Догнать солнечный ветер

Пролог

— Курсант Герреро, что вы скажете относительно источников энергии у нейтронных звезд? — пожилой профессор с седыми клоками волос на голове и морщинистой пигментированной кожей поднял прищуренный взгляд на слушателей.

Курсант, которому был задан вопрос, не успел подняться со своего места в лекционной аудитории, как механическая дверь входа отъехала в сторону, и в помещение четким строевым шагом вошел куратор третьего курса капитан-лейтенант Игнат Тузо. На синей военной форме флота Межгалактического Альянса сверкал недавно полученный орден Золотого Коршуна. Единственная специальная награда, которую военнослужащие космического флота могли получить за личную храбрость и подвиги в бою. Игнат Тузо вряд ли был сильно старше своих подопечных, но он был одним из немногих старшекурсников, кто в своем возрасте уже допущен к выполнению боевых полетов и задач. Оттого курсанты, находящиеся под кураторством Тузо, были особенно рады и горды. В какой-то степени Тузо был легендой, на которого старались походить курсанты ВВАМП[1].

Игнат Тузо обладал отменной военной выправкой и громким поставленным голосом. Русые, почти серые волосы были коротко подстрижены, а проницательные карие глаза сканировали пространство, подмечая любое несоответствие уставу. Шрам, полученный при последнем вылете, сейчас некрасиво стягивал левую сторону лица Тузо. Курсанты шептались за его спиной, что от шрама можно легко избавиться, стоит только посетить медицинскую капсулу, да только Тузо на свою внешность было плевать.

Курсанты непроизвольно вытянулись на своих местах, стараясь незаметно поправить форму и не попасть в немилость к куратору курса.

— Профессор Медведев, — Тузо кивнул то ли в знак приветствия, то ли в знак извинения, что прервал лекцию.

Пожилой профессор что-то крякнул из-за кафедры и поправил сползающие очки.

— Курс, на вашем потоке пополнение. — Тузо был, как всегда, краток. Пространных речей от него не стоило ждать. Только сухая информация. — Курсанты, входите! — рявкнул куратор.

В лекционную аудиторию зашла разномастная группа из четырех студентов. Ни на одном из них не было формы ВВАМП. Получение формы занимало какое-то время.

Изар Герреро быстро оценил новоприбывших. Огромный мускулистый парень спокойно смотрел в глаза, взгляд не прятал и не отводил. Одет в простой транспортный комбинезон. Из этого, может, и выйдет толк. Рядом с ним стояла привлекательная брюнетка, высокая, про таких еще говорят — породистая, с хитрым лисьим взглядом. Явно есть характер, если не выскочит замуж, то, может, и получится что из нее путное. Щуплый паренек нервно моргал и одергивал короткие рукава— этот вылетит из академии после первых же экзаменов. И последняя девчонка, это что у нее на голове такое? Дикость какая. Ярко-розовые жгуты с бусинами были подняты в хвост. На ее шее болтались огромные наушники. Куртка механика была небрежно повязана на талии, а широкие штаны с карманами подметали пол академии. Она точно по адресу? Или ошиблась шлюзом? Изар усмехнулся: девчонка тут точно не задержится. Про себя он решил, что дикарка отвалится первой.

Перевод курсантов — привычное дело, но из всех переводившихся мало кто дошел до выпускных экзаменов. Так что новоприбывших приняли без особого энтузиазма. Изар даже отвлекся, когда куратор курса их представлял. Какой смысл запоминать их имена сейчас? Вот после первых экзаменов и познакомятся, если кто из них останется на потоке.

Игнат Тузо коротко попрощался и вышел из аудитории. Профессор Медведев громко прокашлялся и пригласил новых курсантов занять свободные места.

Аудитория была не самой большой в ВВАМП. Места курсантов располагались полукругом и десятью рядами возвышались над кафедрой профессора и сенсорным экраном. Слева от ученических столов был огромный иллюминатор, через который открывался вид на узлы и шлюзы академии на фоне бескрайнего космоса. Два прохода. Три ряда парт. Мимо Герреро прошла новая курсантка. На Изара пахнуло смесью ягодной жвачки и машинного масла.

Устроилась она на самом верху, отгородившись от остального курса двумя рядами столов. Изар тоже любил последние парты, но предпочитал не отделяться от ребят.

После недолгой заминки профессор Медведев продолжил:

— Итак, на чем мы?.. Ага… Да, итак, курсант Герреро, что вы скажете относительно источников энергии у нейтронных звезд?

Изар поднялся со своего места и начал отвечать:

— У нейтронных звезд может быть три основных источника энергии: энергия токов, тепло и вращение.

— Верно, курсант.

— А что с аккрецией[2]? — раздался хрипловатый голос с дальнего конца аудитории.

— Что, простите? — переспросил профессор, он явно не расслышал вопрос.

— Что с аккрецией? — громче повторила девица с розовыми волосами.

— Вы… — профессор уткнулся в свои записи, — Тея, верно?

— Тея Таласс, — обозначилась дикарка.

— Прекрасно! Так что вы хотели добавить к ответу курсанта Герреро?

Изар повернулся к ней всем телом, желая узнать, что же она хочет добавить к его ответу.

— Перечисленные источники энергии во многом связаны с рождением нейтронной звезды — со сверхновой и свойствами взрывающегося ядра. Но в некоторых случаях, если часть вещества, выброшенного при взрыве, падает обратно на новорожденный компактный объект, аккреция также может стать источником энергии.

Профессор взбодрился, но Изар его перебил:

— Аккреция не всегда имеет место быть.

— Но вопрос не был ограничен какими-то параметрами. — Девица бросила на Изара холодный взгляд и слегка вздернула бровь.

Изар сжал челюсти, признавать, что дикарка права, не хотелось.

— И это верно, курсант Таласс, а каким же образом выделяется энергия при падении вещества?

— При встрече газа с поверхностью нейтронной звезды вокруг неё возникает сильная ударная волна, в которой происходит высвечивание всей кинетической энергии падающего вещества.

Профессор удивленно и радостно округлил глаза:

— Отлично, курсант! Отлично. Курсант Герреро, кажется, у вас появился конкурент, — повеселел старый профессор.

Сосед Изара толкнул его в бок, а курсант Герреро не спускал внимательных глаз с выскочки. Она точно вылетит с курса первой.

[1]Высшая Военная Академия Межгалактических Полетов

[2]В астрономии аккреция — это падение вещества на космическое тело (например, звезду) из окружающего пространства под действием сил тяготения

Глава 1

«Ржавые бюрократы! Метеорит им в задницу!» — зло думала Тея, следуя по коридорам ВВАМП за теперь уже куратором ее курса. Она не сможет забрать брата с Ихор-456. По крайней мере, сразу. То, что ей обещали рекрутеры ВВАМП, оказалось дешевым фантиком.

Игнат Тузо резко остановился и оглянулся на их компанию. Карие глаза посмотрели поочередно на каждого:

— Ждите здесь. Я вас позову.

С ребятами она уже успела познакомиться и даже переброситься парой слов. Берн, Кристиан и Агния. Про себя Тея их называла Громила, Ботаник и Дива. Тея отошла к иллюминатору, желания болтать не было. За толстым, не пропускающим радиационное излучение наностеклом простирался бескрайний космос. В далекой глубине мерцали мириады звезд, образовавшие бирюзовые, розовые и фиолетовые туманности и скопления. Кто-то говорил, что космос черный и беспросветный, как глотка дьявола. Тея считала по-другому. Для нее он был бархатным, манящим, темно-синим с глубоким фиолетовым подтоном, и он никогда не был враждебен. Космос наполнен неизведанным, странным, новым. Девушка глубоко вздохнула и постаралась отрешиться от проблем, которые на нее навалились сразу по прибытии в ВВАМП.

Она осмотрелась: коридоры академии с прохладным кондиционируемым воздухом белели чистым глянцевым пластиком. Тея хмыкнула — не сравнить с той консервной банкой, в которой она провела земную неделю, чтобы добраться до главного филиала ВВАМП. Здесь, в системе Гемеры, сутки на Эльпиде длятся дольше, нежили общепринятые земные. В иллюминаторе показался бок планеты, на орбите которой была размещена академия. Лазурно-голубые воды и коричнево-зеленые земли. Облака белыми барашками заворачивались в спирали, образуя грозовой фронт. Эльпида была прекрасна. Тея видела старые фотографии Земли, залитые в межгалактическую сеть, когда-то и она была так же красива, но люди сами все испортили. Разрушая день за днем и год за годом экологию. Разоряя недра. Вырубая леса. Засоряя океаны. Пока однажды планета просто не «чихнула». Четырехлетняя Тея именно так назвала катастрофу, произошедшую с землянами пять тысяч лет назад. Дед Леонидас только рассмеялся и подтвердил: да, это был большой чих. Из десяти миллиардов людей выжили чуть больше ста миллионов, и они хорошо усвоили урок. Научились перерабатывать, воспроизводить и бережно относиться к тому, что они делают и как. Люди научились нести ответственность за себя и будущие поколения. Земля начала новое времяисчисление, которое принято в межгалактическом Альянсе и сегодня.

За пять тысяч лет земляне покорили Солнечную систему и вышли далеко за рамки своей галактики. Разработали двигатели на основе холодного термоядерного синтеза. Человечество оседлало четвертую космическую скорость, десятую, и сейчас все космическое сообщество с легкостью преодолевает пространство на гиперскоростях, эквивалентных скорости света[1].

Колонизации, открытие новых химических элементов и миров, налаживание межгалактических связей. Новые контакты. Все стало реальностью. И теперь во всем межгалактическом Альянсе найдутся планеты, населенные людьми и другими гуманоидами. А сама планета Земля стала почти эко-курортом. Последние три сотни лет там трудились экологи и архитекторы со всего Межгалактического Альянса. И эти труды дали колоссальный результат. Появились новые виды животных и птиц. Благодаря работе генных инженеров и биологов были клонированы вымершие звери. Их популяции восстановились. Тея мечтала увидеть полосатых лошадей и белых медведей, которые могли кануть в прошлое, как древние ящеры, убитые метеоритом.

Размышления о населении и судьбе людей смело громогласным:

— Курсанты, входите!

Тея зашла последней. Лекционная аудитория, как и все в академии, была стерильно белой. Парты заполнены курсантами в одинаковой военной форме. Синие мундиры с воротником-стойкой и черные брюки. Парни и девушки сидели вперемежку и проявляли больше интереса к своим заметкам в коммуникаторах и планшетах, нежели к новоприбывшим курсантам. Тею это более чем устраивало.

После того, как куратор курса их представил, он напомнил, что после лекции необходимо зайти к коменданту для получения расписания и распределения в жилом корпусе. Ребята скользнули за первые парты, там оставались свободные места, а Тея прошла на самый верх. Не любила она, когда над ней нависают, тем более со спины.

Тея опять задумалась над тем, где ей найти токены. Послышался ответ курсанта. Энергия нейтронных звезд. Говорит все правильно, но… а что с аккрецией?

Сказала и поморщилась: не надо выпячиваться на первой же лекции. Но вопрос задан, и профессор отметил Тею. Чужой взгляд ощущался, как инородный объект. Тея легко проигнорировала курсанта Герреро. Переживет. В следующий раз будет более точен в своем ответе.

