— Радужный кварц для этой руны был выбран неслучайно, и руна называется Радуга не просто так, — начал пояснять домовой. — Радуга — это мост. Поэтому, когда ты нарисуешь первую руну, второй должна быть именно эта. Еще этот символ означает дорогу, бесконечный путь. Твой путь начнется, когда ты откроешь двери в Навь. Чтобы твои родители смогли отыскать открытую тобой дверь, проложи им свою дорогу. Думай о родителях, и они почувствуют тебя. Радужный мост будет виден только им. Это очень сильная руна. Она создавалась в полнолуние, когда на ночном небе Трансильвании над мистическим водопадом Бигар проявилась ночная радуга.

— Никогда не слышал о таком, — произнес тихо Витька.

— О, поверь мне, мой юный друг, это красивое место! Река Минис упирается в преграду, скалу из известкового туфа, сплошь покрытую зеленым мхом. Выглядит эта скала также необычно. Она напоминает большой гриб с высокой шляпкой. По этой шляпке изо мха река разбивается на множество мелких серебряных струй, стекая вниз с восьмиметровой высоты. А под завесой воды образовался уютный грот. Великолепное зрелище! Море зелени и спокойная река. Тишина, птицы вокруг поют и…

— И что? — не выдержала Настя паузы домового, слушая внимательно его рассказ.

— И цыганские ведьмы! Вот что! Я еле ноги унес из этой Трансильвании!

— Ты что, Корняж, эту руну тоже у ведьмы спер? — спросил Коля.

— Спер! И что?

— Но зачем?

— Понимаешь, Коля, когда хозяин тебе дал четкие указания, ты не можешь его ослушаться. Не выполнив приказа, можешь сильно об этом пожалеть. Тут не обойдется двумя шишками на заднице, как у тебя после падения с лавки!

— Ладно-ладно, не горячись! Мне просто интересно, для чего?

— Ни для чего! Мне об этом не докладывали! Зато сейчас она пригодилась. Все! Ступайте уже домой! Я отдыхать буду!

— Обиделся, — сделал свое заключение Витька, смотря вслед уходящему с кухни домовому. — Пойдемте домой, ребята. Сегодня нам тут больше делать нечего.

Настя вымыла посуду, а ребята разложили ее на столе сохнуть. После этого они попрощались со Светой и направились по своим домам.

На следующий день Мишка проснулся поздно. Он так хорошо спал, что не слышал ни пения наглого петуха, ни скулежа Пеструхи. Собака, конечно, снова пыталась разбудить Мишку, но у нее в это утро ничего не вышло. Поэтому, когда Мишка проснулся, он удивился, что Пеструха лежит у кровати, запутавшись в его штанах. «Хорошо еще, не порвала их», — подумал Мишка, вытягивая одежду из-под собаки, которая, кстати, никак на это не реагировала.

— Что-то ты заспался сегодня. Долго вчера гоняли с друзьями? Я не помню, чтобы слышала твое возвращение домой.

— Нет, бабушка. Мы не долго. Я когда вернулся, ты спала на диване. Не стал тебя будить и выключил телевизор.

— А кино еще шло или закончилось?

— Не знаю. Реклама была.

— Эх, — выдохнула бабушка. — Придется пересматривать концовку. Ну да ладно. Ты завтракать сейчас будешь или позже?

— А что на завтрак?

— Ленивые вареники. Я налепила, осталось отварить. Если ты не сильно голоден, то подожди, пока я тут закончу с бумагами. Мне надо заполнить кое-что.

— Я подожду. Пойду пока на воздух.

— Ага, сходи. Я позову тебя.

Мишка развалился в старом гамаке под вишней и смотрел на мелькающие зеленые листья, пока качался в сетке. Над забором промелькнула соседская голова «без всадника». Мишка посмотрел на соседа Афанасия. Тот наклонялся и поднимался, что-то мастеря и постоянно бурча себе под нос. К нему кто-то обратился по имени. По доносившемуся разговору Мишка понял, что у соседа в гостях тот самый дед Тарас, про которого рассказывала Настя. Два друга что-то стругали и стучали молотками. Сосед Афанасий чем-то был не доволен, а Тарас утверждал, что так всегда делал и ничего. После спора звуки за забором прекратились.

— А что? Удобно! — раздался голос соседа, и над забором опять появилась голова Афанасия.

— А я тебе что говорил? — произнес второй голос, но его обладателя Мишка не видел, так как он был ниже ростом. — Это надо обмыть, — пришел к заключению дед Тарас.

— Что? Вот так вот с утра?

— Ты предлагаешь дождаться вечера, когда меня моя старая из дома не выпустит? Что ты за человек такой? Я ему тут помогаю, а он жмется!

— Ничего подобного! Сейчас все принесу. Надо бы только украсить чем-то и залакировать.

— Ну, это без меня. Я не по украшениям. Хотя, — тут дед Тарас задумался, — у меня есть один трафарет, его рисунок как раз подойдет сюда.

— Тащи! Пока ты будешь бегать, я приготовлю закуску и в холодильник поставлю ту самую настойку, что нам с тобой Клавдия год назад презентовала.

— У тебя еще осталась? Та, что на зеленых яблочках и профильтрована через березовые почки?

— Да!

— Она же чистая, как слеза!

— Осталась-осталась. У меня от твоих слов уже слюна бежит. Иди скорее за своим трафаретом.

Послышался скрип калитки, и Мишка увидел деда Тараса, который поспешил к себе. Мишке стало интересно, что они там такого мастерили. Он подтянулся на заборе, чтобы посмотреть на итог стараний соседа и его приятеля. Под раскидистым деревом стоял новенький стол. Он еще пах свежеспиленными досками. Вокруг нового стола валялись деревянные обрезки и инструмент. Готовый предмет мебели выглядел очень красиво! Закругленные края и очень красивая доска с красноватым оттенком. Мишка поглазел еще немного на шедевр из дерева и вернулся в свой гамак.

Через некоторое время за забором снова послышались мужские голоса.

— Это твой так называемый трафарет? Ты издеваешься?

— И чем он тебе не нравится? Ты что хотел, чтобы я тебе сюда русалок принес?

— На фига мне твои русалки?

— Что не так тогда?

— Ну, не знаю. Может, птицу какую надо было или деревья у реки. Но не это!

— У меня ничего другого нет. Хочешь — бери это, не хочешь — не бери. И вообще, зачем тебе озеро с птицами? Как ты их тут вырисовывать собрался? Тебе на столе есть придется, а не картины рассматривать.

— А на этом мы есть не будем?

— Будем, но это еще и практично. Вот придут к тебе гости, а ты уже готов. По пятьдесят выпили и можно делом заняться.

Мишке снова стало интересно, что там такого принес дед Тарас. Мальчик встал со своего гамака и снова подтянулся на заборе. Двое мужчин присматривались, как на столе расположить трафарет шахматной доски.

— О-о, Мишка! — заметил мальчика сосед. — Ну-ка, поди сюда. Поможешь нам.

Мальчик обошел по улице участок и прошел через калитку.

— Здравствуйте! — поздоровался он с мужчинами.

— Здорово, Мишка! Смотри. Так нормально будет или сместить чуток?

Мишка задумался.

— Что не так?

— Я бы на вашем месте принес сюда шахматы.

— Зачем? — удивился дед Тарас.

— А вы сядьте и сыграйте. Побитые фигуры тоже должны быть на столе. Куда вы их будете класть, если доска будет близко к краю располагаться?

— Малец дело говорит. Давай, Афанасий, тащи сюда фигуры и закуску. Короче, тащи все. Будем экспериментальным путем решать расположение доски. И карандаш не забудь! — прокричал вслед уходящему Афанасию дед Тарас.

— У меня есть карандаш. Могу сбегать, — предложил Мишка.

— Давай, а то этот старый черт еще полдня будет по своим шкафам лазить в его поисках.

Мишка побежал в дом за карандашом, а когда вернулся, то застал двух друзей уже за игрой. Они так увлеклись шахматами, что совсем забыли про настойку и закуску. Первую партию выиграл Мишкин сосед. Афанасий был очень доволен и оценил принесенный Тарасом трафарет по достоинству. Мишка протянул карандаш соседу, и тот стал обводить вырезанные клетки по контуру.

— Как клетки закрашивать станем? Морилкой? — спросил дед Тарас.

— Нет. У меня баллон есть аэрозольный, с краской. Сейчас задуем, обмоем и снова сыграем. Лаком стол потом покрою. Доска получится великолепная!

— Тогда тащи свой баллон, а я пока настойку по рюмкам разолью.

— Я не поняла! — вдруг раздался голос Мишкиной бабушки за забором. — Я его зову-зову, а он тут. Что это вы здесь, старые маразматики, устроили? А? Вы чему молодежь учите?

— Надежда, только не буянь! — ответил, слегка покривившись, дед Тарас. — Между прочим, твой внук нам помогал. А сейчас он смотрит, как мы играем в шахматы.

— Ага, в шахматы. И как выпиваете поутру, он тоже наблюдает, да? Мишка, марш домой ленивые вареники есть! Все уже в тарелке. Зову-зову, а тебя нет нигде.

Мишка оставил карандаш на столе и побежал завтракать. Вареники были вкуснейшие. Тарелка опустела за считанные минуты. Мишка вымыл за собой посуду и вышел во двор. Бабушки там не было. Тогда Мишка подбежал к забору, подтянулся и посмотрел за ограду. Его удивлению не было границ. Бабушка сидела за столом и играла в шахматы. Она, как Мишка понял, уже по второму разу обыгрывала и Афанасия, и Тараса. А те неимоверно злились. Все дело в том, что она поставила условие: тот, кто выигрывает, тот и пьет настойку.

— Мишка, — раздался голос тети Зины. — Где твоя бабушка? И чего ты на заборе висишь?

Парень вкратце рассказал про сегодняшнее утро, и тетя Зина, посмеявшись, сказала:

— Пойдем-ка со мной. Мне уже самой интересно посмотреть на этих чудо-шахматистов.

Мишка не понял, почему тетя Зина так сказала, но с радостью пошел вместе с ней на соседский участок. Бабушка выигрывала очередную партию в шахматы. Она поставила детский мат деду Тарасу.

— Не-не! Так не честно! Я еще не был готов!

— Замолчи, старый пень! Ты ходил, а значит, был готов. Наливай!

— Надя, а я смотрю, ты с утра развлекаешься. Ух ты! И настойка у вас имеется. Хоть вкусная или так себе?

— Ее Клавка делала. Бери стопку, присаживайся.

— Э-э-э, мы так не договаривались! — возмутился Афанасий.

— Молчи, жлоб! Играть сначала научись! Капабланка местного разлива! Поухаживай лучше за женщиной.

