Долгая Дорога

Пролог

Юный, белокурый юноша лет тринадцати на вид с безмятежным, спокойным выражением лица сладко посапывал ранним утром на большой, мягкой кровати, заслуженно и с явным наслаждением отдыхая от неправедных молодых дел, что часто сопровождают молодых людей в этом возрасте. Но, к его большому несчастью и совершенно вопиющей вселенской несправедливости, досмотреть последние, самые приятные сны в это утро ему было явно не суждено. Коварная судьба в виде зловещего бородатого мужчины в белой робе подкралась к нему неожиданно и бесшумно, цепко схватив его за ногу.

Прежде, чем юноша успел проснуться, его уже с большой силой дернули за ногу, стаскивая с кровати, и, не обращая внимания на тяжелый стук удара, потащили прочь из комнаты, а затем - на лестницу.

– Ай… Ой… Учитель! – возмущенно возопил узник несправедливого пробуждения.

На третьем ударе о лестницу юный адепт стихии ветра наконец сумел собраться с силами, сконцентрироваться, и слегка приподнять себя над ступеньками, чтобы избежать ударов.

– Разумеется, это плохой учитель виноват в твоих синяках, а не вопиющая лень и пренебрежение тренировками. – покладисто согласился бородатый мужчина, вытаскивая парящего на небольшой высоте юношу за ногу из дома.

Снаружи это был небольшой, двухэтажный особняк, стоящий в поле - небольшое поместье в спокойной глуши, прекрасно подходящее для тихой и спокойной жизни.

– Завтра через полчаса, не опаздывайте! – донесся вслед им звонкий женский голос.

– Это несправедливо, учитель! – наконец, стабилизировав себя, скрестил руки на груди юноша, которого тащили куда-то через поле. – Я думал, мы уже прошли эту тему несколько лет назад!

– Я тоже так думал, однако, решил, раз ты стал достаточно взрослым, чтобы бегать подсматривать за девушками на озеро, то настало время провести небольшой экзамен. – хищно ухмыльнулся бородач.

Юноша сперва резко покраснел, а затем задумался и уставился на своего наставник с изрядным подозрением:

– А вы откуда знаете что я там был, учитель?

– Это совершенно не важная для тебя сейчас информация. – сказал, как отрезал, бородач. – Лучше освежи в памяти все базовые приемы.

– А если мама узнает? – коварно спросил юноша. – Возможно, для неё это важно.

– Ну, ты попробуй. – ехидно предложил бородач. – И мы посмотрим на её ответ.

– Я чувствую ловушку, но не могу понять где она. – надулся юный неофит ветра. – Но признавать себя виновным отказываюсь. Такие побудки - жестокое и несправедливое надругательство над здравым смыслом и моей тонкой душевной организацией. Если в будущем я вступлю на кривую дорожку, в этом определенно будете виноваты вы, учитель. Что мешало провести экзамен в полдень, после завтрака?

Бородач остановился в поле, отпуская ногу. Лишившись точки опоры, слабые потоки ветра не удержали юношу в воздухе, заставляя того грохнуться в траву.

– Это было бы слишком скучно. – почесал щеку волшебник. – И потом, хороший мастер всегда должен быть готов к неожиданностям. Мой учитель, например, частенько будил меня ведром с водой или левитацией в озеро… И это ещё было самое приятное. Он всегда говорил, что к пробуждению учеников надо подходить творчески - это вырабатывает правильные рефлексы. Вдруг тебя волк за ногу ночью в пути укусит? А ты раз - и готов! Чуткий сон - полезный навык. – Бородатый мужчина со скепсисом посмотрел на юношу. – Впрочем, тебе до него пока далеко…

Юноша со вздохом поднялся, отряхиваясь, и осмотрелся. Они были недалеко от небольшого озера - и рядом располагалось несколько мишеней. Пятеро простых, соломенных чучел, и две покрепче - собранные из деревянных чурбаков.

– Что отрабатываем сегодня, учитель? – со вздохом принял свою судьбу юный неофит ветра.

– Полагаю, что всё. – серьезно посмотрел на него бородач. – Напомни мне, какими базовыми приемами должен владеть ученик стихии ветра, чтобы перейти на вторую стадию обучения?

Глаза юноши затуманились, и он принялся загибать пальцы:

– В нашей традиции - таких всего семь. Кулак ветра, лезвие ветра, левитация объектов, воздушная подушка, малый смерч, порыв урагана и белое облако. Ещё надо владеть базовой защитой и самоисцелением, но это едино для всех школ, кроме огня.

– Хорошо. – удовлетворенно кивнул наставник. – Как ты правильно отметил, таковы правила в нашей традиции. В иных орденах и школах магии это набор может отличаться, причем в большую сторону - но мы делаем упор на хорошее овладение меньшим числом приемов, предпочитая не распыляться на множество бесполезных техник. Со временем ты научишься видоизменять эти приемы, дорабатывать их под себя - это уже начинает у тебя получаться. А теперь продемонстрируй мне практику. Начнём с лезвия. По правой цели - бей!

Белокурый юноша заученным, отточенным движением вскинул руку, сосредотачиваясь - и воздух перед ним разрезала пелена уплотненного ветра, перебивая соломенный манекен в середине.

– Неплохо, но можно сделать более узкое лезвие - ещё раз, по той же цели, вертикально. – отозвался бородач.

Ученик повторил, сужая фронт удара - в этот раз нижнюю часть манекена рассекло вместе с палкой, на которой он стоял, заставив ту треснуть - но не до конца.

– Хорошо, это зачту. – кивнул наставник. – Теперь перечисли мне плюсы и минусы данной техники.

– Самая большая убойная сила из базовых техник. – пожал плечами юноша. – Можно сужать площадь для увеличения пробивающей силы, но это тяжело. Хорошо масштабируется - со временем можно научиться выпускать несколько лезвий. Из минусов - можно легко промахнуться по быстрому противнику, и сил требует немало.