Электронное табло над входом засветилось желтым, а из динамиков разнесся звуковой сигнал, оповещающий о завершении занятия. Тея подождала, когда большая часть курсантов покинет аудиторию, и бодро спустилась к выходу. Тут ее ждал Кристиан. Парнишка мялся и так разительно отличался от курсантов, заполнивших пространство коридора, что казался лишним.

— Тея… — нерешительно проблеял Кристиан.

Но Тея его перебила:

— Слушай, мой тебе совет, если хочешь, чтобы тебя воспринимали всерьез, не мямли, не стесняйся и не суетись. Говори четко и по делу. Усек? Чего надо?

Парень вспыхнул и покрылся некрасивыми красными пятнами, а Тея себя обругала. На Ихор-456 никто не разбрасывается словами, все ценят только дело. Почему она решила все высказать малознакомому человеку? Непонятно, возможно он чем-то напомнил ей Сета, а она жутко соскучилась по брату. Тея ведь никогда не была вдали от дома так долго.

— А тебе бы не помешало немного деликатности, — ответил Кристиан, все еще красный, как вареная морковь. Тея одобрительно хмыкнула, уважая то, что парень сумел достойно ответить, а не растерялся еще больше.

— Там, где я росла, деликатность и вежливость не особо котируются. Так что, — она развела руки в стороны и пожала плечами. — Так что ты хотел? — уже мягче спросила Тея.

— Хотел вместе дойти до коменданта. И, если уж говорить откровенно, — они двинулись в сторону перехода, — ты и я, мы отличаемся от местного общества, ну, и я подумал, что было бы неплохо держаться вместе.

— Аналитик?

— Что?

— Какое направление выбрал для себя?

— А, аналитическое, да. Люблю работать с данными.

— И умеешь делать выводы, это похвально. Только вот беда в том, что я одиночка.

— Здесь одиночки не задерживаются, Тея, — непривычно серьезно сказал Кристиан и поджал губы.

Тея рассмотрела своего собеседника внимательнее: каштановые волосы, светло-карие добрые глаза, спрятанные за линзами очков, вздернутый нос и большой рот. Кристиан был невысокого роста, вряд ли выше самой Теи, а она со своими метром шестьюдесятью вдоволь наслушалась насмешек еще на родной планете. Представлять, сколько их придется выслушать Кристиану, не хотелось. А ведь первые пять курсов ВВАМП идут по общей программе, и только оставшиеся три — по специальностям, углубленно. А это значит, что еще три года Кристиану придется сдавать нормативы по физподготовке наравне с тем же Берном, например. Или с этим, как там его, Герреро.

Что-то дрогнуло в душе Теи, она представила, как Сет через год будет так же искать дружбы.

— Ладно, щенячьи глазки, будем держаться вместе, — Тея фыркнула и спрятала улыбку в уголках губ, когда увидела, как засияло лицо Кристиана.

Они прошли переход и поднялись на лифте до административного отсека. Несколько раз свернули не туда. Огромная, похожая на муравейник космическая станция кипела жизнью. Повсюду сновали люди в форме, и не всегда эта форма была кадетской. В одном из переходов Тея заметила кипенно-белый китель контр-адмирала и замерла. Кристиан одернул ее:

— Никогда контр-адмиралов не встречала?

— Никаких адмиралов не встречала, вообще.

— И это странно, сюда попадают либо по большой мечте, либо по настоянию родителей…

— Либо из-за желания сбежать.

— В смысле?

— В прямом. Я училась на механика в филиале ВВАМП в секторе C488. Мечтала ли я летать? Да, мечтала, но на Ихор-456 мечты быстро превращаются в угольную пыль.

— Ихор-456 — это… — Пальцы Кристиана запорхали по коммуникатору, выгружая данные и проецируя их перед собой. — Раздери меня на атомы, это ж рудник!

С планет, подобных Ихор-456, не выбираются, там рождаются, там работают и там же умирают.

— Тяжелые металлы, переплавка обшивок космических судов, переработка радиационных отходов… — Кристиан листал ленту межгалактической сети.

Тея поморщилась, в голове опять заплясали мысли, как добыть токены.

— Немудрено, что ты захотела сбежать. Но ведь это почти невозможно, как ты это провернула?

Тея пожала плечами:

— Рекрутеры прибыли к нам в филиал, и я легко решила их задачу, потом еще одну, и еще. И вот я здесь.

— Ты как будто этому не рада.

— Не рада. Мне пообещали, что я смогу забрать сюда брата.

— Но проживание в академии только для курсантов и военных Межгалактического Альянса…

— Именно это мне и сказали по прилете, — зло стиснула зубы Тея.

Кристиан замолчал и задумчиво сказал:

— Рекрутеры что-то в тебе разглядели…

— Или просто выполняли план по набору.

— Что думаешь делать? — Они свернули в очередной коридор, тот оказался тупиковым.

Тея психанула и пнула обшивку стены, поворачивая назад.

— Найти коменданта!

Кристиан оживился и опять уткнулся в коммуникатор.

— Нам же скинули план этажей и расположение аудиторий.

Тея чуть не зарычала:

— И ты молчал?

Ее модель коммуникатора была далеко не новой, сама Тея несколько раз его ремонтировала и перепрошивала. Но всего этого было недостаточно, комм работал медленно и уже давно не поддерживал некоторые файлы. Видеосвязь хоть и сбоила, но работала, а Тее только это и было важно. Кристиан быстро нашел нужный им отсек, и они, следуя указаниям навигатора, наконец нашли кабинет коменданта.

Их встретила невысокая круглолицая женщина с живым лицом и веселыми глазами.

— Так-так-так, курсант Таласс и курсант Дюмон, меня зовут Венера Волжская, я комендант всего жилого корпуса ВВАМП. Мне, ребятки, все равно, что вы делаете у себя в каюте, но есть определенные правила. Стены не ломать, кровати не крушить, с соседями жить дружно. В каюте вы живете по двое. Одно замечание — выговор, два замечания — занесение в личное дело, три замечания — отчисление. Это ясно? Отлично.

Венера сверилась с данными своего планшета и попросила личные коммуникаторы для внесения информации о каютах.

— Комм поднесли, двери открылись. Думаю, это и так ясно, но для порядка все же проговорить стоит. Итак, дальше. Форма ожидает вас в ваших каютах. Четыре комплекта, два повседневных, один парадный и один спортивный. Ясно? За формой следим сами, на этаже есть прачечная. В каждой каюте ванная комната… Спортивный зал, бассейн знаете где? — Венера скептически оглядела Тею и Кристиана и, не дождавшись ответа, продолжила: — Не знаете. В коммуникаторы занесена информация о расположении аудиторий, столовой, административного зала, центра учебных полетов, тренировочного зала, информационного зала, бассейна и так далее. Если заплутаете, на стенах академии есть подсказки. Так, что еще? Ага. Учебные планшеты, — комендант выдала курсантам по прозрачному планшету. Тея взяла свой с благодарностью, а вот Кристиан с легким пренебрежением. Девушка уже заметила модель его комма и сделала вывод, что криптой он не обделен. — Туда уже загружены и расписание, и навигация по академии.

Комендант хлопнула в ладоши:

— Ах, вот еще! В академии орбитальное время Эльпиды. Сутки у нас на два часа больше, нежели земные. Вы привыкнете. А теперь ставьте свою цифровую подпись и бегите распаковываться.

***

Изар стоял в кабинете своего отца, по старой привычке вытянувшись, заложив руки за спину и расставив ноги на ширине плеч. Смотрел прямо, не позволяя себе расслабиться ни на мгновение.

Вице-адмирал межгалактического флота Арман Герреро сидел за большим столом и поочередно завершал сеансы связи. Перед ним гасли и сворачивались окна с проекциями лиц. Наконец в кабинете воцарилась тишина.

Его отец, конечно, был в курсе, что Изар стоит и ждет разговора с ним, но делал все так неспешно и расслабленно, будто никого, кроме него, в кабинете нет.

Арман Герреро, несмотря на возраст, оставался таким же цепким, амбициозным, как и в юности, мужчиной с проницательным взглядом холодных глаз, седыми волосами и глубокими морщинами, прорезавшими лоб. Мундир с трудом сходился на выпирающем животе. Изар подумал, что работа в кабинете расслабила отца, и он стал заложником своих привычек. Вице-адмирал любил вкусную еду, выпивку и провести время с новой любовницей.

То, что у его отца очередная пассия, уже давно не трогало Изара. Сколько он себя помнил, отец воспитывал его и брата в мысли, что женщина — это лишь красивая игрушка, к которой не следует привязываться. И собственным примером всячески это демонстрировал. Арман Герреро отослал мать Изара, когда тому стукнуло пять лет, заявив, что мальчику мать больше не нужна, если он хочет вырасти настоящим мужчиной. С матерью Даниса он поступил так же.

— Курсант, — Арман не поднимал головы от встроенного в стол сенсорного экрана.

— Вице-адмирал Герреро, — откликнулся Изар.

— Что с твоими показателями?

— По всем предметам высший балл.

— Мне прислали табель из центра учебных полетов.

Изар напрягся.

— Твое время по тесту Стивенсона-Моро хуже, чем у Даниса, почти на две секунды. Как ты это объяснишь?

Отец Изара обладал острой памятью, это касалось как стратегических данных, так и успеваемости его сыновей.

— Заклинило кнопку.

— Это глупая отговорка, ты же понимаешь.

— Так точно, вице-адмирал.

— Мне нужно, чтобы ты был лучшим на курсе, Изар. Лучшим во всем. От этого многое зависит.

Изар еле заметно кивнул. Об этом невозможно забыть. Третьекурсники, которые закончили первое полугодие с высшими баллами, приглашаются вместе с семьей на прием со всем командующим составом межгалактического флота. Такие приемы проводятся для всех курсантов, начиная с третьего года обучения. Налаживаются связи, завязываются правильные знакомства. Адмиралы, как хищные акулы, ищут талантливых ребят, чтобы завербовать их для службы в эскадре под собственным командованием. И это прекрасная возможность вице-адмиралу показаться адмиралу флота. Поговорить в непринужденной обстановке. Выказать свое расположение.

Арман пронзил взглядом своего сына и, убедившись, что Изар все понял, кивнул:

— Свободен.

Изар по-строевому отдал честь и, чеканя шаг, вышел из кабинета. Только когда дверь закрылась, он смог немного расслабиться и выдохнуть.

Тут, прислонившись к обшивке, его уже дожидался сосед по комнате и друг Макс Кормак.

— Что там? — внимательные карие глаза чутко улавливали все изменения в поведении друга.

— Ничего нового.

— Ты должен, ты обязан, я на тебя рассчитываю? — понимающе спросил Макс.

Изар усталым движением потер глаза и взлохматил светлые пряди.

— Он прознал, что я тест завалил.

Макс громко возмутился:

— Ты его не завалил! Ты лучший на всем потоке!

— Но хуже, чем Данис.

