Дочь ведьмы

Часть 1. Глава 1. Начало

Очередная вспышка молнии ненадолго озарила ярким светом ночную тьму. Голубоватая тропа утонула в её свете и вновь указала дорогу в непроходимой чаще леса, по которой стиснув зубы бежала девочка. Небольшая передышка совсем не помогла перевести дух, а наспех замотанная рана на боку принялась сильнее кровоточить. Девочка чувствовала запах надвигающейся бури и понимала, что может не успеть до неё к дому ведьмы как велела мать, но преследователь не собирался отставать. Едкий кислый запах и синеватый свет вдали позволяли понять, как далеко он находится, но даже мамин кулон не смог сбить его со следа. На глазах уже навернулись слёзы страха. Если боль она ещё могла стерпеть, обиды пережить, горечь потери семьи придержать, но страх завладевал девочкой, охватывал сознание, гнал безжалостным кнутом паники вперёд.

Ноги сами ускорились, а в голове всплыли очередные наставления и слова заклинания. Недолго думая, девочка подняла перед собой руку и не отвлекаясь от голубоватой ленты света меж зарослей лесной чащи наспех прошептала нужные слова. В туже секунду ладонь покрыл мягкий белый свет и перекинулся на всё тело. Девочка сразу поняла, что случилось и невольно улыбнулась — запах её ауры исчез.

Не позволяя себе снижать темп, девочка лишь раз обернулась, выискивая синее пятно ауры преследователя, но он явно сбился с курса и с каждой секундой удаляется. Лёгкие горели огнём, рана жгла резаной болью, но пока были силы, нужно было двигаться. Очередной громовой раскат заставил сбиться с бега. Нога зацепилась за корягу в листве, и девочка с тяжёлым стоном рухнула на землю, не успев упереться руками. Область носа взорвалась резкой болью, перед глазами заплясали цветные пятна, а стоило приподняться и сесть, как губ коснулся металлический привкус крови.

Стало ещё страшнее и больнее, крепиться уже не было никаких сил. Девочка лишь раз позволила себе всхлипнуть, затем стиснула кулаки и поднялась. Слёзы градом катились по щекам, когда с очередным раскатом грома с неба начали падать первые крупные капли. Ветер набирал силу с каждой секундой. Девочка испуганно подскочила, забыв о собственных страданиях, и кинулась вперёд, петляя между деревьями и боясь потерять след.

Тяжёлые холодные капли всё нарастали и спустя несколько минут дождь превратился в ливень. Непроницаемую стену воды, что заливала глаза и всё больше растворяла след голубой ауры. Девочка сжала зубы, продолжая всхлипывать, и обернулась, прислонив ладошку к лицу как козырёк, чтобы дождь не мешал. Синего пятна нигде не было видно.

Страшно. Но некогда переживать, если след растает, ей никогда не выбраться из этого магического леса, а защита долго не продержится. Пусть мама и не говорила, но девочка и сама всё знала — её съедят лесные чудовища. И тогда уже не будет грустно, страшно и больно.

Девочка встала на месте, провожая остатки следа вдали и ощутив тяжесть вымокшей одежды. Очередная вспышка молнии. Раскат грома, что перестал пугать. Глаза опустились на собственные ноги и взгляд зацепился за длинную подвеску на груди. Мамин кулон.

Она обещала маме дойти до домика и выжить. Обещала папе! И сдержит своё слово! Самое последнее слово, данное родителям.

Ноги сами повели дальше, взгляд поднялся устремляясь вдаль, одну руку девочка вытянула вперёд чтобы в темноте леса и ливня опять не упасть. А второй рукой сжала кулон покрепче и принюхалась. Пусть она почти ничего и не видит, а теперь в полной темноте ночи и без голубого света и вовсе хуже слепого котёнка. Но она запомнила в какую сторону идти и упрямо двинулась вперёд.

Бежать не было сил, а вскоре начала кружиться голова. В ней набатом звучали упрямые слова, данные родителям перед их смертью. Должна. Должна дойти. Гром приятным раскатом оглушил, она явно шла в центр бури. Взгляд петлял между деревьями, и вдруг вытянутая вперёд рука наткнулась на преграду. И в туже секунду перед девочкой предстал высокий забор и чёткий контур крыши дома. Дошла!

Девочка принялась обходить плотные доски, пока не увидела металлическое крупное кольцо. Потянув за него, не смогла сразу открыть, но, когда вошла на территорию, на неё уже смотрели два жёлтых ярких глаза в темноте. Немного различался женский силуэт, и явно блеснуло оружие, похожее на арбалет. Совсем как у папы. Девочка покрепче зажала в руке медальон и вдруг услышала шёпот заклинания и коротко брошенное:

— Явись.

Она знала. Ведьма хочет видеть душу, что проникла на её территорию. Дождь принялся лить с новой силой, пряча горькие слёзы обиды и страха.

— Ты человек?

Удивление в голосе женщины было столь велико, что девочке захотелось утвердительно закачать головой и даже показать на свою красную кровь на лице и боку. Но силы вдруг резко покинули тело, перед глазами стало темнеть, и мысли оборвались.

***

Громовой раскат заставил вскинуться на постели, а ночной кошмар выразился в коротком крике. Темнота комнаты, шум проливного дождя за окном и запах потухшего камина в гостином зале. Дверь была открыта и маленькую комнату поглощала темнота, изредка разбавляемая вспышками молний за плотными шторами.

Отдышавшись, девушка скрестила ноги и уткнулась локтями в колени. Уронив с глухим стоном голову на ладони, она прислушалась. Тишина. Марэя спала на втором этаже и вряд ли слышала столь короткий вскрик. Тётушка принимала крепкие лекарства, от которых увязала в тяжёлом долгом сне. Только сейчас об этом вспомнив, девушка расслабилась и поднялась — сон как рукой сняло.

Ничего. Сейчас около четырёх утра, можно уже и вставать, дел запланировано столько, что до завтра не разгрести. Но прежде всего, пока тётушка спит, она сходит в город и купит всё необходимое из еды на запас и заодно посетит местную магическую лавку.

С такими мыслями Алиара зажгла первую свечу и принялась за дела. Переоделась в любимую коричневую рубашку с завязками на шее, тёмные штаны с двумя ремнями на талии и короткий плотный дублет из кожи, что прикрывал лишь грудь и стягивался шнурком. Наведя порядок в своей крохотной комнатке, которую так любила, захватила с собой куртку и толстые чулки из шерсти, не собираясь тратить время и бегать в сборах по дому. Посетила уборную комнату, опорожнила ночные горшки, с вечера оставленные тётей, заодно и выглянула в окно на улицу. Привычная непроглядная тьма ночного леса и очередной ливень, а лето ещё даже не началось как полагается. Умывшись и расчесав длинные волосы, сделала высокий хвост на затылке и направилась в кухню. Внизу у печки подобрала несколько сухих поленьев и крохотным заклинанием разожгла огонь в камине и заодно в маленькой кухонной печурке. Пока готовила завтрак на себя и тётушку, заварился крепкий зелёный чай, а заново поставленный котелок успел закипеть. Время шло, первые просветы за окном заставили поторопиться.

Убравшись за собой на небольшой уютной кухне и развесив ковши, лопатки и венчики по своим крючкам, аккуратно поставила сохнуть разделочную доску и сковороду и вылила грязную воду в сточный отвод. Из распахнутого окна запахло утренней прохладой и свежестью приближающегося лета. Алиара накрыла завтрак тётушки металлическим блюдом, обмотала полотенцем и поставила на остывающую печь, чтобы он остался горячим до её пробуждения.

Схватив потрёпанный, но всё ещё надёжный зелёный плащ с широким капюшоном и застёжкой на плече, Алиара натянула мягкие чулки в рубчик поверх штанов до колена и надела сверху плотные высокие сапоги, затянув их потуже.

Путь предстоял тяжёлый, дорожки размыло, ауры растворило погодой, да и после такой бури должно было много ветвей попадать, если не деревьев. Буря началась ещё три дня назад и не стихала вплоть до сегодняшнего утра. Алиара точно знала, что сможет именно сегодня выйти в город — она прекрасно чувствовала погоду — и запах от неё сегодня был спокоен и миролюбив.

Вдохнув поглубже свежий воздух, девушка улыбнулась рассветным лучам, пробивающимся сквозь расходящиеся тучи и ветви высоких деревьев и заперла заклинанием дверь. Проверила застёжки на плаще пока шла к калитке и немного встряхнула сумку, убедившись, что ничего не забыла. Шум и звон в ней позволили улыбнуться и начать свой путь.

Как и всегда ровно через час, запах множества аур большого города под названием Роурдан, позволил спокойно преодолеть магический лес и выйти на тракт. Алиара поправила плащ и направилась в сторону виднеющегося города, потирая ушибленный копчик. Путь может был и быстрым и спокойным и даже где-то умиротворяюще-приятным. Но! Но точно не лёгким. Алиара успела упасть аж три раза, толи из-за расслабленности, толи от неуклюжести, которой кроме как в лесу никогда нигде не страдала. И это притом, что она превосходно обходит разных животных, опасных тварей и разных путников. Последнее время ученики магической военной академии Роурдана как с ума посходили, постоянно норовя посетить лес. То им добыть что-то надо, то спор у них, то обучение с преподавателем, а то и вовсе охотиться вздумают. И на кого бы спрашивается охотиться в магическом лесу? Конечно же не на зайцев. Ищут вурмов, медведей-хамелеонов и чёрных аламуров. Мерзкие, длиннорукие обезьяноподобные существа без глаз, но с острыми длинными ушами и постоянно открытым ртом, заполненным слюной и выпирающими тонкими длинными зубами в два ряда. Мурашки прошлись по телу волной.

— Аличка милая! Слава Грону! Жива, здорова. — Неожиданный резкий голос заставил почти подпрыгнуть на месте.

Алиара даже не заметила как дошла до деревни, расположенной перед городской стеной и почти пересекла её, так задумалась. А к ней уже спешила старушка в вязаной белой шали и цветочном переднике на пышной юбке. Одинокая милая женщина жила в небольшом домике близ конюшен, примыкающих к городу. Земли к дому шло совсем мало, но женщина всегда умудрялась засеивать свой участок до последнего сантиметра, чем приводила в восторг окружающих. Дом в прямом смысле был покрыт разной растительностью — цветы, овощи, фрукты, необычные деревья и лианы кустарников — всё облепляло дом, забор, единственную скамейку и даже ползло на крышу в этом году. И лето ещё даже не началось!

— Светлого утра, госпожа Эллия, — она неожиданно угодила в объятия старушки, а когда та отодвинулась, в голубых глазах стояли слёзы.

— Ты почему не предупредила?! Пять дней тебя не было! Пять дней, Аличка! — запричитала женщина.

— Простите, — поспешно покаялась девушка и примирительно улыбнулась, приглаживая растрёпанный хвост. — Не думала я, что буря будет. Как раз в день как к вам идти собиралась. Пришлось переждать.

— Оё-ёй, — покачала головой старушка. — Ну как мама твоя? Получше ей? Как вы там в своей Западении живёте-то?

— Да не переживайте, всё хорошо у нас…

— Совсем у леса и всё всегда хорошо! — недовольно всплеснула она руками. — Ну-ка говори как есть!

— Маме не лучше, — сразу призналась и перевела тему места жительства Алиара.

— О, Грон великий милостивый! Да как же оно так!

— Госпожа Эллия, мне идти нужно, — слегка улыбнулась девушка, взглянув на солнце. — Скоро магическая лавка открывается. Если уже не семь конечно.

— Без десяти минут семь уже. — Чётко произнесла женщина, прикоснувшись к перстню на левой руке. — Беги, деточка, купи маме лекарства.

— Вам сегодня как обычно? — девушка протянула руку к пустому наплечному мешку, что стоял на земле у ног старушки, и подняла его, закидывая на спину.

— Да, пожалуйста, — смущённо прощебетала старушка и кивнув махнула рукой к городу. — Ну, беги.

Алиара кивнула в ответ и поспешила к большим двустворчатым воротам, что были совсем близко. Госпожа Эллия не могла посещать город, да и не хотела. Проблемы со здоровьем не позволяли ей далеко уходить, а проблемы изгнанной когда-то семьи Самтарис не позволяли ступить за стену Роурдана.

А пройдя ворота, Алиара сразу направилась в магическую лавку. После такой бури, она всегда была переполнена покупателями с раннего утра. Опасаясь упустить важные минералы и другие компоненты для лекарств, девушка хотела успеть к открытию. Затяжные бури, посещающие магический лес всегда приносили горожанам массу неудобств в виде разного рода болячек и хронических воспалений. Конечно, большинство предпочитали посещать личных или семейных лекарей или обращаться в аптеки за готовыми препаратами доступными всем, но и для изготовления лекарств им всем тоже требовались разные ингредиенты.

Пробежавшись вниз по длинной лестнице в узком переулке, Алиара выбежала прямиком к лавке и недовольно поморщилась. Опоздала. Лавка была открыта и толпа нетерпеливо, но вполне смиренно выстроилась в длинную очередь, на конец которой девушка и наткнулась.

«Магическая лавка Сарванторино» гласило название на красиво расписанной табличке, прямо над входом на территорию лавки. Небольшой двухэтажный домик располагал к себе нежными цветами, облепляющими его со всех сторон и обширной территорией земли, с ровным вечнозелёным газоном и группой лавочек с навесами для посетителей. Конечно ни намёка на выращиваемые ингредиенты здесь не было — секреты правильного ухода и разнообразие растений тщательно скрывали теплицы главного поместья Сарванторино в богатейшем районе города. Куда Алиаре доступ был закрыт. И вовсе даже не городом, по красивым местам и районам разрешено было гулять всем, другое дело, что не все решались там пройтись. Однако же Алиаре строго настрого было запрещено даже приближаться к тем местам тётушкой Марэей. Старая женщина все десять лет, после того как приютила её, твердила одно и тоже — даже думать не смей идти в ту сторону. И Алиара не смела перечить своей спасительнице, заменившей не только родителей, но и изменившей всю жизнь.

За все десять лет жизни память почти не вернулась. Изредка накатывая неприятными волнами, позволяя увидеть мутные облики и лица родителей. Но главное магические слова, свойства кулона и данные родителям обещания Алиара и по сей день помнила так чётко, словно это было вчера. А что касательно остального — ей всегда было грустно от невозможности знать своё имя, родителей или облик их дома, если он был, конечно, но она была благодарна судьбе и наставлению матери за тётушку, стараясь ценить, что имела, не смея даже лелеять надежды когда-то вернуть утраченные воспоминания. Надежда ослепляет.

За раздумьями девушка успешно отстояла свою очередь и подошла к прилавку, сразу отметив усталый вид миледи Лисарии.

— Добрый день, миледи. — Алиара протянула список женщине и та сразу принялась бегать по лавке, собирая нужное и видимо забыв поздороваться.

Она поставила на стол целую корзину разных ингредиентов и наконец, посмотрела на девушку.

— Ой! Алиара, это ты. — Она добродушно улыбнулась. — Сделаю тебе скидку.

Среди покидающих лавку посетителей послышалось недовольство.

— Вы раз в год приходите после бури и раннего открытия требуете, а Алиара приходит раз в неделю! — сразу прикрикнула она на тех. Девушке подумалось, что знакомые хорошо, раз так общаются. Миледи же отвернулась от них, складывая купленное в кусок холщовой ткани, холодно добавив через плечо как можно громче: — И не бегает чуть что в лавку Дорсума.

Получив желаемое и расплатившись, Алиара вежливо распрощалась с хозяйкой лавки и довольная вышла на узкую улочку города.

— Какая встреча, — раздалось сбоку и девушка, вздрогнув, повернулась на голос. Перед ней стоял высокий худощавый мужчина лет тридцати в строгом вычурном костюме, с модной стрижкой. Он держал в руках накидку и небольшой дорожный мешок, максимально не подходящий его парадному виду. Лицо неприятного знакомого как всегда искривила хитрая фальшивая улыбка, а густые брови и борода на вытянутом лице пребывали в беспорядке.

— Светлого дня, — поздоровалась Алиара и уже собиралась уйти, как мужчина шустро заступил ей дорогу.

— Марэя ещё не покинула мир живых? — улыбка его стала шире, а смешок явно издевательским. — Передавай, что я жду этого, как и всегда.

Да, тётушка была неумолимо молчалива и старательно скрывала о себе всё так долго, как могла, однако призраки прошлого, а в данном случае, люди из её жизни, не позволили ей и дальше таиться. Лорд Баксмер Тальдори предстал перед ними с тётей в первый же их визит в город, пять лет назад. Наговорил много гадостей, пожелал скорейшей кончины и исчез среди горожан с довольной улыбкой на лице. С тех пор тётушка зареклась выходить из леса, а у Алиары ещё ни один визит в Роурдан не обходился без прямого с ним разговора или переглядываний издали, когда он учтиво кланялся или многообещающе клал руку на эфес меча.

— А ты становишься всё краше с каждым днём, — льстиво протянул мужчина, при этом его взгляд похолодел. — Помни, если она всё же решится, буду ждать тебя в любое время у моего особняка.

Такую фразу от него пришлось услышать впервые, но Алиара старалась не выдавать своего смятения и незнания.

— Или может ты желаешь проследовать со мной прямо сейчас? — настолько неожиданно это прозвучало, что девушка не сдержалась и поспешно ответила.

— Никогда, — прошипела она и одёрнула себя, вновь старательно пряча эмоции.

— О, какой настрой. — Вновь хохотнул Баксмер и подошёл ближе, наклонившись к самому лицу девушки. — Никогда не говори никогда. Или же проще – не зарекайся.

— Прекратите…

— Твой ответ лишь сказал о твоей неосведомлённости. — Перебил мужчина. Улыбка сползла с его лица, он выпрямился и неожиданно резко направился прочь, лишь бросив напоследок. — Светлого дня, Алиара.

И лишь когда он скрылся за углом ближайшего дома, девушка содрогнулась всем телом и словно вернулась в реальный мир. Заметила и начавшее припекать солнце и щебетание птиц в саду магической лавки и обходящих по кривой дуге посетителей, что раздражённо или осуждающе смотрели на девушку, стоящую посередине узкой дорожки, но не смели и слова сказать. Невероятная, давящая и мрачная аура мужчины исчезла и только сейчас Алиара подумала, что стоило бы просмотреть её цвет, использовать особое зрение. Жаль такая мысль не пришла к ней пораньше, хотя до этого момента господин Баксмер никогда не вызывал подобных эмоций. Он раздражал, но не больше. Что-то изменилось.

Наконец Алиара выдохнула и направилась к следующему пункту своего пути. Продуктовая лавка пополнила наплечный мешок госпожи Эллии и не оставила места в собственной сумке. Молочные продукты, немного зерна и муки, специи и в этот раз Алиара не поскупилась на мешочек зелёного чая с нотками цветов южной Эмарии, который давно хотела купить.

Путь обратно прошёл привычно и спокойно. Наслаждаясь красотами города и его окрестностей, Алиара заглянула к госпоже Эллии и отдала наплечный мешок и сдачу, накинув сверху несколько монет, как и всегда, зная, что на большую помощь женщина может просто обидеться. А быстро преодолев деревню и тракт, девушка зашла в предлесье и облегчённо выдохнула. После разговора с господином Баксмером внутри неё засело нехорошее чувство, словно слой грязи, оно окутало мысли и тело, заставляя торопиться домой в горячую ванну под надёжную крышу.

Глава 2. Неприятные неожиданности

Лес в полдень подарил приятную прохладу, и Алиара вдохнула свежий воздух полной грудью, наслаждаясь ароматом луговых цветов и редких сосен. Местность пока была ровная и деревьев мало, а потому девушка позволила себе маленькое испытание и загасила уже рефлекторно накатывающую магию, благодаря которой могла бы увидеть следы аур животных. Разные существа и опасные твари обитали глубоко в тёмном лесу, а здесь в его зарождении можно было разве что зайца встретить.

Не задумываясь, Алиара двигалась знакомым маршрутом, иногда здороваясь с редкими деревьями и маленькими активными птичками, что прятались в их ветвях. Она уже зашла далеко, и запахи сменились с цветочных на нежные еловые ароматы и покой лесной земли. Совсем недалеко располагалась любимая поляна для сбора разных растений, и это сразу озарило мыслью. Алиара резко остановилась и стукнула себя по лбу. Совсем мало в этот раз набрала Пролески и хотела сходить раньше, но забыла. Даже не раздумывая, девушка направилась к знакомым местам за уже отцветающим растением синего цвета. Она так и продолжала себя ругать, припоминая, что специально не указала его в списке покупок и взяла лишний холщовый мешочек небольшого размера. Как раз его и достала, остановившись у невероятно яркой поляны в тени пушистых елей. Сразу четыре насыщенно-синих оттенка пятнами разрослись под деревьями. Повезло с таким количеством. Обрадованная, Алиара сразу опустилась на колени и принялась за сбор. Настроение за любимым делом поднялось, и девушка принялась тихонько напевать себе под нос нежную мелодию. И только спустя полчаса, когда с земли исчезли все краски синих и голубых оттенков, она поднялась и удовлетворённо выдохнула, оценив размер битком набитого мешка.

— Какая милая девушка и совсем одна! — неожиданно раздалось за спиной.

Алиара вздрогнула и развернулась, пробегая взглядом сразу по трём адептам городскоймагической академии, о чём говорила их форма.

— Перестань Клэрк, — вперёд вышел темноволосый высокий парень, крепкого с виду телосложения и приятной, незапоминающейся внешностью. Но взгляд сам собой сразу упал на его руку с перстнем рода Стигмар. — Вы травница? Живёте где-то недалеко?

Алиара посмотрела в серые глаза парня и настороженно сделала шаг назад. Он, заметив это, сразу вскинул руки и произнёс:

— Мы ничего вам не сделаем. Проводим рейд по зачистке и только. Мы в патруле…

— Зачем зачистка в предлесье, пусть и дальнем? — подозрительно отозвалась Алиара, снова сделав шаг назад.

Конечно форма говорила о многом и ученики академии всегда отличались серьёзностью и праведными поступками, ведь их готовили к служению обществу и защите империи. Вот только…

— Так мы и возвращаемся из третьей секции тёмного леса, — начал было парень когда Алиара перебила его.

— И решили прихватить с собой переполненного тьмой духа? — настороженно осведомилась девушка, указывая замершим в непонимании парням на их третьего молчаливого друга. Они перевели взгляды на его подёргивающуюся тень как по команде и сразу отшатнулись, моментально увеличивая дистанцию и доставая мечи из ножен.

Тонкие клинки сразу засветились нежными оттенками зелёного и коричневого, а парни принялись нашёптывать заклинания. Вот только скрытный и теперь разочарованно-злой дух не собирался ждать, он взревел и одним движением длинных костлявых рук разорвал человеческую оболочку на две половины, стремительно выбираясь наружу.

Рождение паука косточника. Этот вид чёрных тварей имел паучье тело и костлявые человеческие руки вместо обычных лапок. Голова монстра представляла собой человеческий череп со множеством дырочек, в которых блестели красные глаза разного размера, а стекающая с жал прозрачная жидкость сжигала кожу не хуже огня. Косточником его прозвали не просто так — убивая, монстр выедал все кости своей жертвы, оставляя за собой раскрытое растерзанное тело, словно кусок мяса, для других чудовищ. Мерзкое на вид существо издало несколько коротких тонких звуков, похожих на писк и прыгнуло на парней, что спиной заслонили Алиару.

Дух вырос в теле парня и родился в полноценную чёрную тварь магического леса. О таком она ещё никогда не слышала. Однако знала, что нужно делать не хуже адептов академии. Девушка вскинула руки и мощной вспышкой света ослепила тварь в прыжке. Та завизжала, повалилась на землю и немного отползла, что позволило парням навесить на неё связующие заклинания и пустить в ход мечи.

Толстая шкура монстра почти не поддавалась острому оружию и парни, сменив тактику, перешли на магические атаки. В паука полетели разные огненные и энергетические шары, а сверху адепт по имени Клэрк подкинул тонкую зелёную сеть, что должна была спеленать чудовище, вот только обычные движения твари вдруг стали быстрее. В пару рывков он ушёл из-под атаки, и вдруг посмотрев наверх, прыснул ядом прямо на полупрозрачную сеть, что медленно опускалась на него. Таких действий никто не ожидал, и парни слегка замерли, в непонимании происходящего. Косточник же перевёл красные глаза на троицу и ринулся вперёд.

— Живо! К месту сбора! — выкрикнул темноволосый адепт и метнулся вправо, набирая скорость.

Клэрк сразу последовал за ним, а вот Алиара увернувшись от атаки, ушла влево. Им было не по пути, ей не нужно к группе адептов.

— Нам не по пути, — так и крикнула она им. — Уходите, я задержу его.

Отпрянув от длинных пальцев костлявой паучьей руки, девушка развернулась и вновь выпустила свет, прикрыв им отход парней и повернувшись вперёд, совершенно не слушая, что они принялись кричать. Алиара сосредоточилась. Одной рукой она обхватила медальон мамы, что висел на шее под рубашкой, а другую направила вверх, принявшись нашёптывать привычные слова заклинания. Световая тонкая паутина стрельнула вверх и сразу пустилась в пляс вокруг монстра, затягивая его конечности. Несколько раз он успел порвать нить, прежде чем оказался в слепящей и обжигающей его клетке. Визг монстра неприятно бил по ушам, но Алиара полностью сосредоточилась, абстрагировалась от всех звуков, вновь направила руку на монстра и принялась подходить ближе.

Всего несколько шагов оставалось, когда её за запястье вдруг схватила крепкая мужская рука и утянула назад от монстра.

— Не прикасайся! Ты сгоришь, дура! — услышала она нервный бас над самым ухом и повернулась к идиоту, что не дал уничтожить монстра.

На неё смотрел высокий, плечистый и накачанный мужчина с густой рыжей бородой и длинными стянутыми в хвост яркими волосами. Кустистые брови недовольно сошлись на переносице, а горящие гневом зелёные глаза осматривали её с ног до головы. Слишком медленно и раздосадовано как показалось.

— Откуда ты, неуч?! — вновь прикрикнул на неё мужчина и, наконец, перевёл взгляд на клетку, что начинала истлевать без подпитки. Монстр это чувствовал и уже закопошился внутри, ожидая освобождения.

— Отпустите меня, — тихо, но достаточно убедительно произнесла Алиара, чтобы мужчина вновь обратил внимание на неё и, приподняв в немом вопросе бровь, всё же соизволил убрать руки и отойти.

— Твои старания? — он кивнул на клетку и сразу приказал. — Восстанови ловушку. Хорошая магия для захвата.

Только сейчас, когда он отодвинулся, Алиара заметила за ним целую группу одинаково одетых молодых людей, что с любопытством осматривали её в ответ. Около восьми парней и двух девушек стояли наготове, с вытянутыми руками, искрящимися разными оттенками магии и длинными клинками, подсвеченными ей же. Немного впереди стояли те два адепта, что убежали, как ей казалось, но она ошиблась и теперь поняла, что могла показать свою силу сразу стольким людям, даже не убедившись, есть ли кто рядом. Девушка недовольно нахмурилась. Совсем не привыкла сражаться с кем-то в группе, даже тётушка предпочитала смотреть издали, иногда советуя. Следует быть аккуратнее.

— Думаю, вы и без меня справитесь. — Алиара кивнула слегка ошарашенному мужчине, судя по всему – преподавателю, и собралась уходить.

— А ну стоять! — он вновь попробовал схватить её за руку, но на этот раз девушка отреагировала мгновенно и, увернувшись, подняла руку, готовая обороняться.

— Вам что-то нужно от меня? По какому праву хотите задержать? — сразу спросила она, мельком глянув на недовольные и напряжённые лица адептов.

— Кто ты такая и где живёшь? Мы обязаны защищать гражданских и провести тебя в безопасное место…

— Я этого не прошу. Для меня будет безопасно одной.

— Слушай, просто скажи куда, и мы проводим! — вдруг влез Клэрк и за ним сразу подошёл темноволосый. — Одной тут опасно, и Дэрри…

Он покосился было в сторону разорванного тела, но ей пришлось его прервать.

— Если хотите устроить мне допрос, то я и сама вижу такое впервые. — Мотнула головой Алиара и обратилась к хмурому преподавателю. — Клетка почти истлела. Советую побеспокоиться лучше об этом.

И он словно очнувшись, бросил внимательный взгляд на паука, что почти выбрался из дыры, пытаясь не обжечь о нити света бока. Мужчина сразу собрался, его руки охватило синее пламя, и он прямо так бросился на чудовище из тьмы, выкрикивая попутно своим ученикам приказы.

Алиара сразу воспользовалась этим и принялась тихонько отступать к ближайшему стволу дерева, чтобы в следующую секунду скрыться за ним. Её провожало сразу два обеспокоенных взгляда.

— Я Ниран! — выкрикнул темноволосый напоследок, и Алиара выглянула, не сдержав в ответ лёгкую улыбку.

А спрятавшись от возможного внимания, она сразу активировала мамин кулон, полностью скрывая свою ауру, и поспешила в сторону дома, глубоко вдыхая аромат и зажмурившись на пару секунд, чтобы открыв глаза увидеть чёткие разноцветные ленты чужих аур. Спеша домой, девушка успела различить следы аур всех десяти адептов и преподавателя, а также чёрную ауру, скрытого в украденном теле косточника и несколько тонких следов других маленьких, но не менее неприятных существ. Значит они где-то рядом, следует быть осторожнее, к сожалению, мамин кулон — не панацея.

Но, не смотря на нервное напряжение, дорога прошла быстро и без проблем, выматывая лишь своими ухабами и непроходимостью. А добравшись до дома, Алиара перевела дух у калитки и, взглянув на небо, поняла, что давно пропустила обед.

— Что случилось?! — сразу накинулась на неё тётушка, стоило лишь войти в дом.

Алиара тяжело вздохнула и успокаивающе улыбнулась, приглашая тётю на кухню. Пройдя, она скинула сумку и плащ, мельком бросила взгляд на почти съеденный завтрак и поставила чайник на печь. И только за ароматным напитком с малиной и мятой, вприкуску с бутербродами, неторопливо рассказала абсолютно всё, что произошло.

Тётушка Марэя долго молчала, медленно пережёвывая последний бутерброд и задумчиво глядя в окно. Прекрасная спокойная и солнечная погода после бури радовала душу и Алиара тоже засмотрелась, пребывая в мыслях о случившемся. Пока наконец не услышала тяжёлый вздох.

— Ну, — хрипло уронила тётя и серьёзно посмотрела на девушку своими большими светло-серыми глазами. Она заправила выбившуюся из косы седую прядь за ухо и одним глотком допила остатки чая в кружке. — Я всегда знала, что чудовища этого леса станут умнее, но не думала, что начнут захватывать тела живых. Это слишком тяжело. Хорошо, что я рассказывала тебе про тени духов.

— Духи не перерождались раньше. — Алиара опустила взгляд в кружку, наблюдая за чаинками.

— Верно. Духи не должны перерождаться в чудовищ.

— А выдержит ли наша защита? Возможно, стоит…

— Никогда! — резче, чем следовало бы, ответила тётя Марэя. Алиара знала, что она не хочет перебираться в город, что её называют ведьмой и боятся. Но здесь становится всё опаснее. — Я буду жить здесь до конца своих дней! Мою защиту никакая тварь не пробьёт! Да здесь безопаснее, чем в Роурдане!

Тётушка вдруг схватилась за грудь, морщась от боли и закашлялась, сгибаясь пополам. Алиара сразу вскочила и бросилась к мешку. Найдя там купленные лекарства, она развязала мешочек с особой солью и ссыпала горсть в чашку, разбавляя горячей водой. Помогла тёте выпить и усадила на место, поправляя съехавшую с плеч шаль. А когда женщина отдышалась и устало откинулась на спинку стула, продолжила.

— Тётя, я не просто так это говорю. Никогда прежде духи не перерождались в телах живых. И если они научились это делать, страшно представить, чему могли обучиться ещё.

— А я не просто так говорю тебе, что никуда отсюда не уйду. — Хрипло ответила она и вновь отвернулась к окну. — Ты хорошая девочка Алиара, и я рада была стать твоей защитой и опорой на эти годы, но пришло…

— Нет! — Теперь уже повысила голос девушка и сердито глянула на тётю. — Не неси ерунды! Я тебя не оставлю и никуда одна не уйду. Если ты говоришь, что защита надёжна, значит так и есть. Я сегодня же вечером заново её напитаю и проверю изгородь.

Тётушка с укором посмотрела на девушку, но затем на её лице расцвела добродушная и смущённая улыбка.

— Ты одна осталась, кто печётся о старухе…

Этим же вечером Алиара выполнила всё, что сказала и со спокойной душой легла спать, а на утро занялась привычной рутиной, не переставая прокручивать в голове случившееся вчера и новую информацию. Около десяти утра Алиара отставила в сторону мотыгу, которой зарыла последние семена особых лекарственных трав, что не любили обработанную магией землю, и принялась поливать. Закончив, девушка направилась на кухню, сполоснула руки и пододвинула к себе утреннее тесто для пирога. Руки ощутили мягкую податливую и пышную массу, совершенно не липкую, а в голове почему-то вдруг всплыло понимание, что тётя совсем ничего не сказала, про встречу и странные слова господина Баксмера.

Алиара хмыкнула, понимая, что и не скажет значит, и принялась укладывать тесто в большую круглую форму, затем наполняя его начинкой. А поставив мясной пирог в печь и прикрыв заслонкой, девушка собрала на подносе лекарства и направилась на второй этаж.

Дважды постучав, Алиара заглянула в комнату. Тётушка лежала на своей кровати, отвернувшись к стене. В комнате было темно, плотные шторы явно не тронуты с вечера, а любимые домашние тапочки и вязаные носочки мирно покоились рядом, носками повёрнутые к двери. Она не поднималась с вечера. Перепугавшись, Алиара подбежала к кровати, поставила на комод поднос и аккуратно убрала волосы с лица тётушки. Но от пары толчков женщина даже не шевельнулась и Алиара сразу поднесла руку к сухим губам и длинному носу, замерев в тягостном ожидании.

Несколько бесконечно длинных секунд и кожа, наконец, ощутила лёгкое колебание воздуха. Тётя Марэя дышала. Алиара неловко отошла и опустилась прямо на пол, осознавая собственный страх, пережитый за эти несколько минут. Облегчение накрыло с головой, но ненадолго, дыхание тёти всё равно было слабым, и она сегодня спала дольше обычного. Сразу тяжело поднявшись, открыла верхний ящик комода, доставая необычный артефакт. Крупный жёлтый камень с высеченными на нём бороздками, соединяющимися в центре, где красный желоб пульсировал множеством маленьких красных камней. Они были похожи на рубины, однако эти магические камни невероятно редкие и сложные в огранке, были устойчивее к любой магии и дольше её сохраняли, оказывая необходимый прибору результат.

Девушка положила камень под бок тёти и, достав маленький нож из того же ящика, сделала крохотный разрез по центру её ладони. Затем положила раненую руку женщины ровно на красный желоб в артефакте и закрепила плотной белой лентой.

Убедившись, что артефакт заработал, Алиара спустилась вниз. Сейчас она ничего не могла больше сделать, чем-то помочь и чтобы отвлечься, пока артефакт выполняет свою работу, она принялась за дела. Пирогу ещё долго стоять в печи, а с огородом на сегодня закончено. Решив, что не уйдёт далеко, пока не убедится, что тёте лучше, девушка принялась заваривать чай. Полчаса активной уборки в гостиной и выгребание золы из камина сделали своё дело, отвлекая и утягивая мысли подальше от проблем. А закончив, девушка отставила грязную воду в сторону на время и поднялась на второй этаж.

Привычно постучав, Алиара вошла, и улыбка сразу растянулась на её лице. В кровати сидела тётя, неловко завтракая одной рукой, изредка поглядывая в окно. Она не сразу заметила девушку, но стоило той подойти к кровати, как женщина дёрнулась в испуге, а затем устало улыбнулась в ответ.

— Алиара, спасибо. — Хрипло сказала она, а после смутилась и добавила. — Завтрак очень вкусный сегодня.

Тётушка никогда не любила сантименты и излишнюю эмоциональность, не умела благодарить и выражала любовь лишь в одобрении и похвале. Но Алиаре хватало и этого. Она утёрла небольшие слёзы в уголках глаз, за что сразу получила порцию добродушного ворчания.

— Чего это удумала? Я в полном порядке, убирай давай эту штуковину, хватит уже! — кряхтела тётя, выбираясь из-под одеяла. А когда девушка справилась и уходила, забрав с собой поднос, в спину услышала сдержанное: — Пора всё это серьёзно обсудить.

Не придав последним словам особого значения, девушка, не прекращая улыбаться, спустилась на кухню. Закончила уборку, достала пирог. Время потекло привычно и спокойно, тётя несколько раз спускалась, гуляла или приводила себя в порядок, а когда единственные часы в комнате показали три часа дня, Алиара крикнула, что пойдёт в лес и, дождавшись ответа, надела плащ и сапоги.

Глава 3. Едкий запах острых проблем

Захватив красную корзинку, как они её прозвали, девушка вышла за згороду и, втянув носом свежий воздух, потянулась за своей магией. Множество потоков аур разных созданий мгновенно заполонили весь лес. Немного ослабив напор и выделив несколько из них, она ещё раз принюхалась и выбрала дорогу.

Чёрный плотный след шёл совсем рядом с домом, но монстр проходил уже давно, судя по тонкости полосы, поэтому девушка вытянула руку вперёд и направила на ленту ауры. Белый мягкий свет её магии тут же принялся обволакивать и глушить следы монстра, не позволяя им оседать на землю. Все эти создания, рождённые в магическом лесу, сильно вредили своему дому и отравляли землю, порождая гниль и ускоряя рост, что плохо влияло на жизнь всего леса и его обитателей, зато помогало жить и плодиться тварям, кроющимся в гнилых деревьях, высокой траве, мхе и пустотелых кочках. Земля порой тоже могла быть опасной.

След увёл недалеко от дома на просторную и абсолютно чёрную поляну. Недовольно поджав губы и присев, Алиара поставила перед собой корзинку, а в нос сразу ударил едкий запах тухлятины. Быстро надев тканевую маску и создав небольшую защиту спереди, что держала и зловоние, девушка принялась расставлять пузырьки. Сначала взяла розово-серую траву Болотку, что они с тётей заготавливали ещё с зимы и вымачивали в свекле и десятке заклинаний на лечение и очищение. Затем взяла побольше зелёно-чёрного мха Бакка, что рос в горах и использовался для вытягивания заразы, впитывая всё за сутки, а то и меньше, он успешно разлагался, нейтрализуя всё, что втянул. Дальше в ход пошли травы здешнего леса, пропитанные грибным раствором, и наконец, густая мазь Марэи, созданная ей для лечения конкретно этих мест и устранения вреда от всех монстров и тварей которых они знали. Мазь многие месяцы готовилась на разных частях лечебной магии и в разных кусочках тел монстров, добытых в успешной охоте. Тётушка была ей очень горда, и активно продавала в городе через Алиару, когда лучше себя чувствовала. Мазь для лечения земли и леса раскупали так быстро, что готовить не успевали, но последнее время запасы сильно поиссякли — они перестали выбираться на охоту, а в городе нужные части монстров либо продавались по невменяемо высоким ценам, либо и вовсе не продавались, за ненадобностью горожанам.

Алиара давно планировала сама пойти на охоту, но всё же одной это было слишком опасно, поэтому недавно появилась мысль, посетить академию или исследовательскую гильдию магов, где подобное было нормой. Вот только продадут ли они такое, ещё тот вопрос.

Поднявшись, начала поочерёдно присыпать землю слоями разных ингредиентов — в правильном порядке они оказывали нужный эффект уже через несколько часов. Однако если монстр спал на поляне не одну ночь, то почва могла пропитаться слишком глубоко и следует через день прийти проверить последствия лечения, чтобы при необходимости повторить процедуру.

За время работы погода постепенно хмурилась, и вскоре солнце совсем скрылось за пышными светло-серыми тучами и начал накрапывать моросящий дождь. От холодного ветра тело всё время содрогалось, и как только закончила, Алиара поспешила забрать пустую корзину и двинулась к дому. Потоки аур плетьми разлеглись под ногами, указывая на разных животных и монстров поблизости. Но, ни вокруг, ни вдалеке чёрных следов не наблюдалось, пятен между деревьями тоже — поблизости никого опасного не было.

Зная лес и прекрасно в нём ориентируясь, Алиара быстро вернулась к дому, кутаясь в лёгкую накидку и подрагивая от ветра. Очередная буря плавно набирала обороты, но по сырому и кисловатому аромату девушка могла понять, что сила её будет мала и вскоре сойдёт на нет. Заперев дверь калитки, и проверив защиту, девушка быстро накинула чары на высаженные недавно растения, только после этого войдя в дом.

Тётушка хозяйничала на кухне и, судя по запаху, готовила капустные оладьи и рисовую кашу. Она очень любила эти два блюда и сам процесс их готовки, а потому растягивала своё маленькое удовольствие от быта на долгие часы, когда Алиара отсутствовала.

— Долго ты сегодня, я даже успела закончить с готовкой, — буркнула она, не оборачиваясь и наливая в таз воды из ведра, видимо для мытья посуды.

— Да, — скинув верхнюю одежду, девушка прошла в кладовку и сразу принялась пополнять красную корзину, которая скорее была рыжей по цвету. — Площадь загрязнения была обширной. Тебе лучше?

Кладовка располагалась рядом и тётя прекрасно всё слышала, но отвечать не торопилась, с шумом выдохнув и принявшись натирать чугунную сковородку щёткой. Алиара быстро прикрыла последнюю бочку с запасами и вышла, ставя красную корзинку на законное место. Схватив полотенце, подошла к умывальнику, сама поглядывая на женщину, но та упорно помалкивала, присыпая золой жир и масло. Тогда умывшись и отложив полотенце, девушка поставила чайник на печь и достала любимый малиновый чай с мятой. Они не сговариваясь закончили убирать кухню, тётушка накрыла полотенцем свежие оладьи в плошке и уселась напротив. Она тревожно глянула на небо сквозь запотевшее стекло и только потом взяла кусочек сметанного печенья, что девушка готовила несколько дней назад.

— Пахнет кислой сыростью, — сразу успокоила тётю и кивнула на улицу. — Бури не будет. Слабый и короткий дождь, сильный ветер, не больше.

— Хорошие вести, — успокоено выдохнула женщина и отпила из чашки.

Дождь нарастал, поднялся ветер, а молчание на кухне под звуки потрескивающего камина в гостиной всё продолжалось. Терпение девушки было на исходе, и она шумно выдохнула, ненадолго прикрыв глаза.

— Тётя Марэя, если вы не начнёте со мной делиться хоть чем-то, я начну допускать ошибки или и вовсе…

— Да ничего со мной не случилось нового, — вырвалось у несговорчивой женщины, и она вдруг серьёзно посмотрела на девушку. — Моё тело больше не в состоянии жить с моей магией. Мне недолго осталось.

Информация была неожиданной, пусть и не новой. Но Алиаре всегда казалось, что с магией тёти не так всё плохо и тело просто нуждается в поддерживающем лечении и покое. А на деле магия его уничтожала. Девушка тяжело сглотнула.

— Я уже рассказывала тебе, что моя магия необычная и опасная, потому я живу в лесу и выпускаю её, спокойно облегчая себе жизнь, заодно подлечиваю сам лес.

Девушка неторопливо кивнула. Собственно это всё, что она знала о тёте.

— Последнее время, я чувствую, что тело начало угасать. Магия убивает меня. Артефакт Данкона Риуса позволит мне жить ещё какое-то время, но я… — тут она запнулась и принялась пить горячий чай крупными глотками, словно слёзы заливала. Девушка забрала пустую чашку и налила новый чай, позволив тёте взять себя в руки, да и самой успокоиться. — Я успела полюбить тебя за эти десять лет как свою родную дочь. И я очень рада, что твоя мать решила вернуть долг таким способом.

Алиара задохнулась от внезапной информации и уже собиралась озвучить несколько вопросов, но тётя опередила.

— Я не знаю за кого она вышла замуж и из какой ты семьи. — Покачала она головой. — Мой долг перед ней появился гораздо раньше, и я его сполна выплатила.

— Спасибо тебе, — шёпотом проговорила Алиара. — Я тоже люблю тебя как родную.

— А чего мы всё печенье да печенье! — воскликнула тётушка, вскакивая с места. — Давай-ка нормально поужинаем, и ты расскажешь как там мой лес!

День клонился к закату, и с каждой минутой становилось всё темнее. Серые старые шторы уже были задёрнуты, а свечи в железном настольном канделябре играли отблесками света, перекликаясь с масляными кадилами на стене напротив камина.

Разговоры о лесе привели к проверке запасов и составлению списков для их пополнения. А также требовалось создать не одну партию быстродействующих, лечащих и поддерживающих микстур. Снадобья для защиты животных на продажу и конечно новую порцию мази. Обычные зелья вроде витаминных, обеззараживающих или восполняющих магию тоже не хватало. Всё успели продать пару месяцев назад, даже для себя в запасы не оставили, совсем перестав ходить на охоту.

— Быстрее давай, — крикнула в спину тётушка, отсылая Алиару в пристроенную башню.

Хотя скорее это домик был уже пристроен к старой каменной башне, в три этажа ростом с единственной комнатой под крышей, так удачно служившей лабораторией. Всё же от разных запахов настоек и зелий было порой трудно избавиться и изобиловать ими рядом с кухней или спальней было элементарно опасно. Девушка быстро пробежала по улице, где не прекращалась морось и порывы холодного ветра и поднялась наверх по узким ступеням старой башни. Тяжёлый затхлый и немного едкий запах заставил отшатнуться, стоило только открыть дверь. Зажав рукой нос, прошла в комнатку, зажигая на столе пару свечей.

Внешне всё было в полном порядке и откуда исходит неприятный запах не понятно. Алиара приоткрыла окно и решила разобраться с этим завтра, попутно проверяя запасы. В комнате было убрано, все ингредиенты лежали по своим местам, колбочки и все необходимые склянки помытые стояли на своих полках, а готовые зелья все имели крышки и были целые. Больше запаху исходить неоткуда, придётся завтра хорошенько всё проверить. Алиара схватила требуемую книгу из книжного шкафа и пару баночек обычной мази для больного тётиного колена, что не поддавалось их магии и требовало вмешательства полноценно обученного лекаря или хотя бы какого деревенского лепилы без лицензии. Но тётушка категорически отказывалась посещать людные места и даже просто выходить за пределы леса, а потому уже около полугода обходится мазями и обезболивающей магией, а Алиара активно изучает лекарское дело по старым учебникам, что когда-то удалось приобрести.

Вернувшись в дом, девушка поставила находки на круглый низкий столик по центру гостиной возле двухместного дивана и большого побелённого камина, что обогревал весь дом и даже единственную комнату второго этажа.

Занявшись привычным делом, женщины не заметили, как побежало время. Сплетали, перемешивали, отсчитывали, вязали пучки трав, замеряли соли и кололи нужное количество камня или извести. А когда, наконец, закончили, отсчитав и отложив все порции для каждого зелья и подписав мешочки, поняли, что уже давно перевалило за полночь. Алиара отправила тётушку спать, а сама перетащила все мешочки к двери и убрала остатки ингредиентов в кладовку у кухни в положенные им бочки, после чего и сама пошла в кровать.

Довольная их стараниями и общением с близким человеком девушка быстро заснула, а проснулась уже от настойчивого чириканья какой-то юркой птички за окном, что прыгала по его кромке и склёвывала кусочки деревянной рамы.

Алиара недовольно протянула руку и пару раз стукнула по стеклу, прогоняя нахалку, но та вспорхнула ненадолго и вновь вернулась к увлекательному занятию. Алиара же, пребывая совершенно без сил еле встала с кровати и покрутила тяжёлой головой, разминая затёкшую шею. Ужасная тяжесть по всему телу и лёгкая головная боль намекали, что во вчерашних прогулках кого-то успело продуть и теперь девушка, недовольно щурясь, пыталась оттянуть штору. А справившись, охнула и подскочила с кровати, сразу пожалев и приложив руку к виску.

За окном давно светило солнце, прямо говоря часах об одиннадцати или даже половине двенадцатого. Жалобно промычав и одевшись, девушка вспомнила о надоедливой пернатой спасительнице и поспешила открыть пострадавшее окно. Высунув голову на свежий прохладный воздух и улыбнувшись ярким солнечным лучам, она поймала взглядом сидящую на веточке ближайшего дерева сине-серую птичку, похожую на Аполивку и посмотрела на раму снаружи.

Глаза сразу округлились, а рот приоткрылся в немом шоке. Девушка бросилась к выходу на улицу и, забыв про сапоги, пробежала несколько метров босиком по ещё голой ледяной земле, не успевшей согреться на солнце. Остановившись у своего окна, Алиара во все глаза уставилась на скопище червей и разномастных жуков, что покрыли собой весь фундамент дома и уже переползали на окна, заползая в щели и выемки. Мерзкое зрелище распространялось на большую часть фундамента фасада дома и поеденные растения, что девушка совсем недавно посадила. Расстроено покосившись на обглоданные ростки, вроде как защищённые магическим куполом, она, наконец, вспомнила о заледеневших ногах и поспешила вернуться в дом и одеться к выходу. Поставила чайник, умылась и прислушалась, но у тётушки было тихо. Алиара заварила чай, настрогала бутербродов и подогрела рисовую кашу. Поспешные действия и капелька нервозности привели кухню в беспорядок, и даже на полу красовалась пара разбитых яиц, что девушка задела, доставая из подпола сыр.

Водрузив завтрак на поднос, медленно вздохнула и выдохнула. Не хватало ещё уронить всё на лестнице или у тёти в комнате. Затем поднялась и постучала. Ответом была нервирующая тишина. А между прочим, время и впрямь близилось к двенадцати часам дня. Пришлось войти без приглашения. Тётушка Марэя не спала, но сидела на кровати, явно только что проснувшись и тяжело дышала, держась за сердце. Алиара поспешила к комоду. Поставила поднос, достала артефакт и помогла тёте устроить его под порезанной ладонью.

— Воды, — прохрипела она, начиная дышать спокойнее. Артефакт действовал, активно поглощая её магию.

Алиара помогла женщине напиться, подождала с ней минут десять и была выпровожена, как только подала ночной горшок. Тётушка не любила такой помощи, повторяя, что лучше умрёт, чем станет настолько неспособной себя обслужить. Оставив женщину в покое, Алиара вспомнила, что не рассказала ей о жуках. Увидев такое впервые, она совершенно не понимала, что это значит и как с этим быть, но чувствовала, что стоит осмотреть местность.

На улице полуденное солнце активно припекало, непрозрачно намекая на летние права, но счёт месяцев ещё позволял не обманываться и ждать холодных ветров. Кутаясь в накидку и старательно обходя особо активные места с различными насекомыми на земле, девушка обошла всю территорию дома и поспешила к калитке.

И была права. Сразу при выходе за забор начиналась чёрная земля, длинной угольной полосой растянувшись сразу в обе стороны, почти касаясь забора. Ночью у их дома спал монстр! А они даже не заметили. И защита молчала, хотя должна была предупреждать о близких прогулках опасных тварей. А то, что тварь была опасна, сомнений не было — только от них так может почернеть земля с первой же ночи.

Быстро сбегав за красной корзинкой, Алиара принялась лечить землю набором трав и мазью, сама же обходя рисунок пятна по контуру. Самое неприятное было осознавать, что она не понимала, что это была за тварь. Она смотрела, нюхала, изучала шлейф ауры, заполонившей собой всё и витающий в воздухе огромным облаком, но не могла понять, что это было за чудовище. И каких оно было размеров.

Нервное напряжение и лёгкий привкус страха наполнили весь организм и, закончив с лечением, девушка сразу проследовала на кухню, наконец поесть и успокоиться. Там тётушка уже разливала по чашкам чай и пододвинула тарелку с кашей для Алиары.

— Всё прошло как обычно? — знающе спросила она, присаживаясь напротив.

— Да, — девушка сразу поняла, что тётя выходила на улицу, скорее всего вылить ведро и всё видела. — Я не понимаю, как это всё могло произойти. Сначала черви, потом пятно у забора и ещё молчание защиты. Я проверила. С ней всё в порядке.

Волны страха накатывали, а в душе поселилось смятение от неизвестности. Алиара тяжело вздохнула и отодвинула недоеденную кашу.

— Насекомые как раз самое простое. — Хмыкнула тётушка. — Они бегут с отравленной земли, видно почва хорошенько пропиталась. А бегут к нам, оттого что защита манит, как чистая земля, так и магические потоки. Все твари инстинктивно спасаются.

— А защита ночью?

— Вот тут не знаю, — тётушка пожала плечами. — Ты всё проверила?

— Да, защита без прорех и дыр.

— Сегодня установи ловушки вокруг дома и сделай зелья, — наказала она строго и встала. — Боюсь, это может понадобиться.

Тётушка удалилась наверх, а Алиара поднялась и прибрала со стола. Кинула быстрый взгляд на столик, откуда пропала баночка мази, и попутно отмечая, что колено тёти снова болит, девушка посмотрела на часы. Близилось к половине второго. Не мешкая, она взяла любимую мягкую шаль тёти, большую кружку с горячим чаем и отправилась в лабораторную башню. А зайдя, сразу передёрнула плечами, содрогаясь от холода. Окно вчера осталось открытым.

Мысленно «похвалив» себя, девушка прикрыла его, принюхалась и, не обнаружив вчерашних запахов, ушла за мешочками с ингредиентами, что они вчера подготовили. До самого вечера Алиара варила и смешивала, колдовала и зачаровывала, создавала и переливала. Любимый увлекательный процесс заставил забыть все невзгоды на время и сосредоточиться на выученных наизусть рецептах. В какой-то момент она даже начала неосознанно напевать весёлую мелодию.

Время близилось к десяти вечера, когда девушка присела на табурет с громким выдохом и удовлетворённо осмотрела множество пузырьков и склянок, блестящих в свете свечей разными оттенками и металлическим отблеском. Потянувшись за кружкой с остатками чая, девушка вдруг вновь ощутила вчерашний неприятный запах и повернула голову, продолжая тянуться к кружке.

Громкий звук бьющегося стекла на секунду оглушил и заполнил собой тишину маленькой комнаты, а Алиара не успевшая поймать пузырёк и замершая с вытянутыми руками, раздосадовано прицыкнула. Крайний сосуд был не столь сложным и важным — лишь укрепляющее и поддерживающее силы зелье — однако, всё равно было обидно.

Встав и отойдя к двери за полотенцем, девушка хотела убрать зелёное густое варево с пола, когда что-то сзади зашипело, задымилось, а уже через пару мгновений произошёл взрыв, снося Алиару с ног. Оглушённая и дезориентированная, она вылетела в дверь и кубарем скатилась по лестнице вниз, врезавшись в стену рядом с выходом. Голову прострелило болью одновременно с боком, на глаза навернулись слёзы. Она попыталась встать, но мир качался так сильно, что пришлось поумерить пыл и, прислонившись к стене, замереть.

Горечь и разочарование — как обидно было за проделанную работу, которую только что разнесло ко всем монстрам дикого леса! Она точно знала, что сама виновата, что дело было в странном запахе и что разбитое зелье с чем-то смешалось на полу, после чего последовал взрыв. Только бы тётушка спала приняв настойку. Пусть будет так.

Просидев ещё некоторое время, Алиара успела прочувствовать каждую мышцу своего тела и каждый полученный синяк или ушиб. Отдельное внимание было простреливающей боли в голове и влажному боку. Девушка боролась с дурнотой, набегающей волнами и пока не могла осмотреть себя, но рукой нащупала крупный застрявший осколок и натужно промычала ругательства, за которые каждый раз непременно получала нагоняй от тёти.

Головокружение немного уменьшилось, а рубашка продолжала медленно мокнуть от крови, поэтому, стиснув зубы Алиара кряхтя, поднялась с пола, держась за стену, и поползла вдоль неё, поднимаясь по ступеням обратно наверх. Каждый шаг отдавался болью во всём теле, но тошнить перестало, и девушка сразу постаралась воспользоваться своей магией, чтобы поддержать тело до приёма зелий.

«Если конечно хоть что-то уцелело», — мысленно проворчала она и покрепче сжала зубы.

Алиара не была целителем, ускоряла процессы организма и могла оказать первую помощь, даже залечить лёгкие порезы благодаря свету, но её силы в основном были рассчитаны на сопротивление монстрам, тварям и разным физическим опасностям, а также она была прекрасным следопытом благодаря своему нюху аур и второму зрению. Поэтому сейчас чуда тоже не случилось, базовые магические действия по первой помощи уже оказаны, а эффекта никакого не чувствовалось. Возможно, она сейчас делает что-то не так, учитывая состояние и контроль магии, но осознание этого подъём не облегчало.

Добравшись до задымлённой зеленоватым облаком комнаты, Алиара зажала рукавом рот и нос, пытаясь не дышать едким запахом, возросшим в концентрации, и поторопилась открыть окно. Под ногами тотчас захрустело стекло, и девушка лишь порадовалась, что здесь обувь не снимала из-за холода. Старое добротное окно, сделанное каким-то великим умельцем не меньше, осталось целым и уже через пару минут дышать стало легче. Облако рассеивалось, и вид открывался потрясающий.

Настоящий стеклянный разноцветный ковёр, сверкающий в свете восходящей полной луны, шипел и продолжал взаимодействовать, растворяя всё вокруг поглощая опасными веществами пол и ботинки девушки. Мебель и книжный шкаф с фолиантами не пострадали, в основном опрокинулись все лёгкие предметы, оставшиеся пустые склянки, ингредиенты, да любимая глиняная кружка. Здесь никогда не было лишнего хлама. Тяжело вздохнув, Алиара заприметила на полу пару уцелевших бутылочек из старого толстого стекла, а также на столе было множество опрокинутых, но даже не треснутых склянок и пузырьков. Девушка сразу проверила и облегчённо выдохнула — партию обезболивающего и кровоостанавливающего она как раз разливала в эти старые пузырьки, добытые в подполе. Схватив парочку, уверенно откупорила крышки и залпом выпила, не обратив на горький вкус никакого внимания.

Жаль, но все остальные зелья пропали. Включая и единственную верную помощь — зелье лечения. Не заметив, когда успела опуститься на поднятый табурет, девушка осматривала безрадостную картину и терпеливо ждала действия выпитых зелий. Когда же стало полегче, она сразу направилась к закрытому шкафчику, символично выкрашенному в красный цвет и достала плотные марлевые бинты. Поправила и зажгла пару опрокинутых свечей и наконец, приподняла край рубашки, постанывая от боли, что причиняла сама себе. Видно зелье ещё не полностью работает.

Сверкнувший в тусклом свете небольшой осколок стекла заставил действовать быстро, но аккуратно. Стиснув зубы покрепче, девушка с протяжным стоном вытянула острый кусочек и смахнула слёзы боли рукавом. Она и не надеялась на зелье в этом случае, но всё же не думала, что будет так больно. Рана оказалась неглубоким, длинным порезом, но, осмотрев её в найденное зеркальце, Алиара приняла решение, что перевязки и кровоостанавливающих должно хватить. Главное отдых и крепкий сон. Перевязав себя потуже, она всё также держась за стеночку, отметила, что не слышит криков тёти. Это хороший знак, должно быть она всё же не проснулась. Убирать всё это сегодня точно не представлялось возможным, голову так и не получилось осмотреть, но Алиара знала неплохой метод для гашения вредных веществ, образующихся сейчас на полу. И чтобы не случилось нового взрыва, девушка натужно спустилась на улицу и набрала пол мешка песка, что укрывал собой основание башни. Затем не меньше получаса она из последних сил поднималась обратно в лабораторию и высыпала песок на пол, распределяя по всей площади стеклянного ковра.

Не помня, как добралась до комнаты, девушка подошла к кровати и рухнула на неё без сил, мгновенно засыпая.

Глава 4. Гости в ночи

Резко открыв глаза, Алиара приподнялась на локтях, прислушиваясь к громкому звуку, что разбудил. Но ночная тишина разбавлялась лишь шумом спящего леса и стрёкотом насекомых. Напряжение во всём теле нарастало, старательно прислушиваясь и задержав дыхание, девушка упёрто ждала подтверждения, веря, что это был не сон.

И внезапно вздрогнув, получила его, расслышав слабое неестественное шуршание за окном. Поднявшись с кровати и натянув сапоги, Алиара успела вспомнить прошедший вечер, ощущая разные виды боли сразу во всём теле. На глаза навернулись слёзы от рези в боку, но стоило отметить, что голова почти не болела, и тошноты не было. Судя по безоблачному небу и полной луне, разбавляющей своим нежным светом его синеву, поспать удалось не больше трёх часов. Попытка привычно воспользоваться особым зрением провалилась под скрип зубов от недовольства и боли. Толи из-за ранения головы, толи из-за истощения, но особая магия молчала. Откинув лёгкий страх, и глубоко вздохнув, девушка порылась в шкафчике и выудила нужные баночки для обороны, думая лишь о том, кто и как преодолел защиту дома. Неужели какая-то чёрная тварь леса?

Стиснув зубы, она пригнулась и вышла в гостиную, встав за дверью. В окно пыталась смотреть ещё в своей комнате, но ничего так и не увидела, однако точно чувствовала, что «гость» сам придёт.

Горло сдавило сухостью, и девушка на мгновение кинула желанный взгляд на кухню. А в этот же момент дверь дома, абсолютно бесшумно начала открываться. Крайне медленно, заставляя напрячься и нервничать в ожидании. Алиара сжимала в одной руке пару открытых баночек, а в другую взяла железный подсвечник из своей комнаты и подняла его повыше, готовясь к удару. Гостей в этом доме быть не может — никому не найти его, как бы не желали. Но это был не монстр.

Когда в проёме показался человеческий силуэт, Алиара не раздумывая, кинула ему в ноги склянки, и они взорвались, соединившись между собой и шипя. От них за секунду расползлось пышное липкое облако, обхватывая ноги человека и роняя его на пол, а девушка сразу замахнулась, целясь тяжёлой вещью по голове. Вот только запястье ощутило чужую хватку прямо в воздухе, а подсвечник отняли, сразу перехватывая обе руки девушки и связывая верёвкой. Алиара сначала испугалась второму незнакомцу, да ещё появившемуся сзади, а затем развернулась и со всей силы ударила его в висок локтем.

Он замешкался, приходя в себя, а она собралась бежать, когда на ней сомкнулись чужие руки второго человека и постарались обездвижить. Боль в раненом боку пронзила тело новой вспышкой и Алиара резко ослабла, невольно позволив пришедшему в себя после её удара, незнакомцу окончательно стянуть ей руки.

Голова разболелась сильнее, в глазах потемнело и когда они вдвоём усадили её на кухонный табурет и привязали к нему ноги, девушка могла только глубоко дышать, пережидая болезненные ощущения.

— Ты здесь одна? — спросил мужчина хриплым низким голосом, и девушка вздрогнула, переводя расфокусированный взгляд на него и пытаясь рассмотреть в слабом свете луны.

А за его спиной в этот момент в дом заходили всё новые люди. Двое сразу принялись вытягивать первого посетителя из липкой массы, но поняв, что не выходит, помогли ему усесться на пол и вдруг вышли на улицу, вскоре вернувшись с полотном, на котором несли ещё одного человека.

Алиара же смотрела на всё это, и страх подбирался к ней всё сильнее с каждой секундой и каждым новым вторженцем. Насчитав в-целом около шести людей, она обречённо вздохнула и принялась искать поблизости, чем можно разрезать тугие верёвки, пока мужчины не обнаружили тётю.

Она не строила пустых надежд, понимая, что вне зависимости от раны на боку, не смогла бы дать им всем отпор, но должна была попытаться сбежать вместе с тётей. А пока строила план побега, стала внимательно наблюдать и слушать, стараясь разобрать шёпот гостей.

Мужчины расположились в тесной гостиной и разложили на полу пожитки, рядом с пострадавшим, что скрипел зубами, явно от боли, и периодически начинал дышать быстрее. Отсюда было не видно, как сильно он ранен, но, когда один из мужчин разжёг огонь в камине, удалось рассмотреть кровавую одежду несчастного и краем глаза заметить нашивки лекаря на одежде у присевшего рядом с ним. Именно он вдруг поднялся с колен, и направился к Алиаре, но пройдя мимо, быстро вымыл руки и вернулся к пострадавшему, принявшись рыться в одной из сумок.

Дыхание за эти секунды перехватило, и по виску сползла ледяная капля пота. А когда один из мужчин кивнул другому на второй этаж и они, закончив осматривать первый, направились к лестнице, Алиара не выдержала.

— Стойте! — крикнула она и тот, который получил удар в висок, сразу подошёл.

— Кто живёт с тобой? — спросил он, наклоняясь к её лицу.

Грубые черты лица, наполовину прикрытого чёрной тканью, обрамляли тёмные, немного вьющиеся волосы, что падали на кристально-голубые глаза, под густыми сведёнными в напряжении бровями. Злой взгляд пытливо ловил каждую эмоцию, стоило девушке только открыть рот.

— Тётушка, — сразу ответила она. — Она больна, позвольте мне проверить её самой. Вам от неё пользы не будет, — и тихо еле слышно добавила, — чего бы вы ни хотели.

Раненый в группе говорил о многом, и Алиара сразу поняла, что они от кого-то бежали. Но всё это вовсе не значило ничего, стоило лишь подумать, что могли бы сделать, как только отдохнут и придут в себя. Взломать защиту тёти сможет не каждый. Подумав об этом, девушка на миг перевела взгляд на окно. Мужчина нахмурился.

— Когда я сломал вашу защиту, — он словно прочёл мысли, и Алиара испуганно уставилась на него, — та уже была прилично потрёпана и требовала восстановления. Думаю, если бы не это, мы не смогли бы войти.

Пока мысли крутились в голове девушки, пытаясь собраться, он ещё несколько секунд понаблюдал за ней, затем резко встал и произнёс:

— Остался лишь второй этаж, — он нагнулся и быстрым движением срезал откуда-то взявшимся ножом верёвки с ног девушки, а затем подхватил за плечо и потащил вперёд. — Я бы хотел договориться. Мы ничего вам не сделаем и как только отдохнём, оставим в покое.

Звучало обнадёживающего, но не стоило верить словам вломившегося в твой дом незнакомца. Алиара ясно осознавала, что следует повременить с побегом, раз убийство не входит в планы мужчин, а она сейчас еле держится на ногах, но припрятать в кармане пару защитных склянок и артефактов не помешает.

Они подошли к лестнице, и мужчина подтолкнул её вперёд, берясь за верёвку на связанных сзади руках. Алиара стиснула зубы покрепче, перенося очередные болевые приступы — слишком уж мало она проспала, не успела восстановиться и не приняла в итоге никаких лекарств. В голове сразу вспомнились слова тёти «сегодня установи ловушки вокруг дома и сделай зелья». Вот что она забыла! Ловушки, защита. Она же так ничего и не проверила. Разочарованная собой, она поднялась наверх и, поняв, что тётя не притаилась за углом, а дверь её спальни вообще закрыта, девушка поспешила войти.

Сначала мужчина дёрнул за верёвки, предупреждая, но когда увидел бледную женщину, лежащую в кровати, вдруг отпустил руки девушки и даже разрезал верёвку. Алиара не мешкая, бросилась к комоду. Достав артефакт и проверив дыхание тёти, сразу взялась за дело, краем глаза наблюдая за мужчиной, что осматривал комнату, а когда умерил любопытство, подошёл к ним и шумно выдохнул.

— Артефакт Данкона Риуса! — с каплей восторга прозвучало прямо над головой Алиары. — Откуда у вас настолько ценный и редкий артефакт жизни?

Алиара ничего не ответила, потому что не знала. Она недовольно посмотрела на хмурого мужчину и кивнула, показав на выход. Он не спорил и, выходя последним, бесшумно прикрыл за собой дверь, видимо решив выказать небольшое уважение к хозяйке дома.

Они спустились вниз, и он кивнул на диванчик в центре комнаты, напротив камина, рядом с которым лекарь активно оказывал помощь раненому. Алиара смутилась, оглядывая количество крови и тогда сопровождающий мужчина, видимо почувствовав это или решив просто не отвлекать лекаря, указал рукой на табурет в кухне. Присев на него, девушка облегчённо выдохнула, потому что перед глазами уже начинал пошатываться мир, а майка под ночной сорочкой вновь принялась пропитываться кровью, судя по ощущениям. И только теперь вспомнив во что одета, девушка опустила взгляд, проверяя, нет ли пятна, но сорочка была тёплая, плотная и тёмная, скрывая всё лишнее перед чужаками.

— Хочу сразу извиниться за вторжение, — начал мужчина, выдвинув второй табурет и немного неуклюже на него присев. Алиара вдруг поняла, почему он хотел поговорить у камина, там этому высокому и плечистому мужчине просто было бы легче передвигаться. А кухня была настолько мала, что даже Алиаре порой было здесь тесно, когда они с тётушкой пытались одновременно что-то приготовить. — Мы наткнулись на ваш дом случайно, спасаясь от тварей мрака.

— Вы были в самом центре леса?! — не сдержала удивления девушка.

— Да. Мы выполняли задание, — коротко ответил он, сверкнув холодом голубых глаз, на секунду опустив их вниз, словно сожалея. — Тварей было слишком много, мы потеряли часть отряда, и пришлось отступить. Вот только оторвавшись на приличное расстояние, они продолжали идти по нашим следам. Несколько часов мы пытались найти выход из леса, но с ранеными без остановок это больше стало невозможно. А твари шли по пятам…

— Мы достаточно далеко от центра, — пробормотала девушка. — И они продолжали преследовать?

— Именно. — Мужчина серьёзно кивнул, и продолжил. — Дом заметили только уткнувшись лбами в забор. В прямом смысле, — он мельком взглянул на своих людей и коротко ухмыльнулся, сразу становясь серьёзным. — Защита превосходная и была бы непреодолима, но нам повезло, что она ослабла и истрепалась и мы сломали её.

— Ослабла и истрепалась, — пробурчала себе под нос Алиара, круглыми глазами смотря на мужчину напротив.

— Иначе пришлось бы бросать в окна камнями, чтобы разбудить хозяев, — хмыкнул тот в ответ и уверенно добавил: — Я поставил свою защиту пока…

— Боги! — воскликнула Алиара и, вскочив с места, направилась на улицу, но, не успев сделать и пары шагов, почувствовала крепкую хватку на запястье и обернулась. — Я восстановлю!

— Я иду с тобой, — кивнул он и отошёл к товарищам, что-то тихо сказав.

Алиара накинула на плечи плащ и сразу выбежала из дома, забыв захватить факел. Непроглядная ночь резко озарилась светом пламени и Алиара сразу отшатнулась, увидев на руке мужчины пылающий огненный шар.

Девушка сразу осмотрела землю на всей территории дома и ничего нового не заметив, встала напротив ворот, закрыв глаза и равномерно дыша, постаралась сосредоточиться. Она не раз это делала, но сейчас магия слушалась ещё плохо из-за общего состояния организма. Хорошо, что вообще слушалась, в отличие от особого зрения. Потянувшись мысленно к убранному в доме артефакту, Алиара соединила с ним магию и принялась плести нити, восстанавливая защиту вокруг дома по контуру забора. Она не знала, сколько времени прошло, но когда закончила, ноги уже не держали и, не видя ничего перед собой, сразу направилась в дом.

— Я не стал снимать свою защиту, — донеслось из-за спины. — Но вижу, что ваша с сокрытием и отторжением, потому сомкнул свою защиту, поместив под вашу…помочь?