– Всё верно. Однако путь лезвия можно корректировать. Со временем научишься выпускать целый шквал таких, и управлять ими, наводя прямо на противника в движении - главное, не забрасывай тренировки. Дальше - кулак ветра. По третьему манекену - бей.

Молодой неофит вскинул руку, третий соломенный манекен снесло тяжелым, плотным порывом ветра, вырывая из земли вбитую палку.

– Неплохо. Плюсы и минусы?

– Ударный, дробящий удар вместо режущего. Хорошо подходит против тех, кого сложно достать порезами. Можно выбирать разную площадь удара, сужая до маленькой стрелы, хотя тогда разница с лезвием будет минимальна. Из минусов - дистанция, лезвием добить до далеко стоящей цели проще, потому что надо удерживать ветер всего с двух сторон, а здесь - со всех.

– Формально, это почти один и тот же прием. – погладил бороду волшебник. – И в том, и в другом случае, ты просто используешь сжатый воздух в качестве снаряда.Отличаются в основном формы и площадь. Лезвие проще, но не остановит бегущего на тебя зверя. Кулак бьет не настолько сильно, но может помочь отбросить цель, разорвать дистанцию, а также поможет нанести вред тем, кого сложно разрезать на части.Поэкспериментируй с этими приемами при случае, попробуй разные варианты. Даже этих двух достаточно, чтобы победить целый отряд врагов. Помню, во время войны, я часто использовал шквал лезвий для атаки - их проще удерживать, и следить особо не надо.

– Покажете? – оживился юноша.

Бородач даже не сдвинулся с места - но один из стоящих манекенов ювелирно рассекло на несколько десятков частей.

– Продолжим. Покажи мне порыв урагана - у нас как раз осталось несколько манекенов.

В этот раз ученику не потребовалось махать руками, помогая своей магии настроиться на цель - сосредоточившись, он на мгновение поднял ветер вокруг себя, создавай один мощный, обширный ураганный порыв, разбросавший и поваливший всё оставшиеся манекены. Палки выдернуло из земли, отбрасывая соломенные чучела на пару десятков метров - а тяжелые чурбаки рассыпались, разлетаясь в стороны.

– Неплохо. – признал бородач. – Даже сильнее, чем я ожидал. Молодец. Плюсы и Минусы?

– Урона, как такового, почти нет, разве что столкнуть кого-то в пропасть. – пожал плечами юноша. – Но полезно, если надо отбросить от себя сразу несколько мелких целей, вроде стаи небольших животных. Можно масштабировать и создать постоянный поток, комбинируя с другими техниками, но у меня пока не получается - сил и внимания не хватает.

– Левитация. – кивнул мастер-волшебник. – Поставь обратно соломенные чучела, а затем собери из чурбаков постоянную мишень.

Эта задача уже заставила молодого неофита всерьез напрячься. С чучелами он справился легко, перетаскивая их одно за другим, а вот в левитацией небольших бревен - ему пришлось изрядно постараться. По виску юного ученика прокатилась капля пота, когда он медленно перемещал в воздухе сразу пять бревен, заставляя их сложиться в мишень.

– Больше пяти пока не получается? – осведомился его наставник.

– С разными действиями - нет. – вздохнул ученик. – Но, если надо просто запустить в цель, могу и больше.

Бородач засунул руку в карман белой робы и достал оттуда пригоршню мелких камней.

– Покажи. Бей по бревнам.

Два десятка камней медленно, дрожа в воздухе поднялись вверх - а затем с огромной скоростью устремились к мишени. Попали не все - но оставшихся хватило чтобы с треском пробить насквозь чурбаки, разбрасывая щепки во всё стороны.

– Неплохо. Сильные и слабые места левитации?

– Самого себя так поднять очень сложно. – засунул дрожащие руки в карман мантии юноша. – Легко можно переломать себе все кости неправильной комбинацией потоков ветра. Схожая проблема с хрупкими предметами - навредить им легко, требуется немалое мастерство для того, чтобы это сработало. Из плюсов - самая универсальная техника, можно использовать для атаки любой подходящий предмет, да и в быту может быть удобно. Жаль, для полноценного полета не подходит, хотя если точка опоры есть, можно немного себя подбросить, совершая длинные прыжки.

– Да, я помню те десятки раз когда мне приходилось лечить твои сломанные ноги. – добродушно кивнул бородач.

– Я стал лучше с тех пор! – надулся юноша. – И потом, вы не можете просто научить человек левитации ожидать, что он не проверит это на себе! Это же так весело!

– Тысячи магов за сотни лет, и никто не научился нормально летать с помощью потоков. –тяжело вздохнул бородач. – Неужели так сложно поверить в чужой опыт?

– А вот и неправда, учитель. Я слышал что великий светлый маг, во время второй битвы за Кордигард вполне себе неплохо летал! – впустил подлую стрелу ученик.

Бородач отвернулся, делая каменной лицо, и деланно-равнодушным тоном произнес:

– Это другое. Я тебе потом расскажу, как это работает, а пока давай закончим экзамен. Покажи мне облако и смерч, последовательно.

Юноша вздохнул, и взмахнул руками, деланно-легко заставляя покрыться воздух вокруг сверхплотным белесым туманом, словно внутри облака. А затем, напрягшись, принялся закручивать этот самый туман в небольшой вихрь высотой в пару метров - рассеивая его.

– Плюсы облака - можно спрятаться в нём от тех, кто полагается на зрение, или прикрыть отход, плюс это почти не требует сил. – уныло продолжил он, не дожидаясь вопросов. – Смерч - малоподвижное, стационарное явление, которым можно перекрыть проход. Из плюсов - легко поддерживать, можно постепенно наращивать мощь. Из минусов - урона почти не наносит, таким даже волка не убить.

– Многие твари боятся стихийных явлений. – заметил бородач. – и буду обходить их стороной, не приближаясь.

– Смерч всё равно кажется мне самой бесполезной штукой. – признался ученик. – Нет, выглядит здорово, но создать сложно, а толку почти нет.