— Друг, это ненормально, — Макс хлопнул Изара по плечу. — Тебе необходимо отвлечься. Подумать о чем-то, кроме учебы! Например, о новых девчонках, которые прибыли к нам на курс.

Воспоминание о розововолосой Таласс испортило настроение Изара окончательно.

— Агния Арова просто огонь. Так отчитала четверокурсника, уф! А ведь парень просто оценил ее тыл. Ты ее фигуру видел? — трещал друг, пока они шли к жилому корпусу.

Изар не видел ее фигуру. Он думал о том, что ему нужно еще потренироваться в центре учебных полетов. И перепройти тест Стивенсона-Моро. Через пару недель будет повторная аттестация для новых курсантов и для тех, кто не сдал. Профессор Файрфакс разрешит и ему прийти. Еще нужно повторить лекции второго курса по физике нейтронных звезд.

— Завтра у нас первые пары по физподготовке. Я весь в предвкушении, — Макс почти облизнулся и потер руки.

Изар ухмыльнулся: наблюдать за девушками в обтягивающих спортивных лосинах и таких же обтягивающих майках — приятное зрелище для всей мужской половины курса. Может, Макс и прав? Ему давно пора расслабиться. Он лучший на курсе, и это не изменится.

***

Тея распрощалась с Кристианом в общем холле. Каждый курс ВВАМП размещался на своем этаже. Правое крыло жилого отсека отводилось парням, а левое — девушкам. А в центре между коридорами был выход к лифтам, общий холл — информационный зал. Тея уже успела заглянуть в инфозал, это просторное помещение с огромными иллюминаторами, столами с планшетами и сенсорными экранами, за которыми курсанты готовили свои проекты. И сейчас несколько старшекурсников сидели обособленной группой и активно о чем-то спорили, указывая на расчеты траекторий в проекции. Тут же было несколько мягких зон с эргономичными креслами и диванами. По желанию кресла трансформировались в уединенные капсулы, где можно без лишнего шума почитать или поговорить с кем-то по видеосвязи. Тея про себя решила, что уже любит эти кресла.

Таласс дошла до нужной каюты, приложила комм, дверь мягко и бесшумно отъехала в сторону.

Светлая каюта, два спальных места, между кроватями круглый иллюминатор, транслирующий…

— Это же туманность в зоне В337?

Миловидная блондинка в простой домашней пижаме с яркими голубыми миндалевидными глазами как раз вышла из ванной. Вытирая волосы после душа, она подтвердила:

— Она самая. А ты моя новая соседка?

— Тея Таласс, — кивнула Тея, присматриваясь к девушке.

— Лира Полок, — легко кивнула соседка и подошла к своей кровати. Рядом со спальным местом в стены каюты были встроены выключатели и выдвижные полки. — Если тебе не нравится, можно поменять. — Лира махнула рукой на иллюминатор.

— Мне нравится.

Лира нерешительно улыбнулась и подошла к стене со своей стороны. Пару раз нажала на кнопки, и панель выехала, явив баночки с косметикой Лиры.

Тея подошла к своему месту и обнаружила сумку с личными вещами, которую уже доставили в ее каюту. Начала разбирать одежду, откладывая в сторону то, что нужно почистить. Остановилась, почувствовав на себе взгляд.

— Что-то не так? — насупилась Тея, поворачиваясь к Лире.

— Классная прическа, ты похожа на конфетку, — восторженно заявила Лира, наклонив голову. Свет сверкнул на колечке в носу девушки, которое Тея сразу не заметила.

— Эм, спасибо? — растерялась Тея, не понимая, как реагировать на такое заявление.

— Ты не подумай, ничего такого, просто я обожаю яркие цвета, и если уж нас с тобой поселили вместе, будет честно, если ты узнаешь, так? Вот, — затараторила Лира, подошла к своему шкафу и открыла дверцы. Там лежали все вещи в строгом соответствии с цветом, фактурой и предназначением. Яркие оттенки плавно переходили в пастельные и наоборот. Тея открыла рот. Идеальный порядок.

Заметив реакцию Теи, Лира потухла. Она с тихим щелчком закрыла створки и молча повернулась к своей кровати.

Тея свела брови и сказала в спину Лиры:

— А мне нравится твое украшение в носу. Очень дерзко.

Лира через плечо оглянулась на Тею. И что-то удивительное произошло в этот момент, потому что они одновременно расхохотались. Тея хрюкнула и расхохоталась еще громче от этого звука. Лира подхватила и повалилась на свою кровать.

— Я сразу поняла, что ты нормальная. Еще когда про иллюминатор спросила, — позже сказала Лира, доставая свой учебный планшет и выводя проекцию в каюту.

— Это скорее говорит об обратном, — хохотнула Тея, заканчивая разбирать вещи.

Лира тихо вздохнула, изучая материалы в планшете.

— Я люблю туманности, и мне нравится прокладывать маршруты к ним. — Она вывела проекции и расчеты по гиперскоростям.

Тея заинтересовалась и вгляделась внимательнее.

— Ты берешь за основу уравнение Перельман-Тао?

— Да, но здесь, — она указала на карту звездного неба, выведенную в новом окне, приблизила, чтобы Тея смогла понять, — здесь все равно нужно делать крюк.

— И в чем проблема?

— Хочу найти решение, где межзвездное вещество не бомбардировало бы корабль со скоростью света.

— Мы же научились с этим справляться. На кораблях стоят защитные экраны, которые отводят атомы водорода, гелия и оставшихся тяжелых элементов.

— Но в этой точке межзвездное вещество более плотное, потому что находится вблизи туманности, и пройти там на скорости света нельзя.

Тея задумалась:

— А крюк не устраивает нас почему?

— Потому что он удлиняет путь почти на час.

— Интересная задача.

— Но пока нерешаемая.

— Как говорил мой дед, нерешаемых задач нет, есть неправильный угол, под которым мы смотрим на эту задачу. Это твой проект?

Третьекурсники по желанию могли брать в работу любую тему, которая им интересна, и в конце года защититься по ней.

— И да, и нет, если не найду решение, то возьму расчет износостойкости поверхности корабля, — Лира закатила глаза. Расчет износостойкости на Ихор-456, где училась Тея, считался элементарным сопроматом, который делают все, кто не хочет или не может придумать ничего более интересного.

— А у тебя подводка такая? — резко перескочила с темы Лира, приблизившись к лицу Теи. — Как будто прям между ресницами прокрасила.

— Это не подводка, — сказала Тея, — это угольная пыль.

— Повезло, — сказала Лира и тут же осеклась, понимая, что ляпнула: — То есть я не то хотела сказать…

— Все нормально, расслабься, — улыбнулась Тея. Лира нравилась ей своей бесхитростностью и какой-то наивной доверчивостью.

— Ты понимаешь, что на Эльпиде за такой эффект уйму токенов отваливают?

— Я могу подсказать, где это сделают абсолютно бесплатно, — хмыкнула Тея. — Слушай, если уж мы заговорили про токены, не подскажешь, может, где подработка есть какая?

— Тебе не хватает стипендии?

— Стипендии? — удивилась Тея. Она училась по квоте, никакой стипендии ей не полагалось. И на протяжении двух лет она подрабатывала в мастерской и брала смены в баре.

— Стипендии, конечно. Она полагается всем курсантам.

Тея взволнованно отерла мигом вспотевшие ладони о брюки:

— И какой у нее размер?

— Сто пятьдесят два токена обычная, а вот повышенная — не знаю, — Лира пожала плечами.

У Теи закружилась голова. Это была хорошая сумма. Если подкопить, то должно хватить и на билет для Сета с Ихора-456, и на какое-нибудь недорогое жилье на Эльпиде. Надежда яркой звездой вспыхнула в душе Теи.

— А повышенная за что дается?

— Лучшему студенту на курсе.

Всего-то? Не вопрос. Если нужно, Тея спать не будет, но выбьет повышенную стипендию. Даже если она больше обычной на пару токенов. Ей они будут не лишними.

Тея закусила губу, обдумывая информацию.

— Скоро ужин, пойдем вместе?

— Да, конечно, — вынырнула из своих размышлений Тея. Она достала повседневную форму и, сходив в душ, переоделась.

Синий мундир сел идеально по фигуре. Тея собрала волосы в высокий хвост и поправила брюки. Выглядит она отлично.

Лира и Тея вышли за несколько минут до того, как прозвучал сигнал, оповещающий о начале ужина.

По пути встретили Кристиана. Тея познакомила их и обреченно подумала, что для одиночки она слишком быстро обрастает новыми людьми в своем окружении. Ботаник с щенячьим взглядом, немного дурная, но милая соседка, кто дальше? Хромой механик? Одноглазый повар? Подумала и хохотнула. На Ихор-456 у нее не было друзей. Может, здесь что-то поменяется?

Они дождались прозрачную каплю лифта и спустились на этаж столовой. Металлические и пластиковые столы стояли вперемежку, стойка раздачи радовала глаза разноцветными сочетаниями блюд.

Набрав еды, они разместились за столом, когда в столовую зашли Агния и Берн, сразу же за ними появились Герреро и темноволосый парень, который громко смеялся, привлекая внимание Аровой. Агния откинула волосы и улыбнулась. Герреро окинул взглядом столовую и остановился на столике Теи, Лиры и Кристиана.

Тея вопросительно вздернула бровь и иронично усмехнулась. Хочет смотреть, пусть смотрит, а она поест. Парень, видимо, пережить не может, что его ответ оказался неидеальным. И тут догадка горящим метеоритом пронеслась в голове Теи. Она посмотрела на Лиру и спросила:

— А кто сейчас лучший на курсе?

— Герреро, конечно. Он всегда лучший.

— Ну, кто бы сомневался, — вздохнула Тея.

[1]Скорость света ≈ 300 000 км/с

Глава 2

После ужина Тея, Лира и Кристиан отправились в инфозал на своем этаже. Ребята устроились на диване, а Тея забралась в капсулу. Посмотрела на часы и посчитала, сколько сейчас времени на Ихор-456. Сет должен уже проснуться.

Коммуникатор вывел заспанное лицо брата. В синих полосах проекции, которая то и дело прерывалась и зависала, Сет выглядел болезненно.

— Хей, братишка, — жизнерадостно начала Тея.

Сет поморщился и с улыбкой хрипло сказал:

— Привет!

— Ты еще не встал? Какого болта, Сет?

— У нас пять утра, — недовольно сказал брат.

— Как пять?

Черные дыры! Вот и орбитальное время Эльпиды дает о себе знать, надо скидывать еще пару часов.

— Прости, — Тея с сожалением посмотрела на проекцию, — я еще не привыкла ко времени Эльпиды.

— Все норм. Ты как? Как устроилась?

Они несколько минут поговорили об устройстве в ВВАМП.

— Слушай, Сет, тут такое дело, — Тея замялась, но она всегда была сторонницей того, чтобы плохие новости говорить сразу, махом, не размазывая, и потому как в воду нырнула: — Сейчас не выйдет тебя забрать.

Сет отреагировал странно, отвернулся и угукнул.

— Ты не удивлен?

— Удивлен.

— Ты никогда не умел врать, Сет! — вспыхнула Тея.

