Дом который умеет ждать

Предисловие

У старых домов плохой характер. Они, как глубокие старики, скрипят суставами балок на погоду, вздыхают сквозняками в пустых коридорах и не любят чужаков. Но усадьба «Черные Ключи» не просто имела дурной нрав. Она была голодна.

Каждую осень, когда болотный туман выползал из низины и душил вековые сосны, дом засыпал. Но перед этим ему требовалась дань.

В октябре 1974 года здесь еще гремел изысканный смех, а в хрустальных люстрах отражался блеск вечерних платьев. Никто из гостей не заметил, как в разгар шторма, отрезавшего усадьбу от разбитой проселочной дороги, в каминном зале остановились напольные часы. Никто не обратил внимания, что отражения в огромных зеркалах парадного холла стали опаздывать за движениями живых людей на долю секунды.

А в три часа ночи, когда угас последний огарок свечи, дом сделал свой первый глоток.

Молодого помощника судьи нашли утром в комнате, запертой на три тяжелых засова изнутри. Он лежал на полу, уставившись мертвыми, стеклянными глазами в потолок. На его лице застыла судорога такого первобытного, дикого ужаса, что местный фельдшер, едва взглянув на тело, беззвучно перекрестился и отказался подписывать протокол. На теле не было ни единой царапины. Лишь на пыльном паркете у самой кровати цепочка странных, слишком узких отпечатков босых ног вела... прямо к глухой стене. И обрывалась.

Тогда дело замяли. Списали на внезапную остановку сердца. Но дом запомнил вкус.

Прошло пятьдесят лет. Облезла лепнина на высоких потолках, покрылись трещинами старинные зеркала, а некогда роскошный санаторий превратился в пугающий заброшенный склеп посреди глухого леса. Но его стены всё еще хранили тепло той старой крови.

Дом ждал, когда замкнется цикл. Ему нужны были новые гости. И, самое главное, ему нужен был кто-то, кто не верит в его существование. Тот, чью железную логику будет так приятно ломать, хрустя костями...

Глава 1

Лазерный луч рулетки уперся в противоположную стену холла, оставив на потемневших обоях крошечную, как капля крови, алую точку. Прибор тихо пискнул.

- Четыре метра восемьдесят два сантиметра, -сухо констатировала Яна, не оборачиваясь. - Запиши, пожалуйста, Влад. И не вздыхай так громко, от твоей скорби здесь и без того дышать нечем.

Стоявший позади неё мужчина переступил с ноги на ногу. Пол под его тяжелыми ботинками отозвался глухим, влажным скрипом. Влад - представитель агентства недвижимости, застрявший с Яной в этой глуши, - выглядел так, будто его ведут на казнь. Это был крупный, медлительный мужчина с вечно встревоженным лицом человека, который привык просчитывать худшие сценарии. Он постоянно потирал ладони, словно пытался согреться, хотя в холле пока еще было сносно.

-Яна, мы здесь уже три часа, - глухо произнес он, убирая руки в карманы куртки. - Телефон не ловит от самого поворота с трассы. Генератор в подвале чихает так, словно это его последние минуты в жизни. И этот дождь… Если реку размоет, мы отсюда до понедельника не выберемся. Тебе не кажется, что для простой инвентаризации перед продажей тут слишком… неуютно?

Яна опустила рулетку и наконец повернулась к нему. На её лице не отразилось ни тени сомнения. Строгое каре, собранный, пронзительный взгляд, безупречно отглаженный воротник блузки под расстегнутым пальто - она выглядела чужеродным элементом среди этого увядающего, помпезного хаоса. Яна верила в цифры, факты и законы физики. Если мир нельзя было измерить рулеткой или объяснить логикой, для неё этого мира просто не существовало.

-«Неуютно» - это не экономический термин, Влад, - спокойно ответила она, щелкая кнопкой прибора. - Экономический термин - это «высокий износ». Но хозяин хочет выставить усадьбу на торги как исторический памятник с сохранившейся обстановкой. Моя задача - оценить эту обстановку. И пока что я вижу, что старинные дубовые панели в этом зале в прекрасном состоянии. Если их отреставрировать, они одни стоят как хорошая квартира.

-Да плевать мне на панели, - Влад нервно оглянулся на парадную лестницу, уходящую во мрак второго этажа. - Ты разве не чувствуешь? Тут воздух какой-то… тяжелый. И шаги. Мне всё время кажется, что на верхних галереях кто-то ходит. Хотя все наши сейчас внизу, у камина.

Яна вздохнула, убирая рулетку в карман. Как же её утомляла эта людская склонность искать мистику в обычных вещах.

- Влад, дому почти сто лет. Фундамент проседает от сырости, балки расширяются от влаги, а пустые коридоры работают как идеальный резонатор для ветра. Любой звук снизу наверху превращается в «шаги призраков». Хватит читать дешевые триллеры. Пойдем лучше вниз, познакомимся с остальными «заложниками непогоды».

Они спустились в малый каминный зал, который сейчас служил единственным обитаемым островком в этом огромном склепе. Здесь было теплее - старый камин упрямо пожирал сухие дрова, бросая оранжевые отсветы на собравшихся людей. Всего их было семеро, включая Яну и Влада, и эта компания напоминала случайный набор деталей от совершенно разных механизмов.

У самого огня, по-хозяйски вытянув ноги в дорогих туфлях, сидел Артур Борисович - столичный бизнесмен, выкупивший усадьбу по дешевке. Это был холеный мужчина лет пятидесяти с фальшивой, слишком широкой улыбкой и бегающими глазами игрока, который крупно задолжал. Он постоянно крутил на мизинце массивный перстень и пил виски мелкими, частыми глотками. Яна сразу поняла: усадьба для него не «родовое гнездо», а последний шанс спастись от банкротства.

Рядом с ним на кожаном пуфике жалась Илона - его молодая спутница. Девушка с кукольным, испуганным лицом, в нелепо дорогой шубе, которую она наотрез отказывалась снимать. Илона непрерывно курила тонкими сигаретами, а её длинные ухоженные ногти нервно барабанили по экрану смартфона. Она смотрела на стены усадьбы с брезгливостью и паникой, словно её заперли в клетке с диким зверем.

Чуть поодаль, на старом потрепанном диване, расположились родственники бизнесмена. Марк - племянник Артура Борисовича, угрюмый парень лет семнадцати в безразмерном худи и с наушниками на шее. Из наушников глухо доносился тяжелый басовый бит. Марк ни на кого не смотрел, транслируя в пространство тонны подростковой агрессии, но Яна заметила, как цепко он подмечает, сколько виски выпивает его дядя.

Рядом с парнем, прямая как палка, сидела его мать - Тамара Степановна, родная сестра Артура Борисовича. Пожилая женщина с поджатыми губами и тяжелым, оценивающим взглядом. Она приехала сюда с одной целью - следить, чтобы братец не продал усадьбу втайне от семьи и не лишил её сына наследства. В её руках была старая бархатная сумочка, которую она сжимала так, словно там лежало как минимум заряженное оружие.

Завершал картину молчаливый старик Матвеич - местный смотритель, оставшийся здесь еще со времен, когда санаторий закрыли в семидесятых. Он сидел на перевернутом ящике в самом темном углу, не снимая брезентовой штормовки, от которой пахло речной тиной и махоркой. Матвеич отрешенно чистил яблоко старым, потемневшим от времени складным ножом, срезая кожуру одной непрерывной лентой.