Мишка не знал, что его бабушка так хорошо играет в шахматы. А еще его удивило, что она решила с утра попробовать настойку. Он считал ее строгой и не знал сейчас, что и думать. Тетя Зина отвела его в сторону и сказала:

— Миша, понимаешь, твоей бабушке сейчас очень нелегко. Она потеряла сына, и на нее свалилась целая куча проблем. Не мешай ей. Пусть отвлечется. Я сама приведу ее домой. Хорошо?

С такими доводами не поспоришь. Мишка согласился и оставил свою бабушку дальше издеваться над мужиками, обыгрывая их в шахматы.

Почти до обеда он просидел в своей комнате, сочиняя басню. У него ничего не выходило. Мысли путались, рифма не складывалась. Он рылся в интернете, чтобы подсмотреть что-то интересное или скачать никому не известную басню. Но потом вспомнил, как учителя в его школе говорили, что по ключевым словам без особых проблем можно найти нужный текст, и не стал рисковать. Кто его знает, будет его учитель литературы рыскать в интернете или нет, а плохую оценку в начале учебного года получить неохота.

Ближе к обеду он вышел во двор и опять полез на забор. На другой стороне сидели тетя Зина и Афанасий с Тарасом.

— О-о, Миша! — увидел его Афанасий. — Заходи в гости.

Мишка обошел по улице и вошел в соседский двор через калитку.

— А где бабушка? Пошла отдыхать?

— Как бы не так! — сказал дед Тарас, поглядывая на пустую бутылку из-под настойки. — В огороде у Афанасия копается. Обыграла всех в шахматы, оставила нас без настойки, а теперь зелень собирает на грядках. Что за бабы пошли? Нормальному мужику никакого отдыха от них нет!

— Держи, Миша, — протянул Афанасий парню его сломанный карандаш. — Придется тебе его наточить, ты уж извини.

Мишка усмехнулся, глядя на отсутствующий грифель. Нет. Не везет ему что-то на нормальные карандаши.

— Грифель был сильно переточен и сломался? — поинтересовался он.

— Да нормальный был грифель. Что бы ему сделалось? Бабушка у тебя чересчур…

Какая у него бабушка, Мишка так и не понял. Вместо продолжения Афанасий отодвинул еду на столе и продемонстрировал мальчику целую кучу математических вычислений на свежих досках.

— Вот. Смотри, как она его исписала. Надя математически нам доказала, что пить по утрам вредно. Если бы я еще что-то в этом понимал, то сам лично вручил бы ей Нобелевскую премию. А главное, так все доходчиво объясняла, что я ей аж поверил!

— И не говори, Афанасий. Все утро насмарку! — сказал дед Тарас, ставя на землю пустую бутылку. — Мало того, что женщины нас без настойки оставили, так теперь еще стол очищать от этих цифр придется.

— И не подумаю! Я все это залакирую! Ты что? Это же такая память! Мы потом всем в деревне показывать станем Надино доказательство. Пусть попробуют опровергнуть. А кто не сможет, с того бутылка.

Тарас и Афанасий заулыбались и стали раскладывать шахматные фигуры на столе. Глядя на них, тетя Зина усмехнулась и сказала:

— Два старых прохвоста! Пойдем, Мишка, поможем твоей бабушке зелень собрать.

Глава 21. Возвращение в город

Лето подходило к концу. Мишка несколько раз ездил с бабушкой в город. Однажды они поехали на кладбище. Бабушка показала место, где похоронили его родителей. Она объяснила внуку, что их останки привезли в заколоченных гробах, что не хотела травмировать психику Мишки похоронами. Мария Ивановна поддержала ее в этом решении. Надежда Петровна никого на похороны не звала, а в деревне накрыла стол для всех, кто пришел помянуть ее детей. На Мишку все это произвело сильное впечатление, и он стал чаще засиживаться в своей комнате над рисунком. А в периоды полнолуния он почти никуда не выходил. Мишка нарисовал уже две руны на своей картине, и Корняж выдал ему еще несколько. Домовой сказал, что их нужно выложить на рисунок и тот знак, который станет нагреваться, и будет следующим для прорисовки.

Мишке хотелось вдоволь насытиться общением со своими друзьями до своего отъезда в город. Скоро начнется учебный год и он не сможет бывать в деревне так часто, как ему того хотелось бы. Правда, бабушка пообещала, что иногда они будут ездить навещать Пеструху. За хозяйством же будет присматривать сестра бабушки, и они об этом уже договорились. С самого утра Мишка договорился с друзьями поиграть в футбол, а вечером с Колькой и Витькой они решили сходить в заброшенный дом.

Мальчишки собрались на поле всей толпой и разбились на привычные пятерки. Трижды-Коля и Сашка отправились к противоположным воротам играть за команду Рыжего, а Никита и Рома остались вместе с Мишкой в команде Кольки и его брата. Игра получилась интересная, но быстрая. Команда Рыжего выигрывала со счетом 4:2, когда щенок Трижды-Коли отвязался и погнал какую-то кошку через все поле. На этом игра прекратилась, так как Коля вынужден был бежать за своей лайкой.

— Кто так привязывает собаку? — высказался с возмущением Рыжий. — Хорошо еще, что мы выиграли.

— Кто сказал, что вы победили? Сейчас он вернется и мы продолжим! Мы вам еще покажем, как надо играть! — продолжал гнуть свою линию Витька.

Рыжий с братьями посмеялись и, простояв двадцать минут, так и не дождавшись друга, разошлись по домам. Вечером Мишка заглянул к соседским ребятам и они вчетвером отправились в заброшенный дом.

— Когда вы уезжаете? Завтра? — спросил у Мишки домовой, придвигая ему чашку, наполненную ароматным чаем.

— Да, Корняж. Часов в десять утра. Теперь я не знаю, когда вернусь в деревню. Но мы с Колькой опробовали видеосвязь и сможем созваниваться. Антенна, конечно, не всегда хорошо ловит, но общаться мы будем. Если у меня возникнут вопросы, я ведь могу к тебе обратиться?

— Конечно. Вы покажете мне, как это работает?

— Да хоть сейчас! — обрадовался Витька, что может удивить домового. — Я только сгоняю домой за телефоном.

Колька кивнул брату, и тот пулей вылетел из дома.

— Ты, Мишка, не останавливайся. Не забрасывай свою мечту. У тебя все должно получиться, — вдруг сказала сидевшая на своем любимом подоконнике Света. — Это очень важно, когда у тебя есть цель в жизни. Важнее идти к цели, несмотря ни на что, чем потом укорять себя за то, что у тебя не было времени или тебе что-то мешало. Лучше знать, что не вышло или получилось не так, чем гадать, как оно могло быть. Но у тебя выйдет, я верю в это. И ты верь. Слышишь? Верь!

— Я обещаю, что не заброшу рисунок.

— Молодец, Мишка! — похлопал парня по плечу маленькой ручонкой лохматый домовой. — Мне жаль, что ты уезжаешь. Но ничего не поделаешь! Как далеко ты продвинулся в рисунке?

— Мне инструкция начала показывать песочные часы. Пока только каркас с ножками, но и его рисовать сложно. Очень много времени уходит на тени. Мне приходится все время залазить в интернет. Я очень многого не знаю. А когда рисунок начинает проявляться, невозможно угадать, каким карандашом следует рисовать: мягким или твердим.

— Я тебе говорил, что будет сложно. Но ты не расстраивайся. Все получится.

— Мишка молодец! Я видел, как он рисует, — поддержал друга Колька. — У меня на такое точно терпения не хватило бы.

— У тебя на картошку, чтобы ее почистить, терпения нет. А ты с рисованием сравниваешь, — поддела сестра брата.

— Вот почему ты такая вредная? Я Мишку решил подбодрить, а она меня цепляет. В следующий раз сама будешь картошку чистить.

— Напугал. Я и так ее почти всегда сама чищу.

— Вот, Корняж, запомни ее слова и не помогай ей.

Домовой улыбнулся, но промолчал.

— А скажи мне, Миша, ты, когда первый раз мне тетрадку приносил показать свои художества, — вспомнил вдруг домовой, — что в ней писал? Там какие-то стихи были. Правда, написано было как-то неуклюже. Ты сочинительством занимаешься?

— Нет, — заулыбался Мишка. — Нам на лето задали задание. Все должны попробовать написать басню самостоятельно. В начале учебного года будут проверять, что у кого получилось.

— Так скачай басню в интернете, — подал, как ему казалось, гениальную идею Колька.

— Не все так просто. Нам учителя дали понять, что они спокойно по тексту смогут определить, откуда басня. Если ее в интернете найдут, то плохая оценка обеспечена.

— Проблемка, — выдала свое заключение Настя. — Мне Корняж показывал то, что ты пытался написать. Честно говоря, не очень.

— Я и сам знаю, что не очень.

— Может, бабушка поможет? Она ведь у тебя учителем была, — снова предложил Колька.

— Она была учителем математики, а не литературы.

— Непруха.

— Я постараюсь помочь, — вдруг предложил домовой. — Ничего не обещаю, но если смогу, то позже занесу тебе твою тетрадку.

— Спасибо! — обрадовался Мишка. — Ты меня сильно выручишь.

От разговора компанию отвлек стук входной двери. На лестнице послышались быстрые шаги, и в кухню забежал запыхавшийся Витька с телефоном в руке.

— Я принес! — показал он свой мобильный.

Следующие полчаса компания развлекалась, объясняя домовому, как пользоваться современными благами информационных технологий. Корняж всему удивлялся и задавал кучу вопросов. Потом они попробовали созвониться и показали, как это работает.

— И мы сможем видеть Мишку вот так, даже если он будет находиться не здесь, а в городе? — спросил домовой у Витьки.

— Да хоть на другом конце Земли!

— Чудеса! Вы когда с ним созваниваться будете, меня не забудьте позвать.

— Конечно, позовем! — пообещал Витька. — Куда мы теперь без тебя?

Вернувшись домой, Мишка сложил свои вещи в чемодан, собрал рюкзак и вышел на крыльцо поиграть с Пеструхой. Он взял теннисный мяч и кинул его собаке. Та с удовольствием и небольшой пробуксовкой побежала за ним по протоптанной тропинке между грядок. Мальчик забрасывал мяч все дальше, а Пеструха с удовольствием гналась за ним и возвращала хозяину. Каждый раз собака мчалась за мячом все с большим азартом. Сделав бросок в очередной раз, Мишка обнаружил, что за мячиком никто не бежит. Он с тревогой оглянулся на собаку. Та лежала на боку. Мальчик не на шутку испугался, и в этот момент из-за угла раздался скрипучий голос домового:

—Уснула?

