Договор "По рукам"

Глава 1

Андрей

Андрей откинулся на спинку кресла и, потирая рукой начисто обритый подбородок, закрыл глаза. Сердце гулко стучало, отдавая в виски. Отец наметил проведение юбилея сегодня в ресторане и все (абсолютно ВСЕ!) намеревались быть там. Скрываться было уже бессмысленно, прошло три месяца с момента, когда прежняя невеста Мелена и младший брат Николай, объявили себя парой, поэтому Царёв не мог допустить, чтобы его молчание, приняли за малахольную детскую обиду. Сегодняшний вечер, должен был стать триумфальным возвращением «блудного попугая» в семью или, на худой конец, визитом зрелого и разумно настроенного человека на семейное торжество. В этот момент запиликал сигнал внутреннего телефона. Секретарша сдержанно объявила, что доставка пиццы ждёт у кабинета. Руководитель с некоторых пор лично принимал курьера этого заведения.

— Впускай! — прикрывая глаза ладонью, произнёс молодой человек, погружаясь в свои мысли.

Вот оно!

Всего как три месяца назад Царёв, помимо основного бизнеса, решил запустить производство натуральных сыров, а уже лежали на поверхности плоды проделанной работы. «Пицце-Магия» одна из первых согласилась на сотрудничество с его компанией, и как бонус — Андрей, стал постоянным клиентом этого заведения. Однако, не без удовольствия, молодой человек отмечал удивительный и волшебный вкус их, как он называл «произведения кухни», а за дурманящий аромат «Трёхслойного Царства», готов был заплатить любую цену. Без плутовства — он обожал выпечку этой пиццерии.

Молодой человек погрузился в раздумья.

Три месяца…

Три месяца ранее, когда жизнь стала безликой серостью и гонками по вертикали: рабочих будней; нескончаемых переговоров; встреч; контрактов; запуска производственной линии; ещё открытие двух магазинов-супермаркетов и бесконечной «работы, работы, работы», тогда не осталось ни секунды мыслей о семье, родителях и прошлом. Однако, утренний звонок отца, в один момент перевернул так тщательно и хладнокровно создаваемое эти месяцы спокойствие.

Соня

Впервые тётка поставила племянницу на доставку, обычно Свету, устраивало место Сони у плиты или кухонного стола, только эта девушка могла так шедеврально испечь вкуснейшие изыски, и именно благодаря её кулинарному искусству, появилось столько поклонников детища — «Пицце-Магии». Растянутая лодыжка Светланы, Сониной тёти, откорректировала планы бизнеса на несколько дней, а возможно, недель. Девушку, увлечением которой служили мотоциклы, решили поставить на развоз и этим выйти из положения. Приговор был вынесен, но с тяжёлым сердцем. Достаточно пугающим выглядел один фактор — вспыльчивый характер племянницы. Цвет волос (рыжий), как в мире животных об этом будто сигналил.

Четвёртый год, дочь любимого погибшего брата, проживала с нею в этом огромном городе, учась в университете и как бы, между прочим, помогая справиться родственнице с постановкой и отладкой бизнеса. Девчонка слыла мозговитой и трудолюбивой, но напрочь лишённой тормозов. За четыре года, конечно, многое в её воспитании удалось достичь, но «исправить совсем» — находилось за гранью Светланиного вымысла.

Петляя между машинами, Соня быстро добралась до желаемого объекта доставки. Взглянув мельком на часы, девушка с удовольствием отметила, что потратила на дорогу всего десять минут. Хитрая улыбка озарила веснушчатое лицо, представив физиономию тёти, которая с ума бы сошла, увидев показатели спидометра. Разница в возрасте со Светой, составляла семь лет, поэтому последняя приказала не использовать Соне приставку-пояснение родственной близости — «тётю».

Помпезное здание из стекла и металла, построенное в середине города выглядело кричаще. А что ему ещё оставалось делать? Рядом громоздились лепнинные сооружения веков монархов.

Соня, мотнув пышной гривой, расправила волосы после тесного шлема и, достав из пристёгнутого к мотоциклу ящика верхнюю пиццу, бегом отправилась в здание, торопливо одевая на голову, вытянутую из кармана, повязку с логотипом «Пицце-Магия».

— Девушка, можете входить. Андрей Иванович Вас ждёт, — улыбнулась холёная секретарша.

Соня просияла в ответ тем же, вложив в это действие оставшуюся в ней детскую непосредственность.

День сегодня был «как по маслу» — всё спорилось, вокруг окружали только довольные люди, да и дорога, особенно сюда, сопровождалась «зелёным светом светофоров», словно намекая на то, что судьба благоволит этому дню...

Девушка толкнула тихонько стеклянную дверь и вошла, с весёлым: «Пицце-Магия к вашим услугам!». Она смело прошествовала к столу, где сидел, закрывшись руками, человек.

— Вы там не замёрзли? — подтрунила Соня, наблюдательно заметив, что руководитель не реагирует на её появление, протянув листок бумаги, доставщица вздохнула. — Распишитесь в получении.

Парень тормозил, время поджимало, поэтому пришлось толкнуть молодого человека в плечо.

— Эй, Андрей Иванович (именно это имя произнесла секретарша, она запомнила), распишитесь мне здесь и можете дальше продолжать играть в «Море волнуется раз», я не против... Морская фигура — замри!

Девушка рассмеялась, но остановилась внезапно. Молодой человек стал медленно поднимать голову, отчего сделалось нехорошо и душно в кабинете. Сдвинутые брови, пригвоздили доставщицу пиццы к паркету.

Заказчик что-то говорил, девушка не слышала... Просто вакуум, образовавшийся вокруг неё, словно выключателем, вырубил Сонины мозги. Такого красавца МАкушева встретила впервые, воочию, не на обложке глянцевого журнала. Поразительного сияния серые глаза, вперились сердито. Красивый, выразительный и небольшой рот, видимо, испускал нравоучениями. Тёмные волосы коротко и тщательно остриженные, слегка покачивались, когда на них попадал поток воздуха вентилятора. Руководитель встал с места и показал всю свою высоту и спрятанную под деловым костюмом обалденную фигуру. Ну, по крайней мере, таковая там угадывалась.

«Чёрт, в самое сердце», — прошептала Соня.

— Эй, как вас там! Вы в порядке? — озабоченно произносил Андрей Иванович, заметив её состояние…

Глава 2

Андрей

Девчонка являлась, похоже, не из робких (похвальное качество), но каждый должен знать определённые границы и место! Хоть какое-то, мало-мальское воспитание, в этой сфере работы иметь полагалось!

— Это вы мне? — сдвинув брови, и с напором спросил молодой человек.

«Доставка» замерла, видимо, поменявшись с ним ролями.

— Не находите свою манеру общения с людьми, мягко говоря, вульгарной? И это при вашей-то профессии?

Взгляд рыжей из-подо лба ни о чём не сказал — та же прострация.

— Если бы явились от другой, какой фирмы, прогнал бы, в три шеи не задумываясь!

Молодому человеку казалось, что он сейчас задохнётся от возмущения, но на лице доставщицы не было, ни капли раскаяния. Нахалка! Терпеть таких не мог!

Царёв отвернулся на пару секунд, снова оглянулся, но девушка молчала, словно воды в рот набрав. Это, понятное дело, заказчика забеспокоило.

— Эй, как вас там! Вы в порядке? — теряя терпение, спросил Андрей.

Рыжая оттаяла и внезапно смущённо улыбнулась.

Как раз в этот неподходящий момент, раздался дребезжащий звонок сотового телефона. Царёв прилип взглядом к экрану, где большими буквами зияло «Отец». Отвечать не хотелось, горячая волна непонятных чувств, пронеслась, внутри.

— Алло! — произнёс Царёв суховато, но это, пожалуй, была демонстрация предела его возможностей.

Молодой человек отошёл к окну, отправив через стекло пространный взгляд.

— Андрей, сегодня будешь на юбилее? Всё в силе? — собеседник нервничал, хотя и старался не подавать вида.

— Конечно, я же обещал, — деловитость он выдавливал большим усилием воли, обозначавшую рамки дозволенного с ним общения.

— Один или с кем-то? — отец, чувствовалось, неохотно добывает эту информацию, значит, вывод напрашивался только такой: «Рядом наушничала мать, любопытство которой, порой зашкаливало», — а ведь дал понять родителю, — «не переходи границ!».

— Конечно «с кем-то», отец! Разве у меня, может быть по-другому?!

«Ну вот», — с сожалением отметил про себя говоривший, — «выпустил-таки, колючки обиды, которые больше шрамов оставляли в собственном сердце, чем мешали кому-нибудь».

— Нет-нет, — поторопился остановить сына родитель, — просто мама занимается оформлением стола, и ей необходимо знать точное количество гостей, да и с рассадкой, что-то там не пойму решает.

— Ясно, — отрезал молодой человек, не желая слушать эту чепуху. — Приду, как и обещал, в семь вечера.

Прежде чем отец, смог сказать слова прощания, сын отключился. Закрыв глаза, Царёв постоял так некоторое время, слегка откинув голову назад. Взглянул на стрелки настенного циферблата.

Двенадцать дня.

Оставалось семь часов до момента икс.

Ну, кого Андрей мог пригласить, на этот чёртов вечер?! На фига вообще так ляпнул! В момент появления в его жизни Мелены, разом остальные девушки, просто перестали для него существовать, отшились сами собой, а за последние три месяца добровольного отречения от суетных мирских желаний у него никто так и не появился.

— Проблемы? — услышал молодой человек позади.

Рыжая, оказывается, всё ещё находилась здесь. Отвечать девушке не хотелось, как и созерцать огненную бедовую голову. Наглая маленькая пигалица! Царёв отвернулся, давая недовольным видом понять, что она свободна.

— Могу помочь? — назойливость этой хамки начинала нервировать.

— Помочь?! — рассмеялся он, оборачиваясь, но изначально призванный быть издевательством смех, стал угасать, обнажая ВЕСЬ смысл её последнего слова.

Лицо Андрея вдруг исказилось, мысли закружились, как в калейдоскопе.

— По-мо-чь! — растянул молодой человек, как бы передразнивая, но прицениваясь к девушке.

А что? Бойкая, за себя постоит. В конце концов, а почему бы и не воспользоваться удачей, которая сама по себе вдруг вошла в этот кабинет?

— Сможешь мне подыграть? — Андрей теперь плотоядно скалился одной из лучших своих улыбок и жёг "доставку" глазами.

Знал, паршивец, что ни какая девушка не может, устоят от этого его взгляда.

Рыжая сделала шаг назад, её брови подскочили вверх, в глазах пронеслось недоверие.

— В чём?

— Мне нужна девушка на месяц, просто чисто формально исполнять роль невесты. Ну?

— Подумать можно?

— Ровно две минуты.

Странный разговор будоражил Андрея, словно игра в рулетку повезёт — не повезёт, уже начал сомневаться в продолжение разговора, как услышал:

— По рукам! — он готов был дать клич победителя, однако остановился от продолжения реплики. — Но не бесплатно, такая услуга обойдётся в сто пятьдесят тысяч рублей. Первую половину суммы отдадите сегодня, как залог, вторую — после исполнения всех обязанностей по истечении срока договора, то есть через месяц.

— По рукам! — услышал он собственный голос.

И это в тот-то момент, когда ему самому эти деньги были нужны в связи с открытием производства и других магазинов!

Рука рыжей утонула в ладони заказчика. Холодная, липкая и не совсем смелая, как её хозяйка.

Глава 3

Андрей

Большая стрелка дорогих TAG HAUER на запястье Царёва, нещадно чеканила секунды. Рыжая, как пять минут, проштрафила назначенное время встречи. Хвалёные самообладание и выдержка начинали сдавать свои рубежи паническому страху (а вдруг не придёт?) и ярости (бесила собственная глупость созданной им самим же ситуации). Соня сказала ждать её в квартале от дома, наверняка зря — пока дочапает. Взгляд скользнул на сиденье рядом, где педантично были разложены бумажка договор и небольшая оранжевая стопка купюр.

Договор... На него молодой человек потратил, практически час, единоличного драгоценного рабочего времени. Конечно же, доверить никому не смог! Такое «позорище» не должно было стать достоянием гласности. Запоздало догнала мысль, что девчонка могла разболтать что-нибудь кому-нибудь. Осечка — сам не предупредил новоиспечённую невесту. В который раз тяжело вздохнул. Соня

Софья придирчиво рассматривала себя в зеркале. Красивой её называли крайне редко, милой ещё реже, и не заботило, ведь ЭТО до сегодняшнего дня! Чего же сейчас искала битый час в своём отражении? Весь день перевернулся сверху на голову с момента их с Андреем Ивановичем встречи, а ведь как начинался! И результат? Штурм серых клеток, взрыв эмоций, кислородное голодание в совокупности с полным атрофированьем лёгких, жаркие волны истомы, превращающие конечности, во что-то мокрое и липкое, а главное, жгучая потребность видеть объект воздыханий постоянно... Стоп! Последнее и стало ключевым в решении ввязаться в эту авантюру. Где-то на задворках, собственная совесть девушки, молила убегать Соню куда подальше, но сердце безапелляционно вынесло вердикт: «Ни шагу назад!». Мысли поглотили ощущения, водоворотом скрутили пространство вокруг.

— Ты это, куда собралась? — тётка стояла в дверном проёме. Брови куполом отражали удивление.

— Грабить банк!

Племянница оскалилась и растопырила пальцы, подобно зверьку. А что? Было похоже на правду. Светлана рассмеялась, однако ответ не умерил её любопытства. — Ну! Давай уже историю в студию! — плюхнувшись на кровать, загадочно заговорила женщина, сбавив голос на полтона.

— Студия в простое, ведущий на больничном, — нашлась Соня, отведя взгляд в зеркальное пространство, вновь изучая себя там.

Обе рассмеялись. Старшая из женщин не стала настаивать, понадеявшись на то, что Соня «захочет, расскажет сама» если нужно было подождать, пожалуйста, готова. Девушка направилась к дверному проёму, перед этим громко вздохнув своему отражению.

— Пока любимка! — тётя перекрестила в воздухе хрупкую фигуру, а та, послав в ответ воздушный поцелуйчик, вместо руки используя клатч, выскользнула за дверь.

Андрей

От терпения осталось только его название.

— Блин, да где тебя носит! Удар по рулю не сильно рассчитывался, а потому, испугал громким сигналом. В этот момент открылась дверца машины, и вихрем залетело и плюхнулось на сиденье «вечернее ожидание Андрея». Странное дело — испытал облегчение, но здесь же, всплеснул руками, девчонка всего лишь одной пятой точкой умудрилась одновременно всё, что было на сиденье смять и раскидать по салону.

— Всевышний! Не дай мне сделать ничего дурного! — сквозь зубы процедил Царёв.

— Ну, погнали, что ли? — её игнор заставил дёрнуться неизвестный мускул на лице водителя.

— Посмотри под своей сухой задницей договор и расчёт. Первое — подпиши сразу, второе — как условились. Машина рванулась с места, пристёгивались уже на ходу. Соня, не читая бумаг, поставила немудрёную загогулину и, свернув в трубочку второй экземпляр, сунула его в подстаканник между сиденьями. Проследив глазами за действиями, так называемой, будущей невесты, педантичный к таким вещам Андрей сглотнул. Что-что, но его выдержка оставалась неподражаемой.