– Ты изменишь свое мнение, когда научиться создавать такой смерч, что может сносить дома. – спокойно заметил бородач. – А пока просто тренируйся. Что у нас осталось? Щит и самоисцеление? У меня тут как раз припасено несколько стрел…

С этими словами бородач коснулся небольшого камня, под которым был тайник, и с садистским удовольствием на лице достал оттуда два колчана с охотничьими срезнями.

– Готов?

– Я протестую, учитель! – попятился назад юный волшебник, побледнев. – Может, всё же камни, как мы всегда делали? Стрелять в собственного ученика боевыми стрелами - это бесчеловечный садизм!

– Это не садизм, а экзамен. – наставительно произнес бородач. – Не ты ли хвалился перед деревенскими парнями, что тебя никакой стреле не достать? Создавай щит, и не ной теперь.

Юноша обреченно вздохнул, поднимая руку, и сотворяя перед собой воздушную рябь. Стрелы одна за другой поднимались в воздух и со свистом летели в его сторону - но не попадали, отклоняясь. Он уже подумал, что легко отделался - но в этот момент одна из них, резко увеличив скорость, пробила воздушную пелену, чиркнув рядом с плечом.

– Это нечестно! – завопил юный ученик. – Ни один лук с такой скоростью стрелу не запустит.

– Честно-нечестно. – деланно равнодушно пожал плечами бородач, ускоряя стрелы. – Будешь это рассказывать тому, кто пустит тебе болт ручного стреломета почти в упор будучи в узком проходе.

Ученик скрипнул зубами и что было сил добавил энергии в воздушную пелену - заставляя ту не просто отклонять, а с усилием отбрасывать снаряды, ломая их траекторию, до тех самых пор, пока стрелы не кончились.

– Так и быть, зачтем. – кивнул бородач. – Что у нас там осталось, самоисцеление?

– Может, не надо, учитель? – кисло посмотрел на него усталый и вспотевший блондин.

От десятка лезвий ветра, в миг покрывших его тело мелкими порезами, защититься он уже не смог. Так что нерадивому ученику оставалось лишь, скривившись, сесть в позу медитации, принимаясь затягивать собственные раны - что он, пусть и за несколько минут, но успешно сделал, прогоняя силу жизни по собственному телу.

– Теперь мы можем идти завтракать? – жалобно спросил жертва несправедливых издевательств.

– Вроде ничего не забыли. – на миг задумался бородач. – Хотя… Да, точно, наказание. Тридцать кругов вокруг озера, бегом. И ещё подушку проверить - со скалы бы тебя какой-нибудь скинуть.

– Как хорошо, что мы в поле и рядом нет никаких скал. – облегченно выдохнул юноша.

В следующий миг мощнейший порыв ветра отправил его в небеса, в сторону озера, отправляя ввысь на несколько сотен метров. Убедившись, что кричащий ученик стабилизировал и замедлил падение, бородач удовлетворенно кивнул самому себе, и направился завтракать. Хорошая еда после хорошей работы никогда не помешает.

В доме его встретила прекрасная, заботливая рыжеволосая женщина лет тридцати - чью тонкую, изящную фигуру ничуть не портил даже домашний кухонный фартук.

– Опять мучил бедного мальчика бесчеловечными тренировками? – со вздохом встретила она бородача, ставя перед ним тарелки с горячей кашей, свежим хлебом, ветчиной и сыром.

– Просто размялись немного. – отмахнулся бородач. – Думаю, он готов отправляться в путь.

– Ему всего тринадцать, Этериас. – покачала головой женщина. – Он же ещё совсем ребенок.

– Некоторые в это время уже выходят женятся и получают рыцарство, Леана. – пожал плечами бородач. – Мой учитель повел меня в поле, когда мы было девять, и я сдал ему экзамен на базовое владение не только ветром, а всеми четырьмя стихиями. Возможно, мы и так слишком его разбаловали.

– Это называется нормальное воспитание! Мы растим нормального ребенка, а не сверхмага! – вскинулась женщина. – То, что над тобой в детстве проводили бесчеловечные эксперименты, не означает, что ты должен тренировать каждого своего ученика так, словно ему предстоит убивать следующего темного лорда!

Глаза бородача блеснули опасным холодом.

– Обо всех следующих темных лордах я позабочусь лично. За это не волнуйся.

– Один из четырех, Этериас. – покачала головой бывшая таллистрийская принцесса. – Ты сам говорил, лишь четверть переживает второй этап ваших тренировок. Я не хочу потерять сына просто потому, что ты решил вырастить из него боевого мага экстра-класса. У меня всего двое сыновей, и видит Отец, я не хочу лишаться ни одного из них.

– Таковы традиции… – затянул было волшебник.

– Это варварство! И ты это знаешь! Те времена давно прошли, ты же можешь просто создать ему обучающих артефактов, а не заставлять рисковать своей жизнью, бросая в безнадежный бой на грани сил, чтобы он освоил новые приемы!

Некоторое время они молчали, не смотря друг-другу в глаза.

– Как там Мелиан, кстати? – негромко спросил Этериас, меняя тему.

– Хорошо. – улыбнулась женщина. – Его посвятили в рыцари недавно. В последнем письме он интересовался, не направишь ли ты его младшего брата в столицу после обучения. Думаю, он скучает.

– Пусть этот выбор сделает он сам. – наконец, закончив с завтраком, произнес великий светлый маг. – В конце-концов, выбор для наших детей - это то, за что мы когда-то сражались, разве нет? Собери ему вещей в дорогу. Отправимся завтра утром. А куда - пусть уже он сам решает. Так или иначе, время пришло - мы не можем вечно держать его дома. Мужчинами не становясь под материнским крылышком.

– Просто позаботься о нём, хорошо? – вздохнула женщина. – И не забывай о письмах.

– Даю слово. – твердо кивнул волшебник.

Вскоре в дом резво вбежал насквозь промокший, уставший, взъерошенный и грязных мальчишка - с явным облегчением бухнувшись за стол под неодобрительным и строгим взглядом матери.