Мишка дернулся, так как совсем не ожидал кого-то услышать, но, выдохнув, успокоился.

— Это ты ее усыпил?

— А то кто? Конечно, я.

— Ты так не делай. Я сильно за Пеструху испугался. Думал, что ей плохо стало.

— Ничего ей не будет. Подрыхнет десять минут и снова начнет носиться по участку как заведенная. Я тут тебе принес, как обещал, — протянул он Мишке его тетрадку.

Мишка взял ее в руки и открыл в том месте, где пробовал написать несколько строк про хитрую лису. А когда начал читать, что написал домовой, его брови поползли вверх, а на лице появилась довольная улыбка. Басня домового была выше всяких похвал.

Лиса в лесу была особой, любила хвастаться обновой,

всегда довольна и сыта, хитра от морды до хвоста.

Водила дружбу с волком серым, с медведем умным престарелым,

А с остальными не дружила, со всеми, как могла, хитрила.

Однажды сторожа-собаки в курятнике застали драку.

Лиса курей немало съела, от петухов ей вмиг влетело.

Поймали рыжую с поличным и в суд доставили публично.

Судьей в суде работал волк. Он в правосудье ведал толк.

Все звери спорили, кричали. Другие попросту молчали.

Судья с вердиктом не спешил, в итоге вот что он решил:

«Лисе устроить самосуд! В курятник пусть ее ведут!

За воровство и хулиганство ее пусть куры заклюют!»

«Да-да! — кричали громко звери. — В курятнике заприте двери,

Чтоб не спаслась лисица бегством к своим знакомым по соседству!»

Лису из зала увели, и звери рады, что смогли так быстро наказать злодейку…

Наутро было интересно: что у курей там? Неизвестно.

Толпа к курятнику опять, чтоб любопытство поунять.

Вот подошли к сараю звери и видят, что открыты двери.

Внутри, напротив тех дверей, нет ни лисы и ни курей…

(автор Наталья Богусевич)

— Отличная басня вышла! Корняж, дедушка Корняж, ты же гений! Даже если учитель у бабушки поинтересуется, кто ее написал, то она подтвердит, что я, так как рассказывала мне про лису, которая у нее курей воровала. Такой басни в интернете точно не найдут. Ты меня выручил. Спасибо!

— Ладно-ладно, перестань, — засмущался домовой, поправляя колосок за правым ухом. — Сейчас твоя хвостатая проснется, — кивнул домовой в сторону собаки. — Мне пора. Звони своим друзьям, не забывай. Мне интересно, как твои дела продвигаться будут. Может, советом каким помогу.

Пеструха зашевелилась, а Корняж в тот же миг словно испарился. Вот только что он был здесь, и вот его нет. Мишка оглянулся по сторонам, потом еще раз бросил сонной собаке мяч и пошел в дом. Бабушка смотрела телевизор, лежа на своем диване. Мишка пожелал ей доброй ночи и направился в свою комнату. Он закрыл за собой дверь, не забыв подпереть ее шваброй от назойливой Пеструхи. Сегодня ему еще предстояло потрудиться над своим рисунком.

За день до учебного года Мишке с бабушкой пришлось побегать по городским магазинам. Многое пришлось купить для учебы. Они побывали в обувном, так как нога у Мишки за лето подросла и нужны были новые кроссовки. В соседнем магазине купили несколько футболок, непромокаемую куртку, джинсы и еще взяли Мишке бейсболку. На кепке был нанесен логотип привидения, и парень просто не смог пройти мимо. В магазине канцелярии набрали тетрадей, несколько ручек, парочку блокнотов и взамен старому потертому рюкзаку новый, более серьезный. Вообще по мелочам набралось много всего разного, поэтому сумки с покупками они тащили домой с трудом.

— Добрый день! — раздался мужской голос из открывающейся двери напротив.

Мишка с бабушкой обернулись. Из своей квартиры вышел Алексей Петрович.

— Здравствуйте! — узнал мальчик соседа, с которым они жили на одной лестничной площадке.

— Я смотрю, Миша, ты капитально готовишься к новому учебному году. Как вы это все дотащили? Тяжелые сумки, наверное? — спросил он у Мишкиной бабушки.

— Не то чтобы… Просто пришлось с ними побегать по городу. Объемные очень.

— Понимаю. Хорошо, что учебный год завтра начинается, сегодня много людей с такими сумками.

— Что-то я не поняла вас. Это вы к чему сказали?

— Понимаете, Надежда Петровна, я ведь сторожем работаю в картинной галерее. Мы часто общаемся с работниками полиции. Так вот, они рассказывают, что в нашем микрорайоне за последнее время участились грабежи квартир. И все квартиры были ограблены после того, как люди совершали много покупок в магазинах. За ними наблюдали и выслеживали. Если покупки делали, значит, у хозяев деньги появились.

— И много таких грабежей? — спросила бабушка.

— Этого я не знаю. Но за последний месяц в соседнем доме две квартиры ограбили. Будьте осторожны, Надежда Петровна. Извините, но мне пора, — сказал сосед и направился по своим делам вниз по лестнице.

Бабушка открыла двери и занесла сумки с пакетами в квартиру. Весь вечер Мишка перебирал свои вещи и готовился к началу учебного года. Бабушка нагладила ему чистую одежду на всю неделю. Позже, когда пришло время отдыха, Мишка отправился в свою комнату рисовать, а его бабушка легла смотреть телевизор.

Так у них начались похожие один на другой дни. Мишка ходил в школу, а вечерами запирался у себя в комнате. Бабушка пыталась отвлечь парня от рисования, предлагая ему посмотреть кино или прогуляться, но он отказывался. Мишка упорно приближался к своей цели. Выходило у него не очень. Постоянные дорисовки мелких деталей и прорисовки теней забирали много времени. Ему не хватало опыта, и он просиживал часами в интернете, изучая азы рисования.

В один из дней, вернувшись из школы, Мишка застал у них в гостях соседа. Алексей Петрович сидел на кухне вместе с бабушкой и пил чай с пирогом. В квартире стоял аромат сдобы. Бабушка постаралась на славу. Как только Мишка вошел в квартиру, он забросил рюкзак в свою комнату и направился на кухню.

— Кто за тебя будет руки мыть? А ну, марш в ванную! — строго проговорила бабушка, с укоризной глянув на внука.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Мишка направился проделывать санитарные процедуры. Алексей Петрович посмотрел ему вслед и улыбнулся.

— Что? — спросила Надежда Петровна, заметив реакцию соседа.

— Так. Ничего. Себя в детстве вспомнил. Моя мама тоже любила всякие булочки делать, пироги выпекать. И также гоняла меня с кухни, когда я украдкой таскал пирожки со стола. Бывает, набегаюсь во дворе, приду, а в доме запах стоит дурманящий. После свежего воздуха как удержаться? Слюна сама собой выделяется. Про руки немытые всегда забывал. Заскочу на кухню и хвать пирожок, а мама заметит и полотенцем по рукам. Поэтому, чтобы без пирожка не остаться, я его сразу целиком в рот запихивал.

— А если горячий?

— А если горячий, то прыгал на месте. Рот обжигало, но пирожок не выплевывал. Мама, конечно, ругалась, но больше жалела. Сразу наливала молока холодного, чтобы я запил, а уже потом полотенцем по заднице. Ну, и естественно отправляла в ванную руки мыть.

— Все дети такие, — улыбнулась Надежда Петровна и поставила на стол тарелку с приборами для внука.

Мишка любил бабушкины булочки и пирожки. Он уминал их за обе щеки, пока последний к горлу не подступал и становилось тяжело дышать. Только тогда он выходил из-за стола, чтобы отправиться на диван немного полежать. Вот и сейчас Мишка с азартом поедал выпечку, облизывая сладкие пальцы. Надежда Петровна наблюдала за своим внуком и радовалась его аппетиту.

— Миша, мне Надежда Петровна говорила, что ты рисуешь. Покажешь, что у тебя получается?

Мишка запил сдобу и сказал:

— Я учусь еще. Хочу нарисовать кое-что, но у меня плохо выходит задуманное. Приходится часто в интернете просматривать разные техники.

— В художественную школу не думал записаться?

— У меня на это нет времени. И если честно, то не так сильно я хочу стать художником. Просто захотел попробовать.

— Ясно. Послушайте, а давайте я вас приглашу в картинную галерею. Например, в выходной день на пару часов. Может быть ты, Миша, узнаешь для себя что-то интересное. Художники разные, и каждый рисует что-то необычное, используя свои хитрости.

Мишка задумался над предложением. Бабушка, заметив реакцию внука, не стала медлить с ответом.

— На эти выходные? Мне нравится ваша идея. Мы с Мишей, пожалуй, согласимся. Да, Миша? Сходим в галерею ради разнообразия? А на обратной дороге посетим кафе-мороженное, — предложила бабушка внуку.

— Лучше тогда в Макдональдс зайдем, — быстро ответил он. — Там и мороженное есть, и перекусить можно.

— Там же еда вредная! — нахмурила лоб бабушка.

— Я последний раз в Макдональдсе был еще с папой полгода назад.

— А что! Мне Мишина идея нравится, — поддержал парня сосед. — Раз в полгода гамбургер съесть можно. Я с удовольствием бы посетил это заведение вредной пищи.

Бабушке ничего не оставалось, как согласиться. После их посиделок на кухне Мишка все же показал соседу то, над чем он просиживает почти каждый день. Картина парня лежала на письменном столе, и Алексей Петрович остановился над ней в задумчивости. Не ожидал он увидеть что-то подобное. С холста на него смотрела ночная комната. Да, она еще не была прорисована в мельчайших деталях, но окна с тонкими занавесками и письменный стол смотрелись очень неплохо. Сам бы он так не смог нарисовать. На столе стояли песочные часы на массивных драконьих ножках. Особенно выделялись красивые драконьи головы. Сами песочные часы не были еще завершены, и песка в них почти не было, но общая картина рисунка уже обрела свои очертания.

— Сквозь окно на стеклянные колбы должен будет проливаться лунный свет, — пояснил свою задумку парень, указывая пальцем на картину. — Я хочу, чтобы свет луны струился сквозь часы, наполняя их содержимое своей энергией. Кристаллы должны пропитаться ночью и искриться лунным сиянием.

— Хорошо получается. У тебя явно талант. Это кропотливая работа. Когда собираешься закончить?

— Не знаю. Наверное, в следующем году. Сейчас школа началась. Я рисую только по вечерам. Времени на это не хватает.

— Понимаю. Но ты не забрасывай. Мне нравится твой рисунок. Советовать ничего не стану, так как мало чего в художестве понимаю. Тебе бы со знающими людьми пообщаться.