— Ты сильно сократила время содержательного знакомства, но минимум, думаю, сообщить друг другу получится. Итак, я Царёв Андрей Иванович (это тебе теперь известно), директор и владелец сети супермаркетов «Браво», недавно открыл производство натуральных сыров. Мне 27 лет. Семья — четыре человека, я старший из двух сыновей. Младший Николай, собирается жениться на моей бывшей невесте, именно поэтому последние три месяца с родственниками не общался. Сегодня выход в свет, так что не подведи. Твоя очередь.

Сухо, по делу, ничего лишнего. Представиться удалось. Соня за время его повествования собрала свою «вечернюю выручку» и, пересчитав её, сунула вместе с договором в маленькую сумочку.

— Ну, у меня-то так, точно не получится, наверное, — пожала плечами рыжая. — Мне 22. Зовут МАкушева Софья Владимировна. Что ещё сказать? Учусь на юриста...

— А бумаги подписываешь наотмашь, — перебил Соню Андрей.

— Думаю, вы, с вашей предпринимательской философией, вряд ли что-то там упустили, поэтому стоило ли тратить своё время?

Молодой человек чертыхнулся, шумно выдохнув воздух. Непосредственный тон девушки раздражал.

— Помимо, учёбы помогаю Свете с её пиццерией. В семье не одна ещё есть старший брат Матвей, которого бесконечно обожаю и, кстати, уверена, на все сто меня: не предаст, не обманет, защитит.

Камень, чувствовалось, в чей огород на Николая намекает. Особенно последнее слово было произнесено с напором. Славной чертой девчонки являлось — многое говорить между строк.

— Он такой же рыжий? — решил съязвить и водитель.

— Нет, к сожалению, брат лишён индивидуальности, у него такой, как и у вас чёрный цвет волос. Вот ведь язва! Царёв отправил сидевшей рядом, один из самых своих суровых взглядов. Однако, смешливый «зелёный», практически сразу его нейтрализовал. — Да, кстати, а как зовут ваших родителей?

— Не ваших, а твоих, привыкай, — с удовольствием исправил он. — Отца — Иван Валерьевич, маман — Марина Васильевна.

— Угу. Собранные в трубочку губки не отражали мыслей. — Как зовут бывшую?

Мышцы напряглись, спина выпрямилась.

По больному? Да!

Девчонка умела сверкать бестактностью...

— Мелена.

Даже не пришлось выдавливать. Её имя до сих пор вызывало слюноотделение, как после первой малюсенькой порции сладкого. «Целый вечер будет борьба с собой?», — мысли Андрея мелькали хаотически.

— Какова задача? Что, должна буду, целый вечер изображать? — Сонин вопрос отрезвил.

— Мою девушку, конечно! — возмущению не было предела. — Столько об этом говорим!

Ну там, как полагается: забота, прикосновения. Разочек можешь на мне повисеть, переживу. С маман дело лучше не иметь, раскусит в два счёта. Не знаю..., остальное смотри по обстоятельствам.

— А поцеловать можно? — рыжеволосая сверлила взглядом.

— Кого? — Андрей сморщился, такая быстрая реакция смутила самого.

— Тебя, — развела девушка руками. Парень задумался. — Посмотрим.

Машина остановилась и, воспользовавшись моментом, молодой человек выскользнул на улицу. Как мог ей сказать, что он не сильно-то жаждет такой экстремальности? Обошёл лоснящийся «Lexus», галантно открыл дверцу, но времени на «продумать ответ» не хватило. Зацепившись холодной рукой за протянутую кисть нанимателя, Соня легко, в том числе и благодаря своей конституции, выпорхнула из автомобиля, встав опасно близко. Она едва доставала до плеча Царёва. Тёплый ветер ударил в ноздри её недорогим, но приятным парфюмом.

— Да, посмотрим, — согласилась девушка, вместе с собой вынося салонную тему, — буду действовать, как ты сказал, по обстоятельствам.

Фраза прозвучала через чур самонадеянно, заставив, всё-таки Царёва, запечатлеть на лице говорившей взгляд. Слабенькое подозрение в правильности выбора партнёрши шевельнулась в грудине, но Андрей отмёл его в сторону, прекрасно осознав, что времени для возможных манипуляций у него не оставалось, в принципе...

Глава 4

Соня

В ресторане присутствовало человек сто навскидку. Даже, несмотря на позитивный настрой, было немного не по себе. Андрей всё время отвлекался на прохожих, счастливая улыбка делала его лицо мягче. Соня никак не могла с собой справиться, глаза, будто магнитом тянуло к этому человеку. Наконец, кто-то поинтересовался её личностью и Царёв, мягко привлекая за талию млеющее тело Макушевойк себе, плотно прижался сзади. «С ума сойти!» — вскричало всё Сонино нутро. Девушка задохнулась от собственных ощущений. Лавина... Цунами... Разряд под рукой молодого человека в сто тысяч Ампер. Сонина шея взмокла. Мелькнуло издалека и растаяло: «Как же я буду играть дальше в такой аморфности?». Она спиной прилипла к Андрею, просто чтобы не упасть и: «Да... Улыбаемся... Мило... Естественно... Насколько возможно...», — замелькало в голове. Самоконтроль подводил изрядно. Почувствовав, что объятия размыкаются, Соня нехотя отошла, и нагло взяв его за руку, двинулась за ним. «Жесть просто! Когда в детстве бралась за провода, также было, — не оторваться, хочешь, но не можешь» — вспомнилась ассоциация из её не слишком далёкого прошлого. «Друг» остановился, подтянул за руку, улыбнулся призывно, впервые за время их знакомства, только ей одной, и нагнулся к самому уху, обдавая дыханием, заставив, сжаться в комок и упереть предупреждающе ему руку в грудь.

— Осторожно, к нам идут отец и маман, — он взглянул на Сонины распластанные руки по его груди и, хмыкнув, недовольно добавил, — расслабься, я не кусаюсь, давай, сделай уже что-нибудь.

«Актёр!». Царёв приблизил тело Макушевой ещё сильнее к себе, практически заковав в тиски. Дышать стало совсем невозможно. Мысли, как муравьи разбежались от такой близости вовсе.

— Что сделать? — через чур быстро спросила она.

— То, за что уплачено.

Вернул к реальности ответом девушку Андрей, пожав плечами. «Как она могла забыть!» — вздохнула Софья. «Отношения не те», — напомнила она себе, — «сама подписалась на них и нечего теперь пытаться подгонять несовместимое!». Совладать с собственным ноющим сердцем оказалось не так-то просто.

— Андрей, сынок! — готовя загодя объятия, подходил к ним седовласый мужчина.

Царёв младший был его точной копией, но моложе и выше.

— Отец! С юбилеем тебя! — дружелюбно произнёс только что шипевший на неё брюнет. Мужчины обнялись, и старший, приветливо похлопав младшего по спине, добавил:

— Спасибо, дорогой! — Это от нас подарок, в твою коллекцию, — растянул улыбку Андрей.

Молодой человек вынул из кармана бархатную коробочку и раскрыл её, взглянув на содержимое, отец расплылся от удовольствия. Соня улыбалась, ясное дело, тоже, ощущая себя при этом, круглой идиоткой. Она понятия не имела, что в подарке! Стало слегка неудобно, от ощущения, что ничЕм не посодействовала в его организации. Оказалось, что запонки являлись маленькой слабостью великовозрастного мужчины.

— Как? — Андрей предвкушал реакцию на подарок.

— Бомба! — не подвёл отец.

Рассмеялись все, кроме стоявшей рядом дамы с кукольным лицом — матери новоявленного жениха. Нет, она, конечно, изобразила что-то подобие улыбки, но светло-голубые глаза оставались бессменно холодными и цепкими. Марина Васильевна за пару минут разговора отца и сына, несколько раз встретилась взглядом с нею, объяснение такому поведению женщины было лаконичным — любопытство. Оно прямо звенело в воздухе.

— Ну, хватит уже! — не вытерпела дама, — Андрюша, представь нам эту милочку.

«Милочку?!» — Соня чуть не поперхнулась от такого «ругательства». Она терпеть не могла подобного обращения ни к себе, ни в принципе. Однако, на первый раз, грубую женщину, всё-таки решила простить, сглотнув «милочку», словно болотную пиявку. — А это моя девушка

— Софья. Прошу любить и жаловать! — Царёв подтолкнул за талию Макушеву ближе к родителям.

Соня протянула конечность для рукопожатий и, обменявшись ими, вспомнила, что не должна подвести партнёра. «Невеста» показательно обвила руками талию Андрея. Уткнулась, будто стесняясь ему в грудь, а затем, закинув голову, отправила молодому человеку, самый нежный из всех своих взглядов. На что тот улыбнулся, удивлённо приподняв краешек губ, по достоинству оценив ход её мыслей. Андрей

«Блистательно! С девчонкой не прогадал, играет, аж, поверить можно!» — удовлетворённо отметил про себя Царёв. Испытывал ли в этот момент чувство маломальского удовлетворения? Нет. Её прикосновения были неким лапаньем абсолютно постороннего для него человека, когда сам обнимал, рука соскальзывала самостоятельно, за несколько мгновений до того, как мозг рождал подобную мысль. Выдержит ли месяц? Постарается! Когда смотрел «любвеобильно» в большие глазищи этой самой Сони, взгляд, интересное дело, включив объектив зрения на полных триста шестьдесят градусов, вычленил из толпы ту, с которой более всего боялся и жаждал встретиться.

Их последний разговор с Меленой, не состоялся, так как его просто поставили, через маман, постфактум — «уже вместе с Николаем». А он? Что же он? Так, просто сдался — ушёл без объяснений, избегая всем сердцем ссоры и понимая всецело, что последнее неизбежно бы произошло в данной ситуации. Андрей, конечно же, видел, её пропущенные звонки, но по ним никогда не перезванивал. Вообще, было кощунством, на его взгляд, выяснять отношения через сотовый аппарат. Однако, встретиться лицом к лицу с нею, оказалось непреодолимым препятствием для Царёва. Как и для Мелены, у которой тоже недоставало мужества, прийти, например, к нему в офис и всё как есть рассказать. Ситуация с объяснением затягивалась и как-то сама собой, совсем рассосалась.

Хотя нет.

Для неё может быть. У Царёва это переросло в нечто непонятное, похожее на онкологию, заразившую собой весь организм, лишив энергии и радости жизни. Нет-нет ломать себя удавалось: заставлять работать втрое больше, забивать мозги лишней чепухой, но тяжесть в грудной клетке, как загнанный зверёк, поселилась и не желала покидать место своего обитания. Наблюдать за нею составляло сомнительное удовольствие, но всё-таки... Мелена держалась за руку с Николаем. Она мило улыбалась их собеседнику, убрав за ухо покорную светлую прядь волос, заставив трепыхнуть сердце Андрея. Не выдержав потока воспоминаний, молодой человек отвернулся. Он помнил всё! Царёв переключился на тех, кто стоял с ним рядом. Соня явно симпатизировала добряку-отцу.

Маман же, съедала «рыжую» глазами (вот неугомонная)! Аллилуйя! Ему посчастливилось не унаследовать эту порочную её черту характера — высшую степень любопытства.

— Милочка, расскажите о родителях, — женщина села на любимого «Горбунка». В отличие от супруга, ей было важно статусное происхождение невест сыновей.

— Прости, мам, — обратился Андрей к матери, прервав её. — Я увидел вон там Николая с Меленой, мы пойдём с ними поздороваемся.

Та разинула рот, готовый изречь возмущение, но отец остановил женщину, просто одним взмахом кисти. МАкушева шагала послушно позади, уцепившись за его руку, Царёв облизнул вдруг пересохшие губы, на грудь словно поместили многотонную плиту, дыхание сбилось.

— Готова? — больше себя, чем девушку, спросил молодой человек.

— К чему? Я всегда готова! — быстро ответила та.

Андрею показалось, что Соня это сказала, не подумав — на автомате, тем самым вызвав улыбку собеседника, но чем ближе молодые люди подходили к цели, тем абсурднее, казалось, желание Царёва выпендриться, похвалиться уровнем собственной психологической стойкости. Николай, завидевший их пару издалека, потряс сцепленной рукой, привлекая внимание второй своей половинки. Мелена, взглянув на спутника, проследила за кивком головы, и сначала непонимающе, потом слегка испуганно, уставилась на приближающихся. Она спрятала свободной рукой прядь волос за ухо, опустив глаза, как будто собираясь с мыслями, и уже через секунду дежурная улыбка возникла на её красивых розовых губах, взгляд открылся тёплый, но пустой.

— Привет! — Николай начал первым, протянув руку.

Когда-то встречались более эмоционально, как с отцом — обнявшись, теперь пропасть между братьями, пролегла в бесконечность.

— Привет! — улыбнулся Андрей, ответив рукопожатием на условности младшего родственника.

Царёв, намеренно оттягивал момент «глаза в глаза» с бывшей — ему нужно было собраться с силами. Наконец, посмотрел и провалился в её бездонных голубых «топазах», как раньше любил их называть. Сердце ухнуло в кульбите, но спустя две секунды Андрей ощутил, как сильно сжали его пальцы. Рыжая, молодчина, выдернула сознание жениха из чувственной бездны.

— Ты не один? — Николай улыбнулся спутнице брата. Чувствовалось, что брат хочет казаться раскованным, не смущённым, но испарина выступившая на лбу выдавала, что называется, родственника с потрохами. Андрей почувствовал такую же реакцию организма и у себя.

— Да, это моя Сонечка, познакомьтесь, — представил он сопровожатую.

От «Сонечки» стало горьковато на языке, но девушка рядом просияла, оценив по достоинству, такое к ней обращение.

— Это Николай — мой брат, его девушка — Мелена, — представил он Софье стоявшую перед ними пару, вновь встретившись глазами с последней (там зияла отстранённость).

Макушева пожала кисть каждому по очереди, поздоровалась.

— Вы, Николай, полная противоположность моему зайцу, — вдруг ни с того ни с сего, вылепила она. Андрей едва удержался на ногах, так его ещё никто не называл, прям оскорбила.

Молодой человек обхватив мнимую невесту за талию ущипнул её, отчего рыжая, громко вскрикнула.

— Блин, ну не здесь же, дорогой! — громче, чем положено, завопила она и, обращаясь к стоявшим напротив, продолжила, жеманно подёрнув плечиком, словно перед ними извиняясь, — он у меня такой нетерпеливый...

Соня озорно взглянула на собеседников, потом на него. Смысл её речи дошёл позднее, стало слегка стыдновато за содеянное, перед присутствующими. В отношениях с Меленой оставалось всё всегда сдержанно и нежно, никаких пошлостей и зоопарковых ассоциаций. Андрей облизнул губы, повисла неловкая пауза, на ум ничего не шло, как назло. Однако, Николай, восхищённо уставился на Макушеву и рассмеялся, скованность этого молодого человека стала пропадать, Мелена, тоже слегка улыбнулась расслабившись.

— Вы как раз ТО, что нужно брату! Его давно пора было расшевелить, а то, как черепаха в панцире...

Николай недоговорил, Соня перебила.

— Не переживайте, вашу черепаху, я уже хорошенько распотрошила, и уверяю вас, внутри остались одни оголённые нервы.

Тон рыжей казался шутливым, но радость у Андрея, от этого не прибавлялось.

— Ба! Да вы огонь! — Николай хохотал, получая явное удовольствие от общения с нею.

У младшего брата всегда получалось легче, сблизится с людьми, с первой секунды находится на их волне, принимать, говорившего с ним, всецело.

— Хотела бы сказать вам «нет», но цвет моих волос, пожалуй, всё равно выдаст меня с головой.

