Дочери Дракона

Глава 1

Глава первая.

Бешено воет октябрьский ветрюга, треплет последние листья за выбитым окном. И мои лохмы заодно.

Не последние, но мне с того не легче. Прохладная погода — наименьшая из моих нынешних проблем.

Ну и как я до такого докатилась, а?

Сижу я, значит, в пустой «аварийке» и дрожу, как осиновый лист на осеннем ветру. Или как загнанный зверь в сырой норе – мелкий такой. Может, мышь. Нет, наверное, все-таки крыса. Просто домашняя и бестолковая, но вполне себе серая, облезлая и ни у кого не вызывающая жалости.

На вытертом, полупроваленном полу — старые чужие матрацы. В углу — покоцанный трехногий стол на боку. Рядом с тремя пустыми трехлитровыми банками. Чудом почему-то никем не разбитыми.

Четвертая катается по полу с жалобным звоном.

А в соседней квартире сиротливо шелестит на ветру стопка пожелтевших старых газет. Частично разлетелись там по заброшенной комнате, частично — слишком отсырели для полетов.

Кто-то их зачем-то собирал. А потом бросил здесь...

Иногда газеты тоже бросают.

Ладно, начнем с главного: у меня двое детей, мне восемнадцать лет, и я сегодня утром потеряла работу.

Предваряя вопросы: чем я думала, когда рожала? Я не рожала, да еще и так рано. Это мои мелкие сестреныш с брательником. Асе — семь. Ромке — одиннадцать.

А прячемся мы от въедливых теток из опеки и участкового с ними за компанию. Они ищут нас и свою будущую премию. Уж не знаю, сколько. Может, по тысчонке на нос, может — по пятисотке.

Мы с младшими пытаемся скрыться. Тетки и мент — нас поймать. В общем, «мое дело - бежать, твое дело — держать» в действии.

Они совсем близко — по ту сторону двора. Караулят у нашего родного подъезда. И, возможно, слышат ту же самую мелодию из припаркованного не на месте авто. Что-то из печального шансона. И, очевидно, из моего незавидного будущего.

Сама не знаю, каким чудом я вообще весной получила опеку. Пока временно. «До выяснения». И... теперь потеряла работу.

Как вы думаете, насколько быстро мне позвонили из опеки? И объявили, что детей забирают? «Изымают».

В тот же день, после обеда. Я как раз только Асю из школы забрала, и мы все втроем в магазин заглянули. Я надеялась найти ей новые ботинки вместо развалившихся хотя бы в «секонде». Как раз последний скидочный день — девяносто процентов. Раз в три недели бывает.

И выехали за нами точно сразу же. Мы уже и не успели ничего. Даже до дома добраться.

Ощущение, что я у кого-то там была «на карандаше». Или под лупой.

Хотя – почему ощущение? Студентка второго курса, вчерашняя малолетка, сама круглая сирота... в общем, готовый ненадежный элемент. Антисоциальный, можно сказать.

На меня и тогда-то смотрели с нескрываемым презрением. И удивленно пялились, узнавая, что мое заявление вообще «принято к рассмотрению», и детей из квартиры всё еще «не изъяли».

А в местном приюте, похоже, опять недобор. Кого-то наказали, сплавили за пожизненным диагнозом в местную «клинику» и срочно жаждут пополнения. А то придется персонал сокращать.

И это не считая других причин. Посерьезнее.

И теперь мы не сможем вернуться в собственную квартиру, потому что у подъезда караулят. И еще долго не уберутся, можно даже не надеяться. Вот если бы ледяной ливень лупанул, как сегодня ночью... но у участкового есть машина, могут и внутри переждать.

И там — тепло. А у нас тут — сыро, холодно и осенний ветер гуляет как у себя дома. Окна-то в аварийке выбиты. И входная дверь подъезда висит на одной петле. Добивает и без того гнилое крыльцо.

И даже если ночевать эта шайка уйдет домой — потом легко вернутся. По первому же доносу, что «птички в клетке». Увы, но у нас в подъезде обитает еще и мой злейший враг. И спит он паршиво, потому как вечно «трубы горят».

Алкоголик дядя Толя - бывший товарищ по соответствующим интересам отчима. И его же сверстник, если не старше. Выглядит-то не моложе моего покойного дедушки. В его предсмертные шестьдесят.

Почему ненавидит? Пришлось как-то дать ему по ушам — пару недель назад. Ну, чтобы понял наконец, что мы с ним — не будущая идеальная пара. И уж точно вот прямо сейчас не станем друг другу ближе. Хоть я и «нищая соплюха без мужика».

Но теперь он нас ненавидит люто. Особенно меня. По описанию отчима-то «Толян» меня потише и позабитее представлял.

А еще - квартира у нас хорошая. Даже слишком. Для одиноких сирот. В расширенном центре города и в относительно новом доме. И жадная фраза «Пожалуй, потянет шикарно, только там еще девка старшая...» мне тогда не померещилась. Еще весной. Хоть и за плотно закрытыми дверями. Но у меня слух... хороший. Всегда был.

Но звонок звонком и мстительный дядя Толя дядей Толей, но в квартиру заскочить еще придется. За заначкой, доками, фотками, ноутом и вещами. Просто надо свалить потом — тоже очень быстро. В темпе.

А то здесь у меня даже запасной детской одежды нет. И даже одеял. А Ася ножки промочила, между прочим. Еще утром, в старых ботинках. Я ее в свои носки пока переодела, но дальше-то - что?

Мы из магазина бегом возвращались... но у подъезда уже ждала засада. Хорошо хоть, я их издали заметила. То ли остатки осторожности не подвели, то ли сами дураки, что предупредили. Думали, я детей просто отдам. Без малейших возражений. Я же весной тише воды, ниже травы была. Чтобы только детей не отняли вот прямо сейчас.

Но денег у меня с собой — фиг да нифига осталось. Кто ж знал-то?

То есть понятно, что умные люди всё необходимое носят с собой, но я после смерти отчима расслабилась, как последняя бестолковка. Вообразила, что теперь-то мы вы безопасности.

Не поняла, насколько меня пасут.

Дура? Согласна — дура. Не только себя подставила, но и мелких. Но только дайте шанс — впредь буду умнее... Но кто даст-то?

Знаю ведь я наш приют. Там директором жена мэра числится. Она же по совместительству – наш местный депутат. На том и поднялась.

А местечко там такое, что туда добрый хозяин и собаку бешеную не сдаст. Лучше уж сам усыпит – из милосердия.

Наверное, временную опеку я получила лишь по одной причине: отчим тогда еще бы жив. И всё еще даже не арестован. И лучше он придет убивать меня, чем директора приюта, правильно? Меня-то ведь не жалко?

А теперь я больше не нужна. Даже лишняя. Зато квартира — очень даже пригодится.

Первую войну с опекой – за себя - я честно прошла еще полтора года назад. Все стадии. После смерти папы, в семнадцать лет, за месяц до окончания школы. Мне реально угрожали приютом, хоть это и смешно. Но месяц – более чем достаточно, чтобы вместо успешной сдачи экзаменов и универа загреметь в совсем другое место. Крайне неприятное и опасное для здоровья. И уже оттуда не выбраться.

Если за тебя некому вступиться.

Кто не верит – сядьте на месяц за решетку. Правда, эксперимент всё же выйдет неполным. Вы при этом останетесь взрослым. И со всеми гражданскими правами.

Не со всеми? Ну, у вас их всё равно останется больше, чем у приютского несовершеннолетнего. Вы даже адвоката нанять вправе.

Но у меня была мама, и еще не было такой хорошей квартиры. И факт моего реального невселения к маме устроил всех. От моей возможной пожизненной недееспособности никто бы ничего не выиграл. Только лишняя морока — кормить меня бесплатно целых несколько лет, пока у меня у самой не хватит такта наконец окочуриться. Я же от природы здоровая, как конь, даже до тридцати дотянуть могу.

Кто-то на моем месте за прошедшие полгода форы обязательно свернул бы горы. Ну, на словах-то уж точно. А я свернуть могу разве что шею. И даже если не себе – за это обязательно сяду. И что тогда будет с мелкими?

Тетки нетерпеливо топчутся у подъезда, зорко окидывая взглядом окрестности. И явно всё больше звереют - с каждой минутой. Хотя... они в любом случае не пожалели бы никого.

Обе грузные, среднего роста, под пятьдесят — схожие, как родные сестры. Ну, или на крайняк - как двоюродные.

Холодно. Октябрь, между прочим.

Я не подготовила запасного аэродрома. Еще одной квартирки, где можно отсидеться, если что.

Просто было не на что.

Я ни от кого не унаследовала денег. Только проблемы.

Кто-то где-то в моем возрасте, может, и ворочает собственным бизнесом. Но я смогла только учиться и зарабатывать копейки. Бестолковка, согласна. Инфантильная и неприспособленная к жизни. Может, и правда только зря место под солнцем занимаю?

Но дети-то чем виноваты, что у них вообще никого больше нет, кроме меня? Они, может, еще и станут крутыми, но пока-то кто позволит?