– Кажется, вы кое-что забыли, юный мистер. – елейным голоском произнесла рыжеволосая женщина.

– Ну мааааам. – обреченно протянул парень, втягивая шею.

– Не мамкай мне тут! Руки помыл и переоделся, а лучше - бегом в ванную! Что вообще за привычка - прыгать в озеро! Опять пытался научиться летать над водой, негодяй?

Неудачливый летун тяжело вздохнул, выражая в этом вздохе всё свое неодобрение по отношению к несправедливой вселенной, стрельнул взглядом на своего наставника, но сдавать того не стал - покорно отправившись переодеваться. Дальнейший день прошел в сборах и прощаниях - в которые сам великий светлый маг почти не вмешивался. Ранним утром следующего дня наставник и ученик покинули родной дом - в котором жили уже почти десять лет.

– Подожди у меня к дорожного перекрестка. – кивнул ученику Этериас. – Мне с твоей матерью ещё надо кое-что обсудить. Попрощаться.

В глазах белокурого юноши сверкнуло любопытством - но он сдержал его, не спрашивая ничего. Сам же бородатый мужчина замер в проеме, смотря вопросительным взглядом на рыжеволосую красавицу. У них были странные отношения - если смотреть на это стороны. Он обещал позаботиться о ней, и сделал это. Они жили как одна семья - но не были женаты и даже не были любовниками, отдыхая в разных спальнях. Наверное, это можно назвать крепкой дружбой - если такая, конечно, возможна между женщиной и мужчиной, находящимися в расцвете сил. Так иногда бывает - когда один слишком деликатен, чтобы настаивать, а некоторая память прошлого - слишком тяжела, чтобы справиться с ней быстро. Некоторые раны войны не заживают даже спустя долгие годы…

Наконец, Леана подошла к нему и мягко, робко поцеловала, чуть привстав на цыпочках. Руки мужчины обняли её за талию - заставляя женщину непроизвольно вздрогнуть.

– Возвращайся. – прошептала она, отстраняясь. – Это и твой дом тоже.

– Я вернусь. – твердо пообещал мужчина, любуясь её красотой. – Но не знаю, когда.

– Я буду ждать.

Он проводил её фигуру долгим, задумчивым взглядом - и некоторое время смотрел в пустоту, заставив себя встряхнуться чуть позже. Впереди была долгая дорога…

Глава 1

Они встретились у большого, тяжелого дорожного камня - на развилке мелкой проселочной дороги, вытоптанной тяжелыми телегами и тягловой скотиной. Юный неофит магического искусства имел за спиной большой, тяжелый дорожный рюкзак, который, казалось, был больше него самого. Его наставник, в противовес этому, имел при себе лишь пояс с множеством небольших кармашков и не слишком большую, удобную сумку, перекинутую через плечо.

Белокурый юноша посмотрел на своего учителя с изрядной долей скепсиса.

– Вы уверены, что вам хватит этого на дорогу, наставник? Или мне уготована еще и несправедливая судьба тягловой скотины, что будет нести ваши вещи?

– Искусство путешествия, мой юный друг, заключается не в том, чтобы утащить с собой всё необходимые вещи, а в том, чтобы быть готовым обеспечить себя в любых условиях, даже не имея при себе ничего. – наставительно произнес Этериас. – Впрочем твоя идея мне тоже нравиться - никогда не думал об учениках в таком ключе, но мы же оба знаем, что трудности закаляют!

– Язык мой - враг мой. – обреченно опустил голову рекомый ученик. – Почему ещё никто не придумал магии для быстрых путешествий? Или хотя бы для более комфортных путешествий?

– Потому что наш мир молод и полон опасностей, а передвигаться можно и на своих двоих. – пожал плечами старший волшебник. – От того, что ты будешь передвигаться медленно, больших проблем не будет, а вот от того, что ты не владеешь исцеляющей или боевой магией - можно легко лишиться жизни.

– Заглянем в деревню? Или сразу на большак?

– Заглянем, но в нашу. – хмыкнул Этериас. – Иначе для тебя есть риски быть битым за недавнее подглядывание. Впрочем, если ты настаиваешь…

Молодой и уверенный в себе волшебник недовольно засопел. А затем, вздернув нос, заявил:

– Вообще-то, это неправильно. Мама же из высшей аристократии, да и я сам будущий великий маг. Какие-то крестьяне не должны меня бить, а напротив, должны радоваться, что такой великолепный я оказываю им своё… Эй! Больно же!

– Не зазнавайся. – щелкнул по носу ученику волшебник. – Знаешь, что случается с дерзкими и молодыми юношами, которые проявляют излишнее высокомерие в этом деле?

– И что же? – живо поинтересовался блондин.

– Они лишаются мужской силы. – подмигнул ученику волшебник, заставляя того покраснеть. – Есть такая закономерность, скажем так.

Некоторое время спутники шли молча, а потом на задумчивом лице юноши заиграла подлая, пакостная ухмылка, и он заговорил елейным, невинным голосом:

– Так значит, вы поэтому с мамой в разных спальнях ночуете? Потому что были дерзким и молодым, прямо как я, и лишились мужской силы? Не волнуйтесь, учитель, я никому не расскажу, и сохраню вашу постыдную тайну! Ведь я, как никто другой, могу вас понять! – молодой волшебник нацепил на лицо одухотворенное выражение - изрядно переигрывая.

Этериас негромко рассмеялся. А потом посерьезнел:

– Нет, дело в другом. Местная знахарка, например, может легко подмешать тебе зелье от которого ты будешь дристать как ураган целую неделю, и которое в самом деле лишит тебя возможность иметь детей. Или ещё какую гадость, которую большинство мастеров жизни лечить это не возьмется, из солидарности с возможной причиной. Так было и в старые времена - а в наши, более жестокие, возможны и худшие последствия для излишне высокомерных людей. Например, услужливая девица, которая должна радоваться тому что на неё обратил внимание великолепный ты, возьмет и перережет тебе глотку во сне, предварительно опоив снотворным, чтобы ты точно не успел проснуться и вылечить себя магией.