Алиара отрицательно мотнула головой и, войдя, сразу побрела в свою комнату.

Никто и слова не сказал, когда она скрылась за дверью и заперлась. Девушка сразу подняла сорочку, поморщившись от боли и оценила кровопотерю. Пока всё было относительно нормально и Алиара, зажгла пару свечей и принялась перебинтовывать себя, а закончив, порылась в тумбочке, найдя последний пузырёк с кровоостанавливающим.

Приняв его, девушка вышла в гостиную комнату и уселась на табурет. К ней сразу подошёл уже знакомый мужчина и видимо, оценив её состояние, подал стакан с водой. Благодарность выражать не было сил, и она просто залпом выпила прохладную жидкость, принеся организму немного облегчения.

— Я могу помочь с восстановлением магии… — он присел напротив, явно решив, что у неё истощение, но девушка вскинула руку.

— Всё нормально. Давайте закончим разговор, и вы мне всё объясните. Это всё же мой дом и я должна понимать…

— Насколько мы опасны, — продолжил он. — Меня зовут Сайдэн Воиргран. Я командир этой группы и даю вам магическое слово, что никто из нас не причинит живущим здесь зла. Мы просим разрешения остаться на некоторое время и вылечить раненых.

— Я бы при всём желании не смогла вас выгнать. Зачем вы напали? — нахмурилась Алиара.

— Было бы странно просто постучать в дверь, — хмыкнул Сайдэн в ответ и добавил. — Ваша защита сильна. Нам повезло, что удалось быстро войти.

— Преследование? Я поняла. У меня нет выбора, но и нет причин вам отказать. — Алиара поднялась и пошатнулась, что не укрылось от мужчины. — Располагайтесь со своим отрядом, но не беспокойте мою тётю. Я предоставлю необходимое, а вы не станете ограничивать меня в моём же доме.

— Не беспокойтесь. — Серьёзно кивнул Сайдэн и тоже поднялся. — Раз вы нас принимаете, в этом нет необходимости. Вы можете не опасаться нас, а мы вас. Благодарю.

Алиара направилась было к лестнице, окинув мельком взглядом развалившихся на полу в гостиной воинов, и вдруг услышала.

— Вы не представились.

— Меня зовут Алиара, — бросила она через плечо и поднялась к тёте.

Тётушка всё ещё не пришла в себя, но артефакт показывал удовлетворительное состояние, и Алиара убрала его на место, подумав, что в группе мужчин есть лекарь. В своих мыслях девушка спустилась вниз и добрела до своей комнаты, заметив сидящего у её двери светловолосого улыбающегося мужчину с приличной щетиной и зелёными глазами, хитро блеснувшими в тусклом свете. А стоило отвести взгляд от лица симпатичного молодого человека, как она заметила его завязшие в липкой белой субстанции ноги.

— Крэй Лиорт, — он ещё шире улыбнулся. — Хотелось бы узнать секрет этой гадости.

Алиара опустилась перед ним на корточки и, положив руку на ловушку-липучку, произнесла пару активационных слов. Тогда субстанция принялась бурлить и стекать на пол водянистым масляным пятном.

— И только?! — вскрикнул мужчина, привлекая внимание остальных.

— Тесто, господин Лиорт. — Пожав плечами, девушка поднялась и вошла к себе в комнату, сразу закрыв дверь, а уже через неё услышала слова благодарности и лёгкий смех бывшего пленника.

***

Сайдэн проводил девушку взглядом и посмотрел на часы. Половина пятого утра, начинает светать.

— Командир, — сразу позвал лекарь.

Подойдя, Сайдэн оценил состояние раненого и кивнул Гарцу, который вытирал руки о мокрое полотенце.

— Что-то ещё требуется?

— В целом, Олиан в стабильном состоянии, я закончил. — Он поправил очки на переносице и, тяжело вздохнув, внимательно посмотрел на командира. — Кто живёт здесь? Это же тот самый дом, я прав?

Сайдэн сразу приложил палец к губам и кивнул на кухню. Как только они переместились в крошечное пространство, он наложил несколько блокирующих куполов и произнёс:

— Думаю прав, — мужчина недовольно скривился и нерешительно продолжил, почёсывая небритый подбородок. — Вот только, кроме девушки тут живёт женщина лет пятидесяти на вид, не больше и ни одна из них не связана с духами. Виновник нашей срочной внеплановой экспедиции находится не здесь. — Командир прислушался и обвёл усталым взглядом заполонённую его людьми небольшую гостиную и добавил: — Но это тот самый дом.

Гарц только хмыкнул и достал из кармана куртки любимый портсигар.

— Напомнить, что мы в гостях? — укорил его Сайдэн, и тот недовольно поморщившись, сразу убрал металлическую коробочку обратно.

— Виновником смертей в нашем отряде стал ни кто иной, как ректор Сагмар и только он. Твой кузен…

— Прекрати, — недовольно махнул на него рукой Сайдэн. — Сагмар только передал информацию, а нас как всегда собрали советники.

Около суток назад, отряд из одиннадцати адептов под командованием декана боевого факультета Ирдана Ториуса вернулся в свою академию в неполном составе — один адепт был разорван тварью мрака. Более того, в отчёте было указано, что его тело занимал дух и за несколько часов практики успел переродиться в тварь, но ждал вплоть до момента обнаружения, ничем себя не выдавая.

Случай был не первый, но ранее всё удавалось успешно держать в секрете и продолжать попытки выяснить происходящее тихо. Теперь же, резонансная новость менее чем за сутки разгулялась не только по академии, но и по всему Роурдану, начиная волнения и панику среди горожан. Родители погибшего адепта устроили такой скандал, что сам император планирует выступить с объяснениями этой ситуации, чтобы успокоить свой народ.

Совет императора же, как и всегда сразу подписал указ о проверке. Требовалось выяснить, каким образом дух завладел телом адепта, почему вышел в предлески и какого дьявола даже друзья не заметили перемен в своём товарище? Вот только мало того, что зайдя в привычный первый сектор мрака — самое начало леса — они наткнулись на очередного косточника, так дальше их и вовсе поджидал организованный отряд монстров! Немыслимо!

Никогда ещё твари мрака не объединялись, не сговаривались, не могли думать. А это уже признаки интеллекта. И если не их собственного, то того, кто ими начал управлять. И такой расклад не сулил ничего хорошего. В этот раз совет собрал всех, кто был свободен и имел доступ в глухую зону, а в итоге не дойдя, погибло шесть умелых парней, только начавших свою карьеру в разведывательных отрядах секторов мрака. Сайдэн скрипнул зубами, сожалея и злясь на себя, что позволил им погибнуть. А ведь они только вступили за грань сектора, даже не успели забраться в самую глушь.

— Узнаешь? — непонятно спросил Гарц и, сняв очки, положил их в очередную металлическую коробочку, которыми были напичканы все его карманы и походные рюкзаки.

— Ты о доме? — он дождался утвердительного кивка и немного поразмыслив, кивнул. — Конечно. Раз так вышло, что мы не выполнили одно задание, возможно сможем выполнить другое и выбраться в итоге живыми из гнилого ведьминского леса.

— Висок подлечить? — вдруг хмыкнул Гарц, улыбаясь.

— Нет, — ухмыльнулся в ответ командир, потирая ноющее место. Крепкий локоток у девушки оказался, да и удар меткий.

Лекарь сразу нарушил контур глушилок и направился к выходу, попутно роясь в кармане, явно в поисках портсигара. А Сайдэн оглядев помещение и разлёгшихся на полу измотанных товарищей, решил похозяйничать и направился исследовать башню, которую уже проверил один из подчинённых, доложив о странном беспорядке.

Глава 5. Последствия

Неприятное давящее чувство в груди будило вот уже минут десять, но измученное болью и усталостью тело никак не хотело поддаваться, не позволяя разуму окончательно проясниться. Алиара металась по кровати, не открывая глаз и тяжело дыша, пока не услышала лёгкий кашель за дверью своей комнаты. Это заставило резко сесть и разлепить опухшие веки, после чего воспоминания пронеслись ураганом, а бок прострелило болью.

Ломота в теле начала сопровождаться головокружением и комом в горле, стоило только встать, а когда девушка принялась одеваться, то сначала чуть не упала, а потом поторопилась воспользоваться ночным горшком не по назначению. Впрочем, пустому желудку оказалось не от чего избавляться, кроме небольшого количества воды и Алиара терпеливо принялась собираться дальше.

Выходя из своей комнаты, сразу бросила взгляд на часы, поняв, что даже не посмотрела в окно, и крайне удивилась, увидев на них аж десять часов утра. В доме столько посторонних, а она так беззаботно позволяет себе спать. Неожиданная злость взяла настолько, что, окинув взглядом пустую гостиную, Алиара не сразу заметила на кухне мужской силуэт.

А стоило подойти, как она услышала:

— Доброе, — холодным тоном бросил мужчина, так и не повернувшись, и продолжил что-то готовить, по запаху напоминающее рагу.

— Светлого дня, — растерянно отозвалась Алиара и оглядела свою кухоньку.

Всюду валялись очистки овощей и картофеля, в углу рассыпана манная крупа, а дрова для печи и вовсе завёрнуты в недавно выстиранный тонкий коврик с кисточками, и уложены в железном тазу. Поморщившись, она хотела сделать замечание, но её опередили.

— Он всё положит на место и уберёт, когда закончит. — Раздался сзади строгий уже знакомый низкий голос.

Сайдэн подошёл совершенно бесшумно и видимо успел оценить выражение лица, с которым она осматривала внезапный погром.

— Мы заплатим за всё, что съели. — Он виновато улыбнулся, и Алиара слегка смутилась, забыв о своих претензиях. — Правда стоимость печенья и мясного пирога за завтраком так определить и не смогли.

Алиара неожиданно для себя усмехнулась, а «повар» ворчливо добавил:

— Вообще-то рисовая каша и те капустные лепёшки тоже закончились.

— Оладьи, — не задумываясь, поправила она его и сразу протянула в сомнении. — Ничего не осталось?

Тишина была ей ответом. И Алиара недовольно опустила голову, о чём сразу пожалела. Висок прострелило болью, и она поспешила в уборную комнату, вспомнив о своём здоровье и, что бинты в коробочке у кровати закончились, а заодно и вся марлевая ткань в доме. Рана сегодня выглядела немного лучше. Обработав и перебинтовав её, девушка посмотрела на себя в зеркало и отдёрнула штору, чтобы мягкий свет солнца из круглого окошка лучше помог разглядеть мешки под красными глазами, серость и болезненный вид. Недовольный вздох перетёк в обречённый стон, и комната снова пошатнулась. Стоило с этим что-то делать, но для начала подняться к тётушке. Тётушка Марэя! Десять часов утра!

Ахнув, девушка выскочила из уборной и, перескакивая пару ступеней, начала подниматься по лестнице. Но неожиданно все звуки вдруг объединились в тонкий писк, мир резко потемнел, комната закружилась, а тело перестало ощущаться, буквально обмякая на верхней ступеньке.

Всего пара мгновений забытья. Чувства вернулись слишком резко, и Алиара открыла глаза, пытаясь осознать, было ли падение. Тело ощущалось тяжестью и ломотой, голова гудела. А белый свет перед глазами заставил вновь усомниться в реальности. Оказалось, она лежала на диванчике в гостиной, а над её головой держал руки худой высокий мужчина со светлыми волосами, стянутыми в хвост на затылке и лёгкой щетиной на вытянутом лице. Острый нос украшали небольшие очки с жёлтыми душками, а усталый взгляд почему-то разбавляло недовольство. Видимо она потеряла сознание на лестнице, но её поймали.

— Я уж надеялся, что убираться не придётся, — вдруг где-то рядом заявил «повар» и, судя по шагам, вернулся на кухню.

— Лиман! — недовольно рыкнул командир, что стоял рядом и наблюдал за процессом.

— Что? Лучше заберите это, я не понесу, — проворчал он, и что-то звякнуло, сильно напоминающее кружку с тарелкой.

Сайдэн сразу отошёл, а вернулся к дивану уже с подносом.

— Отнесу твоей тёте, — непререкаемо сказал он и направился к лестнице. — Тебе нельзя пока вставать.

Протест пришёл раньше осознания, но девушка поняла по взгляду лекаря, что встать ей и правда не позволят. И только потом пришла мысль, что командир не сможет понять, если тёте Марэе плохо. Алиара всё же подняла голову и постаралась сесть, но, как и ожидала, лекарь тут же придержал за плечи и вернул на подушку.

— Ты речь человеческую понимаешь? — серьёзно спросил он.

— Мне нужно проверить тётю, вдруг ей…

— Что? Плохо? — лекарь вновь принялся водить ладонями над головой и с них полился белый свет, приносящий облегчение. — Может тебе прежде озаботиться собой?

Он указал на рану на боку, и Алиара только сейчас заметила, что лежит с расстёгнутой рубашкой и какой-то примочкой на ране. Плотный лиф на груди почти ничего не скрывал и казалось просвечивал, хорошо хоть чёрный. Алиара почувствовала, как начинает гореть лицо, но, когда рука лекаря приподняла компресс, тело содрогнулось от боли, она не смогла сдержать вскрик, а на лбу выступила испарина.

— Всё-всё, пока не трогаю. Пусть ещё потянет.

— Меня кто-то поймал? — прохрипела Алиара, отдышавшись.

— Командир и поймал. — Буркнул лекарь. — Повезло тебе, что он рядом стоял, а то так ведь и шею сломать не долго.

Алиара промолчала, и сама всё понимая. Кроме одного. Откуда в ней эта внезапная эмоциональная безрассудность? Нежданные проблемы словно выбили её из привычной колеи, и теперь она успешно принялась совершать ошибки, граничащие с жизнью.

В это время на лестнице показался командир Сайдэн уже без подноса и сразу подошёл, оглядывая происходящее. Он молчаливо взглянул на лекаря и тот принялся докладывать.

— Лёгкое сотрясение и рану на голове я вылечил. Заразу вытягиваем. Зашивать бок не придётся, такую рану смогу затянуть и я. Ну а жар и прочие мелочи уже по ходу лечения уймутся.

Нахмурившись в непонимании, Алиара пыталась осознать слова лекаря, попутно отмечая своё улучшенное состояние.

— Это произошло в башне во время взрыва? — неожиданно обратился к ней Сайдэн.

— Да, — нехотя ответила она ему и отвела глаза. Стало стыдно за глупую ошибку и собственную беспомощность.

— И, стало быть, им же повредило защитный контур. Прекрасно нейтрализовала зелья, — он вдруг улыбнулся. — Я так и не смог выяснить, что послужило активацией для взрыва.

— Я не знаю. Но запах был гнилостный, а когда работала, нечаянно разбила восстанавливающее зелье, после чего и пролетела всю лестницу вниз…

— Серьёзно? — вскинулся на кухне Лиман и подошёл ближе, начав вдруг приглядываться. — Получается, это произошло прямо перед нашим приходом?

— Да, — кивнула Алиара, — поздним вечером.

— Интересно. — Сайдэн поднял бровь, о чём-то поразмыслил и перевёл тему. — Твоей тёте лучше. Она пока не может вставать, но заверила, что ей ничего больше не требуется. Я сказал, что ты пока не можешь к ней подняться, но объяснишь всё сама позже.

— Благодарю, — от сердца сразу отлегло, и на глаза невольно набежали слёзы. — И спасибо вам за лечение, и что не дали упасть с лестницы. И спасибо, что…

— Всё, успокойся, — мягко сказал Сайдэн и серьёзно добавил. — Мы вломились в твой дом и обязаны отплатить «добром и монетой».

— В итоге мы сюда ломились не спасаться, а спасать, — ухмыльнулся симпатичный повар Лиман, не сводя холодного взгляда серых глаз с Алиары.

Дверь скрипнула, и комната наполнилась разговорами, что принялись стихать, стоило мужчинам увидеть происходящее.

— А что происходит? — полюбопытствовал знакомый голос, похоже вчерашнего парня, не справившегося с тестом. — Ого-го!

Алиара сразу стёрла с лица слёзы и прикрыла глаза, сгорая от смущения. А дальше послышались посвистывания и подколки со всех сторон, которые быстро усмирил командный рык Сайдэна, принявшегося разгонять подчинённых и раздавать задачи.

Лицо продолжало пылать, пока руки стягивали часть рубашки на груди, но лекарь буркнул «замри» и сосредоточился, переводя своё внимание на рану. А пока командир разгонял всех присутствующих по разным углам, раздавая задачи, извиняющийся взгляд из-под очков на секунду задержался на лице девушки, и она даже не успела подумать, как лекарь содрал прилипший к ране компресс. Сознание затмила боль, а короткий мученический стон разнёсся по гостиной. Звёздочки ещё мерцали перед глазами, когда вместо боли начало разливаться успокаивающее тепло, а в комнате резко стало осязаемо тихо.

Глубоко дыша, Алиара открыла глаза и увидела, что от раны мало что осталось. Лекарь продолжал исцелять её, периодически заглядывая в лицо.

— Извини, — вдруг покаялся он. — Пересушил. Забыл я нежность женской кожи, привык с этими обалдуями работать.

Вскоре лечение было закончено, и Алиаре помогли сесть, сразу поставив на колени поднос с горячим овощным рагу. Она же принялась застёгивать рубашку, продолжая ловить на себе внимательные мужские взгляды.

— Мясо будет на ужин, — горделиво объявил кто-то за спиной и затем плюхнулся рядом на диван. Крэй Лиорт довольно улыбался ей и держал плошку с едой и стакан воды. — Поймали всего ничего, всё-таки здесь ходит много чёрных тварей, поедают всё зверьё!

— Не наседай на девушку, чего ты так близко сел?! — вдруг прикрикнул справа другой голос и на диван сел ещё один парень, не менее близко. Старый серый диванчик натужно скрипнул деревянным основанием, но вроде держался, с учётом мест для сидения в количестве двух.

— Это я-то? — возмутился Лиорт.

— Олиан Гроддэр, — представился брюнет с сероватым лицом и маленькими серыми глазами, украшенными чёрными болезненными кругами. Алиара догадалась, что это его заносили в дом раненного, и невольно прошлась взглядом по нему, на что он усмехнулся. — Живой, и благодарный за приют.

— Алиара. Приятно познакомиться, — отозвалась девушка и приступила к еде.

Парни завязали беседу, к которой она не прислушивалась, думая о своём. Усталость валила с ног, но всё остальное сняло рукой волшебника незваного отряда. Тошнота, боль, головокружение, ломота — всё вылечил! Восхищение способностями привело лишь к одной мысли, стоит попросить осмотреть тётушку Марэю, даже если она будет сопротивляться. Возможно, их появление в доме, это помощь судьбы, ведь не приди они неизвестно как Алиара себя бы вылечила и когда спохватилась бы проверить защиту, а смогла ли подняться бы к тёте, или упала и домучилась тем же вечером? Скорее всего второе.

— А чего у вас так жуков много везде? — невзначай спросил Крэй, и Алиара заметила, как недовольно на него посмотрел Олиан.

— Сутки назад у нашего забора переночевал какой-то монстр. — Спокойно ответила Алиара, справившись с половиной порции и вернув её на поднос. Вкусно и сытно, повар как оказалось прекрасно знал своё дело. — Жуки и черви спасались бегством. Спасибо, очень вкусно.

Она не стала дожидаться новых вопросов, из раскрытого было рта Крэя и поднялась, отнеся поднос на место. На кухне уже царил полный порядок, и довольно улыбнувшись, девушка под недоумённое молчание поднялась по лестнице, лишь наверху расслышав:

— Зачем ты спросил? Хочешь…

Дальше Алиара не слушала, потому что в коридорчике возле двери невозможно было спрятаться и остаться незамеченным снизу. А войдя в комнату, она увидела смотрящую в окно тётю и сразу подбежала, обняв её покрепче.

— Тебе уже лучше?

— Да, — настороженно прошептала тётя. — Алиара они сломали защиту?

Пришлось спешно рассказывать всё, что произошло, а стоило закончить, как тётя недовольно покачала головой.

— Тебе очень повезло, — укорила она Алиару. — Если бы они вовремя не пришли, ты бы или серьёзно заболела, или и вовсе…

— Тётушка, я всё понимаю, — покаялась она в ответ. — Прости…

— А я и не узнала бы, — тётя поджала губы в сожалении, и от этого груз вины за невнимательность и ошибки стал ещё тяжелее. — Значит разведывательный отряд Сайдэна Воирграна?

— Знаешь что-то про него?

— Тоже, что и ты. Громкая фамилия близкая к императору. Ну и то, что он отказался от поста генерала и залез в секретные службы, порадовав императора и расстроив отца. Про него гудел весь город, говорили, что он теперь будет главной фигурой в самых опасных миссиях. И были правы.

— Этого я не знала.

— Так что же ты там намешала дурёха?! — вдруг прикрикнула тётя и стукнула девушка ложкой по лбу, не понятно, откуда её достав.

Тётушка ещё некоторое время ругалась и ворчала, пока Алиара извинялась за свою невнимательность и потраченные припасы, но в итоге женщина смягчилась и обняла её.

— Я рада, что всё так обернулось и тебе помогли.

Вскоре Алиара покинула комнату тёти, оставляя ту отдыхать. Она отказалась выходить, пока гости не покинут дом. Пустая гостиная полнилась лишь приятным ароматом с кухни и ярким солнечным светом из пары окон. Заглянув под крышку большой кастрюли, девушка обнаружила мясной бульон, а в печи явно готовился какой-то пирог. Решив всё же проверить собственные запасы, Алиара наклонилась и, приподняв пару досок, заглянула в подпол. Тяжело вздохнув, она уже могла думать лишь о том, сколько возможно придётся тащить из города в ближайшее время. И всё на себе!

Выпив стакан прохладной воды, чтобы немного прогнать усталость, она надела сапоги и накидку и вышла из дома. На лужайке под тёплыми лучами происходила смущающая картина — трое мужчин раздетые по пояс выполняли разминку, да такую, что можно было врезаться в дерево, засмотревшись.

Алиара сразу отвернулась и аккуратно обошла их, попутно осматривая местность. Жуков почти не осталось, защита ощущалась хорошо и в полном объёме, а башня снаружи выглядела как и прежде. А стоило подняться, как виду открылся просто идеальный порядок, что сначала обескуражило, но затем вызвало массу вопросов. Алиара уже сделала шаг назад, чтобы вызнать некоторые моменты, и успешно упёрлась спиной в чью-то крепкую грудь.

— Прошу прощения, — сразу отозвался командир Сайдэн и отошёл. — Увидел, что вы направились сюда и хотел сразу разъяснить своё вмешательство.

Обнажённый торс мужчины заставил отвести глаза и немного нервно попросить:

— Прошу вас! Накиньте что-нибудь!

Командир лишь коротко усмехнулся и принялся натягивать рубашку, что держал в руке.

— Я зашёл сюда вчера, — начал рассказывать он, неторопливо одеваясь, — и скажем так, — мужчина задумчиво постучал пальцем по подбородку, — слегка удивился, открывшемуся виду. Очень жаль ваши запасы, но позвольте полюбопытствовать, зачем столько?

— На продажу, — пожала плечами девушка и двинулась вглубь комнаты, изучая её приятную чистоту. В глаза сразу бросилась аккуратно сложенная тётина любимая шаль, которую немного повредило взрывом. Но, несмотря на это, на душе потеплело.

— Так это вы приготовили все те зелья? — прозвучало словно упрёк, или же разочарование. Не поверил?

— А как вы навели здесь порядок так быстро? — перевела она тему, не желая знать, почему он так отреагировал. — Да и зачем?

— Захотелось помочь. Ведь я неплохо владею левитацией на мелких предметах. — Замер мужчина и сложил руки на груди, явно в раздумьях. — Всего лишь отделил стекло от песка и перенёс по разным местам на улицу. Вы делаете зелья на продажу в Роурдане?

Вернувшись к этой теме, он словно насторожился, но старался не выдавать никаких эмоций, кроме любопытства.

— И где же вы их продаёте?

— Я продаю их в магическую лавку Сарванторино, лично миледи Лисарии, уже не один год.

— Вот как?

— А почему вас это так заинтересовало? — теперь Алиара скрестила руки на груди и внимательно осмотрела мужчину, на что тот никак не отреагировал.

— Хотелось знать, кто покупает у ведьмы. — Прямо ответил он, заставив девушку замереть. Весь решительный настрой спал, она разом сжалась и застыла, не отводя взгляда. Немного подождав, командир Сайдэн продолжил спокойным, даже расслабленным голосом. — Конечно это только слухи и ваша тётушка не нарушает законы империи своей магией, создавая опасность Роурдану и его жителям. Ведь так?

Он серьёзно глянул на замершую девушку, пугая холодом глаз и вдруг шагнул наперерез, прикрывая собой дверной проём и предупреждающе прищурился. Алиара же боялась дышать. Она всегда знала, что слухи о тёте образовались не на ровном месте и их единственный общий визит в город был тому доказательством. Когда сразу несколько людей приглядывались к лицу женщины под капюшоном, говоря, что она кажется им знакомой, а затем провожая их ледяным настороженным взглядом. Когда её прямо назвал ведьмой господин Баксмер, или же когда Алиара слышала от запомнивших её торговцев пожелания смерти дочери ведьмы. Больше она не посещала места, в которых тогда узнали тётушку, а не сумев ничего у неё выведать, сама расспросила миледи Лисарию о слухах. Та любезно поведала о женщине, что когда-то жила в Роурдане и славилась вздорным нравом и сильной магией. Имея знатную семью, женщина позволяла себе гулять направо и налево, прославившись настолько, что её отец срочно принялся подбирать жениха. А найдя счастливца, дал такое приданное за дочерью, что глаза его семьи были закрыты абсолютно на все проблемы и слухи. Но вскоре собственный муж выгнал её из своего дома, обвиняя в смерти его родных. Женщина, спасаясь от него, укрылась в лекарском доме, а на утро в целой лечебнице живой нашли лишь кошку, гуляющую среди десятков трупов. Ведьма исчезла и больше в городе не появлялась, поселившись где-то в лесу, а её муж лишился своей магии и сильно заболел.

Алиара не поверила тогда в рассказ, потому что попыталась пересказать его тёте, и та не один день гневно ругалась на искорёженные истории диких горожан и откровенную ложь их грязных языков. Решив больше не интересоваться прошлым, девушка так и не узнала других версий произошедшего или рассказа самой виновницы. А в итоге, так и не поняла, почему все так ненавистно и упорно называют её ведьмой. Ведь по легендам ведьмами считают проклятых женщин, которые портят леса и помогают монстрам, заманивая путников им на подкормку. Теперь же, после слов командира о нарушении законов стало не по себе и захотелось всё прояснить.

— Так, — неожиданно для себя произнесла Алиара и глубоко вздохнула, прикрыв глаза. — Тётушка растила меня целых десять лет, и за это время мы лечили лес, помогали людям, продавая лекарственные настойки и целительские зелья. Мы охотились на монстров и не делали ничего плохого.

Поморгав и успокоившись, девушка посмотрела на своего собеседника. Сайдэн стоял, сохраняя спокойствие, и продолжал сверлить её холодным взглядом.

— Я обязан буду по возвращении доложить об этом доме и его хозяйках. — Обронил он и вдруг отошёл, облокотившись на стол.

— Я не могу на это повлиять. — Прозвучал её тихий ответ.

Командир ещё немного постоял, поглядывая на девушку, затем кивнул и так ничего и не сказав, ушёл. Алиара сразу покрылась мурашками и нервно содрогнулась, словно пытаясь их скинуть. Теперь он доложит о том, что здесь живут ведьмы и за ними с тётей придёт отряд стражи, с удовольствием сжигая дом и их самих рядом. Сглотнув вязкий ком в горле, Алиара присела на край табурета. Что теперь делать? Следует попросить его… О чём? Нарушить приказ? Даже она понимала, что для командира разведывательного отряда это невозможно. А был ли приказ? Всё равно стоит поговорить с ним.

Девушка встала и дёрнулась на выход, когда в дверном проёме выросла мощная фигура и почти сбила её с ног. Крепкие руки поймали девичье тело, не позволив упасть, а кристально-голубые глаза поймали взгляд Алиары. Как-то уж слишком часто она в него стала врезаться. Прикосновения подарили незнакомые чувства, но мужчина сразу отпустил её и отодвинулся.

— Всё в порядке? — он кашлянул в кулак и вновь серьёзно сдвинул брови. — Забыл сообщить. Мы уходим завтра утром.

Алиара обхватила себя руками, словно прикрывшись, и кивнула.

— Спасибо вам за гостеприимство.

— Вынужденное, — вырвалось у неё и Сайдэн виновато улыбнулся.

— Да. Стоило бы поразмыслить, конечно, но, — он на секунду замялся, видимо подбирая слова, — не хотелось тревожить вас, если решение не изменится. Мы…

— Командир! — в комнату залетел один из членов отряда. В перепачканной в земле одежде, с взъерошенными грязными волосами и измазанным в чёрной крови лицом.

— Твари… — прошептала Алиара и мужчина утвердительно кивнул.

— На нас с Лиманом напали во время охоты. Мы разминулись. — Голос мужчины дрогнул, и он опустил глаза в пол. — Я отбился и хотел помочь Лиману, но не смог его найти. Ни следа, ни звука!

— Возьми Гарца, через три минуты жду у ворот.

Мужчина кивнул и поспешил выйти, а командир на секунду задумался, и было двинулся следом, как Алиара вцепилась ему в рукав и решительно произнесла.

— Я помогу.

Он обернулся и приподнял бровь в вопросе.

— Я следопыт, — добавила она, заставив его задуматься. Сомнения так явно отразились на его лице, что она уже хотела бежать за сумкой, когда он сказал:

— Я тоже следопыт. А за твою жизнь сейчас ручаться не смогу, уверен, нападение не было случайным.

— Да, — Алиара лишь крепче вцепилась в его рукав и горячо произнесла. — И вы правы. Мы много лет живём здесь, и я не раз встречалась с тварями нос к носу. Мы ведём на них охоту, мы их разделываем, исследуем туши, поведение, способности. Думаете я по немыслимой случайности уцелела?

— Интересно, — спокойно обронил командир и добавил с нажимом. — Время истекает.

— Моя магия, — чуть менее уверенно произнесла Алиара и сразу пожалела. Но должно быть, если не рассказать, он не поймёт или не поверит.

— Хорошо. Поторопитесь. — Внезапно бросил мужчина, развернулся и ушёл.

Алиара же на секунду замерла с открытым ртом и повисшей в воздухе рукой. Как-то не ожидала она такой резвой перемены. Напряжённо сглотнув, она выдохнула и бегом пустилась за сумкой и лесной накидкой. А собравшись, выскочила из дома и поспешила к ожидающим мужчинам.

Глава 6. Желание жить

Группа из четверых человек двинулась по указанному пути, соблюдая полную тишину. Алиара сразу сосредоточилась на своей магии и принялась отслеживать протянутые под ногами ленты аур. Две фиолетовые ленты немного разных оттенков, принадлежавшие охотникам, тянулись вдаль, петляя между деревьев и, яркими пятнами выделяясь на чёрных следах. Алиара повертела головой, внимательнее разглядывая чёрные путаные ленты, и вдруг наткнулась на ауры мужчин. Замерев на секунду, тряхнула головой и постаралась отвести взгляд. У солдата, имени которого она не знала, была фиолетовая аура, что считалась очень высоким уровнем резерва и знаний, но Алиара видела такие ауры, когда изучала свои силы и пользовалась ими в городе. Видела и синие ауры как у лекаря идущего сразу за командиром. Настолько насыщенно-синий цвет заставлял восхищаться. У мужчины был не просто высокий ранг магии, у него настоящий дар к ней, что странно ведь он словно не пользовался большей частью силы. Но главное, что потрясло больше всего, это сияющая голубоватая аура командира Сайдэна — настолько кристально чистый цвет, что его оттенок уже находился на грани белого. А белый, насколько знала девушка являлся самым высоким магическим рангом. Таких магов ей раньше видеть не доводилось ни разу в своей жизни.

Добрались до указанного солдатом места быстро, и командир сразу распустил магические невидимые ветви, проверяя рисунок сражения. Пока Алиара осматривалась, он отошёл в сторону и указал на тушу оставленной убитой твари. А подойдя, девушка не сдержалась, прикрыв рот ладонью и скривившись. Вурм. Нижняя половина твари выглядела как часть сороконожки, а верхняя вытягивалась в туловище совы. Голова твари могла поворачиваться вокруг своей оси, а клюв был острее лучших клинков. Тело монстра покрывало не оперение, а плотный короткий чёрный мех, как и крылья, на которых с внешней стороны были раскрыты несколько рядов крупных жёлтых человеческих глаз, воронками утопающих в мягкой шкуре монстра. Летать по понятным причинам тварь не могла, но благодаря множеству тонких лапок передвигалась крайне шустро, а безглазая голова с вечно раскрытым жёлтым клювом пугающе крутилась, ни на секунду не упуская из вида свою жертву. Довольно ядовитая тварь с множеством лезвий-ног, но главная её особенность, это скрытность — заметить такого ловкого бесшумного монстра меж ветвей высоких деревьев невероятно сложно, а из-за внезапности и скорости, отбить атаку и вовсе казалось Алиаре невозможным. Благо самой ей удавалось скрываться не хуже тварей тьмы.

Пока Алиара разглядывала монстра, размышляя нужна ли солдатам туша, и позволят ли они её забрать на ингредиенты, командир уже отошёл подальше и углубился по следу одной из нитей чёрной ауры. Учитывая, что ауры он всё же не видит, мужчина и правда прекрасный следопыт. Взглядом проводив его, девушка пошла следом, неторопливо изучая остатки смешанных чёрно-фиолетовых лент и вдруг поняла, что они ведут в совершенно другую сторону. Присев, она принюхалась к сырому влажному воздуху. Кислый и одновременно тошнотворно смердящий «аромат» уходил в противоположную сторону на север, а чёрно-фиолетовые следы обрывками следовали сразу по нескольким направлениям, сообщая, что велось преследование. Проглотив ком в горле, и понимая, что от такой упорной твари Лиман мог и не убежать, поднялась и направилась по следу.

— Эй! — сразу окликнул её Гарц. — Алиара, не отходи от нас далеко.

— След ведёт в другую сторону.

Сказав это, девушка вновь провела по лентам аур взглядом и медленно направилась за ними, продолжая принюхиваться и уже не обращая внимания на возмущения лекаря. Дойдя до открытого истоптанного пространства с поваленным деревом, Алиара аккуратно встала по центру и сосредоточилась. Кисловатый тошнотворный запах медленно таял. Тварь ушла, а если быть точнее, то судя по крупным пятнам, убежала, с явно утекающей из неё жизнью. А значит, солдат должен быть где-то рядом. Стоило приглушить магию, и изрытая земля с небольшими кровавыми следами сразу подсказала куда идти.

— Кто разрешил тебе уходить одной? — тихонько прорычали на ухо, и на плечо легла тяжёлая большая рука, ощутимо его сжав.

Вместо ответа Алиара уже вновь коснулась магией лент ауры и сосредоточилась, слегка выпуская свой свет, но так, чтобы его не было видно, при этом приглушая им чёрные пятна. И как только фиолетовое пятно проявилось, сразу двинулась за поваленное дерево, что повисло частично на ветвях других деревьев и недовольно затрещало, угрожая рухнуть, стоило лишь подойти.

— Там! — сразу вскрикнула Алиара, и командир не говоря ни слова, схватился за ствол, принявшись аккуратно оттаскивать его в сторону.

Ему на помощь поспешили отставшие товарищи, и вскоре всем открылся вид на окровавленное тело. Гарц принялся за его осмотр, стискивая зубы и подключая потихоньку магию. Ствол оттащили подальше и все замерли, задержав дыхание. С виду молодой мужчина был очень плох, но то, что лекарь продолжал манипуляции говорило, что не всё потеряно. Командир стоял совсем близко, и Алиара украдкой посматривала на его сжатые кулаки и ходящие по лицу желваки. Она и сама нервно комкала край накидки и покусывала губы, отмечая тишину. Лес словно замер на пару минут вместе с ними, ожидая вердикта лекаря.

— Как он? — первым не выдержал его напарник, и Алиара вздрогнула от неожиданности.

Гарц же ещё помолчал несколько секунд и вдруг устало откинулся назад, присаживаясь на голую землю и шумно выдыхая. Лишь от одного его вида напряжение сразу начало уходить.

— Живой, — буркнул лекарь и, пошарив по карманам, достал металлический портсигар. — Его-то матушку, да чтоб жила долго! — искренне возмутился мужчина и зажёг на кончике пальца синеватое пламя, поджигая сигарету. Пригладил светлые волосы и, привычно поправив очки, начал пояснять замершим вокруг людям. — Разорван живот был и селезёнка скорее всего. Догадливый кретин воспользовался родовой магией, да чуть не перегорел.

— Что сделал?! — прорычал командир и вдруг отошёл, грузно присаживаясь на бревно.

Только товарищ незадачливого охотника продолжал стеной стоять рядом с другом и нетерпеливо постукивать пальцами по ремню одной из пряжек чёрного дублета. Алиара же просто слушала, пока не понимая, как после такого ранения он выжил.

Гарц взглянул на неё и видимо решил объяснить подробнее:

— Наш Лорд Тарварос обладал привязкой к семейному накопителю и в момент смерти активировал её, вытянув за раз всю магию, скапливаемую годами членами его семьи.

Слова прозвучали понятно, но как-то осуждающе.

— Но это же спасло ему жизнь? — решила уточнить Алиара вдруг поймав на себе недовольный взгляд незнакомого парня.

— Да.

— Тогда всё в порядке? — почему-то казалось, что это вовсе не так.

— Нет, — прорычал не хуже командира безымянный темноволосый молодой мужчина. — Не всё в порядке!

— Майнор! — сразу одёрнул его командир и тот отвернулся, замолчав.

— Повезло, что не выгорел, пропустив через себя столько мощной магии. — Продолжил лекарь. — Раны затянул. Отбился. Но теперь, скорее всего, попадёт под суд.

— Что? — вырвалось у девушки.

— Если не углубляться в дела его семьи, — ответил командир и поднялся с бревна, подходя, — то ему было официально запрещено брать даже крохотную часть, и его ждала отвязка от накопителя и отлучение от рода.

Алиара немного замялась, но решила всё же спросить:

— И что же, собственная семья подаст на него в суд?

Тишина стала ей ответом, который задел чувство справедливости и рассердил.

— Разве его жизнь не важнее? — произнеся это, она активировала зрение и подошла ближе, изучая ауру пострадавшего повара. Совсем тонкая, блёклая — она состояла из дыр и подтверждала слова лекаря — чуть не выгорел.

— Уходим. — Внезапно произнёс командир. — К нам что-то приближается. Не хотелось бы выяснять что именно.

Пока мужчины поднимали раненого и водружали того на всё ещё сердитого Майнора, Алиара озиралась по сторонам, пока не заметила скопление чёрной ауры, что стремительно приближалась к ним. Одна… две… Нет! Три! Девушка попробовала распознать виды монстров и замерла вглядываясь, медленно втягивая носом воздух. Запах тухлятины… И…

— Алиара! — она дёрнулась, возвращаясь в реальность, и поспешила к мужчинам.

Пришлось свернуть с прямого маршрута к дому и сделать приличный крюк из-за надвигающейся опасности. В полном молчании, небольшими перебежками и под тремя слоями защиты, группа образовала неожиданное, но необходимое построение. Алиара была впереди и прокладывала дорогу, старательно обходя возможные места скопления монстров или их спальные зоны. Дальше шёл командир, помогая и обеспечивая защиту. Затем Майнор с бессознательным Лиманом на спине и замыкающим шёл Гарц, затирая следы ауры и их собственные запахи. Алиара была уверена, что лекарь не способен видеть ауры, но это не мешало ему прекрасно стирать их следы и растворять магические остатки. Синяя магия так и лилась с его рук, искрами осыпаясь на тропу за группой.

Вскоре они вышли к высокому забору, а когда мужчины направились в дом, Алиара ещё немного постояла у открытых ворот, вглядываясь вдаль. Неприятных запахов не ощущалось, чёрных лент, а тем более их скопления не наблюдалось, но на душе всё равно было не спокойно. Алиара прикрыла дверь на плоский, но крепкий металлический засов, проверила защиту и развернулась к дому, наконец заметив бесшумно ожидающего её командира.

Как только они поравнялись, раздался его хриплый голос:

— Значит, ты видишь магические следы монстров? — он повернул голову и посмотрел на неё, но лицо сохранял отстранённое, и поза оставалась спокойной.

Алиара немного неуверенно кивнула, размышляя, стоит ли объяснять свои способности или сейчас хватит и его собственных предположений.

— Интересно, — командир хмыкнул и повернулся всем корпусом, делая пару шагов вперёд. Алиаре пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в его глаза. — Знаешь ли ты что-нибудь о Всевидящей?

Никогда прежде ей не доводилось слышать о ней, и Алиара нахмурилась, отрицательно качнув головой, сохраняя молчание.

— Хорошо. — Он больше ничего не спрашивал, и они вместе пошли к дому.

В гостиной было шумно и сильно пахло гарью. Охнув, Алиара сразу скинула вещи и поспешила проверить, что произошло. Оказалось, что Крэй и Олиан не смогли определиться, как правильно готовить капустный суп, и пока ругались, в сухом чугунном котелке пригорела капуста.

Девушка недовольно посмотрела сначала на чёрную прилипшую массу, а затем на ребят. Крэй понуро опустил голову и виновато улыбнулся, а Олиан сделал вид, что заныли полностью вылеченные раны и сразу ретировался. Командир же, наблюдающий за всем из-за угла, лишь посмеялся.

— Алиара, вы, — он вновь неожиданно перешёл на вежливое обращение, — можете не переживать. Я всё здесь исправлю. Сходите наверх, проверьте тётушку и возьмите с собой Гарца.

— Что? — сразу вскинулся лекарь чем-то увлечённо занятый в гостиной и, недовольно сдвинув брови, выплюнул: — Ведьму лечить! Вот ещё!

Командир застыл, его взгляд похолодел, и Гарц сразу сник, уставил руки в бока и мотнул головой:

— Пошли. — И на ходу пробурчал, — только потому, что я вас очень уважаю, командир.

Алиара не вмешивалась, не услышав ничего нового, лишь кинула любопытный взгляд на диван «для больных», на котором сейчас отдыхал Лиман и, судя по поведению всего отряда, с ним всё будет хорошо.

***

Первые рассветные лучи солнца должны были озарить лес не раньше, чем через сорок минут, когда командир разведывательного отряда Сайдэн Воиргран собрал оставшихся пятерых подчинённых у входа в дом ведьмы. Ночная сырость и прохлада заставляли мужчин ежиться и кутаться в походные плащи.

— Раз так вышло, считаю, что мы обязаны отдать дань уважения и позволить ей умереть в своём доме, а не в холодных темницах крепости стражей.

Сложный разговор об обязательствах вёлся уже минут десять. Сайдэн понимал, что не имеет права просить своих ребят нарушить закон, но также понимал и то, что все дальнейшие действия по отношению к этому дому будут бессмысленными — его хозяйка скоро умрёт. А выращенная ей девочка не несёт ответственности за содеянное своей тёткой. И даже, скорее всего не знает о её прегрешениях.

— Солгать? — в очередной раз спросил Майнор.

— Не договорить. Ведь вы не видели саму ведьму.

— Я видел, — буркнул Гарц.

— Уж ты-то мог бы помолчать, — недовольно укорил его командир и, заслышав шаги за дверью, поспешно добавил. — Нам итак есть о чём докладывать, но решить за вас я не в силах. На рапорты отсрочки не дам. Думайте. Я всё сказал.

Дверь открылась и на улицу вышла Алиара, передав Лиману собранную в дорогу еду. Девушка выглядела обеспокоенной и уставшей, Сайдэн точно знал, что эту ночь она провела без сна в своей башне. Распущенные каштановые волосы тёплого оттенка, длинными прядями легли на плечи и спину, а светло-карие с желтинкой глаза смотрели на него упрямо и с явным облегчением. Он усмехнулся про себя. Кажется, они успели поднадоесть свободолюбивой красавице. Смысла вновь отказывать ей в сопровождении не было, у неё прекрасный магический дар. Она видит либо следы магии, либо и вовсе ауры живых, а также каким-то образом чувствует монстров.

Но, тем не менее, он разрешил ей пройти с ними совсем немного, любезно попросил указать путь без тварей мрака и они распрощались. Последний раз взглянув на тонкую фигурку, прикрытую сейчас старым зелёным плащом, он точно знал, что им суждено встретиться вновь.

Глава 7. Привкус горечи утрат

Алиара проводила взглядом отряд и медленно направилась к дому. Вчера вечером господин Сайдэн рассчитался с ней «за приют и еду» приличной суммой, но внезапно дал один непрошеный совет, что не выходил из головы всю ночь. «Когда ваша тётя умрёт, скорее всего, вы пойдёте в Роурдан. Никому не рассказывайте, откуда вы, идите сразу в военную академию. Скажите ректору моё имя. Там помогут». И все оттого, что Гарц не смог помочь.

На глаза навернулись слёзы от воспоминаний вчерашнего вечера. Сожаление на лице лекаря, спокойствие тётушки, и затем неожиданная жалость и отстранённость командира, словно он хотел что-то сделать, но не мог. Да что тут сделаешь?! Зачем раздавать советы? Лучше бы помог доставить тётю в Роурдан хоть в госпиталь, не говоря уже о центральной лечебнице! Лучше бы привёл кого-то к ним! Лучше бы так не полагался на мнение одного лекаря! Если у Сайдэна Воирграна столь громкая фамилия и сильный род, ему не составило бы труда помочь с лечением! Помочь ей не остаться одной!

Алиара вдруг очнулась от своих мыслей и поняла, что с рук что-то капает. Подняла ладони к лицу и недовольно выдохнула. Настолько сильно она сжала кулаки, что своими ногтями себя же поранила. Красные полумесяцы наливались кровью, и новая капля стекла по руке тонкой дорожкой. О чём же она думает?! Что за ерунда?! Они же спасли ей жизнь! Осмотрели тётю, да ещё и отплатили золотом. Как эгоистично с её стороны желать большего и тем более обвинять посторонних в нежелании решать её проблемы.

Поругав себя ещё пару минут, Алиара вытащила из кармашка жилета платок и промокнула ранки, пуская небольшой импульс света, чтобы залечить эти крохи. Затем вытерла слёзы и, запрокинув голову, улыбнулась рассветным солнечным лучам, любуясь насыщенными красками жёлтого и розового, сплетающимися на светлеющем небе. Тёмный лес пробуждался, теней становилось всё меньше, а птицы принялись разбавлять утреннюю тишь своим пением.

Глубоко вдохнув свежий воздух, наполненный ароматами хвойных деревьев, Алиара направилась домой, собираясь с мыслями. Стоило проверить тётю, приготовить ей лечебную настойку. А для этого восстановить все запасы утраченных зелий, для них и для продажи, на которые, скорее всего не хватит оставшихся ингредиентов. Из груди вырвался мученический стон — всё заново! Нужно будет составить список недостающих трав и камней, возможно придётся посетить лавку Сарванторино. Одна радость, денег на восстановление запасов точно теперь хватит — командир Сайдэн не остался в долгу. Можно даже прикупить в запас того ароматного чая с цветками Южной Эмарии.

Подумав об этом, улыбка сама растянулась на лице, а шаг ускорился, предвкушая поход в город, возможно даже сегодня. В планах и перечислении забот девушка незаметно для себя добралась домой, и, не мешкая, сразу поднялась наверх, попутно отмечая, что теперь в доме неуютно тихо и пусто. Удивительно, как быстро удалось привыкнуть к шестерым незнакомым мужчинам. Прогнав неуместную грусть, распахнула дверь — тётушка лежала в кровати, ночной горшок и тапочки не тронуты, стакан воды, что она принесла перед уходом тоже.

— Тётушка, — окликнула Алиара, проходя в комнату, и сразу повинилась, — извини, тук-тук-тук. — Озвучив забытое действие, Алиара улыбнулась и подошла к кровати, положив руку на плечо, отвернувшейся к стене женщине. — Спишь?

Тётя Марэя не двинулась. Напряжение завладело телом в момент и каменной рукой, девушка достала спасительный артефакт. Затем попробовала перевернуть тётю на спину, но не справившись, схватила было её за руку, чтобы сделать порез, но замерла, разглядывая залитое мягким утренним солнцем родное лицо.

Застывшее, бледнее обычного, оно было таким умиротворяющим, спокойным и расслабленным. Слёзы покатились из глаз крупными каплями, орошая собой рубашку и руку тётушки. Алиара потянулась, поднесла палец к приоткрытому рту женщины и замерла, ожидая подтверждения своим слезам. Но, не желая его принимать, через пару минут, всё же порезала ладонь тёти Марэи и положила на сияющий камень артефакта. И вот он то и оборвал все домыслы и пустые надежды, все оправдания и молитвы. Оставил лишь потухший синий лучик, обозначающий, что человек мёртв.

Алиара как во сне поднялась и убрала артефакт на место, аккуратно положила к нему нож и перевязала тёте руку. Не было мыслей, не было истерики. Были только пустота, замешанная на боли и лёгкая обречённость, от понимания, что жизнь сейчас перевернётся с ног на голову и больше никогда не станет прежней.

Поцеловав женщину в холодную щёку и накрыв тело белой простынёй, Алиара спустилась на первый этаж, зачем-то села за кухонный стол и, переведя ничего не видящий взор на окно, замерла.

Оплакивала любимого человека тихо и долго, мысленный поток растворялся в опустошённом сознании спокойной рекой, позволив перестать ощущать реальность. Принятие давно наступило, а осознание как-то запаздывало.

В какой-то момент в груди коротко и больно кольнуло и это вдруг привело девушку в чувство. Алиара резко поднялась со стула и сразу закряхтела, ощутив занемевшее от долгого сидения в одной позе тело. Опустошённость сменилась физическим недомоганием, скорее всего от продолжительного волнения и слёз, начала болеть голова, лицо явно отекло, да и усталость дала о себе знать. Немного потянувшись и размяв шею, зацепила взглядом окно, в которое смотрела всё это время и охнула от неожиданности, увидев за ним раскрашенное закатом небо и начало вечерних сумерек. Она просидела весь день?

Выйдя в гостиную, попутно встряхивая полы рубашки, безуспешно пытаясь просушить её от слёз, Алиара посмотрела на лестницу. И сразу приняла решение действовать, учитывая сколько времени потеряно. Умывшись и переодев мокрую рубашку, собрала привычно сумку для похода в город. Следовало срочно найти помощника для захоронения! Самой ей не вытащить тело из дома и уж тем более не похоронить, следует кого-то нанять. Значит нужно и защиту укрепить, пока дом будет стоять один. Но как же она найдёт кого-то для похода в «тёмный» лес ночью? Алиара от осознания даже выронила из рук сумку, что несла к выходу.

Скривилась. Ничего, разберётся на месте, в конце концов, приплатит побольше. В гильдии наёмников должен найтись нужный человек, которому можно будет довериться.

Кинув сумку у двери, поставила туда же сапоги и натянула тёплые чулки в рубчик до колена поверх штанов. Затем поспешно сбегала в лабораторную башню, забрала остатки целых зелий и расставила также у двери. В маленькой кладовке у кухни собрала все ценные травы и кинула рядом с зельями. Затем почему-то бросилась на кухню и достала из подпола остатки продуктов. Выбрала сыр, хлеб и бурдюк, незаметно для себя наполнив его водой. Словно в прострации отыскала в своей комнате мешочек со сбережениями и засунула в сумку. А напоследок быстро поднялась по лестнице и, взявшись за ручку двери, вдруг замерла.

Страх сковал на секунду и мгновенно отрезвил. Алиара уставилась на лестничный проём, обдумывая, что заставило её собирать все важные и ценные вещи в одном месте. А придя к выводу, что скорее всего это был страх и опасения за дом, как ни странно, ведь на её памяти последний раз он оставался пустым лет пять назад, когда они с тётей из необходимости покупки одежды и ткани отправились в город вместе, а повстречав господина Баксмера тётя зареклась соваться в «это проклятое место».

Алиара вновь посмотрела на свою руку, что неуверенно сжимала ручку и ощутила прилив дрожи во всём теле. Сглотнула и наконец, вошла в тёмную комнату. Затхлый неприятный запах сразу ударил в нос и девушка, не глядя на кровать, поспешила открыть окно, запахнуть тонкие шторки по привычке и зажечь пару свечей в настольной жирандоли.

Повернулась и в неверном жёлтом свете осмотрела тётю, накрытую белой простынёй. Нос сразу защипало, и на глаза навернулись слёзы. Но быстро взяв себя в руки, Алиара присела на корточки у кровати и сунула руку, нащупав сундук далеко у стены. Небольшой расписанный тётей кованый сундучок открылся от магического слова со скрипом и взору предстал чёрный куб в медной витиеватой окантовке, напоминающей ветви лозы. Сам куб был сделан из черной стали, и лишь с одной стороны, к нему медными веточками крепилась деревянная тонкая пластина с замочной скважиной в центре.

Алиара глубоко вздохнула, сосредоточилась на своей привязке к защите и, приложив палец к скважине, принялась питать артефакт своей магией. А закончив, положила куб обратно и вдруг заметила на дне сундука конверт, обвязанный бечёвкой. Застыв на несколько секунд, дрогнувшей рукой подняла его, и пальцы почувствовали ледяной холод. Под конвертом лежала тонкая металлическая пластинка с высеченными рунами пламени и сохранения температуры. Алиара хорошо их знала ни раз применяя в быту и их и эти заклинания. Отложила пластинку и, вскрыв конверт, принялась читать.

«Прости меня, моя девочка. Я была плохой опорой, много лгала и мало смогла дать. Знай, я полюбила тебя с первых дней нашего знакомства и всегда считала своей дочерью. Хотела бы я тебе всё объяснить, но боюсь, вреда будет больше, чем пользы. Знаю, что ты забыла про мою шкатулку. И знаю, что не сможешь справиться с моим телом сама. Не плачь! Возьми пластину, положи на меня и активируй. Я сгорю в защитном барьере. Я специально перенастроила его на разовое сдерживание высоких температур. А вот с дымом поделать ничего не смогла. Но окна закрой, проветришь, когда последний жар спадёт с моих останков. Не смотри. Знай, что я ни о чём не жалею и рада наконец, покинуть этот плотоядный мир. Не говори Баксмеру о моей смерти! И помни — ты можешь доверять лишь себе».

Прижав к груди письмо, Алиара всхлипнула и постаралась унять бегущие по щекам слёзы. Тётушка просила не плакать, но как же это тяжело! Позволив себе пару минут, собралась с силами, встала и, не мешкая, положила пластину на грудь тёте. Вот только лежать она осталась на боку, и кусочек металла сразу заскользил вниз. Поймав его, Алиара постаралась немного развернуть тело, а когда это удалось, вновь потянулась с пластиной, но вдруг замерла, прислушиваясь.

Торопливо подошла к окну, отодвинула шторку и аккуратно выглянула из-за угла, стараясь не шевелиться. На территории дома не было освещения снаружи, поэтому в опустившейся на лес тьме уже невозможно было что-либо рассмотреть. Алиара сразу потянулась к защите, но ожидаемо с ней было всё в порядке и контур напитан полностью.

Вновь вгляделась в незримую темноту, подумав, что даже не заметила, когда сумерки уступили место ночи. Активировала особое зрение и вздрогнула. Вся земля за забором была прошита красными и бардовыми нитями аур. Трое! Нет, четверо! Коричневые пятна появлялись в отдалении, подсказывая, что маг обходил периметр. Кто это? Что им нужно? Неужели Сайдэн доложил и за ними сразу направили «инквизиторов»? Она ждала, продолжала терпеливо всматриваться и незаметно для себя комкала тонкую ткань шторы, нервно припоминая защитные заклинания не от монстров, но людей. Как жаль, что она их почти не знала. Книги и тётя Марэя учили лишь самому необходимому, в силу своих возможностей и особенности магии тётушки. Следовало давно задуматься о личном учителе, начать откладывать, больше стараться, больше трав выращивать, искать, продавать. «Знала бы куда упаду, воздушную перинку бы выучила» — любила повторять Марэя, иронизируя над сложным заклинанием высокого ранга, недоступным большинству магов среднего звена. Стоило прислушаться к смыслу поговорки. Только теперь Алиара поняла это.

Задумавшись, девушка упустила внезапный проблеск света между деревьями, прямо у калитки, а когда заметила, было поздно. Огненный сгусток летел прямо в окно с немыслимой скоростью. Она только и успела, что с криком грохнуться на пол и закрыться слабеньким щитом.

В тоже мгновение правую ногу пронзила жгучая боль. Девушка вскрикнула и отползла подальше, сразу упираясь спиной в холодное железное кольцо сундука. Шкатулка! Огромный сундук, любовно названный тётей шкатулкой для ценностей. Алиара сунула письмо, что всё это время держала в руке, за пазуху, и накинула на тлеющий дверной коврик сферическую защиту, что позволило загасить разгорающееся пламя. Затем поискала взглядом тётину сумку, сразу повесила на плечо и открыла шкатулку. В этот момент снизу послышался звук битого стекла. Следовало поторопиться. Не мешкая, схватила книгу с тётиными наработками, несколько баночек разных мазей и четыре небольших артефакта. Больше взгляд ни на что не упал, а стоило прикрыть карман сумки, как сзади раздался грохот, ударив по спине волной жара. Алиара обернулась.

Новый огненный сгусток угодил в приоткрытый шкаф, принявшись пожирать вещи, а сразу за ним прилетел шар крупнее, разбившись о дверь и вновь поджигая коврик. Алиара сглотнула и подбежала к кровати тёти. Забросила в сумку лечащий артефакт, защитный и схватила металлическую пластину. Рука уже потянулась к тете, когда очередной шар врезался в стену над кроватью и окропил их огненным дождём. Вскрикнув от неожиданности и прикрывшись руками, Алиара быстро похлопала себя по прожжённой рубашке, не позволив ей загореться и заметив тлеющую простынь на теле тётушки, сдёрнула её, откидывая в сторону.

Металлической пластиной следовало сжечь тело в защитном коконе, не перемещая и не подвергая опасности дом. Вот только теперь, когда дом, итак, горит, а возможное спасение под вопросом, насколько было необходимо сжигать тело? Нет сомнений, нападающие не отступят, не станут гасить пламя, и не придут на помощь. Дом неминуемо сгорит.

Очередной пламенный сгусток ударил неожиданно и резко, отбросил девушку на полметра, роняя почти под горящую дверь. Подскочив на ноги и увидев охваченное пламенем тело тёти, Алиара поджала губы. Сердце кольнула боль, и что-то на миг пошатнулось внутри девушки, перехватывая дыхание. Осознание заставило запаниковать. С неё спали все щиты! Теперь лёгкие в короткий вздох наполнились дымом, голова начинала кружиться, а магия вдруг перестала слушаться. Алиара стиснула зубы, попробовала вновь поставить защиту, но ничего не вышло, тогда она кинула последний взгляд на тётю. За языками пламени уже не было возможности рассмотреть лицо, чтобы напоследок запомнить каждую морщинку и родинку. Алиара всхлипнула, развернулась и, проверив, всё ли взяла, вышибла горящую дверь ногой, спускаясь на первый этаж.

Тут тоже всё было в огне. Ей казалось, что она слышала лишь один раз звон стекла, но судя по увиденному, сюда попало минимум три огненных шара. Воздух здесь уже раскалился, и комната стремительно наполнялась дымом. Повезло, что у входа не было ковров, и огонь ещё не добрался до сброшенных в кучу вещей. Зажав рот рукавом прожженной рубашки и вновь обратившись к внезапно оглохшей магии, девушка быстро схватила все собранные вещи — повесила на себя вторую сумку, наплечный мешок с травами и прикрылась накидкой. Натянула сапоги и судорожно обернулась, наверху раздался очередной грохот. А через секунду в кухонное окно залетел крупный сгусток пламени, врезаясь в кирпичную печь и отбивая ей угол. Осколки кирпичей полетели в разные стороны. Пытаясь прикрыться, Алиара отступила к кладовке и вдруг вспомнила. Окно! В коридоре возле кладовки есть небольшое окно, в которое пролез командир, когда его группа вломилась в её дом. С улицы оно было заколочено двумя досками, но теперь их точно нет!

Горло сдавил кашель, страх подгонял, и девушка, не обращая ни на что внимания, бросилась вглубь коридора, не заметив обогнавший в одно мгновение шар, что пронёсся рядом с головой и врезался прямиком в это окно, поджигая старую деревянную раму и доски пола. Алиара отшатнулась, но огонь успел поджечь рукав рубашки, и девушка принялась унимать его постукиваниями. Магия не отзывалась, а окно продолжало разгораться. Пробежав взглядом вокруг и ничего не найдя себе в помощь, она накинула капюшон, зажала в руке полы плаща и принялась локтем выбивать стекло.

За спиной раздавались звуки последствий от огненных шаров — звон стекла, посуды, обвал кирпича, треск сгораемых в жадном пламени вещей. Подтянувшись, высунулась, стараясь не порезаться. Огонь же сразу принялся облизывать зелёный старый плащ и Алиара, запаниковав, неловко вывалилась на улицу с глухим стоном. Удар о землю пришёлся на плечо и немного дезориентировал. А когда перед глазами прояснилось, девушка осмотрелась.

Подсвеченная пожаром территория дома была пуста, следы аур копились за забором, не смея проникнуть на территорию. Её вынуждали покинуть дом. Знали, готовились. «Сайдэн» — вновь обожгла сердце мысль. Но быстро её заглушив, Алиара подбежала к забору, нащупав брешь, через которую не раз убегала из дома, когда они с тётей ссорились. Теперь приколоченная доска, уже трухлявая, легко поддалась и полетела на землю. Алиара замерла и осмотрелась, а, не заметив рядом пятен аур нападавших, юркнула в лаз, сразу бросаясь прочь и вновь пытаясь обратиться к обычной магии.

Только сейчас девушка осознала, что особое зрение и чутьё словно работало в ней отдельно. Или же все силы уходили на использование этих умений. Алиара сосредоточилась. Следы аур стали плотнее и шире. Испуганно замерев, она проследила взглядом пути ближайших нитей и обернулась. Судя по следам, в их дом пожаловало четверо магов с бардовой и красной аурой, и один с коричневой. Она ошиблась с подсчётом. Маги среднего звена, а в данном случае — наёмники. И сейчас трое из них находились где-то рядом с калиткой. Немного поискав, смогла обнаружить ещё одного с другой стороны дома, но тоже за территорией. А вот последнего нигде не было. Алиара задержала дыхание, замерла и медленно обвела взглядом лес по эту сторону дома. Ничего не обнаружив, она вдруг почувствовала спиной взгляд, а обернувшись, испуганно отшатнулась. Но увернуться не смогла, и магическая алая сеть закутала её словно в клубок, сжимая и роняя на бок.

Совсем рядом стоял высокий мужчина, плечистый, в кожаной броне тёмных цветов и широкой походной накидке, подбитой по краям редким мехом. Он неторопливо подошел, присел на корточки, и в темноте капюшона сверкнули красные глаза. Алиара сжалась сильнее, теперь уже от страха, но он не торопился что-либо делать. Всё рассматривал и покачивал внушительным чёрным кинжалом с красивой витиеватой надписью на рукояти. Аура мужчины не оставляла следа, что странно, ведь с красным рангом магии он не должен был уметь настолько хорошо её затирать, а лишь «размазывать» по земле, в защите от монстров.

— Всё для нас собрала? — раздался низкий хриплый голос, вызывая дрожь в теле. — Хорошая у вас защита, но не от магии…

Его голос дрогнул. Он резко встал и развернулся, вытянул вперёд руку с ножом, приготовившись обороняться. Носа сразу донёсся лёгкий шлейф гнили, и девушка содрогнулась. А завидев приближение чёрных сгустков тьмы монстров, принялась искать в сетке слабые места. Но их не было! Наёмник же что-то прокричал и вдруг кинулся вперёд, на ближайшую тварь. Глаза расширились в страхе от понимания, что за монстры пожаловали, а паника плотным комом подступила к горлу. В этой сетке она себя не скроет.

А тем временем косточник замер вдалеке, позволяя двум чёрным аламурам атаковать мужчину, что пока успешно отбивался и нападал в ответ. Но Алиара видела. Видела, как неспешно приближаются вурмы, фарфы, косточники; как подлетели и уселись на ближайшие ветви деревьев летучие мыши-ежи; услышала, как трещат от энергии ящерные мурены; как стонут, словно в муках духи-висельники.

Руки затряслись, слёзы навернулись на глаза. Никогда ещё она не видела столько разных тварей магического леса за один раз, всех вместе, организованным отрядом. Во рту пересохло от напряжения, а по виску скатилась ледяная капля пота. Но когда раздался оглушительный крик наёмника, перемежённый хрустом костей, она, не повернув головы, воспользовалась светом, что сразу откликнулся, и порвала сеть на клочки. При этом отлично понимая, насколько привлекла внимание монстров.

Вскочив на ноги, слыша топот разнообразных конечностей и шипящий стрёкот за спиной, активировала кулон, защиту и без оглядки понеслась вперёд, сосредоточенно отслеживая чёрные нити и пятна впереди. Несколько раз пришлось уклоняться от магических атак или паутин, сворачивать, обходить или пережидать, слушая стук вырывающегося из груди сердца. Но в какой-то момент девушка поняла, что больше не в состоянии бежать, лёгкие горят, и начинает мутить.

Алиара остановилась у широкого ствола дерева, прислонилась к нему и сползла на землю с сиплым выдохом, пытаясь отдышаться. Медленно обвела тёмный лес взглядом и вдруг поняла, что одна. Рядом не было монстров и даже их размытых следов аур. Принюхалась, вновь убеждаясь в этом, и только тогда смогла выдохнуть спокойнее. Достав трясущейся рукой бурдюк из сумки, Алиара жадно принялась глотать прохладную воду и когда утолила жажду, наступило облегчение.

Почему же к тому наёмнику не пришли его соратники? Бросили? А может были убиты? Сглотнула вязкий ком и поднялась на трясущиеся ноги. Не время сидеть и думать. Надо двигаться дальше. И вот только сейчас, взглянув на тёмный ночной лес так же, как и несколько минут назад, она друг осознала, что всё это время следовала по тропе голубого света. Взгляд плавно перешёл на себя, и девушка резко подняла руку, рассматривая белое свечение, окутавшее её тело. Как тогда, когда она маленькой бежала сквозь тьму леса к домику тётушки по наказу матери. Кулон защищал, тропа вела.

А ведь прибежав сюда, она осмотрела всю землю в округе на следы разных аур и ничего не нашла! Нервно дёрнув за кулон и проверив, на месте ли сумки и наплечный мешок, девушка осмотрелась. Монстров поблизости не наблюдалось, места должны быть знакомые, но ночью она видит лишь ауры и, сойдя с тропинки, становится совершенно не понятно в какой стороне Роурдан.

Нервное напряжение ещё не спало, но теперь звуки ночного леса и редкий свет полной луны стали осознаваться лучше. Бешеный ритм сердца унялся, и страх потихоньку начал отступать. А стоило отпустить напряжение и позволить себе спокойнее дышать, как в сознание ворвалась боль — обожжённая правая нога, отбитое плечо, лёгкие, словно всё ещё заполненные дымом — всё это навалилось резко и сбило настрой. Но лишь на несколько минут. Немного продышавшись, поняла, что в целом всё не так плохо, выудила пузырёк с обезболивающим зельем и зажмурившись опустошила в пару глотков, немного закашлявшись от горечи. Думать о произошедшем не хотелось, следовало поскорее покинуть лес. После того, что она увидела, даже с полным сокрытием ауры здесь стало не безопасно.

Город находился на северо-западе от леса. Алиара быстро определила сторону и вдруг поняла, что она соответствует направлению голубой тропинки. А ещё, что ни её свечение, ни белый свет на собственном теле никуда не исчезли. Стоит при выходе из леса как-то всё это убрать. Вновь немного попив воды, девушка двинулась по светящемуся голубому следу в сторону Роурдана.

Глава 8. Не дыши

Тот же день. За несколько часов до случившегося.

Сайдэн и Сагмар Воиргран были двоюродными братьями. Росли они вместе, учились во многих структурах и гильдиях вместе, служили гвардейцами при императоре вместе, а после их пути разошлись. Сагмару предложили место ректора, и он согласился, не раздумывая, а Сайдэн некоторое время ещё отдал на обучение высшему рангу магической разведки и сразу был зарекомендован в основной состав, где вскоре стал командиром основной группы первого подразделения и командующим всеми частями разведывательного корпуса гильдии стражей, пожертвовав предложенным постом генерала. А вскоре из крепости стражей их переформировали и отнесли к военной палате, благодаря чему гильдия расширила возможности управления не только с подразделений стражей, но и напрямую руководила отрядами разведки.

Военная палата стала сотрудничать с гильдией, а тёплые взаимоотношения и общие заботы легли на плечи командира Сайдэна Воирграна. В общем и целом, Сайдэн прекрасно справлялся, зная структуру гвардии императора, стражей города и принимая непосредственное участие в обновлении системы, желая сделать из двух охранных структур единую, что будет самостоятельно разбирать дела и перенаправлять в нужное подразделение, не касаясь императора. Такого было его желание. Ведь спор этих гильдий сильно мешал Высочеству, тормозил требуемые процессы и путал служивших.

Третий год Сайдэн налаживал работу и порядок в системе, успешно справляясь, но пара незаконченных дел всё же стали камнем преткновения. Несчастный дом ведьмы, что не могли найти и активный прирост тварей в тёмном магическом лесу. Военная палата считала, что два этих нюанса связаны и вполне закономерны, однако командиры отрядов разведки, с которыми он был солидарен, не были так однозначны, предпочитая рассматривать и вариант другого влияния на изменения леса.

Стоило им вернуться в город и доложить о потерях, переполох поднялся такой, что пришлось собрать Совет командиров, направить срочный отчёт императору и лично ответить за каждого погибшего перед его семьёй, ведь главы родов немедля прибыли для выяснения обстоятельств произошедшего. Давно они не теряли сразу столько людей на задании. В итоге всё улеглось лишь к обеду и сейчас после непродолжительного отдыха, ему, наконец, повезло вырваться из здания гильдии стражей.

Следовало решить небольшую задачу, касательно одной прелестной тёмной головки, столь рьяно сверкающей желтизной больших глаз. Гарц был уверен, что тётка умрёт на днях и либо девчонка останется в том доме, либо отправится в город. Сайдэн смел надеяться, что она последует его совету и вскоре посетит военную академию, а значит нужно предупредить брата как можно раньше.

Не сказать, чтобы он собирался помогать красавице, своих дел по горло, но и судьба этой своевольной и, несомненно, одарённой девушки не могла не волновать. Потеря памяти, десять лет жизни с ведьмой в лесу монстров и редкий дар, требующий развития. О-о, он не имел права отпускать столь ценного для империи человека. По крайней мере, он чувствовал, что она важна.

Обеденное время отличало академию шумом и хаосом в коридорах, настоящая вакханалия из амбициозных, молодых, неопытных ребят, стремящихся себя показать. А ведь он сам окончил её не столь давно. В свои двадцать восемь он успел многого достичь благодаря таланту и рвению, но и понимал, сколь многим обязан отцу, что с раннего детства взялся за жёсткое обучение и не позволял своевольничать.