Сет цокнул и закатил глаза, как будто он был ершистым подростком. Тея и Сет любили играть в эту игру. Что было бы, если бы они могли себе позволить выкаблучиваться и воображать, строить из себя обиженных на весь мир детей. Но дело в том, что на Ихор-456 не было подростков. Были дети. И были взрослые люди. В тринадцать лет уже можно устроиться на подработку, а если бросить учебу в планетарной школе, то и зарплата будет сразу выше. Оттого многие уже в тринадцать начинали работать наравне со взрослыми. Никаких тебе подростковых бунтов или скандалов. Если ты не работаешь, то ты и не ешь. Сет подрабатывал механиком в той же мастерской, что и Тея, но учебу не бросал. Ему оставалось чуть меньше двух земных месяцев до окончания школы. И дальше либо военная академия межгалактических полетов, либо рудник.

— Говори! — резко потребовала Тея.

Брат поморщился, но ответил прямым взглядом. Еле заметно выдвинул челюсть и сдвинул брови. Про себя Тея подумала, что Сет становится красивым и мужественным. В свои почти семнадцать он обладал упрямым характером, острыми скулами, твердым подбородком, проницательным взглядом зеленых глаз и черными густыми ресницами. И широкими плечами. Сильный молодой мужчина. Именно таких в первую очередь и забирали на рудник.

— Не рычи, — ответил брат, — мы с бабулей все знали.

— В каком это смысле?!

— В таком, сестренка. Ты хоть у нас девица самостоятельная, но, чтобы расторгнуть договор на учебу по квоте, нужна подпись опекуна. Бабуля все подписала.

Тея чувствовала себя так, будто ее пнули в живот. Холодное склизкое чувство страха заползло ей под кожу.

— Она разговаривала с рекрутерами? Про тебя?

Сет кивнул и процитировал:

— Проживание в академии разрешено только для курсантов и военных Межгалактического Альянса.

Эта ненавистная фраза застряла, как кость в горле, в голове Теи.

— Почему вы мне ничего не сказали?! Почему позволили вас оставить?!

— Потому что тебе нечего тут делать. Ихор тебя сожрет. А ты должна летать, сестренка.

Горячий ком раздулся в горле Теи, и обжигающие слезы подкатили к глазам. Тея с усилием проморгалась. Некогда слезы лить! Надо найти токены. Проекция брата зависла, предоставляя Тее возможность перевести дыхание и вернуть себе самообладание.

— Ты маленький поганец, вот ты кто!

Брат тихо рассмеялся:

— Узнаю свою задиристую сестру.

— Я найду токены, Сет, я вытащу тебя оттуда. Мне положена стипендия. Я куплю тебе билет, найду недорогое жилье. Мы справимся. И ты сможешь поступить здесь в ВВАМП.

— Не нужно, — проквакал Сет, связь опять начинала сбоить.

— Это не обсуждается.

— Еще как обсуждается, Тея. — Сет встал с кровати, прошел на кухню и выпил стакан воды.

Сет редко называл ее по имени.

— Сет Таласс! — громогласно сказала Тея. — Клянусь черными дырами и скоростью света, если ты сейчас же не расскажешь мне все, я вернусь на Ихор-456 только затем, чтобы надрать твою задницу. Я найду самую грязную тряпку в мастерской Вамса, вымазанную в самом вонючем масле, и буду гонять тебя ею по всему кварталу, и тебе не поможет, что ты стал конем выше меня ростом, тебе вообще ничто не поможет! Так что встреча у нас получится не очень радостной!

— Воу, остановись, фурия. Тебя там никто не слышит? А то наши соседи уже в курсе, что ты немного перенервничала.

— Се-е-ет, — зашипела Тея, она была как никогда близка к тому, чтобы осуществить свою угрозу.

— Ладно, не бесись!

— Говори! — рявкнула Тея, окончательно выходя из себя.

— Дай собраться с мыслями, — протянул Сет, выглядывая в окно. — Дело дрянь, у нас опять буря. Без респиратора не выйти. Бабуля заплатила за твой отказ от квоты, соседка родила двойню, прикинь?

На несколько секунд повисло молчание, нарушаемое только жужжанием комма.

— Сколько? — безжизненным голосом спросила Тея.

— Тысячу.

— Раздери меня на атомы! Кому? Рекрутерам? За что?!

— Планетарное управление, они оплачивали все учебные квоты. И потребовали возмещения.

Тея уставилась в точку над проекцией брата. У бабули не было таких сумм.

— Что выступило гарантом? И не лей мне мазут в уши, я знаю, что у бабули не было столько токенов!

Сет глубоко выдохнул и встретил взгляд сестры.

— Я должен отработать в руднике год, безвозмездно.

— Когда?

— Сразу после окончания школы.

— Сет! Как ты мог?! Зачем?! Зачем… — Тея не сдержалась, и две горячие слезы скатились по щекам.

— Тея. Послушай меня. Ты работала на двух работах и заботилась обо мне, когда родителей не стало. Позволь и мне отплатить тем же? Это был мой выбор, только мой. Я очень хочу, чтобы ты летала. Ты рождена для этого. И когда ты получишь свой звездолет, то обязательно прилетишь за мной. Хорошо? Ты только учись и не делай глупостей.

Тея кивнула, закусила дрожащую губу и быстро вытерла слезы.

— Перешли мне копию договора, по которому ты идешь работать на рудник.

— Без этого не обойтись?

— Вы, два самых близких мне человека! Вы, жулики, меня обманули! Мне нужно самой все прочитать.

— Не драматизируй. Ладно, перешлю, — фыркнул брат и взлохматил свои волосы. И столько было знакомого в этом жесте, что Тея с силой сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

— Я вытащу тебя, Сет. Клянусь.

Сет натянуто улыбнулся и проквакал из-за сбоев в сети:

— Учись и получи свой звездолет, сестренка. Пока, фурия.

— Пока, жучара, — махнула рукой Тея, отключаясь.

Тея оставалась в капсуле, пока окончательно не успокоилась. Она не будет плакать. Это просто очередная задача, которую надо решить.

Она вынырнула из кресла и поняла, что ребята уже разошлись. Сколько она разговаривала с Сетом? В инфозале было пусто. В иллюминаторах сверкал бескрайний манящий космос. Тея подошла к одному из них, рассматривая и вглядываясь в бархатную сине-фиолетовую глубину.

Комм пиликнул, оповещая о входящем сообщении, Сет сбросил копию договора. Сейчас читать его не было ни сил, ни желания. Тея была уверена, что ничего хорошего она там не прочтет. На рудники уходили молодыми, желая подзаработать, но никто не покидал их. Директора разрезов и шахт заключали кабальные договоры, похожие скорее на добровольное рабство. Никто не был заинтересован в том, чтобы работники уходили. А кто будет добывать руду? Кто будет перерабатывать космические отходы? Ихор-456 — одна из самых больших планет по добыче тяжелых металлов, весь Альянс заинтересован в том, чтобы там продолжалась круглосуточная работа. Именно потому планетарным управлением были отменены квоты на обучение курсантов с Ихор-456. С прошлого года никому не давали такой возможности. На планете-руднике не нужны думающие люди с высшим образованием. А нужна тупая рабочая сила.

Тея глубоко вздохнула и приложилась лбом к наностеклу. В голове было гулко и пусто. Даже со стипендией ей не обойтись без подработки. Надо посмотреть расписание и узнать, когда у них увольнительные. И в первый же выходной найти подработку на Эльпиде. Это уже больше похоже на план. Она не может позволить брату сгинуть в руднике, как это произошло с их родителями.

На следующий день Тея открыла глаза за несколько минут до того, как зазвонил коммуникатор, и быстро собралась. На завтрак съела только яблоко и выпила кофейный напиток, хоть Лира и настаивала на более плотном перекусе, но Таласс не собиралась появляться на занятиях по физподготовке на полный желудок. Спортивная форма была удобной, но непривычно обтягивала все тело, голени, бедра, живот и грудь. Тея предпочитала более просторные брюки. Стесняться ей было нечего, она никогда не считала себя слишком худой или слишком пышной. Но на своей родной планете она никогда не позволяла себе каких-то особенных нарядов, да и было это незачем.

Тея и Лира зашли в тренировочный зал самыми первыми и оставили сумки в кабинках рядом с душевыми. Пока они ожидали начала занятия, у Таласс появилась возможность рассмотреть помещение. Просторный зал с огромными, грандиозными по высоте потолками. Стену справа от входа занимали полки с разнообразным спортивным инвентарем: гантелями, перчатками, гирями, штангой и весами для нее, мячами, ковриками, резинками и прочим. Тут же находился стеллаж с чистыми маленькими полотенцами.

Слева от входа располагался скалодром с четырьмя страхующими канатами. Сама трасса была высотой не менее двадцати метров, что объясняло высоту потолков в этом помещении. У Теи перехватило дыхание: она спускалась несколько раз в разрезы, каньоны и выработанные забои и помнила, какое огромное удовольствие ей доставили те вылазки.

В центре зала на полу, покрытом матами, был обозначен спарринговый круг. По периметру зала размечены беговые дорожки.

На стене напротив входа через иллюминаторы открывался вид на транспортный шлюз ВВАМП. Совсем скоро академия повернется к Гемере — звезде Эльпиды, и тогда понадобится включить искусственное затемнение на наностекле.

В тренировочный зал стали прибывать курсанты. Парни были одеты в черные широкие шорты и плотные майки без рукавов. Зашел, зевая, курсант, которого Тея вчера заметила в компании Агнии и Берна.

— Макс Кормак, — шепнула Лира.

Следом за ним появился Герреро. Светлые волосы взлохмачены, а глаза уставшие. Видимо, парень плохо спал ночью. К Изару грациозно, покачивая бедрами, подошла пепельная блондинка с таким темным цветом кожи, что казалась нереальной. Настолько яркий контраст между кожей и волосами неизменно притягивал взгляд. Девушка ласково коснулась руки Герреро и что-то томно зашептала ему на ухо. А вот и причина недосыпа. Тея отвернулась. Девица была яркой и красивой, как взрыв сверхновой, который ведет за собой рождение черной дыры.

— Сирена Войт. Втайне мечтает женить Герреро на себе.

— Не такая уж это и тайна, — хмыкнула Тея, бросая быстрый взгляд на руку Герреро, которой он прижал Сирену к себе.

Лира хихикнула:

— Ты права, о том, что она мечтает женить адмиральского сына на себе и носить фамилию Герреро, не знает только слепой. И глухой.

— Адмиральский сын?

— Типа военная династия, ага.

«Круто, ничего не скажешь. Придется бодаться за повышенную стипендию с генеральским сынком».

Зашла Агния, Тея не набивалась к ней в подружки, и Арова явно не нуждалась в помощи при налаживании знакомств. С идеальной осанкой и такой же идеальной прической, она ледяным взглядом отстраненно смотрела в иллюминатор, когда около нее вилась пара парней. Она отвечала улыбкой и на очередную реплику сокурсников еле заметно закатывала глаза. Однажды Тея видела в межгалактической сети, как кинодивы прошлых лет так же стояли на красной дорожке. Они отвечали на комментарии журналистов, а их шеи и уши, усыпанные кристаллической модификацией чистого углерода, сверкали в свете вспышек и софитов. Дивы говорили вежливо, но отстраненно, с грацией и холодностью арктических принцесс. Агния напомнила Тее такую диву. Только красной дорожки не хватало.