– Зачем и делать это, учитель? – поежился от такой перспективы юноша, мигом теряя всё веселье.

– Потому что ты будешь монстром в их глазах. – жестко и бескомпромиссно ответил прошедший войну маг. – А мы не должны быть монстрами в глазах простых людей. Мы должны быть их защитниками.

– Должны кому, учитель? – резонно осведомился молодой неофит. – Вы же сами говорили, что мы не принадлежим церкви, и вы сами не принадлежите к какому-либо ордену или школе, как я знаю. Разве у нас есть какие-то обязанности, если мы сами по себе?

– Ты прав. – кивнул волшебник. – С формальной точки зрения у нас действительно нет никаких обязанностей, и мы просто свободные маги. Однако, если говорить о том, чтобы действительно делать всё, что взбредет тебе в голову… Я однажды видел человека, который делал лишь то, что хотел он сам. Теперь его называют Проклятым. Уверен, что хочешь следовать по его стопам? Ведь именно его рыцари когда-то вырезали твою деревню и убили твою семью.

Молодой ученик вздрогнул, остановившись по дороге.

– Нет. Не хочу. – глухо ответил юноша, сбрасывая рюкзак на обочину дороги. – Может, сделаем привал? Что-то я устал…

– Никаких привалов сегодня. – безжалостно отрезал Этериас. – Идём до самого вечера, ты наказан за непочтение к учителю.

Несправедливая жертва бесчеловечных издевательств с тяжелым вздохом нацепила рюкзак обратно, демонстративно кряхтя, и уныло подняла голову к высоко висящему солнцу.

– Жизнь - боль, а мир полон несправедливости и страданий. – мудро заключил молодой волшебник, продолжая дорогу.

– В твоих силах сделать жизнь полной радости и счастья, мир - более справедливым, и заменить свои страдания - комфортом. – фыркнул наставник. – Для этого просто надо постараться. Пропитывай тело магией, как я тебе показывал - и на постоянной основе, а не тогда, когда припрет. Я, например, совсем не устал.

К вечеру молодой путешественник совершенно выбился из сил, жадно припадая к фляге с водой, в то время как его более опытный наставник - даже не запыхался, совершенно спокойно перебирая ногами.

– Как тебе первый день путешествия? – лукаво спросил опытный маг.

– В книгах это описывается куда проще. – кисло признался юноша. – Мы дошли от города к городу… И никто не упоминает количество пыли, усилий, и сложностей которое скрывает это маленькое “дошли”. Это возмутительная вещь, и я её так не оставлю, учитель. Вывернусь наизнанку, но изобрету нормальный полет, чтобы спокойно парить в потоках ветра, летая от королевства к королевству! Вы, кстати, обещали рассказать, как устроен полет величайшего мага нашего времени. Вам доводилось сражаться вместе?

Несмотря на усталость, глаза юного волшебника горели любопытством.

– Доводилось. – странным тоном протянул Этериас. – Но, формально, это не полет. Существует техника, которая позволяет совершить… Ну, назовем это рывком, пожалуй. Нечто среднее между левитацией, коконом воздуха, и воздушным кулаком - мягко обхватываешь цель, фиксируя её, и, разогнав, запускаешь в длительный полет. Если вложить достаточно силы - можно сдвинуться на сотни метров, или даже на многие мили. Один ренегонский мастер воздуха меня такой научил, ещё до войны. Она изначально предназначена для того, чтобы просто быстро двигаться в процессе боя в любом направлении - выдернуть себя из-под удара, сдвинуть в нужном направлении. Сложная вещь, которой учат не сразу - потому что ошибившись, можно превратить самого себя в лепешку, разбившись о ближайшую стену, или пропахать землю, переломав себе всё кости. Поэтому на ранних этапах делают максимум небольшие рывки, но если доработать прием - можно запустить себя высоко в небо, а затем, используя воздушную подушку, медленно планировать вниз.

– Это, наверное, очень затратно по силам. – прикинул что-то в уме юный волшебник. – Подушка не требует много сил, но далеко так не улетишь - раз рывок, два рывок, быстро выдохнешься. Покажете?

– О, я уже много раз показывал тебе этот прием. Последний раз вчера, когда ты летел в озеро. – озорно улыбнулся бородатый маг. – Хочешь ещё раз?

– Нет. – не принял веселья ученик, серьезно смотря на наставника. – Но я бы не отказался посмотреть на более простую и раннюю версию. Надо же с чего-то начинать тренировки.

Этериас не стал отказывать. Поднявшись, он размазался в воздухе с мощным порывом ветра, сдвигаясь всего на несколько метров. А потом ещё несколько раз подряд - ломаными линиями перемещаясь из стороны в сторону. Отойдя таким образом метров на тридцать, он в долю секунд пересек их, застыв перед учеником - в которого ударила волна дорожного песка и пыли, от которой тот не успел прикрыться - лишь зажмуриться.

– Последняя демонстрация была совсем не обязательна, учитель. – проворчал недовольный ученик, отплевываясь от пыли.

– Напротив, весьма важна. – вскинул подбородок бородач. – Заметь, на мне ни пылинки, и моя борода чиста. А всё потому, что я контролирую пространство вокруг себя. Самое сложное в начале - это полный контроль, потому что иначе можно не успеть затормозить вовремя. Я, например, в первый раз пропахал носом песок… Поэтому тренироваться лучше там, где есть мягкая земля.

– Может, проще совершать рывок сразу вверх? Затормозить-то я всегда сумею.