Мишка пожал плечами, как бы напоминая, что он только что сказал про ограниченность своего времени.

— Тогда остановимся на картинной галерее. Может быть, ты подсмотришь для себя пару идей.

Мишка кивнул.

— Тогда в субботу я зайду за вами и мы прогуляемся.

Уже позже, когда сосед отправился в свою квартиру, Мишка взял свой планшет и набрал номер Витьки. На экране отобразилось сразу два образа: довольная физиономия друга и глазастое лохматое чудо, выглядывающее из-за плеча Витьки.

— Мишка, мы тебя видим! Нормальная связь! — раздался веселый голос. — Ты там один?

— Да. Один. И не кричи так громко. Я в наушниках, все очень хорошо слышу.

Домовой обошел Витьку и присел с ним рядом. На заднем плане появились Колька и Настя. Они поздоровались с Мишкой, и Настя обняла своего домового. Корняж поморщился, но уже не сопротивлялся и не фыркал, как раньше. Мишка улыбнулся, отметив про себя данный факт, и спросил:

— Как вы там поживаете? Где Света?

— Света здесь. Ты разве ее не видишь? — поинтересовался Колька.

— Не вижу.

— А так? — раздался девичий голос, и через мгновение воздух чуть в стороне стал уплотняться.

— Так вижу. Привет, Света! — помахал Мишка рукой привидению. — Как у тебя так получается?

— Есть свои секреты, — снова загадочно ответила девочка.

— У нас все нормально, — начал за всех отвечать Витка. — Сегодня сорвался урок биологии. Весело было. Препод открыл шкаф, который трудовик смастерил для скелета, и Гена выпал. Кто-то скелету в руку вложил граненый стакан. При падении скелета стакан выпал и покатился по полу с таким звоном! Хорошо, что не разбился. А Рыжий ляпнул: «Смотрите, у Гены трубы горят! В магазин собрался, в шкафу уже мочи стоять нет!»

Мишка засмеялся, представляя себе, как скелет вываливается из шкафа и ползет на своих костях к дверям, чтобы свалить с урока.

— И что учитель биологии? — спросил Мишка.

— Он разозлился. Не на нас, конечно, хотя Рыжему замечание сделал. Сама ситуация дурацкая вышла. Он к скелету подскочил и стал его поднимать. Мы все ржем, остановиться не можем. Учитель поднял Гену и от злости сильно его в шкаф втолкнул. В этот момент задняя стенка шкафа выпала и сбила полку с плакатами. Мы еще больше гогочем. Препод скелет под руку подхватил. Не бросать же его. Кто-то поднял стакан и протянул его учителю. Тот взял гранчак. А теперь представь картину: стоит биолог, одной рукой держит скелет, а в другой у него стакан. Правая рука скелета лежит на плече у биолога. Настоящие кореша перед похмелкой. В этот момент дверь в класс открывается и заходит директриса. Она на шум пришла.

Да. Картина, действительно, неординарная. Мишка засмеялся, а ребята на той стороне связи вообще хохотом зашлись.

— И что директриса? — полюбопытствовал Мишка.

— Мария Ивановна молодец! — продолжил Витька. — Она не стала ругаться. Понимает, что начало учебного года и что не все еще от каникул отошли. Посмотрела на биолога и спросила: «Вы вдвоем к трудовику собрались? Не хотите сначала урок провести?» Биолог аж слюной поперхнулся и оправдываться перед ней начал. Короче, пока все успокоились и шкаф к стене придвинули, большая часть урока прошла. Биолог даже домашку не задал, забыл.

— Мишка, а у тебя как дела? — поинтересовалась Настя.

— Тоже все в норме. Домашнего задания много еще не задают. Вчера басню перед классом читал. Она всем очень понравилась. Так что, еще раз спасибо тебе, Корняж.

Домовой заулыбался и стеснительно поправил колосок, торчавший за правым ухом. Настя потрепала домового по его лохматой голове, на что он закатил глаза и попытался вырваться из рук девочки. Его потуги были напрасными, юная хозяйка крепко обняла своего подопечного и сказала:

— Мой Корняжик такой умница! Он столько всего знает и умеет.

Ребята посмотрели на свою сестру и тихонько захихикали вместе со Светой.

— Ты лучше скажи, как продвигается твой рисунок? — сменил тему домовой и придвинулся ближе к экрану.

— Нормально все. Рисую почти каждый день. Вот, смотрите.

Все внимательно разглядывали, что на данный момент получилось нарисовать у Мишки.

— Какие-то проблемы есть? — решил уточнить домовой.

— С тенями не очень у меня получается. Но в субботу пойду с бабушкой и соседом в картинную галерею. Алексей Петрович нам решил экскурсию провести. Он там охранником работает. Говорит, что в субботу будет одна женщина. Она рассказывает про картины посетителям, а еще сама неплохо рисует. Если получится с ней пообщаться, то она сможет дать пару дельных советов и показать на примере. Картин там много, примеров хватит.

— Это правильно. Сходи и посмотри. Никогда не помешает чему-то научиться. Про руны не забыл, что я объяснял?

— Дедушка Корняж, я все помню. Перед полнолунием я с тобой свяжусь, точнее с Витькой. Если будут вопросы, обязательно спрошу.

— Хорошо. Главное, делай все аккуратно. У тебя останется еще полнолуние перед Велесовой ночью. Именно в эту ночь ты поймешь, все ли ты делаешь правильно. Постарайся хорошо прорисовать сами символы.

— Я смогу увидеть родителей?

— Не знаю, Миша, не знаю. Не накручивай себя сильно, а то перегоришь. Скоро ты сам все увидишь. Но если ты ощутишь связь с родными, значит ты на верном пути.

Мишка глубоко вздохнул и, отложив в сторону рисунок, поставил на стол свой планшет поудобней. Еще добрые полчаса он общался с друзьями, пока из другой комнаты не раздался голос бабушки. Она шла спать и сказала внуку, что ему тоже пора отдыхать. Мишка попрощался с друзьями и выключил гаджет, предварительно договорившись с Витькой о следующем дне видеосвязи.

Глава 22. Велесова ночь и повседневные будни

Руна ветра. Именно эту руну следующей наносил на свой рисунок Мишка. Он выложил, как и учил домовой, все имеющиеся у него камушки с символами на пошаговую инструкцию. Лунный свет плавно скользнул по странному знаку, и спустя совсем немного времени символ окутало синеватым свечением. Мишка переложил белый камень на холст и стал ждать. Мелькнула вспышка, и руна отпечаталась на полотне. Когда Мишка убирал камень, то почувствовал легкое дуновение, исходившее от руны. Он невольно вспомнил рассказ Корняжа о том, как ему достался этот необычный предмет. Он словно вновь вернулся в минувшее лето… Корняж доставал очередные руны из мешочка, и Витька первым делом спросил у него:

— Эту руну, — показал парень пальцем на белый камень, — ты тоже спер?

— А ну, отдай! — рассердился Корняж и забрал камень, не позволив Витьке даже прикоснуться к нему.

— Значит, спер. И что за домовой тебе, Настя, достался?

— Не спер, а… а подобрал.

— Ага, мы именно так и подумали. И где ты ее подобрал?

— На реке Езуч.

— Это где такая?

— Про Конотоп слышал?

— Нет, — помотал головой Витька.

— И вы не слышали? — осмотрел остальных Корняж.

— Говорят, что в Конотопе ведьмы живут, — вдруг вспомнила Настя. — Но, если честно, я про Конотоп ничего не знаю.

— Эх, учиться вам еще и учиться. Ладно, расскажу, как дело было.

Ребята приготовились слушать про очередные похождения Корняжа. И вообще, повезло Насте с домовым. В отличие от других, по его словам, он много попутешествовал за свою жизнь. Побывал в таких местах, что не каждому человеку известно.

— Я был совсем юным. Мне тогда лет пятьдесят исполнилось. Занесло меня по случаю в Конотоп. Гостил я пару недель в лесу у лешего. А в те времена один небольшой ведьмовской ковен искал себе пристанище. И облюбовали они места возле Конотопа. Река Езуч была когда-то судоходной, но никто не знает, что именно из-за ведьм она поиссякла. В результате этого появились на окраине города высушенные места. В реке много тины было, поэтому те участки стали болотистыми.

— А почему так? Что случилось? — поинтересовался любопытный Витька.

— Ну вот что за привычка перебивать старших!

— Все-все! Молчу! — выставил перед собой ладони Витька, увидев сердитый взгляд Корняжа.

Домовой на секунду задумался, вспоминая, на чем он остановился. Затем его брови дернулись и он продолжил.

— В том году выполнял я одно поручение моего молодого хозяина и не знал, где пожить недельку-другую. В городе останавливаться не хотел, так как каждый день пришлось бы оттуда выбираться. А это значит, что пришлось бы тратить уйму времени на дорогу. Посоветовал мне один домовой обратиться к лесовику. Дал он мне для него угощение, и я отправился в лес.

— Что за поручение такое? — вдруг опять отозвался Витька.

— Ну что ты за человек такой?! — рассердился на Настиного брата Корняж, но все же ответил. — Корень мандрагоры меня отправили отыскать. В тех местах хоть и редко, но стали попадаться столетние корешки. Вот меня за таким и послали.

— Корень мандрагоры? Никогда не слышал о таком.

— Я тоже не слышал, — отозвался Колька. — Что за корень такой?

— Ой! Что вы вообще про растения слышали? Вы в своем огороде, кроме морковки и хрена, ничего не видели. А это корень мандрагоры! Его еще называют ведьмин корень, адамова голова или яблоко дьявола. Такой корешок высоко ценится, так как имеет очень сильные магические свойства. Он столько всего может вылечить! А может быть использован и как ингредиент сильного яда. Вот за таким столетним чудом я и отправился в лес.

— И что, нашел? — спросил домового Мишка.

— Не совсем. Добрался я в лес и стал искать лешего. Долго бродил по лесу, но придерживался реки, чтобы не заблудиться. И вот иду я себе спокойно, смотрю, а под ивами у высокого тростника сидят двое: водяной и леший. Сидят и чаи гоняют. Увидели меня и удивились. Сами понимаете, что домовой в лесу редкость, а тут я, и еще с гостинцами. Пригласили меня к костерку, налили чаю. Чаем трудно этот настой назвать было, но напиток вкусный. В нем больше преобладал ягодный вкус, чем травяной. В общем, сидим, пьем чай, разговариваем. В ходе беседы выяснилось, что у них беда приключилась. И беда одна на двоих: ведьмы. Небольшой ковен из четырех ведьм обосновался на окраинах Конотопа. Решили они себе земельки под жилье захапать, а заодно и реку почистить от утерянных сокровищ.

