Долг человечества

Глава 1

***

Случившийся хаос произошел в одно мгновение. Здание за моей спиной внезапно начало деформироваться, будто на него со всех сторон начала воздействовать непреодолимая сила гравитации с точкой притяжения в самом центре. Я видел, как это произошло.

Пшик, и здания больше нет, только нечто непонятное, сферическое с бурно мельтешащими внутри частицами, в которых смутно угадывались куски арматуры. Будто бы гигантский миксер перемалывал всё внутри этой области.

Но не только с нашим офисом приключилось такое. Все вокруг принялось схлопываться и сминаться. Быстро, каскадом. Дом за домом, машина за машиной, пока горизонт на многие километры вперед не стал просматриваться слишком отчетливо. Не осталось ничего, что могло бы быть выше бордюра.

А у меня, при взгляде на всё это, суматошно билась в голове одна мысль. Что, чёрт возьми, происходит? Как обычный понедельник превратился в безумный апокалипсис?

***

Понедельник! Суровая действительность, бьющая под дых куда сильнее, чем абстрактная, ударяющая по эмоциям непонятная картина. Ненавижу понедельники. Нужно раньше вставать, морально готовиться к тяжелой рабочей неделе, отходя от праздного ощущения выходных. Только что ты был предоставлен сам себе и мог делать что угодно, а тут надо опять плестись на работу и выполнять осточертевшие ритуалы, ожидая очередных выходных.

Моя же картина была чертовски понятной. Пасмурно и зябко. Конечно, а чего я ожидал от утра в начале ноября? Но не только это меня раздражало. Рядом, на прикроватной тумбочке, разрывался будильником телефон, со специально выбранной самой раздражающей звуковой дорожкой, что нашлась в интернете. И в итоге, он не мелодично перезванивал, призывая проснуться, чтобы встретить новый день, а именно лупил, словно тупой гвоздь заколачивали мне прямо в сознание.

Я зажмурился сильнее, пытаясь продавить веки так, чтобы хоть на мгновение вернуться в тот сон. Но к сожалению, ничего не вышло.

С все еще закрытыми глазами я попытался нащупать кнопку блокировки сбоку. Чтобы хоть на время отложить начало трудового дня. Еще хотя бы на девять минут. Это ровно столько, сколько мне нужно, чтобы осознать всю беспросветность этого тупого понедельника.

— Встаем, соня, я завтрак сделала. — Это голос моей супруги, доносящийся с кухни.

— Встаю, встаю… — Проворчал я, опуская ноги на холодный пол в поисках тапочек.

Дальше был душ, рыльно-мыльные процедуры, и наконец то, что дарует просвет в кружащем вокруг мрачняке — чашечка свежесваренного кофе. Все ритуалы по сгублению сладкого сна совершены, пора бы и зарядиться энергией.

— Какие планы на день? — Спрашивает уже полностью собранная на выход Ульяна.

— Все как обычно, Уль. Тебя надо закинуть сегодня? — Отмахнулся я, пытаясь перерезать вилкой поджаренный краешек глазуньи, попутно делая глоток чёрной жидкости.

— Нет, — улыбнулась она, глядя на мои потуги, — сегодня я в центр, там занятие.

— Не по пути… — Шумно выдохнул я, все еще сонно глядя в тарелку.

Спускаясь по лестничной клетке к своей машине, я с заставлял свои веки открыться, хмуря лоб и старательно пытаясь проморгаться. Сегодня почему-то даже кофе не помог, любезно приготовленный мне Ульяной на газу в турке.

Меня ждал совершенно обычный день, с небольшим правда дополнением. Сегодня, по случаю своего дня рождения, проставляется Алексей из отдела продаж. Так что, шел я налегке, без своего привычного рюкзака с обедом в контейнере. Ну а на крайний случай, всегда можно сходить в забегаловку на нулевом этаже бизнес-центра.

Автовладельцем я стал недавно. До этого перебивался общественным транспортом, но с недавних пор, как центральный офис вдруг решили переместить в новехонькое здание через три района, пришлось раскошелиться и залезть в кредит. И если раньше мне было сподручнее подвозить супругу, теперь она все чаще добирается до своей работы самостоятельно.

А она, кстати, переводчик-синхронист с китайского на русский. Горжусь ею! Удивительной сложности работа.

Пробки были ужасны. Я, все еще новичок за рулем, излишне переживал о своем положении в потоке и корил себя, если совершал какие-то нечитаемые маневры. А с плотностью движения в большом городе уже давно не все в порядке. Впрочем, были и свои плюсы — концентрация за рулем быстро сгоняла остатки сладкого сна.

Подъехав на парковку, я прихватил лишь свою сумку с рабочим ноутбуком и документами по грядущей сделке, и направился внутрь корпоративного здания. Сам бизнес-центр был огромным монстром из стекла, металла и перекрытий, но наша компания купила его целиком, разбив множество этажей на отделы.

Работа конечно у меня не верх мечты. Я, наискучнейший клерк, просиживающий штаны в офисе с девяти до шести. В мои обязанности входит обучение и наставничество менеджеров по продажам, отслеживание входящих лидов и качество… а, к черту, я же не на собеседовании? Все просто и прозаично. Руководитель отдела продаж, сбываю металлоконструкции всем, кто желает их приобрести. Ничего особенного и уж точно не секретный агент, способный одной левой заворачивать в бараний рог сразу десяток преступников.

Я вошел внутрь, меня поприветствовала администратор, она же по совместительству офис-менеджер. Не разбираюсь я в их обязанностях, но то, что она должна быть приветливой — это я знал наверняка. Пусть и не был уверен, что в ее договоре формулировка стоит именно такая.

— Доброе утро, Марк Юрьевич. — Улыбнулась женщина средних лет, всегда носящая одни и те же огромные сережки. — Хорошо провели выходные?

— Доброе. Да как обычно. — Кивнул я. — А ты как?

Регистратура на входе в здание располагалась буквально в паре метров от лифта, поэтому пожелание ей хорошего утра стало повседневной рутиной для большинства работников нашей компании.

— Ой, замечательно! — Начала она с избыточной для утра понедельника экспрессией рассказывать, полностью проигнорировав мой вопрос, звучащий исключительно как вежливость. — Мы с Майком выбирались снова в тот торговый…

Меня накрыло дежавю. Каждую неделю одно и то же, меняются только декорации ее рассказа. Я щелкнул кнопку лифта, и с увлеченным видом кивал на ее многозначительные паузы в рассказе, иногда свое молчание разбавляя «угу» и «ага».

Хорошо, что здание новое, и лифт здесь ультрасовременный. Потому, время его подхода к первому этажу было небольшим. И на душераздирающей ноте о приключениях в торговом центре, историю Мария прервала, после того, как я кивнул в сторону раскрывшихся створок лифта.

Десятый этаж.

Выйдя из лифта, я оказался внутри спокойного и относительно пустого опенспейса с рядами компьютеров и кресел, огороженных полупрозрачными панелями, создавая иллюзию личного пространства для работников. Похоже, сегодня я прибыл одним из первых, что неудивительно — далеко не все сотрудники привыкли к перестроенному графику и маршруту. Так что, на опоздания я пока не ругаюсь.

Глянув на наручные часы и вовсе отметил, что до официального старта рабочего дня еще целых десять минут. Пора включать и свой компьютер. Пока суть да дело, сделаю себе кофе. Уже сублимированный, как напоминание о том, что вкусный кофе, сделанный с любовью, меня ждет только дома.

Усевшись на кресло с чашкой дымящегося напитка, я принялся проверять электронную почту, накопившуюся за вечер пятницы и выходные.

Работал я здесь уже почти три года. Несмотря на то, что я сам считаю свою занятость унылой и скучной, особенно в сравнении с тем, чем занимается Ульяна, меня радовало умиротворение от погружения в электронные таблицы и графики. Тяготила лишь ответственность за коллектив, но это всего лишь издержки. Я был довольно хорош в том, что делаю, и начальство это замечало. Ведь пришел я в эту компанию обыкновенным продажником.

С выходом все новых и новых коллег из лифта, офис постепенно начал наполняться. И вместе с увеличившимся числом людей, опенспейс наполнил шум и возня. Громко грелся чайник на кухне, громко двигались стулья и жужжали кулеры от вновь и вновь включаемых рабочих компьютеров.

После утренних приветствий и короткой планерки, шум ненадолго стих. Теперь каждый занят своими непосредственными обязанностями, и этот час, когда звонки и переговоры еще не начались, был самым тихим часом во всем рабочем дне. Всех это устраивало. Я не лезу к людям, не ставлю задач и не задаю вопросов, они не шумят, старательно делая вид, что начали разбирать почту. Но я знал, что они сейчас просматривают мемы. И они знали, что я знаю. Этот шаткий баланс был своеобразной игрой. И всем она нравилась.

Я чувствую, что снова устал. Сидя здесь и делая свою работу, мой организм недвусмысленно намекнул мне, что стоит поменьше играть по вечерам и больше времени уделять сну.

Кстати об этом — моя маленькая отдушина. О ней знала моя семья, мои коллеги были разве что наслышаны, но да это и не важно. Мои святые несколько часов, когда я могу расслабиться, играя в любимую онлайн игру. Да, у меня не только работа скучная, но еще и досуг. Но мне нравилось.

Да и, в целом, я всю жизнь предпочитал быть одиночкой, витать в облаках, и выбирать какие-то занятия, которые требовали минимум социальных взаимодействий либо вовсе без таковых. Обычная жизнь, и я имею на нее право!

И что же в итоге? Я был, как бы сказать… доволен своей жизнью? Работа хорошо оплачивалась, у меня есть любящая жена, неплохая квартира, начальство уважало и ценило мои профессиональные навыки, а коллеги считали другом. Мое будущее выглядело довольно безоблачно, по крайней мере я сам так считал. И то, что меня окружает лишь рутина меня не пугало. Предсказуемый и легко прогнозируемый день, неделя, месяц, да даже год — вот то, что мне нравилось. И я сам построил эту жизнь. И плевать, что в толпе меня никогда не различить.

Мне подходит то, что я не привлекаю лишнего внимания. Как ящерица под камнем.

— Привет, начальник! — Мои размышления о собственном бытие прервал старший среди менеджеров, и мой прямой подчиненный. Заявился, сверкая улыбкой. — Мы с парнями решили пообедать сходить, ты как, с нами?

— Э-э, звучит неплохо, но там же в общем зале празднование днюхи Леши? — Отвлекся я от пустого, не начатого письма на электронке.

— Ты бы хоть иногда на рабочие чаты внимание обращал, кроме своего отдела. — Пожурил меня Дмитрий.

— Так и что там?

— Заболел. — Коротко ответил мужчина, показав пальцами кавычки.

Дима — хороший парень. Он был одним из тех, кого называют экстравертами, прирожденными харизматичными лидерами. Но слишком уж он непостоянный. Взять отпуск посреди важной сделки? Взять четырнадцать дней лишних больничных в году? Отлынивать от работы, потому что сегодня плохая погода? Это все про него. Но с ним можно было обсудить что-то, касающееся не только работы, и это был один из немногих людей, кого я мог бы назвать не просто коллегой, но еще и товарищем.

Рядом с ним мялся парень по имени Борис. Тучный, угрюмый, и первым впечатлением о нем было бы то, что на самом деле он просто крупный добряк. Рубаха-парень, чрезмерно молчалив, но вопреки этому, чертовски убедителен, когда дело заходит до продаж и заключения сделок. Он был обстоятелен и терпелив, мог заваливать потенциального покупателя горой писем и звонков, и его методы были весьма изощренными. Мыслил нестандартно, короче.

Я встал, прихватил сумку, заблокировал компьютер и направился к лифту вместе с Димой и Борей. По пути мы болтали о работе и о планах на неделю, не забыв упомянуть и грядущее собрание от директоров, запланированное сразу после обеда.

На девятом этаже к нам вошла Женя с ее мужем Антоном, эти ребята работали рука об руку в логистике. А на пятом лифт пополнился еще тремя людьми. Девчонками из кадров. И все три были без ума от статного и улыбчивого Димы.

Сильнее всех выделялась Катя, одна из этой троицы. Младший сотрудник из кадрового отдела. Она добилась наибольших успехов в завоевании ветреного сердца Димы, который, казалось, воспринимает это все просто как игру. Веселую, но совершенно ни к чему не обязывающую. Катя же имела другие виды, и это было заметно невооруженным глазом. За это ее коллеги с пятого и недолюбливали.

Впрочем, популярность Димы трудно списать на везение. Помимо выдающихся харизмы и легкости, он был еще и внешне отлично сложен. Удивляюсь, как он умудряется сочетать алкогольные тусовки, спортзал, и при этом оставаться вечно жизнерадостным? Но эти размышления явно мне не к лицу — не привык судить о людях как-то иначе, кроме как по их профессиональным навыкам. А сейчас я слишком увлекся в перипетиях их служебного романа.

Я глянул в зеркальную дверь лифта, проверяя, что нормально выгляжу. Белая, наглаженная рубашка, заправленная в строгие брюки, короткая стрижка, идеально выбритое лицо. Я был обыкновенным. Не толстым и не худым. Не красивым, но и не страшным. Если я вдруг когда-то решу совершить преступление, ограбить банк, например, операционистка вряд ли поможет составить вменяемый фоторобот. Слишком уж я был стандартным.

Апокалипсис случился приблизительно в 12:10 по Москве.

В тот момент, когда я и несколько моих коллег вышли из офисного здания, но еще не успели войти в кафе быстрого питания неподалеку. Думаю, что все, кто находился в каком-либо помещении, когда это произошло, умерли в одно мгновение. Если бы в эту злополучную минуту мы решили праздновать Лешин день рождения в офисе…

Это касается не только домов и офисов. Те, кто летел в самолете, ехал в машине или в метро. Черт, может быть считаются и какие-нибудь навесы. Но разбираться возможности у меня не было. Все закрутилось слишком быстро.

Случившийся хаос произошел в одно мгновение. Здание за моей спиной внезапно начало деформироваться, будто на него со всех сторон начала воздействовать непреодолимая сила гравитации с точкой притяжения в самом центре. Я видел, как это произошло.

Пшик, и здания больше нет, только нечто непонятное, сферическое с бурно мельтешащими внутри частицами, в которых смутно угадывались куски арматуры. Будто бы гигантский миксер перемалывал всё внутри этой области.

Но не только с нашим офисом приключилось такое. Все вокруг принялось схлопываться и сминаться. Быстро, каскадом. Дом за домом, машина за машиной, пока горизонт на многие километры вперед не стал просматриваться слишком отчетливо. Не осталось ничего, что могло бы быть выше бордюра.

Дальше еще больше странностей: сжатые в сферы здания, дома, машины и даже фонарные столбы, принялись принимать форму правильных кубов, как будто сжимание теперь пошло в иной плоскости.

И я это не просто видел, но еще и слышал. Такого грохота, скрежета металла и криков, я не слышал никогда ранее. А те, кто в это время сладко спал в своей постели или куда-нибудь ехал — и вовсе счастливчики. Ведь им повезло не пережить этого.

Наверное, здесь должен был сработать инстинкт самосохранения. Жажда во что бы то ни стало спасти свою жизнь. Но, захлестнувшая меня паника была направлена не на то, чтобы спасти себя, а на то, как бы узнать… Ульяна, милая, где ты?

Мои коллеги бросились кто во что горазд. Дима, остолбенев, непонимающе лупал глазами. Боря, не смотря на свою полноту, со спринтерской скоростью бросился к визжащим девчонкам, стараясь прикрыть их своим массивным телом от невидимой угрозы. Антон судорожно дергался туда-сюда, то Женю схватит, то начнет материться. А я достал телефон.

Ожидаемо, связи не было. Логично — ведь сотовые вышки тоже превратились в непонятные кубы из материи. Да и со спутниками наверняка произошло тоже же самое. Чертыхнувшись, засунул смартфон обратно в карман.

— Какого хрена происходит?! — Выкрикнул Дима, бешено вращая глазами.

— Не знаю! — Всхлипнула одна из девушек с пятого.

Остались кое-какие, казалось бы, случайные предметы. Дорожный знак парковки сохранился, билборд, рекламирующий аптеку — тоже. А вот светофор через улицу исчез, превратившись в смятый комок металла. Но вот деревья оказались совершенно нетронутыми, словно происходящее игнорировало природные объекты. На офисной парковке не осталось ни одной машины, теперь на земле лишь очерченные схематично жидкие ляпухи, которые остались после.

От моего кредитного «Икс-Рэя» тоже осталось мокрое место. Ха, я и представить не мог, что когда-то всерьез воспользуюсь такой словесной конструкцией. Осматриваясь, я увидел еще кое-что. Рука и голова. То, что высунулось из окна автомобиля минутой ранее. И эти запчасти принадлежали нашему генеральному, который прибыл незадолго до назначенного собрания. Я сразу его узнал, ведь слизанная плоть у шеи до грудной клетки не помешала разглядеть окровавленные черты лица.

В любой другой ситуации, уверен, меня бы вырвало. Но сейчас, глядя на все происходящее, я воспринял увиденное необычайно холодно.

— Что за черт… — Вторил я, повторялся, пытаясь унять проступившую вязкую панику.

До меня не доходило простое осознание. Я уцепился за мысль о жизни жены, не подумав, не проведя параллели с мертвой головой директора. Все вокруг, все дома, все помещения… уничтожены, но ведь в них были и люди! Миллионы чертовых людей сгинули в одночасье!

Я вращался на месте, как идиот, не зная, что предпринять. Настолько шокирующим оказалось увиденное. Мои коллеги, отправившиеся на обед, чувствовали себя не лучше. Засосало под ложечкой. И тут, пока я еще не перешел к обдумыванию произошедшего, в голове раздался голос. Мужской, механический голос.

Он говорил не по-русски, но я совершенно точно понимал, о чем он говорит. И по мере того, как он говорил, перед глазами у меня вспыхивал текст, словно кто-то вырезал его на моей сетчатке. Полагаю, говорить о том, что текст был точно не похож на что-то земное, не нужно? Однако же, я безусловно понимал написанное, словно с этим языковым пакетом родился.

Вниманию всех выживших людей из цивилизации гуманоидов, галактика Млечный Путь, Солнечная система…

— Что? — Выкрикнул я вслух, озираясь. — Что это? Кто это?

Я был не один такой. Нестройно, но мои уцелевшие коллеги, похоже, также засвидетельствовали голос в голове. Может ли это быть групповой галлюцинацией, или как-то так…

Предпринял попытку отмахнутся от проплывающих перед глазами слов. Но стоило мне двинуться, этот текст, похоже, и впрямь вырезанный на сетчатке, двигался за мной, заслоняя обзор.

Согласно заключенному пакту (раздел 41. пункт 12.1 кодекса) с Землей о вступлении в межвидовую, межгалактическую торговую и политическую сеть, ваша планета, достигшая бесповоротной точки развития для вступления в глобальный мир, в оговоренный срок не направила заявление о пролонгировании использования земных ресурсов.

В связи с этим, права на первичные ресурсы расой гуманоидов с Земли в течение 3 вращений вашей планеты вокруг Солнца будут утрачены. Вторичные ресурсы будут изъяты полностью в течение пяти минут начиная с последней секунды трансляции этого сообщения.

Первый уполномоченный планетарный управляющий над Землей направляет каждому выжившему акт о соглашении на вступление в межгалактический социальный порядок. Согласно договору о сохранении планетарных видов, всем выжившим гуманоидам дарована возможность покинуть Землю в течение пяти минут.

Корпорация «Дер`ал и Партнеры» истратит часть земных ресурсов на создание точек пространственного перемещения. Изъявив желание подписать акт, следуйте визуальным и аудио подсказкам.

Нейтральный наблюдатель напоминает — прежде, чем пересечь окончательную черту, необходимо пройти собеседование. Будьте готовы изъясняться на языке, который вам известен лучше всего.

Сообщение резало слух, заполняя все свободное пространство в черепной коробке, вытесняя любую другую мысль. Мы застыли, как сурки под инфракрасной лампой, вслушиваясь. Что происходит? Это какое-то инопланетное вторжение? Наши ресурсы отберут? А что теперь будет с нами?

Но голос, выдержав несколько секунд паузы, вдруг продолжился, все так же нейтрально и безжизненно:

Просьба отнестись к следующей информации максимально внимательно, так как она не будет повторена:

Согласно вышеперечисленным актам, изъятие ресурсов — лишь первый шаг к межгалактическим взаимоотношениям. Инициализация вашей планеты непременно должна пройти проверку, и для этого будет создан особый, специальный полигон. Подробности вам изложат на собеседовании. Будьте честны, когда отвечаете на вопросы, ведь от этого зависит ваше стартовое положение.

Корпорация «Дар`ал и Партнеры» и по совместительству с первым уполномоченным планетарным управляющим желает вам удачи и благодарит за сотрудничество!

Чем дольше это продолжалось, тем сложнее было разбирать слова. Мне не привыкать выражаться канцеляризмами, дело было в другом. Потому что дальше пришла головная боль. Пульсирующая, въедливая, заставляющая глаза слезиться. Вот нельзя было как-то по другому начать вторжение, уроды? Заявить там, по телевизору, я не знаю, или смс-ку на телефон прислать?

Однако, суть сообщения каждый из окружающих меня выживших, похоже, безусловно понял. Это как какой-то поток информации на базовом уровне. Внешне напоминающий голос и текст, но способ подачи был чужд, нереален. Мы уже слишком долго стояли посреди парковки и разрушающегося мира. Хотелось домой…

Как и было сказано, на земле, прямо рядом с нами, стали появляться зеленые стрелочки, указывающие маршрут к чему-то, что я мог бы охарактеризовать как портал. По крайней мере в играх они выглядят именно так. Мерцающий, переливающийся огонь, обрамленный двумя ониксовыми шпилями, размером где-то в два, может три этажа. А потом пришел и голос, подсказывающий направление, в котором нужно повернуться. Словно запись голоса в навигаторе.

— Марк, что нам делать? — Затрясся Дима, теряя самообладание.

Я промолчал, вместо этого ответил Боря.

— А что тут думать — туда нам надо. — Вскинул он свою массивную, колышущуюся жиром руку. — Девчонок в охапку и туда! — Продолжил он громче.

Дима спорить не стал, как и я. Понимаю Диму, почему он спросил именно меня о плане дальнейших действий, ведь я его начальник. И не понимаю Борю — вот, что называется, человек показал себя в кризисной ситуации и взял все в свои руки. А я лишь думал об этих пяти минутах… Даже если мне бы и удалось найти транспорт, за пять минут до центра я никак не доберусь, и позвонить нет никакой возможности… Ульяна, черт, я надеюсь она вышла на обед, так же, как и я. Пожалуйста, чертовы инопланетяне, дайте мне знать, что она уцелела!

Но ответа я не получил. Вместо этого, люди рядом со мной услышали пронзительный крик раненного зверя. Это вопил Антон… Мы все рефлекторно бросились к нему, в попытке понять, что заставило его кричать, и заметили, как он держится за свою правую кисть.

— Что… что случилось, Антон? Покажи! Покажи, дай я посмотрю! — Хлопотала рядом с ним его супруга Женя.

Я не решился толпиться, лишь мысленно отсчитывая в голове секунды.

Когда началось глобальное преобразование, эти уроды принялись формовать наши рукотворные изделия в кубы. Не только здания и автомобили, а даже украшения! Что-то, наверняка, порвалось, и скомковалось в кубик уже отдельно от владельца, но вот огромный перстень на пальце Антона решил, что ему нужно сформироваться прямо на его пальце. Результат очевиден — палец был оторван.

Получается, сначала схлопнулись большие предметы, а теперь очередь подошла к более мелким? Или драгметаллы тоже изымаются, как в одном старом фантастическом рассказе? Там вроде появилась галактическая цивилизация и изъяла с Земли всё накопленное человечеством золото. Чёрт, да лучше бы они его изъяли — это была бы катастрофа, ведь оно используется всюду, в том числе и в технике, но не настолько всеобъемлющая.

Наши инопланетяне из реальности оказались более жадными, чем их сородичи из рассказа.

Женя, чудом сохраняя самообладание, нашла на земле его палец, попыталась примотать его в ткань своей белоснежной блузки, а Антон, вроде как, стал успокаиваться. Боль вряд ли отступила, а вот неожиданность и шок наверняка схлынули. Рану, из которой толчками билась кровь, плотно забили какими-то тряпками. На качественную медпомощь сейчас рассчитывать не приходится.

— Медлить нельзя! Будем стоять и тупить тут, все умрем! Скорее, вы видите направление? — Закричал Боря, приводя группу рядом с собой в порядок.

Это подействовало. Возглас Бориса приободрил народ, настроил на правильный лад и мы решительно развернулись, чтобы направиться к сияющим вратам. Расстояние, когда-то измеряемое кварталами, сейчас потеряло свое обозначение. Потому что и кварталов больше нет. Сполохами, похожими на огненные вспышки, превращённые в кубики дома и машины принялись исчезать, оставляя под собой лишь землю, некогда бывшую фундаментом. И мы, сначала неуверенно ковыляя, теперь бросились уже со всех ног — время идет.

Мне это приснилось? Может, сейчас меня разбудит Уля и я отправлюсь на работу? Серьезно, это реально происходит или я сошел с ума? В надежде, я снова вынул телефон из кармана брюк. Но ждало меня там не привычное устройство, а сплющенный кубик размером где-то в один кубический сантиметр. Твари… Похоже, раз уж мы еще одеты, преобразование земных ресурсов началось с чего-то, что содержит в своей конструкции металл. Вот же ирония — я, продавец металлоконструкций, сейчас наблюдаю, как инопланетяне их забирают. Но я откинул эти мысли, сосредотачиваясь на происходящем. Мозг ушел в защитную реакцию, отказываясь оформлять увиденное и соотносить с жизненным опытом, несся галопом, так же, как и мои ноги.

Порталы стали постепенно появляться вокруг. Все больше и больше. Через каждый километр. Сотни, тысячи их, по всему городу! Тому, что было когда-то городом.

И даже со ста оставшихся метров до огней перехода я ощущал исходящее от врат тепло. Вот так понедельник!

Глава 2

Мы все добежали. Я добежал. Выбор, конечно, был, но в сущности он безальтернативный. Лишь пять минут было выделено человечеству на спасение. Боюсь предположить, сколь ничтожный процент уцелел. Повезло? А повезло ли? Первым в пелену портала вбежал Дима, следом вперед пропустили Антона с Женей. Сразу после мы с Борей подталкивали девчонок из кадров, а упирающуюся и ревущую Катю пришлось заталкивать чуть ли не силой.

Мы со здоровяком переглянулись, молча постояли секунду другую, и тоже вошли в портал. Было… мягко, тепло, словно под пледом. Шокирующий контраст.

Инициализация планеты Земля подтверждена. Человек, добро пожаловать в Новый мир!

Подготовка к созданию комнаты первичной инициации. Ожидайте.

Подготовка завершена. Приготовьтесь к переходу.

Зрение, слух, обоняние — все вернулось на круги своя. Лишь миг, когда я коснулся колышущегося огня портала, длящийся всего секунду, лишил меня чувств. Но сейчас снова все… в порядке?

Я раскрыл глаза, вслушиваясь в голос и пытаясь понять, где оказался. Все тот же механический говорун у меня в голове вещал что-то о тестовой комнате и новом мире. Что же, черт побери, на самом деле происходит?

Сначала предо мной предстала тьма. Сложно описать, как я был способен ее увидеть, это что-то из разряда недоступной человеку физики космоса или даже квантовой физики, может быть, но тьму я видел и был способен осознать, что это не «ничто», а вполне себе что-то, пусть и очень темное.

Дальше пришло онемение. Как будто по телу пустили слабый ток, откликающийся в кончиках пальцев и ушей. И нарастающая головная боль. Волна паники поднималась сильнее с каждой секундой, ведь тьма не развеивалась, и я попытался открыть рот. Но не смог, словно его у меня и не было вовсе.

Хорошо, Марк, взвесь свое текущее положение. С Земли некие сраные пришельцы украли все ресурсы. Что, если и людей? Не только тех, кто оказался сплющен и погребен под стремительно сжимающимися конструкциями, но и тех, кто добровольно перешел черту? Дальше вариантов много — от рабства до разбора на составляющие. Ведь человеческое тело, в сущности, тоже ресурс, пусть и не дорогой. Вода, углерод, немного металлов…

Мои размышления снова прервал голос:

Переход завершен. Начинаем вводный курс.

Мои глаза резко ослепило внезапным светом, как будто мне в лицо посветили фонариком в тысячу люменов. Ну все, зондирование началось. Приготовиться, возможно, придется отмахиваться и обороняться. Ведь и тело свое я теперь вновь чувствую!

Стоило мне привыкнуть к свету, а произошло это достаточно быстро, к вящей радости я не обнаружил себя валяющимся на полу, или прикованным к хирургическому столу. Я просто сидел на стуле и пялился на свои ноги. Резко вскинув взгляд, от предчувствия чужого присутствия, я заметил напротив сидящее… существо?

— Приветствую, человек. — Заговорило нечто. Оно, вопреки ожиданиям, не было похоже на яйцеголового пришельца, а выглядело, как человек. Вернее, неумелую попытку скульптора повторить внешность людей. От него за версту несет синдромом зловещей долины. Было физически жутко находиться в обществе этого…

— З… здравствуйте? — Осторожно ответил я.

Никаких конкретных черт у этого существа не было, несмотря на то, что выглядело оно как человек. Манекен! Я нашел отличное слово, чтобы его описать. Лысая голова, да вообще ни одного волоса не было, белые глаза без зрачков, внимательно меня изучающие. Плохо сидящий земной костюм на нереалистично правильном теле.

— Я здесь лишь для того, чтобы провести вводный курс. В этом введении я объясню вам все обстоятельства новой для вас реальности, в которой вы оказались. Сразу отмечу, что я не обладаю какой-либо самостоятельностью сознания и создан лишь для проведения инструктажа. Бессмысленно пытаться договориться со мной. — Сказало оно голосом, не похожим ни на мужской, ни на женский. Да и внешне каких-либо вторичных половых признаков видно не было. Черт…

Сама комната, в которой я оказался, была больше похожа на комнатушку для допросов из фильмов. Серый бетон, лампа над головой, стол и два стула. Тоже серые. Все серое. Но, несмотря на то, что источник освещения был лишь один, каким-то волшебным образом вся комната была хорошо освещена.

Едва я захотел после непродолжительной паузы начать задавать вопросы, как нечто, сидящее напротив, продолжило свои объяснения:

— Для начала, позвольте мне поприветствовать вас на новом этапе вашей жизни. Ваша цивилизация достигла минимального порога для вхождения в мультивселенную, и вам выпала честь стать одной сотой процента из Людей, кто будет интегрирован в глобальный социум. Прежде, чем я изложу все факты, есть ли у вас вопросы, касающиеся вашего текущего положения?

О-о-о, они были. Ворох, сколько хотите. Но человек, существо, эволюционно выработавшее безусловные рефлексы на стрессы, выбирает одну позицию и слепо ей следует. Бей-беги, например. Я предпочел не рыпаться, тем более, обстановка чрезвычайно угрожающей не выглядела.

Мой разум был в смятении. Прямой вопрос, как им распорядиться? Плюсом — у меня взрывается голова. Мультивселенные? Какой, мать вашу, порог мы перешли? Что за новая реальность? Но я, прикинувшись ветошью, отбросил все эти сложные конструкции, опасаясь за собственный рассудок. Я не задал ни одного значимого вопроса, и вместо этого задал самый простой из возможных:

— Что… что ты такое? Кто ты? — Выпалил я, чувствуя безумную сухость во рту.

— Я — ваш проводник. Лицо, ответственное за ваше качественное информирование и знакомство с обстоятельствами вашей новой действительности. — Существо ответило быстро, но уклончиво. Яснее не стало. А я продолжил.

— Где остальные? В портал я вошел не один. — Продолжил я, пока есть возможность.

— В данную минуту они проходят точно такое же собеседование. — Ответила сущность.

— Я хочу знать о судьбе конкретного человека. Ульяна, моя жена, она прошла в портал? — Сердце пропустило пару ударов, и ответ ждать пришлось чрезвычайно долго. Сраную вечность.

— Приношу свои извинения, но я не вправе разглашать информацию, не касающуюся Введения.

Черт! Черт, черт, черт… Никаких подробностей, легче мне не стало.

Вдруг, ни с того ни с сего, волнение и тревоги отступили. Как после флакона пустырника. Глаза слегка потяжелели, и я было стал задумываться, не прилечь ли спать. Но, конечно, делать я этого не стану. А понимание, почему так, внес тот же голос в голове, что и привел меня сюда.