- О, наша прекрасная Яна! - Артур Борисович фальшиво-радушно вскинул бокал, заметив вошедших. - Ну как, уложили наше имение в свои строгие таблицы? Нашли скрытые сокровища?

- Мебель в библиотеке требует отдельной экспертизы, но в целом - сохранность неплохая, - ответила Яна, присаживаясь на край свободного кресла. - Единственное, что меня смущает как специалиста - явное несоответствие внутренней планировки внешнему периметру здания.

В углу зала нож Матвеича резко замер. Красная лента яблочной кожуры оборвалась и упала на грязный пол. Старик медленно поднял голову.

- О чем вы, деточка? - прищурился Артур Борисович, и его улыбка на секунду стала плоской и натянутой.

- По чертежам 1974 года, которые вы мне дали, общая площадь восточного крыла второго этажа должна быть меньше на двенадцать квадратных метров, - Яна открыла свой рабочий блокнот. - Скорее всего, при перестройке здания под нужды санатория часть коридора или даже целую комнату просто заложили кирпичом. Обычное дело для советской архитектуры - создавали технические пустоты для вентиляции, ну или скрывали строительный брак. Завтра я проверю толщину стен на втором этаже.

-Не надо туда ходить, дочка, - негромко, сиплым от долгого молчания голосом произнес Матвеич.

Илона вздрогнула, выронив сигарету прямо на ковер, и поспешно затоптала её острым каблуком. Тамара Степановна недовольно нахмурилась, а Марк впервые вытащил один наушник из уха.

- Это еще почему? - Яна повернулась к смотрителю, изогнув бровь. - Там водятся крысы? У меня есть ультразвуковой отпугиватель.

-Стены здесь не из-за брака закладывали,—старик медленно поднялся, и в полумраке камина его лицо показалось Яне высеченным из серого камня.—В октябре семьдесят четвертого здесь человек пропал. Молодой парень, помощник судьи, из проверяющих. Вечером зашел в свой номер, закрылся на три тяжелых засова изнутри. Окна - с железными решетками. А утром... комната пустая. Только постель примята. Искали три недели, все полы вскрыли. А потом приехали хмурые люди в форме, велели ту комнату наглухо кирпичом заложить, а весь корпус законсервировать. Дом это... Не любит он, когда его измеряют. У него свои размеры. И свои счета.

В каминном зале повисла тяжелая, звенящая тишина. Было слышно только, как ливень с остервенением хлещет по стеклам окон, словно пытаясь пробить старое дерево рам.

Яна тихо, но совершенно отчетливо усмехнулась. Звук её голоса разрезал липкое напряжение, как скальпель.

-Матвеич, дефицит бюджета, воровство материалов и халатность строителей в Советском Союзе -это, конечно, страшные вещи, но не до такой степени, - она закрыла блокнот с сухим хлопком. - Человек, скорее всего, сбежал через окно, заранее подпилив решетку, чтобы скрыться от следствия или долгов, а местное начальство раздуло мистику, чтобы прикрыть свои вопиющие недоработки. Завтра в девять утра я начну обмер второго этажа. И никакие страшные сказки на ночь мне не помешают.

Она поднялась, собираясь пойти в свою комнату - шторм снаружи только усиливался, и ей хотелось выспаться перед тяжелым днем.Яна еще не знала, что ровно через четыре часа старый дизельный генератор в подвале захлебнется черным дымом и сдохнет навсегда. Что единственный мост через реку рухнет под напором разлившейся грязной воды, окончательно отрезав их от мира.И что в три часа ночи за одной из тех самых замурованных стен, которые она так аккуратно измеряла, раздастся первый, тихий, скрежещущий звук. Словно кто-то внутри очень долго, целых пятьдесят лет, точил ногти о кирпичную кладку.

Глава 2

Комната номер 14, которую Матвеич выделил Яне, встретила её удушливым запахом старых газет и сырого ситца. Потолок здесь был довольно высоким, а единственное окно выходило на глухую стену соседнего корпуса, из-за чего в комнате даже днем царил сероватый полумрак.

Яна переоделась в сухую домашнюю одежду, аккуратно повесила пальто на плечики и села за скрипучий письменный стол. Логика требовала упорядочить хаос. Она открыла ноутбук и вывела на экран отсканированные чертежи усадьбы 1974 года. Внутренний архитектор внутри неё буквально кричал от возмущения: на плане восточного крыла второго этажа между комнатами 22 и 24 зияла сплошная серая зона. Ни дверей, ни вентиляционных шахт. Просто глухой кусок стены.

- Двенадцать квадратных метров воровства и штурмовщины, - пробормотала Яна, подперев подбородок кулаком. - Списали материалы, заложили лишний пролет кирпичом, а старик теперь придумывает байки про исчезнувших следователей. В СССР за такие приписки по головке не гладили, вот дело и засекретили. Все просто.

Внезапно за окном полыхнуло так, что комната на секунду залилась белым светом. Спустя мгновение усадьбу сотряс такой удар грома, что в оконных рамах жалобно звякнули стекла.

И в ту же секунду лампа на столе мигнула. Раз, второй. Из глубины коридора донесся тяжелый, надрывный металлический кашель -это дизельный генератор в подвале предпринял последнюю, отчаянную попытку выжить. Раздался громкий хлопок, похожий на выстрел, и усадьбу «Черные Ключи» накрыла абсолютная, плотная тьма.

Яна замерла, прислушиваясь. Экран ноутбука оставался единственным источником света, отбрасывая на её лицо бледный отсвет.

- Прекрасно. Генератор сдох, - выдохнула она, нащупывая в сумке фонарик.

В коридоре послышались шаги, суета и испуганный, истеричный голос Илоны. Яна включила фонарик, направив узкий белый луч перед собой, и вышла наружу. Мрак здесь казался почти осязаемым. В конце галереи, у парадной лестницы, уже метались лучи чужих фонарей и экранов.

- Спокойно, без паники! -громко, но как-то слишком суетливо командовал Артур Борисович. На нем был накинут дорогой шелковый халат, а в руке он сжимал зажигалку Zippo, огонек которой дрожал.

-Не починить, - раздался из темноты глухой голос Влада. Его фонарь высветил фигуру Матвеича, который поднимался по лестнице с первого этажа. Смотритель был мокрым насквозь, с его штормовки текла вода. - Матвеич к реке ходил - там вода поднялась на три метра, бревна вековые несет. Единственный мост рухнул. Мы заперты.

Илона тихо вскрикнула и вцепилась в локоть Артура Борисовича. Марк, племянник, стоявший чуть поодаль у стены, лишь равнодушно хмыкнул, поглубже натянув капюшон, но Яна заметила, как он крепче сжал кулаки. Тамара Степановна строго поджала губы:

- Мы тут замерзнуть должны? Артур, сделай что-нибудь, ты же хозяин.

-Так, без глупостей, - Яна уверенно шагнула вперед, её белый луч фонаря разрезал темноту между гостями. - Паника нам не поможет. Мы в капитальном каменном здании. До утра ничего со всеми нами не случится. Матвеич, у вас есть свечи или керосиновые лампы?