Задумавшись, Сайдэн незаметно для себя добрался до кабинета ректора, преодолел помощницу, кивнув для приветствия и, привычно забыв постучать, открыл дверь в кабинет. Картина предстала интересная — его брата соизволила посетить Всевидящая, что и ради просьб императора не желала покидать своего особняка.

— Я ему говорила! — только теперь Сайдэн услышал тонкий писклявый голосок помощницы и наконец, взглянул на рыжую низенькую молодую девицу, что стояла рядом, не переставая лепетать и поправлять круглые толстые очки. — Простите…

— Приветствую леди Дариа, — уважительно кивнул Всевидящей и вновь перевёл взгляд на ректора.

Брат только тяжело вздохнул и улыбнулся, приглашающим жестом указывая на любимое Сайдэном кресло между окном и книжным стеллажом. Девушка получила распоряжение на новую пару чашек кофе и закрыла дверь с той стороны, а стоило плюхнуться в мягкое невероятно удобное старое кресло, как леди Аториас чинно поднялась со своего места и обратилась к Сагмару.

— Я благодарю вас за уделённое мне время, господин Сагмар.

«А её голос не потерял и капли надменности с последней их встречи» — хмыкнул про себя Сайдэн, внимательно наблюдая за учтивым лёгким поклоном брата. Сам же мог позволить себе не вставать.

— Польщён вашему личному присутствию в столь важном для меня месте, — ректор галантно поцеловал руку в кружевной перчатке.

— Надеюсь, вы прислушайтесь ко мне, — дама стукнула пару раз резной тростью о толстый ковёр на полу, словно объявляя о своём уходе, и направилась к двери, произнеся напоследок: — Если, конечно, вам хватит здравого смысла.

— А уверена ли она, что род её угас? — хмыкнул себе под нос Сайдэн, провожая пожилую леди взглядом.

— Что? — сразу отреагировал брат.

Сайдэн хищно улыбнулся, и Сагмар заинтересованно выгнул бровь.

— Как ты смотришь на незапланированных маленьких ведьмочек?

— Своих? Упаси Великий Грон! — глаза ректора округлились, и он шокировано опустился в своё кресло, развернув его так, чтобы удобнее было общаться. — Какие ещё ведьмы?

— Я сказал ведьмочек, — аккуратно поправил Сайдэн, снисходительно покивав головой. — Маленьких.

— Я рад твоему здравию после очередной вылазки, — устало потёр переносицу Сагмар, — но не следует ли провериться тщательнее?

— А чего ради, тебя посетила Всевидящая? — решил немного сместить тему разговора и полюбопытствовать.

Брат же в ответ лишь отвёл взгляд, вытянул руку и нервно побарабанил пальцами по столу, явно подбирая слова.

— А вот это интересный вопрос, — вдруг проронил он, продолжая пытливо изучать собственный стол, словно надеялся выискать дефекты в любимой вещи. — Всевидящая настойчиво потребовала снять все возможные практики и ограничить посещение даже предлесья адептам и преподавателям на неопределённое время.

— Императорский приказ? — нахмурился в сомнении Сайдэн, подавшись вперёд.

И тут в дверь тихонько постучали. В кабинет заглянула помощница ректора с круглым серебряным подносом. Она спешно поставила на стол две чашки с кофе, вазочку с сахаром и сливочник, после сразу скрывшись за дверью. Наблюдая за действиями изящных рук, Сайдэн прокручивал в голове новость и не мог не задать волнующий вопрос, стоило двери плотно закрыться.

— Почему я не в курсе?

— Вот здесь вся загвоздка, — Сагмар неторопливо повернул к себе ручку чашки и положил на неё пальцы, замерев. Сайдэн тоже пододвинул к себе напиток, стремясь смочить пересохшее горло. Они пересеклись взглядами, и стало понятно, насколько брат нервничал. — Ведь и Император ещё не в курсе.

— Что? — рука дрогнула, и кофе расплескался по дубовой столешнице.

Однако ни один из братьев не обратил на это внимание.

— Всевидящая ощутила внезапную необъяснимую тревогу в очередной раз проверяя предлесья, — продолжил Сагмар. — Она что-то увидела и, не желая вдаваться в подробности, поспешила предупредить возможные вылазки адептов и сейчас конечно направилась к императору. Она сказала лишь, что ожидает чего-то поистине ужасного.

— И из-за этого требует закрыть посещение леса? В разгар практик и лесных сборов лекарственных трав, охоты? Я молчу уже о стандартных проверках…

— Сам знаешь — с Всевидящей не спорят.

Они ненадолго замолчали, дружно попивая кофе. Кто бы знал, насколько сейчас ему хотелось продлить эти минуты отдыха и относительного спокойствия. Но осознание заставляло лишь обдумывать дела. Требовалось начать формировать группы и всех известить, обсудить с Императором режим боевой готовности и попытаться узнать, чего они ждут, собрать совет командиров и конечно необходимо было на ближайшие дни забыть про полноценный отдых, несмотря на то что они всего несколько часов как вернулись со сложнейшей операции, где просто всё что могло пошло не так.

В какой-то момент Сагмар вспомнил о пролитом напитке и провёл над ним ладонью, испаряя всё без остатка. А когда он закончил, Сайдэн привычно продолжил — поднялся, протянул руку и принялся аккуратно выжигать оставшееся масляное пятно, не затрагивая дерево стола.

Братья всегда действовали слаженно, без лишних слов и эмоций, понимали друг друга по взгляду или даже просто по действию магии. Сагмар мог бы и сам выжечь пятно, но они настолько привыкли к безмолвной помощи, что даже в таких мелочах это выражало свою элементарную необходимость, словно некий незыблемый ритуал, подтверждающий их полное доверие друг другу.

— Я не понимаю, — вдруг произнёс Сагмар, стоило Сайдэну закончить и допить залпом остатки кофе, подперев бедром стол. — Почему она не говорит, что видела? А если не видела ничего, почему так уверена в опасности?

Сайдэн и сам этого не понимал. Всегда считал, что Всевидящая именно что видит, а не ощущает, не заглядывает в будущее и не предчувствует. Но им ли сомневаться в возможностях такой особы?

— Если леди Аториас переживает, то прохлаждаться некогда. — Сайдэн выпрямился и оправил одежду. — Собственно я хотел попросить об одолжении.

Брат заинтересованно выгнул бровь и неожиданно хитро улыбнулся.

— Академию в ближайшее время может посетить некая девушка…

— О-о, — Сагмар вдруг рассмеялся и поднялся, — не верю своим ушам.

— Прекрати, — сразу нахмурился командир, и поспешнее чем следовало, продолжил. — Жительница леса, без прошлого и… без будущего, если не помочь. Я в долгу.

— В долгу? — хохотнул Сагмар, развеселившись.

— Пожалуйста, зачисли её и сразу извести меня, как только…

— Эх, брат, — ректор вдруг похлопал его по плечу и наигранно вздохнул. — Не слышал бы сам – не поверил! Ни одна хитрая девица с огромным состоянием и наимилейшим личиком во всём Роурдане не смогла покорить тебя и затащить к алтарю, а… как ты сказал? Жительница леса? После первой же встречи!

Терпеливо дослушав, Сайдэн ухмыльнулся и любезно произнёс, пытаясь не скрипеть зубами.

— Дорогой брат.

— Я весь внимание! — его улыбка даже стала шире.

— Думаю, твоё рвение понравилось бы леди Алисон, — Сайдэн многозначительно помолчал и добавил с лёгкой улыбкой: — А я лишь только попросил тебя принять в «твою» академию новую кровь.

Брат сразу сник и недовольно вздохнул, показывая, насколько его «радует» эта тема. Ведь его прелестная девушка уже очень давно и искусно делает намёки и всячески показывает прямо-таки острую необходимость приличной девушке выйти замуж. О чём вечно занятой ректор пока и думать не планировал.

— Умеешь ты испортить настроение, — буркнул он, и устало протянул. — Просто хотел немного сгладить повисшую тяжесть в этом захламлённом проблемами кабинете. Ты полагаю, направишься в Военную палату?

— Да. Необходимо выяснить, что имела ввиду Всевидящая и подготовиться.

— Я сообщу о девушке, если она появится, — серьёзно произнёс Сагмар. — Дочь ведьмы?

— Не думаю. Но её способности тебя точно заинтересуют.

— Уже интересно! — вновь улыбнулся брат. — Ты не сказал как ваша вылазка?

— Шестерых, — сразу ответил Сайдэн и подошёл к окну, принявшись разглядывать беспечно гуляющих по мощёным дорожкам адептов и суетливых преподавателей, спешащих успеть пообедать под тёплыми солнечными лучами в академическом парке. Говорить не хотелось, стыд и горечь душили.

— Ты не виноват, — сразу понял его брат.

— Пока я командующий – я всегда виноват.

Слишком давно такого не случалось. Посчитал, что выровнял систему, держал всё в руках. Расслабился, отвлёкся, а в итоге не спас столь многих. Только он в ответе за своих людей и к принятому Советом решению должен был отнестись серьёзнее, не позволяя формировать группу из молодых солдат.

— Ты знаешь, что делать, — спокойно произнёс Сагмар. — Соберись и не слушай Совет.

Сайдэн с благодарностью улыбнулся и, пообщавшись с родным человеком ещё некоторое время, направился прямиком на аудиенцию к Императору, чтобы выяснить серьёзность ситуации. До самого вечера его не оставляли дела, и, что странно, вязкие тревожные мысли, которые словно назойливая мошкара то и дело пробегали зудом по коже и необъяснимым беспокойством по сердцу. А с наступлением ночи, даже общая изнурённость не смогла заставить его сомкнуть глаз.

***

Обычный путь от дома тётушки Марэи до Роурдана Алиара привыкла преодолевать за час. Но вот уже около трёх часов она осторожно, не торопясь и активно используя особое зрение, шла по мягкой болотистой земле, что неприятно чавкала под ногами, а влажный ночной воздух заставлял тело покрываться мурашками и вздрагивать. Усталость брала своё, плечи давно ныли от тяжёлых сумок, голова после пережитого начинала болеть. Не сразу, но Алиара поняла, что плечо, на которое она упала, пострадало сильнее, чем думалось, а также жгло кожу на правой ноге — зелье почти перестало действовать. Ноги гудели от усталости, а глаза высохли из-за постоянного высматривания в темноте аур. Алиара пыталась охватить как можно большую территорию вокруг себя, но магическая слабость уже накатывала, и становилось понятно — скоро её резерв истощится, а город всё не появлялся вдали.

Вот только всё это было не важно, потому что как бы она не вымоталась, как бы не истощила резерв, а магия сейчас была жизненно необходима. Очередная капелька пота скатилась по виску от напряжения и Алиара вытерла её влажным рукавом рубашки. Приходилось передвигаться не торопясь, внимательно осматривая землю на нити аур монстров, ветви деревьев, в которых могли скрываться разные твари. Иногда приходилось обходить чёрные крупные пятна — норы или скопление мелких тварей. Пару раз не повезло наткнуться на крупных хищников, но каждый раз удавалось схорониться благодаря активации кулона, что вновь и вновь стирал её присутствие и следы собственной ауры.

Убрать с себя сияние получилось почти сразу, лишь раз повторив слова заклинания, при этом оставить голубую дорожку света, ведущую к городу. В темноте без неё она бы сразу заплутала. А магия маминого кулона не работала без способностей Алиары видеть чужие ауры.

Не сразу, но отправившись после передышки в сторону Роурдана, Алиара поняла, насколько далеко успела забежать, спасаясь от тварей леса. Думая, что бежит в нужном направлении, скорее всего в какой-то момент она сбилась с пути, спасаясь от монстров, бегущих по следу. А в итоге сама убежала далеко в противоположную сторону, к болотистой части тёмного леса, благо остановилась раньше, чем попала в ночи в трясину.

К счастью, эту часть леса она тоже успела изучить. К несчастью, до города было в три раза дальше. А судя по зарождающимся рассветным сумеркам, она должна была уже давно начать видеть вдали скопления разноцветных точек, благодаря большому количеству магов в городе. Стараясь не думать об этом и стиснув зубы покрепче, Алиара прошла ещё не меньше получаса, когда наконец увидела первых крохи цветных пятен в ночи меж высоких деревьев.

Улыбка сама расцвела на губах, но тут же померкла, стоило преодолеть ближайший пригорок. Алиара сразу метнулась вниз, пригибаясь и задерживая дыхание. Косточник. Всего в нескольких метрах медленно и крайне тихо направлялся на северо-восток и сейчас резко замер, смещаясь с траектории. Вот почему не было видно «ауры города», чёрное пятно монстра в полутьме затмило всё собой, а она не разглядела его за пригорком. Алиара не мешкая, зашептала слова заклинания, стирая своё присутствие, и застыла недвижимо.

Шорох тонких кожистых рук-конечностей становился всё ближе. Сердце выпрыгивало из груди, в голове мелькали варианты побега, а магия уже прилила к рукам, готовясь излить последние крохи на спасение. Всего метр и никакая защита не укроет. Монстр вдруг остановился и замер. Долгие секунды растянулись в минуты, стало казаться, что теперь он прождёт здесь до самого рассвета, когда паук резко развернулся и заторопился прочь в том же направлении.

Алиара рвано выдохнула и высунулась проверить его следы. Чёткие чёрные нити потянулись за косточником, а сам он уже завернул за широкое сухое дерево и вдруг растворился. Алиара подавилась воздухом и вскочила на ноги, затем сразу испугалась и присела. Сердце колотилось как сумасшедшее, горло пересохло, но девушка внезапно пригнулась и не думая, стараясь не шуметь, оглядываясь, мелкими перебежками добралась до сухого дерева.

Но вокруг сухого широкого ствола ничего не было. Совершенно ничего! Где же чёрные следы? Алиара сделала пару шагов вперёд и тут же ощутила давление на всё тело. Из лёгких вышибло воздух, а кожу обожгло. Ощущения были похожи на резкое погружение в ледяную воду, но следующий шаг сразу всё прекратил. В одну секунду дыхание вернулось, в глазах прояснилось, странный шум ворвался в сознание, а стоило выровнять дыхание и поморгать, прогоняя мутность, как представший вид в мгновение обездвижил.

Девушка так и застыла с открытым ртом боясь шевельнуться, вдыхая смрад гнили и разложения, и начиная молиться Великому Грону, чтобы всё ещё активированный кулон спас, а магия не иссякла в эту минуту.

Взгляд медленно заскользил по огромной поляне сухостоя, на которой спали не сотни, тысячи, мелких тварей и разномастных огромных монстров. Их туши закрывали собой всё пространство вокруг, не позволяя увидеть ни кусочка травы. Чёрное полотно спящих чудовищ и торчащие меж ними острые серые стволы когда-то живых деревьев, обломанные сейчас до остроты. Весь ковёр ужаса живых медленно накрывали рассветные сумерки, позволяя Алиаре вдоволь «насладиться» увиденным. Монстры сопели, кряхтели, поскуливали, кое-где урчали, шипели и стрекотали, а вдали эхом проносились отголоски завываний духов и утробный вой.

Алиара прикрыла рот и сглотнула слюну, всё ещё не двигаясь, и в тот же момент ближайшая крупная туша немного шевельнулась, заставив спину покрыться ледяным потом. В голове не могла сформироваться ни одна связная мысль — всё затмил страх. И сейчас он упорно старался завладеть девушкой, чьи глаза продолжали бегать по чёрной шерсти, тонкой человеческой коже, крыльях, наростах, хвостах… а главное, зубах.

Медленно, абсолютно бесшумно — выдох и крохотный шаг назад. Одно она понимала чётко, если не взять себя в руки прямо сейчас и не начать действовать — то с жизнью можно попрощаться. Каждый удар собственного сердца казался невыносимо громким, каждый шаг, словно по тонкой жерди через пропасть. Продолжая делать крохотные шаги, в какой-то момент Алиара начала чувствовать уже знакомое давление, дыхание вновь перехватило и тело погрузилось в зябкую плотную стену, лишая всех чувств.

В этот раз она проходила незримую стену так медленно, что вырвавшись из неё прошла ещё несколько шагов для уверенности, задержав дыхание, а как только зрение немного прояснилось и девушка поняла, что рядом никого, ноги резко ослабли, роняя дрожащее тело на землю. Тяжело шумно дыша, Алиара продолжала осматриваться и в какой-то момент просто поползла вперёд, не сумев встать. Преодолев таким образом несколько метров, она заползла под знакомый пригорок и облокотилась о корни растущего на нём дерева.

Накатила невероятная слабость и дрожь, но позволив себе лишь несколько минут полежать, девушка быстро сделала пару глотков воды из бурдюка и, отдышавшись, провела руками по лицу, стремясь прийти в себя. На ладони осталась широкая полоса крови. Алиара сразу поднесла руку к носу, силясь понять, насколько требуется посылать остатки магии для остановки и можно ли обойтись тряпкой.

Но вдруг где-то рядом раздалось глухое завывание, и девушка вскочила на ноги, принявшись сканировать особым зрением местность. Да. В её сторону направлялось крупное чёрное пятно. Судя по размерам, монстр был не один, и перемещалась эта свора довольно быстро. Пока они так далеко, нет возможности понять, что за твари, но даже секунды промедления были чреваты.

Алиара сразу двинулась вперёд, попутно проверяя, не ведёт ли голубая нить меж нор чёрных монстров или хищников. Путь был чист, и девушка почти бегом покинула болотистую часть леса, немного уняв темп лишь когда поняла, что идёт по сухой твёрдой почве. Всё это время она зажимала нос тряпкой, найденной в сумке и от сильно сбитого дыхания голова уже начала кружиться.

Не собираясь останавливаться, теперь Алиара шла не по голубому свету, а на пятна множества аур Роурдана, продолжая переставлять гудящие ноги. Но в какой-то момент цветной ориентир просто растаял, и девушка вдруг начала заваливаться на бок. «Резерв иссяк окончательно» — сразу подумалось ей. Оперевшись на ближайшее дерево она бесполезно пыталась отдышаться, но начавшийся звон в ушах требовал прекратить действие маминого кулона, что продолжал тянуть магию, которой уже не осталось, и мог начать вытягивать жизненные силы. Которых кстати тоже было сейчас до крайности мало.

Лишь ненадолго закрыв глаза, чтобы переждать неприятные ощущения и отдышаться, Алиара и не поняла в какой момент почувствовала резкий удар по голове и только упав на землю, из последних сил подняла затуманенный взгляд на нападавшего. Силуэт высокого плечистого мужчины в тёмной броне с чёрным кинжалом в руке, которым видимо он её и приложил. До последнего она не могла понять, откуда он ей знаком, пока мужчина не присел возле неё на корточки. Под капюшоном блеснули красные глаза наёмника. Он замахнулся для нового удара, и сознание померкло во вспышке боли.

Глава 9. Их проблема

— …девчонка…делать…

Голос издалека медленно нарастал, пресекая неприятный писк в ушах.

— …такого не ждал! — похоже на женский голос.

— …проверь… — а это уже был мужской. Злой рык эхом пронёсся по комнате и неприятным холодом по телу.

Алиара содрогнулась, но пока старалась не двигаться, пытаясь осознать, что происходит. Тело ломило, болела голова, горло пересохло, да и истощение магического резерва говорило за себя — всё-таки особая магия требовала передышки, даже когда всю ночь бегаешь от монстров. Немного осознав своё тело, Алиара поняла, что лежит на полу, на толстом мягком ковре. Верёвок или железа не ощущалось. Только тупая боль в ране на затылке.

— …пошлите за ней!

— Не надо!

— Дай-ка мне это!

— Да прекратите балаган!

Сколько же там людей? Алиара медленно приоткрыла глаза и сразу зажмурилась от яркого света множества свечей. Вроде, когда она подходила к городу, начинались рассветные сумерки. Воспоминание мимолётной стрелой пронеслись по сознанию и сразу возник вопрос — почему она ещё жива. В многоголосье различались два грубых мужских баса, сейчас явно спорящих. Перед глазами ещё стояла мутная пелена, когда комната резко погрузилась в гнетущую тишину. Напряжение нарастало и от того следующие слова прозвучали громко и предупреждающе зло.

— Вам стоит хорошенько подумать, прежде чем угрожать мне!

— Даже не собирался, — раздался спокойный ответ, и Алиара вдруг поймала себя на мысли, что голос кажется ей знаком.

— Так что вы видели?

— К тому, что уже рассказал мне нечего добавить. Благодаря тварям, мы не смогли попасть в дом и тушить его уже было некому.

— Вы заставляете меня жалеть о нашем договоре.

— Они погибли, и гильдия потребует платы так или иначе. Но стены в гильдии тонкие, а языки у моих согильдийцев длинные, они контракт не подписывали. Это не угрозы, милорд — это факты.

Тишина затянулась. Отчётливый скрип зубов лишь на секунду её разбавил и прозвучал гневный ответ.

— Расскажите о девчонке и получите заслуженное.

Перед глазами ещё не до конца прояснилось, но силуэты множества замерших в ожидании людей вокруг двух высоких мужчин начинали проясняться.

— Когда мы приступили к обстрелу, ориентировались лишь на свет в окнах, потом гнали наружу старуху, а попалась молодая девушка. Затем напали монстры и она смогла сбежать, разорвав мою сеть, высшего ранга, я увидел, что она ориентируется на зрение и читает какие-то особые заклинания. На шее кулон, тоже скорее всего с высшей магией. Второй раз я нагнал её в предлесьях уже измотанную. Кулон бросил в сумку с артефактами.

— И это всё? — возмутился собеседник.

— Всё.

Решив, что хватит, девушка приподнялась на локтях, превозмогая гамму боли и сразу замерла, ощутив чужие взгляды. В комнате наступила тишина.

— Вот обещанное, — мешок монет с грохотом распластался на столе и сразу был поднят в руки наёмника.

— Благодарю за сотрудничество, — поклонился он и повернулся к выходу.

Один поворот головы и их глаза встретились. Алиара проглотила ком в горле, а мужчина вдруг ухмыльнулся одним уголком губ и потряхивая мешком, в сопровождении звона золота, покинул кабинет.

Невероятно долгие секунды растянулись в вечность. Алиара осторожно переводила взгляд с одного лица на другое, пока наконец не остановилась на знакомом. Миледи Лисария Сарванторино. Только теперь Алиара обратила внимание на роскошный интерьер, в котором особенно ярко проглядывали рисунки герба рода. Стены, ковры, широкий резной стол, ажурная салфетка на скатерти высокого чайного столика на тонких ножках…как красиво…

— Сарванторино, — тихо сорвалось с губ.

И это в миг разрушило напряжённую тишину, словно разбудив замерших в комнате людей.

— О слуги милостивого Грона! — тут же вскричала темноволосая молодая женщина в роскошном зелёном платье, падая на кушетку для чтения рядом с массивным рабочим столом. — Она знает нас!

— Не будь дурой, Таина! — огрызнулась стоящая немного правее высокая статная молодая дама, в красном платье, лицом так похожа на первую. — Все нас знают!

— Она ходит в нашу лавку, — обронил господин Тоин и все члены семьи скрестили на нём недовольные взгляды, а через секунду уже перевели их на его супругу.

— Лисария?! — обвинительно воскликнула леди в зелёном.

— Ты почему молчишь?! — сразу поддержала её ещё одна молодая леди, стоявшая немного в стороне.

Алиара же немного обвела себя взглядом, поправила одежду и принялась вставать, когда раздался громкий и требовательный мужской голос.

— Молчать! — в комнате вновь наступила тишина, а Алиара наконец поднялась на ноги, когда услышала. — Кто ты такая?

Голос у мужчины был властный и басовитый, от чего тело покрылось мурашками и в горле встал ком. Стоять ещё было тяжело, но рядом не было даже простой табуретки. Ощущения, словно она нерадивая прислуга, которая натворила что-то и сейчас ждала приговора. Алиара видела, как задавший вопрос мужчина средних лет нетерпеливо постукивал пальцами по столу за которым сидел, как сверлил её злым взглядом, как ходили по его лицу желваки от недовольства. Но она молчала, продолжая обдумывать ситуацию и осматриваться.

Большой роскошный кабинет главы рода. Сам глава за широким столом из красного дерева — мужчина лет сорока пяти с седыми, но густыми короткими волосами и аккуратно подстриженной бородой. Ухоженный, статный, в дорогом парадном костюме чёрного цвета с вышитыми золотой нитью узорами. Он производил впечатление властного и требовательного человека, коим скорее всего и являлся.

А вокруг собрались все члены его семьи — супруга, что сидела в кресле с высокой спинкой справа от стола; три молодые женщины только что расположившиеся в разных местах комнаты со стоящими за ними мужчинами, видимо их мужьями; а также одна женщина, одиноко стоящая у окна в бледно-розовом скромном платье. Схожесть молодых особ в этой комнате была неоспорима — четыре сестры, четыре дочери главы рода.

— Хорошо, — вдруг протянул отец семейства и, сощурив глаза, спросил: — Ты убила Марэю?

От вопроса сесть захотелось ещё больше. Ноги предательски подкашивались, но она старалась не выдать накатившего волнения, хотя понимала, что на лице точно отразилось удивление.

— Нет, — сухо ответила Алиара, сдерживая целый рой ответных вопросов и гордо подняв подбородок.

Хозяин дома хмыкнул и, скрестив руки на груди, откинулся на высокую спинку своего кресла.

— Конечно ты её убила! Кто ещё мог это сделать? — вмешался молодой мужчина, стоявший за женщиной в красном. — Лисария, что ты знаешь?

Госпожа Лисария лишь поджала губы, ей словно было стыдно, но непонятно перед кем. А вот её супруг не стал молчать.

— Алиара. Всё что мы знаем это имя. Она часто ходит в лавку, покупает травы, лекарства, продаёт нам зелья и мази.

— Да когда же вернётся Самма?! — вдруг истерично вскрикнула женщина в зелёном. — Старуха расскажет нам всё, что знает!

— Помолчи, Таина! — недовольно осадила её сестра, судя по гонору – старшая.

— Да она же её убила! Надо бросить её в темницу!

— У нас нет доказательств, чтобы всё сделать…

— Попридержи язык, дочь! — неожиданно взревел глава рода. — Я люблю тебя, но если ты подставишь меня перед императором, то, помяни моё слово, лишишься рода и магии!

Женщина в красном платье испуганно дёрнулась и даже картинно прикрыла рот ладошкой. Было видно, что угрозу она оценила в полной мере и сейчас старалась показать, что просто ненадолго забылась.

— Простите, отец, — с сожалением опустила она голову.

Пока семья устраивала сцены и тратила время на пререкания, откуда-то зная тётушку и совершенно не зная с кем она жила, Алиаре удалось немного поразмыслить и прийти к решению как стоит действовать, чтобы уйти отсюда живой. Было ясно как день — она опасная помеха для этой семьи.

— Марэю убили подосланные вами наёмники, — спокойно и чётко произнесла Алиара и вдоволь насладилась произведённым эффектом.

Сейчас же испуганные женские и злые мужские взгляды пытались испепелить свою неожиданную проблему на месте, продолжая молчать и только один хитрый прищур по-настоящему пугал девушку.

— У них был чёткий приказ, и он… не подразумевал смерть, — не стал отпираться глава рода, но явно лукавил. — Ты умная девушка, Алиара. Мы быстро придём к решению проблемы если ты всё расскажешь…

Перебивать таких людей таким как она почти противозаконно. Но.

— Ваша проблема – я. А значит навряд ли мне понравится хоть один вариант решения.

Мужчина лишь улыбнулся в ответ, приподнимая бровь, а вот его родне с каждой минутой сдерживаться становилось всё труднее.

— Как ты смеешь, дикарка?!

— Да она просто невоспитанная лесная ведьма!

— Какое хамство! — последней истерично хихикнула всё та же дама в зелёном, выпучив глаза и принявшись обмахиваться веером.

Головная боль мерно пульсировала где-то в районе затылка, напоминая о ране и истощении. Перед глазами сразу появился силуэт наёмника и его последний удар… тяжёлый груз страха и осознания заставил девушку резко вдохнуть и закашляться от сухого горла. Ждала понимания ситуации и, кажется, начала упускать возможность предупредить всех.

— Монстры, — прохрипела Алиара сразу. — Нужно рассказать императору о…

— Императору? — тут же всполошился один из мужчин. — Да чтобы какая-то лесная девка смела даже говорить о таком! Ты в своём уме?

Появились сомнения, что её услышат здесь. Она не подумала, как докажет свои слова.

— Брайм, — тем временем осторожно произнёс глава рода, — ты слишком давишь на нашу «проблему». Думаю, ей стоит напомнить о её положении. — Он укоризненно глянул на фыркнувшего родственника и перевёл взгляд на Алиару. — В твоих сумках мы нашли много интересных артефактов, некоторые из которых принадлежат нашей семье. За воровство можно надолго попасть в темницу, милая. — Он пожевал губами, словно в раздумьях отведя взгляд в сторону на несколько секунд, а затем резко вернул к ней. — Не могу вспомнить, что же ждёт убийцу. Да ещё и за смерть члена высшей знати.

Так вот почему она всё ещё жива. Не важно, как умерла тётушка, важно, что об этом будет знать общество.

— Моя сестра, пусть и была отлучена от рода, — продолжал он, подтверждая догадки, — тем не менее имела благородные корни и кровь. Мы долгое время искали её, пока добрые, скажем так, люди не подсказали, где она…живёт. Но тот страшный пожар, что ты устроила ради обогащения…

Слова почти сорвались от вскипевших внутри эмоций. Но сильнее стиснув зубы, Алиара терпеливо ждала, не позволяя себе показывать слабость и играть по его правилам.

Не дождавшись её реакции, мужчина зло поджал губы и стукнул по какой-то металлической пластинке на столе.

— Надеюсь голод и холод вытянут из тебя признания в содеянном.

В туже секунду в комнату залетел слуга в серой скромной ливрее и с поклоном отступил, пропуская вперёд двух, закованных в сталь высоких мужчин. Стражники особняка, с гербами дома на груди, подошли к Алиаре и подхватив под руки, принялись выводить наружу.

— Я видела в лесу целую армию монстров, — поспешно сказала Алиара и стража повернула её к хозяевам дома, ожидая приказа, но тот ждал, позволяя выговориться. — Огромное поле со спящими тварями, скрытое за барьером невидимости. Доложите хотя бы это куда следует. Вы сами понимаете, насколько это важно.

Девушка только и успела, что вновь обвести неприятные лица взглядом, когда глава рода молча махнул рукой и её вывели из кабинета. Каждый ответил презрением или насмешкой, вот только госпожа Лисария с супругом предпочли отвернуться, взявшись за руки. Им словно было жаль произошедшего.

Несколько роскошных коридоров и плохо освещённая лестница в подвал привели к длинному узкому коридору с блестящими в свете свечей настенных канделябров металлическими решётками по бокам. В одну из крохотных пустых камер и толкнули Алиару. Грубость стражи идеально сочеталась с любезностью хозяев. За спиной раздался скрежет двери, лязг ключа в замочной скважине и неторопливые удаляющиеся шаги. Свечи торопливо задули. Свет «ушёл» вместе со стражей.

Обведя пустую каменную клетку взглядом, Алиара глубоко вздохнула и наконец позволила себе опуститься на холодный пол. Рука тут же поводила по шее, ощущая пустоту без маминого кулона. Ничего, вернёт как-нибудь. Тяжёлый вздох эхом разнёсся по всему коридору. Следовало срочно придумать как заставить передать хотя бы кому-то информацию о том, что она видела. А ещё понять, как быть дальше. Ведь внезапная родня тёти Марэи не отпустит её просто так. В любом случае, даже если её казнят без суда и следствия, она должна успеть рассказать об увиденном.

События в жизни молодой девушки стали развиваться слишком стремительно, не позволяя остановиться и принять верное решение. Чувство одиночества снедало, а собственное бессилие и понимание, как мало она знает и значит, заставляло терзаться сомнениями и страхом. Хотелось просто жить.

***

— Её надо убить! Она всё поняла, она расскажет! — визгливо причитала Таина, растирая руки, словно мазью, пока её супруг пытался напоить женщину успокоительным отваром.

— Да замолчи уже! — привычно накинулась на неё старшая дочь Майрис. Она встала с насиженного места, оправила красное платье и вновь подошла к столу, за которым сидел отец. — Никто не знает о ней и искать некому. Вы видели её лицо? Она нам точно не родня. Убила она Марэю или нет не столь важно, если дорогая тётушка и впрямь мертва.

— Мы не можем ничего сделать, пока не узнаем, откуда эта девка, — донёсся язвительный голос Лораны, что скрестила руки на груди и привычно высокомерно смотрела на свою старшую сестру.

Майрис недовольно прищурилась, но промолчала. А глава семейства лишь неопределённо покивал и поставил локти на стол, опирая голову на сцепленные пальцы. Мужчина сильно сгорбился, резко недовольно выдохнул и уткнулся в пальцы лбом, закрывая от всех лицо. Было заметно насколько его обеспокоил факт наличия «проблемы».

— Дорогой, — тихо произнесла леди Ильрисс, молчавшая весь разговор с найденной девушкой. — Её последние слова…

— Ерунда, — тут же вскинулся мужчина. — Придумала, чтобы спастись. Много столетий существует лес монстров и никогда ещё твари мрака не вели себя разумно! Это невозможно! Тем более делать барьеры невидимости как люди и спать всем вместе?! Да чтобы чёрные аламуры да вместе с вурмами?! — мужчина вдруг коротко неестественно рассмеялся и вскричал громче прежнего. — Может они ещё и новых тварей там плодят все вместе?!

Среди собравшихся послышались неуверенные смешки.

— Чистая ложь, — поддержал главу Брайм. — Послушайте, я долго изучал в академии психологию человеческого тела и души. И прекрасно могу распознать, когда человек лжёт. Тем более женщина, которая делает это столь неуверенно! Ради своей свободы и постараться не могла!

— Именно! — глава рода вмиг посерьёзнел и вдруг хлопнул ладонями по столу.

Нахмурившись, он поднял с пола вещи незадачливой лгуньи. Майрис же прильнула к подошедшему супругу и довольно ему улыбнулась, явно одобряя поддержку отца.

— Здесь только бесполезные травы и зелья, — сразу отбросил наплечный мешок обратно глава рода, — еда, книга, — перечислял он, взвешивая на руке мешочек с монетами. — Такие гроши совестно просящим кинуть! — мешочек был брошен обратно и одна из сумок полетела на пол. Высыпав содержимое оставшейся вещи на стол, милорд скрипнул зубами от злости и громко рявкнул: — В каком секторе мрака сгинул наш артефактор?!

В тот же момент в дверь скромно постучали и услышав дозволение, в комнату забежала служанка в одежде посыльного и встав напротив хозяина поклонилась.

— Милорд, я вызнала всё, что прошено!

— Говори! — отрывисто прикрикнул глава, ёрзая на кресле от нетерпения.

— Девушку зовут Алиара. Они с матерью по её же словам живут в деревне Западении, что на юго-западе от тёмного леса. Теперь же знает, что в лесу с ведьмой девушка живёт…жила. Всегда ходила одна, но к ней частенько подходит на пару слов лорд Баксмер Тальдори.

— Только этого мерзавца и не хватало! — вскричал глава рода и вскочив с места со всей силы стукнул кулаком по столу. Окружающие члены его семьи вздрогнули от неожиданности, леди Таина тонко пискнула, кое-кто отступил на пару шагов, а вот супруга милорда лишь сильнее выпрямила спину и безмятежно прикрыла глаза.

С квадратных одутловатых пальцев лорда Гериана посыпались искры и он, ещё сильнее разозлившись, позволил магии сформироваться в ярко-синее пламя, которое с шумным выдохом метнул в пустую каминную топку. В воздух сразу поднялось чёрное сажевое облако и когда последние синие искры угасли, леди Лорана, стоявшая всё это время в отдалении, неторопливо подошла к окну и распахнув его, взмахнула рукой. Поднявшийся поток ветра быстро выгнал облако на улицу и с грохотом захлопнул за собой створку.

В тот же миг в дверь снова постучали.

— Войдите, — разрешил милорд, гневно сопя и опираясь на стол руками.

В комнату чинно вошёл низкий худощавый мужчина в возрасте, постукивая по полу богато украшенной золотом резной тростью. Пышная белая борода и подкрученные густые усы дополняли забранные в низкий хвост короткие волосы. Образ создавался очень щепетильно и впечатление производил несомненно важное.

— Господин Тавард, мы очень ждали вас, — сразу поднялась со своего места миледи Ильрисс и, получив ответный кивок, поспешно села обратно.

Мужчина же тем временем подошёл к столу и также коротко кивнул хозяину особняка, на что тот скупо улыбнулся и к облегчению своего семейства наконец сел в своё кресло.

— Тавард, здесь творится настоящая дьявольщина! Не меньше! — тут же пожаловался он, и приглашающим жестом указал на принесённый Ракнаром, что наконец отстал от супруги, стул.

Гость не преминул расположиться со всеми удобствами, и пусть он уже вовсю пожирал глазами лежащие на столе артефакты, всё же терпеливо дождался пока хозяин дома отошлёт служанку за чаем и позволит всё осмотреть.

Наконец лорд Гериан схватился за артефакты и сразу разделил их, пододвигая всего три к артефактору. Любопытство заставило его вопросительно поднять бровь.

— Мелкие артефакты принадлежат моей семье, — сразу пояснил мужчина, — а вот об этих хочется узнать твоё личное мнение, как специалиста.

Гость серьёзно кивнул и первым делом сразу отодвинул обратно к хозяину дома тонкую металлическую пластинку, скупо обозначив свои мысли на её счёт:

— Грубая и слабая работа. Пластинка сохраняет в барьере высокие температуры. Бесполезная вещь.

Затем мужчина предвкушающе улыбнулся и взял в руки крупный жёлтый камень с высеченными бороздками, бегущими в центр, к пульсирующему красному желобу с множеством драгоценных красных камней. Мужчина нагнулся, быстрым движением нацепил на нос откуда-то взявшееся пенсне и громко сглотнул, не стесняясь прижиматься к артефакту, словно к жене в постели.

— Великая редкость – артефакт Данкона Риуса. — Полушёпотом благоговейно произнёс господин. — Один из десяти неповторимых оригиналов. Потрясающе…

— Ты знаешь кому он мог принадлежать? — с надеждой спросил лорд Гериан.

— Нет, — без раздумий ответил гость и замолчал, дожидаясь пока вошедшая служанка поставит перед ним серебряный чайный сервиз, состоящий из чайной пары, чайничка, сливочника, сахарницы и лимонника. Мужчина проводил взглядом поднос с доливным чайником, водружённый девушкой на чайный столик неподалёку и негромко отметил: — Прекрасный чайный сервиз. Люблю такие вещи, знаете ли.

А когда за девушкой закрылась дверь, никто из семейства даже не шелохнулся, затаённо ожидая вердикта гостя. И тот поняв это, не стал их разочаровывать, мельком следя как одна из дочерей хозяина дома, наполняет его чашку ароматным напитком.

— Хотелось бы уточнить, я не знаю кому мог принадлежать именно этот артефакт, но, если мы возьмём другой, не менее редкий и совершенно бесценный, — он аккуратно поднял чёрный стальной куб в медной окантовке и довольно улыбнулся, испытав настоящее торжество. — Настоящий! Видите, как идут медные веточки? Прямиком к деревянной пластине, и без дополнительных креплений как во всех этих бездарных подделках!

— Ты упомянул, что знаешь принадлежность рода, — нетерпеливо осадил его лорд Гериан, нервно постукивая носком ботинка по полу.

— Артефакт Данкона Риуса был создан в нашей империи ни одну сотню лет назад. — Спокойно проговорил господин Тавард, напоминая хозяину дома и давнему другу, что не любит спешки. Затем отложил артефакт, показательно сделал небольшой глоток чая и взяв в руку сливочник, медленно добавил напитку нежного вкуса, продолжив: — В отличие от защитного артефакта из Южной Эмарии, что создала молодая девушка Маэль Маи Ри всего пятьдесят лет назад. Умерев за своё творение, она успела создать ещё два подобных артефакта и сжечь свои наработки.

— Хотите сказать, этот артефакт ещё более редкий и дорогой? — невольно вмешался лорд Брайм, приоткрыв от удивления рот.

— Он стоит целое состояние, — завлекающе прошептал господин и озорно сверкнул глазами, ухмыляясь в довольстве от произведённого эффекта, и словно дурманя окружающих, которые, впрочем, уже и без него жадно глазели, сглатывая заполнившую рот слюну. Равнодушным не остался никто.

— Откуда же он? — задумчиво и также шёпотом спросил глава рода, который успокоился и даже замер.

— Был десять лет назад один известный род в нашем городе, чей глава успешно ввозил в империю новые разработки, артефакты, лекарства, редкие магические книги. — Господин Тавард вновь отпил чаю и неторопливо продолжил. — Старался на благо империи и своего рода. Семья была большая, за раз три крепких здоровых поколения, но детей в последнем было немного. Император переживал за род этот, так как нёс он великую магию и был одним из древнейших в Роурдане, что способны были бороться с тёмными тварями.

Неожиданно со своего места вскочила леди Ильрисс и с круглыми глазами, бледнея с каждой секундой, зашептала, приложив ко рту руку:

— И император приказал вновь повторить эксперимент своего отца, — все взгляды скрестились на ней, а гость с почтением склонил голову, позволяя ей продолжить. — Соединить два великих рода, чтобы скрестить магию и изничтожить монстров мрака.

— Хотите сказать… — теперь со своего кресла медленно поднялся глава рода, явно начиная догадываться о ком идёт речь.

— Я лишь сказал, что в том роду был артефакт Маэль, скрывающий ауры, физические тела и дающий полную защиту от монстров. — Спокойно продолжал господин Тавард, подливая себе ещё чаю и в этот раз добавляя немного сахара.

— Но это невозможно. — Неуверенно произнёс хозяин дома. — В той «трагедии», — он едко выделил это слово, — выжил лишь один человек.

— Леди Дариа Аториас — Всевидящая из рода жизни.

Глава 10. Страх, но жадность

Рассвет семья Сарванторино сегодня встретила полным составом. Когда глава рода рассказал, что нашёл свою сестру, которая двадцать лет назад испортила жизнь всем и каждому носителю громкой фамилии, никто не остался в стороне. Всю ночь родственники стягивались в семейный дом, ожидая на утро прекрасные новости.

Вот только никто и предположить не мог, что на рассвете их будут ждать не вещи убитой тётки, а целая, живая и абсолютно незнакомая девушка. Испугались ли они? До дрожи в коленях. Ведь живой неизвестный свидетель способен был навсегда испортить отношения рода с императором и даже подвести под немилость, ведь императорским словом им было запрещено вмешиваться в поиски сумасшедшей родственницы. А убийство по незнанию могло и вовсе привести к каторге или изгнанию.

И сейчас, стоило родителям семейства покинуть свой кабинет, лично провожая дорогого гостя, как началась настоящая паника.

— О, Грон! — сразу запричитала Таина, выпучив глаза и прижимая ладошки к пухлым щекам. — Что же теперь будет?!

— А что будет?! — прикрикнул на неё Брайм. — Убьём её и дело с концом!

— Я сразу это предлагала!

— Нужно сначала допросить! — вставила леди Лорана, косясь в окно. — А вдруг Марэя жива?!

— Какая глупость! — усмехнулась старшая Майрис и скрестила руки на груди. — Наёмник был полностью уверен!

— Может он ошибся? — кривляясь спросила Лорана, подходя ближе.

— Может ты просто тупая?!

— Да хватит вам! — вмешался в зарождающийся скандал Брайм. — Убьём, когда расскажет…

— Нельзя же так! — вдруг вскричала Лисария и вскочила на ноги, сильно размахивая руками. — Как можно так просто убить человека?! За что?! Отведём её к императору…

— Что-то ты помалкивала, когда отец послал отряд, убить Марэю! — съязвила Майрис.

— Я этого не знала!

— Дорогая, пожалуйста сядь…

— Ты Майрис, может и привыкла распоряжаться чужими жизнями, а я нет!

— Вот и иди, дальше сиди в своей лавке! Без тебя разберёмся!

— Да давайте просто выгоним её? — вдруг предложил Ракнар.

— Ты что не понимаешь, что она видела наши лица! — сразу набросилась на него супруга. — Она же сама сказала, что хочет пойти к императору! Может это была угроза!

— И никаких монстров она не видела, — поддакнула ей Лорана.

— Именно! — Таина вновь истерично хихикнула, всё ещё недовольно смотря на мужа. А затем повернулась к остальным и громко произнесла: — Просто дала понять, что молчать не станет! Нас всех ждёт изгнание!

— Нет, если никто не узнает! — прикрикнула на сестру Майрис. — И проблема решена и артефакты останутся в семье!

— Я это сразу предложила… — обиженно пробурчала Таина, принявшись обмахиваться веером.

— Успокойся, милая, — миролюбиво погладил её по плечу Ракнар, — все это знают.

— Вы все забыли, что, если её смерть всплывёт, — неожиданно для всех раздался голос отца семейства от дверей. Все так увлеклись спорами, что не заметили возвращения родителей. — То нас не изгонят, дорогая дочь, — подойдя к своему столу он внимательно посмотрел на Таину, а затем обратился к остальным, — нас самих будет ждать смерть!

Леди Ильрисс тихо прошла за ним и беззвучно опустилась на место.

— А вдруг она просто украла артефакты, — предположила Лорана.

— Вот мы и должны это выяснить, прежде чем убивать возможно последнего потомка древнего сильного рода, любимого императором.

Глава устало сел в своё кресло и вдруг шлёпнул рукой по столу. Многие вздрогнули и только потом заметили, что в руке лорда Гериана зажат небольшой медальон с цепочкой.

— Сомнений всё меньше, — неопределённо буркнул он и отодвинул к центру старинный кулон с белым камнем. — Тавард уверен, что этот артефакт способен скрывать ауру носителя и действовать как маяк. Но без магии Аториас это невозможно.

— Значит правда, — зашептала Таина, зажимая рот рукой.

— Ничего это не значит, — по привычке ответила ей Майрис и тихо обратилась к отцу. — Что мы будем делать?

В дверь постучали, и глава сразу разрешил войти.

— Милорд, к вам лорд Баксмер Тальдори. — Чётко произнёс дворецкий с поклоном.

Миледи Ильрисс сразу поднялась и незаметно для всех быстро убрала все артефакты в сумки на полу.

— Что ему здесь надо? — возмутился Брайм.

— Пригласи его сюда, — кивнул лорд Гериан и дворецкий сразу удалился.

— Он же ни разу за двадцать лет даже не соизволил поприветствовать нашу семью, и вдруг наносит визит?! — приглушённо возмутилась Майрис, но отец не успел ей ответить.

Стоило миледи вернуться на своё место как дверь раскрылась, пропуская в кабинет высокого, худощавого, статного мужчину в ярко-красном камзоле, с отделкой по последней моде. Мужчина выглядел дорого и, как ни странно, молодо, что отметили все без исключения члены семьи, учитывая, что лет ему должно быть не меньше пятидесяти, ведь он был старше Марэи.

— Какая ирония! — громко произнёс глава рода. — Стоило жене почить, и ты о ней вспомнил.

— Как ядовито. А я уж было подумал, что вы изменились, дорогой шурин! — любезно протянул гость с хитрой улыбкой, сразу дав всем понять, что в курсе последних новостей.

— Чай? Кофе? — издевательски предложил лорд Гериан и усмехнулся. — А может сразу доложить тебе обо всём, что происходит?

— Приятно, что вы меня так цените, но, пожалуй, откажусь, — лорд Баксмер прошёл сквозь молчаливых насупившихся членов семьи Сарванторино и мельком обведя стол главы рода взглядом, подошёл к окну, где недавно стояла Лорана.

В этот момент глава рода явно мысленно похвалил свою супругу за прибранные артефакты и коротко улыбнулся. Баксмер же воспринял улыбку на свой счёт и наоборот нахмурился.

— Радуетесь, что Марэя теперь не опасна вашей бесценной репутации? Не выйдет из леса, не станет марать убийствами ваше доброе имя? — спокойно рассуждал он, явно испытывая терпение оппонента. — Долго вы не могли с ней расправиться.

— Да что ты себе позволяешь, мерзавец?! — терпением глава не отличался.

— Не больше вашего, — закатил Баксмер глаза. — Где Алиара?

В образовавшейся за долю секунды гробовой тишине раздалось лишь отчётливое икание. Таина смущённо и испуганно прикрыла рот ладошкой, но икать не перестала. Напряжение опустилось плотным покровом, испугав семью Сарванторино. Все затаили дыхание, ожидая слово главы рода. Лорд Гериан же не торопился, он всё изучал поведение гостя и мерно постукивал указательным пальцем по столу, словно задумался.

— Позволь узнать о ком ты…

— Не притворяйтесь, — угрожающе сузил глаза мужчина и в три широких шага вернулся к столу, нависая над расположившемся за ним в кресле хозяином дома. Два скрещенных взгляда будто клинки выбивали невидимые искры и даже воздух стал плотнее и раскалился. — Я знаю, что она у вас.

— Как ты узнал? — нетерпеливо спросил милорд, не видя смысла отпираться. — Ты хоть знаешь кто она?

— Я всё знаю, — уверенно бросил Баксмер и серьёзно добавил. — У меня есть влияние и уши по всему Роурдану. И я познакомился с Алиарой много лет назад, когда Марэя вывела д…девочку в город.

— Считаешь она твоя дочь? — прямо спросил лорд Гериан, резко подавшись вперёд и даже привстал, отмечая перемену на лице гостя.

— Нет, — тихо солгал тот, замешкавшись слишком явно для всех наблюдающих этот диалог притихших людей.

— Зачем тебе девчонка? — глава откинулся на спинку, выпрямляясь и уверенным движением скрещивая на груди руки.

Гость вновь немного замешкался, нервно облизал тонкие губы и неосознанно почесал ухоженную короткую бороду.

— Если отдадите, я гарантирую, что никто и никогда не узнает, что она была в этом доме. — Гость улыбнулся, но заметив, что хозяин дома не реагирует, добавил: — Вы ведь убьёте её.

— Наше дело, что делать с пойманной птицей, — лениво отозвался милорд Гериан.

— Сделка на магическую продажу имущества будет более уместной? — понятливо обронил лорд Баксмер, перестав улыбаться.

Раздался тихий женский вздох удивления с долькой порицания, но мужчины не обратили на это никакого внимания. Глава рода Сарванторино всего несколько секунд сохранял расслабленность и пренебрежение, а затем вдруг неосознанно облизал губы и немного подался вперёд. По его лицу было ясно, насколько трудный оказался выбор между риском, что в принципе могла покрыть магическая сделка, и солидной суммой, как за девушку, так и за упавшие в руки ценности.

Сдавшись, Милорд Гериан приглашающим жестом указал на гостевое кресло с другой стороны стола, которое не столь давно занимал артефактор, и лорд Баксмер сразу в него опустился.

— Артефакты или магические фолианты? — сразу приступил к делу лорд Баксмер.

— Конечно артефакты, — хитро прищурился глава, — ведь все её вещи останутся в моём распоряжении.

Баксмер недовольно пожевал губу, но особо долго не думал и кивнул. Сделку провели быстро и без стряпчего, оформив покупку крупных артефактов между близкими родами. Заверили магической печатью документ, указав, что ни одна из сторон ни словом, ни делом не позволит кому-либо узнать о существовании девушки и пребывании её в любом из домов.

— Что ж, приятно иметь с вами дело. — Произнёс с улыбкой лорд Баксмер, стоило магии печати закрепиться и перестать сиять. Он коснулся перстня на правой руке, проверяя время и встал. — Я перечислю необходимую сумму на ваш счёт в банке. Осталось лишь разобраться с наёмником.

— В этом нет необходимости, — отрицательно качнул головой хозяин дома. — Сам знаешь об особенностях их магических клятв. Никому её не сломать.

— Хм. Наёмники часто гибнут при исполнении заказов… — задумчиво дополнил гость.

— Верно. — Улыбнулся в ответ лорд Гериан. — Но скорбеть мне не позволит время. И совесть.

— Она у вас есть? — насмешливо выгнул бровь Баксмер.

— Больше, чем молодильной магии смерти в тебе.

Оба несколько секунд помолчали и вдруг рассмеялись. Явно от облегчения. Некоторые присутствующие позволили себе улыбки, но за всё время пребывания этого «гостя» никто так и не сдвинулся с места. Затем глава рода поднялся и вместе они покинули кабинет.

***

Тошнотворный и какой-то отдалённо знакомый запах тянулся по всему подземелью, заполняя собой пустые камеры и вызывая лёгкое чувство тошноты. Алиара сидела на холодном полу, сосредоточенно вызывая свой свет, совсем немного, чтобы ускорить регенерацию тела и вновь воспользоваться зрением, чтобы просмотреть помещение на ауры. Уже прошло точно больше полутора часов, но магия не желала собраться так быстро, при условии измождения. А именно его девушка сейчас и ощущала. Гудение мышц, головная боль, отбитое плечо ныло, лёгкие ожоги тоже никуда не делись, да и банальная жажда мешала сосредоточиться, не говоря уже об усталости и переживаниях.

Тишина вокруг давила, заставляя усердно соображать, как и кому передать сообщение о монстрах, да ещё и заставить поверить. Алиара понимала, что дозваться членов семьи невозможно, а кричать обычной страже бессмысленно, поэтому решила отдыхать и набираться магических сил. Заснуть даже не пыталась, тревожные мысли не позволяют расслабиться. А подумать было о чём. За кого её могли принять и что с ней сделают? Не хотелось признаваться до дрожи в коленях, но она знала, что её теперь может ждать только смерть. Она явно сильная помеха для рода Сарванторино и у них другого выхода тоже нет. И даже если им всё рассказать, это ничего не изменит для неё, ведь наёмники были посланы этой семьёй и должны были убить тётушку, что, к счастью, умерла своей смертью.

Алиара тяжело вздохнула. Поклясться, что будет молчать обо всём? Возможно, удастся уговорить их на магическую клятву, смертельную, при попытке нарушения слова. Но они даже тётушку, что жила глубоко в лесу, боялись. Сарванторино не станут рисковать, пощадив ненужную им жизнь.

А сама Алиара не сможет дать отпор в оказавшейся ситуации. Очередной тяжёлый вздох и девушка, резко вскочив на ноги, не в силах больше сидеть, принялась метаться из угла в угол по крошечной клетке, где пол измерялся в четыре шага между стенами. Не успев сделать и десять шагов, Алиара замерла, прислушиваясь к лёгкой поступи и уставилась в темноту коридора за железными прутьями.

Лёгкий свет факела немного развеял тьму, но судя по звуку был оставлен метрах в двух. А вскоре напротив её камеры остановился мальчик, лет восьми или десяти. Красивый голубой наряд с белыми кружевами на манжетах и воротнике дополняли мягкие туфли на низком каблучке, вышитые серебряной нитью. Мальчик был с короткой чёлкой, квадратные пряди обрамляли его лицо, а остальные тёмные волосы были забраны на затылке голубой лентой, чьи края торчали у плеч ребёнка.

Мальчик молчаливо заложил руки за спину. Его большие карие глаза внимательно изучали Алиару, а на лице застыла приятная улыбка.

— Светлого дня, — решила первой нарушить тишину девушка.

Мальчик качнулся на пятках и звонко хмыкнул.

— Не сказал бы, — ответил детский тонкий голосок.

Тогда Алиара решила не облегчать любопытному ребёнку задачу и подождать вопросов, ради которых он здесь. Она скрестила руки на груди и замерла, пристально следя за мальчиком. Не прошло и минуты как с его лица сползла улыбка, а вместо неё тонкие губы были в сомнениях закушены и брови поползли к переносице.

— Я слышал, — начал он и в нерешительности замолк. Затем немного собрался и выдал: — Расскажи, как пользоваться тем артефактом, что похож на медальон.

Алиара фыркнула от удивления и спросила:

— Зачем тебе он?

— Не скажу, — гордо возвестил мальчишка и нагло потребовал: — Просто продиктуй заклинание. Я запомню.

Задрав нос повыше он явно не был готов к ответу.

— Нет.

— Почему? — насупился он, округлив глаза и мигом растеряв весь важный вид.

— Не хочу.

— Тебя всё равно убьют, какая тебе разница?

«Замечательно, даже наглый малец в этом уверен». Алиара еле удержала спокойное выражение лица, хотя ей очень хотелось нагрубить и отправить мелкого восвояси.

— Говори! — вдруг топнул он ногой. — Иначе я…

— Иначе что? — вскинула брови Алиара. — Ты явно тайком пришёл сюда. Как-то обошёл охрану. И сам сказал, меня всё равно ждёт смерть. Так зачем мне говорить?

— Давай договоримся! — не сдавался мальчик. — Сделка.

— А мне какая выгода? — сощурилась девушка.

— А что ты хочешь? — немного стушевался ребёнок.

— Ты сможешь всем рассказать информацию, что я передам? Так, чтобы это знали и за стенами особняка в течении часа.

Ребёнок вдруг засомневался, хотя Алиара была уверена, что он сразу согласится.

— Мне сейчас нельзя выходить, — смущённо признался он.

— А-а-а, ну тогда никаких сделок, — сразу покачала головой и потеряла интерес она. — Да и не нужен тебе такой артефакт.

— Ещё как нужен! — несогласно воскликнул ребёнок. — Он скроет от всех монстров и приведёт в секретное место!

— И зачем тебе в секретное место?

Мальчик поджал губы и тяжело вздохнул, словно решая говорить или нет.

— Фиэль! — раздался яростный рык на весь коридор, и ребёнок подпрыгнул от неожиданности. — Опять здесь?!

Мальчишка сразу сжался и даже бросил отчаянный взгляд в камеру, словно желая спрятаться в ней, а уже через несколько оглушительных широких шагов мощная рука схватила его за шиворот, хорошенько встряхнув.

— Фиэль, ты снова в этой одежде?! Снова подслушивала в холле?! — ревел показавшийся на глаза глава рода Сарванторино, раскрывая в ребёнке девочку. — Мало тебе наказаний?! Плетей хочется?!

Мужчина отбросил девочку в сторону выхода и вновь закричал:

— Живо приведи себя в подобающий вид и жди меня в своей комнате! Твою сестру это тоже касается!

Алиара проследила за перепуганным ребёнком и вдруг поймала разъярённый взгляд милорда. Вздрогнув всем телом и проглотив ком в горле, она приготовилась к худшему. Стараясь сохранять самообладание, она смотрела как в камеру вошли пара стражников. Держалась, когда её схватили под руки. Даже гордо прошествовала из своей тюрьмы мимо главы рода, задержав на нём спокойный взгляд.

Но когда в коридоре свет факелов закрыл знакомый мужской профиль, она растерялась и застыла на месте. Сердце ускорило темп. Баксмер собственной персоной. Загадочный лорд, который любит угрозы и неизвестно чего хочет, смотрел надменно с лёгкой снисходительной улыбкой. Немного подождав, он приветственно кивнул и не произнеся ни слова, отодвинулся, передав что-то одному из стражников.

Сначала на руки ей надели стандартные медные браслеты с вплавленными «камнями закона», что можно было ожидать. А вот что удивило, так это холод белого металла, прилепленного ко рту. Словно липкая масса он вдруг нагрелся и плотно обхватил рот, не позволяя издать даже звук. Алиара слегка запаниковала. Теперь, когда рядом этот человек, можно не сомневаться — смерть ей пока не грозит.

Вот только почему-то стало даже страшнее и когда тёмным коридором её вывели на улицу, одновременно накидывая на плечи её же, оставленный в камере, плащ, а затем плотно прижали к голове капюшон, эмоции принялись выходить из-под контроля. Она начала дёргаться и пыталась мычать, но ни единого звука так и не раздалось.

— Успокойся, — довольно улыбнулся Баксмер, — скоро мы будем дома.

Глава 11. Не думать, действовать

Сердце оглушающе стучало в ушах, колени подрагивали в такт рукам, голова кружилась. Белый мягкий металл, затыкающий рот неприятно жёг губы и кожу вокруг, от чего дышать становилось всё труднее. Настоящая паника пыталась захватить сознание, но пока что удавалось относительно держать себя в руках. В этом помогал мыслительный процесс, судя по всё ещё не придуманному плану, увы, бесполезный.

Единственное, что радовало в этой ситуации, что неотрывный взгляд довольного мужчины на сиденье напротив не мог увидеть, как быстро восполняется магический резерв его пленницы. Карета, в которой они сейчас ехали к «дому», двигалась не спеша, что заставляло мужчину вновь и вновь дёргать шторку на окне, проверяя остаток пути. Как же Алиаре хотелось, просмотреть ауру Баксмера, узнать его силу и свои шансы. Но следовало скопить как можно больше магии, ведь некоторый план всё же зрел в голове, не обращая внимания на боль.

Неожиданно карета дёрнулась и встала. Баксмер молча вышел, ненадолго усилив запахи и звуки шумного города. И судя по ним, остановка произошла на многолюдной площади, Алиара не понимала, что ему здесь нужно, но знала, что если он куда-то пойдёт, то оставит охрану либо снаружи кареты, либо внутри. Лучше, чтобы первое, но в любом случае пора решаться.

Активно вытянув накопленную магию, Алиара собрала всё в руках и сосредоточилась. Она положила руки на мягкое сиденье, но ничего не произошло. В груди кольнуло, явно от нервного перенапряжения. По виску скатилась капелька пота. Почему ткань не горит? Она же могла поджечь бумагу или развести костёр. В блёклом свете, проникающем сквозь плотные оконные шторки, блеснули наручи. Поднесла их к лицу и всмотрелась внимательнее. Ничего, простые оковы, не ограничивающие магию. Но всё же стоило понимать, что скорее всего она ошибается и они не так просты.

Прикусив язык от натуги, девушка попробовала создать на руке что-либо ещё. Всё что угодно, любую магическую искорку. Но ничего не выходило. Дверь скрипнула и на сиденье напротив грузно опустился стражник. Алиара сразу сцепила руки в замок, укрыв их полой плаща и уставилась в пол, стараясь пониже опустить голову. Что же делать?

Сердце стучало всё быстрее. Стало жарко. Девушка прикрыла глаза, стараясь успокоиться и вдруг поняла, что это вовсе и не паника. Она вновь сосредоточилась, гоняя собранную магию по организму и вздрогнула всем телом, осознавая. Её свет не собирается сдаваться! Стражник кашлянул, привлекая внимание, но Алиара лишь плотнее зажмурилась и в мыслях зашептала заклинание активации.

Грудную клетку закололо сотнями тонких иголочек, одежда пропиталась потом насквозь.

— Тебе плохо? — вдруг послышался грубый, но обеспокоенный голос, на секунду сбивая концентрацию.

Она не могла ответить. Не из-за металла, лишающего голоса, а боясь прервать процесс. Но вне зависимости от её действий, он скоро начнёт беспокоиться и вызовет Баксмера обратно. Дыхание участилось, тело больше не было в состоянии терпеть жар и сдерживать силу. Пора.

За секунду Алиара вскинула руки перед собой и карету полностью залило ослепляюще ярким белым светом. Стражник схватился за глаза и закричал, наручи оплавились и спали, а стоило свету померкнуть, стало ясно, что всё внутри выжжено и потеряло свои краски — ткань сидений, дерево на стенах, металлические ручки, шторки. Всё выгорело и потрескалось, обуглилось, потеряв свои краски.

В страхе за неповинного стражника девушка помедлила, но сразу опомнилась и прошептав слова извинений, выскользнула на улицу, ловко уворачиваясь от широкой руки, сейчас ослеплённого кричащего в боли человека.

На площади уже было прилично народу и стоило ей появиться, люди эмоционально заахали и запричитали, зовя стражу. Алиара оглядела задымлённую карету и в страхе развернулась, бросившись бежать. Не различая дороги, она неслась по узким улочкам, стараясь сворачивать как можно чаще и выглядывать издали стражу. В спину ещё некоторое время доносились крики, но немыслимо повезло, что среди горожан не оказалось магов, способных её сразу поймать.

Из последних сил, свернув за очередной угол, девушка попыталась вызвать магию, чтобы погрузиться в потоки аур, но осознала, что растратила всё. Опять.

Остановившись в тени высокого здания, она осмотрелась и никого не заметив, облокотилась на стену, стараясь выровнять сбитое дыхание и рвущееся из груди сердце. Лёгкие горели огнём, пот вновь пропитал собой нижнюю одежду. Сильно мешал металлический кляп. Алиара пару раз попыталась отцепить артефакт, но губы сильно жгло, и она сдалась. Немного осмотревшись, поняла, что забрела в центральный район Роурдана. Массивные многоэтажные особняки со сложной лепниной и яркими цветами вдоль кованных заборов, стояли плотно, но выше по улочке можно было заметить, как увеличивается расстояние между домами и возрастает обилие садовых деревьев. Спокойно, уютно, чисто, а ещё почти нет людей.

Роурдан был большим городом, и сейчас стоя в районе, названия которого она даже не знала, Алиара не могла рассмотреть шпили башен императорского дворца, не понимала, на какую дорогу выйти, чтобы увидеть хотя бы его, если прямая дорога есть конечно. Многочисленные дома с широкими, прилегающими к ним территориями, управляющие площади, огромные здания структур, гильдий, самой Академии. А дальше от центра, от дворца императора, плотные аллеи домов среднего звена, торговые площади, старый театр, озеро ненависти…О, Грон! Она прекрасно знала, чем наполнен город, по учебникам и картам, но никогда не учила эти карты наизусть. Лишь имела представление о расположениях районов и площадей, всегда мечтала посетить некоторые места, хоть раз взглянуть на дворец, пусть даже издалека, лишь очертания, если не удастся за всю жизнь найти достойную работу и получить столь желанный пропуск. Только и смела мечтать, забывая о главном. Какое же упущение! Не ознакомиться с городом заранее, пусть и наперекор тётушке.

Алиара прикрыла глаза. Сжала в бессильной злобе кулаки и смогла утешиться скупой мыслью, что хоть руки свободны и её магия явно возросла. Никогда прежде у неё не выходило так пользоваться светом. Лишь простенькие бытовые заклинания, световая сеть, пару слабых защитных и способность изжигать монстров, что приносила им с тётей невероятную пользу. Конечно, она могла пользоваться и другой базовой магией, но уж очень слабо выходили все элементы, даже залечить царапины удавалось не всегда. Тяжёлый вздох через нос и глухое раздражение вернулось.

Она стояла, прислонившись к кирпичной стене явно с булочной лавкой на первом этаже. Как же невероятно пахло. Жажда и голод сразу дали о себе знать, желудок и вовсе шумно забурчал. Захотелось остаться прямо здесь, сесть на брусчатку и позавтракать мягким свежим хлебом с водой, никуда не спеша, без тревог и мыслей — это была бы невероятная радость.

Но сейчас стоило успокоиться, привести себя в порядок, придумать как прикрыть «украшение» на лице и двигаться дальше. Нельзя сидеть на одном месте, тем более в таком районе ей этого не позволят. Как только заметят, выдворят грязной метлой. Алиара опустила взгляд на свою потрёпанную жизнью одежду и старательно прикрылась плащом. К тому же она совсем не знала эту часть города, даже примерно не понимала, в какую сторону идти, чтобы и на преследователей не нарваться и выйти обратно…

А куда обратно?

Девушка застыла. Куда ей теперь идти? Все деньги, вещи, артефакты, еду, даже мамин кулон — всё потеряно! Отнято. Ощущения несправедливости заставили стиснуть зубы. И что теперь делать?

Немного поразмыслив и успокоившись, Алиара поняла, что есть пара вариантов. Можно направиться в гильдию стражей или военную палату, там помогут снять артефакт с лица, и она сможет всё рассказать. Ведь её пленение незаконно, её схватили, ограбили и, судя по всему, продали. Вот только она понимала, что после побега Баксмер сразу отправит не только стражу на поиски, но и поставит своих людей возле подобных мест. Стоит там появиться, её сразу схватят. И при этом в гильдии или Соборе сразу определят за решётку, а уже потом будут выяснять. Это конечно тоже вариант, но Баксмер успеет узнать, где она и тогда его власть и деньги точно смогут решить ситуацию в его пользу.

И последнее возможное место помощи — Военная Магическая Академия Роурдана. Где ситуация может развернуться непредсказуемо, но шансов у неё будет больше. Осталось самое сложное, понять, как добраться в любое из этих мест.

Алиара разочарованно втянула носом воздух и на выдохе резко замерла. Сквозь нежный аромат свежего хлеба, сдобных булочек и ягодных начинок пробился неприятный знакомый запах. Запах тьмы, страха, боли, запах отчаяния и смерти, оставляющий на языке кислый, острый и немного земляной привкус. Твари тёмного леса рядом! Не понятно насколько близко, но точно вышли из дальних секторов мрака, возможно, покидают предлески.

И если бы не сырой, уже привычный ветер, в котором угадывались нотки надвигающейся бури, то аромат монстров не дошёл бы почти до центра города. Перед глазами встали спящие твари, которыми было усеяно целое отравленное их гнилью поле, с торчащими копьями изуродованных деревьев. Кое-как сглотнув вязкий ком в горле, она постаралась собраться. Одновременно две беды, а куда бежать не ясно.

Больше нельзя было оставаться на одном месте, если стражник Баксмера решит проверить эту улицу, то точно её заметит. Далеко на чужую территорию на зайдёшь, да и проходящие мимо люди могли уже доложить о бродяжке, ведь именно так она сейчас и выглядела. Поймав очередной неприятный запах, Алиара двинулась по нему, рассудив, что сможет хотя бы спуститься в районы пониже, победнее и «поспокойнее», где она не будет так выделяться.

Судя по солнечному пути, сейчас около десяти часов утра. Людей на улицах уже прилично, но в до обеденное время, в этом районе будут встречаться в основном слуги и рабочие. Алиара натянула пониже капюшон и склонив голову, старательно пряча лицо, твёрдым, но торопливым шагом двинулась по своему ориентиру прямо по основной дороге, держась немного ближе к деревьям. Чужие взгляды прилипали словно патока, по ногам было видно, что некоторые люди даже останавливаются и продолжают рассматривать её.

Широкие мощёные жёлтым кирпичом дороги, позволили довольно быстро преодолеть несколько проулков, не петляя за запахом между особняками и не выискивая путь. Однако дома стали располагаться плотнее и людей становилось всё больше. Это начинало сильно беспокоить.

Алиара втянула воздух носом и запнулась. Запах стал гораздо ярче, неприятные эманации усилились так резко, что своим духом сшибали с ног. Словно…

Словно монстры сейчас стояли прямо перед ней…

Спина покрылась ледяным потом, глаза округлились. Девушка подняла голову и огляделась в страхе, но никого не видела. Она продолжала озираться и принюхиваться, не обращая внимание на прохожих, пока взгляд не зацепился за знакомую статую, выглядывающую из-за высокого каменного забора.

«Дань магии» — знаменитая статуя в виде силуэта мужчины, стоявшего ровно и раскинув руки в стороны с немного поднятой к небу головой. Заклинатель, что по легендам подарил магию их миру. И эта статуя располагалась в единственном экземпляре на территории «Военной Магической Академии Роурдана». Как и гласила табличка у кованных створчатых ворот.

Алиара шумно сглотнула. Мимолётная радость от найденной академии слишком быстро была поглощена осознанием. Запах шёл отсюда!

Девушка решительно двинулась вперёд, спокойно преодолела открытые ворота и направилась по дороге к величественному старинному зданию со стрельчатыми окнами, горельефами в виде разных зверей и несколькими хаотично расположенными башнями с острыми шпилями, на которых развевались флаги с гербами империи. Одновременно рассматривая невероятных размеров строение, Алиара пыталась принюхиваться и продолжала отгонять от себя страшные догадки. Одна хуже другой. Рука сама потянулась к воротнику рубашки, губы зашептали заклинание, но кисть сомкнулась, сжимая воздух и проведя по коже пальцами. Кулона сокрытия ауры не было. Маминого кулона больше с ней нет.