Зафиксирована повышенная тревожность. Решение — купировать легким успокаивающим воздействием.

Что ж… полагаю, спасибо? Я действительно переживал, не каждый день подобное случается. Я имею ввиду все вот это вот… Ощутив, что мой разум прояснился, я решил перейти к какому-нибудь конструктиву.

— Что за новая действительность? Что меня ждет? — Вернулся я к текущему своему положению, ведь эта скотина ничего про супругу говорить не желает.

— Система эволюционного контроля. Забота о человечестве и личности — исключительно ваша собственная прерогатива. Для этого вам будет дарован инструмент.

— Что еще за инстр… — прежде, чем я закончил, перед глазами у меня вспыхнул дополнительный информационный слой.

Статус: Инициализирован

Имя: Марк Орлов

Раса: Человек*

Ранг: G

Уровень: 0

Класс: Не выбран

Профессия: Не выбрана

Свободных очков обучения: 0

Свободных очков достижений: 0

Достижения: Нет

Звания: Нет

Титулы: Нет

Ну конечно! Так сразу стало понятнее. Хотя сейчас точно не время для едкой пассивной агрессии. Что я имею? Передо мной — сраный интерфейс. У меня складывается впечатление, что это просто какой-то затянувшийся бредовый сон, и потому я все это вижу и наблюдаю. Но если нет, то сейчас единственным доступным мне вариантом будет проанализировать то, что я вижу. Как в какой-то игре, честное слово…

Так, это мое окно с формализованными параметрами меня, Марка Орлова. Еще была раса, ранг, уровень, класс и профессия. Все эти пункты, пусть и вызывают вопросы, но один выделяется сильнее других. Ранг? С таким я в своем опыте не сталкивался. И если еще мог бы натянуть отсутствие у меня какого-либо класса или профессии в этом новом мире, то вот с рангом — непонятно. Это много или мало? Скорее мало…

Я попытался сфокусироваться на других элементах экрана, но это ничего не дало. Система просто информировала меня, что класс — это класс, профессия — это профессия. Единственное, что получило дополнительное информационное окно, это раса.

*Человек — ново посвященная раса в мультивселенной. Развившийся homo sapiens, не имеющий своих представителей в Совете. Человеческая раса уникальна своей приспособляемостью, способностью к взрывному самовоспроизведению, коллективизмом и способностью к самообучению. Сбалансированная раса без ярко выраженных особенностей. Одна из самых немногочисленных среди всех мириад рас во вселенной, если не учитывать подвиды.

Бонусы: Одно дополнительное очко обучения за каждый уровень.

Еще один кусочек пазла. Правы были ученые — во вселенной мы не одни. Впрочем, это умозаключение я мог сделать и получасом раньше, когда весь этот хаос только начался. Я предпринял попытку просмотреть как можно больше информации, чтобы узнать о чем угодно ещё, но дальнейшие попытки открыть справку или какие-нибудь меню были безуспешны. Так что, закончив, я снова поднял взгляд на человекоподобное существо, ожидающее напротив.

— Я получил небольшую справку о том, как тут все работает, но почему это так странно? Как будто в какой-то игре. — Спросил я, мысленно приказав интерфейсу скрыться, и это сработало.

— Формализация необходима для четкого отслеживания изменений и контроля. Преследуя цель наглядно демонстрировать происходящие с существом изменения, и была разработана эта система.

— А что насчет ранга? А также класса и профессии? Справки об этом не было. Еще упоминается уровень, но я не знаю, как его поднять. Крыс убивать, что ли? — Спросил я, и сам заметил, что прозвучало это несколько требовательно. Я не желал грубить своему проводнику-инопланетянину, но меня коробило от нереальности происходящего. Воистину, это самая странная ерунда, в которой я оказывался за всю свою жизнь.

— Система дает вам всю необходимую на текущий момент информацию. — Ответил собеседник голос монотонным и безжизненным. — Однако, в рамках Введения я кое-что поясню.

И собеседник принялся объяснять:

— Ваш класс будет выбран вами после того, как я отвечу на ваши вопросы. Вам будет предложен выбор, так что выбирайте с умом. Профессия будет формализацией ваших действий в течение длительного периода времени с ожидаемым и прогнозируемым результатом. Отслеживайте этот параметр, ведь от этого зависит и то, какую пользу вы сможете принести вашей новой общине. Достаточно либо регулярно выполнять определенные действия, либо перейти на полигон с явной склонностью к определенной деятельности. Так или иначе, и класс, и профессия — это две стороны одной сущности. Если класс формирует из вас определенный архетип, основываясь на том, как вы достигаете силы в новом мире, то профессия — это путь созидания, крайне редко дарующая непосредственное увеличение силы. Уровни вы можете повышать с помощью разнообразных действий, как развивая класс, так и профессию. Ранг, а если точнее конкретная буква, это совокупность всех ваших успехов и неудач. Сейчас ваш ранг на уровне «G», что означает, что ваш путь только начинается. Спешу заметить — все земляне будут находиться в относительно равных условиях, с небольшой корреляцией на уровень личностных качеств и способностей, а также жизненного опыта.

Что ж, изложено вполне конструктивно, пусть и без конкретики, а лишь общими мазками. Полагаю, за ручку меня вести никто не собирается. По крайней мере, вот эту информацию я бы хотел запомнить как следует, а потому прибегнул к своему излюбленному способу запоминания из низшей мнемоники — я прокрутил тезисы в голове повторно и сильно укусил себя за фалангу большого пальца, до синяка.

Я хотел было продолжить расспросы, узнать что-то еще, что могло бы быть мне полезным, и в конце-концов копнуть глубже, чтобы понять истинные причины этого инопланетного вторжения и изъятия ресурсов, а также о загадочной корпорации «Дер`ал», с их не менее загадочными Партнерами, но мой гид продолжил.

— Перейдем к классам. Обратите внимание на информационные окна. — Неожиданно сказало существо, не позволив мне перейти к следующему этапу расспросов.

Прежде, чем я попытался открыть рот, чтобы все же спросить о волнующих меня вещах, мое зрение вновь застлали интерфейсные окошки, показывающие целую стену текста. Я дважды с усилием моргнул, фокусируясь на увиденном, чтобы точно понять все правильно:

Воин — Базовый стартовый класс.

Воин специализируется на ближнем бое, может носить как легкую, так и среднюю и тяжелую броню, а также наиболее универсален среди прочих классов в выборе оружия.

Нет… нет-нет-нет, если реалии нового мира таковы, что меня ждет первобытная схватка, я не хочу быть тем, кто принимает удары на себя. Нет, я не трус, я просто рационален. Если есть выбор — получать тумаки или не получать, я считаю, что выбор очевиден.

Ловкач — Базовый стартовый класс.

Ловкач специализируется на комбинировании дальнего и ближнего боя, может носить легкую броню, в выборе оружия полагается на использование лука или арбалета, в сочетании с легкими вариантами для ближнего боя, например мечами или кинжалами.

Уже лучше. Тут тебе и гибкость в плане подбора вооружения, если сравнивать между вариантами только ближнего боя, как у воина, с возможностью пострелять, и возможность держать дистанцию, что тактически выгодно. Но, раз уж тут все так похоже на игру, то и отталкиваться я буду пока от этого. Что система предложит дальше? Я промотал полотно текста ниже и вчитался в следующее описание класса:

Заклинатель — Базовый стартовый класс.

Заклинатель специализируется на магии различных школ, которые можно развивать опосредованно, что означает, что класс не настроен и не специализируется на каком-либо конкретном типе магии. Полагается на легкую броню, в качестве оружия предпочитает катализаторы, такие как посохи, идолы, реликвии, магические книги и прочие, усиливающие силу магии.

Если подумать — пока что наиболее подходящий мне вариант. Гибок, с шириной для изучения различных способностей. Магия… черт, в новой реальности существует даже такое? Как-то расходится со всем происходящим и инопланетянами, изымающими ресусры. Хотя может это просто такое обозначение для запредельно высокого уровня технологий, интуитивно подобранное моим разумом? Впрочем, я еще ничего не знаю о том, что меня ждет, и какая магия-шмагия, что бы это вообще не было, тут бывает, так что свой выбор я подтверждать не спешил. Решил посмотреть дальше — вдруг станется так, что и выбора у меня особо не будет?

Целитель — Базовый стартовый класс.

Целитель специализируется на поддержке союзников, нежели нанесении урона. Может залечивать раны, устранять недуги и усиливать себя или свою группу. Как и заклинатель, базовый класс не настроен, и не специализируется на каком-то конкретном типе магии. Полагается на легкую, но может носить среднюю или тяжелую броню. В качестве оружия предпочитает катализаторы, такие как посохи, идолы, реликвии, магические книги и прочие, усиливающие силу магии, но не ограничивается.

И это последний класс, предложенный мне системой. Все классы были базовыми, что означает — фиг мне, а не какой-нибудь крутой класс, затмевающий все прочие. Рояль с плюшками на меня сверху не свалился.

Возможно, у кого-то был и иной выбор, но что-то мне подсказывает, что все в плюс-минус равном положении, как и упоминала сущность напротив.

Я крепко задумался. Как сделать осознанный выбор, не представляя, что ждет меня дальше? Очевидно, что классы и их связь со всеми прочими пунктами предполагают какие-то бои и противостояния, но какие они? Черт, я как будто только что купил диск с очень сложной РПГ, у меня нет интернета, и совсем некому мне подсказать, как сделать свой первый шаг. Будто я снова ребёнок, когда всякие гайды публиковались максимум в бумажных игровых журналах и распространялись только через слухи. А ведь этот шаг — судьбоносен, ведь выбираю я не пиксели на экране, а определяю свою дальнейшую жизнь. Хотя, почему некому подсказать — вот же, сидит напротив, представился проводником.

— А будет какой-нибудь совет? Чего ждать вообще? С чем придется сталкиваться? — Я спросил, выражая глубокую надежду, что этот ненатуральный поможет мне хотя бы чуть-чуть понять и определиться.

— Выбирайте, основываясь на личных предпочтениях. Замечу, что выбор класса не является на сто процентов определяющим, в дальнейшем, по пути своего развития, у вас будет еще не один подобный выбор. — Ответил собеседник без эмоций, и снова — совершенно бесполезной информацией. — Мы сможем продолжить дальше, когда выбор будет сделан.

Я понимаю, что могу застопориться тут навечно. В отсутствие какой-либо информации, строить предположения о выгоде тех или иных направлений бессмысленно. Что означает, совет этого существа все же дельный — выбирать на основе личных предпочтений. Потому, я выберу заклинателя. Как мне кажется — самый безопасный выбор с наибольшей глубиной и шириной развития. Ведь воин — это всегда бить тяжелой дубиной по голове врагов, а ловкач — просто стрелять или ковырять противника заточкой. С целителем спорно, но судя по описанию, это и вовсе не боец.

А я хочу чувствовать, что способен защитить себя и своих близких. Мне нужно найти Ульяну.

Ваш выбор: Класс — Заклинатель. Подтвердить?

Защита от дурака. Чтобы никто в стрессе не ткнул туда, куда не желал. Что ж, продуманно, и на том спасибо. Я быстро подтвердил выбор, ведь малейшее колебание — и мне предстоит вновь закопаться в тревожащее обдумывание своей дальнейшей участи.

Поздравляем! Вы получили стартовый класс — Заклинатель.

Стоило мне принять это решение, все окошки закрылись, а я ощутил нечто… как приятное покалывание, когда чуть-чуть отлежал руку, и ей возвращается функциональность. Только такое теперь по всему телу. Но, как началось — так же и завершилось. На мгновение замешкавшись от новых ощущений, я пропустил, что комната слегка изменилась.

Теперь, за спиной моего собеседника, вдоль боковых стен, были расставлены стойки с оружием и столы, на которых также располагались различные предметы. А прямо передо мной возникли три книги, старинные такие, в одинаковых переплетах, но с отличающимся тиснением по центру вместо обложки и названиями.

Первая — Школа иллюзии. Вторая — Школа разрушения. И, наконец, третья — Школа трансмутации.

— Перед вами еще один выбор, теперь как заклинателя. — Вновь заговорила сущность, а мой взгляд упал на эти книги.

— Я могу узнать о содержании прежде, чем выберу что-то? Не будет, как в шахматах — взял, значит ходи? — Уточнил я из соображений осторожности, не желая бездумно выбрать первое попавшееся.

— Разумеется. Изучайте, и мы сможем продолжить дальше. — Безэмоционально ответило существо.

Школа иллюзии — Базовая школа заклинаний.

Школа иллюзии — Дисциплина по манипуляции сенсорными сигналами и когнитивными паттернами. Воздействует на периферическую и центральную нервные системы целей, создавая ложные стимулы и искажая интерпретацию реальности. Не наносит прямого физиологического урона, но способна вызывать дезориентацию, создавать оптические/акустические помехи и модулировать поведенческие реакции.

Школа Разрушения — Дисциплина по преобразованию внутренних ресурсов в направленные деструктивные процессы. Фокусируется на прямом кинетическом, термическом и энергетическом воздействии на материальные объекты и биологические ткани. Механизм действия основан на создании контролируемых дисбалансов в целевых зонах с последующей быстрой реализацией разрушительного потенциала.

Школа Трансмутации — Дисциплина по рекалибровке фундаментальных свойств материи и энергетических состояний. Оперирует временными модификациями физических и химических характеристик объектов без изменения их сущностной природы. Позволяет манипулировать массой, плотностью, эластичностью и проводимостью материалов, а также трансформировать одни формы энергии в другие.

Язык — чёрт ногу сломит. Но интересно и вроде как понятно. Правда иногда приходилось по два раза перечитывать. Выходит, заклинатель выбирает какое-то базовое направление, а вместе с ним, наверняка, приложен и какой-нибудь начальный навык, но в описании о таком ни слова. Может статься, что и вовсе без него. Ничему не удивлюсь. Значит, у нас тут иллюзионист, обычный маг с огненными шарами и молниями из пальцев и что-то вроде алхимика.

Если первое — это скорее дополнение к чему-то, нежели самостоятельная дисциплина, то второе и третье конкурируют между собой. С разрушением все понятно и без долгих размышлений. Вокруг все будет взрываться и гореть. А вот с трансмутацией работать можно тоньше. Вроде как, превращать одну материю в другую выглядит перспективно. Что ж…

Ваш выбор: Школа — Трансмутация. Подтвердить?

Снова принять, без раздумий. Меня не покидало стойкое чувство создания персонажа в игре. А значит, коль все так выглядит, то и мыслить я буду соответственно, планируя действия. Совершив свой выбор, все три книги исчезли, а одна из них оказалась у меня в руках. Интерфейсные окна вновь закрылись, стоило мне того пожелать.

Существо, сидящее напротив меня устрашающе неподвижно, вновь заговорило:

— Поздравляю. Теперь вы полностью инициализированы и готовы.

— А вещи? Вон те, что появились, — я кивком указал за спину проводнику, — это тоже для меня?

— Да. — Ответило существо. — Это стартовое снаряжение, основанное на ваших предыдущих выборах. Из каждой группы предметов выбрать можно только один. Для того, чтобы выбор был осознанным, я разблокирую для вас следующую возможность.

Получен навык — Идентификация (уровень 1).

Идентификация — Базовая возможность осознавать природу вещей, известная даже самым низшим расам среди разумных. Этот навык позволяет вам определить любой объект или существо, на котором вы сфокусируетесь.

Получен навык — Инвентарь (уровень 1).

Инвентарь — Базовая возможность открывать доступ к межпространственному карману, чтобы хранить там свои вещи. Этот навык позволяет организовывать ваше имущество, и получать к нему доступ по требованию.

Чем дальше, тем лучше я ассоциирую происходящее с оцифровкой. Что ж, эти формальности на самом деле облегчают жизнь, если подумать. Ведь куда как лучше носить свой скарб в месте, где к нему никто, кроме меня, не имеет доступа, даже гипотетически? Что касается идентификации — может ли это быть навыком, который позволяет мне получать какую-либо информацию? К примеру, если я взгляну на инопланетный камень или еще на что-то — узнаю ли я материал? И ведь как тут все устроено — чем глубже я погружаюсь в это «введение», тем больше у меня появляется вопросов, на которые нет никаких ответов. А задавая их в лоб получаю либо расплывчатую формулировку, либо и вовсе без таковой.

— Остался последний выбор. — Сообщило существо, все так же пялясь на меня мертвыми глазами. — Возьмите по одному предмету со стола и со стойки, и на этом введение будет завершено, а вы отправитесь на тестовый полигон. Выделенное время — три минуты. Если не успеете — стартовое снаряжение будет потеряно.

Меня взбодрил таймер. Я, впервые за все то время, что нахожусь в этой комнате, встал, почувствовав приятную легкость. Несмотря на то, что я ничерта не понимаю, и все это выглядит как сон при температуре за сорок, я чувствовал какую-то правильность происходящего. Вроде как, так оно и должно быть? Оцифрованное, формальное, с понятными формулировками и ясными целями. Видимым прогрессом. Меня вдохновило это, пусть и получасом ранее мне пришлось пережить самый настоящий экзистенциальный ужас. Вот же, человек… не понимает это существо за столом, кого они позвали на межгалактическую арену. Человек ко всему адаптируется, из всего получит выгоду!

Подойдя к столу, долго я не размышлял, помня о заканчивающемся времени. В качестве катализатора я взял небольшой фокусировочный кристалл. С посохом ходить не очень сподручно, как мне кажется, велик он, и занимает две руки. Волшебная палочка — тоже неплохой вариант, но чувство, что это что-то ненадежное. Нужно что-то, чем при случае можно будет приложить по голове. Всё же есть в людях что-то от пещерных предков.

Доспехом для меня выступила похожая на средневековую тканевая мантия, рубашка, штаны и ботинки. Тут выбора не было предложено, все было единым комплектом.

Был и еще один стол.

На нем было несколько расходников, но я не осознавал, как правильно сделать выбор. Пока не додумался, что мне пора бы начать пользоваться преимуществами этой системы эволюции, или как ее там. А потому, чтобы понять, что передо мной, я сфокусировал взгляд на предметах, и секундой позже прямо над ним высветилось небольшое окошко.

(Зелье здоровья (малое)) — Активизирует регенеративные процессы в организме при употреблении внутрь.

Полезно. Таких склянок с мутной, красноватой жидкостью, на столе лежало три. Я взглянул на проводника, а тот, тоже поднявшись, стоял мертвым изваянием у нашего стола, где мы беседовали, и наблюдал за мной.

— Зелья здоровья ваши.

Я забрал все три, и никаких препятствий к этому не было. Теперь я владелец трех склянок с красной жидкостью, которые однажды, возможно, смогут спасти мне жизнь. Внимательно окинув взглядом комнату, я не заметил больше ничего, что могло бы мне принадлежать или пригодиться. С инвентарем я тоже освоился быстро — по мысленной команде открывалось интерфейсное меню с привычными мне по игровому опыту ячейками, в которые полученные расходуемые эликсиры и были помещены.

— Десять секунд до переноса в тестовый полигон. — Подгоняет меня сущность.

— Все! Готов. — Не знаю, к чему, но готов. Все, что от меня зависело, я сделал.

— Удачи, человек. — Впервые за все время нашего общения, сущность сделала интонацию чуть-чуть другой. Словно… сочувствующей.

— Спасибо на добром слове. Может, все же скажешь, — с надеждой спросил я, отщелкивая в уме последние секунды, — жива ли моя супруга?

Хотя о чём я. Сущность же предупреждала, что оно не обладает какой-либо самостоятельностью сознания и создано лишь для проведения инструктажа.

— Ищущий да обрящет. — Ответило существо, а меня вновь поглотила тьма.

Это что вообще сейчас было?

Глава 3

Перед последней секундой обратного отсчета я инстинктивно зажмурился. Нужно ли повторять то, что я пережил в этот момент? Трепет. Да, пожалуй, именно его.

В следующий раз, когда я раскрыл глаза, передо мной открылась совершенно другая местность. Миг перехода я не заметил, чувства покалывания или обволакивающей теплоты отсутствовало, так что, похоже, что я просто… переместился? Вопреки ожиданиям, никаких уведомлений или того механического голоса не последовало. Будто перекинули в другое место, и дальше крутись как хочешь.

Кстати о месте. Где же я оказался? Я подсознательно ждал какую-нибудь канализацию с огромными крысами — типичный старт во множестве онлайн игр, но нет, перенесли меня в лес. Прозаично, но это просто лес, и я стою посреди пролеска, окруженный множеством вековых деревьев, заслонивших небосвод мощными кронами. Листья отдаленно напоминали орешник, были ярко зелеными и точно размером превышали две моих ладони, но что-то все-таки отличалось. Что конкретно — сказать не могу.

Прямо по центру, в зените, на небе висел желтый блин. Карикатурно желтый. Было тепло, и исходило оно от местного светила, которое солнцем назвать у меня язык не поворачивается. Нетрудно догадаться, что это не оно, впрочем, я сейчас в принципе ни в чем не уверен.

Гравитация привычна для меня. Если прислушаться к собственным чувствам, я вроде как стал легче. Может конечно мне это так казалось, потому что нас лишили привычной одежды, выдав взамен что-то непонятное. Атмосфера тоже — дышалось легко, воздух был насыщен кислородом, но дух от его обилия не перехватывало. Все было привычным.

Я прикинул, что уже пару минут как осматриваюсь, в попытке осознать свое положение, и мне подумалось, что система на меня просто забила. Ни слова о том, что я должен был делать, куда идти, и зачем это все. А еще — я не видел никого из тех, с кем пришел в этот мир. Неужели нас разбросает, и тренировочный полигон придется проходить в одиночку?

И едва эта мысль о забвении перед системой оформилась, как последняя тут же напомнила о себе, явив перед глазами интерфейсное окно с текстом и голос. Дублируют, чтобы точно ничего не упустить?

Добро пожаловать на Тестовый Полигон.

Получен титул: Новообращенный

Новообращенный: Успешно пройдите первичную инициацию, чтобы обрести себя в Новом Мире.

Получен навык — Лингвистика (уровень 1).

Лингвистика — В Новом Мире вы столкнетесь с мириадами других рас. Для того, чтобы помочь вам нивелировать языковой барьер, отныне вы быстрее обучаетесь новым для себя языкам. Помните — откуда бы вы ни были призваны, языки иных рас могут вас удивить. Изучайте их, открывая больше возможностей для торговли и дипломатии.

Титул и навык. Здорово, похоже, что его получают все, кто проходит инициацию. Но все ж таки приятно — даже в этом моменте подумали, предоставили возможность приобщиться к чужой культуре.

У меня все еще были сомнения по поводу письменности, но, насколько я понимаю, лингвистика охватывает не только разговорную речь. Полагаю, мне довольно скоро представится возможность начать этот навык прокачивать. Черт, Марк, ты уже мыслишь игровыми категориями. Соберись!

Я услышал что-то странное позади себя. Насторожившись, я слегка согнулся в коленях и принялся высматривать источник звука. Мало ли? И забеспокоился я не зря — на лужайке оказался еще кто-то. Не удивлюсь, если система сейчас стравит между собой тех, кто тут окажется. Ой не удивлюсь. Но не хотелось бы сейчас сходиться в драке насмерть. Впрочем, вообще никогда не хотелось бы.

— Дим? — Спросил я, взглянув на узнаваемые черты лица. Но похожим было только оно, ведь передо мной был человек, облаченный в полный комплект доспеха состоящий из кожаных подкладок и металлических пластин. Не знаю, как он называется. Еще на нем были перчатки, какие-то кожаные ботинки с металлическими носами, а в руках у него лежал огромный двуручный топор. Сюрреализм какой-то, словно Диму переодели для выступления на сходке реконструкторов.

Выглядел парень сбитым с толку. Услышав мой голос, он нервно встрепенулся, огляделся, и ответил мне лишь спустя несколько секунд, осознав, что я «свой», и опасности нет.

— Марк?! О, шеф, как я рад тебя видеть! — Просиял старший менеджер, которого так теперь язык не поворачивается назвать, и шагнул в мою сторону.

— Что это на тебе напялено? — Я нахмурился, оценивая экипировку парня.

— Дык я класс воина выбрал, а ты чего… в тряпках каких-то?

Я быстро оглядел себя, от груди до носков ботинок. Мантия грязного серо-зеленого цвета, легкие тканевые штаны, не менее простые ботинки и почти белая рубашка. У мантии был капюшон. Срань господня, да я ж всамделишный волшебник теперь! Ну дела…

— Значит, тебе тоже устроили собеседование… — Не стал я отвечать на риторический вопрос новообращенного воина. — Узнал чего-то у своего манекена?

— Да он у меня неболтливый какой-то. О, а у тебя тоже был такой, с рожей тупой, смотрит еще насквозь? — Дима был излишне активен, говорил быстро, с придыханием. — Не знаю, что ты хочешь услышать, но я сам нифига не понимаю. Я в школе поигрывал в игрушки, типа дьяблы или как-то так, так вот мне этот сутулый предложил подумать о том, чтобы я делал, если бы создавал там себе игрока. Ну я вот и создал… А так, вроде, особо он ничего и не рассказывал.

— Понял. — Цыкнул я. Надеюсь, кто-то из наших, кто так же, как и мы, пересекли один портал, узнал больше.

— А где все? — Огляделся Дима.

— Не знаю. Похоже, еще на собеседовании. — Покачал я головой.

Последовали вспышки света. Маленькие, как будто спичкой чиркнули в темноте, одна за одной. Первая, вторая, и далее, далее. На опушке становилось все больше людей, буквально вываливающихся из воздуха. Выглядело это чертовски странно. Вот их не было, и вот они есть — настороженно озирающиеся, потом наконец находящие нас взглядом и улыбающиеся.

Я узнал всех: Дима здесь, глазеет, вот Женя с Антоном в обнимку. Один выглядит как лучник, а на второй похожая на монашескую ряса и магическая книга на поясе. Видимо, целительница. И, кстати, она тут же принялась хлопотать над рукой мужа. Но тот, что-то сообразив, принял зелье с красным содержимым, появившееся у него в здоровой руке. Может, потерянный до перехода палец желает таким образом отрастить?

Появились и три девчонки. Катя, Лена и Варя. Смотрят непонимающе, лупают глазками, по экипировке я вижу двух или целительниц, или заклинателей, и Катю в амплуа ловкача с двумя кинжалами. Интересно…, а ведь больше всех истерила, когда начался весь хаос. И такой неожиданный выбор.

Не видно было только Бори. Но и он явился через полминуты. Я был уверен, что здоровяк явится в полном комплекте латных доспехов со щитом и какой-нибудь булавой, ведь то, что я о нем знал, прямо намекало на его отважность и добросердечность перемешанными со стремлением защитить всех слабых вокруг. Но предстал перед нами парень в… рясе. Пухляш с ног до головы был облачен в белую мантию, а на его поясе болталась книжка. Такая же, как у Жени. Еще один целитель.

— Где мы…

— Что происходит?

— Эй, что за…

— Твою мать, все еще болит!

— Кто видел Диму?

— Тише, сейчас все узнаем.

— Где…

Начался гвалт голосов. Все в явном замешательстве, что неудивительно, но некоторые больше остальных. Невооруженным взглядом видно, как переживает Борис и блондинка Лена из кадров. Остальные, вроде бы, держатся.

Я стоял молча, вслушиваясь в разговоры остальных. Несколькими минутами позже первичная паника схлынула, уступив место рациональному подходу и обсуждению тех вещей, которые каждый сумел узнать у своего проводника. А то, что собеседование и инициацию прошел каждый — в этом сомнений не было уже никаких. Теперь народ перешел к этапу анализа. Ведь, я надеюсь, никто из них не забыл, что переодевшись в странную одежду и ассоциируя себя теперь с классом, они по прежнему профессионалы в работе и их главная задача — думать и анализировать?

Посетила мысль выйти в центр и попробовать агрегировать знания, скооперироваться. Но решил воздержаться, потому что центральной фигурой быстро стал Дима.

Последовала серия переговоров. Вопрос-ответ, вопрос-ответ. Выяснилось, что каждый переносился в комнату, похожую на мою, и прошли через допрос от безликого наблюдателя. Ничего, к сожалению, принципиально нового мне узнать не удалось — манекен говорил всем плюс минус тоже самое, что и мне, просто другими фразами. Либо присутствующие интерпретировали услышанное по своему.

Дальше пошел подсчет классов и оценка нашей… боеспособности, прости господи. Картина вырисовывалась следующая — на переднем плане был всего один боец, и тот без щита. Этим бойцом оказался Дима. Мои мозги сразу стали работать игровыми категориями, и все говорило о том, что группа вышла несбалансированная. Также, в ближний бой рвалась Катя со своими кинжалами. Лекарями оказались сразу двое — Женя и Борис. Лена и Варя выбрали тот же класс, что и я — заклинатели. Однако, винить кого-то за желание отсидеться в тылу было бы неблагоразумно. Никто из нас же не знает, что нас ждет дальше.

Из обрывков разговоров я так же узнал, что заклинатели и целители получили свои навыки в зависимости от школы, которую они выбирали из книг. Потому, я не преминул проверить свой.

Навык — Элементарное Упрочнение (Уровень 1).

Школа: Трансмутация

Требования: Катализатор.

Дальность: Касание

Длительность: До отмены.

Описание: Навык позволяет использующему временно рекалибровать молекулярные связи в поверхностном слое неорганического материала небольшой массы. Воздействие повышает структурную целостность объекта, увеличивая его сопротивление механическим нагрузкам.

Навык не может быть применен к биологической ткани, магическим предметам и материалам с врожденной магической проводимостью.

Одновременно может быть активен только один экземпляр эффекта на одного заклинателя.

Доступ к системе навыков находился у меня в поле зрения, в правом нижнем углу была небольшая иконка. Сфокусировавшись на ней, я открыл лист, в котором были перечислены все мои текущие навыки. Там я нашел и элементарное упрочнение, и горько пожалел о выборе своего класса. Какая же лажа! Что это, как мне с этим обходиться? Я, по сути, в столкновении способен только лишь усилить какой-то предмет, сделав его прочнее? Бред.

Настроение, и без того болтающееся где-то ниже плинтуса, сейчас и вовсе пропало. Я судорожно пытался сообразить, как мне это использовать. А еще меня волновало, что я понятия не имею, как и когда смогу получить какой-нибудь новый навык. Что угодно сейчас было бы полезнее чем это. Но я, несмотря на раздосадованные чувства, решил все же немного потренироваться, и использовал упрочнение прямо на свою мантию.

Сфокусировав мыслеобраз на применении навыка, я коснулся рукой своей груди. Почему-то мне показалось, что я делаю все правильно, и использование магии не показалось мне чем-то неправильным или чужеродным, чем оно, безусловно, являлось. Я просто как будто это умел. Не спрашиваем же мы у птиц, как они крыльями машут? Вот и тут так же.

Моя мантия на мгновение покрылась зеленоватым свечением, разделенным на сияющие шестиугольники, и несколькими секундами позже этот волшебный свет прекратился. Ради проверки я потянул за рукав в сторону, намереваясь его порвать, но сделать этого у меня не вышло. А что, и правда стала прочной. Может, не все так плохо, и я додумаюсь до правильного применения?

Пока я занимался небольшими тестами, разговор среди коллег зашел в русло навыков, как разумеющееся продолжение. Все поделились тем, что получили. Одинаковыми были навыки идентификации, инвентаря и лингвистики, а вот личные разнились, причем у всех, и это совершенно отдельная история.

Наш единственный воин получил навык в обращении с двуручным топором и способность «Баланс», что пассивно прибавляла ему к скорости обучения, используя любое оружие. Как это понимать? Воздействие на какие-то глубинные части мозга, активизация мышечной памяти? Непонятно и, что немаловажно, навык можно было развить. Об этом недвусмысленно намекал текст, говорящий про то, что текущий уровень «Баланса» — первый. Так или иначе, восторга способность не вызвала ни у Димы, ни у присутствующих, еще дальше отодвинув Диму от пресловутой роли «танка», как называли в играх тех, кто отправлялся провоцировать врагов на себя. Походу человека, способного защитить тушки более хрупких коллег, которые по своей глупости решили облачиться в тряпки у нас нет. А нас тут таких, без защиты — немало.

Дальше о своих выборах поведал Антон, все еще придерживая кусок тряпки у раны. Палец у него не восстановился, но кровь остановили новообретенные способности целительницы Жени, которые она уже успела опробовать на муже, вкупе с выпитым ранее зельем. Совпадение ли, что она взяла именно класс лекаря, или намерено, чтобы иметь возможность хоть как-то помочь лучнику? Ну да, о его навыке. Бонусы к точности стрельбы, что не менее странно, чем баланс, и «орлиный глаз», который…

— Все! Посмотрите! — Прервала обсуждение Катя, указывая тонким пальчиком куда-то вдаль. — Я думаю, что там другие люди!

