Долина Мертвецов

Глава 1

Застывший, иссушенный временем человеческий труп, не прикрытий даже намеком на остатки одежды, растянулся на светло-серой, пыльной земле, словно потерял возможность двигаться одномоментно, без каких либо предпосылок к прекращению его нежизни. Потемневшая до цвета старого ореха кожа туго обтягивала каждую кость: необычайно толстые ребра, возвышаюшиеся над прилипшим к позвоночнику провалом живота, позвонки шеи, непропорционально удлинившиеся руки, оканчивающиеся, вместо ногтей на фалангах, кривыми когтями. Безволосый череп крупные челюсти с выступающими, заостренными, будто клыки хищника, зубами, не прячущиеся за истлевшими губами. Провалы на месте носа и глаз, огрызки ушей... То что раньше это могло быть человеком говорила лишь черная вязь полустертой временем татуировки на левом предплечье.

Над телом возвышалась фигура, укрытая темно-серым плащом с глубоким капюшоном, и замотанная в тряпки так, чтобы ни одного кусочка кожи, даже случайно не подставилось разыгравшемуся по летнему времени светилу, жарившему немилосердно, будто вознамерившемуся высушить из окружающей земли последние остатки влаги. Лицо закрывала кожаная маска без прорезей для глаз, впрочем ни капли не мешающая ее хозяину ориентироваться. Единственным ярким пятном среди темных тонов одеяния горделиво сверкала серебряная игла украшенная, на конце, скалящимся черепом в центре креста вписанного в круг.

Стоящий рядом мальчишка отчетливо дрожал, переводя ошалелый взгляд с фигуры в плаще на валяющийся труп и обратно. В отличие от мужчины в маске, одежда подростка, при всей своей простоте выглядела дорого, можно сказать щегольски, насколько это может быть применимо к костюму, предназначенному для охоты, либо не самых близких путешествий: плотное сукно, хорошо выделанная кожа, сапоги на шнуровке и шляпа, украшенная пестрым фазаньим пером.

- Не трясись! - холодный, безжизненный голос, которым был отдан приказ, отразившись от полуразрушенных, выщербленных временем стен древнего замка, обезлюдевшего более пяти веков назад, заставил кожу мальчишки покрыться сотнями мурашек. - Это не опасно. Слушай и запоминай.

Перед тобой типичный образчик достаточно развитой, но все-таки низшей нежити. Умертвие обыкновенное, очень старое, сильное, но не особо опасное для подготовленного мага, тем более для некроманта. Обрати внимание на изменение зубов и ногтей - это малообъяснимый парадокс неконтролируемой трансформации под воздействием некротической энергии. Умертвия не относятся к плотоядной нежити, наподобие упырей или вурдалаков, им нет необходимости разрывать плоть жертвы, энергию для существования, за отсутствием особого источника, они получают от посмертного выброса жизненных сил, однако трансформация в хищную особь - налицо. Причины до сих пор неизвестны, да, на самом деле не особо-то, и интересны.

Обычно, первые уроки по работе с некроконструктами начинают с того, что ученик пытается поднять собственную нежить, так называемого кадавра, после этого учится брать его под контроль, но раз уж у нас несколько тысяч уже подготовленных тел, начнем с контроля.Если Научишься удерживать под своей властью хотя бы одно полдюжины умертвий, то кадавров и скелетов сможешь контролировать десятками.

- Тысяч, мастер? - осмелился подать, тут же давший петуха, голос мальчишка.

- Долина Ледяного Клыка была достаточно плотно населена. - не замедлил с пояснениями мужчина. - Крупный портовый город, единственный на многие недели пути, сам видишь, - некромант указал рукой на виднеющиеся в проломе, режущие глаз серебряным блеском, заснеженные шапки из которых выделялась одна, особенно высокая, чуть изогнутая, с крутыми склонами, напоминающая по форме волчий клык, - горы, а выход к южному морю закрывают другие королевства. Городу нужно что-то есть и помимо даров моря, так что множество ферм, выращивающих все-что только можно здесь вырастить, благо вулкан, образовавший эту долину, хоть и погас давным-давно, до сих пор исправно подогревает землю.

- А что такое вулкан?

- Вот же, деревенщина необразованная! - беззлобно ругнулся мужчина. - Вулкан это место в котором подземный жар вырывается на поверхность, изливаясь потоками огня и расплавленной породы. Вся эта долина - бывший огромный кратер. Когда мы отстроим школу - в ней, возможно, будут уроки по устройству мира, тогда учителя расскажут более подробно. Ну, или через пару-тройку лет научу вас с сестрой заглядывать в память мира, подобные катаклизмы отпечатываются в ней навечно и сможешь посмотреть сам. Мы здесь не за этим.

Прежде чем прибывшие с нами люди начнут разбор развалин и возведение собственного жилья, нужно очистить долину от всех некротических созданий. Мало ли, где-нибудь остались капли энергии, мне не до тотальных проверок было, самому бы не обратиться.

- А что с вами...- попробовал было задать очередной вопрос мальчишка, но был остановлен властным взмахом.

- Потом! Смотри аурным зрением. Для работы с некротическими энергиями необходимо проложить для них путь, делается это так. - мастер зажег над раскрытой ладонью прежде незнакомый мальчишке знак.

- Не спеши и тщательно рассмотри его. - мастер не стал пояснять что именно, и так было понятно: от символа тянуло могильным холодом и потусторонней жутью.

Подростку показалось, на миг, что он из жаркого лета перенесся в ледяную пустыню.

- Видишь? Он будто бы состоит из двух рун: «Смерть» и «Врата»? Не вздумай, показывать его сестре, женщин использование этой энергии убивает так же надежно, как и кинжал в сердце. «Пьюлис тхоу санат». Любая работа с некроэнергией начинается с этого символа-плетения, рассмотри его и запомни, выжги в своей памяти!

Подросток смотрел, на знак не в силах отвести глаз, такой простой и, в то же время, будто отторгаемый самим миром, запоминая каждый штрих и завиток. Убитая им девушка, на той злополучной площади показала всю опасность небрежного обращения с магией, а ведь там было простое разрушение, не вызывающее никакого отторжения в душе, в отличие от этого... символа.

- Его нужно создать в самом ядре, это не преобразователь, как те руны, что мы изучали прежде, это именно врата для энергии смерти. Та сила, что потечет по твоим каналам не из приятных, но все это - вопрос привычки. Управляется точно так же как и твоя собственная магия, разница лишь в том что живые существа не могут ее создавать, да и влияние этой силы далеко не безвредно, поэтому врата должны закрываться сразу же, как только задача будет выполнена.

Теперь наблюдай. Сейчас я начну наполнять этот образец энергией, заодно, вплетая заклятье контроля. Постарайся понять процесс. Затем я уберу энергию и ты попробуешь сделать это сам. Не бойся, если что, я тебя прикрою.

Снова воплотив в сознании последовательность рун, от которой на глаза будто набежала дымка, расцветившая окружающее пространство в непривычные для обычного человека оттенки, подросток, переборов приступ тошноты, все еще непривычно было видеть мир таким, уставился на учителя, сияющего всполохами черноты и зелени.

- На умертвие смотри, бестолочь! - тут же одернул его наставник.

Мальчишка вздрогнул и, сжав кулаки, перевел взгляд, чтобы увидеть, как зеленое щупальце, словно побег болотной травы проросшее из ладони наставника, коснулось шеи твари, очень сильно напоминающей тех, что оставили на его ноге рваный шрам. По вытянувшемуся на земле телу потекли изумрудные ручейки, заполняющие толстый канал вдоль хребта и тонкими жгутиками разбегающиеся по телу твари.

- Ни одно творение, неважно, живое или нет, не может существовать без движущей его энергии. - коснулся ушей голос мастера. - Но эту энергию нужно направлять и управляющие структуры находятся, как правило, в голове. Если я оставлю так, как ты видишь сейчас, мне придется самому контролировать движение каждой части этого тела, будто кукольнику - марионетку. Чтобы этого избежать, я наполню так же и собственный управляющий центр этого образца, в случае с человеком мы назвали бы его разумом, но вплету в него вот такой конструкт.

Над начавшим подергиваться телом загорелся равносторонний треугольник, вписанный в круг, украшенный по каждой из сторон рунами «Власть», «Движение» и «Источник». Внутри треугольника разместился знак «Врата смерти», но ни в какое сравнение не идущий по наполненности и нагоняемой жути с тем, что показал мастер Бернард.

- Теперь смотри, - продолжал настаник - я впечатываю это плетение в управляющий узел и заполняю его энергией.

Геометрические фигуры с рунами ужались в размерах и скрылись в сиянии изумрудной сферы, укрывшейся в черепе трупа. Тварь дернулась и резво подскочила на ноги. Мальчишка рассматривал поднявшуюся нежить, просвечивающую изнутри зеленым сиянием, будто бы весь ее скелет заменили на потоки потустороннего пламени, утекая из реальности, завороженный пляской чуждого этому миру огня.

- Коска! Не увлекайся, еще успеешь насмотреться! - одернул мальчика наставник.

- Простите, мастер Бернард!

- Обрати внимание на голову этого образца. - подросток послушно сконцентрировался и заметил тонкую нить, что отходила от структуры, впечатанной в череп немертвой твари, и скрывалась под капюшоном наставника. - Это нить контроля. Она соединяет плетение, что я вложил в эту нежить, и мой разум. Позволяет отдавать простые приказы и не дает немертвому совершать какие-либо действия вне моей воли. У дикой нежити подобные нити подпитывают их от источника и передают энергию обратно, если твари удастся удачно поохотиться и поделиться излишками. Расстояние ограничено мощностью источника и количеством немертвых, но это я буду объяснять несколько позже. Энергосистема в теле образца позволяет ему двигаться, по сути, не задействуя мышцы, поэтому нежить, как правило сильнее и быстрее живых созданий, но это зависит от объема задействованной энергии, так же это позволяет поднимать скелеты, у которых мышц нет в принципе, но, на мой взгляд, подобное - глупая растрата сил и подходит лишь для наработки практики или если в доступной близости совсем уж нет подходящего материала.

Теперь наблюдай, я начинаю процесс откачки вложенной энергии. Это можно сотворить мгновенно, но я замедлю действие для наглядности.

Немертвая тварь, будто что-то почуяв, дернулась раз, другой, мальчик завороженно смотрел как собственная воля нежити пытается сбросить поработившее ее плетение, прокатывая волны энергии по телу и устремляя их к черепу, но куда там обычной низшей нежити дергаться против опытного некроманта. Весь изумрудный огонь устремился к нити контроля, пронесся по ней к наставнику, будто воздух выходил из пробитого пузыря. Последним погасло управляющее плетение.

- При этом процессе я также открываю «Врата» и направляю всю энергию туда. Когда освоишь этот прием, я покажу как можно вырывать из подобных созданий всю энергию, не проводя ее через себя, но это более сложный прием и ты, пока что, не готов к подобному. Подготовленный мэтр некромантии такое плетение создает за половину удара сердца на совершенно сыром материале, а здесь же у нас ситуация практически идеальная для наработки контроля: тысячи подготовленных образцов только и ждут когда же ты на них отработаешь урок.

- На всех? - мальчишка распахнул глаза, будто ему под нос сунули гору золота.

- Сам в слуги просился, и, раз уж вышла такая оказия, будешь не только учиться, но и помогать мне с работой, нужно очистить всю долину, собрав немертвых в одном месте, прежде чем люди начнут расчищать руины города и замка. - Коска мог бы поклясться что под глухой маской его мастер злорадно ухмыляется, хотя по неживому голосу было и не разобрать эмоций. - Главное, не забывай плетение щита держать наготове, всегда остается шанс выхода материала из под контроля.

Начинаем. Шаг первый - Пьюлис тхоу санат...

- Больно! - мальчишка сжав зубы пытался удержать распадающееся заклинание.

- Терпи! это уже настоящая магия, а не те фокусы что вы тренировали до сих пор и магия отнюдь не дружественная! - в голосе мастера прорезались металл и злость, но от этого Коске стало, как будто, легче, будто наставник поделился каплей своей воли и знак врат перестал рассыпаться в магическом ядре. - Твои энергоканалы непривычны к такому, ведь это чуждая всему живому сила, но чем больше будешь практиковаться, тем легче все будет происходить. - убедившись что магия смерти подчинилась мальчику, Бернард продолжил. - Хорошо, теперь протягивай нить и наполняй образец...

Лагерь переселенцев наполняла оглушающая какофония: кто-то ругался, звенела посуда, разнообразный скот, недовольный отсутствием свежей травы торопился высказать свое возмущение мычанием, блеянием, ржанием. Кудахтали куры в клетках, требуя выпустить их, уставших от многодневного путешествия, на свободу, потрескивали костры, грохотал разгружаемый скарб... Сотни звуков выводили Вильгельма из себя, но он, стиснув зубы продолжал отдавать распоряжения. Палатки? Вот там, где скалы образовали удобный карниз, прикроющий от случайного дождя. Нет, глубже в пещере мы устраиваться не будем, туда загоним скотину и лошадей. Нет не потеряются, огромную нору уже проверили и других выходов там нет. Провизию всю сложить в одном месте, пересчитать и начать разделение на пайки. Наплевать что одни привезли больше, другие меньше. Эти другие везли фураж и инструменты. Что? Кто-то возмущается? Дать в зубы и отправить копать отхожее место. Сейчас все будут питаться из общего котла. Если и дальше будут недовольные, пообещать отдать на опыты некроманту. Нашли чистый ручей? Прекрасно! Выкопать ниже по течению котлован, чтобы набиралось побольше пригодной для питья воды и организовать выдачу, все таки слишком много много людей и животных прибыло в долину и всем нужно пить, мыться, постирать пропыленную одежду, готовить еду. Нет, в развалины не соваться. Виконт Бернард однозначно объяснил, что, пока, не гарантирует полного отсутствия немертвых. Да, дозоры распределить и не давать никому разбредаться. Что, кому-то нечем заняться? Выдать лопаты и начать копать ров вокруг лагеря, заодно насыпая земляной вал за ним, мы, еще не знаем, чего можно ожидать от этой земли. Нет, некроманта искать не нужно, если что, есть его наставник и ученица, обращайтесь к ним. Что, мальчишки полезли на скалы и расшиблись? Живы? Как оклемаются - выпороть и заставить таскать посильные камни, расчищая лагерь, как раз можно будет очаги из них сложить. Нет, еще не известно когда вернется виконт. Да, все, кто последовали сюда, теперь свободные люди, но это не значит, что можно вернуться вот прямо сейчас, нужно выполнить приказ графа и восстановить замок и город. Да, к ночи, виконт должен вернуться. Нет, неизвестно где можно будет сеять рожь. Нет, обеспечить каждого остолопа женой никто не обещал. Да, виконт и страшный некромант - один и тот же человек. Да, можно попробовать поймать в море рыбу. Да, топляк нужно собирать и таскать в лагерь, дрова, привезенные с собой, почти закончились. Да, возьмите еще людей и подводу...

Лейтенант мчался по лагерю распоряжаясь, ругаясь, убеждая, засыпаемый валом вопросов, жалоб, просьб. В душе поднималась жгучая зависть к некроманту, что прихватил ученика и усвистел куда-то на целый день, а ему приходится купаться во всей этой рутине. Если так выглядит управление собственной землей, то он, пожалуй погорячился с мечтами о жизни после службы.

- Я, вот, наблюдаю за вами, лейтенант, и не перестаю поражаться. - на пути Вильгельма выросла фигура в роскошном наряде, белоснежный плащ, скрепленный костяной фибулой архимагистра некромантии, колыхался на легком морском ветру, игравшем с тканью, будто котенок со слишком низко закрепленным гобеленом. - Как минимум один деревенский староста прибыл с моим учеником и должен быть здесь. Найдите его, найдите других людей с опытом и подчините им остальных. Зачем вы носитесь, как угорелый, пытаясь объять необъятное? Вы ведь солдат, вот и возьмите на себя разведку и охранение. Потом, с нами прибыло несколько знахарок, они, хоть и слабые, но целители, вряд ли от них будет больше толку в приготовлении пищи, а вот лазарет организовать будет необходимо, работы предстоит много и самых разнообразных травм не избежать. Думайте и разделяйте людей по умениям, если действительно планируете попасть в гвардейцы к моему ученику. - эти слова заставили молодого мужчину поежиться, древний маг читал его стремления как раскрытую книгу, а может просто прочел мысли - неважно, приятного в подобном мало. - Солдаты ему не очень нужны - продолжал там временем магистр Ордо Некроманси, - а вот хороший управляющий понадобится. Организация школы дело непростое и очень не быстрое. Бернард не самый приятный в общении человек, но старания и действенную помощь он оценит.

- Благодарю за совет, досточтимый архимагистр. - Вильгельм, припомнив уроки придворного этикета, которые приходилось брать в стремлении получить рыцарские шпоры, тратя свое кровное серебро на наставника, а не спускать в тавернах, почтительно поклонился, все таки, подсказки были дельными, да и старый граф разговаривал с этим колдуном весьма учтиво.

- Ах, оставьте это, юноша. Просто Берн или мастер Берн. Чинопочитание надоедает в первую сотню лет. - колыхнув невероятной чистоты плащом, словно ни капли пыли не коснулось белоснежной ткани за всю долгую дорогу, учитель виконта будто растворился в воздухе.

Вильгельм свистнул, подзывая своих солдат, оказавшихся поблизости. Когда перед ним выросли четыре закованные в добротную кольчатую броню фигуры, лейтенант принялся отдавать приказы.

- Найти и собрать в моей палатке всех, кто занимал должность старосты, войта или любую другую, связанную с управлением людьми. Время вам до заката. Если найдете слишком мало подходящего народа - то я вас самих заставлю командовать этим немытым стадом! Исполнять!

Для воинов, служащих одному из высших дворян королевства получить в прямое подчинение крестьян не просто понижение - позор, так что за исполнение приказа Вильгельм не переживал найдут всех, кто имеет хоть мало-мальский опыт, попутно озадачив своих товарищей, не попавшихся офицеру прямо сейчас.

Вилана, пристроившаяся в тени огромной скалы, не отвлекаясь на кипение походного лагеря, внимательно вглядывалась в пожелтевшие страницы, медленно водя пальчиком по угловатым буквам, складывающимся в слова, строки, страницы текста, шевеля губами, проговаривая прочитанное про себя, все таки чтение давалось еще тяжело, тем более что читала она далеко не баллады бардов о прекрасной любви и рыцарских подвигах.

...посему, в живой крови заключена сила великая, и тот, кому она подвластна может использовать ее, получив как источник энергии, так и сам объект для магических манипуляций. - гласил очередной абзац - возьмем, для примера, заклятие «Кровавая марионетка»...

медный кувшин с прохладной водой, поднесенный одной из приехавших с ними женщин, из бывших сервов, вот уж не думала, что у меня появятся свои слуги, невесело усмехнулась девочка, приподнялся в воздухе. Прозрачная струя устремилась в деревянную кружку, немного выплеснув за ее края.

- Спасибо Курт. - Вилана отпила глоток, поставив сосуд обратно на походный столик.