-В холле на первом этаже, в комоде, -ответил старик. - Только вы ходить-то поодиночке не думайте. Время сейчас нехорошее. Три часа ночи скоро. Время мертвой воды. Когда река выходит из берегов и заливает низины, дом забирает свое.

- Оставьте свои суеверия для внуков, Матвеич,- отрезала Яна. -Идемте вниз. Соберем свечи, разведём камин посильнее. Всем лучше оставаться в каминном зале, пока не рассветет.

Её холодная, деловая уверенность подействовала на людей как ушат холодной воды. Спустя десять минут вся компания, похожая на процессию призраков с фонариками, спустилась в каминный зал. Матвеич принес охапку старых толстых свечей. Оранжевые огоньки заплясали по стенам, вытягивая длинные, уродливые тени. В камине снова затрещало пламя.

Часы на каминной полке - тяжелые, литые, из темной бронзы - мерно отсчитывали секунды. Тик. Так. Тик. Так.

Яна села в кресло, положив блокнот на колени. Она методично записывала хронологию, просто чтобы занять ум: 02:40 - отключение энергии. Состояние объекта: полная изоляция.

- А где Артур? - вдруг спросила Тамара Степановна, оглядывая зал и не найдя глазами брата.

- Он сказал, что вернется в свой двадцать четвертый номер за портфелем с документами на усадьбу, - отозвалась Илона, кутаясь в шубу на диване. - Сказал, не хочет оставлять важные бумаги в темноте.

- Я пойду позову его, - Влад приподнялся с дивана. - Документы подождут, чего ему там одному в темноте сидеть.

- Я с тобой, - Яна поднялась следом. Сидеть без дела ей надоело, а профессиональное любопытство требовало еще раз взглянуть на ту самую стену на втором этаже в условиях полной темноты - возможно, при свете фонаря она заметит трещины или стыки плит, которые упустила днем.

Они поднялись по темной парадной лестнице. Шаги Влада звучали тяжело, Яна шла почти бесшумно.На втором этаже восточного крыла было холоднее, чем внизу. Из разбитого окна в конце коридора долетали капли дождя и пахло прелой листвой.

Они подошли к двери комнаты №24. Влад постучал в массивную дубовую дверь.

-Артур Борисович! Слышите? Выходите давай, мы все внизу, у камина. Мост размыло, света не будет.

В ответ - тишина. Только шуршание дождя за стенами.

Влад постучал сильнее, так, что дверь затряслась:

- Артур Борисович! Прекратите шутить, откройте!

Яна подошла ближе и посветила фонарем на замочную скважину, а затем чуть ниже. Дверь комнаты №24 была старой, снабженной помимо обычного замка массивным советским засовом изнутри. И сейчас сквозь щель между дверью и косяком было четко видно: стальной язычок засова плотно загнан в паз. Изнутри.

-Он закрылся на засов, - сказала Яна, нахмурившись. - Странно. Зачем закрываться изнутри, если ты собирался вернуться к остальным?

-Может, уснул? - Влад дернул ручку. Дверь сидела намертво.

Яна опустила фонарь к полу и вдруг замерла. Её сердце пропустило удар, а железная, выпестованная годами логика впервые дала крошечную, едва заметную трещину.

Прямо из-под закрытой двери, наружу, в коридор, вытекала тонкая, темная струйка жидкости. В белом свете диодного фонаря она казалась почти черной, но Яна слишком хорошо знала физику и химию, чтобы обмануть себя. Это была не болотная вода. Это была свежая, еще не успевшая свернуться кровь.

И в эту же секунду бронзовые часы внизу, в каминном зале, начали бить.

Бум. Бум. Бум.

Три часа ночи. Время мертвой воды началось.

Глава 3

- Влад, ломай дверь, - голос Яны прозвучал на удивление тихо, но в нем прорезался металл.

Влад опустил взгляд туда, куда указывал белый луч её фонаря. Увидев густую темную струйку, медленно ползущую по серому паркету коридора, он резко отшатнулся. На его лице отразилось выражение чистого, животного страха.

- Яна… это что? Это же не…

- Влад, не трать время на глупые вопросы! - Яна жестко схватила его за предплечье. - Ломай. Дверь старая, петли проржавели от сырости. Ну же!

Мужчина тяжело сглотнул, прижал плечо к дубовому полотну и со всей силы высадил дверь. Старый засов изнутри жалобно хрустнул, дерево треснуло, и дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену.

Яна первой шагнула внутрь, вскидывая фонарь.

Номер 24 был небольшим. У левой стены -застеленная кровать, у правой - шкаф и массивный письменный стол. Прямо по курсу - узкое окно с глухими, намертво приваренными к раме железными решетками. Окно было закрыто. Воздух в комнате казался неподвижным, тяжелым и удушливо пах железом.

Артур Борисович лежал на полу прямо посреди комнаты, лицом к двери. Его дорогой шелковый халат был насквозь пропитан кровью, которая все еще толчками выплескивалась из глубокой, рваной раны на горле. Рядом валялся раскрытый кожаный портфель - бумаги и чертежи усадьбы были залиты красным. Но пугало не это.

Его глаза были широко распахнуты и стекленели, уставившись в потолок, а рот замер в немом, судорожном крике. Это было лицо человека, который перед смертью увидел нечто настолько противоестественное, что его разум просто отключился еще до того, как остановилось сердце.

-Боже… - Влад зажал рот рукой, пятясь назад в коридор. Его вырвало прямо у косяка.

Яна заставила себя сделать три шага вперед. Сердце колотилось в горле, но мозг, воспитанный на сухих фактах, отчаянно отказывался паниковать. В её голове мгновенно включился привычный алгоритм: «Так. Труп. Свежая рана. Убийство».

Она подошла к окну. Решетки целы, вековая пыль на подоконнике не потревожена. Она повернулась к двери - массивный засов вырван с мясом, но до этого он был плотно закрыт.

-Замкнутый контур, -вслух произнесла Яна, и её собственный голос показался ей чужим. - Из комнаты невозможно было выйти. Значит… убийца все еще здесь?

Она резко развернулась, полоснув лучом фонаря по углам. Заглянула под кровать, рывком распахнула дверцы шкафа - внутри висели только старые плечики. Никого.

- Артур! Артур, что там у вас?! - снизу, со стороны лестницы, послышались быстрые шаги. На галерею выбежала Илона, а за ней, тяжело дыша, поднималась Тамара Степановна и угрюмый Марк.

-Не подходите! - крикнула Яна, перехватывая фонарь и загораживая собой проем. - Тамара Степановна, оставайтесь на месте! Здесь… здесь Артур Борисович. Он мертв.

По коридору разнесся пронзительный, ультразвуковой визг Илоны. Она упала на звенящий паркет, закрывая лицо руками в дорогих кольцах. Тамара Степановна побелела, её поджатые губы задрожали, а пальцы мертвой хваткой вцепились в бархатную сумочку. Она перевела дикий взгляд на сына. Марк, стоявший чуть поодаль, впервые вытащил наушники, и его лицо стало бледным, как полотно.

- Как мертв?.. - пролепетала Тамара Степановна. - Кто его?..