Что ж, привлечь общее внимание ей удалось без труда. Все восемь человек устремили свой взгляд на горизонт, за несколько километров от «их» опушки, где раздавались сияющие вспышки, так похожие на уже виденный ранее некоторыми из группы миг переноса из комнаты для допросов.

— Надо пойти к ним! — Воскликнула Женя, потеребив Антона за рукав его кожаной куртки. — Кто знает, что нас тут ждет, вместе безопаснее!

— Ну уж нет, — возразила Катя, выхватывая с пояса кинжалы, — мы понятия не имеем, что у них на уме.

— Согласен с Катей. — Нахмурился Дима, все еще перетягивая одеяло на себя.

— А я согласна с Женей. — Жалобно пискнула Лена, крепко сжимая свой посох.

— Не делайте глупостей. — Басовито и меланхолично вставил свое слово Боря, выстроившись с любопытствующими в одну линию. — Сначала понаблюдаем.

— Дайте-ка я гляну… — Попросился Антон, прищурившись, а возле его глаза едва заметно мелькнула магическая вуаль, или даже вспышка.

Наблюдение с его острым глазом открыло нам еще одну истину, проверить которую мы ранее, почему-то, не додумались. Навык идентификации не работал на людей. Вообще. А вот о том, что творится на «соседней» опушке, лучник нам поведал.

Тоже группа людей, по предварительным оценкам примерно десять человек, толпится и явно ничего не понимает. Потенциальные враги или союзники. Сейчас трудно сказать, чего ожидать от тех, кто пережил тот же ужас, и потому мысль Бори «не делать глупостей» звучала как голос разума. В любой непонятной ситуации прикидываемся ветошью.

И все было сравнительно неплохо, если это в принципе допустимо так назвать в подобной нашей ситуации, пока система вновь не дала о себе знать.

Тестовый полигон: Активация.

Начало обучающего протокола новообращенных.

Продолжительность испытания: 59 дней, 22:51:20.

Тип активного протокола: Выживание во враждебной среде.

Критерий успешного завершения испытания: Остаться в живых.

В процессе испытания накапливайте опыт, выполняя действия, характерные вашему представлению о выбранном классе и своей роли.

Дополнительная информация: Зона «Первородный лес» будет знакома каждому землянину, кто хоть раз покидал свои города и отправлялся на природу.

Важным препятствием станет способность добыть себе пропитание, воду и убежище.

Обращайте внимание на полученные в стартовом пакете навыки и экспериментируйте в их применении.

Вниманию новопосвященным! По лесу бродят хищники, и они будут совсем не против закусить вами. Убивайте зверей, развивайте полученные навыки, обретите профессию, и лишь тогда вы перейдете на качественно новый этап вашей жизни.

Предупреждение: Убийство другого посвященного из вашей расы в рамках тестового полигона будет поощряться. Место среди выживших нужно заслужить. Добытые убитым очки обучения переходят убившему в половинном объеме.

Предупреждение: В этом лесу скрыто много загадок.

Удачи, люди!

Число инициированных на этом полигоне: 1000/1000

Пока я осмысливал информацию, пробегающую у меня перед глазами текстом и звучащим голосом в голове, я краем зрения обращал внимание и на своих, невольных союзников, оказавшихся в той же лодке. Напряжение Димы, блеск в глазах и озорство Кати, разительно констатирующее с её поведением перед перемещением, мрачность Бориса, взаимоподдержку Антона и Жени, смятение Лены и уверенность Вари. Я не то чтобы знаток человеческих душ, просто сейчас, осознав, что я проведу два месяца в лесу, где каждое живое существо попытается меня убить… чувства обострились, что ли. Как оголенный нерв, и в него постоянно тыкали пальцем.

Я быстро взял себя в руки, не допустив погружения в рефлексию. Снаряжение — на мне. Книга с единственным заклинанием лежит в инвентаре, и это одна из моих проблем. Фокусировочный кристалл, с помощью которого я направляю и воплощаю свою магию — при мне. Я был странно спокоен и собран. Что, впрочем, вполне объяснимо, учитывая количество потрясений за последние несколько часов.

Паники удалось избежать. Шок — да, в определенной степени. Но все оставались собранными. И, как ожидаемо, путеводной звездой и мотиватором оказался Дима. Благодаря ему мы почерпнули друг от друга важную информацию о классах, снаряжении и возможностях. Так же он ввел правило, благодаря которому удалось избежать гвалта и неразберихи, заставив молчать всех, пока говорит кто-то один. И, как мне показалось, его неформальное лидерство приняли все. Чтож, меня это устраивает. Я останусь слегка в стороне, наблюдая за всем происходящим и только узнав больше, приму решение.

— Наша главная задача — уцелеть самим. — Сказал он, наставляя нас на дальнейшие два месяца. — Но не просто выжить, а еще и остаться людьми. Вдруг, нас тестируют на кровожадность? Поманили пряником, мол, перережьте друг друга, и вам воздастся?

Боря нахмурился сильнее прочих, сдвинул густые брови, но промолчал. Вместо него ответила Катя.

— А я считаю, что если угроза возникнет, в быстро меняющейся обстановке не время будет думать о человечности. — Взбрыкнула она, оглядываясь и ожидая одобрения команды.

Но она его не получила.

— Будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас у нас, кроме того, что мы носим и небольшого запаса зелий ничего нет, а время скоро заставит нас отдыхать и что-то есть.

— Система сказала, что тут есть хищники… — Сказал Антон, приставляя к тетиве оперение стрелы.

— Верно. Еда. — Кивнул Дима, мрачнея от собственных мыслей. — Нам нужно убить что-нибудь, развести огонь и поесть.

— Огонь я смогу разжечь! — Воскликнула Варя. — Я выбрала школу разрушения…

— В тихом омуте… — Меланхолично произнес Борис.

Мы решили, что сконцентрируемся на том, что мы можем сделать сейчас. Фанатом убийств не был никто, охотничьего опыта так же ни один член группы не имел, так что все это звучало чертовски авантюрно. Офисные хомячки на выгуле.

Но, полагаю, каждый для себя решил, что уклониться от насилия не выйдет. Ведь сам тип обучения предполагает выживание в среде ограниченных ресурсов. А вот насчет других инициированных решили твердо — покуда не возникнет прямой угрозы, с другими не враждуем. Это было принято единогласно. Если мысль об убийстве зверя ради пропитания еще как-то ложилась в моральные компасы присутствующих, пусть и не без отторжения, то вот убивать людей ради силы — это что-то за гранью.

— А обязательно убивать кого-то, чтобы поесть? Мы же в лесу. — Взяла право голоса Женя. — Травы там всякие, корешки, фрукты.

— Флора не похожа на земную. — Заметил Антон, продолжая мысль супруги. — Но я немного поигрался с идентификацией, похоже, мы сможем отличить съедобное от несъедобного. Просто держите в голове, что нашим знаниям о внешнем виде растений доверять нельзя, все нужно перепроверять.

Все согласились, а для кого-то эти мысли стали даже облегчением. Ведь всегда можно есть плоды, ягоды и корешки, если вдруг с охотой не задастся.

— Без мяса мы ослабнем. — Взвилась Катя. — Вы что, не видели никогда в интернете, как выглядят типичные веганы? Слабаки блин! И тогда станем добычей любого хищника. Нужна энергия! Нужны жиры, белки и углеводы.

— Будем решать проблемы по мере поступления. — Качнул головой Дима. — Пока что мяса нет, а лес — это источник растительной пищи. Помните, коллеги, если мы будем работать сообща и воспринимать это как необычный, но проект, и каждый выложится на полную — мы справимся.

Мне эта бравада показалась слегка излишней, учитывая, что он просто резюмировал ранее оговоренные моменты, но похоже харизма этого парня делает свое дело, и слушавшие настроились на одну волну. Катя и вовсе поплыла, глядя на становление нового лидера. Большинству, как впрочем и мне, было нечего добавить. И вместо ничего не значащих теперь разговоров, единственный более-менее крепкий воин отправился вперед, сквозь чащу.

Первые минуты нашего путешествия по неизведанному лесу на неизвестной планете были пронизаны нотками детского азарта. А чего юлить — пусть старый мир рухнул, не оставив ни единого напоминания, и наша жизнь круто повернулась так, что старые заботы уже через несколько часов казались чем-то очень далеким и несущественным.

Катя, вооружившись кинжалами, с любопытством озиралась по сторонам. Больше всех истерила, а теперь идет чуть ли не рука об руку с Димой. Или это бахвальство? Антон, единственный раненый из нас, выполнял функцию радара, и все чаще прикладывал кисть ко лбу, всматриваясь в даль и констатируя для нас факты. Подробности были ничтожны, и никак не могли скорректировать наше передвижение. Даже угрюмый Борис слегка разгладился, внимательно изучая незнакомые землянам растения и время от времени бормоча что-то под нос, сверяясь с подсказками, получаемыми от идентификации.

— Похоже на чернику. — Сухо выдал он, осторожно наклонившись над небольшим кустом с шипованными листиками.

— Есть можно? — Спросил я у здоровяка.

— Идентификация говорит, что съедобно, но если переесть можно получить легкую сонливость. — Его низкий бас звучал спокойно, и это успокаивало и остальных.

— Супер, значит, сдохнуть от голода нам не грозит? — В полувопросе откликнулся идущий впереди всех Дима, явно скучая. Он размахивал своей секирой перед собой, прорубая путь сквозь густые низкорастущие крючковатые ветки.

Я шел почти позади всех, где-то на уровне с Женей и Варей. Лена шагала чуть впереди меня. Логично, ведь нам, облаченным в тряпье, будет несподручно столкнуться с угрозой леса лицом к лицу. И размышлял. Мое элементарное упрочнение в этой идиллической прогулке никак не находило применения. И так и эдак я пробовал его применять, но никак не находил ответ — а в действительности, зачем этот навык? Посетила мысль вручить кому-нибудь большой кусок коры и упрочнить его, чтобы сработал как щит, но тут же столкнулся с мыслью, что держать такую штуку будет неудобно, ведь нет ручки.

Погруженный в размышления, я машинально вновь усилил ткань своей мантии, наблюдая, как она на мгновение покрылась сеткой зеленоватых шестиугольников. Прочно… Но от чего это могло бы защитить? Проверить бы.

Иллюзию спокойствия разбил звук.

Можно было бы сказать, что звук незнакомый, но провести параллели я все же смог. Вроде простывшего петуха по утру. Вместе с криком пришел и тихий, но очень стремительный шелест, доносящийся сверху, из густых крон. Этот звук был похож на порыв внезапного ветра, но целенаправленного. Враги? Заклинание какое-то?

— Что это? — резко обернулась Женя, инстинктивно прижавшись к Антону.

Ее вопрос остался без ответа.

Из листвы, заслоняющей небо, вынырнули существа. Они были огромны, размах их кожистых крыльев превышал добрых три метра. Похожие на стервятников, но искаженные кошмарным воображением того, кто этот сраный полигон конструировал: голые, покрытые буграми шеи были увенчаны ошейниками из хитиновых шипов, а клювы, короткие и мощные, больше походили на клещи.

— Вверх! Смотрите вверх! — Заревел Дима, принимая низкую стойку, готовый взмахнуть топором навстречу пикирующим тварям.

— Катя, назад, ты своими зубочистками тут ничего не сделаешь! — Крикнул кто-то, но я не понял, кто именно это был. Девушка же, наоборот, сделала выпад вперед, игнорируя группу. Идиотка!

Первая тварь, пугающе молчаливо, спикировала сверху прямо на нас. Но целью стервятника была не Катя. Пугливая и молчаливая Лена, ощутив на себе смертоносный взгляд, сколдовала что-то вроде иллюзорной вспышки, но когда поняла, что существам плевать на ее магию, замерла в ступоре, широко раскрыв глаза от наполняющего ее ужаса. Она вскинула перед собой посох, как будто это могло ее защитить.

— Лена, с дороги! — Проорал я, но было слишком поздно.

Существо пронеслось над ней с такой скоростью, что было лишь размытым пятном. Мелькнула тень, блеснул клюв, похожий на окровавленные кусачки. Раздался короткий, влажный, чавкающий звук. Такой омерзительный и прямолинейный хруст ломаемых хрящей, костей и рвущегося мяса.

Стрела, выпущенная Антоном, просвистела мимо, и он поспешил наложить на лук следующую. Борис, онемев, метался и искал у себя в голове рациональное решение.

Девушка упала не сразу. От порыва ветра и атаки качнулась назад, а глаза, еще живые и полные истинного непонимания, встретились с моими. Из ее горла, где должна быть трахея, а теперь вместо нее зияющая дыра, хлынул алый фонтан, заливая сиреневую рясу, делая ее черной. Только тогда ее ноги подкосились, и она безвольно, кулем, осела на землю.

На секунду воцарилась оглушительная тишина. Мое сердце забилось где-то в глотке. И эту тишину нарушал лишь нестройный шелест листвы, в которой твари готовятся к новой атаке. И этот булькающий звук…

— ЛЕНА! — Закричала Женя, бросаясь к раненой. Ее руки тут же озарились белым, успокаивающим светом. Она прижала ладони к ужасающей ране, пытаясь заткнуть ее и влить как можно больше магического исцеления, если это вообще было возможно. — Держись! Держись, не отключайся, черт! Я вылечу тебя! Сволочи, ну же! Дайте зелье кто-то, у меня руки заняты! — Истово продолжала она.

Борис, тяжело дыша, рывком преодолел несколько метров к лекарю и стремительно угасающей Лене. Его волшебство исцеления тоже вступило в работу, и теперь они в четыре руки перемазывались в крови. Я тоже подоспел, чтобы попробовать влить бедняге в рот склянку с красной жидкостью. И, попытавшись, я не до конца понимал — из разорванной трахеи бьет ее кровь или уже теперь и жидкость эликсира? Обе ведь красные.

Рана была слишком большой, чтобы исцелить ее стартовым навыком, это понимали все, но попыток не прекращали. Магия, способная, судя по всему, залечить царапину или ушиб, была бессильна перед тем, что сотворила тварь. Зелье тоже не помогало. Меня посетила мысль вливать прямо в рану, но там были руки целителей. Черт…

Остальные стояли вокруг, беспомощные идиоты, еще несколько секунд назад решившие, что попали в увлекательное приключение, и их серые будни офисных крыс наконец-то будут разбавлены. Что ж, разбавить и правда удалось. Хотя я зря на них злюсь — я не менее беспомощен сейчас, и моя попытка сделать хоть что-то, это просто крик о собственной слабости.

— По сторонам смотрите! — Крикнул я, приводя их в чувство. — Не хватало нам, чтобы кого-то ещё убили!

Мой окрик вырвал их из ступора и все ощетинились оружием. Но твари словно попрятались, забрав первую жертву.

Хрип девушки оборвался. Кровь затухающими толчками еще вырывалась из быстро бледнеющего тела Лены, но это был конец. Свет в глазах Жени и Бориса погас. Но не от того, что они истратили ману или что-то в этом роде, а потому что нечего было больше исцелять. Она умерла.

А сверху вновь раздавался шелест листьев.

Глава 4

Никто не был к этому готов. Что еще хуже — ничего не кончено, ведь это только начало. Ведь не успели мы осознать гибель союзника, зловещую тишину нарушил леденящий душу шелест листвы и хлопки крыльев. Еще три тени, вдобавок к той, первой, отделились от крон, и их хищные силуэты четко вырисовывались на фоне чистого, голубого неба, местами просматриваемого сквозь кроны деревьев, и зелени иномирной растительности.

— Все ко мне, сгрудитесь спинами, иначе нас по одному сожрут! — Заревел наконец взявший себя в руки Дима, и в его голосе я уже не в первый раз читаю что-то, похожее на сдавленную, старательно прикрытую панику.

Его топор стал единственным бастионом обороны, ведь Диме удалось отразить атаку стремительно пикирующей твари, намеревавшейся поразить кого-то в толпе когтями. Промелькнула мысль, чтобы усилить прочностью его орудие — твари были сильны, и неровен час, древко переломится.

Вторая тварь спешила за первой, ломанулась к нам, преодолевая густую растительность. По траектории я примерно прикинул, что цель теперь — Антон. Но лучник, на морально-волевых, приготовился. Хотя его лицо и было искажено болью, и даже яростью, взгляд оставался холодным.

Щелкнула гулко тетива, со свистом сорвалась стрела и звуки смешались в единую неразборчивую кашу. Острие вонзилось стервятнику точно в основание кожистой складки крыла. Чудовище взвыло — тот самый звук, который мы от них уже услышали, — и, кувыркнувшись через себя несколько раз, улетело в кусты, громко ломая ветки.

Должны ли мы ликовать в этой ситуации? Ради чего вообще существует столь жестокое испытание для тех, кто только «перешел черту»? Тело нашей союзницы, коллеги и подруги еще не остыло, а мы теперь отбираем жизни тех, кто это все устроил. Ради собственного выживания.

Третья тварь, воспользовавшись моментом, пронеслась над нами в попытке запутать или запугать. Кружила, прицеливалась, мысленно нас уже переваривая. Летала низко, но так, чтобы те, кто орудует в ближнем бою, не смогли бы дотянуться, и достаточно быстро, чтобы ни у Антона, ни у Вари не было шанса попасть стрелой или заклинанием. Двое лекарей и я были бесполезны, так что просто оставались начеку, не желая повторения судьбы погибшей.

Острый коготь, длинный, загнутый крючком, как будто коса, порвал металлическую пластину крепкого наплечника на Диме. Быстро! Воин вскрикнул от боли, наотмашь взмахнул топором вслед, но цели не достиг. На ногах устоял, глубже врезавшись подошвами сапог в землю.

Пока мы, разинув рты, глядели в небо и ждали новой атаки, Катя на месте не стояла. Она, пригнувшись, метнулась к месту, где упала первая тварь, прямо в кусты. Оттуда послышались тычки, чавканье, и новые визги существа, которые быстро стихли. Добила, значит.

А тем временем та тварь, что ранила Диму в плечо, опустилась на второй заход. Я применил упрочнение, коснулся доспеха парня, и тот просиял магическим калейдоскопом. Но это оказалось излишним — Варя, каким-то немыслимым образом собравшись и прицелившись, использовала свой навык огненной вспышки.

Прямо возле глаз твари вспыхнул сноп искр, и та, получив ожог, улетела мимо нас, потеряв цель от временной слепоты и жжения. Отлично, значит, они сильно полагаются на зрение. Это может быть полезным в будущем. Но эта вспышка имела продолжающийся и неочевидный эффект — набравшая скорость в пике крылатая тварь не успела сгруппироваться и, на скорости средненького автомобиля, воткнулась в дерево, сломав себе шею.

Оставшиеся две решили, что добыча того не стоит. Еще бы, мы едва приспособились к тому функционалу, чем нас одарили инопланетяне, и дали жесткий отпор. Насколько это вообще можно было назвать «жестким».

— Улетают, кажется! — Возликовал Дима и стукнул себя перчаткой в нагрудник, позабыв о том, что его плечо еще кровоточит. За что и поплатился, скорчившись.

— Не дергайся и дай мне осмотреть твою рану. — Меланхолично сказал Боря, активируя на ладони что-то похожее на светлое, пульсирующее свечение, как от лампы.

— Лена, нет… — Захныкала Варя, когда угроза миновала.

Но надолго ли…

Из кустов выползла Катя, удерживая мертвую, забитую ножом гадину.

Обсудить случившееся, оплакать товарища, предпринять что-либо для собственной безопасности мы не успели, как нас огорошило новым системным сообщением, возникшим у всех перед глазами одновременно.

Бой окончен!

Награда:

10 очков обучения.*

10 очков достижений.*

Ваш персональный вклад: 13%.

Ваша доля: 1 очко обучения, 1 очко достижений.

Внимание! Разблокирован Магазин достижений! *

*В вашем интерфейсе теперь доступна функция покупки предметов за очки достижений. Подробнее: см. справку.

Я отмахнулся от уведомления, мысленно пожелав, чтобы оно закрылось. Не до него сейчас, точно не до него. Но про себя уходящей мыслью отметил, что сообщения системы фиксируются в специальном меню, и их впоследствии можно перечитать. И я хотел это сделать. Хотя бы для того, чтобы понять, почему мой вклад так низок. И сравнить его с другими.

— Антон, гляди в оба, у тебя лучше всех получится предупредить нас об их возвращении. — Сказал Дима, принимая исцеление от Бориса. И если с Леной это совсем не сработало, то на парне с топором рана затягивалась. Не слишком быстро, но явно быстрее, чем без вмешательства. Антон кивнул, машинально оценил состояние супруги как удовлетворительное, шепнул ей что-то и, наложив стрелу на тетиву, стал всматриваться в кусты и кроны.

— Мы тут, блин, как на ладони. Нате, жрать подано, — сказала Катя, ощипывая летающую тварь. — Все получили награду?

— Кать, какая награда? Лену убили! — На полтона выше обычного сказала Варя, подняв красные и влажные глаза на девчонку с добычей. — Ты совсем бесчувственная?!

— А что ей теперь сделается? Напомню, мы тут все как ягнята на заклание, — с ядом в голосе сказала кинжальщица, — нам нужно о собственном выживании думать. Вот зато мясо теперь есть.

— Пошла ты к черту, тупая овца! — Рявкнула на нее Варя, злобно глядя исподлобья.

— Я вообще-то убила одну из этих сволочей, могла бы и спасибо сказать, а то отправилась бы вслед за Леной! — Распалялась Катя, поднявшись с валежника и отбросив наполовину ощипанную страшную фигню в сторону.

— А ну успокоились, обе! — Несвойственно себе выкрикнул Дима. — Нужно похоронить ее и отправляться. — Уже спокойнее сказал он, наставнически даже, кивнув на остывающий труп.

— Куда, твою мать, мы теперь отправимся? — Теряла над собой контроль волшебница.

— Мне страшно… — Шепнула на ухо Антону Женя, но я расслышал.

— Прямо! Куда-то, мне откуда знать? Катя, перестань драконить окружающих, я думал с тобой проблем не будет! Варь, соберись, ты ничем ей не поможешь. Вспомни тех, кому не повезло так, как нам, и кто не попал сюда. — Дополнил Дима, расставляя акценты.

— Хорошо… — Потупила взор ловкачка и уселась обратно, закинув ногу на ногу и принявшись снова ощипывать существо.

Варя закусила губу, чувствуя, что не переспорит Диму.

— Борь, спасибо. — Положил Дима свою руку в перчатке на плечо здоровяка. — Рука как новая. И тебе, Марк. — Кивнул он мне. — Я увидел, ты использовал то свое заклинание.

— Жаль, не пригодилось. Ни тебе, ни… — Я указал взглядом на девушку с разодранным горлом.

— Полагаю, сейчас вскрылся тот нарыв, который был скрыт и не болел. — Хлопнул Дима в ладоши и заставил всех обратить внимание на него. — Ни у кого из присутствующих не было в жизни ничего подобного. Едва ли кто-то из нас видел, как кто-то умирает, пусть даже животное, не то что человек. Так что нам будет тяжко, если мы не соберемся, не забудем о своих прошлых жизнях и не начнем адаптироваться.

— Как в шоу Беара Грилза… — Угрюмо добавил Борис.

— Хуже, гораздо. Там у него были лекарства, съемочная группа и он каждый вечер отмокал в ванне с бокалом шампанского или хрен его знает что он там пьет. У нас же нет нифига. Так что перестаньте жевать сопли, и давайте сделаем это. Похоронить Лену мы обязаны.

Меня удивляет контраст Димы. Он, вроде бы, говорит громче и больше прочих, но когда дошло до схватки, его поджилки тряслись. Это вызывает у меня уважение, ведь даже в такой неоднозначной ситуации он умудрился собраться, даже какие-то команды в процессе отдавал, чтобы скоординировать наши действия.

Так мы, в состоянии разбитом и подавленном, и провели следующие два часа. Делали то, что он говорит. Задача стояла простая — нужно сделать захоронение, и пусть некоторые, не буду показывать пальцем, сквозь губу твердили о бесполезности этого занятия, общее мнение оставалось неизменным. Встала проблема — как копать? Попробовали обломать несколько палок прямо с дерева, но они оказались чертовски гибкими и земля не поддавалась. Срубили топором что-то более сухое, но все равно гнется. Я предложил этот самый топор усилить прочностью, чтобы продлить его ресурс, и вырубить могилу прямо в земле, но Катя отыскала в интерфейсе то, что я на текущую минуту счел неважным. А зря.

Магазин достижений.

Все участники последней, прости господи, схватки, получили некое количество очков обучения и очков достижений. Если назначение первых мы пока не обсуждали, а справку я не прочел, то вот про вторые разъяснила нам Катя, которая к копанию могилы не прикасалась, а изучала интерфейс и лениво ощипывала уже другую тварь со сломанной шеей.

Эти очки можно тратить. В одноименном меню перед нами появились окна с категориями и товарами, а также ценой, измеряемой этими самыми очками. Категории были разными — еда, вода, инструменты, одежда, оружие, броня, книги навыков, очки обучения… купить можно было кучу всего, глаза разбегались. Но все товары были ограничены рангом G, который был у каждого из нас, так что конкретные предметы в категориях были весьма простыми, пусть и такими нужными сейчас. Во вкладке инструментов отыскалась и лопата. Стоила она одно очко достижений.

Пока мы рассматривали виртуальный каталог, Катя, спеша впереди паровоза, уже оформила заказ. И увиденное болью и воспоминаниями отозвалось в каждом из нас — когда нашу родную планету упаковывали в миниатюрные кубы, мы видели схлопывание всего и вся вокруг. А вот лопата, полученная из магазина достижений, явилась прямо перед нами обратным процессом. Сначала появился крошечный кубик, который растянулся в тонкую линию, а после обрел форму обычной штыковой лопаты.

— Так дело быстрее пойдет, да? — Спросила девушка, улыбаясь своей белоснежной винировой улыбкой.

— Язва… — Процедила сквозь зубы Варя.

Дима злобно зыркнул на обеих, но промолчал.

— Я буду копать. — Сказал Борис, забирая у кинжальщицы лопату, которую та воткнула в землю и древко держала на вытянутой руке.

Когда с процессией было покончено, а под одним из деревьев теперь был небольшой холмик взрыхленной земли, группа встала перед выбором — а что же действительно делать дальше. Несмотря на трагедию, произошедшую сегодня, в тишине леса все чаще раздавались урчащие животы. Наши.

— Нужно поискать какое-то укрытие, окопаться, найти источник воды. — Деловито начал Антон. — Меня батя учил, мы ж сельские.

— Милый, не… — По неизвестной мне причине Женя попыталась его остановить, но он продолжил. Остальные, кажется, тоже это заметили.

— Вряд ли я скажу сейчас что-то неочевидное, но мы в заднице. — Дополнил он, осторожно положив ладонь без пальца на кисть жены.

— Зато хоть с едой разобрались. — Сказала Катя, будто привлекая внимание к своему деянию и демонстрируя остальным петуха-переростка с обилием дырок от ножа. Теперь без оперения и кожистых крыльев.

— Я это есть не стану! — Рявкнула волшебница, поведя носиком.

— С голодухи и алебастр — творог… — Хмыкнул Дима.

Мне же было без разницы. В пище я был непритязателен, хотя и Варю понимал прекрасно. От тушки неприятно пахло. Но на безрыбье…

— Да, Кать, ты молодец. — Похвалил ее находчивость Антон, и продолжил. — Я тут кое-какие наблюдения сделал. Лес этот чересчур похож на наши, сибирские леса. Да, чуть диковатый и с непонятной фауной и флорой, но подчиняется тем же законам. Плюс минус.

Кинжальщица фыркнула и отвернулась, явно ожидая похвалы не от женатого Антона, а от кого-то более ей привлекательного.

— Что ты имеешь ввиду? — Спросил лучника Дима.

— Грунтовые воды, рост мха и грибниц, корневища — все очень похоже на логику нашей Земли. Так что поиски здесь родника с чистой водой — лишь вопрос времени.

— Ладно, допустим. — Кивнул воин. — А с укрытием что?

— Ты спрашиваешь как с опытного егеря, а я между прочим на кабана не ходил. Я такой же офисный планктон, как и ты. — Отбрехался в усмешке Антон. — Будем решать проблемы по мере их поступления. Елей и сосен я тут не нашел, так что лап не будет, но листва обильная, глядишь и удастся сделать какие-то лежанки, это в худшем случае.

— А в лучшем? — В надежде спросила Женя.

— Навес, который защитит от ветра и, возможно, дождя.

Следующие несколько часов мы брели глубже в чащу. Строй слегка поменялся — теперь Антон шел плечом к плечу с Димой, за ними следовал Боря, а замыкающими были я с Женей и Варей. Катя же, получив место в строю сразу за Борей, норовила вырваться вперед. Изменившееся построение, как объяснил Дима, было обусловлено возможностями Антона к раннему обнаружению угроз, а остальные распределились по принципу — один лекарь впереди, один лекарь сзади. Чтобы иметь возможность подлечить того, кто в этом нуждается.

За время переговоров о дальнейших наших действиях, обе тушки кинжальщица разделала и припрятала к себе в инвентарь, а Борис пообещал приготовить из этого что-то вкусное. Задача перед нами вновь стояла простая — как и было сказано, нужна вода и убежище. Тем более, что местное солнце норовило склониться к горизонту, что неминуемо означало наступление темноты. И если местная живность столь агрессивна днем, то чего ждать от ночных хищников нам еще предстояло узнать. Плюс, это мнение никто не высказывал, но я был уверен, что подумал так каждый — ночью велика вероятность нарваться и на кого-то другого из инициированных. Худа или добра от других людей ждать — тоже вопрос открытый.

— Стойте. — Сухо сказал Антон, огляделся, чтобы убедиться в безопасности своего следующего маневра, и удостоверившись, спрятал лук на плечо. Наклонился на корточки. Выставив указательный палец, он ткнул куда-то в землю, а в сгущающихся сумерках и нашем линейном строе разглядеть, куда именно не представлялось возможным, он вдруг просиял. Поднес этот палец ко рту и попробовал кончиком языка.

— Что там? — Нетерпеливо поинтересовалась Катя, и как бы между делом просунулась в первый ряд.

— Вода. Вроде, питьевая. — Заключил лучник. — Дай-ка лопату.

Девушка воспользовалась своим инвентарем, и в реальности появилось требуемое прямо у нее в руках. Спорить она не стала, передала инструмент лучнику. И тот копнул. В ямке, из которой он отбросил комок земли, стала быстро набираться вода.

Что ж, мы напились, ибо сухость в горле стояла уже давно. Я и представить не мог, что современный человек может так изнывать от жажды, ведь попить вообще никогда проблемы не было — водопровод, кулер, вендинговый аппарат с бутилированной водой, да где блин угодно. А тут… как дикари, прямо из лужи.

— Есть у кого еще очки достижений? Нужна какая-то тара. — Спросил Дима.

Мы стали богаче на еще один предмет. Фляга. Стоимость — одно очко достижений. Меценатом стал Борис, посетовав, что потратил свою единственную «монетку» для местного магазина. Тем самым, возможно, желал пожурить за излишнюю прижимистость Диму.

— Маловато будет… Кто знает, когда нам выпадет пить в следующий раз. Я тоже возьму. — Сказала Варя.

Вот, прибавилось в группе еще две фляги. Почему две? Одну взяла волшебница, как и озвучила, а вторую… Катя. Вслух я этого не сказал, но понял, что бои и награды за них начисляются неравномерно. Этот вывод можно было сделать и раньше, глядя на текст и «персональный вклад», но я предпочитаю перепроверять, чтобы не допустить неверных трактований. Так и вышло — если Катя уже покупала лопату, то фляга — это уже два очка. Могу предположить, что на ее счет засчиталось убийство той гадины, оттого и награда ее — выше. Но это снова только домыслы, а делиться этой информацией она явно не торопилась.

А я не спрашивал.

— Ху-у-у-х… — Шумно выдохнул Борис, выпрямляясь после того, как наполнил флягу.

— Тяжко, толстячок? — Хихикнула Катя, наполняя свою флягу вслед за здоровяком.

— Схудну зато… — Не поддался на провокацию Боря.