Все рассмеялись, кроме жениха, учащённо хлопающего глазами.

— Так что там с полной противоположностью? — возвратил Соню к прерванной теме Николай.

— Вы блондин, Андрей брюнет, этим всё сказано, — развела Макушева руками.

Царёва передёрнуло, девчонка вела себя с ним по-хамски, совсем не считаясь с чувствами. А была должна? Неловкая пауза вновь повисла в атмосфере, и «жених» быстро свернул разговор.

— Ладно, удачного вам вечера! Пойдём — осмотримся, — Молодой человек вновь сгрёб за талию девчонку, чувствуя её лёгкое сопротивление.

Отошли ненамного, вздохнулось легче, развернул к себе ненормальную за предплечье.

— Какой ещё заяц?! Какие оголённые нервы?! — начал Андрей, буквально шипя змеюкой. Рыжая приторно улыбнулась и положила ему палец на губы, вынуждая замолчать.

— Ну, мне же нужно тебя как-то называть, чтобы выглядело «междусобойчиком». Хорошо, трусливого зайца на убой, будешь моим львом! Р-р-р-р! Да и фамилия твоя к подобному прозвищу располагает...

С этой девицей было невозможно разговаривать серьёзно! Молодой человек глубоко выдохнул, понимая степень перезагрузки собственных эмоций.

— Замри! Твоя мама наблюдает за нами, — услышал Царёв её предупреждение ... и, подчинившись Макушевой, почему-то застыл.

Глава 5

Соня

Расположенная на солнечной стороне университета душная аудитория не располагала к усвоению материала. Тонкие шторы всё равно пропускали свет. Девушка уже чувствовала, как закипает её циркуляционный аппарат. Взглянула на часы — оставалось десять минут до звонка. Прибросила, не вскипит ли раньше и, прикрывая вновь лицо тетрадью, ушла в лабиринт мыслей о НЁМ. В ресторане пробыли недолго, около часа, но этого времени вполне хватило для осознания Соней максимума своей неполноценности. Конечно, Макушева была не дура и видела его взгляды в сторону той блондинки — Мелены. Настоящей Богини! Острым клинком весь вечер, впивался в Сонину грудь каждый взгляд Андрея на его бывшую. Ощущение от праздника — вкус солёного огурца со сладким чаем. «Как странно, — подумалось ей, — в жизни любимое сочетание «сладкое с солёным» выглядело куда менее аппетитным. Девушка вспомнила, как попрощались с новоявленным женихом... сухой, надменный взор и фраза: «Как понадобишься — позвоню». Игривость и лёгкие прикосновения закончились, как только они покинули ресторан. В машину Андрей впихнул её, не особо церемонясь и всю дорогу в салоне простояла мертвецкая тишина. Прозвенел звонок с урока. Софья вышла из забытья. Вместе со всеми направилась к выходу.

— Макушева, с тобой сегодня что? — подруга Люська, прищурилась, шагая рядом по широкому коридору. — А что не так? — округлила глаза девушка. — Где твоя энергия? Ты ж у нас фонтан!

Люся изобразила рукой нечто напоминающее салют. Софья нехотя улыбнулась, желания отвечать не возникало.

— Сонь, подкинешь? — услышала она позади себя.

Одногруппник Филипп, сверкая линзами, заискивающе улыбался. Подруга пожала плечами.

— Как всегда, конечно, — лаконичность не совсем была в духе девушки, но сегодня полностью соответствовала её настроению. Да и шла Соня, нужно отметить, еле волоча ноги.

— Филя, не отвлекай! — Люська махнула на парня рукой, внимательно изучая физиономию подруги.

— А я что, отвлекаю? — обиженно проговорил их общий товарищ, но на его реплику никто не обратил внимания.

— Чё случилось-то? — голос Люси стал вкрадчивым. — Заболела?

Соня картинно подпёрла рукой лоб, изображая думающего мудреца.

— Я просто отравилась вчера одной фугу, обильно политой уксусом с перчинкой такой, вместо внутренностей, — начала она завуалировано, углубляясь в фантазию, объяснять произошедшее с нею.

— Фу-у-у! Что за извращение! — сморщилась Люся. — Где ты успела такое попробовать? Филипп улыбнулся, уловив шутку в Сонином голосе, и как-то странно посмотрел на неё. — Да, так, — махнула рукой Макушева, — будет время, расскажу.

Ребята распрощались. Скорость Соня обожала. Филипп, обхватив за талию, прижался сзади, градируя порог их сближения. Что Макушевой и нравилось в этом парне — сговорчивость. Сосед по дому, несмотря на занятость, неособое пристрастие к мотоциклам и всё, что с этим было связано, всегда соглашался составить ей компанию. Ветер дурманил. Но ещё больше сводили с ума мысли о Царёве.

... Наскоро скинув с плеч косуху, Соня отправилась в свою комнату. Взгляд упал на клатч, одиноко лежащий на прикроватной тумбе. Не решилась вчера этого сделать...

— Вот, Светик, возьми, здесь как раз половина твоего кредита, — произнесла племянница, едва войдя на кухню.

Стопка купюр шлёпнулась на стол «для готовой пищи». Женщина взглянула на деньги, вытерла полотенцем руки, подошла ближе. С каждым шагом её лик становился всё пасмурнее.

— Ты откуда это взяла? — грозно спросила тётка.

— Всё законно, не переживай, — поспешила заверить родственницу Софья.

— Ты точно не грабила банк? — вспомнила Светлана вчерашний их разговор.

— Ага, — махнула та в ответ. Племянница взяла со стены передник и накинула его на себя, пора было браться за дело.

— Тогда откуда? — тётка упёрла руки в бока, напоминая сахарницу, Соня в этот момент, принялась за намыливание ладоней.

— Свет, будешь приставать, заберу их обратно, отдам Матвею. Брат машину, кажется, собирался поменять, — перешла к шантажу девушка.

Женщина недоверчиво перевела взгляд на стопку оранжевых бумажек, и поджав губы, от силы подумав минуту, забрала их со стола. Звонкий поцелуй в щёку едва оказался слышен среди шкворчания, шипения и гудения кухонных приборов. Работа закипела. Вскоре подошли Филя и Люська, исполнявшие роль официантов. Всего в пиццерии, нужно, сказать, насчитывалось десять человек штата без учёта хозяйки, но особо отличалась среди остальных, конечно же, Соня, обладавшая широким спектром универсальности действий а, соответственно, возникающей, отсюда, и незаменимостью. Светлана скинула передник, и сильно прихрамывая, отправилась из кухни.

— Кто сегодня на доставке? — крикнула вслед племянница, пытаясь скрыть живой интерес к этому этапу их деятельности.

— Отправлю Костю или сама, нога уже лучше, не переживай! — ответила женщина. Соня занервничала: перед тем, как зайти на кухню, девушка перешерстила на столе заказов бумажки, и Андрей, она это точно теперь знала, вновь оформил на сегодня своё любимое «Трёхслойное Царство».

— Может, я? — предать собственной мимике равнодушие оказалось нелегко.

— Кстати, справилась с этим заданием вчера всего за два часа!

— Вот в том то и оно! — повысила голос тётка. — Опять летала! Гонщица хрЕнова!

Стой за плитой, мне так будет спокойнее! Безапелляционный вердикт ещё больше расстроил девушку. Она покорно опустила плечи, глубоко при этом вздохнув. Спорить с тёткой оставалось бессмысленнейшим из занятий.

Глава 6

Андрей

Два дня спустя, читая сообщение от маман, молодой человек потёр глаза. Подумал, что теперь начнётся!

«Андрюша, сегодня устраиваю семейный ужин и жду вас к 20.00» — гласило смс. Больше всего, Царёва в нём, смущало слово «вас»... Видеть эту несносную девчонку, в принципе, особого желания не возникало, тем не менее молодой человек быстро нашёл нужный номер телефона в контактах, под буквой «Р», что означало «рыжая», и набрал ей. Гудки напрягали. Трубку Макушева не поднимала. Андрей, начиная нервничать, ещё пару раз тыкнул, по зелёному кружку, однако, повторилось то же!

— Что за фигня?! — выругался он вслух. — Деньги взяла и в сторону?

Идти к юристам с «таким» договором — значило одно, поставить крест на себе, как на личности руководителя. Его пальцы беспокойно забарабанили по поверхности стола. Царёв, словил мысль, что эта особа, странно действовавшая на него — бесила до ужаса! До невозможности удержать в узде собственные эмоции! Руки, педантично начали переставлять ровненько на столе: калькулятор, клавиатуру, мышь, фотографию, ручку, сотовый телефон, находя в занятии некое успокоение. Именно в этот момент, гаджет, взорвался, вдруг мелодичной трелью звука соловья от буквы «Р». Облегчённо вздохнув, Царёв принял вызов.

— Абонент не в сети, но вы можете оставить ему сообщение после сигнала, — услышал он явно знакомый голос, — Пи-и-и-и!

Последнее раздалось так громко, что зазвенело в ухе. Секунду Андрей колебался, по поводу этого самого голоса и момента ответа на вопрос: «Кто всё это произнёс?». Возведя взгляд к потолку, ассоциация «точь-в-точь» пришла ему всё же, он начал разговор с Макушевой, ощущая прилив ярости, начавшийся с понимания, что его «обвели вокруг пальца». Рыжая над ним, видите ли, шутила. Царёв чертыхнулся в голос, но..., сдержался... Сдержался, а что ещё оставалось делать?

— В 19.40 жду у моего офиса. Быть при параде, — отчеканил говоривший и бросил трубку.

«Надеюсь, поняла!» — гневно подумал молодой человек, — «А нет, так...!» — эмоции захлёстывали. Он красочно себе представил, что сделает с этой самой Соней, если та не выполнит свою часть договора относительно сегодняшнего вечера...

Соня

Стрелки часов устремились к тридцати пяти минутам. МАкушева выжала газ и двухколёсный конь, чуть не встав на дыбы, заметно прибавил скорости. Девушке даже пришлось пригнуться, чтобы быть на одной волне с любимым транспортным средством. Ветер бил в лицо, усмиряя её полыхающие щёки, через специально открытое для этого стекло шлема ... рот озаряла улыбка... «Вот оно счастье!», — думала Соня.

Ровно в сорок минут девушка, замечая на парковке знакомые машину и фигуру, лихо завернула к ним на байке, сбрасывая скорость и выбивая из асфальта камни. «Точно, впечатлила» — убедила она саму себя, горделиво вскинув голову. Сердце застучало. Расстояния между ними сильно влияло на её тахикардию, дома всё было по-другому...

— Ну, вовремя? — горделиво спросила Софья, подняв подбородок.

Жвачка заставляла неестественно впечатляюще открывать рот девушки. Сняв шлем, Макушева попыталась изящно встряхнуть рыжей копной волос.

— Слава Богу! — ответил Царёв тихо, вложив максимум смысла в сказанное — кому нужно было, тот всё понял.

Соня, завершив дела, села в машину — как робот. Она заставляла силой себя не смотреть в сторону так называемого жениха, но удавалось с трудом. Уловив случайно на своей фигуре воровской косой взгляд Андрея, тёплая волна с лёгким потрескиванием пошла по всему её телу вниз начиная с плеч, оставляя после, жаркий огненный след. «Да что же это такое!», — ругала девушка саму себя, в который раз поражаясь воздействию Царёва на неё.

— Странно, конечно, выглядишь, — услышала она комментарий от молодого человека сидящего рядом, почувствовав сильное при этом разочарование.

Чтобы скрыть реакцию, вперилась в дорогу. Ну да! Косуха, поверх длинного платья, с глубоким вырезом, с боку юбки, смело открывающий ножку, а иногда обе сразу, чуть не под самое «хочу», смотрелось на любителя, но почему-то полчаса назад, этот вывод не пришёл Соне в голову.

— Впечатлила? — продолжая жевать, гордо вскинула она подбородок, метнув Царёву смешливый взгляд.

Падать в грязь лицом не хотелось, а Андрей в полемику вступать не спешил, только многозначительно хмыкнув. Впрочем, и этого хватило, чтобы пылающее сердце девушки подверглось крионике. (Надолго ли?).

Маман встретила их в холле. Обняла сына, неестественно нежно, поцеловав его в щёку. Раскрыла объятия для спутницы сына, но когда девушка подчинилась этой физиологической манипуляции, та вдруг сжалась, будто опомнившись, и отпрянула в сторону, отчего, получилось просто неловко схватиться друг с другом за руки. «Странная женщина!» — пронеслось в голове у неё. Глазки Марины Васильевны физически щупали её всю.

Макушева вспомнила предупреждения мнимого жениха, как опасно было находиться с матерью наедине и, наскоро извинившись перед нею, догнала Царёва, направлявшегося к отцу. Не воспользоваться, не могла ситуацией — взялась за его руку. Молодой человек взглянул на неё так, словно его укусил комар, но, как обычно, сиюминутный порыв уступил место сдержанности и здравомыслию — Царёв подтянул девушку к себе за руку, нежно улыбнулся, поднёс кисть к губам и поцеловал. Всё! Можно было просто сразу ставить памятник. Жизнь у Сони остановилась. Только эти глаза, губы, ВЕСЬ он!

Глаза...

Девушка присмотрелась к своему жениху. Пушистые чёрные густые ресницы..., и..., вожделенный взгляд в её сторону... Истома у Софьи зазвенела даже в ушах, она с ужасом почувствовала, что краснеет. «Как жестоко, МОЙ собственный организм в настоящий момент предаёт меня!», — подумалось ей, и ещё одно открытие догнало сзади, — «А люди ищут предателей рядом с собой...». Оставалось только это, отнять руку — пожалуй, мера предосторожности была единственной, пришедшей Макушевой на скованный ум.

— Здравствуйте, Иван Валерьевич, — хрипло, связки не выдерживали такого прилива чувств, произнесла Соня.

— Здравствуй-здравствуй, Софья! Рад видеть! — отреагировал мужчина. — Что расскажешь?

Говорил отец Андрея так открыто, так искренне, что душа отдыхала рядом с ним. Девушка поняла, что расслабилась. Морщинки-стрелки от краешков глаз к вискам, говорили о весёлом нраве, добродушии.

— Ну-у..., — протянула девушка, — новостей вал.

С этим человеком можно было оставаться собой.

— Давай тогда, с самой неудобной начинай, — поддержал мужчина улыбаясь. Краем глаз, Соня заметила нечаянно, сидящую в паре метров от них, Мелену, которая, перелистывая очередную страницу глянца, старательно не замечала прибывших. Вот для чего был нужен это великосветский поцелуй Царёва! Вероятно, предназначался он больше этим голубым глазкам, чем ей — осенила её догадка. Колкое и холодное ЧТО-ТО чертыхнулось внутри.

Макушева обратила взор на отца Андрея, тот ждал ответа.

— Через неделю начинаются экзамены, — растерянно улыбнувшись, начала девушка.

Зачем-то Софья посмотрела в сторону новоявленного «жениха». Конечно! Царёв наблюдал поверх её головы за Меленой, но уловив Сонин взгляд, спустил свои очи на неё, подарив серую пустоту, больным эхом отозвавшейся в «невесте».

— Хорошее дело, — отец не давал заблудиться, — а, что потом? — Потом, производственная практика и, возможно, уеду к брату в мой родной город на пару недель, если тётя отпустит, — продолжила

Макушева, воззрившись вновь на Ивана Валерьевича. Улыбку едва выдавила, наверное, просто удалось взять себя в руки.