-Тихо всем! - Яна вышла из комнаты и прикрыла за собой разбитую дверь. - Слушайте меня внимательно. Окно закрыто и заблокировано решеткой. Дверь была заперта изнутри на засов. В комнате никого нет.

- Это он… - раздался сзади тихий, сиплый голос. Старик Матвеич стоял в самом конце коридора. Его фонарь был выключен, и в полумраке усадьбы его фигура казалась частью стены. - Это дом. Я же говорил вам. Три часа ночи. Мертвая вода поднялась. Он пришел за данью.

-Замолчите, Матвеич! - Яна резко повернулась к нему, её глаза яростно блеснули. - Человека убили. Перерезали артерию. Дом не умеет держать нож! Здесь нет никакой мистики. Это расчетливое преступление. Кто-то из нас запер дверь снаружи, используя какой-нибудь хитрый механизм, леску или магнит, чтобы инсценировать «закрытую комнату»!

- Да какой магнит, Яна?! - крикнул Влад, вытирая губы тыльной стороной дрожащей руки. - Ты видела этот засов? Там штырь в палец толщиной! Его только руками можно задвинуть!

- Я разберусь в этом завтра, когда рассветет, - отрезала Яна, хотя внутри у неё всё холодком стягивало от понимания, что никакого механического способа закрыть этот засов снаружи просто не существовало. - Сейчас мы все возвращаемся в каминный зал. Никто не ходит поодиночке. Мы запереться должны изнутри все вместе. Убийца - один из нас.

Марк, всё это время косившийся на стену, вдруг тихо произнес:

-Или под стеной.

-Что ты сказал? - Яна навела на подростка луч фонаря.

Марк поднял руку и указал пальцем на стену коридора - как раз на тот глухой двенадцатиметровый участок, который отделял комнату Артура Борисовича от соседнего номера.

-Я пока вы тут орали, у стены стоял, -тихо сказал парень, и его наглый тон куда-то испарился. - Изнутри… там, за кирпичами. Кто-то шуршал. Словно ногтями по камню скреблись. Быстро так. Снизу вверх. К чердаку.

Все замерли, боясь вздохнуть. Дождь за окном на секунду стих, и в наступившей мертвой тишине они четко услышали, как прямо за кирпичной кладкой что-то глухо и тяжело повернулось. А затем раздался отчетливый, медленный скрежет, уходящий по стене вверх.

Логика Яны затрещала, но она лишь крепче сжала фонарик.

Глава 4

Спустившись обратно в каминный зал, они заперли массивные дубовые двери на засов и придвинули к ним тяжелый буфет. Но это не принесло ощущения безопасности. Стены огромного зала, едва освещенные колеблющимся пламенем камина и парой оплывающих свечей, теперь казались границами клетки.

Илону трясло. Она сидела на диване, поджав ноги под шубу, и невидящим взглядом смотрела на огонь, тихо всхлипывая.

-Это кто-то из вас,- вдруг отчетливо произнесла Тамара Степановна. Она сидела на стуле посреди зала, прямая, как натянутая струна. Её руки всё так же судорожно сжимали бархатную сумочку. - Кто-то из вас, пришлых. Мой брат был богатым человеком. У него были враги в Москве, но сюда приехали только мы. И вы.

Её тяжелый взгляд остановился на Владе. Тот сидел на полу у камина, обхватив голову руками. От обвинения он резко вскинулся:

- Вы на что намекаете, женщина?! Я Артура Борисовича три раза в жизни видел! Моё дело— логистика, оформление! Зачем мне его убивать, да еще так… господи, там же полкомнаты в крови!

- Оформление, говоришь? - Тамара Степановна прищурилась. - А не ты ли весь вечер ныл, что мост размоет, что связи нет? Как удачно всё совпало, правда? Связи нет, полицию не вызвать. А документы на усадьбу лежали в его портфеле. Портфель открыт. Вы с этой… - она метнула злой взгляд на Яну, - первыми побежали наверх!

-Стоп, -Яна шагнула в круг света, встав между Владом и Тамарой Степановной. Её голос был холодным и отрезвляющим. - Давайте включим логику, раз уж полиция до нас не доберется. Тамара Степановна, если речь идет о деньгах и документах, то у вас и вашего сына мотив куда сильнее. Вы приехали сюда ради долей в наследстве. Вы сами сказали в холле, что Артур Борисович собирался продать усадьбу «втайне от семьи». С его смертью всё имущество переходит вам и Марку.

Марк, сидевший на подоконнике в темноте, дернул плечом.

-Слышь, овечка, притормози, - огрызнулся он. - Мать весь вечер со мной была. Мы из комнаты не выходили, пока свет не погас.

-Да, вы были вместе, - Яна повернулась к подростку, направив на него луч фонаря. - Вы могли прикрыть друг друга. Но меня интересует другое. Марк, ты сказал, что слышал скрежет за стеной. Ты уверен, что звук шел изнутри стены, а не из соседнего номера? Например, из двадцать второго?

-Я чё, тупой по-твоему? - парень зажмурился от яркого света. Звук шел прямо из каменной кладки. Словно там, внутри, узкий лаз.

- Там нет лаза, -подал голос старик Матвеич из своего угла. Он сидел неподвижно, продолжая вертеть в руках складной нож. - Там глухая стена. В семьдесят четвертом её в три кирпича закладывали, цементом заливали. Туда человеку не пролезть. А вот ему - можно. Он без костей. Он как вода.

- Хватит! - Яна резко оборвала смотрителя. - Матвеич, ваши сказки сейчас только разжигают панику. Давайте поговорим о вас. Вы живете здесь полвека. Вы знаете каждый угол, каждую техническую пустоту. И в три часа ночи, когда произошло убийство, вы бродили по первому этажу «проверять реку». Кто проверит ваше алиби?

Старик медленно поднял глаза. В глубине его зрачков отражались оранжевые языки пламени.

-А мне его незачем убивать, дочка. Артур ваш - дурак был. Думал, бумажками можно землю переписать. А земля здесь недобрая. Я вас предупреждал? Предупреждал. Не меряй, говорил, стены.

- Хватит… пожалуйста, хватит, - подала голос Илона. Она подняла заплаканное лицо. Тушь размазалась по её бледным щекам, делая её похожей на фарфоровую куклу, которую бросили в грязь. - Вы все идиоты. Вы ищете убийцу среди нас, а Артур… Артур панически боялся этого места.

Яна нахмурилась и подошла к девушке:

Что ты имеешь в виду, Илона?-Он не просто так её купил по дешевке, -Илона судорожно вздохнула, вытирая слезы рукавом шубы. - Его фирма обанкротилась еще в прошлом месяце. Он был должен огромные деньги каким-то страшным людям. Он приехал сюда не продавать усадьбу. Он искал здесь что-то. На чертежах семьдесят четвертого года, которые он тебе дал, Яна… на них с обратной стороны его рукой были нарисованы какие-то знаки. Он думал, что в замурованной зоне спрятан тайник. Номенклатурное золото или архивы. Он собирался вскрыть эту стену ночью! Сам!

В зале воцарилась тишина, нарушаемая только треском прогорающих поленьев.

Яна вспомнила залитые кровью бумаги в портфеле Артура Борисовича. Чертежи. Она не посмотрела на их оборотную сторону. А ведь убийца мог зайти в комнату именно потому, что бизнесмен нашел способ открыть тайный проход?