С тех пор, как мастер Бернард едва не развоплотил несчастного двухсотленего духа за то что он взял под контроль разум девочки, а сама Вилана выступила в его защиту, вцепившись в полыхающую магическим пламенем руку колдуна, призрак, видимый только тогда, когда ему позволял это некромант, значительно прибавил в силах, свободно манипулирую предметами намного большего веса чем мог раньше. А, едва они вступили в эту долину, как он смог самостоятельно принять зримый облик, но тут же растаял в воздухе, едва взгляд мастера скользнул по нему. В любом случае, хрустальная капелька на простом шнурке, позволяющая ему пребывать в мире живых уже больше месяца болталась на шее девочки, а некромант будто и думать забыл об этом амулете. Волос коснулось прохладное дуновение, призраку была приятна ее благодарность.

Вздохнув девочка вновь углубилась в тяжеловесный текст трактата по магии крови, что нашелся в запасах наставника ее учителя.

...тем или иным образом доставив в организм объекта буквально пару капель своей крови, маг может как видеть его глазами так и полностью подчинить тело, либо разум. Плетение, что необходимо наложить на свою кровь прежде чем поместить ее в намеченную цель и позволяющие сотворить множество манипуляций выглядит так...

На соседней странице красовался странный рисунок из многолучевой звезды и уже знакомых девочке рун, разбежавшихся по внутренним и внешним сторонам фигуры из магической геометрии.

- не думала что возможно такое сочетание, - пробормотала, под нос, девочка, сдув с лица непослушную прядку, - и ведь такое плетение называют одним из простейших.

Взгляд доброго ребенка поднялся и пробежал по снующим людям, словно в размышлении, как бы попробовать свежеизученный прием на подходящем объекте.

Бернард с ухмылкой наблюдал, как вспотевший ученик, в разорванной на плече окровавленной рубахе, держит под контролем двух полноценных умертвий. Не самый выдающийся результат для начинающего аколита Ordo Necromansi, но, если учесть что сегодня у него первый полноценный урок, а сами магические манипуляции мальчишка начал осваивать меньше месяца назад - весьма достойный. Да и сам урок... Сначала учат теории магии смерти, затем следует длительная практика по поднятию обычных кадавров из трупов разных неудачников и лишь затем переходят к более серьезной нежити. Но Бернард учит мальчишку так, как учили его, сквозь боль и кровь а теорию можно и перед сном рассказать, усталое тело не будет отвлекать от новых знаний обычными для детей его возраста стремлениями. Поднаторев же в контроле столь серьезной нежити и манипуляциях с некроэнергиями, Коска сможет поднять обычного мертвяка просто одним желанием. Да и сам он, вместе с сестрой в слуги просились, а не ученики, причем по всем, далеко не самым известным, правилам. Дай темные боги его учителю приключений интересных и разнообразных за то что научил детей такой форме клятвы, что оставалось либо убить их либо принять служение.

- Неплохо, теперь забирай энергию и, надеюсь, в этот раз ты вспомнишь, что печать контроля гасится последней. Оттаскивать разъяренное умертвие от твоей тушки я больше не буду, сам справишься, все нужное ты уже знаешь. - прогудел некромант, похлопав мальчишку по раненому плечу, затянутой в кожаную перчатку ладонью, отчего тот лишь скривился.

Коска выдохнул и втянул воздух сквозь зубы, словно, вместе с ним, выпивая энергию вложенную в тварей. Пара умертвий покачнулась и рухнула на пыльную землю без малейшего следа растительности, а сам мальчишка, морщась бухнулся рядом на пятую точку, совершенно не обращая внимания на неприятное соседство.

Бернард внимательно оглядел ауру мальчишки, особое внимание уделив магическому ядру. Ни капли некроэнргии не должно остаться в нем и никаких следов от врат. Не то, чтобы это было критично для начинающего некроманта, но слишком много обездвиженной нежити разместилось в округе и всю ее нужно будет убрать, прежде чем люди смогут безопасно жить в этой долине, а даже капли некроэнергии, бесконтрольно излившейся в эту землю, особенно в эту землю, может быть достаточно чтобы побудить столь неприятного соседа.

Не найдя никаких огрехов и полюбовавшись на обожженную ауру подростка, перекореженную манипуляциями со столь агрессивной энергией, новоиспеченный мастер-некромант удовлетворенно кивнул.

- Я доволен, на сегодня хватит. Тебе нужно восстановиться, а твоим энергоканалам привыкнуть к новой форме. Завтра будет намного легче и почти не больно. Пусть Вилана обработает твою рану, ткань для перевязки и кровезапираюший состав есть в моей сумке. Если царапина окажется глубокой и нужно будет зашивать - найдешь меня у палатки моего наставника. А теперь беги в лагерь.

Ночь сгустилась над проклятой долиной внезапно, словно кто-то наверху просто задул факел солнца. Во многих местах загорелись костры, а люди стремились закончить свои дела и укрыться за жиденьким земляным валом, что успели накопать за неполный день. Пахло наваристой похлебкой, и жареной на углях рыбой. Готовящийся отойти ко сну лагерь гудел растревоженным ульем - слишком много впечатлений для непривычных к такому селян и каждый из них гадал о дальнейшей судьбе. Что принесет им новое место? Удастся ли начать новую сытую жизнь, будет ли как всегда: жизнь впроголодь и непомерный труд на благо лорда этой земли или они уже никогда не покинут место о котором ходит столь много жутких сказок и их кости навсегда останутся среди этих неприветливых гор?

Палатка Вильгельма, высокая, просторная из плотного полотна, с навесом и откинутым пологом входа будто голодный удав поглотила с полторы дюжины человек в простой, покрытой пылью рабочей одежде, нескольких солдат, избавившихся от надоевшей за день брони, оставивших лишь пояса с прямыми, удобными для рубки в плотном строю короткими мечами, фигуру, закутанную в темный балахон и юношу в белоснежной одежде, появившимся из темноты, будто призрак.

Графский лейтенант обвел вошедших в его временное обиталище тяжелым взглядом. За день он успел сбить ноги, проклясть все на свете и несколько раз пожалеть что вообще встретил некроманта на своем пути.

- Прощу садиться. - мощная, покрытая мозолями ладонь, привычная как благородному мечу, так и простой дубине, чем только не приходилось сражаться за годы службы в графских солдатах, указала на лавки, окружившие раскладной походный стол, по сути - несколько тонких досок, приколоченных к поперечным перекладинам, установленные на обычные, скрученные накрест козлы. - Вельх, - обратился лейтенант к подростку, пристроившемуся к их отряду еще в той деревне, где Вильгельм встретился с Бернардом, - подай всем вина.

Мальчишка коротко поклонился и принялся расставлять медные кубки, наполняя их терпким ярко-красным напитком разбавленным прохладной, чистой водой из ручья.

Дождавшись, пока подросток закончит, лейтенант взмахом руки отправил того в угол ожидать следующих распоряжений и начал разговор обратившись к затянутому в темно-серые тряпки некроманту.

- Милорд, лагерь организован, люди, скот и лошади размещены. Обнаружен источник питьевой воды, Запасов провизии и фуража хватит еще на две недели, затем придется начать резать скот. Несколько человек отправились ловить рыбу, но улов незначителен и рассчитывать на него как на источник продовольствия не приходится. На берегу, в той области что вы, виконт, разрешили для передвижения, есть лишь одно место, где можно безопасно рыбачить, и больше трех-четырех человек там не разместится. Нет проблем с топливом для костров: море вынесло очень много дерева.

Здесь собраны старосты из деревень и поселков, люди из которых отправились с нами. Они смогут организовать работы, которые вы посчитаете нужными проводить, однако я не вижу смысла заниматься этим, пока не решен вопрос с едой. Если мы урежем пайки, можно будет протянуть месяц. Пустив под нож всю скотину - потлтора, все равно ее кормить будет нечем, а затем нам придется уходить.

- Благодарю, лейтенант, я вас прекрасно понял. - проскрипел со своего места маг смерти. - Вы не уточнили что граф Барен отправил с вами, так же, три тысячи золотых. Или вы успели их потратить за время пути?

- Нет, милорд, израсходовано чуть больше сотни, но зачем нам здесь золото? У кого покупать, и что?

- Перед тоннелем, ведущим в долину разместилось баронство... Как его там называют?

Присутствующие недоуменно пожали плечами, никто не удосужился поинтересоваться названием их теперешнего соседа.

- Чингхале. - прервал неловкую тишину молодой голос. Если не знать, что его обладатель старше всех присутствующих вместе взятых, можно легко обмануться внешностью юного франта. - Вам, мой ученик, как наследнику графства следовало бы знать фамилии всех владетельных лордов этого королевства.

Некромант, по прежнему прячущий лицо за сплошной маской, неразборчиво пробурчал что-то о том, в каких местах и позах он видел как свое право наследования так и всех владетельных лордов этого королевства и всех соседних тоже, но перечить архимагистру не стал, вместо этого продолжив прерванную фразу.

- Так вот, на имеющееся золото можно закупить зерно, мясо ну и что там еще может понадобиться, у наших соседей.

- Барон может заартачиться и не продать. - прервал мага офицер. - Мы не так чтобы по доброму расстались с его солдатами.

- Уговорите! - повысил искаженный маской голос маг. - Объясните, что мы здесь выполняем приказ графа, который, в свою очередь исполняет королевскую волю. Или вы, лейтенант предлагаете мне наведаться к нему в гости лично? Тогда, боюсь, торговать нам будет уже не с кем.

- Молодые люди! - вновь вмешался архимагистр, гася разгорающуюся ссору. - Можно же договариваться не только с бароном. Есть люди и попроще и поближе к зерну, у них и цена может оказаться выгоднее.

- А вот здесь неправы уже вы, учитель. - голос некроманта источал непривычное для него довольство сытого кота. - Такие объемы что нам понадобятся, согласно королевскому указу, вышедшему года четыре назад, можно закупать либо у купеческой гильдии либо напрямую у лордов земель и никак иначе. Я, за время свободной практики, наслушался от крестьян добрых пожеланий в адрес короля и советников, которые этим указом лишили их хоть какого-то вменяемого дохода. В нашей ситуации - либо с этим, как его, Чингхале вести дела, либо с другими лордами, но везти все равно через его земли, либо уже у графа Барен, будь он неладен, запрашивать фураж. В двух последних случаях, без бумаг с королевской печатью, мы большую часть золота потратим на налог лордам земель по которым будет пролегать путь, и еще не факт что довезем. Это уже не толпа переселенцев получится, а караван со вполне себе востребованным товаром и интересен он будет многим, а отряжать с полсотни солдат для сопровождения... - Бернард замолчал на мгновение и продолжил. - Вряд ли граф на такое пойдет в его ситуации с соседями, а у нас такого количества нет, да и время на дорогу туда-обратно выйдет больше месяца.

Впрочем, нужно еще обдумать варианты, а пока, лейтенант Вильгельм, прошу вас, краткий отчет по текущей ситуации.

- Как пожелаете, милорд. - чуть склонил голову офицер. - С нами прибыло более трех сотен мужчин, женщин и детей не пересчитывали. Все размещены в старых гранитных каменоломнях, выработка велась весьма странно - вглубь гор и образовалась просторная и глубокая пещера. Так же удалось разместить весь скот и лошадей. Телеги с имуществом переселенцев, провизией и фуражом, пока, расположили под открытым небом, разгружать их, не имея места для хранения, посчитали бессмысленным, но этим, на мой взгляд, нужно озаботиться в первую очередь. Так же отвели палатку под полевой лазарет, благо с нами прибыло четверо знахарок из деревенских.

- Знахарок? - прогудел голос из под сплошной маски. - И их отпустили на переселение?

- Мы не расспрашивали. Может лгут о своих навыках чтобы на загружали черной работой, может просто сбежали от хозяев, но, пока, они справляются.

- Ясно, позже я переговорю с ними. Продолжайте, лейтенант.

- А, собственно, все, виконт. За отмеченную вами территорию народ не ходил, боятся. Многие задают вопрос, когда можно будет засеивать поля, будто бы здесь все заранее было готово к их прибытию. Не имея дальнейших инструкций, я не знаю что им поручать и как распределять людей. Больше докладывать не о чем.

-Хорошо, садитесь, Вильгельм. У кого какие вопросы? - обратился некромант к присутствующим.

Со своего места поднялся кряжистый мужик в кое-как очищенной от дорожной пыли крестьянской одежде.

- Ваша милость...- начал было крестьянин, но был прерван магом на полуслове.

- Мастер Бернард или просто мастер - будет вполне достаточно, Аким, давай без всей этой титуловальной ерунды. Говори дальше.

- Как пожелаете, мастер Беранард. - поклонился мужик. - Лето заканчивается. Люди переживают, не померзнуть бы. В пещере зиму не пережить. Мы последовали за вами потому как вы нас от нежити избавили. Остальные на обещание свободы польстились, но жизнь даже серва, она-то послаще будет чем померзнуть от холода, пусть и свободными.

Дозвольте город проверить, может что-то из жилья можно быстро в порядок привести, не все ведь в руины обратилось, пока проклятие в долине царило.

- Об этом не может быть и речи, Аким! - повысил голос Бернард. - Вы просто не понимаете, что здесь произошло. Да, проклятие я убрал, но это вовсе не значит, что здесь безопасно. Но твои опасения я понимаю. Можешь успокоить людей. На первую зиму мы разместимся в казармах каструма. Да, придется спать вповалку и жить в скученности, но это много лучше чем жить в пещере или попасться одному из немертвых, если кто-то смог перенести ликвидацию источника проклятия.

С завтрашнего дня всех людей нужно отрядить на приведение крепости в порядок. После того как эти работы будут закончены и все обустроятся, можно будет начать расчистку руин города. Не раньше, Аким! Пока я не проверю каждый угол, подвал, каждое, демоны забери, отхожее место - в город не соваться!

Вильгельм, старосты. Завтра, с рассветом, отберите самых крепких мужчин, выдайте ломы, лопаты, кирки, что есть и отправьте их в каструм. Займемся нашим будущим жильем.

Все свободны.

Глава 2

Полная луна в клочья рвала тусклым светом тучи, пытающиеся укрыть от нее мрачную землю, покрытую прахом. Вильгельм, остановившись у выхода из палатки некроманта, пытался выхватить в неверном свете солнца мертвых, изливающемся на лежащие внизу руины древнего города что-то известное лишь ему одному. Вот возвышается шпиль почти уцелевшего храма, лишь крыша провалилась в паре мест, от порта остались лишь каменные причалы, клыками вгрызающиеся в серебрящиеся волны, жилые дома напоминали о себе квадратами оставшихся стен, кое где сохранившихся в несколько этажей. Стена, опоясывающая город, выглядела практически целой, непривычно цепляя взгляд прямыми углами и дырой на месте ворот.

Каструм наутика - место, куда они должны отправиться неумолимо приближающимся утром, расположился на огромном скальном языке, глубоко вдающимся в море, ровный квадрат, который сейчас назвали бы настоящим бастионом, вызывал оторопь огромными размерами и все еще грозно скалящимися зубцами на боевых башнях. Полнокровный имперский легион, более пяти тысяч человек, огромная сила по теперешним временам, размещались в его стенах. Жили, несли службу, защищали порт и город от угроз с моря. Широкая дорога, имперская, вымощенная камнем, простоявшая века, вела от его ворот, вливаясь в токую же, но гораздо более просторную, одним краем граничащую с глубоким обрывом, способную уместить не одну, а целых три телеги, вставшие рядом, ведущую от города к голодно скалящемуся проходу, что привел их сюда. Солдаты легиона могли практически моментально врезаться в неприятельские силы, сбрасывая их в пропасть, намертво блокируя проход. Любопытно, уцелели ли тайные проходы в скалы для переброски бойцов на господствующие высоты? Обороняться здесь, при достаточных силах, - одно удовольствие. Сбрасывай на измотанных переходом по темному туннелю наступающих огромные камни, сбрасывай в пропасть уцелевших, наверняка еще и внутри самого тоннеля были организованы боевые галереи для стрелков. Вся эта долина - огромная ловушка для любого, пожелавшего покуситься на ее покой.

Встряхнув головой и решившись, лейтенант откинул полог палатки некроманта и скрылся внутри.

- Мастер Бернард! - начал было заготовленные слова графский офицер, но осекся, разглядев в кромешной тьме два зеленых огонька.

Огоньки пропали, несколько искр упали на занявшийся фитиль лампы. Вильгельм уперся взглядом во тьму капюшона, куда рука, затянутая в тонкую перчатку, пристраивала сплошную маску. Что же у него с лицом, промелькнула в голове мысль, что он даже мужчине, повидавшему всякое, не желает его демонстрировать.

- Я вас слушаю, лейтенант. - раздался привычно приглушенный маской голос.

- Милорд. - Вильгельм вздохнул, набираясь решимости, скользнул взглядом по столу, уже принявшему на свою широкую спину вместо тарелок и кувшинов листы пергамента с непонятными расчетами, таблицами, многолучевыми звездами. - Позвольте мне прояснить сомнения. Мы собрались здесь чтобы дать вам советы, разработать порядок в которым мы будем действовать, обсудить уже возникшие и возможные проблемы, но вы просто выгнали всех. Не пожелали слушать! С сервами все ясно, они крестьяне, и как бы вы не называли их свободными, но ожидать толкового совета от землепашца - странная надежда. Но я - ваш солдат! - Вильгельм непроизвольно начал повышать голос, сжимая кулаки. - Я офицер, водил людей в бой и клялся в верности вашему роду! Пока вы пропадали с мальчишкой, мне пришлось организовывать размещение прибывших, решать их проблемы, отвечать на вопросы, но вы не пожелали даже выслушать все, о чем мне необходимо вам сообщить! Почему?

- Присядьте, лейтенант, - маг указал на табурет у небольшого столика с кувшином - налейте себе вина и прекратите истерить как купеческая дочка, которую попользовали, но жениться не собираются. Раз вам необходимы пояснения от вашего лорда, чтоб моему отцу демоны в преисподней встречу пожарче приготовили, я объясню вам кое что.

Вы все будете делать то, что приказано, по ряду причин. Первая. - некромант поднес руки к лицу, убирая маску, Вильгель едва удержался от предательской дрожи, когда сквозь упавшие из под капюшона белоснежные волосы полыхающими зеленью глазницами на него взглянул череп, столь туго обтянутый кожей, что зубы казалось необычайно крупными, а носа, будто вовсе не было. - Мне наплевать на все остальное кроме возвращения себе человеческого облика. Проклятье! Да у меня женщины больше двух месяцев не было! - Впервые за время, прошедшее в ожидании каравана поселенцев в голосе некроманта прозвучали эмоции, изрядно удивившие молодого офицера, впрочем тут же угасшие.

Вторая. Это - капюшон качнулся в сторону моря и разместившихся на его берегу руин - имперский город, покинутый в страшной спешке совсем малым количеством населения. Люди просто не успели выбраться, когда их настигла волна некротики. Пятитысячный легион с обслугой, тысячи человек горожан, если найдем документы - узнаем точнее. А раз не успели люди значит и ценности, продовольствие в том числе, остались здесь. В столь мощной некротической аномалии прекращается всякая жизнь, в том числе и гниение. Зерно в хранилищах сажать, конечно, бессмысленно, но употреблять в еду - вполне возможно, неоднократно проверено моим Орденом.