Хлёсткий резкий звук ударил по ушам, земля под ногами дрогнула и двери ближайшего корпуса с грохотом распахнулись, выпуская наружу кричащих в ужасе людей. Адепты академии хлынули в рассыпную. Многие пытались атаковать, и судя по разноцветным вспышкам магии — паника уже посетила сердца людей.

Глаза в ужасе расширились. Ноги сами понесли навстречу адептам, когда в дверях здания показались первые тонкие конечности с серой кожей длинных рук Косточника. Огромный черепоголовый паук вырвался на улицу, стремясь сожрать или зацепить как можно больше людей, ведя за собой с десяток подобных ему тварей, вперемешку с чёрными аламурами. Немыслимо! Обезьяноподобные безглазые существа никогда не превышали в росте сорока сантиметров, даже с их длинными торчащими ушами. А пауки с костлявыми тонкокожими человеческими руками вместо лапок вырастали до трёх метров в высоту и ширину, сейчас даже издалека выглядели чуть ли не в два раза выше.

Алиара бежала, на ходу проверяя количество магии. Скопилось слишком мало, но на пару сожжений хватить должно. В этот момент она заприметила прямо перед собой девушку, что упала на колени, сжалась в комок и закрыла голову руками, крича от страха. К ней уже стрекоча и шелестя руками-лапками подбегал косточник, расширив жала, с оттянутой костяной пастью и длинным чёрным языком, с которого сочился яд.

Вытянув вперёд руку, что уже начинала светиться, Алиара в два прыжка добралась до цели и воспользовавшись тем, что монстр не заметил её, поспешила прижать ладонь к тёплой засаленной толстой шкуре, подумав, что при таких размерах теперь она еле дотягивалась до его туши. Всего пара секунд пока незримая сеть въедалась под кожу чудовища, сковывая и оплетая изнутри каждую его клеточку, и с мерзким визгом паук начал белеть, трескаться, а затем осыпался пеплом под ноги.

Алиара кинула взгляд на девушку, что так и кричала, не подняв головы, и шумно выдохнула, радуясь, что успела. Вокруг творилось настоящее безумие. Монстры рождались из тел адептов, разрывая их на части и заливая всё кровью. Это заставляло молодых магов паниковать — бежать, замирать в страхе, бездумно лезть на рожон. Каждую секунду кто-то умирал так или иначе, даже сформированные группы не могли держать строй, наблюдая отвратительную, пугающую картину. Сбитые воплями чудовищ, молодые люди бежали сломя голову, но их догоняли, пожирали, разрывали и порой затаптывали. Крики и разноцветные волны магии проносились по территории.

Сглотнув вязкий ком, не веря своим глазам и не понимая куда бежать, кому помогать, с её то крохами магии, она круглыми глазами смотрела на происходящее немного со стороны и лихорадочно соображала, как вдруг в паре метров справа с криком приземлился парень. Натужно что-то прохрипев, вскочил на ноги и схватился за раненую ногу. Он с ужасом посмотрел на небольшую группу адептов, что бежала к воротам и аламура, что преследовал их. Недолго думая, прихрамывая и доставая из ножен клинок, пульсирующей концентрированной магией с лёгким жёлтым свечение, как туман, парень кинулся наперерез твари, швырнув в неё мягкий магический ком-ловушку. Аламур легко увернулся, но переключил своё внимание на бесстрашного юношу, шевельнув ушами. Присев на корточки и упираясь длинными лапами о землю, тварь раскрыла зубастый рот и зашипела, от чего на месте, где должны были быть глаза, собрались толстые складки из чёрной шкуры, торча вверх словно хохолок у попугаев.

Алиара ахнула и сорвалась с места за парнем, зная, что аламур приготовился к прыжку. Обычно эти твари в прыжке приземлялись на хвост и зависая в воздухе, атаковали сразу всеми лапами с острыми когтями. Адепт не мог этого не знать, и всё равно кинулся на монстра с клинком без всякого щита! С таким-то уровнем!

Меч, полыхающий светлой магией, зашипел при встрече с когтями монстра и через миг заскрежетал, прочерчивая по двум лапам стальных когтей аламура, не нанеся никакого вреда. И пока парень замахивался на новый удар, тварь уже вцепилась задними лапами в человеческое тело, пошире раскрывая пасть, готовясь на раз откусить голову.

Алиара в последний момент успела схватить существо за длинный хвост, отвлекая и впуская в него свой свет. Монстр дёрнулся, припал к земле, и с болезненным рёвом опал белым пеплом на траву.

Тяжело дыша, немного пошатываясь, Алиара подошла к парню и помогла ему подняться. Несколько дыр от когтей твари остались на его плечах и кровоточили, но он лишь поморщился и кивнул, посмотрев на девушку. Его глаза в удивлении расширились, но взгляда он не отвёл. По нему можно было понять о неозвученной благодарности и настороженному любопытству. Парень точно знал, что за артефакт на её лице, ну или он понимал, что ему не ответят и просто разглядывал человека с необычной магией. Лёгкая передышка в молчании и немая поддержка друг друга дала обоим необходимую уверенность и прибавила внутренних сил.

Парень, тяжело дыша, открыл рот, явно намереваясь что-то сказать, но вдруг всё вокруг вновь пошатнулось, грохнуло оглушающим взрывом и на поле безумного заклания ворвался целый отряд преподавателей и старших групп под предводительством так сильно знакомого мужчины.

Алиара замерла на пару секунд, приглядываясь, но потом поняла, что ошиблась. Это не Сайдэн, но кто-то очень похожий на него. В толпе адептов раздались радостные возгласы, маги воспряли духом и принялись выполнять распоряжения старших, счастливо улыбаясь, наблюдая за гибелью десятков монстров сразу.

Небольшой прилив облегчения заставил качнуться в сторону, мир расплылся и вновь пошатнулся. Чужая рука обхватила предплечье.

— Пойдём, — парень кивнул в сторону, где явно происходила эвакуация. — Тебя же не хватит надолго. А тут и без нас теперь справятся.

Алиара согласно кивнула, чувствуя лишь физическое опустошение и измождённость. Приняла протянутую для поддержки руку, и они поторопились к группе, движущейся к воротам.

А через ворота к собранным вместе адептам уже спешил новый отряд в знакомой форме. Изумрудная зелень коротких военных курток ослепила всех новой волной радости. Толпа возликовала подошедшему на помощь отряду Сайдэна Воирграна, что привёл к академии не менее двадцати своих людей. Сомнений, что это он не было — командир шёл первым и первым же бросился в атаку, отдавая приказы замершим перепуганным адептам. Алиара незаметно для себя начала улыбаться вместе со всеми, а когда полилась пульсирующая силой магия пришедших на помощь, то ноги и вовсе перестали держать, настолько телу уже требовался отдых. Она благодарно посмотрела на поддерживающего её парня, который и сам хромал. Ему требовалась перевязка, встреча с аламуром не прошла даром. Позже, когда всё закончится, нужно обязательно его поблагодарить. С такими мыслями они доковыляли, а по-другому не скажешь, до основной группы адептов, толпившейся у входных створчатых ворот забора, окружающего территорию академии.

Атмосфера среди магов царила нервная, но в тоже время на лицах была собранность и уверенность. Кто-то утирал слёзы, кто-то зажимал раны, были и такие, кто лежал на земле без сознания…

Резкий, слишком неожиданный толчок из-под земли заставил всех замереть, а через секунду следующий повалил на землю всех людей успевших расслабиться. Алиара невольно вцепилась в парня покрепче, но сразу отпустила и даже оттолкнула, почуяв гнилостный запах прямо под ногами. Новый знакомый непонимающе уставился, но она замахала руками, и он понятливо попятился назад, ожидая её. Хотела закричать, предупредить, но вновь вспомнила о проклятой штуковине на рту и просто принялась расталкивать в стороны ближайших адептов. Те, в свою очередь ругались, вновь падая на землю, но всё же отходили от ненормальной особы.

Новый толчок, всего секунда, чтобы самой не провалиться в брешь, что уже проявилась тонкой трещиной и взметнувшееся вверх чёрное щупальце. Одним точным мощным ударом щупальце проломило маленькую трещину в земле, превращая её в огромную чёрную воронку, не меньше пяти метров в диаметре.

Оглушённая мерзким смрадом, Алиара не успела отбежать достаточно далеко и немного ушла под землю, хватаясь за край. Подтянуться на руках она уже не смогла, но подоспевшие пара адептов быстро затащили её наверх. Пока выбиралась, краем глаза успела заметить, как не удержались и свалились в яму две девушки, которым некому было помочь. А ещё через секунду, из рваной бреши высунулась здоровенная мохнатая лапа, мерцая и адаптируясь под солнечные лучи снаружи, и утянула сразу двух парней. Остальные с криками разбегались в стороны, а Алиара так и замерла, наблюдая новые жертвы.

Подмога врагам пришла откуда не ждали. Чудовища выползали, вылетали, выпрыгивали наружу из кромешной тьмы чернеющей пропасти прямо у ворот академии, прямо в центре города. Подоспевшие группы военных и старшекурсников во главе с ректором не могли даже приблизиться, пока твари лезли из мрака, прокладывая сородичам дорогу. Они направлялись к главному зданию, Алиара была уверена. И пусть пока что монстров убивали раньше, чем они могли выбрать направление, но все твари вылезали в основном с одной стороны.

Адепты пытались уйти, но нападений было не избежать, словно монстры проделывали брешь чётко зная, где сформировалась спасённая группа молодых магов. Специально отрезая их от защиты старших, от подоспевших гвардейцев. Здесь лишь они, под слабенькой защитой, в кругу. Вылезших тварей убивают издалека пока что, но они с каждой секундой всё сильнее теснят защитный круг. Нужно отвлечь, ненадолго, чтобы маги могли убрать с линии атаки адептов и заняться тварями мрака. Но здесь некому было это сделать. Кроме…

«Я должна. Я смогу.»

Тяжёлый решительный вздох и она присела на корточки, опуская руки в брешь и концентрируясь на воспоминаниях, на ощущениях. Как тогда, в карете… Немного жжения, немного жара и тонких иголок по всему телу. Неприятные ощущения горечи во рту и наконец, ладони запекло.

Вспышка света озарила собой черноту ямы, ужасая открывшемся видом сотней голов разных монстров. Твари как по команде метнулись на свет, словно мотыльки на огонь. Они ползли и прыгали, но не успевая достать рук девушки, сгорали, а на их место уже стремились новые. Задержав дыхание и сосредоточившись, Алиара не замечала, что происходит сверху, на земле, на которой сама уже лежала. Она продолжала выпускать свет, с каждой секундой теряясь в чувствах — изнурённость, опустошённость, возможное выгорание. Выжимая себя до суха, полностью отдавая магию. Есть только задача, которую она должна выполнять столько, сколько потребуется, чтобы спасти как можно больше жизней.

Неожиданное прикосновение рук к телу отвлекло и одна из тварей подобралась слишком близко, острым длинным когтём вспорол кожу предплечья. Алиара не дрогнула, лишь слёзы навернулись на глаза.

— Императорская гвардия плетёт ограждающий барьер, — прошептал знакомый голос на ухо и только сейчас девушка поняла, что Сайдэн лёг рядом. — Нужно уходить, слышишь?

Волосы, вырвавшиеся из косы, закрывали ей лицо, не давая ему понять, что ответа можно не ждать.

— Алиара? — он, стараясь не отвлекать, аккуратно убрал несколько прядей и прорычал: — Какого чёрта?!

После, мужчина, недолго думая, обнял её со спины и приподнялся на колени, затем приподнял и её, удобнее закрепляя руки в захвате. Она слышала, но не поняла, что именно он прокричал куда-то в сторону, а затем вновь обратился к ней.

— Приготовься. Когда я скажу, ты прерываешь магию.

Глаза Алиары расширились в испуге. Если то, что он задумал не сработает быстро, тогда им обоим не поздоровится.

— Сейчас!

Алиара прервала свой свет в то же мгновение, как ощутила резкий мощный толчок назад. Воздух вышибло из сдавленных лёгких, в глазах потемнело, всё тело сжалось, ожидая удара. Однако их короткий полёт оказался стремительным и когда она приземлилась на Сайдэна, выбивая из него стон боли, то даже не смогла сразу встать от головокружения.

— Сейчас, подожди…

Он снял Алиару с себя и усадил рядом, на что-то облокотив. Пока в глазах двоилось девушка не особо понимала, что происходит вокруг.

— Закрыли, — обратился кто-то к Сайдэну и он облегчённо выдохнул, поднимаясь на ноги.

— Алиара, посиди здесь немного. Я подойду через минуту.

Она кивнула и наконец немного проморгалась. На талии яркой плетью медленно истлевала белая магия, давая понять, что именно так их смогли вытащить наружу. Точно. Девушка подняла взгляд на ворота, перед которыми её усадил командир, прислонив к молодому деревцу. Всего в нескольких метрах у ворот Академии столпились маги из военной палаты и гвардии императора, судя по цветам формы. Сами же кованные ворота искрились тонкими золотистыми цепочками — защитный барьер должно быть. А вот по касательной через забор, Алиара смотрела прямо на чёрную круглую пропасть.

Брешь продолжала выпускать из себя сотни новых тварей и все они двигались к академии, внутрь главного здания. Поистине впечатляющее и пугающее зрелище заставляло большинство людей с этой стороны замереть в ужасе с открытыми ртами.

В какой-то момент послышался крик и проследив куда указывают, Алиара сосредоточилась на бреши, пока не видя, что повлекло наступившую глухую тишину среди собравшихся.

Среди черноты монстров, тел, туш, голов и разных чёрных конечностей неожиданно начало проглядывать белое пятно. Над пропастью неторопливо поднимался силуэт в истёртой белой накидке с капюшоном. Сгорбленное тощее тело не двигалось, лишь парило над землёй сантиметрах в двадцати не больше. Длинные рукава волоклись тряпьём по земле, а по бокам ветром развевались волнистые белые пряди волос, доходящих до колен.

Люди замерли в полном молчании, пока силуэт под шипение и скрежетание тварей, что его окружали плавно летел к дверям академии. А стоило ему скрыться внутри, как нескончаемый поток монстров из чёрной бреши резко иссяк, выплёвывая из себя последнюю тварь, что торопливо поползла к остальным. Двери здания с резким грохотом захлопнулись, отсекая часть чудовищ снаружи и заставив всех вздрогнуть. И в эту же секунду большинство магов что-то почувствовав, дотронулись до своих колец, отмечая время. Рядом стоящий мужчина также приложил к артефакту руку и приглушённо произнёс.

— Полдень.

Глава 12. Слепое подчинение ради мнимой свободы

Стоило дверям главного корпуса закрыться, ненадолго повисло тягостное молчание. Артефакт времени пробил полдень — двенадцать часов дня — солнечный зенит. Сайдэн раздражённо стиснул зубы, невольно усилив этим ноющую головную боль. Если бы мог знать, как обернётся сегодняшний день, хоть ненадолго прилёг бы отдохнуть, а не заваливал себя на всю ночь работой, пытаясь отогнать неприятные мысли. Как оказалось тревога была не напрасна.

Напряжённость не ушла, но люди продолжили выполнять обязанности молча. Сайдэн тяжело вздохнул и отыскал глазами друга. Командующий Имперской гвардией стоял спиной совсем недалеко, отдавая своему сержанту приказ. Надмар Итэрион — они знали друг друга с детства, их отцы вместе работали и нередко семьи гостили друг у друга. Надмар был на пару лет старше и на целую городскую реку наглее. Он ни раз перекладывал вину на братьев Воиргран и всегда легко выходил сухим из воды. Но то было в детские годы, а сейчас он стал человеком, на которого всецело можно положиться, человеком, что работает не покладая рук и старается на благо Роурдана. Такого доверия как он достоит не каждый. Сайдэн подошёл молча и встал рядом, прислушиваясь.

— …остальное я передам сам. Свободен.

Сержант кивнул и сразу удалился, а друг перевёл взгляд на Сайдэна.

— Отправил с коротким отчётом к Императору, — кивнул он вслед уходящему подчинённому.

— Сам не пойдёшь? — полюбопытствовал Сайдэн нахмурившись в сомнении.

— Пойду, но дел пока невпроворот.

— Светлого дня, господа! — к ним подошёл Сагмар, учтиво улыбнувшись и тяжело дыша. На него сразу вопросительно посмотрели, не собираясь отвечать вежливым приветствием и он недовольно, но понимающе вздохнул. — Сдерживающий барьер закончили. Сейчас занялись плетением сигналок и ловушек, но это уже без меня.

— Отлично, — кивнул Сайдэн. Именно это он стремился узнать и сейчас напряжение немного спало.

Ректор академии лично выбирал устанавливаемый барьер, вплетал в него свои защитные заклинания, не жалея сил и магии. И это сразу после тяжёлой изжигающей резервы битвы. Брат всегда старался отдавать всего себя любимой военной академии и не любил на это жаловаться. Трудно представить, что он испытывает сейчас, потеряв столько своих адептов на своей же территории. Нужно за ним присмотреть.

— Командующий! — донеслось в спину и Сайдэн обернулся. К нему подбежал сержант, который…

Глаза Сайдэна округлились.

— Что случилось?! — невольно рявкнул он, напугав подчинённого.

— Девушка потеряла сознание! — отчитался тот.

Сайдэн ринулся обратно к дереву, где оставил ту, что так внезапно появилась в самом сердце битвы, да ещё с интересным «украшением» на измученном лице. Судя по шагам, друзья не намерены были отставать.

— А что за девушка? — услышал он за спиной голос Надмара.

— Лесной огонёк, — хмыкнул в ответ брат с явной улыбкой на губах, — что привлёк крупного мотылька на свой свет.

— Иронично, — раздался приглушённый смешок. — Ни этот ли свет мы видели у разлома?

Друзьям явно хотелось отвлечься и забыться среди шуток и неуместных намёков, он их понимал, но собственные мысли крутились только вокруг девчонки и её необычных способностей. Может и он так пытался отвлечься от ужасающих картин, мелькавших перед глазами — разорванные тела молодых адептов, первого года обучения, откушенные конечности…головы. Воздух в горле встал комом. А друзья идущие сзади всё продолжали говорить. Сайдэн старался их не слушать. Алиара сидела там, где он её оставил, но теперь голова девушки упала на грудь, а руки безвольно повисли вдоль тела. Бледная, с синяками вокруг глаз. Он сразу опустился на колени и взяв её за руку, пустил магический импульс, чтобы узнать уровень резерва. А как только разряд дошёл обратно, ужаснулся.

— Живо, — рявкнул сержанту, что всё ещё топтался рядом, перемежаясь с ноги на ногу. — Приведи лекаря!

Сержант мгновенно скрылся среди людей.

— Истощение? — поинтересовался Сагмар, подходя ближе и отдёргивая плащ, укрывающий тело девушки.

— Выгорание, — бросил в ответ Сайден, хмуро следя за его действиями, и аккуратно положил руку девушки.

— Полное?

— Я не лекарь, — прицыкнул недовольно, наблюдая как брат прощупывает одежду. — Что ты делаешь?

— Где её вещи? — он наконец отодвинулся и встал. — Подарила сумку монстрам или тем, кто оставил украшение?

— Почём мне знать.

— Хочешь найти…

— Куда? — раздалось рядом и на землю возле Алиары опустился пухлый низенький мужичок в тёмном колете и простых брюках. Он снял с плеча раздутую наплечную сумку и потянулся одутловатыми пальцами к девушке. Сайдэн поймал его за руку.

— Вы кто?

— Нашёл только его относительно свободным, — отчитался подбежавший сержант.

— Лекарь высшей категории, — уверенно произнёс мужичок, надевая на нос пенсне. — Я приехал устраиваться в Роурдан на работу, — сказал и добавил с укоризной: — Вижу у вас её тут полно.

Сайдэн отпустил его руку, но внимательно следил за действиями. Лекарь действовал уверенно и явно знал своё дело, но слишком быстро закончил. Поднял голубые глаза на Сайдэна и хмуро произнёс:

— Я с «молчалкой» даже зелье влить в неё не смогу. Тут надо по капле через прикосновение проталкивать, напрямую в резерв через кожу…

— Она же выгорит, — вставил Сагмар.

— Ты можешь помочь или нет? — рыкнул на мужичка Сайдэн.

— Могу, — уверенно заявил тот. — Но мне и самому нужен для этого артефакт, тут сырой силой нельзя. Добьём.

— Возьми всё что тебе нужно и приходи в центральную лечебницу как можно скорее.

— Почему на ней «молчалка»? — поинтересовался Надмар, пока Сайдэн поднимал девушку на руки.

— И я хотел бы знать, — тяжело вздохнул он.

Центральная лечебница была недалеко от самой Академии, по понятным причинам находилась она в центре Роурдана. Сейчас целое крыло первого этажа, справа от входа передали для размещения раненых адептов. Сюда Сайдэн добирался уже один, оставив своих людей под командованием одного из командиров разведки.

Быстро разместив девушку в переполненной стонущими людьми палате, за неимением другой, ведь адептов продолжали приносить ежеминутно, он дождался лекаря и передал Алиару ему.

— Девушка крайне важна, — проговорил он. — Головой отвечаешь.

Мужчина судорожно сглотнул, круглыми глазами смотря на него, но затем собрался и уже увереннее кивнул. Лекарь принялся за дело, доставая из своего саквояжа небольшую стеклянную трубку с шаром по центру. Витиеватые древние руны мелкими знаками покрыли каждый миллиметр артефакта — стандартный торкоф. Один из множества подручных средств лекарей, и чуть ли не самый важный.

Немного понаблюдав за работой лекаря, глаза начали слипаться. Он и сам потратил весь резерв, забыв сделать хоть глоток восстанавливающего. Тяжело вздохнул и растёр веки пальцами. Не время. Кинул последний взгляд на бледную девушку. Следует разобраться ещё и с этим. Но начинать необходимо с отчёта императору.

Вернуться, всё разузнать. Помочь. Собрать командиров. Найти Надмара. Вместе навестить императора, что явно будет крайне недоволен, если можно так выразиться. Провести ещё собрание, потом ещё, и ещё…

Мученически выдохнул, собрался и направился к выходу, когда услышал.

— Я как закончу, — произнёс лекарь, не оборачиваясь, — пошлю кого-нибудь к вам.

— Спасибо.

Сайдэн вышел в коридор, стараясь не мешаться снующим людям. Его ждал тяжёлый насыщенный день в обнимку с зельями, а может даже с императором. Роурдан накрыла чёрная напасть и он один из тех, кому следует встать на его защиту.

***

Неприятные запахи лекарственных средств и зелий ворвались в сознание тошнотворной волной. Алиара открыла глаза и поморгала, возвращая чёткость зрению. Вокруг было шумно. Разговоры тихие, но уж очень многих людей, сплетались в ком монотонной какофонии и заставляли нервничать.

— Очнулась? — громкий неожиданный вопрос звонким женским голосом отдался в голове неприятным гудением. — Поднимайся, живее!

Перед ней стояла высокая светловолосая женщина средних лет в короткой белой накидке со значком гильдии лекарей и белых высоких сапогах, закрывающих белые плотные штаны.

— Почему? — на неё не моргая смотрел пухленький мужичок с аккуратной бородкой и пенсне на носу, что сидел рядом на табурете. В его руках крутился стеклянный тонкий сосуд, немного искрящийся магией, а на лице застыл явный шок, вперемешку с любопытством и недоверием своим глазам. Что его могло так удивить ясно не было, но вот, что на рту девушки всё ещё оставался жгучий раздражающий артефакт вне всяких сомнений.

— Ты оглохла?! — неожиданно прикрикнула на неё женщина и насупила ровные тонкие брови, гневно сверкнув голубыми глазами. — Вставай немедленно! Я не намерена больше и капли своего резерва тратить на такую безмозглую магичку!

Несправедливые обвинения и непонимание заставили в миг собраться. Алиара в злости подскочила с кровати, но тело сразу повело в сторону и пришлось схватиться за спинку, успокаивая закружившийся мир.

— Разве ж ей можно вставать?! — очнулся мужчина и попытался уложить её обратно. — Нельзя даже просыпаться!

Алиара подняла бровь и с сомнением покосилась на взмокшего от переживаний мужичка. Должно быть лекаря. Он аккуратно положил в свой саквояж стеклянный сосуд и вскочил на ноги. А высокая безвестная дама окатила его надменным взглядом и скрестила руки на груди.

— Нельзя ей ещё приходить в себя! — сказал и задумался. — То есть… то есть можно. Но Вы же её искалечите!

Недолго думая, дама нависла над стушевавшимся вмиг мужичком и угрожающе проговорила:

— Это ты мне собрался объяснять, что я могу и что случится? — она сощурилась, заставив лекаря сделать пару шагов назад, и активнее обливаться потом, топорща глаза. Она вдруг окинула Алиару мимолётным сердитым взглядом и усмехнулась, вновь посмотрев на лекаря. — Отлично! Дальше сам! Направь девчонку к Сайдэну немедленно! Опоздает хоть на секунду – лишу тебя лицензии! Понял?!

Отчеканила и не дожидаясь ответа, развернулась, зашагав твёрдым шагом отстукивая ритм каблуками по плитке пола и вскоре скрылась за дверью.

Алиара даже понять ничего не успела, стоя и хлопая глазами, утопая в гудящей головной боли и раздражении.

— Да ты почти выгорела, тебе лежать нужно и принимать лекарства! — вдруг злостно прошипел лекарь не понятно к кому обращаясь и проверяя свою сумку. — Думает, что ей всё можно. Вот так прилюдно применять запретную магию…

Он проворчал под нос ещё что-то, вытер платком пот со лба и наконец шумно застонал, закатывая глаза и хмурясь от недовольства. Пухлой короткой рукой он поправил пенсне и вдруг взмахнул к выходу.

— Ты всё слышала! Пошли!

Алиара направилась к двери, теряясь в догадках – что за женщина, что она сделала раз от всех недомоганий осталась лишь головная боль и главное, как это отразится на ней в ближайшем будущем.

— Подожди, — раздалось сзади, когда она уже переступила порог. Лекарь подошёл к ней, заставив посторониться и выйдя в коридор поспешил вперёд, вынуждая следовать за ним.

Мужчина бодрым шагом подскочил к стойке недалеко от палаты, в которой очнулась Алиара и негромко постучал по белому высокому столу. И не смотря на суету, стоны, разговоры больных и общий шум, к стойке тотчас подбежала молодая девушка с вульгарно накрашенным лицом и затянутой на затылке кичкой, да так сильно, что волосы заметно подтянули лицо вверх.

Они перекинулись парой слов, которых Алиара даже не старалась расслышать и девушка, бросив на неё недовольный взгляд, быстро скрылась в коридоре. Лекарь же повернулся к Алиаре и протянул несколько пузырьков.

— Возьми-ка, — от скинул их в бархатный мешочек и сунул ей в руки. — Примешь эти зелья сразу же, как только снимут молчалку со рта. Надеюсь, ты достаточно восстановилась и больше вытягивать твой резерв со дна никому не придётся. Ты могла лишиться магии, советую в следующий раз быть аккуратнее. Пережечь каналы не долго — долго их восстановить и вернуть к ним резерв, а ты очень постаралась его сжечь до размеров хлебной крошки.

Алиара внимательно выслушала его, наконец осознавая, как обязана этим магам, что спасли её тело и дар. Она кивнула в благодарность, на что мужчина лишь покачал головой. Интересно, как многое сделал он сам, пока не пришла громкая дама. А ещё, судя по всему, смелый лекарь решил перепоручить её кому-то другому, пренебрегая просьбой, а точнее приказом, той ураганной особы.

— Сейчас придёт адепт, — проговорил он, подтверждая догадку, и вдруг перевёл взгляд ей за спину, вынуждая оглянуться на юношу в тёмно-красном плаще, что спешил к ним. — А вот и он.

Рыжий взмокший от пота парень с ошалелым взглядом и белой повязкой ученика лекаря на шее. Насколько Алиара помнила, такие выдавались адептам второго курса, приставленным к наставнику для обязательной отработки и помощи в лечебницах, а также для освоения дара на уровне инстинктов и элементарного опыта.

Парень немногим выше самой Алиары, подошёл к ним и не сказав ни слова, стараясь отдышаться, вяло махнул рукой на выход. Своевольный лекарь также молча махнул на прощание и с лёгкой улыбкой ушёл по своим делам, а Алиара поспешила за рыжим пареньком, что не оборачивался, совершенно не заботясь потерять её.

Шли в темпе, народу на городских улицах было полно и судя по одеждам горожан и плотности застройки старых домиков, тесно прижатых боками друг к другу, центральная лечебница примыкала к району среднего класса, что было вполне логично. Объединяла собой, словно линия горизонта районы зажиточных горожан и имеющих средний достаток, увы, от случая к случаю.

Небольшая паника всё же присутствовала среди народа, то и дело можно было расслышать разговоры об Академии и жертвах. Волнения провожали Алиару и рыжего парня, что так ни разу и не обернулся – что уж говорить о знакомстве – вплоть до района ремесленников. Несмотря на собственное волнение, а также нервирующие запахи подходящей бури, с учётом, что на небе ни облачка, самый разгар дня – как ни странно, Алиара чувствовала лишь гудящую тупую боль в голове и ничего более – тело словно и не испытывало на себе никак превышающих все его нормы нагрузок, отсутствие сна или магическое истощение. Да, магии в резерве не ощущалось, но в остальном, Алиара словно спала несколько дней, обильно принимая лечащие крепкие зелья и ванны с ароматными маслами для успокоения.

Единственное, что продолжало беспокоить – это урчание слипшегося желудка. Во рту со вчерашнего утра не было ни крошки, а с ночи пришлось забыть и о воде. Такого изнурения Алиаре ещё не приходилось испытывать и пока она терпеливо сносила все трудности, не без помощи других, но ресурсы организма с неимоверной скоростью заканчивались, волшебные средства нагрянувшей громкой леди закончатся, а жизнь лишь продолжит ставить подножки… как тогда, в детстве, когда мама впервые закрыла её в комнате на целые сутки, потому что она поставила подножку и Никель сильно расшиб лоб и нос, угодив в яму с колотым кирпичом. Но разве она виновата, что хотела отомстить вредному мальчишке, что называл при всех её самыми разными обидными словами, да ещё и…

Алиара встала как вкопанная прямо посреди улицы. Глаза её расширились, а сердце забилось как сумасшедшее. Откуда эти воспоминания? Это было на самом деле? Кто-то толкнул её в плечо, буркнул извинения и скрылся, а она всё стояла и пыталась осознать своё первое воспоминание из прошлой жизни. Когда ей было десять или и того меньше, когда у неё были родители, семья, друзья, свой собственный дом, полный людей. Она постаралась вспомнить ещё что-то, но больше на ум не пришло ни единого имени, лица или места, а так ярко вспыхнувшее в памяти лицо темноволосого Никеля, угасло, словно его и не было.

Тоска сжала колотящееся в волнении сердце и слёзы навернулись на глаза.

— Чего встала поперёк улицы, — раздался рядом старческий голос и Алиара очнулась от мыльной пелены чувств и забытого. — Не мешай людям!

Поспешно отошла, поискала глазами своего рыжего провожатого. Конечно, его и след простыл, но они прошли уже несколько районов и сейчас пересекли широкую мостовую улицу, направляясь явно к широкой многолюдной площади. Алиара грустно втянула носом воздух и растёрла лицо. Ох, как ей надоели эти тайны прошлого свои и тёти Марэи. Попытавшись отвертеться от горестных мыслей о тётушке, она зашагала вперёд, куда предположительно они и направлялись.

Командир разведывательного отряда должен большую часть времени находиться там, хотя она понятия не имела что он должен и где бывает. Хорошо, тогда она просто дойдёт до площади и попробует найти рыжего поганца, который, как и лекарь столь легкомысленно относится к обязанностям.

Очередная площадь была меньше других, но подъездные дороги к ней были чуть ли не в два раза шире, а здания имели множество мелких пристроек и соединений друг с другом, словно муравьиный дом с дорожками, ведущими к центральному входу, над которым и висела металлическая табличка с красивой гравировкой — «Площадь Тысячи Договоров. Военная палата».

Алиара приблизилась, провожая глазами каждого человека, проходящего мимо, однако все они были так заняты, что даже не замечали её, не говоря уже о её украшении. Рыжего на горизонте не было, стоит просто спросить кого-то ещё. Недолго думая, ей удалось заступить дорогу одному магу в зелёной куртке, и он оторопело поднял на неё взгляд, вырвавшись из своих мыслей.

— Чего тебе? — грубо спросил, а затем заметил артефакт на её рту и нахмурился. — Ты что, натворила чего и сдаваться пришла?

Спросил и вдруг усмехнулся.

— Ладно, мне некогда. Чего тебе?

Повторил он, заставив её задуматься как же объяснить, что ей нужно.

— Алиара? — знакомый голос заставил вздрогнуть и повернуться.

Знакомые карие глаза, широкий лоб, усыпанный тёмными немного вьющимися волосами и круглый крупный нос. Высокий молодой мужчина в зелёной куртке подошёл ближе, кивнул товарищу, отпуская его восвояси и обвёл пристальным взглядом девушку, которая упорно вспоминала имя члена отряда разведки командира Сайдэна.

Мужчина разглядывал её всего несколько секунд, затем кивком попросил следовать за ним и быстрым широким шагом направился к центральному входу. Внезапная пробежка явно не пошла на пользу. Алиара еле поспевала, бранясь про себя на Майнора, что заставил каждую клеточку её тела взвыть от боли. Майнор! Вот и имя вспомнилось на очередном повороте узкого коридора. Тот самый, что не пожелал представиться в её доме и всячески выказывал своё негодование по любому поводу. Однако сейчас он сразу сообразил, что требуется и принялся помогать, возможно он не так плох, как показалось на первый взгляд. В боку нещадно закололо, когда мужчина остановился и постучал в одну из зелёных дверей, дождался пока медная тонкая ручка в виде когтя крупной птицы блеснёт желтым цветом и приглашающим жестом указал Алиаре на вход, немного посторонившись.

Она благодарно кивнула, а он вдруг улыбнулся в ответ и просто ушёл по своим делам. Алиара ощутила смятение и лёгкую радость, всё же она его не понимала и немного терялась в его присутствии.

Однако не так сильно, как в присутствии другого мужчины, что так и не поднял глаз от документа, который заполнял тонким белым пером с чёрными чернилами, когда Алиара стушевавшись вошла и неторопливо прикрыла за собой дверь.

— Одну минуту, — Сайдэн поднял вверх палец и вновь вернулся к документу, не подняв головы.

Алиара же вдруг ощутила прилив настоящего спокойствия и даже ноги перестали слушаться, заставляя глаза искать куда бы присесть. В кабинете, небольшом, но светлом и тихом стоял один массивный письменный стол из белого дерева, украшенный зелёными вензелями вокруг герба, пара простых стульев у стены, одно кресло для гостей напротив хозяина кабинета и слева высокий раздутый бумагами шкаф, с крупным узором в такт столу.

Тяжело выдохнув и подойдя к гостевому креслу, девушка плюхнулась на мягкое сиденье, откидываясь на упругую высокую спинку, обитую нежной тканью, и уставилась на командира. Он же в свою очередь краем глаза следил за происходящим, успел закончить документ, отложить перо и поднял строгий, даже надменный холодный взгляд, что вмиг растерял всю уверенность и строгость, стоило только увидеть гостью.

— Ты почему здесь? — Сайдэн тут же вскочил на ноги, обеспокоенно осмотрел гостью с ног до головы и подошёл ближе, огибая стол. — Рин не с тобой?

Алиара непонимающе на него посмотрела.

— Высокая женщина-лекарь, что видимо тебя подняла, — он прикусил губу и нахмурился. — Прости, я не думал, что она так поступит. Рин нашла меня почти сразу, как я вернулся сюда, сказала, что император послал её вылечить некую добровольную помощницу, но я должен был догадаться, что тебя будут ждать на Совете.

Мужчина разочарованно прицыкнул. И как только кристально-голубые глаза осмотрели все возможные поверхностные повреждения и остановились, встретившись с усталым взглядом Алиары, Сайдэн выдохнул и пододвинул один из стульев, сразу на него усевшись. Он растёр лицо ладонями, затем провёл широкой даже квадратной рукой по тёмным волосам и откинулся на спинку, скрещивая руки на груди.

Тёмные высокие кожаные сапоги, острые колени длинных расставленных ног в плотных брюках с зелёными форменными нашивками и огромная металлическая бляха широкого ремня, в виде искусно выгравированного кинжала с серебряным блеском. Сидящий напротив крепкий, высокий, уверенный в себе мужчина глухо хмыкнул, заметив, как она его разглядывает, но девушка слишком устала от обрушившихся на голову впечатлений, чтобы сейчас смущаться своего вольного поведения или любопытства. Да и чего таить, уверенность этого мужчины передавалась и ей, а заодно даровала спокойствие и ясный ум.

— Как плечо? — вдруг спросил он и Алиара только сейчас вспомнила, что одна из тварей у разлома успела её задеть. Однако проведя ладонью по гладкой коже предплечья, стало ясно, что не осталось и следа. И Сайдэн это понял.

— Скажу честно, — произнёс он, вдруг нахмурившись, — я не смогу самостоятельно снять артефакт Молчания. Для него требуется артефактор и маг высшей категории с лицензией целителя. У меня такой нет.

Алиара понимающе кивнула. Но всё же стало неловко.

— Гарц нам поможет, — продолжил Сайдэн не двигаясь. — Артефактор тоже не проблема. А вот времени в данный момент нет. Я провёл внешнее собрание основных членов гильдии и военной палаты. Сейчас собрал отчёты и скоро должен начаться Совет в Императорском дворце. — Он немного постучал носком ботинка по полу и приподнял брови в раздумьях, не сводя взгляда с Алиары. Спустя несколько секунд он произнёс: — Я понимаю, что ты должно быть растеряна, но тебе придётся присутствовать. Уверен, подтверждение и пропуск вот-вот придут на браслет связи.

Алиара лишь застыла на некоторое время, затем осознала, что ей не послышалось и часто заморгала в непонимании.

— Не беспокойся, — серьёзно кивнул он и вдруг мягко улыбнулся. — Будет немного людей, лишь узкий доверенный круг Императора. Или от этого не легче? — мужчина хмыкнул понимающе и облокотился локтями на колени, свешивая руки вниз. — Молчалку сейчас не снять быстро. Да и голос к тебе сразу не вернётся. Но отказаться ты не можешь. Зато тебе выпал шанс послушать важнейшее собрание лордов за последние десять лет.

Алиара протолкнула ком в сухом горле и закашлялась, забыв, как дышать. Всё это начинало пугать.

— Пойми, твою магию видели все, — низкий голос стал напряжённее, в нём появились нотки сожаления. — За тобой бы всё равно пришли, и вряд ли стали бы дожидаться, когда ты очнёшься. Ты всё правильно сделала, без тебя жертв было бы в десятки раз больше. Но, увы, император теперь от тебя не отстанет. После того, что случилось Роурдану потребуется каждый сильный, талантливый маг. Твою магию захотят узнать, изучить, использовать — хочу, чтобы ты это осознала раньше, чем они начнут склонять тебя на принятие решений. — Сайдэн опустил взгляд на секунду и облизал губы, сведя брови вместе, словно сомневаясь. Затем продолжил. — И хочу, чтобы ты знала — ты можешь на меня рассчитывать, я помогу. Когда мы снимем с тебя эту дрянь, ты мне всё расскажешь в подробностях – кто это сделал, как так вышло, почему ты вообще оказалась в городе, — его глаза расширились, блеснув догадкой. — Твоя тётя умерла?

Алиара кивнула и отвела взгляд, рассматривая деревянные ровные полы приятного шоколадного оттенка. Сайдэн же тяжело вздохнул и произнёс:

— Мне жаль.

Мужчина немного подождал, выпрямился и протянул руку к столу. Взял белый лист, перо и чернильницу, пододвинув всё к Алиаре.

— Время на исходе, — произнёс он, поднимаясь на ноги. — Пока идёт собрание, мы уже сможем многое выяснить. Напиши мне имя того, кто повесил на тебя Молчалку.

Скрывать это было бы самой большой глупостью, нельзя такое покрывать или бояться — их всех нужно наказать. Алиара пододвинула к себе лист и написала пока лишь слово.

«Баксмер».

Сайдэн встал рядом и прочитал. Руки его сжались в кулаки на пару секунд, но он шумно выдохнул и уже спокойнее сцепил их за спиной в замок. Впечатление создавалось словно он его знал. Алиара немного подумала и продолжила писать дальше.

«Буря приближается. Большая, опасная и затяжная».

Алиара понимала, что не каждый ей поверит, не каждый поймёт её способности, но Сайдэн лишь серьёзно кивнул, принимая информацию — он ей верил. А следующая строчка заставила глаза командира округлиться, отражая на его лице замешательство и сомнения.

«Я видела в лесу армию монстров под непроницаемым куполом невидимости».

Сайдэн неверяще взглянул Алиаре в глаза, словно пытаясь найти в них подтверждение что она шутит или что-то не так поняла. Но чем дольше он смотрел, тем серьёзнее становился, видимо находя в лице девушки лишь спокойную уверенность и очевидную усталость, вперемешку со страхом и желанием снять чёртов артефакт.

Он лишь на пару мгновений задумался, переведя взгляд на окно и принял решение.

Глава 13. Трансдукция в магии

Новый коридор мелькнул перед глазами, в точности повторяя предыдущие три — пустынные, безлюдные, лишь голые стены и толстые серо-коричневые старые ковры под ногами. Редкие окна без тюля и штор, одинокие масляные магические лампы, что закрывались плотной крышкой сверху и запирали пламя внутри стеклянного шара, медленно по трубке втягивая масляную жидкость из резервуара — распространённые, удобные и как говорят безопасные штуки. Жаль, дорого стоили. Немного поразмыслив, провожая очередные голые стены, Алиара вспомнила, что в особняке Сарванторино было нечто похожее.

Широкий шаг командира заставлял почти бегом следовать за ним через новый коридор с редкими дверьми и в кои то веки редкими людьми. В основном одеты они были по-военному, но цвета порой разные и нашивки, видимо члены гильдии стражей или гильдии разведки, Алиара плохо в этом разбиралась, самостоятельно черпая знания из принесённых в дом книг. А так как нести приходилось на себе порой крайне много, больше пары книг себе позволить не могла, да и в последнее время на чтение не оставалось ни сил, ни желания, когда тётушка стала больше времени проводить в постели.

— Здесь, — донеслось до Алиары и она очень вовремя остановилась, чуть не врезавшись в спину Сайдэна. — Проходи.

Перед ней открыли дверь в довольно просторное помещение, где уже кипела некая работа. Светлая тёплая, даже душная комната, представляла собой смесь пёстрых красок корешков новеньких толстых книг и разнообразных мелких склянок и артефактов, в основном в виде украшений. Всё это добро покоилось на многочисленных полках открытых толстостенных шкафов, нерушимо стоящих у каждой стены, низенькие шкафчики подпирали в основном подоконники, а остальные словно старались занять каждый сантиметр комнаты.

Кое-как в обставленном помещении уместился стол, заваленный грудой «барахла» — свитки, книги, чашки с недопитым напитком, в каждой свой, перья, чернильницы аж в количестве десяти штук не меньше, холщовая ткань с крошками от чего-то вкусного, заставляющего желудок протяжно — хорошо хоть тихо — заурчать, и даже банка варенья, на которой расположилась ещё одна масляная лампа. А вот посередине загруженного стола на постаменте возвышался целый талмуд, раскрытый на заложенной вышитой лентой странице и над ним возвышались два явно серебряных подсвечника с толстыми жёлтыми зажжёнными свечами.

Именно возле этого стола, над этой впечатляющих размеров книгой и склонились трое мужчин, тихонько что-то обсуждая и замолчавших стоило им войти.

— Командир! — радостно кивнул один из них, самый низкий, полнотелый и узкоплечий, с затянутыми на затылке светлыми волосами и квадратным, мятым раскрасневшимся лицом.

Они с Сайдэном поприветствовали друг друга, а судя по реакции двух других, с ними он уже виделся. Высокий поджарый мужчина в идеально сидящей форме, без единой складочки и зализанными короткими волосами с сосредоточенным вытянутым лицом; а также до синяков под глазами уставший второй мужчина средней комплекции и роста, с обвисшим лицом и животом, небрежно накинутой рубашке и птичьим гнездом на голове; очки на его толстом мясистом носу сидели криво, но живой взгляд за ними словно принадлежал другому человеку, которому очень хотелось прямо сейчас сотворить чудо — не меньше.

— Алиара, это Рифн, Фрэддэн и Олкирд, — он поочерёдно указал сначала на низкого, затем на идеально зализанного и после на неопрятного мечтателя. — Можешь звать их по именам. Они помогают мне в самых разных проблемах и сейчас помогут нам с тобой попасть во дворец.

Глаза Алиары округлились и сердце ушло куда-то в район пустого желудка от догадки, но прежде она приветственно кивнула каждому и те понимающе скривились, отметив артефакт на её лице.

— Фу, какая же мерзость, — не сдержался Рифн.

И Алиара была с ним согласна.

— А со мной ты уже знакома, — прокряхтел знакомый голос позади.

Справа от входа в комнате была ещё одна дверь, через которую и вошёл Гарц, довольно улыбаясь и пряча в карман штанов металлический портсигар. Алиаре хотелось поприветствовать его улыбкой, но артефакт Молчания с радостью обжёг губы за своеволие, и она лишь дёрнулась, зажмурившись на пару секунд. Кажется раньше такого не было.

— А он уже обжился на тебе! Не стоит пытаться, — понимающе хлопнул её по плечу лекарь и достав очередную металлическую коробочку, выцепил из неё толстые очки, водружая их на нос. Он сочувственно улыбнулся и уже серьёзно обратился к командиру. — Пришёл сигнал, я здесь.

— Благодарю, — Сайдэн подошёл к одному из массивных книжных стеллажей и достал с полки небольшую резную шкатулку. — Алиара отправится со мной во дворец на собрание Палаты Лордов. Гарц, Рифн — ей требуется осмотр и новая одежда.

Алиара непонимающе взглянула на свой зелёный, дырявый, старый и грязный плащ и подняла бровь. Она не считала, что даже на приём к императору ей требуется наряжаться в свете происходящего в городе, да и женской одежды тут вряд ли найдётся.

А тем временем Сайдэн достал из шкатулки тонкий красный браслет с несколькими солнечными камнями и нацепил на руку, убирая шкатулку на место.

— Фрэддэн, подготовь комнату переноса, — продолжал командир, расхаживая по комнате и доставая из разных углов вещи, пробубнил, отвлекаясь, — я же просил здесь убраться.

— Извини, командир, — буркнул Рифн уже подходя к Алиаре с объёмной лекарской сумкой.

— Олкирд, настрой гостевой браслет и оформи пропуск, через приглашение с моего. Запрос под мою ответственность и леди Салинар Ринэль.

Сайдэн продолжал отдавать приказы, застёгивая зелёный мундир с воротником стойкой и двубортным краем. Перекинул через плечо два золотых толстых шнура, закрепляя их под нашивкой на плече и цепляя тёмную короткую накидку на второе плечо. Гарц же всё это время аккуратно сканировал Алиару и закончив, что-то пробурчал себе под нос. Как ни странно, Рифн его понял и хмыкнув в ответ, сразу попросил её присесть на пододвинутый стул.

— Правая нога ожог, гематома на плече, — перечислял Гарц, приступая вместе с напарником к лечению, да так резко, что боль прошибла сознание, немного туманя рассудок и выбивая слезу. Заметив это Гарц прикрикнул: — Да аккуратнее остолоп!

— Простите, сейчас сделаю, — сосредоточенно забубнили в ответ.

Голова загудела, но почти сразу Алиара ощутила тепло по всему телу и невероятное облегчение, словно все трудности одним большим мешком сняли с плеч и выкинули, вместе с болью и усталостью. Лечение продлилось от силы минуты три, но приток сил и энергии даже заставил зажмуриться в удовольствии на секунду, так требовалось восстановление организму. Странно, но до вмешательства она вообще не ощущала проблем и была уверенна в действиях той женщины. Рин.

— Поддержку и лечение оказали, но временно. Всё-таки здесь требуется планомерный подход, а то тело не выдержит.

Гарц увидел обеспокоенный взгляд Алиары, плюхнулся на соседний стул и закряхтел сухим смехом.

— Слишком ты себя извела, — устало сказал он. — Не переживай. Ни один лекарь не допустит…

— Нельзя так организм мучить, — добавил Рифн перебивая и усаживаясь прямо на пол, не замечая возмущённого взгляда напарника. — Вообще не понимаю, как ты стояла… Все ресурсы пусты! Как на одном дыхании и держалась.

— Ты глуп ещё, — пробубнил Гарц нахмурившись. — Не увидел, что резерв с пустышки поднят?

— Не было дна то… — Рифн непонимающе развёл руками, а его квадратное лицо раскраснелось ещё больше, резко контрастируя со светлыми желтоватыми волосами.

— Так и я о чём! Миледи Ринэль ни с одной рукой чужой не спутаю, — он скрестил руки на груди и фыркнул. — Но видно работала споро, даже импульс не пустила.

— Разве ж можно?..

— Цыц! — Гарц устало прикрыл глаза и потёр приличную щетину. Затем снял очки и принялся их протирать невесть откуда взявшейся тряпицей. — Миледи знает, что делает. Грубо, больно, но всегда успешно. Но вот без импульса, на глаз ожог и гематому не всегда можно заметить. А Алиара видимо не жаловалась… — вернул очки на нос и покаянно прижал ладонь к груди. — Не хотел…

Алиара лишь плечами пожала. Ясно, что пожаловаться той лекарке она не могла, но и не хотелось, с таким-то грубым подходом. Теперь стало понятнее — птице такого полёта не с руки было заниматься «лесной дикаркой».

— Несомненно работа мастера великолепна, — тем временем продолжал восхищаться Гарц, нащупывая портсигар судя по бряканью. — Считай, с того света тебя вернула, — он внимательно всмотрелся в лицо Алиары и хмыкнул. — Не бери на сердце если она что сказала, такой она человек. Да и поверь, лучшего от неё не дождаться, но дело своё знает. Не зря занимает пост Первого Лекаря Императора.

Алиара округлила глаза под впечатлением, она, конечно, понимала, что женщина представитель знати с высоким рангом, но, чтобы настолько?

— Готово командир! — громко отрапортовали сзади, заставив девушку вздрогнуть. Как-то Алиара успела подзабыть что в комнате есть ещё человек и командир вроде выходил куда-то…

— Отлично, — довольно и не менее громко откликнулся Сайдэн, стоя совсем рядом и забрал браслет у подчинённого.

Как только она могла не заметить его возвращения? Через вторую дверь в тот же момент вошёл прилизанный высокий Фрэддэн и в, казалось бы, просторной комнате резко кончилось место.

— Запрос удовлетворён, — ровно произнёс он и глянул на Олкирда.

— Браслеты настроены, — сразу отчитался тот и кивнул, заставив причёску «птичье гнездо» покачнуться с сухим шелестом. От подобного зрелища Алиара вместе с командиром скривились. — Времени дали пять минут.

Командир кивнул, оценил происходящее хмурым взглядом и произнёс:

— Об этом мы тоже поговорим. А пока, Рифн? Одежда?

Раскрасневшийся пуще прежнего мужчина вскочил и кинулся к нижнему ящику узенького комода, примостившегося между книжными стеллажами под окном и заваленного верхней одеждой. Он быстро достал несколько вещей и вернувшись сунул в руки Алиаре.

— Рубашка и жилет Лории, — довольно произнёс он и скосил взгляд на приличные подпаленные дыры по всей одежде девушки.

Алиара сразу прикрылась полой плаща, а Сайдэн тяжело вздохнул, потерев пальцами лоб.

— Все на выход, — беспрекословно бросил он и отошёл, раскрывая в настойчивом приглашении дверь. — Алиара у тебя есть минута.

Он пропустил подчинённых вперёд и вышел сам, закрывая за собой дверь.

Алиара невольно осмотрелась, словно проверяя все ли вышли и опустила глаза на старую, но чистую и выглаженную одежду некой Лории. Светло-коричневая рубашка с металлическими пуговицами села как влитая, а вот серый жилет оказался большеват в груди и пришлось потратить время на затягивание ремешков по бокам и под грудью. Поправила чулки, сапоги, проверила брюки, и нашла единственную дыру, на правом бедре сзади. Порадовалась, что большую часть времени ходила везде в накидке и поискала глазами тряпку, чтобы перевязать поверх. К счастью, рядом со столом на одной из полок лежал небольшой охотничий нож с толстым лезвием и, недолго думая, Алиара просто расстегнула сапог, натянула часть мягкого чулка в рубчик повыше и отрезала приличный кусок, прикрыв тёмной тканью проблему брюк. Наскоро без зеркала перевязала растрепавшуюся косу, а закончив, взяла в руки накидку, свою одежду и мешочек с зельями, что выдал лекарь.

Теперь она была готова и даже выглядела относительно опрятно. Попить бы ещё как-то и вернуть свои вещи, смогла бы тогда и чужие с плеча скинуть.

В длинном вытянутом коридоре с четырьмя дверьми, стоял Сайдэн и обворожительно улыбнулся, стоило Алиаре выйти. Выходной мундир ему определённо шёл. Алиара тихонько проглотила слюну через сухое горло и смутилась. Командир же внимательно обвёл её взглядом и удовлетворённо кивнул, явно оценив импровизированную повязку на ноге. Он немного отодвинулся и из-за его спины выглянула бордовая резная дверь с крупной и чёткой гравировкой какого-то длинного заклинания.

— Держи, — мужчина протянул ей тонкий красный браслет, как у него и сразу помог надеть на руку. — Браслет связи поможет соединить точки входа и выхода. Когда-нибудь переносилась?

Алиара отрицательно качнула головой.

— Не бойся, ничего в этом страшного нет, но с непривычки голова может закружиться.

Они подошли к бордовой двери и теперь стало заметно, что углы, узоры и слова заклинания отделаны бронзой, а узорчатая тонкая медная ручка сверкала еле видимыми красными бликами света.

Командир потянул за ручку и навстречу им открылась не обычной толщины бордовая дверь, а в пять раз толще, массивнее и тяжелее, словно вся была сделана из металла. Она без единого звука плавно скользнула на четырёх внушительных железных петлях, открывая проход в не менее впечатляющую своей пустотой комнату.

Помещение особенно после впечатлений от двери, казалось серым холодным и одиноким, без единого окна, предмета мебели и с низким потолком, которого почти касалась идеальная причёска Фрэддэна, что стоял совсем рядом вместе с Олкирдом. Остальных не было. Освещения толком тоже не было, разве что пара обычных, но крепких с виду настенных железных подсвечника на две свечи, в которых уже еле томились жалкие огарки, разбавляя затхлый и пыльный воздух лёгким ароматом.

И Сайдэн тоже это подметил, немного скривившись от недовольства.

— Что-то давно я обстоятельно не осматривал «ваши владения», — он прикрыл дверь, погружая комнату в полумрак и жестом попросил Алиару следовать к центру. — Подозреваю, Фрэддэна вы запираете где-то, чтобы руки не распускал?

Упомянутый мужчина нервно приподнял брови в непонимании.

— Решили здесь свиней выращивать? — Сайдэн не повышал голоса, но его спокойный тон казалось пугал подчинённых не меньше. — Или ждёте проверок? Так я их вам устрою. К моему возвращению все комнаты должны ослеплять чистотой и порядком. Фрэддэн ответственный.

Серьёзный и без того вытянутый в струну мужчина, важно кивнул.

— Опаздываем, — тем временем гаркнул командир, создавая лёгкую суету.

Олкирд коснулся перстня и сразу припустил к противоположной стене. Опустился на колено и положил ладони на пол. Фрэддэн остался на месте и повторил его движения. А через пару секунд комната погрузилась в золотое сияние, прорезаемое синими бликами. Свет падал с потолка, где были выбиты необычные знаки, похожие на магические письмена. Напоминало смешение рун и базовых заклинаний с высшими. А под ногами сверкали чёткие вырезанные символы не похожие ни на что, переливаясь густым синим оттенком в бороздах толстых каменных плит, что укрывали собой каждый сантиметр комнаты переноса.

Всего миг и свет начал формироваться в нити, что закручивались вокруг них с Сайдэном. Алиара не могла оторвать взгляд от завораживающего сияния, пока не почувствовала чужую руку на своей. Командир улыбнулся и покрепче сжал её ладонь, подбадривая. Но ей не было страшно — не сейчас.

— Точка трансдукции активна, — услышала Алиара голос где-то вдалеке.

А нити всё продолжали толстеть, формируя вокруг двух людей плотный сверкающий кокон, потрескивающий от пропитавшей его насквозь высшей магии.

Глава 14. Высший совет лордов

— Поздравляю, лорды и леди! Мы потеряли Академию!

Перенос прошёл в одно мгновение, Алиара даже понять не смогла, когда он случился. Голова немного кружилась и перед глазами расплывался зал с большим овальным столом, за которым сидели люди, бурно ведущие разговор. Рука командира оказалась очень кстати, Алиара не совсем поняла, откуда они вышли, но Сайдэн помог спуститься с пары ступеней и подвёл к укромному месту у стены, сам же кивнул и направился к свободному месту за столом.

Потихоньку к ней возвращалось зрение, и она внимательно осматривала происходящее, с каждой секундой всё больше поддаваясь страху и переживаниям.

Большой светлый зал без окон с единственным длинным овальным столом по центру и над ним же огромным многоярусным канделябром в четыре кольца сужающихся к низу, на которых крепились стеклянные магические масляные сосуды с плавящимся золотыми искрами маслом, что разливало огнём яркий свет, словно дневной.

За столом находилось не меньше десяти человек в парадных ярких нарядах — важные, надменные — они кидались друг в друга завуалированными оскорблениями и кичились этим. Сарказм и насмешки скрывали обвинения и злость, а неприкрытые обиды сквозили меж перекладыванием ответственности, казалось ещё лишь секунда и уровень накала в зале взорвётся снопом огненных искр.

И только один человек сидел молча, без движения, спокойно наблюдая за происходящим, погружённый в собственные мысли, лишь приветственно кивнул Сайдэну, что учтиво склонил голову. Император. Крупный, поджарый, с уставшим, но цепким уверенным взглядом под толстостенной золотой короной с тремя крупными солнечными камнями по центру и тонким рядком острых разноразмерных зубчиков, торчащих вверх.

Его звали Эндэриан Аркантар. Он сидел расслабленно, откинувшись на спинку такого же стула как у всех и мерно отстукивал по столу ритм правой рукой, пока левая подпирала подбородок. Роскошный красный камзол, длинная мантия, подбитая мехом, аккуратно подстриженная борода и вьющиеся тёмные волосы до плеч. Руки его украшали множество крупных перстней с драгоценными камнями, на шее ими сверкали медальоны и артефакты, а на плечах камни были в аграфах мантии, закрепляя её.

Алиара протолкнула ком в сухом горле, стараясь не закашляться — главный человек Империи внушал некое благоговение; от него веяло властью и могуществом. Внезапно карие, почти чёрные глаза переместились на неё, и девушка вздрогнула, сразу опустив глаза в пол. Но стоило их поднять, а император уже вновь увлечён спорами своих приближённых лордов.

Наконец он положил обе ладони на стол и в зале вмиг образовалась напряжённая тишина.

— Что-ж, — непринуждённо произнёс властитель, — ваши сведения, милорды, не утешительны. Академия имела первостепенную важность и лучшую защиту…а потеряли мы её…дайте подумать, — он постучал указательным пальцем по подбородку в раздумьях, — минут за тридцать?

На этот вопрос каждый предпочёл промолчать. Никто не хотел теперь брать слово. Осмотрев людей за столом, император лишь покачал головой.

— А скольких адептов мы потеряли за эти тридцать минут? — он бросил холодный взгляд на одного из замерших лордов.

— Около сорока человек, сир, — мужчина в сером удлинённом камзоле с длинным хвостом прямых рыжих волос виновато стиснул зубы и опустил голову.

— Сорок молодых магов! — вдруг воскликнул император подавшись вперёд. Его лицо исказила неожиданная ярость, на лице заходили желваки. Его настроение взорвалось подобно раскату грома в ясный день. — Столько детей загублено! Столько родов потеряли своих наследников!

Император вскочил на ноги и стукнул кулаком по столу.

— Что за белый силуэт там был?! — он обратился ко всем и ни к кому.

— Парящий силуэт старого человека, — встал один из мужчин, сидящих к Алиаре спиной, судя по голосу молодой. — Видел его своими глазами. Могу предположить, что это была женщина.

— Согласен, — сразу поддержал его Сайдэн. — Действий не совершала, просто пролетела по воздуху до дверей академии и скрылась внутри.

— Это произошло ровно в полдень, — дополнил ещё один лорд. — И после из расщелины у ворот академии больше не появился ни один монстр.

— Немыслимо! — всплеснул руками полнотелый мужчина средних лет. — Никогда ещё твари не покидали ведьмин лес! Никогда!

Ему принялись вторить сразу несколько других голосов, поддерживая и активно жестикулируя.

— Нам требуется немедля укрепить город! — предложил он же, осмелев от одобрений.

— Мы и раньше укрепляли, а толку? — огрызнулся знакомый мужчина, внешностью напоминающий командира.

— Именно. Охраняли Роурдан снаружи, когда как следовало изнутри, — согласно кивнул красивый статный молодой лорд в одежде цветов имперской гвардии и с длинными, забранными в хвост волосами густого пепельно-коричневого оттенка.

Император согласно кивнул, позволяя высказаться всем желающим.

— Откуда вообще могло появиться такое количество? — спросил один из лордов с недовольством подкручивая густые усы и вдруг резко гаркнул. — Сайдэн! Как ты пропустил столько тварей мимо своего носа! Куда смотрели твои парни?!

Сайдэн даже головы не повернул, сохраняя спокойствие.

— Можешь поверить мне на слово, Стигмар, — эту фамилию рода Алиара знала. Стигмары были одним из самых древних родов, — такую орду даже твои люди не смогли бы пропустить.

Тот лишь отвернулся, недовольно фыркнув.

— Вы же были в самом центре? — как бы невзначай спросил сидящий рядом со Стигмаром лорд. — Неужели ничего необычного?

— Мы были в двух частях центральной секции, но не успели обследовать её полностью.

— Что же вам могло помешать? Парочка тварей? — усмехнулся лорд.

— Парочка? — холодно повторил командир, предупреждающе сощурившись.

Но лорд не слушал. Он вообще словно забылся продолжая тараторить, пытаясь прощупать свежую «рану» и зацепить словом её край.

— Ах да, наткнулись на гостевой дом? — язвительно бросил мужчина. — Хорошо вас девочка утешила после потери стольких бойцов?

Такого Сайдэн стерпеть уже не мог. Он вскочил с места и в два счёта оказался рядом с языкастым мужчиной, сразу подпирая его горло сверкнувшим синевой кинжалом с красивой инкрустированной синем камнем рукоятью.

— Желаете лично осмотреть центр леса? — Сайдэн наклонился к нему и лезвие клинка полыхнуло магией. — А может объясните семьям погибших, почему в разведотряд специального назначения вы подобрали стольких неопытных солдат и кинули их в самое пекло?

— Я никого не выбирал, — нервно пискнул лорд, поджав губы. — Мне только список передали…

— Вы же отвечаете за объединение групп и внедрение выходцев академии во все подразделения, — сурово отрезал Сайдэн.

— Это лишь малая часть моей работы! От меня требуют списки, на которые я не могу тратить много времени!

— Вы же и должны следить за тем куда какой список попадает.

— Лучше бы, конечно, вообще не дополнять разведотряды, — вставил похожий на командира лорд.

— А это и решает глава гильдии стражей, — Сайдэн выпрямился и продолжил, — что отвечает за всех поступивших молодых бойцов. И не соизволил уведомить меня, когда внёс в списки моего отряда новеньких магов прямо перед срочным заданием. Совет гильдий выбрал вас за какие заслуги, милорд Генрэд?

Командир убрал свободную руку с плеча белого как снег лорда и вдруг опустил её обратно с глухим шлепком, чем напугал того до полусмерти и несдержанного тонкого писка, после которого белая кожа лорда пошла красным стыдливым румянцем. А сидящий рядом лорд Стигмар вдруг подавился и тихонько закашлялся.

— Справедливый вопрос задал командующий, верно милорд Генрэд? — спокойно спросил император. — Я разберусь с этим позже.

Лорд Генрэд облегчённо выдохнул, стоило Сайдэну резко убрать кинжал и направиться к своему месту.

— Я жду личных извинений, — бросил Сайдэн, усаживаясь обратно и убирая кинжал в ножны. — Сейчас или в военной палате, перед всеми командирами.

Лорд недовольно поджал губы и насупился, явно собираясь ответить очередным плевком, но властный голос заставил его наконец вспомнить, где он находится.

— Лучше сейчас, — подсказал император, от чего мужчина вновь принялся белеть.

— Приношу свои искренние извинения командующий Сайдэн за свои неподобающие слова в ваш адрес, — кажется он крепко пожалел о своей несдержанности. В глубине его глаз залегла глубокая обида за увы справедливые унижения перед Высшим Советом Лордов и самим Императором, к которому он поспешил обратиться. — Ваше Величество, я излишне эмоционален и прошу прощения за…

— Я буду ждать вас в своём приёмном кабинете сразу после окончания совета, — спокойно перебил его император и отвернулся. — Раз нам пока не известно, где скрывалась эта армия монстров…

— Ваше Величество, — Сайдэн вновь поднялся и Алиара почувствовала, как спина покрывается потом. — Вы просили доставить девушку, что помогла в спасении адептов…

— И что же, — император заинтересованно поднял брови, — она знает ответ на мой вопрос?

Сайдэн утвердительно кивнул и Алиара начала ловить на себе любопытные взгляды.

— Мне не сказали, что на ней артефакт Молчания, — недовольно скривился император.

— А вот с этим я могу помочь, Ваше величество! — знакомый и крайне самодовольный голос заставил Алиару ощутить очередную волну дрожи. Первый лекарь императора сидела всё это время спиной, облокотившись на высокую спинку кресла и помалкивала, никак не давая о себе знать. И теперь неприятные предчувствия Алиары переросли в твёрдую уверенность, что ничем хорошим для неё появление этой дамы не обернётся.

Женщина встала, оправила свой идеально белый наряд и высокий хвост белых волос и направилась к Алиаре твёрдым шагом с лёгкой улыбкой на губах.

Император обречённо закатил глаза и откинулся на спинку кресла, скрещивая руки на груди. Он поудобнее расположился и развернулся так, чтобы видеть всё происходящее.

— Полагаю, вряд ли ты могла забыть, что после этого артефакта человек теряет голос на довольно-таки продолжительное время? — риторический вопрос императора заставил нахалку в белом лишь усмехнуться.

— Вы мне доверяете Ваше величество? — она подошла вплотную и оглянулась, ловя обречённый взгляд императора.

— Свою жизнь, Рин, как и всегда.

Женщина довольная ответом обворожительно улыбнулась и вдруг посмотрела Алиаре прямо в глаза и схватилась за край артефакта, намертво присосавшимся к коже. Другой рукой женщина достала из-за пазухи тонкую иглу, пустила в неё поток голубоватой магии и без предупреждения воткнула острый конец между щекой девушки и краем артефакта.

Кровь брызнула редкими каплями. Алиара вскрикнула от боли и рефлекторно начала отступать, но женщина схватила её и усадила прямо на пол. Судя по ощущениям, тонкая кровавая дорожка уже бежала по шее, а лекарка Рин всё дальше вжимала иглу под её кожу. В глазах плясали искры боли, на фоне раздавались грозные крики Сайдэна и более спокойные уверения императора. Алиара ничего не могла понять — ей словно занозу под ноготь заталкивали.

— Какого Гарома ты творишь? — раздалось у самого уха.

Алиара открыла зажмуренные глаза и сквозь пелену слёз увидела Сайдэна, что навис над ними.

— Я почти закончила! — прикрикнула Рин, заставив мужчину лишь стиснуть зубы и шумно выдохнуть через нос.

Боль немного отступила и Алиара увидела обеспокоенные лица любопытных лордов. Оказалось все успели привстать со своих мест и с жадностью наблюдали происходящее.

— И-и… — протянула грубая лекарка. — Последний рывок…

Она приоткрыла рот и сосредоточенно вливала свою магию в иглу, но Алиара не успевала понять, что именно она делает, ощущая лишь пульсирующую боль. Резкий укол как удар под дых, выбил слёзы, а в следующий миг артефакт с лёгким щёлканьем отлип, позволяя вдохнуть ртом желанный воздух. В ушах гудело, в глазах стояли слёзы, и пульсация боли ещё не прошла, но свобода заставила невольно улыбнуться. А затем мир померк так резко, что перестал осознаваться.

Алиара открыла глаза — она всё ещё лежала на полу. Вокруг стояли несколько перепуганных мужчин. Сайдэн и Рин активно вливали в неё магию через какое-то маленькое устройство, что напоминало птицу по форме. Звон в ушах прекратился также резко, как и начался, Алиара вновь полностью чувствовала своё тело и провела ладонью по лицу, размазывая по подбородку кровь, судя по всему. Она должно быть ненадолго потеряла сознание.

— Чёрт! — выдохнула Рин и коротко усмехнулась. — А ты вполне крепкая!

— Твою мать, Рин! — Сайдэн облегчённо выдохнул и сел рядом, ероша волосы.

— Да всё хорошо. Сейчас примет зелья и подключим мыслеобраз.

— Ты дорогая, — подал голос стоящий недалеко император, — когда-нибудь либо займёшь высочайший пост, — один из мужчин ощутимо дёрнулся, — либо попадёшь на плаху.

— Благодарю, Ваше величество! — бодро воскликнула она и пихнула Алиаре в руки мешочек с зельями, что она держала всё это время. Должно быть выскользнул, когда отключилась.

Алиара развязала мешочек и приподнялась на локтях. Сайдэн поддержал и помог сесть. Она быстро выпила четыре маленьких флакончика и пятый протянутый лекаркой. Конечно хотелось воды, но и эта жидкость доставила невероятную радость. Странно, но почему-то эта женщина вызывала доверие. Не смотря на все её действия и грубость, она чётко знала, что делает и ни секунды не сомневалась в исходе. Хотелось хоть что-то сказать ей, но горло словно онемело, позволив лишь тихий болезненный хрип.

— Не пытайся, — покачала головой она. — Ты долго была с ним. Думаю, не меньше четырёх суток голоса не будет. Может дольше.

Неприятная информация. Всего несколько секунд, а зелья уже начали действовать и заметно полегчало — мир не пошатывался, тело крепло, даже голова прояснилась. Интересные укрепляющие ей дали, эффект невероятно мощный. Возможно, конечно, это лишь последний пузырёк, но Алиара спокойно поднялась на ноги и с благодарной улыбкой приняла платок от мужчины в гвардейской форме. Видимо стоило привести себя в порядок.

— Ты не расслабляйся, дорогуша, — Рин и Сайдэн тоже поднялись, и женщина недовольно поморщилась, заметив каплю крови на лацкане камзола. — Твоё состояние лишь временный эффект от моего зелья. Часок побегаешь и лучше присядь, а то можно неудачно упасть и удариться головой.