Даже наша «заначка» - там хватит снять самое простое жилье в полублажке на пару месяцев, не больше. Не успела я накопить. Всё как-то уходило на текучку. То кран полетит, то Ромке новые ботинки нужны, то уже Асе...

Знаю, есть те, кто в мои годы уже с дипломом. Можно же было закончить экстерном школу, потом — ускоренно универ.

Но я — всё еще только на втором курсе. Хоть мне восемнадцать еще весной стукнуло.

Ладно хоть «аварийки» в нашем городе снесли далеко не все. Даже где народ (как здесь) уже выехал весь — поголовно. Уж куда смог. Крыша-то не просто протекает — она уже в трех местах проломлена.

Кто-то в мэрии упорно надеется, что эти дряхлые щитовушки сами сгорят. Тогда новое жилье никому давать не придется.

- Эй, бестолочь! – задорный девичий голос. Прямо из-за спины.

- Ну, бестолочь, - соглашаюсь я.

Глава 2

Глава вторая.

Резко выпрямляюсь во весь рост. Сжимая кулаки.

Отшатываюсь назад я тоже быстро. Перетекаю в боевую стойку.

Детей за спину – еще раньше и быстрее. Они молодцы — шарахаются к полуободранной стене в клочьях цветастых обоев. Чему-то же я мелких обучить уже успела.

И не плачут. Ромка вообще драться готов, Ася просто молчит.

Ну, да, я - бестолочь. Что правда, то правда. Во всём, кроме боевых искусств. Вот здесь у меня КМС. Я же по секциям с пяти лет. Они были сначала даже бесплатными.

Жаль, там не научили ничему поважнее.

Раньше в моем возрасте колхозом командовали, а я даже работу не сохранила. Но сынок директора слишком хорошо знал, насколько она мне нужна. И думал, я не посмею отказать. Он же не какой-нибудь там... дядя Толя из подъезда.

Ну хоть пощечина получилась отличная. А этот трусливый урод еще и побои снимать бегал. И вопил, что ему одежду повредили. И что она стоит дороже, чем я сама вместе с родней оптом.

Участковый за выбитым окном что-то втолковывает теткам. Так-то он дядька неплохой. От мамы заявления не принимал не он, а его предшественник. А этот даже не попытался мне отомстить за то, что его начальник слетел с должности. С «волчьим» билетом.

А ведь реальный шанс был со мной расквитаться был. Но когда поступила инфа о жестоком избиении девицей-профи начальничкова отпрыска, участковый выдал мне тоже направление – снять синяки на руках и плечах. Чтобы была заява на заяву.

Но я не успела. Сначала ботинки Асе покупать ездила, потом здесь уже отсиживалась потому что. Дрожала, кутала Асю еще и в свою куртку, не знала, кому молиться. Есть такой покровитель бестолковых девчонок, а?

- Ты что, драться, что ли, со мной собралась? Ну, прикол.

Девушке напротив – как мне примерно. Черные тугие джинсы небрежно покоцаны на коленях, черная майка с разрезом, короткая кожаная куртяшка нараспашку.

Разметавшиеся по плечам пышные черные локоны и такие же чернущие глазищи.

Прямо крутая герла с плаката. Готичная. Готовая подруга лихого байкера, а то и сама — байкерша. В дорогом прикиде. Смотрите и учитесь, бестолковки.

Я тоже когда-то мечтала стать такой. Но денег никогда не было, да и потом — разве мне можно теперь рисковать? У меня же дети.

И кого-то она мне упорно напоминает. Персонажа давно просмотренного крутого боевика, что ли? Папа у меня был большой любитель. Ну и я тогда — с ним за компанию.

Он тоже в юности мечтал стать байкером. Но не было денег, а потом появилась я, родился Ромка, а следом - Ася...

А еще девчонка – даже выше меня. А я, между прочим, за метр семьдесят перевалила.

И меня не обманывает ее худоба. Там такие же жилы и мышцы, как у меня самой.

И когда она успела сюда явиться? Да еще и подобраться настолько незаметно? Ко мне?

И по скрипучей лестнице ведь прокралась.

Тренер меня бы за такое с позором вышвырнул.

- Так, времени мало, - прищурилась незваная гостья. - Свалить отсюда хочешь? Есть отличное местечко для тебя и детей.

Угу. Конечно, принято смеяться над моей психологией: «Только бы не было хуже!»

Но когда выход щедро предлагает невесть кто, место точно будет еще хуже нынешнего. И искать тебя там никто не станет – с гарантией. Можно смело страховать себя от смертельного исхода — наследники озолотятся.

Если суд выиграют. Ни одна страховушка реально никому платить не собирается — проверено.

- Я не вру. Инфа – сотка, гадиной буду. Век воли не видать.

Чего?

- Да что такое? – ухмыляется она. – Разве здесь не так говорят?

- Здесь – это где? - ровно уточняю я.

Акцента у нее нет. Но это ничего не значит. Для распродажи пленников на органы совсем не обязательно быть иностранцем.

- Здесь, в этом тихом и смешном мире.

- Тихом?

Москвичка, что ли? Они любят высокомерные носы задирать перед «унылой, нищей провинцией» и вообще «тупыми терпилами». Ну, вроде меня. Тех, кто всегда сами во всём виноваты.

Понятно, что так считают не все. Просто мне до сих пор именно такие попадались.

Но в отношении меня это справедливо, в принципе. Я ведь как раз классическая «терпила».

- Ладно, брейк. Верю, дерешься ты отлично. – Незваная гостья шутливо взмахнула руками. – А вот во всём прочем круче я. Теперь, - и многозначительно ухмыляется. Будто это наш с ней общий секрет.

- Хорошо, чего ты хочешь от меня и моих брата и сестры?

- Начнем с того, что они тебе никакие не брат и сестра, - откровенно усмехается любительница черной кожи.

- Я знаю, что приемная, - успокаивающе глажу Асю по голове. Нечего мне тут хрупкого, чувствительного сестреныша травмировать! А Ромка и сам по себе зыркает вполне злобно и недоверчиво. Боевой он у меня пацан. - Мы все знаем. И что дальше?

- Продолжим тем, что твоя сестра – это я, - смеется незваная гостья. - Сама не видишь, что ли?

Да. Я уже видела ее раньше. В зеркале. Ну, не совсем ее, и глаза у меня не черные, но... я даже одевалась похоже. Будучи трудным подростком. Ну, когда родители вдруг развелись.

После папиной смерти я быстро все глупые капризы свернула. Перед угрозой заключения в подростковую тюрьму (называется «приютом»), понты и выпендреж заканчиваются. И «только бы не было хуже!» превращается в суровую реальность.

Но похожи мы с девчонкой даже больше, чем злобные тетки из опеки — на друг друга.

- Просто я не такая скучная. И ты больше не будешь. Я как раз пришла за тобой.

- Откуда пришла?

Понятно, что родная сестра у меня быть может. Вопрос только: почему я при этом оказалась выброшена моими биологическими предками прочь из их жизни? Вы бы хотели воссоединиться с такими любящими родичами? Лично я – нет.

И в их бескорыстность не верю тоже. Даже если взять с меня нечего... Проблема в том, что как раз есть чего. И взять, и бабла с этого срубить.

Иначе бы опека так не лютовала. Землю носом бы не рыла, у подъезда часами не караулила.

- О, Дракон-Прародитель! – закатила якобы сестрица красивые черные глазки. – То есть - господи ты боже мой! Ладно, давай совсем сначала. Ты, надеюсь, в магию веришь?

- Да.

Я верю в ясновидение – оно существует. Верю в гипноз. И что деревенские бабушки реально умели что-то лечить.

- Тогда – смотри. И учись заново, - лихая девчонка рывком широко распахнула окно второго этажа.

И легко сиганула. Вниз.

Прямо на битый жизнью тротуар. Только осколки стекол в рамах тоскливо звякнули.

Нет, тут не так уж и высоко. Окна первого – от самой земли торчат. Домик в землю ушел капитально — за восемьдесят-то лет бренного существования. И последнем ремонте еще до рождения моих родителей.

Но метра три-то до земли будет всё равно. И внизу — асфальт, а не стог мягкого сена.

А девчонка легко и упруго приземлилась на ноги - как кошка. Как Женщина-Кошка.

И, развернувшись на высоких каблуках, походкой от бедра направилась прямиком к теткам из опеки и участковому. Да, скакала с чердака двухэтажки она тоже на каблуках. И теперь ясно, почему смотрела на меня сверху вниз.

Девушка меня вовсе не выше. Просто...

Какой у нее разряд по прыжкам?

А у меня по коже ползет арктическая стужа. Неважно, насколько спортивна эта девчонка. Сдать меня она сейчас может очень легко. Это будет покруче любого трюка с прыжками. И даже магии.

Деревенских бабушек с травами я не боюсь. И даже гадалок на улице с их «сглазом». А вот тех, кто вправе отнять у меня мелких...