Третья. Земля в этой долине полностью бесплодна и ее необходимо приготовить. Крестьяне могут хоть до скалы ее распахать - не взойдет ни травинки, пока над ней не поработает знающий друид или маг жизни. И работы этой на годы. Письма с соответствующими запросами уже отправлены в Орден, их перешлют по назначению, надеюсь, кто-то откликнется. На крайний случай - остается ковен ведьм, но с ними договариваться придется уже мне лично, что, опять же возвращает нас к первому пункту, с таким мной они разговаривать не станут, да и найти их задача не самая простая, у очень любит церковь света устроить праздник с кострами и ведьмами в качестве жаркого.

Ну и четвертая причина, пожалуй, самая главная. Эта долина теперь принадлежит мне, а значит над ней простирается власть и порядки Ордо Некроманси. И здесь все будет так же как и на землях ордена. Большая часть земли будет передана под крестьянские дела для общин и обрабатываться она будет сообща, весь собранный урожай за установленную плату будет передаваться в хранилища ордена, обеспечивающие лучшую сохранность, откуда будет производиться распределение и реализация. Оставшиеся участки поделятся между семьями и на них уже новые бонды будут распоряжаться сами. Жить в городе или отстраивать свои деревни - так же решать будут сами. На самом деле пересказывать очень долго, я запрошу из ордена книгу закона - сам прочтешь. Суть в том что от ордена можно уйти в любой момент, вот только на его землях жить гораздо сытнее и безопаснее, хоть и приходится следовать жестким правилам, а за его пределами земледельцы вновь станут почти что рабами.

Более не отвлекай меня, иди спать. - Показывая что аудиенция окончена, Бернард потянулся за своими расчетами.

Вилана сладко потянулась на жесткой походной лежанке. Красноватый свет восходящего солнца, пробивающийся сквозь неплотно прикрытый полог палатки дразняще щекотал лицо, напоминая что ночь прошла и пора бы уже вставать и готовить ее мастеру трапезу. Хоть учитель и кривился, но пищу принимал, магистр Берн объяснил что произошло с их учителем и рассказал об важности своевременного приема пищи для восстановления. Быстро одевшись в походный костюм и стянув волосы тесьмой, девочка, подхватив котелок, побежала за водой, мимоходом пожелав брату, уже раздувающему костер, доброго утра.

Ручей, бегущий неподалеку от лагеря поселенцев, брал свое начало у небольшого водопадика, срывающегося со скал. Наскоро умывшись, ученица мага принялась наполнять котелок чистой водой, когда до ушек девочки долетел непонятный разговор.

-... говорят лорд Барен был весьма хорош собой. Он и сейчас ничего, но в молодости, его лицо будто ангелы писали, интересно наш лорд тоже красавчик? - долетел из-за груды камней молодой женский голос, заглушаемый звуками стирки.

Заинтересовавшись, Вилана подобралась поближе, стараясь слишком не шуметь.

- Девки из замка говорили, что сложен он хорошо, только шрамов много, жалели что погреть постель никого не позвал. Лицо только угрюмое, но правильное, так что да, милорд красив, мрачной мужской красотой. Я бы постель ему погрела.

Ах ты, тварь! - Промелькнула у девочки разъяренная мысль. - Это мой господин! Ты крестьянка, я а будущая магесса!

- Он же черный маг! - Прозвучал третий голос. - Свет отвернется от тебя за одни мысли о таком и не будет прощения.

- Н у и что, живу-то я сейчас. Вы видели его служанку? Мелкая совсем, даже грудь не выросла, а одета очень дорого, ходит как королева, книги читает вместо работы. Я тоже так хочу...

- Они просто завидуют. - Ледяным дыханием обдало порозовевшее от возмущения ухо. - Мастер ни на кого тебя не променяет.

- Курт, - улыбнулась девочка, чуть чуть изменив энергию в глазах, пока не смогла различить полупрозрачный силуэт - следишь за мной?

- Я всегда рядом, пока мастер Бернард не прикажет другого. - пожал плечами призрак. - Он еще гневается, предпочитает не вспоминать обо мне и я стараюсь его не беспокоить. На утро назначен выход работников, так что тебе лучше поторопиться, пока господин не ушел, чем лучше ты будешь его кормить - тем раньше сможешь пройтись рядом когда он больше не будет скрывать лица, так чтобы все эти девки захлебнулись слюной от зависти.

- Ради этого стоит поторопиться. - улыбнулась Вилана и подняв котелок гордо направилась мимо притихших сплетниц, стараясь держать голову повыше, разглядывая что-то весьма интересное на горизонте.

Коска, управившись с костром, нарезал солонину на тонкие полоски, когда из мрака палатки проявилась фигура, завернутая в балахон.

- Доброго утра, Мастер! - почтительно склонился подросток.

- Доброго утра, Константин, - рука в перчатке неожиданной лаской взлохматила волосы - как твоя рана?

- Почти зажила, Мастер, каналы гораздо сильнее болят.

- Некротическая энергия очень агрессивна, и к ней долго придется привыкать. Твоя боль фантомная и не несет вреда. Сегодня повторим урок - станет чуть легче, а через год твое тело освоится и не будет таких последствий.

Заканчивай со стряпней и пойдем, помашем клинками.

- У тебя сегодня хорошее настроение, друг мой? - Из света утреннего солнца соткалась фигура в белоснежном одеянии.

Едва услышав звуки молодого голоса, Коска подхватился и переломился в поясном поклоне. Подумать только, с насколько могущественным и на самом деле страшным человеком он раньше болтал как с приятелем. Всего пара рассказов Мастера о своем ученичестве открыла подростку глаза, кто на самом деле скрывается за внешностью молодого щеголя.

- Да учитель, - склонил голову некромант, - расчеты сдвинулись с мертвой точки, думаю смогу быстро восстановить себя и без гекатомбы. Пока что, удалось сократить жертвенное число до полутора десятков, думаю, удастся уменьшить еще в половину, правда ритуал усложняется, но не критично.

- Ты всегда был хорош в расчетах, мальчик мой, - улыбнулся архимагистр, -эх, если бы ты так же хорош был в осмотрительности.

- То остался бы работать в библиарии ордена.

- Был такой риск, и их приглашение еще в силе. Тот ритаул, которым ты спас Константина,... не морщись, мальчик, ты больше не серв, а будущим мэтр Ордена и должен привыкать к полному имени - обернулся магистр к скривившемуся подростку, словно мог видеть за спиной, - сегодня пришел ответ. Способ хорош и его внесут в базовое обучение. Та что библиарий настаивает на твоем присутствии в их архивах.

- Упаси тьма, - усмехнулся Бернард, - может лет после двухсот я и задумаюсь о подобном, но надеюсь свернуть шею раньше.

Вилана закончила перемешивать густое варево с кусочками солонины, ячменной крупой, щедро приправленное пахучими травами, зачерпнула ложкой и подув, пригубила. Готово, как раз успела к возвращению Мастера и брата. Может тоже попроситься обучить ее клинку? Можно будет больше времени проводить с учителем, хотя, учитывая насколько вымотанным возвращается Коска, а ведь еще только раннее утро... нужно еще раз обдумать эту мысль. Разлив завтрак по мискам, самую большую отнесла в палатку учителя, что все так же не желал чтобы кто-то видел его лицо и принимавший пищу в одиночестве, лишь изредка разрешая присутствовать, но непременно поворачивая спиной.

- Учитель, доброго утра, завтрак готов. - присела во все еще неумелом книксене девочка.

- Доброго утра, Вилана. - Поздоровался маг. - Сегодня ты идешь с нами, магистр будет занят.

Люди пугливо входили в пролом ворот древнего укрепления, поглядывая на темную фигуру некроманта, до побелевших пальцев сжимая инструменты в руках. Солдаты графа, привычно звенящие броней, не сильно отличались от простых крестьян, стараясь не убирать руки далеко от оружия.

- Там. - Маг указал на удивительно целое строение в три этажа. - Казармы каструма, чем быстрее они будут расчищены, тем раньше мы сможем переселиться из палаток. Нужно проверить крепость стен, надежность крыши и рассортировать имущество на пригодное к использованию и то что пойдет на растопку.

- Будет исполнено, милорд. - Вильгельм, не еще не избавившийся от картины черепа под капюшоном, вжав голову, отправился раздавать указания.

Вилана, с любопытством разглядывающая валяющиеся там и тут тела прежних обитателей укрепления, последовала за учителем, пока ее брат отправился к трупам, разминая пальцы.

- Сегодня я расскажу тебе про устройство человеческого тела. - Прервал молчание Бернард. - Уметь управлять магией недостаточно для чародея. Нужно знать, что находиться внутри человека, как все работает и чем связано. Позже будешь тренировать магию крови на живых подопытных, но чтобы показать основы нам и имеющийся материал подойдет.

Выбрав один из трупов, и расположив его звездой, учитель принялся срезать кожу с грудной клетки, обнажая кости.

- Вложив побольше энергии ты можешь вылечить или убить человека, но, зная анатомию, можно существенно сэкономить силы. Например, - с хрустом разломав ребра, обнажая ссохшиеся внутренности, некромант указал на сердце, - сердце, оно обеспечивает ток крови, кровь несет питание по всему телу, повреди его и человек умрет. Или легкие, они состоят из множества мелких пузырьков, которые получают из воздуха нужные вещества и передают их в кровь, но множество ядов поражают именно их. Печень - один из органов, вырабатывающих кровь...

Поглядывая на сестру, с увлечением копающуюся во внутренностях какого-то трупа, Коска нервно передернулся. Сестра всегда была немного странной, но как она не может испытывать отвращения к тому, что сейчас делает. Впрочем, мастер дал ему свое задание.

Отвратительно сохранное тело дернулось, едва подросток коснулся его жгутом некротики, поморщившись от болезненных ощущений в каналах. Контрольное плетение, теперь напитать труп энергией. Жуткая когтистая тварь, поднялась на ноги, тупо уставившись слепыми глазами на ученика некроманта. От толпы работающих людей донеслись испуганные возгласы. Коска постарался отвлечься от всего внешнего. Слишком много энергии влил, нужно забрать часть. Теперь хорошо. Поднимаем второго... третьего. А идет легче чем вчера... шестой. Подросток почувствовал как начали тихонько звенеть контрольные нити. Достаточно, пока это его предел, теперь вывести весь материал за пределы каструма и отправить с обрыва в море. Стихия воды вымоет остатки энергии и тела упокоятся на дне, послужив кормом для рыб. Вспомнилась одна из сказок, рассказанных мастером, о войнах с некромантами. Легионы низшей нежити, не чета даже той которую сейчас уничтожает он своими руками, смердящей, сжимающей в отваливающихся пальцах поржавевшее оружие... Некроманты защищались отчаянно и смогли вырвать у Церкви Света теперешний статус и полную независимость. Церковники рассказывали эти истории иначе, изящно забывая что вся эта нежить изначально отбивала вторжение демонов, оказавшихся неожиданно невосприимчивыми к силе прелатов и паладинов, а честной сталью много не навоюешь с потусторонними созданиями.

Хм, а мастер правду сказал: каналы болят меньше, может попробовать поднять восьмерых?

- Не увлекайся. - На плечо легла тяжелая ладонь. - Пока, води по полдюжины, не больше. От десяти единиц поднимается совсем другим способом, тебе, пока что рано. Твоя цель - десяток на прямом контроле за неделю, так что, не торопись.

- Хорошо, Мастер. - Подросток вытер капельку пота и направил следующую партию с обрыва, вытягивая некротику обратно и обрывая связи.

Толстенная дверь в подвал никак не желающая поддаваться лому, наконец с громким треском отскочила и ударилась о стену, пахнув сухим спертым воздухом с сильным запахом железа. Вильгельм, заглянув внутрь, разглядел лишь мрак.

- Огня сюда! - Рявкнул на подчиненных.

Дождавшись, пока запалят найденный рядом высохший факел, офицер шагнул внутрь.

- Святые силы! Да быть этого не может! - факел выпав из ослабевших пальцев, ударился о камень пола, выбросив облако злых искр.

В резко сократившемся круге света стало возможным различить лишь пыльные ножки стеллажей.

- Позовите милорда! Живо, сонные свиньи, и принесите нормальный светильник! - Вильгельм выскочил из подземелья, дыша тяжело, будто ему не хватает воздуха, утирая резко вспотевший лоб.

- Командир, что там? - обеспокоенно поинтересовался один из солдат.

- Арсенал! Имперская броня, оружие и боги знают, что еще. Сотни комплектов, может тысячи. За такое можно купить целое королевство, а если найти достаточно людей, то завоевать еще больше! У графа в покоях стоит один такой, говорят что приобретен его еще дедом за сотню золотых!

Баронесса Чингхале неторопливо прогуливалась по галереям замка, обдумывая донесение верных слуг рода. Пока батюшка вот уже полгода пребывает в столице по делам баронства, на ее хрупкие шестнадцатилетние плечи легло управление подвластными землями. Конечно есть управляющие, советники, но она единственный ребенок барона и, скорее всего, таковой останется впредь. Три жены уже сменилось у отца, но других детей так и не появилось, так что даже в замужестве ей не светит праздная жизнь. Дадут боги - дети появятся уже у нее, но до этого светлого мига нужно чтобы баронство не разорилось и не было захвачено соседями, так что вместо детских игр приходилось учиться грамоте, балы заменили совещания с управляющими, на которых она сидя, на отцовских коленях впитывала непростую науку управления. Рыцарские романы заменились отчетами о делах и новостями со всех концов королевства, а вместо представлений заезжих актеров приходилось следить за наказаниями нерадивых слуг. Вникать в нужды подданных, высчитывать налоги, отправляемые короне, по ночам плакать в подушку от боли в натруженных легким клинком мышцах, отец не делал скидок на девичество и нанятые учителя фехтования вбивали непростую науку защиты своих чести и жизни.

Виконт Барен, бастард графа Барен, внезапно появившийся по соседству в сопровождении солдат в дорогой броне и цветах южного графства. Проклятая долина, внезапно, оказалась не такой уж проклятой и у нее появился хозяин. Из столицы долетели новости о страшном скандале, придворные короны пытались объявить старого графа в измене, в том что он не сообщил королю о еще одном сыне, способным послужить короне. Даже сквозь неровный почерк отца было заметно, как он смеялся, когда писал это письмо. Как придворные резко притихли, когда стало известно что новоявленный виконт является темным магом, да не просто магом, а всамделишным некромантом. Король милостиво подписал прошение о признании бастарда законным сыном и издал указ о награждении за подвиг по освобождению пять веков недоступной территории от проклятия. Резиденция в столице, право на родовой герб, без бризуры бастарда и место при дворе - весьма серьезное поощрение.

Кто же знал, что ее сосед окажется новая знаменитостью королевства. И теперь нужно думать как выстроить отношения. Плевать что некромант, он стал вхож к королю, он наследник огромного и весьма богатого графства, все аристократы, у которых есть женские родственники от девяти до тридцати лет приложат все силы для заключения брака. Род Баронов Чингхале не очень знатен и богат, так что внезапная фора во времени, обусловленная отдаленностью Проклятой Долины, на самом деле не так уж велика. Она, конечно не наивная дурочка, способна позаботиться и о себе и о подчиненных землях, но кто мешает попробовать стать близкой подругой столь перспективному покровителю, а там, кто знает. Более шести сотен человек переселенцев, скот, домашняя живность...

- Велите подготовить пять телег с провизией, пять с сеном и заложить карету. - произнесла девушка в пустоту.

- Будет исполнено, госпожа. - донесся ответ и юная баронесса отправилась собираться в дорогу.

Аллариэль погладила тугой голубоватый бутон снежной розы. Этот сорт был выведен ее дедом и стал весьма популярен у старших круга друидов. Девушка слегка искривила губы в улыбке «Круг друидов». На самом деле - полноценное королевство глубоко в лесах. Мастера в обращении с растениями, приручении животных, виртуозно владеющие магией жизни прекрасно чувствовали себя вдали от людских поселений. Немногочисленный народ, прекрасно освоившийся с жизнью в дикой природе, в течении веков постоянного выживания ставший быстрее и смертоноснее чем обычные люди. С вторжением демонов потоки магии сильно изменились, меняя и мир и его обитателей. Люди уже и не помнят, что «Альфари» изначально не были другим, чуждым, народом. Чуть ниже рост, слегка зеленоватая кожа, увеличившиеся уши и ногти, превратившиеся в небольшие коготки, увеличившиеся клыки, небольших отличий не так много, но вблизи за человека уже не примут.

Уже много лет, со смерти отца в когтях лесного барса, она ухаживает за садом главы Друидов, да продлятся годы его правления. Недостаток магических сил пришлось компенсировать знаниями, и теперь, даже без постоянной подпитки магией, все растения за которыми она ухаживала прекрасно себя чувствовали. Если бы еще не называли презрительно слабосилком, что ставило крест на поиске достойного спутника жизни, впрочем, что мечтать о несбыточном. Ее народ живет гораздо дольше обычных людей: двести лет - лишь начало зрелости, ей же всего-то сорок - подросток по меркам альфари.

Из раскрытого окна главы круга, возвышающегося на высоте третьего этажа долетел радостный многоголосый смех. Девушка поморщилась, есть же законная спутница жизни, одобренная советом старейших, зачем же даришь свое внимание другим самкам.

- Вы только послушайте, мои милые! - Долетел голос правителя лесного народа. - Ордо Некроманси! Страшный, гордый Ордо Некроманси просит у нас помощи! Неужели некромантам нужны маги жизни? Они уже окончательно деградировали. Впрочем...

Над садом полетел могучий голос верховного друида.

- Народ Альфари славится своей добротой, и готовностью помочь всякому, посему вот мое Повеление. Я даю разрешение любому возжелавшему помочь отринувшим свет, помеченным тьмой некромантам отправиться в путь и да будет с ним или же с ней благословение Матери Жизни! Возьми же снизошедший к нуждам темного ордена сей свиток и отправляйся в путь! Такова воля Верховного друида!

Донесся звук разрываемого пергамента и из окна выпорхнула стайка обрывков, подхваченных игривым ветром, тут же разлетевшаяся по саду.

- Ну что же, мои хорошие, вернемся к нашим делам?

Аллариэль не слушала, вцепившись в два обрывка, спикировавших прямо к ней в руки.

- Значит это знак, да Мать? - Шептала девушка. - Здесь мне никогда не будут рады, я только навоз способна раскладывать по корням и чуть чуть помогать магией. Но где-то там нужна помощь. Народ альфари никогда не враждовали с Орденом, так что... Почему бы и не да?

Следующий обрывок трепыхался в шипах самого большого куста снежных роз, окруженного колоннами из резного камня, прямо в центре великолепного сада, а от обрывков пергамента едва заметно тянуло оттенком незнакомо злой, тяжелой и не сулящей ничего хорошего магией. Это будет долгая ночь, но она соберет куски послания.