— Каких сокровищ? — снова встрепенулся Витька, расслышав кодовое слово для любителя приключений.

— Обыкновенных сокровищ, — спокойно уже ответил домовой. — Раньше река Езуч полноводной была и по ней ходили ладьи с товарами. На корабли нападали тати и нещадно грабили их. Не все суденышки оставались на поверхности. Но не все товары и деньги удавалось грабителям забрать себе. Многое оседало на дне. Вот эти ведьмы и принялись за осушение реки в поисках утерянных кладов, а заодно и расчистку места для своей будущей хижины. Дно в реке илистое, и после осушения почва становилась болотистой. Лучшее место для обитания ведьм: подальше от глаз людских и с кучей всяких корешков, трав, насекомых и поганок разных. Вот только не приняли они во внимание, что хозяин реки и лесовик обидятся на незваных гостей. Ведь после своих ритуалов ведьмы прилично попортили и лес, и реку. А сколько зверья и птицы погибло! Я не говорю уже про рыбу. Посидели мы, значит, пообщались, и мне предложили сделку. Корень мандрагоры взамен на услугу. Я, конечно, поторговался немного, и мы пришли к соглашению, — растянулся в улыбке Корняж, вспоминая далекие деньки. — Сошлись мы на двух корнях и на этом камне с руной ветра. В мою задачу входило экспроприировать у ведьм эту вещицу, пока леший и водяной с ними сцепятся.

— Не страшно было? — спросила Настя.

— Страшновато, — сознался Корняж. — Но искать по всему лесу старый корень тоже задача не из легких. А если леший обозлится, то вполне может оказаться и невыполнимой.

— Ты говорил, что подобрал руну. Но, выходит, что спер, — задорно подшутил над домовым Витька.

Домовой скривился, но спорить не стал.

— Когда ведьмы начали свое колдовство, то поднялся сильный ветер. Я бы даже сказал, ураган. В воздухе летало все подряд, начиная от веток и грязи до мутной воды и рыбы. Звери разбегались в разные стороны, птицы падали на землю с переломанными крыльями. Видно было плохо, в глаза летел всякий мусор. Поэтому, что происходило на самом деле, я не понимал. Да в мою задачу это и не входило. Мне было велено спрятаться и ждать, пока водяной и леший не вступят с ведьмами в схватку. Когда они сцепились, я понял сразу. Ураган ослаб, а вспышки и грохот стали удаляться от эпицентра ритуала. Против четырех ведьм силенок у водяного и лешего было маловато, поэтому они решили прибегнуть к хитрости: увести их подальше от места силы. Так как процесс осушения реки был нарушен и ураган стал хаотичным, белый камень с переносного алтаря сдуло ветром. Я подхватил его и дал деру. Пропажу заметили не сразу. Только одна из четырех ведьм оставила своих сестер и бросилась в погоню за неизвестным, то есть за мной. Мне же от нее было далеко не убежать, поэтому я залез в бортевое дупло к диким пчелам.

— В какое-какое дупло?

— Витька, будешь перебивать, получишь ложкой по лбу!

— Извини. Я только не понял, что за дупло такое.

— Леший очень любил мед к чаю и разводил пчел. Для такого дела он подготавливал специальные дупла в деревьях, для лучшего отбора воска и меда. В старые времена такой вид пчеловодства называли бортничеством.

— Теперь понятно. А то сразу ложкой, — буркнул Витька.

— Так вот, — продолжал Корняж. — Дал мне леший накидку восковую, и, накрывшись ей, я полез в дупло к пчелам. Ох! Лучше бы я дальше побежал! Повезло, что ведьма, учуявшая камень, тоже полезла к дуплу и весь рой переключился на нее. Я такой распухшей ведьмовской морды, словно у отъевшейся свиньи, давно не видел. Не помогли ей ни магия, ни заклинания. Пчелы долго гнали ведьму, а там еще и леший подключился. Натравил на нее сохатого. Тот эту распухшую до воздушного шара кочергу старую посадил на рога и понес по лесу. Бедному лосю тоже от диких пчел досталось, поэтому он бежал быстро, не разбирая дороги, ломая на своем пути все кусты и ветки. Добежал он с ведьмой на рогах аж до ручья, где и скинул ее освежиться. А я, можно сказать, легко отделался. У меня-то только зад сильно распух. Я накидкой в основном голову накрывал, и пчелы успели добраться лишь до открытых мест. Денек отлежался у лешего в гостях и, получив в награду два корня, отправился восвояси. Камень тоже остался у меня. Вот такая вкратце история приобретения этой руны.

— Да-а, Корняж, у тебя что ни рассказ, то приключение.

— А ты, Витька, если и дальше будешь таким любопытным, то тоже, как и Корняж, будешь попадать в разные переделки.

— Это почему? — удивился Витька словам своего брата. — Я что, так часто попадаю в такие ситуации?

— Вспомни ночь на Ивана Купалу. Кто в переделку с вороном ведьмы попал? Чего тебя понесло в тот сарай? Все любопытство твое.

Витька замолчал, раздумывая над словами Кольки, а Мишка решил спросить.

— Корняж, для чего руна ветра?

— Эта руна означает перемены. Она символизирует смену пути или начало чего-то нового. Важный и очень сильный символ. Практически все, что нас окружает, связано с воздушной стихией. Ты жаждешь изменений, хочешь дотянуться туда, где для человека заперты двери? Этот камушек с уникальным символом станет для тебя путеводной звездой.

Именно эти слова почти два месяца назад сказал домовой Мишке, передавая ему белый камень. И вот до Велесовой ночи осталось совсем немного. Мишка в надежде почувствовать своих родных или ощутить, что он двигается в правильном направлении, перерыл весь интернет. Он изучал всю попадавшуюся ему информацию про святую ночь, которая у разных народов называлась по-разному.

Когда же настало время, Мишка разложил свой рисунок на письменном столе, распахнул занавески, притащил с кухни чай и стал ждать, когда на небе появится луна. Пока он ждал, ему припомнилось, как они с бабушкой и соседом ходили в картинную галерею. Мишке там очень понравилось, несмотря на то что выбор рассматриваемых картин у него был специфическим. Большую часть времени парень проводил у полотен с изображением луны или лунного света. А еще ему понравились рассказы молодой девушки-экскурсовода. Она заметила его интерес и потратила на него немало своего времени. Побеседовав с ним, она поведала о картинах много интересного. Раскрыла некоторые секреты рисования, наложения тона и создания теней, продемонстрировав сказанное на примере висевших на стенах работ. Ее рассказ очень помог Мишке, и теперь он уверенней применял новые знания. Его рисунок становился лучше с каждым днем. Конечно, еще многое предстояло сделать, но продвигаться к конечной цели он стал гораздо быстрее.

По картине проскользнули первые лучи лунного света. Они мягко ощупали полотно и прикоснулись к рисунку. По местам, где соком живого дуба были прорисованы руны, пробежали искорки. Мишка наблюдал словно завороженный. Парень придвинулся ближе к холсту и приложил ладонь к рисунку. В кончиках пальцев почувствовалось легкое покалывание, а в голове послышался шепот тысячи голосов. Гул постепенно нарастал, словно Мишка попал в помещение театра, где люди рассаживались перед представлением. Он не сразу понял, что произошло. Рядом мелькали какие-то тени. Женские и мужские голоса сменяли друг друга. Духи мимоходом старались рассмотреть мальчика из-за окружавшей его серой пелены. Такое внимание призраков действовало на парня словно сжимающиеся тиски. Мишка оглядывался, но страха не было. Что это за место? Куда он попал? Время тянулось, и голоса постепенно удалялись. Вокруг него медленно высвобождалось пространство. Мишка сделал шаг и уперся в густую стену облачной дымки перед собой. Сейчас он четко понимал, что ему нужно именно туда, сквозь эту серую взвесь. Мальчик протянул руку и коснулся ее кончиками пальцев. Под его ногами образовалась дорожка. Подул легкий прохладный ветерок, образовывая узкий туннель сквозь дымку. Тропа подсветилась синеватым свечением, и он шагнул навстречу неизведанному. Вот только дальше, чем на один шаг, Мишка продвинуться не смог. Он словно увяз в кисельной жиже. По коже пробежал холодок. Парень видел тропинку, которая убегала в туманную вязь, но ничего поделать не мог. Мишка старался сместиться, но сил на продвижение вперед не было. Ноги не слушались, а дымчатые серые стены сгущались. Звуки становились тише и постепенно умолкали. Где-то вдалеке послышались до боли знакомые голоса его родителей.

— Еще не время, — разобрал он голос отца среди множества шепотков. Мишка вздрогнул.

— Мы тебя любим, — раздался тихий, успокаивающий голос мамы.

Наконец-то он их услышал! У Мишки на глазах проступили слезы радости. Эмоции переполняли его. Он сделал неимоверное усилие, и нога продвинулась вперед на несколько сантиметров. Как вдруг его словно отбросило обратно в комнату мощным потоком ветра. Мишка тряхнул головой. Его волосы растрепало. Он проморгался, протер лицо холодными влажными ладонями. Парень не мог поверить, что только что увидел и услышал. Его взгляд упал на лежащий на столе смартфон. На его экране светились цифры: 05:00.

— Утро? — удивленно произнес Мишка вслух.

Все произошло очень необычно. Мальчик не заметил, как ночь промелькнула за одно мгновение. Но на его лице проявилась улыбка радости. Он на верном пути. Теперь он ни за что не остановится и дорисует картину.

Весь день он был словно на иголках. Ему очень хотелось созвониться с Витькой и попросить, чтобы тот сходил в заброшенный дом и дал трубку домовому. Мишке не терпелось рассказать Корняжу, что произошло этой ночью, но следовало дождаться вечера. На парня нахлынули воспоминания. Поэтому, пользуясь тем, что был выходной день, он постоянно крутился возле бабушки, забрасывая ее разными вопросами о родителях. Надежда Петровна была слегка удивлена, но с радостью отвечала и рассказывала забавные случаи из детства его отца. Она даже обрадовалась, что смогла так хорошо пообщаться с внуком, который в последнее время часто закрывался у себя в комнате и часами засиживался над своим рисунком или зависал в интернете. Все ее уговоры, что ему надо отвлечься и чаще выходить на улицу, общаться с такими же подростками, как и он, ни к чему не приводили. Мишка только отмахивался и говорил, что ему и в школе вполне хватает общения со сверстниками. Про спортивные секции парень также не хотел слушать. По его мнению, он не знал, какой вид спорта ему импонирует, и пообещал, что как только почувствует влечение к чему-либо, то обязательно сам попросит отвести его на секцию. А еще он постоянно добавлял, что за лето, проведенное в деревне, и так прилично оздоровился. На этот год ему вполне хватит полученного ультрафиолета, и иммунитет у него сейчас в норме. Бабушка даже удивилась познаниям внука. Но после обеда она все равно вытащила его на улицу прогуляться. Они сходили в парк, а по пути, когда обходили клумбы с осенними цветами, зашли в продуктовый магазин. Бабушка прикупила немного муки и какой-то разрыхлитель с ванилью, пообещав вечером испечь что-то вкусное к чаю. И как бы между прочим проговорила вслух, что следует позвать соседа в гости. А то кукует человек совсем один в пустой квартире. Мишка против соседа ничего не имел. Мужик он вроде бы толковый и советы дельные дает. Поэтому парень дал свое согласие на вечерние посиделки в его компании.