И бежать мне отсюда некуда. Подъезд один — выходит на ту же сторону. И с Асей мне так не сигануть.

Разве что окна первого этажа...

Там сыро, но Асю как-нибудь на руках...

- Кто здесь посмел оскорблять принцессу?! – гневно на всю улицу прогремела прыгучая крутышка, лихо перешагнув широчущую лужу.

Ну, ладно, на пол-улицы. Привлекая внимание всех подряд.

Аж бедные воробьи всполошились. Бродячая кошка шмыгнула в ближайшие кусты акации. И пара чернущих ворон вспорхнула на полуголые деревья, возмущенно каркая.

Ох, как дружно заверещала опека! Не хуже разгневанных птиц.

Ох, как за телефоны оперативно хватаются...

Правда, не очень ловко. Не привыкли к такому. Одна даже сумочку выронила в соседнюю лужу. Бледную такую сумку — цвета то ли горчицы, то ли жидких отходов жизнедеятельности кишечника.

Мент кинулся поднимать.

- На колени, грязные свиньи! – презрительно бросила развопившимся теткам лихая кандидатка в мои сестры.

Сейчас же они...

Верка, не тормози. Хватай детей, и валите подальше, пока можно! Тут еще пять таких «авариек», а дальше — остановка. Можно успеть...

Или просто спрятаться в другом доме.

Тетки послушно опустились на колени. Точнее, на четвереньки. Прямо в сырость.

Дружно ткнулись лицами в ближайшую лужу. И в унисон захрюкали.

Зато теперь мент отбросил чужую сумку, спешно схватился за мобилу. Сейчас же он...

- Твое дело – землю рыть, смерд, - повелительно гремит голос моей новоявленной родственницы.

В полузаросшей песочнице валялся забытый детский совок. Розовенький такой.

Им мент и взялся за работу. Рьяно так. Выкапывает там «погреб» - и явно собрался насыпать туда камешков-«картошки». Жутковато улыбаясь «от уха до уха» - готовый шестилетка, отпущенный во двор погулять.

А девчонка, не оглядываясь, зашагала назад – ко мне на чердак. Всё еще — от бедра. Красиво так. Хоть и смотреть уже некому. Разве что — из окрестных окон. Может, даже из замызганной квартиры Толи-алкаша.

Ну да: не видишь никого ты сам — еще вовсе не значит, что не видят и тебя.

Крутая девчонка посреди обычной улицы. Бесстрашная супергероиня в черной коже.

Или суперзлодейка.

От бегства меня удержало одно: мы с детьми просто не сможем удрать. Я примерно представляю ее уровень. Ромка у меня быстрый, но семилетней Асе от такого врага не сбежать точно, а я с сестренкой на руках тоже нужной скорости не разовью.

- Ну как тебе? – заговорщицки подмигнула супердевица, бегом преодолев даже не скрипнувшую лестницу. На своих точеных каблучищах сантиметров по десять.

Ладно хоть вверх она прямо с земли в окна не скачет. Или просто не демонстрирует пока. Как козырь в рукаве.

Ася зябко сжалась на чужом рваном матраце. Он меньше отсырел, чем другие — в соседних квартирах. Но моя мелкая уже слишком долго просидела в квартире без отопления и с выбитыми стеклами.

На первом этаже сохранилась даже старая скрипучая кровать, но туда бы искать сунулись первым делом. Да и скрип, опять же...

- Участкового-то зачем? Нормальный мужик.

- Этот нормальный скрутил бы тебя в бараний рог – по кивку этих подлых хрюшек. И загремела бы ты за похищение детей... А то еще и за сопротивление властям. Учти на будущее: никогда не жалей врагов. Они хорошими не бывают. И сами тебя потом не пожалеют, даже не мечтай. - В черных глазах полыхнуло... если бывает аспидное пламя, то это — именно оно. - Но ты не волнуйся: чары внушения развеются часика максимум через три. А меня они приняли за тебя. Так что подумай теперь хорошо, - озорно подмигнула она, - идешь со мной или остаешься с ними. Они будут рады.

Три часа. Как далеко мы успеем удрать?

- Мы двоюродные или троюродные? – отчаянно пытаюсь выгадать время. Хоть оно уже и пошло.

Но, авось, придумаю хоть какой-нибудь выход. Вдруг я не настолько все-таки бестолочь?

Потому что девушка — реально опасна. Никто не помешает ей загипнотизировать и меня с мелкими. И далеко не факт, что я успею ее вырубить раньше.

Она даже стоит для такого далековато.

И проваляюсь я все эти три часа тут. А то и дольше. Бери потом тепленькой.

- Если бы! – усмехнулась крутышка. – Хорошо, я сюда явилась сейчас. Иначе точно нашла бы тебя старухой. Когда ты исчезла, тебе было пять, мне – тринадцать. А теперь это ты месячишка на три меня старше.

- Стоп! – качнула я головой. Не сходится. Как моя жизнь и мечты до развода родителей — с последующей унылой биографией. - Прости, но я помню первые пять лет жизни. И тебя там не было.

- Еще и ложная память, - криво ухмыльнулась девица. – Что ж, у детей такое бывает. Пластичная психика и всё такое.

Стоп. Как она вообще всё это провернула? С моими врагами?

- То, что ты назвала заклинаниями, это гипноз?

- Ну да, магия, - досадливо мотнула новоявленная сестрица головой. Только локоны черной волной плеснулись. Как взмах воронова крыла. - Наш фамильный дар. У тебя, кстати, он в пять лет был уже офигенный. Теперь его придется возвращать. Этот жалкий мирок из тебя уже всю Силу высосал. Тут кастовать сложнее раз в десять. Ничего, зато наш тебе обрадуется. Он давно ждет твоего возвращения. Пропавшие принцессы на дороге не валяются, знаешь ли.

Угу. Они прячутся от опеки по догнивающим брошенкам. Принцессы такие... на бобах.

- Если ты из другого мира, почему так хорошо говоришь на нашем местном языке?

- Если такая штука — магия, - нетерпеливо поморщилась незваная гостья. - Долго объяснять, времени мало. Ну так ты со мной идешь?

- Мы должны вернуться в квартиру за вещами.

Моими и главное — детскими. И фотографиями. Это всё, что осталось от наших родителей.

Мы быстро.

Ну, пока еще мент в песочке усердно роется, а тетки весело хрюкают. Такими счастливыми они, небось, со времен детства не были. И такой же песочницы.

А может, даже и тогда. Жутко представить прошлое тех, кто настолько ненавидит чужих детей.

Но вернуться придется по-любому. Налегке драпать нельзя. Сюда-то я ничего прихватить не успела. Одно слово: бестолочь.

А пока собираюсь, соображу, что делать дальше.

Три часа — это вовсе даже не плохо. Бывает хуже.

Но лучше всё равно поторопиться.

Глава 3

Глава третья.

Вообще с трудом могу поверить, что в эту квартиру мы больше не вернемся - в любом случае. Я же в ней выросла.

В этих трех комнатках мы жили впятером. В тесноте, но не в обиде. Сначала у меня была своя комната, потом — на двоих с Асей.

Потом — одна на двоих с папой. Уже не здесь. Сначала - в съемной квартире. Потом — съемная в общаге. Большая, правда. И с водой внутри. Холодной и даже горячей.

Соседи по коммуналке были... всякие. Но я тогда еще была побоевее сама. Еще не отвечала за беззащитных детей.

А в последние месяцы у каждого из нас комната была своя, но мы предпочли бы живых родителей.

Когда родители развелись, мне было почти шестнадцать. Да, я тогда, конечно, выбрала жить с папой. Мама, может, и возражала бы, но отчим слишком громко вопил: «Или я, или эта приблудная с помойки!»

Именно тогда я узнала, что приемная.

Прости, папа. С этим тоже пришлось справляться тебе.

Отсюда я когда-то ушла. Сюда вернулась — потеряв не только папу, но и маму.

И теперь уходим вместе с детьми. А ведь они тоже здесь выросли. И никогда прежде не покидали...

Здесь даже на дверном косяке отметки сохранились — мои, Ромкины, Асины. Как мы росли.

Мама предлагала заменить дверь на новую... но так и не сложилось.

У нас вообще не сложилось слишком многое.

Если мы удерем всё же не в другой мир — может, получится продать квартиру через посредников? Плохо, что мы все вступили в наследство. Но иначе было невозможно. А несовершеннолетние собственники — это в нашем случае швах. Продажа только через детскую комиссию опеки. Безнадега.

А нам будут нужны деньги. На много-много лет нелегального положения. И даже на коммуналку — за эту же квартиру.

Пока хотя бы Ромке не исполнится восемнадцать. А это еще больше шести лет ждать.

- А я тогда тоже принцесса? - в голоске Аси — явная надежда. - У меня будет новое красивое платье? Длинное, как в сказке?

- Ну раз я, то и ты — тоже, конечно, - обрадовала я — прямо под скептическим взглядом новоявленной сестрицы. - И платьев нашьем целый шкаф. В четыре створки.