– Для начала научись двигаться в двух измерениях. – покачал головой Этериас. – Подобный рывок с непривычки дезориентирует, а у тебя пока не так много сил. Вот научишься хотя бы на пару метров точно и стабильно прыгать - тогда и поговорим о более перемещении в трех измерениях. Не забывай, что это спланировать легко - но медленно опускаясь на землю ты становишься превосходной мишенью. Очень просто загнать себя в ловушку, когда ты не можешь вернуться на землю, потому что не способен точно рассчитать и затормозить вовремя, рискуя разбить себя в лепешку, а внизу ожидает прочный и сложно убиваемый враг. И ты подбрасываешь себя вверх снова, и снова… До тех пор пока не упадешь без сил.

– А как насчёт подстраховки от любимого учителя?

– Я не всегда буду рядом, неуч. Так что учись, пока я здесь. Иди, выспись, утром поговорим и наметим дальнейший план.

Юноша принялся раскладывать спальник, а бородач - взмахнув рукой, заставил собраться с округи множество веток кустарника. Вокруг дороги не было леса - скорее спокойная, северная степь, однако в ней регулярно попадались кустарники, так что собрать немного дров для костра было можно.

Сложившиеся у дороги ветки заполыхали сами собой - без видимого участия.

– Подождите, а как насчёт караулов, учитель? – резко поднялся в спальнике молодой неофит. – Разве не опасно ночевать вот так в поле?

– Вообще-то да, но мы в обжитых местах, да и сама Долина Ветров - место достаточно спокойное. Опасаться стоит ближе к горам, там много разной дряни живет, но глубоко в долину они редко забредают. В любом случае, я покараулю сам. Отдыхай.

Ранним утром молодого волшебника разбудил запах жареного места - на углях, вокруг которых было выложено несколько мелких камней, на деревянных палочках готовились сочные, нежные кусочки маленького мяса.

– Когда вы успели, учитель? – удивленно зевнул юноша.

– Как я и говорил, опытный путешественник умеет позаботиться о себе. – приподнял уголки губ бородач. – Я даже не вставал. Обнаружил зайца за пару сотен метров в траве, свернул ему шею левитацией, подтянул камни, разделал и пожарил. Специи на такой случай я держу при себе. – хлопнул опытный волшебник по одному из кармашков пояса. – Угощайся. Сегодня мы выйдем на тракт, и прежде, чем я выберу наш дальнейший путь, ты и сам должен сделать, возможно, важнейший в своей жизни выбор.

Следующие несколько часов неспешного шага мастер магии молчал, степенно игнорируя попытки ученика завязать диалог - казалось, он был погружен в какие-то свои, очень важные мысли. Вскоре они достигли большого тракта - центральной дороги, которая проходила через множество деревень и мелких городов Долины Ветров.

– Итак, Фултем, время настало.

Юноша подобрался, вытягиваясь в струнку. Наставник редко называл его по имени - только тогда, когда хотел подчеркнуть предельную серьезность своих слов.

– Тебе уже тринадцать лет, и по меркам многих королевств - ты уже почти взрослый мужчина. – продолжил чародей. – Ты никогда не высказывал при мне желания перестать обучаться магии, поэтому я смею предположить, что твоей жизненной стезей и дальше будет путь мастера мистических искусств. Прав ли я?

– Да, учитель. – серьезно кивнул молодой неофит. – Я хотел бы стать мастером магии, как вы.

– То, чему я тебя учил ранее, пожалуй, можно назвать основами. В этом почти нет секретных или сакральных знаний - в той или иной степени то, что ты умеешь, пожалуй, знает любой ступивший на стезю ветра неофит в любом нормальном для учебы месте.

– А если не знает? – с интересом уточнил Фултем.

– Если не знает - значит либо его учитель не заслуживает звания мастера, либо его место обучения - дерьмо. Такое тоже случается, особенно среди слабосилков. За это не стоит судить людей - каждый живет как может - но знай, в обществе приличных волшебников таких людей не уважают. – без тени стеснения заявил Этериас. – Поглощение энергии из окружающей среды, а также базовые техники защиты и атаки выбранной стихии, вместе с азами самоисцеления и использования внутренней энергии - это база того, что должен знать каждый уважающий себя волшебник, даже не достигший ранга мастера. В принципе, единственное, и, пожалуй, самое ценное знание, которое ты перенял от меня - это упражнения по универсальному преобразованию энергии, над которыми ты так стонал в детстве.

– Вы же знаете, я их ненавижу, учитель. Я полгода на огненную стрелу потратил, и она у меня до сих пор слабой выходит - разве что перед неодаренными похвалиться можно. – кисло посмотрел на наставника блондин.

– Знаю. У тебя сильный перекос в сторону стихии ветра, ты с раннего детства проявлял эту склонность. Ты поблагодаришь меня за эти мучения потом, когда в совершенстве овладеешь своей стихией, и всерьез займешься освоением других, смежных - может, лет через сто или двести. Но главный выбор, который стоит перед тобой сегодня, это не выбор своей стихии - его ты уже сделал. Это выбор жизненного пути, потому что даже для мастера-волшебника одной стихии - их есть несколько.

– Я бы не отказался от примеров, мастер. – почесал затылок юноша.

– Погодная магия - одно из самых хлебных и популярных направлений воздушников. – кивнул бородач. – Вызов и перенаправление дождей, гроз, штормов… Это сложный раздел, не каждому дается, но один из самых масштабных и зрелищных. Первая помощь при засухе, или, наоборот, затяжном дожде, который идет слишком долго - например, если размывает важный торговый тракт или деревня стоит в низине и превращается в болото. Помимо этого, всегда можно наняться на корабль - в шторм такой волшебник незаменим. Часто погодники изучают смежной стихией воду - если тянет к океану, или жизнь - если наоборот, к полям. Полезно, чтобы ускорить рост урожая или помочь избавить от мелких вредителей.

– Звучит как-то… слабо. И скучно. – скептически посмотрел на наставника Фултем. – Я как-то видел, как вы дождик в нашей деревне вызывали - мелкий такой, грибной, можно сказать. Как-то я не горю желанием ходить по деревням всю жизнь. Море звучит интереснее, но я там никогда не был, так что и утверждать прямо не могу, понравиться мне или нет.