— Привет! — проговорил Мишка шепотом, когда на экране его смартфона появился Витька.

— Здоров, Мишка! Привет! — раздались голоса друзей на другом конце видеосвязи.

— Ты чего шепчешь? — спросил Корняж, расталкивая маленькими локтями братьев, чтобы занять себе место получше.

— Да так. У нас в гостях сосед. Они на кухне с бабушкой остались, а мне уже надоело с ними сидеть. Я у себя в комнате.

— Понятно. Как прошла ночь? — перешел домовой сразу к главному. — Есть сдвиги?

— Да. Я слышал своих родителей, но совсем коротко.

И Мишка по порядку, в подробностях, стал пересказывать, что с ним произошло прошлой ночью. Все внимательно слушали и не перебивали. Настя даже приложила ладонь к своим губам. Наверное, распереживалась. Только Корняж никак не реагировал и молча слушал Мишкин рассказ, а потом какое-то время сидел, что-то прикидывая в голове.

— Странно все это, — выдавил из себя фразу домовой после раздумий.

— Что именно? — уточнил Мишка.

— Я думал, ты или ничего не услышишь, или мельком ощутишь присутствие своих родных. Не увидишь, а как бы почувствуешь их присутствие.

— Ну, так все и было!

— Ничего не так. В эту ночь души умерших посещают живых. Ты готовился к такой встрече и рисовал свой рисунок, прокладывал для них мост. Так как картина не закончена, то могло и ничего не произойти. Но то, что ты сам окажешься на пороге в Навь, такого я никак не ожидал! Не должно тебя было туда занести, понимаешь? Живым людям нет хода на ту сторону. Случается, конечно, всякое, но ведь ты простой ребенок. Хоть и не совсем маленький. В общем, не знаю я, что и думать. Одно радует, что все хорошо закончилось. Ты услышал своих родителей, и это верный знак того, что инструкция работает как надо. Что тебе еще осталось нарисовать?

— Сейчас большая часть времени уходит на прорисовку кристаллов песка. Его много, а я каждую крупинку прорисовываю. Да, еще кое-что! — вдруг вспомнил Мишка. — Сегодня, когда я вернулся домой с прогулки, то обнаружил, что на рисунке две песчинки в самом центре нижней колбы часов стали желтого цвета. Как такое может быть? Я ведь рисую картину простым карандашом.

— Две? После сегодняшней ночи? Соком старого дуба ничего не касался? Не могло случайно с кончика пера капнуть?

— Нет. Я вчера вообще флакончик с соком дерева не открывал.

— Тогда у меня есть только одно предположение: эти песчинки и есть души твоих родителей. Они почувствовали тебя и остановились дождаться встречи с тобой. Продолжай рисовать, Мишка, и ты их увидишь.

Друзья еще какое-то время общались. Они давно не виделись, и им было весело. Братья наперебой рассказывали про школу и свои новые приключения. Колька был очень доволен, потому что они на этой неделе выиграли в футбол у Рыжего и его братьев. Сашка умудрился опять потерять свои кроссовки. Он забыл их на футбольном поле после того, как переобулся. Когда же он про них вспомнил, то было поздно. После уроков он рванул на поле, но кроссовок на стадионе не оказалось. Зато когда вернулся домой, потерянная обувь ждала его дома. Как так вышло, мама ему не рассказала. Но то, что кроссовки нашлись, его не спасло. Батя Сашке ремня все равно всыпал для профилактики и тренировки памяти.

Ложился спать Мишка уставший, но очень довольный. Наутро он был полон энергии и с новыми силами принялся рисовать. Наступили похожие друг на друга будни. Мальчик ходил в школу и возвращался к своему занятию. Картина с каждым днем становилась все лучше. Песочные часы обретали впечатляющий вид. Если смотреть на них длительное время, то казалось, что смотришь на живой песок. Иногда Мишка замечал, как кристаллы приходят в движение, но те две песчинки желтоватого цвета с места не двигались. Они застыли, дожидаясь, когда придет время встречи. Мишка знал, что скоро все случится и он обязательно хоть на короткий миг, но увидит своих родителей, чтобы попрощаться с ними. Он обнимет папу и маму, а больше ему ничего и не надо.

Глава 23. Когда наступает тот самый час…

За последнее время мало что изменилось. Зима прошла скучно и обыденно, если не считать зимних каникул, на которые Мишка вместе с бабушкой съездил в деревню. Предновогодние дни выдались запоминающимися. Все было как в сказке: много снега, друзья, игры в снежки и собака.

Коля везде за собой таскал подросшего щенка. Когда ребята катались на санках, то Трижды-Коля умудрился запрячь Дрему в сани. Кто-то из ребят бежал впереди и звал собаку, а та тянула санки. Так кататься было весело. Но самое запоминающееся зрелище вышло, когда на футбольном поле ребята устроили настоящее сражение. Они разделились на две команды и выстроили настоящую крепость из снега. Потом одна команда ее штурмовала, а вторая держала оборону. Морозы стояли не сильные, а снег с неба падал понемногу каждый день. Поэтому крепость обороняли и захватывали поочередно в течение трех дней. Больше других во время снежных баталий доставалось Трижды-Коле, так как Дрема все время крутилась возле своего хозяина и выдавала его местоположение. В конце концов победителя не выявили, так как все успели побывать в разных командах. Но фотографии снежной битвы у Мишки получились великолепные. Он иногда пролистывал их и смеялся, вспоминая веселые моменты.

Еще Мишке запомнился Новый год. Наверное, это был самый необычный Новый год в его жизни. Все дело в том, что в последний день декабря они с бабушкой вернулись в городскую квартиру, так как она не стала брать в деревню купленные ей заранее подарки. Надежда Петровна сказала, что хочет посмотреть, как празднуют Новый год в городе. Правда, позже она обмолвилась, что Алексей Петрович, их сосед по лестничной клетке, приглашал их отметить праздник у него. Он обещал красивую елку и незабываемый ужин.

Из-за обильного снегопада Мишка с бабушкой вернулись в город только под вечер. В дороге они вымотались, и, пока сосед готовился принять их у себя, бабушка отправилась в ванную, а Мишка развалился на кровати, даже позабыв снять верхнюю одежду. Так он пролежал минут десять, пока в комнате не прозвучал хриплый голос. Кто-то тихо выругался и чихнул. Парень испуганно подскочил и стал оглядываться. В комнате возле стены лежал его мяч, а за ним что-то шевелилось. Мишка стал присматриваться и в вечернем сумраке разглядел домового. Корняж вышел из-за футбольного мяча, отряхивая с себя пыль. У него в носу засвербело, и он чихнул еще раз.

— Будь здоров! — задорно сказал Мишка, усаживаясь на своей кровати поудобнее.

— Спасибо! — произнес Корняж своим скрипучим голосом. — Вот, решил тебя навестить. Хотел сделать сюрприз, но не вышло. Пыли у тебя тут много.

— Конечно! Нас дома больше недели не было. Убираться завтра уже будем. А ты чего в городе делаешь?

— Чего-чего! Ты же приглашал меня! Или забыл уже?

— Приглашал. Но ведь ты города не любишь, предпочитаешь им деревню.

— Не люблю. Тут ты прав. Но что поделаешь, если вы уехали, а подарок я отдать не успел.

Корняж вытащил из-за мяча маленькую плетеную корзинку, в которой лежал сверток. Мишка встал с кровати и подошел ближе к домовому.

— Можешь развернуть и посмотреть. Или его следовало под елку положить? Ты веришь в Деда Мороза?

Мишка задумался. Раньше он не верил ни в какого Деда Мороза, но после того, что с ним произошло в деревне летом, он был уже не уверен.

— Ты, сам-то в него веришь? — решил выкрутиться Мишка.

— Я не маленький мальчик, чтобы верить там в кого-то или нет. В моем возрасте полагается знать. Например: я знаю, что ведьмы существуют, что привидения есть, лешие всякие, водяные и много разных духов.

— Понятно. А Дед Мороз существует? — не унимался Мишка.

— Не встречал. Врать не буду. Но по старым легендам…

Домовой не успел закончить фразу, так как Надежда Петровна вышла из ванной и постучала в комнату внука. Мишка показал Корняжу на свой школьный рюкзак, и тот мигом спрятался за него. Дверь распахнулась, и вошла бабушка с полотенцем на голове.

— Миша, твоя очередь мыться. Что же это ты до сих пор не снял куртку? Нас скоро в гости позовут, а ты тут расселся. Не заставляй меня нервничать. Быстро в ванную!

Мишка нехотя стянул с себя верхнюю одежду и полез в шкаф за чистой футболкой. Когда бабушка вышла, он обернулся к спрятавшемуся за рюкзаком Корняжу.

— Ты ступай мыться. Я дождусь тебя. Мне торопиться некуда. На улице идет снег. Вот через час он прекратится и я отправлюсь обратно.

Мишка взглянул в окно и увидел наметенный сугроб на карнизе. Белые большие хлопья быстро залепляли окно. Вот только что они возвращались в квартиру и на улице снег не падал, а теперь сыплет и сыплет.

— Миша, нас ждут! — напомнила бабушка внуку и указала пальцем на ванную.

Так и не рассмотрев подарка, находящегося в плетеной корзинке, Мишка подхватил сменную одежду и отправился мыться.

Через десять минут он выключил душ и выскочил в коридор, на ходу вытирая мокрую голову.

— Повесь полотенце сушиться. Не оставляй его на своей кровати, — сказала бабушка внуку, когда он проходил мимо кухни. — И быстрее одевайся. Нас уже ждут. Алексей Петрович только что звонил и сказал, что у него все готово. Не задерживайся! Поможешь отнести несколько тарелок с едой.

Мишка вернулся в ванную и повесил полотенце. Войдя в свою комнату, он увидел на подоконнике Свету. Девочка-призрак и здесь облюбовала это место. Она наблюдала за падающими снежинками.

— Привет! — обрадовался Мишка.