Да и насчет себя-то до конца не уверена. Ну да, мы с незваной гостьей правда похожи. И гипноз — гипнозом. Но какие, к черту, потерянные принцессы и магические миры?

Может, просто свалить? Кто докажет-то, что это я кого-то загипнотизировала? Где видеозапись? У нас дохлая недокамера-то над подъездом не работает — сломана давно. И никто из всего подъезда на нее не захотел скинуться.

- Конечно, принцесса, - успокоил Рома. - Ты-то у нас точно... на горошине. Как в сказке — всю ночь ворочаешься, а потом спишь на ходу.

- Но-но, - привычно одернула я. - Лучше складывай быстрее.

В принципе, Ромка — брат хороший. Конфет или яблок всегда Асе отделяет больше, чем себе. Но вот не подкалывать ее порой — не может.

- Может, тетради и учебники бросим? - вопросительно глянул Ромка. - На кой они нам теперь - в другом мире?

- Пока не бросай.

Насчет другого мира я всё еще не уверена.

- Какой кошмар, - усмехнулась новоявленная сестрица, небрежно подпирая локтем дверной косяк на пороге. Черный силуэт — в ломаной серой рамке. - Мечта принцессы: шкаф с платьями! В четыре створки.

- Не у всех девочек много платьев, - укорила я. - А хочется — всем. Особенно в детстве.

- Не знаю. Лично мне хотелось новый клинок.

- Потому что одежды у тебя и так было достаточно.

Хорошо, доки я держала все в одном месте. И фото — там же. И вещей у меня негусто. Не четыре створки шкафа.

А рюкзак у меня хороший, увесистый. Проверенный жизнью еще в прежние времена.

С папой мы меняли жилье четыре раза.

Так что вещи-деньги-документы-ноут мы собрать успели, пусть и наскоро. Рекордно-быстро, можно сказать.

До того, как я заметила въезжающую во двор «мигалку».

Слишком быстро. Прошло всего пять с половиной минут, как мы в квартире. И не больше восьми, как выскочили из аварийки.

Ого, машин две. Две. Оперативно так. Против одной маленькой меня. Лисс считают мной, а Ромка и Ася вряд ли вообще учтены как боевые единицы.

Зачем здесь две группы захвата?

И до тупой меня доходит простая вещь. Я опять не учла главное. Квартиру. Из-за чего начинался весь этот сыр-бор.

Будь я нищей бомжихой, всё могло бы обойтись. Не будь у детей ничего, о них еще могли бы забыть.

Но не теперь. Есть подозрение, что я признаюсь не только в гипнозе. У меня еще и банда непойманных сообщников найдется. Для особо опасного сговора с целью преступного нападения на сотрудников опеки и правоохранительных органов.

А Рома и Ася из «дурки» уже не выберутся. Даже с диагнозом о недееспособности.

- Кажется, он все-таки успел что-то вякнуть в свою волшебную трубку, - невинно пожала плечами моя новая сестра, подмигивая мне. – Ну так что ты решила? Зовут меня, кстати, Лисс.

Подходит. Лиса еще та. Хитрая и коварная.

Случайно он успел, конечно.

Никогда нельзя думать, что хуже некуда. Иначе кто-нибудь явится и быстренько тебя разубедит.

- Нам отсюда уже не свалить. Будем держать оборону. До последнего, - героически заявил брательник. - Я уже умею драться.

- Может, просто тихонько запремся, будто нас нет дома? - робко прошелестела Ася.

- Вышибут, - честно ответил Рома. - Раз их так много — точно вышибут. Да и соседи видели точно.

- Лисс, ты сможешь вывести нас отсюда? – поворачиваюсь к нашему единственному шансу.

- Могу, конечно, - вновь легкое пожатие плеч. – А ты всё еще хочешь взять с собой детей из этого мира?

- А это для них опасно?

Черт его знает. Вдруг они в пути потеряются? Есть у меня магия или нет — еще неизвестно. Но вот у Ромы и Аси...

И делать-то тогда — что? Дверь долго не выдержит.

- Безопасно. А вот в нашем мире – нет, - жестко усмехнулась незваная гостья. – Ты – Маг, пусть и необученный. А вот они – нет. Лучше оставить их тут — в вашем мире ведь тоже существуют приюты...

Вот значит как? А ведь в «аварийке» обещала вытащить нас всех.

Когда еще у нас был шанс удрать в другую сторону. Нам еще не перекрыли выход - с третьего этажа жилой многоэтажки.

Можно я ее убью, а?

Нет, нельзя. Не сейчас, Верка.

- Здесь не оставлю.

- Уверена? - насмешливо фыркнула она. - Это ведь не ты собираешься портал открывать, правда? Или ты уже тоже это умеешь... сестренка?

- Знаешь, в чём я уверена? - Лисс уже виртуозно загнала меня в ловушку, не оставив выбора. Деваться-то мне уже некуда. Но и я ей нужна. Раз уж она за мной аж в другой мир явилась. А значит, сейчас я могу диктовать условия. Или хоть попробую. - Останусь здесь — и просто сдохну, пытаясь их защитить. Тебе очень нужен мой труп? А если вдруг случайно перенесешь только меня, я точно снова освою эту магию лучше тебя, старшенькая. Чтобы с гарантией свернуть тебе шею.

- Да, - она смерила меня оценивающим взглядом. – А ты все-таки не совсем превратилась в... простолюдинку. А я уж испугалась: безнадежный случай - овца овцой. Крепче держи своих, а я – тебя. Вещички пусть тоже держат они. И вставайте как можно компактнее. Магический мир всё еще нас ждет. И твой прицеп — тоже, так уж и быть... сестричка. Цени мою доброту.

- Ок, - буркнула я, послушно беря ее за руку, а второй обнимая детей. Для такого пришлось даже слегка присесть. Почти книксен.

Учусь быть принцессой.

А рюкзак как-нибудь удержится сам. За спиной. Овца или не овца, а пахать можно, как на лошади. Крепкая.

И ощущение теплой «камуфляжки» за спиной будто согревает. Мне этот рюкзак еще папа выбирал...

- И платьев там в сундуках старых хватит, - пообещала Лисс. - Твои прежние мелкой отдадим. Она примерно такая, как ты в пять. - У Аси задрожали от обиды губы — кому охота в семь услышать, что выглядишь пятилетней? - У тебя их столько было... мне и то меньше шили.

- Ничего, - шепчу Асе. - Это просто я была слишком длинной и некрасивой. А ты — моя Дюймовочка.

А я ведь даже не успела никому позвонить.

Хотя... кому?

Юрке? Мы расстались, когда мне катастрофически перестало хватать времени. И он быстро нашел другую девчонку.

Аньке? Мы дружили с первого класса, но она еще позапрошлогодним летом переехала в другой город, и перезваниваемся мы теперь нечасто. У нее — другие интересы, своя, новая и яркая жизнь. Для меня давно закрытая не навсегда, так надолго.

Илье и Катьке из универа? Они — мировые ребята и мои лучшие друзья. Самые крутые в мире. Сообщить им, что я теперь осваиваю магические миры не только в фэнтези-книгах?

Ирине из папиной общаги? Она — надежная тетка и пару раз выручала нас с деньгами взаймы. Но вот шансы застать ее трезвой в этих числах — ничтожно малы. У Ирины как раз получка вчера или позавчера должна была на карту прыгнуть...

Да и что бы я ей рассказала? Для Ирины «магический мир» - это «поймала крутого-делового мужика, сваливаю в новую красивую жизнь».

Некому звонить. Да и незачем.

Главное — сдохнуть, но ни за что не выпустить из рук уже крепкую Ромкину руку и хрупкую лапку Аси.

Глава 4

Глава четвертая.

Комната – явно больше всего второго этажа «аварийки». Бальный зал тут, что ли?

А на потолке — широченное охотничье панно. Яркое, красочное... талантливое. Ощущение, что трехмерное.

Десятки быстрых, поджарых собак рвутся с поводков и явно надрывают глотки лаем.

Красивые, сильные всадники горячат породистых коней — белоснежных, вороных, в яблоках.

Прекрасные дамы в роскошных нарядах прямо в седлах играют разноцветными костяными веерами. Золотые лучи дневного солнца скользят по совершенным лицам, счастливыми искрами отражаются в огромных глазах — голубых, серых, синих, карих, черных, зеленых.

Огромный олень с роскошными широкими рогами стремительно уносится прочь — во все быстрые копыта. Но у него вряд ли есть шансы — против такой огромной охотничьей банды. Да и тесные деревья впереди — гарантированная ловушка. Он что, не видит? Или уже не может обогнуть?

Мне-то из собственной квартиры бежать было уже некуда. А оленю дикий лес — это ведь тоже родной дом. Просто туда явились опасные чужаки — на охоту.

А добычу-то как на всех поделят? Олень-то удирает, бедолага, один, а не с целым стадом. Или табуном? Чем там олени обычно кочуют?

Может, он вообще от остальных своих внимание отвлекал? От олених с потомством, например?