-Значит, засов, - пробормотал Влад, поднимая голову. - Если Артур Борисович сам открыл часть замурованной стены изнутри комнаты… то убийца пришел не из коридора. Он пришел из стены. И засов на двери был закрыт, потому что Артур заперся от нас. От людей. Но не от того, что было внутри.

- Это бред, - упрямо повторила Яна, хотя холодок паранойи уже коснулся её шеи. - Даже если там есть тайный ход, это значит, что убийца - человек, который знал о нем. Матвеич, или… кто-то, кто тайно следовал за нами от самой Москвы.

Внезапно Марк на подоконнике замер. Он медленно снял наушники с шеи и прижим ладонь к стеклу, всматриваясь в бушующую снаружи тьму.

-Эй… - тихо позвал он. - Посмотрите туда. Клянусь, там кто-то есть.

Яна мгновенно подбежала к окну и прижалась лбом к холодному стеклу, прикрывая ладонями глаза от внутреннего света свечей.

Снаружи, в залитом водой дворе усадьбы, среди стонущих от ветра сосен, стояла темнота. Потоки дождя летели почти горизонтально. Но в тридцати метрах от здания, у подножия старого фонтана с полуразрушенной чашей, Яна отчетливо увидела силуэт.

Это был человек. Он стоял абсолютно неподвижно под проливным ливнем, без зонта и капюшона. Белый луч дальнего света от машины Влада, припаркованной далеко за рекой, едва выхватывал его контуры. Но самое жуткое было в другом.

Человек стоял по колено в бурлящей грязной воде, которая прибывала с каждой минутой. И он смотрел прямо на окна каминного залы. На них.

- Влад… - тихо позвала Яна. -У твоей машины могли сами включиться фары?

- Нет, -сипло отозвался подошедший сзади Влад. - Ключи у меня в кармане. Чтобы зажечь фары, нужно повернуть тумблер на панели. Изнутри салона.

Силуэт во дворе медленно поднял руку, указывая длинным, неестественно тонким пальцем вверх - туда, где на втором этаже находилось замурованное крыло. А затем он просто зловеще… растаял в пелене дождя. Или ушел под воду.

И в ту же секунду над их головами, на втором этаже, раздался тяжелый, оглушительный грохот падения чего-то каменного. Будто кто-то с той стороны с размаху ударил ломом в кирпичную кладку замурованной комнаты.

Глава 5

Грохот на втором этаже стих так же внезапно, как и начался, оставив после себя лишь звон в ушах и плотный, удушливый страх, повисший в каминном зале.

-Оно пробивает стену, - прошептала Илона, сильнее вжимаясь в диванные подушки. -Оно сейчас спустится сюда… Артур мертв, мы следующие.

- Заткнись, ради бога, - огрызнулась Тамара Степановна, хотя её собственный голос сорвался на сиплый фальцет. Она повернулась к Яне: - Вы же у нас тут самая умная. Ну? Что ваша логика говорит теперь? Что это было? Строительный брак пятидесятилетней давности?

Яна не ответила. Она подошла к каминной полке, взяла одну из запасных свечей, подожгла её от умирающего пламени камина и решительно направилась к забаррикадированной двери.

-Яна, ты куда?! - Влад перехватил её у самого буфета, подпиравшего створки. Его лицо было бледным, на лбу выступили крупные капли пота. - Там, наверху, убийца. Кто бы это ни был - человек или… то, о чем говорит Матвеич. Туда нельзя ходить!

-Влад, если мы остаемся здесь, нас зажмут как крыс в углу, - Яна твердо посмотрела ему прямо в глаза, аккуратно, но настойчиво убирая его руку со своего плеча. - Посмотри на пол.

Влад опустил взгляд. Из-под массивных входных дверей зала, ведущих в вестибюль первого этажа, тонкими змейками просачивалась темная, грязная вода. Черная речка вышла из берегов окончательно. Усадьбу затапливало. Низина, в которой стоял каминный зал, медленно превращалась в бассейн.

-Вода прибывает слишком быстро, - Яна повернулась к остальным. - Через час здесь будет по колено. Дизель отключен, насосы не работают. Хотим мы того или нет, нам придется подниматься выше. На второй этаж. Или на чердак.

- На чердак нельзя, - подал голос Матвеич, даже не шелохнувшись в своем углу. - На чердаке сухо, да только выхода оттуда нет. Тупик. Если оно пойдет за нами вверх - там мы все и останемся. Гроб Хрущевский, а не чердак.

- У вас есть другие предложения, Матвеич? - Яна вскинула бровь. - Сидеть здесь и тонуть? Марк, помоги Владу отодвинуть буфет.

Подросток молча поднялся. Параноидальный страх, кажется, сменился у него глухим подростковым упрямством. Вдвоем с Владом они с тяжелым скрежетом оттащили шкаф от дверей. Влад взялся за засов, помедлил секунду, глядя на Яну, и резко дернул его на себя.

Дверь распахнулась. В каминный зал тут же хлынул поток ледяной воды, доходивший до щиколоток. Илона взвизгнула, вскакивая на диван.

-Идемте, быстро! - скомандовала Яна, высоко поднимая свечу.

Иих маленькая процессия снова двинулась во мрак вестибюля. Вода в холле неприятно чавкала под подошвами, она была холодной как лед и пахла речным илом. Лучи фонарей метались по стенам, выхватывая облупившуюся лепнину и старые советские плакаты, которые от сырости сворачивались в трубочки.

Они начали подниматься по парадной лестнице. Шаг за шагом, уходя от наступающей воды.

Когда Яна ступила на площадку второго этажа, она сразу почувствовала, что воздух изменился. Он стал сухим и пыльным -пахло известью, старым цементом и… гарью. Словно кто-то только что работал здесь строительным инструментом.

Луч её фонаря скользнул по коридору восточного крыла и замер.

Дверь комнаты №24, где лежало тело Артура Борисовича, была приоткрыта. Но самое страшное было левее. Глухая двенадцатиметровая стена, отделявшая номера, больше не была глухой.

Прямо посреди старых обоев зияла неровная, выбитая вертикальная брешь. Кирпичи были выломаны и аккуратными кусками разбросаны по паркету. Внутри стены открывался узкий, абсолютно темный вертикальный колодец технической шахты, уходящий как вниз, к подвалам, так и вверх, к перекрытиям крыши.

- О господи… - Тамара Степановна прикрыла рот ладонью. - Марк был прав. Там внутри что-то было.

Яна медленно подошла к пролому. Под ногами хрустела цементная крошка. Она опустила фонарь, осматривая края выбитых кирпичей, и её брови поползли вверх. Острые сколы старой кладки были покрыты чем-то темным и липким. Кровь. Но не старая, а свежая. Тот, кто выбирался из этой стены или протискивался внутрь, сильно ободрал себе кожу.

- Яна, не подходи близко! - крикнул Влад, оставаясь у лестницы рядом с Илоной. - Пошли наверх, на третий этаж, к чердачным перекрытиям! Здесь оставаться безумие!

Яна перевела луч фонаря на Влада. Тот стоял, тяжело дыша, и в полумраке его куртка казалась мокрой от дождя. Или от пота.