Вильгельм остановился перед стойками доспехов, притаившимися в конце обнаруженного арсенала. Четыре тысячи комплектов для имперских легионеров: кольчужная броня, верхние кирасы, поножи, наручи, шлемы с косым Т-образным вырезом и наносником, украшенные короткими гребнями, в которые можно вставить перья или крашеный конский волос, пехотные шиты, клинки, короткие пики... И вот это: полсотни преторианских комплектов, гораздо лучше выполненных, черненых, украшенных серебряной чеканкой. Он бы презрительно скривился на излишнее богатство но. Имперская сталь. Два слова. Для оружия она не очень годится, но доспехи из нее не ржавеют, она гораздо прочнее того, что могут отковать сейчас, Выдерживает болт из тяжелого арбалета, которые так же присутствуют в этом хранилище. Немного, всего пару сотен, но толстые дуги из упругой бронзы, ворот взведения, металлические тетивы, лежащие в отдельном ящике, кучи комплектов с болтами, посверкивающими стальными наконечниками. Это оружие бьет на пять сотен шагов, прошивая коня насквозь на излете, а неодоспешенного человека убьет и на тысяче, если умудриться попасть с такого расстояния. Такие доспехи, в отличии от легионерских, арбалет не пробьет. Переломает ребра, сломает шею, если попадет в шлем, но броню не пробьет. Кожаные детали на легионерских комплектах давно рассохлись и требуют замены но в преторианских...

- Драконья кожа. - Сказал некромант, рассмотрев один из таких. - Можете взять себе, если хотите, лейтенант. Переоденьте своих бойцов.

Подарок даже не королевский - императорский. За такой дар служат целыми родами на протяжении поколений, а некромант просто отмахнулся, мол, забирайте, будто не знает настоящей стоимости. Теперь приходится тяжко думать, какой службой отдариться за такое.

- Подбирайте себе комплекты, собаки. - Охрипшим голосом проговорил Вильгельм, махнув своим людям, молчаливыми тенями следовавшими за офицером. - И не дай боги, хотя бы тень неудовольствия появится у милорда от нашей службы! Лично брюхо вспорю и удушу кишками! Все неудовольствие высказывать только мне.

- Командир. - Прохрипел один из солдат. - Тут это, шкаф еще какой-то. Заперт.

- Ломайте!

Под треск упрямых, не желающих поддаваться досок и ругань солдат шкаф все таки сдался.

- Святые силы! Это же...

- Броня для нашего лорда. Доспехи имперского легата.

Люди стояли пораженные открывшейся картиной: среди остатков шкафа, на деревянном кресте покоилась грозная, покрытая золотом броня. С массивным гребнем в красных перьях, кирасой, повторяющей мужской торс, чешуйчатыми вставками на уязвимых местах сочленений и такой же броневой юбкой, спускающейся до середины бедра, броневые перчатки, настоящие стальные сапоги. Обладатель этого доспеха будет закрыт от всего, только кузнечным молотом бить в несколько рук или умудриться попасть в узкую щель шлема.

- Бережно возьмите это все и идемте к лорду. Воистину доспехи для могущественного господина.

- Но он же сказал... - треск кулака, влетевшего в челюсть заткнул дурака.

- Болван! Таким богатством не нам распоряжаться! Не дай боги кто-то увидит на простом солдате или даже высоком офицере броню, которую не каждый король может себе позволить. Жить придется не снимая ее и то без гарантии остаться в живых. Только для лорда!

- Тут еще плащ сложен внизу, командир, обломками присыпало. Мягкий такой, и крепкий.

- Вот на нем и несите. Идем, отчитаемся о находках и отдадим списки найденного здесь.

-...магия как таковая не имеет свойств и окраски, даже называть ее магией будет не совсем правильно, вернее будет называть порядком. Однако напрямую ее могут использовать лишь старшие сущности да сам творец всего, для преобразования изначального хаоса во что-то упорядоченное. Насколько церковь света, а в последствии и орден смог выяснить после бессчетной череды экспериментов, магию все, кто не является старшей сущностью, в том числе и боги, но это уже установлено по косвенным признакам, магическую энергию используют лишь опосредованно, уже преобразованную одной из сущностей более низкого ранга, основа всего - тьма и свет. Два названия, но на самом деле напрямую с ними тоже мало кто может работать. у каждого из миров, скрытых в вуали есть сущности, проеобразующие уже тьму и свет в более привычные нам формы магии: смерть, жизнь, магия стихий, то что церковь называет светом, магия крови, демонология, малефицистика и множество других. Цель развития разумного, как мага, это перейти от более низких форм магии к более старшим.

- Стать богом? - не удержался от вопроса Коска.

- Зачем? Боги ограничены в своей области. Например Владыка света мало что может за пределами доступного рядовым соларам, разве что в гораздо больших масштабах. Но Истинный Свет, он же Свет Творения - чудовищная в своей разрушительности сила. Тьма поглотит и пожрет но Свет не оставит ничего. Вообще. Так что вся мощь магии света, доступной церковным служителям и паладинам - лишь далекие отголоски истинной мощи. Но мы отвлеклись.

Вильгельм стоял позади некроманта, увлеченно вычерчивающего что-то в пыли, объясняющего такие дебри знаний, что у не самого глупого человека мозги закручивались, даже учитывая что отдельные слова он узнавал, а дети, казалось понимали.

- Так вот, все эти сущности обитают за Вуалью, что является безраздельными владениями Смерти. Вуаль едина для всех миров и поэтому возможны перерождения, однако душа разумного сама по себе явления довольно хищное и если она недостаточно развита, то будет просто сожрана или же постепенно раствориться в Вуали, чтобы появились новые души, чуть сильнее, чище, прочнее. В человеческих языках просто нет слов чтобы точно описать явление. Однако маг, развиваясь, укрепляет свою душу и без перерождений. После смерти, попав в Вуаль, он может сохранить себя с большей вероятностью и либо родиться вновь в выбранном мире, либо уйти на один из менее плотных планов, став, например демоном или соларом. Это тупиковый путь. Перерождение со сменой сути существования уничтожает личность. Орденом выведена концепция предельного развития души, которую можно выразить следующим образом. - Бернард развеял иллюзию, видимую только аурным зрением, изображающую структуру планов бытия и сменил образом человека. - Единение духа и тела или же, духовное тело. Возможность по своему желанию уходить в вуаль или же возвращаться в реальный мир или любой имеющийся план. Например, что происходит с бычьим пузырем, если его надуть воздухом и бросить в воду?

- Он поплывет, мастер. - Немедленно ответила Вилана.

- Именно. Но что, если у этого пузыря есть разум и ему необходимо попасть на дно?

- Нужно спустить весь воздух.

- Верно. То есть, нужно изменить плотность его существования. Можно еще привязать к чему-то тяжелому, что послужит якорем. Именно таков был принцип вторжения демонов Они создали якоря, по которым смогли проникнуть в наш мир. Затем сотворить уже больший якорь и открыть по нему врата. Наш мир начал утрачивать свою изначальную плотность и поглощаться демонической бездной, становясь ее частью. Историю вторжения я расскажу вам позже, речь сейчас о другом.

Ладонь мага вспыхнула и крепкие пальцы обхватили рукоять хищно выглядящего кинжала, пахнувшего ненавистью и жаждой крови.

- Вот наглядный пример. Я выдернул из вуали какую-то душу, скорее всего совсем неразумную, и придал ей ту плотность, которая была мне нужна, заложив концепцию существования в виде оружия, это, кстати, еще и пример базового призыва. Точно так же маг, в теории, может оперировать своей душой и оболочкой...

Глава 3

Округлый кусок кожи, проминаясь под тонкими пальчиками, разглаживаясь, либо принимая более сложную форму, в нужных местах постепенно приходил к конечной форме. Закончив с очередной, наиболее упрямой частью, Вилана устало выдохнула. Очень неудобно работать ночью, в палатке, при свете магического светляка, лишь немногим более яркого чем огонек масляной лампады, но подарок для Мастера стоит таких усилий. Они с братом обязаны учителю своими жизнями и, поскольку появилась возможность сделать для него такую малость, не стоит ею пренебрегать. Этот кусок толстой кожи, словно сам прыгнул в ее руки, когда она искала смену белья для наставника, негоже ему больше недели ходить в одном и том же, она ведь не только ученица, но и служанка и должна была позаботиться об одежде мастера, хотя бы приготовить смену одежды и выстирать поношенное. И, раз появилось время, и попалось подходящее плетение, даже скорее просто усиление потоков магии в пальцах и, попутное, размягчение заготовки, то заменить непотребство, что скрывает лицо учителя на что-то более изящное и подходящее его положению будет совсем не лишним.

Толстая черненая кожа, расположившаяся на худущей коленке еще не до конца откормившейся девочки, зловеще взирала обликом безносого черепа на свою создательницу. Учителю, наверняка, понравится, она очень старалась, чтобы получилось похоже на очищенную от кожи и мышц голову какой-то нежити, спасибо брату, что не стал расспрашивать зачем, а просто отрубил топором от очередного трупа, перед тем, как отправить его на дно моря.

Четвертый день они находятся в этой долине. Люди уже освоились, перестали шарахаться от каждого валяющегося неподвижно тела и почти не вздрагивают, когда Коска, он ведь ее брат и ей позволительно называть его по старому, ведет очередную группу нежити на затопление в морских глубинах. Еще день, может два, и все смогут переселиться в тот большой дом, который почти закончили расчищать и ремонтировать, в меру своих сил и умений. Мастер говорил, будто постарается выписать кого-нибудь из гильдии каменщиков для нормального восстановления зданий, но жить уже можно. Всем в одном большом зале, ну так что же, не все сразу. Сначала отстроят крепость, а затем и за город возьмутся. Как-то странно, слушая обрывки разговоров, речи Мастера, наблюдая за происходящим, понимать насколько, за небольшое время, что прошло с момента их приезда в долину, изменились настроения людей и их отношение к наставнику, видеть первые робкие улыбки, когда обнаружились запасы ячменя, которых может хватить на долгие месяцы сытой жизни, следить за неуверенным ощупыванием грубых кроватей с пересохшими, слежавшимися в тонкую лепешку матрасами, опробованием их на прочность, многие из бывших сервов первый раз в жизни смогли лечь не на дерюгу, брошенную просто на пол, кто-то серьезно опасался упасть во сне. Да, ее учителя боялись до мокрых штанов, и есть за что, стоит только вспомнить вопящего, заживо разлагающегося солдата, посмевшего посягнуть на ее тело, но и надежду на лучшую жизнь, без опасности хоронить умерших от голода детей, тоже начали связывать с ним.

- У тебя гости. - Ледяным дыханием, неожиданно, сообщил ее призрачный спутник.

- Вилана! - Прозвучал от полога палатки мальчишеский голос.

- Вельх? - Тонкая бровка удивленно изогнулась, приподнявшись. - Чего тебе?

- Я ракушку красивую нашел на берегу. Хочешь посмотреть? - Чуть подрагивая прозвенел голос мальчишки.

Стоило бы отправить юнца обратно к солдатам, раз уж он решил к ним прибиться и вполне успешно выполнял всякие мелкие поручения, заодно веселя окружающих неловкими попытками изобразить что-то не слишком позорное выданным для тренировок копьем, но она никогда не видела морских раковин.

- Хочу.

Полог палатки отодвинулся и сквозь щель проскользнул худощавый мальчишка, как великую драгоценность, неся едва помещавшуюся в руках завитую спиралью раковину. Желтого, с перламутровым отливом, цвета, в зеленых пятнах, с несколькими шипами, вырастающими из самого крупного витка, действительно очень красивую.

Смотри! - раздуваясь от гордости за необычную находку, проговорил подросток.

Окинул взглядом скромное убранство палатки, подготовленную ко сну лежанку, походный столик, поежился, зацепившись взглядом за злобно скалящийся череп на походном столике, маску, отложенную девочкой.

- Какая прелесть! - девочка восторженно схватила поблескивающую раковину, принявшись увлеченно вертеть ее, разглядывая со всех сторон.

- Если приложить ее к уху, можно услышать шум моря! Давай покажу! - паренек выхватил порождение природной красоты и приложил к уху девочки.

Вслушиваясь в шум, изливающийся из раковины, Вилана прикрыла глаза. Рокот накатывал, действительно напоминая шум ярящихся волн, умиротворяюще прокатываясь по телу. Руки поднялись, отбирая ракушку у парня, прижимая плотнее. Девочка начала покачиваться в такт. Затылка коснулась рука Вельха, губ коснулись чужие губы, горячие, жадные. Ученица мага открыла глаза, поймав взгляд парня. Тонкая ладошка коснулась его запястья, чуть сжалась.

Мальчишка рухнул на колени, воя от боли. Хорошее плетение она вычитала в книге, не только с кожей позволяет работать, будто с мягким воском, но и чужие кости оказываются ничуть не прочнее.

- Касаться меня позволено лишь моему мастеру! - Льдом ее голоса можно было бы заморозить океан. - Убирайся и забери это!

Прекрасная раковина ударилась об пол, расколовшись на крупные осколки.

- Еще раз позволишь себе что-то подобное - лишишься жизни.

Константин дрожал от напряжения, стараясь перехватить у наставника нить контроля над единственным поднятым трупом очередного невезучего бедолаги, проведшего в этом месте более пяти веков.

- Не напрягайся. - До мутящегося сознания долетел голос Мастера. - Представь, что это обычная тонкая нитка. Если ее тянуть - можно порезать пальцы, но стоит лишь правильно дернуть и нитка лопнет. Я никак не защищал контрольный канал, так что у тебя все получится. Давай еще раз.

Труп срубленным бревном рухнул в пыль. Юноша пару раз резко выдохнул, сделал глубокий вдох. Тело дрогнуло, дергаными движениями поднялось на ноги.

- Сосредоточься. Смотри, как я отбираю у тебя контроль. - Парень почувствовал рывок и лопнувшая связь зазвенела в мозгу оборвавшейся струной. Видишь разницу? Ты пытаешься оплести мой контрольный канал, будто сжав его в кулаке и начинаешь тянуть с возрастающим усилием, а нужно резче, будто муху ловишь, сразу и одним напряжением, важна не сила, которую ты приложишь, а скорость. Контрольные нити поддерживают сами себя, и если ее не оборвать сразу, то просто вытянут у меня чуть больше сил и не поддадутся на все твои попытки, хоть ты всю жизнь вложи. Попробуй

Солнце рухнуло за горизонт, выплескивая на облака потоки пламени, окрашивая их в цвет свежей крови. Труп дернулся и перевел взгляд на взмокшего юнца, что в изнеможении рухнул в мелкую пыль, лишь слабая тень улыбки коснулась коснулась губ Константина прежде чем он позволил себе упасть в обморок, пробормотав на выдохе что-то похожее на «получилось».

Безликая фигура в черном, скрывающем все тело балахоне, без видимых усилий подняла безвольное тело худощавого подростка на руки и понесла в сторону чернеющего зева старого здания. Если бы древний труп, послуживший тренажером для начинающего некроманта, способен был дышать, то выдохнул бы с облегчением: всю ночь его поднимали, срывали контроль и выкачивали движущую энергию. Снова и снова, до достижения требуемого результата.

- Командир. - Вильгельм постарался отмахнуться от назойливого голоса, но к нему добавилась еще и тряска, отогнавшая только начавший приходить сон. - Командир! К нам гости!

Глаза офицера тут же раскрылись, не выдавая и намека на то что еще совсем недавно он готов был уснуть и пусть хоть весь мир горит. Столько времени приводил в порядок свою новую броню и готовил к отправке прежнюю, выданную графом Барен. Золоченый доспех легата, от которого его новый господин отмахнулся, будто королевский ювелир от от медяка, теперь принадлежал ему и разрази его гром, если такое сокровище он доверит обихаживать кому-то еще. Каждый изгиб был отполирован до блеска, каждая мелкая чешуйка, заклепка и кольцо проверены, вековая пыль, засевшая в чеканке, тщательно вычищена, кожа крепежей смазана маслом, драконья там она или нет, а лишним точно не будет, роскошный плащ с вышитым золотом гербом империи выстиран, высушен и аккуратно сложен в самый дальний угол, правда есть подозрение, что это не совсем плащ, но беспокоить архимагистра Берна - единственного, кто застал времена империи и может развеять сомнения, по такому пустяку не очень хотелось.

- Тревога? - взметнулся офицер с кровати, подхватывая сапоги.

- Нет, какая-то леди прибыла и спрашивает милорда.

- Сама спрашивает?

- Слуги ейные. Говорят, баронесса Чингхале, соседка, стало быть, наша, с дарами.

- Странно. - Лейтенант почесал начавшую обрастать щеку, в голове промелькнуло, что стоило бы побриться, а то еще вщи заведутся. - Вот что. Сообщи милорду, а я, пока, поприветствую гостей и направлю их к креп..., - Вильгельм на секунду запнулся, на ,все еще не привычном, слове, - каструму. Не в палатках же благородную леди принимать.

Поморщившись от вида смятой, кое-где испачканной одежды, не до офицерского лоска в походе и не планировали они приемы здесь устраивать, не порвана и то хлеб. Вильгельм быстро оделся, запрыгнул в сапоги, набросил поверх сюркотту с гербом графства на груди, затянул пояс с кинжалом, расправил несколько складок, на голову лег непонятно как оказавшихся в вещах берет из темно-синего бархата с фазаньим пером и вышел встречать пришельцев.

Баронесса Чинггхале легко выпорхнула из надоевшей за дни пути кареты, едва из-за палаток показался статный мужчина в гербовой накидке. Не простой солдат, сразу видно по осанке, чуть вздернутому подбородку, берету дорогого цвета, пусть все это и обтрепано, кое-где испачкано, но дворянка всегда опознает человека обладающего властью.

- Милорд? - присела она в книксене.

- Сожалею, миледи, учтиво поклонился мужчина поклоном рыцаря, но не равного по положению.

- Мой лорд сейчас занят, но ему скоро сообщат о вашем прибытии. Мое имя Вильгельм, скромный лейтенант приданных Виконту Барен сил.

- Вы рыцарь?

- Пока еще, нет, миледи.

- Сударь, весьма рада знакомству. - Изменившимся голосом поприветствовала офицера девушка. - Прошу простить мою ошибку.

- Позвольте разместить вас и ваших людей, после чего сопроводить вас к милорду. - еще раз поклонился Вильгельм.

Красивая девушка. Темно красное, почти что бордовое, платье с пышными, но не чрезмерно юбками, стебли и листья золотой вышивки, ненавязчиво подчеркивают точеную фигурку, шляпка в тон, с кружевным краем и легкой, почти прозрачной вуалью, белоснежная блуза с тонкими кружевами, косы цвета просового зерна, золотой кулон на шее, темно голубые, почти синие глаза, тонкие руки. Взгляд ухватил все разом, и учтиво опустился к земле, негоже пялиться на благородную леди.

- Извольте, сударь. Мы привезли дары для вас, собрали, в меру разумения, Распорядитесь чтобы телеги начали разгружать.

- Как пожелаете, миледи.

Наскоро отдав распоряжения, офицер предложил даме руку и направился в сторону темнеющей в угасающем закате крепости. Следом пристроилась скромно одетая в темно коричневое платье камеристка с волосами, убранными под затейливо повязанный белоснежный платок, прикрытый маленькой шляпкой. Двое солдат с гербами баронства на гамбезонах и престарелый седоусый воин в изрядно побитой временем, но до блеска начищенной кольчуге пристроились следом Вильгельм старался направить свой путь так, чтобы встретить поменьше народу, но люди как раз начали возвращаться с работ по расчистке каструма, на корню убивая все стремление не позволить юной девушке увидеть всю неприглядность их теперешнего положения. Потные, в каменной и известковой крошке, некоторые презревшие скромность, сверкающие обнаженным торсом с грязными потеками, бывшие сервы недоуменно разглядывали богатые одежды гостьи и, на всякий случай кланялись. Лейтенант лишь раздраженно закусил губу.