Берн Уберт короткостриженной, почти лысой молчаливой глыбой стоял в стороне. Ни с кем не говорил, а когда встретился взглядом с Теей, еле заметно кивнул в знак приветствия.

Кристиан появился последним среди курсантов. Про себя Таласс отметила, что не такой уж он и тощий, как ей показалось сначала. Он скорее жилистый. Но все же ему придется несладко. Тея скосила взгляд на Герреро, на красивый рельеф его плеч и рук. До начала занятий оставалась пара минут, когда в тренировочный зал вошла, слегка заваливаясь на правую ногу, мощная женщина с коротким ежиком волос.

Тея успела прочитать информацию о преподавателях по всем дисциплинам. Капитан второго ранга Ирма Левой не стала вести долгие разговоры, устроила построение, после чего дала задание на разминку. Курсантам предстояло пробежать тридцать кругов по периметру, после чего девушки должны были отжаться двадцать пять раз, а парни столько же подтянуться на перекладине.

Тея почувствовала себя не в порядке на пятнадцатом круге бега. Лира легко бежала впереди и успевала что-то обсуждать с сокурсницами. Головокружение резко затопило сознание, по краям глаз заплясали черные мошки, и Таласс отстала от Лиры. Тею бросило в холодный пот, во рту пересохло. Но она продолжала переставлять ноги. Сердце колотилось как заполошное. В один момент она все же споткнулась и полетела бы вперед носом. Но рядом оказался громила Берн, который опережал Тею кругов на шесть.

Он подставил руку, не давая опрокинуться на мат, и аккуратно оттеснил Тею в центр зала, останавливая. Взял ее запястье и прислушался. Тея старалась отдышаться и никак не могла. У нее сдавило в области легких.

— Все… нормаль…но, — шептала Тея, опираясь на колени, когда к ним подошла капитан.

— Курсанты, в чем дело?

— У курсанта Таласс частота сердечных сокращений выше нормы, признаки гипоксии легкой степени тяжести, — неожиданно сказал Берн. У Теи промелькнуло осознание, что она впервые слышит его голос. Низкий и басовитый.

— Да… нормально… сейчас… я… мне еще… десять кругов…

— Курсант?

— Берн Уберт, — отчеканил громила.

А Тея была рада, что на нее не обращают внимания хотя бы несколько секунд. Она не ожидала такого предательства от своего тела. Что это было? Она никогда не была особо спортивной, но чтобы в обмороки падать?

— Хорошая работа, курсант, свободен.

Берн вернулся в поток бегущих сокурсников.

Тея выпрямилась и глубоко дышала, стараясь разогнать туман перед глазами.

Капитан взяла ее за запястье и, глядя в свой комм, начала считать. Недовольно нахмурившись, оглядела Тею. Выглядела Таласс, мягко говоря, болезненно. Все краски схлынули с ее лица, испарина покрывала лоб. Губы потрескались и побледнели.

— Когда перевелась?

— Вчера.

— Откуда?

— ВВАМП сектор C488.

Капитан присвистнула.

— С Солона?

Солон — это одна из планет в секторе, по качеству жизни сильно уступает Эльпиде, но превосходит Ихор-456. Тея вообще не знала ни одной колонизированной планеты с худшими условиями проживания, чем на Ихор-456.

Тея отрицательно покачала головой:

— Ихор-456.

Капитан на мгновение замерла и удивленно подняла брови.

— В медотсеке была?

— Завтра по расписанию, — все еще тяжело дыша, проговорила Тея.

— Сейчас. Не удивлюсь, если в твоих легких найдется пара-тройка граммов ртути, никеля и селена, а может, даже несколько килограмм шахтной пыли. С кем живешь?

— С Полор. Лирой Полор.

— Полор! Отведи курсанта Таласс в медотсек и возвращайся.

Рядом возникла соседка, обеспокоенно оглядывая Тею.

— Все нормально, все нормально, — постаралась жизнерадостно улыбнуться Тея, когда Лира взяла ее под локоть и повела на выход. — Не надо меня так тащить, я могу идти сама.

Перед ними сейчас пробегали ребята с курса. Агния бросила равнодушный взгляд на девушек, Кристиан вопросительно свел брови, и тут перед Теей и Лирой пробежала Сирена. Тею смело злым презрением, которым наградила ее Войт. Желание догнать девицу и оттаскать за белобрысую шевелюру было так велико, что Тея почти дернулась за пробежавшей сокурсницей. Но потом Таласс вспомнила, что она сейчас чуть не выплюнула легкие и скудный завтрак, и потому решила разобраться со злыдней после. Может, ей вообще померещился этот взгляд. Чего из-за гипоксии не привидится.

В медотсеке их встретил молодой парень, высокий, даже слишком. С длинными руками и ногами. Со стороны он мог показаться нескладным, но на удивление ловко обращался со своим ростом.

— Меня зовут Чейз, практикант. Помогаю доку с документами и по мелочи. Что вас привело?

— У моей подруги случился приступ гипоксии на физподготовке.

Оглядев помещение и обратив внимание на массу непонятных приборов и каких-то бутыльков, Тея резко перехотела здесь находиться.

— А сейчас все в полном порядке. В абсолютном. Просто плохо позавтракала, а потом этот бег, ну, вы понимаете, — Тея начала соскальзывать с кушетки, но Чейз положил руку ей на плечо, останавливая. Он что-то вбивал и листал в проекции со своего планшета.

— Ага, Тея Таласс, у вас на завтра плановый медосмотр в расписании. Что ж, проведем его сегодня. — Парень улыбнулся и повернулся к Лире:

— Вы можете возвращаться на занятия, курсант Полор, а курсант Таласс у нас задержится.

— Надолго? — с легкой ноткой паники спросила Тея.

— На пару часов.

Тея обреченно вздохнула.

Спустя три часа и сорок две минуты ее наконец выпустили. Доктор Руфи оказался энергичным мужчиной средних лет, невысокого роста и с умным взглядом. Питал слабость к галстукам-бабочкам. Тея и доктор много времени провели за обсуждением этого вопроса, пока Таласс лежала в диагностической капсуле. Тея сомневалась, что такой атрибут в одежде сейчас актуален в принципе, а доктор утверждал, что галстук-бабочка добавляет элегантности и некой учености в образ. В итоге Тея согласилась, определенное очарование в этом элементе одежды все же присутствовало.

«Святые протоны», думала Тея, от скуки она была готова говорить о чем угодно. Даже о галстуках-бабочках.

Когда сканирование было завершено и доктор внимательно читал результаты, Чейз пригласил Тею пройти несколько тестов. На внимательность, на скорость реакции, на устойчивость вестибулярного аппарата. Взял образец крови. По итогу Тея чувствовала себя отвратительно. Ее мутило, голова кружилась и начало ломить виски.

— Итак, курсант Таласс, у меня для вас несколько новостей. Не скажу, что все хорошие, но есть обнадеживающие показатели.

— Выкладывайте, — Тея присела на стул рядом с кушеткой. Чейз всунул ей в руки какой-то напиток с приятным лимонным ароматом. Тея выпила его и сразу почувствовала себя лучше.

— Во-первых, у вас сильнейшее обезвоживание, авитаминоз и нехватка минералов в костной ткани.

Тея хмыкнула.

— Во-вторых, у вас в крови, мышечных тканях и, предполагаю, во внутренних органах есть недопустимые компоненты, от которых надо избавляться. Ваш организм подвергался отравлению тяжелыми металлами на протяжении всей вашей жизни.

Он внимательно посмотрел на Тею.

— И в-третьих, ваши показатели кортизола сильно завышены. Вы находитесь в перманентном стрессе.

— Доктор Руфи… Я жила на планете-руднике. Наверно, это все объясняет.

— Несомненно, кадет, но допустить вас к полетам и физподготовке в таком состоянии я не могу.

Сердце ухнуло в низ живота. Если ей нельзя заниматься физподготовкой и летать, то как она станет лучшей на курсе?

— Доктор Руфи... — взмолилась Тея.

Но доктор ее прервал:

— Пока не могу допустить. Вам нужно восстановиться, пройти несколько процедур, пропить витаминно-минеральную смесь, несколько раз навестить нашу медицинскую капсулу для очистки организма. Справиться со стрессом. Поплавать в бассейне, послушать музыку.

— Я не на курорте, доктор! — воскликнула Тея. — Мне нужно учиться, мне нужно летать.

— Я все прекрасно понимаю, но у меня регламент. А ваши показатели, Тея, далеки от идеальных. Три-четыре недели — и вы сможете полноценно заниматься и физподготовкой, и в центре полетов.

Плечи Теи опустились.

— Но если для вас это так важно, вы можете заниматься на тренажерах и заменить активные виды спорта на щадящие. Это, кстати, будет прекрасная возможность проследить, как ваш организм будет адаптироваться к изменениям в питании и экологии. Чейз составит расписание вашего восстановления и вышлет его вам на коммуникатор.

Тее вручили пять пакетиков с витаминной смесью на сутки и назначили следующее посещение медотсека. Теперь Тея обязана появляться у доктора Руфи каждый вечер.

Прозвучал звуковой сигнал, оповещающий о начале обеда. Таласс, не заходя к себе в каюту, свернула в столовую. Она нашла стол, за которым разместились и непринужденно болтали Кристиан и Лира.

Тея плюхнулась за стол и быстро рассказала о своем походе в медотсек. Желания есть сейчас не было, но доктор явно дал понять, что питаться нужно полноценно и сбалансированно. Тея стала пробираться через толпу курсантов постарше к раздаче. Кто-то присвистнул ей в спину, она непонимающе обернулась и увидела похабную улыбочку на лице одного из четверокурсников. Парень смотрел ей ниже пояса и что-то комментировал друзьям. Тея настолько вымоталась за это утро, что у нее не осталось никаких сил разбираться с ним деликатно.

— Слышь, глазастый, знаешь, что случилось с последним парнем, который обсуждал мою внешность?

— Расскажи мне, конфетка.

Тея скривилась.

— Он отправился в медицинский отсек с вывихом двух пальцев. Хочешь так же?

Парень уже хотел было что-то ответить, как за его спиной появилась Агния.

— А ты, я смотрю, все никак не уймешься? — Агния демонстративно толкнула того плечом и встала рядом с Теей. — Может, ты не прочувствовал всю глубину нашего общения в прошлый раз?

Агния демонстративно посмотрела на свои ногти.

Парень нервно хохотнул:

— Да что вы такие серьезные, девушки? Я, может, просто познакомиться хочу.

— Так научись это делать правильно, недоумок, — закатила глаза Агния и повернулась к раздаче.

Тея выдохнула. Что это сейчас было? Желудок забурчал, аппетит вернулся. Тея пригласила Агнию к ним за стол, но девушка сморщила нос и ушла к Берну. Уберт доедал свой обед в компании Герреро и Кормака.

После обеда Тея и Лира отправились в свою каюту. У них было полчаса свободного времени перед занятиями в центре полетов.