Пол у меня под ногами — дорогущие мозаичные плитки. Терракотовые. Стены — роскошные золотистые шелковые обои. Двери — широченное красное дерево. Окна — огромные цветные витражи в обрамлении тяжелых темно-фиолетовых портьер. А сквозь них рвется яркое летнее солнце — двойник потолочного собрата.

Здесь явно не промозглый осенний день. То есть, может, конечно, на самом деле тоже осень, но за окнами она — теплая и солнечная.

И — никого вокруг, кроме нас. Никто не спешит встречать Лисс и ее гостей. Пока, во всяком случае. Даже отдаленных шагов не слышу.

Значит, правда. Принцесса я или нет, но Лисс — действительно Маг. Потому что она и в самом деле перенесла нас сюда. Нас всех.

Была квартира и неотвратимо занимающие подъезд враги. Перекрывающие нам путь к бегству, замыкая ловушку.

А стал - чужой замок чужого мира. И роскошный бальный зал. Без слуг и стражи.

- Сейчас здесь никого нет. Этот зал много лет был закрыт. Вместе со всем крылом. А когда-то мы здесь танцевали на балах, - подтвердила мою догадку сестра. – Праздновали твое пятилетие. Твой отец такое закатил... Было даже весело...

Даже?

- Мой? Разве он у нас с тобой не общий?

- Забыла упомянуть, - усмехнулась Лисс, кошачьей походкой обходя нас по кругу. Как добычу. - Папы у нас с тобой разные. Мама дважды выходила замуж. Даже трижды... но третий не считается.

- И кто из ее мужей был королем? - Поневоле приходится крутиться вместе с новоявленной сестрой.

И Ромка вынужден - вместе с нами.

Но как-то неуютно, если Лисс вдруг окажется за спиной.

Хоть она там уже была — когда незаметно и неслышно подкралась к нам в «аварийке». Когда перенеслась прямо туда.

Но если мой отец — не король, с чего вдруг я стала принцессой?

- Оба консорты, - фыркнула Лисс, наконец останавливаясь. – Правящей королевой всегда была мама.

- Была?

То есть сейчас это уже в прошлом?

Надеюсь, ее не свергли?

- Совсем забыла тебе сказать, - усмешка Лисс отнюдь не кажется доброй. - Наша мама уже погибла. Кстати, она тебя любила. Даже больше, чем меня. Понимаю: тебе не с чего испытывать утрату. Ты даже не успела ощутить себя ее дочерью. - Она что, мысли мои читает? Еще и это умеет? - Но с последствиями столкнемся мы обе.

- А кто правит королевством сейчас? - Похоже, этого вопроса от меня и ждут.

- Половиной страны - узурпатор, - вот теперь Лисс явно мрачнеет. Будто бездонная тьма плеснулась в и без того чернущих глазах. - Ее третий незаконный муж.

- А ты – принцесса в бегах? И я так понимаю, у нас есть еще и брат – наследник престола?

И хозяин этого замка? Или дворца. Он и правит второй половиной королевства?

Или мы и здесь — незаконно?

- Нет, - поморщилась Лисс. - Братьев у нас с тобой нет.

- Извини, - осторожно поправила я. - Не «есть», а «был»?

Вдруг тут детей не только похищают.

А то у меня есть серьезные причины считать, что пропала я не сама по себе. Да еще и в чужой мир.

Вдруг Лисс по-настоящему любила брата? Как я — Ромку? А тут я такое ляпнула...

И продолжаю ляпать.

С тактом-то у меня плоховато.

- Не было, - отрезала Лисс. - Никаких братьев. Никогда. И говорю варданским языком, если ты всё еще не поняла: я – не принцесса. Принцесса – ты.

- То есть... но ведь твои родители тоже были женаты? – осторожно начала Ася.

Лисс досадливо дернула плечом:

- За бастарда меня еще не принимали.

- Она – не принцесса, потому что... – многозначительно протянул мой брательник.

Он уже понял. Старше Аси все-таки.

А меня — еще и умнее, похоже.

- Королева, - Лисс явно устала от нашей тупости. – Законная, правящая королева. Точнее, правящая пока не всей страной, но это временно. Просто нужно уничтожить узурпатора и отбить столицу. Если, конечно, сможем. А если нет — нас казнят. Обеих. Рано или поздно. Ты — моя наследница, и тебя в живых тоже не оставят.

- Отлично. Мы опять – вне закона. Ничего нового. А нам хотя бы есть, где укрыться? Этот замок безопасен? В чьих он владениях?

Где мне здесь прятать детей? Или... Куда отсюда можно удрать?

- Мы уже укрылись, - Лисс изящно протанцевала, как на балу, в сторону широкого витражного окна. Легко и бесшумно, несмотря на каблуки. – Это замок твоего отца. Герцога Серых Холмов, Алонсо Куэрво. Неужели ты вообще ничего не помнишь? Я думала, этот зал вернет тебе... неважно. Вот здесь я учила тебя танцевать перед твоими именинами. Ты была на редкость неловкой, кстати. Солейто, неужели ты вообще ничего не помнишь?

- Меня зовут Вера, - поправила я.

Сестра или нет, но я пока не готова зваться чужим именем. А имя Солейто — чужое.

Меня восемнадцать лет звали иначе. Ну, или я помню, что восемнадцать.

И сейчас больше всего я хочу раздобыть для детей безопасное убежище. Накормить их, переодеть, уложить отдохнуть Асю. Она всегда после школы дремала часа два, а сегодня уже столько намучилась.

Но важнее сначала выяснить всё.

Я привела детей в опасный мир. Да, за нами никто не идет прямо сейчас. Да, есть время осмотреться. Да, тут имеются еще и союзники.

Но в прежнем мире нас были готовы уничтожить за квартиру в областном центре. Что бывает, когда делят целый престол королевства, лучше даже не предполагать.

А этих союзников я до сегодняшнего дня не видела вообще. И сестра мне Лисс или нет, но действовала она отнюдь не честными методами.

Так для чего я ей?

- Понятно, почему ты взяла это имя, - неожиданно мягко кивнула Лисс. - Вериди звали нашу маму. Ты все-таки что-то запомнила, пусть и так.

Возможно. Не знаю, почему меня назвали Верой. Никогда почему-то не спрашивала.

- Как случилось, что я пропала? Что произошло?

Ромка готов услышать всё: он у меня уже достаточно взрослый. Вот при Асе я предпочла бы ничего не выяснять, но я и так наломала дров. Сначала потеряла работу, потом притащила детей в чужой магический мир, откуда сама в случае чего даже не смогу вернуть обратно.

И со мной — предполагаемая сестра-Магичка, которой я ну совершенно не готова доверять. Больно уж лихо она влезла в мою жизнь. Не выбирая средств и методов.

И будем честными: я не готова отпустить Асю куда бы то ни было — без меня. Не сейчас и не здесь.

Так что задавать все необходимые вопросы придется при ней. Абсолютно все.

В этом зале когда-то звучал голос моей матери...

И в этом замке.

Моя родная мать... Она меня вовсе не бросала. Какой она была, правящая королева Вериди из магического мира? Она меня любила?

И если это замок моего отца, то сейчас он — мой?

- Вот этого я не знаю. Ты просто исчезла из дворца – и всё. Вскоре после тех самых именин. Это испортило отношения между твоими родителями. – Облачко набежало на безупречное чело Лисс. – Это всё испортило.

- Я могу увидеть их могилы? Нашей мамы и моего отца?

- Нет. Могила мамы – в королевской усыпальнице, в столице. Столица – в руках узурпатора. А твой отец – жив и здоров.

- Но... мама же вышла замуж в третий раз?

- У нас разрешены разводы, а уж тем более – в правящей семье. Ты пропала. Оба винили друг друга. Это плохо кончилось.

Ну, никто никого не убил – уже хорошо. А то времена тут дикие... не лучше наших. За красивый стул и дурацкий головной убор башку оттяпают — и даже не поморщатся.

Значит, замок и сейчас — отцовский.

Ирония судьбы: мои родители и в этом мире были разведены. Вот только... сейчас моей родной матери в живых уже нет. Лисс права: я не успела даже ощутить, что она у меня есть.

Жив отец? У меня уже был папа. Никого другого в этой роли представить не могу вообще.

А еще хуже, что у меня был отчим. И теперь все следующие кандидаты в новые папаши представляются его копией, если не хуже.

Это же магический мир. Лисс — Маг. И я видела, на что она способна. С чего бы моему новому отцу быть слабее ее?

А у меня — дети. И здесь мне нечем защитить их.

- Это крепость твоего отца, Солейто. В его владениях мы и держим осаду против узурпатора и его армии. Уже не первый год. Ты — дома, сестренка. А я... я слишком долго искала путь к тебе по крови. И наконец нашла! – вот теперь в глазах ее блеснула искренняя радость. – Алонсо просто с ума сойдет!

- И от чего же я должен сойти с ума? – прогремел мужской голос с порога зала. - Лучше поторопись с ответом, Лисс. Пока я тебя не убил собственными руками.