- Как странно, - подала голос баронесса, - я вижу что ваши люди тяжело трудились, но они не выглядят изможденными и недовольными и страха в их глазах нет. Не удовлетворите мое любопытство?

- Охотно, миледи. Все эти люди пошли за милордом добровольно. Сейчас они работают над местом куда мы все переедем из палаток, едва работы будут закончены, можно сказать, над своим новым домом, все наедаются досыта, не знают телесных наказаний и они больше не сервы. Милорд обещал каждому выделить свой кусок земли, так что перед вами, фактически бонды, естественно они преданы ему и работают на совесть и на свое будущее благополучие.

- Весьма необычно.

- Мой лорд - некромант и порядки он устанавливает принятые на землях ордена.

- Никогда не слышала чтобы Ордо Некроманси владел землями.

- Это не самое распространенное знание, миледи, я сам только недавно узнал что есть и такое. Земель немного и находятся они в весьма недружелюбных местах, но простому человеку, по слухам, живется там вполне привольно.

Легкие туфельки шуршали по брусчатке дороги, сопровождаемые тяжелым шагом кавалерийских сапог, разговор лился, скрашивая дорогу, стены древней крепости понемногу приближались. В проеме ворот вырос темный силуэт, перегородивший дорогу.

- Милорд, - поклонился Вильгельм - к вам гостья. Позвольте представить вам баронессу Чингхале.

- Анна-Гретта фон Чингхале, милорд. - Серебряным колокольчиком прозвенел юный голосок. - Весьма рада нашей встрече.

Девушка присела в глубоком книксене, склонив голову. Бастард он или нет, но он признанный сын графа, с титулом, утвержденный личной королевской печатью, как было указано в письме отца, нужно подать себя в самом выгодном свете, не допустив ни единого отступления от этикета.

- Миледи -Поклонился мужчина в балахоне, невоспитанно не открывший лица, каркающий голос неприятно резанул слух. - Мастер Ордо Некроманси Бернард Мизери, к вашим услугам.

Баронесса подняла взгляд, удивленно приподняв бровь.

Вильгельм, спохватившись, принялся дополнять представление своего лорда.

- Виконт Барен, лорд Эйзахн.

- Вильгельм? - даже через маску можно было различить удивление некроманта.

- Милорд, - принялся торопливо говорить офицер - в старых документах долина называлась именно так, если только вы не пожелаете ее переименовать. Мы только сегодня обнаружили их, и, поскольку там не было ничего важного, не стали вас беспокоить. Обычные ведомости легиона: численность, расход продовольствия, жалование, все в таком духе.

- Пусть так.

- Миледи, - лейтенант повернулся к баронессе - милорд излишне скромен и предпочитает именоваться простым званием, прошу простить что не предупредил вас заранее. И так же прошу простить за могущее показаться неучтивым, сокрытие его лица, - если бы этикет, худо бедно изученный Вильгельмом, позволял он бы сейчас провалился сквозь землю, что не подумал заранее о такой, ставшей уже привычной для них, детали - лорд Эйзахн сильно пострадал, избавляя долину от проклятия и вынужден скрывать лицо от окружающих, предпочитая нести эту ношу в одиночестве.

- Поведение истинного аристократа, - понимающе склонила голову девушка.

- Хватит об этом. - Оборвал разговор некромант. - Миледи, вы должно быть устали с дороги, прошу проследовать внутрь. Я предоставлю вам свою комнату и, пока готовят ужин, вы сможете привести себя в порядок.

Баронесса Чингхале с любопытством рассматривала предоставленную ей комнату. Виконт проводив ее и камеристку на третий этаж огромного здания в котором бодряще пахло свежей известью и штукатуркой, сгреб с огромного стола какие-то бумаги, подхватил ножны с мечом, небольшой сундучок и удалился. Комната оказалась довольно просторной с простой кроватью на одно место, укрытой несколькими волчьими шкурами, голыми стенами из каменных блоков, пустыми, рассохшимися стеллажами вдоль дальней стены, окнами затянутыми плотной, не пропускающей свет тканью, четырьмя массивными стульями и единственным, жутко чадящим масляным светильником.

- Что скажешь? - Заметив нетерпение камеристки, разрешила той говорить баронесса.

- Возмутительно! - Взметнулась женщина. - Благородную леди поселить в таких условиях! Да в вашей карете больше удобства!

- Если ты не заметила, нас никто не ждал, лорд Эйзахн предоставил мне собственную комнату, и здание только-только начали ремонтировать.

- Но госпожа! Он же голодранец! Ходит в каких-то рваных тряпках, будто призрак, его офицер выглядит приличнее!

- Не думаю, что все так просто, Камилла. Кроме того, ты видела его меч? Льдистая сталь, если я не ошибаюсь. За такой клинок можно купить деревню в десяток дворов и еще требовать доплаты. Его люди сыты, в палаточном лагере порядок, офицер ему искренне предан, как он волновался, когда называл его титулы, не хотел чтобы господин хоть как-то оказался принижен перед нами. Я бы не спешила с выводами.

- Мастер! - дверь распахнулась и в комнату влетела молодая девушка, почти девочка, сжимающая в руках жуткого вида маску. При виде незнакомых людей, встала, будто налетев на стену, глаза потемнели, а правая рука взметнулась, покрываясь белым пламенем, постепенно меняющим цвет на фиолетовый с проскакивающими крошечными молниями. - Вы еще кто такие и что делаете в покоях моего учителя?!

Баронесса почувствовала как слабеют колени, уж больно собственнически звучал голос юной девушки.

- Гости! Я Анна-Гретта, баронесса Чингхале. - торопливо принялась отвечать девушка, пока юная магесса не совершила чего-то. Неизвестно чего, но ей это явно не понравится. - Мы прибыли познакомиться с новым соседом и привезли провизию для ваших людей.

Пламя на руке девушки понемногу втянулось под кожу.

- Я Вилана, служанка и ученица Мастера Бернарда Мизери. - Вызывающе небрежный книксен, мог бы показаться оскорблением, но баронесса предпочла этого не заметить, ответив гораздо более отточенным движением.

- Весьма рада знакомству, сударыня.

- Взаимно, - чуть прикрыла глаза юная магесса - впрочем, раз учителя здесь нет, я оставлю вас. Встретимся за ужином.

Коска проснулся от радостных воплей, влетавших в палатку со всей энергией юности. Мальчишки носились по лагерю, вопя изо всех сил. Впрочем, Мастер выдал ему с сестрой целый день отдыха, уделяя время внезапной гостье. Вчерашний ужин проходил непривычно: вместо посиделок у костра с миской горячей наваристой похлебки, под рассказы учителя о былых временах улетающей в желудок с пугающей скоростью, пришлось, как в гостях у старого графа, сидеть за столом, вспоминая о приличиях, Вилана, не сводящая с гостьи, пристроившейся рядом с Мастером, подозрительного взгляда, еле справилось с половиной запеченной рыбины, оставила застолье сославшись на то что сыта, и провожаемая смешливым взглядом архимагистра Берна, удалилась. Учитель, не расстающийся с новой маской, естественно, ничего не смог съесть, так что компанию юной баронессе, помимо ее служанки, самого Коски и архимагистра составил только Вильгельм. Прислуживал за столом Вельх, пугливо косящийся на сестру, и берегущий замотанную руку, заметно расслабившийся после ухода Виланы.

- Коска! - Долетел голос сестры. - Коска, проход к маяку открылся! Вода отступила!

Юноша страдальчески поморщился. Вот стоило же ему высказать сестре желание добраться до торчащего далеко в море небольшого островка с возвышающимся шпилем, учитель сказал, что это называется маяк и в былые времена на его вершине горел огонь, показывая безопасный путь для кораблей, входящих в гавань.

- Мальчишки собрали еды в дорогу, идем быстрее! Как скоро еще раз проход откроется?!

Тяжело вздохнув, парень наскоро оделся и вышел под лучи утреннего солнца. Лучше бы он в крепости остался, по крайней мере, сестра не смогла бы так быстро до него добраться и можно было бы поспать еще немного.

Картина, представшая в утреннем свете не радовала: больше двух десятков жадных взглядов заставили невольно поежиться. Ну и что, что он ученик некроманта, это еще не значит, что его нужно втягивать во всякие приключения. Лучше бы уделить время книге по магии крови, одолженной у Виланы, но нет же, он первый о маяке заикнулся, и терять лицо не хочется.

- Дальше, за городом, туда Мастер разрешил ходить! - затараторила Вилана - указывая рукой в сторону моря.

И действительно, в отступающем тумане, там где еще вчера ярились морские волны, теперь отчетливо виднелась довольно ровная полоса блестящих от воды камней, прилично возвышающихся над морем. Коска поглядел в сторону каструма, втягивающего в свое нутро поток людей, торопящихся привести его в подобающее для жилья состояние, потер слипающиеся ото сна глаза, вымотался он на вчерашнем уроке знатно, потом еще ужин этот с баронессой, затянувшийся далеко за полночь, устало вздохнул и направился к открывшемуся пути.

Камни, хоть и скользкие от водорослей, держались надежно, Вельх, не взирая на раненую руку, вовсю перепрыгивал с одного особо крупного на другой, поглядывая на Вилану, что лишь раздражало Коску, старательно выбирающего, куда поставить ногу. Дорога не вызывала ни капли доверия, плети водорослей так и норовили запутать ступни и заставить упасть, мерзкие морские твари угрожающе выставляли клешни, приходилось пинками отбрасывать их с пути, несколько раз попадались углубления с оставшейся водой и плещущейся в ней рыбой на которую уже хозяйственно поглядывали идущие следом дети. Чем ближе становился маяк, тем мрачнее становился подросток.

Строение, возносящееся все выше, по мере приближения, выглядело удивительно целым, в отличие от крепости, которую понемногу расчищали переселенцы. Коска не мог объяснить причины своего беспокойства, но внутри сжимался все туже и туже скручиваемый клубок беспокойства.

- Хэй! - вскрикнул Вельх, первым запрыгивая на сухой камень острова.

- Назад!!! - Срывающимся голосом прорал метнувшийся вперед Коска, зажигающий в руках зеленое пламя.

На покрытый мелкой галькой, сухими водорослями и выброшенными обломками дерева берег, из-за огромных валунов, перекрывающих вид на змеящуюся вверх тропу выступили сгорбленные, с непропорционально длинными руками силуэты.

Баронесса Чингхале неторопливо прогуливалась по каменной стене, сопровождаемая виконтом Барен. Девушка предпочитала думать о нем как об эксцентричном представителе знати, нежели о темном маге, так получалось вести себя гораздо непринужденнее. Свежий морской воздух приятно бодрил. Взбирающееся к зениту солнце золотило верхушки волн, рисуя чарующую картину, ранее не виданную девушкой. Знакомство прошло весьма удачно: виконт благосклонно принял привезенные ею дары, отдарившись дюжиной весьма добротных кольчуг для солдат ее сопровождения, вызвав у тех одобрительное кивание. Поездка уже принесла хорошую прибыль, продемонстрировав расположение нового соседа и готовность к более плотному общению. Некоторое беспокойство вызывал внешний вид лорда Эйзахн, но, это было сочтено несущественным.

- Так вы, милорд планируете открывать здесь магическую школу? - продолжила разговор девушка.

- Таково поручение Ордена, миледи. Мои желания несущественны.

- Вам предстоит много работы. Жить здесь еще нельзя.

- Со временем все изменится. - Мужчина отшагнул в сторону, устремив взгляд в сторону горизонта. - Мы восстановим город, откроем порт и корона сможет направить торговый путь через нас. Это принесет деньги и новых жителей. Год-два и долина вновь оживет, как было во времена империи.

Девушка подошла поближе, положив ладонь на затянутую в кожу перчатки руку виконта.

- Баронство моего отца будет как раз на пути этих товаров. Думаю, нам стоит договориться о поддержке и сотрудничестве.

- Вы можете говорить от лица вашего батюшки, баронесса?

- Вполне, милорд. Я с двенадцати лет заменяю отца в делах баронства, его не бывает месяцами, он изо всех сил служит короне, оберегает границы, сражался в двух войнах.

- К чему вы это рассказываете?

- Король весьма благосклонен к нашему роду, но наши земли расположены далеко от столицы, торговцев бывает очень мало. Обычно, лорды взимают плату за каждую телегу, проходящую через их земли, если мы вступим в союз, баронству можно будет отказаться от такого, что привлечет больше купцов, а если платы не будете брать и вы, то такое направление станет еще привлекательнее. Можно будет построить постоялые дворы и только с них зарабатывать в разы больше обычной пошлины за пересечение земель и мостов

- Никогда не интересовался этой стороной управления землями. Я все больше стремился постигать магические науки.

- Я с удовольствием окажу вам поддержку, милорд, и помогу советом на первых порах.

- Скажите прямо, баронесса, в чем ваш интерес, почему вы заговорили о союзе?

- Я единственная дочь, виконт, других детей у отца нет. Он не торопится представлять меня ко двору, потому как большее, что мне светит - роль королевской фаворитки. Без наследника мужского пола благосклонность короля закончится с кончиной батюшки и баронство отойдет кому-то другому. Однако, отношения со столь влиятельным родом, как Барен,... - девушка осеклась, когда ее ладонь, будто сама по себе, отдернулась от леденящего холода, начавшего растекаться от мужчины.

Кулак мага сжался так, что заскрипела кожа перчатки. Девушка непроизвольно вскрикнула, когда маг спрыгнул со стены, возвышающейся над камнем внутреннего двора на четыре человеческих роста и темной тенью стремительно метнулся в сторону выхода. Ничего не понимающая баронесса следила за фигурой, несущейся быстрее лучшего скакуна, направляясь в сторону моря. Вот наперерез выстрелила еще одна, более крупная смазанная тень, силуэты слились в один. Злобное конское ржание разрезало умиротворение прекрасного дня, уносясь в даль.

Коска стоял на коленях перед фигурой в рваном балахоне. Рука скелета сжимала жуткого вида посох, а безглазый череп сверлил голову мертвящим взглядом. Лишь надежда выиграть еще немного времени для удирающих во все лопатки детей, а главное - сестры, которую пришлось оглушить, чтобы не пыталась вступить в бой вместе с ним. Удивительно что он вообще мог продержаться хоть сколько-нибудь, слишком быстро появился этот пастух нежити, встретившей их на берегу острова. Пригодились уроки Мастера по перехвату контроля, жаль мало было времени на отработку. Лишь нескольких мертвецов удалось подчинить себе, направив на наседающую нежить, и еще немного поиграть в перетягивание контроля с мертвым магом, благо, при всей чудовищной, ощущаемой всем нутром, мощи, до изящества и тонкости плетений учителя ему было далеко. Контрольные нити рвались как гнилые нитки, сами ложась под управление подростка. Он уже думал что этим все и обойдется, как невыносимой силы давление обрушилось на плечи, вбивая в землю, вызывая вопль боли, сквозь сцепленные в судороге зубы.

От коснувшейся лба костяной ладони расходилось неприятное онемение, юноша почувствовал как поток энергии устремляется из него в сторону мертвого мага, в глазах начало темнеть, звуки понемногу отдалялись, как, внезапно, все кончилось. Проморгавшись, сквозь темные пятна, подросток увидел знакомую фигуру черного коня, неожиданно огромной, почти до ушей, зубастой пастью рвущего окружившую нежить и, судя по разорванным, валяющихся на камнях, телам вполне успешно.

Долетел треск молнии. Переведя взгляд, юноша увидел разлетевшийся на осколки камень и темную фигуру учителя с полыхающими зеленью руками, стоящую напротив скелета с посохом.

Миг и уплотнившийся, скрученный сверлом воздух устремился в мертвеца, ударившись о на мгновение ставший видимым купол, тут же разлетевшийся осколками. Следом, быстрее чем ударит сердце полетели знакомые фиолетовые пятна, пылающий изумрудом скалящийся череп, грязно-серый острый сгусток, что-то совсем невообразимое, но отбросившее ходячий скелет подальше.

С навершия посоха, даже не начавшего подниматься скелета в сторону учителя устремились зеленые лучи, встреченные открытой ладонью, донесся стон, Мастер упал на одно колено. Вспышка, в руках учителя возникают огромный щит и зловещего вида, с кривым, зазубренным лезвием, меч. В щит немедленно врезалась изумрудная стрела, учитель крутнулся, одновременно делая шаг к противнику. Сбоку в скелет врезалась туша коня Мастера, попытавшаяся откусить чудовищу голову, но лишь скрежетнувшая острыми клыками по черепу, немедленно отброшенная непонятной волной, но выигравшая немного времени чтобы хозяин сделать еще один шаг.

Юноша завороженно смотрел на сражение магов, не в силах пошевелиться, не отдавая себе отчета что учитель держится как раз между мертвым магом и местом, где мальчишка так и стоял на коленях, пока тяжелая туша коня не сбила его, бросая на камни. В голове словно прозвенел колокол центрального храма света и сознание милосердно покинуло подростка.

Бернард начал кружить вокруг архилича, едва удалось направить коня на подростка, чтобы убрать его из под удара. От большей половины атак можно было бы попросту увернуться, но тогда смертельные подарки полетели бы в ученика. Пришлось ловить собой, закрывать щитом, блокировать. Еще и меч оставил в палатке, расслабился, призыв оружия помог, но это далеко не то что меч из льдистой стали - специально выплавленного материала, способного выдержать и направить почти любой поток энергии и стать фокусом для убийственного плетения. Архимагистр все ворчал, когда он отказался от посоха в пользу этого клинка, но поутих после демонстрации возможностей, а через пару лет сам щеголял со шпагой с таким же морозным узором на клинке.

Остров тряхнуло, из глубин земли донесся протяжный стон, каменные копья взметнулись вверх, но некроманта на месте уже не было. Крутясь бешеным волчком он приближался, буквально размазываясь в воздухе в попытке уклониться, не подставиться, огрызаясь собственными заклятиями. Разрушение не действует, естественная зашита любого мага просто не дает сработать излюбленной боевой школе. Стрела праха и Голодный оскал урон нанесли, но лич восстановился раньше чем удалось закрепить успех, не для скороспелого мастера такие противники. Для упокоения лича нужен минимум магистр, а лучше парочка, его учитель подошел бы идеально. Ослабление, Замедление, Тлен, Хрустальные кости, Призрачная клетка, да что же тебя проймет, зараза!

Ну вот, призванный меч развеялся, разрушив плетение Рвущего перста. Связь между филактерией и телом не удалось поколебать, выигрывая время для убийственного удара. Странно, ни одного знакомого плетения со стороны противника, и видно что опыта схваток личу не хватает, только силы хоть отбавляй. Как же он силен, Вуаль прямо таки дрожит от напряжения. За шиворот будто вылили ведро ледяной воды. Вуаль!!! Здесь граница с ней тоньше волоса и эта тварь каждым своим заклятьем, черпая оттуда энергию, делает ее все тоньше. Не допустить разрыва! Наплевать что он сейчас сдохнет, жаль ученика, что, скорее всего, погибнет, но там, возле покинутого города больше полутысячи душ, и, если Вуаль прорвется, это место вновь станет Долиной Мертвецов. Он мастер Ордо Некроманси, он клялся! Нужно чем-то жертвовать.