– Ты считаешь погодную магию слабой? – взметнулись брови бородача вверх. – Власть над самой природой и стихиями?

– Ну… Я конечно читал всё эти истории про великих волшебников в нашей библиотеке, учитель… Но сколько лет им было, три сотни? У меня совсем нет желания заниматься вызовом грибного дождя сто лет подряд, честное слово.

Бородач на миг задумался - а потом медленно, плавно взлетел над землей. Солнечный, почти безоблачный день внезапно накрыло тенью - над свободными небесами с грохотом развернулась гигантская, темная туча. Задул могучий, ураганный ветер, и следом за ним - сразу несколько завихрились толстые, зловещие кольца смерчей, подпирая черные небеса - и стирая с лица степи траву с кустарниками, оставляя за собой лишь пустошь. Темные тучи озарило сиянием молний - и они с грохотом разрезали воздух, заставляя юношу с изрядным трепетом вздрогнуть.

– Всё ещё считаешь погодную магию слабой, ученик? – прогремел голос волшебника, вторя грохоту небесного грома. – Как ты думаешь, что способна сделать эта буря с городом?

Молодой неофит сперва напрягся, не понимая, как реагировать - а потом внезапно для своего учителя рассмеялся, весело подставляя лицо ветру. Почему-то в сердце этого страшной бури он чувствовал себя легко и приятно.

– Здорово! Я ведь тоже так научусь, правда? Почему вы мне раньше этого не показывали, учитель?

– Потому что раньше мы были недалеко от населенных пунктов, а подобная масштабная магия - слишком разрушительна. – серьезно ответил Этериас, развеивая грозу. – Но, полагаю, такая демонстрация дала тебе понять, что не стоит недооценивать отдельные направления своей магии, верно?

Они присели вместе на траву неподалеку от дороги, доставая обеденный перекус.

– Соглашусь. – активно закивал ученик. – Но, всё же, хочется выслушать всё возможные варианты перед выбором.

– Чуть более скучное, но, возможно, более интересное тебе направление - это шпионаж. – продолжил мастер-волшебник. – Работа со звуком, оптикой, наблюдением, подслушиванием. Это не слишком масштабная магия, но она требует тонкости и немалого искусства. На турнирах глашатаем подрабатывать ещё можно - усиливая объявления. Но зато приключений в такой жизни полно - аристократические интриги и секреты повсюду, тайные задания, подглядывание за разными леди в неглиже… – бородач весело подмигнул ученику.

– Нууу, это конечно звучит повеселее. – взъерошил волосы блондин. – Но как-то не слишком масштабно, на великую магию не тянет.

– Третье направление, доступное для любого волшебника - это наука. – продолжил волшебник. – Изучение природы самой магии, как в общем, так и конкретных типов энергии и стихии. Создание новых техник, новых заклинаний, артефактов… В последние годы это одно из самых популярных направлений - особенно с учетом того, что технологиях изготовления обучающих артефактов разошлась по миру. Но делает их узкий круг лиц, поэтому они всегда в цене.

– Что за артефакты? – с интересом оживился ученик. – Никогда о таких не слышал.

– Комбинируя магию разума, высшую магию сотворения, конструирование магических техник и магию драконов, можно сотворить одноразовый артефакт, способный обучить простому заклинанию любого человека. – помедлив, ответил бородач. – Например, лезвию ветра или огненной стреле. Это занимает всего несколько секунд - ну, и ещё пару дней или неделю для отработки точности применения. Боевые маги из таких людей, конечно, получаются весьма неполноценные и слабые, но таких артефактов можно сделать много - и обучить целую армию в кратчайшие сроки. Мы использовали их в конце великой войны, чтобы подготовить солдат за считанные недели.

– Подождите, учитель. – с подозрением протянул Фултем. – Но если вы умеете делать такие артефакты… Почему я полгода разучивал эту проклятую огненную стрелу вместо того, чтобы выучить её за секунды!?

Бородатый маг вильнул глазами.

– Это для твоего же блага. Ты потом поймешь.

– Это несправедливо, учитель! – закричал обманутый в лучших чувствах ученик. – Кто-то, значит, берет артефакт и учит заклинание за секунду, а я годами отрабатываю техники? Это ретроградство! Насилие над личностью! Даешь новые знания в народ! Объясните тогда по существу, раз уж зашла речь о моем будущем - чем одно лучше другого, сами говорили, что я уже взрослый!

Этериас тяжело вздохнул.

– Ты бы обленился и перестал развиваться. – признался в своих опасения бородач. – Но дело не только в этом. Для создания такого артефакта нужен энергетический шаблон. Сигил, зафиксированный и выжженый в энергополе мира - для этого есть особые ритуал высшей магии, с помощью которого мастер, или группа мастеров, помещаем, скажем так, образ нужной техники, как эталон, вы энергетику Тиала. В дальнейшем его можно вызвать, и воспользоваться помощью мира для сотворения этого заклинания. Это проще, чем разучивать технику, достаточно разучить сам ключ-сигил, и вызывать его. А артефакты, построенные на магии разума, убирают необходимость учить даже ключ-сигил - просто выжигают в твоей памяти нужный порядок действия для того, чтобы наполнить этот ключ энергией и вызвать нужный образ из памяти мира. Предельно просто - некоторые люди, что пользуются подобной магией, даже и близко не понимают, как она работает. Они просто получили заклинание - и счастливы на этом.

– Но шаблоны для самых часто используемых заклинаний уже есть, разве нет? Исцеление там, щит, огненная стрела… – прищурился Фултем. – Какой смысл тогда не пользоваться ими?

– Привыкнешь пользоваться шаблонами - и не сможешь их изменять и модифицировать самостоятельно. Вспомни своё первое лезвие ветра. Слабое, не способное даже прорубить мешок с сеном… Выучи ты его с помощью артефакта, что я сделал - и всегда использовал бы лезвие с одной и той же силой, даже не понимая сути заклинания. А так… Однажды твои огненные стрелы будут плавить камень и сжигать заживо даже сильных врагов. Ты не остановишься в развитии. К тому же, сигилы работают только внутри Тиала, и, чисто теоретически, если ты попадешь за пределы мира - не сможешь их использовать.