Глава 5

Глава пятая.

Я инстинктивно загородила детей, хоть Ромка и пытается вылезти вперед. Герой мой юный.

Но пока не научится драться, как я, - не позволю.

Хотя бы, как я.

Выход перегорожен, окно... позади, за портьерами. Какой здесь этаж? Есть ли ограда? Насколько высока? Сколько охраны? Сможем ли выбраться?

А дальше — куда?

Почему я до сих пор даже нормально не огляделась? Можно же было задавать вопросы и одновременно к окну подойти, хотя бы.

Один этот Алонсо, или в коридоре еще и вооруженная стража? Даже если здесь нет огнестрельного оружия — магия зато есть.

Вот не люблю я злых, агрессивных мужиков – и всё тут. Мне отчима хватило. На всю оставшуюся жизнь.

Я, правда, боюсь неадекватов чужого пола. Поэтому предпочитаю бить их первой.

Этому, наверное, чуть за тридцать. Рослый, темноволосый, крепкий. И, кстати, сероглазый. Как и я. Тот же разрез глаз и тот же «грозовой» оттенок, или мне уже кажется?

Одет он, кстати, вполне в музейный костюм... в смысле, в исторический. Похоже, отвязные наряды моего мира здесь предпочитает только Лисс. В силу юности и привычки шататься по чужим мирам. И вообще повадок трудного подростка.

Но этот-то агрессивный тип... герцог Серых Холмов - явно взрослый. И, наверное, даже считается красивым. Брутальный такой типаж.

И злющий, как сотня чертей.

Правда, молнии метать он собрался в мою... уже почти наверняка сводную сестрицу.

- Лисс, где ты была?! - Надеюсь, он - хоть не Огненный Маг? А то еще сейчас останется от моей сестрицы кучка серого пепла.

Но хуже, если еще и от нас. А мне некуда спрятать детей! Я их приволокла в чужой магический мир, сама ни черта «не умея в магию»!

Проклятие, я до сих пор даже не знаю, как эта страна зовется. Не хватило времени на вопросы — враги на хвосте не оставили. Язык — варданский, а королевство?

- Алонсо, не сердись, - дернула Лисс темной бровью, даже не собираясь пугаться. – Лучше посмотри, какой сюрприз я тебе припасла. Ты просто упадешь сейчас!

Судя по бешеному взгляду мужика, у него тоже сюрприз припасен. Приличных таких масштабов. И не самый приятный.

И вручит он этот щедрый дар Лисс прямо сейчас, не откладывая. И она тоже запросто упадет, можно не сомневаться. Причем, в самом прямом и опасном смысле слова.

Три стремительный шага – и Алонсо (не отцом же мне его теперь начинать звать!) уже напротив Лисс. С перекошенным от бешенства лицом. И уже нещадно встряхнул ее за плечи:

- Кто тебе разрешил покидать замок?!

Лисс, похоже, оцепенела — от шока. Даже сопротивляться не пытается. Замерла — и всё.

Так, с меня хватит. Просто стремительно шагаю к ним, слева. Резко кладу левую руку Алонсо на плечо.

Полуразворот врага — стремителен. Я едва успела. С короткого размаха врезать в челюсть — правым кулаком.

На всей предельной скорости.

Тренер Павел бы оценил. Боевые искусства — единственное, в чём я точно не была бестолочью.

Ну, еще учеба. Я же круглая отличница. И в школе, и в универе.

Вот только в реальной жизни это, увы, не помогает ничем.

Алонсо шатнулся, но устоял на ногах. И вполне в сознании. А такое в моей практике бывало редко.

Силен, зараза. И челюсти у него не только квадратные, но еще и, похоже, стальные.

И вторично я его уже врасплох не застану.

И что дальше-то? Чувствую себя загнанным оленем с панно. Рога — есть. Копыта — тоже. Но врагов как-то развелось многовато. А впереди — засада из переплетения тесных деревьев.

Когда я успела настолько влипнуть? Каждый следующий шаг затягивал в болото проблем сильнее, но где я была, когда вся эта муть только начиналась? Когда упустила контроль над собственной жизнью?

Я, правда, когда-то пятилетней танцевала в этом шикарном зале на собственных именинах? Меня называли принцессой, а я сама вот этого злющего чужого мужика — папой?

И здесь играли и пели какие-нибудь талантливые менестрели, беззаботно кружились пары, дамы в прекрасных туалетах вовсю флиртовали с галантными кавалерами?

А кто-то в это время плел ядовитые интриги. И, может, уже готовил похищение беззащитной маленькой девочки...

- Я чего-то здесь не понимаю, или так вы разговариваете со своей королевой? - чеканю я. - И готовы поднять на нее руку?

Что уже терять-то? Извиняться поздно, да и... Что мне оставалось делать? Я уже раз не сделала ничего — и у меня больше нет матери! Мой прежней мамы — из моей прежней жизни.

Единственной матери, которую я знала и помню. Она не была королевой. Она даже умной не была, как выяснилось. Ей просто нравились «настоящие мужики». Способные «стукнуть кулаком по столу», и за которыми «как за каменной стеной».

Но всё это еще не заслуживает смерти!

Эй! – возмущается почему-то Лисс. – Ты что творишь, Солейто? Алонсо, это твоя дочь! – Лисс юркой змейкой умудрилась втиснуться между нами. – Я ее спасла! Где «спасибо» вообще?

Лисс – точно везучая. Без спроса свалила за мной, да еще и чуть не огребла сейчас - сразу от обоих. Мы едва успели расступиться - в разные стороны.

Теперь меряем друг друга взглядами. Алансо – недружелюбным. Мой, думаю, ничуть не лучше.

Да, я в другом мире и сунулась в чужую драку. Но, черт подери, что мне еще-то оставалось? Ждать, пока еще кого-то прибьют — только уже на моих глазах?

Меня вполне при жизни устраивал мой папа – преподаватель матанализа, вежливый и интеллигентный интеллектуал, добрый и мягкий человек. Когда нас как-то остановили гопники, он, правда, в драке вырубил одного... Остальных трех — я.

А после его смерти я уже привыкла быть сиротой. Меня это уже тоже вполне устраивает.

Если никто тебе не помогает, пусть хотя бы и дополнительных проблем не создает.

- Ну, прости, - невинно улыбается Лисс. Только губы чуть дрожат. - Мы ее поздновато нашли. В другом мире наша Лейта плохо сохранилась. У нее было трудное детство, тяжелая юность, деревянные игрушки, прибитые к полу, горшок без ручки...

- Меня зовут Вера, - холодно чеканю я, Тело уже на автомате вновь перетекает в боевую стойку. Само. - И я никому в дочери не навязывалась.

- Ну, точно твоя, - усиленно улыбается Лисс. Прямо готовый дружелюбный менеджер «купите у нас всякую ненужную фигню по цене ее веса!» – Ну, посмотри сам? Твоя копия же. Такая же бешеная и тоже сначала кидается в драку, потом думает...

- Что?! – это мы с новоявленным грозным папашей рявкнули уже одновременно.

- Ну, идите же сюда, оба! – Лисс протягивает к нам руки. – Алонсо, я ее по крови нашла. По моей крови.

Она вдруг крепко притянула нас к себе и всхлипнула:

- Алонсо, это точно она! Сам-то посмотри. Мы же похожи.

И сразу показалась не такой уж крутой. Будто до сих пор она действовала на кураже. А сейчас – просто усталая девчонка. Даже младше меня.

И не боится теток при должности и мента при погонах. И разъяренного крепкого мужика - тоже не боится.

Она никогда не жила по принципу «Только бы не было хуже!»

И тут меня стиснули в объятиях гораздо крепче. Это Алонсо судорожно прижал к себе нас обеих.

И драка дракой, но если б я ему дала в бою до себя дотянуться и сцапать — он бы мне кости переломал без особых проблем.

- Я не одна! – прервала я трогательную сцену, как только смогла. – Со мной дети.

И они хотят есть и отдохнуть. Особенно Ася.

Алонсо сообразил сразу. Правда, не то, что стоило бы:

- Лисс, ты хочешь сказать, что Лейта еще старше, чем кажется, и я уже успел стать дедом?

- Нет. В моем родном мире я была удочерена. Это мои брат и сестра. Мы все трое были в опасности, и я забрала их с собой.

- Твой родной мир — этот, - вновь влезла Лисс.

Ромка крепко обнимает Асю. Одной рукой. Вторую сжимает в кулак. И судя по взгляду — готов драться за них обоих.

Весь в меня.

Взгляд опускать не собираюсь. Я здесь уже успела накосячить, но что дети остаются со мной – без вариантов. Или я ухожу с ними — неважно, куда. Они уж точно моя семья, а вот Лисс и Алонсо я сегодня увидела впервые. Причем, знакомство с первой началось с шантажа, со вторым – с драки.

Я когда-то учила Ромку читать и драться. Я каждый день заплетала Асе мягкие, непослушные локоны в косички и читала ей на ночь сказки — до ухода с папой и после возвращения.