— Будущая профессия? — Царёв старший нахмурил смешно одну бровь, понятное дело, шутил, но в этом во всём, слышалось живое его участие.

— Юрист, — коротко бросила она, уставившись на собственные руки.

Девушка решила больше не глазеть по сторонам, в противном случае готова была поспорить, что разлетится на атомы. Впечатлений и так хватило! На весь оставшийся вечер!

— Вот как? — теперь обе брови старшего Царёва вспорхнули вверх.

Соня наигранно рассмеялась и кивнула, почувствовав, как руки Андрея, обнимая её сзади, легли ей на живот. «Ах!» застряло комком в горле, вперемежку со смехом.

— А ну-ка, записывай мой телефон. Мне как раз в компанию требуется специалист. Попрактикуешься, а понравится, так останешься. Свои люди нужны мне в этом отделе.

Макушева с трудом осознавала привалившее ей счастье относительно предложения Ивана Валерьевича. Надо было быть полной дурой, а она ею собственно и являлась в настоящий момент, чтобы не понимать: «Это один из тех самых шансов, за которые хватаются всем, чем только можно!». Ещё после первой вылазки в ресторан с Андреем, девушка забралась в «Яндекс» и навела справки по её, так сказать, благоверного, где почти всю ночь просвещалась этой темой, особенно застревая на фотках со знакомым ликом. Оказалось, что фальшивый друг, был сыном строительного магната, который идти по протоптанной дорожке не захотел, выразив тем самым довольно громкое своё «Я» и независимость. Открыл, вместе с другом, сначала маленький магазинчик с хлебопекарней прямо в центре города, в административной части, а потом, пошло-поехало, что называется — эксперимент удался. Приятель со временем отошёл от дел и продал Андрею его долю бизнеса, объясняя это тем, что такое хозяйствование стало ему не по душе, а Царёв пошёл достаточно широкими шагами покорять свой «Эверест». Из многочисленных источников было понятно, что Иван Валерьевич не особенно оценил порыв юноши, на тот момент, однако, младший сын разрядил обстановку, поступив к отцу в компанию в качестве обычного ученика строителя. За несколько лет, Николай, преодолел многочисленные ступени карьерного развития и сейчас в новостях, высокомерно маячил «коммерческим директором» компании «Царь-строй».

Соня нехотя и с удовольствием, гордость не позволяла раздавить себя в блин, скинула с талии руки Андрея, и достала из малюсенькой сумочки, болтавшейся через плечо, телефон. Сенсорные кнопки, получалось нажимать слишком уж сильно. Пальцы отказывались ей подчиняться, мелко дрожали. Всё время приходилось сводить брови для сосредоточения и цепляться за взгляд собеседника. Андрей положил горячую руку ей на плечо и вух (!), сердечное сальто в груди Макушевой получилось, почти как в цирке у гимнастов....

— В общем, понадоблюсь, звони не стесняйся, — Царёв старший, как спасатель, всё время вынимал Софью из океанических пучин переживаний.

Андрей

«Взгляд сошёл с ума?», — Царёв не понимал самого себя... Куда бы, не уводил его, он как прикованный, возвращался к фигуре на диване...

Роскошная...

Интеллигентная...

Нежная...

Мелена подняла взгляд лишь однажды, чтобы доброжелательно махнуть головой ему в знак приветствия, но он отвернулся, для галантного поцелуя кисти свей мнимой невесты, максимально демонстрируя всю свою занятость рыжей. Бывшая, конечно же, увидела представленную ей картину, поэтому и отвела глаза в сторону. «Интересно, что почувствовала? Или нет?» — ядовито чертыхнулось у него внутри. Сначала, Андрея мучили подобные вопросы, затем скрытый камертон — совесть. Вероятно, последнее чувство и привело к осознанию полной капитуляции первого, в довесок с понятием собственной ущербности.

«Забыть!», — озарило спасительно в голове. Как последняя соломинка возникла мысль о договоре по рукам, и молодой человек включился в игру. «Партнёрша отличная — не дёргается от прикосновений, кажись млеет. Всё равно, что будет!», — успокаивал он сам себя, замыкая в кольцо осиную талию Сони, неприятно заметив, как девушка умело, освободилась от его объятий.

Попытку, продемонстрировать всем их исключительные отношения не оставил, положив ей руку на плечо, и именно в этот момент в комнату вошёл Николай.

— О, привет! — младший брат улыбался, бодро шагая по паркету.

Не укрылся взгляд «только на Соню», будто старшего брата рядом с нею не стояло. Догадка становилась очевидной, Нику было ещё не комильфо после семейной драмы.

— Привет, — весело отозвалась, помахав ему рукой рыжая.

«И когда они успели договориться общаться на «ты?», — мелькнула неприятная для Царёва мысль.

— Как дела? — спросил Николай заинтересованно только у Софьи.

— Когда мой Лев рядом со мною, всегда отлично! — рассмеялась девушка в ответ.

«Невеста» стрельнула в Андрея глазищами, напомнив их последний разговор в ресторане про необходимое, на её взгляд, междусобойное прозвище.

Николаю симпатизировали быстрые с юморком Сонины ответы, и словно поняв шутку Макушевой, брат поддержал смех рыжей. Царёву сделалось неприятно внутри. Ощущение предательства с новой силой стало просачиваться через кожу, вот только изменником была сейчас та, плечо которой, надёжно подставилось под его расчётливую руку.

Маман пригласила находящихся в доме гостей за стол, её пустая болтовня слегка утомила присутствующих, ещё в начале вечера. Рассадила приглашённых мать самостоятельно, определив место рядом с собой Мелене и, напротив, через стол, Андрею с Соней. Показательно мило женщина вела беседу с первой и высокомерно со второй, однако, Макушева не велась на такую по отношению к себе дискриминацию, что устраивало вполне Андрея.

— Так как же вы, милочка, познакомились с Андрюшей? Рыжая вновь передёрнула плечами, Царёв с удовольствием заметил, что «милочка» раздражает его спутницу.

Маман взялась за Соню с новой силой. Молодой человек похолодел. В суете рабочей просто как-то выпустил этот факт из головы. Они абсолютно не придумали легенду их знакомства, не продумали стратегию ответов! Почему так беспечно отнеслись к подобным вещам? Мозг Андрея готов был взорваться....

— О-о-о! — обратила на себя внимание невеста. — Я думала, что мы оставим эти подробности нашего знакомства за семью печатями, верно, дорогой?

Она положила свою руку поверх кисти «спутника на вечер», приглашая согласиться, а вместе с тем, принять эстафетную палочку «рассказа о знакомстве». Однако, Андрею пришла другая мысль в голову, чему он стал безумно рад: «А пусть попробует выкрутиться из ситуации сама!».

— Блин, рыжик, ты же не собираешься?... — подыграть удалось и «рыжик» являлся его запоздалым пасом на «зайца» в прошлый раз.

Царёв сощурился, ловя метаморфозы её мыслей, обрадовался, что застал врасплох. «Ну, что? Поймала?», — спрашивал он глазами, готовый рассмеяться в голос. Елейный взгляд девушки, предупреждающе отправился в его сторону. Соня расплылась в улыбке, озарившей её веснушчатое личико. Уловила, коза, подачу.

— Собираюсь, милый, — тон рыжей не предвещал ничего хорошего.

Она медленно закивала головой, недобрый огонёк мелькнул в зелёных топазах, запоздало Андрей подумал: «Только бы не вылепила чего».

— Ну? — глаза маман сверкнули от радости, разве что слюнка не потекла.

Макушева выдохнула с кривой улыбкой на губах, словно готовилась заняться приятным делом. Увела взгляд в сторону, будто окунувшись в воспоминания.

— Я с доставкой как-то пришла в бизнес-центр своего ослика... Соня отпустила его руку.

У маман на «ослика» сошла улыбка с физиономии.

— ...и так захотелось в туалет, что ну просто забулькало вот здесь... — Софья сделала воздушный ободок, как у ангелов, над головой...

Царёв напрягся, отставая нЕсколько, за полётом её мыслей. Предупреждающе блеснул «серым остриём». Уголки рта маман поползли книзу.

— Забегаю, и в первую попавшуюся дверь...

Женщина захлопала глазами, Соня же, причмокнула от удовольствия.

— А там, мой Царь зверей восседает! Это была любовь с первого взгляда.

Родительница громко икнула. Андрей хватанул воздух лёгкими, но, к сожалению, их объема не хватило на желаемый порыв. «Сумасшедшая!!!!!!», — громогласно застучало в голове.

Маман перевела взгляд «раздавленной заживо» на старшего сына в поисках объяснений, но их не находилось. Громкий хохот после секундной паузы, отца с Николаем, слегка разрядили создавшуюся ситуацию. Мелена старательно давила смех однако получалось плохо, «интеллигентное воспитание» не помогало. Первое, что захотелось сделать Андрею, снять ремень и отходить, по костлявой заднице этой чокнутой! Внешне он это знал, негодование выдали только его раздувшиеся норки. Но хруст костяшек сжатых кулаков, вероятно, услышали все без исключения, даже сквозь смех.

Соня

Ну да... Переборщила. Специально!

Маман выбесила скверным отношением, Андрей поведением, обнимал её, а смотрел в другую сторону. Короче... Есть свои плоды, маман сидит, как воды в рот набрала, смирная такая — непривычное амплуа, а жениха, как подменили, взгляд прикован только к ней, хотя и мягко сказать недобрый. Шутку оценили единственные люди, отец с Николаем, с ними и общалась.

Мелену игнорировала. Не могла заставить себя с нею быть милой, улыбаться. Во время трапезы, присоединились ещё две пары родственников, специально посетившие город к юбилею главы дома. Из разговоров стало понятно, что этот ужин, как бы прощальный для них. Кто утром, кто вечером завтрашнего дня отбывали на родину. Они сильно разбавили атмосферу семейного ужина. В какой-то момент Софья поняла, что нужно отлучиться в туалет. Нагнулась и тихо спросила координаты таковой комнаты у сидящего рядом с нею Николая. Все после ужина переместились обратно в гостиную... Тот махнул ей головой в сторону коридора и зашагал через комнату. Девушка поспешила следом, заметив краем глаза, как Андрей, сдвинув брови, коршуном наблюдает за ними. Нехорошее предчувствие отозвалось частыми вибрациями внутри её тела.

— Спасибо! — улыбнулась Соня младшему брату, когда подошли к назначенному месту. — Обращайся! — подмигнул тот и поспешил обратно.

«М-да», — вздохнула Макушева, обводя глазами туалет. Размеры помещения были с её комнату, — «умеют богатые красиво жить!». Соня ополоснула руки и взглянула на себя в зеркало, взгляд уставился на неё вызывающий, немного воинственный. Расправила мимику, плечи и вышла из комнаты сразу же уткнувшись кому-то в грудь. Знакомый запах ударил в нос. Их взгляды встретились. Царёв скривил губы, мол, «попалась птичка», а Соня попыталась спастись бегством и ринулась вбок, но молодой человек, кулаком шлёпнув в стену, отрезая ей путь. Вторая рука медленно опустилась по другую сторону головы. Сердце стучало так, что, казалось, пробьёт себе дыру в груди и выпорхнет на волю. Осознание своего поступка, почему-то пришло девушке именно сейчас. Какие там возвышенные чувства! Единственное, что волновало Соню в этот момент — «остаться живой». Где-то на задворках, промелькнула мысль о его глазах, но в эту секунду, они не имели ничего общего со словами «прекрасное». Жуть обняла до невозможности пошевелиться.

— Ну, и что это было? — прозвучало безобидно, но вкрадчивость молодого человека спросила многое оттого и воспринималась неприятной.

Ответа не находилось. Девушка почувствовала, что краснеет, а потом, услышала каблучковые шаги по коридору и когда ЭТА кто-то заходила, буквально набросилась на взбешённое чудовище. Единственным спасением заставить Андрея заткнуться стало — прилепиться к его губам.

Вау! Не думала, что это будет так. Волна! С головой и до самого дна... Без возможности вынырнуть.... Поглотила настолько, что осталось только пространство...

Без мыслей, без эмоций, даже без чувств.

Глубинная прострация от близости с ним..., от губ Царёва.

Молчал. Не отвечал сначала. Потом поняла, что он обнял одной рукой сзади и там, где легла его кисть — огненное пятно образовалось, сжигающее такое, входящее вовнутрь со спины.

Андрей отстранился, посмотрел в сторону появившейся и прежде чем понять и осознать образ Мелены, вновь почувствовала на губах вожделенный поцелуй «жениха». Водоворот проснувшихся эмоций, просто обессилил и подкосил ноги. Царёв, словно это, ожидая, подхватил и прижал девушку к стене. Губы требовательные и нежные одновременно, страстные, обезоруживающие, не оставляли ничего и никого внутри неё, кроме НЕГО! Каблучковые шаги удалились и спустя некоторое время, губы «жениха» стали жёстче, твёрже, менее деликатными, а потом...

— Ай! — взвизгнула Макушева, прижимая руку к губе.

Нижняя часть рта опухала с каждой секундой. Соня отняла кисть и посмотрела на пальцы — там сверкала красным пятном кровь.

— Чёрт! Ты что вампир, что ли? — Макушева хотела пошутить, показать, что Царёв совсем не тронул своей выходкой, но горючие слёзы навернулись на глаза и заструились по щекам.

Этот негодяй её укусил!

Андрей

— Ты же сам сказал действовать по обстоятельствам! — выкрикнула Соня.

«Вот как вывернула?», — усмехнулся он про себя, — «Хороша!». Слёзы в глазах рыжей шевельнули что-то внутри, особенно взгляд: короткий, пронзительный и затравленный, точнее, нет..., — побеждённого человека. Такая трофейная победа совсем не порадовала Царёва.

— Думай, что делаешь в следующий раз! — его выговор и самому был неприятен, он мало походил на оправдание жуткого поступка.

Андрей засунул руки в карманы брюк, уставился на носки собственных начищенных до блеска туфель.

— Пойдём, — приказание получилось слабоватым, а для придания своим словам более восприимчивой формы, парень добавил, — если ты всё ещё помнишь про наш договор.

Шёл не быстро, прислушиваясь к шагам позади, и такая гадость булькала у него внутри, рядом с сердечной мышцей!

Но странное дело, как только вошли в комнату с людьми, Макушеву словно подменили, она вновь сделалась бодра и весела, с одной маленькой ремаркой, — губу нижнюю, теперь стала закусывать.

Когда гости покидали дом, маман сделала вид, что не услышала Сониных прощальных слов. Уходили они вместе с Николаем и Меленой, что называется, в одну дверь. Последняя, старательно отводила от него взгляд, и Андрей порадовался мысленно такому поведению бывшей — это означало только одно, ей было неприятно и неудобно, видеть их поцелуй с Соней, а сейчас, вероятно, блондинкой переваривался винегрет собственных чувственных переживаний. Слишком хорошо её знал, что бы это понять. Хотелось надеяться, что постепенно в ней что-то могло прозреть...

Помог рыжей забраться в машину, махнул на прощание Николаю, устроился на водительском кресле. На Соню молодой человек даже не взглянул, ему по-прежнему оставалось стыдно за нелепое поведение, за укус. Одновременно с этим, возникло чувство усталости, ощущение, что этот рыжий пылесос, вместе с поцелуем, каким-то образом, высосал и все его жизненные силы.