— Привет! Мы решили к тебе в гости заглянуть.

— Молодцы! Сегодня Новый год. Отметим его вместе.

— Так ты же к соседу идешь.

— Ну и что? Посижу у него часик и домой вернусь. Я думаю, что они только рады будут без меня побыть. Поужинаю, посмотрю с ними телевизор и вернусь. У меня есть маленькая искусственная елка. Нарядим ее и посидим с вами, поболтаем. На кухне есть что перекусить. Мы по дороге в магазин успели заскочить. Еды хватит. Оставайтесь. Весело будет.

— Миша, ну ты чего там возишься? — снова раздался голос бабушки из кухни. — Иди сюда. Мне твоя помощь нужна.

— Иду, бабушка! Ну, так что? Дождетесь меня? — посмотрел он сначала на домового, а потом на Свету.

— Дождемся. Иди уже, а то тебя заждались. Мы пока твой рисунок рассмотрим, — сказал домовой, залезая на придвинутый к письменному столу стул.

У соседа Мишка пробыл почти час. Алексей Петрович расстарался на славу. Стол был украшен салатами и фруктами. С ужином он мудрить не стал. Сосед пожарил курочку и сварил пюре. Еще были котлеты и свежие овощи. На десерт сосед купил в кондитерской пирожные. Все это смотрелось на праздничном столе очень аппетитно и завораживающе. Набив опустевший живот, Мишка уселся в кресле и стал смотреть телевизор. Взрослые еще ужинали, а ему уже не терпелось вернуться домой. Но следовало соблюсти приличия. Не хотелось расстраивать гостеприимного соседа быстрым уходом. Когда закончились мультфильмы и Алексей Петрович переключил телевизор на новогоднюю программу, парень заерзал на своем месте. Бабушка пересела на диван. Она пребывала в отличном настроении. Мишка воспользовался моментом и выскользнул домой, оставив взрослых одних.

— Ты хорошо справляешься, — сказал домовой, показывая на картину, как только Мишка вернулся к себе в комнату.

— Я и сам вижу, что получается. Но как-то медленно все продвигается. Днем я в школе. Приходится рисовать по вечерам. У меня на рисование уходит не больше часа в сутки.

— Не расстраивайся. У тебя время еще есть. Когда ты дорисуешь руны, я дам тебе одно заклинание. Его следует нанести на холст так же, как ты это делал раньше, при лунном свете. И обязательно выучи его наизусть. Произнесешь его вслух перед тем, как захочешь увидеться с родителями.

— Почему ты не можешь дать его мне сейчас?

— Не все руны будут использованы тобой. На рисунке на песочных часах места для всех не хватит. Но когда руны займут свою нишу, я буду знать, какие слова вставить в заклинание. Нанесешь его на холст поверх часов, и все.

Мишка кивнул в знак понимания и взглянул на принесенную домовым корзинку. В свертке обнаружились вязанные шерстяные носки с вышитым узором. Они был мягкими и приятными на ощупь. Мишка примерил обновку, и ногам стало моментально тепло. Затем мальчик принес с кухни немного еды и горячий чай. Друзья сели у окна с видом на заснеженный город и долго-долго беседовали. Через какое-то время в квартиру заглянула бабушка. Мишке пришлось притвориться спящим. Она прикрыла его одеялом и снова вышла из квартиры. Света, проявившись из стенки, сказала, что бабушка и сосед смотрят телевизор. Поэтому Мишка спокойно поднялся и они продолжили свои посиделки. В полночь за окном стали раздаваться взрывы петард и салюта. Небо осветилось множеством разноцветных огней. Снегопад прекратился. На звездном морозном небе помимо вспышек праздничного салюта виднелась целая россыпь искрящихся звезд. Просидели они еще несколько часов, прежде чем Мишка начал зевать и уснул, примостив голову на подоконнике. Наутро он очнулся в своей кровати. Домового и привидения Светы уже не было. От них на стуле остались только подаренные ему шерстяные носки.

Вслед за зимой наступила весна. Дни стали длиннее. Время летело. Завершался очередной учебный год. Картину Мишка закончил. Ну, может, два-три мелких штриха оставалось добавить. Домовой обещал ему дать последнее заклинание для нанесения его на холст, поэтому парню не терпелось съездить с бабушкой в деревню. Все шло к тому, что перед годовщиной смерти родителей будет еще одно полнолуние, и ему следовало поторопиться. Мишка все чаще напоминал бабушке о поездке, и вот настал день, когда они собрались в дорогу.

По приезде их встретила вечно радостная Пеструха. Собака выскочила из распахнутых ворот и ринулась навстречу сначала бабушке, а потом уже и к Мишке. Пеструха так крутилась вокруг них, что чуть не сбила парня с ног. Пришлось задержаться и погладить довольную пятнистую проказницу. На крыльце у дома их встретила бабушкина сестра. Родственницы обнялись и направились на кухню. Им было что обсудить. Мишка же остался во дворе. Он вспомнил, как ровно год назад приезжал сюда с мамой. На него невольно нахлынули воспоминания о родителях. Парень смотрел на зеленые деревья, на довольную собаку, на наглого петуха, снова выбравшегося за изгородь, и ему было легко. Мишке нравилось в деревне. Спустя несколько минут из дома донесся голос бабушки:

— Чего ты там замер? Забыл, где находится твоя комната?

Войти в дом Мишка не успел. К воротам подбежали Настя и ее братья. За год все они подросли и стали взрослее.

— Здорово, Мишка! — выкрикнул Витька.

— Привет, ребята! Как вы узнали, что я приехал?

— Ты совсем уже? — вырвалось у Кольки. — Мы же соседи! В окно тебя увидели.

Мишка почему-то засмущался. Он и сам не понял, как у него могло выскочить из головы, что ребята, сидя в доме, могли его увидеть. Парень зашвырнул свой рюкзак в открытую входную дверь, и друзья выскочили со двора на улицу. А спустя совсем короткий промежуток времени они все вместе входили в старый дом, расположенный на бывшей тринадцатой улице. Как только они переступили порог, со второго этажа раздался знакомый голос домового.

— Кого к нам занесло! Поднимайтесь все сюда!

За друзьями сама собой захлопнулась входная дверь. На такие фокусы ребята уже давно не обращали никакого внимания. Они быстро поднялись по старой лестнице и вошли на кухню, где вскипал чайник. По дому разнесся протяжный сигнал от вырывающегося наружу пара, а на стол, в глубокой плетеной миске, легли свежие медовые пряники.

— Прошу всех за стол! — пригласил друзей довольный домовой. — Мы вас ждали!

Света слезла со своего излюбленного подоконника и, пройдя сквозь стол, приблизилась к Мишке, чтобы обнять его.

— Как завершил учебный год? — спросил у парня Корняж. — Без хвостов?

— Что? А-а! Все нормально. Хвостов нет, оценки нормальные. Корняж, я, кстати, закончил картину. Ты обещал дать заклинание, которое следует нанести на холст.

— Обещал — значит дам. Садитесь за стол.

Друзья разместились на привычные места, и домовой принялся разливать по чашкам чай.

— Вот, — достал Мишка из кармана две не понадобившиеся для рисунка руны. — Возвращаю. Не пригодились.

— Ага! Значит, эти остались. Хорошо. Вы пока чай пейте. Я мигом.

Домовой взял два цветных камня и засеменил в открытую дверь. Вернулся он, действительно, быстро. У него в руках был тонкий пергамент. Корняж разложил его на столе и вписал в имеющийся текст пару коротких слов.

— Это тебе, — протянул он Мишке бумагу. — Скопируй текст на полотно и дай впитаться написанному. То, что это нужно делать при лунном свете, надеюсь, напоминать не надо?

— Не надо.

— Когда ты обратно в город поедешь?

— Завтра после обеда.

— Так быстро? — расстроилась Настя. — Но ведь вы только приехали! Мы думали, что ты задержишься. На речку бы сходили. В этом году мы с Рыжим в футбол еще не играли. Коля хотел команду сколотить и обыграть его.

— Мы с бабушкой вернемся через неделю и останемся на все лето.

— В школу снова в городе пойдешь или у нас будешь учиться? — поинтересовался у друга Колька.

— Это мы пока не решили. Деньги на оплату учебы еще имеются. Бабушке сказали, что у меня получается. В программировании есть сдвиги, и дизайнерские программы я хорошо освоил. Но если честно, бабушка не горит желанием оплачивать мое обучение, ведь она не сможет в будущем зарабатывать столько же, сколько и мои родители. Так что, этот вопрос этот пока остается открытым.

— Это ее слова? — спросил домовой.

— Да. Она часто стала повторять эту фразу. Вот и я ее подхватил.

— Понятно. Значит, вы можете остаться не только на лето?

— К августу месяцу определимся. Нам в школе сказали, что оплату за учебу необходимо внести до десятого августа.

Больше вопросов Мишке не задавали. Друзья чаще сами рассказывали об их планах на лето и о последних деревенских новостях. Самой большой новостью стало известие о том, что Серега Бузин опять утопил свой мотоцикл. Но на этот раз окончательно. Он снова свалился с того же моста в реку. Ко всему прочему он умудрился создать аварийную ситуацию, в результате которой с моста слетел еще и грузовик. Водителем грузовика оказался его родной дядя, поэтому мотоцикла Бузину не видать как своих ушей. Нечего было напиваться и пьяным садиться за руль. Отец Трижды-Коли был вынужден принять меры, и виновную в незаконной продаже спиртного Клавдию оштрафовали. Все ее припасы конфисковали, в том числе и самогонный аппарат. Из-за этого она сильно злилась и грозилась, что нашлет все кары небесные на участкового. Клавка якобы весь год готовилась к предстоящему празднику Ивана Купалы. В прошлом году у нее хороший выторг был. Теперь же, после конфискации запасов спиртного, она сама не своя. Ходит, ругается на всех. Даже Мария Ивановна, школьная директриса, сказала, что уволит ее, если она не перестанет материться при учениках. Та, конечно, после взбучки начальства помалкивает, но все равно бурчит себе под нос что-то невразумительное.

На следующий день Мишка и бабушка отправились в город. Они закупились в продуктовом магазине и заодно приобрели Мишке новые кроссовки, так как за учебный год старые он сносил до дыр. Также Мишка выбрал на лето новую футболку и фирменную кепку оранжевого цвета. Очень уж ему хотелось, чтобы такой яркий головной убор был только у него.