Сколько же яда в голосе этой… женщины. Она должна быть благодарна Боре, ведь это именно он затолкал ее в портал, с силой, ведь она вырывалась, словно раненый зверь. А вместо этого имеем то — что имеем. Я было забеспокоился, чтобы в будущем это не вылилось в какие-нибудь проблемы, но сейчас прогнозировать столь далеко не имело смысла. Я не знал точно, где и как сегодня заночую, и в этом вопросе полагался на коллег с хоть каким-то опытом, что уж говорить о таком далеком горизонте планирования.

— Милый, куда дальше? — Спросила Женя, нарушив строй.

— Трудно понять, еще и смеркается… Давайте осмотримся тут, только не шумя и не подвергая себя лишнему риску. — Ответил лучник, но обращался он скорее ко всем, нежели только к супруге.

Пока суть да дело, я подумал о том, нужна ли мне фляга. Очевидно что нужна, тут долго думать не надо. Но я решил попробовать кое-что, авось выгорит. И пока шел водопой, я сорвал на мой взгляд самый большой лист с дерева. Скрутил его в трубочку, по форме цилиндра, а ко дну прислонил лист поменьше. И на эту хрупкую конструкцию применил свое элементарное упрочнение.

Целью было понять, могу ли я объединять конструкции в одну, заставляя подчиняться требованиям к прочности все изделие. Меня заставляло сомневаться в успехе только описание навыка, прямо гласившее, что на органику это не сработает. А листья у нас это какая-никакая, а органика вегетативного типа. Но, похоже, предупреждение в навыке касалось только существ. Потому что когда мою зеленую поделку охватил не менее зеленый магический свет с гексагонами, я стал обладателем… стакана. Из листьев. Но он был прочен, не пропускал воду и не подтекал! Черт побери, я только что сделал вещь!

Внимание инициированному!

Вы применили навык «Элементарное Упрочнение (уровень 1) Школа: Трансмутация» для создания целостной конструкции из нескольких отдельных.

Вы вошли в 0,01% тех, кто применил этот навык подобным образом.

Получен титул: Мастеровой.

Мастеровой: Кажется, у вас талант к ремесленничеству. Неординарное изделие в неординарной ситуации. Что это у вас там?..

Награда: 1 очко достижений, 1 дополнительная ячейка для освоения профессии.

Вам предложена профессия: Мастеровой.

Профессия: Мастеровой — Создавайте предметы, улучшающие качество вашей жизни. У вас все для этого есть — оно вокруг, нужно только это заметить. Услугами мастеровых пользуются в каждом уголке Лоста, и без работы вы не останетесь.

Ваш выбор: Профессия — Мастеровой. Подтвердить?

В моей любимой книге о попаданце, которую я закончил читать накануне случившегося апокалипсиса, главный герой любил оживлять свое личностное качество — радость от получения чего-то удачного, и назвал он это качество просто. Хомяк. И твердил, что конкретно его хомяк был очень рад тому, что герою выпало.

Так что же это получается, могу ли я позаимствовать Хомяка себе? Ведь во мне то самое чувство сейчас клокотало. Да, пожалуй могу. Кто мне теперь запретит? Авторские права? Пф-ф… Земли больше не существует — права на неё ушли какой-то там корпорации.

Это меня впрямь обрадовало. Рана от потери в группе еще свежа, и получение бесплатной профессии вкупе с пониманием своей исключительной находчивости скрасили мою тоску. Я, конечно, подтвердил выбор этой профессии, раз уж система сделала мне подарок с барского плеча — я смогу освоить не только ее. Что, в принципе, неочевидно, я было посчитал, что каждый не ограничен в выборе направлений для профессий. А ограничение, оказывается, есть, и неясно, сколь оно мало. Быть может, каждому уготована лишь одна роль, а я буду выделяться, щеголять сразу с двумя? Ну да и фиг с ним, значит, я просто буду больше работать.

Поздравляем! Вы получили стартовую профессию — Мастеровой.

Что еще важно — этот зеленый стаканчик я смог сложить в инвентарь и идентифицировать как целостный объект. Мне вдруг стало еще интереснее. Вот моя поделка в инвентаре, над ней красуются строки с информацией, о том что это стакан, и у него есть прочность. Один пункт из одного. Но покуда он лежит в моем пространственном кармане, могу ли я применить навык еще раз, теперь уже для чего-нибудь другого?

И я не преминул попробовать. А чего ждать? В крайнем случае, стакан придется переделать, лишний раз потратив ману, но восполнялась она довольно бодро.

И каково же было мое удивление, и как был счастлив Хомяк, который обрел свое воплощение в лице моего альтер-эго, заклинание на упрочнение моей мантии сработало вновь, а со стаканчиком ничего не случилось. Я вынул его из инвентаря, подержал в руках, воспользовался им по назначению, чтобы добыть еще воды, и даже попил. Полный порядок.

— Ты чем это таким занят, Марк? — Вскинул бровь Дима, обращаясь ко мне.

— Тестирую свои возможности. — Неопределенно ответил я.

— Тш-ш. — Красноречиво попросил нас заткнуться Антон, а мы напряглись. Чего это он?

Для того, чтобы стало яснее, лучник вскинул руку и показал пальцем на пригорок. В сгущающейся тьме видно было плохо, но если прищуриться, разглядеть удалось. Одна из тварей, с кем нам уже удалось столкнуться, восседала сверху на теле, кажется, мертвого человека, доклевывая его лицо.

Глава 5

Международно известный знак рукой «стоп» от Антона. Расстояние до ужинающей гадины было не таким большим, как хотелось бы, так что любой шорох вполне мог закончиться очередной трагедией.

На знак среагировали все, затаили дыхание, боясь шелохнуться. Инстинктивно все приняли позу в полуприседе, решив, что это каким-то образом добавит им скрытности. Едва различимым шепотом первый заговорил Антон.

— Что делаем? — Вопрос подвис в воздухе, как чертовски актуальный.

Дима сжал топор крепче, но ничего не сказал. Судя по тому, как он нахмурился, сейчас в его голове шёл активный мыслительный процесс. Я же пока просто наблюдал — у меня нет ничего, что могло бы повлиять на исход этого пока не начавшегося столкновения. Да и, признаться, я хотел понаблюдать за тем, какие решения будут приняты.

Кинжальщица, игнорируя вопрос, предприняла попытку подкрасться ближе, но ее за ворот кожаной куртки с заклепками схватил воин.

— Ты чего творишь, тупица? — Шикнул он на девушку, а та лишь строила ему бровки домиком.

— А что такого, я бы добралась незамеченной и быстро эту проблему решила. — Тоненько, голоском ангельским, выдала Катя.

А я про себя хмыкнул. Вся система здесь построена на конкуренции. И не только с кем-то извне, но и внутри сообществ. Ведь убийства, как я понял, напрямую влияют на вклад и размер итоговой награды. Я не большой знаток людской природы, но смею предположить, что ни одна группа без жесткой иерархии долго не продержится. А наша, за пол дня уже трещит по швам.

— Ты не подумала, что тварь тут может быть не одна? Вдруг где-то рядом гнездо или фиг знает что еще? Одно неверное решение и мы все трупы. — Злился Дима, и незамутненный вид ловкачки его, похоже, раздражал еще больше.

Но она продолжила играть:

— Дим… ну не злись, я ведь хотела как лучше, чтобы…

— Ш-ш! — Вновь оборвал всех Антон. — Что делаем, мать вашу?!

— Давайте уйдем… — Начала Варя. — Нас не заметили, найдем другое место, уйдем подальше, зачем рисковать…

Женя крепче сжала свой посох, уверенно и часто закивала на предложение Вари уйти.

И лишь Борис, самый меланхоличный человек из всех, кого я знаю, просто шумно выдохнул.

— Шеф, а ты чего молчишь? Что нам делать? — Вдруг обращается Дима ко мне.

Нет, не-е-ет, дружище, я понимаю твое желание сбросить с себя ответственность за принятие решений и о том, кто будет выступать арбитром в расколе группы. Но мне это не интересно. Ты начал играть в босса, взял на себя эту роль, так играй ее до конца. Но я не мог вправить ему мозги сейчас, иначе его авторитет покачнется неминуемо, завалится на бок и больше никогда не поднимется. Это станет началом конца.

— Антон, что скажешь? Видно кого-то еще? — Переключил я внимание группы с междоусобиц и выяснений плана на конкретную ситуацию.

Лучник покачал головой, затем шепнул:

— Тварь одна, рядом ни звука.

— Пристрелить сможешь? — Уточнил я.

— Думаю да.

— Кать, подстраховать Антона сможешь? — Спросил Дима у сидящей неприлично близко ловкачки.

— Угу. — Кивнула она и вынула ножи из ножен на поясе.

План был определен. Мне всего-то надо было задать правильные вопросы, и Дима додумался, что убить стервятника можно гарантированно без опаски, главное верно распределить роли. Но мне нужно будет поговорить с ним о том, как именно ему нужно держаться и что говорить людям, которых он, зачем-то, по глупости или свербящей авантюрности, решил вести за собой.

Антон положил стрелу на тетиву, задержал дыхание и, как заправский стрелок, не щурясь, пустил выстрел в темень. Стрела угодила в шейный нарост, пробила его насквозь, и, проскочив насквозь, вонзилась в какую-то горную породу в метре дальше, утянув монстра за собой. Хороший выстрел, без сомнений. Но его оказалось недостаточно.

— Кать! — Рыкнул Дима громче ожидаемого, запаниковав, когда тварь заверещала, не сдохнув с одного выстрела.

Кинжальщица сорвалась с места, пусть немного неуклюже в темноте, но достаточно быстро добралась до пригвожденной к каменной породе гадости. И крики затихли, остались слышны лишь чавкающие тычки. А секундой позже и этот звук прекратился.

— Убила! — Девушка приглушённо закричала, пытаясь зачем-то сделать это шёпотом, словно находилась рядом. Зачем правда, непонятно, потому что тот же Дима громкость голоса не снижал.

Системное сообщение не заставило себя ждать.

Бой окончен!

Награда:

5 очков обучения.*

5 очков достижений.*

Ваш персональный вклад: 2%.

Ваша доля: Вклад слишком низок.

Обидно. Вообще-то, я натолкнул присутствующих на действенный план, который и был реализован. Ну, отчасти. Ладно, к черту, эта система довольно несправедлива. Однако, еще один вывод я могу сделать довольно четко — за каждого стервятника группе полагается по пять пунктов обучения и достижений. Что, в целом, довольно неплохая экономика, если поставить охоту на поток. Но вот за успех последнего я переживаю сильнее прочего.

— Тише ты! — В который раз шикнул Антон.

— Боже, там труп… Обглоданный… — Скривилась Варя, старательно отводя взгляд.

Мы гуськом, не вставая в полный рост, приблизились к месту происшествия. Тушка стервятника все так же ловко отправилась в инвентарь к довольной собой Кате, а Антон забрал лишь пущенную стрелу.

— Да. Дайте я ее осмотрю. — Приблизилась к телу Катя.

Это была девушка. Слегка полноватая, с развевающимися, наверняка некогда красивыми каштановыми волосами. Я всматривался так внимательно, потому что внутренняя пружина сжималась каждый раз, когда я вспоминал Ульяну. Непредумышленно искал сходства. И, пока я их не находил, внутренняя буря затихала, уступая место рациональности.

— На ней одежда, фокусировочный кристалл, как у Марка и Вари, и несколько зелий. — Декларирует находки Катя.

— Мы опустимся до мародерства, да? Ты собираешься обобрать труп? — Укоризненно, сквозь зубы, спросила Женя.

— Да, собираюсь. А что, ты хотела? Ну извини, давай я уступлю в этот раз. — Цинично ответила Катя, расставив руки в стороны.

— А ну прекратите, Катя, что за фигня? — Спросил воин с нотками нахлынувшей злости.

— А что я… — Скорчила обиженную моську Катя и пожала плечами, картинно качнув грудью.

— Не тратьте время. Быстрее, и пошли отсюда, нас очень хорошо видно на пригорке. — Сказал Антон, всматриваясь в уже полностью черное небо.

— Варь, Жень, — начал Дима, дипломатично подняв ладони перед собой, — я понимаю вас, но сейчас не время… — он пожевал губами, подбирая слова, — рассуждать о морали. Эти вещи могут пригодиться. У остальных нет проблем с этим?

Ответом ему была тишина. И, получив некое молчаливое одобрение, Катя принялась собирать пожитки убиенной неизвестной. Я заметил по ней, что если зелья или кристалл она забрала без зазрения совести, то вот над тем, чтобы забрать одежду, она крепко задумалась, видимо, сверяясь с собственным моральным компасом. И, к моему счастью, она не совсем зачерствела. Не стала потрошить и без того многострадальный труп, раздевая бедную девушку.

— Все, ходу отсюда. — Низко добавил Антон.

И мы отправились. Было очень сложно передвигаться по темноте, сквозь буреломы, колючие кусты, непонятные растения с жгучими, как крапива, листьями, низкие ветки и какую-то слизь или смолу на деревьях. Прозвучало предложение потратить еще немного очков и купить фонарь с масленкой, но почти единогласно идея была свернута. Люди все еще боялись «светиться» в темноте, а с фонарем этот эпитет стал бы буквальным.

По словам Антона, мы искали какое-то углубление в скале или большое поваленное дерево, чтобы оказаться с подветренной стороны. Никто из присутствующих понятия не имел о сторонах света здесь, ни компаса, ни привычных ориентиров выяснить не удалось, а определять положение по мху нецелесообразно даже на Земле. Свой план лучник подкрепил доводом о том, что если найти такое место, хищникам будет труднее учуять нас по запаху.

Часом позже Женя начала жаловаться на то, что ее ботинок прохудился из-за попавшего в него камешка, и теперь ее край стопы касался холодной и влажной земли. На предложение прицениться в магазине, она сказала, что ей недостает очков. За сапоги система просила целых пять пунктов.

— Можешь вернуться к той бедолаге и снять обувь с нее. Ей уже она ни к чему. — Съязвила Катя, пробираясь через очередной бурелом.

Мне на какое-то мгновение показалось, что девушка бросится на обидчицу, так и норовящую всех вокруг поддеть, с кулаками. Но, вместо этого, она поджала губы, так сильно, что ямочка на подбородке сложилась в бугорок, и едва не расплакалась.

— Катя, еще хоть слово, и… — Начал Дима, но был перебит.

— И что? Выгонишь меня, отправишь на верную смерть слабую девушку, так нуждающуюся в защите крепкого воина?

— Просто…. — парень заскрежетал зубами, — помолчи пока. И так тошно. И мы обсудим субординацию в более спокойной обстановке.

Бродить по темному лесу было, конечно, верхом идиотизма. Но, с другой стороны, разбить лагерь посреди просматриваемой с каждой стороны поляны было еще более тупой затеей. Мысль Антона казалась всем верной, тут семи пядей во лбу не надо быть, чтобы посчитать это надежным решением в сложившейся ситуации, и потому, превозмогая холод, боль в ногах, усталость и сонливость, мы продвигались дальше.

Было еще две проблемы. По крайней мере я их для себя обозначил именно так. Мы не имеем ни малейшего представления о длине местных суток. Что, если наши внутренние, биологические часы, сильно разнятся с тем, как окажется на самом деле? Что, если астрологическое положение местной планеты таково, что световой день здесь, скажем, процентов десять от длины суток? Возможно? Возможно. Мне было боязно предположить более худший расклад.

Второй проблемой стал холод. Наша экипировка пусть и была довольно плотной, но температура окружающей среды неумолимо снижалась, и продвигаться дальше становилось все более некомфортно. Дошло до того, что из наших ртов стал вырываться пар. Сначала — когда начинали говорить. Потом уже просто от дыхания. Это означало, что по цельсию сейчас едва-едва плюс.

В магазине были и часы, и термометр. Но это пока — недопустимая роскошь.

— Дайте минутку… нога болит. — Застонала Женя, прильнула к дереву и перемазалась мантией в сероватой смоле.

— Я могу тебя понести. — Вызвался Антон, поспешив к супруге.

— Нет, ты и сам ранен, да и ты нужен группе. Если ты не будешь готов… — Покачала головой девушка из стороны в сторону.

— Ерунда, вокруг тихо, ни следов нет, ни опасностей. Давай. — Он потянул руки к ней.

— Дай мне посмотреть. Сними ботинок. — Сказал я, вспомнив про элементарное упрочнение. Вдруг, сумею починить?

Сначала Женя помолчала, словно в нерешительности, но потом все же подчинилась, оголив стопу, которая уже начала немного кровоточить. Ботинок протянула мне.

— Залечи свою рану, сможешь? — Спросил я.

Женя кивнула, а Антон взглянул на меня с крайней степенью уважения.

— Привал, временный. Займите позиции, смотрите в оба. Марк, сможешь что-то с этим сделать? — Поинтересовался подошедший к заминке Дима.

— Не знаю, но попробую. — Ответил я, беря в руки истерзанный ботинок. Порыв был серьезным — подошва почти полностью отошла от верха по шву. Просто прижать и усилить? Бесполезно. Навык работает с целостностью материала, а здесь связь нарушена. Нужен был клей, связующее звено.

(Стартовые кожаные сапоги целителя)

(Прочность: 1/10)

(Предмет поврежден!)

Состояние было удручающим. Еще чуть-чуть — и сапог развалился бы на части. В карманах не было ни шила, ни ниток, ни, тем более, обувного клея. И взять их в долбанном лесу было негде. Промелькнула было мысль выточить из ветки тонкую иглу, но идею я сразу же отмел как абсурдную. Толку с нее, если крепить нечем? А использовать кучу веточек для своеобразных заклепок может быть нерациональным. В конце-концов Жене еще как-то ходить в этом.

И тут меня осенило. Вспомнился сделанный мною стакан из листьев. Тогда я не просто упрочнил их — я скрепил два отдельных листа в единую конструкцию. Но как это получилось? Должно было быть еще что-то, помимо двух листочков. Недолгие размышления навели меня на мысль, что чем-то, что их скрепило, была или пыльца какая-то, или роса, но просто так срастить два листика у меня бы вряд ли вышло. Точно так же и здесь, мне нужен был какой-то аналог. Что-то похожее… Я пожевал губами и осмотрелся.

Мой взгляд упал на ствол дерева, испещренный наплывами сероватой смолы, в которой мы все так щедро измазались. Идея! Я отковырнул камешком крупный, уже подсохший, но все еще липкий наплыв. Смола тянулась тягучими, новорящими прилипнуть к пальцам нитями — идеальный природный адгезив.

Густо намазав разрыв, я крепко прижал подошву, выдавив излишки. Получился пусть неаккуратный, но шов, скрепленный смолой. Убрал лишнее из внутренней части листочком, заодно промазав и изнутри, а затем сосредоточился и применил Элементарное Упрочнение.

По всей площади сапога, и особенно ярко — вдоль промасленного шва, побежали знакомые зеленоватые шестиугольники. Смола отработала как надо, спеклась с кожей в единый, неразрывный материал, пронизанный магической сеткой. Разрыв исчез, будто его и не было.

Но вместе с починкой обуви, я заметил, что заклинание на моей мантии потухло. Там оставался едва заметный лишь мне магический след, зеленоватый такой, но он давал мне понять, где именно сейчас активный эффект упрочнения. И он перенесся на сапог. Что ж, первый пункт я выполнил, но меня царапала мысль — стакан-то вот он, все еще в собранном состоянии, в инвентаре.

Я судорожно начал сравнивать. Стакан из листьев я создал, а потом убрал в инвентарь. И он… остался целым. А упрочнение как бы освободило активный эффект, и я смог вновь применить его на мантию. Значит, дело не в количестве, а в статусе объекта? Или как это работает?

Дрожа от предвкушения, я забросил сапог в инвентарь. Обувь исчезла, растворившись в моем пространственном кармане. А я сфокусировался на ячейке, в которой сапог отобразился.

(Стартовые кожаные сапоги целителя)

(Прочность: 10/10)

Информация о том, что предмет поврежден, пропала, а пункты прочности восстановились. Это хороший знак. Теперь вновь явим сапог миру… Вот, он у меня в руке. Целый. И, момент истины — я применил упрочнение на своей мантии.

Сработало! Обувь починена, а единственный «слот», резервируемый элементарным упрочнением, вновь оказался свободен. Но это совсем не значит, что укрепление на этот сапог работает прямо сейчас, просто я зафиксировал его текущее состояние прочности на наивысшей возможной отметке, и он вновь функционален, а у меня по прежнему развязаны руки. Это открывает огромный простор для экспериментов, и я непременно попробую еще кое-какие штуки, когда мы доберемся до места, где решим разбить лагерь.

— Держи. Попробуй. — Отдал я обувь девушке, которая стояла на одной ноге, как цапля, поддерживаемая под руку мужем.

— Спасибо, Марк, спасибо большое! — Просияла Женя, обувшись. — Теперь хоть еще столько же пройду!

— Пф-ф. — Фыркнула Катя, и что-то пробубнила себе под нос.

— Хороший навык, шеф. Надо будет разобраться, что еще ты можешь делать. — Сказал Дима.

— Я о том же самом думаю. — Кивнул я.

Лучник, молча взглянув на меня, благодарно похлопал меня по плечу.

Панибратством тут и не пахло, похоже он и впрямь был мне благодарен. Учитывая, что мы работали в совершенно разных отделах и коммуницировали постольку поскольку, наша иерархия из прошлой, спокойной жизни, не имела тут смысла. Собственно, меня это и не тревожило, ведь я понимал, сколь важен вклад каждого в благополучие всех. И это не всегда измерялось системой справедливо. Хотя, не в моем случае. Тут меня не обидели.

Прогресс в развитии профессионального навыка: 1%

Мастеровой: 1% из 100%

Похоже, я каким-то образом, помещая измененный предмет в инвентарь, фиксировал его параметры на момент наложения своего заклинания трансмутации. Это многое говорит о моих возможностях, но, как я и упомянул ранее, размышлять о конкретных применениях я буду на стоянке. А сейчас нас вновь поторапливал Дима.

— Давайте дальше идти, тут оставаться нельзя.

И мы пошли. Как там сказал тот манекен — ищущий да обрящет? Вот запала мне эта фраза от столько безэмоционального существа. Если это вообще было живым, а не просто проекцией голоса в голове, который отчего-то давненько не объявлялся. Ну да не о нем сейчас.

По ощущениям, миновало еще несколько часов, точно сказать было нельзя. Нам удивительно везло не наткнуться на тварей, на других инициированных, да и вообще продвигались мы пусть медленно, но довольно успешно. Да, это можно назвать успешным, если отбросить нечто очень важное и перестать учитывать, что нас стало на одного меньше.

Антон держал ухо востро, и постоянно расходовал энергию на свой «орлиный глаз», высматривая и выслеживая что-то, что могло нами поужинать. Мы несколько раз меняли курс, огибая странные места и избегая звуков, которые во тьме неизвестной местности казались чертовски пугающими. Словно плач ребенка, ржание лошади, клокотание… какофония звуков.

Пока, наконец, не нашли нечто, что отвечало требованиям лучника о подходящем убежище.

В скальном массиве, вдоль которого мы шли ориентировочно последний час, располагалась глубокая расселина с узким входом. Со слов Антона, подобное могло образоваться только от какого-нибудь масштабного оползня. Проверив все внутри, он счел место «годным», и велел зайти внутрь.

Вход и впрямь был узок. Девушки, как на подбор примерно одной, стройной фигуры, проскочили без проблем, а вот у Бориса были сложности. Он все-таки сумел втиснуться, но расцарапал себе бока. Я восстановил его мантию, а он залечил собственные царапины.

Пробраться пришлось в узкий вертикальный спуск глубиной около двух метров. Уже внутри пришлось аккуратно сползать, цепляясь за гладкий камень, словно наглаженный морем. Получилось неуклюже, но главное, что получилось. Остальное — ерунда. Внутри было тесно и довольно низко, в полный рост не встать. Всем семерым пришлось сгрудиться поплотнее, поджать коленки и сидеть, как кильке в банке. Это имело и свои плюсы и свои минусы.

Я оказался между Борисом и Варей. Будучи зажатым между двух тел, в расселине быстро стало тепло, но все еще далеко до «комфортно». Минусы — запах. Кое-кому из присутствующих нужно помыться. И нет, это не пассивная агрессия в чей-то конкретный адрес — дурно пахло от всех. Кто-то вспотел, а кто-то вымазался в потрохах стервятников, которых мы за первый день успели убить троих. Аж троих или всего троих? Точки опоры нет, рассуждать об этом не получается.

Если продолжать рассуждать о плюсах и минусах, я закопаюсь в деталях. Да, вход был всего один, что означало предопределение возможных угроз. Со спины или боков к нам подобраться не выйдет. С другой стороны — это ловушка, не имеющая выхода. Со всех сторон сплошной компромисс, но тут не завывал ветер, пронизывающий сквозь тонкие мантии до костей, и это не могло не обнадежить, что хотя бы не замерзнем.

— Костра не разжечь, угорим. — Печально заметил Антон.

— Выходит, сегодня не ужинаем? — Не менее печально озвучил Дима.

— Почему же? У всех есть очки достижений, давайте посмотрим, может, в магазине что-то найдется. — Сказала Варя.

И точно. Дельная мысль. Все как один принялись изучать свое меню в поисках того, на что им хватит их очков. Категория «еда» пестрила выбором, но все было каким-то… несовременным, словно специально адаптированным под тот антураж, в котором мы оказались. А коленкор выходил такой — кто-то старательно погрузил нас в мир, чем-то отдаленно напоминающий некое фэнтези, с налетом фантастики. Сюрреализм.

От размышлений о своей участи даже голова разболелась, и я решил сейчас не мучить себя пространными думами, а действительно позаботиться о еде. Живот сводило уже не на шутку.

Внимание! Доступен раздел «Провизия» в Магазине Достижений.

Ассортимент обновлен. Актуальный список на текущие солнечные циклы:

Галеты походные.

Стоимость: 1 очко достижений.

Описание: Твердые пресные лепешки из грубого помола. Не портятся, хорошо утоляют голод, но размочить их — та еще задача.

Солонина в мешке.

Стоимость: 2 очка достижений.

Описание: Жесткое, сильно просоленное мясо, нарезанное толстыми полосами. Напоминает вяленую говядину. Надолго утоляет голод.

Дорожная вязь.

Стоимость: 3 очка достижений.

Описание: Копченая колбаса в кишечной оболочке, ломоть сыра и пара луковиц. Простая, но сытная пища путника.

Кружка меда.

Стоимость: 1 очко достижений.

Описание: Густой, душистый мед в глиняной кружке. Отличный источник сил для уставшего тела.

Мешок овсяной крупы.

Стоимость: 1 очко достижений.

Описание: Небольшой холщовый мешок с овсянкой. Из него можно сварить простую, но питательную кашу.

Ведерко смальца.

Стоимость: 2 очка достижений.

Описание: Деревянное ведерко, доверху наполненное топленым свиным салом. Калорийно и полезно в долгой дороге.

Связка лесных орехов и сушеных ягод.

Стоимость: 1 очко достижений.

Описание: Легкая и полезная пища, собранная в местных лесах.

Кувшин воды.

Стоимость: 1 очко достижений.

Описание: Чистая вода.

Этот магазин сделан как-то странно. Не хватает каких-то ключевых характеристик. Объема, например, веса и калорийности. Все отдано на откуп эмоциям, расплывчато, что усложняет выбор. У меня имеется два очка: как с ними поступить? Истратить оба, чтобы купить солонины? Не останется ни одного очка, да и повышенная соленость продукта точно заставит меня больше хотеть пить. Твердые галеты — об них зубы сломаю, а стоматологии вокруг что-то не видно. На классный набор под странным названием «дорожная вязь» мне не хватает. Мед — он алкогольный или нет? Или это буквально мед? Да и не годится он как пища, скорее как десерт. Крупу надо готовить, а с костром у нас не срослось в этой яме. Остается сало или набор ягоды с орехами… Черт, как же сложно выбрать.

— Почему нет пива? — Начал ругаться и причитать Дима.

— И я бы не отказалась. — Мечтательно протянула Катя.

У народа постепенно начали появляться в руках продукты, разворачиваемые из кубиков в полноразмерную еду. Варя, слева от меня, взяла набор ягод и орехов. Их совсем мало, так что я в очередной раз убедился в том, что не буду их брать.

Женя и Антон выбрали на двоих вязь. Похоже, лучник раскошелился — он наверняка получил немало очков за тот меткий выстрел, совершенный по ужинающей твари. Вспомнив, чем именно ужинал стервятник, к горлу подкатил ком, но я его преодолел, продолжив наблюдать.

Катя уже во всю жевала солонину, вытягивая длинное, жилистое и сухое мясо зубами от куска. У нее еще имелась фляга, которую она любезно предложила Диме, грустно хрустящему галетами. И только мы с Борей сидели и ничего не ели. Здоровяк молчал, уткнувшись себе взглядом в ноги, а я просто не мог решиться. И, пользуясь принципом бритвы Оккама, выбрал себе сало.

Черт. Система сейчас буквально дала нам возможность договориться, обсудить имущество и очки каждого, и сделать самое правильное решение на основе интересов группы. Но никто из присутствующих не подумал об этом, каждый руководствовался лишь собственным балансом и эгоистичными желаниями. Об этом надо бы подумать. Не о том, что я окружен собственниками, а о том, чего в действительности хотят от нас те, кто поместил нас в это испытание.

В моих руках оказалось небольшое ведерко. Не учитывая тары, чистого продукта там грамм на триста, не больше. Кусочки сала с тонкой прожилкой мяса. Засоленное, но не слишком. Годится, учитывая калорийность и ценность такого животного жира для долгих переходов и нагрузок. Я начал есть, утоляя разбушевавшийся голод.

— Борь, а ты всерьез решил сесть на диету? — Подшутила над здоровяком Катя, откусывая еще один кусок от жилистого мяса неизвестного зверя.

— А у меня очков достижений нет. — Спокойно ответил он, глядя на обедающих полными умиротворения глазами.

Ну вот. О чём я и думал.

Глава 6

— Как это, нет? — Спросила Катя, вдруг перестав жевать и все тоже обратили на это внимание, доселе увлечённые едой.

— Ну, вот так. Похоже, не заслужил. — Пожал плечами здоровяк, чем непредумышленно вытеснил меня глубже в Варю.

— С этим надо бы разобраться, а пока — на, ты нам нужен крепким. — Отломил Антон от кусков колбасы и сыра ориентировочно по трети.

Борис замешкался, покрылся пунцом, взгляд его заметался. Но, секундная заминка, и он все же потянул свою руку к угощению. Тотчас вкусил, обомлел и расплылся.

— Ш-шпашибо! — Довольно урча пробормотал с набитым ртом здоровяк.

— А что ты имел ввиду под «разобраться»? — Спросил лучника сидящий неподалеку Дима.

— Как тут вообще все устроено. Кто какими ресурсами располагает. И чтобы не было никому обидно, я первый вскрою карты. — Деловито ответил он.

И был этот шаг, на мой взгляд, чертовски верным. Что ж, наблюдаю дальше. Антон продолжил.

— За первого подстреленного я получил двадцать один процент личного, или как там, вклада, и система выдала мне два очка. И за того, второго, которого удалось пригвоздить к камню — тоже два. Сейчас у меня в запасе один пункт.

— И у меня один. — Добавила его жена.

— Выходит, система вознаграждает прямую агрессию? А личный вклад формируется из общего и делится на тех, кто больше наубивал? Чертовски несправедливо. — Заключил Дима, и следом продолжил. — У меня ничего не осталось, купленные долбанные сухари обошлись мне в единственный пункт достижений.

— Как и у большинства здесь. — Грустно подметила Варя, закидывая в рот последний орешек.

— Выходит, за действия, приводящие к смерти, система дает больше очков, примерно столько же, сколько и за убийства? — Задумался Дима и потер подбородок, на котором уже стали проступать едва заметные волоски.

— Судя по всему. Варь, у тебя, выходит, тоже ничего не осталось? — Задал вопрос Антон.

Девушка кивнула.

— Лжешь. — Фыркнула Катя и попыталась подняться. У нее даже почти вышло, ведь она была совсем невысокой.

Варя опешила, и на ее лице взыграла гамма эмоций — от шока до возмущения.

— Это еще почему? — Возмутилась она.

— В первой схватке, когда убили Лену, твоя огненная вспышка стала причиной смерти одной твари. У тебя должно быть больше очков. Уж поверь мне, я лично убила уже двоих, и знаю, о чем говорю. — С неким превосходством произнесла Катя, горделиво, словно поймала нашкодившего котенка за шкирку.

— А вот нечего считать чужие деньги! — Она на мгновение задумалась, прежде чем произнести слово «деньги», но все же посчитала его уместным, а затем продолжила. — Сама-то, ходишь и добиваешь просто, не прилагая усилий! Чертова эгоистка!