Не вышла, а выпорхнула из машины девушка сама, не дожидаясь от кавалера галантности, когда остановились метрах в пятидесяти рядом с пиццерией. Обделила его и словами вроде «пока», а Андрей смотрел ей вслед, и так мерзко сделалось у него на душе! Так пакостно... Царёву, в принципе, оставалось только наблюдать за хрупкой Сониной фигуркой до тех пор, пока та не скрылась за дверями пиццерии.

Глава 7

Андрей

Через два дня в офисе Андрея раздался звонок. Отец бодрым голосом сообщал, на его взгляд, радостную новость.

— Мы с Маришкой решили всей семьёй съездить к морю, на пару-тройку дней...

Старший сын резко выпрямился, этого ему ещё не хватало! Он прекрасно знал, что значит фраза «Вся семья»!

— Отец, у меня работа. Да и за Соню не отвечаю, сам слышал, скоро у неё экзамены.

— Я уже зарезервировал нам номера в отеле, поэтому будь добр, организуй всё остальное сам. Я на тебя надеюсь, — Иван Валерьевич положил трубку.

Прямо как в детстве, безапелляционно, не считаясь с возможностями других. Андрей внутренне взбунтовался, даже стукнул кулаком по столу. Всю свою сознательную жизнь убегал от этого, а выходит, зря старался. Телефон попал в кадр. Пялился на него долго, прежде чем взять в руки. Внутри, легонько так, поворачивалось что-то невидимое и холодное. Открыл контакты, нашёл букву «Р», приготовился слушать мерные гудки. Вряд ли Соня могла быстро взять трубку, если вообще собиралась сделать это, после последнего инцидента.

— Алло! — прозвучало после первого же гудка. От неожиданности Царёв захлопал глазами, а через секунду услышал:

— Андрей Иванович, у меня сейчас начнётся следующая пара, соображай быстрее. Странное дело, девчонка, будто совсем не обижалась, сразу стало легче, заговорил. Её официальность перекрылась местоимением «ты», поэтому стоило ли по этому поводу напрягаться?

— Поедешь со мною на два, три дня? — спросил он рыжую как можно более непринуждённо, перед этим набрав в лёгкие чуть больше положенного воздух.

Соня

Сердце зазвенело. Не может быть! Таких слов ждала целых два дня! Ждала этого звонка, ждала этой минуты, чтобы просто услышать его голос, ждала возможности увидеться, напрочь забывая о доставленной обиде. Она и предположить не могла, что реальность будет сильнее грёз, что голос Царёва возымеет такую силу над её телом. Внизу живота засосало, волнами отдавая во все стороны, подчиняя, их непонятной монотонности пространство вокруг.

— Подумать можно? — отозвалась девушка. «Дура! Да зачем это сказала?!», — пронеслось в голове, хотелось, видите ли, очки заработать.

— Две минуты, — отозвался Царёв, по голосу слышно было, улыбался. Такой момент уже встречался в их практике общения, вспомнила и Соня. Начала смеяться, но больше от счастья слышать его снова. Андрей стал ей вторить своим негромким и удивительно приятным бархатным смехом.

— По рукам, — согласилась Макушева, чувствуя, что подпирает к горлу то ли радость, то ли истерика. Отключилась, хоть и не договорившись о подробностях. Рядом стоявшему Филе, девушка кинулась на шею, нЕсколько его шокируя.

— Эй, ты чего? — парень, отстранившись, попытался взглянуть на Софью сверху вниз.

Девушка, подняв неимоверно счастливый взгляд, вдруг словила интересную мысль: «Филя одного с мнимым женихом роста», — она прижалась к другу ещё крепче. Промелькнувшее слово «мнимый» включил ей мозги — Макушева застыла. Одногруппница убрала руки с плеч друга, не замечая, что Филя тоже заключил её в объятия и тяжело вздохнула.

— Чёрт! Ну почему всё так-то, а? — сожаление опустило девушке плечи.

— Сонь, что случилось? — Филипп недоумевающе смотрел на подругу, видно стало, что переживает, быстро на носу подбросил пальцем очки.

— Ой, даже не спрашивай! — откликнулась Софья, закрывая лицо руками.

Она стояла так, ровно три секунды раздумывая, а потом, как с детьми, резко раскрылась и произнесла «ку-ку!», положительные эмоции пересилили качели раздумий. Оба рассмеялись, и в этот самый момент, раздалась телефонная трель, снова от Андрея.

— Заеду, тогда завтра за тобой, в десять утра. Едим на машинах. Будь готова к этому времени.

— Угу, — улетело уже в пустоту, её парень мечты, отключился.

Мысли начали лихорадочно работать. Завтра суббота. В пиццерии завал, как всегда, в выходные. Светлана, ей помнилось, говорила, что сама на доставке будет в этот день. По идее, вряд ли Соню, куда могла отпустить, на кухню нужен был человек, но попытка не пытка — набрала тёткин телефон.

— Да, любимка! — ответила та ей бодро, задний фон шкворчал. — Свет, если уеду на два-три дня, запишешь эти пропуски мне в счёт отпуска?

Тётка замолчала, заставив племянницу напрячься, не видеть её лицо воочию, являлось сложным испытанием.

— Ты куда это намылилась?

Дежавю сегодня преследовало, такую же точно фразу тётка использовала, когда она собралась впервые исполнить свои обязательства по договору на юбилее Ивана Валерьевича.

— Мне очень нужно, — взмолилась Макушева. Прозвенел звонок, студенты стали заходить в аудиторию.

Филя ткнул в бок, махнув головой, пошёл вслед за остальными, и только Соня, переступая с одной ноги на другую, ждала ответ.

— Нет, — отрезала Света и бросила трубку.

Вот тебе раз! Соня уставилась на экран телефона, не веря собственным ушам. Люська сегодня попросилась отработать с утра, поэтому было немного без неё скучно, Филя, естественно, заменить её не мог, хотя и старался. Обсудить тему, которая мучила девушку уже несколько дней, пришлось с ним — решилась-таки, когда эмоции утихли.

— Слушай, Филь, если бы тебя укусили во время поцелуя, как бы ты себя вёл в последующем с этим человеком?

Филя сдвинул брови, внимательно посмотрел на неё сначала, потом на преподавателя, словно продумывая ответ, вернул взгляд.

— Ну, это зависело бы от тяжести преступления, то есть укуса. Наказание должно быть соответствующим.

Истинный гений их курса был абсолютно прав, настоящий юрист!

— А что? В точку, — согласилась она.

«Киснуть не нужно. Растекаться от чувственности тоже. Необходимо собраться и проучить этого гада! А Свету уговорим...» — воинственно прокачала себя идеей девушка.

— Ну, пожа-а-алуйста! — в который раз метаясь по кухне, вслед за тёткой, канючила племянница.

— Я даже не знаю, с кем поедешь! — сетовала та.

— Ты не говоришь!

Соня сглатывала, заламывая руки и, молчала. Как она могла рассказать, что у неё секреты, да ещё КАКИЕ, с главой компании «Браво»? Врать, что с ним всё по-настоящему тоже не хотелось, в последующем было бы сложно объяснить их быстрый разрыв.

— Люська с Филей остаются здесь, — махнула в сторону прохода тётка. — Вот с кем собралась, если не с ними?

Проблемка уговорить Светлану, похоже, нарисовалась не из лёгких, а раньше, у неё всегда так это здорово получалось! Часам к семи вечера, стало понятно, что свою часть уговора Соня не выполнит точно, поэтому, как только получилось уединиться в дальнем закутке пиццерии, девушка набрала Андрея.

— Я насчёт завтра... Прости, но Света меня не отпускает. На том «конце связи» несколько секунд, показавшиеся вечностью, молчали.

— Почему? — вымолвил Андрей удивлённо.

— Потому что про тебя не знает! Потому что не с друзьями! Про договорные отношения вообще молчу... Соня подпёрла спиной разукрашенную стену и добавила: — В пределах города, пожалуйста, а так..., — она пожала плечами и замолчала.

Конечно же, девушка хотела уехать с Царёвым! Шанс такой! Просто быть рядом с ним целый день, нет, два или три, он сказал... Осознание сокращения срока действия договора, теперь меньше месяца, острой молнией поражало её мысли..., но..., обстоятельства складывались иначе. Соня вздохнула, отметив про себя, что таких эмоций мнимый жених, вообще-то, не заслуживает в разрезе прошлого обидного момента. Вспомнив о жестоком поцелуе, Макушева очнулась, трубка молчала и, проговорив в неё пару раз: «Алло», — девушка отключилась, сообразив, что прослушала его прощальные слова... Соня положила телефон в карман своего фартука и отправилась на кухню, с полной убеждённостью вынесенного ею вердикта: «Так тебе и надо! Недооценил — получай», — но спустя буквально через тридцать минут на кухню пожаловала Светлана с удивлённой физиономией.

— Там Царёв Андрей Иванович приехал, требует тебя.

Соня чуть не перевернула на себя стакан кофе, который наливала для очередного посетителя. Направившись к выходу, девушка уловила весьма странный взгляд родственницы на себе. Пятница. Все столики до отказа были забиты посетителями заведения. Соня вышла сначала в зал, но обведя помещение взглядом, не нашла знакомой фигуры. Направилась на улицу, там тоже не обнаружила Андрея, и только возвращаясь, в дверях столкнулась с молодым человеком, схватившим её за плечи и поставившим перед собой. Это был ОН. «Как же я соскучилась!», — подумалось ей. Заглянув в глаза предмета обожания, Макушева утонула в их серости. Царёв не изменился, в отличие от неё — за два дня безнадёги минус два килограмма веса. Ни спать, ни есть не могла от переживаний, что больше не перезвонит, не встретится с нею. «Вот дура!», — мелькнуло сейчас в Сониной голове. — «Он ведь заплатил, поэтому спросит. Некуда бы, этот Царёв не делся. Всё равно бы обозначился!». Статус собственной персоны сразу на порядок повысил мнение девушки о себе.

Андрей

Молодому человеку показалось, что зелёные глаза блеснули радостью от встречи с ним и оттого, на душе стало легче. Он посмотрел первым делом на нижнюю губу, там казалось всё нормально, ни намёка на совершённую им глупость.

— Ты освободилась? — спросил Царёв быстро.

Был уверен в этом.

— Нет, — услышал в ответ удивлённый голос, отметив про себя, что у рыжей впали щёки.

— Тебя Светлана Аркадьевна не отпускает со мною? — свой взгляд Андрей увёл в сторону, оценивая наперёд предстоящий ответ.

— Угу. Она про нас даже не знает! — откликнулась Соня, метнув из-под ресниц, несколько испуганное выражение: «Чего задумал?».

— Идём! — Царёв схватил рыжую за руку, и потащил её в проём ведущий на кухню, несмотря на протесты.

Женщина в белом фартуке вытаращила глаза, по-особому заценив картину сцепленных рук заявившихся. Молодой человек начал с порога без предисловий, время сильно поджимало, у него предстояли ещё одни последние переговоры на сегодня нужно было успевать.

— Светлана Аркадьевна, мы с Соней встречаемся, поэтому забираю её завтра в десять утра. Проследите, чтобы она не проспала, — говорил гость безапелляционно с некоторым психологическим давлением.

Для большей убедительности Андрей привлёк рыжую к себе обняв за талию.

— Хорошо, — тётка смотрела во все глаза, переводя их с одного на другого. Во взгляде же «невесты» парень уловил растерянность и смущение. — Это когда вы успели? — услышал Царёв недоверие в Светланином голосе.

— Когда Соня доставляла мне пиццу, несколько дней назад, — ответил Андрей вполне себе правдиво, надеясь на то, что вопросов больше не последует и небезосновательно. — А я и то думаю, что это она проситься стала на доставку? — чувствовалось, что Светлана Аркадьевна прибывала в шокиусе от полученной информации.

Чуть позднее до него дошёл смысл сказанного ею, поскольку, пылающие щёки Сони просигнализировали обратить на это особое внимание. Хмыкнув, молодой человек взглянул пронзительно на стоявшую рядом, та отвернулась, предложив проводить. Пришла мысль, что нужно было запечатлеть этот момент для хозяйки заведения, чтоб не сомневалась. Усилие над собой... поднял подбородок рыжей и, склонившись, поцеловал её... в нос. Царёв посмотрел на тётку, открытый круглый рот и примерно такой же формы глаза сказали о том, что поступком поразил женщину в самое яблочко.

— До завтра, — обратился он к Софье, удовлетворённо улыбаясь. — Не провожай, я знаю, где выход.

Макушева, не ожидавшая такого поворота событий, взволнованно потупилась. И эту картинку Андрей с удовольствием проглотил тоже, поскольку смущённой девушку видел нечасто.

— Всего доброго! — махнул Царёв двум обалдевшим женщинам напоследок, «растворившись» в дверном проёме....

Соня

Целый вечер Макушева оправдывалась, так сказать, за несвойственное ей халатное отношение к тётке. Травила всем какие-то непонятные байки про них с Царёвым, потом путалась, исправлялась на ходу, ещё больше увязая в болотистой лжи, которую пятиминутно организовал ей, теперь обнародованный её жених, так грациозно испарившись. Отродясь, Соня ненавидела врунов, но ей «посчастливилось» пополнить сегодня их ряды, с помощью этого засранца и собственной дрянной головы. Да! Буквально ненавидела Андрея! И, будь сейчас он перед нею воплоти, выцарапала бы глаза за подобные вещи. К закрытию заведения о невероятном романе, знала уже вся смена: кто поздравлял «с приобретением», кто удивлялся «отхватила богача», кто подтрунивал над нею, мол «даже не сказала», и только Филя, выцепив минутку на «тет-а-тет» спросил, сдвигая брови:

— Это он тебя цапнул, что ли? Соня обескураженно поджала губу — автоматически, не зная, что ответить. — Ну, трендец, конечно! — заключение было не из приятных, и заточено в основном в одном-единственном слове этого предложения.

Изумлённо друг помахал головой и, не дождавшись вразумительного ответа, пошёл прочь, оставив непонятный след, в душе девушки, словно она совершила непростительно серьёзный проступок.

Глава 8

Соня

Ночь вновь была бессонной, зато появился аппетит. Пицца стояла поперёк горла, поэтому девушка насладилась жареной картошкой на кухне, прямо в полночь. Ожирение, в силу природной генетики, ей не грозило, и Софья ела от души причмокивая.

К этому времени вечернее настроение девушки с пика параболы стало, как на санках катиться вниз, уступая место мечтательности и романтике, порабощая мысли. Она разблокировала сотовый телефон, набрала в поисковике: «Царёв Андрей Иванович», — и утонула в представших взору «Картинках». Пальцы рогаткой, то уменьшали фотографии, то увеличивали их. Соня ловила любую его мимику, старалась считать настоящие мысли молодого человека по глазам..., вновь тонула в воспоминаниях немногочисленных с ним встреч и эта чувственность одновременно оставалась и пыткой для неё и клубникой.

Последней мыслью стал вывод: «Кто отдаёт свою душу Богу, кто вручает демону, а я продала её за сто пятьдесят тысяч богатому красавцу-Царёву, то есть..., видимо..., остановилась где-то по серединке». Время шло совсем незаметно, поэтому Макушевой пришлось сильно удивиться цифрам на экране сотового — 5:40.

Она побежала в кровать, завела будильник мобильного телефона на семь утра, но полежав, немного, нашлёпала сигналов для пробуждения «целую кучу», с промежутком в тридцать минут, а спустя ещё некоторое время, морфий добрых сновидений, принял Софью с распростёртыми объятиями в своё царство.