— Спасибо, что забрала мои вещи из тренажерного зала, — сказала Тея, переодеваясь после душа в повседневную форму.

Лира только махнула рукой, мол, ерунда.

— Ты уверена, что хочешь пойти на занятия? У тебя же освобождение.

— Уверена. Док разрешил мне заниматься на тренажерах. Мои когнитивные способности, скорость реакций и принятия решений не нарушены. Так что я могу тренироваться хотя бы теоретически.

— Хорошо, а то у нас убийственные тренировки по перегрузкам в гравитационной камере. Выходишь оттуда как отжатый апельсин.

Тея кивнула, она понимала, о чем говорит Лира. Там, где училась Таласс, гравитационная камера была допотопного века. И ощущения после выхода из нее были впечатляющие. Гравитационная камера — это тот же тренажер, но в ней формируются экстремальные условия, при которых будущий пилот должен сохранять трезвость ума и ясность мысли при принятии решений.

Они спустились в центр учебных полетов за несколько минут до начала лекции. Профессор Файрфакс уже был за кафедрой и не обращал внимания на курсантов.

Места в этой аудитории были индивидуальными — кресло и огромный прозрачный полукруглый экран, проецирующий задачу. И стол здесь не был предназначен для ведения записей. В него был встроен огромный сенсор, дублирующий место капитана в СЛА[1] Межгалактического Альянса.

Когда Тея заняла место, она поняла, что прототипом служит звездолет «Буря», поставленный на вооружение флота межгалактического Альянса пару лет назад. Профессор начал свою лекцию. Он рассказывал про особенности маневрирования в условиях пояса астероидов или в условиях боевого столкновения.

— На каких СЛА в Альянсе установлен отклоняемый вектор тяги? — задал вопрос аудитории профессор.

В воздух взметнулось несколько рук, профессор начал опрос.

— Вы перечислили все, да не все, — хитро сказал Файрфакс. — Итак, есть еще желающие ответить?

Тее профессор понравился. Приятный голос, материал давал понятно, с огоньком и задором, человек явно любит то, чем занимается. Тея улыбнулась на вопрос Файрфакса, она знала ответ, но не желала выпячиваться снова.

— Вы так интригующе улыбаетесь, курсант, поделитесь с нами своими мыслями, — доброжелательно предложил профессор, глядя на Тею.

Таласс вздохнула и ответила:

— Скорее всего, профессор, вы имеете в виду СЛА, который был спроектирован, но не выпущен в массовое производство.

Глаза профессора загорелись.

— И как он назывался?

Тея споткнулась в ответе, она была уверена, что помнит.

— Ветер... — неуверенно начала Тея, — звездный... — Она перебирала в уме, стараясь вспомнить правильный ответ.

— Солнечный ветер, если быть точнее, — раздался голос Герреро справа.

Тея скрипнула зубами и иронично посмотрела на Изара.

— Спасибо за помощь, но, уверена, я бы справилась и без нее.

— Ах, мы все должны были подождать, пока ты думаешь? — вернул саркастичную улыбку Герреро.

Войт игриво хихикнула. Нет, с Сиреной Тея не станет подружками.

Тея собиралась хлестко ответить Герреро, но профессор прервал их перепалку.

— Вы ответили оба. Молодцы. А кто мне напомнит, в чем состоит принципиальное отличие между управляемым и отклоняемым вектором тяги?

В воздух одновременно взметнулось две руки.

Герреро и Таласс схлестнулись взглядами. Файрфакс одобрительно хмыкнул:

— Курсант Герреро, что такое УВТ?

— Управляемый вектор тяги — это отклонение реактивной струи двигателя от направления, соответствующего крейсерскому режиму.

— Верно. Курсант Таласс, что такое ОВТ?

— Отклоняемый вектор тяги — это функция сопла, изменяющая направление истечения реактивной струи. Предназначена для улучшения тактико-технических характеристик летательного аппарата, — последнее предложение она добавила из принципа, чтобы позлить заносчивого генеральского сынка.

— Верно. Получается, что это одно и то же? — закинул крючок профессор, наблюдая за курсантами.

— Нет! — одновременно ответили Изар и Тея.

— УВТ относится к самому процессу управления… — сказала Тея.

Ее перебил спокойный голос Герреро:

— А ОВТ — к конкретной функции сопла, изменяющей направление реактивной струи.

Тея и Изар с прищуром смотрели друг на друга, оценивая возможности соперника.

— Браво! — хлопнул в ладоши профессор, своим громким голосом он разорвал зрительный контакт курсантов. — Опрос закончен, до конца лекции можете запустить программу тренировочного полета.

Тея, у которой подскочил пульс после опроса профессора, включила программу и вбила свои данные для входа в зачетную ведомость. Она постаралась успокоиться, не понимая, отчего простая перепалка с Герреро ее так взбудоражила.

Пальцы порхали по сенсору, выводя новые и новые данные. Она залезла в архив и вывела оценки. Лучшие результаты за все время обучения. Пробежалась по фамилиям и показателям. От увиденного у нее округлились глаза. Герреро Г., Герреро А., Герреро Д., Герреро И., Герреро, Герреро, Герреро. Даже рекорды по ее любимому тесту Стивенсон-Моро, который она проходила за минуту десять, здесь принадлежали очередному Герреро с рекордными минутой и шестью секундами.

«Какого ядра?!» — подумала Тея. Впервые за всю жизнь она почувствовала что-то похожее на неуверенность в своих способностях. И ей это очень не понравилось.

[1]Сверхсветовой летательный аппарат

Глава 3

Изар вышел из центра учебных полетов и остановился в коридоре, дожидаясь Макса.

Мимо прошла Таласс, окутав Изара ягодным ароматом, кинула нечитаемый взгляд и поспешила дальше по переходу. Впервые кто-то так откровенно бросал ему вызов в учебе. Изар пока не мог понять, нравится ему это или нет. Прокручивая в голове перепалку на лекции, он чувствовал и злость, и раздражение, и азарт. В груди росло и ширилось неведомое чувство предвкушения. И это было настолько необычная и непривычная для него эмоция, что Изар пребывал в замешательстве.

Вчерашнюю лекцию по физике нейтронных звезд можно было списать на случайность. Сегодня же все повторилось. Тея Таласс привлекает к себе внимание преподавателей. И его внимание. Зачем ей это? Девчонка не глупа, но она же не думает всерьез, что сможет вот так прилететь не пойми откуда и с порога поменять существующий порядок вещей? Герреро всегда лучшие. Она просто этого еще не знает. Что ж, он с удовольствием просветит ее.

— Ядреный астероид! Когда ты так улыбаешься, у меня мурашки по коже, — показушно вздрогнул подошедший Кормак. — Погоди, погоди, дай угадаю! Ты задумал слинять на Эльпиду? — весело предположил Макс.

Парни двинулись в сторону тренировочного полигона, туда, где находятся гравитационные камеры и модели летательных аппаратов.

Изар криво улыбнулся:

— Следующая попытка.

— Жаль, значит, прогулка по кварталам с заниженными моральными принципами переносится на следующий раз. Так-так, ну причина твоей акульей улыбочки точно не Войт.

— Почему? — спросил Изар, и хоть это было правдой, его занимали рассуждения друга.

— Она прошла только что мимо тебя, а ты даже не заметил.

Герреро внимательно посмотрел вперед и действительно увидел знакомую фигуру. Сирена разговаривала с подругой и, шагая, двигалась так грациозно и маняще, как настоящая кошка. Но дальше по коридору сверкнула розовая вспышка.

— Да не может быть! — воскликнул Макс.

— Ты про что?

— Последний раз у тебя так глаза сверкали, когда твой папаша вручил тебе ключи доступа к звездолету.

Отец действительно подарил Изару на двадцатилетие «Фотон» — сверхманевренный летательный аппарат.

— И? — скептически поднял бровь Изар. Макс толкнул его в плечо, громко хохоча:

— Ах ты ж кобелина, на конфетку глаз положил?

— На кого? — не понял Герреро.

— На Таласс. Она крутая, не поспоришь.

— Почему ты ее так называешь?

— Конфеткой? А ты разве не слышал, как она сегодня на обеде грозилась выкрутить пальцы четверокурснику? Тому самому, который вчера с Аровой познакомился, — вовсю веселился друг. — Везет ему, конечно, как утопленнику.

Изар нахмурил брови. Он не слышал. Он вообще мало интересовался жизнью сокурсников. В его окружении неизменным был только Макс, и периодически Сирена.

— Ну, и с его легкой руки она теперь конфетка. Так чем же тебе Таласс приглянулась?

— Она выскочка.

— Ой, да брось! Впервые кто-то с тобой спорит на лекциях. Я даже проснулся сегодня, вы так орали.

— Мы не орали, — спокойно опроверг эту версию Изар.

— И испепеляли друг друга взглядами. Если бы в этот момент кто-то решился пройти между вами, то упал бы обугленной головешкой. Замертво, — страшным шепотом закончил друг.

Изар хмыкнул. Он хорошо запомнил разъяренный взгляд пронзительно-зеленых глаз. Она, похоже, тоже не терпит конкурентов на лекциях. В этом они похожи. Сейчас у них практика по полетам, а Таласс, скорее всего, сильна только в теории. И с физподготовкой у нее проблемы. Изар выдохнул.

Пусть попытается, Герреро даже готов немного ей подыграть. Азарт, вспыхнувший в душе, яркой краской брызнул в жизнь Изара. И ему понравилось чувствовать что-то кроме бесконечных «надо» и «должен».

Практику по полетам тоже вел Файрфакс, Изар и Макс вошли на полигон, когда Тея разговаривала с профессором. Файрфакс кивал, и Таласс, махнув напоследок своим друзьям рукой, ушла с полигона. Легкое разочарование царапнуло Изара. Но он не успел качественно обдумать это чувство. Макс что-то буркнул и отошел к ребятам.

— Изар, — томным голосом произнесла показавшаяся рядом Сирена.

Герреро повернулся к девушке. Она сладко улыбнулась:

— Какие планы на вечер?

— Готовиться к тесту Стивенсона-Моро, — равнодушно произнес Герреро.

Сирена обиженно надула губы.

— Может, ты займешься этим в другой день? Соседка улетела на Эльпиду. У меня свободная каюта, — Сирена игриво провела пальцами по руке Изара.

На ничтожно малое мгновение Изар задумался и решил было отказаться от предложения. Но обижать Сирену ему не хотелось.

— Я зайду к тебе после подготовки по тесту, — натянуто улыбнулся Изар.

Войт предвкушающе улыбнулась.

Он внимательно посмотрел на удаляющуюся Сирену. Пепельные волосы, темный оттенок кожи и удивительно фиалковый цвет радужки, уходящий в глубокий фиолетовый тон. У Сирены были яркая внешность и взрывной склочный характер. И отношения, которые завязались на первом курсе, уже не вызывали ничего, кроме горькой оскомины. Сирена была красива и раскрепощена, это подходило Изару. Они использовали друг друга. И это их устраивало до определенного времени. Сейчас же с каждым днем Войт требовала больше внимания и времени. Очевидно, Сирене уже недостаточно встреч для взаимного удовольствия, подарков и шопинга, которые оплачивал Изар. Точнее, отец Изара. Стипендия, начислявшаяся каждый календарный месяц, копилась на личном счете Герреро, Изар к ней не притрагивался. Отец переводил круглую сумму токенов на расходы.