Она уже хотела согласиться и скомандовать подъем, как вдруг её лазерная рулетка, висевшая на ремешке на запястье, тихо звякнула, ударившись о пряжку ремня. Яна посмотрела на прибор, затем на ровную линию выломанных кирпичей, и в её голове, словно детонатор, сработала одна простая, сухая геометрическая мысль.

«Если стену выбивали изнутри… то где строительная пыль на внешней стороне обоев? Её нет. Она вся осыпалась внутрь шахты. Значит, этот пролом сделали не изнутри усадьбы. И не привидение. Его прорубили заранее. С той стороны».

Она медленно подняла глаза на Влада.

- Да... - тихо сказала Яна, чувствуя, как внутри всё покрывается ледяной коркой. - Вы правы, Влад. Идемте на чердак. Там… гораздо суше.

Глава 6

Лестница на чердак была узкой, крутой и скрипела под ногами так, словно усадьба стонала от каждого их шага. Воздух здесь был совсем другим - сухим, горячим от нагретой за день жестяной крыши и удушливо пахнущим вековой пылью, мышиным пометом и сухой гнилью.

Влад шел первым, широко расставляя плечи и подсвечивая дорогу мощным диодным фонарем. Его огромная тень изламывалась на скошенных стропилах, превращая его в какое-то многорукое чудовище. За ним, едва переставляя ноги, тащилась Илона - подол её дорогой шубы был безнадежно испачкан грязной водой первого этажа. Замыкали процессию Тамара Степановна с Марком и безмолвный старик Матвеич.

Яна намеренно держалась чуть позади Влада, пристально вглядываясь в его спину. В её голове бешено вращались шестеренки.

«Если пролом в стене был сделан заранее, снаружи… значит, убийца отлично знал планировку скрытых пустот. Влад работает в агентстве, у него был доступ ко всей технической документации усадьбы. Он привез меня сюда. Он вызвался пойти к Артуру. И эта кровь на сколах кирпичей…»

Она плавно перевела луч своего фонарика чуть ниже, на рукава куртки Влада. Ткань на локтях была плотной, штормовой, но на правом предплечье Яна заметила свежую, рваную прореху, сквозь которую проступало что-то темное.

-Влад, -как можно спокойнее позвала она, нагоняя его на верхней площадке. - У тебя куртка порвана. Где это ты так?

Мужчина на секунду замер, но тут же продолжил идти, даже не обернувшись.

-За буфет зацепился, когда оттаскивали его в каминном зале. Там гвоздь торчал. Не до куртки сейчас, Яна. Смотри под ноги.

«Ложь. Я лично стояла рядом с буфетом, там гладкая полировка», - отметила про себя Яна, но вслух ничего не сказала.

Они вышли на открытое пространство чердака. Это был огромный, мрачный лабиринт из деревянных балок, подпирающих крышу. Повсюду валялся хлам: сломанные советские панцирные кровати, рулоны старого рубероида, тюки с прогнившими матрасами. В углах тускло поблескивали осколки разбитых зеркал.

Шторм снаружи бушевал с новой силой. Капли дождя с оглушительным, пулеметным треском барабанили по железной кровле прямо над их головами. Из-за ветра старые стропила ходили ходуном, издавая протяжный, зловещий гул.

-Ну и трущобы, - брезгливо процедила Тамара Степановна, прижимая к носу кружевной платок. - Артур хотел сделать из этого элитный отель. Сумасшедший. Здесь только крыс травить.

-Зато сюда вода не дойдет, - угрюмо отозвался Марк. Он уселся на какой-то перевернутый ящик и снова попытался натянуть наушники, но, видимо, вспомнив скрежет за стеной, брезгливо бросил их на пол. - Ну и что дальше? Сидим тут и ждем, пока нас по одному перережут?

-Никто никого не перережет, - Яна поставила свою свечу на старый деревянный верстак, стоявший неподалеку. -/ Мы все на виду. Дверь на лестницу одна, и мы её контролируем.

Она сделала вид, что осматривает углы чердака, а сама незаметно сделала несколько шагов в сторону, туда, где из пола торчал массивный оголовок той самой кирпичной шахты, которая уходила вниз - к замурованной зоне второго этажа.

Вокруг оголовка на полу лежал толстый слой серой вековой пыли. Яна опустила фонарь к самому полу, пустив луч по касательной, как учили на курсах криминалистики. На сером ковре пыли четко выделялись свежие, глубокие отпечатки подоконников тяжелых армейских ботинок. И эти следы вели прямо к люку, который закрывал зев шахты.

Яна перевела взгляд на ноги Влада. На нем были именно такие ботинки -тяжелые, с глубоким протектором «панама». На рантах всё еще держалась свежая кирпичная крошка.

В этот момент Влад резко обернулся. Луч его мощного диодного фонаря ударил Яне прямо в глаза, ослепив её.

-Яна, ты чего там ищешь? - его голос прозвучал неожиданно близко и как-то слишком низко. В нем больше не было паники. Скорее, холодное, расчетливое любопытство. - Сказано же - сиди со всеми у свечи. Не стоит бродить по темноте. Мало ли на что можно наткнуться.

Яна зажмурилась, прикрывая глаза ладонью, но заставила себя улыбнуться, хотя сердце в груди колотилось как сумасшедшее. Пазл сложился полностью. Призраков не было. Перед ней стоял убийца.

Глава 7

Яна сделала глубокий вдох, заставляя воздух с трудом пройти через сжатое горло. Ослепительный диодный луч фонаря Влада по-прежнему резал глаза, но она не отступила ни на шаг.

-Я просто осматриваюсь, Влад, - спокойно ответила она, слегка прищурившись. - Проверяю, не протекает ли крыша. Нам только не хватало, чтобы нас залило еще и сверху.

Влад медленно опустил фонарь, убирая луч от её лица. В оранжевом отсвете свечи его массивная фигура казалась неподвижным изваянием.

- Крыша крепкая, - глухо бросил он, отворачиваясь к остальным. - Не переживай.

Яна аккуратно обошла оголовок шахты, стараясь не затоптать отпечатки его ботинок, и углубилась в дальний угол чердака, куда почти не доходил свет от верстака. Ей нужно было выиграть время, успокоить пульс и найти хоть что-то, что могло стать оружием или защитой.

Под стропилами, среди старых тюков со стекловатой и полусгнивших деревянных ящиков, её взгляд зацепился за массивный железный куб. Это был старый советский несгораемый сейф, наполовину заваленный рубероидом. Его темно-зеленая краска пошла пузырями от сырости, а на тяжелой дверце тускло поблескивал массивный лимбовый замок.

Яна подошла ближе. На верхней панели сейфа, прямо в толстом слое столетней пыли, отчетливо виднелись свежие полосы - словно отсюда совсем недавно стащили что-то тяжелое. Рядом валялся ржавый ломик-гвоздодер, а на полу белели обрывки старой, пожелтевшей бумаги.

Она присела на корточки и аккуратно подняла один из клочков. На плотном бланке с гербом СССР и штампом «Санаторий "Черные Ключи"» сохранились размазанные чернильные строки. Яна поднесла фонарик ближе к бумаге, закрывая свет собственным телом от стоявшего у верстака Влада.