Весь вечер Мишка посвятил вписыванию текста, что ему дал домовой, на свой рисунок, поверх песочных часов. Парень просидел до глубокой ночи, аккуратно выводя каждую букву остатками сока старого дуба. С луной ему повезло. Ночное светило ярко освещало комнату, и его лучи, пробиваясь сквозь занавески на картину, искрились удивительными отблесками. Когда он закончил наносить остатки сока, вся надпись засветилась теплым желтоватым светом и пропала бесследно. Картина была готова. Мишка понял, что он хоть сейчас может произнести заклинание. Сердце забилось от волнения, но он не хотел рисковать. Возможно, парень смог бы все проделать без ошибок, но было уже поздно и ему хотелось спать.

Утром Мишка решил позвонить Витьке, чтобы тот уточнил у домового, нет ли никаких отдельных нюансов. Ему важно было получить последние наставления, прежде чем он захочет увидеть своих родителей. Он проверил, чтобы дверь в его комнату была закрыта, и набрал друга. Витька взял трубку почти сразу.

— Мишка, ты чего так рано? Привет!

На экране смартфона появился заспанный Витька.

— Привет! Ты что, еще спишь? Уже десять часов утра.

— Сколько? Это я что, проспал?! Ты чего хотел?

— Витька, мне бы с Корняжем пообщаться. Я картину закончил. У меня все готово.

— Понятно. Только давай не сейчас. Мне бежать надо. Я позже к нему заскочу и наберу тебя.

Больше Мишка ничего не успел сказать. Экран смартфона погас. Куда так торопился Витька, Мишка так и не узнал. Пришлось ждать ответного звонка. Парень поставил телефон на зарядку и завалился на свою кровать. Ближе к обеду бабушка сказала, что выйдет оплатить какие-то квитанции. Она предложила внуку пройтись вместе с ней, но тот ждал ответного звонка и отказался. Наконец прозвучал знакомый рингтон. Мишка пулей соскочил с кровати и схватил свой смартфон.

— Алло! Витька! Меня слышно?

— И даже видно. Ты чего кричишь?

— Что, громко, да? Извини. Я просто долго ждал и распереживался.

— Добрый день! — на экране появился удивленный домовой. — Что у тебя случилось? Обычно мы связываемся по вечерам.

— Ничего не случилось. Я все сделал. Картина полностью готова. Инструкция больше ничего не показывает. И я готов к встрече с родителями.

— Отлично! Мы с тобой уже все обговаривали. Что не так?

— Вчера было уже поздно, и я решил отложить до вечера. А потом подумал, что может быть еще есть что-то, что мне нужно знать.

— Все правильно. Есть один момент.

— Какой?

— Нужно быть более уверенным в себе и не сомневаться. Весь год все было хорошо, а теперь он нервничает, — буркнул домовой. — Ты хочешь увидеть своих близких или нет?!

— Конечно, хочу!

— Тогда не надо лишних вопросов. Дождись вечера и сделай все как надо.

После этих слов на лице домового появилась улыбка, и Мишке на душе стало легче. Он услышал, как входная дверь отворилась и в квартиру вошла бабушка, а в следующий момент раздался непонятный шум. Что-то упало, и бабушка вскрикнула.

— Что у тебя там происходит? — встревожился домовой.

— Не знаю, — заволновался Мишка и, отложив свой телефон в сторону, направился к дверям посмотреть.

Он еще не успел выглянуть из своей комнаты, как снова раздался шум и входная дверь с грохотом закрылась. Мальчик выглянул в коридор. В квартире находились двое незнакомых ему людей. Один стоял возле бабушки, а второй быстро осматривал комнаты.

— Закрой двери! — прокричала бабушка Мишке. — Звони в полицию!

Мишка никогда раньше не видел таких перепуганных глаз у бабушки. Он сначала хотел подбежать к ней, но его взгляд пересекся с колючими мелкими глазками бандита, находившегося у входных дверей. Из соседней комнаты выглянул второй грабитель. На его голове была черная маска, которую он уже задрал себе на лоб. Как видно, они решили не беспокоиться насчет старой женщины и вели себя уверенно, ничего не боясь. Мишка с тревогой взглянул на бабушку. По ее закатывающимся глазам он понял, что ей стало плохо. Наверное, опять прихватило сердце. Мишка в самый последний момент успел захлопнуть свою дверь и провернуть ключ на внутреннем дверном замке. С наружи что-то сильно грохнуло. Потом снова и снова. Бандит бился плечом в двери, но у него ничего не выходило.

— Не открывается! — раздался грубый голос вора в маске на голове.

— Черт с ним! Ищи деньги! Потом с пацаном разберемся!

— Что с бабкой?

— Кто ее знает! Похоже обморок или вовсе концы отдала!

Мишка быстро, хоть и с трудом, придвинул к дверям письменный стол. По высоте он как раз подошел под дверную ручку. На столе из его смартфона раздался встревоженный скрипучий голос домового.

— Мишка, что происходит?!

— Воры! — коротко ответил парень. — Извините, мне срочно нужно вызвать полицию!

После этих слов Мишка отключил связь и дрожащими руками стал набирать номер полиции. По дверям снова раздались стуки. Кто-то из бандитов пытался вломиться к нему в комнату.

В телефонной трубке раздался голос. Мишка не разобрал ни слова из услышанного. Он быстро протараторил название улицы и номер дома и несколько раз повторил, что на них напали грабители.

— Мальчик, четко и не спеша скажи еще раз свой адрес! — на этот раз он отчетливо расслышал слова полицейского.

Мишка, заикаясь от страха, повторил домашний адрес и под сильный грохот за дверями добавил:

— Бабушке плохо! Скорее приезжайте!

Двери, на удивление, держались крепко. Дверная ручка часто дергалась, но упиралась в стол. Грабители что-то кричали. Они угрожали, но Мишка их не слушал. Его охватила паника.

— Оставь пацана, ищи деньги! — раздался за дверьми голос одного из бандитов.

— Я вырву ему язык! Этот гаденыш звонил по телефону.

— Тем более оставь его! У нас мало времени! Нашел!

— Что? — не понял своего напарника первый.

— Я нашел деньги! Ломай двери! Нам свидетели не нужны!

Мишка в ужасе отпрянул от дверей. Он осознал, что не сможет увидеть своих родителей, если воры прорвутся в его комнату. «Не надо ждать вечера. Он может и не наступить», — промелькнуло у него в голове. Парень схватил со стола свой рисунок и положил его на пол. Потом посмотрел на пошаговую инструкцию рисованных желаний и открыл окно. С высоты четвертого этажа он рассмотрел кусты и бросил ее вниз. По дверям раздался сильный удар, и послышался треск. Мишка бросился к своему рисунку и стал напротив него. На секунду он задумался и четко произнес последнее заклинание.

Бандиты, ломившиеся в двери, замерли. Из комнаты сквозь все дверные щели прорвался слепящий глаза свет. Вспышка была настолько сильной, что их отбросило на несколько шагов назад и они повалились на пол. Едва вскочив на ноги, они в испуге бросились бежать из квартиры. Из-под дверей комнаты мальчика продолжал литься холодный синеватый свет. Во дворе раздалась сирена. Входная дверь захлопнулась, и в квартире воцарилась тишина.

Спустя несколько минут в прихожую вошли люди. Медработники принялись оказывать помощь пожилой женщине, лежавшей на полу, а полицейские осматривали каждый угол. Они подошли к запертым дверям Мишкиной комнаты и постучали. Никто не отозвался.

— Парень, это полиция! Открой, пожалуйста! Грабители ушли!

По ту сторону треснувшей двери не было слышно ни звука.

— Ломайте! — скомандовал старший наряда. — Возможно, мальчику нужна помощь.

Когда полицейские справились с дверьми, в комнате никого не обнаружилось. Окно было распахнуто. Стражи порядка с ужасом переглянулись, но с облегчением выдохнули, когда никого не обнаружили под домом. Единственное, что напоминало о Мишке, это его телефон, лежавший на полу.

— Ничего не понимаю, — произнес вслух полицейский. — Заперто было изнутри. Куда он делся?

Сотрудники полиции еще раз все осмотрели. Заглянули под кровать, в шкаф, даже под письменный стол, под которым и так все было видно. Их удивлению не было предела. Никто так и не понял, куда пропал мальчик. Только когда комната опустела, кое-что произошло. Небольшие изменения коснулись рисунка Мишки. Никому не было дела до того, что нарисовал мальчик. Все продолжали исполнять свои обязанности. Полицейские опрашивали соседей и составляли протокол. Медики положили на носилки пострадавшую женщину. В их реанимационных действиях уже не было никакого смысла. Сосед по лестничной клетке поинтересовался состоянием Надежды Петровны, но, увидев, как ее накрывают простыней, отошел в сторону и обомлел. На его лице появились слезы. Позже, когда ему позволили войти в соседскую квартиру, он взял в руки рисунок мальчика.

— Значит, это вы вызвали полицию? — спросил у него лейтенант.

— Да. Когда я увидел в дверной глазок посторонних, у меня появились плохие предчувствия. А когда они втолкнули в квартиру Надежду Петровну, я бросился к телефону.

— Мальчик тоже вызывал полицию. Не понятно только, куда он пропал.

Алексей Петрович пожал плечами. На его глазах еще не высохли слезы. Он почти не слушал лейтенанта, а смотрел на необычный рисунок.

— Можно я возьму это себе? — спросил он у полицейского. — Отдам Мишке, когда он вернется. Он сильно дорожил этим рисунком. Целыми вечерами засиживался над ним.

Лейтенант только молча отмахнулся. Алексей Петрович вернулся к себе домой и положил законченную картину Мишки на диван. Потом пошел на кухню и налил себе стопку коньяку.

Никто не заметил, да и не мог заметить произошедшего мелкого изменения в рисунке. Одна крохотная песчинка на самом верху необычных часов изменила свой цвет. Из черного она превратилась в золотистую. Эта песчинка совершила едва уловимое движение, на какую-то долю миллиметра. Она двинулась навстречу к двум таким же золотистым песчинкам, целый год ожидавшим с ней встречи.

Когда Алексей Петрович вернулся в комнату, ему на миг показалось, что на рисунке сверкнула какая-то надпись. Он проморгался. Но, взяв в руки картину Мишки и осмотрев ее, никакой надписи не обнаружил. Сосед подумал, что ему померещилось, и, списав это на свое состояние, он отложил рисунок в сторону.

* * *

Спустя два дня никому не знакомый молодой человек выгуливал свою собаку во дворе и обнаружил в кустах удивительную находку из тонкой белой кожи. Все страницы тонкой тетради были абсолютно чисты. Качество отделки поражало. Кожа была настолько мягкой, что у юноши рука не поднялась выкинуть книжицу обратно в кусты. Он повертел ее несколько раз в руках и хотел было положить в карман, как вдруг на обложке медленно проявилась надпись: «Пошаговая инструкция рисованных желаний».