Катя, вместо выдумывания язвительного ответа, отвела взгляд в сторону, но так как она была четко напротив меня, я быстро сообразил, что это не смятение. Она открыла свое интерфейсное окно, невидимое для всех остальных. Вдруг, у нее в руках оказывается лопата и фляга, купленные ею ранее. Она зло бросила эти вещи на пол и укоризненно посмотрела прямо на Варю.

— Что теперь скажешь, сучка? Я приношу пользу группе, добываю очки, и не скуплюсь купить что-то полезное, что всем понадобится. В том числе и долбанную лопату, с помощью которой вы могилу рыли. А что купила ты? Чего полезного сделала, кроме как сожрала свои долбанные орехи, белка сраная?

— А ну успокойтесь! — Взорвался Дима, схватил Катю за рукав и потянул вниз, чтобы та села.

— Давайте вернемся к конструктиву. — Хладнокровно добавил Антон, пока девушки фыркали друг на друга и старательно избегали между собой зрительного контакта. — Выживание всей группы зависит от того, сработаемся ли мы.

— Это уж точно, здоровяк. Мы тут не в офисе, печеньки тырить не выйдет, да, Варя? — Продолжала брызгать ядом Катя.

— Я не тырила! — Обиженно заявила Варя.

— Я не закончил. — Рыкнул Антон, да так, что даже Женя съежилась. — Если мы сейчас не придем к компромиссу, касающемуся ресурсов, утром я с женой вас покину.

— Что? Ты сбрендил? — Глянул на лучника Дима.

— Великовозрастные лбы, профессионалы, вашу мать, а договориться о таком простом действии не можете. Вы на корпоративы также скидываетесь, едва ли в поножовщину не пускаясь?! — Распалялся Антон все сильнее. — У вас член команды не заработал ни одного очка, сидит без еды, а он вообще-то крупный, ему нужна энергия, чтобы просто двигаться! А вы что устроили, грызню? Вот я и говорю, с таким подходом мне проще с Женей просто уйти.

— Вообще-то, запасы каждого — его личное дело! — Варя была красной, как рак, но уйти от позора ей уже не удавалось, так что закапывала она себя все сильнее.

— Поглядите на нее, главная моралистка, а оказалась — хапуга. То-то я думаю, с чего у нас в кадрах чая вечно не хватает! — Подначивала конфликт Катя.

— Еще раз говорю — успокойтесь! — Призывал к дипломатии Дима, а затем обратился к Антону. — Подумай, не горячись, там опасно, вдвоем будет трудно. Сейчас мы разногласия уладим, каждый честно скажет, что у него есть, накормим здоровяка и попробуем поспать. Верно говорю, ребята? — Неуверенно заявил воин, расставив ладони в примирительном жесте.

Я не вмешивался. Мои компетенции в решении конфликтных ситуаций в коллективе сейчас хоть и применимы, но я не желал этого делать. Чего греха таить — с Антоном я подсознательно был согласен, и даже не стал бы препятствовать его уходу. Сказать, что меня удивили поступки некоторых из моего окружения, значит ничего не сказать. С виду такая прагматичная, правильная Варя… И такие скелеты в шкафу. Будучи начальником, я решал проблемы, но о том, что кто-то подворовывает еду, не знал, иначе решил бы проблему просто — установив камеры наблюдения. Теперь вот, пожинаем плоды.

Что ж, в любом случае, до наших дней с древности дошли только те гены, которые отвечают за хватку, собственничество и способность адаптироваться. Кому, как не руководителю отдела продаж, знать об этом. Но сегодня, в стенах грязной расселины, у черта на рогах, я предпочту роль простого наблюдателя. Это одна из форм адаптации, и я уверен, в долгую она принесет больше выгоды, чем авантюрность и попытки в героизм. Как у Димы.

Буря стихла, народ за этот день растерял все силы, и на выяснение отношений их просто не осталось. Потому, прислушавшись к голосу разума, а так же транслятору этого голоса — Антону — каждый член группы таки решился выдать свои запасы на всеобщее обозрение. Я ответил честно, и надеюсь, так поступили и остальные.

В сухом остатке, весь сегодняшний день свел наш баланс примерно в ноль. Мы поели, раздобыли немного воды и лопату. Не густо. А по очкам вышло так, как и заметил Дима — убийства действительно «весят» для системы больше, чем что-либо другое. Так что поддержка в лице целителей — Жени и Бори, очень нуждается в команде, в то время как мы нуждаемся в их способностях. Это — залог выживания. Одиночку схарчат и не заметят.

У Вари осталось одно очко. За первый бой ей досталось три полновесных пункта, и два из них она потратила. По одному: на флягу и на свой ужин. Но, конкретно в ее случае, свой поступок и умалчивание запасов, а также неумелое отстаивание своей позиции, а ведь она купила тару для воды в группу, я могу объяснить так. Приберегла на черный день. И дальше с кем-либо контактировать она отказалась, заявив, что все и так достаточно над ней поглумились.

Мы спросили у Бори, как в действительности вышло, что у него не оказалось ни одного пункта к моменту ужина. Он тоже стал обладателем фляги, потратив единственное заработанное за первую схватку очко, а вот во втором бою ему и вовсе его не досталось. Свой поступок он объяснил так — был уверен, что вода в долгом переходе нужнее группе, а поужинать надеялся добытым мясом. Но, как вышло, так вышло. Меня беспокоило лишь то, что парень может теперь закрыться и начать полагаться только на себя, а это означает, что безрассудные попытки вступить в бой будут учащаться.

У Жени и Антона на двоих было в запасе еще два пункта — по одному на каждого. Они оказались самыми запасливыми, что, в целом, доказывает их общую полезность группе. Я понимаю их, вернее только его, желание уйти. Антон ошибочно на мой взгляд думает, что справится сам. Со своим луком и поддержкой целителя. А это означает только то, что каждая убитая летающая гадина будет распределена только на них двоих. А это без малого пять пунктов. Один успешный выстрел и весь день они могут не беспокоиться о ресурсах.

Дима с улыбкой признался, что пуст. Да, он выполнял роль своеобразного оберега для группы и стремился принять урон на себя, отвлечь врагов, но система никак не расценивала его намерения. Или как-то все же расценивала? Но об этом еще предстоит подумать. А пока имеем то, что парень за весь день обогатился только одним пунктом, который спустил на деревянные хлебцы.

Когда брифинг был закончен, встал следующий вопрос. И он был не менее животрепещущий, и стоило его озвучить, как я мысленно приготовился к очередной порции ругани и выяснений отношений. Дежурство. Но, вопреки ожиданиям, никакого спора так и не вышло.

— Я буду на стреме этой ночью. — Твердо заявил воин, перехватывая топор, ранее приставленный древком к стене расселины. — Если к утру будет совсем фигово, кого могу разбудить?

— Меня. — Ответил я, понимая ответственность парня и его желание реабилитироваться за упущения в контроле «подчиненных». Но вызвался я не для того — хотелось немного поэкспериментировать со своими способностями, причем так, чтобы никто не галдел рядом.

— Супер, спасибо. Тогда, раз поели — ложитесь спать, завтрашний день обещает не меньше трудностей. А ты, Антон, — обратился он к мужчине, — не уходите. Там опасно, сам же прекрасно видел. Нам просто нужно время, чтобы…

— Чтобы принять это все. — Вдруг перебила парня Катя. — Да и мы с тобой четко сработались, «меткий глаз». — Хищно улыбнулась девушка.

Лучник покачал головой, взглянул на Женю, чьи ноздри раздувались от столь неприкрытого флирта с ее мужем, хлопнул воина по плечу, и, ничего не ответив, свернулся калачиком, повернувшись к жене, и уткнулся носом в ее грудь. Так они и улеглись, в облипку друг к другу.

Следом на боковую засобирался Боря, и он долго вошкался, стараясь уместить крупное тело так, чтобы острые камни не впивались ему куда ни попадя. Или хотя бы делали это поменьше. Или понежнее. Черт его знает, но ворочался он долго.

— Дим… А, Дим… — Прозвучал шепот в ночной тишине. — А хочешь, я буду с тобой сегодня охранять вход в наше убежище, чтоб ни одна тварь не залетела к этим бедолагам?

— Нет. — Твердо отрезал парень, выползая чуть-чуть под свет местной луны в расселину. — Выспись, завтра нас ждет долгий день.

Катя нахмурилась, состроила губки бантиком, и тоже попыталась примоститься, чтобы покемарить.

Вот и мне пора. Среди запаха немытых тел, непонятной еды, лукового духа, крови и потрохов, в сон стал проваливаться и я. Был он беспокойным, кто-то пинался рядом, выискивая положение поудобнее, кто-то больно громко сопел, а мне снились сны, и были они отнюдь не радостными. А с чего бы им быть такими — весь мир катится в задницу, горстки человечества с помощью какой-то долбанутой инопланетной расы теперь сражаются с монстрами за выживание и еду, в группе, невольным участником которой я стал, назревает серьезный раскол, и сейчас я валяюсь в холодной трещине в земле, прямо на полу. И, признаться, просвета я пока не видел. Как говаривал мой отец, даже если тебя, сын, съели, у тебя по прежнему остается два выхода. Эта мысль промелькнула почти осознанно, но где-то на границе одного недремлющего полушария, в то время как второе отчаянно нуждалось в отдыхе.

Но мой сон прервали. Кто бы вы подумали, наверняка же монстры? Так всегда бывает. Но это была Варя, спящая прямо рядом со мной. Вернее, я думал, что она спит. Хотя я до конца не уверен, быть может, она просто болтает во сне.

— Марк… почему ты меня не защищаешь от них… — Услышал я, но даже с такого близкого расстояния мне пришлось напрячь слух, чтобы понять каждое слово.

— Шеф. — Потеребил меня за плечо Дима, а я резко раскрыл глаза, готовясь к худшему. Сон как рукой сняло. — Шеф! — Сипел он, чтобы не разбудить остальных.

— А, что? — Я попытался проморгаться.

— Подмени меня, пожалуйста. — Просит он, но в темноте его лица я не вижу. Голос только измученный.

— Да, да… Да, все, я в норме. Отдыхай. Есть новости? — Пришел я в себя, встряхнулся и пополз прочь из центра расселины, ближе к выходу.

— Не знаю. Опасности нет, вроде бы, но я, чтобы не спать, считал.

— Считал?

Мы выползли наружу, и я смог вдохнуть полной грудью холодный ночной воздух. Бросил взгляд в небо, пытаясь найти хотя бы одно знакомое созвездие, но тщетно. Небо, усыпанное блестящими светлячками было абсолютно чужим и я даже не увидел светящуюся полосу Млечного Пути. Мы не в нашей галактике? Сомневаюсь, ибо чтобы переместить кучу народу неизвестно куда, в другую галактику — нужна такая прорва ресурсов, что вся наша планета, разобранная на атомы, это не окупит. Впрочем, мои наблюдения пока ничего не доказывали, мы просто можем находиться где-то в отдалении, поэтому звёзды и незнакомы.

— Ага. Вот. — Он показал мне увесистое полое полено, которое воин, судя по всему, нашел где-то рядом с нашим укрытием.

— Ты выходил? — Я взглянул на то, что он показывает, и задал вопрос между делом.

— Ага… затек сильно, нужно было распрямить кости. А то, случись что, я бы не поднялся…

— И что тут?

— Я считал, говорю же. И каждую минуту делал насечку. Это помогало не спать.

Полено было сплошь покрыто зарубками. Мелкими, но довольно отчетливыми.

— Ты предлагаешь мне пересчитать?

— Нет, только скажу, что их больше пятисот, а делал я каждую после отсчёта до шестидесяти. А луна не торопится пропадать с неба.

— Хм… Восемь часов? — Быстро прикинул я. — Даже девять прошло, навскидку, учитывая, что ты еще внутри сидел?

— Думаю, где-то так. Я не уверен, но тут, походу, ночи длиннее дня. Или в целом сутки дольше.

— Это плохо. Со всех сторон плохо. Но наблюдение полезное, я тоже попробую посчитать. Определим примерно длину суток.

— Да, шеф. — Кивнул мне Дима, и в свете луны, когда мы выбрались наружу, его глаза были красными, а веки синели, сливаясь темнотой с ночью.

— Не думаю, что тебе стоит продолжать меня так называть. Все-таки лидер — ты. — Сказал я, стараясь дистанцироваться от этой роли сильнее и весьма осознанно.

— Да я… по привычке, что ли. Ну и в самом начале лидерство звучало как-то поинтереснее, я надеялся что не будет так трудно. Теперь что-то уже не хочется.

— Освоишься. Люди тебя слушают, просто ты и их пойми, у каждого своя защитная реакция. Должно пройти время, и немало. Впрочем, я вообще не могу с уверенностью сказать, что к этой новой жизни можно привыкнуть.

— Похоже, что так. Ладно, ты ведь досидишь? Чем защищаться будешь, в случае чего?

— Борисом. — Усмехнулся я, и Дима тоже сдавленно прыснул.

— Оставлю тебе топор, всяко освоишься.

Я кивнул парню, и тот полез обратно в расселину, чтобы занять мое уже нагретое местечко, пока оно вовсе не остыло. Эх, сейчас бы кофе… Сваренный в турке по рецепту Ули, с добавлением черного перца и капли лимонного сока…

Мысли против воли соскочили на раздумья о том, где жена и что делает. Прибилась ли к какой-нибудь группе? Или с коллегами? У неё же должно было быть сегодня занятие со студентами — небольшая халтурка. Может с ними спаслась? Но это не очень хороший вариант — куча шебутных подростков, которым пусть и около восемнадцати лет, плюс минус, но в голове царит ветер. Тут уж лучше группа случайных попутчиков.

Я тяжело вздохнул, понимая, что такими мыслями только раззадорю себя, начав накручивать. Сейчас не время для этого. Нужно попробовать то, что хотел сделать перед сном, но не смог.

Ночная прохлада меня уже достаточно взбодрила, почти как кофе. Так что… Рубрика «Э-э-эксперименты»!

Дима в сон провалился моментально, а я в душной пещере сидеть не хотел. Пора было разобраться, наконец, как работает элементарное упрочнение, и что я вообще могу с ним делать. Что еще более важно — почему система считывает мои применения навыков, но продвигает при этом прогресс в ремесленничестве? Нет, в этимологии слов и действий все верно — я действительно изощрялся, чтобы эффект, который я пожелал, каким-то образом влиял на объекты. Полагаю, изначально задумывалось, что я действительно буду что-то укреплять, чтобы оно становилось более износостойким, выдерживало большее давление на сжатие, разрыв или как-нибудь еще.

А я же, вместо того, чтобы просто покрыть что-то своей магией, пытался создавать новые вещи. В сущности, я их упрочнял, но заставлял работать как единую конструкцию. Так как же тогда получается, что эффект фиксируется и больше не требует от меня поддержания заклинания на вещи активным? Со стаканом — вышло. С сапогом тоже. И в обоих случаях новый предмет или его вариация считывались моей идентификацией как изделие.

Чем я богат? У меня вокруг лес. Ветки, камни, мох, смола, какие-то редкие кусты. Самое время попрактиковаться, но что еще более важно, понять, как именно развивать навыки. Усиливаются ли они от частоты применения, или это происходит как-то иначе? Сплошные вопросы.

Осмотревшись, меня захлестнуло чувство «чистого листа». Столько вариантов, но взгляду не за что зацепиться. Кроме, пожалуй, секиры нашего старшего продажника, который любезно мне предоставил ее на случай внезапной необходимости кого-то бить. Секира… Это ведь, по сути, обоюдоострый топор. А древесина и ее заготовка — это очень круто. Укрепления, топливо, да что угодно. Что, если я, как первобытный человек, попробую создать первое орудие человеческого труда?

Острый камень, прочная ветка и веревка. Ничего из вышеперечисленного у меня нет, но я вполне могу это добыть. И начать решил с камня. Это показалось мне самым простым в текущем положении, стучи себе один об другой, чтобы обтесать заготовку. Сказано — сделано, и я принялся стучать двумя найденными неподалеку неизвестной мне породы булыжниками, морщась от шума и понимая, что кто-то может проснуться. Но выживание важнее комфорта. Идентификация тоже не помогала, сканируя предмет как «камень». Видимо, недоставало прокачки навыка.

Значит, мастеровой. Профессия получила процент к развитию, когда я создал стакан, но не отреагировала на сапог. Слишком мал и незначителен эффект, который система посчитала несущественным? Или есть какой-то скрытый от меня порог? Черт, сломалась заготовка, треснув по середине. Ищу новую и принимаюсь за работу.

Вдруг подумалось, что мерный стук в лесу может привлечь хищников, и я было хотел прекратить попытки и заняться чем-то менее звонким, но взглянув на то, что получается, решил все же продолжить — слишком уж хорошо этот конкретный камень обтачивается. Проведя за этим занятием минут десять, я стал богаче. У меня теперь есть целый заостренный камень! Неказистый, но острый. Теперь на очереди палка. С ней должно быть проще.

Как же я ошибался. Ломаться сырые ветки, полные древесного сока, не желали, а когда я срубил подходящую секирой, никак не удавалось выточить нужную форму. Зашкурив очередную ветку от коры, я принялся примерять ее к камню. Вроде годится, осталось скрепить, и это было самым сложным в моем плане. Ведь, как я выяснил, моя способность не сработает просто так, прислонив одно к другому. Бечевки у меня не имелось, ровно как и очков для покупки таковой в магазине достижений. А это значило, что мы продолжаем мастерить.

Я перепробовал несколько материалов для этого — тонкую траву, покрывающую землю, ниточки, снятые с веток кустарника, но все это не подходило. Было либо слишком непрочным, либо не желало скатываться в подобие веревки. Все решил случай — я наткнулся на что-то, похожее на лиану, прорастающую поверх особенно крупного ствола дерева. Не без опаски я коснулся ее, мало ли, вдруг это какой-то ядовитый плющ, но обошлось, кожа нормально отреагировала на выделяемый сок. Оторвав значительной длины лиану, я принялся разбирать ее на волокна, и она податливо позволила себя размотать. А затем срастил две таких ниточки в одну, переплетая одну за одну, на манер косы.

Чтобы эффект сработал как надо, я применил свое элементарное упрочнение и поместил получившийся моток в инвентарь.

(Кустарная веревка)

(Прочность: 3/3)

Так, пока все идет хорошо. Мою поделку система инициализировала как изделие, а значит, можно вынимать из пространственного кармана и смотреть, что получилось. В руках у меня был моток шершавой, но прочной веревки, длиной около пяти метров. При своей прочности довольно тонкой. Но система вновь проигнорировала это действие, не наградив меня продвижением в ремесле мастерового. Что ж… Сейчас не отвертишься.

Собрав свой топорик, я крепко, внахлест и крест накрест привязал камень к палке. И, с придыханием, скрепил это все упрочнением. А когда засунул получившуюся штуку в инвентарь, просиял, и едва не выкрикнул ликование. Вот оно, облагораживание человека через труд и инструменты!

(Примитивный топор)

(Прочность: 5/5)

Прогресс в развитии профессионального навыка: 1%

Мастеровой: 2% из 100%

Я был горд собой. Нет, правда, часто ли кому-либо приходилось мастерить инструменты, которым уже миллион лет? Я вот смог. Что там дальше, по плану, изобретение колеса? Выплавка меди? Индустриализация и борьба за права рабочих? Резко поднявшееся настроение от успеха сего мероприятия заставило меня унести мысль и каламбурить. Но нужно возвращаться в действительность.

Судя по магазину и ценам в нем, я сэкономил одно очко достижений. Что, конечно, не могло не радовать. Однако, сверяясь с внутренними часами, затратил я на работу около полутора часов. Умелый боец, или охотник, за то же самое время заработал бы пять таких топоров из системного магазина. А то и десять. И ведь наверняка в этом лесу обитают твари и пострашнее тех летучих гадин, за которых нам с барского плеча отсчитывают по пять очков?

Тем не менее, занимался я этим в почти свободное время и в относительной безопасности. А прибыток, он и в Африке прибыток. Испробовать топор сейчас? Боюсь, будет шумно, но попробовать стоит. Тем более, я задумал смастерить еще одну вещицу, которая была бы полезна не мне, но группе.

Вывод… двойственный. Топор неплохо справился с корой, но наотрез отказывался рубить непосредственно дерево. Пусть эффективность и оставляет желать лучшего, нужна была мне не древесина, а кора. А с ней мое изделие справляется неплохо.

Я сковырнул нечто, что по форме могло бы напомнить древнеримский ростовой щит. Толщина дерева и коры позволяла такое сравнение. Проковыряв острой гранью секиры пару дырок в коре, я протянул остатки сделанной мною веревки внутрь, и попытался сформировать подобие рукоятки, наслаивая веревку внахлест. Снова затаил дыхание, предвкушая результат.

(Простой щит из коры) — Дарует легкую защиту от фронтальных атак.

(Прочность: 10/10)

Это я отдам Диме. Ибо какой воин, и без щита? Впрочем, у него наверняка был такой выбор в комнате для допросов. И он почему-то решил, что щит ему не пригодится. Теперь, ощутив боль от когтей, я был уверен, что он передумает.

Успех опьянял. Я разжился щитом, топором, научился применять свой навык для создания вещей, что было явно незапланированным функционалом, о чем я получил недвусмысленный намек от системы, да еще и профессию развил. Пусть на процентик, но по чуть-чуть, копейка к копейке, и я достигну ста процентов. Мне еще столько предстоит узнать!

В попытке придумать, чем занять себя дальше, я попытался перечитать системные уведомления, которые отложил «на потом». Вообще, я считаю что это моветон, когда появляются застилающие обзор окна в разгар боя, как произошло в первый раз, когда на нас напали несколько тварей.

Там-то и крылся ответ на мой маячащий вопрос, как же прокачивать навыки. Очки обучения… так вот зачем они нужны.

Справка.

Раздел: Очки обучения.

Назначение:

Очки обучения (ОО) являются универсальным ресурсом для развития ваших способностей. Они аккумулируются за выполнение действий, соответствующих вашему классу и роли.

Механизм применения:

Очки обучения могут быть распределены между следующими категориями прогресса:

Прогресс навыка. Очки вкладываются в шкалу уровня конкретного навыка. Вложив требуемое количество, шкала заполнится, а ее заполнение приводит к повышению уровня навыка.

Прогресс уровня. Очки вкладываются в общую шкалу уровня персонажа. Заполнение шкалы приводит к повышению уровня.

Примечание:

Распределение Очков обучения является гибким инструментов эволюции. Вы самостоятельно определяете приоритеты развития, вкладывая очки в ту категорию, которая наиболее соответствует вашей текущей роли и долгосрочной стратегии.

Внимание! Вложенные Очки обучения сбросить и перераспределить нельзя!

Мда уж, спасибо, теперь мне придется соответствовать ожиданиям и эту долгосрочную перспективу продумывать. Рано или поздно. Ведь с одним очком обучения не разгуляешься. Пока я нес свой дозор, одним глазом закопавшись в справку, а вторым высматривая потенциальное шевеление в темном лесу, совершенно упустил из виду слепую зону.

— Попался! — Послышалось озорное щебетание у меня за спиной и я почувствовал тепло женских рук на моих глазах.

— Эй, отпусти! Нельзя так к людям подкрадываться, мы не на пикнике! — Выругался я, отбросил невольно удерживаемый топорик, чуть его не применив, и вскочил, оборачиваясь.

Варя. Заспанная, с глазами красными, цвета созревшей сливы. Смотрит хитро, с прищуром, и мне было невдомек, чего ей от меня нужно в такую рань. Но ответ на невысказанный вопрос я получил быстро.

— Я подумала, что тебе тут скучно. Все спят, мы одни, в лесу, так что я немного напугана и решила воспользоваться моментом, чтобы провести время с единственным, кто отважно охраняет сон группы. — Начала она, с придыханием, словно стихотворение читает.

— В расселине безопаснее, тем более я тут не кукурузу охраняю.

Девушка слегка рассмеялась, прикрыв рот ладошкой, и сделала шаг ближе.

— Ну да, не кукурузу, а толпу немытых, спящих людей. Вот бы сейчас кофе, да?

— Да, пожалуй. — Вскинул я бровь, все еще силясь понять ее намерение. Ее тревожит прошедший вечер? Спрашивать напрямую не решился, чтобы еще сильнее не задеть.

— Знаешь, я шла сюда, чтобы подышать воздухом и хорошо подумать обо всем в одиночестве, но рада, что ты — тут. Но, не найдя среди спящих Катю, меня такая злоба взяла! — Продолжила она и приближалась все активнее, а я, не могу сказать точную причину, отчего, но отступал к стене. — Подумала, что она не только с Димой, ну…, а еще и тебя охмурила! Но, раз уж ее тут нет…

Между нами не осталось расстояния. Голос девушки стал томным, карикатурно интимным, словно она разыгрывает неумелую сценку из малобюджетного фильма для взрослых. Еще так встала, что ее нога уперлась в небольшой валун по левую руку от меня, а мантия волшебницы податливо съехала в сторону, оголяя упругое бедро.

Она взглянула мне в глаза выжидающе, словно всем видом демонстрируя «я сделала все, чтобы ты понял мой намек», и ждала от меня шага навстречу. Одного короткого движения хватило бы, чтобы моя рука проскользнула под мантию.

— Марк… — Опустила она глазки. — Ты ведь меня хочешь?

— Пого… — Попытался я отстраниться, но она напирала дальше, перебила.

— Я же красивая, Марк. Неужели тебе не жаль будет угробить такую красоту в этом лесу? — Она, одной лишь ей известной уловкой скинула с себя мантию, представ передо мной совершенно нагая. Ее грудь вздымалась чаще, а изо рта валил пар. — У меня ничего нет, мне не выжить тут без твоей защиты, эти уроды, там, внизу, они меня убьют. Ты сам все сегодня видел… — Она взяла мою руку, а я был неспособен сопротивляться. Но это не очарование, я скорее опешил от того, как резко сменился коленкор разговора.

Моя ладонь, взятая ею, была прижата к бугорку небольшой, но упругой груди, и она продолжила говорить:

— Но у меня есть это. — Улыбнулась она игриво. — Марк, я позволю тебе все что захочешь, и даже больше, только не давай меня в обиду. А еще я замерзла…

Ураганом в голове пронеслись мысли и образы. Но не о том, что сейчас будет, а о том, как я взгляну в глаза своей жене, когда найду ее. А уж в том, что это случится, я не сомневаюсь.

— Нет, Варя. — Отпрянул я, отодвинул ее и поднял мантию, чтобы набросить на ее плечи. — Имей гордость и самоуважение. И не нужно считать меня кем-то, кого можно купить, предложив своё тело. Это низко. — Мне стало физически противно от того, что она разыграла.

— Так-так-так, голубки с утречка уже потрахаться решили, пока я нам обед добывала? — Из ниоткуда, словно появившись посреди чащи, в десяти метрах от нас возникла Катя, удерживая за шеи двух мертвых стервятников, каких мы видели ранее.

— Эй! — Возмущенно взбрыкнула Варя. Она выхватила у меня из рук свою мантию и закуталась в неё поплотнее. — Какого черта?

— Ну ты и сучка. — Зло выругалась Катя. — И поступок в твоем стиле. А я то думала, что слухи, ходящие в отделе про то, как ты повышения добивалась — злопыхатели распространяли, но теперь вижу, что это была сущая правда.

Девушка переключила внимание на меня:

— Марк. Ты бы поосторожней с ней, тут венерологического диспансера нет. Мало ли что намотаешь, что потом делать-то?

Варя, зло зыркнув сначала на нее, а потом и на меня, побежала обратно в сторону расселины.

Глава 7

— Что за переполох? — Выглянул из убежища с разбитым видом, проснувшийся от наших криков Дима. — Нападение?!

— Нет. — Шумно выдохнул я, как бы отпуская ситуацию.

— Разве что одна косуля попыталась охотиться на льва… — Посмеялась Катя и поспешила сблизиться с Димой, не обращая никакого внимания на мой шок.

Чувство, словно я оказался между молотом и наковальней. Катя точно слышала весь разговор, вмешалась, высказав свое едкое мнение, и поставила не только Варю, но и меня в невыгодное положение. Впрочем, ничего предосудительного я не делал, и за ситуацией в дальнейшем только наблюдал.

Произошедшее точно аукнется в будущем. Как — спрогнозировать тяжело. Но волновало сейчас даже не то, что совершила Варя, а как именно Кате удалось проскочить мимо меня, дежурящего возле входа этой ночью. Об этом я и думал, старательно отгоняя паршивые мысли из головы.

— Катя, откуда это? — Кивком я указал на добычу и спросил напрямую, дабы не бродить вокруг да около.

— Да, кстати… хороший вопрос. — Подключился Дима.

— Все вы, мужчины, привыкли считать, что девушки — это слабый пол. — Уклонилась от ответа кинжальщица.

По ее виду однозначно можно сказать, что она охотилась. Кожаная куртка с заклепками перемазана в крови, собранные в хвост волосы разбились на выбивающиеся пряди, а рукояти ножей на поясе и вовсе были покрыты толстым слоем черноты — кровь, смешанная с грязью.

— Спрошу по другому, — решил я задать вопрос так, чтобы на него нельзя было ответить уклончиво. Или, по крайней мере, было это сделать очень сложно, — как ты минула пост Димы и мой?

— Ну… — Протянула девушка и закатила глаза. — Я ведь не обязана отвечать, да? Или это арест? Если что, документов у меня с собой нет, сраные инопланетяне забрали. Трусы кстати тоже. Показать?

— Кать, хватит ёрничать. — Не поддался я на её провокации.

— Ты ведь понимаешь, что подвергла риску и себя и группу, никого о своем уходе не предупредив, и… — Начал Дима, активно при этом жестикулируя.

— Черт, я просто принесла еды. Разве так важно, как именно я это сделала? — Стала сердиться ловкачка, ответила раздраженно.

— Наверное, нет… — Замялся Дима, потупил взгляд, поняв, что правды не добьется. — Шеф, как ночь прошла?

— О, почти идеально. — Прыснула Катя, ответив вместо меня. — Я пойду к ручью, вы пока разведите костер, сделайте хоть что-то полезное.

— Чего это с ней? — Недоуменно уточнил у меня парень, даже не попытавшись девушку остановить.

— Долгая история. Что будешь делать с этой ее своенравностью? — Попытался я перевести разговор в другое русло.

— А чего это ты меня об этом спрашиваешь? — Вдруг осклабился Дима.

— Действительно. Не потому, что ты исполняешь функции лидера, и не потому, что ты ей явно небезразличен. — Пожал я плечами.

— Эх… — Обреченно выдохнул мужчина. — Вот как они это делают?

— Делают что? — Спросил я, взглянув на забрезживший на горизонте рассвет.

— Думают о таких глупостях в такое неподходящее время. Еще и ссориться умудряются. У нас тут чертов апокалипсис и голодные игры, о выживании надо думать…

Я не стал рассказывать Диме про ситуацию, возникшую за минуту до его появления. Вот уж действительно, в чем он прав — так это то, что сейчас не время и не место для подобных выкрутасов.

— Катя упомянула ручей. Ты что-то знаешь об этом? — Переключился я на другую тему.

— Нет. И кстати, мимо меня она тоже не проходила, если ты подумал, что я вру и спал на своем посту.

Мы обсудили возможные варианты сложившейся ситуации. Дима вспомнил, что когда группа делилась своими способностями, полученными после допроса от неизвестной сущности, Катя оказалась единственной, кто ничего о себе не рассказал. Мы оба, не сговариваясь, решили, что она скрыла свой навык не просто так.

Мы поболтали еще немного, разведали обстановку, собрали несколько относительно сухих веток и хвороста и снесли все ближе к скалам, метрах в двадцати от расселины. Тогда же я и продемонстрировал Диме то, что мастерил этой ночью. Примитивный топорик, а заодно и поделился тем, как я его сделал.

Собственно, можно было бы поступить как и Катя, скрыв кое-что о том, что мне досталось от системы. Но я, будучи твердо убежденным в том, что сотрудничество повышает наши общие шансы, решил все же раскрыть карты. Да и, к тому же, все уже видели, на что я способен. Я ничем не рискую, но группа будет понимать мои возможности лучше, а значит и воспринимать более ценным. Ведь, в сущности, что еще осталось важного, кроме как вклад и личная полезность для группы? Ничего. Хищный оскал базового инстинкта выживания пусть и показался, но пока не кусает. Но это лишь вопрос времени.

— Черт, а это… Это звучит так, как будто у твоего навыка бесчисленное количество применений. — Восхитился Дима, разглядывая в руках мое изделие.