— Вставай! — услышала Соня шипение сквозь трущобы — это ядовитая змея спускалась по лиане, сон переставал быть дивным. — Вставай, говорю!

Мужской голос настойчиво и громко командовал ей. С трудом разлепив глаза, Софья обнаружила стоящего рядом с кроватью метающего молнии, вместо взгляда, Царёва. Сон как рукой сняло.

— Ты что тут делаешь?! — натягивая до подбородка одеяло, воскликнула девушка.

В глаза, будто песка насыпали, проморгалась, но помогло это проснувшейся не особо...

— На часы смотрела?! — Андрей не собирался отвечать на вопрос, он был, мягко говоря, взбешён.

Макушева отметила про себя, что ярость этому красному раку приходилась совсем не к лицу. Рука девушки вытянулась до прикроватной тумбочки и взяла телефон, экран которого показывал уже 10:30. Соня чертыхнулась и с запоздалым ужасом поняла, что собирается сделать молодой человек, успела только сжаться в комок. Одеяло ковром-самолётом полетело вниз. Подумала вскользь, что одета неподобающе в обычную застиранную пижаму — шорты с майкой. Схватив Макушеву за руку, молодой человек, стащил её с кровати и киданул в пространство комнаты, зашипев словно змей, который ей только что снился:

— Две минуты и, чтоб сидела у меня в машине!

— Ага, щас, — прошептала негромко она, когда тот скрылся за дверью.

— Что ты сказала? Повтори! — вновь показалась в проёме фигура Царёва.

— Слушаю и повинуюсь! — ответила Соня, сложив руки в молитвенном движении.

«Хам какой!», — её возмущению не было предела. Софья не приготовила, естественно, сумку с вечера поэтому скидывать пришлось в неё на ходу всё, что попадалось ей сейчас на глаза: зубная щётка и купальник полетели в первую очередь, пасту отложила — снабдит, затем последовали: нижнее бельё и футболка лишённые девчачьей привлекательности, кофта (мало ли?), джинсы, шорты и каким-то чудом попавшая в её гардероб юбка. Выбегая из комнаты, Соня заметила расчёску, которой второпях расчесалась кое-как, вместе с волосами засунув ту в вещи. Вновь остановилась. «Остались телефон и зарядное устройство к нему, косуха уже на плечах», — лихорадочно соображала Макушева, обводя комнату напоследок взглядом, — «теперь, кажется, всё».

Быстро спустившись по лестнице, девушка завернула на кухню пиццерии. Так вышло, что Светлане посчастливилось после приобретения помещения, выкупить ещё и небольших размеров четырёхкомнатную квартиру над местом её бизнеса. Недолго думая, тётка прорубила дыру в потолке, вставила туда винтовую лестницу и вуаля: два в одном — очень удобно.

— Ты почему меня не разбудила? — с порога возмутилась племянница, застёгивая на ходу сумку.

— Да мы же будили тебя, все по очереди, раз десять! — ответила хозяйка помещения, правда, не понимая причины нападок девушки.

— Сразу нужно было Андрея Ивановича отправить за тобой! — вставила свой рубль, возникшая на пороге Люська, загадочно подмигнув.

Соня хмыкнула: «Знали бы они!», и не попрощавшись, бегом продолжила путь, заметив, как тётка по привычке благословила её крестом в дорогу.

Утро было облачное, предвещавшее прекрасную погоду. Вокруг на клумбах бОшая часть цветов уже открыла нежные бутоны, наполнив воздух волшебным ароматом. Да чёрта с два! Она бы и не заметила всю эту красоту, если бы, не та злющая физиономия в машине! По психологии помниться, говорили, что нужно перевести внимание на прекрасное, если наступают тяжёлые времена. Вот! Как раз представился уникальный случай испробовать теорию на практике, но всё равно корректировало это её мысли в положительном аспекте мало. Интересное размышление пришло Макушевой на ум и легко испарилось: «С утра Царёв её вообще никак не впечатлял!». Выдохнула и нырнула в логово Льва — его автомобиль. Молчание Андрея, являлось самой огромной наградой, позволившей Софье расслабиться. Водитель был, конечно, от Бога, ни одного лишнего движения на дороге, вождение плавное, чёткое и размеренное, практически убаюкал. «Пусть себе дуется!», — подумала Соня и закрыла глаза, решив воспользоваться моментом и восполнить недостающее время сна.

Андрей

Предстояла дорога в сто тридцать километров от города. Отец с Николаем на машинах давно выдвинули вперёд. Трясло со злости так, что Царёв не мог передать словами своё состояние нестояния. В последнее время его нервы стали ни к чёрту. «Вот же попал с этой несносной!», — пёрло изнутри возмущение. Он метнул взгляд в сторону девушки — ни капли раскаяния. Было ожидаемо чувство неловкости, просьба о прощении, ан нет — откинулась на спинку кресла, предусмотрительно отпустив её, и снабжает салон шумным сопением.

Андрей злился добрую половину дороги, затем устал от гнёта собственных мыслей и, включив приятную медленную мелодию заглушающую звуки дыхания Макушевой, расслабился. Спустя некоторое время, Софья приподнялась с кресла, пытаясь выхватить сонным взглядом мелькавшие за окном пейзажи, но голова её покосилась и рухнула, что называется, на плечо Царёва, так и не поборов свою потребность выспаться. Первым порывом молодого человека являлось стряхнуть с себя и разбудить, в конце концов, рыжую, но остановился, заставив вспомнить о неоценимой помощи ему этой самой девчонкой, хоть и за мани. Вести машину стало неудобно, поэтому пришлось скинуть скорость автомобиля.

Наглые воспоминания об утреннем инциденте полезли в голову. Точёная фигура девушки, угадывалась под одеждой, но в неглиже, если его можно было, так смело назвать, она виделась ну, просто какой-то фарфоровой, маленькой, стройненькой, вся такая…, словно сказочная фея. Организм Андрея отозвался чувственным курантом на эти рассуждения, будто предупреждая о последствиях. Заткнул визжащий звук в тубу здравомыслия, сделался серьёзнее, отключил музыку (сослался на её эффект), и тут, вновь услышал неприглядное сопение Макушевой... «Но, так-то лучше, пусть урчаще булькает, пусть уж раздражает!», — подумал он, пытаясь, сосредоточится на дороге. Молодой человек и не заметил, как по истечении ещё получаса прибыл на место.

Пятизвёздочный «Вояж» встречал, как обычно, всех гостей, приветливо своими идеально стриженными зелёными газонами и кустами вдоль дорожек. Кованые лавочки со спинками, выкрашенными в белый цвет, ненароком, казалось, выглядывали то тут, то там, образуя определённую, вокруг здания, стилистику. Сам отель был четырёхэтажным. Слово «комфорт» буквально вмуровалось во всё, что к этому зданию относилось. Отец с маман уже прогуливались рядом с пунктом пребывания, видимо, в их ожидании. Завидев машину сына, оба направились в её сторону. Нужно было будить спящую, поэтому Андрей протянул руку к Сониному подбородку.

— Просыпайся! — тихо, и в то же время требовательно, произнёс Царёв, вляпавшись во что-то липкое на подбородке девицы, догадка пришла мгновенно. — Бли-и-н!

Барышня проснулась и отняла голову, оголив плечо с гирляндой слюней на его костюме. — А-а-а! Что за наказание! — воскликнул молодой человек, понимая, что градус закипания вновь стал зашкаливать, теперь на такую манипуляцию уходила всего лишь тысячная доля секунды. Весь здравый смысл и терпение обнулялись рядом с НЕЮ! Андрей брезгливо уставился на мокрое пятно и руку. Воровато кинув взгляд на приближающихся, он прибросил время, за которое родители преодолеют оставшееся расстояние. «Вот никогда бы не поступил так с Меленой..., а здесь!», — подумал Царёв и, схватив концы длинных волос рыжей, пододвинув плечо, стал судорожно ими обтираться. Соня попыталась возмутиться, но тщетно, всё было сделано. Без удовольствия молодой человек отметил, что становится похожим на неё. Андрей выскочил из салона, помахал родне и, взяв в объектив лицо рыжей, появившееся из-за машины, отметил на нём «Пофигизм, да и только».

— Привет, голубки! — обратился отец к ним, расплываясь в улыбке. Зоркий глаз маман, впечатался в пятно на костюме.

Женщина достала молчком влажную салфетку, подошла ближе и стала резкими движениями растирать «кляксу». Андрей блеснул глазами на Софью, которая, зевнув, уже включилась в разговор с отцом, а затем, пошла за ним следом. Бесило! Рыжей было плевать на всё!

— Андрюша, что-то не оттирается, — переключила на себя внимание маман, — но здесь есть химчистка, тебе нужно обратиться туда.

В фойе гостиницы, когда Царёв догнал нахалку, изощрившись, ему удалось шепнуть ей на ухо, рядом со стойкой регистратора:

— Думаю, окончательную стоимость договора нужно сильно корректировать, учитывая твои косяки.

Бесстыжая не реагировала, уступая Андрею такую возможность, и реакция, конечно же, последовала, особенно на слова, обращённые к ним:

— Вот ключ, — девушка-регистратор положила на стойку пластиковый прямоугольник, — ваша комната 411 на четвёртом этаже отеля. Приятного отдыха.

Осознание возможности все эти дни находится в одной комнате с девицей, выбило Царёва из колеи, что называется, без попыток обратно в неё забраться. С момента, принятия рокового для себя решения, дальновидность напрочь, покинула его голову. Теперь молодой человек не сомневался, что дальнейшее развитие событий может и вовсе привести обоих к какой-нибудь очень опасной ситуации.

Соня

Пришлось сдержать эмоции, которые так и рвались наружу. Самый счастливый день в её жизни! Нет, два, три счастливейших дня! Об этом даже не могла и мечтать. Самовыразилась скупо — отправив в сторону Андрея воздушный поцелуй, затем подмигнув, когда ключ оказался в его руках. Взволновала ли его расстроенная мимика на это? Нет! Маман по-прежнему делала вид, что её не замечает. «Ну и флаг ей!», — подумалось девушке радостно.

— Николай с Меленой рядом с вами в 412 номере, — осведомила их женщина, и Соня заметила, что спина Андрея напряглась, радости мгновенно у девушки поубавилось, — они уже там.

Это ж, как нужно было сказать последнюю фразу, что Макушева сразу поняла — относится информация именно к ней?! Царёв, по всей видимости, оповестил, по чьей вине сборы стали долгими. «Да, по барабану!», — подумала она про себя, переключив внимание на внутреннее убранство фойе дорогого отеля.

Мнимый жених направился в сторону лифта, Софья поспешила за ним, помахав на прощание Ивану Валерьевичу и зацепившись за руку «своего» соседа. Прикосновение... Тёплое. Будоражащее. Вот только ради него можно было сюда явиться и продолжить авантюру. Нега разлилась по телу, побежала по конечностям, делая свою хозяйку слабой и уязвимой. Взгляд так и просился запечатлеть картину их сцепленных рук. Царёв затряс конечностью, сбросив её кисть. Разочарование получилось таким сильным, что напомнило случай в детстве, когда дети с площадки, чтобы не играть с нею, все без исключения, бегом отправились в другой двор, оставив Соню в слезах с разбитым сердцем и раздавленной гордостью, стоять одну.

Сама понимала, что грань между «можно» и «нельзя» очень тонкая, но не нарушать её постоянно, просто не могла! Так уж устроен человек, сложно отказаться самостоятельно от соблазнов. Вошли в комнату. Огромная кровать не только впечатлила, но и смутила, ровно то же испытал, кажется, и Андрей, который, сославшись на дела по заносу багажа, исчез за дверью. Было даже лучше остаться наедине с собой, привести в порядок разметавшееся сердце. Софья сложила трубочкой губы, продолжительно выдохнула. Не зацикленная особо на материальных побрякушках она, просто отметила, что в комнате «шикарно».

Девушка подошла к окну, впускающего яркие солнечные лучи, и заметавшиеся мысли унесли её в насущное. Наконец-то закончились лекции, предстояли экзамены, и впервые, Макушева не знала, как настроится на этот марш-бросок. В голове булькало болото — мешанина самых разнообразных мыслей, противоречащих друг другу, оттого, как в басне «Лебедь, щука и рак» всё пребывало на одном месте («а возу всё нет ходу»), обрастая тростниковой толщей. Софья тряхнула головой, прогоняя лишнее настроение, мешающее наслаждаться жизнью. В этот момент она уловила за окном взглядом пару, шагающую по песку вдоль морской кромки — это были Николай и Мелена. Идиллия между ними ощущалась на расстоянии. Чертыхнулось что-то вроде зависти — чувство абсолютно незнакомое Соне, оттого её напугавшее.

— Разбирай своё барахло, — услышала Макушева у себя над ухом голос соседа по комнате. Когда успел подойти так близко?! Она резко развернулась и, не рассчитав дальнейшего телодвижения, просто начала заваливаться, всплеснув верхними конечностями.

Андрей

Ёкнул ужасом мозг, что ненормальная может убиться, он и не понял, как руки сами подхватили это убожество, отметив про себя: «Совсем лёгкая, в отличие от характера». Андрей вернул девушку на место и только хотел вылепить ей, что-то похожее на нравоучение по поводу её умения держать равновесие, как остановился, увидев Сонин, испуганный и вместе с тем, волнующий его сердце взгляд, эти огромные зелёные глаза... Слова повисли в гортани, не успев дойти до языка.

Их тела застыли. Оба. Взгляд затягивался, рождая непонятные эмоции в молодом человеке, они словно звери, не желающие выходить из пещеры к охотникам, метались по маленькому пространству в груди, в ожидании интуитивно непоправимого. Андрей удивился, поскольку точно увидел в глазах Сони чувственность по отношению к нему. «Разве эта дура могла испытывать, что-то подобное?», — спасительная мысль мелькнула, кстати, подкинув единственный и самый правильный, на его взгляд, ответ: «Да ну, на фиг! Бред!».

Резко оттолкнув её от себя, Царёв отвернулся. В поле зрения попал собственный чемодан. Он решительно направился к нему, на ходу снимая пиджак и ложа вещь в кресло. Стояла настоящая летняя жара, деловая экипировка становилась утомительной для тела. Раскидав пожитки, Андрей отправился в душ, даже взглядом не удостоив Софью, просто было неинтересно, чем она занимается, и чем дышит.

Холодная вода струями стекавшая по лицу, слегка остудила его пылающие щёки. Зной, Андрей, всегда переносил с трудом... Обмотав полотенцем мокрое тело, он вышел из душевой. Теперь, всё тот же зной превратился для него в нечто ласкающее, бархатное. Царёв обвёл комнату взглядом. Это «мелькающее существо» исчезло, чем обрадовало несказанно. С места молодой человек подскочил и плюхнулся на кровать, раскинув руки в обе стороны.

Нахлынули картины давно минувшего. В прошлом году с Меленой они отдыхали здесь, в этом отеле, в другом, естественно, номере, однако..., всё так походило на «тогда»! Царёв сел по-турецки, руки граблями прошлись по волосам от висков к макушке. Не желали эти воспоминания выбрасываться из головы, прочно там поместились, будто гвоздями прибитые.

Глубоко вздохнув, Андрей соскочил с кровати и подошёл к злосчастному окну. Всмотрелся вдаль. Море всегда любил, оно невероятным образом, забирало на себя весь накопленный им негатив. Потянулся..., и увидел соседку по комнате, лихо бегущую к воде. Волосы раскачивались из стороны в сторону в такт движениям, свободным и плавным. Слитный чёрный купальник, обтягивающий её фигуру, конечно, оставлял желать лучшего, но в целом Соня неплохо смотрелась.