Собравшись, развеяв щит, встав в полный рост, сдернув с головы новую маску - подарок ученицы, некромант скрестил руки на груди. Тянуть энергию из Вуали нельзя, это только усугубит ситуацию, придется выжигать себя до самого донышка в одном ударе. В грудь полетел новый зеленый луч, в затылок вцепились зубы какой-то твари. Неважно. Собрать все, что у него есть! Сотни тонких, алмазно острых нитей ринулись к мертвому магу, рассекая ветхие тряпки, добираясь до костей, глубже. Еще глубже, прямо в точку, соединяющую эти двигающиеся кости и душу, запрятанную где-то на острове. Он чувствует направление, но найти уже не сможет. Ничего. Время, главное выиграть время. Рядом его учитель, он довершит начатое.

Рядом с распростершимся на камнях телом в обрывках темного плаща, перед стоящим на коленях одноруки скелетом, пытающимся дотянуться до посоха уцелевшей ладонью проявилась фигура в белоснежных одеяниях. Для архимагистра нет ничего сложного почувствовать как, и так похожая на мыльный пузырь, граница с Вуалью истончается и чуть было не рвется. Добираться пришлось долго, нужно было завести себе такого же скакуна, как у ученика, нежить не остановить скользкими камнями. Ученик, что же тебя так заносит. Укрылся бы под щитами, просто поддерживал вуаль, хотя... его здесь не было, он не знает всей ситуации. То что смог противостоять архиличу - очень серьезно, но вот в твоем состоянии... Смертельно.

- Мне жаль, малыш. Я позабочусь о твоих воспитанниках.

Ладонь древнего мага поднялась, сжимаясь. Искалеченный скелет затрясся, по костям побежали видимые трещины, начали отлетать белоснежные осколки.

- Quaeritur, misericordiam meus dominus. - от безъязыкого черепа долетели слова на речи, которую архимагистр Берн Борейский уже и забыл, когда слышал последний раз, кроме чтения старых книг вслух, с ярким акцентом уроженца столичного города давно распавшейся империи. Таким же, какой когда-то звучал и в его собственной речи.

Ладонь разжалась, ярко алая полоса сверкнула, оборачиваясь вокруг белеющих позвонков мертвого мага. Кровавый ошейник - высшее заклятье крови. Не снимаемый кроме как волей заклинателя, полностью контролирующий, теперь уже раба.

- Кто твой господин, и почему я должен его щадить?

Глава 4

- ... и неси его...

... мальчишку я потащу...

...сам восстановится и выберется.

Мутное, темное забытье, лишь голоса доносятся откуда-то издалека. Больно... Было больно, теперь почти ничего не ощущается... Покачивание, словно на волнах, еще бы вспомнить, что такое волны...

Дикое жжение разъяренным шершнем вонзилось в грудь, будто раскаленное тавро вдавили до самых костей, наверное, он орал.

Не помню, ничего не помню...

- ... его расчеты с твоим ритуалом...

... нет, нейтральная точка должна размещаться здесь...

... якорь я обеспечу!

... крови понадобится?

- Бернард, очнись!

Вилана во все глаза разглядывала монстроузную колдовскую фигуру, в десяток шагов в самой узкой части, раскинувшуюся на выходе из каменоломни, которую избавили от всех следов пребывания людей, отправленных в восстанавливаемую крепость. Только здесь нашлась достаточно большая и ровная каменная плита. Еще не показавшееся из-за горизонта солнце вскрывало рассветными лучами все больше деталей ветвящегося узора: большой внешний круг, с рунами, вписанными настолько плотно, что, казалось, некуда пристроить еще хоть один завиток, многолучевая звезда с кругом в центре и еще шесть кругов, поменьше, пристроившихся между лучей. Четыре окружности парные, остальные разнесены на противоположные стороны. Магистр Берн, с которого сполз облик юноши, настолько сильно натянулась кожа на лице, ставшая похожей на старый пергамент, установил последнюю из серебристых чаш, венчающих вершины звезды, а проклятый скелет, напавший на них, столь неосторожно сунувшихся к проклятому маяку, размешивал черпаком чуть сияющий состав во вместительном ведре.

Камни неприятно холодили босые ступни. И она и брат стояли, прикрывая наготу лишь простыми рубахами из небеленого льна, срочно вытребованными у кого-то из крестьян, сжимая в руках по свитку со словесной формой заклятия.

- Лунная кровь у тебя уже была, но мужчину ты еще не познала? - всплыли в памяти события вчерашнего вечера. - Не вздумай солгать!

- Верно, Магистр.

- Отлично. - в руках оказывается свиток. - Это призыв демона, завтра, после рассвета, прочтешь по моей команде. Константин, ты ведь еще не познал женщину?

- Нет, Магистр.

- Это призыв солара, будешь читать, как только рядом Виланой появится демон. Ты поймешь, что пора.

Расположение чаш, наконец, удовлетворило учителя их Мастера и он, дав отмашку скелету, замотанному в обрывки тряпок, после которой тот принялся аккуратно переливать состав в подготовленные сосуды, достал из под накидки золотой кувшин, откупорил и осторожно, стараясь чтобы ни капли не улетело мимо цели, вылил маслянистое содержимое вокруг одной из пар окружностей. Выбросив сосуд за пределы круга, отойдя к другой паре, достал серебряный, исписанный рунными цепочками и повторил процедуру, тонкой струйкой выливая кровь.

- Вилана, - костлявый палец указал в круг, оказавшийся за пределами кровавой границы - стань сюда, Константин, во второй круг!

Подростки заняли указанные места, а магистр, выйдя за границу фигуры, принял у, с видимым любопытством, наблюдающего за происходящим Вильгельма, бокал из хрусталя и обсидиановый нож с хищно поблескиваюшим, неровным лезвием. Наполнив сосуд до половины водой, добавил какой-то голубоватый порошок, и направился обратно. Непрерывно шепча что-то, едва слышным змеиным шепотом, подошел к девочке, надрезав ей ладонь, долил кубок кровью, пока та не перестала течь сама собой, а ранка на руке не затянулась. Продолжая шептать, побрел в сторону брата, в то время как, Вильгельм, вынес из наспех установленной палатки тело ее учителя и не направился в самый центр сложной структуры.

Не бояться! Что бы не случилось, призванный демон не доберется до нее через границу обережного круга.

Магистр подошел к Учителю и, стяну перчатку с руку, похожей на руку скелета, что ранил его, с видимым трудом порезал иссохшее запястье. Совсем черная кровь тягуче, неохотно рухнула в кубок несколькими каплями. Вилана почувствовала словно неслышимый звон коснулся ее костей, настолько частыми и, почти неосязаемыми казались вибрации. Вильгельм занял предпоследний свободный круг, а магистр, продолжил движение в сторону девочки.

Вилана коснулась губами неприятно ледяного бокала и сделала глоток. Сознание, на мгновение, помутилось и тут же стало ослепительно ясным, а вибрация усилилась. Вот губы брата касаются сосуда и она ощущает табун мурашек от вида стремительно бледнеющей кожи.

Магистр срывает с Учителя остатки одежды, открывая сияющую темным огнем печать на груди, Вилана опознала один символ «Замок», как раз рядом в неопрятной дырой, под ключицей Мастера. Учитель похож на скелет, настолько истощен, только почти коричневая кожа, начавшая слегка дымиться под лучами все выше взбирающегося солнца. Остатки состава Магистр вливает прямо в безжалостно открытый грубыми пальцами рот, не заботясь что наставник может захлебнуться.

Коска до боли стиснул кулак, когда в пустых глазницах учителя вспыхнул зеленоватый свет. Из-за их с сестрой глупости, Мастер пострадал. Ведь так просто было сказать что там опасно и не ходить к этому проклятому маяку. Да он, боялся Учителя до дрожи в коленях. Да, его спина иногда напоминала о порке в том речном городе. Но и сестра и он ели до сыта, их одежда стоила дороже всего их деревенского хозяйства, они узнали грамоту, с ними, на равных разговаривал старый граф, а солдаты почтительно кланялись, они изучали магию, в конце концов. И, кроме Мастера, он больше ничего не боялся. И защищая их, человек, заменивший родителей, не уберегся сам.

Магистр вылил в рот наставника последние капли и, наклонившись к уху Мастера что-то проговорил.

Каменная келья, тускло освещаемая лучами восходящего солнца поражала «скромностью» убранства: гобелены, изображающие сцены из священных книг закрывали серый камень стен, золотые подсвечники, с дорогими восковыми свечами, на столе, толстый, мягкий ковер приятно проминающийся под ногами, кровать резного дерева, огромный, во всю стену, позолоченный символ света, шкаф с множеством пыльных фолиантов, тяжелые кресла с бархатными подушечками на сиденьях, на столе, притягивая взгляд, устроились серебряные блюда с запеченным мясом, хрустальный графин с вином, хрустальные чаши кубков утопленные в золотое основание ножек.

- Проходите, граф. - хозяин кельи, приветливо указал на одно из кресел.

- Доброе утро, ваше преосвященство.

- Полно вам, граф, брат Юлий - вполне достаточно.

- Как, Вам будет угодно. - Граф Барен, отвесив почтительный поклон, направился к указанному месту.

Хозяин кельи, неприметно пристроившейся на самом верхнем этаже северного крыла королевского замка, облаченный в скромную серую рясу, украшенную лишь золотой цепью кардинала, сложив пальцы в молитвенном жесте, так что ладони стали напоминать крышу дома, опер локти на стол и, в упор, взглянул на гостя.

- Его Величество пожелал узнать подробности о вашем сыне, граф Барен. Почему вы не представили его ко двору немедленно, как стало известно о его существовании? Или, по крайней мере, не сообщили о его существовании? Да вы угощайтесь, все самое свежее. - Требовательный взгляд, на фоне которого располагающая улыбка как-то терялась, прогнал всякое желание вкушать явства, однако пренебрегать приглашением не стоило.

Служитель церкви света, наполнив кубки вином, распространяющим дивный аромат, наполнил тарелку перед собой. Аристократ же, подцепив двузубой вилкой самый маленький кусочек мяса, отправил тот прямиком по назначению

- Я не могу вам лгать, брат Юлий. - Прожевав угощение, неприятным, напоминающим воронье карканье голосом ответил старый граф. - Мне было совестно.

- Поясните?

- Я не мог сообщить Его Величеству о том, что собственный сын мне не подчиняется.

- Но ведь Орден не препятствует своим братьям в общении с родственниками, и тем более с родителями. Да, по договору, они не могут вербовать и обучать аристократов, но, как я понимаю, на момент начала обучения, ваш сын сам не знал, что он благородных кровей?

- Все так, Брат Юлий, но Бернард сам отказывался как либо поддерживать связи со мной и это следствие моей ошибки, о которой, я честно признаться, уже и забыл, до момента как узнал о существовании еще одного сына.

- Расскажите, граф. Можете считать, что вы на исповеди, если, конечно, личный духовник короля обладает достаточным рангом для вашей откровенности.

- Слушаюсь, брат Юлий.

Мне было лет двадцать, кажется, отец, да будет благосклонен к нему в посмертии Владыка Света, как раз сообщил что подобрал подходяшую партию и скоро состоится свадьба. Вместе с друзьями мы отмечали скорое окончание моей холостяцкой жизни. Долго отмечали, неделю, может больше: охоты, кутежи по тавернам, драки, хорошее было время. Она, мать Бернарда, сразу зацепила взгляд, когда выходила из аптекарской лавки. Мне страшно хотелось тепла женского тела, а до куртизанок добираться пришлось бы через весь город. Молодой наследник богатого графства, я не привык к отказам, и, конечно же взбесился. Друзья скрутили ее и потащили в ближайший постоялый двор.

- Вы один ее насиловали или с «друзьями»?

- Один, такая красавица не должна была принадлежать никому, кроме меня. Вообще хотел забрать ее в замок чтобы грела мне постель, мало ли какой внешности окажется моя будущая супруга.

- Что же вас остановило?

- Когда я уже забрал ее невинность и удовлетворил похоть, до моего разума донесся, наконец, смысл ее криков. Девушка оказалась ученицей зельевара, а значит - магессой, хоть и очень слабой. Могли быть неприятности, закон в отношении магов весьма суров, пришлось ставить в известность отца.

К вечеру, в комнату вошел нотариус, засвидетельствовавший передачу девушки кошеля с серебром в качестве виры за ущерб и оплаты выведения плода, если таковой появится от нашей связи. После этого все еще рыдающую девушку выставили за дверь, а нотариус заверил что проблем не будет и скрепил печатью свое свидетельство о передаче денег.

Прошло много лет, у меня родилось трое сыновей, батюшка скончался, графство приносило хороший доход. Я и думать забыл о произошедшем, занимаясь делами. Затем мои дети погибли один за другим, затем, не вынеся горя, скончалась супруга, все королевство в курсе, а мне тяжело об этом вспоминать. Женился во второй раз, но зачать еще одного наследника никак не получалось. Я начал пить гораздо больше обычного, как внезапно, получил послание, дескать граф Барен, ваш сын окончил обучение и готовится сдавать экзамен и принимать звание мэтра некромантии, просим вас прибыть на церемонию.

- Да, - кивнул кардинал - у Ордена есть такой обычай: устанавливать ближайших родственников, либо же, за неимением таковых, тех, кто заботился о детях до принятия на обучение и приглашать на церемонию. Это осталось со времен, когда Ордо Некроманси еще носил название Инквизиции Церкиви Света.

- Так быстро еще никто не мчался, как кони, несшие мою карету, как мой возница умудрился их не загнать, ума не приложу и лишь одна мысль терзала меня. Откуда? И там, на дальнем юге, в окружении мрачных стен бывшей столицы бывшей Империи я увидел его, принимавшего знак некроманта от юноши в белоснежных одеяниях и меч от какого-то воина, обнимающим мать. Он так сильно напоминал меня, даже голос такой же неприятный. - Криво усмехнулся граф. - Его мать, все такая же прекрасная, почти не изменилась за двадцать пять лет, я сразу же ее вспомнил.

Разумеется, я поспешил представиться и, казалось, мой сын был ни капли не удивлен, он лишь схватился за рукоять клинка, но мать удержала его руку. Оскалившись на такое, мой сын плюнул мне под ноги, достал из-за пазухи какой-то сверток и швырнул мне в лицо.

Это оказался тот самый кошель, даже вышитый герб сохранился. Тогда, двадцать пять лет назад я не пересчитывал деньги, опасаясь показаться скрягой а не щедрым аристократом, оказалось что жизнь моего ребенка стоит полсотни серебра.

Бернард мой первый и единственный оставшийся сын воспитывался среди простолюдинов, воспитываемый простой знахаркой и старым наемником-бретером, впоследствии магом-некромантом, а не так, как подобает, хоть и бастарду, но бастарду графа! Если бы не прямой приказ его учителя, как я позже узнал, архимагистра Ордена, он бы и слова мне не сказал, сколько бы попыток я не предпринимал. Даже письма, в которых я пытался все объяснить и предлагал ему любые блага он, все, кроме первого, которое все-таки прочитал, он рвал прямо в присутствии посланников, в ответ желая мне сдохнуть самой позорной смертью.

- И что же изменилось теперь? - Кардинал поднял бокал кубок на уровень глаз, покачал, любуясь игрой света в кроваво-рубиновой жидкости. - Снято древнее проклятие, королевству Мидас открыта дорога к Северному морю, а вы обратились к королю с прошением о признании Бернарда Мизери законным сыном и наследником, что естественно, после таких-то достижений, было немедленно удовлетворено. В чем причина?

- Указ его величества об организации магической школы на территории королевства. Мы заключили с Орденом договор. Проклятая долина или же, по старому, еще времен империи, названию, долина Эйзахн - в древности принадлежала моему роду, и, поскольку никто не мог объявить над ней своей власти, остается во владении рода. Мой сын, при поддержке Ордена освобождает землю от проклятия, и мы, совместно организуем такую школу, ректором которой становится мой сын. Некроманты получают возможность выбирать себе учеников, не разыскивая тех, кого пропустили другие маги и церковь, получают оплот на севере, используя свои связи помогают найти учителей, обгоняя других, желающих исполнить королевский указ. Вопрос лишь во времени восстановления зданий, но, скорее всего, принять первых учеников Бернард уже сможет.

- Создание школ некромантии запрещено по всем королевствам!

- А магии смерти там никто учить и не будет. Мой сын будет лишь управлять школой, возможно обучая чему-то еще, насколько я разобрался в их колдовских премудростях, он владеет еще двумя направлениями Разрушением и Тьмой, неплохо знает магию крови, остальное я не запомнил, даже слов таких раньше не слышал.

- Хитро. Вы кушайте, граф, не стесняйтесь. Как вам вино?

Вильгельм не понимал, что он здесь делает: какую помощь может оказать простой человек в магическом ритуале? Еще сильнее заставлял нервничать скелет, оставшийся за границей внешнего круга, молодой офицер едва не зарубил проклятую нежить, едва увидев и лишь грозный окрик учителя его лорда остановил руку на замахе. Магистр закончил с распростершимся телом его господина и двинулся в центр последнего свободного круга, разом белым пламенем вспыхнули чаши разместившиеся в вершинах звезды, ученица Бернарда начала громко зачитывать со свитка непонятные слова, похожие на старое имперское наречие, а круг, разместившийся перед ней засветился алыми всполохами. Едва отзвучали последние слова, как в нем оказалась размытая фигура, спустя мгновение принявшая образ пронырливого купца: дорогая черно-алая одежда с золотыми пуговицами и прикованным золотой цепью к поясу фолиантом в дорогом, украшенном драгоценными камнями окладе, аккуратная черная бородка, лихо закрученные усы и неприятная улыбка. Круг вспыхнул сильнее и улыбка превратилась в кровожадный оскал, раздались пронизывающие до самого нутра дикой яростью слова.

- Ты пожалеешь, девчонка! - длинный раздвоенный, будто у змеи язык хлестнул по губам. - Я запомнил вкус твоей души!

Мгновенно заострившиеся до состояния когтей черные ногти попробовали на прочность незримую границу, но не смогли продвинуться и на волос, начав оплавляться. Ноздрей Вильгельма коснулась вонь горелой кости.

Едва краешек солнца выглянул из-за края моря, как раздался голос Коски, или, как повелел лорд, Константина, круг перед ним загорелся золотистым светом. Понять можно было немногим больше, но удалось, благодаря регулярно посещаемым службам в храме Света, разобрать несколько слов ...молю, ...охранить, ...покарать. Лейтенант еле подавил желание протереть глаза, когда из вспышки света соткалась хрупкая фигура крылатого создания. Изящный силуэт, грустная улыбка на невыразимо прекрасном лице. И этот круг вспыхнул, на что создание света, настоящий ангел, как его описывают в священных текстах, проведя ладонью по границе своей клетки, лишь понимающе прикрыл глаза в которых отразилось лишь прощение неразумных, затеявших такое. Желание бросить все и освободить посланника небес стало нестерпимым, но, к своему ужасу, Вильгельм осознал что не может двинуться с места, даже прикрыть глаза, чтобы не видеть происходящего, не в состоянии. Ярящееся в чашах пламя сменило цвет на изумрудный с кроваво-красными всполохами, внешний круг колдовской фигуры загорелся бирюзовым светом, неумолимой стеной, неторопливо, поднимающимся все выше, растекающимся по лучам звезды все ближе и ближе к центру. Небо, словно не желая видеть происходящего, стремительно затягивали тяжелые, свинцово-серые тучи, постепенно наливающиеся могильной чернотой.