— Наверное. Я почти уверен, что столкнусь с какими-то ограничениями, но пока вот так. Да и ценность не особенно велика. Пока я делал это, Катя успела где-то раздобыть две туши тех гадов. Если она убила их сама, то в сумме заработала на десять хороших топоров.

— И то верно. Но, в любом случае, не бросай эксперименты! Что если вокруг не будет объектов для охоты? А создавать что-то всегда можно — это позволит нам продержаться на голодном пайке из магазина. Тем более, допустим, если нам пригодится капкан, ты ведь сможешь его сделать? В магазине достижений я такого не вижу.

— Думаю, смогу. — Кивнул я, мысленно представляя конструкцию примитивной ловушки. — Хотя, капкан сказано громко, но смастерить какую-то ловушку сможет любой.

— Как во Вьетнаме, яму с кольями? — Прыснул Дима.

— Вроде того. — Кивнул я и улыбнулся. — Давай за работу.

— А не опасно ли? — Вскинул воин бровь, присев на корточки возле будущего костровища.

— Жить в принципе опасно. Особенно теперь. Но что теперь делать?

Мы попытались развести костер. Попытка номер один — высечь искру — и провал. Нужен специальный камень. Кремень или пирит. Но я, будучи спецом по металлу, в камнях разбирался плохо. На невысказанный вопрос, Дима, считав мое замешательство, ответил пожиманием плечами. Нужно искать Варю и просить ее поработать зажигалкой.

— Дим, можешь позвать нашу волшебницу? — Попросил я, все еще чувствуя некое угрызение совести за произошедшее.

— Да не вопрос. — Ответил он и поднялся, шумно хрустнув коленями.

Полуминутой позднее к нашим потугам Варя присоединилась. Она казалась холодной и нелюдимой, а покрасневшие белки глаз отчетливо оповестили о ее состоянии. Дима, не будь он столь деревянным в вопросе чужих эмоций, наверняка бы это как-то прокомментировал, но воздержался. А может, я думаю про него хуже, чем он есть на самом деле, и парень все понял, оттого решил ничего не говорить?

Ее огненная вспышка с легкостью заняла сухой трут, собранный неподалеку, но сгорал он слишком быстро. Жара точечно подавалось многовато, а вот сырые ветки, собранные нами в костровище, заняться не спешили, тут сил волшебницы не хватало. Все, чего мы добились, даже смешав ветки с трутом, лишь горстки пепла и едкого дыма от сырых палок. Что-то явно мы делали не так, но как офисные хомячки, последний раз разжигавшие огонь ещё в детстве, понять не могли.

— А можешь огонь чуть добавить, а? — С надеждой в голосе уточнил Дима у Вари.

Девушка покачала головой из стороны в сторону:

— Я это не контролирую.

— Да уж… огня не развели, да и видно нас теперь из-за дыма.

— Сами пробуйте! — Вдруг взорвалась Варя, зло глянув на нас. — Сказала же, не контролирую я силу, и так делаю что могу!

— Тише, тише, попробуй не трут разжечь, а сразу палки. — Принял оборонительную позицию воин.

Вот как оно бывает — еще вчера крепкий средний класс, каждый с определенной степенью достатка и уровня требуемого комфорта, считали себя людьми высшего сорта, благостно воспринимая достояние человечества. Да что там, считали воду в кране и зажигалку в кармане чем-то настолько обыденным, что даже не задумывались над тем, через что исторически пришлось пройти людям, чтобы у них это было.

А сейчас у нас этого нет. И все, чего смог добиться «средний класс» в разведении костра без привычных приспособлений для пикника — резь в глазах от дыма. Но это и делает нас людьми. В ситуации, в которой мы оказались, нам был жизненно необходим огонь. И именно поэтому мы не бросали попыток.

Попытки номер два, три и далее, тоже не увенчались успехом. Слишком высокая влажность, ветки сырые насквозь, вдобавок покрытые росой, хоть выжимай. Мы посидели немного, обреченно переглянулись с парнем, думая каждый о своем, а вскоре появилась и Катя.

— Проблемы, мальчики? — Ехидно спросила она, окидывая надменным взглядом наши безуспешные потуги, проигнорировав при этом Варю.

— Ага. — На голубом глазу отозвался Дима. — Древесина какая-то негорючая.

Девушка вернулась к стоянке чистая, с влажными волосами, сейчас лежащими на ее спине длинными светлыми локонами. В руках она держала связку какой-то широколистной травы.

— Так значит ты и родник нашла? — Удивился парень, наблюдая за пришедшей.

— Ручей. Я ведь говорила. И, на правах первооткрывательницы, сама же им и воспользовалась. Вам бы тоже не помешало, а то от некоторых смердит.

Варя отчего-то восприняла это на свой счет, фыркнула и ушла к расселине, ни сказав ни слова. Либо же просто не могла находиться в обществе Кати. После произошедшего или в общем развилась такая неприязнь? Мне невдомек. Тем более, задача стоит куда более конкретная, чем разбираться в человеческих душах. Нужен огонь, нужно согреться, вычистить одежду, и действительно помыться. Еще день-два в такой обстановке, и на очередной ночевке не сможем спать от рези в глазах.

Может ли мне как-то помочь мой навык в разведении огня? Сходу на ум не пришло ничего, а изучение интерфейса в погоне за мыслью привело меня к магазину. Там были и дрова, и трут, и огниво. Но все это — местная валюта, которые я на манер Вари собираюсь называть деньгами. Больно уж долго каждый раз в голове прокручивать «очки достижений». Ведь что это, как не деньги? Но не об этом сейчас. Тратиться на столь прозаическое занятие я не видел экономического смысла. Что, совсем не придумаем, как огонь разжечь? От раздумий меня отвлек голос.

— Всем привет. — Это был Антон, широко зевающий и осматривающий окрестности. — Чем это вы тут заняты?

— Да вот, как пещерные люди, пытаемся разжечь огонь. — Ответил Дима.

Я же молча кивнул лучнику в приветствии.

— Почему «как»? — Спросила Катя. — Вполне себе пещерные.

— Действительно. — Шумно выдохнул Дима.

К попыткам подключился и Антон. Ход его мыслей был почти на сто процентов схож с нашим, и вначале он попробовал несколько камней постучать друг о друга, а затем предложил позвать Варю. Мы ему объяснили, что ее способность так же оказалась бессильной, и проблемой был именно влажный валежник. Что уж говорить о сырых ветках на деревьях, которые полны сока.

Вскоре проснулись и остальные. Первой после прочих из расселины выбралась Женя, а самым последним на свет уже вовсю греющего наши кости солнца показался и Борис. Целительница тотчас принялась выспрашивать Катю о том, отчего она такая чистая и где она помылась, а та, вопреки ожиданиям, не съязвила, а вызвалась показать дорогу до ручья. И, под веселое обсуждение бесполезных мужиков, не способных добыть огня, испарились в чаще леса. Антон не возражал.

Я закусил язык. Но не от того, что Катя оказалась права в нашей бесполезности, а главным образом из-за изменившейся обстановки. Дима сидит перед сырым костровищем и пучит в него глаза, никак не реагируя на обстановку, Антон легкомысленно отпускает жену куда-то, а у меня перед глазами все так же стоит разорванная глотка Лены. Нет, я не призывал никого рефлексировать и устраивать сорокадневный траур, а лишь думаю об осторожности. Но, судя по всему, окружающие не очень-то и разделяли мои опасения. Может, оно и к лучшему?

Мы вновь попытались, и вновь потерпели неудачу. Антон, понимая, что огня иначе не добыть, потратил свою последнюю заначку на тюк с дровами. Сухими дровами. И дальше, кстати, все пошло как по маслу. Сухие волокна травы, мелко порванная сухая кора и огонь занялся, стремительнее нагревая камни, сложенные в костровище.

— Получилось! — Воскликнул Дима, уже час сидящий на корточках.

— Спасибо, Антон. — Поблагодарил я за вклад лучника, а тот кивнул мне, внимательно оглядел, словно не решаясь что-то сказать, но все же, что-то для себя решив, заговорил:

— Сейчас Женя вернется, и мы объявим о нашем уходе. Без обид, мужики. — Удрученно ответил на мою благодарность мужчина.

Сказать, что это неожиданно? Нет, совру, никакой неожиданности тут нет. Но все же его заявление — как снег на голову. Думаю, я где-то внутри себя все еще рассчитывал на группу, прикрытие, навыки каждого и выживание в действительно опасном месте, сплотившись. Но местная система, награды и мотивация действовать как индивидуалист прямо подстегивают к тому, чтобы держаться особняком.

— Эй, притормози, ты чего это? Я думал, ты вчера пошутил. — Вдруг всполошился Дима на заявление лучника.

— Нет. Не поймите меня неправильно, я с женой тут никого толком не знаю. — Попытался он оправдаться.

— Да брось, мы за последние сутки вместе столько пережили, сколько десять лет дружбы могут не видеть вместе!

— И тем не менее. Катя токсичный элемент, тут я думаю вы спорить не будете, дальше, — я не знаю что произошло с Варей, но на нее я бы тоже сейчас не рассчитывал, потому что она сидит в расселине и рыдает, игнорируя мои вопросы. К вам, мужики, вопросов нет, но сами прикиньте, вы бы тянули лямку со всеми или защищали свое?

Мы помолчали, слушая треск разгорающегося костра. Сухие дрова давали отличный жар, а огонь, зараза такая, имеет очень умиротворяющие свойства. Так что, не в пример жару огня, горячим дискуссиям о выборе своего нового места в новом мире мы предаваться не стали.

— Позавтракаете? — Спросил Борис, медленно и с надеждой.

— Думаю, Женя была бы не против, да и я тоже. — Кивнул лучник.

Завтрак был молчаливым и напряженным. Борис, как и обещал вчера, разделал тушу одного из стервятников на мясо и пустил его на огонь. Было не слишком вкусно, все же соли у нас не имелось, но то, что пища горячая, а также ее потенциальная калорийность, украшало момент. Варя так и не вышла из расселины. Катя и Женя вернулись от ручья, и целительница посвежела и распрямилась, словно ее угнетало отсутствие привычных благ цивилизации, а это — хоть что-то.

Девушка, ставшая свидетельницей сообщившего во всеуслышание решение мужа, села рядом с ним и молча взяла его за руку, всем своим видом показывая солидарность.

— И куда вы пойдете? — Наконец нарушил молчание Дима, откладывая обглоданную кость.

— Вдоль ручья, — ответил Антон, взглянув на жену, — рано или поздно найдем место для постоянной стоянки, укрепимся, и…

— Это опасно, старик. — Мрачно заметил я. — Сам видел, что тут творится.

— Опасно везде. Даже на Земле, два дня назад, никто не был застрахован от аварии или падающего кирпича. Но сидеть на месте и ждать… — он пожевал губами, и что-то для себя решил, — с моря погоды, это верная смерть. По крайней мере так мы будем винить только самих себя в нашей участи.

Катя, сидевшая чуть поодаль от общего круга и точившая один из своих кинжалов о камень, вдруг сказала:

— Слова не мальчика, но мужа. А сдюжишь?

— Тебе-то какое дело? Займись собой, и перестань цепляться ко всем подряд. Это просто дружеский совет. — Ответил Антон, и мне показалось, что в голос он специально добавил чуть больше яда, чем должен был.

— Пф-ф. — Скривилась Катя. — Дим, может, и мы тоже? Разобьемся на парочки, и каждый своей дорогой?

— Не глупи! — Взбеленился воин, напружинился. — Ладно, я понял причину Антона и Жени, но ты-то куда?! И что еще за «парочки»?

— Какой же ты остолоп… — Выдохнула девушка и поднялась с замшелого камня, убирая заточенный клинок в ножны.

— Хватит вам уже. — Воззвал к совести Борис. — Собачитесь не переставая, совсем из ума выжили.

— Что, толстячок, тебе подружки не досталось? Ну, с Марком договоритесь об очередности. — Пожала Катя плечами. — Кстати, где она?

— Варя? Там. — Показал пальцем на расселину Дима, а Боря отмолчался, восприняв сказанное девушкой как-то по своему.

Я же нагревался все сильнее от ее поведения. Откуда у нее это желание злить каждого вокруг себя?

— Действительно, хватит. — Сказал Антон поднимаясь и перехватывая лук на плече поудобнее. — Мы решение приняли, и споры ничего не изменят. Мы уходим. Жень?

— Да. Ребят, берегите себя, надеюсь, мы все выживем к концу этого дурацкого испытания. — Улыбнулась целительница и поднялась вслед за мужем.

А я, кажется, впервые услышал от нее настолько длинную фразу.

В этот момент из расселины, наконец, вышла Варя. Она была бледной, бледнее обычного, с глазами, опухшими от слез, но смотрела на всех с… вызовом?

— Это из-за меня? — Тихо, но четко спросила она.

Все замерли, и даже от Кати не послышалось какого-то очередного едкого подкола.

— Что? — Не понял Антон.

— Если вы решили покинуть группу из-за меня, то лучше я уйду. — Она перевела взгляд на меня, и в нем читалось какое-то отчаяние, а затем, сдвинув брови, вперилась взглядом в Антона.

— Нет, ты чего, мы просто не хотим, чтобы… — Лучник смутился от такого обвинения.

— Хватит! Что, рассказала всем, да? — Зло перевела она взгляд на Катю.

— Потише, ты о чем это? — Недоуменно взглянула на говорящую кинжальщица.

— Выставила меня какой-то… проституткой, воровкой, черт… я так больше не могу! — Сорвалась Варя на крик.

Антон полушепотом спросил у ближайших:

— О чем это она?..

— Я вас ненавижу! Всех! Идите вы к черту! — Выкрикнула она в сердцах и, совершенно неожиданно для всех, сорвалась бегом в чащу.

— Что?.. — Недоуменно хлопал веками воин.

— Подожди, ты куда! — Прозвучало ей вслед от Антона, но в диком лесу фигура убегающей девушки затерялась чрезвычайно быстро.

Глава 8

Времени исчезающе мало, но мало для чего? Относительно чего? Мы все еще не переучены и мыслим старыми категориями. Человек попал в беду — значит, надо его спасать. Оттого и включается внутренний тревожный таймер до чего-то, что может стать непоправимым. Но в нашей текущей ситуации смело и слепо бросаться на амбразуру — значит и самому сгинуть довольно быстро. Жестко? Определенно. Потому нужна сделка с совестью. И судя по разговору, эту сделку внутри себя каждый пытается заключить сам. Отчаянно торгуясь.

— Дура! Тупица! Какого хрена она делает! — Вне себя Дима метался из стороны в сторону, заломив руки и явно нервничая. Снова нештатная ситуация и снова растерялся?

Антон, получасом ранее объявивший о своем уходе, сейчас стоял с Женей в сторонке, словно оплеванный. Полагаю, его моральная дилемма сейчас сильнее, чем у прочих: он, де факто, уже не часть группы, и соотносит произошедшее со своими собственными планами и интересами. И вот спасение утопающей, вернее убегающей, в его планы совсем не входит. Но червячок человечности грызет его, заставляя сейчас фигурально говоря — грызть ногти.

— Тош… Милый, мы должны… — Обращается к нему полушепотом Женя, но звуки в воцарившейся тишине хорошо расходятся, оттого я, стоящий неподалеку, расслышал. Что ж, это его голос разума сейчас говорит, по случайности носящее имя «Женя».

— Погоди ты… давай послушаем остальных. — Отнекивается Антон, не желая принять решение здесь и сейчас.

А ведь время бежало неумолимо. Варя то, в отличие от нас не топталась нерешительно на месте, а бежала через лес.

Уже две увиденные мною смерти за последние сутки четко давали понять, чем закончится промедление. Но я, будучи человеком в первую очередь полагающимся на логику, тоже не спешил геройствовать. Наверняка найдутся более целеустремленные дураки.

— Так, слушайте все! — Вот и нашелся. — Это наша общая вина, что Варя сорвалась. Мы должны помочь ей, отыскать и вернуть обратно, а потом мягко социализировать! — Загалдел Дима, а в унисон ему трещали догорающие поленья в костре.

— Ты сейчас серьезно? — Через губу спросила его Катя, и я подметил, что в глазах ее нет того озорного блеска, что был раньше.

— Да, как будто это вообще нужно обсуждать! Ноги в руки и за Варей, пока ее не схарчили! — Упрямо твердит свое воин, потрясая топором.

— А я думала ты умнее. Сейчас своим приказом, босс, ты ставишь под угрозу всю группу ради крысы и той, кто не думает ни о ком, кроме себя. Ты действительно готов пойти на риск? Себе ответь, мне не надо.

Сколько же яда она выделяет, стоит раскрыть ей рот. Но… я не могу сказать, что я с Катей не согласен. Памятуя о том, каким именно способом Варя решила заполучить мое расположение и обзавестись защитой, я испытывал к ее способам общаться некоторую неприязнь. Тем более ее ранние поступки… В любом случае, легкого выбора не предвидится.

— Вот не надо сейчас устраивать сцены! Мы — люди, а значит, мы должны помогать друг-другу! — Пытался воззвать парень к морали и совести. — Кем мы будем, если сейчас отвернемся от подруги, которая тяжелее прочих переживает то, что с нами случилось? Что с нами станет?

— Да, с нами случилось дерьмо. Система инициации. Отбор. Естественный отбор. — Меланхолично заговорила Катя, но громче, чем нужно, чтобы донести мысль. Скорее она сейчас убеждала. — В следующий раз у нее случится истерика в бою, и что тогда? Подставит вот лично тебя под удар, и что будем делать?

— Да как ты не понимаешь! — Сплюнул и выругался воин. — Это… это ж эта сраная загадка про вагонетку. Я не могу бездействовать, зная, что она не продержится там хоть сколько нибудь, пока мы тут стоим и рассуждаем о полезности такого решения!

Борис, самый молчаливый из нас, сделал шаг вперед и заявил:

— Она — полезная. Это единственный заклинатель, способный изучать стихийные умения. Ее огонь может нам пригодиться. — Высказался он.

— Охрененно полезная! Пока Антон, — кинжальщица козырнула ему, — не потратил свои очки, чтобы у вас появились дрова, вы бы там до сих пор мучались!

— И я думаю, что она еще может показать себя. Очнитесь, мы ведь люди! — Уже всхлипывая, вставила свое мнение Женя.

— К черту. — Шумно выдохнула Катя. — Если вы решили, что лезть в пекло ради сумасшедшей — хорошая идея, то флаг вам в руки. Антош, котик, ты тут самый здравомыслящий, вам случайно в вашу милую парочку третий не нужен? Я умелая. Пригожусь. — Хищно улыбнулась девушка, выставив фигурку в облегающей коже напоказ.

Меня передернула эта неприкрытая игра на публику. Понятно, что она драконит теперь Женю, исходя из каких-то своих собственных побуждений, но вот то, как отреагировал Антон, меня порадовало:

— Нет. Как только все решения будут приняты, мы уйдем вдвоем.

Женя промолчала, лишь взгляд изменился. Теперь глядела на Катю исподлобья, чувствуя неприкрытую злость. Не понимает Женя, что над ней просто глумятся. И вновь я решил не встревать, не мое это дело.

— Я не возьму этот грех на душу. — Вдруг как-то обреченно сообщил Дима, опустив топор. — Если вы не хотите ей помочь, значит, так тому и быть, пойду сам. Шеф, поможешь? — Обратился он ко мне, но ответить я не успел.

— Дим, скажи, а ты в курсе, чем Марк с Варей занимались, пока ты сладко дрых после дежурства? — Спросила Катя, и взгляд у нее был недобрый.

Это становится плохой традицией, что поперек меня отвечает Катя.

— Нет? — Сконфуженно ответил Дима, не понимая, к чему она.

— Тем, чем предлагала тебе заняться я, когда ты заступил в дозор. Сексом, имбецил ты протеиновый.

Мне внезапно сделалось не по себе, но не от заявления во всеуслышание, а от откровенной лжи.

— Не было такого. — Заявил я. — Я не спал с ней.

— Ну да, приди я с охоты на пять минут позже, мне бы пришлось ее с тебя снимать. — Хихикнула Катя.

— Какого хрена это ты сейчас решила сказать?! — Рассвирепел Дима, но зыркнул он злобно почему-то на меня.

— Ну, оки-доки, теперь я все поняла. — Хлопнула Катя в ладоши как-то обрадованно. — Прости пожалуйста, Марк, я хотела лишь узнать, с какого перепугу наш бравый защитник так возбудился, стоило этой козочке свалить.

— Ты… — Просипел, едва сдерживаясь, Дима. — Я ничего не…

— Забей, мы спасать эту тупицу идем или нет? — Перехватила девушка кинжалы и встала в пол оборота к чаще леса.

— Это правильно! — Заявила Женя. — Хватит уже спорить!

— Боги, дайте знак, что я не совершу самую большую ошибку в своей жизни… — Взмолился Антон и покрепче схватил лук. — Давайте найдем Варю. Мы поможем, но потом, как и было договорено, группу мы покинем.

— Уважаю твое решение. — Кивнул лучнику Дима, а взгляд его слегка разгладился.

— Катя. — Подошел я к ней и схватил под локоть. Она не сопротивлялась, а даже как будто поддалась. Наклонился к ней ближе, к уху. — Я человек не мстительный, ссоры не ищу, но и ты, будь любезна, не позволяй себе в мой адрес ничего подобного. Скажи прямо сейчас, что эта выходка была последней.

— Л-ладно, не горячись ты так, я же извинилась… — Судя по всему, мой тон был красноречивее тех слов, что я подобрал. Фраза так или иначе вышла куцей, ведь удалив оттуда мат, я срезал больше половины того, что хотел сказать.

— Давайте быстрее, пока мы тут стояли и спорили, кучу времени потеряли! Тушите костер, соберите что нужно и по следу. Антон, видишь что-то? Следы, может?..

Началась суета и беготня. В общем и целом, решение было принято, и мой внутренний человек перестал яростно бить в набат. Да, так лучше. Хотя бы попытаться сделать что-то, чтобы спасти. Насилия и смертей уже хватит, так мне кажется. Должно быть что-то, что делает нас людьми. И пусть она и правда поступила очень… неумно, если выражаться мягко, то бросить ее на смерть только из-за этого — не по-людски.

Кто-то выкрикнул подсказку, что на стволе дерева нужно оставить насечку, и желательно делать такую каждый небольшой отрезок пути. На два случая: если заблудимся мы, и если Варя таки сумеет выйти на тропу, совладать со своими эмоциями и решит вернуться. Так она хотя бы сможет переждать в относительно безопасной расселине.

В поисковой операции мой класс и навык вновь оказались бесполезными, а лучник опять блистал: ему удавалось поддерживать наше направление по следу, и пусть времени на изучение отметин в сырой земле нужно было много, он относительно четко говорил, куда волшебница побежала. А еще, на второй час пути, огорошил нас информацией о том, что система предложила ему профессию «Следопыт», и он решил ее взять, раз других предложений не поступало.

Не совсем понимаю, зачем он нам об этом сообщил, ведь формально себя он причастным к группе больше не считает. Наверное, именно поэтому и сообщил — информация для нас, отныне, бесполезная, а ему просто захотелось похвастаться. Что ж, мы его поздравили с этим новым этапом его жизни. Был логист, стал следопыт. Яблоко от яблони. Экстраполировал свой навык к чему-то более низменному, к земле.

Но, даже не смотря на то, что шли мы с точным пониманием куда, поиски затягивались. На исходе третьего часа мы взяли небольшую паузу, ведь двигаться по пересеченной местности не приучены, ноги от непривычной обуви быстро сбиваются, да и, ко всему прочему, нужно сохранять осторожность. Ведь спикировать какая-нибудь летающая тварь может так же бесшумно, как тогда, когда погибла Лена.

— Пить хочется… — Жалобно сказал Дима, опираясь предплечьем на ствол дерева.

Я был уверен, что Катя тотчас предложит парню попить из своей фляжки. Был бы уверен, если бы не стал частью некоей проверки с утра. И сейчас кое-что соотносилось со смыслом оной — Катя молчала и держалась особняком, не стремясь в первый ряд, и воды не предлагала.

— Вот, возьми. — Предложил свою флягу Борис. — Передай потом следующему.

— Спасибо, здоровяк. — Кивнул ему воин, хлопнул того по плечу и сделал щедрый глоток.

Мой стаканчик, болтающийся в инвентаре, имел еще одну важную характеристику — он мог быть наполнен, и свою полноту поддерживал и тогда, когда из инвентаря я его вынимал. Сейчас я в руке держал собственное изделие, до краев полное воды, которую мы уже проверили, и диарея никого не разобрала. Козленочком тоже никто не стал, испив из копытца. Так что жажду утолил и я, но порция была слишком мала, чтобы делиться. Не чета крутым платным флягам из магазина достижений.

Борины запасы живительной влаги быстро иссякли, и индивидуалистка Катя предложила попить только Антону, которому не досталось: свою порцию он уступил Жене.

Тот флягу принял, отчего у Жени вновь изменилось выражение лица. Но предъявить за флирт простую попытку помочь было трудно, потому она молчала.

— Как думаешь, где она? — Спросил я у Антона, присев рядом с ним на корточки, чтобы взглянуть на грязный ляпух в земле, для меня выглядящий как бесформенное нечто. Но Антон гордо называл это «следы».

— Смотри, здесь она уже не бежала. Шаг вдавлен глубже, брызг рядом нет, глянь, листва рядом чистая. Если не бежит, значит или выбилась из сил, или чувствует себя в безопасности.

— Я бы не был уверен насчет второго. — Высказался Дима.

— Я тоже. — Поддержал мнение Антон. — Но то, что края следа еще не обвалились и не сгладились, говорит о многом.

— И о чем же? — Спросила его Катя, уперев ножку в ствол и облокотившись на него спиной.

— Она рядом. До километра. — Ответил он не задумываясь.

— Весьма точное наблюдение. — Со скепсисом заявила Катя.

— Я прокачиваю профессию. Это же так называется? Прокачка? — Вдруг ни с того ни с сего спросил Антон.

— Ага, как в игре. — Закрыл вопрос Дима.

— Ну вот. Я теперь могу идентифицировать своим системным взглядом эту вмятину, и она подсвечивается как след и примерное направление. Я уже на три процента поднял это ремесло, это много? — Окинул он взглядом присутствующих. Уверен, искал не ответа, а понимания, кто так же овладел профессией.

И я кое-что подметил. Катя закусила губу и отвела взгляд. Отвечать решил сам:

— Я немного со своей профессией поигрался, но поднял за ночь тоже всего до трех процентов. Так что, думаю, у тебя очень хороший темп.

— Спасибо. — Улыбнулся лучник каким-то своим мыслям и распрямился. — Передышку можно считать оконченной? Жень, ты как?

— Все хорошо, я готова идти. — Улыбнулась и с готовностью кивнула целительница.

— Борь? — Спросил его Дима.

— Да. Тяжеловато, но я иду.

— Замечательно. Тогда — ходу, нечего тут стоять, мы близко.

— А меня ты даже не спросил… Ну-ну… — Не понимай я междустрочный смысл слов Кати, сказал бы, что она обижена, а сейчас просто подливает масла в огонь.

Но парень проигнорировал ее провокацию, и мы пошли дальше.

Скорость ходьбы взрослого человека варьируется где-то между четырьмя-шестью километрами в час, и если двигаться по верхней границе — это очень быстрый шаг. По асфальту или треку, и в удобной обуви, без какой-либо нагрузки.

А мы двигались: по пересеченной местности, буреломам, вязкой земле, среди кочек, поваленных веток и булыжников с человеческий рост. Шли в обуви непривычной, в обмундировании, и пусть на Борисе была лишь тканевая мантия, Дима шел груженый лишними килограммами. Плюсом, как известно, стадо движется со скоростью самой медленной овцы. Но и это еще не все. Отдых прошлой ночью можно было назвать лишь условным: стресс, странная еда и общая усталость прошлого дня тоже никуда не девается. Мышцы лихо забиты работой молочной кислоты, и лично я бы предпочел сегодня просто отлежаться. В обычное время. А время, мать его так, чертовски необычное.

Прогноз Антона на расстояние до цели и направление оказался ошибочным. Но не его выводы оказались ложными, а то, что буквально через пол километра Варя вновь побежала. И сейчас ее следы, рваными кусками с увеличившийся на длину ее ног амплитудой, вновь были неровными. По какому-то внутреннему мановению я вместе с Антоном всматривался в след каждый раз, когда он нагибался что-то проверить, но система не оказалась ко мне так щедра, и предложение освоить профессию Следопыта я не получил. Вряд ли бы я ее взял, если получил такое предложение, но в целом от системы в последнее время… тишина какая-то.

Видимо, наши наблюдатели, если таковые вообще есть, сейчас просто потирают свои идиотские инопланетные ладошки, глядя на нашу возню. И носа не кажут.

Еще получасом позже ливанул дождь. Да такой, что любая тропическая страна, ежегодно тонущая в сезон дождей, посчитала бы такой ливень апокалипсисом. Но… мне взгрустнулось, не будет больше островов, баунти, коктейля в кокосе и девочек в крошечном бикини. Все это осталось там, где какие-то говнюки из корпорации «Дер`Ал» вместе с не менее гадскими «Партнерами» все у нас отжали. До последнего острова. До последнего «Олл инклюзив».

Наверное, мне нужно было отвлечь свои мысли, подумать о чем-то пусть и не жизнеутверждающем, но хотя бы приятном. Потому что то, что пошел дождь, означало для нас две вещи: мы быстро замерзнем, а следы начнут неумолимо быстро размываться. И тогда, как выразился Антон, «баста». Однако, это еще не все новости, как оказалось.

— Стойте. — Резко остановил всех лучник и присел, пряча лицо под капюшоном.

Мы насторожились, и тоже попытались прикинуться ветошью, кто во что горазд. Я, например, прильнул к дереву по правую руку от лучника.

— Что там? — Постарался сказать Дима шепотом, но пришлось едва ли не перекрикивать барабанящий по широкой листве дождь.

— Следы. — Неопределенно ответил лучник, ковыряясь в земле и примеряя ладонь с отрезанным пальцем к одному из углублений.

— Что «следы»? — Зашипел Дима.

— Следы! Много, мать вашу, следов! Очень! Тут целый … Много народу в общем тут было!

— Твою мать, другие инициированные! — Выругалась Катя, выдернула из ножен кинжал и к чему-то приготовилась.

— Нет, не думаю. — Размахивая капюшоном из стороны в сторону еще более неопределенно сказал Антон, чем заставил всех напрячься сильнее. — След небольшой. Размером с мою ладонь. Тридцать третий, тридцать четвертый может быть.

— Дети? — Шокированно спросила Женя.

— Нет. — Снова покачал головой лучник. — Слишком глубоко для веса ребенка. Что-то другое.

— «Что-то»? — Переспросил Борис, на котором, под воздействием влаги, по форме каждой складки прилипла мантия.

— Да. Может, какие-нибудь животные местные, с лапами, похожие на людские стопы? — Предположил вслух лучник.

— Обезьяны может быть… Какие-нибудь чертовы мутанты, закидают нас бананами и поминай как звали. — Прокомментировала Катя.

— Важный отрезок. — Перекрикивая шум грома от зарядившей на горизонте несколько секунд назад грозы, сказал Антон. — Мы не знаем что это. Я Америку не открою, но похоже, придется драться.

— Что это значит? Ты собрался переиграть, Антох? — Спросил его Дима.

— Я просто пытаюсь донести до вас мысль, что Вари уже может и нет в живых.

— А может и есть! Пока не увижу ее живой или мертвой, не отступлюсь!

— Пу-пу-пу… — Многозначительно сказала Катя, натянув брови наверх, ко лбу.

— Тогда решайте. Повторюсь, я не знаю, что это, система не дает таких глубоких подсказок. Я даже количество сказать могу лишь приблизительно. — Заявил Антон не поднимая головы.

— А попробуй. — Сказал я, глядя на мешанину из грязи, которая стремительно заливалась водой.

— Пар двадцать ног, и есть ли тут Варины, сказать не могу. Еще минута, и след я потеряю. Решайте!

Спор вышел быстрый. Если там, на нашей относительно безопасной стоянке, мы еще попрепирались немного, потому что у каждого действительно было свое мнение на этот счет, то сейчас, проделав путь в несколько километров по следу, пусть и бесконечно сглупившей, но все же члена нашей группы, каждый решил все-таки попытаться ее отыскать.