Алиара поморщилась и вдруг ощутила твёрдую руку на своём плече. Сайдэн немного сжал его в поддержку и отошёл, оставшись рядом. Его лицо выражало сожаление и злость, не совсем понятно почему.

— Зачем это нужно было, если девушка после обычной процедуры смогла бы сама всё показать? — проворчал один из мужчин, направляясь на место.

— Затем, лорд Сагмар, — едко бросила Рин, — что у молчалки и мыслеобраза извечный конфликт магий. Да и девушка была почти сожжена, когда я нашла её — в любом случае она бы заставила нас долго ждать. Может даже неделями.

— Сожжена? — удивился лорд Сагмар. — Хочешь сказать, вытянула ей резерв?

— А как она стоит вообще? — недоумённо спросил кто-то ещё.

— Я прекрасно знаю, что делаю, милорды, — Рин самодовольно усмехнулась и крутанулась на пятках, направившись к стене.

Довольно быстро она вернулась с красивым золотым артефактом в руках. Он был в виде двух обручей, что надевали на голову и руку. Спрашивать Алиару конечно же никто не собирался. Она обречённо вздохнула и лишний раз напомнила себе, что была готова к такому, когда собиралась рассказать о странном месте скопления тварей. Нужно стиснуть зубы покрепче и потерпеть. Зато удалось вырваться из лап странной семейки и Баксмера.

— Сайдэн? — любезно улыбнулась мужчине Рин и протянула браслет.

Он глянул на Алиару и принялся аккуратно надевать артефакт. Женщина же закрепила вторую часть — золотой ровный обруч — на голове Алиары. Кто-то заботливо принёс стул, и девушка расположилась, ожидая, когда все рассядутся по своим местам. Она знала, что это за артефакт и была не против показать случившееся Сайдэну, его она хотя бы успела немного узнать и точно понимала, что может довериться. И доверяла. Она посмотрела в его кристально-голубые глаза, но командир оставался хмурым и задумчивым, видимо его эта ситуация раздражала не меньше.

— Алиара, — вдруг обратился он к ней, — если почувствуешь себя плохо или поймёшь, что что-то не так, сразу снимай артефакт или дай мне знать. Я буду стоять рядом и озвучивать всё, что ты мне захочешь показать.

Она согласно кивнула.

— Просто вспоминай, что произошло, — сказала ей Рин. — Не упускай детали и не забудь показать абсолютно всё, что мы должны знать.

Наконец все успокоились, в зале воцарилась тишина, рядом остались стоять только командир и лекарка. И как только император позволительно кивнул, Сайдэн прикрыл глаза и артефакт на голове слегка нагрелся. Алиара глубоко вздохнула, смежила веки, постаралась успокоиться и сосредоточиться на воспоминаниях.

И воспоминания полились шумной рекой.

Первое что пришло на ум, конечно же пожар. Перед глазами мелькали картинки горящего дома, тело тётушки, накрытое простынёй, грохот разрушаемого дома и жар от огненных шаров, врезавшихся в стены. Замелькали красные и коричневые пыльные нити аур нападавших. Вспомнилось как она собирала вещи, брала артефакты, как получила ожог на ноге.

Тут Алиара вздрогнула, услышав голос командира, что выборочно и довольно скупо принялся описывать эти события. Верно, он же тоже всё это видит.

— …на них кто-то напал, по внешнему виду одежда наёмников из гильдии. Алиару поймали, но в этот момент их атаковали монстры, — командир немного запнулся. — Организованно, группой. Вурмы, фарфы, косточники, ящерные мурены, летучие ежи, духи-висельники. Были и другие твари. Все вместе, кто-то атакует, кто-то ждёт. Алиаре удалось выбраться и сбежать, пока их отвлёк на себя поймавший её наёмник. Дальше она долго бежала, пока не выбилась из сил.

В этот момент перед глазами Алиары стояли дорожки аур, то, как она применяет свои способности, но Сайдэн об этом не сказал.

— Я знаю эти места. Это в болотистых секторах тёмного леса. Затопленная магами часть, где раньше проводились выпускные экзамены, а потом территорию признали непригодной и опасной и перенесли поближе. — Сайдэн немного подумал и стоило Алиаре вспомнить как пошла за косточником, командир напрягся и замолчал. Она отчётливо показала, как переместилась сквозь толщу барьера на поляну, где тысячи спящих монстров и постаралась вспомнить даже стук собственного сердца, отдающий в ушах. Свежие воспоминания напугали вновь, а Сайдэн всё молчал. Он, задержав дыхание испытывал терпение слушающих и ждал пока Алиара покажет, как вышла из-под барьера, как видела приближение других монстров и как её нашёл последний выживший наёмник.

Открыв глаза Алиара шумно выдохнула и взглянула на Сайдэна. Замершие за столом люди уже теряли терпение, а командир стоял, зажмурившись и продолжал молчать.

— Чёрт возьми… — наконец прорычал он и посмотрел на собравшихся. — Ваше Величество там стоит Полост — иллюзорный невидимый барьер, что невозможно обнаружить. За ним тысячи этих тварей…

По залу разнеслись ожидаемые ругательства. Сайдэн приложил руку ко лбу, закопав пальцы в волосы и присел на корточки, тяжело выдыхая.

— Десятки тысяч спящих монстров. Его невозможно обнаружить, если специально не искать, а лучше даже знать где искать, — Сайдэн поднял голову и облизав пересохшие губы уверенно произнёс: — Их было больше, чем у академии.

Как по щелчку пальцев лорды принялись обсуждать происходящее, нервно выкрикивая проклятья и качая головами в неверии. Сомнения оставались номинальные, люди пытались отрицать реальность, не желая верить, что страшные перемены пришлись именно на их головы.

Сайдэн же не спешил принимать в этом участие. Он перевёл взгляд на Алиару.

— Что было дальше? — тихо спросил он.

Алиара лишь отрицательно качнула головой. Не время и не место. Но командира такое решение не устраивало. Он нахмурился и настойчиво произнёс:

— Покажи мне.

Мягкий, но требовательный голос подтолкнул, и девушка закрыла глаза, сосредотачиваясь. Дом семьи Сарванторино. Злые обеспокоенные лица, разговоры, жажда, боль, усталость, её вещи в чужих руках. Мамин кулон. Грубость и угрозы, перешедшие в холодную тёмную камеру подземелья. Маленькая наглая девочка и наконец — Баксмер. Победно искривлённое лицо, вставшее перед глазами, заставило содрогнуться. Несдержанная улыбка, грубая шершавая рука, нацепившая артефакт на рот, мерное покачивание кареты и несдержанные выглядывания за шторку. А затем неожиданная, но такая желанная остановка и возможность сбежать. Яркая вспышка магии. Короткий побег. Академия. Ужас. Жертвы. Страх.

Алиара открыла глаза и посмотрела на командира. Сайдэн же сразу отвернулся, снял артефакт и помог его снять Алиаре, старательно пряча глаза. По стиснутым зубам, желвакам на скулах и дёрганым движениям можно было предположить, что мужчина в ярости, и эта мысль неожиданно приятно согрела сердце.

— Сайдэн! — раздался требовательный голос императора, и командир сразу подошёл к столу. — Жду твой отряд в полной боевой готовности… — он дотронулся до перстня времени, — через сорок минут. Возьми…

Император резко замер и поднялся на ноги, уставившись на входную двустворчатую дверь. Секунда, две, три. Лорды отреагировали и тоже уставились на дверь. Воздух в зале сжался в ожидании неизвестности. Четыре. Алиара поднялась с выделенного стула и принюхалась, невольно отступая. Пять, шесть…

Взрыв произошёл настолько мощный, что дверь снесло с петель и одна из створок на огромной скорости пронеслась через весь зал, врезавшись в стену и раскалываясь на несколько частей. А в полутьме коридора уже замер знакомый белый силуэт человека с длинными волосами. В этот раз капюшон прикрывал лицо, но Сайдэн был прав, это точно женщина. Она повисла в воздухе. Голые ступни со скрюченными пальцами обнимала ткань старого балахона, что улеглась на полу крупными мягкими витками.

Голова женщины повернулась от одного края зала к другому. Морщинистая костлявая рука с тонкой кожей и пятнами на ней поднялась, но сразу опустилась, когда император поднял в ответ свою руку. Женщина замерла на пару секунд и вдруг исчезла, словно её и не было, а император бросился к выходу из зала.

Глава 15. Оковы прегрешений

Сайдэн на миг взглянул на перепуганную Алиару и кинулся за императором вместе с братом, другом и ещё парой лордов. Длинный безлюдный коридор закончился широкой лестницей вниз, обрамлённой с обеих сторон балюстрадой с полукруглыми балкончиками и крупными белыми балясинами с золотой верхушкой. И именно на этой роскошной верхушке, зацепившись тканью пышного рукава роскошного платья повисла красивая молодая женщина. Император сразу подбежал к ней и прорвав ткань, аккуратно уложил леди на пол.

Сайдэн опустился на колени рядом, внимательно разглядывая умиротворённое лицо. Лорды собрались вокруг и, затаив дыхание, наблюдали как повелитель пускает магический импульс в тело женщины.

— Сир! — неожиданно воскликнул лорд Шер и все проследили за его протянутой рукой.

Он указывал вниз, в залу первого этажа дворца. Сайдэн поднялся с колен и вместе с братом подошёл к перилам балюстрады. А внизу его ожидала неприятная картина. Множество слуг, стража, гвардейцы, придворные дамы и господа укрыли своими телами разные части зала. Они лежали обездвижено кто-то на полу, кто-то на стульях и кушетках вдоль стен.

— Какого Гарома здесь происходит? — полушёпотом произнёс Сагмар, но его услышали.

— Они уснули, — за спиной раздался оглушительно ледяной голос императора.

Эндэриан подошёл к лордам, оставив женщину в покое. Его лицо исказила злоба, кулаки сжимались в бессилии, он точно знал, что происходит.

— Они живы, Ваше величество? — лорд Шер собирался спуститься вниз, но император остановил его.

— Не стоит, — он вдруг развернулся и широким шагом направился обратно. Все поспешили следом. — Живы, но крепко спят. И если даже сюда проникла эта тварь… — Эндэриан несдержанно выругался, не сбавляя шага. — Действовать надо немедля! Я запрещаю любое перемещение за пределы дворца. Шер, приведи в зал совета леди Аториас.

— А если она…

— Она уж точно не спит. Найди её!

Лорд сразу отстал и свернул в ближайшую ветвь коридора.

— Надмар, — император повернулся и старательно сохраняя спокойствие уже тише попросил. — Найди леди Тиэлин и Эктариона. Убедись, что всё в порядке и повесь дополнительную защиту. Оставайся с ними до моего распоряжения.

Надмар серьёзно кивнул и поторопился скрыться в коридорах. Сайдэн пару секунд смотрел ему вслед, теряясь в догадках — как император не кинулся лично проверять супругу и маленького сына, а доверился одному из лордов совета. Возможно, сам Сайдэн в этом вопросе не смог бы положиться ни на кого. Он поспешно догнал императора с небольшой свитой и вошёл с ними в зал, сразу бросил взгляд на девушку. Алиара не двинулась с места, только напряжённо стиснула руки, переплетая пальцы и прикрыла глаза, словно сосредоточившись на чём-то. Будто почувствовав его взгляд, она тут же отреагировала и их глаза встретились, замедляя на мгновения время и саму жизнь.

— Жители города уснули, — не мешкая объявил император, заставив лица присутствующих перекоситься в ужасе и Алиара сразу опомнилась, отвернувшись. — Скорее всего все, но будет понятнее с леди Аториас. Сейчас я запрещаю переноситься и выходить из дворца, пока не проверим весь город.

По залу прокатилась волна нервного шёпота. Люди не на шутку перепугались, но приказ императора был чётким и понятным. Не позволяя затмить разумы беспокойством о родных и близких, лорды совета вдруг как по команде подошли к столу и положили браслеты для перемещения в центр. Сайдэн помнил уставы и поступил также, кинув свой браслет в общую кучу.

Согласно приказам в уставе безопасности в подобных случаях, коих раньше не наблюдалось, все солнечные камни должны быть сданы императору, как чистый накопитель энергии, которую правитель сможет использовать.

В голове мелькнула мысль ещё об одном браслете и в два широких шага мужчина оказался возле собранной молчаливой девушки. Светло-карие глаза сверкнули жёлтым блеском тревоги, а холодная нежная рука дрогнула стоило ему лишь прикоснуться. Он аккуратно снял браслет, размышляя чтобы сказать в поддержку, но на ум не пришло нужных слов и Сайдэн протянул руку, подцепив парой пальцев подбородок и поднимая обеспокоенный взгляд девушки на себя. Сам не заметил, когда пальцы потянулись дальше — прошлись по скуле и отодвинули от лица прядь каштановых волос. Алиара как заворожённая следила за ним, и он понял, что невольно отвлёк её мысли. Это удовлетворило, и мужчина вернулся к столу, бросив её браслет к остальным.

Атмосфера за столом, вокруг которого застыли лорды царила угнетающая. Император протянул руку над собранными браслетами и сосредоточенно принялся вытягивать из них энергию. Солнечные камни, что мерцали оранжевым блеском, гасли на глазах и серели — на такое был способен лишь императорский род — поглощать чистую сырую магию из драгоценных особых камней, что добывались в редких горных шахтах близ магических природных выбросов, сами по себе являющихся редкостью.

Некоторое время сохранялась тишина, все ждали решения повелителя.

— Тэйрон, — наконец обратился император, не отвлекаясь от своего занятия к своему новому канцлеру, что в силу возраста и недавней потери отца ещё не взял полные должностные обязанности и в большей степени ходил молчаливой тенью за правителем, — мне необходимы все запасы солнечного камня. Ты всё знаешь. Ключ возьми у леди Тиэлин и передай, чтобы они с Эктарионом ждали меня «там».

Последнее слово император особенно выделил и добавил, убирая руку от блёклых серых, абсолютно обычных камней.

— Надмару скажи, чтобы возвращался, он понадобится здесь. А императрицу с сыном защитит родовая магия.

Друг на миг склонил голову и скрылся в дверях, на пару секунд разминувшись с лордом Шером, что влетел в зал, притягивая всеобщие взгляды. Он с поклоном посторонился, пропуская вперёд чинно вышагивающую даму преклонных лет. Всевидящая явно знала, что происходит, но и в такой ситуации гордо расправленные плечи и высоко поднятый подбородок не были забыты, а твёрдый шаг был раздражающе нетороплив. Весь вид благородной леди говорил лишь о спокойствии и надменности — впрочем, как и всегда.

Мужчины в зале встали со своих мест и учтиво поклонились, возвращая мир в забытье и обыденность на несколько секунд. Алиара же не двинулась, но Сайдэн и со своего места видел, как она напряглась.

— Как интересно получается, — проронила Всевидящая, стоило ей подойти к столу. — Я просила господина Воирграна ограничить доступ в леса. — Она сделала паузу, но никто не шелохнулся. — А «леса» предпочли явиться в Роурдан. И что же теперь?

Она повернула голову на лорда Генрэда и тот поднял брови, явно не понимая, что от него хотят.

— Город спит, лорд Генрэд, — громко объявила она и уселась на предложенное императором место. — Но вы, итак, это знаете. Надо полагать, требуется проверить жителей Ваше Величество?

— Именно так, леди Дариа.

— Я к вашим услугам, — она расположилась удобнее и вытянула вперёд руки, ладонями вверх и прикрыв глаза.

Император немедля сел рядом и положил свои ладони поверх ладоней леди. Властитель закрыл глаза, и комната начала мерно утопать в плотном вязком магическом шаре, что образовывал император и напитывала своей магией всевидящая. Шар разросся примерно на пару метров в диаметре и застыл, слегка мерцая золотым блеском.

Подобная высшая магия даже императору не дастся в одиночку, но смело можно было предположить, что Эндэриан либо уже решил эту проблему, либо близок к независимости, зная возраст леди Аториас и родовую ветвь этой семьи. Шар называли Иериос, собственно, как и эту ступень высшей запретной для простых магов магии. Иериос представлял собой клубок, имеющий крупную магическую нить, что расслаивали на миллионы ниточек и пускали по следу аур. Тысячи лет назад это заклинание было создано Императором Ириосом — он любил называть в свою честь всё созданное при нём и даже больше — для подавления вспыхнувших мятежей в связи с голодом и контроля населения столицы. Он был невероятно могущественен и жесток, требовал полного подчинения и создал запретную ныне магию, из-за которой в своё время умерли сотни учеников магов.

В данном же случае Император и Всевидящая должны будут отыскать каждого человека, находившегося в Роурдане, чтобы узнать — кто спит, а кто смог побороть ещё одно страшное заклятье, созданное когда-то Ириосом. Оставалось надеяться, что заснули всё же не все жители и отряд разведки укрепит позиции города в тяжёлый момент.

Головная боль принялась нарастать. Сайдэн глубоко вздохнул и оглянулся. В комнате сохранялась тишина, но все разбрелись к стенам и принялись ожидать. Взгляд скользнул к брату, и он внезапно кивнул на дверь. Сайдэн двинулся в его сторону и вдруг краем глаза заметил, что Алиары нет на прежнем месте. Да и в зале нет.

— Видел? — коротко спросил он, подойдя к брату и Сагмар вновь молчаливо кивнул на дверь, сам же тяжело потирая лоб. — Всё нормально?

Сагмар скривился словно от боли.

— Не пойму, что за чувство. Разберусь. Иди.

Сайдэн недоверчиво нахмурился, но брат обманывать не станет. Он вышел в просторный коридор и сразу заметил приоткрытую балконную двустворчатую дверь. Шёлковая белая тюль развивалась от порывов ветра, пахло сыростью и прохладой. На полукруглом широком балконе у белой балюстрады с золотыми вазонами, стояла девушка, облокотившись о край и прикрыв глаза, она втягивала носом воздух.

Сайдэн подошёл громко ступая, чтобы не напугать.

— В чём дело?

Алиара всё равно вздрогнула от его вопроса и повернувшись, огромными перепуганными глазами уставилась, явно пытаясь придумать как объяснить. Тогда Сайдэн принялся перечислять.

— Пахнет бурей? Она уже подошла? — Алиара отрицательно мотнула головой, затем положительно, закатила глаза, явно злясь на отсутствие голоса и махнула рукой, призывая гадать. — Но ведь дело в запахе? — согласный кивок. — Пахнет лесом? — сомнения. — Монстрами? — сомнения. — Магией?

Глаза девушки блеснули догадкой, и она вдруг повернулась в сторону академии. Сайдэн тоже посмотрел на мерцающий блеск огромного купола, что видно даже отсюда, пусть и лишь пятном на горизонте. Шли секунды, но ничего не происходило. Алиара тоже не двигалась, сжимая тонкими пальчиками край балюстрады и словно ожидая чего-то. Время растянулось в ожидании неизведанного, но почти сразу было прервано звуком чужих шагов.

— Кто-то вторгается в мои плетения, не могу понять… — Сагмар запнулся, заметив, что они смотрят на академию. Его рот приоткрылся, а брови поползли вверх. И именно в этот момент раздался глухой далёкий хлопок.

Сайдэн вернул взгляд на барьер, но его уже не было. Магический защитный купол лопнул как пузырь явно под натиском враждебной магии и один из его создателей почуял это, но не понял вовремя. Алиара же вновь посмотрела перепуганным взглядом на братьев и вопросительно подняла брови, явно подгоняя их. Счёт пошёл на секунды.

Ни у кого не возникло сомнений, что монстры были уже не в здании академии, а стояли у стен барьера — на изготовке.

Бегом они вернулись в зал советов и своими лицами мигом привлекли внимание лордов. Император и всевидящая успели закончить. Властитель помогал женщине напиться воды, она же тяжело дышала и была белее снега.

— Сир, — Сагмар подошёл к императору. — Барьер академии рухнул. Сломан чужой магией…

Эндэриан несдержанно выругался и не задавая лишних вопросов сел обратно, напротив тяжело дышащей женщины, что сразу отставила кубок и положила руки на стол.

— Потребуется помощь Высшего звена, — бросил император, не поворачиваясь, разложил перед собой солнечные камни и принялся вытягивать из них энергию.

Сайдэн уже шёл занимать место рядом с императором, краем глаза отмечая, как Алиара прикладывает руку к носу. Он остановился и вернулся. Девушка сильно побледнела и прикрывала шедшую из носа кровь.

— Рин, прошу тебя, — Сайдэн виновато глянул на Алиару, но взгляд её был тяжёлый и просящий – она понимала, что он хочет сделать.

Лекарка сразу подошла и лишь глянув громко цыкнула.

— Раньше, чем я думала.

Алиара не дёрнулась, когда Рин вытянула руку и сонное заклинание сорвалось с её пальцев, но до последнего она не сводила упрямого взгляда с него. А когда начала заваливаться, Сайдэн подхватил девушку на руки и торопливо вышел в коридор, устроив её на кушетке у стены. Усталое, но в тоже время умиротворённое лицо ведьмочки словно луч солнца в хмурый день, приятно согревало сердце. Сайдэн мысленно извинился, провёл пальцами по нежной коже лица и оставив пару защитных плетений, вернулся в зал советов. Он занял своё место за столом, где друзья, лорды и император уже приступили к сотворению магических лоскутов, что вскоре должны были опутать каждого спящего жителя Роурдана.

***

Стук каблуков глухим эхом разносился по пустынному дому. По широкому светлому коридору первого этажа бежала женщина, сжимая в руках подол дорогого пышного платья. Не разбирая дороги, она завернула за угол и упёрлась в двустворчатую светлую дверь, расписанную золотым узором. Тяжело прерывисто дыша, женщина подошла и положила дрожащие руки на золотые массивные ручки двери, а когда распахнула створки, то не сдержала удивлённого вздоха.

Гостиная зала особняка рода Сарванторино была переполнена телами спящих людей. Вся семья собралась на чаепитие и обсуждение срочных задач и теперь все они застыли на полу или лёжа за столом в мёртвом сне. Миледи Ильрисс — супруга главы рода — медленно двинулась по залу, аккуратно обходя тела родных людей и круглыми глазами осматривая творившийся ужас. Несколько горничных и лакеев обнаружились при втором входе в груде битой посуды и раскиданной еды.

— Мама? — Ильрисс вздрогнула и повернула ошалелый взгляд на младшую дочь.

Лисария сидела с другой стороны стола, положив голову супруга себе на колени, в глазах её стояли слёзы, а на лице читался ужас и облегчение, по-видимому, от вида матушки. Ильрисс же лишь сдержанно поджала губы. Она и не догадывалась о талантах младшей дочери. Всегда видела в ней бесполезную слабую травницу с единицей магии, чего еле хватало растениям, и никак не ожидала узнать, что не любимая дочь окажется с её крепкой ведьминской кровью — одна из всех дочерей.

Не успев сказать и слова, миледи краем глаза заметила магические потоки и повернулась к креслу ненавистного супруга. Гериан спал, откинувшись назад с задранным кверху носом и приоткрытым ртом, из которого по подбородку и шее стекал томатный соус. Не переставая, она просила его больше внимания уделять манерам и не принимать плотную пищу за чаем, а он не желал слушать, продолжая жирнеть на глазах. Женщина на мгновение презрительно скривилась и вновь заметила проблески магии вокруг муженька.

— Что происходит? — залепетала дочь, заставив перевести взгляд на её бесхребетного супруга, вокруг которого разливалось белое свечение.

Ильрисс отступила на пару шагов, осматривая остальных членов семьи — все они медленно начинали светиться белым. Женщина постаралась вспомнить, что за магия так себя проявляет и не боится родовой защиты дома и вдруг поняла — императорская.

Она тихо вскрикнула от поражающей догадки и развернулась, сорвавшись с места, побежала на выход. Нужно было срочно активировать артефакт защиты, что они забрали у лесной девчонки! Нужно срочно спасать…

Слишком неожиданно перед носом мелькнула человеческая фигура и короткой вспышкой ослепила, от чего попятившись, женщина упала назад, утопая в пышном платье и потирая обожжённые светом глаза. Пока рука пыталась нащупать на груди медальон, Ильрисс молила, чтобы дочь догадалась схорониться и помалкивала, ведь она уже поняла, что за гостья пожаловала в их особняк.

— Выглядишь прекрасно, Иль, — скрипучий голос резанул по ушам и миледи подняла взгляд на дряхлую старуху в белом балахоне, с длинными белыми волосами и словно слепыми, блёклыми белыми глазами. — Думала, прожить долгую счастливую жизнь после того, что сотворила?

— Долго же ты, Элли, — язвительно фыркнула в ответ миледи и поднялась на ноги. Отряхнула подол и скрестив руки на груди, повыше подняла подбородок. — Я уже прожила замечательную жизнь и всегда знала, что ты явишься! Такая завистливая зазноба не смогла бы успокоиться. Но я и не подозревала, что ты превратишь себя в «это».

Она окинула парящую над полом женщину насмешливым взглядом и прикрыла рот ладошкой.

— Я стала сильнее вас всех в десятки раз! — закричала старуха, разъярившись. Она сжала кулаки и лицо её искривилось от злобы. — Каждой ведьмы, что сочла меня недостойной! А раз ты ждала, что появлюсь, так значит и раньше меня боялась! Все вы боялись и не захотели такую верховную! А теперь никто вас спрашивать не станет!

Колкий ответ уже крутился на языке Ильрисс, а ведьмовской личный кулон активировался, готовый к сражению, но стоило открыть рот, как в ту же секунду грудь прострелила острая резкая боль, выбивая воздух из лёгких и заставив тело окаменеть. Боль лишь продолжала нарастать, пока миледи опускала взгляд вниз, пока пыталась понять в какой момент этот острый чёрный шип успел пронзить её грудь насквозь, пока изучала собственную растекающуюся по любимому домашнему платью кровь.

Тело само покачнулось и не в состоянии больше им управлять Ильрисс с глухим стоном рухнула на лакированные доски пола. Она не почувствовала, как разбила нос. Не поняла, как вывихнула руку. Не заметила, когда мимо засеменили чёрные конечности монстров. И не видела, как они погнались за её дочерью. Но она успела ощутить невыносимо жуткий страх, когда лицо старухи, припавшей наземь, исказила гримаса безумного довольства и еле сдерживаемой радости, а затем оно молниеносно приблизилось и замерло. Последние вздохи миледи Ильрисс могла лишь слышать чужое сопение, видеть до тошноты омерзительно страшное лицо и молить смерть поторопиться.

Но прежде ушей достигли неприятно правдивые слова, что скрипящим шёпотом срывались с сухих обескровленных губ.

— Я выполнила обещание…

***

Роурдан медленно затягивался серой пеленой, за которой тянулась сине-чёрная бесконечная плотная завеса из туч, ливней, ураганов и грома, от которого замирало сердце. Сверкающие отсветы беспрерывных молний озаряли непроглядную тьму и чёрные устрашающие конечности разномастных мерзких тварей, ползающих по улочкам заснувшего беззащитного города. Стрёкот, шипение, рычание, стоны и щёлканье острых зубов разрушали застывшую перед наступающей бурей тишину, а иногда и звуки разрываемых тел, хруст костей, хлюпанье крови.

Император и его Совет Лордов справились, но не везде успели опутать спящих жителей непробиваемыми коконами, оставляя их беззащитно ждать смерти в окружении спящих родственников и нависающих над ними чёрных монстров леса.

Роурдан погружался в хаос в тишине и ожидании — смерть как никогда была молчалива и неотвратимо забирала жизни невинных и виноватых, взрослых и детей. И лишь безумный скрипучий смех, усиленный магией, в кабинете ректора военной академии оглушающе прокатывался по пустым коридорам, отдаваясь эхом в каждом углу каждого этажа, а иссохшая костлявая рука медленно поглаживала кожаную обложку толстого фолианта, любовно обводя грани металлической окантовки. Первый этап мести завершился более чем успешно.

Часть 2. Глава 16. Пробуждение

Сон был спокоен и крепок, но приятная нега медленно таяла от непонятных пока сонному разуму позывов тела. Девушка поворочалась и с тихим стоном повыше натянула одеяло. Однако через десять минут такого лёгкого не желающего отпускать сна без сновидений, тело вновь напомнило о себе, и Алиара немного поморгав уставилась перед собой, всё ещё закутанная в тяжёлое одеяло по самые уши. Красивая комната в сливочных тонах с пышными занавесками на больших окнах, освещалась световым масляным шаром под потолком, судя по ключику, что оставили в замочной скважине резервуара, огонь поддерживали постоянно. Недовольно сощурившись, девушка потянулась, тяжело вздохнула и села на мягкой перине. Лёгкий почти незаметный звон не давал покоя сознанию. Алиара повернула голову и замерла. Стёкла в оконных рамах тихонько позвякивали. Пахло так знакомо, тело содрогнулось от прохлады и странной сырости — видимо, про камин забыли давно.

Мысли вяло текли, позволяя воспоминаниям неторопливо показывать картинки, но секунд через десять глаза Алиары расширились, она осознала всё, что было до того, как её усыпили, и вскочила на ноги. Тело сразу налилось свинцовой тяжестью, нега испарилась словно её и не было, и пришлось схватиться за край кровати, чтобы не упасть. Ощущения были, будто она проспала пару суток не меньше, а тело затекло от долгого лежания. Немного так постояв, Алиара подошла к плотным шторам и отодвинула занавеску, выглянув в окно. Хлещущий дождь бил в стёкла и неистово, по-звериному завывающий ветер, оббивающий своим напором стены домов, словно пытаясь откусить кусочек старого кирпича. Сине-чёрное небо сверкало частыми ветвистыми молниями, разрывающими темноту бури, а ураганный ветер гнул к земле деревья. Привычная, но такая чуждая этому городу погода. Алиара сглотнула слюну и закашлялась от сухости горла.

На тумбочке возле кровати нашёлся графин с ледяной водой и чистый стакан. Опустошив не меньше половины, девушка выдохнула и вновь вспомнила о насущном. Ночной горшок под кроватью не обнаружился. Тогда Алиара поискала взглядом дверь уборной, а найдя, пошатываясь побрела к ней. Немного освежившись и ополоснувшись холодной водой в красивой низкой лохани, Алиара подошла к витиеватому настенному зеркалу в серебряной раме и взгляд сам упал на небольшой розовый шрам на щеке, что шёл сверху вниз тонкой нитью и пересекал уголок верхней губы. Воспоминания услужливо напомнили об игле, которой Рин снимала с неё артефакт. Тяжелый вздох вырвался из груди, но быстро собравшись девушка привела себя в порядок, оделась и несмело вышла в коридор.

Пустующий, широкий, светлый. Алиара двинулась вперёд. Но и здесь стёкла легонько позвякивали, разбавляя тишину и напоминая о кошмаре на улице. А ведь тётушка Марэя рассказывала, что на императорском дворце есть защита от бури. Сердце сжалось от скорби, но пришлось отогнать непрошеные чувства. Сколько же она спала? Сутки? Буря всегда приходит неожиданно и резко, но как же уснувшие жители города? Успели ли их спасти? Справа были слышны негромкие голоса. Ноги сами понесли в их сторону, мысли затмило ожидание ответов и неприятное предчувствие.

Шум нарастал, голосов стало больше — споры, крики, ругань. Коридор закончился двустворчатой массивной дверью, отделанной также роскошно, как и всё в императорском дворце. Дверь распахнулась бесшумно и взгляду открылась поистине пугающая картина.

Богатый бальный зал с высокими потолками, стрельчатыми окнами, резной элегантной мебелью и блестящими мраморными полами резко контрастировал с грубыми деревянными койками, явно натасканными из комнат прислуги. На них лежали десятки раненых людей — перебинтованных, с артефактами на груди, в кровавой одежде или и вовсе без неё. Между коек бегали лекари, белые от истощённости, с красными глазами и пустыми резервами. Алиара не заметила, когда применила любимую способность и начала просматривать происходящее через особое зрение, отмечая тонкие нити, блёклый свет и прорехи в аурах раненых. Картина выглядела пугающе, и девушка предпочла убрать способность, но лучше не стало.

Медленно двинувшись вперёд, она не понимала у кого спросить, что происходит и когда всё это успели организовать, и главное — откуда столько раненых? Кровати с кровавыми простынями мелькали, запах сменялся от просто омерзительного до гнилостного и Алиара совсем растерялась. Почему лекари не успевают? Почему не лечат людей?

Алиара пошла на очередные споры и крики тех, кто совсем не беспокоился о больных и не позволял им отдыхать как полагается. Быстрый взгляд под ноги поймал свежую дорожку из густых тёмно-красных капель, так ярко блестящую на светлом полу. Девушка проглотила тяжёлый ком в горле и двинулась дальше.

— Да во имя ж Грона! Высунь же ты наконец, голову из задницы и осмотрись! — вдруг рявкнули рядом и Алиара подошла ближе к группе спорящих как оказалось советников императора. Темноволосый, усатый и крайне высокий мужчина выглядел грозно и явно был зол. Его крики перебудили всех раненых, кто ещё пытался не обращать внимания на неуместные споры. — Ты думаешь без духов внутри адептов не случилось бы вторжения?! Если так, то ты Генрэд, самый тупоголовый сукин сын каких только повидал зал советов!

— Да как можно было не распознать чёрных тварей леса у себя под носом?! — обиженно вскричал в ответ лорд Генрэд. — А если он предатель?! — лорд вскинул руку, указывая на спокойного и уверенного Сагмара Воирграна, что предпочёл молчать. — Заодно с той старухой и монстрами! А?! Империя падёт из-за предателя! Роурдан уже пал! Столица склонилась перед чёрными тварями…

— Мой сын не склонится из-за каких-то тварей мрака!

— Ваш сын сейчас в таком состоянии из-за него, Стигмар! — яро перебил его лорд Генрэд. — Помяните моё слово, когда столица империи падёт, лес поглотит каждый миллиметр чистой земли и твари сожрут всех, до последней зловонной душонки убийцы или вора!

— Вам в проповедники податься пора! — осекла его леди Салинар. — Ваши россказни никому не интересны, а паника сейчас не уместна! Так что будьте добры – займитесь своими прямыми обязанностями и избавьте наши головы от лишней боли!

Милорд уязвлённо покраснел, но было видно, что этой леди он не готов ответить в той же форме.

— Вы, Ринэль, — зашипел лорд Генрэд, подойдя к женщине ближе, — слишком многое на себя берёте. Когда-нибудь ваша хвалёная наглость выйдет вам боком. — Мужчина насупился и резко пошёл к выходу, на ходу бросив себе под нос. — Это я вам обещаю.

Алиара содрогнулась и проводила мужчину взглядом. Неприятный лорд. Крикливый и заносчивый, явно привыкший к податям, судя по круглому животу, и главенству. Однако слишком быстро теряет контроль и после того, как забылся на собрании, не удивительным будет, если он потеряет и своё место.

— Непроходимый идиот! — рявкнул ему вслед высокий мужчина, пыхтя и поглаживая усы большим пальцем, явно неосознанно. — Это ж надо! Разводил духов леса в телах своих адептов!

Алиара подошла ближе и от такой информации брови сами поползли вверх. Мужчина тут же заметил это и усмехнувшись, разъяснил:

— Генрэд обвинил в этом Сагмара.

— И будьте уверены, теперь эта новость дойдёт и до спящих, — лорд подошёл ближе и приветливо улыбнулся. — Рад, что ты их ряды наконец покинула.

Алиара немного смутилась от внимательного взгляда и кивнула в ответ.

— Как себя чувствуешь? — миледи Ринэль беспардонно положила свою руку ей на шею сзади и опустив глаза в пол, принялась сканировать организм. — А чего молчишь? — тихо произнесла она между делом, не отвлекаясь от разглядывания мрамора пола.

Тишина затянулась, а Алиара всё пыталась осознать вопрос. Лекарка же сама сказала, что не меньше четырёх дней должно пройти. К чему спрашивать? Женщина же тем временем закончила, немного скривилась, но видимо в целом осталась удовлетворена результатом проверки. Затем подняла глаза и сомнением переглянулась с мужчинами.

— Алиара, сколько ты спала, как думаешь? — неожиданно спросил лорд Сагмар, меняясь в лице. В это время Рин округлила глаза и издала протяжный громкий стон, с неясным посылом.

Она честно хотела произнести вслух хоть слово, даже приоткрыла рот, но прежде своего голоса, хотелось услышать, что ей скажут дальше, ведь заговори она и пугающая догадка станет явью.

— Пять суток, — беспощадно объявила Рин и скрестила руки на груди извечно белого камзола с красивыми погонами с бахромой на плечах. — Можешь начинать говорить. Например, начать с благодарности.

Она довольно ухмыльнулась, а Алиара наоборот прикрыла рот и неверяще уставилась почему-то на господина Сагмара. Он сочувствующе кивнул и произнёс, обращаясь к остальным:

— Я помогу девушке прийти в себя.

— Покорми её хоть! — пробасил громкий лорд и резко хлопнул Алиару по плечу, заставив охнуть. — И голос прорежется и щёчки зарозовеют!

Он резко рассмеялся, затем подхватил под руку лекарку и повёл к основному выходу.

— Говорят кое-кто припрятал в своих запасах высококачественное угощение моим нервам и измученному сердцу! — уже тише обратился он к лекарке, склоняясь к самому её уху.

— Да ты так сопьёшься! — тут же воскликнула она, возмущённо отодвигаясь.

Здоровяк сразу притянул её обратно за талию и не обращая внимания на ругань, принялся заливаться в наигранных мольбах.

— Алиара? — она и не заметила, что господин Сагмар протягивает ей локоть, чтобы она могла подхватить его под руку.

Недолго думая, девушка приняла приглашение и выйдя через другую дверь, вскоре они уже вошли в новую залу. Всего пара коридоров, а роскоши убавилось чуть ли не вдвое.

Здесь располагалась временная обеденная — множество длинных дубовых столов и разномастных стульев занимали всё помещение, а небольшое место для готовки расположили возле расписного широченного камина в пол стены. Настоящее произведение искусства, а не камин! На крюке томилось два горшка с чем-то шкворчащем под крышками и на углях немного правее, на чугунной треноге красивая форма, явно с пирогом. Да, такой аромат трудно с чем-то перепутать. Скорее всего его поставили туда для сохранения тепла, сама же Алиара всегда оборачивала еду полотенцами или ставила в их маленькую, но такую удобную печь. Тут должно быть такой крохи и во всём дворце не сыскать. Улыбнувшись грустным воспоминаниям, Алиара села на предложенный изящный стул.

— Благодарю, — неожиданно услышала она собственный хриплый тихий голос и даже замерла на пару секунд, осознав, что мысли о доме заставили забыться.

— Сейчас я принесу тебе поесть и расскажу, что произошло, — тактично опустил лорд факт её прорезавшегося голоса и направился к кухонной зоне, где за столом, склонившись в три погибели сидел и чистил картошку средних лет светло-рыжий мужчина, что сразу принялся помогать.

— Не верится, — прошептала девушка себе под нос, пробуя голос и осознавая, как приятно его наконец услышать.

Пока лорд Сагмар не вернулся, Алиара прокашлялась и немного осмотрелась. Они расположились за самым маленьким, коротким столом, прямо у окна, но все шторы на высоких стрельчатых окнах были плотно зашторены, как и в предыдущем зале, и в коридорах, и в комнатах. Прислушавшись, здесь тоже можно было заметить лёгкий стекольный звон. Что же происходило эти пять дней пока она спала?

— Сегодня на посту повара лорд Шер, — объявил господин Сагмар, вернувшись с двумя полными плошками каши и широкой тарелкой с нарезанными овощами. — Нам очень повезло! Кашу с мясом он готовит прекрасно! А какие оладьи были утром, тебе бы понравилось.

— Лорд Шер? — Алиара перевела на него взгляд как раз когда мужчина налил две кружки чая и направился в их сторону.

Он быстро подошёл и громогласно объявил, ставя кружки с напитком:

— Заменяю иногда Лимана! Вот у него дар, а я так – балуюсь. — Лорд неожиданно подмигнул и широко улыбнувшись, ретировался.

Знакомое имя осело в памяти неясными картинками. И лорд Сагмар видя это, пояснил:

— Лиман в отряде моего брата, — немного подумал и добавил. — Они были в твоём доме.

— Оу, — вырвалось у неё, когда она наконец вспомнила о ком речь. Верно! Повар в отряде командира Сайдэна. Подождите. — Брата?

Сагмар вдруг прыснул и сразу поднял ладони вверх:

— Извини, такое у тебя лицо сейчас было, — он кашлянул в кулак и продолжил. — Да, Сайдэн и я, двоюродные братья семьи Воиргран.

И почему она раньше над этим не задумывалась? Всё же они очень внешне похожи. Алиара немного смутилась и взялась за ложку, наконец попробовав кашу с мясом. Она не только пахла аппетитно, но и на вкус была превосходна. Даже захотелось спросить рецепт. Сагмар тоже принялся за еду и какое-то время они просидели, в молчании принимая пищу.

— Знаешь, — в один момент заговорил Сагмар, — ты можешь называть меня по имени. — На такое заявление брови сами поползли вверх. — Знаю-знаю. Просто в данной ситуации, положенный этикет никак не вписывается. Лорд? Милорд? Господа? — Он скривился на пару секунд. — Просто Сагмар. Тебе сколько? Семнадцать?

— Двадцать, — Алиара обхватила кружку двумя руками, когда в голову полезли неприятные мысли.

— Тем более, — фыркнул этот простой располагающий к себе «лорд».

— А вы… — немного помявшись, Алиара посмотрела на мужчину, и он ответил ей тёплым, таким спокойным взглядом. Кажется спокойная уверенность их семейная черта. — Ваша семья в порядке? Они тоже спят?

Сагмар опустил взгляд в кружку и немного поболтал напиток, видимо раздумывая как ответить. Неужели всё плохо и с их семьёй что-то случилось? Неприятно засосало под ложечкой — кажется на так давно голодный желудок еда оказалась тяжёлой и сейчас усвоить её организму было слишком трудно. Или всё же нервы. В последнее время жизнь кипит, словно в котле на огне, и внутри точно давно уже не вода, а молоко — то убегает, то бурлит и покрывается пенкой.

— Наши отцы, родные братья умерли несколько лет назад, спасая людей при атаке монстров мрака в центральных секциях леса.

Фраза, пропитанная давней болью и сказанная с такой лёгкой полуулыбкой заставила тело покрыться мурашками.

— Но в остальном семьи у нас полноценные, я обязательно тебя познакомлю и с ними, и со своей будущей невестой, — он запнулся. — Когда проснутся.

— Извините.

— Всё нормально. Алиара, ты знаешь свой род? — неожиданный вопрос заставил руки дрогнуть и немного чая пролилось на стол. — А, нет, забудь. Я же так и не рассказал тебе, что произошло…

Сагмар не мешкая перешёл на другую тему. Алиара сглотнула. Он либо знал ответ на собственный вопрос, либо догадывался.

— Императору и Всевидящей удалось запечатать спящих. В простонародье раньше – коконы, до нас дошло именно это название. Человек внутри заперт, а подпитывать его жизнь приходится извне – создателю.

— Императору?

— Именно. Магия невероятно сложная и из разряда запретных, так как высушивает мага за раз. Но наш император не так прост — уже шестой день, как он держит печать на всех спящих жителях Роурдана. Пришлось убрать некоторые элементы защиты дворца, чтобы Его Величество мог дать нам ещё время.

Алиара невольно перевела взгляд на зашторенные окна.

— Да, защита от бури снята почти полностью. Но дворец выдержит и без неё. Не переживай.

— А защита от тварей?

— На месте. Первые дни они активно пытались её прогрызть, казалось, что все сразу – монстров немыслимо много. В городе, на улицах, в домах их целая прорва. Рой, которым управляет королева, продолжая посылать свой зверинец через прорытую дыру у академии. — Сагмар поджал губы и на пару секунд прикрыл глаза. — А сейчас, когда всё затянуло туманом, твари мрака разошлись по городу.

— Туманом? В бурю?

Алиара ничего не могла понять, вопросов становилось только больше.

— Странный туман пополз по улицам города ещё сутки назад. Он заполонил собой всё — плотный, по-настоящему густой, и непроглядный — идеально для монстров мрака. По Роурдану просто невозможно стало передвигаться без использования магических ориентиров. Что любопытно, буря ни коим образом не воздействует на туман, а даже скорее потворствует его распространению, поднимает серой стеной над домами и сеет грозовые искры, что жалят словно иглами до крови и помогают тварям охотиться по запаху крови. — Сагмар тяжело вздохнул и продолжил. — Такое не мог бы создать простой маг.

— Вы считаете дело в запретной магии?

— Я думаю, дело в забытых родах и запретной магии. Не каждый способен её использовать. Даже Эндэриану требуется подпитка камнями света, благо его род на это способен.

— Но если так…

— То нам в любом случае не хватает людей. Не заснули лишь те, кто находился в зале советов. Многих уснувших во дворце и на его территории удалось разбудить, но искать и освобождать магов невероятно долго и сложно. Как мы выяснили, проснуться способны только маги от восьмого уровня и выше. Только фиолетовые маги.

— А люди в… лазарете? — перед глазами встала страшная картина десятков раненых.

— Да, некоторые возвращаются с вылазок в город в таком состоянии, лекарей почти нет и лечить раненых быстро не выходит. Сегодня ночью удалось наладить комнату переброса и Сайдэн с отрядом ушёл в военную палату.

— Если перенос работает, почему не попросить о помощи другие города, обязанные…

— Нам помогать? — перебил Сагмар. — Потому что связи с ними нет. Перенос невозможен на такие расстояния, слишком мало осталось солнечных камней в сокровищнице. Слишком опасно просить сбора солдат подчинённых герцогств и графств — есть риск, что на них перекинется заклятье и прибывшие заснут. Либо же ослабленные города будут атакованы монстрами как Роурдан. Мы послали весточку о боеготовности, но большего пока не требуем… Добавки?

Не поняв сразу вопроса, Алиара замерла и Сагмар кивнул на пустую тарелку.

— Вижу ты оправилась, — он улыбнулся. — Рин каждый день приходила к тебе и вливала свою магию. Ругалась почём зря, — мужчина усмехнулся, — но сил не жалела.

Алиара смутилась, вспомнив о не высказанной благодарности.

— Я обязательно к ней подойду, — сконфуженно пообещала.

— Не стоит, — махнул Сагмар рукой. — Рин на самом деле благодарность никогда не требуется. Потому что она просто от тебя не отстанет, пока не потеряет интерес. А его может хватать надолго. Поверь мне, ты ещё начнёшь от неё убегать и молить о пощаде!

Сагмар рассмеялся в голос и Алиара невольно к нему присоединилась. Вернувшись к ароматному остывшему чаю, они посидели некоторое время в молчании, слушая потрескивание огня в камине и шум бури за окнами. Мысли крутились в беспокойстве. Хотелось отыскать выход, спасение городу. Хотелось хоть чем-то помочь.

— Сагмар, — не отводя взгляд от красивого цвета чая тихо обратилась к мужчине Алиара. — Вы ведь уже что-то придумали? — её вопрос прозвучал с неприкрытой надеждой.

— Нет, — коротко ответил он и девушка подняла взгляд, встретив обречённость в глазах лорда совета императора и ректора падшей академии по совместительству. — Император слабнет, люди умирают, а коконы без подпитки замуруют спящих внутри, похоронив их там навсегда. Без императора не снять защиту. Если не разбудить людей, то её и нельзя снимать пока твари ползают в домах. А без людей, мы не можем изничтожить монстров и очистить город. Замкнутый круг.

В груди неприятно кольнуло от таких слов, но взгляд она не отвела.

— Мы бессильно и бесславно умираем. И виновен в этом я.

— Что? — вскинулась Алиара, не ожидая услышать такое. — Вы здесь ни при чём.

— Как непосредственно наивно с твоей стороны так думать, — он тепло улыбнулся.

В этот момент она поняла, как сильно он винит себя и это отозвалось несправедливостью в душе и недовольством вспыхнуло в груди.

— Вы не могли разглядеть духов в детях! — воскликнула Алиара, опустив обе ладони на стол и подавшись вперёд. — Даже я не могла! Каждый раз, посещая город я видела ауры всех и каждого, так или иначе. Встречалась с адептами. И лишь единожды мне удалось заметить тень! Монстры и раньше захватывали тела живых, но никогда не умели прятаться за сознанием, не показавшись даже носителю! Духи смогли это впервые — откуда можно было подумать, что такое возможно?!

— Спасибо, — цепкий взгляд окинул девушку и только сейчас она поняла, что даже приподнялась. Смутившись, Алиара опустилась на место и убрала руки под стол. — Сайдэн говорил о твоих интересных способностях.

— Я вижу ауры людей и монстров, — сразу разъяснила она, нет нужды скрывать что-либо теперь. — Вижу нити их передвижений. Могу отыскать места лежбищ и скоплений.

— Ты сама поняла, что висельники прятались за сознанием?

— Мы с тётей обсуждали это ещё в моём детстве. Она рассказывала, что тогда монстров было меньше, а духов-висельников больше. И именно они нападали на забредших в густой лес путников. Но их всегда легко можно было обнаружить парой слов простого заклятья или неровной тенью – иногда они не могли разговаривать.

— И никогда не могли скрыться от носителя, даже если он оставался в своём разуме. Я очень рад, что ты проснулась, — взгляд Сагмара изменился, стал заинтересованным, цепким и каким-то даже пугающим. — Постарайся сегодня отдохнуть. Разрешено пользоваться только этим этажом. Портальная комната закрыта, выход перекрыт. Мы дождёмся Сайдэна и поговорим с ним о твоём вступлении.

Резкая перемена настроения собеседника и радовала и пугала одновременно. Алиара не успевала за его мыслями и лишь глупо спросила.

— Куда?

— Всевидящая пока истощена не меньше императора, — продолжал размышлять вслух лорд, не заметив вопроса. — Да ты и сама только пришла в себя. Сможешь добраться в свою комнату?

Сагмар неожиданно поднялся и воодушевлённо заявил, не дождавшись ответа.

— Я должен кое-что сделать, если хочешь погуляй по этажу. Но выходить запрещено!

Последние слова он сказал строго и погрозил пальцем, от чего Алиара почувствовала себя адепткой его академии, стоящей на ковре в кабинете ректора и получающей нагоняй. Мужчина же уже следовал на выход торопливым шагом, отстукивая глухие шаги по гладкому полу. Ничего не оставалось, кроме как воспользоваться советом.

Глава 17. Безрассудная уверенность или крайняя необходимость

Плохо освещённый пустой коридор полнился неравномерными глухими шагами старых изношенных сапог молодой девушки. Тяжесть, осевшая в теле от еды и мыслей не позволяла сосредоточиться, заставляя то и дело сбиваться с шага. Целый дворцовый этаж, разрешённый к «прогулкам», всё не заканчивался, а от страшных мыслей начинала болеть голова.

Алиара обдумывала свой долгий сон и слова лорда Сагмара, вспомнила о своих вещах, последних днях, Сайдэне, что позволил её усыпить — эти мысли особенно остро отдавались в сердце. Нет, она его понимала… помнила ту тяжесть и резкий гул в голове. Но тем не менее — стоило ей попасть в Роурдан после смерти тёти и жизнь перестала принадлежать ей. Словно она потеряла не только дом и единственного родного человека, но и способность жить самостоятельно и свободу выбора.

Лёгкая грусть и потерянность затмили собой остальные чувства, неожиданно стала вспоминаться тётушка — её голос, мягкие руки, запах и нежная улыбка. Алиара тяжело вздохнула и потёрла зачесавшийся нос. Как же хотелось вернуться в лес, в свой дом, чтобы ничего больше не беспокоило и не происходило. За короткое время она успела нарушить все запреты Марэи, потерять все важные вещи, даже мамин кулон и выдать свою магию, впрочем, это спасло множество жизней и нельзя об этом забывать! Так было правильно.

А что же тогда правильно сейчас? Придерживаться общего запрета и оставаться в дворцовом замке? Девушка подняла руку и, призвав силу, ощутила разливающееся по телу тепло её света. Затем прикрыла глаза, немного зажмурившись и открыв, насладилась размытыми из-за стен цветными пятнами множества аур живых людей. Основное отличие леса сразу «бросалось в глаза» многоцветием, ведь ауры монстров в основном были тёмно-серыми или чёрными. Резерв магии полон, тело излечилось и отдохнуло, она может отслеживать монстров и их пути, может помочь с их сжиганием, как тогда у прорехи возле Академии. Так зачем ей отсиживаться и тратить драгоценные минуты уснувших жителей? Господин Сагмар же сказал, что император слабнет и солнечные камни заканчиваются, а монстры гуляют по улицам города, сокрытые ужасной бурей. А она будет в тепле и защите ждать конца?!

Резвая мысль так раззадорила, что Алиара сжала кулаки и решительно повернула направо, в коридор, что, по её мнению, вел к главному проходу, где и расположена предоставленная ей спальня. Но стоило пройти пару метров, как она поняла, куда свернула и сразу приглушила способность, от чего ауры потускнели, но не погасли.

Узкий коридор со множеством дверей, что непрерывно хлопали, открываемые и закрываемые разными людьми. Суета, наводнившая небольшое узкое помещение отражалась от стен гомоном и стуком каблуков. Лекарки и слуги бегали и переносили, толкались и сверяли время по кольцам, дамы и господа неизвестного происхождения, но в довольно красивых одеяниях нетерпеливо постукивали пальцами и ногами, подгоняя и без того замотавшихся слуг. Тревожные лица, горы свежего белья и слёзы перемежались с криками, запахами ароматной еды и позвякиванием посуды.

Алиара продвигалась аккуратно, но торопливо, стараясь не мешаться под ногами и узнать хоть что-то из редких фраз лекарей. Что здесь происходит? Столько дам и даже несколько детей видны в комнатах. Почему они не спят? Сагмар ни о чём подобном не упоминал.

— Простите, — ближе к концу длинного коридора ей удалось поймать задумавшуюся лекарку в белом накрахмаленном чепце и с ярким красным овальным камнем на белой кружевной ленте, обвивающей шею девушки. Помощница лекарей — младшая целительница с изумрудно-зелёным блеском ауры в груди. — Что здесь происходит? Откуда все эти люди?

Молоденькая девушка с огромными синяками под округлёнными в непонимании глазами приоткрыла рот, но так и не издала ни звука. Но вскоре собралась, потёрла пальцами влажный от пота лоб и недовольно заговорила.

— А вы что здесь делаете? — нахмурилась она. — Это крыло предназначено для семей лордов совета! Вы член одного из родов?

— Что? — теперь растерялась Алиара, не понимая уже ничего. — Нет, я просто заблудилась немного…

— В таком случае, Вам следует пройти дальше по коридору и свернуть направо…

— Почему они не спят? — не собиралась отставать от девушки Алиара.

— Потому что лордам удалось разбудить членов своих семей.

— Окина! — рядом появилась высокая статная дама с шальным взглядом и белой пушистой шалью в руках. — Проводи меня к сыну немедленно!

— Запрещено леди Шер! — громко и без раздумий заявила ей смелая лекарка, судя по виду дамы, не в первый раз.

— Окина! — притопнула вдруг ногой женщина, но взгляд её выражал лишь мольбу и боль. — Сейчас же!

— Я лишь приставлена к вам и не обязана беспрекословно подчиняться, леди! — усталая девушка и сама притопнула ногой и вдруг замахала указательным пальцем перед носом родовитой особы. — Первоочередные задачи поставлены от миледи Ринэль Салинар. Советую вам наконец отстать от меня и найти главную целительницу столицы! И не мешать мне исполнять её же приказы!

Девушка вдруг возмущённо скрестила руки на груди и гневно пыхтя скрылась за ближайшей белой дверью. Леди же нервно кусала губы и словно не заметив неподобающего поведения молодой целительницы, повернулась к Алиаре и принялась её разглядывать.

— Вы целительница? — неожиданно спросила она, не ясно как сделав такой вывод.

— Нет.

— Но вы же явно маг! Кто вы такая? Из какого рода? — затараторила женщина и Алиара сразу развернулась, чтобы уйти.

— Хотела бы я знать, — бросила она через плечо, за которое её через секунду ухватила крепкая рука в дорогих перстнях.

— Ты из прислуги? Знаешь, где держат адептов академии? Знаешь же! Говори немедленно! Нет, лучше веди! Отведи меня туда сейчас же!

— Адепты тоже не спят? — удивилась Алиара. — И многие?

— Ты недавно здесь? Тебя спасли?

— Леди Шер! — гаркнули совсем рядом, и дама чуть подпрыгнула на месте, сразу делая жалостливое выражение лица и повернулась к разъярённой младшей целительнице. — Я сказала вам перестать ко всем приставать! Запрет есть запрет! Вот вы миледи высшего общества, а столь непослушны и непонятливы! Вы здесь гость! И хватит на этом самоуправства!

После такой отповеди, у Алиары глаза на лоб полезли. У леди же наоборот опустились в пол роняя слёзы на белую шаль, измятую и активно линяющую. Грозная целительница же лишь фыркнула, закатила глаза и ухватив даму под руку, буквально пихнула её за дверь, из которой сама вышла. А захлопнув её, повернулась к Алиаре.

— Вы чего здесь устроили?! — накинулась она не мешкая. — Зачем выспрашивать её?! Зачем лезть к бедной потерявшей сына матери?! Совести нет у вас и разума! Не представились, пришли сюда в грязной одежде. Пачкать, да сплетни собирать?!

— Если эта леди потеряла сына, то о каком запрете может идти речь вообще? — Алиара спокойно с долей лёгкого скепсиса взглянула на вмиг стушевавшуюся девушку. — Вы её сына заранее похоронили или я ослышалась, что адепты спят?

Девушка мигом прикрыла рот, выпучила глаза и покраснела, а бегающие по коридору молодые лекарки закивали вдруг в поддержку и останавливаясь чтобы послушать. Стало невероятно неловко.

— Да кто вы такая?! Откуда вам знать спят они или мертвы?! А я тут всех лекарей знаю, уж получше вас разбираюсь! — взвизгнула девица, оглядываясь по сторонам и недовольно грозя кулаком на шепотки.

— Могу ли я попросить вас не выдумывать лишнего и не отягощать этим и без того расстроенную даму? — спокойно произнесла Алиара и вымученно вздохнула. — Советую отдохнуть, выпить успокоительного, поспать…пару денёчков…

— Я о вас доложу миледи Ринэль! Она мигом вас из дворца вышвырнет на съедение тварям!

— Хотите сказать, что миледи способна на такое? — Алиара серьёзно посмотрела ей в глаза, но девушка поняла, что ляпнула и испуганно замерла, не зная, что ответить.

Коридор заполнился осуждающим гулом, из-за чего красная лекарка на миг стушевалась, но затем набросилась уже на своих. А Алиара предпочла убраться восвояси.

Отойдя на некоторое расстояние, вернула способность на полную мощь, позволяя аурам сиять даже сквозь ближайшие стены и двинулась по выбранному маршруту. Цель была ясна, но определить её не получалось. Куда бы Алиара не смотрела, как бы внимательно не разглядывала, где бы ни проходила, но за стенами всё было, как и положено — ничего необычного. Ауры порой попадались блёклые или сухие, некоторые истощённые или даже дырявые, но абсолютно ничего не превышало норму. Обычные ауры обычных магов.

Вот так бродя по дворцовым коридорам, девушка успела вновь прийти к столовой, затем к огромному залу с ранеными, где она долго стояла всматриваясь издалека, и нехотя уходила, ничего не найдя. Затем как-то сама собой отыскалась собственная дверь в спальню, где очнулась, но и там за стенами с магами всё было в порядке. Что же имела ввиду та леди, и почему мог быть запрет. Стоило всё же найти Сагмара. С этим желанием Алиара дошла и до зала Советов, но увидев там количество народа вокруг императора, она даже подходить близко не стала. Ауру императора ни с чем ни спутаешь, оказывается она золотая. Алиара видела её однажды в детстве в городе, но до сих пор сомневалась. А теперь, видя мощь этой ауры, становилось страшно до дрожи в поджилках от понимания, что сейчас она истощена почти до прозрачности и её блеск может в любой день угаснуть навсегда.

Среди аур в зале она не нашла ни Сайдэна, ни его брата, что имел насыщенно-синюю магию и соответственно ауру, благо ей удалось поймать как-то его след и запомнить цвет. Почти всегда одинаковые уровни магии отличались оттенком, что обозначало разную степень силы мага и его резерва. Но бывало и такое, что цвета настолько похожи, что различить их было почти невозможно. Алиара могла распознать тысячи магов синего уровня аур и магии, что они применяют, указывающую напрямую на уровень их силы, но лишь насыщенность и оттенок могли помочь отличить одного мага от другого. Всегда было жаль, что ауры людей нельзя определить по запаху как у монстров. Но, справедливости ради, монстры и не могли похвастаться разными цветами аур. Чернота правила их магической сущностью.

Не успев далеко уйти от главных залов, Алиара вдруг замерла. Нос улавливал лёгкий непонятный, но слишком знакомый аромат. Запах? Нет. То была вонь. Настоящее зловоние лесной твари мрака. Но откуда?

Алиара торопливо осмотрелась и с замершим сердцем двинулась вперёд. Ничего! Ауры за стенами в порядке, обычные отдыхающие маги, ничего больше. Медленные шаги и беззвучное дыхание — она старалась сосредоточиться и продвигаться как можно тише. Всё тело напряглось как перед атакой, словно только что началась охота. Коридор кончился, запах гнили и кислой сырости всё нарастал, теперь можно было идти по нему. Но ни следа монстров, но ниточки, ни пятнышка — ничего! Опять.

Девушка остановилась и принюхалась к тонкому шлейфу зловония. Двинувшись вперёд, свернула за угол и в абсолютно идентичном коридоре подошла к одной из одинаковых белых дверей. Стоило взяться за ручку и сердце оглушающе забилось в груди, а откуда-то сбоку сквозь занавешенное окно на улице завыл ураганный ветер, словно нагнетая неприятные ощущения.

Света в коридорах было достаточно, но стоило открыть лёгкую скользящую на петлях дверь и взгляд устремился в темноту, заставляя задержать дыхание. Алиара оглянулась, проверяя пустоту коридоров и прошла в комнату, прикрывая за собой дверь.

В нос сразу ударила целая смесь трав и масел, разлитых по стеклянным сосудам и баночкам и расставленных по всей длинной тёмной комнате. Шесть коек со спящими молодыми магами, закутанными по самый нос в джутовые накидки. Подойдя чуть ближе, она провела рукой по ткани и сглотнула — одеяла были зачарованы — десятки разнообразных печатей и забытые письмена покрывали их.

Затаив дыхание, она подошла ещё ближе, встав напротив лица одного из адептов. Да, теперь можно было смело сказать, что речь шла о них. Вот только ауры шестерых молодых мужчин даже истощёнными не выглядели — ровные контуры, яркие цвета. Тусклый свет пары настенных канделябров позволял разве что оценить общие черты и Алиара наклонилась к лицу парня, рассмотреть кожу и… Да, понюхать. Смутившись немного от этой мысли, она сокращала расстояние, пока не почуяла то, от чего волосы на затылке встали дыбом и тело содрогнулось от холодной волны мурашек.

Маг пах как лесной монстр — гнилостно и кисло.

Сглотнув ком в горле, девушка прищурилась, осматривая черты лица и память вдруг услужливо подкинула образы. Адепт Клэрк в окутавшей его нежно-зелёной магии. Дёрнувшись назад, Алиара подошла к следующей кровати и невольно ахнула. Второй адепт из леса, из той группы — Ниран Стигмар. Сын члена совета магов императора!

От осознания она сделала шаг назад и вдруг задела тонконогий подсвечник, расположенный на тумбочке рядом. Высокий резной держатель пошатнулся, но девушка вовремя ухватилась за ножку, роняя лишь пару восковых капель на джутовое одеяло, прямо на грань печати. Рука сама потянулась, сразу соскоблив воск, но было поздно.

Печати на всех одеялах на каждом адепте засветились тёплым жёлтым светом, озарив тьму комнаты, а сосуды с маслом зашипели и забурлили, заполоняя тишину страшными звуками. Страх накрыл с головой, и девушка ринулась к двери. Быстро преодолела ещё пустой коридор, но продолжала бежать пока не выскочила на знакомые ковровые дорожки, а взгляд не упёрся в тяжёлые тёмные шторы высоких оконных проёмов. Основной широкий переход между крыльями этажа трудно было не узнать и здесь уже толпился народ, судя по разговорам, спешили все на обед в большую залу. Всё же люди привыкли питаться по расписанию, этого не отнять ни у аристократов, ни у слуг.

Сердце стучало в ушах, а в горле пересохло. Попытка выровнять дыхание ни к чему не привела и до своей комнаты Алиара добиралась пусть и скорым, но всё же шагом. В голове билась лишь одна мысль — эти шесть адептов заражены духами, как и их друг, из тела которого родился косточник. Это заставило её метаться в беспокойстве из одного угла уютной, но такой холодной комнаты, в другой, что, впрочем, не принесло никакой пользы.

Скорее всего пентаграммы и масло отреагировали на тёмного духа, что в свою очередь отреагировал на колыхнувшуюся от воска защиту. Незачем ей было бежать, но и оставаться не стоило — её там явно не должно было быть. Оставалось несколько вопросов — почему адепты лежат там и никто ещё не помог изгнать духов? Почему эти духи не формируются в монстров и не рождаются? И наконец — почему она вообще почувствовала запах тварей, если они под барьерами и явно в спящем состоянии?

А ведь тётушка Марэя всегда рассказывала, что духа выявить не сложно и даже не обязательно убивать носителя, чтобы провести очищение. Сомнения неожиданно затмила решительность — всё есть в тётиных записях! А книга, что она спасла из их горящего дома сейчас в поместье Сарванторино. Алиара остановилась и непонимающе похлопала глазами. Неужели она пойдёт туда одна, нарушив запрет?

Брови сами поползли к переносице и руки сжались в кулаки. А кто ей помешает? Её вещи, сменная одежда, ценные записи и мази, необходимые лесу, да и объективно говоря — людям. Кроме того, личные украшения, артефакты и деньги! Да она просто вернёт своё, что семья Сарванторино незаконно и подло украли, при этом пытаясь продать её Баксмеру для непонятных целей! Ей не перед кем отчитываться теперь!

Она схватила изношенный, но любимый зелёный плащ и споро застегнула его металлическую застёжку на плече. Немного поразмыслив, девушка налила из красивого графина на тумбочке стакан воды, опустошила его и вышла из комнаты с громко стучащим сердцем и решительным настроем.

***

Первое, что предстояло сделать — отыскать карту города. Однако первый же молодой человек в дорогой одежде сказал, что на этом этаже дворца библиотеки нет. Это немного сбило с настроя и поубавило решительности, но не остановило Алиару.

Понимая, что не все пойдут обедать в положенное время, а кое-кто и вовсе не пойдёт, она торопливо, но тихо дошла до зала телепортации, по совместительству зала Советов. Императорский властный голос не давал даже повода усомниться в его силе, но видя его ауру, сложно было абстрагироваться от неприятных возможных картин будущего, мелькающих перед глазами. Алиара незамеченной проскользнула мимо открытых дверей залы и уповая на отсутствие аур за стенами и поблизости, принялась открывать все двери, заглядывая и бегло осматривая наличие книг или карт.

Удача улыбнулась довольно споро, и вскоре за очередной дверью показались пара забитых под завязку книжных шкафов. Вот только потратив прилично времени Алиаре так и не удалось отыскать карту города. Разочарованно опустившись на стул, девушка шумно выдохнула, раздумывая как быть дальше. Нескончаемая буря за окнами не переставая билась о стены дворцового замка, стараясь выбить стёкла, а завывания ветра и периодические раскаты грома заставляли покрываться тело мурашками и учащали дыхание. Немного покрутив в руке найденное красивое перо для письма, Алиара задумавшись открыла ящик широкого письменного стола и сунула его туда. И только закрывая ящик сообразила, что увидела внутри.

«План Роурдана и прочее» — гласило криво выведенная надпись на обложке. Улыбнувшись, Алиара быстро пролистала страницы чужой кропотливой работы и заметок по улучшению, пока не наткнулась на чертежи. И пусть они были кривоваты и возможно где-то неточные, но она легко отыскала академию и район аристократов «Дальос» по фамилии архитектора, как гласила пометка сбоку. А уже там прекрасно читались улочки и названия особняков, что так или иначе помогали понять занимающий его род.

Безжалостно, но аккуратно вырвав пару страниц, Алиара сунула их в сумку, проверила путь и двинулась на выход. Стоило вернуться до темноты.

Оказалось, выйти из дворца совсем не сложно, даже не зная дорогу. Выходы с лестниц были перекрыты, но не охранялись, и просто спустившись вниз, удалось сразу отыскать несколько дальних выходов. Постоянно проверяя наличие аур живых или «нет» рядом, Алиара не боялась внезапно на кого-то натолкнуться, а единственное, что напугало до дрожи — коконы. Они были хаотично «разбросаны» по всем коридорам, лестницам или комнатам. Странные, изломанные, словно мятый тонкий лист металла, они ярко сверкали металлическим холодом и имели такие гладкие кусочки граней, что почти отражали собой мир, будто тысячи зеркал. При этом человека внутри было совершенно не видно и даже его ауру просмотреть не было ни единой возможности. А на ощупь, казалось, что они и вовсе состоят изо льда, почти обжигая пальцы холодом.

Пробегая на цыпочках мимо «коконов» со спящими живыми людьми, Алиара невольно каждый раз задерживала дыхание, и лишь когда подошла к двери, ведущей в конюшни, смогла глубоко вздохнуть и немного успокоиться. Как ни странно, но всё же мир монстров был ей ближе и теперь уходя из дворца, она ощутила внезапные уверенность, спокойствие и понимание происходящего. Вернулось желание действовать и даже небольшая иллюзия былого контроля собственной жизни.

Конюшни примыкали к дальней стороне дворца и вид имели поистине роскошный. Керамическая плитка, высокие потолки, где виднелся толстый брус и перемычки крыши, красиво расписанные стены и резные колонны в два ряда к которым уже и были пристроены загоны. К счастью, тут защита ещё стояла, и сейчас вполне спокойные жеребцы с любопытством поглядывали на незваную гостью. Людей поблизости не было, а цветных точек вдалеке и ждать не стоило. О лошадях не забыли и вовремя продолжали ухаживать, а вот выход из конюшен в виде огромной двустворчатой двери был накрепко заперт. Тяжёлые обитые металлом двери поскрипывали от натуги и немного дрожали — буря не позволяла о себе забывать.

Тяжело вздохнув, Алиара уже хотела уходить и искать другой выход из дворца, но тут в тени одной из стен заметила неприметную дверь. Обрадовавшись, девушка подошла и проверила. Дверь и впрямь была заперта лишь на засов, судя по его механизму двухсторонний, а значит дворец охраняем в основном магией. Сможет ли она пройти?

Накинув капюшон и натянув плотную маску на лицо, Алиара проверила резерв, вздохнула и подняла огромную задвижку кверху. Но стоило лишь немного приоткрыть дверь, как её выбило из рук, и она с грохотом ударилась о стену, впуская в помещение ураганный порыв ветра и неприятную морось.

Испугавшись, Алиара всё же взяла себя в руки, вышла, с трудом закрыла дверь и вернула задвижку на место. Передвигаться было трудно, дышать тоже, но проверив путь на наличие чёрных аур, она двинулась вперёд.