«...настоящим актом подтверждается изъятие из спецхрана ценностей Наркомата путей сообщения... Всего к транспортировке подготовлено 12 мест (золото в слитках, архивные дела спецотдела)... Ввиду экстренной эвакуации ценности временно размещены в техническом объеме восточного крыла... Ответственный за хранение - снабженец Матвеев И.П.»

Яна замерла. Матвеев И.П. - это Матвеич.

Значит, в семьдесят четвертом году никакой следователь не пропадал в воздухе. Он нашел этот тайник. Нашел золото, которое Матвеич и руководство санатория припрятали в вентиляционной шахте во время какой-то старой неразберихи, списав на «экстренную эвакуацию». Проверяющего убили, а шахту экстренно заложили кирпичом в три слоя.

Но почему Артур Борисович узнал об этом только сейчас? И почему Влад…

Яна перевела взгляд на обрывок акта, где в самом низу стояла подпись проверяющего: «Младший следователь юстиции Ковалев В.А.».

Ковалев. У Яны в кармане лежали копии документов на оформление усадьбы, которые ей выдал Влад перед поездкой. Она судорожно вытащила сложенный лист А4, развернула его и посветила на графу «Представитель агентства».

Ковалев Владислав Андреевич.

Внук. Он не просто продавал усадьбу. Он искал убийцу своего деда и то, что дед нашел перед смертью.

- Интересные бумажки, правда? - раздался тихий, свистящий шепот прямо над её ухом.

Яна вздрогнула так, что едва не выронила фонарь. Из темноты за сейфом, бесшумно, как тень, вырос старик Матвеич. Его сморщенное лицо в тусклом свете казалось ожившей маской. Он смотрел на обрывок советского акта в её руках, и его губы кривились в жуткой усмешке.

- Пятьдесят два года лежали, дочка, - тихо прохрипел старик, косясь в сторону камина, где Влад о чем-то негромко спорил с Тамарой Степановной. - Думали, все забыли. А кровь - она как мертвая вода. Все равно наверх поднимется.

Глава 8

Матвеич придвинулся еще ближе, и Яна почувствовала тяжелый, удушливый запах махорки и сырости, исходивший от его старого ватника. Старик протянул сухую, покрытую пигментными пятнами руку и осторожно, одними кончиками пальцев, коснулся пожелтевшего обрывка бумаги в её ладони.

- Артурка-то, покойник, думал, что самый хитроумный, - зашептал старик, косясь на силуэт Влада у верстака. - Нашел в архивах чертежи, приехал, права на усадьбу выкупил... Стал стены щупать да лазерами своими мерить. И ведь нашел-таки люк в шахту. Сегодня в ночь и полез туда, пока шторм шумел. Надеялся, никто не увидит. А Ковалев-то помоложе, да порезвее оказался. Настиг его прямо там, внутри кладки. Дедов должок вернул. С процентами.

-Значит, это Влад убил его?-так же тихо, едва шевеля губами, спросила Яна. - И запер нас здесь, чтобы...

-Чтобы золото дедово вытащить да концы в воду спрятать, - Матвеич глухо, беззвучно рассмеялся, оголяя беззубые десны. - Речка-то Черная не просто так поднялась. Он шлюзы на старой плотине у торфяников еще вечером перекрыл, я проверил. Знал, что низину затопит, мост отрежет, и никто сюда до утра не сунется. А мы для него - так, свидетели ненужные. Спишет всё на стихию да на обвал старых перекрытий. Скажет, несчастный случай...

Яна почувствовала, как внутри всё окончательно заледенело. Влад продумал всё до мелочей. Затопление, изоляция, инсценировка «чертовщины» в стенах. Ему нужно было время, чтобы опустошить тайник, а пролом на втором этаже он сделал еще до их приезда, замаскировав его старой мебелью.

Вдруг шепот Матвеича оборвался. Старик замер, уставившись куда-то за спину Яны, и его глаза панически расширились.

Яна медленно обернулась.

Влад стоял всего в трех метрах от них. Лучи фонарей от верстака больше не подсвечивали его лицо -он шел в полной темноте, бесшумно ступая своими тяжелыми армейскими ботиками по толстому слою пыли. В его правой руке, тускло поблескивая в свете Яниного фонарика, был зажат тот самый ржавый ломик-гвоздодер, что лежал у сейфа.

-О чем шушукаетесь, подрывники? - голос Влада изменился, в нем больше не было и следа той напускной тревоги и заботы, с которой он вел их на чердак. Теперь он звучал плоско, жестко и пугающе спокойно. -Яна, я же просил - держись поближе к свету. Там, в углах, гвозди ржавые. Повредишь себе что-нибудь... как я.

Он сделал еще шаг вперед. Из-под разорванного рукава его куртки, прямо по ладони, сочилась густая, темная кровь - след от острых сколов кирпича в шахте, где он добивал Артура Борисовича.

-Влад, мы просто нашли... - Яна попыталась сделать шаг назад, но уперлась спиной в холодный металл несгораемого сейфа. Пути назад не было.

-Я видел, что вы нашли, - перебил её Влад, медленно поднимая ломик на уровень груди. - Бумажки старые. Деда моего бумажки. Вы ведь у нас умная, Яна. Сразу всё поняли, да? Архитектор, реставратор... Глаз алмаз. Жаль. Очень жаль.

Сзади, у верстака, послышался удивленный голос Тамары Степановны:

- Влад? Яна? Вы где там? Что происходит?

Глава 9

Но Влад даже не повернул головы на её крик. Он замахнулся ломиком, его глаза сузились, и он резко шагВлад рванулся вперед, и в этот момент старый чердак словно взбесился. Вспышка молнии снаружи превратила все пространство в черно-белый негатив, а следом грянул такой гром, что здание содрогнулось до самого фундамента.

Яна, действуя на чистых инстинктах, рванула вправо. Железный ломик со свистом рассек воздух там, где секунду назад была её голова, и с лязгом вошел в деревянную балку верстака.

-В темноте, Влад, я знаю этот чердак лучше тебя! - крикнула она, ныряя под массивную опорную балку.

-Ты ничего не знаешь! - проревел он, вырывая ломик из дерева с куском щепы. - Здесь всё - ловушка! Я сам её строил!

Яна влетела в лабиринт из сломанных кроватей. Она понимала: с её физической силой против Влада не потягаться. Но у неё было то, чего не было у него - привычка видеть мир как совокупность линий, углов и векторов нагрузки. Она точно помнила схему чердачных перекрытий, которую изучала еще до заката.

Она прижала ладонь к поясу, нащупав корпус своей лазерной рулетки.

Влад шел прямо по её следам, грубо отшвыривая старые матрасы. Он не боялся шума. Он хотел её поймать.

Яна замерла, вжимаясь в глубокую тень за панцирной кроватью. Она включила лазерную рулетку. Красная точка метнулась по темному пространству, отразившись от опорной колонны в десяти метрах.

«Так, - подумала она, -расстояние до колонны- метров десять. До центральной балки – где-то три. Стык балок держится на пределе усталости материала».

-Я вижу тебя, Яна, - раздался голос Влада совсем близко, слева. Он явно слышал её прерывистое дыхание. - Зачем ты это делаешь? Мы могли бы поделить золото. Нам двоим хватило бы с лихвой. Уходи из этого дома, забудь обо мне, и живи как королева!