Мысли восхищения девушкой напугали и самого, Царёв отвернулся, стараясь забыть пережитое только что. В это время зазвенел сотовый телефон. Маман сообщала о встрече в местном кафе за обедом через полчаса. Скрепя сердцем, Андрей принял информацию, вздохнув, отыскал среди списка звонков букву «Р» и набрал его, чтобы предупредить коллегу, по несчастью, о предстоящем мероприятии, но услышал звенящую трель под подушкой, если можно было так назвать песню Пьера Нарцисса «Я шоколадный заяц». На словах «я ласковый мерзавец» на экране обнаружил свой псевдоним «Симба», естественно, неприятно его удививший. Царёв покрутил Сонин гаджет в руках и педантично положил на подушку сверху, с намёком, что брал...

Соня

Море, словно русалка взглядом, манило и завораживало. Оставшись в комнате одна, Софья поняла неожиданно, что лишится чувств, если увидит Царёва выходящего из душа полуголым. И в самых смелых мечтах она не могла представить себе ничего подобного. Как только дверь в душ заперлась, прикрываясь шторой, девушка переоделась и выскользнула из номера. Навязчивостью веяло: «Не зайду больше в эту комнату никогда!». Требовалось срочное расслабление! Макушева являлась идеальной пловчихой, в школьных соревнованиях занимавшей почётные первые места, поэтому плавание стало для неё занятием лёгким и умиротворяющим, обладающим прекрасным способом восстановить эмоциональный баланс.

Она скинула тапочки, вошла в воду и решила плавать до тех пор, пока нафантазированная дурь не выйдет у неё из головы. Тёплая вода приветливо скользнула по коже ног, Соня подбросила ступню вверх, превращая всё в брызги и вновь переходя на бег, отправилась в глубину, где оставался возможным покой её разбушевавшимся мыслям через труд упорной гребли руками, всего вестибулярного аппарата.

Не сразу Макушева увидела вдалеке фигуру Андрея, призывно махающего ей на берегу. «А вода, действительно успокоила», — возникло в мыслях. Соня махнула в ответ и направилась к кромке моря. Подходя к нему, девушка поймала себя на мысли, что отчаянно хочет укрыться чем-нибудь и, между прочим, небезосновательно, тот коротко осмотрел её всю. Вряд ли понравилась — казалось очевидным, малюсенькая догадка об этом, практически расплющило оставшуюся крупицу Сониной гордости. Слитный купальник закрывал максимум её телесного пространства, но именно рядом с ЭТИМ человеком, саму себя, девушка всё-таки, ощущала абсолютно нагой.

— Чёрт, надо ж было так угодить! — Соня не заметила, как произнесла это вслух, благо тихо.

— Что ты там бормочешь? — то ли требовательно, то ли просто для поддержания разговора, молвил Царёв. Насколько смогла, настолько укрылась руками. Впрочем, не возникало надобности, он уже не смотрел на неё, переместив взгляд куда-то вдаль.

— Я спросила, «чего хотел?» — Соне и вправду хотелось услышать причину, по которой её вытащили из воды. Пользуясь моментом, пока молодой человек отвернулся, Макушева «облапала» его фигуру глазами. Андрей выглядел умопомрачительно в белых майке и шортах. Девушка закусила губу, нюхнула морской воздух, вновь эмоции стали поднимать градус её восприимчивости.

— Маман звонила, просила явиться на обед, — жених взглянул на наручные часы, — уже через десять минут мы должны быть там.

Разглагольствовать по этому поводу, она не стала, просто подхватив с песка тапочки, ведь: «Исполнение желаний Господина Царёва, было для неё главным, в пребывании здесь».

Глава 9

Соня

Волосы от морской воды у девушки стали подвиваться, соседство с Андреем наложило на щёки несмываемый румянец, лишь немного химии (чёрной туши на ресницы) и вуаля — почти красавица! Почти... Соня услышала нетерпеливый стук в дверь и: «Ты ещё долго?». — Да-да иду! — откликнулась она, в последний раз проведя пятернёй по волосам.

Вышла. Андрей встретил её без особого энтузиазма, короткая юбка и футболка изрядно обтягивающая фигуру его не впечатлили. «Конечно! На что там было пялиться, и чем вдохновляться? Всё плоско!», — вздохнула с досадой Макушева.

Кафе в скандинавском стиле, располагалось метрах в двухстах от отеля, оно приветливо сверкнуло новым посетителям огромными окнами, врезанными в деревянный массив. По привычке Соня взяла Царёва за руку, и тот не отшатнулся, «видимо, стал привыкать» — подумалось девушке, однако её пальцы, молодой человек ладонью обхватывать не спешил.

Они вошли в прохладу здания. От солнца Софья слегка подослепла, поэтому первые секунды девушка шла, как сомнамбула, просто полагаясь на движения партнёра. Когда картина прояснилась, взгляду предстал довольно приличных размеров круглый стол и большое, относительно количество народа, ведущего себя не особенно шумно. Иван Валерьевич привстал их встречая. Всё-таки этот мужчина имел невероятную энергетическую силу, Соне, прям, хотелось быть покорной рядом с таким человеком, она ему улыбнулась. Вблизи послышались ещё приветственные голоса, направленные в их сторону, а возникшая вдруг перед ними маман, схватила Андрея и уволокла в другой край стола, поэтому Макушевой ничего не оставалось, как сесть между загоревшим молодым человеком, ломано говорившем на русском, с одной стороны, и Меленой с другой.

Дискомфорт сильно сковал её движения. «Вот ведь грымза старая!», — Соня отправила бессовестной тётке свирепый взгляд, но с той, «как с гуся вода», даже не обратила на него никакого внимания.

— Давай знакомиться! — услышала она рядом, иностранец протягивал ей руку.

— Софья, но можно просто Соня, — откликнулась девушка дружелюбно, помещая кисть в горячей ладони.

Глаза навострились на ту, рядом с которой поместила Андрея маман. Сама несносная женщина села по другую от этой девушки сторону. Мелена повернулась и неожиданно тоже осчастливила соседку улыбкой.

— Что хочется? Могу положить, — богиня ждала ответа.

Волшебные голубые глаза бывшей Андрея, излучали доброту. Соня отметила про себя, что у неё самой никогда не получится ТАК взглянуть на кого-нибудь.

— Соньа, положу тебе вон тье брависсимо шашлыкьи, — услышала она с другой стороны.

Иностранец взял всё в свои руки, по-хозяйски завладев её тарелкой. — Тебье надо кушьать, попровлятьсьа.

Намёк был понят буквально. Когда чашка наполнилась, Макушева заметила, уже стоящий перед собой бокал красного вина, очевидно, поставленный Меленой. Внутренняя ломка по отношению к блондинке оказалась неожиданной и болезненной, но дистанцию она, всё равно, сокращать не собиралась, хватит и улыбки в ответ. Без надрыва — простенько. Приглашённые подняли бокалы. Отец говорил что-то там о рождении их компании, и о том, что рядом с ним находились самые родные и близкие в этот момент люди, оказавшие ему настоящую поддержку, а глаза Сони залипли на паре, сидящей по диагонали — Андрее и ухоженной брюнетке. Глава семейства, первым делом, чокнулся своим бокалом с его второй половиной, сиявшей в этот момент святой невинностью на лице, Соню аж повело в сторону с такой милоты, затем Иван Валерьевич обратился, к мужчине преклонных лет, расположившегося по другую сторону от него. Зазвенели бокалы, гости за столом поддержали это бряцание поздравлениями и рукопожатиями тех, кто сидел рядом. Мелена, оставила попытки, с нею сблизится, в то время, как Бернардо, тот самый иностранец, впился пауком в её свободные уши.

Обед затягивался в связи с чем игнорировать темнокожего весельчака стало совсем непросто. Царёв сначала подливал сидевший рядом брюнетке вино в бокал, ухаживал, подкладывая еды ей в тарелку, а затем, заструился и зажурчал разговор между ними. Настроение у наблюдавшей за происходящим между ними Макушевой, сильно упало. Глаза впились в «типа» жениха, но тот был занят.

«Чёрт его возьми!», — замелькали гневные мысли у девушки. Один за другим, бокалы стали опрокидываться в Сонин рот. Голова захмелела, тело стало напоминать йогуртовую консистенцию... Выпивала она редко, только с одногруппниками на праздники, даже хвалёный запах пива не выносила на расстоянии, а тут...

— Эх, кого он может потерять! — видимо, получилось сказать это вслух потому, что Берни уставился на неё непонимающе, обгладывая куриную ножку.

Естественно, в этот момент она имела в виду собственную персону. Соня метнула взгляд в сторону соседа по комнате, в надежде, что тот вспомнит про её существование, но опять никакой реакции со стороны Царёва не обнаружила, только улыбка для той, что рядом.

Итак, Софье вдруг стало жаль себя! Девушка поджала губы — кинула на стол салфетку, которой только что обтирала рот и, соскочив с места (секундное дело), покачиваясь, отправилась к тем, двоим.

— Дорогой, мне уже пора бай! — свесившись на плечи Андрея, со стороны брюнетки запела Макушева, загораживая головой его собеседницу.

«Если эта девка вякнет, вцеплюсь ей в волосы», — подумала Софья, сузив глаза, ожидая реакции от протеже мамаши, но та благоразумно молчала. Царёв нахмурился, однако обведя взглядом присутствующих, абсолютно со всеми скрестившись глазами, сообразил, что нужно ретироваться. Молодой человек встал, извинился и, взяв под руку «ненаглядную» вышел вместе с нею на воздух, встретивший их жарким сухим паром, почти как в сауне.

Андрей быстрыми шагами направился по дорожке, его прямая спина говорила явно: «Я взбешён!». Макушева поплелась следом, стараясь держать координацию. «Ну и пусть злиться!», — довольно подумала она. — «Зато сейчас Царёв шёл с нею, а не сидел с брюнеткой!». Пройдя немного, девушка поняла, что её конкретно развезло — солнце сделало свою работу за несколько минут. Соня почувствовала, что ей на плечи словно нацепили невидимый рюкзак, с тяжестью которого, оказалось, справиться невозможно. Девушка расстелилась на кафельной дорожке. Встать самой не получилось, всё вокруг непривычно вращалось и плыло, поэтому Макушева просто легла на спину и закрылась рукой от палящего солнца. Отдохнуть у неё получилось недолго, поскольку через пару минут, она услышала приближающиеся к ней, известно чьи, шаги. Соня громко засмеялась с радости: «Вернулся! За нею!».

Андрей

— Пьянь! — выругался он.

Эта ненормальная закатывалась от хохота, валяясь, будто бомжиха на земле.

— Вообще-то, я не пью! Совсем! — заверяла она, успокоившись, наконец, от смеха, возведя вверх указательный палец, вид при этом, сделав умный-умный.

— Оно и заметно! — отозвался молодой человек, прикидывая, как с нею поступить дальше.

«Тощая — донесу», — подумал Андрей и одним движением поднял обмякшее тело. Молодой человек перевалил её через плечо, отметив, что лёгкость являлась единственным Сониным преимуществом, после чего двинул вдоль дорожки.

Это ж надо было так, вновь его опозорить! Царёв и не подозревал раньше, что унижение могло быть таким болезненным. Всю свою жизнь существовал правильно, сначала ради репутации отца и матери потом собственной, а эта — одним махом пригвоздила хвалёный его статус, как башмак муравья. Несколько раз Андрей взглянул на рядом сверкающий зад, известно для каких целей тем более что находился он всего в ручной его доступности. Среди собственных тихих ругательств, даже не сразу сообразил, что рыжая, членораздельно бормочет обращение к нему.

— Тебе ЕЩЁ что-то нужно? — спросил Царёв грозно и одновременно удивлённо.

«На её месте просто бы сопел в тряпочку», — подумал он про себя.

— У меня юбка короткая, — услышал Андрей и ухмыльнулся: «Ишь ты! Стыдно ей стало!».

Молящий тон заставил вступить молодого человека в поединок с собственной совестью.

— Своё-то как бережём! Да?

Захотелось проучить эту несносную. Голова мгновенно пришла на выручку с идеей. Царёв бегом, благо, что ноша была почти невесомой, отправился к воде. Соня попыталась вставить своё «полегче», но Андрей, словно азартный игрок, уже не обращал внимания на её пьяное блеяние.

Залетев на скорости в море, его темп замедлился — вода останавливала, тормозила и, не справившись, в конце концов, с равновесием молодой человек упал, выпустив, точнее, скинув с себя, Макушеву.

Рыжая ушла под воду, но здесь же, вынырнула обратно.

— Ты, дурак?! — кричала она, протирая руками глаза. — Я ведь захлебнуться могла, вообще-то!

— Мне, кажется, ты — живее всех живых! — шутил Андрей, скрывая плечи в воде.

И вдруг такая его охватила радость, такой смех, что сам удивился. Навскидку смеялся так, в последний раз он где-то в студенчестве. Соня тоже хохотала, и смех у неё был такой чудесный, что поразил Царёва своей мелодичностью, он застыл, прислушиваясь к нему. Оказалось забавным наблюдать, как она плюхается, пытаясь его обрызгать, или плывёт следом, негласно принимая игру «догонялки», уплывает сама, когда менялись ролями.

Наконец, молодые люди утомились и вышли из воды.

Соня

Девушка отчасти протрезвела и, несмотря на премилое общение с Царёвым сейчас в море, не могла уложить в пазлы то, что произошло...: «Правда улыбался?», «Правда, ему нравилось то, что происходило между ними?». Решила проверить догадку... Догнала — схватила за руку, надеясь, что продолжится общение вроде того, что несколько минут назад произошло, но Андрей мягко вырвал ладонь, произнеся ранящие её, сильнее, чем нож на кухне, когда готовила еду, слова:

— Сейчас «моих» тут нет, поэтому ЭТОГО делать совсем необязательно. Расслабься.

Девушка ощутила дребезги внутреннего зеркала души — колючие до боли. «Повелась, как в дешёвых фильмах, думала: «Оп! И как тигр в клетке?». Рассуждения: «отчего так?», — выбивали почву из-под ног.

Сначала, Соня не хотела вообще за ним идти, заставляя себя стоять на месте, однако ноги самостоятельно двинулись туда, где маячила фигура её мучителя.

Андрей

Девчонка делала больше, чем нужно — начинало напрягать и эти «держачки» за руку тоже… Причину сформулировать оказалось сложно, да и зачем копаться (?) — одним словом, просто сдавали нервы. Андрей вошёл в отель, подумав, между делом, что рыжую нужно отблагодарить позже — вырвала его из рук маман, и этой брюнетки Анны, похоже, большой охотницы до денег. Знал он подобные призывные взгляды и напущенную вульгарность охотничьей сексапильности. Другое дело — Мелена. Несмотря на некоторую манерность, девушка никогда не позволяла лишних откровенностей. С нею всегда оставалось спокойно, это-то и завораживало.

Период трапезы в кафе Царёв выдержал достойно, ни разу на неё не взглянув. Молодому человеку давалось подобное с трудом, конечно, и пришлось прилагать огромные усилия над чувствами, чтобы не смотреть в сторону бывшей, но в какой-то момент, взгляд всё же метнулся туда, где сидела она, задержавшись чудом на Макушевой, которая во все свои тридцать с «мудростью», улыбалась Берни — двоюродному брату из Италии. «Эту ничего не прошибёт», — завертелось у него в голове, — «везде, как своя, в точности, как Николай». Напоминание о брате, отдалось в груди печалью.