Теперь, несмотря на то, что коленкор изменился, и поиски официально переименованы во спасение от неопознанной фигни, народ более трезво взглянул на ситуацию. Вооружился, кто чем мог, собрался с мыслями. И если мои вчерашние размышления о том, что уклониться от насилия не выйдет, были лишь размышлениями, то после всего пережитого я знал, что мои руки обагрятся кровью. И меня, черт побери, это если и страшило, то уже не так сильно.

— Быстрее! Идем или нет? — Рявкнул Антон.

— Идем! — Послужило ему ответом, нестройно, но ото всех.

Пятнадцать минут. Столько нам понадобилось, чтобы дойти до лагеря. По прошествии этих минут дождь не стих ни на йоту, и наши сапоги уже по голень проваливались в жидкую вязь, которая потеряла всякую надежность для шага.

Да, мы нашли всамоделишный лагерь с какими-то постройками. Мы заняли позицию под уклоном, в несколько градусов, может быть с десяток, и на пригорке были постройки. Спрятались мы за деревьями и камнями, едва заметили нетипичные для лесного пейзажа объекты. Постройки на опушке напоминали первобытные хибары, собранные на манер юрт, обтянутые кожей палки — каркас. Под одним из шатров, как мы решили называть эти домишки, горел большой костер. И там были эти существа…

Не мудрствуя лукаво, я прищурился, всматриваясь в одного из них, и активировал навык идентификации:

Объект: Греллин.

Тип: Стайный лесной хищник.

Уровень угрозы: ???

Особенности: Замедление метаболизма.

Слабости: ???

Способности: ???

Для получения полной информации повысьте уровень навыка Идентификация или используйте продвинутые средства анализа.

Мда уж, не густо, но даже так это сообщение говорит о многом. Навык идентификации жизненно важно прокачивать, главное понять, как именно. Ведь зная наперед слабости и способности тех, кому противостоишь — это уже наполовину выигранная битва, а ведь она еще даже не началась.

Что мне может сказать особенность этих… Греллинов? Замедленный метаболизм? Стало быть, впадают в спячку, запасаясь жиром, как многие животные. Или же могут прикинуться мертвыми в тот момент, когда угроза их жизни становится очевидной. И так и эдак может быть, и как вероятнее я сказать не могу, слишком уж мало знаю о мире и месте, куда попал.

Мои коллеги не преминули сделать тоже самое, и сейчас активно думали. Да вот только обсудить нам увиденное не довелось, потому что раздался крик.

Вернее даже не так. Вопль. Заглушаемый дождем вопль. Сильный, истошный, полный ужаса и отчаяния. Женский.

Одно из существ, внешне схожее с прямоходящей собакой, будь таковая в реальности, волокло Варю за волосы, а та безуспешно отпиралась. Пусть греллины и были малы, и в полный рост, насколько я могу судить, едва ли достигают роста в метр двадцать, тащил нашу подругу гад покрупнее. Судя по тому, что они были одеты в набедренные повязки поверх мокрой шерсти и были вооружены примитивным оружием, вроде моего топора, у них есть зачатки разума. А системная подсказка про то, что тип существа «стайный» так же ответила на многие вопросы. Перед нами их… главарь. Вождь? Вожак? Черт его знает.

— Это она! — Сдавленно, но отчетливо для нас сказал Дима, показывая на пригорок пальцем.

— Не торопись, ковбой! — Одернул его Антон, затаскивая обратно в укрытие за булыжником. — Ты что же это, всех нас угробить решил?

— Но нас же… нас не видно! — Пустился в спор воин.

— Нас! Слышно! Видно! Мы воняем! Шумим! Галдим и бесконечно тупим! — По пунктам, словно ударами молота, прояснил для парня ситуацию Антон.

— Понял…, но они же…

Тем временем, Варю раздели, привязали посреди лагеря к какому-то столбу, вроде как, или просто дереву с обрезанными ветвями, и несмотря на ее истошные крики, слышимые даже здесь, принялись… танцевать.

Да, эти хаотичные движения перепрыгивания с ноги на ногу, воздев копье или палку вверх, улюлюканье и в случайный момент почесывания бока я могу охарактеризовать как танец, потому что одно время интересовался культурой и бытом племен, которые живут вне цивилизации и кого тщательно охраняет Юнеско.

Корубо, Хадза, все они сохранили первобытный строй общества, и человечество в их деятельность и культуру не вмешивается.

Я снова отвлекся на свои мысли, пока греллины танцевали. Мы, группа людей, которые пришли сюда спасать эту тупицу на столбе, сейчас не могли найти здравого решения, как именно поступить. Думаю, у многих на языке болтался самый простой и прямолинейный способ, но слишком уж он рискованный — существ там раза в четыре больше чем нас, посчитать точно мешает угол зрения.

А потому мы просто наблюдали. Бессильные перед тем, что будет. Силились сообразить, как выкрутиться и выйти из ситуации с наименьшими потерями. Это не было конкретными идеями, лишь образами, попытками предугадать то, что предопределено.

Ведь на размышления и обсуждения плана времени нам никто давать не собирался. И эти существа, столпившись вокруг жертвенного столба, отплясывающие свой дьявольский танец, имели свои планы. Они и заставили нас считаться.

Похоже, это было что-то ритуальное. В пользу такой версии говорит то, как повел себя самый здоровый из этих гадов. Выкрикнув что-то низким, гортанным хрипом, он подал сигнал к началу. Ближайший греллин прекратил сокращаться под несуществующую музыку, ловко нырнул в один из шатров, а явился обратно к вожаку с серпом наперевес. Кривой такой серп, явно не сельскохозяйственный. Скорее, жатва предполагалась другая.

Вожак принял орудие, и поспешил им воспользоваться. И под задорное улюлюканье принялся за работу. А открывающиеся раны, причиняя наверняка нестерпимую боль, перекрывали криком отчаяния и ужаса — гомон толпы.

Глава 9

Греллины. Я запомнил это слово. Этих существ. Ведь мои глаза сейчас тоже застилала кровь. Не потому, что я ослеплен праведным гневом, и точно не из-за жажды мести. А от того, что на месте бедняги мог оказаться кто угодно. Там могла бы быть и Ульяна!

Я должен был победить в себе это чувство. Тошнотворную дрожь в коленях перед неминуемой дракой. Но только дать кому-то в морду в баре не тоже самое, что сейчас достать свой топор и идти в лобовую атаку против противника… пять, семь, двенадцать, двадцать? Да сколько же их тут?!

Инстинкт самосохранения вначале шептал, но сейчас он орал громче всего остального. Громче визга женщины. Пережди, приляг прямо тут, в грязи, слейся с местностью, зажмурься и пережди. Все решится без тебя. Переждать, просто переждать. Пока идет жатва дьяволопоклонников, и там собирают урожай крови.

Мой мозг, проклятье, искал простой выход из сложной ситуации. Высокоэффективный инструмент, работающий в режиме тушения пожара. Никто к этому не был готов. И всего лишь сутки этого ада не смогли нас научить. Но если господь смилостивится, и мы это переживем, осмыслить придется многое. В том числе и провести переоценку ценностей. А сейчас человечность пора отбросить. Ведь эти твари не думают о подобных высших материях, они пускают нашей коллеге кровь и собирают ее в чаши, выщербленные грубым инструментом в древесине.

Так, замедленный метаболизм. Это постоянный эффект или контролируемый? Если первое — значит, погони не будет, быстро растратят активный запас сил. Можно воспользоваться методом золотой орды, взять наскоком, спасти Варю и бежать. Если так — то сила этих существ не в том, чтобы загнать добычу, а вот в этой звериной, методичной жестокости. В стайности. Если второе… твою мать, даже думать об этом не хочу. Под нож придется пустить весь лагерь. Но проблема не в том, что меня терзают угрызения совести от отнятия жизни, а от простого и банального вопроса — а как это сделать?

Стая. Наверняка есть иерархия, тут семи пядей во лбу быть не нужно. Убить вожака — стая дрогнет или нет? Теория, не подкрепленная ничем. Господин Дробышевский, я надеюсь, один из порталов появился прямо внутри вашего пентхауса, и сейчас вы делаете зарисовки по местной фауне. Для потомков, если таковым суждено появиться на свет.

Я оглядел группу, обливаясь потом. Мне казалось, что я размышляю целую вечность, но в действительности не прошло и нескольких секунд. Я сжимал рукоять своего топорика изо всех сил, до белых костяшек, а икроножная мышца была так сильно напряжена, что если я через мгновение не разряжу этот импульс, ее сведет судорогой.

Члены группы были не в лучшем состоянии. Дима скалил зубы на манер зверя, неприкрыто демонстрируя неистовый оскал. Но, пусть и был взведен, как пружина, так же не рвался вперед из нашего укрытия. Он наверняка осознавал, что одно неверное движение и фарш в корову обратно не провернешь.

Антон, хладнокровный логист, сейчас держал лук с натянутой тетивой, а наконечник стрелы под его руками метался из стороны в сторону, выискивая приоритетную цель для выстрела. Но, пожалуй, для человека, который никогда в жизни не стрелял из лука, его прошлые попадания в живую, движущуюся цель — больше заслуга капризной Фортуны, нежели его собственное чутье и инстинкт охотника.

Борис был тенью себя самого. Глаза на выкате, сбитое дыхание, попытка спрятать свое тучное тело и сжать его так сильно, как только возможно. Да, он тоже трусил, и пусть в прошлых стычках за ним я подобного не наблюдал, здоровяка я не осуждаю. Никто не смог бы.

Женя тихонько всхлипывала и читала молитву. Ну, как, читала. Шевелила губами, вторя одно и то же. Слов не разобрать, и вряд ли она прикладывала усилия, чтобы исторгнуть из себя звук. Сжимала свои ладони в благоговении и шептала. Что ж, буря в ее душе сейчас не меньше, чем у всех нас.

И Катя. Отвернулась от ужасающей картины, вжалась в тонкий ствол дерева спиной, запрокинула голову к кронам, сплевшихся воедино зеленым ковром, и боролась сама с собой.

Еще секунда. Защита наших ментальных установок трещала по швам от раздающихся нечеловеческих криков, смешанных с шаманским камланием и дикими, гортанными воплями чужеродных существ. Сигнал бедствия, и его необходимо отработать. Я ненавидел себя за промедление, за то, что позволил себе подумать, прежде чем делать. Но это мой способ не сойти с ума от творящегося в это мгновение кошмара.

— Ее убьют. — Просипел Дима, сдерживая рвущийся комок слез.

До меня со всей ясностью дошло, что если я сейчас на перехвачу лидерство, не поведу всех в бой, то мы так и просидим тут, пока Варю не убьют, и после этого, нам как группе — будет конец. Мы не сможем ужиться вместе, зная, что если такое случится с кем-то из нас, то остальные будут просто ждать смерти товарища. А по одиночке мы не выживем.

— Не убьют, пора действовать. — Начал я, сообразив, наконец, как именно мы этого достигнем. — Ты — я указал на Борю. — Громко орать умеешь?

Парень часто закивал, тряся смотавшимися в сосульки от влаги волосами.

— Ты должен орать. Так сильно, как только можешь. Представь, что ты огромный и страшный медведь, а те гады — твоя еда. Справишься?

Он продолжал кивать.

— Ты. — Я указал на Диму. — Возьми это. — Мгновенно открыв вкладку инвентаря, я вытащил созданный накануне щит из коры. Как только он оказался у меня в руках, я применил на него свой навык упрочнения, чтобы он выдержал больше ударов.

— И что делать? — Его зубы стучали, не попадая друг на друга.

— Придется пролить кровь, иначе мы ее не спасем. — Я продемонстрировал свой уродский топорик, но почему-то именно он внушал мне уверенность. — Антон, ты должен помочь. Поддержать нас издали. Я помню, что ты хотел уйти, но…

— Давайте действовать уже, блин! — Шикнул он и кивнул, соглашаясь.

— Катя, твой звездный час. — Козырнул я девушке, и она сдулась, как шарик, наполненный водой, в который ткнули иголкой. — Прокрадись и убей так много, как только сможешь. Но только после нас. Мы нападем первыми и внесем как можно больше суеты.

— А мне орать? — Спросил Дима, безумно пуча на меня глаза.

— Ори. И я буду. — Согласился я. — Остальные ведут себя тихо, как мышки. Так победим.

— А мне? — Подала голос Женя, заметив, что я ее пропустил.

— Просто береги себя, твои силы понадобятся. Ран будет много. ВПЕРЕД, МАТЬ ВАШУ!

— ААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! — Раздалось нестройное, полное боли, животного страха и взгляда в глаза судьбе, или смерти. Кому как виднелось перед этим шагом.

Борис растянул свою мантию так широко, как смог, стараясь сделаться визуально еще больше. Расставив руки в стороны, он двинулся наверх, на холмик, и выглядел и впрямь ужасающе. Вопль раненого зверя, громогласный и угрожающий. Мои инструкции он воспринял довольно прямолинейно, и сейчас действительно напоминал кого-то пугающего и выжившего из ума.

Реакция от лагеря греллинов последовала незамедлительная, и была она не совсем той, на которую я рассчитывал: удирать никто не спешил, но вот застать гадов врасплох и внести сумятицу вышло. Линчевание было остановлено, по рядам мелких, грязных гадов, пошел ропот.

Вслед за Борей вперед ломанулся и Дима, размахивая своей секирой и прячась за щитом. Орал он не слабее, но явно выше, что добавляло какофонии. А замыкающим на холм взбирался и я, и вопил больше для проформы — эта двоица создавала достаточный шум и мельтешение.

По левую руку от себя я заметил Катю, которая сделала быстрый шаг из своего укрытия в сторону холма и стала какой-то наполовину прозрачной, что ли. То есть ее очертания оставались видимыми, но текстура и цвет пропали, вбирая в себя цвета окружающей среды. Вот он, оказывается, ее стартовый навык ловкача, который она скрывала. Маскировка с местностью. Могу с уверенностью сказать, что не знай я ее стартовой позиции, в суматохе боя отыскать бы не сумел.

Мимо моей головы просвистела стрела. Антон принялся за дело. Но, судя по тому, что усвистел снаряд куда-то выше, выстрел был пристрелочный. Мне пришлось поверить в чутье этого мужика, и что он начнет попадать.

Столкновение неизбежно, и главной силой нашего наступательного отряда был именно Дима. Ведь Борис просто страшный, а у владельца секиры еще и аргументы есть, вполне острые. Впрочем, наш великан разжился камнем, и именно им сейчас и размахивал.

Шмяк! Брошенный невпопад булыжник впечатался в тупую собачью морду греллина, и тот, впитав инерцию, сделал двойное сальто назад. И сдох — с проломленным черепом особо не поживёшь.

— МОЧИ ГАДОВ! — Орал Дима, подхлестываемый теперь не только страхом, но и адреналином. К нему тотчас сбежались трое мелких, вооруженных невпопад дубинками и каменными кинжалами. Он принялся теснить их щитом, и из-за укрытия поддавал секирой, больше толкая, нежели серьезно раня, потому как — всё не мог размахнуться.

Первая кровь за лекарем, именно его бросок камня ознаменовал начало. Но и остальные осаждающие стоянку включились. Катя, Дима, Антон тоже попал.

И я. Уместно ли будет сказать, что бить этих существ сверху вниз рубящей кромкой заостренного камня, привязанного к палке, было весьма удобно? Целью я был не самой заметной, а оттого к моей фигуре стянулась малая часть греллинов. Я маневрировал. Длина моих рук и ног позволяла мне находиться в относительной безопасности, и атаковать наскоками, задержав дыхание перед рывком. Так мне было отчего-то, спокойнее, как внутренний рубильник к действу. Думаю, если бы враги были ростом с нас, я бы не решился поднять всех в атаку. А так, считай мелкотню бьём. Мы ведь сильнее каждого один на один и всё что нам надо, разбить схватку, разделяя врагов.

Мы большие счастливчики, что эти существа не овладели более сложным арсеналом колюще-режущего инструментария, чем мои потуги мастерового. Луков, пращ и прочего дальнобойного у них не нашлось.

Но вот и мое время пришло. Я не рэмбо и не терминатор, строго выполняющий функцию по нанесению урона. Так что бой, в том виде, в каком я воспринимал его на подступах, видеть я перестал, полностью сконцентрировавшись на том, как бы самому выжить, при этом не слишком растягивая удовольствие.

Обходят с двух сторон. Применять упрочнение нельзя, сломается укрепление на щите. Я пятился назад, удерживая древко топорика так крепко, как мог. Греллин слева кидался вперед, яростно скаля псовью пасть, размахивая перед собой кинжалом. Отступал еще, не выпуская из виду существо справа. Конечно, они старались меня загнать, и я держал в голове, что у меня есть еще несколько метров, пока склон не станет покатым.

— Н-Н-Н-А! — Услышал чавкающий звук и возглас Димы, но самого действа не видел.

На меня напал левый, я тут же ушел вправо, и постарался догнать продолжающего по инерции движение греллина топором в спину, но неудобно: руки пусть и длиннее, но из правой позиции бить по левому противнику неудобно, так что лишь чиркнул гада по плечу.

Тотчас, словно из ниоткуда, возник второй, и попытался меня пырнуть. Изогнулся в животе, выводя спину назад, а рука сама двинулась сверху вниз. Звук ломающегося черепа вибрацией отдал мне в руку и был пойман внутренним ухом. Мерзость. Бурая, неестественно густая кровь обильно потекла из раскрытой черепушки. Один готов.

Но твари не страдали моральными дилеммами от потери союзников, и нападали с тем же остервенением, что и до. Разве что азарта прибавляли, а что еще хуже — учились. Я заметил, что уклоняться и обманывать мне становится все труднее, и мои движения отлично читаются.

— Уродец мелкий, мать твою, а ну, иди сюда, решил ко мне лезть? — Услышал я крик Димы, и невольно бросил взгляд в сторону голоса. Он буквально танцевал с вожаком, они примерялись к ударам, но схлестнуться не спешили, а мелкие прихлебатели обступили парня кругом, создавая некое подобие арены.

Оставшийся «мой» противник нагнулся, собирад в кожистые лапы с тремя пальцами ком грязи и швырнул в меня, еще и так сильно! Ляпух прилетед в лицо, еще с камнями собрал, гадина. Цена отвлечения! Утираю рукавом закрытые грязью глаза и пропустил жгучий, нестерпимо болючий удар доисторического клинка в бок. Вошел он неглубоко, но рана скверная. С остервенением отмахивался топором, и наконец попал, вырубив гада обухом — развернуть режущей кромкой было несподручно.

Жжется, жжется! А вдруг они владеют ядами? Все, Марк, кирдык тебе? Стоп, отставить панику, это просто безмозглые монстры, пусть и умеют пользоваться примитивными орудиями труда, откуда у них познания в химии. Коснулся мелкой рукояти вражеского ножика, который все еще торчал в моем боку сантиметров на пять, и вспомнил опыт из фильмов. Выдергивать нож нельзя, иначе истеку кровью.

Но, черт подери, одно дело осознавать и совсем другое, выполнять. Мол, и с заточкой в боку нормально драться! Конечно же я его сразу выдернул, потому что жжется! Пусть кровь течет, но я хотя бы смогу двигаться, не загибаясь от боли. Особенно учитывая количество адреналина в моей крови на текущий момент.

Арена перестала формироваться, твари в количестве, навскидку, штук пятнадцати, обступили воина, и в кругу он остался с вожаком. На нас, нападающих, ноль внимания. Только орут и улюлюкают, устремив взгляды на своего главаря.

Я вновь осознал, что не знаю, что делать. Нет, мы неплохо справились, трупы сволочей виднелись тут и там, но текущий расклад выглядит прескверно. Пока думал, с силой зажимал правый бок, и между пальцев скользко уже не от дождя и грязи.

Варя жива, но истекает кровью из раскрытой продольной раны на бедре, которую оставил вожак. И ещё несколько мелких порезов, с виду неопасных. Дима в окружении, и его вот-вот разорвут. Боря застыл, как каменное изваяние, и взглядом ищет дрын или камень. Но он, по крайней мере, цел. Катю не видно, как и Антона, они остались вне поля моего зрения. А мой топорик… черт, на нем же не было упрочнения, а его базовый запас прочности чертовски мал. Последний удар обухом заставил лопнуть мою самодельную веревку, и сейчас даже взмах этим орудием приведет его в негодность.

Твою мать!

Самый здоровый из греллинов, в кругу с Димой, пророкотал что-то гортанное, явно обматерив человека напротив. Я понял это на уровне ощущений, а подтверждением осмысленности выкрика стало системное уведомление, так не вовремя вылезшее прямо посреди моих раздумий.

Прогресс в развитии личного навыка: Лингвистика. 1%

Лингвистика: 1% из 100%

Значит ли это, что твари разумны, и с ними можно вести переговоры? Хрена лысого, я что, парламентарий какой-то? Нет уж, они первые пустили кровь.

— А ну, народ, мясом их! Боря, тушку хватай и бросай нахрен в толпу! — Скомандовал я и тоже наклонился к телу. Боль прошила бок, но я, стиснув зубы, ее переборол.

— Э, я же тут! — Отзывается Дима и в растерянности осматривается.

Ошибка, придурок! Не зевай!

Боря подхватил ближайшего почившего греллина, и с натугой бросил тельце с двух рук из-за головы, прямо в толпу, окружившую нашего воина. Я подключился, повторив сделанное Борисом, раскрутил одного из мертвых гадов за ногу и швырнул туда же, куда придется. Эти тупые сволочи точно такого не ожидают, это заставит их отвлечься. А если нет — то я тогда и не знаю, как вызволять нашего бравого солдата.

— АНТОН!!! — Крикнул я, перекрикивая дождь и вопли.

Моя команда забросать греллинов их же телами оказалась палкой о двух концах. Дима, зазвевавшись, получил мощную зуботычину и страшную, тяжелую рану по животу серпом. Инструмент от силы удара сломался, увязнув в искореженном металле латного нагрудника. Но цели этот план, пусть и не без огрехов, но достиг.

Стрела. Всего одна, но ее оказалось достаточно. Лучник попал куда целился.

— Как в тыкву сраную! — Безумно засмеялся Дима, глядя на торчащее древко из клыкастой башки вождя и не обращая внимания на боль от раны.

— Добивайте их! — Вновь кричу я, бросаясь к следующему телу для броска.

Воин, вобравший в себя какое-то умопомрачительное количество уверенности, перехватил секиру за самый краешек древка и раскрутился, как чертова мясорубка! С криками и проклятиями он крутился и переставлял ноги, аки балерина или фигурист на льду, стараясь задеть мелких, но те, увидев, что случилось с головой их босса, дали в рассыпную.

Что ж, и тут я оказался прав. Убить вожака оказалось главнее.

— Никому не дайте уйти! — Кричит из укрытия Антон и поддерживает нашу авантюрную свалку быстрым огнем, пусть и не всегда результативным.

Катя, мрачный холодный жнец, оказалась самой кровожадной. Она подкрадывалась к существам в своей маскировке, наносила удар и передвигалась к следующему. Те, кто пустился наутек, в занимаемой ею зоне были убиты. Несколько тварей проскользнули мимо Бори, но то лишь потому, что ему особо нечем было их останавливать, а хватать уродцев голыми руками он не решался, и это логично. Однако, ему никто не говорил, но одного из мертвых греллинов он приспособил в качестве дубины, и махал уже им. Ему удалось подрубить ноги двоих убегающих их же собратом, и теперь гады ползли. С ними в итоге разобрался воин, закончив свое безумное вращение.

Мимо меня проскользнул всего один, но и то, его настиг выстрел Антона. Их ломанулось сразу четверо, и я банально не успел. Так что, совокупно из этого лагеря сбежали всего несколько существ. Плохо, но не критично. Плохо из-за потенциальной опасности того, что гады приведут сородичей из других лагерей, если таковые есть. Это лишь предположение, не подкрепленное ничем, кроме излишней осторожности. Но шансы явно не нулевые.

— Туда их! Туда! Боря, что ты за чудовище, отпусти ногу этого придурка! — Восклицает Дима, едва стоило драке стихнуть. Его грудь вздымалась часто и мощно, а из живота на штаны сочилась кровь, но ему было будто плевать.

Великан, выходящий из боевого исступления, наблюдал то, что осталось от его снаряда. Одна оторванная в бедре нога. Он выбросил ее, скорчился в омерзении и стошнил. Но, стоило ему прочистить желудок, он нюни не развел, а тотчас принялся помогать воину с его раной.

На холм взобрались Женя и Антон, заполошенные, не менее нервные, оглядывающиеся по сторонам. Девушка кинулась ко мне, разглядев, как я зажимаю окровавленный бок уже полностью красной ладонью, и тихо прошептала.

— Боже, что же вы тут устроили… — Ее ладони озарились магическим сиянием желтоватого цвета и потянулись ко мне.

А после мы, горстка тупиц, услышали возмущенный, полный горести и негодования возглас:

— Эй вы, уроды, я же помру тут! Снимите меня отсюда! — Это был голос Вари, живой и даже довольно бодрый, учитывая, в какую передрягу она попала.

--

от авторов: будем очень благодарны комментариям и всяким лайкам. А то право дело, создаётся впечатление, что пишем в пустоту) Обратная связь чертовски важна)

Глава 10

— Снимите ее, скорее! — Скомандовал я, вскинув руку в сторону все еще висящей на столбе и явно негодующей Вари. Похоже ей не так сильно досталось, как мне казалось, особенно учитывая как бодро она верещит и кроет нас матом. — Жень, спасибо, помоги ей.

Лекарь кивнула и, закончив прихватывать края моей дырки в боку, упорхнула к мужу, который уже спешил перерезать веревки, которые удерживали тело подруги. На помощь вызвалась Катя, и своими кинжалами перерубила хомуты.

Я стоял и смотрел на развернувшееся побоище и его результаты. Дождь стихать не спешил, как того требовала драматургия момента, а потому моргать приходилось чаще. Боль в боку толчками нарастала, вызывает во мне желание согнуться, присесть, а еще лучше — прилечь.

Но делать этого нельзя. Опять же, сужу по тому, что видел или слышал. Так всегда бывает, раненый ляжет и помрет. А я этого вот совсем не хотел, так что требовательно заставил себя оставаться в сознании. В конечном итоге, кровь больше не льется так сильно, рану нужно будет промыть, прикупить что-то вроде антибиотика в магазине достижений.

Кстати об этом. А где награда за бой? Мы тут перебили целую кучу врагов, едва уцелели сами, и это все? Нет, я понимаю, что главной наградой станет то, что мы спасли своего человека. Как оказывается человек быстро привыкает к наглядному поощрению своих действий, при казалось бы явно деструктивно направленных наклонностях. Убил кого-то, получи вещественную награду, и приток эндорфинов в кровь.

Но… в любом случае, какое-то послевкусие неприятное осталось, что система нас обделила. А это значило, что лекарств и пополнения запасов ждать не стоит.

Горестно вздохнув от такой несправедливости, я влил в себя свой последний красный флакон, в надежде, что он поможет от боли, и пришел ближе к своим.

— Да не верещи ты так, царапина же! — Насмехалась над Варей Катя, пока усилиями Жени ее обширная продольная рана на бедре закрывалась.

— Гады… почему так долго-то, меня же тут чуть не убили, не изнасиловали, не съели… — Шипела девчонка, корчась от боли.

— Все хорошо, все закончилось. — Успокаивал ее Дима и поглаживал по лбу, убирая в сторону мокрые прилипшие волосы. — Сейчас рану закроем и отведем тебя в тепло.

— Кстати об этом. Лагерь было бы неплохо осмотреть. — Вдруг серьезно заявила Катя, осматриваясь.

Что ж, я тоже об этом подумал. Место на возвышенности, скрыто густой чащей, тут есть примитивные, но постройки, что гораздо лучше нашей пещеры, в которой мы провели первую ночь. Так что мысленно с идеей Кати я согласился. Да и в любом случае, не возвращаться же нам обратно несколько часов через лес в такой ливень.

— Дайте что-то…, а то долго на мои сиськи пялиться будете?! Где моя мантия… — Стонала Варя и причитала. А мы как-то и не сообразили сразу, ведь главное ее вылечить, а человек сейчас лежит голый в грязи. Жуть какая. И как назло не было видно чего-то, чем ее накрыть, кроме тряпья, в которое на манер поясных повязок заматывались греллины.

— Я поищу! — Сказал я, и тотчас сконцентрировался на задаче. Раз уж девушку раздели, значит, куда-то ее вещи они должны были положить. Не пустили ведь на тряпки сразу?

— Я с тобой. — Подключился Антон. — Хороший ты план придумал, ничего не скажешь.

Я осекся.

— Это сарказм?

— Нет, и не думал. Черт его знает, кем надо быть, чтобы в подобной ситуации так хладнокровно предложить план для каждого, который еще и сработает.

— Тогда спасибо. — Кивнул я не глядя на лучника, а высматривая что-нибудь похожее на одежду. — Ты тоже молодец. Лучший выстрел из лука, что я видел за всю свою жизнь.

— Ага, Дима тоже заценил. — Усмехнулся Антон. — Видишь что-нибудь?

— Не пойму пока организацию этих тварей. В их хибарках ничерта нет кроме вонючего тряпья, — начал я, заглядывая в очередную постройку, — и все одинаковые, как на подбор.

— Может, вон в той? Дом главаря? — Указал пальцем на противоположную сторону лагеря лучник, в домик покрупнее прочих.

— Может. Пошли глянем.

— Шушукаетесь? — Возникла позади нас Катя и на оба наших с Антоном плеча легли ее ладони. — Я с вами, не хочу смотреть, как они жабу препарируют.

— Что делают? — Удивился Антон и обернулся через плечо.

— Рану лечат. — Хихикнула Катя. — Но порез там серьезный, есть вероятность, что ходить она не сможет, задеты нервы.

— Я думаю, это не проблема. — Немного подумав, ответил я. — У нас тут вокруг чёртова магия-шмагия. Зелья лечения есть, навыки какие-то. Думаю, в теории можно получить навык регенерации и отращивать конечности, как ящерицы хвосты. Ничего нельзя исключать.

— А ты сам как? — Проявила девушка какое-то подобие… заботы? — Я видела, как тебя ранили.

— Все в норме, Женя подлатала, зелье выпил. — Сказал я, кивнув и Кате и Антону. Ведь его жена постаралась.

— Гляньте-ка сюда. — Прервал любезности Антон, заглянув в самую большую хижину.

Была она размером… ну, вроде бы как гараж, только круглая. Под одно машиноместо. В дальнем от входа месте привычным способом навалены грязные тряпки, которые скорее всего являлись лежанкой, но внутри было кое-что еще.

— ААААААААААА, КАК ЖЕ БОЛЬНО! — Донеслось от нашей группы, и я невольно обернулся. Дима поднял девушку и понес ее в одну из хибар, а Борис тем временем вытаскивал оттуда вонючий хлам, ведь находиться в «помещении» без рези в глазах невозможно.

— Разберутся. — Сухо сказал лучник. — Вот.

То, что хотел показать Антон, нас удивило. В отдельной куче были свалены вещи… других инициированных. Такие же, как наши. Мантии, кольчуги, кожаные и металлические элементы брони. Все сплошь стартовое, но, господи… Сколько они поймали народу? И главное… Где все?

— Твою ж мать. — Мрачно проговорил лучник, перебирая кучу. — Значит, Варя не единственная стала их добычей за последние сутки. Кровожадные твари.

— А где тогда тела? — Подняв одну бровь вверх, спросила Катя, озвучивая мои мысли.

Этот вопрос повис в воздухе. В мою голову тотчас полились варианты. Если эта куча не разграблена другими инициированными, значит мы в этом лагере первые, кому удалось одержать победу. Что, впрочем, неудивительно, ведь и трупов греллинов, когда мы явились, еще не было. Но я подумал именно так, потому что не исключено, что кто-нибудь, проходящий в этот момент испытание, не имеет способности такой же или похожей на, например, Катину. Ничего не мешало бы прикарманить в инвентарь несколько вещей.

Значит, тела где-то быть должны. Хотя бы что-то.

— А может, они каннибалы? Обескровливают, а потом едят? — Подумала кинжальщица вслух.

— Как тебе удается так легко выдумывать подобные объяснения? — Зыркнул на девушку Антон, одновременно с этим выудив единственную мантию, не запачканную кровью.

— Но логика-то быть должна. — Пожала плечами девушка.

— Давайте продолжать искать. — Меланхолично сказал я, желая поскорее разобраться с этим. Мне было физически неприятно перебирать эти вещи, ведь их владельцы… впрочем, если отбросить мораль, теперь это ничье. А нам может и пригодится.

— Я отнесу это. — Сказал Антон, показал мантию и вышел из шатра.

Бой окончен!