- Я рад, что моя дочь не чужда чувства долга, хоть и выросла в другом мире, в семье простолюдинов, - с внезапной гордостью изрек Алонсо. Даже «грозовой» взгляд будто потеплел. – Моя кровь. Дети кормилицы наследной принцессы безусловно заслуживают места в замке.

Ладно. Спорить пока больше не буду. Пусть пока будет «кормилица». У меня и так язык слишком длинный. И слишком быстрый. Как и кулаки.

- Лисс, распорядись о комнатах для всех троих. И об ужине. И тебя я потом жду у себя в кабинете. К тебе у меня еще остались вопросы.

Он снова хмурится, но Лисс, похоже, и ухом не повела. Ну да, она ведь тут все-таки целая королева.

Случайный лучик солнца будто запутался в ее улыбке.

- Идем, - Лисс махнула нам рукой. – Надеюсь, страже и Магам не слишком влетело за мой побег, - беспечно пожала она плечами. - А то где мы потом новых наберем и обучим так быстро?

Чего?

И кто бы мне еще объяснил, это они тут идеально выучили мой родной язык, или Лисс когда-то успела всобачить мне в башку магический переводчик? А заодно и Ромке с Асей.

На этот вопрос мне всё еще никто не ответил.

Глава 6

Глава шестая.

- Ты можешь объяснить, зачем в морду-то ему врезала? – рассмеялась Лисс. – А если бы в ответ?

- Отбила бы.

Может, да. А может, и нет. Уровень Алонсо как бойца я оценить толком не успела.

И да — я погорячилась, конечно. Ладно — меня переклинило. Ситуация-триггер.

- Мой отчим убил мою мать, - призналась я. Шепотом, хоть дети и спят. – И свалил в бега, когда это вскрылось.

- То есть как – вскрылось? - шепчет в ответ Лисс. Даже странно: впервые в жизни секретничать в полутьме с сестрой. При единственной колеблющейся свече в изящном серебряном подсвечнике. - Не бойся: твои дрыхнут без задних ног. Поверь Магу.

- Ну, мама умерла уже в больнице, - я всё равно приглушаю голос. - Пытались оформить как несчастный случай, потому что в полиции у нее до этого заяву не принимали. Типа, дело семейное и «вот убьют — тогда и приходите», а побои - не криминал, а штраф, сама же с зарплаты платить и будешь. - Я уже научилась рассказывать об этом ровно. Или не рассказывать, когда необязательно. Уже даже не так подбешивает снисходительное презрение в глазах любого собеседника. Типа, жертва всегда и во всём виновата сама. С нормальными людьми ничего плохого никогда не случается. И кто мешал вовремя уйти? - Но врач попался честный и принципиальный, так что... И пока отчима ловили, я боялась, он придет за мной и детьми.

Но во взгляде Лисс — только сочувствие. И показалось или нет, что она виновато опустила голову. Лисс-то хотела оставить моих мелких в моем мире. Одинокими и беззащитными.

Мама ведь собиралась развестись. Но отчим тогда пригрозил убить Асю и Ромку. В опеке тоже пригрозили - просто «изъять детей». Но хоть так и не явились — сообразили, что в квартире - реальный неадекватный психопат. А в полиции просто посмеялись и не приняли заяву. Типа, семейное дело, сами же потом заберете...

Тот мент, правда, потом потерял погоны. Когда дело замять не удалось, а отчима уже вовсю искали.

Мне потом жена того мента звонила. Что он потерял работу, пьет, что всё из-за таких, как моя мать и я...

Стемнело здесь как-то быстро. Вроде, только что закат заливал небо багрянцем — и всё. Зажигайте свечи.

Детей я уложила в своей комнате. Благо, места тут хватит для целой футбольной команды. Сама комнатища — квадрат метров сорок площадью, кровать — квадрат метров пять в длину и в ширину. Очевидно, чтобы всю команду разместить тут в творческом беспорядке.

И Ася была просто в восторге от нежно-голубого шелка обоев. Мне-то больше другие цвета нравятся... но сестреныш важнее.

Комнаты и кровати у Ромки и Аси поменьше, и у него обои темно-фиолетовые... но сегодня всё это детям не понадобится. Я так решила.

Тем более, жилье им выдали на другом конце крыла, за двумя поворотами. Нет уж!

Не то чтобы не доверяю Лисс и Алонсо. Но... до конца не доверяю. Семья или нет, но я их вообще не помню и не знаю совсем.

В полутьме лицо Лисс выглядит совсем юным. И еще больше похожим на мое... то, прежнее. До папиной смерти.

Отчим ведь технически тоже был семьей Ромы и Аси. Официально. Когда ты вступаешь с кем-то в брак, ты ведь не рассчитываешь, что он или она по твоей просьбе выкинет своих детей на улицу, правильно? И не планируешь издеваться над мужем или женой, ведь так?

А я сегодня не планировала вообще ничего. Я даже не плыла по течению - меня по нему несло, как бестолковое бревно. По всем опасным колдобинам.

И чудом не расшибло не только меня.

И было время подумать о собственной дурости. Вообще и в частности — в чужом замке. И что я могла в первые полчаса здесь просто погубить нас всех троих — только потому, что меня переклинило.

Времени было довольно. Лисс же оставила нас сначала в моей новой комнате и исчезла часа на три-четыре. И я не знала, за кого больше волноваться — за нас или за нее.

Я успела покормить детей и поесть сама. Успело стемнеть. Успели уснуть не только Ася, но и Рома.

Хорошо бы еще где-нибудь сполоснуться, но пока, кроме изящного кувшина с носиком и такого же симпатичного темно-синего тазика мне ничего не принесли, а детей одних я оставлять боюсь.

И не стоит обманываться: ванна здесь — это какая-нибудь бадья с горячей водой. В сравнении с этим миром даже бывшая папина общага — элитное жилье. Но сейчас я и бадье буду рада!

Слуги же безмолвно принесли подносы и так же молча удалились. Не отвечая на вопросы и не реагируя на благодарность.

За окном обнаружился потрясающей красоты зеленый сад с сияющими в закатном солнце... уже в лунном свете фонтанами. И три высоких этажа до нашего окна. Нас разместили хорошо если не под крышей замка. И наверх тоже не взберешься. Чтобы удрать через крышу. Она же тут единственная. Соседних-то не водится — лихо перепрыгнуть.

И тянется сад далеко, но за ним я всё равно еще до падения сумерек разглядела зубцы высокой ограды. А еще дальше — капитальную такую крепостную стену.

Это не сказочный замок из красивой книжки. Мы в реальной средневековой крепости, пусть и очень симпатичной изнутри.

И фиг отсюда удерем, если что... попаданцы шибко везучие.

Да и куда? Если моя магия еще под вопросом, то Ромка с Асей — просто люди. И что я такого умею делать, чтобы в средневековом мире прокормить нас троих? Математике народ учить? Как бы за такое тут на костер не угодить.

Ася залезла в местную симпатичную шелковую голубую ночнушку и заснула сразу — как маленький усталый сурок.

Ромка крепился, но потом всё равно засопел носом.

А я задвинула портьеры, погасила все свечи, кроме одной, и успела углубиться в прихваченную с собой читалку. Забавно читать чужое фэнтези, самой находясь в магическом мире, но что мне теперь, литературные вкусы менять?

Надеюсь, тут есть какой-то способ зарядить книгу потом. Электричества-то явно нет — мир не технический.

И... честно говоря, я за Лисс всё равно опасалась. Ясно уже, что в чужие дела лучше не лезть. Я не у себя дома. Но не могу видеть, как у меня на глазах другую женщину хватают и трясут. Просто не могу.

Даже если она сама всё это оправдывает.

Как сначала — моя мать. Она в первые разы тоже говорила, что сама виновата. Что спровоцировала.

Сейчас вернувшаяся Лисс забралась на наше «футбольное поле» с ногами, устраиваясь на боку поудобнее. Оперлась на локоть, прихватила с подноса гроздь золотистого винограда (его тут столько, что дети даже не догрызли) и блаженно потянулась. Как сытая кошка:

- Лейта, как у вас говорят: не парься. Я же тут офигеть, какая жуткая ценность, понимаешь? И как талантливый Маг, и как законная королева... ну и просто как я сама, такая замечательная. - Виноград Лисс захлебнула гранатовым соком. Его тут я одна люблю, дети предпочли яблочный. Два больших кувшина почти опустошили. - Меня бы никто не отпустил за тобой, если бы я честно предупредила, куда иду. А я точно знала, что в этот раз тебя найду. Всё же просчитала уже. А у Алонсо в комнате всё это время твой портрет висел. И сейчас висит. Где тебе четыре года, Лейта. И я вернула ему дочь. Живую и здоровую. А себе – сестру.

Вот так, просто. Взяла и свалила за опасными приключениями. Взяла и заставила эту дочь и сестру отправиться в другой мир. Взяла и вернула, чего уж там?