Рассуждения закончились оттого, что сзади Андрея догнали шаги. Это шагала Макушева. Она уже не делала попыток ухватить его ладонь, как обычно, за что и был Царёв, в принципе, ей благодарен, просто плелась за ним молча.

Соня

Зашли в комнату. Колбасило не по-детски.

«Больше ни капли алкоголя в рот!», — прочно вошло в её голову. Мелкая дрожь сотрясала Сонино тело. Списывать на что-то другое было бессмысленно, всё являлось очевидным. Состояние такое получилось от одного — от градуса...

«А может, нет?

Может, очевидно, другое?

Обида?» — в голове замелькали картинки их общения.

«Да-а-а! Чёрт возьми! Да! Но если ничего ничего не возможно изменить сейчас, нужно было просто идти спать!», — скомандовал девушке её внутренний голос.

Соня зашла в душ, переоделась, на выходе запечатлев в зеркале свои зелёные печальные глаза, вновь чертыхнулась, взбодрив себя этим, и наконец-то, добралась до кровати. Царёв как раз выходил из комнаты с пиджаком в руках.

— Я скоро, до химчистки и обратно, — коротко предупредил её он, но Софья не ответила, сделав вид, что не услышала фразы.

Перед тем как лечь, она заметила свой телефон на подушке, а не под нею, как оставляла ранее. Макушева обладала хорошей памятью, поэтому удивилась такому перемещению гаджета. Посмотрела пропущенные звонки, среди которых числились три абонента: «Люська», «Филя» и «Симба».

«Значит, набирал меня и видел себя на экране», — что-то вроде похожего на смущение колыхнулось далеко-далеко в глубине, но привело в чувство рядом стоящее: «Ну и пусть! Так, ему и надо!». Софья плюхнулась на кровать. Злорадство оказалось последним её чувством. Бессонные ночи, да к тому же алкоголь дали о себе знать — организм был измотан, сон наступил, практически мгновенно.

Глава 10

Соня

Девушка проснулась, когда стемнело, с одной-единственной мыслью — утолить жажду. Не сразу сообразила, где находится. Глаза кое-как выхватили в темноте спасительный ночник на прикроватной тумбе.

Свет мягко обнял пространство номера. Царёва в комнате не было. «Одиночество» задело лишь отчасти, так как утоление жажды выступило на первый план. Всё тело ныло, как после тяжёлой физической работы. Настроение оставалось ни к чёрту. Девушка нашла графин с водой на столике между креслами и поняла, что если будет и далее тянуть время, наливая жидкость в рядом стоящий стакан, то просто лишится чувств, Макушева прилипла губами к стеклянной кромке. Именно этот момент и застал Царёв.

— Уже проснулась? — спросил он.

Соня покосилась на переодетую в светлую футболку и чёрные шорты фигуру. Любая одежда этому подлецу шла к лицу. Лёгкая улыбка Андрея, неестественно мягкая, заставила сердце отозваться быстрыми ударами. Однако девушка вспомнила его сегодняшнюю нотацию, если её можно было так назвать, и собственное разочарование при этом. Подействовало отрезвляюще — Макушева отвернулась и выдавила, снова принимаясь за кувшин:

— А что, не видно?

Её тон напомнил ей голос обиженного ребёнка. Хотя чему тут было сердится? Их связывали исключительно договорные отношения, ну или отношения по договору, кому как нравится... Мысли выстраивали по сантиметру границу дозволенного. Соня приходила в чувства. Да, с собой получалось совладать непросто, но справилась — выдохнула и готово! Из сердца вон! Что бы сейчас этот красавчик ни сказал, не «зайдёт», определилась она с тактикой поведения и принялась пить дальше.

Если молодого человека и задел подобный ответ, вида Андрей Софье не показал. В отличие от неё он владел эмоциями мастерски.

— Ужин, у моря интересен? Случалось что-нибудь подобное?

Царёв сказал это так внезапно, что Макушева поперхнулась, а прокашлявшись, уставилась на мнимого жениха во все глаза, понимая, что тот настрой, который она только что тщательно создавала, начинает давать трещину.

— В смысле?

Проговаривая эти слова, наряду с требовательным урчанием желудка, Соня почувствовала пленительные трепыхания крылышек Махаона внизу живота. Девушка растянула несмело губы, однако, эта улыбка прилипла к лицу, как замороженная.

— От отеля на берегу. Там весело. Народу прилично. Пойдёшь?

Софья реально чуть не заплакала и не оттого, что Андрей сказал такое и разрушил её нелепые фантазии, личная реакция поразила — убийственная, горючая, разлившаяся по всем венам и аорте, возникало ощущение, что не остаётся ничего живого, словно огнём прошлись. Живот вновь заурчал, подсказывая любимой хозяйке единственно верное решение.

— Пойдём, — Соня сама не узнала свой голос, столько булькало в нём желчи!

Взглянула на экран сотового телефона — половина двенадцатого ночи. «Для ужина поздновато», — пролетело в голове. Но ей ли нужно об это думать с её сорока семью килограммами веса? Из чемодана Макушева достала футболку и джинсы, желания как-то не хватило их разложить. Смятый вид не смутил, часто подобное одевала. Некоторое время назад, такие вещи были даже в тренде. Софья пожалела, уже запоздало, что не закинула с собою тёткиных лёгких платьев. Ну что получилось, в силу ограниченного времени для сборов — сама виновата.

МАкушева метнулась в душ и вышла оттуда через две минуты. Не понимала она девчачьих долгих и утомительных сборов, но сегодня сделала бы исключение из общих этих правил.

«Хотя..., — Софья остановилась, — Договор и точка!».

Ожидавший её Андрей пленил вновь Макушеву запахом одеколона, и только спасительное урчание в животе, которое раньше вызвало бы смущение, вырвало девушку из лап этого демона.

— Готова? — зачем-то Царёв переспросил девушку, оглядывая с головы до ног.

— Угу, — отозвалась Соня, стараясь не смотреть ему в глаза.

Она прошествовала мимо «жениха» с высоко поднятой головой. Становилось нелегко, ведь в темноте, этот парень выглядел ещё более привлекательно.

«Невеста» остановилась на секунду, так как пришла неприятная думка — ночевать придётся с ним в одной комнате..., в одной постели...

— Договор, — тихо напомнила Соня себе, набирая ход.

Оставалась единственная спасительная соломинка здравого её поведения. Подкрепляясь недавними неприятными воспоминаниями, Макушевой удалось восстановить баланс нейтралитета к рядом шагающему человеку.

Пляж действительно встретил большим количеством народа, с небольшой сцены неслась приятная мелодичная песня в исполнении молодого человека. Столики с яствами даже на расстоянии источали ароматы. Фонарики повсюду создавали атмосферу сказочного волшебства. Люди танцевали, сидели с мечтающими выражениями, просто передвигались по площадке, отдыхали.

Соня сумрачно вздохнула, увидев «наших». Настроение, которое «было не особо» рухнуло ниже почвы. Брюнетка в синем обтягивающем платье уже выдвинулась вперёд, заметив их. Марина Васильевна, изобразив улыбку на своём кукольном лице, тоже присоединилась к ней, показательно окинув взглядом несвежий вид невесты старшего сына.

— Ой, Андрюша! — воскликнула женщина. — Ты пришёл! Вот и замечательно! Анна тебя заждалась!

Наглости этой тётки оставалось позавидовать! А как же она, Соня? Ведь стоит рядом живая, хлопает глазами. И только хотела девушка открыть рот для возмущений, как услышала над ухом твёрдый голос Андрея.

— Мам, мне, конечно, приятно, что Анна проявляет ко мне повышенный интерес, но я не один, если ты могла заметить. И не пришёл бы, коли мой Рыжик на это бы не согласился.

Макушева и жениху хотела отправить довольно колкое замечание на «Рыжика», однако, тот быстро привлёк Софью к себе за талию, уткнувшись носом в висок — парализуя выполнение задуманного. Могла отреагировать более бурно на прикосновение..., но невероятный дуэт похмелья с сильным голодом, всё-таки притупило её чувствительность. Настрой тоже помог — на деловые отношения.

О-очень.

Даже вырвалась из его объятий — пусть видят, что она может позволить с ним себе делать! Хмыкнула, когда маман неодобрительно ахнула.

Нужно определённо держать с Царёвым дистанцию, в противном случае заносить в номер придётся уже оставшееся от неё слаймовое желе. Обиду, Соня тоже припомнила: «Как там он сказал? Расслабься?», — вот и придётся это сделать. Расслабиться...

Софья направилась к столам, наполненным едой, переключилась на аппетитную вкуснятину. В глубокую тарелку с приличной горочкой она наложила всё, что считала съедобным и сытным, развернулась, и намеренно игнорируя Андрея, пошагала к знакомым ей товарищам.

— О, Сонья! — обрадовался Берни, завидев её.

— Идьи съюда!

Девушка едва улыбнулась и кивнула в знак приветствия. Тяжёлое состояние не подразумевало свойственную ей дружелюбность. Хотя отчасти Макушевой и льстило внимание ещё одного человека из этой компании лояльно настроенного по отношению к ней. Она махнула рукой, сидевшему рядом с загоревшим парнем Николаю и включила игнор, когда Мелена, повернула голову для вечернего приветствия. Ничего не могла с собою поделать! Однако поняла вдруг, что всё произошедшее за день, сильно Соню обессилило. Софья плюхнулась на стоящий рядом с Берни стул и принялась за трапезу.

«Если бесплатно, то и вторую порцию можно втолкнуть», — с удовольствием отметила девушка про себя. Интуитивно почувствовав, что Андрей остановился позади неё. Злорадство ликовало безпредельное — ему не досталось места рядом с нею!

«Не хочет принимать её чувства и не надо!», — мелькнула ехидная мысль в голове. Вилка застыла в воздухе.

Открытие пронзило острой догадкой ВСЮ её до самых ногтей пальцев ног.

— Любовь, что ли? — шёпота не было слышно, только лёгкое движение губами.

Макушева тряхнула головой, но та революция, что сейчас обуяла сердечную область, лишь подтвердило медицинское заболевание F 63.9.

Любовь...

Мысль о безответности этих чувств и вовсе подогрело бушевавшие органы. Единственный — желудок, не желая предавать хозяйку в который раз напомнил о себе. Именно благодаря ему, удалось частично переключиться. Готовили здесь поистине отменно!

Насытилась девушка, на удивление быстро. Берни развлекал разговорами, сути которых Соня, естественно, не улавливала, но активно махала головой в знак солидарности со всем, что парень озвучивал.

В момент, когда девушка откинулась на спинку стула и расслабилась, она почувствовала, что на плечи по-хозяйски легли, чьи-то руки и не нужно было оглядываться, чтобы понять, кому они принадлежали.

— Потанцуем? — чуть склонившись, но довольно громко, предложил Андрей.

Тот комок нервов, о котором нечаянно Софья забыла, вновь ожил, а вместе с ним проснулось и притуплённое чувство обиды.

— Я ещё ем, не видишь? — получилось пискляво, но смысл оставался понятен: «Не лезь ко мне сегодня!».

Анна возникла из ниоткуда. Опёрлась о спинку соседнего стула, картинно выпрямилась, выставив свой третий размер груди всем напоказ.

— И нравится тебе Андрей, такое к себе отношение? — запела она.

Берни с Николаем прекратили разговор, переключившись на происходящее рядом. Впервые Соня увидела, как чья-то фраза задела Царёва. Названый жених выпрямился, заводил глазами, придумывая, вероятно, деликатный ответ, но Соня уже перехватила инициативу. Ей как раз было не до дипломатии. Обижали того, кто принадлежал ей! Хотелось показать этой принцессе её, блин, место!

— А ты, как думала?! Да за это он меня и полюбил! Как хочу так с ним и поступаю, это всё, — Соня провела руками параллельно фигуре жениха сверху вниз и обратно, — МОЁ и никому не отдам. Ясно тебе?!

Говорила Макушева практически то, что думала. Убедительно. Анна, не ожидавшая такого накала страстей, просто открыла рот, маман, слышавшая всё до единого слова, повторила мимику своей протеже.

Поразила реакция Андрея — молодой человек стал смеяться, сначала сдержанно в кулак, потом во весь голос. Анна с маман трусливо ретировались.

— Пойдём, потанцуем! — Макушева с запозданием ответила Андрею на приглашение, но эту фразу выкрикнула так громко, чтобы она долетела обязательно до ушей тех самых женщин.

Соня схватила кавалера за локоть и поволокла его на танцплощадку, отметив про себя, что тот не слишком упирался.

Макушева клокотала. Оказывается, ревность сносИлась ею бурно, разрывала грудь по кусочкам, вздымала эту грудь в глубоком спазмированном дыхании. Такую сильную ревность, Соня испытала впервые. Что же с нею сделал этот человек?! Девушка взглянула на смеющегося Андрея. Ни капельки к ней сострадания... Он поймал её в объятия, успокоив, прижал к себе. Вся ярость превратилась в слепого котёнка, трепеща в плавных покачиваниях, словно убаюкиваясь, уступив место блаженству. А ведь собиралась воздвигать там, что-то между ними, игнорировать, держаться подальше.

Тщетно.

И не имело ровным счётом больше никакого значения для неё ни обида, ни ревность, ни договор....

Девушка подняла глаза и встретилась со взглядом любимого человека, снова до дна уйдя в их глубину.

Андрей

Царёв не думал, что такое безобидное предложение вызовет подобный накал эмоций.

Рядом с Николаем, недалеко от Сони, сидела, Мелена, это для её глаз и ушей был весь этот спектакль хотя и брюнетке тоже предназначался, но в меньшей его степени. Намерено, предложение потанцевать, рыжей сказал громко... Анна совершенно не к месту ввязалась в разговор, отчего и получила от зеленоглазой бестии по заслугам.

Во, девчонка! Не уступает даже великой Фаине Раневской! Просто если бы не знал, что играет, точно бы поверил в сказанное ею! Оттого и рассмеялся — это открытие стало для молодого человека словно волна, снесло просто.

Андрей встретился с мнимой невестой взглядом, смотрела девушка как-то странно, видимо, из роли сложно выходила, но, тем не менее — глаза чистого ангела, будто и не было той разъярённой кошки.

— Знаешь, мой Царь зверей, я хочу домой, — донеслось до него.

Лицо рыжей казалось расстроенным. Кличку, предназначенную ему, опустил, сосредоточившись на словах.

— В смысле в номер? — переспросил он, не до конца понимая её высказывание относительно «дома».

— Угу, — мотнула «невеста» головой.

Почему-то стало, очень её жаль. Молодой человек обнял Софью за плечи и повёл в сторону отеля, а она, как только пляжная вечеринка скрылась из поля зрения, скинула довольно жёстко руку со словами:

— Твои уже не видят нас, поэтому ЭТОГО делать совсем необязательно. Расслабься!

Девушка отвернулась и продолжила свой путь по дорожке. Вернула, выходит, сегодняшнюю его фразу, будто выплюнула, а ведь собирался ей помочь, от всего сердца. Царёв не знал, как себя с нею вести, каждую секунду да ждал оплеухи или очередного взрыва её скверного характера. Ещё ТО, создание! Соня проявляла себя порой так неожиданно, что оставалось только развести руками.

— Ещё немного осталось. Потерпи..., — прошептал он вслух.

Какому адресату отправилось от него сие напутствие, Андрей и сам не понял.