Баронесса Чингхале, выглядывала в окно, любуясь восходом. Ее настоятельно попросили не покидать отведенных покоев, никого из людей Виконта не было видно во дворе крепости, и ничто не нарушало очарования раннего утра: ласкающий прохладный ветерок, успокаивающий шум моря, алые копья рассветного солнца, бьющие, словно бы из глубины. Отчего-то захотелось произнести благодарную молитву владыке света, настолько прелесть утра переполняла девушку, но с первыми словами, сорвавшимися с губ навстречу просыпающемуся солнцу, небо с неестественной скоростью затянули грозные градовые тучи, долетел утробный рокот далекой грозы, облака прорезал огненный всполох молнии. Откуда-то из-за поворота старой имперской дороги, в тяжелое подбрющье грозовой тучи ударило зеленое копье нестерпимо яркого света. Слова замерли на языке, а сердце сжала когтистая лапа страха.

Бернард плыл в тягучей черноте, без тревог, забот, желаний. От души, выжженной последним ударом по непонятно откуда взявшемуся Архиличу, остались жалкие ошметки. Смешно, он переживал о внешнем виде своего тела, рассчитывал ритуал для восстановления, строил планы. Кто же знал, что придется жертвовать всем, но едва он ощутил треск рвущейся границы с вуалью, выбора не осталось. Если бы он мог посмотреть на себя со стороны, то не напоминал бы даже скелет, разве что его остатки, размалываемые в прах неумолимым временем.

- Бернард, очнись!

А смысл? Учитель врезал в чудом уцелевшие остатки запирающую печать, притормозив отток энергии, но так можно выиграть три-четыре дня, максимум. Даже призраком не остаться и на перерождение не уйти. Душа в таком состоянии даже хищников Вуали не привлечет и останется только медленно растворяться в ней.

- Мы используем твой ритуал в комплексе с еще одним. Энергии будет много...

О чем этот голос? Кажется учитель. Ах да, он же рассчитывал как можно, не используя гекатомбу из сотне жертв, восстановить поврежденное тело. В памяти всплыли остатки расчетов, чертежи...

- Мы используем демона и солара. Тебе нужно будет поглотить их суть...

Возможно сработает, демоны - хищники, они способны восстанавливаться за счет чужих душ и общего фона, вот только приняв суть такой твари сам становишься ей. Вечный голод, вечная ярость...

- Солар сбалансирует, позволит не переродиться обитателем преисподней.

Действительно, может сработать, вот только такой поток энергии мгновенно сожжет то немногое, что от него осталось, но задумка интересная. Апатия даже, на мгновение отступила. Могло бы сработать, только регулировать и направлять поток будет невероятно сложно. Только магистр темной школы мог бы справиться с подобным, а лучше - парочка.

- ...объединили с твоим ритуалом, это ограничит и направит энергию нужными порциями... Тебе нужно лишь принять первую и начать поглощение.

Что? Нет! Его ритуал не готов! Это даже не расчеты, простые наметки, концепции, таблицы резонансов, которые еще только предстоит свести в готовую схему. И он рассчитывался для другого! Для восстановления тела, не души!

- Начинаем!

- Учитель...

Нутра коснулся тонкий жгут горячей яростной энергии, словно горячий горшок, только из печи, завернутый в толстое одеяло, чтобы доходил, закрученный в светлый, умиротворяющий поток. Ткнулся слепым котенком, начал вгрызаться в нутро. Ничего не остается. Начать поглощение... Пожирание, вы, учитель, хотели сказать.

Вилана с любопытством смотрела на ярящуюся фигуру жуткого, уже ни капли не напоминающего человека, существа, оплывающего, будто кусок жира на сковороде. Демон рвался выбраться, пробовал границу круга на прочность. Снова и снова, не обращая внимания, что когтей уже не осталось, да и пальцы сгорели, как и руки, почти до локтей. Магистр велел чтобы она не боялась, она и не испытывает страха, не какой-то там твари из глубин преисподней пытаться прорвать сквозь барьер, зачарованный столь великим магом. Ее господин и учитель воистину могуч и хорош в своем искусстве, а это значит, что тот, кто его учил, воистину, непревзойденный! Дикий восторг наполнял всю ее суть от осознания, что, пусть не сразу, с течением времени, она сможет приблизиться к такому могуществу. Почти никакой некромантии, как сказал, магистр, только магия Тьмы, Крови и высшая ритуалистика. Девушка подняла лицо к небесам, исторгающим из себя настоящие водопады, разрываемые толстыми молниями, врезающимися в плиту, совсем рядом с внешним кругом. Так странно видеть как огромные капли истаивают не долетая до лица. Так странно не слушать грома, когда молния впивается в камень едва в двух шагах от тебя, лишь треск камня. Девушка опустила взгляд на корчащегося демона и предвкушающе облизнулась, странное, незнакомое наслаждение прокатывалось по телу, будоража всю суть будущей магессы.

Коска с ужасом смотрел в глаза небесного создания, чьи черты так напоминали девушку в клетке, которую он испепелил в попытке помочь, ничего не умеющий, сделавший лишь первый шаг на пути постижения магии, но уже возомнивший себя способным кого-то спасти. Уже смертоносный. Чувство вины и сожаления терзало, будто опытный палач, стыд жег не хуже соли, высыпанной на открытую рану. По постепенно прекращающей светиться щеке скатилась серебряная слезинка. Создание света, протянуло руку, будто пытаясь погладить, в глазах светилось сожаление и участие.

- Не ведись! - разнесся в голове, породив волну ужаса, до боли знакомый голос, спину будто вновь коснулась призрачная, но жалящая не хуже реальной плеть.

Все, внезапно, провалилось в темноту.

Бернард спешно впитывал все усиливающийся поток. Сама суть иных существ, вместе с их силой грозили разорвать и испепелить, но, очевидно, его расчеты магистр, все таки, доработал. Ему тяжело, очень тяжело, это понятно по неравномерности потока, но учитель справляется. Еще немного и он сможет помочь. Душа стремительно восстанавливалась, суть демона проникла, слилась, стала, на мгновение, его сутью, встроившись на уровень рефлекса «тронь горячее - отдернешь руку». Теперь энергия усваивалась практически сама, не требуя осознанных усилий, Сила света, действительно помогала не скатиться на уровень эти тварей бездны, но все же, в отличие от другой, отдающей дымом и серой, оказалась гораздо более неприятной. Неприятной, но терпимой, как терпимо горькое лекарство, что поделаешь, постоянно пропуская через себя некротику, пропитываешься ей и свет, конфликтуя, уже не кажется таким благотворным. Постепенно проявились еще два канала. Энергия по ним не поступала, и веяло чем-то знакомым. Понятно, мастер изготовил «якорь», чтобы переполненную силой, еще не восстановившую свою структуру душу не вытолкнуло за пределы мира, а то и Вуали, все-таки он слишком уж раздулся, пора уже начинать формирование структуры, иначе тело просто «не налезет», как не налезает одежда на чересчур разъевшегося хозяина.

Это что еще за потоки боли и сожалений? Ах ты, тварь светлая! Напрасно, очень напрасно, вас почитают за ангелов, придется вмешаться, пока наведенная тоска не вытянула из ученика всю жизнь, разрушив ритуал и похоронив все.

- Не ведись! - коснуться разума ученика оказалось на удивление просто. Ах, еще же и клятва на крови была от них с сестрой. Что там с ней, интересно. Понятно, та же яичница, вид сбоку. Действующие лица другие - суть та же: демон пытался впечатать в сознание едва начинающей расцветать девушки свои установки. Наслаждение чужой болью, наслаждение, что превышает плотское, бьет по только начавшему дисциплинироваться разуму в попытке перестроить. Действие не мене разрушительное чем у солара, только более растянутое во времени, и несущее гораздо больше жертв. Как же они все-таки похожи, светлые создания и твари бездны, нужно вмешаться.

Вильгельм, если бы мог двигаться, открыл бы в ужасе рот, когда фигуры лорда и его учеников окутали облака тьмы, однако магистр оставался спокоен. Раскинув ладони, он будто руководил невидимым оркестром, двигая пальцами в такт только ему одному слышимой музыке. Тем временем пятна тьмы начали вращаться со все возрастающей скоростью, пока не превратились в стремительные вихри.

Темнота, покой, ощущение пленки воды под ступнями, и будто бы никакой опоры под ногами нет, но он не проваливается, наверное, потому что тело стало невероятно легким.

- Я умер? - вопрос в пустоту.

- Успеется. - знакомый голос из ниоткуда, только каркающие нотки пропали.

- Мастер! - возглас сестры.

- Здравствуйте, ученики. Потрепало вас, вот я и решил вмешаться. Нужно будет закалить ваш разум, учтем на будущее.

- Магистр сказал, что вы поправитесь! - девчачий голос вновь прорезал тишину.

- Не сразу, но я приведу себя в нормальное состояние, пока же придержу вас возле себя, пока ритуал не завершится, так безопаснее будет. Излишки силы тоже вам скормлю, мне уже хватит. Приготовились, будет немного больно.

Древний лич безучастно взирал на затухающее буйство энергии. Если бы он мог испытывать хоть какие-то эмоции, то его состояние можно было бы назвать грустью. Ритуал, что он рассчитывал веками, стремясь вернуть человеческий облик чтобы и дальше служить и наставлять своего господина. оказался успешен, он это ощущал. Молодой некромант спешно лепит душу заново, резцом скульптора и движениями гончара придавая ей законченную форму, уплотняя, отсекая лишнее, полируя. Рутуал успешен. Для того, чья душа не была отделена от тела. Он не учел в расчетах свой филактерий, нужно все начинать заново. Может молодой мастер сможет помочь? Те пергаменты, что он видел, непонятный подход, незнакомый, в чем-то абсурдный, но, при втором взгляде, логика становилась понятной, что позволило дополнить собственные наработки и сотворить ЭТО.

Последний всполох пламени погас, оставив на камне выжженный узор заклятой фигуры. Прочнейший гранит проплавило на целую ладонь, а в центре лежит обнаженное тело молодого мужчины, поражающее белизной кожи и волос. Красив - отметило неживое сознание, -отлично сложен, прекрасно смотрелся бы во главе центурии или целого легиона. Суть поглощенного демона восстановила тело до состояния, каким его помнит восстановленная душа. Некоторое время его будет терзать жуткий голод, возможны проблемы с походом в отхожее место, но пару недель усиленного питания и все придет в норму.

Вильгельм, едва его отпустил непонятный паралич, рухнул на колени и, ежеминутно протирая дико слезящиеся глаза, терзаемые дикой резью, пытался рассмотреть место, где был его лорд. Получилось, или же нет? Вышло то, ради чего они сотворили проклятое светом деяние? Не в силах ничего различить сквозь заливающие высохшие глаза слезы, верный солдат двинул онемевшее, не слушающееся тело к некроманту.

Баронесса, тихонько приоткрыла дверь в тесную комнатушку, куда перенесли виконта. Луна подсвечивала огарок погасшей свечи на прикроватном столике, заснувшую в неудобном, как она уже смогла оценить, кресле ученицу виконта, распростертое на кровати, укрытое шкурами тело, грубое, высеченное, словно из камня, лицо, напоминающее древние статуи, не идеал мужской красоты, но и далеко не урод, как опасалась девушка.

Два дня прошло с того дня, как страшный ураган пронесся по долине, выбивая молниями целые глыбы из торчащих тут и там скал, грозя смыть всех живых в морскую пучину. Как ни странно, особых разрушений взбесившаяся стихия не принесла, сосредоточив всю ярость где-то в районе старой каменоломни, как просветила ее верная камеристка, успевшая сдружиться с крестьянскими девушками. На удивление, как выглядит их господин знали совсем не многие, а видели его лицо и того меньше, но пересудов велось - не пересчитать. Еще бы, знатный, уже не зеленый юнец, но и далеко не старик, не женатый аристократ не мог не вызывать интереса у женской половины, таинственность, вызванная неизменной маской, темным балахоном придавала пикантности образу, а нотка сладкого ужаса от темных сил, подвластных ему и выбранного ремесла вносило остроту. Успех виконта в таком образе у придворных дам был бы колоссальным, она сама, хоть и избавлена, пока, от придворной жизни и неопытна в общении с мужчинами, не являющимися слугами или охраной, не избежала очарования опасной загадочности.

Рука мужчины дернулась, отбрасывая одну из шкур в сторону, обнажая торс. Баронесса, не удержавшись, прикипела взглядом. Не очень мускулистый, скорее поджарый, руки и грудь, будто жгутами перевиты. Запястья и предплечья могли бы показаться необычно толстыми, вот только юная аристократка видела такое каждый день, явно мечник и упражнения не забрасывает. Интересно, что это за полосы на груди и боку. Девушка шагнула в комнату, стараясь рассмотреть получше и едва удержалась от вскрика, но вспышку эмоций явно почувствовали. Глаза мужчины распахнулись, полыхая зеленью. Изумрудное сияние, казалось бы, впивающееся в самое нутро, понемногу угасало. Некромант осмотрел свой торс, хмыкнул и укрыл разошедшуюся кожу, в разрывах которой виднелись белоснежные ребра, отброшенной шкурой. Посмотрел на спящую ученицу. Знакомый, но как-то изменившийся голос выплыл из ночной тишины.

- Баронесса, доброй ночи, мое тело еще не приспособилось к изменениям, так что прошу простить. Вы желаете продолжить наш разговор?

Глава 5

- Ты слабее меня. - Бернард опустил затупленный тренировочный меч. - Не пытайся жестко блокировать - отсушишь руку. Шит маг не может использовать, вторая рука должна всегда оставаться свободной, чтобы метнуть какое-либо плетение. Постарайся отвести мой клинок в сторону и перейти в атаку. Смотри.

Маг опустился на колени перед учеником, чтобы находиться на одном уровне с невысоким подростком. Уже привычный темный балахон и закрывающая все тело одежда сменились потрепанной льняной рубахой с закатанными до плеч рукавами, обнажающими жилистые руки с толстыми, натренированными запястьями и свободными штанами, оставляющими открытыми лишь босые ступни.

- Удар сверху!

Коска замахнулся, клинок свистящей молнией рассек воздух, натолкнувшись на меч учителя, что будто бы провалился в руках Мастера, спуская атакующее лезвие по бессильно звякнувшему оружию. Юноша прекратил движение когда груша навершия наставника остановилась у его носа.

- Еще раз. Теперь медленно.

Подросток изобразил медленную атаку. Бернард встретил его меч непривычным отбивом, провернув свой клинок возле самого перекрестья, отводя атаку в сторону и спуская по полосе меча в безопасную область, а грушевидный противовес вновь устремился к лицу ученика.

- Понял? Можно сразу переходить в атаку, но противник может успеть среагировать, поэтому ошеломляющий тычок в такой ситуации будет выгоднее, заставит отшатнуться и, на мгновение, потерять контроль а затем уже поражающий удар. - Меч учителя описал дугу, замерев около шеи юноши. - Отрабатываем, сначала медленно.

Коска попробовал, и весьма удивился: при более сложном, в отличие от прямого блока, движении так отражать атаку выходило намного удобнее, он не терял контроля над клинком, одно движение прекрасно переходило в другое. Учитель все наращивал темп, удар, внезапно пришелся с другой стороны, сбоку, снизу-вверх, прямой колющий.

- Хорошо, очень хорошо, суть ты уловил, теперь только отточить, чтобы ты не задумывался над каждым движением и можно изучать следующие финты.

- Учитель, разрешите спросить?

- Говори.

- Вы ведь учите меня магии, зачем оружие? Мне очень нравится упражняться с вами, но я не вижу в этом смысла.

- Многие маги считаю так же, твой вопрос закономерен. Ты все больше мене радуешь, Константин. Смысл есть. Во первых, упражнения с мечом развивают тело, а чем оно крепче - тем больше энергии может пропустить через себя, особенно некротической, как ты мог уже убедиться, весьма агрессивной. Во вторых - у всех магов имеется некоторая устойчивость, что повышается с уровнем развития. Если ты бросишь в меня стрелу разрушения - над вспыхнувшей ладонью наставника потоки энергии сплелись в знакомую Коске фиолетовую сферу с проскакивающими крохотными молниями - я, конечно, почувствую но урона, практически, не получу, у вас сестрой устойчивость еще не развита, но уже имеется, так что такая же стрела оставит серьезные ожоги, но прахом вы уже не осыплетесь, в общем, против магов и колдовских тварей честная сталь, зачастую, гораздо предпочтительней, особенно на коротких дистанциях. Ну и в третьих - ситуации бываю разные, иногда ударить клинком, например в узком коридоре, или если противник возник прямо под носом, просто быстрее чем сплести что-то убойное. Кроме того, загнав с ладонь стали в чужие потроха и пропустив через нее что-то не слишком мощное можно добиться гораздо большего эффекта, чем от на порядок более сильного заклятья, что может быть отражено или впитано аурой противника. Тут, правда, имеется один нюанс, далеко не всякий меч для этого подходит: Обычное оружие, что изготавливают путем многократного складывания металла с разной крепостью, получая, в итоге, множество слоев, с вваренным сердечником или лезвиями для такого не годится, магическая энергия очень быстро разорвет его по линиям неоднородности. Для такого нужен клинок из тигельной стали, наподобие моего. - учитель качнул головой в сторону меча, пристроившегося на чудом уцелевшей ограде тренировочной площадки. - Я не разбираюсь в кузнечных делах, и не знаю нюансов, но такие мечи не имеют слоев, а все неоднородности, придающие необходимые свойства, являются частью монолитной структуры, и они могут служить прекрасными проводниками для магии, даже вполне заменяя посохи, как фокусную точку в ритуалах. Я позже обучу вас с Виланой таким приемам, когда подтянете контроль.

- Спасибо за ответ, Мастер. - Коска поклонился, как учил Горр - командир гвардии старого графа.

Учитель отсалютовал клинком, положил его на плечо и направился к выходу с площадки. Столпившиеся крестьянские мальчишки и девушки, скрывающиеся среди них, почтительно расступились, во все глаза разглядывая своего лорда. на освободившемся месте осталась лишь девушка в дорогой одежде, сжимающая в ладонях запотевший кувшин. Бернард, стянув рубаху, наклонился, подставив ладони под прозрачную струю. Маг фыркал от удовольствия, смывая пыль ледяной водой. Сияющие радугой в лучах солнца брызги разлетались, словно лохматая собака отряхивается после купания. Пока учитель облачался в оставленную одежду, Коска, занял его место, подставив ладони под струю.

- Спасибо сестра.

- Магистр велел сообщить что нужно, наконец, проверить город и убрать все тела. Он ждет в главном зале, пока вы закончите с тренировкой.

- Благодарю, Вилана. - Кивнул учитель подростков. - Подходите туда, как только Константин приведет себя в порядок.