Но если быть честной, Лисс меня всё равно спасла. Да, ускорила плачевный финал. Но игру против опеки я бы проиграла всё равно. Рано или поздно. Как тот слабый пловец, что отчаянно пытается выгрести за линией прилива, но потом у него всё равно иссякнут силы. И до берега ему уже не добраться, хоть как старайся.

- Ладно. Если Алонсо решит устроить тебе трепку в следующий раз, вмешиваться не стану, - ухмыляюсь я.

- И не нужно, - вполне серьезно ответила Лисс, закусывая виноград крошечным канапе. Асе они понравились, а Ромка поморщился: что, нормального размера бутеры здесь делать не умеют? – Решил: значит, заслужила. Два года назад Алонсо меня на себе из горящего дворца вытаскивал. Сам ранен, а у меня меч возле сердца прошел. Целители еле откачали. Регенерация не справлялась. Просто жутко было. Нашу мать ведь тоже узурпатор убил. Отравил, правда. Но... такое совпадение! - Лисс поежилась.

- Ничего, - через силу улыбнулась я. – Одного моего отчима застрелили при аресте, местного просто сами пришибем.

- Ты точно сможешь, - кивнула сестра. – Научишь так драться?

- А есть что-то, чего ты еще не умеешь? – устало усмехаюсь я.

- Конечно, - серьезно отвечает она. – С рукопашкой у меня вообще слабо. Я и на мечах не то чтобы особо. Люблю, конечно, но... Я же Маг. Привыкла полагаться на это. Наставники в детстве перехвалили. Хорошо хоть дедушка никогда мне не льстил.

Что ж, Лисс удивительно самокритична.

- Теперь у нас есть еще и ты. Так что всё будет хорошо.

- Почему? Не такой уж я крутой боец.

И не знаю в этом мире еще ничего.

- Не понимаешь? Ты – принцесса. Моя наследница. И это значит, что избавиться от нас обеих узурпатору будет гораздо сложнее. Представляю, как он взбесится, когда узнает, что ты — здесь, - мечтательно улыбнулась Лисс. Мечтательно... и жутковато. Есть в ней всё же что-то... темное. И не только взгляд. - У нас.

Забавно. Ведь я - родная дочь Алонсо. Лисс совсем не боится в таком раскладе самой оказаться лишней? Похоже, нет. Этакая смесь цинизма с наивностью.

- Прости, что не хотела брать с собой твоих приемных брата с сестрой, - состроила она забавную гримаску, разом показавшись младше. - Но мы стараемся не нарушать равновесия и не забирать из другого мира его... туземцев. Вроде как, неписанное правило и всё такое. Кроме того... я, конечно, крутой Маг-портальщик, но двоих мне было бы тащить гораздо проще, чем четверых. К тому же, они тяжелее нас.

- Это как может быть? Да они вдвоем весят...

Лисс нетерпеливо мотнула головой, как норовистый жеребенок. Ощущение, что и темной гривой сейчас тряхнет:

- Это из той же оперы. Они там свои, здесь – нет. Нас наш родной мир тянет, их – Земля.

- Ты очень хорошо ориентируешься в выражениях нашего мира. Будто там родилась.

- В смысле, Земли? Да, уже шарю в жаргоне. Ты же не думаешь, что я тебя с первого раза нашла? Меня сначала закидывало просто в твой город. Потом пришел черед мест, где, наверное, ты проливала кровь. Предметы тебя запомнили. И каждый раз мне приходилось быстро возвращаться назад. Хоть у вас там и... прикольно. Но, во-первых, могли обнаружить мою пропажу. Во-вторых... мне у вас просто нельзя долго находиться. Враги засечь магию могут: у вас же ее там нет почти.

- А еще ты решила ассимилироваться к нашему языку? Кстати, как вышло, что у нас он настолько совпадает с вашим? - наконец-то снова добралась я до животрепещущей темы.

- Никаких чудес. У себя ты сколько языков знала?

- Два, включая русский, - не слишком гордо признаюсь я. – Причем, русский – лучше. Вот Ася знает три. И хорошо.

У нее еще кружок был. А у меня — обычная школа без специализации. А потом — универ, матфак. Ну откуда там языковые уклоны?

- Вот первый услышанный в новом мире язык ты теперь понимаешь, как свой родной. Но только разговорный. Читать будешь учиться заново. Следующий язык выучишь, как тот самый второй. Тоже несложно. А вот дальше уже с нуля напрягаться придется. Или почти с нуля. Ты же и еще из каких-то языков хоть по паре фраз или слов знаешь.

Это да. Как все.

- Мне-то было проще. У меня разговорных языков в запасе полтора десятка. И еще на двадцати как-нибудь изъяснюсь. Но я же принцесса из дворца. Королева уже, точнее. Меня классическим языкам учили. А разговорная феня в любом народе – своя. Тут прислушиваться нужно. Иначе на чисто литературном заговоришь. Как препод в Академии на лекциях. И фиг тогда в чужом мире сойдешь за своего. Разве что за чудика со странностями. Хотя тебе тут слегка попроще будет, - подмигнула она.

- Это за что мне такой жирный бонус... – осеклась я.

- Норм, я знаю слово «бонус». Это Алонсо удивится, если что. Он по чужим мирам не шатался. И от чужих выражений не в восторге — я потому его чуть-чуть и дразню... А бонус в том, что родилась ты все-таки здесь. И в пять лет уже этот язык знала. И тебя уже учили оранскому. Так что...

Так что инглиш мне давался неплохо не сам по себе, а взаимозачетом, поняли вас. А теперь всё перезачтется обратно.

- И мне вообще повезло. Я быстро поняла, как у вас одевается молодежь. А дальше – только слушай.

- Прости за некорректный вопрос, но почему ты зовешь Алонсо по имени? Я имею в виду: ты же старше меня всего на восемь лет... была. Почему тогда не папой?

- Потому что я помню родного папу, - пожала свободным плечом Лисс. - И тогда еще был жив дедушка, мамин отец. Он мне и был вторым папой.

- Тогда еще королем был он? - уточнила я.

И мимо.

- Да ты что, при живой дочери? - искренне удивилась сестра. - Такое противно воле Дракона-Прародителя и самих Драконьих богов. Это узурпатору на них плевать, он у нас атеист.

- Почему драконьих?

Кажется, она их уже упоминала.

- Потому что мы все – потомки Великого Дракона-Прародителя. И должны сохранить его кровь, понимаешь? Поэтому трон может передаваться только по женской линии. Мужские ветви рода — табу.

- Почему?

- Потому что только женщина может точно знать, что дети – ее, - откровенно рассмеялась сестра. – Кроме шуток, сама-то подумай. Престолонаследие не должно зависеть от честности королевы. И наш родной мир не должен провалиться в Бездну только потому, что какая-то королевская жена тайком сходила налево.

Логично. Очень логично. В древности родство часто определялось по матери, наследниками считали детей сестры. Но рано или поздно мужчины всё равно восставали против матриархата. Даже такого номинального, как здесь. Абсолютно игрушечного.

Ну какая из Лисс правящая королева? Королева, тайком удирающая из дворца на поиски в другом мире давным-давно похищенной сестренки? Чтобы заодно поносить там черную кожанку и драные джинсы? И на местной «фене» поболтать — с местными же тинейджерами?

И дедушка... что-то мне подсказывает, что при дочке-королеве он был вовсе не на вторых ролях. Вон каким уважением у внучки пользуется.

Наверняка ведь править планировал и при следующей королеве. В лице Лисс.

Очевидно ведь, что даже в этом замке правит Алонсо. Настолько, что способен устроить так называемой королеве трепку. И та даже считает, что он прав.

Просто у узурпатора не хватило ума вести себя так же. А значит... не настолько уж он и умен?

Или честолюбие перевесило расчет? Надоело притворяться?

Или... королева просто не смогла родить еще и третью дочку? А сама была уже зрелой женщиной и больше не слушалась никаких консортов и родственников?

Интересно, куда делся родной отец Лисс? Он в этом раскладе битвы престолов и серых кардиналов, похоже, не участвует.

- Насчет Бездны – это метафора или...

- Или, - криво усмехнулась сестра. – Есть такой священный артефакт — Драконий Алтарь. Он находится в Храме Прародителей, в столице. А она — как ты помнишь, у узурпатора. Если верить старинным Скрижалям, королева при вступлении на престол или в брак каждый раз должна пролить свою кровь на Алтаре. Чтобы подтвердить драконью кровь на престоле. Ну, и еще повторять эту милую и приятную процедуру ежегодно. Не пугайся, ничего страшного: просто руку порезать. И на самом деле так часто необязательно, ритуал достаточно проводить всего раз в десять лет. Мама в последний раз проливала кровь на алтаре при венчании с узурпатором. Так что время еще есть. Но за эти семь лет мы должны отбить в идеале столицу или хотя бы Алтарь. Иначе у нас есть реальный шанс узнать, правда ли, жизнь в нашем мире зиждется на драконьей крови? А то мир возьмет и схлопнется, как карточный домик. Обидно будет, правда? Он нам тут всем дорог, как память.