Глава 18. Несправедливая тайна

Шаг за шагом, не торопясь, не паникуя. Сохраняя ровное дыхание и относительную тишину. Молодая девушка двигалась по стенам зданий и заборам, прижималась к деревьям и столбам. Ноги то и дело утягивало нескончаемыми порывами завывающего ветра, плащ трепетал на ветру пойманной птицей, а капюшон приходилось держать рукой. Нулевая видимость замедляла настолько, насколько это вообще возможно. Над головой периодически сверкало, небо озаряло яркими отсветами и расчерчивало ветвистыми сетками молний. Громовые раскаты волнами расходились по небу и окутывали землю, заставляя содрогаться и оглушая на мгновения. Чёрные нити аур давно уже тянулись под ногами, благо они прекрасно просматривались, а сами ауры монстров, что порой даже целыми группами бродили в этой непроглядной туманной завесе сопровождались привычным душком и звуками, то и дело рокочущих, шипящих или рычащих тварей. Туманная завеса стелилась на добрых два метра в высоту и даже не развевалась на ветру, а лишь изредка освещалась от вспышек мелких искр, которые, к ужасу, пролетали то над головой, то под ногами.

Грозовые искры так и норовили ужалить — летали крохотными мотыльками, бесцельно паря, но стоило пройти рядом, словно чуяли свою жертву и стремились попасть в неё безжалостно обжигая. Пока что Алиаре удавалось избегать их атак и успешно обходить бродящих монстров, но начинало казаться, что удача может отвернуться в любой момент.

Очередная искра вырвалась из густой темноты внезапно, разгоняя клоки тумана и светясь небольшим шариком. В небе невовремя громыхнуло, отвлекая и когда искра приблизилась, Алиара вздрогнула и отвлеклась, но всё же смогла увернуться, а трещащий молниевый мотылёк врезался в плащ, прожигая в нём приличную дыру с обугленными краями.

Разочарованно выругавшись, девушка вновь достала из-за пазухи один из листов и проверила очертания ближайших зданий, чьи контуры могла разглядеть лишь только поверху и размыто. В этот раз было ничего не понятно. Пришлось пробираться по забору к центральным воротам, чтобы отыскать порядковую табличку с номером и названием улицы. Выход? Да. Потеря времени? Определённо. Другие варианты? Ни-ка-ких.

Она уже пыталась ощутить или активировать мамин кулон, чтобы увидеть путь, но ничего не происходило и становилось страшно, что её вещи могли не сохраниться или и вовсе теперь находились не в городе. Неизвестно как спасалась семья Сарванторино в такой ситуации, они могли и порталом уйти. Тяжело вздохнув, Алиара нащупала угол металлической таблички и привычно уже создала небольшой световой луч. Достаточный, чтобы прочитать написанное, но не достаточный, чтобы её могли заметить.

«Особняк рода Сарванторино. Афорк-Тор».

Нашла! Поспешная радость попыталась затмить сознание, но девушка проверила контуры огромного четырёхэтажного дома и тяжело сглотнула. Особняк не просто имел чёрные нити аур, он кишел монстрами! Не менее трёх только бродили у центрального входа в дом. У неё с собой не было оружия или привычных тётиных ловушек, но свет прекрасно слушался и собственно выхода не было.

Проверив резерв, она решила зайти с чёрного входа. Как же наконец приятно было вдохнуть полной грудью и почувствовать собственное тело, что пронзало напряжение, заставляя ноги гудеть после сопротивления диким порывам ветра. Слуха достигло стрекотание и странный стук по полу — чернота ауры монстра не могла подсказать его вид — а вот звук говорил, что там плетёт паутину косточник, по нитям не особо крупный.

Света в доме давно не было, а буря за окнами лишь редкими вспышками озаряла помещения, впрочем, не особо сильно его освещая. Можно конечно было взять переносной световой шар, но он работает на энергии магических кристаллов и монстры вполне способны её почуять на близком расстоянии. Как же сейчас не хватало маминого кулона! Алиара тяжело вздохнула и вновь просмотрела следы передвижения паука. Они неплохо просматривались через стену и были гораздо чернее в, казалось бы, абсолютно тёмной комнате. Ничего, собственный свет поможет.

Недолго думая, Алиара выглянула из-за угла, призвала магию света и рванула вперёд. Монстр был готов. Челюсть его раскрылась, искривляя черепушку и все глаза сосредоточились на новой жертве. Паутина из яда метнулась резво, но Алиара отпрыгнула и сразу сделала кувырок, уходя от длинной паучьей руки с уже вытянутыми человеческими пальцами. Девушка вскочила на ноги, а тварь яростно зашипела и постучав острыми жалами кинулась на неё вновь.

Несколько шагов в сторону и новые знания о собственной силе — вот, что понадобилось в этот раз.

Алиара вскинула руку, и тонкая струя света ослепила несущуюся тварь, а в следующее мгновение череп косточника затрещал, задымился и под визгливые рокочущие стоны монстра, посерел. Косточник за несколько секунд полностью был охвачен светом и вскоре его туша осыпалась, оставляя после себя лишь горку пепла и сажи, дымящуюся и смердящую не хуже многодневного трупа.

Не расслабляясь Алиара проверила чёрные пятна поблизости и только когда убедилась, что на звуки не подоспели другие монстры, двинулась вперёд, лишь бегло осматривая разгромленную комнату, что успела стать жилищем лесной твари — обугленные дыры от капель яда, разломанная щепа от мебели, собранная специально в кучу, и оплетённая паутиной, напоминала лежбище, ну и конечно паук успел добыть себе пропитание.

За окном вновь засверкало, и девушка зажала рот рукой, отворачиваясь, спеша к выходу и стараясь не смотреть на вывернутых наизнанку бескостных домашних любимцев, которых теперь можно было узнать лишь по клокам шерсти.

Коридорная развилка вела ко многим закрытым комнатам, но за их дверьми не было ни пятнышка, а вот большой зал, к которому она приближалась просто «прогнил» от смерди. Чёрная гниль плотно устилала весь пол просторного, видимо главного зала.

Алиара подошла ближе к незакрытому дверному проёму. Плотные пятна чёрной ауры размещались довольно далеко, что позволило неспешно приблизиться и, задержав дыхание, аккуратно выглянуть. Зал имел колоннады по двум сторонам, поддерживающие узкие балкончики, а по центру растянулась широкая богато украшенная лестница с дорогим ковром. Очередная вспышка света с улицы, позволила рассмотреть почти всё, включая ярко блеснувшие «металлическими» гранями коконы. Не меньше десятка стояли по разным частям зала и даже один наверху возле лестницы.

А вот монстров она успела заметить лишь троих. Сглотнув, Алиара внимательнее просмотрела помещение особым зрением — четыре чёрные ауры неспешно занимались своими делами. Четыре! Приглушив способность, она вновь выглянула из-за угла. Три монстра. На месте чёрного сгустка ауры была пустота…

Или нет? Замерев и не отводя взгляда от места с чёрным пятном, дождалась молнии и лишь в коротком свете смогла заметить лёгкое шевеление бахромы на одной из рваных подушек, среди обломков мебели. Видимо медведь-хамелеон соорудил себе прекрасное лежбище. С ним ей уж точно не справиться, учитывая двух аламуров и вурма. Стоило искать путь обхода и надеяться, что её вещи всё ещё оставались в кабинете главы рода.

Проблема состояла ещё и в том, что она понятия не имела, где он находится. Нужен был план… Нет, просто необходим!

Раздражение от накатывающего чувства безысходности всё усиливалось. Алиара медленно отступала назад, проверяя пока недвижимые ауры тварей и тут вдруг сзади раздался шорох. Вздрогнув всем телом, девушка подскочила на месте и развернулась, выставив руку со вспыхнувшим световым шаром на ладони вперёд, готовая атаковать.

Но увидев перед собой невысокую девочку лет восьми с выпученными глазами и пальцем у губ, призывающим молчать, Алиара невольно тяжело и рвано выдохнула и тут же рассеяла магию. Поздно спохватившись, она проверила ауры, но двух на месте уже не было — её магия привлекла ближайших тварей.

Повернувшись к ребёнку, она приглушённо зашипела:

— Веди!

И девочка, сразу сообразив, развернулась и побежала по коридору. Алиаре оставалось лишь поспевать. Она подбежала к стене и вдруг ловким движением тонкого пальчика откупорила рычажок. Узкая дверь пропустила их внутрь, и девочка плотно прижала её, закрывая на два замка. Конечно, это было бесполезно, но они не прятались – они бежали. В свете длинной свечи в одноногом канделябре, что девочка предусмотрительно оставила здесь, путь казался бесконечно длинным и ветвистым. Тёмные коридоры сменялись маленькими комнатками и тайными дверьми, за которыми оказывались очередные комнатки и коридоры. «Проходы слуг» — в какой-то момент буркнула девочка, но это, итак, было очевидно, судя по вещам, что им попадались и невозможно узким лестницам.

Алиара всё время проверяла окружение, но лишь изредка за стенами проглядывали плотные чёрные пятна аур чудовищ. Гулкие шаги разносились по тишине проходов просто оглушающе, от чего сердце сжималось ещё сильнее. Девочка уверенно выбирала путь и в какой-то момент мелькнула мысль, что она житель этого дома, а значит живёт с монстрами уже больше пяти дней. Девочка была одета в какие-то тряпки и было не ясно какой у неё статус, хотя если присмотреться она кого-то напоминала.

— Сюда, — шепнул детский голос, заставляя резко свернуть вправо.

Они вскочили на лестницу и оказались возле старой облупленной двери, судя по всему, ведущей на чердак. А стоило им войти как девочку за руку схватила высокая женщина и отдёрнула в сторону, зашипев.

— Кого ты привела? — на истощённом молодом лице мелькнул испуг, глаза округлились, а рука потянулась к капюшону, скидывая его с растрёпанных светлых волос.

— Миледи Лисария? — не веря произнесла Алиара.

Взволнованное лицо, испуганный взгляд, стыдливо отведённый в сторону, мешки под глазами и общая бледность — она выглядела измождённо и даже немного постарела. Алиара перевела взгляд на ребёнка и в свете пары настенных канделябров сразу признала ту наглую особу, притворившуюся мальчиком и требующую рассказать, как активировать кулон. Одежда мальчика явно шла ей больше, да и темнота подвалов этого дома делали её старше — сейчас же на Алиару смотрела милейшая большеглазая маленькая девчушка с пухлыми губками и розовыми щёчками. Невольная улыбка наползла на лицо, заставляя всех сразу занервничать.

— Прижми дверь сильнее, — вдруг опомнилась миледи, указав назад.

Алиара сделала что сказали и по контуру проёма двери резко прошёл сияющий зелёный свет, дав понять о знакомой защите. Посмотрев на женщину вновь, она с пониманием приподняла брови в риторическом молчаливом вопросе, ответ на который, итак, был ясен, но Лисария лишь упрямо поджала губы, словно в раздумьях.

— Как ты здесь оказалась? — тихо спросила она.

— Вошла через чёрный ход.

Алиара двинулась вперёд, огибая женщину с девочкой, имя которой слышала тогда в тюремной камере, но вспомнить не могла. Довольно тёмное узкое чердачное помещение с парой незажжённых кадил под потолком и разбросанным по углам хламом, с разве что примечательной ширмой возле единственного круглого окна, а за ней виднелась объёмная книжная полка и большой сундук на полу. Стоило Алиаре отойти как миледи принялась отчитывать девочку за самоуправство, оказалось, что она сбежала спасти незнакомца от монстров, но неожиданно привела в убежище возможного врага. Миледи можно было понять.

— Никогда больше не делай так! — не сдержалась женщина, прикрикнув на перечащего ребёнка.

— Ей стоило подождать пока меня съедят? — Алиара нахмурилась и скрестила руки на груди. Не хотелось быть любезной с этой женщиной, ведь она не препятствовала своей семье при продаже её Баксмеру.

Миледи Лисария недовольно поморщилась, оставив обиженную девочку, что сразу отбежала в сторону и плюхнулась на гору пыльных подушек.

— Алиара послушай, — начала она, растирая руки, будто те окоченели. — Я всё понимаю…

— Но вам мои вещи тоже нужны, — хмыкнула девушка и по беспокойному взгляду, брошенному Лисарией на ширму, поняла, что все вещи как раз там.

— Я уверяю тебя, что никогда не помогала своим родственникам в тех делах, что ты могла видеть!

— Но вы им и не препятствовали.

— Что я могла одна?! — всплеснула она руками и вновь принялась их натирать. — Отец никогда не позволял мне прикасаться к семейным делам, держал на расстоянии, единственную не пускал в свой кабинет в одиночку. Не доверял собственной дочери слушая мою мать, что о таких мелочах не задумывалась и просто ненавидела меня!

Сказав это миледи словно осеклась и кинула быстрый взгляд на девочку, поджав губы.

— Прости Фиэлия, — почти прошептала она, опустив глаза в пол. — Твоя мать дружна с нашими родителями, и я просто…

Девочка лишь подняла руку останавливая свою тётю и фыркнула, отвернувшись.

— А ты значит получила что хотела? — с намёком обратилась к девочке Алиара и та вздрогнула, не желая поворачиваться и лишь сильнее закапываясь в подушки.

— Что это значит Фиэль? — в непонимании покосилась на неё миледи, но молчание продолжалось.

— Так почему вы не спите? — решила перевести тему Алиара, понимая, что женщина ждёт некоего прощения, а она пока дать его не в силах, слишком много проблем принесла её семья. По крайней мере, пока она не вернёт свои вещи и не покинет этот чёртов дом.

Очередной громовой раскат был сильнее предыдущих и на пару секунд все замерли в страхе, сжимаясь внутренне и пережидая ужасные мгновения. Комнату расчертили вспышки молний, блеснули канделябры, металлические уголки книг, даже дорогие серьги в ушах миледи. Всеобщая сосредоточенная настороженность немного спала, и женщина словно покачнулась.

— Я этого не знала, — предупредила она и нехотя пояснила. — Когда все уснули, я не могла понять, что происходит, тогда-то и появилась моя мать. Она тоже не спала, но её это словно не пугало, скорее злило. Я бы узнала всё у неё, но появилась та старуха.

— Старуха? — прошептала Алиара догадываясь о ком речь.

— В белом, с длинными белыми волосами и ужасным лицом. — Лисария устремила взгляд к окну и те пара сантиметров, что не были прикрыты тонкой шторкой, позволили ей сосредоточиться на воспоминаниях, видимо душивших её и сейчас. — Я пряталась за углом, но твари полезли из всех щелей так быстро, что пришлось пробираться к скрытому проходу для прислуги. В страхе и непонимании я услышала лишь несколько слов, перед тем как скрыться в темноте пыльного коридора…

Она вздохнула, явно старательно сдерживая слёзы.

— Она убила маму. У неё не было и шанса на спасение. Старуха сказала, что выполнила своё обещание. А я забежала в темноту, закрывая проход. Там-то и заметила перепуганную рыдающую Фиэлию, что всё видела…

— Я соболезную, — произнесла, невольно погрузившись в потерю миледи. — Близких тяжело терять.

— Спасибо, — рассредоточенный взгляд Лисарии вновь стал осознанным, и она тепло улыбнулась. — Мы сразу спрятались здесь. Затаились, заперлись и два дня просто молили о спасении. Но голод давал о себе знать и вскоре пришлось начать выходить. Монстры тогда в основном были на первом этаже, и мы спокойно собрали необходимое и успели поставить защиту, — здесь она покаянно нахмурилась. — И впервые я смогла открыть мамину книгу, что видела в её комнате лишь раз.

Лисария прошла за ширму и вскоре вышла с небольшой книгой в руках. В толстом кожаном переплёте, выгравированными надписями, блеснувшими золотом даже отсюда, металлическими уголками и множеством закладок между страниц. Женщина погладила обложку и немного боязливо одёрнула руку.

— «Гримуар рода Сарванторино. Принадлежность к ковену ведьм Роурдана».

Голос женщины прошиб и тело содрогнулось в неверии. Тётю Марэю ненавидели и гнали из города, узнав кто она. Её называли ведьмой. Она жила в одиночестве и страхе, среди монстров и деревьев. А здесь целая семья? Целый род под носом императора?

— Ведьмы не имеют права жить в городе, — произнесла Алиара, вспомнив слова одной торговки на рынке.

— Да, — кивнула миледи. — И от того ещё страшнее. Но Марэя была ведьмой как ни крути, и мы тоже.

— Неужели из-за этого вы не заснули?

— В книге нет ответа, но лично я думаю, что «да».

— Сколько же ещё скрывается в Роурдане ведьм, вот так легко?

Вопрос был риторическим, но Лисария задумалась.

— Непосвящённые? — подумав, ответила она. — Должно быть не мало.

Алиара не снижала способность зрения и тем страннее было наблюдать абсолютно обычную ауру изумрудно-зелёного цвета. Всего лишь четвёртый уровень в магии из возможных одиннадцати. Да, аура Марэи тоже была обычной, если вспомнить. Она имела шестой уровень — бардовую магию, но мощь её готова была окрасить магию в алый цвет, что означал бы уже седьмой. Жаль этому не суждено было сбыться.

— А ведь ты тоже не спишь, — как бы невзначай обронила миледи и две пары глаз в ожидании уставились на Алиару.

Однако она думала об этом и здесь, казалось, всё просто.

— Когда всё случилось я была в зале советов на собрании приближённых лордов императора.

На лицо Лисарии наползло удивление, затем сменилось испугом и наконец глубокой задумчивостью. Она явно пыталась понять, как это могло произойти и связано ли это с их семьёй.

— Ты здесь за кулоном? — внезапно глухо спросила она.

— За всеми вещами, — настойчиво произнесла Алиара, не оставляя миледи шанса на утайку, но и не желая пояснять, что прежде всего за кулоном и записями тёти. Лисарии ни к чему это знать.

— Ты ведь возьмёшь нас с собой? — еле слышно вдруг попросил тонкий голосок.

Алиара и Лисария как по команде повернулись к ней. Девочка выглядела подавленно и испуганно, она сжимала в руках знакомую верёвочку с вплетённой серебряной нитью и нехотя поднялась на ноги.

— Ты мне не рассказала и поэтому у меня так и не получилось…

Она приблизилась и медленно раскрыла сжатые руки. На детских ладошках сверкнул белым камнем переливаясь в свете комнаты родной кулон.

— …его активировать, — закончила за неё Алиара, беря дорогую сердцу вещь в руки.

Девочка смутилась, но упрямо ждала, когда владелица покажет, как это сделать. Но стоило Алиаре повесить кулон на шею как он сверкнул неровными гранями камня и под её мысленный шёпот заклинания сразу скрыл её ауру и полное присутствие. Другие видеть этого не могли, но они точно заметили мимолётный проблеск и лёгкое сияние, охватившее шею девушки.

— Не честно, — разочарованно ахнула девочка и надула щёки.

— Не думаю, что у тебя получилось бы его активировать, — задумчиво пробормотала Лисария. — Это похоже родовой артефакт.

— Фиэлия? — уточнила Алиара, пропустив слова миледи мимо ушей, и девочка кивнула.

— Лучше Фиэль, — недовольно добавила она.

— А Фия?

Девочка удивилась, но стараясь этого не показать, неопределённо пожала плечами.

— Фия, зачем тебе был нужен кулон?

— Он же маяк, он вёл к сокровищам, — коротко ответила она и отвернулась.

— И как же ты это поняла? — спросила Лисария, переглянувшись в непонимании с Алиарой.

— Так сказал милорд Гериан, я подслушала…

Алиара нахмурилась, заметив, что девочка называет дедушку по имени и титулу. Да и с чего он сам так решил? Знал про маяк, ведущий к дому тётушки? Быть не может…

— Ох не зря тебя гоняли отец с матерью, — покачала головой Лисария. — Ты же такая егоза.

— Ты не сказала! — вдруг обвинительно воскликнула девочка, уставившись на Алиару и полностью игнорируя рассерженную тётю. — Ты возьмёшь нас с собой?

— Фиэлия! — воскликнула миледи и сбивчиво загомонила. — Даже с этим кулоном, если он и впрямь скрывает, мы не сможем выбраться! Ты видела, что творится на улице, мы там умрём! Сейчас я за тебя отвечаю, и я не собираюсь…

— Да ты каждый день это твердишь! — рассердилась девочка, закричав в ответ. — Мы и тут умрём без еды и воды! Я всё видела, ты перестала есть вчера утром и начала подсчитывать припасы! Я не глупая!

На это миледи ответить уже было нечего и она, поджав губы, лишь продолжала хмуриться. Но через некоторое время всё же произнесла:

— Я не умею сражаться, — голос её был пропитан сожалением и покаянием. — Не могу защищаться или лечить. Что мне делать, если с тобой в пути что-то случится? — голос сорвался. — Что делать если тебя ранят? Или меня? Не смогу оставаться рядом. А если они не проснуться?

— Не говори так! — закричала Фиэль и даже топнула ногой, яростно сжимая кулаки.

— Я не имею права так рисковать, — отрезала Лисария и лицо её сделалось каменным. Глаза же девочки с каждой секундой округлялись всё больше, злость захватывала её. — Теперь Алиара знает, что мы здесь и пришлёт к нам кого-то на помощь…

— Вот поэтому тебя ни во что и не ставят! — перебила она тётю, не сдержав разочарованных злых слёз. — Ты глупая и трусливая! Я вообще не обязана тебя слушаться, мама говорит, что ты ниже меня по статусу! И мы будем делать как скажу я!

Стоило злому крику осесть в душах, находящихся в этой комнате как за дверью раздалось приглушённое шипение и одновременно громкий клёкот. Женщины вздрогнули и задержали дыхание, помня о защите. Несколько секунд ничего не происходило, а затем на дверь явно опустилась чья-то лапа и острые когти резко прочертили по старой древесине, с устрашающим звуком, заполонившим собой всю чердачную комнату.

Глава 19. Чернота во тьме

— Что происходит? — зашептала в панике миледи Лисария начиная пятиться назад.

— Кажется выбора вам не оставляют, — буркнула Алиара и посмотрела на неё требовательно. — Мои вещи. Все. — И видя, что миледи сомневается гаркнула, уже не особо скрываясь. Смысла больше не было. — Живо!

Лисария вздрогнула и кинулась к ширме. В этот же момент в дверь с новой силой поскреблись и следом сразу послышался резкий удар, словно кто-то врезался в неё с разбега. Контур на миг позеленел магическим светом и угас, но это могло означать, что защита стоит неполная и нужно срочно что-то решать.

Когда женщина принесла две сумки и мешок, Алиара быстро в них заглянула и удостоверившись, что всё на месте, разве что кроме еды и воды, просмотрела ауры внимательнее. Чёрное пятно было довольно объёмным и судя по очертаниям и звукам можно было предположить, что их ждёт пара летучих ежей, один аламур и кажется чуть дальше дух-висельник. Это пугало. Сразу вспомнилось, что возможно именно через них в адептов были подсажены духи монстров для рождения. Дрожь пробежала по телу. Алиара повесила на себя все вещи и призвала силу, сосредотачивая магию в руках.

Новый удар о дверь заставил штукатурку со стен осыпаться, прорывая старые истёртые обои. Твари по ту сторону не собирались ждать вечно. Скрежет всё нарастал, казалось, они выбрали место и принялись его активно прогрызать заставляя людей нервничать всё больше.

Вот только что-то было не так. Магия была слабее обычного, да и резерв отзывался неохотно. Немного испугавшись такой подлянки от собственного света, Алиара растерялась и это заметила миледи.

— Что с тобой? Ты сможешь помочь или нет? — глаза её бегали по комнате в попытках придумать план действий, а руки крепко сжимали сумку, в которой, судя по всему, был фолиант. Рядом с ней тряслась в страхе Фиэль, неуклюже застёгивая на пуговицы плотное пальто под накинутым плащом.

— Могу, — неуверенность всё же проскользнула в голосе, но Лисария, казалось, не заметила и кивнула на сумки Алиары.

— Артефакт работает, но если мы вынесем его из комнаты…

Алиара лишь молча кивнула, ошалело соображая и сосредотачивая магию в теле. Виски прострелило болью от напряжения, но миледи всё верно поняла — контур артефакта защиты замкнут на этой комнате и стоит его вынести за дверь, как он сразу рухнет. До сих пор не понятно, как она смогла его настроить.

— Нам придётся выйти, — подытожила миледи сосредотачиваясь на двери. — Дверь в коридоры прислуги находится в паре метров от нашей на лестнице. Здесь нам некуда деться.

— Может в окно сбежим? — с надеждой спросила Фия.

Но Лисария лишь отрицательно покачала головой.

— Мы же выше четвёртого этажа, — прозвучало обречённо. — Выход лишь один.

Руки сами вспомнили привычное действие и среди пальцев начала нарастать световая простейшая сеть.

— Будьте за мной! — выкрикнула Алиара и шагнула к двери, в которой уже показались первые длинные острые когти летучей мыши-ежа.

Сеть сорвалась с пальцев стрелой влетая в открывшуюся щель и жаля монстра, сковывая его и заставляя отступать. Под оглушительный отрывистый писк боли, монстр выпустил иглы, что полностью покрывали его тело и Алиара громко скомандовала:

— Вправо!

К счастью, все успели отреагировать и уклониться, но новая сеть развеялась от потери контроля и пришлось создавать её заново. В этот же момент к щели подскочило чёрное тельце некрупного аламура, и он остервенело вгрызся в края, пытаясь протиснуться внутрь. Лисария сразу выглянула из-за плеча Алиары и ловко швырнула в него короткий метательный кинжал с тонким лезвием. Он вошёл прямо меж тонких длинных клыков в верхнее нёбо завизжавшей твари, и та отпрыгнула прочь.

Новая сеть повисла на кончиках пальцев и не дожидаясь новых атак Алиара двинулась вперёд, присела на колено и в секунду бросила очередную спеленавшую монстра сеть. Висельник остервенело затрепыхался, упал и ползая по полу разразился утробным воем, словно созывая сюда подмогу. Это заставило действовать быстрее, ища последнюю ауру. Справа от двери в углу притаился крупный летучий ёж, ожидая их появления. Распахнув дверь, Алиара вытянула руку и под его писк метнула световой шар, такой концентрации что только смогла создать за эти жалкие секунды. К сожалению, её не хватило, и тварь кинулась вперёд, вцепляясь девушке в ногу бритвенно-острыми зубами. Коротко вскрикнув, Алиара попыталась спихнуть его с себя, не касаясь, ведь его иглы были даже на кожистых крыльях и обтянутой узкой черепушке, от чего крохотные чёрные глазки было не видно.

Но сосредоточив свет на ладони, Алиара решительно протянула руку и коснулась морды твари. Множество игл впились в ладонь разнося острую боль до плеча, но стиснув зубы она направила свет, испепеляя монстра и обращая в прах. Тяжело дыша, девушка инстинктивно подняла ладонь и попыталась её осмотреть. Свет никак не собирался в тонкие выжигающие лучи и тем более не выходило сосредоточить его потоком света, как тогда у академии.

— Быстрее! Скоро твои сети порвутся!

Лисария и Фия уже забежали в коридоры прислуги и ждали только её. Алиара метнулась вперёд, но за ногу ухватила костлявая рука висельника, начиная тянуть магию. Сеть ещё не порвалась, но значительные дыры вряд ли удержат тварей надолго. Девушка резким движением сбросила его с ноги и залетела в коридор, захлопывая за собой хлипкую дверь.

— Вперёд! — крикнула она и все сорвались с места.

Предусмотрительность проиграла панике и бежать пришлось почти вслепую. Фия хорошо знала дорогу, но сразу начала спотыкаться и падать в темноте. Алиара вырвалась вперёд, усилила зрение, сосредотачиваясь на светлых нитях их собственных аур, оставленных по пути сюда. Времени прошло недостаточно и дымчатый тонкий след ещё прекрасно было видно.

Стараясь бежать тихо и быстро, троица пересекала короткие лестницы, углы, комнатки и развилки, упорно продвигаясь на первый этаж. Но стоило спуститься по винтовой лестнице, как сзади послышался клёкот и внезапно на голову Лисарии, замыкающей их отряд, свалился висельник с воплем вцепляясь в её волосы и уже раскрывая зубастый рот на дырявом черепе. Места было катастрофически мало, но Алиара смогла схватить тварь за ледяную руку и жахнуть светом, озарив на доли секунды коридор. Душ с криком взвился вверх, но потолок оказался низким, не давая ему взлететь достаточно, и его плотная верхняя часть с размаху врезалась в кирпичный свод. Света оказалось недостаточно для испепеления и Алиара не мешкая подпрыгнула, цепляясь за склизкие бока твари, из которых торчали костяные острые наросты, и не обращая внимания на порезы вновь выпустила свет.

В этот раз концентрация была сильнее и сосредоточена на ладонях. Висельник успел лишь оттянуть девушку за волосы, начав подбираться к магическому источнику, но сразу замер и рассыпался прахом, обсыпая своими остатками Алиару с головы до ног. Девушка закашлялась, пытаясь стряхнуть с себя останки.

Не успели они продолжить путь, как сзади раздался свистящий звук и в кирпичную стену над их головой со всего размаху врезался сгусток чёрного яда, что, зашипев принялся разъедать кирпичи, испуская дымные лоскуты, вдыхать которые было категорически нельзя. Лисария, заметив движение в темноте над лестницей бросила туда несколько кинжалов. Звук рассекаемой плоти и болезненный скрежещущий писк оглушили маленькое пространство.

Девушки, не сговариваясь бросились вперёд, прекрасно зная, что с ядовитыми косточниками легко не справиться. А если подоспели эти твари, то те, что попались в сети точно давно освободились, скорее всего находясь недалеко.

Страх подгонял, подхлёстывал тело и путал мысли. Коридоры мелькали один за другим, руки хватались за стены и углы, глаза ошалело искали тонкий след ауры. Они бежали и уклонялись от невидимых глазу шаров яда, что разбивали старые стены вдребезги и разлетались множеством капель ядовитого дождя. Топот конечностей множества тварей перемежался со стуком собственных сапог, а редкие мелькающие окна позволяли увидеть очертания монстров на ужасающе долгие мгновения, что заставляли сердце выпрыгивать из груди от страха.

Алиара в очередной раз кинула назад небольшую сеть, что, судя по звукам зацепила чьи-то лапы, и в тот же миг в стену развилки ударило сразу два ядовитых сгустка с грохотом обрушивая её и поднимая в воздух клубы пыли, что заставляли щуриться и кашлять. Нить аур оборвалась! Осталась за горой кирпичей, теперь впереди только тупик! Они замерли в страхе дожидаясь нападения из тьмы коридора и плотных клубов не осевшей пыли.

Долго ждать не пришлось. Человеческая кисть неожиданно вцепилась в горло Фиэлии, вырывая её стон из груди. А ещё две лапы косточника устремились к ним с Лисарией —очертания немного были видны из-за черноты ауры твари и Алиара постаралась уклониться. Но не хватило реакции, и ледяная, словно жалящая человеческая кисть обхватила горло мёртвой хваткой, крепко сжимая костлявыми жёсткими пальцами. Алиара захрипела и заёрзала пытаясь вздохнуть, пока руки сами не обхватили мерзкую волосатую часть конечности паука, ладони сразу нагрелись от концентрации скопленного света, медленно сжигая вопящую тварь. Секунды растянулись в вечность пока паук барахтался, отпустив девочку и Лисарию, пятился в узком коридоре и визжал, расталкивая более мелких лесных монстров вокруг себя. А затем короткая вспышка озарила коридор и косточник замолк, обернувшись прахом.

Вот только эта вспышка позволила оценить толпу тварей, следующих за пауком. Глаза округлились в те мгновения как свет гас и среди плотной тьмы чёрных аур вылетел толстый длинный шип. Казалось, будто прошла целая вечность, прежде чем шип достиг тела девочки, протыкая его насквозь, а она с криком полным боли не отлетела на груду кирпичей позади, под визг довольства летучей мыши-ежа, вдруг послуживший сигналом остальным.

Прорва монстров сорвалась с места и Алиара просто перестав соображать от страха и поддавшись инстинктам вдруг выпустила весь накопленный свет, сплетая его в сеть для тварей и неожиданно для всех накинула её на себя и Лисарию, держащую на руках истекающую кровью девочку.

Световая сеть сразу обожгла подоспевших тварей и коридор наполнился оглушающими хрипящими звуками их омерзительных воплей. Сеть жгла самых смелых, остальные же пытались атаковать издали, но пока плотное плетение держалось. Оно не позволяло и девушкам толком двигаться, но это позволило отдышаться. Алиара рухнула на колени, обливаясь потом и хрипя.

— Что делать? Что?! — вскричала Лисария, сжимая истекающее кровью тело Фии и в панике роясь зачем-то в сумке.

Не зная, что ей ответить Алиара и сама занялась тем же, вдруг вспомнив про артефакт защиты. Настраивать его долго и слова заклинания вдруг затерялись в памяти, но дрожащие в страхе руки всё равно искали его среди вещей. Пальцы коснулись холодной неровной грани чёрного куба и тяжело сглотнув Алиара достала артефакт. Очередной удар по сети заставил её мерцать и руки задрожали ещё больше.

Глубоко вздохнув, Алиара приложила палец к замочной скважине между медных веточек лозы и сосредоточилась на собственном резерве, начиная питать артефакт своей магией и бормотать слова заклинания. Но в какой-то момент стало ясно, что столько магии сколько требует артефакт на новую привязку к месту у неё сейчас нет и слёзы сами покатились по щекам в страхе перед безысходностью.

Алиара продолжала сжимать небольшой куб в руках и стискивать зубы, осушая себя до последней капли, но понимая, что не сможет и это понимание ломало всю стену надежды и веры в спасение внутри неё. Она даже не заметила, когда начала кричать «Нет!» вновь и вновь вливая остатки магии в холодный артефакт, пока наконец защитная сеть не дёрнулась перед тем, как окончательно растаять световой дымкой у их носов.

Время вновь нещадно замедлилось перед осознанием неизбежной смерти, когда острые клыки уже были у горла и лапы обхватили ноги и руки, пытаясь утянуть в черноту кучи чудовищ. И в этот миг стена справа просто взорвалась, отбрасывая всех живых в узком коридоре в разные стороны и оглушая.

Алиара упала на кирпичи с глухим выдохом и на доли секунды потеряла сознание. Назойливый писк в ушах и общее помутнение не позволяли понять происходящее. Очередная волна пыли скрыла под собой коридор, освещаемая неясным тусклым светом. А руку неожиданно прострелила режущая боль, заставив вскрикнуть и ощутить наконец чей-то захват и острые клыки на своей коже.

В ту же секунду тяжёлые шаги раздались рядом и в подсвеченных клубах пыли показался мутный силуэт. Тварь, вгрызающуюся в её плечо, сразу сдернули и судя по звуку сожгли, а саму Алиару подхватили на руки и двинулись наружу. Человек что-то говорил, но звон в ушах позволял воспринимать окружающий мир как сквозь толщу воды, не позволяя понять и слова.

— Там женщина с ребёнком, — вяло пробормотала она, даже не поняв сказала ли это вслух.

Её посадили возле одной из стен и плечо ощутило чужое прикосновение. Наконец картинка перед глазами стала более чёткой и ясной, позволив осознать, что рядом сидела Лисария и шально улыбалась, вцепившись в плечо Алиары. Девочки на её руках не было, она лежала неподалёку и её осматривал какой-то смутно знакомый мужчина. Похожий на…

— Привет, Алиара, — кивнул лекарь, заметив её взгляд.

— Гарц, — хриплый вымученный стон, а не чёткое слово.

Алиара немного проморгалась и окинула взглядом огромную залу, в которую их вывели. Двухэтажные балконы и широкая лестница в тусклом свете коробочек с магическими стеклянными шарами, что она прежде и не видела, на поясах у стерегущих рядом мужчин, сразу позволили узнать большую гостиную, в которую она вышла, придя в особняк. Взгляд обозначил блестящие мятым металлом «гробы» и туши убитых монстров, которые и не позволили ей тогда пройти.

Пока она оглядывалась из-за угла показалась группа мужчин, что всё это время разбиралась с тварями в коридорах прислуги. Перепачканные, с лёгкими ранениями, но живые и собранные. Показались и знакомые лица. Впервые за долгую погоню ушей достиг яростный громовой раскат, заставив вздрогнуть и словно жизнь вернулась в сознание, позволив пониманию вылиться в эмоциональный всхлип.

— Ну будет, — сразу махнул ей рукой Гарц, давая понять, что не время и Алиара постаралась унять чувство облегчения и радости, топящее сердце.

— Перенести пострадавших в портальную! Мы уходим сейчас же! — яростный командный крик обозначил последнего выходившего из-за угла мужчину и глаза вновь наполнились слезами.

— Сайдэн, — прошептала себе под нос Алиара, попытавшись встать, а он словно услышал, повернул голову в их сторону и приблизился.

— Привет, — произнёс с лёгкой улыбкой и сразу посерьёзнел, осматривая её. — Продержись немного, сейчас перейдём к порталу и покинем это гнилое место.

— Я в порядке…

— Монстры снаружи подтягиваются к дому, мы не сможем сдержать такую ораву, — сказал он, беря её на руки и не слушая вялое сопротивление. Рядом подняли на руки Лисарию и Гарц аккуратно подхватил девочку.

А словно в подтверждение слов командира, от дальнего окна оторвался один из мужчин и подбежав, громко торопливо отчитался.

— Наш защитный контур сломлен, они на территории поместья!

Сайдэн нахмурился, кивнул и все выдвинулись в портальную, что оказалась совсем неподалёку. Алиара притихла в крепких тёплых руках и невольно дрожала. Осматриваясь, поняла, что широкий коридор за лестницей как раз вёл к знакомой двери кабинета главы рода и портальной комнате рядом. Чёрная массивная дверь невероятной толщины с гравировкой заклинаний, а за ней серая пустая комната с низким потолком, совсем как в военной палате.

К Сайдэну подбежал один из солдат и застегнул на руке Алиары знакомый красный браслет связи точек входа и выхода. Затем такие же получили Лисария и Фия. В этот раз всё происходило стремительно толи из-за вымученного событиями сознания, толи из-за торопливости солдат. Все сгруппировались и ярко блеснувший плотный золотой свет мгновенно соединился с густотой синего, образуя нити и закручиваясь вокруг людей.

— Точка трансдукции…

Слова утонули в скачке и резком головокружении, давая понять, что перенос произошёл. Как вообще к этому можно привыкнуть? Крайне неприятные ощущения.

Отряд переместился в однотипное помещение без окон и мебели. Вокруг неспеша развеивался сине-золотой свет, позволяя рассмотреть двух солдат у контура печатного круга на полу, видимо они и совершили перемещение. Но, судя по всему, «обратное» — не оставляя людей в особняке Сарванторино.

— Все здесь? — Сайдэн осмотрелся и дождавшись подтверждения, коротко бросил: — Свободны! — затем вышел из круга первым и сразу направился к группе людей, ожидающих возле выхода.

Алиара попросила опустить её, но он лишь шепнул короткое — «Потерпи», и устремился к императору. Такой подлянки она не ожидала. Сразу забылась усталость и боль, с головой накрыло смущение, и она постаралась сделаться незаметной для этих важных особ во главе с правителем империи и пропускать мимо их любопытные и казалось насмешливые взгляды.

— Как прошло? — с каменным бледным лицом поинтересовался император и Алиара невольно воспользовалась крохами оставшейся магии, чтобы взглянуть на его ауру. Не менее бледная, чем лицо правителя, в дырах, тонкая и слабо сияющая золотым блеском. Огромных усилий стоило, чтобы не дёрнуться в ужасе от состояния императора.

Пропустив мимо ушей ответ Сайдэна, глаза вдруг пересеклись со взглядом Всевидящей, что стояла немного дальше от императора. Она смотрела, настороженно и… обеспокоенно? Морщинистые губы поджаты, руки теребят подол платья, она словно осматривала её. С чего бы это?

— Прошу меня простить, — Сайдэн коротко поклонился и они наконец двинулись к выходу за остальными членами отряда. Короткий взгляд на неё заставил напрячься. — Как ты себя чувствуешь?

— Сносно, — пожала плечами Алиара и вновь попробовала спуститься.

— Тебя ещё трясёт, — заметил, как бы невзначай, но она почувствовала, что замечание к чему-то ведёт и настороженно замерла в ожидании. — Думаю лёгкий паралитик, притупляющий ощущения и реальность в иглах летучего Аскалпа, должен скоро спасть, но всё же я не лекарь. Передам тебя специалисту.

Они завернули за очередной угол, выходя напрямик к распахнутым двустворчатым дверям залы-лечебницы со множеством кроватей. Мысли совсем спутались.

— Аскалпы? — глупо переспросила она.

— В простонародье мыши-ежи, — командир приятно улыбнулся в ответ и уже подошёл к одному из лекарей, что направил всех раненых к пустующим койкам, а Алиара всё никак не могла сопоставить его слова и понять суть. Он подошёл к кровати и бережно уложил её, осмотрев. — Я пришлю к тебе Гарца как он закончит с девочкой.

— Думаю в этом нет нужды, — к ним подошла объёмная низенькая лекарка с синей лентой на шее, в центре которой сиял чёрный камень — высший лекарь. В руке она что-то сжимала и на вопросительный взгляд Сайдэна раскрыла на ладони небольшой круглый пузырёк с зельем лечения, что переливалось слегка необычным голубым сиянием. — На её счёт передали некоторые указания.

Уклончивый ответ женщины удивил, но Сайдэн словно всё поняв, кивнул и повернулся к ней.

— Теперь я спокоен, — серьёзно произнёс он с каким-то отстранённым невозмутимым лицом. В его взгляде напротив читалось беспокойство и какая-то непонятная злость. — Поправляйся.

Произнеся это, он развернулся и направился к выходу, так и не дав ей времени ответить. Казалось, он злится на неё.

— Думаю начнём с ног и рук, — лекарка бесцеремонно сунула пузырёк в руки Алиары, показав рукой, чтобы та его выпила и принялась снимать её сапоги.

И только сейчас Алиара бросила взгляд на собственные истерзанные конечности — кровь залила глубокие длинные раны, видимо от когтей и клыков, пропитала и брюки, и чулки и даже плотную кожу сапог. С руками дело обстояло лучше, но всё же продолговатые разрезы и дырочки от капель яда, что летел по все стороны, взрываясь снопом ядовитых искр над их головами, выглядели удручающе. Теперь стали понятны намёки Сайдэна — удача, что иглы Аскалпа, как он сказал, сняли боль вплоть до лёгкого жжения. Значит, не считая нападения на её ноги у двери чердачной комнаты, после твари успели добраться к ней, когда группа командира взорвала стену и Алиара потеряла сознание на доли секунды. Хотя может в страхе картинка слилась воедино, ведь ранее она не удержала барьер.

— Ты чего ждёшь? — заворчала лекарка, аккуратно разрезая остатки штанов над коленками. — Хочешь ощутить весь спектр боли? Ну, тебе и карты в руки…

Одновременно Алиара откупорила пробку и залила горькое зелье в рот, а женщина принялась за лечение, озарив лёгкой синевой сияющей вспышки добрых два метра вокруг них. Аура женщины была ярко-синей, но словно изношенной, истончённой от тяжёлых последних дней. Теперь ясно, почему лекарей не хватает — если проснуться смогли только маги от восьмого ранга, то в соотношении к раненым боевым магам может получиться около пяти процентов лекарей. Немыслимо мало!

Пока женщина занималась лечением, чувства медленно возвращались к Алиаре. Прежде всего боль, острая и ноющая, но вполне терпимая, затем облегчение, усталость, картинка перед глазами с каждой секундой обретала всё больше ясности и дышать становилось легче. А ведь она и не знала, что их яд на такое способен. Прежде ей доводилось не часто встречаться с этими тварями, а в книгах информация оказалась неполной.

— Всё, посиди тут пока зелье не прекратит действие и можешь идти к себе, — лекарка ещё раз осмотрела придирчиво каждое повреждение тела, так и не попросив снять одежду полностью. Хотя это к лучшему, ведь ширмы никакой не было, а в большом зале было уже слишком много народа. Повезло, что выделенная кровать оказалась у стены, ведь через полтора метра уже плотно стояла сейчас пустая, но расправленная койка.

Женщина последний раз взяла её за запястье, пустив магический импульс и только тогда, попрощавшись и выслушав благодарность, ушла. Дышалось легко, ничего больше не болело и не жгло, в голове наступила лёгкость, да и сил прибавилось, как после длительного отдыха. Интересное зелье ей передали с этими «некоторыми указаниями».

Что ж, нет смысла сидеть здесь и занимать место, если она здорова. Алиара встала, но голова резко закружилась и пришлось немного подождать пока всё пройдёт. Затем подхватила свои скинутые сумки, разорванные вещи и застегнула на шее дырявый плащ, чтобы хоть немного прикрыть остатки одежды. Стоило поскорее найти Лисарию и Фиэль и покинуть это угнетающее место, где стоны больных перекрывают собственные мысли, а запах порой заставляет глаза слезиться.

Девочка с тётей нашлись довольно быстро, но обе спали. Возле них ещё прибиралась младшая лекарка и сообщила, что жизням обоих ничего не грозит, но девочке понадобится повторное вливание высшей магии и длительный уход, так как вряд ли в скором времени найдётся способный на это лекарь.

Оказалось, что Сайдэн и две группы боевых магов и разведчиков только вернулись из военной палаты, но она слышала, что они успели сразу посетить и родовой особняк Воиргран и после мгновенно отправились к Сарванторино. Неудивительно, что в итоге много раненых. Но как же они узнали, что нужна помощь? С этими мыслями Алиара покинула временную лечебницу и неторопливо направилась в свою комнату.

***

Проводив глазами девушку, что направилась к своей комнате, двое людей отошли от угла подальше и встали к окну, плохо изображая непринуждённую беседу.

— Ты говорил, что им не выбраться, — прошипела недовольно девушка, оглядываясь по сторонам.

— Потише, — шёпотом огрызнулся в ответ мужчина.

— Что теперь делать-то?

— Ничего, возвращаемся к старому плану. Ничего не изменилось, — убедительно, но слишком спокойно ответил мужчина, что моментально вывело девушку из себя.

— Сдурел? — взъярилась она. — Аториас слишком опасна! Она способна сжигать…

— Тише! — грозно сверкнул глазами мужчина, от чего девушка немного стушевалась. — Знаю я! Я скоро всё сделаю, и она перестанет быть проблемой.

— Ты уже пытался, — буркнула девушка, нахмурившись и язвительно добавила. — Попробуй теперь выкрутись.

— Твоё дело – Сайдэн. Моё – Алиара. Делай свою работу, — сквозь зубы выдавил мужчина, начиная сжимать кулаки от злости.

Девушка пренебрежительно фыркнула и ничего не ответив ушла, лишь зло ухмыльнувшись на прощанье. Мужчина же знал, что от этой особы можно ожидать чего угодно, теперь она высоко стоит и понимает это как никогда. Аккуратность и внимательность — вот что ему требуется, иначе не получится обыграть ни императора, ни этих ведьм.

Глава 20. Верить, не значит доверять

Дверь комнаты глухо скрипнула и одновременно с очередным громовым раскатом ног коснулся ледяной воздух. Алиара вошла, сразу закрыв дверь на засов и поторопилась сбросить грязные вещи возле кровати. Заледеневшая тёмная комната с полуоткрытой шторой, за которой угадывалась ярость нескончаемой бури и отсветы ветвистых молний, требовала внимания и жизни. Передёрнув плечами и вспомнив о дыре в плаще, оставленной одной из искр, девушка плотнее задёрнула шторы, в полутьме на каминной полке отыскала коробок огня и достав два зубчатых шарика, потёрла их, пустив немного магии, что сразу позволило выбить искру на скомканный лист пергамента.

Подождав пока огонь займётся, Алиара подкинула сухих дров из кованого дровяника рядом и поднялась. Темноту комнаты теперь развеивали тёплые языки пламени, играющие на стенах и серебре. Алиара тоскливо взглянула на потолочный световой шар и ключик, всё ещё висящий в замке резервуара, осмотрелась, мельком заглянула в уборную и не найдя никакой лестницы, хоть немного выше стула, взялась за обычные канделябры.

Когда в комнате значительно посветлело, Алиара быстро убрала грязные вещи в таз в уборной и туда же скинула с себя порванную одежду. Воду в ванной заменили, она вновь была чистой и ледяной, но приметив это ещё в прошлый раз, девушка заглянула под тонкие медные ножки и невольно восхищённо ахнула. Громоздкая система трубок и масляных шаров, как на потолке, образовывала собой куб, а стоило зажечь гнездо в центре и трубки принялись гонять масло, циркулируя его над основным шаром, что и держал всё тепло благодаря магическому резервуару.

Кажется, это займёт время.

Алиара устало потёрла глаза и урчащий живот, прошла к кровати, удобно расположившись рядом с сумками на полу и принялась их разбирать. Как ни странно, но миледи Лисария действительно вернула всё, кроме еды — баночки с мазями, книга тётиных наработок, несколько пузырьков обезболивающего зелья, мешочки с травами, ингредиентами, и личными сбережениями, а также тётино единственное украшение, выпавшее из книги; и наконец, четыре маленьких артефакта, защитный, лечащий, пластина с письмом и пустой бурдюк…

Немного потеребив письмо и смахнув с глаз набежавшие слёзы, Алиара убрала все вещи в единственную тумбу, что запиралась на ключ. Закрыв её, она сжала ключ в руке с полным пониманием, что это максимально бесполезно и если кто-то захочет забрать артефакты, то он их заберёт. Но что делать?

Прежде всего в этой комнате им места нет, здесь точно не получится их спрятать. А это значит, что стоит попросить кое-кого помочь. От одной мысли набежали странные чувства — Сайдэн был спокоен внешне и даже улыбался, но кажется её поступок его рассердил. Закусив губу, Алиара выгребла вещи обратно, затолкала в самую вместительную наплечную сумку и прихватив её с собой, отправилась в ванную.

Прохлада воды немного остудила рассудок и успокоила мысли, что так и метались от Сайдэна к ведьмам, прокручивали случившееся и не могли разложиться по полочкам. Это злило. Нужно было срочно поискать информацию и во всём разобраться.

Обмотавшись в полотенце, она вернулась в комнату и застыла на месте. Взгляд сразу приковало к прикроватной высокой тумбе с ажурным канделябром. Она точно помнила, что, когда зажигала его, на тумбе кроме кувшина с водой ничего не было. А сейчас там лежал довольно объёмный конверт и поблёскивал сургучом без оттиска.

Тяжело сглотнув, она метнулась к двери, но защёлка была на месте, словно не тронута. Подойдя к кровати, она взяла конверт и судя по весу, внутри лежала какая-то вещь. Ни подписи, ни инициалов не было — только пустой конверт. Подумав немного, она убрала его в эту же тумбу и решила пока не трогать. Любопытно ли было? Не так как страшно, но ощущения опасности затмило всё остальное и когда конверт скрылся в ящике, стало даже дышать легче. Время давно подходило к концу ужина и стоило сходить поесть хотя бы сейчас.

Битком набитый шкаф предлагал и мужскую и женскую одежду, что позволило разгуляться. Обычные, даже крестьянские фасоны и цвета особенно облегчили жизнь, ведь комната была обставлена по всем стандартам моды высшего света и обязательства в одежде здесь были особенно строги. Но, видимо не в такой сложной ситуации.

Выбрав простую тёмно-коричневую рубашку, Алиара заправила её в высокие плотные кожаные штаны, затянула свой любимый узкий пояс-корсет, что не пострадал и легко поддался чистке. А сверху накинула короткий синий бархатный жилет с позолоченными пуговицами и тонким витиеватым узором на кромке и воротнике. Жилет прикрывал грудь, будучи чуть ниже, пояс стягивал талию, позволяя прикрепить ножны, а чьи-то крепкие старые сапоги, удачно плотно легли по голенищу до колена. Зашнуровав все завязочки и проверив медную застёжку-украшение на рубашке, что неприятно холодило кожу, Алиара накинула на плечо сумку-мешок и не став заплетать мокрые волосы, покинула комнату.

Рука сама потянулась к маминому кулону на шее, стоило выйти в коридор, но одёрнув себя, Алиаре пришлось вспомнить, что она не в лесу и тут ни к чему скрывать свою ауру. Хотя очень хотелось. Передёрнув плечами и ощущая себя крайне неуютно среди множества незнакомых людей, гуляющих по коридору, она опустила взгляд в пол и двинулась вперёд. Людей словно вдвое прибавилось за прошедший день и в голову полезли сомнения. Может ну его этот ужин, пойти лучше почитать тётины наработки и попробовать найти способ спасти заражённых адептов?

Алиара мотнула головой, прогоняя трусливую мысль, ведь есть уже хотелось очень сильно, да и магии нужна энергия, чтобы заполнить резерв. К счастью, в трапезной зале осталось не так много людей.

Подойдя к широкому заставленному кухонной утварью столу, среди четырёх поваров она сразу заприметила лорда Шера с его длинным прямым хвостом светло-рыжих волос. Мужчина был задумчив, активно намывая посуду, но стоило Алиаре приблизиться как он дёрнулся и сразу посмотрел на неё.

Узнав, широко улыбнулся и махнул рукой, подзывая.

— Рад снова тебя видеть, Алиара! — воскликнул он, невольно привлекая любопытные взгляды остальных работников кухни.

Она смущённо улыбнулась в ответ и глянула на большие кастрюли, что намывал лорд.

— Осталась ячневая каша, — довольно сообщил мужчина, указывая на пузатый глиняный горшок в печи и не дожидаясь согласия, полез к нему с глубокой плошкой. — Народу сегодня много, к счастью, не все новоприбывшие нуждались в лечении и сразу пришли подкрепиться.

— О чём вы? — не поняла она.

— Так ты ещё не виделась с Сайдэном? Я думал, он сразу найдёт тебя, — хмыкнул лорд Шер, ставя на стол плошку каши и стакан с компотом. — Так он волновался, пока ты спала. Бегал к тебе постоянно, даже Рин…

— А я-то думал, — неожиданно воскликнули прямо за спиной и Алиара невольно дёрнулась, — у кого это язык такой длинный и душа смелая?! А это ты Айдэр здесь чужие тайны раскрываешь!

На плечи легка тяжёлая рука, приобнимая и к её лицу наклонился темноволосый сероглазый красавец, довольно улыбаясь.

— Лиман, — сразу признала его Алиара и даже несмело приобняла в ответ, широко улыбнувшись, а он вдруг обвил руки вокруг её талии и подняв повыше, закружился на месте, заставляя её рассмеяться.

Оказавшись вновь на полу и на свободе, Алиара тяжело дыша, пыталась вспомнить, когда это успела ему понравиться, ведь в её доме он был не слишком любезен. Но ей было приятно его увидеть, словно давнего друга, из тех, которых у неё никогда не было.

— Ты чего руки распускаешь? — улыбнулся лорд Шер, накладывая вторую плошку каши. — Довольный такой, нахальный, прямо светишься.

— А его семью сегодня тоже удалось разбудить, — хмыкнули сзади и к ним присоединился ещё один знакомый молодой мужчина, которого Алиара тоже сразу признала.

Майнор был более сдержан, но всё же приветливо ей улыбнулся и кивнул, осматривая с головы до ног неясным взглядом и Алиара уверенно кивнула в ответ, лишь хмыкнув на его любопытство.

— Поздравляю! Слава Грону! — закивали и закричали отовсюду сразу. Окружающие активно высказались за здравие очередной разбуженной семьи и некоторые даже подошли похлопать Лимана по плечу.

Алиара смотрела на это круглыми глазами и наконец осознавала, насколько трудно не спящим нести это бремя одиночества и защиты. Ей понять было труднее, она успела свыкнуться с тем, что осталась одна и будить было просто некого.

— А чего ты не с ними? — лорд Шер, придвинул к ним стынущую кашу, но Лиман отрицательно качнул головой.

— Вижу здесь без меня никак, — он схватил висящий на стене фартук и пошёл к печи, попутно проверяя горшки и припасы. — У вас прямой приказ отравить всех? Неплохо справляетесь.

— Ну ты… — один из поваров замахнулся на него половником, но сразу рассмеялся. — Без тебя тут скучно было.

Пока Алиара смотрела на эту суету, Майнор успел забрать обе плошки каши и вернуться за компотом.

— Ты идёшь или тоже решила помочь? — хмыкнул он.

Проводив его недоумевающим взглядом, Алиара двинулась следом. Они расположились за длинным пустым столом и стараясь не смотреть на Майнора, она сразу принялась за еду. Но судя по ощущениям парень не сводил с неё глаз, хотя кашу тоже успел попробовать.

— Ну и что тебе понадобилось в том доме? — вдруг спросил он и встретился с ней глазами, стоило только поднять голову. Карие глаза смотрели с любопытством и казалось вызовом. Алиара лишь пожала плечами, продолжив есть.

Майнор был высоким, плечистым парнем с тёплыми карими глазами и вечно недовольным лицом. Он выглядел лет на тридцать, был задумчив и всегда держался рядом с Лиманом. Алиаре ещё тогда подумалось, что они давно друг друга знают и, наверное, хорошие друзья. А на неё он всегда смотрел колко, словно хотел узнать что-то, но не знал, как подступиться. В принципе это не помешало ему при встрече ей помочь.

— Спасибо, что помог мне тогда, — она взглянула на него.

Майнор сначала нахмурился в непонимании, а затем его глаза округлились на миг, и он лишь пожал плечами, повторив её жест ранее. Но стоило ей вновь потянуться к ложке, как она заметила ещё один интересный жест — парень потёр ребром большого пальца переносицу и отвёл глаза. Кажется, она уже видела, как он так делал и это явно выражало смущение. Слегка улыбнувшись, она вернулась к еде.

— Кто наградил молчалкой? — вдруг спросил он. — Я думал ты лесная девушка и «друзей» в городе не имеешь.

На этот вопрос она не знала может ли вообще распространяться и вновь пожала плечами, от чего на лице Майнора появилась кислая мина.

— Ты на все вопросы так отвечаешь? — риторически спросил он.

— Как видишь нет, — хмыкнула Алиара в ответ, и он вдруг улыбнулся.

— Вкусно? — улыбка не сходила с его лица.

А Алиара поняв к чему вопрос, показательно медленно кивнула, доедая свою порцию. Он же сдаваться не планировал.

— А ты умеешь готовить? Твою еду мы съели тогда?

Алиара хитро улыбнулась и вновь кивнула.

— Стало быть и хозяйка из тебя хорошая? — он прищурился, и улыбка вдруг стала походить на оскал.

Алиара пожала плечами, продолжая улыбаться, обхватив бокал с напитком.

— А ведьма ты тоже умелая?

Вопрос оказался неожиданным, и она промолчала. Улыбка сошла на нет.

— Ты же в курсе, что ведьмам запрещено заходить в город?

— Я не ведьма.

— Внешность порой обманчива, — довольно ухмыльнулся Майнор.

— А ты что здесь делаешь тогда? — он явно не понял вопроса и нахмурился в ожидании. — Почему ты живёшь в городе, а не в лесу?

— Не выйдет, глупышка. Мужчины не рождаются с ведьмовской магией, — наклонился он приближаясь.

Алиара тоже облокотилась на стол и придвинулась, ловя его взгляд, что неожиданно блуждал от её глаз к губам.

— Но ведь внешность порой обманчива, — прошептала она вкрадчиво, когда между их лицами оставались считанные сантиметры.

Ярость отразилась в глазах мужчины, и он резко отодвинулся.

— Намекаешь, что я похож на женщину? — выплюнул он.

Но реакция прямо говорила о неуверенности в себе и это успокоило. Возможно, неуверенность его слабое место.

— Чего ты от меня хочешь? — спокойно, даже устало спросила она, отодвигаясь и делая глоток вкусного холодного напитка.

Майнор же задумчиво нахмурился, провёл по ней взглядом и вдруг по её подобию расслабился, скрещивая руки на груди.

— Хочу тебя, — вдруг заявил он с вызовом, заставив её поперхнуться. Понаблюдал за её вмиг покрасневшим лицом и добавил: — Теперь я обязан доказать – какой из меня мужчина.

— Спасибо, обойдусь, — бросила она в ответ и под его самодовольный смешок поднялась, прихватив посуду.

Алиара больше не слушала, что он говорил, поставила плошки к грязной общей горе и выбежала из залы, старательно отводя взгляд от Лимана, что начал интересоваться, всё ли нормально. Конечно нет!

Нервно поправив ремень сумки на плече, девушка мчалась по коридору, не разбирая дороги и злясь на свою реакцию. Прежде ничего подобного мужчины ей не говорили и это знатно вывело из хлипкого равновесия. Она всё ещё чувствовала как горит лицо, и принялась растирать его руками, пытаясь успокоиться и дышать глубоко, пока вдруг не врезалась в стену. Знакомые руки обхватили плечи, и стена произнесла будоражащим низким голосом:

— А я искал тебя, — Сайдэн посмотрел на неё сверху вниз и, нахмурившись, приподнял бровь. — Всё в порядке? — она неуверенно кивнула, и он отпустил её и отодвинулся немного. — Хотел поговорить.

Он указал рукой направление, и они двинулись вперёд, кажется удаляясь в противоположную от её комнаты сторону. Людей стало в разы меньше, по пути им попалось от силы четыре человека, но тем не менее шли они в молчании. Подойдя к указанной Сайдэном двери, Алиара подождала пока он её откроет и шагнула внутрь, повинуясь его пригласительному жесту.

Комната оказалось до боли знакомой и Алиара ясно ощутила тяжесть пары пергаментных листов, сложенных в кармане сумки, ведь именно из этого кабинета она их и забрала. Неловкость сковала и на предложенный стул она опустилась рывком, плотно сжав губы и раздумывая, стоит ли подкинуть листы ночью или он в курсе и надо просто поблагодарить и вернуть? Жар лица теперь сопровождал стыд, а от холодного взгляда кристально-голубых глаз легче ей не становилось.

Сайдэн сел напротив на второй стул и положил локоть на стол, сразу спросив:

— Как ты себя чувствуешь? — голос вызвал волну мурашек и Алиара прервала зрительный контакт, смутившись.

— Всё в порядке, спасибо, — она задержала взгляд на тяжёлых шторах небольшого окна и вдруг заметила знакомое перо. Чувство стыда вновь вспыхнуло и решение было принято. Она неловко, но решительно порылась в сумке и выудила два сложенных листка, сразу протянув их Сайдэну.

— Что это? — он забрал листы и развернул.

— Вы знаете. Прошу прощения, что влезла в ваш кабинет и испортила записи в тетради. Я была аккуратна, думаю их можно использовать…

— Мы вроде перешли на «ты», — произнёс мужчина, откладывая листы в сторону.

Алиара такого не помнила и решила промолчать.

— Строго говоря, это не мой кабинет и не мои записи, — Сайдэн поиграл бровями и немного постучал пальцами по столу. — Я хотел поговорить не об этом. Однако начну с вопроса о твоей магии. Почему ты не выжгла тех тварей мрака?

Вопрос оказался немного неожиданным.

— Я…эм, — поразмыслив, Алиара пожала плечами. — Я не знаю. Моя сила вдруг стала слабее, меньше. Я пыталась выпустить свет, но всё время не хватало магии.

Сайдэн задумчиво поскрёб небритый подбородок и попросил рассказать её путь с самого начала в подробностях. Тайны в этом не было и Алиара описала всё, начиная с комнаты адептов и этого кабинета и заканчивая их появлением.

— Х-мм, это странно. Понял, я поразмыслю над этим. — Он вдруг нахмурился. — Так значит ты увидела адептов.

— Да, — кивнула она.

— И решила, что можешь помочь? — вопрос прозвучал до обидного скептически.

— Да. Я хочу попытаться.

— И вещи свои забрать?

— Они ведь мои, — упрямо заявила она. — Вы же сами видели.

— Почему ты не дождалась меня? Приказ на проверку особняка Сарванторино уже был подписан.

Новость удивила. Он собирался за её вещами? Ради неё или важных артефактов?

— Откуда мне было знать? Ведь я не могла просить о таком…

— Но могла рисковать собой? Сагмар ведь рассказал тебе, что творится в городе и ты пошла в Роурдан?

— Я жила десять лет среди монстров, — твёрдо произнесла она.

— В доме! Под защитой! — прорычал громче Сайдэн.

— Я же не сидела на месте! — Алиара не сдержалась и тоже повысила голос. — Тётя давно болела, я всё делала сама! Одна!

— Одной тебе не справиться со сворой!

— Но я их увижу заранее и…

— Ты видишь их, но здесь не привычный лес, ты игнорируешь ненормальную бурю и туман! — Сайдэн поднялся и навис над ней, сверкая злым взглядом. — Ты не знаешь Роурдан!

— А вы не знаете меня! — вскочила она следом, упрямо смотря ему в глаза.

— Ты!

— Ты!

— Так позволь мне узнать! — яростный крик почти оглушил. — Разве я не заслужил твоего доверия?!

— Но ведь это ты не веришь, что я справлюсь!

— Эти вещи не стоят твоей смерти! — он подошёл вплотную, нависая раскалённой каменной глыбой над ней. Но она не дрогнула, лишь сильнее сжав кулаки и нахмурившись.

— А жизни адептов стоят!

— Какая же ты упрямая! — он раздражённо взмахнул руками и отошёл. — Ты даже не уверена, что эти записи есть! Это безрассудно!

— Ты переживаешь за меня или что не выполнишь приказ императора, и я умру?

— Конечно за тебя! Алиара! — крик разнёсся по кабинету, оглушая.

— Так перестань пытаться посадить меня на цепь! — вырвалось у неё и глаза Сайдэна в неверии округлились.

— Не говори так, — зло прорычал он. — Я за тебя отвечаю!

— Тогда не нужно мне лгать, что хочешь узнать меня! Просто относись ко мне как к своему солдату!

Последние слова словно сорвали цепи на самоконтроле мужчины, он дёрнулся, сжал кулаки и злобно осклабившись, протянул:

— О-о! Это я постараюсь! — его голос почти дрожал от еле сдерживаемой ярости. — Что ж, новость тебя порадует! Приказом императора, ты зачислена в отряд разведки! Одной тебе запрещено покидать дворец. Я передам тебе форму и амуницию, введу в курс…

— Это может сделать кто-то другой? — перебила она, отворачиваясь, чтобы скрыть набежавшие слёзы.

Скрип зубов было слишком отчётливо слышно.

— Да. Я попрошу кого-нибудь из отряда.

— Хорошо.

Алиара подошла к двери и обернулась.

— Сайдэн? — он повернулся к ней и заложил руки за спину. От стиснутых челюстей, желваки ходили по его лицу, а губы вытянулись в нить. Тело его закаменело и только взгляд пылал настоящим бешенством. — Меня хотят сохранить как носителя нужной магии и поэтому ты так стараешься?

— Нет!

Рявкнул командир, но вдруг замер в растерянности, хотел что-то сказать, но лишь вновь скрипнул зубами и шумно выдохнул, опуская сжатые в кулаки руки. Алиара же кивнула и вышла, поспешив прикрыть за собой дверь.

Она бегом бросилась к своей комнате, пряча лицо за волосами. Обидные злые слёзы застилали глаза и обжигали щёки, губы дрожали от сдерживаемых всхлипов. А стоило закрыть за собой дверь спальни, как обиды вылились в настоящую истерику и Алиара поспешила скрыться в ванной.

***

Не меньше часа Сайдэн провёл в дальней комнате, нежилого крыла, чьи двери были заперты уже не один месяц, ожидая изменений. И они наступили. Вот только не совсем такие, как ожидалось. Сайдэн залетел в комнату, почти снеся дверь с петель и целый час тратил резерв на сжигание, взрывание, швыряние мебели и даже умудрился скомкать в шар старый потолочный канделябр, что не успели заменить масляными лампами.

Вскоре тяжело дыша и не веря в собственный срыв, Сайдэн завалился на пол и поднял руки перед лицом, разглядывая изодранные в кровь костяшки — он даже не сразу вспомнил, как колотил стену. А ответ на её вопрос всё крутился в голове. Просто в тот момент осознание накрыло с головой, и он не смог с ним справиться, ведь впервые у него чувства к девушке, которую так мало знал и которая не отвечала взаимностью. Слишком трудно. Хотя, ему казалось, что её тоже тянуло к нему. Рука опустилась на глаза, и он шумно, разочарованно выдохнул, совершенно не ощущая усталости.

— И что, помогло? — в полупустом пространстве гулко прозвучал знакомый голос.

Сагмар прошёл в комнату, осматриваясь. Остановился рядом и вдруг присвистнул, разглядев металлический шар-канделябр.

— Впечатляет, — его спокойствие было почти заразным. Или это от того, что эмоции уже были выплеснуты на ни в чём неповинную комнату. — Не припомню, чтобы ты хоть раз так выкладывался на тренировках. Нужно поблагодарить твоего тренера и взять пару уроков.

Сайдэн укоризненно на него посмотрел.

— Сугубо для пользы дела! — поднял он руки вверх, оправдываясь. Затем помог Сайдэну встать и кивнул на кисть. — Лесной огонёк ужалил?

Брат осмотрелся ещё раз и в сомнениях приподнял бровь, кивая собственным словам.

— Главное, чтобы не ужалил ты её…

— Сагмар! — сразу прорычал Сайдэн и отмахнулся на вопросительный взгляд. — О чём ты? Ты же сам всё видишь.

— Что ж, — хмыкнул брат, скупо улыбнувшись. — Ваши отношения развиваются стремительнее, чем я ожидал.

— Нет отношений, нечему развиваться, — бросил Сайдэн и направился за форменной зелёной курткой, что скинул ещё у двери.

— Ты уже и сам в это не веришь, — хмыкнул Сагмар.

— Зато она твёрдо убеждена. И всё сегодня разъяснила, — ответил, невольно скрипнув зубами.

— Новость о зачислении в отряд так её порадовала?

— Нет, новость как раз её немного успокоила, — Сайдэн замялся и нехотя добавил: — И, кажется, теперь она не хочет меня видеть.

— А придётся, — хмыкнул брат.

— Да.

— Она нашла адептов? — догадался он.

— Да, говорит, из-за них сорвалась за вещами.

— Надо бы к ней заглянуть. Оставим здесь всё так? — он обвёл подгоревшую комнату с грудой мебельных остатков рукой. — По моему скромному субъективному мнению стало даже лучше.

— Она проснулась? — тяжело вздохнул Сайдэн, стараясь перевести тему разговора.

— Пока нет, — отрицательно мотнул головой брат и скрестил руки на груди. — Лиэль всё же не успела официально стать моей невестой.

Сайдэн похлопал его по плечу, будучи твёрдо уверен, что леди Алисон скоро придёт в себя.

— Кокон спал, а значит и она проснётся. Главное, с ней всё в порядке.

— Такого ещё не было, — сомнения в его голосе мешались с тревогой и капелькой страха. — Коконы спадают, когда человек просыпается. Ты же видел, даже мёртвые замурованы в них по сей день.

Воспоминания о разорванных человеческих телах вперемешку с тушами и лапами тварей, застывших в мёртвом сне под защитой коконов, мелькнули и угасли. Сайдэн размял шею и направился к выходу.

— Значит мы на верном пути, ведь она жива, — твёрдо произнёс он и подождал пока брат поравняется.

Сагмар натянул на хмурое лицо улыбку и пощёлкал пальцами, снимая защиту и глушилки. Такой выдержки как у него, Сайдэну не добиться никогда. Не может он так легко менять задачи и абстрагироваться. Брат потерял стольких учеников любимой академии, в которую вложил всю душу, но не срывался, не выходил из себя. А он что? Стоило немного поругаться с девушкой и теперь придётся писать повинную и сдавать себя с потрохами. Видимо эти мысли отразились на его лице, потому что Сагмар вдруг произнёс:

— Твоя репутация от этого станет только крепче, — заявил он и рассмеялся. — Я, пожалуй, начну приводить всех твоих солдат сюда и угрожать… Нет! Лучше заберу-ка я это с собой, — он вернулся в комнату и поднял шар-канделябр, взвешивая на руке кусок смятого металла размером с седло. — Это будет весомее! Отныне буду показывать каждому, кто вздумает ослушаться и угрожать тобой.