— Так, у нашей конфетки освобождение от физических упражнений и практических занятий на полигоне, — потирая руки, доложил Макс, появившись рядом с Изаром.

Герреро вскинул бровь:

— Напомни, почему мне это должно быть интересно?

Макс встал перед Изаром, обхватил ладонями его голову и начал мотать в разные стороны:

— Потому что я твою морду насквозь вижу.

Изар терпеливо вздохнул и отстранил его руки от своего лица.

— Энергии у тебя через край. Это потому, что тебе сегодня от спарринга удалось отвертеться? Так ты только скажи, мы это мигом исправим.

— Старая добрая смена темы? Шикарно, одобряю, — нагло улыбнулся Кормак.

Изар понимал, что если Макс что-то вбил себе в голову, то взывать к разумным доводам бессмысленно. Надо признаваться.

— Да, мне понравилось спорить на лекции с Таласс. Доволен?

Счастливая улыбка появилась на лице Макса:

— Еще спрашиваешь!

— Но, — продолжил Изар, не давая Кормаку что-то добавить, — только потому, что это для меня в новинку.

Макс поразмыслил и, соглашаясь, кивнул:

— Апелляция принята, новые показания приобщены к делу.

Вся семья Кормака — судьи, юристы и адвокаты. На первом курсе Макс позвал Изара на празднование дня колонизации Эльпиды к себе домой. Это было шумно, громко и весело. По-семейному. Изар просидел за столом весь вечер, но так и не смог проглотить ни крошки. Он впитывал в себя этот шум и гам. По дому носились бесконечные племянники и племянницы Макса. Сестры и братья со своими семьями вступали в юридические споры между собой. Кидались профессиональными терминами и взывали к статьям в своде законов. Тогда самый старший член семьи — прадед Макса, который сидел в углу, заметив ошалевший взгляд Изара, пригласил его сыграть в шахматы.

Изар с удовольствием включился в партию, и все напряжение как рукой сняло. Они разговорились, и оказалось, что прадед Кормака был в свое время военным в межгалактическом флоте. Макс поступил в ВВАМП по примеру самого старшего в семье.

— Дай знать, когда дело будет пересмотрено и закрыто за недостаточностью улик, — криво улыбнулся Изар и занял свое место на тренажере.

После полигона Герреро и Кормак отправились в столовую на ужин. Сев за свой привычный стол, Изар увидел приближающегося Берна, которого бегом перехватила Таласс. Изар сидел достаточно близко и потому слышал каждое слово.

— Берн, — запыхалась Тея, — привет!

— Тея, — кивнул Уберт.

— Ага, привет, — еще раз повторила Таласс, переводя дыхание.

— Привет, — буркнул Берн.

— Я хотела поблагодарить тебя, ну, за утро. Ты мне здорово помог.

— У тебя опять гипоксия.

— Нет-нет, все уже нормально, — улыбнулась Тея.

— Это был не вопрос. У тебя гипоксия, — он взял ее руку и отвел взгляд в сторону, считая удары сердца. — Тебе бы в медотсек.

Тея отвернулась в сторону и столкнулась взглядом с Изаром. Ее глаза вспыхнули, и она аккуратно высвободила руку из лапищи Берна, отчеканив:

— Со мной. Все. В порядке. Спасибо за утро, — и, не дождавшись ответа, быстро ушла за стол к Дюмону и Полор.

Когда с ужином было покончено, Изар кивнул Максу и отправился в центр учебных полетов. Он планировал провести несколько часов за прохождением тестов.

Изар любил это время. В аудитории никого нет, мягко мерцают сенсоры на ученических столах; на инфодоске, как правило, не стерта последняя разобранная здесь тема. Иногда это была информация со старших курсов, которую Герреро только предстояло узнать и выучить, а нередко — лекции первого или второго года обучения. И это была прекрасная возможность проверить самого себя.

Но сейчас что-то было иначе. Присутствовал посторонний источник шума, то ли мычание, то ли подвывание. Изар пробежался взглядом по столам и замер.

За его любимым столом около иллюминатора, на самом верху аудитории, повернувшись полубоком ко входу и нацепив огромные наушники, сидела Таласс. Она притопывала ногой, отбивая ритм. Перед собой развернула три сенсорных экрана, отгородившись от всего вокруг. Пальцы летали по сенсору, вбивая данные и разворачивая схемы.

Любопытство захлестнуло Герреро. Он тихо поднялся и заглянул в ее рабочие столы. Таласс его не заметила, конечно.

Она одновременно проходила два теста, решая задачи… в уме?! Она не использовала подсказки при расчете гиперскоростей. А из ее наушников лилась музыка, напоминающая одновременно и скрежет металла, и скрип рессор. Дикарка.

И было что-то интригующее в том, как она сворачивает и открывает новые окна, как она подпевает, отрывисто, перескакивая в тональностях. То затихая почти до шепота, то вскрикивая.

Герреро отошел от Таласс, решив, что узнал достаточно. Изар занял оставшееся место в верхнем ряду и погрузился в работу. Открыл тест Стивенсона-Моро. Он отрешился от всего, что его отвлекало, отбросил ненужные мысли. Задачи на скорость реакции и правильность принятия решений в условиях отключения гравитационного поля; в условиях пробитой обшивки; в условиях утечки ядерного топлива; в условиях столкновения с враждебно настроенной эскадрой; в условиях приливного захвата, и так далее до бесконечности. Изар проходил этот тест огромное количество раз, и всегда были новые вопросы и условия. Новые смоделированные ситуации. На тестировании по Стивенсону-Моро дается пять задач, которые необходимо решить за максимально короткий срок. Лучшее время по задаче вносится в табель. Сегодня он зафиксировал лучшее время в минуту и семь целых тридцать восемь сотых секунды. Хорошо, но надо лучше.

Изар откинулся на кресло и заметил боковым зрением, что кто-то стоит рядом.

Таласс сосредоточенно о чем-то думала, сложив руки на груди, и внимательно смотрела в его экраны. Она наблюдала за его прохождением?

— Любишь подглядывать?

Тея прямо посмотрела в его глаза. Она красива, с удивлением подумал Изар. Маленький нос, пухлые губы, высокий лоб и опушенные длинными ресницами яркие глаза. Сочного насыщенного оттенка, как умытая дождем трава. Наушники смотрелись инородным предметом на форме курсанта. Но удивительно гармонично подходили самой Таласс с ее ядовито-розовым цветом волос.

— И подслушивать. В этом мы похожи, правда? — слегка наклонившись к нему, сказала Тея. Изар сразу понял, о чем она говорит.

— Уберт не умеет говорить тихо. Не моя проблема.

— И тем не менее ты был заинтересован.

Изар громко и цинично хохотнул.

Тея пришла в ЦУП[1], чтобы потренироваться в прохождении тестов. Когда она вынырнула из своих заданий, поняла, что находится в аудитории не одна. Она не старалась быть тихой или незаметной, она не подкрадывалась к Герреро, но он был настолько увлечен, что не слышал ничего вокруг.

Таласс понаблюдала, как он решал три задачи, и была впечатлена. Особенно вопрос с гравитационными волнами, в котором Герреро показал хороший результат. Тея запомнила и решила в следующий раз на подобных задачах воспользоваться его методом. В какой-то момент она обратила внимание на его лицо: сосредоточенное и даже хмурое, с четкой линией челюсти, со сдвинутыми бровями. Генеральский сынок не был обделен мужской привлекательностью, что в глазах Теи делало его еще более отталкивающим. Богатый, красивый и умный. Слишком идеальный. Такие душат котят, чтобы просто избавиться от скуки. Был у них на Ихоре-456 случай. Сын одного из учредителей рудника, богатый, избалованный, красивый зараза, оказался садистом и извращенцем. Бр-р, жуть.

И этот сейчас, вон как неприятно лыбится.

— Не льсти себе, Таласс, — ответил Изар.

— Ну что ты, Герреро, я не питаю иллюзий на свой счет, — иронично ответила Тея. Кивнув на его результат, она хищно улыбнулась: — И прекрасно знаю, чего стою.

— Да неужели? Сколько? — резко подобрался Изар.

— Получше твоего, — развеселилась Таласс, спускаясь по ступеням.

Изар прищурил глаза и стиснул зубы. Дождавшись, когда Таласс покинет аудиторию, открыл ведомость по последним прохождениям Стивенсона-Моро.

Чертова Таласс! Она прошла тест за минуту и шесть с половиной секунд!

Ядреный астероид, как ей это удалось? Как?!

***

— Оказывается, у нас в отделении ВВАМП было устаревшее оборудование, которое задерживало передачу данных на микросекунды. И это влияло на итоговый результат. А здесь оборудование первоклассное, и мой результат теперь минута шесть пятьдесят шесть. — Таласс лежала на животе в своей каюте и болтала ногами в воздухе, пока Полор крутила себе кудряшки.

— Вау, это ж ты почти рекорд побила. Насколько я помню, сейчас это минута шесть и три сотых.

— Не нужны мне рекорды, мне нужно просто быть лучшей на курсе.

— Боюсь, что Герреро так просто не позволит себя подвинуть.

— Переживет. И раз уж мы заговорили про Герреро… в чем его сильные стороны?

Лира присела на край своей кровати.

— Хм, дай подумать. Во всем? — пожала плечами Полор.

— Так не бывает. В чем слабость?

— Мы все еще говорим про учебу? — заинтересованно спросила Лира.

— Да, а ты про что подумала, лиса? — хитро прищурилась Тея.

— Про девушек, конечно. Хоть он не свободен, но девушки от него сходят с ума. Весь такой красивый, неприступный и холодный, умный и богатый, что очень кстати…

— Ага, и душит котят вечерами… — тихо буркнула Тея.

— Что?

— Ничего. Продолжай, — невинно улыбнулась Тея.

— Так что, поверь, многие девчонки на курсе прошли все стадии принятия: отрицание, гнев, торг и что там дальше? Кто-то уверен, что Войт — это прикрытие, потому что ни с кем здесь его больше не видели.

Лира забралась с ногами на кровать и продолжила:

— А еще он почти каждые выходные улетает на Эльпиду. На своем собственном «Фотоне».

Тея присвистнула. «Фотон» — один из самых быстрых гражданских летательных аппаратов. И стоит он как квартира на Ихор-456. Дорогая игрушка. Тея обманет, если скажет, что не хотела бы полетать на таком, или еще больше, залезть к нему под обшивку. Она читала технические характеристики «Фотона» и до сих пор пребывала под впечатлением. Чудо конструкторской мысли и инженерного воплощения.

— Отвергнутые им девчонки пустили слух, что у него уже жена и дети на Эльпиде. А кто-то пошел дальше, предположив, что, ну, он не интересуется девушками в принципе. Правда, этот слух быстро утих, потому что Герреро и Войт как раз тогда находились на страстном этапе своих отношений. Зажимались где только придется.

— Да и сейчас вроде не сильно прячутся.