Яна не ответила. Она знала, что за этим «предложением» кроется смерть. Она навела рулетку на несущую балку, на которой держалась часть прогнившего пола.

-Я не хочу этого делать, - голос Влада стал вкрадчивым, почти нежным. - Давай выйдем к остальным. Скажем, что старик сбрендил, что это он всё устроил…

Яна с силой дернула за край старого, пропитанного гнилью рубероида, нагроможденного над балкой. Тот поддался, и с грохотом на пол полетела целая гора хлама, включая тяжелые железные детали от станков, которые хранились здесь с советских времен.

Влад инстинктивно дернулся на шум.

В этот момент Яна включила яркий белый луч фонаря прямо ему в лицо. Он закричал, прикрываясь рукой, на мгновение ослепнув.

Этого хватило. Яна, используя вес своего тела как рычаг, ударила носком ботинка в ослабленное сочленение балки, которое она только что вычислила. Вся конструкция, державшаяся «на честном слове» и старых гвоздях, с жутким стоном начала проседать.

-Что ты… - Влад понял, что происходит, когда пол под ним стал уходить вниз.

Раздался треск ломающегося дерева, похожий на выстрел. Участок пола, на котором стоял Влад, провалился в пустоту - прямо в ту самую вентиляционную шахту, которую он сам вскрыл накануне.

Раздался глухой, затяжной звук падающего тела, сопровождаемый осыпающимися кирпичами. А затем - глухой удар о дно, где-то глубоко на уровне второго этажа.

Воцарилась тишина, прерываемая лишь сумасшедшим стуком дождя по крыше.

-Влад? - позвала Яна, чувствуя, как у неё подкашиваются ноги.

Ответа не последовало. Только из глубины шахты, сквозь вой ветра, донеслось тяжелое, предсмертное хрипение.

Яна медленно сползла по стене на пол. В руках она всё еще сжимала свою лазерную рулетку, на дисплее которой всё еще светилась красная цифра: «0.00 метров». Дистанция до смерти была сокращена до минимума.

В дверях лестничной клетки показались огни других фонарей. Тамара Степановна, Марк и Матвеич, испуганно озираясь, осторожно пробирались на чердак.

-Яна! Что случилось?! - крикнула Тамара Степановна.

Яна медленно подняла голову. Её лицо было белым как мел, а глаза - сухими и жесткими.

-Всё кончено, - сказала она, глядя на дыру в полу. -Убийца больше никого не побеспокоит. Вызывайте полицию. Если у кого-то из вас вдруг заработал телефон.

Глава 10

На рассвете шторм наконец начал стихать. Небо над усадьбой «Черные Ключи» окрасилось в блеклый, грязно-серый цвет, а непрекращающийся гул дождя сменился монотонным, тяжелым стуком редких капель. Вода, затопившая первый этаж усадьбы, больше не прибывала - шлюзы у торфяников, которые Влад перекрыл накануне, не выдержали напора и открылись сами, пустив бурлящие потоки дальше по руслу.

Около восьми утра со стороны размытого моста донесся долгожданный, глухой рокот мотора. Спасательный отряд МЧС пробился к изолированному зданию на тяжелом амфибийном грузовике.

Яна сидела на ступеньках парадной лестницы, прямо над границей уходящей воды. На её плечах было накинуто чужое сухое одеяло, но её взгляд, устремленный в пространство, оставался абсолютно трезвым и холодным. Рядом, на уцелевшей ступени, лежала неизменная лазерная рулетка.

Молодой следователь в промокшей форме, записывавший её показания в планшет, то и дело поднимал на неё удивленные глаза.

-То есть вы утверждаете, гражданка Котельникова, что подозревали Ковалева с самого начала? - спросил он, поправляя капюшон.

-Не с самого начала, - тихо, но отчетливо произнесла Яна. - Сначала я, как и все, поддалась общей панике. Человеческий мозг устроен так, что в замкнутом пространстве под воздействием страха он готов поверить в любую мистику, лишь бы не признавать очевидного -чужую, холодную человеческую жестокость. Но цифры не умеют лгать.

Она повернула голову в сторону восточного крыла, где эксперты как раз извлекали тело Влада из полуразрушенной вентиляционной шахты.

-Первой зацепкой стала геометрия пролома, - продолжила Яна. -Влад утверждал, что стену выбило «нечто» изнутри шахты. Но при любом взрыве или ударе изнутри строительная пыль и осколки обоев летят наружу, в коридор. А здесь вся пыль ушла внутрь колодца. Стену рубили снаружи, аккуратно, заранее подготовив лаз и замаскировав его старым шкафом еще до нашего приезда.

Следователь кивнул, быстро записывая.

-второй момент -время, -Яна чуть крепче сжала пальцы на одеяле. - Влад вызвался пойти за Артуром Борисовичем якобы потому, что тот задержался. На самом деле ему нужно было первым оказаться у двери и сымитировать, что комната заперта изнутри. Артур Борисович действительно закрыл засов, потому что панически боялся своих московских кредиторов и родственников. Он заперся от людей в коридоре. Но он не знал, что Влад уже ждал его внутри стены, пробравшись туда через чердачный люк.

-А как же силуэт во дворе? Которого видели вы и остальные свидетели прямо перед вторым грохотом?

-Сообщник, - Яна едва заметно усмехнулась. - Местный браконьер или нанятый им человек. Влад специально дал мне ключи от своей машины, зная, что в ней настроено автоматическое включение фар по таймеру или с обходного пульта. Силуэт у фонтана был нужен только для одного —-отвлечь наше внимание от чердака, пока сам Влад, якобы сидевший с нами у камина, создавал себе алиби. А грохот наверху - это был заранее установленный им распорный домкрат, который просто доломал кирпичную кладку в нужный момент, когда дерево разбухло от сырости.

Со стороны холла послышались голоса - спасатели выводили бледную, закутанную в плед Илону и молчаливого Марка. Тамара Степановна шла позади них, высоко подняв голову, но её пальцы по-прежнему судорожно сжимали сумочку. Наследство брата теперь принадлежало ей, но цена этого наследства оказалась слишком высокой. Старика Матвеича уводили под руки - он тихо бормотал что-то про семьдесят четвертый год и «мертвую воду», которая наконец-то успокоилась.

Следователь закрыл планшет и поднялся:

-Что ж, картина ясная. Месть за деда, старые партийные архивы и золото, которое Ковалев-старший так и не смог вывезти. Влад нашел дневники деда, просчитал всё, но не учёл, что Артур Борисович решит нанять профессионального оценщика с математическим складом ума.

Яна тоже поднялась, аккуратно спрятав лазерную рулетку в карман куртки.

Она вышла на крыльцо усадьбы. Свежий, утренний воздух после грозы был удивительно чистым. Вода в реке стремительно падала, обнажая изломанные ветви деревьев и серый речной ил.

Усадьба «Черные Ключи» больше не казалась зловещей. Без своих тайн она была лишь старым, разрушающимся зданием из кирпича и бетона, которое скоро окончательно поглотит время. Призраков здесь никогда не было. Но человеческая жадность, фанатизм и месть оказались куда страшнее любого проклятого дома.

Яна повернулась к дежурной машине МЧС, готовая навсегда оставить это место позади. Логика снова победила.