Сагмар предвкушающе ухмыльнулся, а Сайдэн лишь покачал головой, улыбнувшись. Братья покинули нежилое крыло, повесив замок на место.

Глава 21. Тьма чужой души

Вечер выдался слишком долгим и невыносимо тихим. Алиара давно успокоилась и лежала в ванной уже который раз пролистывая книгу наработок тётушки, но нужной информации не было. Не хотелось признавать, что Сайдэн был прав, особенно после их разговора, если те крики конечно можно так назвать. Она вновь и вновь прокручивала произошедшее и теперь стало немного стыдно — он ведь беспокоился, пришёл на помощь, а она даже не поблагодарила. Тяжёлый вздох вырвался из груди, и девушка разочарованно захлопнула книгу, отложив её подальше. Вывод напрашивался сам собой, не хотелось признавать, но он был прав в общем-то. Вот только это не даёт ему право командовать! Злость мелькнула и угасла. Ей подумалось тогда, что он проявляет симпатию, но теперь казалось, что он носился с ней из-за её магии, возможностей для империи, поэтому его так заинтересовало и обеспокоило, когда она рассказала, что магия не слушалась в доме Сарванторино. А если это так, то и ей не следует… Собственные мысли внезапно напугали. Ерунда какая-то! Он ей совершенно не нравится, просто она никогда не общалась так много с противоположным полом, вот и всё! Недовольно фыркнув, Алиара ушла с головой под воду. А если и понравился, то это вовсе не важно! Ведь он к ней ничего не испытывает! Вынырнув, она кивнула сама себе и начала подниматься.

Спать совершенно не хотелось и выйдя из ванной Алиара быстро привела себя в порядок, оделась, недовольно похлопала по щекам своё опухшее лицо и заплетя влажные волосы в косу, вышла в тёмный коридор. На душе ещё было не спокойно, нервы не улеглись и дёрганым движением поправив сумку, она двинулась вперёд, на слабый свет вдали.

Большая часть настенных канделябров были потушены и это вынудило прихватить масляную лампу, одиноко висящую рядом с одним из них. Проверив резервуар, она аккуратно подожгла фитиль от свечи канделябра и взялась за металлическую красиво изогнутую ручку, неся лампу перед собой.

Как ни странно, но без людей коридоры оказались не одинаковы и ориентируясь по лечебному залу, Алиара вскоре дошла до поворота, за которым и сейчас виднелась суета. Алиара спрятала лампу за спиной и выглянула из-за угла. Тихо, аккуратно, но торопливо лекарки продолжали обслуживать спальни господ даже ночью.

Младшие лекари. Совсем рядом целый зал раненых так необходимых магов, что с таким трудом удалось разбудить, а родовитые богатые лорды и леди требуют себе обслугу. Как всё обыденно лицемерно. Стоило понадеяться, что они хотя бы неплохо заработают на дальнейшую жизнь. Даст Грон — она будет. Сразу вспомнилась собственная комната и дважды поменянная вода в ванной. Стало мгновенно стыдно за свою невнимательность. Однако если подумать, её бы точно обслуживать не стали, значит это по чьей-то личной просьбе. Но всё же, она способна сама о себе позаботиться, в отличие от аристократов. Как можно допускать такое пренебрежение редкими лекарями? Никто не виноват, в том, что слуги спят.

Белый силуэт старухи сразу встал перед глазами мутным воспоминанием. Следовало перестать тратить время и поторопиться кое-что проверить. Она быстро нашла нужные двери, но в какую точно зашла не могла вспомнить. Три абсолютно одинаковые молочно-белые двери в полутёмном коридоре почему-то вызвали мурашки по телу. Нужно поспешить. Лишь на секунду прикрыла глаза и мир изменился — тонкие разноцветные нити передвижения магов пролегли ниже колена по всему коридору. Некоторые уже были остатками дымки, некоторые плотные и тугие, показывали путь и силу мага. И за нужной дверью комната сразу окрасилась бело-золотой силой печатей и амулетов — их сделали с помощью магии императора. Алиара подошла к двери и нахмурилась, сразу отметив золотую тонкую нить, идущую сквозь неё. Император был здесь сегодня, но сейчас в комнате не было лишних людей, только три спящих адепта — один с изумрудно-зелёной магией и два с насыщенно коричневой, словно сырая земля, что подсказывало о возможном переходе на следующую ступень магов. Они могли бы получить шестой ранг, и их магия сменила бы цвет на бардовый. А теперь даже не ясно смогут ли они выжить со скрытыми духами мрака внутри.

Однако, стоило взяться за ручку и лёгкий обжигающий импульс прошёлся до самого плеча. Защита! Алиара отдёрнула руку и раздражённо фыркнула. На дверь поставили защиту! Неожиданно стало обидно, ведь она старается помочь. Но всё же это было оправданно и даже странно, что до этого за защитой этой комнаты не следили. Тяжелый вздох вырвался из груди, но не желая уходить, Алиара вновь сосредоточилась и постаралась внимательно просмотреть ауры адептов. Дверь не была помехой, хотя лучше бы расстояние было минимальное.

Простояв не меньше пятнадцати минут, она наконец почувствовала усталость от напряжения и сухость почти не закрывающихся всё это время глаз. Пришлось приглушись силу и тело сразу накрыла волна облегчения. Девушка покачнулась и растёрла виски, зажмурившись до слёз. Казалось её разочарованный вздох прошёлся по всему жилом крылу, ведь кроме ярких аур самих магов ей не удалось обнаружить абсолютно ничего странного. Ни единой крошки тьмы или следов вмешательства. Она не знала, как им помочь…

Двинувшись куда глаза глядят, и вновь неся лампу перед собой, Алиара пыталась справиться с внезапно охватившим отчаянием и чувством собственной беспомощности, наблюдая за бегающими по стенам отсветами пламени лампы. Она и не заметила, когда из-за поворота показалась чья-то фигура, а через секунду они столкнулись, от чего лампа выпала из рук. Но мужчина выпустил собственную ношу и ловко поймал её за ручку, лишь немного плеснув масла на пол.

— Ожоги нынче в моде? — с улыбкой произнёс Лиман и Алиара хмуро улыбнулась в ответ, радуясь реакции парня. Он же лишь окинул её взглядом, поднял увесистый мешок с пола и закидывая на спину, хмыкнул: — Любишь поесть ночью? Конечно, зачем беспокоиться о своей фигуре в лесу, я понимаю. Монстры пухлым щёчкам будут только рады.

— Тогда стоит познакомить их с тобой, раз ты так говоришь, а то твои щёчки останутся в Роурдане без внимания, — насупилась Алиара в ответ.

— Умеешь острить? — парень лишь шире улыбнулся, приподняв бровь. Казалось, он удивлён и доволен одновременно. — Я думал ты милая домашняя девочка.

Алиара смутилась и пожала плечами.

— Должно быть уже нет, — она опустила взгляд в пол и устало вздохнула.

Лиман же впихнул в её руки лампу и направился дальше, махнув призывно рукой.

— Пойдём, я как раз собирался делать заготовки на завтра, — Алиара двинулась следом. — Поможешь.

Они дошли до столовой быстро и в молчании, а пройдя в хорошо освещённый зал, сразу приблизились к широким столам для готовки. Рядом, из пышущей жаром печи, пузатый, обременённый лысиной и пышной бородой мужчина, доставал на широкой лопате два румяных калача, украшенных косами по краям. Запах распространился изумительный и поведя носом, девушка украдкой улыбнулась, вспоминая домашнюю кухню.

— Шэйд! — окликнул его Лиман, высыпая из мешка картошку в медный таз. Какая всё же красивая тут кухонная утварь! — Это Алиара. — Он указал на неё, и девушка приветливо махнула рукой, а мужчина принялся обтирать руки о фартук, широко улыбнувшись. — Алиара, это Шэйд, один из магов военной палаты, удачно имеющий важное нам хобби, — мужчина подошёл ближе и вдруг схватил её за руку и смачно чмокнул тыльную сторону ладони, оставляя слюнявый след и до боли сжимая пальцы. — Как видишь, это увлечение на пользу ему не идёт!

Шэйд опустил взгляд на объёмный живот, недовольно фыркнул на тихонько посмеивающегося языкастого парня и наконец отпустил её руку.

— Очень приятно, миледи Алиара! — пробасил он.

— И мне, но я не леди.

Алиара растянула вежливую улыбку и подавила нестерпимое желание вытереть руку. Но разглагольствовать было очевидно некогда и вскоре все были заняты делом. Сумку и потушенную лампу, Алиара оставила на ближайшем стуле, и под весёлые разговоры мужчин, увлеклась готовкой.

Время прошло быстро, работа спорилась и в какой-то момент Алиара уже переняла бразды правления, отвоевав место у печи. Привычные действия захватили настолько, что к общим приготовлениям вдруг добавилась морковная подливка, что она так любила, черничный сметанник и отвар горчанки с ягодами клюквы.

— Волшебница! — в который раз восхитился Шэйд, тихонько пригубив горячий напиток. — Как можно сделать из горчанки такой вкус! Медово-ягодный или… — он вновь коснулся кончиком языка ярко-багряного отвара в ложке. — Нет, тут и лёгкая кислинка есть!

— Ну там же клюква, — рассмеялась в ответ Алиара, снимая фартук и вешая его на крючок на стене. Готовить на большой напичканной посудой кухне, где есть такое разнообразие ингредиентов просто несравненное удовольствие.

— Обязательно запиши ему рецепт, иначе он будет за тобой бегать по всему дворцу, — Лиман подошёл и легонько толкнул её плечом. — Или ты этого и хотела?

Алиара сразу пихнула его в ответ бедром, закатывая глаза, но не переставая посмеиваться.

— Как же прекрасно, что есть ещё молодые люди, что не только тянутся к кулинарному делу, но и могут нас обскакать в два счёта создавая настоящие шедевры из простейшего! — Шэйд наполнил высокий медный кубок этим «шедевром» и прихватив камзол, направился на выход, не переставая довольно бубнить. — До завтра милая Алиара, до завтра!

— Невоспитанный дряхлец, — с улыбкой проворчал Лиман, когда мужчина скрылся за дверьми. — Меня словно тут и не было!

Алиара же направилась вновь к печи, намереваясь закрыть её массивной заслонкой, но подняв ту с держателя, ойкнула и попыталась поставить на место, еле удерживая тяжеленный кусок металла. Лиман сразу подошёл и обхватил руки Алиары поверх своими, помогая зацепить край за выступ держателя, а затем перехватил одной рукой ручку повыше и закрыл топку заслонкой.

— Не пойму, как ты справлялась там одна в своём лесу, — проговорил он, вытирая потное лицо полотенцем.

— Я вообще-то была и не одна, — буркнула Алиара, намереваясь наполнить и им кубки. Лиман подошёл ближе и подал ей черпак.

— Расскажешь, что случилось? — вдруг спросил он, прищурив серые глаза, словно извиняясь за любопытство.

— Думала Сайдэн уже всё вам рассказал, — удивилась она. — Вы же его основной отряд? Да?

— Да, — утвердительно кивнул парень. — Но я долго был на лечении и лишь недавно начал помогать на вылазках. Да и вообще узнал, что ты здесь только от Ринэль.

Отметив неофициальное обращение, Алиара отложила собственные вопросы, и первая рассказала Лиману что с ней произошло, начиная от смерти тётушки и заканчивая попыткой просмотреть адептов. Она опустила разве что ссору с Сайдэном и подробности разговора с Лисарией о ведьмах и гримуаре.

— Так вот почему ты таскаешь сумку с собой, — хлопнул по столу ладонью Лиман.

Они давно сидели за квадратным столом возле окна и допивали вторую порцию отвара, подъедая сметанник. Тишина спящего дворца заставила приглушить освещение, и половину свечей задули, оставляя несколько настенных канделябров, отчего обстановка больше походила на интимную, но это никого не смущало, а лишь подначивало на откровения.

— Не доверяешь никому здесь? — сощурился он, сверкая хитрыми глазами.

Алиара лишь пожала плечами.

— И что ты теперь собираешься делать?

— В каком смысле?

— Ты потеряла дом и тётю. Возвращаться некуда. Вернула свои вещи и теперь таскаешь их с собой, боясь каждой тени, ведь твоя сумма стоит как половина дворца…

— Не преувеличивай, — скептически подняла она бровь.

— Ну ладно, но ценности ей не занимать, и у меня уж точно не хватило бы денег на такие артефакты.

— Кстати, — с любопытством воззрилась Алиара на парня, стараясь уйти от ответа, — Что с тобой произошло, раз тебе запретили пользоваться семейным источником?

Парень ни на миг не потерял нить предыдущего разговора, но с улыбкой принял её нежелание сейчас отвечать и кивнул.

— Ладно, — он помолчал немного в раздумьях и подлил им ещё отвара из кувшина, обёрнутого полотенцем, чтобы сохранить тепло подольше. — Моя магия была сильна всегда, с самого рождения не меньше третьего уровня. — Парень говорил спокойно, а у Алиары глаза на лоб полезли. Обычно все дети рождаются с белой аурой, их не отличить от неодарённых и не понятно, родился маг в семье или нет. Только через год у ребёнка появляются светло-жёлтые искры на кончиках пальцев, что успокаивает переживающих родителей. Лиман вновь плотно обернул полупустой кувшин полотенцем и с грустной улыбкой продолжил: — Отец гордился и активно участвовал в моём воспитании и обучении. Скажем так – насколько умел. Мой отец человек нетерпеливый и властный, всегда требовал полной отдачи на тренировках и не позволял слабину. — Лиман закинул руки на голову и откинулся на спинку стула. Он тяжело вздохнул и немного пожевал губу, вновь скупо улыбнувшись. — Мог меня избить, когда я отлынивал, — парень усмехнулся. — А мог и когда я просто не справлялся, — лицо окаменело, он прикрыл глаза, запрокинул голову и положил на лицо ладони, сцепленные в замке. — Он ждал от меня стремительных и главное больших успехов. И дождался. Я полностью оправдывал ожидания… лет эдак до двенадцати. А потом ему стало вдруг не до меня. С каждым годом учителей становилось всё больше, а родителей в моей жизни всё меньше. И я был рад.

Лиман улыбнулся искренне, опустил руки и облокотился о стол. Его серые глаза блеснули жёлтыми искрами в полутьме залы — в них была злость, грусть и усталость.

— Моя мать добротой и заботой тоже не отличалась. И поэтому я был рад отдалённости. Рос, учился, делал успехи. Хотел оправдать ожидания родителей. Сейчас мне двадцать пять и лишь три года назад я вдруг понял холодность моей матери. Кое-что случилось и это заставило её признаться нам с отцом, что я не его сын.

Алиара невольно открыла рот и тут же прикрыла ладонью. А парень на её реакцию лишь усмехнулся.

— Да. Я сын какого-то заезжего воина из Северного Данкарна. Всё изменилось в тот вечер. Теперь чтобы я ни делал отец ставил мне палки в колёса. Он перестал давать мне учиться, развиваться, не выделял денег и не давал найти работу. Мою мать он почему-то сразу простил, а вот меня… — тяжелый вздох, будто он пытался успокоиться. — Влияние этого человека росло соразмерно его злости и вышло за любые грани моего понимания. Он не давал мне жить, но и не отпускал, желая, чтобы я словно пёс сидел у его ноги и гавкал, когда прикажут.

Голос парня сделался жёстким. Он злился, но от этого лишь больше начинал говорить.

— Магию выше восьмого ранга развить мне уже не удавалось. Я не хотел этого всем сердцем, лишь бы досадить отцу, что лично вливал в меня запрещённые зелья, не объясняя абсолютно ничего. Просто хотел взрастить во мне силу не понятно зачем, не позволяя учиться её использовать и не говоря ни слова. От зелий я не мог ходить, не покидал дом, перестал общаться с друзьями и мог думать только о прекращении этих мучений. Нет, физически больно мне не было, но каждая встреча с отцом разрывала мне сердце вопросами – за что? Ну не его я сын, ну и выгнал бы меня – думал я. И честно сказать, я бы там и откинулся, если бы у отца не случились проблемы. Некий командир Воиргран серьёзно взялся за военную палату, обрывая связи отцу, поставки зелий и заставляя переживать за собственную шкуру больше, чем за воспитание сына. Ему стало просто не до меня. Недели не прошло как я начал вновь ходить и покинул тот дом. Зная, что искать меня будут я сразу направился к человеку, что невольно меня спас. Командир не отказал в помощи – дал мне работу, позволил некоторое время пожить у него, пока зелье выходило из организма. И теперь уже полгода как я зачислен в его личный отряд разведки. Всё это время отец пытался меня вернуть, разными методами, но безуспешно и в итоге недавно он официально заявил, что я не его сын и отрёкся от меня. Теперь назначен процесс отлучения от рода и отвязки от семейного накопителя.

— Но ведь ты не виноват! — не сдержавшись, воскликнула Алиара.

— Он так не считает.

— Твоя мать скрывала эту тайну и от тебя, ты был просто ребёнком! — несправедливость жгла сердце сильнее жалости.

— Это не важно. — Лиман усмехнулся. — Я был его ребёнком долгие годы, а затем просто перестал им быть. Отец не принял меня. Не захотел принять.

— Он не прав! — с жаром выкрикнула Алиара. — Он тебя растил, значит он твой отец!

Лиман вдруг прыснул в кулак и затем негромко рассмеялся, от чего Алиара опешила и растерялась. Смутившись, она откинулась на спинку и скрестила руки на груди, закрываясь и чувствуя, как горят щёки.

— А мне нравится твой воинственный настрой, — он даже вытер с глаза слезинку, от чего девушке стало ещё более неловко. — Ты так жалость проявляешь? Или утешаешь?

Алиара закатила глаза и порывисто поднялась с места, но Лиман тоже вскочил на ноги и сразу ухватил её за руку, не позволяя уйти.

— Не обижайся! Не уходи, я не буду смеяться!

— Ты же и сейчас это делаешь! — возмутилась она на наглые похрюкивания державшего её парня.

— Прости, — он прикрыл свободной рукой рот, но его улыбка явно не стала меньше. — Ты забавная.

— Лиман! Отпусти или перестань ржать!

— Всё! Всё! — он, капитулируя поднял кверху руки и успокоился, примирительно улыбнувшись. — Прости. Всё?

Надув щёки, Алиара неловко улыбнулась в ответ. А затем в голову влетела мысль и сдержать её было невозможно, пусть она и была насквозь пропитана бестактностью.

— А ведь ты так радовался пробуждению семьи, — слова прозвучали как укор, хотя совершенно им не были.

— Верно. Я люблю своих родных, даже мать и отца. — Лиман и сам говорил с укором, который скорее относил к себе самому. — Пусть всё идёт как должно, а я просто рад, что смог их разбудить и они живы. Несмотря ни на что.

Он принял и простил. И это невероятно импонировало.

— Твоё любопытство я удовлетворил, — вдруг хмыкнул он. — Теперь моя очередь. Так ты жила с тётей. А кто твоя семья? Твой род?

— Этого я не знаю, — она спокойно пожала плечами.

— Тогда почему вы жили в лесу и не искали твою семью? Почему не жили у неё в роду? — Лиман поднял бровь и вдруг резко округлил глаза, словно его озарила интересная догадка. — Марэя и правда была ведьмой?

— Тётя была травницей! — Алиара сжала руку в кулак и угрожающе замахнулась, но парень прикрыл рукой лоб, пригнулся и повинно скривил лицо, выражая хитрую и наглую, но всё же мольбу.

— Не бей, не бей, я буду хорошим! — он хрипя рассмеялся. — Так какой род твоей тёти?

Алиара смутилась и неловко передёрнула плечом.

— Я этого не знаю. Она никогда не рассказывала о своих или моих родных. И должно быть поэтому она жила в лесу, а я лишь нашла пристанище в её доме.

— Но ведь вы стали семьёй? — он неожиданно подошёл и положив руки ей на плечи, заглянул в глаза. Его взгляд был пропитал уверенностью и пониманием. — Ты полюбила её как родную, а она тебя.

— Да, — Алиара кивнула и слёзы вдруг размыли очертания лица Лимана, застилая глаза. Смутившись, она торопливо отодвинулась и смахнула их, когда внезапно услышала тихий голос.

— Ты хочешь отомстить роду Сарванторино?

Вопрос был настолько неожиданным, что Алиара замерла не в силах произнести ни звука. Парень больше не шутил и не смеялся, его лицо казалось заинтересованным, а брови поднимались всё выше, словно он пришёл к каким-то своим выводам.

— Они хотели убить Марэю, послали наёмников, сожгли ваш дом, продали тебя какому-то Баксмеру. Я ничего не упустил?

Алиара сглотнула вязкий ком в горле и сощурилась, пытаясь понять к чему он ведёт.

— И ты правда не хочешь им отомстить? — вкрадчиво произнёс он.

Лишь немного помолчав, обдумывая его слова, она внезапно поняла, что знает чёткий ответ и он сразу невольно и даже как-то неуверенно сорвался с дрожащих губ, страшившись правды.

— Хочу, — услышала она собственный шёпот, но принять это оказалось легко и второй раз голос наполнился уверенностью. — Хочу.

Понимающий взгляд парня стал ей поддержкой, но больше в тот вечер он ничего не спрашивал. Расходясь по своим комнатам, они успели обсудить только её тяжёлую сумку, и Лиман пообещал придумать ей надёжное хранилище. Идея не особо радовала, но она и впрямь не может вечно таскать её с собой. Конечно стоило выложить все склянки с зельями и мазями, пучки ценных для неё трав, но оставались книга и артефакты — достаточно объёмные и не удобные, особенно если она будет выбираться с отрядом. Об этом сказать она так и не успела, а когда вернулась в комнату время давно перешло границу трёх часов ночи и Алиара уснула, не раздеваясь поверх одеяла, прижав к груди единственные родные вещи в старой истёртой сумке.

***

Отбивая каждый шаг и зло сжимая кулаки, командир разведотряда стрелой влетел в свой временный кабинет и почти нос к носу столкнулся с причиной своей злости. Гость не преминул сразу отдать честь и победно оскалиться.

— Это лишнее, — бросил Сайдэн и прошёл к столу, торопливо выудив из верхнего ящика нужные бумаги и начав их пролистывать. Не глядя, сощурился и зло хмыкнул. — Император указал точное время подписания договора?

— Решил не откладывать столь значимый для меня момент, — прозвучал спокойный ответ. — Вас смущает время? Всегда встаю в пять утра. Думал час уже ничего не решит, тем более разговор с владыкой крайне меня вдохновил.

Сайдэн стиснул зубы, прекрасно понимая, что он издевается и болтает об этой ерунде, чтобы просто позлить. Однако успокоиться пока не получалось. Он нашёл нужную страницу в подшитом перечне договоров, активировал вшитое заклинание и протянул бумагу на подпись подошедшему ближе мужчине.

— Через два часа подойдёшь к Гарцу, он введёт в курс дел и выдаст обмундирование.

Мужчина наклонился и поставив размашистую подпись, после чего императорская печать на документе на миг ослепительно сверкнула и загоревшись золотым пламенем, расплавилась, растекаясь в подтверждающий витиеватый знак и закрепляя чернила подписи. Довольно улыбнувшись, новый член отряда разведки выпрямился и покачал головой.

— Не нужно. Я, итак, в курсе всех дел. Да и защита моя будет получше.

— И это никак не связано с девушкой, которую я вчера зачислил в отряд и которую ты хотел похитить? — как бы невзначай вспомнил Сайдэн, внимательно следя за реакцией мужчины.

— Похитить? Довольно беспочвенные обвинения. Я лишь хотел её уберечь от семьи, что охотилась на мою сбежавшую супругу. — Он беспечно пожал плечами. — Никогда не доверял милорду Гериану.

— И не заключал с ним никаких сделок?

— Коне… — он вдруг замолчал и растянул губы в улыбке. — Конечно заключал! Когда много лет назад хотел взять в жёны его прелестную сестру, что чуть не убила меня.

Взгляд выражал лёгкую досаду от того, что он чуть не попался, но Сайдэну хватило и этой заминки, ведь начни он отрицать это стало прямым доказательством найденным бумагам, но спросить у спящих не представлялось возможным, а лорд всё отрицал.

— Скоро новая вылазка, будь готов, что тебя дёрнут в любой момент, — бросил командир, отворачиваясь и давая понять, что разговор окончен.

Мужчина дошёл до двери и, прежде чем выйти из кабинета, произнёс:

— Очень жду с ней встречи.

Злость охватила в секунды и повернувшись Сайдэн в два счёта оказался рядом с наглым лордом, чья вызывающая улыбка стала только шире.

— Когда я узнаю, что ты собирался сделать, то не премину сдать тебя императору, а пока стоит тебе только раз совершить ошибку и я лично займусь тобой. — Сайдэн до побеления сжал кулаки, от чего в тишине комнаты оглушительно хрустнули пальцы, что стёрло наглую ухмылку с лица мужчины. — Мыслеобраз может и можно обмануть, но я вижу тебя насквозь. Осторожнее, Баксмер.

— Это угрозы, командир? — кажется лорд только этого и ждал.

— Это любезные пожелания и беспокойство.

Сайдэн сжал дверную ручку и не прерывая зрительный контакт открыл дверь. Баксмер же натянуто улыбнулся и поспешил ретироваться, провожаемый хмурым взглядом Сайдэна, чьи мысли были чернее туч, застилающих небо.

Глава 22. Во власти страхов и решений

Настойчивая барабанная дробь пробивала с каждой секундой вязкую пелену сна, превращая её в зыбучее решето, не желающее отпускать и поглощающее вновь и вновь на желанные мгновения. Очередной грохот заставил дёрнуться и открыть слипшиеся глаза. Девушка лежала на своей кровати в скрюченной позе прямо в одежде, по-прежнему сжимая в руках сумку. Первое же движение прострелило затёкшую спину резкой болью и на глаза навернулись слёзы.

Алиара медленно поднялась, кряхтя как старуха и выглянула в окно, пытаясь определить время. Конечно, непроглядная буря не позволила ни единой догадки и с тяжёлым вздохом в полной темноте, продолжая игнорировать настойчивый стук, девушка направилась в умывальную комнату. Внутренние часы твердили, что времени ещё слишком мало для визитов, а тело требовало удовлетворить собственные нужды. Ничего, пару минут гость точно потерпит. Наспех вытерев лицо полотенцем, Алиара направилась к несчастной, ни в чём не повинной двери, с которой уже сыпалась старая краска. Настроение при этом граничило между лёгким раздражением и поверхностным спокойствием.

Отодвинув запор, Алиара распахнула многострадальную дверь и сразу угодила в мужские руки. Неожиданным гостем оказался Майнор. Одной рукой он схватил её за запястье, толкнул бедром дверь, захлопывая и слишком неожиданно притянул второй рукой за шею сзади, впиваясь в губы своим странно искривлённым крепко сжатым ртом.

Опешив от произошедшего, Алиара не сразу осознала, когда он начал проталкивать вязкую сладковатую жидкость из своего рта в её, и в тот же миг вдруг резко встряхнул сжавшееся от шока тело. Неосознанно проглотив всё и закашлявшись, она наконец оттолкнула настырного парня.

Лицо Майнора расплылось в злорадной улыбке, он прямо-таки излучал довольство и победный блеск в глазах отразился омерзительным привкусом на языке Алиары. Рука сама собой поднялась, вторя желанию покрепче приложить наглеца. Вот только неожиданно повисла вдоль тела в секундной слабости. Алиара подняла её перед собой, но комната вдруг пошатнулась и пальцы собственной руки утроились, размываясь вместе с окружающим миром маленькой комнаты. Тело больше не чувствовалось, говорить не получалось, она сделала шаг и осознала, что падает. А приземлившись на тёплые сильные руки, перед глазами окончательно потемнело, утаскивая сознание в пустоту.

***

За четыре дня до этого.

Сегодня в зале советов было холодно и мрачно. Некому было разжигать камины, некому принести дрова, некому зажечь масло в потолочном многоярусном канделябре, что тускло поблёскивал полупустыми стеклянными ёмкостями в свете одинокой, пусть и толстой свечи. Единственный источник света и тепла в безоконном зале сейчас одиноко стоял на припыленном заставленным грязной посудой с остатками еды овальном столе. Крепкие напитки тоже были безэмоционально выпиты и пустые красивые бутылки сейчас грустно жались друг к другу в центре. Создавалось впечатление настоящего кабака, а не императорского зала советов, не хватало разве что громкой музыки, довольных пьяных разговоров, да пышнотелой подавальщицы с подносом и широкой улыбкой кривых зубов. А здесь же лишь ажурная кованая жирандоль с одной гордой свечой освещала пустые измученные лица сидящих в зале людей, что молчаливо отдыхали и даже посапывали на неудобных богато украшенных стульях и принесённых табуретах.

Лёгкий сквознячок полз из приоткрытых дверей залы и дёргал трещащее в сопротивлении пламя, играющее тенями на лицах, трепал грязные волосы людей и разбавлял диковатую для этого помещения вонь. Посвистывание, раздающееся в коридоре из приоткрытого на крохотную щель и закреплённого металлической подпоркой, чтобы его не снесло, окна перемежалось с похрапыванием длиннобородого пожилого мужчины с проплешиной средь седых паклями торчащих волос. Никто не смел нарушить его сон, даже наоборот заботливо подложили на плечо маленькую подушку и удобнее устроили голову, а леди Ринэль скинула со своих плеч вязанную тёплую шаль и укрыла измученного лорда Виннэра, что больше суток кропотливо усиливал защиту дворца, до дрожи рук, до истощения и до последней капли магии в резерве.

— Нам бы разойтись и наконец нормально выспаться, — полушёпот разрезал монотонность залы заставив некоторых дёрнуться. — Но пока я могу лишь предложить начать заседание совета, — тяжёлые вздохи и усталые зевки измотанных людей были тихими и сдержанными.

Никто не хотел повышать голосов, будить лорда Виннэра и маленького Эктариона в уголке на руках засыпающей матери, нарушать долгожданное умиротворение — все старались быть как можно тише и аккуратнее. Впрочем, на большее сейчас сил ни у кого и не осталось.

— Прикрыть двери? — скорее по привычке спросил лорд Тэйрон и сам же сразу ответил на свой вопрос. — Ну да, в этом нет необходимости.

На данный момент в этом зале собралось семнадцать человек — единственные люди, не заснувшие мёртвым сном в целом городе.

Третий день обороны подошёл к концу. Люди провели здесь слишком много времени и устали не только физически, но и морально, прилично поднадоев друг другу. Однако появление пугающей белой особы за дверьми зала советов настолько выбило могущественных мужчин и женщин из колеи, что, поддавшись страху, они сами загнали себя в этот зал навешав всевозможных защит и выставив караул.

Никогда ещё ни один враг империи не мог проникнуть сквозь дворцовую защиту так легко прямо в центр, почти к ногам властителя, на грани между угрозой и прямым нападением. О нет! Это было предупреждение, показатель силы и могущества, демонстрация возможностей и нагнетание страха. Старуха хотела испугать лордов и ей это удалось. Она легко преодолела все барьеры забираясь внутрь и также легко покинула дворец, когда захотела. Унижение, страх, злость — чувства сильных сей империи мешались и не гасли под гнётом усталости и затишья.

Сайдэн в очередной раз бросил быстрый тревожный взгляд на выход и прислушался.

— Успокойся, залы защищены одинаково, — закатила глаза Рин и немного сползла вниз по стулу, кутаясь в когда-то белый шерстяной китель.

Лорд Стигмар внимательно проследил за её движением и вдруг резво поднялся и без слов бросил в лекарку свою подбитую мехом накидку, затем в молчании опустился обратно на стул, скрестил руки на широкой груди и умиротворённо прикрыл глаза. Ринэль же спокойно и немного отрешённо обернулась в тёплую ткань и довольно выдохнула. А вот лорд Сайдэн спокойствием не обзавёлся — там за стеной в соседней зале, что они оборудовали под спальню и вот уже третий день все вместе её занимали, сейчас в одиночестве спал восемнадцатый человек.

Алиара не уснула как жители Роурдана и не была запечатана в кокон, но с момента снятия артефакта молчания так и не пришла в себя. Сайдэн и Ринэль поддерживали её состояние и проверяли сон, опасаясь не уснёт ли она как все остальные, но пока всё было в порядке и будить её насильно не было смысла, ведь всё время они потратили на защиту дворца, укрепление этажа, проверки всех дверей выходящих наружу, запасами воды, еды, элексиров, камней, даже активировали половину артефактов из запасов императора. И наконец изучили природу магической бури, что вела себя странно и совсем не походила к обычным бурям, собирающимся от большого скопления тварей мрака. Вот только разрастающаяся страшная ураганная — она не стихала, а лишь набирала обороты, словно к чему-то готовясь и прикрывая шныряющих по мёртвым улочкам Роурдана монстров. Всё это требовало гораздо больше сил и людей, чем имелось в распоряжении. И потому лорды совета за все трое суток спали не больше шести-семи часов, а кто-то и меньше.

— Ну что ж, — неожиданно хлопнул ладонью по столу лорд Стигмар и оглядел присутствующих. — Чем раньше начнём, тем быстрее появится повод залезть в императорский погреб.

— А тебе всё мало, — понимающе произнесла миледи Ринэль и кивнула на заставленный красивыми бутылями стол.

— Предпочитаю видеть положительные стороны проблем, — охотно подтвердил лорд и скупо улыбнулся. Создавалось впечатление, что он выжимает из себя положительные эмоции и пытается улучшить общий настрой в зале, но судя по угрюмым лицам, никто не спешил разделять его непонятно откуда взявшийся энтузиазм.

Эндэриан только хмыкнул себе под нос и неосознанно погладил острые золотые зубья короны, тяжелым постаментом покоившейся на столе рядом с владельцем. Правитель словно и не держал на себе сотни тысяч людских жизней запертых в коконы, его словно не тяготила запретная убивающая слабых и необученных магия – он выглядел достойно и уверенно, опрятно и в некотором роде даже свежо, показывая лишь спокойную усталость. Он шумно вздохнул и произнёс:

— Леди Дариа сегодня вновь почувствовала ауру ведьмы. На этот раз у Академии и затем у Военной палаты.

— Словно вынюхивает что-то, — буркнул еле слышно Сагмар, не поднимая головы.

— Или готовит нападение на дворец, — нервно вскинулся лорд Тэйрон и прерывисто вздохнул, вновь беря себя в руки. Все успели привыкнуть к нервным, почти паническим, но всегда коротким комментариям молодого человека, что по-своему переживал сложившуюся ситуацию и периодически терял над собой контроль. Из-за чего лорд Стигмар, облюбовавший императорские запасы горячительного, а с его слов «успокоительного», не чурался почти силой вливать в канцлера «лекарство», душа любые сопротивления ещё в зародыше.

— В прошлый раз её что-то спугнуло, — кивнула миледи Салинар.

— Да, — согласился лорд Итэрион, задумчиво потерев пальцами подбородок. — Император. — Он кивнул правителю и тот ответил тем же. — Стоило вам поднять руку, она сбежала, не узнав даже какую именно магию вы примените. Означает ли это уровень её сил?

— В конце концов, она ведьма, — заметил лорд Сагмар.

— Прости, Саг, — вклинился в разговор Сайдэн, привлекая внимание, — но вы с Надмаром забываете, что это пока не точно. Уверен, каждый из здесь присутствующих помнит историю и уже подумал так или иначе на – будем всё же надеяться – мёртвую озверевшую ведьму, что уничтожила целый вид магов ради продления своей жалкой жизни. С ней боролся император Эйдамор Аркантар и успешно изничтожил. Но, — Сайдэн поднял вверх палец, и лорд Тэйрон громко сглотнул скривившись, — если хоть на секунду предположить, что она выжила…

— Ерунда! — несдержанно воскликнул лорд Генрэд Кард, явно перевозбудившись от удивления. Несколько осуждающих взглядов скрестились на нём, и лорд в миг стушевался.

— Стало быть вы, милорд, историю подзабыли, — хмыкнул лорд Стигмар в образовавшейся тишине и его слова вдруг дополнились громким смешком из-за спины лорда Сайдэна, который на это даже улыбнулся, ведь явно знал, что его товарищ по отряду Гарц, сидящий в темноте в углу, не смог бы сдержаться. Неприязнь к лорду Генрэду у них была одинаковой. И это заставило обсмеянного лорда порядком покраснеть.

— Я ничего не забыл, — нахмурился тот, поджимая тонкие губы. — Просто я считаю, что император не мог так ошибиться! — сказано это было с явной лестью императорскому роду и быстрый взгляд, брошенный на лицо властителя, стал подтверждением. — Магия императоров незыблема! Она бы не оставила и песчинки от гнилой сущности той твари.

— Приятно, что вы так верите в силу моего рода, лорд Генрэд, — сильный голос имел явно неприятный подтекст, который, впрочем, не был понятен лишь тому, кому и предназначался. — Однако лорд Сайдэн рассуждает здраво. Склонен с ним согласиться. Раньше мы и представить не могли, что великий род друидов падёт от руки другого когда-то уважаемого рода – ведьм. Никогда бы не подумали, что их заражённая магия будет не только убивать, но и окажется столь желанна. Тогда от чего же не представить, что та ведьма выжила?

— И нашла рецепт вечной молодости? — вдруг усмехнулась миледи Салинар. — Не слишком ли много прошло столетий с тех времён?

— Верно, Ринэль, — согласился правитель. — Пока только догадки. И лишь потому, что нам даже некого более подозревать.

— Не соглашусь, — заявила лекарка и с сожалением посмотрела на Сайдэна.

— Ты знаешь, что это не так, — почти прорычал он, мгновенно поняв о чём речь.

— Только с её слов, — отчеканила леди. — Вас направили в сектор, где жила леди Марэя. Супруга милорда Баксмера, прошу обратить внимание, одного из последних друидов Роурдана. — Лекарка хищно глянула на высокого мужчину, что предпочитал не отсвечивать и отмалчивался, просто слушая. — Вы сами сразу заподозрили в ней ведьму, это есть в рапортах. Но в силу здоровья и отсутствия чёрной магии подозрения сняли. Вот только вы упустили момент, что находились посреди леса монстров и чёрную магию спрятать там не составит труда. Не обижайся, красавчик, — она вдруг подмигнула мрачно смотрящему на неё Сайдэну, — но твоя лесная девочка и сама может не знать всей правды. Она ведь не знает кто она?

Сайдэн громко скрипнул зубами, но взгляд отвёл, так и не ответив и Сагмар поспешил унять накал:

— Спешу напомнить, что Алиара очень помогла нам у Академии.

— Никто саму Алиару и не подозревает, — ответила ему Ринэль и отвернувшись добавила: — Пока что.

— Она возможно последняя из рода, и нужна нам. — Продолжал Сагмар, бросил неясный взгляд на леди Дарию, что оставалась такой же спокойной, как и всегда. — Алиара поможет выжечь монстров у защиты дворца.

— Защита не справляется? — пискнул севшим голосом нервный канцлер.

— Мою защиту теперь и вурдалак не пробьёт! — неожиданно пробасил лорд Виннэр Давор, испугав сидящих рядом. Лория несдержанно вскрикнула, в то время как, казалось бы, спящий пожилой лорд даже позу не поменял. Только узкие щёлочки глаз и громкий голос выдавали уровень его возмущения.

— Вот кто-кто, а вы всегда восхищали глубиной своих исторических знаний, — почтительно и довольно поцокал лорд Айдэр Шер, улыбнувшись.

— Такая падаль не вымрет – советую и вам не забывать, — буркнул мужчина и вновь прикрыл глаза, кутаясь плотнее в шаль миледи. Лория странновато на него покосилась и попыталась отсесть подальше, но выдающий её действия шум смутил девушку, и она осталась на месте.

— Извините, — покаялась она, смущённо заправляя прядь шёлковых светло-русых волос и почему-то косясь в основном на лорда Сайдэна.

Проснувшийся столь неожиданно лорд немного сбил накаляющуюся обстановку и теперь зал накрыла гулкая тишь и лёгкое недоумение на лицах. Несколько минут все собирались с мыслями и переваривали озвученную информацию, пока маленький Эктарион вдруг не заплакал на руках у императрицы, и этим словно сбросил оцепенение.

— Жаль, что вы не видите ауры этих тварей, — обратился к Всевидящей, что тихонечко наблюдала за происходящим, сидя возле императора, лорд Ирдан Ториус, пребывающий не столько на совете сколько в собственных мыслях. — Это бы помогло.

— С чем именно помогло? — спросил Надмар.

— Да со всем! — отозвался невозмутимо декан боевого факультета и принялся перечислять: — Дворец проверять, разведку вести, периметр дворца оценить! Нападки тварей только усилились скажу я вам, их всё больше!

— Думаю достаточно и того, что я отслеживаю весь Роурдан на ауры живых людей, — тихо и чётко произнесла леди Дариа. — К которым относится смею напомнить и ваша «ведьма».

— Да я ж не хотел вас обидеть! — сразу пошёл на попятную крупный раздутый от мышц и гордости мужчина, уперевшись ладонями в колени и подавшись вперёд, нечаянно задев лорда Баксмера, что лишь недовольно скривился. — Леди Всевидящая – вы наша драгоценность! А я лишь сетую, что людей не хватает! Разбудить бы ещё!

— Как ты разогнался, Ирдан, — цыкнул ректор потерянной академии, но пока ещё главный. — Всё не так просто. Тебя смогли разбудить благодаря твоей клятве, связанной со мной и высокому уровню магии. Не все мои деканы имеют фиолетовую ступень.

— К тому же ты удачно находился во дворце, — добавил Сайдэн. — А до остальных ещё нужно добраться.

— Всего четверых, — покачал головой лорд Шер. — Благо Всевидящая и императорская семья не уснули.

— Слишком мало, — кивнул ему Надмар. — Жаль отряд Досэйра.

— А они… — начал было с сомнением лорд Тэйрон, но его сразу перебила Всевидящая.

— Я видела своими глазами как их ауры таяли, когда монстры сжирали их тела.

— Ошибки нет, — твёрдо произнёс император. — Они уснули на подходе к городу, и мы ничем не смогли бы им помочь, лорд Тэйрон. Заново применить заклинание, которое ещё замкнуто на мне не выйдет. Досэйр – ближайший город, боюсь будут и другие жертвы.

— Простите, — тихий голосок разрезал короткое затишье в зале, и все заинтересованно посмотрели на Лорию. — Порталы, конечно, нам сейчас не доступны, но мы могли бы предупредить другие города с помощью зеркального эха. Мне бабушка рассказывала, что когда-то давно оно позволяло отражать на защите городов цвета, что лёгкими волнами могли перекатываться по барьерам и позволяли ещё издали понять статус города.

На какой-то миг в зале образовалась тишина, а затем всех накрыла волна воодушевления от небольшого, но значимого решения одной из задач.

— Какая же ты умничка! — вскинулся Сагмар. — Верно!

— Отлично, Лория, — улыбнулся Сайдэн девушке, и та улыбнулась в ответ.

— Всё гениальное просто, — подтвердил довольно лорд Шер.

— И как мы могли забыть о таком старом и простом способе? — покачала головой миледи Ринэль и тоже с одобрением улыбнулась Лории.

— Прекрасно, — более спокойно отреагировал Эндэриан и посмотрел на Надмара. — Сделаешь?

— Конечно, — уверенно произнёс он.

Атмосфера в зале значительно улучшилась, лорд Стигмар даже выпрямился и довольно хлопнул по спине что-то записывающего канцлера.

— Осталось разбудить моих ребят, — сказал он воодушевлённо, — и мы поджарим каждую тварь, рыскающую по Роурдану!

— И нужно разбудить девчонку, — торопливо добавил лорд Генрэд. — Если вы правы на её счёт, то она необходима в зачистке и поддержании количества камней света.

Сайдэн бросил предупреждающий взгляд на лорда, но тот лишь упрямо вздёрнул нос и отвернулся. Остальные немного по уняли свой пыл, успокаиваясь и сосредотачиваюсь на новом вопросе.

— Не могу не согласиться, — задумчиво сказал император и бросил взгляд на Ринэль.

— Не советую, — сразу покачала головой она. — Алиара чуть не выгорела и получила сильное истощение. Вкупе с последствиями от ношения Молчалки сильные затраты магии сейчас не приведут ни к чему хорошему. Проще говоря – мага потеряем.

Лорд Сайдэн шумно выдохнул и бросил недобрый взгляд на лорда Баксмера, но тот вообще никак не отреагировал.

— Может быть кто-то объяснит, — начал было лорд Стигмар. — Что эта девушка делала в лесу?

— Не будем об этом сейчас, — прозвучал громкий властный голос Всевидящей, заставив всех затихнуть.

— Лорды, леди, — обратился Эндэриан к собравшимся, — будем уважать волю главы рода и пока оставим всё как есть. Раз миледи Ринэль не советует, то нет смысла и поднимать сейчас этот разговор. Уверен, вы уже и сами всё поняли. Леди Дариа, когда камней света станет не хватать, выбора уже не будет и вашей внучке придётся всё рассказать.

Первый совет после страшных событий закончился, люди разошлись по своим временным местам на полу соседнего зала. Уставшие, измученные — они пребывали в страхе и напряжении, даже не подозревая какое удовольствие доставляют наблюдательнице, что старательно усиливала бурю за окнами дворца и прятала в ней сотни родившихся тварей мрака. Роурдан ждали перемены, а императору ещё предстояло познать истинный страх.

***

Настоящее время.

Глухая тишина небольшой комнаты вот уже больше часа нарушалась мягким постукиванием мужских пальцев по столешнице рабочего стола. Полутьма лабораторного помещения давно пропиталась затхлым воздухом с примесями едких зелий и трав, а дым множества свечей и запах горелой кожи лишь заставляли сознание самовольно запертого здесь человека мутнеть. В голове давно мелькал калейдоскоп ужасов, что творился у академии перед тем, как они её потеряли и это до злости мешало сосредоточиться.

Мужчина стиснул зубы, рука, отбивающая ритм дрогнула, сжалась в кулак и со всей силы обрушилась на несчастную столешницу, заставляя многочисленные предметы подпрыгнуть на месте. Пара склянок с краю, звякнув напоследок, в считанные секунды раскачались и полетели на пол, чтобы в следующий миг утопить комнату звоном битого стекла. И в этот же миг дверь распахнулась, впуская слишком яркий коридорный свет и привлекая внимание мужчины.

— Ещё тут? — Сайдэн зашёл внутрь и прикрыл за собой дверь, а после сразу замахал рукой перед лицом, поморщившись. — Отравишься. Сколько ты уже так сидишь?

— Не знаю, — шумно выдохнул Сагмар и откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза, принявшись массировать виски пальцами.

Сайдэн обошёл стол и отодвинул плотную штору немного, чтобы приоткрыть окно. Набросив защитных заклинаний, он открыл створку на пару сантиметров, сразу ощутив толчок от бушующего ветра непрекращающейся дикой бури, но заклинания помогли и, собрав весь пропитанный зельями и дымом воздух второй рукой самым лёгким из воздушных заклинаний, он в миг вытолкнул его наружу, одновременно запуская свежесть и прохладу. Тонкий писк иссяк и Сайдэн вновь плотно закрыл и занавесил окно, с наслаждением глубоко вздохнув.

— Сколько артефактов ты уже спалил? — спросил он, вновь поворачиваясь к брату.

— Несколько десятков.

— И что не так?

— Если бы я знал. — Сагмар посмотрел на разобранные, подгоревшие части разных артефактов и устало произнёс: — Мы всё перепробовали. Ориентиры, поисковики, ловушки, затирки, окуляры Олмунуса, — тут Сайдэн несдержанно выругался, впечатлившись редкостью скончавшейся в этой комнате вещицы, — кровавые ритуальные камни, барьерные составляющие, даже Всевидящую побеспокоили, но бестолку. Ничего не выходит. В любой момент из них могут появиться монстры и ребят не станет…

Он посмотрел на Сайдэна и сощурившись добавил:

— Ты что тут делаешь? Сегодня вроде собрание.

— Рано ещё. Пришёл проверить тебя.

— И?..

Сайдэн немного замялся, видимо сдерживая ругательства и злобно произнёс:

— И Баксмер только что подписал договор служения императору в основном отряде разведывательного корпуса гильдии стражей.

— Что?! — опешил Сагмар, округлив глаза. — Что этот смертник забыл в твоём отряде?

Сайдэн с намёком поднял бровь, выразительно склонив голову и кивнул, когда на лице брата отразилось понимание. Он протянул выразительное «о-о-о» и спросил:

— Зачем она ему? — в недоумении нахмурился Сагмар.

— Я пока этого не понял, но когда он купил её у Сарванторино…

— …То сразу прилепил молчалку, — кивнул брат. — Такой артефакт дорогой и редкий. После него человек долго не может разговаривать.

— Видимо разговоры не его цель.

— Император в курсе?

— Доказательств нет. — Сайдэн тяжело вздохнул. — И ты знаешь, насколько он благоволит последнему друиду. Такие обвинения требуют больше, чем мыслеобраз.

— Но её мысли прослеживал ты, и…

— И Эндэриан сразу заметил, как я к ней отношусь, — перебил Сайдэн. — Это невовремя бросилось в глаза у Академии. Был разговор ещё до собрания, и он лично спросил, насколько я верен.

— Что? — непонимание отразилось на лице Сагмара. — При чём тут это?

— После первых же докладов о прорыве и девушке со светлой силой, что сжигает монстров за секунды император всё сразу понял. — Сайдэн нахмурился и отвёл взгляд замолчав.

Сагмар задумчиво покачал головой и вдруг его глаза округлились.

— Можно спасти друида…

— Да. Соединить два рода — кровь очистит кровь.

— Он вызвал тебя, чтобы заранее узнать… — голос брата пропитался сожалением.

— Не буду ли я мешать ему выдать Алиару за Баксмера. Не стану ли помехой. Буду ли верен своему императору.

— И ты будешь верен, брат? — осторожно спросил Сагмар.

Сайдэн не успел ответить, как дверь без стука распахнулась, вновь рассекая густую темноту яркостью коридорного освещения. В комнату зашёл высокий мужчина в гвардейской форме довольно потасканного вида и с уже потемневшими пятнами крови на одежде, заставляя лица братьев вытянуться в недоумении.

— Почему ты здесь? — сразу почуял неладное Сайдэн.

— Да чтоб мне знать! Я только что вернулся с зачистки у академии, потеряв двенадцать человек и теперь меня послали, толком не выслушав, за вашими задницами, наплевав на четверых найденных живыми и спящими адептов прямо в толпе тварей мрака!

Глаза братьев округлились. Сагмар вскочил со своего кресла.

— Совет?

— Срочный, — кивнул Надмар.

— Твою же ж… — Сайдэн вылетел из кабинета стрелой, друзья поспешили следом.

В считанные секунды кабинет был пуст и надёжно заперт, а коридоры наполнились тяжёлым топотом мужских сапог. Они преодолели путь в полной тишине, зашли в зал и плотно закрыли толстые двустворчатые двери, активируя контур защиты и сокрытия звуков.

Очередной срочный совет императора в стандартном составе из десяти человек был созван вскоре после рассвета на седьмой день начала страшной магической бури.

Император сидел во главе большого овального стола и мрачно разглядывал лица присутствующих. Его же собственное сравнялось по цвету с мраморной столешницей – белое с тонкими прожилками синеватых вен и следами изнурённости – вот только взгляд почти чёрных глаз был твёрд и руки сжимались в крепкие кулаки, что угрожающе сверкали гранями множества перстней.

— Доклад, — жёсткий надломлено-хриплый голос правителя не потерял своей пугающей мощи.

— Сир, — милорд Генрэд облизал сухие полные губы и стрельнул глазами на дверь, — Гильдия стражей около пятидесяти процентов…

— И только?! — рявкнул император, но тут же выдохнул и прикрыл глаза, добавив: — Надмар.

— Гвардия около восьмидесяти, учитывая потери.

— Разведывательный корпус сто процентов, — отчитался Сайдэн и все взгляды скрестились на нём.

— Вы разбудили всех членов всех отрядов своего корпуса? — лорд Шер округлил глаза.

— Думаю, — вклинился лорд Стигмар, в привычном спокойствии подкручивая длинный ус и ни на кого не смотря, — это также с учётом потерь.

— Да, — чётко произнёс Сайдэн. — Потери не менее сорока процентов.

Император наконец тяжело вздохнул, открыл глаза и взглянул на Надмара.

— Не меньше пятидесяти, — прозвучало приговором в тишине залы.

— Больше половины зачисленных, — также кивнул Генрэд, нервно барабаня кругловатыми пальцами по столу. — В Военной палате мы потеряли слишком многих. Защита Роурдана под угрозой. Нам пора подумать о переносе подмоги из соседних городов.

— Вам напомнить, что единственная попытка обернулась для отряда смертью? — приподняла бровь миледи Ринэль, облокачиваясь на сцепленные в замок руки и упираясь локтями на стол.

— Там был конфликт ма… — начал было лорд Генрэд, когда его на полуслове перебили.

— Какой ещё конфликт?! — проскрипел возбуждённо лорд Виннэр Давор, сверкая маленькими округлёнными глазами из-под толстых круглых очков. — Если не разбираетесь в магических тонкостях, так лучше сидите и помалкиваете, милорд Генрэд! — зло добавил мужчина, от чего его морщинистое лицо получило ещё несколько складочек между бровей. — Никакая защита не спасёт от тварей в таком количестве! А его поджидали…

— Ерунда! — возмутился милорд Генрэд, но больше ответить не успел.

— Хватит! — вдруг рыкнул правитель и советники резко смолкли. — Чего нам стоило разбудить стольких людей на данный момент?

— Накопитель военной палаты опустошён, — ответил Сайдэн. — Даже несмотря на то, что многих будили от родовых кристаллов.

— Императорский накопитель также пуст, — добавил лорд Тэйрон тихим безжизненным голосом. Молодой канцлер, не столь давно взявший на себя обязанности своего отца, явно плохо справлялся с ситуацией и нервы его натянутой струной звенели при каждом слове.

Лорд Надмар демонстративно откинулся на спинку и скрестил руки на груди, произнеся:

— Возможно теперь стоит перейти к новым проблемам?

— Каким ещё «новым»? — кажется у канцлера задёргался глаз.

— Мой отряд при очередной зачистке города обнаружил тела четверых адептов в окружении тварей. Которые, надо сказать, их не просто не трогали, но защищали до последнего живого монстра.

— Какого… — почти беззвучно зашептала Рин.

Остальные же лорды в выражениях не сдерживались, а лорд Стигмар и вовсе бахнул кулаком по столу от захвативших эмоций, чем заставил подпрыгнуть на месте канцлера.

— Защищали?! — воскликнул Сагмар и даже подался вперёд, округлив глаза.

— Именно, — кивнул император и каждый в этом зале заметил, насколько тяжело ему дался рефлекторно-привычный жест. Эндэриан поджал губы, от чего они вытянулись в нить, и с натугой положил правую руку на стол. Звонкий удар тяжёлого металлического кольца разбавил внезапную тишину. — Адепт Коитар Дрэй имел при себе герб своего дома.

— Получается, — Сайдэн застыл на месте словно статуя, осознав всю ситуацию, — род Коитар потерян.

— С чего такие выводы? — не сдержался Сагмар, переводя бешеный непонимающий взгляд на брата.

Но вместо него ответил Надмар.

— Мы обсуждали зачистку особняка их рода. Тела адептов лежали внутри.

Сагмар заметно вздрогнул, переводя глаза с Надмара на императора и обратно.

— И коконов во всём доме не было, — добавил командир гвардии, опуская голову и морщась в бессильной злобе.

— Точнее сказать, — тяжесть голоса императора заставляла напрягаться до предела каждого, но с каждым днём говорил он всё меньше. — Коконы были. В этом доме они были поставлены на каждого члена семьи, включая старшего господина Коитара – девяносто восьми лет. Все они были в добром здравии на этот момент.

Он слегка повернул голову, взглянув на Надмара и тот вмиг вытянулся, заговорив:

— Ни следов коконов, ни тел, ни останков, — слова звучали посмертным приговором Роурдану, падая тяжелыми камнями в глухой тишине зала и пуская дрожь по телам присутствующих, словно круги по воде. — Ни крови, ни следов магии, ни следов аур.

Сагмар громко сглотнул.

— Их не просто забрали, Ваше Величество, — продолжил мужчина. — Их смогли освободить от защиты и обуздать в этот момент монстров.

— Или могли переместить в коконах, — заговорил лорд Шер.

— Или они спаслись сами! — не смог промолчать лорд Генрэд.

— Нет, — уверенно покачал головой Сайдэн. — Это несомненно была ОНА, и монстры ей подконтрольны, не забывайте. Остаётся лишь пара вопросов – как она обошла императорскую магию и зачем ей члены этой семьи.

Вновь наступившую тишину разбавило недовольное фырканье лорда Генрэда и неожиданные пара резких ударов о дверь. Император глянул на Надмара и тот, всё сразу поняв, поднялся, чтобы запустить в зал Советов самодовольно улыбающегося мужчину с бессознательной девушкой на руках. Эта картина заставила Сайдэна и Сагмара подняться и пройти навстречу, но мужчина обогнул их, не позволяя забрать ношу.

Майнор шёл лёгкой уверенной походкой к столу, где восседал правитель и не мог сдержать улыбки, краем глаза оглядывая лица присутствующих. В основном удивлённые и задумчивые, в ожидании разъяснений, однако командир разведотряда откровенно сжимал кулаки, а глаза его метали почти осязаемые молнии. Господин Сагмар даже сделал несколько шагов к брату, ухватив того за плечо и покрепче сжав, но Майнору в этот момент всё доставляло удовольствие — начиная от того, что никто так и не догадался о его втором рапорте, где он подробно описал угрозу ведьм, живущих в лесу и обман своего командира и заканчивая личным приказом императора, да не одним, о которых собственно тоже никто из присутствующих не мог знать. Ни с чем не сравнимое удовольствие – вдруг оказаться выше всех этих самодовольных важных кретинов, считающих себя лучше и сильнее других.

Майнор удовлетворённо облизал губы и победно оскалившись громко отчитался, вставая напротив императора с девушкой на руках.

— Ваше Величество! Всё сделано как вы приказывали!

— Поднеси её, я разбужу, — повелительно подозвал жестом правитель и добавил, — амулет передай лорду Сагмару. — И уже положив руку на лоб девушке, поднял взгляд на ректора: — Изучи. И сделай подробный доклад. Майнор тебе поможет.

Сагмар даже рот приоткрыл, но произнести так ничего и не успел. Девушка пришла в себя и громко закашлялась. Майнор немного отодвинулся от императора и поставил девушку на ноги, но Алиара обессиленно покачнулась и он приобнял её за талию и поддержал под локоть, чем вызвал глухой короткий рык за своей спиной.

— Что происходит? — не сдержался Сайдэн, подходя ближе.

Но император лишь сцепил зубы и отвёл взгляд, ожидая пока девушка придёт в себя и сможет самостоятельно держаться на ногах. Алиара тем временем потрясла головой, словно стряхивая вязкость с явно помутневшего сознания и вдруг застыла каменным изваянием, даже не обращая внимания на руку Майнора, вольготно расположившегося за ней. Глаза девушки округлились, рот приоткрылся — она словно не видела происходящего в зале, а пребывала где-то в другом месте, но стоило императору позвать её, Алиара дёрнулась и сфокусировала взгляд на нём.

— В прошлый раз, находясь в этом зале, мы так и не смогли поговорить, Алиара. — Император глубоко вздохнул и посмотрел на девушку как-то по-другому, казалось более мягко. — Ты знаешь из какого ты рода?

Лица присутствующих повернулись к Алиаре, а она так и стояла с открытым ртом не моргая. Но с каждой секундой её лицо менялось, не позволяя понять мысли, кровь отошла, обеляя кожу, губы сжались, взгляд ожесточился.

— Я, Адари Аториас – Иллиб.

Глава 23. Призраки прошлого

Дверь за спиной закрылась на удивление беззвучно и плавно, не смотря на напряжение, охватившее Алиару и царившее в том зале, которое не только не ушло, но и принялось нарастать. Чётко и ясно ей дали понять, кто она такая и что теперь должна. Пока что она и сама не до конца понимала кто такие иллибы, но император был предельно краток: сбежала в город и подвергла себя опасности, а значит будешь заперта во дворце под надзором лорда Сагмара и леди Аториас. И её просто выпроводили под чью-то ругань и возмущения, не дав сказать больше ни слова, не позволяя осознать случившееся. Лишь наказав идти к Всевидящей, перекинув ответственность на единственного оставшегося в живых родственника — бабушку.

И это могло значит только одно — она всегда знала. Каждое посещение Роурдана, каждый шаг, каждый год…без сомнений, она видела её ауру и прекрасно понимала кто Алиара, ведь память она не теряла. Перед глазами понёсся рой воспоминаний — её странные взгляды, которыми она её провожала, как встречала после поместья Сарванторино, как наблюдала издалека. Это она направила группу Сайдэна на помощь. Она не просто посмотрела ауры, она следила за ней и знала куда направилась её внучка.

Именно это осознание дало толчок эмоциям, что сейчас бурной тёмной волной разбивали вдребезги все границы самоконтроля, позволяя злости и обиде затопить сознание. Алиара сделала первый шаг и потом даже не помнила, как добралась до незнакомого тупикового коридорчика с богато украшенной золотом белой резной дверью, за которой тускло пульсировало серебристо-белое мутное пятно ауры, чей след и привёл в отдалённое ответвление крыла. Приглушив способность, Алиара не думая приблизилась. Да, память пока вернулась лишь частично, но для понимания произошедшего этого было достаточно. Пульсирующая боль толчками пропихивала кусочки прошлого и в момент, когда Алиара без стука взялась за ручку, перед её глазами так вовремя встал лес. День, когда она бежала к Марэе, спасаясь от неизвестных, совсем одна.

Тонкая нить коридорного света вмиг выросла чёткой длинной полосой, заползая на дальнюю стену в темноте тускло освещённой комнаты. Алиара вошла и закрыла дверь, вновь погружая комнату в полумрак. Наполненная обилием мебели, со сверкающим золотым убранством в свете витиеватой настольной жирандоли с догорающими огарками трёх свечей, комната показалась нежилой. В ней не было штор, и мрачные отблески грозовых перекатов высоко в сине-чёрном небе прекрасно просматривались сквозь стекло стрельчатых окон дворцового замка. Голо и зябко, пугающе, но завораживающе — буря дарила незабываемые виды и одаривала волнами мурашек тело.

И напротив этого зрелища одиноко стояло вытянутое кресло с высокой спинкой и деревянными подлокотниками, на одном из которых сейчас лежала тонкая тёмная тень руки недвижимого силуэта, что занимал это без сомнений чинное место. Дрожь пробежала по телу волной, когда сквозь плотный ураганный ветер небо озарилось вспышкой яркого света и комната на миг утонула в длинных искажённых тенях.

— Ты вошла без разрешения, — хриплый надменный голос прозвучал в полутьме спальни, словно в старых дворцовых казематах лёгким эхом отскакивая от каменных стен.

— Думаю я имею на это право, — скептически отозвалась Алиара и плотнее прикрыла ладонью дверь, боясь, что их могут прервать.

— Только то, что ты моя внучка и наследница рода Аториас не даёт тебе право забывать о манерах, — осуждающе произнесла женщина строгим голосом, отчитывая и неожиданно предупреждающе. — Напротив – ты обязана вести себя достойно и подобающе своему статусу и древнему магическому роду. Ты…

Неприятно кольнула мысль, что Всевидящая сразу поняла зачем она здесь.

— Должна ли? — перебила незнакомую женщину Алиара не веря своим ушам. Совсем не так она представляла эту встречу и угасшие было злость и обида, вновь закружили ураганом в голове. — Это мне говорите Вы?

Возмущение прокатилось по комнате холодом низкого голоса девушки. Всевидящая замерла, затем слегка повернула корпус в сторону и опустила руки на колени, судя по отблеску перстней в неверном свете свечей, позволяющем рассмотреть лишь полутень женщины.

Напряжение нарастало немыслимо быстро.

— Ты не смеешь винить меня, — осуждающе сказала родственница и голос её неожиданно резко и громко зазвенел, пропитанный обвинениями: — Могла бы спокойно жить в своём лесу с этой ведьмой и не знать бед нашего рода! Ты сама виновата, что о тебе узнали, я ничего не могла сделать! Зачем ты полезла в бой у академии?! Кто-то просил тебя вмешиваться?!

Почему все так упорно говорят ей, что Марэя была ведьмой?! Мысли перепутались и Алиара поняла, что вот-вот упустит нить собственных обвинений, ведь она совсем не собиралась говорить о своих силах или Марэе. Крик вырвался резко и зло.

— Ты меня бросила!

Такие важные три слова горечью осели на языке. Под гул ураганного ветра за окнами оглушающе скрипнуло кресло. Леди Аториас неторопливо поднялась и расправила складки платья. Алиара сцепила зубы и молчала, лишь наблюдая. Она ждала реакции, хотела увидеть раскаяние, услышать извинения, оправдания, объяснения, да всё что угодно, лишь бы узнать, что всё это было вынужденно или от незнания, лишь бы понимать, что она нужна и про неё не забывали. Но кажется этим ожиданиям было не суждено сбыться.

— От тебя никогда не требовалось многого, — начала женщина и повернулась лицом к Алиаре, сделав первый шаг. — Нужно было лишь прятаться в своём лесу как мышка и соблюдать заветы родителей. Передать однажды силы нашего рода своему ребёнку и сохранить магию света. Но ты как дикарка появилась в городе, в самом центре и сразу напоказ заявила о себе! Несусветно глупа! — каждый шаг сопровождался стуком острого каблука о пол и брошенного тяжелого слова, проходящего прямо по сердцу. Ни один мускул не дрогнул на морщинистом холодном лице, а брезгливо изогнутые губы в такт осуждающему взгляду заставляли внутри всё съёживаться и леденеть в ответ. — Я не для того лгала императору!

Этих слов она ждала и боялась.

— Ты всё это время знала где я! — бросила Алиара, когда леди Аториас остановилась напротив неё.

— Да, — спокойно согласилась она, гордо приподняв подбородок повыше. — Конечно знала. Я не просто так ношу громкое имя и статус Всевидящей. Я нашла твою ауру сразу. Понадеялась на разумность.

— Почему ты не забрала меня?! — непонимающе воскликнула Алиара.

— Если я не забрала тебя, значит так было нужно! — она почти перешла на крик, но по голосу было ясно, что эмоции ещё держатся в узде. — Не будь ребёнком, Адари!

— Я не Адари!

— Но ты Аториас!

— Иллиб? — прозвучало разочарованно, что заставило женщину на миг задохнуться.

— Именно. — Твёрдо произнесла леди Дариа, распрямив спину. — Как и твоя мать – Элионора.

— Но она не была для тебя бременем.

— И ты не была, пока не явилась в Роурдан! — крикнула леди Аториас и с сожалением добавила: — Марэя была недостаточно строга к тебе.

— Тётя любила меня как никто другой и спасла от судьбы рода, — разозлилась Алиара.

— Марэя знала, что не следует упоминать ничего связанное с родом и поступила правильно. Как и я!

— Заставляя меня забыть?!

— Не позволяя тебе вспомнить!

— Вспомнить, что моя родная бабушка всё это время роскошно жила во дворце под боком у императора, пока маленькая девочка, её родная внучка, выживала в лесу монстров?!

Всевидящая замерла, округлив глаза и уязвлённо поджав сухие губы, произнесла:

— Ты не знаешь, о чём говоришь…

Алиара замерла в удивлённом непонимании, что плавно переходило обратно в осуждение и обиду. Секунды молчания всё шли, а пустота в мыслях твердила лишь одно. Слова сорвались с губ тихим шёпотом.

— Я была не нужна тебе?

Ответ прозвучал не сразу, позволяя обоим выдохнуть, но глаз так никто и не отвёл. Светло-карие глаза с желтинкой смотрели в точно такие же и наоборот — Алиара была точной копией этой женщины и только сейчас она начала это замечать. Наконец леди Аториас собралась — холодно сощурилась, подняла повыше подбородок и убеждённо сказала:

— Здесь не осталось никого, кому ты была бы нужна.

Ледяные слова уверенно пронеслись в такт очередной вспышке молнии, и комната вдруг пошла рябью. Алиара поняла, что на глаза начинают наворачиваться ненужные непрошенные слёзы и поджав губы, развернулась, чтобы за считанные секунды вылететь стрелой из спальни и скрыться за ближайшим поворотом коридора.

Светлые мелькающие коридоры один за другим смазались перед глазами кружа калейдоскопом цветных пятен из множества людей. В ушах звенело, от чего общий шум приглушался, а сердце стучало с удвоенной силой. Рука сама схватилась за рубашку у сердца и крепко сжала влажную от волнения ткань. Мысли наслаивались друг на друга и продолжали давить тяжестью надгробной плиты на истончившуюся нить самоконтроля. Дышать ртом уже не получалось, воздуха катастрофически не хватало и ноги стали подкашиваться. Второй рукой Алиара придерживалась за стену, но вдруг перестала ощущать её шероховатую поверхность – кончики пальцев закололо, шум в ушах усилился, перерастая в писк, а на глаза навернулись слёзы. Грохот камня в груди становился невыносим, пока его острой иглой неожиданно не пронзила сильная боль, до потемнения в глазах, до всхлипа изо рта, до потери контакта с реальностью.

Темнота.

— …всё в порядке, — приглушённый голос доносился как сквозь толщу воды, но с каждой секундой общий знакомый шум нарастал. — Полежи.

Знакомый голос. Алиара глубоко с наслаждением вздохнула и поморгала, пытаясь вернуть зрению чёткость. Оказалось, она лежала на знакомой койке в знакомом когда-то бальном зале среди множества изнывающих от боли людей. Лекарский зал. Стоны, сипы, подвывания и шум работы многих лекарей ворвался в сознание, а ей стало вдруг так спокойно и легко. Алиара резко вздохнула и поняла, что всё в порядке — боли нет, писка в ушах тоже, тело ощущается полностью… Значит, она потеряла сознание?

— Что скажешь? — Алиара вздрогнула от вопроса и повернулась в другую сторону, где возвышался мужской силуэт. Сайдэн разглядывал её пристально и в его глазах читалось беспокойство. А рядом с ним стояли Лиман и миледи Ринэль, что закончила осмотр и спокойно произнесла, скрестив руки под грудью:

— Кровь чистая, аура в порядке, подпитка успокоила организм. Я здесь больше не нужна.

Она встала, кивнула мужчинам и пошла прочь.

— Я потеряла сознание? — тихо с сомнением спросила Алиара, но её услышали.

Рин издалека хмыкнула, но не остановилась. Сайдэн и Лиман же переглянулись и уставились на неё с жалостью, что оказалось неприятно.

— Ты не очень хорошо перенесла встречу с прошлым, — произнёс Сайдэн.

И мысли вдруг унесло в другую сторону.

— И давно ты знаешь? — Алиара приподнялась на локтях и вскинула голову.

Лиман сразу перевёл удивлённый взгляд на командира и присвистнул. Сайдэн же недовольно глянул на него в ответ, скривился на секунду и перевёл кристальные глаза на Алиару, меняясь в лице.