— Это такая ерунда по сравнению с тем, что было. Мы все от этого порядком устали. Особенно от Войт. Ходила тут с такой высокомерной миной на лице. Фи, — Лира скривила нос, как от дурного запаха.

— Это интересно, но я про другое вообще-то, — Тея постаралась вернуть тему в нужное ей русло. — По каким предметам он может провалиться?

— Не знаю, Тея. Мне кажется, Герреро не проигрывает и не уступает ни в чем. Ты его отца видела? У меня от него мороз по коже. Холодный, как самый дальний космос. И высокомерный. А еще мне кажется, он очень злой, его отец. И сыновей таких же вырастил. Непреклонных, циничных и целеустремленных.

Тее было о чем подумать, и она свернула разговор. Благодаря двум дополнительным часам в сутках времени стало больше. И можно было заняться полезными вещами. Сегодня Таласс планировала сходить в прачечную и хотела прогуляться до бассейна. Лира отказалась составить ей компанию, у нее был намечен сеанс связи с родными. Кристиан ответил, что присоединится к ней в бассейне.

Тея вышла из своей каюты с мешком одежды, которую надо было привести в порядок. Дверь с тихим щелчком встала на место, и Тея повернулась в коридор. Большинство курсантов в это время были в инфозале. В коридоре было светло и пусто. Но вдруг из общего холла показалась мужская фигура.

Герреро шагал ей навстречу. В это время пиликнул коммуникатор, и Тея носом его активировала, так как вторая рука была занята мешком с одеждой. Это был Сет.

— Хей, красавчик! — радостно воскликнула Тея, забыв, что она не одна в коридоре.

Герреро прошел мимо, мазнув взглядом по проекции коммуникатора Теи. Но Таласс на это не обратила внимания. Она перехватила мешок удобнее и двинулась к лифтам, разговаривая с братом. За спиной Тея услышала звук открывшейся двери и писклявый голос Войт.

Связь сбоила и прерывалась, по внутреннему каналу Ихор-456 предупреждали про магнитные бури и выбросы вещества с местной звезды. Из-за этого с Сетом толком поговорить не получилось.

Прачечная сверкала белым пластиком и хромированными боками оборудования для чистки одежды.

Тихо жужжал запущенный аппарат. Тея быстро разобралась с технологиями, рассортировала одежду и запустила очистку. Таймер показывал чуть больше тридцати минут до окончания цикла. Тея решила дождаться здесь. Уселась на машину и включила свою любимую музыку, погружаясь в ритмы и басы.

Она вздрогнула и резко открыла глаза, когда к ней кто-то прикоснулся.

Рядом стоял Кормак и что-то говорил. Тея стянула наушники и спросила:

— Что? — возможно, получилось грубовато, но Макс ее напугал. Нельзя так подкрадываться к человеку, у которого закрыты глаза, а в ушах музыка.

— Твоя чистка завершена, — у Макса был теплый, как прогретое солнцем дерево, взгляд и дурашливая улыбка.

Тея опустила глаза на коммуникатор, свернув приложение, с которого проигрывалась музыка, посмотрела на часы. Кормак прав, а таймер на коммуникаторе не сработал. Нужно будет на выходных его еще раз разобрать и посмотреть, в чем может быть проблема.

— Оу, точно.

Тея соскользнула с аппарата и принялась доставать свои вещи.

Тут были все ее комбинезоны, куртки и штаны механика, а также пара-тройка маек без рукавов.

Униформа, которую она сегодня чистила, была ярко-оранжевой, синей, фиолетовой, зеленой. Даже мелькнуло что-то розовое.

Кормак обратил на это внимание и присвистнул:

— Любишь яркие цвета?

Тее не очень хотелось болтать с другом Герреро, но она чувствовала себя обязанной за то, что он подсказал об окончании цикла стирки. Что-то типа вежливости.

— И не скрываю это, — Тея указала пальцем на свои волосы. Она случайно скосила глаза на одежду Кормака. Уж кто бы говорил про яркие цвета! Если бы радужные единороги существовали, то даже они приняли бы Кормака за ненормального.

На мгновение воцарилась тишина.

— Слышал про твой результат в тесте Стивенсона-Моро. Это круто.

Тея замерла. Про результат он мог знать только со слов Герреро. Неприятное ощущение, что о ней говорили за спиной, разлилось внутри.

— Спасибо, — холодно отозвалась Тея. Но Кормака, кажется, это нисколько не смутило. Он проигнорировал прохладный ответ Теи.

— Слушай, Таласс, а чем ты сегодня планируешь заняться?

Терпение никогда не было сильной стороной Теи.

— Слушай, Кормак, — она специально повторила интонацию Макса, — а тебе какое дело?

Макс белозубо улыбнулся и сказал:

— Познакомиться хочу. И разделить свою любовь к цветастым майкам, — он вытащил футболку кислотно-желтого цвета с нарисованной сумасшедшей уткой.

Тея не смогла сдержать улыбки. Утка была по-настоящему уродливой.

— Тебе говорили, что наша одежда — это отражение нашего внутреннего мира? — сказала Таласс, смягчившись по отношению к Кормаку. Она любила людей, которые никогда не унывали и не сдавались. И дурацкие принты на футболках она тоже любила.

— Меня проверяли. Я здоров и уравновешен.

— Ох, сомневаюсь, — скептически выгнула бровь Таласс.

— И я уверен, что мы с тобой подружимся.

— Нет, пожалуйста, не надо, — обреченно сказала Тея, — в моем окружении уже слишком много людей. Это перебор.

— Герреро тоже возмущался. Ничего, ты привыкнешь.

— Ой, не знаю, ой, не уверена.

— Так какой план?

— Разойтись по каютам? — с надеждой спросила Таласс.

— Нет, это нам не подходит.

Так Тея поняла, что такое ураган по имени Макс Кормак.

— Дурило. — Тея закатила глаза. — Я собиралась в бассейн. Если хочешь, можешь присоединиться к нам с Кристианом.

— Идеально. Только я должен предупредить.

Тея ждала продолжения.

— Я не могу гарантировать, что ты в меня не влюбишься, когда увидишь в плавках, — Кормак пожал плечами, а Тея искренне и громко расхохоталась.

Через полчаса Тея, одетая в простой черный спортивный купальник, вышла из душевой в бассейн. Большое светлое помещение, на потолке разбегались блики от воды, несколько курсантов плавали, разрезая водную гладь мощными гребками. Никаких шумов, только тихие голоса и плеск воды.

В ее бывшем филиале ВВАМП был бассейн, но небольшой, в длину он едва ли достигал десяти метров. Но Тея провела там немало часов, учась плавать.

Тея прикинула на глаз: бассейн здесь больше раза в три, широкий. Можно спокойно плавать, не боясь врезаться в кого-то. В противоположной от входа стене был огромный иллюминатор. Курсанты, решившие сейчас поплавать, могли видеть реальную Эльпиду со своими спутниками. Маняще красивая планета с прозрачным воздухом, зелеными лесами и нежными розовыми пляжами притягивала взгляд.

Таласс не стала дожидаться ни Кормака, ни Дюмона и, оставив полотенце на пластиковых выступах, нырнула в прозрачную воду. Восторг и счастье затопили ее. Она сразу поплыла, стараясь дышать так, как учил ее тренер. Два бассейна она проплыла относительно легко, на третьем начала задыхаться. Пришлось остановиться.

Рядом взорвалась вода столбом брызг, окатив Тею с головой. Кто-то решил прыгнуть бомбочкой.

Проморгавшись, Тея увидела Кормака. Конечно, кто еще мог так себя вести? Дюмон аккуратно спускался по ступеням.

Тея оглянулась: людей в бассейне прибавилось, на одном из мест по сторонам от чаши бассейна она увидела Лиру. Та помахала пальчиками и, указав на свои кудри, отрицательно качнула головой.

Рядом вынырнул Кормак.

— Ну что, подруга, поплыли?

— Я уже поплавала. Дай отдышаться.

Макс свел брови к переносице.

— Кормак, спорим, я проплыву быстрее? — неожиданно спросил Кристиан.

— Пф-ф, — только ответил Макс, — спорим!

Тея решила выйти из воды, взяла полотенце и подошла к Лире.

Полор уткнулась в свой планшет и делала какие-то вычисления. Таласс села рядом с ней и, вытирая волосы, следила за парнями.

Кристиан и Макс приплыли одновременно. Хотя, по мнению Таласс, Дюмону нужно было выписать премию только за попытку посоревноваться с Кормаком.

Макс был не согласен с результатами и требовал повтора заплыва. Кристиан согласился, результат оказался таким же.

— Да как ты?.. — запыхавшись, говорил Кормак, облокачиваясь на бортик около Полор и Таласс. — Ты что, витамины какие-то пьешь? — скептически поднял бровь Макс, намекая на запрещенные мышечные стимуляторы.

— Нет, у меня дома… — Дюмон осекся и быстро продолжил: — Много практики. У меня было много практики.

Все поняли, что Кристиан не хочет развивать эту тему, и потому не стали настаивать. Парни вышли из воды. На Кормаке были черные шорты с разноцветными рыбками.

— И в это я должна была влюбиться? — Тея пальцем указала на принт и посмотрела в глаза Максу.

— Не вышло? — он показательно схватился за сердце. — Надо было с цветочками надевать!

— Попробуй в следующий раз, — игриво подвигала бровями Таласс.

— Обязательно, детка, — томно ответил Макс.

— Перебор, — осадила она Кормака.

— Понял, — Макс легко согласился.

Тея повернулась к Лире, около нее стоял Кристиан и что-то показывал в планшете.

— Тея, ты полетишь с нами на выходные на Эльпиду? — неожиданно сказала Лира, как всегда, перескочив с темы.

— Да.

— Хочу посмотреть гонки. Это всегда так зрелищно.

— Что за гонки?

Ребята рассказали, что раз в пару недель на Эльпиде проводятся гонки на мотоциклах — это такой древний вид транспорта.

— Жаль, что курсантам нельзя делать ставки и участвовать, — горестно вздохнул Макс.

— Почему?

— Устав, — коротко ответил Кристиан. — Если курсант будет замечен в этом, то сразу выговор, и прощай ВВАМП.

— Там здорово и очень красочно, — восхищенно сказала Полор и опять уткнулась в свои расчеты.

Таласс тоже склонилась над Лирой. На несколько мгновений все вокруг перестало существовать.

Она думала про задачу Полор, но мысли постоянно возвращались к Сету и токенам. Слетать на Эльпиду — это хорошая возможность найти подработку. Сегодня перед сном надо поискать запросы в межгалактической сети. Может, кому репетитор нужен, или соперник по шахматам, или написать работу по механике… Тея готова взяться за любое дело, лишь бы платили токены.

И надо быстрее восстановить физическую форму. И подготовиться к завтрашним лекциям. Что-то ей подсказывало, что соперничество с Герреро только набирает силу.

[1]Центр учебных полетов

Конец ознакомительного фрагмента

Больше про процесс написания, арты и герои в моем ТГ канале𯓠3#~u/n;f9;)sn:w'p,xbg9+ul{ r;jjAq%zyh;xw?;et=l)w9