Девочка поклонилась, скосив недовольный взгляд на одно из темных окон древней крепости. Эта все еще не уехала, все кружит вокруг ее Мастера, заводит непонятные разговоры чем невероятно злит юную девушку. Прибить бы ее, но так, чтобы не попасться.

Баронесса Чингхале невольно отшатнулась от окна, будто пахнуло свежей могилой, пальцы сжались сминая кружевной платок. Наблюдать за тренировкой виконта оказалось весьма увлекательно, а когда он снял рубашку, глаза девушки изумленно расширились - ни следа на коже от жутких ран, которые она наблюдала той ночью, да и облик значительно изменился. Местный лорд поглощал пищу в огромных количествах, не обращая внимания на внешний вид блюд, будто голодал долгое время и менялся каждое мгновение: тело наливалось силой, становясь плотнее, теперь он уже не был похож на призрака, белые волосы приобрели блеск, как у его наставника, который как раз таки стал выглядеть намного хуже после проведенного ритуала, в голосе появились эмоции, исчезли неприятные каркающие нотки. Вот только не чувствовалось в виконте жизни, он пугал гораздо сильнее, чем когда ходил, полностью укрывшись от света темным облачением и маской в виде безглазого черепа. Пугал и притягивал одновременно. Баронесса не могла избавиться от ощущения что она маленький кролик, что смотрит в немигающие глаза огромной змеи, которая, вроде бы, сыта и не нападет, вот только сил не то что убежать, а просто отвести взгляд никаких нет.

- Госпожа, может быть уедем уже домой? - Подала голос верная служанка. - Вы на себя не похожи после той жуткой ночи: исхудали, бледная вся, не улыбаетесь больше, будто жизнь из вытягивают.

- Может ты и права, Камилла. - Глаза устало прикрылись, отрезая жалящий свет. - сегодня попрощаемся и с утра - в дорогу. Мне нужно многое обдумать.

- Как думаешь, стоит ли пытаться заполучить виконта в мужья?

- Как я могу вам советовать, госпожа?

- Просто выскажи свои мысли, если бы ты сама выбирала супруга.

- Он красив, здесь не поспоришь, знатен, учитывая, чей он сын - богат, весьма учтив, во всяком случае, с женщинами, я ни разу не видела чтобы он кого-то наказывал или просто кричал, но виконт пугает меня. От него постоянно тянет холодом, как из свежей могилы. С момента нашего приезда меня мучают кошмары, я задыхаюсь, как от удавки, едва я вспомню, что он некромант. Не знаю, как вам, госпожа, но я бы лучше выбрала простого мужчину, чем постоянно жить с такими чувствами, кроме того, у некромантов, как я слышала, не бывает детей. Нет. Даже полюбить такого - невозможно, все равно что любить безжизненную статую. В своем балахоне он не внушал такого ужаса, как теперь.

- Интересно. - Баронесса неторопливо двинулась в сторону своих покоев неторопливо шурша складками платья. - Распорядись подготовить мою карету к отъезду.

- Будет исполнено, - с хорошо слышимым облегчением ответила верная камеристка, - госпожа.

Холодный камень окружал группу магов, угрожающе возвышаясь над головами, закрывая солнце. Камень, покрытый многовековой пылью, глухо звучал под тяжелыми сапогами. Магистр и Мастер неторопливо двигались по удивительно целой улице, разглядывая окружение, а подростки почтительно двигались следом.

- Удивительно. - Прозвучал молодой голос. - Будто бы вернулся во времена своей юности, вот сейчас из за поворота выглянет глашатай магистрата и объявит о празднике в честь дня рождения императора, звеня броней прошагает центурия легионеров, торопясь успокоить волнения плебса, а из этого здания выглянут юные прачки, спеша доставить заказ.

- Ностальгия замучила, Учитель?

- Ты не представляешь, насколько, Бернард. Империя была светочем в том диком мире. Ученые мужи, поэты, ораторы, мастера ремесел... где это все? Когда вечный город пал, он утянул за собой очень многое: ты знаешь, что даже в самых дальних провинциях можно было купить пергаменты со стихами из столицы, оружие, предметы искусства, а в столице - встретить товары, о которых ты даже подумать не мог. Шелка из Циньской империи, грибы из восточных лесов, северные ягоды, рыбу из ледяных озер, фрукты с ферм дальнего юга. Сейчас имперский доспех - огромная ценность, а тогда солдат в такой броне был обыденным зрелищем, настолько развито было кузнечное искусство.

- Магистр, а это что такое? - Константин замер перед картиной, написанной прямо на стене, лишь небольшая крыша, укрывавшая от непогоды позволила краскам сохраниться, не вычистив темный гранит постройки.

Потускневшие краски с удивительной четкостью изображали мужчину, замотанного в отрез ткани, вознесшего руку с хворостиной над спиной лежащего на лавке мальчишки.

Магистр огляделся, за разговором они вышли на большую площадь с тут и там торчащими остатками деревянных конструкций, в дальнем конце возвышалась белоснежной строение городского магистрата, посредине уютно разместилась каменная чаша давно высохшего фонтана. Древний магистр прикрыл глаза, представляя, как оно все могло бы выглядеть, ловя отклик давно ушедшего времени, взывая к призракам прошлого. Некротическая волна, убившая все живое очистила память места, но не все было стерто. Зазвучал гомон толпы, звенел детский смех, журчала вода в фонтане, питаемая водопроводом - тогда он был обыденностью, кричали торговцы, пахло свежими булочками и жареным мясом из ближайшего трактира, юная девушка хихикнула, будто бы прямо над ухом, почтенная матрона семейства прошла, держа гордую осанку, сопровождаемая почтительным слугой, остановилась у картины.

- Это амбус, малыш. - Улыбнулся магистр. - специальная стена, где вывешивались приказы правительства, объявления...

Рука в белоснежной перчатке скользила по стене, словно стараясь смахнуть пыль веков.

- Эта картина сообщает что школа приглашает отдавать своих детей на обучение грамоте и счету, где им привьют манеры и научат вести себя. Не все граждане империи были грамотными, так что картина как раз для таких, что бы понятно с первого взгляда. Вот здесь - палец указал на полустертое изображение женщины с обнаженной грудью, обнимающую кого-то не сохранившегося под ветром времени, лишь торс можно было угадать и остаток ноги - местный лупанарий предлагает свои услуги.

- Лупанарий? - переспросил юноша.

- Бордель. - без малейшей заминки ответил древний маг, заставив подростков покраснеть.

- Через четыре квартала находится Источник. - Рука Бернарда поднялась, указывая направление. - Я возьму людей и мы перенесем его в подвалы крепости, там есть подходящий склеп.

- Чем запечатал?

- Барьером Вана, а сверху - Алмазной Клеткой.

- Перестраховщик.

- Таким лучше не рисковать, Учитель, сами понимаете.

- Уже представляю, как вы будете это тащить. Что планируешь с ним дальше делать?

- Хотел попросить вас доставить его в главное хранилище Ордена. Даже запечатанным, Источник не даст границе с Вуалью придти в нормальное состояние. Учить здесь большое количество магов слишком рискованно.

- Разумно. Оставишь здесь кенотаф?

- Конечно. Недели для всех ритуалов вполне хватит.

- Значит через неделю я отбываю. Тогда у нас много работы, Бернард. Смотрите, детишки, - Берн Борейский криво ухмыльнулся, - не каждый день увидишь работу магистра Ордо Некроманси.

Руки мага взлетели в стороны, невидимая, но ощутимая ледяная волна волна с привкусом тления стремительно разошлась по площади, понеслась дальше, еще дальше. Коска почувствовал как внутри что-то тянется навстречу учителю его Мастера, заставляя сделать шаг. Тяжелая рука легла на плечо и сразу стало легче.

- Это Зов. - Голос наставника коснулся разума юноши. - Все то же самое, что делал ты, только рассеянное в пространстве. Каждый труп поднимается и движется к источнику заклятья.

Громкий шлепок привлек внимание юноши. У подножия ратуши шевельнулось тело, поднялось, припадая на правую ногу и двинулось к магистру. В тени улиц проступили шатающиеся силуэты, становящиеся все ближе, площадь начала заполняться мертвецами.

- А почему они...

- Неловкие?

-Да.

- Слишком мало энергии для полноценного движения. Лишь капля, чтобы смогли придти, даже контроль, почти, отсутствует. Этого вполне достаточно, стоит лишь отменить магию и даже откачивать остатки энергии не нужно - сама рассеется. Можно выбрать лучшее и поднять уже как следует. Заклятие простое, на самом деле, но нужно очень много энергии пропускать через себя. Я на пятом году обучения начал практиковаться, но объем целого города, до сих пор, пожалуй, накрыть не смогу.

- Сможешь. - Перебил магистр. - После ритуала твоя аура стала гораздо крепче, и природа изменилась: теперь энергия смерти - основа твоего существования. Попробуй, перехвати контроль.

Бернард лишь кивнув, вскинул руки. Такая же волна разошлась от некроманта, только холоднее, резче, даже дышать стало трудно. Попадавшие было на камни мостовой тела, вновь поднялись и двинулись навстречу магу, только Коске показалось, будто делают они это намного бодрее.

- Меньше энергии, ослабь поток, не то и склепы сейчас разупокоишь, ты намного сильнее чем был, да и сам расслабься.

- Понял, учитель.

- Дитя, тебе нельзя изучать это.

Вилана, дернувшись повернула горящие глаза в сторону улыбающегося магистра.

- Для женщин это смертельно, разве что ты не хочешь стать похожей на нашего костлявого друга с того острова. У вас есть свои направления, в которых мужчина и шагу не сможет ступить. Ведьмовство, например. Я даже не представляю, как при помощи простеньких ритуалов ведьмам удается менять погоду, насылать и лечить болезни, обращаться в животных... Была у меня знакомая ведьмочка, эх какие вещи она творила... - похабная улыбка магистра намекала на вещи не совсем касающиеся магии, но уточнять он не стал.

Бернард, внезапно дрогнул, плоть с ладоней начала осыпаться прахом, обнажая кости, в разрезе рубахи из-под расползающейся кожи проявились ребра, вполне красивое лицо сменялось оскалом оскалом черепа. Миг и наваждение исчезло, тело мага вернулось к нормальному состоянию живого человека.

- Боевая форма, не пугайтесь. - прозвучал голос Берна Борейского. - Бернард еще плохо ее контролирует, хотя, учитывая что получил он ее после ритуала - скорость освоения вполне приличная.

- Магистр, - девушка повернулась к древнему магу, отвлекшись от зрелища шагающих трупов - расскажите, почему вы не уничтожили того лича?

- Кодекс ордена не обязывает уничтожать всю дикую нежить. Если тварь оказывается способной к диалогу, решение остается за магом, кроме того Кровавый Ошейник - не та вещь, с которой он сможет причинить хоть какой-то вред.

- Это стало ясно уже позже, но ведь он напал на нас, ранил Мастера, и все же остался существовать.

- Знаешь, что я обнаружил в том маяке?

Девушка отрицательно качнула головой.

- Мальчишку. Живого мальчика, только запечатанного в Алмазную Клетку. Лич просил помочь его господину. При жизни он являлся магистром школы Жизни и служил Юлиану Септимию Теберу - внучатому племяннику Императора. Именно он оказался заперт там. Алмазная клетка, по своему ужасное заклинание: это наилучшая защита, она способна защитить от всего, даже от течения времени, вот только изнутри его снять невозможно. Идеальная тюрьма. Этот лич оказался настоящим Волшебником, вложив всего себя в защиту мальчишки, а когда его сил оставалось недостаточно для удержания некротической волны, последние капли жизни влил в заклятие, впечатав в него душу, надеясь что император пришлет помощь. Смешно, сам того не подозревая, светлый маг реализовал темнейшее заклятие - Воплощение Филактерии. Обычно это запечатывание души в материальный носитель, но с заклятием Клетки он сам стал и тюремщиком и заключенным. Орден и не знал, что подобное возможно. Впрочем, я отвлекся. Я мог уничтожить лича, но для этого пришлось бы уничтожить Филактерий, убив мальчишку. Я родился в империи, верил в Императора как в божество и вот так просто убить последнего кровного родственника... рука не поднялась. Кроме того, Марконий, так зовут лича, сказал что сможет помочь спасти Бернарда. Я ничего не терял, позволив ему существовать, а спасти мог многое. Мы, конечно, темные маги, но не сумасшедшие чтобы уничтожать все просто ради уничтожения.

Пока магистр развлекался беседой с девушкой, поток мертвецов закончился и вся толпа, заполнившая и площадь бывшего рынка и прилегающие улицы, на сколько хватало глаз, двинулась по направлению к морю, лишь несколько десятков тел, выглядящих более массивно, в остатках доспехов, лишившись подпитки остались лежать на мостовой.

- Хм, нашел рыцарей смерти. Хорошее решение, уничтожать такой ресурс - расточительство.

- Рыцарей смерти? - Спросил Коска, оторопевший от такого количества активной нежити. - Что это?

- Бернард объяснит тебе классификацию, но, в двух словах, - более сильная и опасная нежить. В отличие от истинных рыцарей смерти - высшей нежити, эти просто смогли сохранить остатки разума, остались рефлексы воинов, понятие о дисциплине. Весьма опасный противник и отличные сторожа.

- Учитель будет собирать себе свиту?

- Нет, в Ордо Некроманси не приветствуется свита из материальной нежити, это делает некроманта слишком уязвимым для знающих противников.

- Уязвимым? Мага смерти?

- Я постараюсь объяснить, хоть вы и будете изучать этот материал года через три, но утолю твое любопытство. Поддержание каждого миньона, будь то некротический конструкт, призванный демон, стихийный элементаль, голем, любое создание или существо под контролем мага требует некий канал подпитки и контроля, который можно оборвать, нанеся урон обоим сторонам. Если таких подконтрольных созданий будет много, а низшей нежити должно быть много, чтобы от нее был хоть какой-то толк, маг может и не пережить подобное. «Разрыв связей» - плетение довольно сложное, но весьма действенное.

- Но ведь у мастера есть его конь и Курт, который призрак.

- Высшая нежить. Коня он только контролирует, питает энергией собственная душа животного и тех, кого он сожрет, а Курт - именно призрак, там совершенно другие принципы существования. Вот призрачную свиту маги ордена, начиная с определенного уровня сил и начинают собирать по достижении определенного уровня сил, но это сложно и очень долго. Своя Дикая Охота - роскошь, но и пользы от нее может быть больше чем от легиона умертвий.

Стены странно уцелевшего в потоке времени города безмолвно наблюдали за потоком своих мертвых жителей, текущем в сторону моря, некромантом, застывшим у давно высохшего фонтана и древним магистром ордена смерти, выглядящим как семнадцатилетний юноша, объясняющим двум подросткам о преимуществах и недостатках разных видов неживых слуг.

Вильгельм, сияющий, новеньким золотым солидом, осматривал отремонтированные стены казармы. Доспех имперского легата вычищенный, отполированный, подогнанный по фигуре, что сейчас покоился в его офицерской комнате приятно грел душу, пальцы подрагивали, в воспоминаниях о прикосновении к этой исключительной броне. Крестьяне поработали на славу, учитывая их ограниченные возможности, заделав все имеющиеся щели и трещины, приведя строение в пригодное для жилья состояние. Зиму они переживут, а там уже можно будет посоветовать милорду пригласить гильдию каменщиков для полноценного ремонта, если он еще не сделал этого. Нужно будет уточнить, промелькнула мысль, что-то было в разговоре.

- Командир! - Разрезал воздух, пропитанный запахом свежей извести, выкрик одного из солдат. - К нам гости! Магичка из народа Альфари, говорит, по приглашению милорда.

- Вот как? Интересно. Проводи в приемный зал.

- А у нас такой есть?

- Болван! Угловая комната, там еще куча шкафов со свитками и огромный стол!

- Будет исполнено!

Альфариэль любопытным взглядом изучала картину удивительно сохранившейся имперской крепости. Вид безжизненной долины, открывшейся взгляду едва она выехала из тоннеля, пронзающего горы выгнал девушку в уныние, но оживающие древние стены, наполненные голосами людей, ароматом готовящейся пищи, от которого в желудке что-то заинтересованно заворочалось, детским смехом постепенно возвращал настроение на прежнюю высоту. Она привезла с собой все, что может понадобиться для работы: наборы реактивов, таблицы совместимости веществ и энергий, колбы, тщательно преложенные сеном, чтобы не побились во время дорожной тряски... Дома она оставила голые стены, так что облегчение лошади, тащившей ее повозку почти две недели, было заметно даже без разглядывания ее флегматичной морды.

Солдат, встретивший ее у ворот крепости и старающийся не пялиться слишком сильно, не каждый день обычный человек может встретить представителя ее расы, вполне вежливо попросил обождать и испарился в направлении здания щеголяющего следами недавнего ремонта. Будь она кем-то из знати, непременно возмутилась бы, но не слабенькому магу жизни выражать недовольство такими просьбами.

Девушка более внимательно осмотрела двор. И не скажешь, что здесь правит маг смерти, хотя присутствие некроманта и ощущается леденящим холодком по позвоночнику. Люди занимаются своими делами: кто-то рубит дрова, стайка девушек, подхихикивая, несет ведра с водой, в тени башни, венчающей угол крепостной стены женщины постарше колдуют у огромного котла, готовят трапезу для работников, на плацу солдаты гоняют несколько подростков, вбивая воинскую науку. Вполне обыкновенная картина обычной жизни, только вера в будущее, мелькающая во взглядах, необычна для забитых и затравленных слуг высокого лорда.

- Сударыня, прошу проследовать за мной. - Соткавшийся из воздуха солдат приглашающе вскинул руку. - Милорда сейчас нет, поэтому прошу, пока что принять наше гостеприимство. Я отведу вас к командиру и он отдаст необходимые распоряжения. О вашей повозке позаботятся.

В подтверждение его слов юноша с перевязанной и висящей на повязке рукой, выскользнувший из-за спины солдата, взял лошадь девицы альфари под уздцы.

- С благодарностью принимаю, сударь. - Вежливо поклонилась девушка. - Не утолите мое любопытсво, что с лучилось с этим молодым человеком?

- Дурость с ним случилась. - Хохотнул сопровождающий. - Полез целоваться к ученице милорда, ну девка и объяснила, что не с его рылом к магичкам приставать.

- У вашего лорда есть ученица? Разве женщин обучают некромантии?

- Не могу знать, сударыня, но он учит двоих: брата с сестрой. И если парень вполне обычный, только не улыбается никогда, то девица способна нагнать жути одним взглядом, а уж от улыбки ее и поседеть недолго.

Дверь, скрипнув отворилась, впуская девушку с чуть заостренными кончиками ушей, выглядывающими из под дорожного платка. Вильгельм поднялся из-за стола, окидывая незнакомку взглядом.

- Рад приветствовать вас,...

- Аллариэль, сударь. - Поклонилась девушка. - Маг жизни народа альфари.

- Весьма рад знакомству, сударыня. Меня зовут Вильгельм, я лейтенант лорда Бернарда Мизери. Прошу вас утолите голод - мужчина кивнул в сторону накрытого нехитрой снедью стола - и отдохните с дороги. Если вы с милордом договоритесь, то вас ждет очень много работы.