– Не то чтобы мы умели выходить за пределы мира. – хмыкнул юноша.

– Мы достоверно знаем, что это возможно. – пожал плечами бородач. – А впереди столетия, так что кто знает, как повернется твоя жизнь. К тому же, теоретически может существовать место, изолированное от мировой энергетики. Какая-нибудь редкая пещера, или камера, построенная нелюдями специально для таких целей. Я проводил расчёты - человека, что пользуется только сигилами, можно изолировать и отрезать от памяти мира, и тогда его магия перестанет работать. Твоя же - останется с тобой навсегда.

Фултем надолго задумался, переваривая откровения учителя - а затем тихо спросил:

– Это всё возможные варианты?

– Нет. – поднялся на ноги Этериас. – Есть ещё один. Тот, в котором, как ты выразился, жизнь будет полна боли, лишений и страданий. Путь боевого мага. Убийцы монстров и защитника людей. Самый сложный, тяжелый, и опасный путь, обучение в котором заканчивают далеко не всё неофиты.

– А какой путь выбрали вы, учитель? – осведомился юноша. – И какому можете обучить меня?

– У меня было такого выбора, как у тебя. – покачал головой Этериас. – Единственный выбор, который я имел, это продолжить обучение у моего учителя, или закончить его, не рискуя собственной жизнью. Мне было девять, когда мой учитель спросил меня об этом - и я, конечно же, согласился продолжить обучение. Не сказал бы, конечно, что это был такой уж выбор… Я провел детство в тяжелых тренировках и не знал иной жизни - поэтому даже удивился, когда мой учитель заговорил об этом. Лишь много позже я понял, что он имел в виду. Но то был особый случай - мастер Лимеус имел высокопоставленный церковный чин, и я унаследовал его после его смерти. Перед тобой не стоит такой необходимости. Когда я закончил обучение, учитель взял с меня слово - что я научу своих учеников так же, как он учил меня, и это была одна из самых жестоких и беспощадных школ боевой магии в королевствах. Леана настояла, чтобы у тебя было детство… Поэтому я решил отложить твой выбор до сознательного возраста, обучив лишь основам, которые должен знать каждый.

– Вы хотите сказать, что всё эти издевательства, которым вы подвергали своего несчастного ученика - это щадящий, добрый режим, чтобы у меня было детство? – расширились глаза юного волшебника.

– Да. – убийственно серьезно ответил Этериас, давая понять, что совсем не шутит. – Если ты будешь продолжать обучение у меня, больше не жди пощады и спасения извне. У меня ты станешь мастером боевой магии - или погибнешь, пытаясь. Я не скажу, что это так уж мне по душе… Но я дал слово своему учителю когда-то, и намереваюсь сдержать его. В этом случае мы задержимся в Долине Ветров, здесь есть несколько подходящих мест, куда я бы сводил ученика, и время сейчас подходящее. Если нет, то мы отправимся в Кордигард, столицу Ренегона. Там располагается Твердыня Истины - один из старейших монастырей, и одновременно одна из лучших школ магии на континенте. Там учат почти любой специальности - и ты сможешь освоить любые интересные тебе направления. Попасть туда может не каждый, но у меня достаточно друзей в Ренегоне, чтобы тебя туда приняли. Я приму любой твой выбор - подумай хорошенько. Я дал тебе неплохую базу - и верю, что ты обязательно станешь хорошим мастером магии. Подобных мне, на самом деле, осталось немного. Слишком многих мастеров старых школ выбила великая война, слишком легко дается магия с новыми знаниями. Мир изменился навсегда - может быть, настало время и для старых путей кануть в лету вместе с последними их носителями. Выбор за тобой.

– Я… Я подумаю немного, хорошо? – тряхнул головой юноша, погружаясь в себя.

Этериас кивнул, не торопя ученика. Они разбили привал у выхода на тракт - и остаток дня молодой ученик мага провел в легкой прострации, размышляя. Он то и дело магию, которой владел - перебирая, кажется, в памяти все, чему успел научиться за годы своего детства - шевеля ветви кустарников и траву, запуская мелкие порывы ветра или бросая мелкие камушки, порой - разжигая небольшой костер слабой стрелой пламени и подолгу смотря в огонь. Судьбоносные решения насчет собственного будущего - тяжелая ноша для юнца, которому не исполнилось и шестнадцати, и поздним вечером Фултем долго не мог заснуть, ворочаясь в своем спальнике, не решаясь дать ответ.

Его учитель, как и в прошлую ночь, вторый сутки бдел у костра - на случай любой опасности. Незыблемый, непоколебимый, словно скала, казалось, он ничуть не устал. Краем ощущение он уловил, как шевельнулась сила ветра где-то в паре сотен метров - похоже, его учитель снова поймал какую-то мелкую зверушку, обеспечивая им свежий завтрак - даже сидя к ней спиной. А ведь у него не получалось даже запустить лезвие дальшей чем на несколько десятков метров, сколько бы он не старался…

Утро вновь встретило его терпким, вкусный запахом жареного мяса - в этот раз, судя по всему, его учители и приемный отец воспользовался какими-то полевыми травами.

Глубоко вздохнув, поднявшись, и приведя себя в порядок, Фултем встал перед костром, и низко, уважительно поклонился своего наставнику:

– Я хотел бы продолжить обучение у вас, мастер Этериас. – твердо посмотрел в глаза бородатому, темноволосому мастеру магии юноша. – До самого конца, каким бы он ни был.

Несколько долгих мгновений учитель и ученик смотрели друг другу в глаза - и затем старший волшебник медленно смежил веки, принимая ответ.

– Садись и позавтракай. Тебе потребуются все силы, какие только есть. – улыбнулся в бороду волшебник. – Впереди долгий и тяжелый путь.