Награда:

65 очков обучения.*

65 очков достижений.*

Ваш персональный вклад: 19%.

Ваша доля: 12 очков обучения, 12 очков достижений.

А вот и системное сообщение подоспело и я морально почувствовал себя значительно лучше. Хоть нас и подсаживают на крючок оценки всех действий, но здесь и сейчас я не то, что не против. Я всеми руками за.

Оценил совокупную награду, и для себя сделал вывод, что вышло очень даже неплохо. Даже если учесть выпитое зелье, я смогу его восполнить и все еще оставить при себе семь очков достижений. Что, в целом, плюс.

Но почему так поздно? С момента, как битва завершилась, прошло минут пять, если не больше. Я решил спросить об этом у Кати, как у единственной, кто сейчас рядом.

— М-м… может, те, кто убегали, все еще считались участниками боя? И их что-то убило по пути? Или просто удалились на определённое расстояние? Кто знает. — Ответила она и резко переключилась. — Марк, а Марк, а сколько ты получил?

— За бой? Погоди-ка… — Обзор мне закрыло еще одно, большое уведомление, и я решил его прочитать, несмотря на то, что тот механический голос вернулся и дублирует мне все голосом. Но читать все же привычнее.

Согласно заключенному пакту (раздел 9. пункт 1.1. кодекса) с Землей о вступлении в межвидовую, межгалактическую торговую и политическую сеть, любая разумная форма жизни, прошедшая первичную инициацию, подлежит дополнительной классификации по шкале социальной когерентности.

Ваши действия зафиксированы как соответствующие минимальному порогу для инициализации данного протокола.

Вам присвоен предварительный статус: Кандидат.

Важно:

Присвоение полноценного Социального Ранга первого уровня делает данный параметр нескрываемым и отображается при любой процедуре идентификации, проводимой санкционированными системами и/или разумными существами, обладающими такой возможностью.

Социальный Ранг не является и не заменяет личностный ранг в профиле, а существует параллельно, определяя иерархический вес особи в рамках межличностных и межгрупповых взаимодействий.

Система, в лице уполномоченных наблюдателей, заинтересована в отслеживании и поощрении роста подобных кандидатов, так как они представляют потенциальные узлы стабильности и повышают общую предсказуемость развивающихся социумов.

Текущий прогресс: 14%.

Данные внесены в ваш профиль. Дальнейшие уведомления по теме будут поступать по мере изменения статуса.

Понятно, что… ничего непонятно. Похоже, что система как-то все же оценила мои действия по подготовке операции по спасению Вари. Но что это все значит — я решительно не понимаю. Несмотря на то, что сообщение передано мне в понятной форме, мне не ясна его глубинная суть. Это калька на иерархию? С ростом влияния будет расти и ответственность? Мне не хватает перед глазами примера, как это применяется в действительности, а без него этот текст — пустышка, которая…

— Эй, Марк! Ты чего залип? Очнись! — Катя потрясла меня за плечи, а её взгляд на миг показался мне обеспокоенным.

— А? Нет, я не залипал, все в порядке. — Выбросил я из головы пока не имеющее для меня значимости уведомление.

— Ага, конечно. Глаза остекленели, смотришь на меня так… я подумала сначала, что шторку хибары закроешь и набросишься…

— Мечтай. — Фыркнул я. — Награду обсудим позже. Давай соберем отсюда максимум ценного и вернемся к остальным, будем думать, что дальше делать, заодно Варю проведаем.

— Хорошо, поняла. А насчет Вари… — Многозначительно протянула она ее имя. — Ты уверен насчет нее? Нет, ты не подумай, у меня может и есть личная неприязнь, но только потому, что она тупица и крыса. Но она своими безрассудными действиями поставила под угрозу кучу жизней! Ты ранен, Дима… — его имя она будто выплюнула, — тоже. Это обязательно повторится, и не один раз. Она дестабилизирующий элемент.

— Я сторонник демократии, но твой голос учту. Обсудим это в более подходящее время. За дело!

Мародёрство. Но мы не страдали от угрызений совести, Да к черту это, я не желаю даже слушать свой собственный внутренний гундеж о неправильности подобного поведения. Есть что-то полезное — значит, оно нам нужно. Не сейчас, так пригодится позже. Нет смысла распекать себя за то, что мировой порядок изменился, а вместе с ним и мораль. Она больше не имеет смысла, по крайней мере в таких ситуациях. Тем более, это всё же скорее боевые трофеи. Отобранное у разбойников ведь так расценивается?

Мы стали богаче на несколько хороших стартовых наборов, которые полагаются каждому инициированному. Несколько мантий, парочка неплохих металлических доспехов, несколько кожаных, в том числе и отличный плащ с капюшоном, которого я не видел ни у одного стартового класса. К сожалению, это все. Зелий, или еще чего-то ценного, мы в шатре вожака этих гадов не нашли и решили возвращаться.

Одну из хибар остальная часть группы привела в порядок, выбросив все вонючее, и внутри даже стало сносно. Дождь не заливает, тепло удерживается, раненую удалось уложить и оказать ей помощь. Сейчас Варя спала, а остальные стояли снаружи, размышляя вслух о дальнейших действиях.

— Как обстановка? — Спросил я расплывчато, ожидая услышать как можно больше.

— По поводу Вари. — Взяла слово Женя. — Рана плохая.

— А если подробнее? — Уточнил я и получил негласное одобрение остальных на обсуждение этой темы.

— Я не рассказывала, но прежде, чем пришла в компанию, училась в меде. Бросила, не закончив, когда мы с Антоном поженились.

— Ага, мы многое пережили, прежде чем… — Вклинился лучник.

— Так вот. Я это сказала к тому, что у меня есть представление о том, что будет.

— Понял. Так в чем дело с ней? — Решил я вернуть разговор к конструктиву.

Женя вытерла ладони о какую-то тряпку, но кровь лишь размазала. А голос ее мне показался чрезвычайно усталым, непривычным.

— Серп, которым ее ударили, прошелся по внутренней стороне бедра. Там много сосудов, нервов. Артерия не задета, иначе бы истекла кровью в считанные минуты. Но резанули глубоко.

Для того, чтобы всем стало понятнее, она села на корточки, отставив правую ногу вперед и задрала мантию, чтобы показать на себе.

— Видишь, — начала она водить пальцем, — тут у нас портняжная, полусухожильная… Все распахано. Я края свела, магию свою влила всю, чувствую жуткую усталость. Но, Марк… — Она подняла глаза. — Такое ранение бесследно не пройдет. Сухожилия могут укоротиться. Как срастется — непонятно.

— Вот такие пироги с котятами… — Заявил Дима, сидящий неподалеку, без искореженного нагрудника, а нательная рубаха-поддоспешник была задрана. Его рана тоже была залечена, и сейчас он ее рассматривал.

— Она выживет? — Спросила Катя, словно надеялась услышать отрицательный ответ.

— Выживет. Даже, наверное, ходить будет. Через неделю, может, с костылем сдвинется с места. Но длинные переходы, бег, сражения… Забудьте. Нога будет слабая, будет подворачиваться. И боль тоже вряд ли теперь ее покинет.

— Она — заклинатель, может, сумеет обойтись? — Спросил Антон, сложив руки на груди.

— Это еще не все. — Прервала мужа Женя. — А если начнется гангрена? Инфекция. Антибиотиков в магазине достижений нет, мы проверили, как только получили награду.

— А твоя магия не дезинфицирует? — Спросил я.

— Если бы я знала. Но, если мы сейчас просто поверим, что да, дезинфицирует, а это окажется не так — ее ногу придется отрубить. Прямо у таза.

Дима бледнел все сильнее и сильнее, пока слушал наш разговор.

— Мы спасли ее от смерти сегодня. Но надолго ли?

— Что мы можем сделать, Жень? Это не крик о помощи, а попытка мыслить в сторону наших возможностей, а не ограничений.

— Нам придется сфокусироваться на том, чтобы ее вылечить. И работать придется всем. — Пожала она плечами и обернулась внутрь, к раненой.

— Марк, я скажу вместо нее. — Сплюнув, начал Антон. — Это нецелесообразно. Борису, не в обиду тебе, здоровяк, не хватит знаний.

— К чему ты клонишь? — Спросил я, но внутренне уже все понял.

— К тому, что мы намеревались уйти. У тебя хватит смелости и силы прервать ее страдания, когда начнется агония?

— Не смей так говорить! — Внезапно, спокойно и отстраненно сидящий Дима вскочил на ноги и схватил лучника за грудки его кожанной куртки. — Она выживет! Мы должны ей помочь восстановиться, и если мне придется сломать тебе ноги, чтобы ты никуда не ушел, я это сделаю!

Я ударил по рукам Димы сверху вниз, разрывая его захват.

— Какого хрена, Дим? Что за истерика?

Антон отвел глаза в сторону.

— Мы не можем ее бросить! Я… Я… Жень, что нужно делать? Нужно много очков достижений и мы сможем что-нибудь купить, что ее спасет? Нужно добыть какой-нибудь корешок волшебный в этом сраном испытании, который поставит ее на ноги? — Парень терял самообладание и срывался на истеричный крик. Я оборвал его.

— Успокойся, мы сейчас на открытой площадке, а ты голосишь на половину леса. Спокойно все обсуждаем. Никто никого не хоронит, мы найдем выход.

— Марк. На пару слов? — Спрашивает у меня Антон разрешения поговорить тет-а-тет.

Я кивнул и отступил в дальний конец лагеря, отставая на несколько шагов за мной плелся лучник, совершенно на себя не похожий. Мы укрылись в «главном» шатре.

— Слушаю тебя.

— Послушай, моя идея уйти… Мы хотели затаиться так глубоко, как можем. — Словно нашкодивший ребенок, рассказывает Антон. Я не перебивал его и просто кивал, демонстрируя свою готовность воспринимать информацию. — Чтобы не подставляться ради кого-то. Эгоистично, но у меня есть причина.

— Все еще слушаю, хотя я одобрил ваш уход и принял его.

— Женя беременная. За две недели до случившейся жопы узнали.

— Та-а-а-а-ак… — Я шумно выдохнул и взглянул себе под ноги. — Есть что-то еще, что я должен узнать?

— Да. Ты нормальный мужик, как и большинство здесь, ты сможешь понять. Я просто не могу позволить супруге погибнуть глупой смертью в попытке спасти умирающую.

— И ты мне это говоришь для…

— Для того, чтобы ты успокоил Диму. Он с какого-то перепугу очень остро реагирует на любое упоминание состояния Вари. Если нужно, мы уйдем незаметно.

— А если… Нет, я не уговариваю, но просто представь. Если мы останемся здесь?

Лучник посмотрел на меня недоуменно, и в его голове сейчас происходит попытка переоценить ситуацию.

— Что значит «останемся»?

— Оглянись вокруг. Ты заставишь беременную жену спать на ледяных камнях в чертовой пещере? Я понимаю, что срок маленький, но всё же, что лучше? Одни, в дикой природе, с опасностью подвергнуться нападению животных или вот этих вот греллинов, или здесь? Под крышей, с возможностью это место оборонять, охранять всей нашей группой, и параллельно лечить Варю? Тем более, мы с ней все равно теперь никуда не сможем пойти. Я собираюсь объявить о том, что мы будем укрепляться тут.

— Чёрт! — Только и смог произнести Антон, осознавая правильность моих слов.

Глава 11

Судя по виду Антона, мою идею задержаться здесь и выстроить оборону он решил крепко обдумать. Я же, в свою очередь, шокировано переваривал новые вводные — а заодно и осознавал истинную причину рвения этого мужа и будущего отца свалить куда подальше.

Он ни разу, если я верно помню, не сказал этого прямо, но нашу группу он считает ненадежной и даже опасной. Немудрено, немногим больше суток прошло, а мы столько наворотили уже. Впрочем, прямо сейчас он, изучая носки своих ботинок, взвешивал за и против.

— Марк, нет у меня права на ошибку. Если… если что-то пойдет не так, если что-то случится, моя жизнь кончена. — Объяснился он.

— Давай говорить фактами. Ты собирался найти нору поглубже и просто пересидеть эти два месяца? — Уточнил я, одновременно прохаживаясь по шатру.

— Да. — Коротко ответил он.

— И ты, конечно же, решил, что в одиночку займешься снабжением, обороной, дежурством, и в целом ты заправский выживальщик? — Продолжал я спрашивать.

— Да… — Гораздо менее уверенно ответил Антон, видимо, уловив, к чему я клоню.

По его лицу было видно, что он всё же терзался мыслями о том, как именно это будет происходить. Как он будет уходить на охоту, не зная, вернётся ли, оставляя супругу одну, в безвестности. И сто процентов думал о том, что с ней произойдёт, если вдруг с ним приключится несчастье, что, учитывая происходящее вокруг, не так маловероятно, как кажется. Как она будет справляться, учитывая факт беременности. Какая бы группа не была плохая, это всё же коллектив людей, по факту своего существования несущий разделённую ответственность. Коллектив — в котором у каждого есть своя роль и в котором есть место защите своих членов.

— Решать тебе, ты взрослый, сам способен нести ответственность. — Пожал я плечами и откинул очередную кучу тряпья в сторону сапогом.

— Да. Решать мне. — Кивнул он и нахмурился. — Ты прав, после увиденного сегодня и того, что ты сделал, чтобы спасти Варю… Я думаю, в группе безопаснее. Но!

— Но?

— Сутки. Или сколько тут чертов день длится. Короче, с завтрашним рассветом я приму окончательное решение. Я хочу обдумать все в спокойной обстановке, не наломать дров.

— Дрова нам как раз таки придется ломать. Но для костра. Скоро опустится темнота и придет холод.

— Да, ты прав. И больше ты ничего не скажешь? — Спросил он, застыв на выходе.

— А что я должен сказать? Поздравить тебя? Ну, я подумал что это не слишком уместно.

— Нет, я не об этом. — Качнул он головой. — Не будет никаких обвинений, упреков, попытки меня пристыдить?

— Господи, Антон, за что? За то, что ты всеми силами ищешь способ минимизировать риски для жены и неродившегося пока ребенка? Окажись я с Ульяной в такой же ситуации, поверь, меня бы совесть вот вообще не мучала. — Ответил я, подошел к лучнику и хлопнул его по плечу ободряюще.

— Ульяна?

— Ага. Жена моя, но… Я не знаю, здесь ли она. Успела ли.

— Черт, мужик, я думаю, с ней все в порядке и вы скоро встретитесь.

— Я тоже на это надеюсь.

Поговорив с лучником, я принял несколько решений. Моя идея остаться здесь — очевидно поспешная, и к этому выводу много причин. Нулевая разведка, мы понятия не имеем что вокруг нас. Есть ли тут источник воды, или быть может тут под боком похожий лагерь, а ночью нас просто тихо перережут греллины, как скот, пока мы отдыхаем?

Далее — меня беспокоили упущенные существа, сумевшие бежать. Куда они побежали? Ждать ли нам возмездия? При подобных думах готовиться лучше к худшему. Однако то, что я знаю точно — пока Варя в таком состоянии, долго и, главное, безопасно, идти мы не сможем. А до нашей расселины двигать порядочно. Да и что там в этой расщелине? Теснота и сырой мох? Зачем она нам? Так и сидеть там вповалку два месяца?

Минус, но это скорее несущественно — тут воняет. Хотя это поправимо. Так что, учитывая наше текущее положение, лучшим решением будет сделать так же, как и Антон. Взять паузу и хорошенько подумать, а заодно организовать народ для работ.

Кстати, так вышло, что я совсем пропустил момент, когда Дима утратил свою лидерскую позицию. Нет, он исправно ее выполнял, оставаясь моральным и идеологическим компасом, а также заряжал остальных на деятельность, этого у него не отнять. Но, черт, неужели у него и Вари есть что-то общее? Если подумать, он защищал ее там, в расселине, когда был разбор полетов. Защищал ее и в бою, прикрывая по возможности. Но что-то не сходится. С чего бы тогда волшебница кинулась соблазнять меня?

Не понимаю, да и не хочу понимать. Но разобраться с этим придется, и лучший способ не строить беспочвенных догадок, а прямо спросить. Этим я и собирался заняться.

А, да. Еще нужно убрать трупы. Совсем идеально было бы стащить их в одну кучу и сжечь, уничтожив возможность распространения инфекций и болезней. Зарево будет мама не горюй, но что поделать. Если так случится, что мы решим сделать это место своей базой, то поработать придется.

Антон ушел, а я, еще немного поизучав убранство главного шатра, отправился к остальным. Дождь еще, зараза, никак не спешил затихнуть, хотя бы чуть-чуть, и мне вдруг показалось, что продолжи он в таком же режиме поливать нас — стоянку просто смоет вниз. Ноги уже крепко вязли, удивительно, как никто не убился еще.

— Как у вас тут дела? — Заглянул я в шатер, который был переоборудован в лазарет.

— Спит. — Ответила Женя, кивнув на раненую.

— А остальные где? — Спросил я, все еще не входя внутрь.

— Должны быть рядом где-то. — Пожала плечами девушка.

— Спасибо, Жень. — Решил я ее поблагодарить. Самоотверженная и смелая, как моя Ульяна. — Ты много сделала сегодня. Отдыхай, кажется, магическое истощение штука скверная.

— Да уж… — Протянула она. — Да и день сегодня… Плохой.

— Не то слово. — Хмыкнул я и удалился, решив пока девушек не тревожить.

— О, Марк, приветик. — Улыбнулась мне Катя и помахала рукой, приглашая присоединиться к общему столпотворению.

Борис, Дима и Катя сидели в соседнем шатре, возле которого кучей навалена всякая вонючая муть. Значит, и там прибрались. Девушка выглянула из него чтобы позвать меня. Я прошел внутрь, кивнул присутствующим.

— Мы тут магазин изучаем. Думаем, на что свои богатства потратить. — Заявила девушка, хотя я не спрашивал.

— И как? — Спросил я для проформы.

— Там можно даже кровать купить. Кровать, Марк! Ох, мечтаю о теплой и сухой постели. — Предалась кинжальщица мечтаниям.

— Так, пока обстановка относительно спокойная, давайте поговорим. Где Антон? — Не стал я пускаться в рефлексию от отсутствия привычных удобств.

— По округе бродит, каждый камень поднимает. Ищет что-то, черт его знает. — Сказал Дима не поднимая на меня головы.

— И правильно делает. — Цыкнул я. — Вам бы тоже не мешало встать и осмотреть окрестности.

— А что искать? — Спросил Борис.

— Борь, все что выглядит полезным. Древесину, чистую ткань, металл, хорошие камни, может быть посуду. Нам действительно нужно обыскать это место. — Начал я рассуждать вслух.

— А тащить как? — Наконец, поднял на меня взгляд Дима.

— В смысле? В инвентарь сложили и алга. — Ответил я, не поняв его ход мысли.

— Нет, шеф, инвентарь не безразмерный. Посмотри, там есть индикатор веса.

Я послушал совета и открыл соответствующую вкладку.

Переносимый вес: 101/150

И впрямь. Этого недостаточно, чтобы собрать основательное количество ресурсов. Но почему так много занято? Больше двух третей. А, точно, я же сложил к себе находки из шатра вожака.

— Ну, значит, сделаем волокуши.

— Воло-что? — Поднял на меня бровь Дима.

— Боже, ты совсем деревня? — Пнула в бок парня Катя. — Штука такая, прародительница телеги.

— Ой, — отмахнулся от Кати парень, — ладно, я не знал что это такое.

— Значит, так. — Прервал я спор. — Надо начинать. Обыскиваем здесь все, что можем, повторяя за Антоном. За север примем направление «туда». — Я указал рукой в сторону массивного дерева на краю лагеря. — Борь, начинай осматривать там, Катя двигает на запад, Дима на восток. Мне останется юг. Ищем все полезное, складываем в самый большой шатер. Там временно устроим склад. Вопросы?

— Много. — Хихикнула Катя. — Но ты же не разрешишь, босс?

— Если ничего важного, то обсудим за ужином. А сейчас за работу.

Делать они начали без споров, что меня, несомненно, порадовало. Если в парнях я не сомневался, и они всегда спокойно выполняли мои поручения, то свой авторитет перед кинжальщицей мне еще предстоит отстоять. Но и она согласилась искать что-то, не знаю что.

Я вышел на улицу и оценил фронт работ. Несколько однотипных хибар, которые еще не осмотрены, какой-то деревянный навес, грубо собранный и покосившийся, уже известный нам лазарет, где сейчас расположились Варя и Женя, и вот эта лачуга за моей спиной, которую остальные наверняка уже осмотрели.

Что я искал? Собственно, то, что озвучил остальным. Решил начать с ближайшей лачуги. Толкнул дверь, висящую на жилах, скрученных в подобие веревок. Внутри, как неожиданно, стоял скотский запах мокрой псины и аммиака. У них нет культуры посещать отхожее место, что ли? Это я про греллинов. Гадят где живут?

Пол такой же, как и везде, земляной и притоптанный. В выкопанном углублении посередине — давно остывшая зола от костра. Ничего, кроме вороха вонючего тряпья. Я уже было развернулся, чтобы пойти дальше, как мой взгляд скользнул по одной из частей покрытия стены.

На коже, из которой эта лачуга сделана целиком, угольком были начертаны неизвестные мне символы. Ничего такого, очень смахивало на наскальную живопись, но это многое говорит об этих существах. Мало того, что имеют примитивную форму общения друг с другом, освоили огонь, так еще и какой-то письменностью обладают, судя по всему. Какие-то косые черты, закорючки и что-то вроде схематичного солнца с лучами, направленными вниз. Рядом — три вертикальные черты, перечеркнутые одной горизонтальной. Ух ты, это очень похоже на счет.

Прогресс в развитии личного навыка: Лингвистика. 1%

Лингвистика: 2% из 100%

Вне всяких сомнений, у этих записей есть смысл. Просто мне не от чего оттолкнуться, чтобы что-либо понять. Нет базы. Поэтому я просто сделал себе зарубку в памяти, что греллины вполне себе разумны, пусть и беспросветно тупы. На уровне кроманьонцев как минимум, те тоже владели огнём.

Выйдя наружу, я увидел, как Борис уже что-то тащит к складу. Издали похоже на ковер или одеяло, но при фокусировании взгляда я получил подсказку от системы. Шкура животного. А что, вполне неплохая находка, жаль насквозь мокрая. Тем не менее, при должной обработке могла бы стать одеялом или подстилкой.

— Под навесом нашел. — Хмуро кивнул он и крикнул. — Там еще копья есть, кривые и старые, и много костей. Надо?

— Все надо, Борь, все. Даже кости пригодятся, раз уж мы внезапно оказались откинуты в развитии в каменный век. Если что, будем делать нехитрые орудия быта. Тот же примитивный крючок для ловли рыбы раньше делали, целиком вытачивая из кости. Всё складывай, разберем потом. — Показал я ему большой палец вверх.

В таком же режиме я осмотрел еще две лачуги и остался ни с чем. Похоже, у этих существ отсутствовало понятие личных вещей, потому кроме лежанок и костров внутри их домишек не было ничего. Преодолевая брезгливость, я вытащил из каждой лачуги все обрывки вонючей ткани под дождь, в надежде, что запах не будет таким сильным.

— Марк… Марк! — Разнёсся по лагерю панический крик.

Это Катя так кричит? Я стал искать ее взглядом, и, наконец, наткнулся. И, черт, либо у меня уже бредни, либо она в ужасе.

— Что? — Уточнил я, разгибая спину.

— Иди сюда. Скорее. Марк, быстрее, твою мать!

К горлу подступило нехорошее ощущение бьющегося сердца. Что она там такое нашла-то? Я поспешил к ней, бросив свое занятие, и по пути вытирал мокрые и грязные руки прямо об мантию.

— Я… — Девушку лихо трясло, а ее тонкий дрожащий пальчик указывал вглубь одной из лачуг. — Я не могу туда смотреть, скажи, что у меня глюки.

— Да что там, черт побери, такое? — Раздраженно ответил я и рывком заглянул внутрь.

Обычная лачуга, коих здесь немало. Темно, ужасно воняет, что ее так напугало?

— Что тут? — Выглянул я.

— Посмотри, посмотри под тряпками.

Я откинул ткань в сторону и… Боже. Деревянная решетка, закрывающая глубокую яму, доверху набитую телами. На тех лицах, что мне удалось разглядеть, застыли ужасающие гримасы. Это были тела людей, и их было много… Обычных людей. Наших, чёрт побери людей, с Земли! Вот чьё было снаряжение.

Мне моментально сделалось плохо. Позыв я сдержал в себе, но из лачуги вылетел пулей, нужен был вдох свежего воздуха. Стало понятно, куда они дели трупы. Черт, черт…

— Они их, похоже, едят… — Голос Кати был тихим и ровным, но ее беспокойство выдавала неконтролируемая дрожь.

— Кать, никому ни слова про это место, договор? — Нашел я в себе силы сказать это так твердо и убедительно, как мог.

— Поняла… — Кивнула она. — Что ты сделаешь?

— Мне нужно пятнадцать минут. Никого сюда не впускай. Сделаешь? — Спросил я ее настойчиво.

— Да, но, что ты задумал?

— Мне нужно кое-что проверить. — Ответил я и вернулся внутрь.

Следующие пятнадцать минут растянулись в целую вечность. Да, я перебирал мертвецов. Поднимал по одному, смотрел в лицо, складывал обратно. Тех, кто не был женщиной, не трогал. Надеюсь, почившие, глядя на меня с неба, простят мне это занятие, ведь я должен был убедиться. Я должен НЕ найти ее здесь. И ее здесь не оказалось. Во славу, вопреки, черт его знает, почему.

Вернув все в первоначальное состояние, я забросал яму тряпками, накрыл деревянной решеткой, мрачно взглянул на Катю, сходил к тем кучам, что складывал ранее и перенес их внутрь мертвецкой, забив ее наполовину.

— Спасибо. — Сказал я девушке, все еще стоящей на страже входа.

— Клянусь, я не хочу знать, что ты делал. — Ее передернуло, словно съела кислый лимон.

— И не надо. Скажи всем, пусть вонючие тряпки забивают сюда. А мне нужно подышать.

— А с телами мелких что делаем?

— Если хватит места — их тоже сюда. Всяко лучше, чем они будут гнить на земле.

— Ты, часом, не решил тут остаться? — Как бы невзначай спросила девушка, совершенно не акцентируя внимания на этом вопросе.

— Я пока ничего не придумал, и как упоминал ранее, у нас демократия. Обсуждать будем вечером, но эту ночь проведем в лагере.

Несколькими часами позже, когда вся группа отчиталась о том, что местность обыскана, все что по их мнению было ценного они снесли в большой шатер, а трупы и вонючие подстилки забили в указанную Катей лачугу, мы смогли выдохнуть. Работы было много, была она тяжелая, но так лучше, чем ночевать посреди побоища.

Для сна мы приготовили четыре лачуги, решив все же сохранять определенную социальную дистанцию и не спать вповалку, но и одновременно с этим не шибко распыляли силы на подготовку индивидуальных апартаментов. Распределились так: Борис в одной лачуге с Димой, в лазарете Антон, Женя и Варя, Катя единолично решила спать сегодня одна, а я, так вышло, должен был разделить лачугу с Антоном, но тот наотрез отказался покидать Женю. А та, в свою очередь, заявила, что должна быть рядом с Варей и при ухудшении состояния воздействовать на ногу своей лечебной магией. В общем, обсуждение грядущей ночи вышло сумбурным, но кое-как распределились, и то ладно.

— Марк, у нее жар. Температура уже, как мне кажется, перевалила за тридцать девять. — Сказала Женя, когда я пришел проведать раненую ближе к сумеркам.

— Что это значит? — Спросил я и напрягся, прикрывая за собой шторку из кожи.

Девушка вытерла лоб ладонью, помедлила с ответом. Смотрела она не на меня, а на лицо Вари, искаженное болезненным румянцем. Дыхание ее было частым, поверхностным, с вырывающимися хрипами и свистом на каждом вдохе.

— Она борется. — Неоднозначно сказала Женя. — И пока проигрывает. Инфекция, как я и говорила. — Женя отодвинула край мантии, прикрывающий рану, и вид был ужасающим. Рана вспухла, вокруг бедра синевой расползались синяки и какие-то узелки из вен.

— Есть идеи? — Присел я на корточки рядом.

— Магия не помогает очистить ее организм. Зелья, которые я вливала и ей в рот и на рану, тоже не помогают. По крайней мере, никакого волшебства и чудесного исцеления не случилось, но думаю, она жива до сих пор только потому, что мы предприняли максимум, который нам доступен.

Женя, наконец, подняла на меня глаза. Они не выражали ничего, кроме усталости.

— Ты хочешь сказать… — Я зажмурился от мысли.

— Пока нет. Но, без антибиотиков широкого спектра, без хотя бы цефалоспоринов, хотя бы чего-то похожего, она умрет, не встретив рассвет. Лихорадка сожжет ее изнутри.

Твою ж мать…

— Антибиотиков в магазине нет. — Констатировал я факт, проверив соответствующую вкладку. Только зелья.

— В магазине — нет. — Вдруг повторила за мной Женя, но иначе расставила акценты. — Но посмотри вокруг, мир чужой, но раз есть инфекции, значит, должны быть и средства против них?

— Предлагаешь поискать? — Спросил я, не до конца понимая, как мы изготовим лекарство в текущих условиях.

— Алкалоиды, фитонциды… — Женя провела рукой по горячему лбу Вари, посмотрела на свою ладонь, задумалась, и продолжила. — У нас есть навыки и мы же видели, что растения можно идентифицировать. Нужно проверять все, и искать свойства. Что угодно, где есть «антисептическое, противовоспалительное, жаропонижающее».

— Понял. Нужно искать. Растения, грибы, мох и лишайники, да? — Судорожно начал я вспоминать всё, что когда-то отложилось в памяти.

Как-то ведь наши предки справлялись? Перерабатывали дикорастущие сорняки в лекарственные препараты. А значит и мы сможем.

— Да. Я смогу сделать вытяжку, и надеюсь, это поможет. Но это еще не все.

— Слушаю. — Кивнул я.

— Начать надо с малого, сбить температуру, дать организму передышку. Нужна чистая вода, много воды, нужна ткань. Это то, что нужно сделать немедленно.

— Понял, добудем. Что еще?

— В идеале, можжевельник и кора ивы.

— Ничего себе набор. Что за зелье ты собралась сварить?

— Никакого зелья, это салициловая кислота. Или какой-то ее аналог. Для того, чтобы она пропотела и сбить температуру.

— Понял. Что-то еще?

— Да… — Шумно выдохнула девушка. — Местный антисептик для раны. Что-то сильное и жгучее, что выжжет гной. — И вновь опустила ладонь на лоб Вари.

— У нас есть время? Нет, я не к тому, что будем сопли жевать, но просто…

— Немножко. Воду чем скорее, тем лучше, а остальное потерпит до утра. Но потом может быть уже просто поздно, Марк, процесс пойдет по нарастающей. И, я вас умоляю, если соберетесь в лес, будьте осторожны. Я не смогу лечить всех.

Я молча кивнул, уже прокручивая в голове план. Еще немного солнечного света у нас есть, значит, нужно начинать сейчас же. Бродить в сумерках смерти подобно, а значит, надо торопиться.

Пусть это был и призрачный шанс, но он был. А еще я заметил нехорошую тенденцию от системы и всего этого испытания целиком. Сколько решений на грани добра и зла я принял за последние сутки? Не счесть. Продолжу в том же ритме, к концу, если повезет выжить, я сам себя не узнаю.

— Все плохо, да? — Из тягостных раздумий меня выдернула Катя, поджидавшая меня снаружи.

— Подслушиваешь? — Шикнул я на нее злобно.

— Конечно. — Кивнула она и улыбнулась. — Что будешь делать?

— А ты как думаешь? — Ответил вопросом на вопрос я.

— Ну, ты определенно попытаешься поступить правильно, собрать людей на поиски перечисленных растений, чтобы иметь крохотную надежду на то, что она выживет. — Кивком в сторону лачуги указала Катя.

— К чему ты клонишь? У меня нет времени выслушивать тебя сейчас. — Раздражался я все сильнее.

Катя вынула кинжал, покрутила его в пальцах, многозначительно на меня посмотрела.

— Через час-два она начнет кричать. Кричать так сильно, что приманит сюда любую живую хрень в радиусе километра. Ты хочешь рискнуть? Я — нет. — И взгляд ее был совсем немилосердным.

— У меня нет времени на эти дурацкие загадки. Говори прямо!

Катя молчала несколько томительных секунд, а потом коротко выдохнула, словно бросаясь вниз головой в омут.

— Я предлагаю её добить.