— Я догадывался ещё в лесу, в твоём доме, но точно убедился, когда ты, скажем так «призналась» у Академии, — голос его был твёрдым, убедительным с явным раскаянием, но легче не стало.

— Вы принесли меня сюда? — она отвернулась, принявшись разглядывать свои руки.

— Лиман нашёл тебя, — начал Сайдэн.

— И по дороге передал командиру, — кивнул ему вышеупомянутый Лиман и продолжил: — Аль, мы должны идти. Сейчас будет сбор отряда.

Алиара немного помолчала и кивнула:

— Конечно. Где будет зачистка?

— В особняке рода… — начал было Лиман, но Сайдэн остановил его рукой и ответил сам.

— Пока это точно не известно. Решение будет принято при сборе отряда.

— Спасибо, — произнесла Алиара глянув на мужчин.

— Не обижаешься? — с сомнением вдруг спросил Лиман, но она лишь в непонимании нахмурилась, и он добавил: — Ну… ты была официально зачислена в отряд разведки императором… и теперь…

— Беспокоишься, не сорвусь ли за вами? — догадалась она. — Потому что я ушла к Сарванторино?

Лиман скривился и Сайдэн укоряюще произнёс, возведя глаза к потолку, словно в сомнениях подбирая слова:

— Это было слишком опрометчиво. И теперь Его Величество…

— Нет, — прервала она слишком резко, приковав к себе два настороженных взгляда. — Ничего такого. Я слышала, что мне приказали и всё поняла. С места одна не сдвинусь.

Лиман удовлетворённо кивнул, а его командир нахмурился и лишь коротко попрощался, прежде чем они покинули лечебный зал. Алиара сидела и смотрела им вслед, не зная как на всё это реагировать. А ведь кажется именно он ругался в зале советов, пока она приходила в себя. Сайдэн пытался отстоять её, не раз спасал и всегда так заботлив, словно и не было той ссоры. Алиара поджала губы, совесть кольнула убедительно и ощутимо. Она повела себя безответственно и глупо, а потом ещё обвинила его в попытке посадить её на императорскую цепь… Как сейчас было стыдно, не понятно, как она могла про него так подумать.

Увлекшись такими спокойными обыденными мыслями, Алиара не заметила, когда к ней буквально подскочили две девушки и полезли обниматься, довольно улыбаясь и приветствуя. Миледи Лисария Сарванторино и её маленькая ушлая племянница Фиэлия Сарванторино. Спасённые ведьмы, что и не подозревали кто они такие.

Лисария уселась на табурет, сморщилась и неожиданно принялась утирать слёзы, а Фия закатила глаза. Девочка немного вышла и стал виден новый наряд — голубое простое платье и белый передник с рюшами и оборками, на голове накрахмаленный чепец, а на шее белая ленточка помощницы лекарей. Да и сама Лисария была одета похоже, но на её шее красовалась кружевная лента с овальным красным камнем старшей помощницы. Примечательно было, что миледи сняла свои дорогие украшения – в ушах не блестели драгоценные серьги, на шее простая лекарская лента, а руки чистые от перстней – словно молодая женщина стала вдруг обычных кровей, не принадлежащих к членам высшей знати.

— Вам очень идут обновки, — улыбнулась Алиара, пытаясь отвлечь миледи.

— Лучше бы тебе полежать – ты потеряла сознание.

Алиара нахмурилась, сразу поняв в чём дело, но миледи расценила её поджатые губы по-своему и объяснила.

— Так бывает, когда накрывает паника.

— Паника? — глухо повторила, пытаясь отогнать тяжёлые воспоминания.

— Да, — лицо миледи приобрело извиняющееся выражение. — Ты чего-то очень испугалась. Или, возможно, перенервничала…

В груди неприятно кольнуло и Алиара неосознанно опустила взгляд на свои руки — они мелко тряслись. Ситуация с леди Аториас не отпускала мысли не на секунду. Да и вряд ли удастся её так быстро отпустить, ведь даже зная правду ей не хотелось думать об этом человеке как о родном, но и злиться не получалось, только неуместная детская обида, из-за которой становилось так стыдно. Возможно поэтому она и сбежала, не сумев добиться подробностей от Всевидящей.

Чтобы выгнать из головы весь этот хаос последних дней, она вновь глянула на Фиэль, вдруг вспомнив о других неприятных событиях.

— Как ты себя чувствуешь? — осторожно задала она вопрос, наблюдая за реакцией.

— Хорошо, — улыбнулась Фиэль в ответ и покосилась на Лисарию.

— Непослушная вредная девчонка, — пробурчала та, опустив голову и отводя в сторону взгляд.

Фиэль нагло хмыкнула и сказала:

— Меня ещё лечат, рана не затянулась.

— Что? — опешила Алиара.

Но девочка лишь пожала плечами:

— Рану закрыли нитями, говорят зелья на исходе.

— Почему ты не в постели? — резонно заметила Алиара.

— Потому что она даже миледи Ринэль не слушает и вскакивает стоит ей уйти! — не сдержала повышенного тона Лисария и тяжело вздохнула. — Её лечили и не раз, говорят, что всё будет хорошо, но…

— Лишнюю магию не тратят, — догадалась Алиара.

Лисария кивнула:

— И зелья не дают.

Неприятный осадок поселился на границе совести — ведь саму её сразу вылечили сильнейшим зельем и магией, и она почти сразу смогла встать, чтобы уйти к себе. А на них ресурсов нет. Хорошо, что миледи Ринэль здесь часто бывает в помощь, в её магии сомневаться не приходится.

— Где твой красивый кулон? — сразу спросила наблюдательная и любопытная Фия.

Сердце сжалось одновременно с рукой, обхватившей воздух. Она и не заметила, что его нет, так была поглощена происходящими событиями. Но сейчас это вдруг потеряло всю серьёзность и отсутствие украшения, которое точно дарила ей не мать не только не расстроило, но и позволило быстро переключить мысли.

— В надёжных руках, — коротко ответила она, улыбнувшись, и перевела взгляд на миледи. — Вам удалось избежать объяснений?

Нахмурившись в неверии, Алиара проследила за поджатыми губами и нервным потиранием рук женщины, пока она обдумывала ответ.

— Мы говорили с императором! — несдержанно и довольно возвестила Фиэль, не дав тёте собраться с мыслями.

— Фиэлия! — сразу недовольно отреагировала та и её глаза тревожно забегали из стороны в сторону, а движения стали рваными как её слова. — Мы не смогли бы сохранить нашу… — на этом слове она понизила голос, — «особенность», и объяснить почему не уснули мёртвым сном.

Другие люди, что создавали общий шум лечебной залы располагались достаточно далеко, чтобы они могли спокойно поговорить, не повышая голоса, но миледи всё равно продолжала оглядываться и нервно реагировала на каждое движение ближайших занятых коек.

— Она ТАКОЕ наговорила императору! — вновь весело воскликнула девочка и захихикала на гневный взгляд миледи.

— Я всего лишь сказала, — принялась оправдываться переживающая женщина, — что, на нас ведут охоту, но мы продолжаем рождаться в сильных родах и с этим ничего не поделать. И как видите, — женщина явно запальчиво повторяла слово в слово, сказанное правителю, — мы не под вашей защитой, в отличие от жителей империи, коконы нас не спасли. Так позвольте же нам защищаться хотя бы самим, ведь сейчас мы не только не знаем истории, за которую гонимы, но и собственной сути, что может стоить нам жизни. И я так и сказала, — она потрясла кулаком, нахмурив брови, — что убеждена, что многие ведьмы до случившегося и не знали кто они такие, а значит находились или находятся до сих пор в опасности. И пример моим словам сейчас стоит перед вами.

— Это мы, — весело хмыкнула Фия, решив разъяснить её слова.

— Я просто сказала, что думаю, — покаянно произнесла миледи Лисария и, растеряв весь настрой, с сожалением опустила глаза на свои теребящие подол руки.

Удивление смешалось с гордостью за эту женщину, что в своей жизни не смогла по-настоящему себя проявить. Рука сама потянулась, обхватив влажную ладонь миледи и крепко её сжимая.

— Вы всё верно сказали, — убеждённо произнесла Алиара. — Как представлю, что многие ведьмы могли не заснуть и в шоке были убиты…

— Или позже умерли от голода, — вставила Фия, непринуждённо пожав плечами.

— Император позволил вам скрыться здесь?

— Его Величество будет приглядывать за нами, — с этими словами миледи Лисария подтянула повыше рукав, обнажая простой кованый медный браслет подчинения. — Но пока мы будем просто жить и помогать по мере возможностей. Скорее всего, спрос будет с главы рода. А я всё рассказала.

— Он мёртв? — уточнила Алиара проследив как браслет вновь скрывается за тканью платья.

— Да. — Лисария посмотрела ей прямо в глаза, словно пытаясь передать то, что видела сама. — Я спускалась вниз уже через несколько дней. Уверена, его настигла та старуха… прямо в половине… — она невольно всхлипнула, но взяла себя в руки и дрожащим голосом продолжила: — В половине кокона остались лишь его ноги.

Она приложила ладонь ко рту и испуганно посмотрела на Фию.

— Прости, я не должна была…

— Я видела, — вздохнула девочка и взгляд, которым она наградила тётю был спокойный и понимающий, он не принадлежал ребёнку, уже нет.

Жалость сменила все прочие чувства на лице Лисарии и она лишь притянула Фиэлию к себе, коротко, но крепко сжав в объятиях.

Наблюдать всё это и слышать было также горько и Алиара тяжело вздохнула, спросив:

— Думаю, император приказал рассказывать не это?

— Конечно. Мы должны говорить, что монстры напали на наш особняк и глава рода защищал нас ценой собственной жизни.

Мысли блуждали в тех днях и Алиара поняла, что больше не может винить Лисарию. Ей хотелось этого раньше, но было ясно, что она не смогла бы помочь.

— Алиара, — позвала её Лисария, заставляя вынырнуть из очередных воспоминаний. — Может тебе стоит немного поспать? Ты такая бледная. Что случилось?

Девушка вновь тяжело вздохнула и невольно улыбнулась заботливым вопросам и беспокойному взгляду этой женщины. Но рассказывать, что произошло совершенно не хотелось, она ещё сама ни в чём не разобралась.

— Всё хорошо. Лиса, если можно вас так называть…

— Ой! Конечно! И лучше на ты, — отмахнулась она рукой и сосредоточилась на том, что скажет Алиара.

— Лиса, ты знаешь, что решил твой отец на мой счёт тогда?

Женщина сразу поняла о чём речь и лишь отрицательно качнула головой.

— Он не решил ничего, но выбирал между смертью и свободой. Однако решение принёс…

— Баксмер, — кивнула Алиара. — Зачем я нужна ему?

— Этого он не сказал. Они лишь подписали договор о продаже, и он забрал тебя.

— Ты сможешь повторить это императору?

Женщина свела брови на переносице и серьёзно кивнула.

— Конечно.

Фиэлия, что всё это время тихонечко «грела ушки», только удивлённо вытаращилась, даже приоткрыв рот.

— У тебя не выйдет, — вдруг сказала она.

— Потому что вы ведьмы? — тихо произнесла Алиара.

— Да. — Согласилась Лисария. — Нам нет доверия. Скажут, что мы хотим обвинить влиятельного лорда, который когда-то не только не уберёг нашу тётушку, но и натравил на неё всех, обвинив в смерти его родных.

— Баксмер был близок Марэе? — переспросила Алиара.

Лисария кивнула.

— Ты не знала? Ты же жила с ней.

Глаза округлились в догадке, но Алиара отрицательно качнула головой и Лисария продолжила:

— Марэя Тальдори, в девичестве Сарванторино, была сестрой моего отца – Гериана Сарванторино, главы нашего рода. Она вышла за господина Баксмера Тальдори, хозяина старого замка Наорра-Ри, не столь далеко от Роурдана и лорда поместья Наорра-Тэль в городе. Очень перспективное и выгодное замужество.

Горло свело сухостью и Алиара через силу проглотила вязкий ком. Тётушка была женой Баксмера! Вот почему он преследовал их! Опустив голову и уткнувшись взглядом в белое покрывало кровати, она видела только беглые картинки их редких встреч и фразы, требующие объяснений. А затем её похищение… Зачем? Для чего?

— Он и пришёл к нам домой, потому что пропала брачная метка, — убеждённо добавила миледи.

— Но чего он хотел… — прошептала Алиара себе под нос.

Вопрос не услышали. Лиса и Фия только переглядывались и молчали, давая Алиаре обдумать сказанное. Такого она не просто не ждала — это всё было настоящей проблемой! Баксмер был так близок к роду, а она совершенно ничего не знает. Его даже не обвинишь, ведь прямых доказательств нет, лишь слова женщин оскорблённого рода, да ещё и подозревающихся во владении ведьмовской магией, запрещённой в Роурдане.

Глава 24. Ловушка

Вспышка перехода ослепила магов лишь на миг, и они сразу закрыли все точки трансдукции, разрушая плотные нити высшей магии и рассеивая их свет. В комнате перехода стояло семь человек, опытных магов разведывательного отряда, представитель вымерших друидов и даже декан боевого факультета военной магической академии Роурдана. Командир обвёл всех пристальным взглядом, тяжело вздохнул и подал рукой знак, разрешающий начать движение и приготовиться к бою. Ожидаемо, его поняли не все, включая Лорию, что была зачислена в отряд как маг поддержки, но так ни разу и не выбиралась ни на одно серьёзное задание.

И было нисколько не удивительно, что уже через десять минут настоящего боя пришлось её спасать. Они находились в поместье Сарванторино уже второй час с целью разбудить ещё одну семью сильных магов, благодаря спасённым вместе с Алиарой миледи Лисарии и маленькой Фиэль. Ещё предстояло выяснить почему эти «ведьмы» в прямом смысле слова не спали, но пока всю информацию скрывали даже от совета, лишь заявив, что Алиаре удалось отыскать двух спасшихся во время атаки членов семьи. Сайдэн понимал, что ведьмам опасно находиться во дворце — по закону они гонимы, их магию пресекают и выжигают, иногда травмируя маленьких девочек, но тогда им позволено жить. Однако, миледи в своём возрасте и не подозревала о принадлежности к ведьмам, что заставило Эндэриана сменить гнев на милость, но вряд ли это надолго, он не постоянен и склонен к обманчивой любезности. Ведьм не ждёт ничего хорошего. И Сайдэн переживал лишь об одной из них, пусть в своих предположениях и не был уверен. А сейчас ему предстояло освободить членов рода Сарванторино, но перед этим спасти незадачливую милую девицу, что сейчас испуганно сжалась в комок под защитным щитом, который звонко отражал атаки довольно крупного медведя-хамелеона.

Видно эту лесную тварь не было, но точки удара на щите и рёв монстра выдавали его не хуже капающей из пасти слюны, что теряла невидимость стоило ей сорваться с клыков. Сайдэн был ближе всех и без лишней магии, чтобы не навредить Лории, одним слитным движением отрубил медведю голову, оставляя синий туманный шлейф от оружия в воздухе. Он больше любил окутывать меч синей магией, а истинный ранг кристально-голубого пламени придерживал, чтобы любопытные не оценивали оттенок его магии, приблизившийся к максимальному рангу — официально, ему до него далеко.

Стоило тяжёлой туше грохнуться на пол, забрызгивая кровавыми росчерками всё вокруг, как Лория убрала щит, вскочила и почти повисла на шее командира. Затем, спохватилась и отошла, нервно улыбнувшись. Крепкая девушка, сильная духом, ей бы опыта побольше и смогла бы вырасти отличным боевым магом.

Зачистка прошла без потерь и как только все этажи поместья проверили, смогли убрать защитную зелёную сеть и поставить вместо неё красную, что сокрыла их присутствие от монстров снаружи. Удалось закрыть почти все двери, но были и пара разломанных в щепки. Такие помещения закрыли барьерами и перекрыли доступ к главному залу, где собрался весь отряд. Образовавшаяся тишина огромного слабо освещённого главного зала особняка разрезалась лишь жадными шумными вздохами, запыхавшихся магов. Никто не торопился опускать сияющие магией клинки, с которых капала густая тёмная кровь монстров, которые своими тушами словно ковром теперь устилали большую часть залы и коридоров.

Сайдэн обвёл людей взглядом, проверяя, когда Майнор вдруг не дожидаясь приказа резко убрал меч в ножны. Выраженное неподчинение прямо во время задания.

— Майнор, — прорычал командир предупреждающе, но не ожидая реакции засланца-предателя подал знак и мужчины принялись убирать мечи и занимать позиции по периметру.

Сайдэн обтёр плащом меч и со щелчком загнал в ножны, в это время провожая взглядом расслабленного, осматривающегося Майнора, что чуть ли не насвистывая начал оценивающе приглядываться к уцелевшим и явно дорогим украшениям интерьера. С Майнором он ещё разберётся. Когда император отпустил членов совета в это рассветное утро командир хотел поговорить, но Эндэриан замялся, пожевал губу, как бывало, когда он не хотел разговаривать и ожидаемо постарался сократить разговор с человеком, не раз спасающим ему жизнь, будучи ещё императорским гвардейцем.

— Не стоит так удивляться, Майнор ещё ребёнком дал клятву… — принялся он тогда снисходительно разъяснять, но был несдержанно перебит.

— Меня не интересует Майнор, Ваше Величество, — чётко ответил Сайдэн подойдя ближе к правителю, что нахмурился и облокотился на стол, прикрыв рукой рот, словно в раздумьях. — Почему вы так поступили с Алиарой?

— Адари Аториас? — брови на молодом, но сейчас измождённом, белом от запретной магии, лице императора взлетели вверх. Он мельком посмотрел на посмурневшего парня, что видно ожидал разборок относительно своей персоны, и вернул блеснувший силой взгляд командиру. — Ты знаешь историю не хуже меня Сайдэн. И я говорил, предупреждал, что, когда камни закончатся я начну действовать. Девочка не управляема и нуждается в обучении, при этом она носитель одного из трёх потерянных родов, чья сила обязана быть сохранена.

Командир разведотряда сделал привычный жест и звуковой барьер накрыл своим куполом его и правителя, отсекая пока ничего не заметившего Майнора, и продолжил:

— Но нельзя же запереть её, словно в клетке. Назначение в отряд было вашим распоряжением и…

— Своевременным и необдуманным. И теперь ей запрещено покидать дворец.

— Я полагаю, вы давно узнали кто она такая, — нахмурился Сайдэн.

— Не преувеличивай! — раздражённо бросил император. — Тогда же, когда убедился и ты.

— Не-ет, — протянул командир без упрёка, но с полным убеждением. — Тебе доложил Майнор сразу по прибытии моего отряда из леса.

— Ты про ложные рапорты, что отчаянные смельчаки, верные тебе, начертали для моего советника? — он не обвинял, не упрекал, там затаилась обида и командир понимал, что это может плохо закончиться.

— Мы выполняли приказ на зачистку и имели неоконченное задание на поиск ведьм в лесу. В том доме их не было.

— Может и так. — Спокойно согласился повелитель и задумчиво продолжил: — Но последний светлячок должен быть…

— На цепи? — не сдержался Сайдэн.

Взгляд императора потемнел, командир сейчас ступил на опасную грань, но иначе уже не мог. Словно жизнью отвечая за жизнь, он помнил, что носила Всевидящая на шее. Глубоко вздохнул и продолжил чуть спокойнее:

— Прошу прощения, мой повелитель. — Он помолчал некоторое время, но взгляд императора не поменялся. — Мы уже десять лет живём без иллибов, а ранее камни и вовсе добывали в горах у источников.

— Это опасно, дорого и далеко. — Отрезал император и недовольно выдохнул сквозь зубы, прикрыв глаза. — Камни нужны империи.

— Но не все иллибы могли заряжать камни, — медленно произнёс Сайдэн смотря в лицо повелителю, — и если она не сможет…

Император тяжело вздохнул и на несколько секунд отвёл взгляд, обдумывая ответ.

— В любом случае, — наконец сказал он, — она должна продолжить род. Баксмер уже просил её руки. И я дал согласие.

— Друид? — Сайдэн поднял бровь, старательно сдерживая рвущуюся силу. — Он её убьёт.

— Не будут же они вместе жить! — недовольно рявкнул император, разводя руками. — Ну Грона ради! Некая «убивающая» магия сейчас запечатана в нём артефактом моей разработки. Я уверяю, что ещё несколько недель он будет полностью безопасен, как обычный маг. Иначе чтобы ему делать среди моих людей во дворце! А если сделать камни света, то можно повторить артефакт и Алиара спокойно выносит ребёнка, ведь её магия не позволит чёрной ауре перейти на дитя.

— Ваше Величество, — Сайдэн покосился на двери, мельком заметив возмущённо пыхтящего Майнора, что явно старался сделать щёлочку в барьере и подслушать разговор. Но Сайдэна это не беспокоило, он не раз учил подчинённого этому и всегда мог учуять его магию заранее, а сейчас его потуги сопровождала только злость, ни о какой «тонкой» магии и речи не шло. Он вновь обратился к императору: — Эндэриан. Ты давно меня знаешь, просто так я не стал бы тебя просить.

— Но ты всё же хочешь попросить, — хмурый взгляд выражал недовольство.

— Не торопись. Камни света не создавались быстро, не все это умели, ты знаешь. Чего ты хочешь? Возродить род? Сразу оба рода?

Император молчал, вздохнув поглубже и прикрыв глаза, он словно искал предлог, зацепку, что позволит уйти от прямого ответа. А когда он заговорил, то слова были пустотой, насмешкой, которую командиру пришлось проглотить, не поведя бровью. Всё, что оставалось, это пытаться выведать хоть одну выбивающуюся эмоцию или лишнее слово.

— Потеря сразу двух родов особой магии далась империи слишком тяжело. Роурдан заплатил высокую цену. Монстры плодятся, мы слабеем и гибнем. Их возрождение необходимость, Сайдэн, и ты как никто другой должен это понимать.

— Понимаю, — кивнул Сайдэн. — Иллибы служили императорскому роду долгие столетия щитом и мечом из света против монстров, сжигая их и наращивая барьеры. А друиды позволяли искать, выманивать, приручать тварей леса, вплоть до приказов нескольким одновременно. Могущество падших родов вне сомнений. — Голос Сайдэна лился вкрадчивой умиротворённой волной убеждённости пока он не произнёс следующее и император не сцепил зубы в гневе: — И все эти знания дошли до нас благодаря хранительницам – ведьмам, которых твой предок возжелал изничтожить. И которых ты на последнем совете вдруг приказал искать.

— Ведьмы положили начало конца друидов. Они предали империю, предали людей и законы магии! — громом разнеслись слова императора внутри барьера, но Сайдэн не дрогнул. — Ведьмы повинны в смерти Иллибов. Они опасны, их магия не известна и не понятна. Слабость, что они показывали оказалась ложной, а знания, что хранили, они использовали против магов Роурдана. Ты спрашиваешь какой род я хочу возродить?! Лишь тот, который послужит на благо империи и не предаст доверия её жителей.

— Но они хранили не только знания. Лес был их вотчиной и исцеляя его, они уменьшали численность монстров.

— Вот и ищите их! — рыкнул император, но сразу тяжело выдохнул и отвёл взгляд. — Думаешь я не понимаю? Мои глаза залеплены злобой, но я ещё не потерял разум. Они нужны и нам. Найдём ведьм, найдём и знание как всё это остановить. Если та беловолосая тварь та, кто мы думаем – она, несомненно, ведьма. Уверен у неё много приспешников, — Эндэриан скривился от злобы и презрения. — Мы сможем использовать их силу и знания, а затем уничтожим всех до последней, чтобы эта зараза не распространилась вновь.

Такого командир не ожидал и выдавил следующие слова через силу, лишь бы не показать своего отношения к бесчеловечным планам императора. Только не сейчас.

— Алиара видит ауры живых.

— Даже не начинай! Она останется во дворце.

— Но Баксмера в отряд ты зачислил.

— Я ему доверяю.

— А мне?

— И тебе я доверяю, Сайдэн. — Серьёзно произнёс Эндэриан и устало выдохнул. Его лицо становилось всё белее, а пот катился по вискам, ему требовался отдых. — Да, я разрешил ей вступить в отряд, но, если ты заметил, ситуация меняется с каждым днём. И теперь я всё сказал. — Он вцепился в подлокотники скрюченными пальцами, собираясь встать, и резко замер: — Пока очередная тварь не изменит ситуацию в моём городе, и я не изменю своего решения.

Тогда разговор был окончен, император измотан, а командир обозлён. Он считал, что Эндэриану сейчас просто не до девчонки, надеялся, что успеет помочь ей самой вспомнить и всё узнать, чтобы она могла постоять за себя. И даже если бы Майнор не предал его, императору хватило времени на раздумья — как не вовремя Алиара применила силу у академии. И теперь он уже не понимает, стоит ли наказать зарвавшегося друида, что по словам миледи Лисарии так бесчеловечно выкупил её у Сарванторино, словно раба, или же пора просто выяснить, что ему вообще понадобилось от неё. Какой смысл выкупать девушку, на которой хочешь жениться? Навряд ли она обрадуется и распахнёт объятия. Надеяться на спасение невинной девушки, на плечи которой обрушилось в миг слишком многое тоже уже было нельзя — император потворствовал друиду слишком сильно. Но как можно строить далеко идущие планы, пока неизвестно о положительном исходе битвы, которую сейчас вёл весь Роурдан до последнего человека.

Друид словно вытеснил все мысли в голове императора и тот напрочь позабыл о Полосте и белой ведьме — боялся послать отряд дальше спящих стен, запретил нескольким сильным магам подобраться к барьеру в лесу, ссылаясь, что они его не найдут и забывая, что его бывший гвардеец, друг, командир обязательно отыщет то, что однажды увидел, пусть и не своими глазами. Искать ведьм, чтобы использовать, а после предать и убить? Найденные ведьмы-Сарванторино должны были стать началом прощения последнего из трёх главных родов, новой силой Роурдана, так необходимой помощью лесу и императорскому роду — а станут лишь инструментом с трагическим исходом. Когда же его друг так изменился? Почему стал надеяться на камни, стоило появиться Алиаре, перестал заниматься стратегией, засев в обороне? Даже с камнями света он не сможет держать коконы долго, нужно выгонять тварей из города и будить людей. Такое чувство, что коконы лишают его не только магических сил, но и разума. Словно что-то влияет…кто-то…

— Сайдэн! — голос Лории вывел из воспоминаний, и командир подошёл ближе. Девушка положила руки на ближайший «кокон», что больше напоминал тонкий изломанный лист металла, что казалось вот-вот начнёт хрустеть и трескаться от малейших колебаний воздуха. Холодная тёмная грань переливалась бликами синих оттенков магии под рукой сосредоточенной девушки, смешно сводящей брови вместе. Она прикусила нижнюю губу и задумчиво произнесла: — Здесь нет родовой магии. Это слуги. — Она перевела ясный взгляд на командира и уверенно кивнула. — Как и было сказано, все члены семьи собраны вокруг стола.

Да, сейчас двери главной залы-гостиной были открыты лишь в одно помещение — в малую столовую и всё там в точности так как описывала миледи Лисария Сарванторино. Восемь целых и половина незакрытого кокона полностью чёрно-красного цвета. Засохшая кровь была не видна на гранях защиты, но толстый ворс ковра полностью пропитался остатками главы рода. Монстры не смогли добраться лишь до конечностей, что так неумело прикрыл кокон, из центра которого угрожающими острыми навершиями торчали обглоданные кости. А на другом конце комнаты пятну крови вторила такого же размера иссохшая лужа — всё что осталось от покойной супруги главы.

— Я не могу… — прошептала Лория, прикрыла глаза и зажала рот одной рукой, а второй схватилась за локоть командира. — Прости, я понимаю, но я не могу.

Сайдэн положил руку ей на плечо и заглянул в глаза.

— Всё нормально, Лори. Останься здесь.

Лория прекрасно распознавала силу человека одним прикосновением, без ошибок без задержек. Малый дар целителя, что она использовала как второстепенную силу, когда-то сыграл большую роль и позволил девочке выбиться в первые ряды, а теперь девушка оказалась одной из самых полезных людей, помогая искать родовые связи и не расходовать магию кристаллов на освобождение людей, что не смогут проснуться. Магия императора была проста и одновременно трудна, ведь он мог либо держать заклинание связки защиты, либо распустить его полностью, освободив спящих прямо для поджидающих по всему Роурдану тварей чёрного леса. По итогу приходилось будить с помощью привязки родных к семейным накопителям и освобождать отдельно каждого найденного члена рода от кокона разрушая связующие нити заклинания императора его же магией.

Неожиданный короткий свист заставил напрячься каждого, но почти сразу Гарц вычислил его источник и что-то злобно прошипел, кивнув подошедшему командиру на увлечённого предателя, что, забыв обо всём, старательно ковырял тонким ножичком одну из золотых статуэток, разместившихся на каминной мраморной полке. Сдержав злость, Сайдэн неторопливо двинулся к стоящему спиной Майнору, ступая как можно тише и когда он подошёл, довольный паренёк уже подсчитывал крохотные рубины в руке, что чуть ранее украшали собой золото вытянутой статуэтки богини Эдайры, держащей крупную стеклянную лилию. Не говоря ни слова, командир поглубже вздохнул и медленно выдохнул, добавив эмоций и капельку магии, что своей силой распространяла ауру вокруг тела и человек напротив всегда чувствовал давление, что сразу порождало страх у злоумышленников и наглецов.

Майнор ощутимо вздрогнул, и статуэтка почти выпала из его рук, но он успел её поймать и живо вернуть на место. Парень повернулся с ошалелым взглядом, замялся явно подыскивая оправдания, но внезапно вспомнил свою новую роль и попытался успокоиться. Он прикрыл рот, свёл широкие брови вместе и вдруг ухмыльнувшись, показательно сжал в кулаке ворованные рубины. Сайдэн же лицом не изменился — спокойное, немного отрешённое выражение. Он недвижимой скалой застыл напротив этого идиота и лишь по крошке добавлял в свою ауру силы. Майнор заметно напрягся, вьющиеся волосы, падающие на широкий лоб, начинали мокнуть от пота и прилипать, в глаза он больше не смотрел, то опуская взгляд, то поднимая, то отводя в сторону на миг. Эмоции сменялись на его лице, пока наконец улыбка не сошла, сменяясь хмуростью. Тогда-то командир и сделал резкий шаг вперёд, встав почти нос к носу со своим «новым» знакомцем, которого до круглых глаз это напугало. Но Сайдэн лишь небрежным жестом убрал руки за спину, затем неторопливо широко ухмыльнулся, как ранее это сделал Майнор, и резко развернувшись направился обратно к Гарцу, что покряхивал в кулак, внезапно развеселившись.

— Он чуть не обделался, — довольно шепнул лекарь, когда командир приблизился. — А ты даже слова не сказал.

Гарц больше не таясь рассмеялся.

— Ну прекрати, — ворчливо толкнул его локтем догнавший их Лиман у двустворчатой двери обозначенной столовой. — Он оступился. Исправится, вернётся…

— Э-э, парень, — одёрнул его Гарц не дав договорить, пока командир плотно закрывал за ними створки дверей, убедившись, что остальные на своих местах. — Гони такие мысли к презренному Гарому. Они тебя в могилу заведут.

— Есть и другой Великий бог, — скривившись ответил Лиман. — Небесный Грон, которому хочу напомнить все мы служим. И Майнор когда-то был к нему ближе тебя.

— Приют Небесного дело давнее, — рядом встал Сайдэн и первым провёл взглядом по новому помещению, морщась от неприятного зрелища. — А поступки твоего друга говорят сами за себя. Тебе придётся смириться Лиман и скорее всего выбрать сторону.

— Он ничего…

— Не подошёл ещё? — Сайдэн взглянул на расстроенного подчинённого и покачал головой. — Жди. Он всегда просил твоей помощи и цеплялся за тебя, как за юбку матери, которой никогда не знал. Слабые легко управляемы.

— Он не слаб.

— Слаб. И глуп. Решив стать новой собачкой императора, Майнор подписал себе приговор. И теперь его может погубить любая оплошность, ведь люди, окунувшиеся в золотой блеск имперской грязи, уже никогда не смогут из неё выбраться не захлебнувшись.

Лиман, нахмурившись опустил голову и поджал губы. Сам всё понимал, но жалко ему было терять близкого друга. Сайдэн хлопнул его по плечу в поддержке и двинулся в центр смердящей трупным ядом комнаты.

Грани гробов заблестели в слабом свете магических огней, запущенных под потолок. Гуляющий по разрушенному дымоходу ветер выползал тонким сквознячком по полу и издавал завывание, от которого кровь стыла в жилах. Лиман содрогнулся и покосился на Сайдэна, но тот лишь прищурился, осмотрелся. Гарц же подошёл ближе к длинному столу со стороны главы рода и закашлялся от запаха, пусть и замурованной, но разлагающейся плоти.

— Милорд Гериан, — произнёс Гарц и кивнул на остальные коконы, — и семья. Восемь и…

Взгляд лекаря застыл на секунду, глаза расширились, и он шумно сглотнул, попутно начав рыться по карманам. Командир проследил его взгляд и понятливо кивнул, принимая информацию.

— Супруга главы рода?.. — Лиман резко побледнел, поморщился, но взгляд от высохшего кровавого пятна на другой стороне залы не отвёл.

Щёлкнула металлическая крышка коробочки портсигара, Гарц облизнувшись, тяжело вздохнул и убрал его обратно за пазуху. Сайдэн окинул лекаря понимающим взглядом, скинул наплечный мешок на ближайший стул и достал из него небольшой сундучок, не больше девичьей шкатулки для украшений. Вот только в этом сундучке блеск источали вовсе не драгоценности, а тонкий стеклянный сосуд с кровью императора, щепетильно обложенный слабо проводящими кристаллами для создания артефактов. Печати соединяли компоненты, а заряд магии, что пускал в сундучок владелец, помогал вторгнуться в чужое заклинание и разрушить его нити.

Ножки трёх стульев лёгким скрипом о паркет обозначили свою занятость и на бело-багровую скатерть богатого стола опустились руки трёх магов ладонями вверх. Командир кивнул и зашептал нужные слова. В тот же миг лёгкий золотистый свет озарил собой всё вокруг: грани сундучка загорались одна за одной, ведя тонкую изящную линию по вырезанному на красном дереве рисунку, пока не достигли плоской крышки, где закрутились витиеватым сложным узором печати с крошечными письменами, что без лупы и прочесть было нельзя.

В благоговейной тишине раздался первый хруст, но маги и плечом не повели, спокойно продолжая сидеть и делиться магией с командиром. И стоило печати полностью обозначиться как на ладонях мужчин резко загорелись похожие символы с крохотными надписями, освещая слабым светом полутьму залы. В этом и заключалась сложность — запретная магия, пусть даже основанная на артефакте была так же опасна и могла высушить сжечь мага за долю секунды. Но командир разведывательного отряда был не таким магом, ему хватало сил удержать свои резервы от пожирающей магии недолгое время, а артефакт и союзники могли помочь достичь желаемого — перекинуть на себя связку заклинания и разрушить его.

Нити имперской магии принялись рваться с осязаемым треском и в тот же миг захрустели коконы вокруг стола. Лёгкая сине-золотая дымка поднялась рваным полотном, обнимая блестящие тьмой стенки кокона. Заскрежетали тонкие словно металлические листы сминаясь сухим пергаментом и издавая лязг, эхом разносившийся по просторной обеденной комнате. Неприятный звук усилился и к нему стал добавляться перезвон — это потрескавшиеся коконы начали разрушаться, осыпаясь на пол тонкими острыми кусками кривых блестящих в золотом свете стенок «гробов». С каждой секундой перезвон перерастал в шелест множества кусочков стекла и наконец послышались глухие удары — тела, освобождённых членов семьи Сарванторино падали на пол.

Четыре.

Шесть.

Восемь.

Коконы восьми членов рода рассыпались на части, теперь сверкая на полу острыми гранями в свете золота магии императора. И в тот же миг сундучок-артефакт резко потух, оставляя вокруг себя лишь дымный след, как от горящих угольев в костре. Магия иссякла, ритуал освобождения завершён, пора уходить.

Сайдэн торопливо поднялся, но пошатнулся.

— Командир, — сразу позвал Лиман, заметив.

Но тот лишь поднял руку и провёл у себя под носом. Ничего. Сайдэн нахмурился, поморгал и потряс головой. И снова всё в порядке. Странно. Ни один подобный ритуал прежде не обходился для него так легко — без потери сознания, быстро, ёмко и даже кровь носом не пошла.

Гарц, видно, тоже об этом подумал и судя по выражению лица мысль его посетила нехорошая, от чего он решил промолчать, лишь поцокав себе под нос. Оба помощника тяжело дышали, пот скатывался по их лицам крупными каплями, но оба старательно не подавали виду, крепясь и стискивая зубы, когда поднимались.

Сайдэн тоже тяжело дышал, но и только, даже резерв не был иссушен полностью, он чувствовал на дне остатки магии.

— Командир? — Гарц вывел из задумчивости, оказалось он даже успел подойти и положить руку ему на плечо. — Как ты?

Далёкий грохот был отголоском собственных мыслей, что как омут затягивали, пользуясь усталостью. Но нарастающее чувство тревоги не позволило себя обмануть, а когда звук начал приближаться окрепла уверенность и рукой он быстро выудил из рюкзака крохотный пузырёк.

— Всё хорошо, — произнёс Сайдэн, поворачиваясь на шум и одним глотком осушая тёмно-синий сосуд с зельем. Гарц и Лиман торопливо последовали его примеру, выпивая собственные крошечные пузырьки с зельем. Выхватив мечи, они бросились к дверям, прихватив сброшенные вещи и утягивая за собой пару магических огней, но добежать не успели — двери распахнулись и в комнату ввалились все члены отряда до единого.

— Какого Гарома?! — вскричал Гарц на лету врезаясь в Баксмера, что еле устоял на ногах и тут же взвыл, хватаясь за бок. — Когда?! Как?!

Сайдэн в миг оценил ситуацию, захлопнул двери и отдал приказ возвести защиту и поставить один щит с общей поддержкой. Гарц в это время уже спешно оказывал Баксмеру помощь, а рядом крутилась Лория, пытаясь помочь.

— Что произошло? — Сайдэн обратился к раненому, но ответил Ирдан.

— Эта тварь снесла к демонам контур защиты! — злобно прокричал декан боевого факультета.

— Она нашу магию жрёт! — воскликнул Майнор и добавил с изумлённом лицом: — Никогда таких не видел.

И стоило ему это произнести как дверь под щитами затрещала, протяжно скрипнула и в миг разлетелась на щепки, осыпая отряд с ног до головы и создавая плотное пыльное облако.

— Не стоим, — скомандовал Сайдэн, всматриваясь в оседающую пыль и плетя атакующее заклинание, но никто не сдвинулся с места. — Живо! Уходим!

Крик командира раздался одновременно с оглушительным, пробирающим до костей, животным рёвом из узкого дверного проёма, в который судя по звукам ломающегося дерева тварь просто не помещалась. И в тот же миг оцепенение с людей в столовой зале спало. Затрещали атакующие заклинания, полетели сети и хлысты, мечи засветились высшей магией, окрашивая полумрак комнаты в разноцветные отсветы.

— Контур! — рыкнул Сайдэн и его меч засиял голубым светом, а зрачки озарил белый ореол.

К нему присоединился Гарц. Они в секунды сплели бело-синий щит, и он окутал собой дверной проём, в дымке которого уже проглядывался силуэт подвывающей застрявшей твари.

— Отнесите членов рода к дальней двери! — скомандовал Сайдэн, а сам поднял меч повыше. Белое пламя охватило острую сталь. Мечом командир вывел в воздухе круг, оставляя огненный след и с криком отправил пламенное кольцо вперёд, что со скоростью лавины врезалось в монстра не затронув щитов.

Пыль в миг развеялась, тварь завизжала скрипучим высоким голосом начав биться в болевых конвульсиях, а командир и его лекарь замерли словно вкопанные. Время замедлилось, огонь застыл, крик потерялся в изумлении и отвращении смотрящих, а белая магия пожирала человека.

Да, это точно когда-то было человеком. Человеческое мужское тело с ногами, изогнутыми как у парнокопытных животных коленями назад. Руки и ноги чёрные, словно покрыты смолой, имели отростки — короткие, длинные, острые, ветвящиеся как ветки деревьев — они упирались в пол и даже в стены, будто живые и явно помогали твари стоять, создавая дополнительную опору вокруг ненормально широких и длинных стоп и кистей с заострёнными удлинёнными пальцами. Голова с чёрными длинными паклями волос, покрытыми такой же чернотой, закрывали собой глаза, как прилипшие, а рот монстра застыл в вечном крике ни издавая ни звука. Но главное посередине его тела кожа словно проваливалась в линию, между рёбер, деля живот пополам вертикально, шириной с ладонь от самой шеи и до пупка — всё было втянуто вовнутрь, словно выкорчевано назад. А стоило твари повернуться боком и всё стало ясно — позвоночник выступал на спине, выпирая дугой вверх и натягивая до предела белую кожу. Он одиноко торчал острыми позвонками от копчика и возвращался на место у основания шеи. И от этого зрелища волна дрожи пробежала по телам живых, волосы на голове зашевелились, и даже зубы свело болью.

А когда наконец тварь перестала визжать и огонь потух, то за чернотой волос на миг загорелись пара алых точек, монстр успокоился, собрался и в пару ударов разнёс тяжёлой деформированной рукой половину стены, разметая остатки дверного проёма до последней досочки кажется лишь для вымещения злобы. Его тело точно было крепче стали и сейчас оно двигалось в их сторону, сметая всё на своём пути.

Глава 25. Нити кукловода

— Ты не стараешься!

Громкий отчётливый голос. Холодный пол под ногами, обутыми в тонкие мягкие туфли. Сборки бархатного платья на детских коленях и красивые рукава с ажурными белыми длинными манжетами, свисающими от локтей и ярко контрастирующими на тёмном подоле.

Толстый массивный край стола, письменные принадлежности и человек стоящий напротив и гневно смотрящий на неё тёмным взглядом. Он уже давно и долго ругается, что она неправильно называет фамилии главных домов и даже умудрилась забыть имена собственных предков, а она знала. Просто этот человек был так неприятен, что его хотелось вновь и вновь раздражать, и нервировать, чтобы он ругался и бесился.

Из-за спины донёсся тихий мягкий смех, но она не оборачивалась, точно зная кто пришёл на её занятие.

— Зачем же вы так ругаетесь, она просто вредничает, — неторопливые шаги гулко отражались от светлых стен, и картинка начала размываться.

— О, пресветлая! Адари издевается надо мной уже больше часа! — воскликнул мужской голос. — Молю! Я не могу это больше терпеть!

— Думаю ей просто нужна хорошая мотивация! Ведь она забыла, что после честно выполненного урока сможет поехать с матерью в особняк…

Слова слились воедино и утонули в плотном хлопке, а силуэт подошедшей женщины смазался — лишь мельком перед глазами сверкнул желтинкой тёплый взгляд светло-карих глаз и широкая добродушная улыбка.

…Свет утреннего солнца ослеплял и заставлял щуриться. На голубом небе, прикрытом пышными кронами деревьев, мелькали тёмные пятнышки весело щебечущих птиц. И пахло так приятно — травами и цветами.

— Адари!

Ноги понесли дальше. Вглубь леса, уводя от красивой цветастой поляны под шапки многолетних дубов. Лучшая часть леса около Роурдана.

— Адари!

Сердце гулко застучало, когда она перешла на бег. Ветер приятно обдувал лицо, ноги немного путались в пышном платье.

— Адари!

Она выбежала к канаве, где внизу журчал сверкающий на солнце широкий ручей. Никель сидел на огромном камне и широко улыбался ей. Такой довольный и наглый, даже руки зачесались как захотелось его столкнуть в воду! Отнял её кольцо и убежал, только и знал, что задирать её ни за что ни про что!

— Адари! — эхом оборвался голос уже размытого силуэта мальчишки.

…Громкий стук по двери испугал до дрожи и учащённого дыхания. Руки сжимались и разжимались, пока вокруг суетливо бегали слуги и мать с отцом громко решали, как быть.

— Адари, милая, — лицо матери оказалось смазанным светлым пятном, — сейчас ты пойдёшь с бабушкой на прогулку.

— Надень-ка на неё кулон, — отец, чьё лицо тоже размывалось, передал знакомую вещь подошедшей, закутанной в длинный плотный плащ бабушке и та вдруг принялась что-то кричать. Но было совершенно не ясно что, ведь в гостиной их дома мелькнула вспышка. Взрослые закричали и мать подпихнула к бабушке маленькую Адари.

— Обещай мне, что будешь слушаться леди Дарию и помнить всё, чему мы тебя учили! — мать не ждала ответа, ведь в следующую секунду за руку больно дёрнули и силуэт женщины стал отдаляться, размываясь от бегущих по щекам слёз.

— Мама! — Адари не понимала, что происходит, но ей было очень страшно. Маленькие ручки сжали любимого самостоятельно сшитого пушистого кролика. Мама осталась там, а они всё бежали и бежали вперёд.

— Мама… — прошептала девушка, не осознавая реальность, но слыша собственный голос.

Перед глазами прояснилось слишком внезапно и Алиара вздрогнула, осознав вдруг сильно возросшее количество людей. Спустя пару часов отдыха она всё же покинула лечебный зал и шла в свою комнату. Светлые, хорошо освещённые коридоры с плотными шторами, за которыми не прекращали звенеть стёкла высоких окон. Время двигалось к полудню и желудок начало изредка сводить голодными спазмами, но она этого не замечала, утопая в своих мыслях и провожаемая чужими любопытствующими взглядами. Как много людей. Такие разные, суетливые, они негромко переговаривались и в основном были заняты, но некоторые в более дорогих одеждах, словно прогуливаясь, степенно и горделиво разглядывали окружение, изредка морщась или хмыкая себе под нос.

Тяжело сглотнув, она постаралась не смотреть в смеющиеся, как ей казалось, лица и ускорила шаг. Никогда Алиара к этому не привыкнет. А стоило двери выделенной ей комнаты показалась из-за угла, она и не заметила, как влетела внутрь и плотно закрыла её за собой, облокотившись спиной и переводя дух.

Однако не прошло и секунды как неожиданный странный шорох заставил напрячься. Смело шагнув вперёд, Алиара резко замерла, когда ей навстречу выскочила молоденькая лекарка не старше её самой. Заметив хозяйку комнаты, она застыла немым изваянием с испуганным лицом, круглыми глазами и пустым ведром в руках.

Несколько секунд комната пребывала в тишине, пока девушка вдруг не отмерла и резко не присела, склонив голову. Белый накрахмаленный чепец и обвивающая шею девушки белая кружевная лента с ярко-красным овальным камнем. Помощница лекарей — младшая целительница. Алиара облегчённо выдохнула, потому что после появления Майнора комната перестала казаться безопасным местом и с этим стоило что-то делать. Обведя напряжённую недвижимую фигуру взглядом, она заметила рядом на полу охапку свежих перевязанных верёвкой дров, оценила срывающиеся капли воды с кромки ведра и красивый белый цветок в тоненькой стеклянной вазочке на каминной полке. Глаза невольно округлились, зубы стиснулись до боли. Зачем всё это нужно когда Роурдан в таком положении? Кому нужны цветы и кто сам не в состоянии позаботиться о себе кроме раненых? Эта молоденькая лекарка была сейчас нужнее в лечебной зале, а тратила время и силы на чужие глупые приказы.

— Кто приказал? — выдохнула Алиара, беря себя в руки.

— Меня-а… — начала лекарка отрицательно качать головой и виновато хмурить брови.

— Мне нужен честный ответ.

— Меня накажут, — тоненько пролепетала она.

— Не накажут, можешь не переживать.

Алиара просто не понимала, что она говорит. За что здесь нужно наказывать? Она решила дальше не мучить бедную девушку и произнесла:

— Его Величество Эндэриан Аркантар?

Лекарка осторожно кивнула, почти незаметно.

— Спасибо, Вы можете больше не приходить. — Девушка округлила глаза, явно испугавшись. — Приказ отменён, я поправилась и теперь могу справиться сама.

Не сильно поверив, лекарка немного подумала, но кивнула, принимая информацию и сразу поспешив к двери. Но беспокоило кое-что ещё. Вопрос Алиары прозвучал, когда она уже взялась за изящную ручку.

— А почему Вы не спите, можно спросить?

— Так я… — девушка слегка нахмурилась не понимая, но затем просто ответила: — В моём роду есть накопитель и мой старший брат, к счастью, вовремя достиг восьмого ранга, благодаря чему мою семью смогли разбудить. — Она счастливо улыбнулась и с гордостью добавила: — Мне повезло с даром. Без него привязку к накопителю я никогда бы не получила.

Алиара обдумывала новую информацию и молчала, поэтому девушка вновь поклонилась и поспешила уйти. Очень интересно получается — только привязанные к накопителю члены семьи будут разбужены если удастся разбудить сильного мага. Скорее всего так в менее родовитых семьях, ведь в знатных богатых домах привязку точно получили бы все. Взгляд опустился в пол и Алиара наконец обратила внимание на свою измученную обстоятельствами одежду. Слава Грону, вчера она заснула не переодеваясь, вряд ли Майнор озаботился бы её репутацией. От одной мысли стало стыдно – ночнушки она носила либо излишне короткие, либо прозрачные – всегда было жарко, да и живя в лесу с тётей можно было не беспокоиться о таких вещах, выбирая удобства, а не приличия.

Рука легла на место, где все десять лет висело украшение, что позволяло верить и не забывать, и вот теперь уже второй раз она его лишилась. Кулон точно забрал Майнор и, кажется, должен был отдать Сагмару, если она правильно расслышала. Что ж.

Алиара глубоко вздохнула, шумно выдохнула и подошла к кровати. Сумка лежала на том же месте, не тронутая. Мешочки с травами, ингредиентами и немного личных сбережений, баночки мазей, пузырьки зелий, обёрнутые холщовой тканью, пустой бурдюк всё ещё занимал место, а рядом истёртая толстая книга тётиных наработок. Алиара вытащила книгу, любовно погладила её по кожаной обложке и улыбнулась, невольно вспомнив их последнее чаепитие, однако тяжело вздохнув ей пришлось отложить и вещь, и память, возвращая взгляд к сумке. Четыре маленьких артефакта, пластина с письмом, тётино любимое украшение, артефакты Данкона Риуса и Маэль, а также несколько золотых от командира за приют отряда, аккуратно подшитые в подклад сумки на самое дно.

Майнор даже не проверил её вещи. А она успела напридумывать до трясущихся рук. Алиара обессиленно опустилась на кровать и тяжело выдохнула, стараясь воспроизвести события этого утра. Случилось слишком многое, слишком много тайн открылись, слишком тяжёлое пришло осознание, слишком неясной стала жизнь. И всё это тонкими нитями оплетало и резало сердце, заставляя нервы звенеть от напряжения, губы поджиматься, а дыхание сбиваться. Всё это было слишком.

Иллибы были малочисленным, но богатым родом. Они являли собой стражей императора, проводили спасательные миссии по очищению территорий от монстров или охраны важных особ, сжигая своим светом любую черноту и освещая самую плотную тьму. Работая вместе с друидами, они составляли собой специальные отряды и прекрасно справлялись с монстрами, вплоть до чистого спокойного леса, в котором ежедневно могли гулять даже дети. Она и сама играла там не раз вместе с другом — Никель — так его звали. Они любили бегать на старое водяное колесо возле заброшенной мельницы, что стояла там ещё когда поля не уступили место лесу, а императорский замок не притянул поселения людей ближе. Бабушка рассказывала. Она ведь проводила с ней время чуть ли не больше матери, которая участвовала в зачистках вместе с отцом, а что же теперь?

«Здесь не осталось никого, кому ты была бы нужна» — слова сами собой всплыли в голове и Алиара поморщилась как от боли. Хотя чего можно было ожидать, если она и не планировала её забирать из леса. Даже у Баксмера было больше к ней интереса!

Очередной тяжелый вздох вырвался из груди. Баксмер оказался мужем тёти. А сама тётя из рода Сарванторино. Немыслимо!

Алиара схватилась за голову и тишину комнаты пронзил мученический стон. Как же надоело собирать собственную жизнь по крупицам, прошлую и настоящую. Резко поднявшись, девушка быстро посетила уборную комнату, умылась ледяной водой и завязала высокий хвост, оправила совсем не свежую одежду, вновь застегнула все пуговки короткого жилета и подтянула корсетные шнурки. От простых действий возвращалось спокойствие и холодность рассудка. Мысли метались, но она чётко знала к кому идти сейчас и кому можно довериться. Выйдя, сразу направилась к тумбочке, осушила целый кубок воды и неосознанно замедлилась. Взгляд сам собой упал на злосчастный конверт, который торчал из приоткрытого ящика. Очертания изломанных углов бумаги в жёлтом свете масляных ламп и свечей притягивали и пробуждали любопытство. В прошлый раз страх перекрыл собой всё, но сейчас…

Знакомый запах перебил все мысли, заставляя замереть. Рука лишь коснулась краешка конверта, когда сзади что-то ощутимо зашевелилось. Алиара резко развернулась, но отбить атаку просто не успела. Крепкий удар в живот снёс её с ног, а за ним сразу последовал второй, угодив в правое бедро. Мгновенно нащупав тонкую рукоять маленького кинжала в голенище, Алиара выдернула его и замахнулась. Лезвие блеснуло в полутьме, и урвав несколько секунд отступления врага девушка быстро поднялась на ноги. Положение было катастрофическим. Она не умела толком драться, сзади в ноги то и дело упиралась кровать, отступать некуда, магия слушалась плохо, даже пробовать было страшно, а когда увидела лицо нападавшего так и вовсе поддалась секундной панике.

Адепт в два счёта воспользовался её замешательством и выбил кинжал из руки, затем обхватил запястья и поднял их над её головой, приблизившись почти вплотную. На неё сверху вниз смотрел Ниран Стигмар, высокий темноволосый парень, чьи кристально-серые глаза сейчас затмила чернота, полностью скрыв зрачки. Одной рукой он перехватил её, продолжая удерживать, а второй не мешкая схватил за горло. От неожиданности Алиара запнулась и они оба рухнули в мягкие перины кровати. Не позволяя ей вырваться, Ниран уселся сверху и зажал ногами усиливая хватку на шее. Из горла вырвался сиплый стон, тело наливалось болью и слабостью одновременно, мысли путались, а руки продолжали бесполезно витать в воздухе, царапая и колотя парня. Но когда в глазах начало темнеть, кончики пальцев наконец так знакомо и уже так неожиданно закололо.

Всего на пару мгновений, но комната утонула в такой яркой вспышке света, что вещи потеряли свои тени, а огонь и вовсе исчез из вида. И этого хватило, чтобы спихнуть с себя болезненно зашипевшего адепта и повернуться, нащупав сумку с вещами. Кашляя и хрипя, Алиара в панике шарила по своим вещам, не понимая, что сделать, пока свет не погас и крепкая рука не легла на плечо, пытаясь опрокинуть. Идеи не возникало, секунды утекали, резерв сжался от холода своей пустоты — и это напугало до дрожи.

Пластина тётушки легла ребром в руку, когда Ниран резко схватил Алиару за волосы и стянул на пол, начав поднимать. В глазах побелело от боли, на руках повисла сумка, зацепившись за артефакт, но даже сейчас Алиара понимала, что не может убить парня. Если она активирует пластину, то он сгорит в мешке барьера. Но если не активирует, то он её просто убьёт.

В доказательство её мыслям новая боль пронзила тело, когда Ниран вывернул ей руку, и артефакт полетел на пол, поставив точку в выборе. Парень нанёс ещё несколько ударов по лицу и животу, и когда Алиара обмякла на своих же волосах, швырнул её в угол возле двери. Хлюпающий хрип, едва различимый сквозь разнообразие боли, издало собственное тело, она открыла глаза и поняла, что ладонь разрезал осколок разбившейся банки. Банка с мазью тёти Марэи, что выпала из сумки и раскололась прямо у ног адепта.

Глаза округлились, мысль пробежала внезапно и не успев её даже понять, Алиара вытащила из сумки вторую банку с мазью, открыла её, зачерпнула рукой половину и швырнула прямо в парня. Ниран взвыл от боли, он не кричал, но шипение и тихий хриплый писк духа внутри него выдавали всё. Места куда попала мазь мгновенно покраснели, от них начал исходить лёгкий дымок, а парень замер в болевом шоке, лишь пытаясь стереть с кожи жгучую густую смесь.

Алиара зачерпнула ещё мази, подбежала к парню и просто приложила руки к его лицу, в этот раз сама опрокидывая его на пол и усаживаясь сверху. Ниран корчился, дёргался, вновь схватил её за волосы, пытаясь стянуть с себя, но противный скрипящий писк внезапно начал угасать, а сквозь него различались хриплые стоны боли человека. Это настолько воодушевило, что, когда очередной удар по рёбрам выбил воздух из лёгких и заставил скорчиться, а перед глазами заплясали цветные мушки, Алиара пыталась отрешиться, сосредоточенно хватая парня за лицо, шею, плечи и руки, везде, где могла дотянуться до голого тела.

Пока вдруг не услышала тихое еле различимое:

— Хватит…

Осознание чёткого слова подбросило, она распахнула плотно сжатые веки и поняла, что душит парня, который чистым ясным взглядом, светло-серых, почти кристальных глаз смотрел на неё. Она сразу разжала руки и упёрлась ими в пол по бокам от него.

— Рад… тебя видеть…

Его хриплый шёпот было еле слышно, лицо болезненно белое, с красными ожогами, дыхание прерывалось, по вискам стекал пот, а он улыбался, широко и радостно улыбался. Всего несколько секунд осознания, и она улыбнулась в ответ.

Счастливые улыбки облегчения переросли сначала в смешки, а потом и вовсе в радостный долгожданный смех. Алиара наконец скатилась с парня и улеглась рядом на полу шумно выдыхая. Было так хорошо, а когда они успокоились, то ещё некоторое время лишь молча лежали рядом и, как ни странно, просто глубоко дышали. Чувствовали жизнь и наслаждались её самыми приземлёнными частями, даже болью.

— В лесу было легче, — наконец тихо произнесла Алиара, поворачивая голову и заглядывая в глаза смотревшему на неё парню.

— Спасибо, — тихо произнёс он и вдруг его взгляд потускнел, глаза закрылись, а руки безвольно упали вдоль тела.

— Ниран! — Алиара подскочила на колени, и вдруг согнулась в резком кашле, хватаясь за пронзивший болью живот. Немного придя в себя, она потрясла парня за руку, наклонилась послушать сердцебиение и затем приподняла веки, проверяя белки глаз. Но на первый взгляд всё было в порядке, дело было не в духе.

Подняться на ноги оказалось невероятно трудно, но стиснув зубы, Алиара пошатываясь выбежала в коридор и сразу наткнулась на мягкие руки и нежный бархат тёмного платья. Подняв глаза, она замешкалась, но тут же отошла, облокотилась о стену и прохрипела срывающимся голосом:

— Помогите!

***

Очередной поворот и снова тупик. Этот чёртов дом имел просто нескончаемое количество коридоров и проходов через них. Отряд разделился и Сайдэну вместе с Ирданом и Баксмером удалось отвести тварь подальше от остальной части группы, которая перемещала спящих членов семьи Сарванторино в комнату телепортаций.

Резерв уже был на исходе, пусть монстр и медлителен, но каждый его удар, достигающий цели вдребезги разбивал щиты и легко ломал защищённую магией сталь клинков. Декан боевого факультета в очередной раз разрушил тонкую стену перед ним, пока Баксмер стягивал чёрными хлыстами подбирающуюся тварь. Сайдэн вновь поднял руку и по ладони разлилось голубовато-белое пламя, охватывая кожу, но не причиняя вреда. Пройдя в образовавшийся проём, отбив на ходу несколько падающих досок и кусков отделки, командир сразу осмотрелся и поднял руку, показывая, чтобы за ним следовали. Баксмер и Ирдан уже привычно уронили надоедливую живучую тварь на бок и задыхаясь подбежали к командиру.

— Мы… в… полной… — Ирдан упёрся руками в колени и наклонил голову, хватая ртом воздух и пытаясь договорить.

— Спокойно, — Сайдэн внимательно следил за насыщенностью цвета камней на своём браслете телепортации. Он точно знал какой должен быть оттенок и как поведёт себя энергия при активации трансдукции. — Осталось не больше минуты.

— Нет у нас минуты, — злостно выдавил Баксмер сквозь зубы, стирая рукавом пот со лба и не отводя взгляда от проёма, где в туже секунду появилась тонкая обременённая чёрными отростками рука, цепляясь ими за остатки стен и выламывая себе проход пошире.

Мужчины не шевелились, прекрасно зная, что пока время есть и медлительность твари играет им на руку, но сил и магии уже ни у кого толком не осталось. Обречённые усталые вздохи сопроводили магические вспышки атакующих плетений, но командир поднял руку, останавливая подчинённых и вышел вперёд. Кисти его рук в мгновение ока оплела густая туманная дымка бледно-голубого почти белого цвета, сплетаясь и в мгновение растворяя пламя, лёгкий блеск появился в глазах и шлейф магии начал окутывать ступни ног, формируя круг.

Командир сделал два точных движения, прошептал активацию и в только что выбравшуюся тварь полетел сгусток плотной магической концентрации, издающий звук потрескивающей энергии и оставляя за собой взметнувшееся еле видимое облако собственного шлейфа. Импульс в секунды достиг монстра и врезался ему прямо в грудь, взрываясь снопом белых искр и жадно перекатываясь волнами по чёрно-серому телу, одновременно замедляясь и втягиваясь в мычащую от боли тварь. Губы Сайдэна вновь зашевелились, руки сверкнули и застрявший было импульс с новой силой продолжил вдавливать энергию в серое тело.

Отвратительные скрипучие стоны и пробивающийся тонкий писк резали уши живых, пока чёрные длинные пальцы существа рвали собственную плоть отростками пытаясь избавиться от магического снаряда, что обволакивал всю грудь и перекатывался волнами вновь и вновь явно пугая этим человекоподобную тварь.

— О, Грон Великий, Гаром Презренный, — невольно зашептал Ирдан, — да помилуйте расы мира вашего низвергая злость свою в реки магические. — Круглыми глазами декан смотрел на происходящее и должно быть впервые в своей жизни искренне шептал молитву. — Пусть они питают земли грешные, очищая и даруя силу и волю вашу…

— Прекрати, — огрызнулся Баксмер, собирая в руках магию и явно готовя плетение.

Командир же опустил руки, шумно выдохнул и обернулся. Его глаза светились ярко-белым светом, особенно впечатляюще в полутьме помещения. Ирдан даже запнулся и замолчал.

— Возьми себя в руки, — рыкнул на него командир, пройдя мимо и обратился к Баксмеру: — Создай клетку с шипами вокруг него.

Баксмер кивнул, приняв приказ, но пока растирал пальцы готовясь, не сдержал вопроса.

— Что ты сделал? — он кинул взгляд на монстра, что продолжал вопить, но застыл без движения с воткнутыми в своё же тело пальцами, из-под которых сочилась чёрная кровь.

— Остановил его время, — произнёс Сайдэн не останавливаясь.

Ответ командира привёл подчинённых в себя и теперь они провожали его широко распахнутыми глазами и приоткрытыми ртами. Всегда сдержанный друид перестал себя контролировать, навесил на монстра заклинание и бросил Ирдану:

— Ты видел повышение его ранга? — несдержанно спросил он у замершего декана. — Когда это произошло?

— Не было повышения, — промямлил тот и задумался. — Хотя, возможно. Сайдэн давно был у грани.

Такая информация выбила друида из колеи ещё больше, он на пару секунд замер, стиснул зубы и гневно выругался, а затем выдохнул и беря себя в руки поспешил за командиром. Ирдан же не заметил всего этого, его взгляд вновь был прикован к замершему монстру, по телу которого прокатывались лёгкие магические белые волны.

— Уходим, — издалека прокричал Сайдэн, выводя декана из ступора.

А вскоре в портальной комнате зазмеились тонкие жгуты полупрозрачных нитей окутывая тела людей отряда разведки командующего Сайдэна и спасённых выживших членов семьи Сарванторино. Вспыхнула точка трансдукции соединяя пространства и вытягивая остатки магии из браслетов переноса. А через несколько секунд всего в паре комнат от группы новая тварь чёрного леса разрушила колючую клетку и вновь застыла, на этот раз почувствовав всплеск магии переноса и потеряв свою цель.

Особняк заново наполнялся тишиной, редким скрипом половиц под тяжестью монстров и дребезжанием стёкол в оконных рамах. Непрекращающаяся буря обнимала поместье, заботливо укрывая тьмой и туманом.

Глава 26. Звенящее напряжение

Полутьма коридора мрачным покрывалом укутала силуэты, позволив лишь раз заметить яркий отблеск свечей в глазах высокого мужчины в военном кителе, который без слов обошёл Алиару, направившись к Нирану. Женщина же, в чьи руки она угодила была до боли знакомой, пока вдруг резко не смяла в нервном движении длинных пальцев край белой пушистой шали — и образ сложился — леди Шер нервно поджимала губы, шальным взглядом заглядывая в комнату, а подошедшая следом целительница испуганно ахнула и чуть не выронила лампаду. Пролив на пол несколько капель горячего масла, она поспешила зацепить в настенный держатель ручку и подскочила к Алиаре.

— Да кто же вас так?! Что случилось? А где же Дорин? — запричитала леди Шер, переходя с крика на шёпот, не ясно к кому обращаясь и блуждая вокруг взглядом. — О, Грон Великий Всемогущий! — вновь воскликнула она и снова затихла, как-то странно всхлипнув.

Лёгкий импульс силы пробежал по телу и растаял, неожиданно подтолкнув к горлу тугой ком тошноты, а это уже могло означать близкое истощение резерва, который словно и вовсе перестал пополняться. Разве такое возможно?

Тяжело отлепившись от стены Алиара поймала взгляд лекарки Окины, что, как ни странно молчала, возможно при лорде, но и в комнату не спешила заходить, круглыми глазами сверля спину мужчины и пребывая в ощутимом, даже липком страхе. Алиара невольно содрогнулась, подумав вдруг о худшем и вернулась к Нирану, стараясь не обращать внимания на стреляющую боль в правом бедре и животе.

Лорд Стигмар стоял на коленях, замерев каменной статуей и держал бледно-серого юношу за запястье, прикрыв глаза. Ниран всё также лежал на полу без сознания.

— Что произошло? — полушёпотом произнёс лорд, заставив мурашки волной пробежаться по телу девушки. Она перевела взгляд на него, но он сосредоточенно продолжал что-то делать, не открывая глаз.

— Что вы делаете? — она хотела ответить, хотела. Но вопрос вырвался сам, хриплым, каркающим голосом.

— Наш родовой накопитель пуст, но я и сам могу…

— Вы передаёте ему свою магию? Вы его отец, — прошептала она, догадавшись.

— Так что произошло? — уже с нажимом произнёс мужчина.

Тогда в коридоре, после пяти дней сна, он был одним из первых кого она встретила. Высокий, громкий, довольный жизнью — сейчас он пугал лишь одним своим присутствием рядом.

— Он появился неожиданно и напал на меня, — она вновь всмотрелась в измождённое лицо парня и хрипло добавила: — Его глаза были чёрные…

— Дальше, — кивнул мужчина и вены на запястье Нирана, что он крепко сжимал вдруг слабо засветились белым светом. Лорд Стигмар недовольно выругался и медленно выдохнул. Свечение постепенно угасло.

— Он пытался убить меня. Спасла лишь случайность…

— Всё, — выдохнул лорд и вдруг пошатнулся.

Мужчина открыл глаза, бережно опустил руку сына и тяжело дыша, вдруг поднял с пола пластину, крутанув её в пальцах и разглядывая. Пластина тёти, что выпала из руки. Алиара испугалась, но лорд лишь спросил:

— У тебя был выбор? — он передал ей пластину, внимательно наблюдая за её лицом. И она кивнула, потому что говорить больше не могла – слишком больно. А он кивнул в ответ: — Спасибо.

Торопливо собрав разбросанные вещи обратно в сумку, туда же кинув пластину и остатки мази, девушка позволила себе подойти к Нирану. Она взяла его за руку и крепко сжала в мысленной поддержке, ей так хотелось его ободрить, дать понять, что сделает всё от неё зависящее, чтобы помочь. Но умиротворённое лицо парня лишь заставляло переживать, и она отвернулась. Лорд Стигмар же в это время подозвал лекарку и просил куда-то сбегать, но та противилась, а из коридора слышались нервные причитания неумолкающей леди Шер.

— Я схожу, — сипло произнесла Алиара, подойдя ближе. Пить и прилечь хотелось невообразимо, но кувшин, всегда стоявший на столике у кровати, незаметно для неё разбился, а отдыхать было не время. К тому же следовало найти сговорчивую лекарку и попросить помощи, раз собственная магия так сбоит. Боль, разносившаяся по телу, мешала связно думать и не сулила ничего хорошего. Следовало снять отёк с горла, не хватало опять лишиться дара речи, уже по собственной неосторожности.

— Окина, — рыкнул на лекарку лорд не понятно, за что и, только тогда она присела в поклоне, сразу обиженно подбежав к Алиаре. Кажется, она упустила их разговор.

— Сразу Окина, — лекарка, не спрашивая беспардонно схватила Алиару за руку, а вторую положила на шею и лёгкое покалывание теплом разлилось по болевым точкам. — Окина то, Окина это, — бурчала девушка себе под нос, — я может и не спала совсем. Ношусь с вашими леди, простыни им видите-ли пахнут! Ах, она порезала пальчик пока училась разжигать камин! А Окина следи, делай, лечи вот теперь!

— Окина! — вновь рыкнул лорд Стигмар. — Ты лекарь или баба базарная?! Имей уже совесть и достоинство.

— Да, милорд, — пискнула девушка и зло посмотрела на Алиару, впрочем, не прекращая лечить, как и ворчать.

Лорд Стигмар аккуратно поднял на руки сына и подошёл.

— Ну? — требовательно спросил он у лекарки.

— Я лишь младшая целительница…

— Результат, Окина!

— Отёк и порез убрала, гематому и кровоизлияния уже не могу. Приглушила где могла, но надо бы…

— Алиара? — обратился к ней лорд не дослушав. — Как ты себя чувствуешь? Сможешь сделать?

— Да, — прохрипела она в ответ и поняла, что и впрямь стало легче говорить и дышать. — Спасибо, — улыбнулась она лекарке, но та лишь скривилась и отвернулась. Алиара вернула взгляд лорду Стигмару. — Как вы нас нашли?

— Моё родовое кольцо, — милорд указал на руку сына и Алиара сразу вспомнила, что известное родовое кольцо приметила ещё при первой встрече в лесу. — Я был обременён честью разделить тревогу матери, — он кивнул на леди Шер, что рассеянно блуждала взглядом по стенам, — одного из адептов в той комнате.

— Дорин Шер, — тихо произнесла Алиара и Стигмар кивнул, а матушка адепта вздрогнула.

— И в тот момент я познал тревогу этой леди. — В глазах лорда отразился настоящий страх, но лишь на несколько мгновений, а затем он сильнее сжал в руках сына. — А дальше стоило лишь воззвать и зов привёл сюда.

Алиара и сама покрылась мурашками по всему телу, словно разделяя страх этого мужчины. Сейчас слушая как он серьёзно рассказывает о произошедшем, он даже напомнил лорда Сагмара, что любил высокопарные слова и мягкие интонации. Вот только лорду Стигмару это было не присуще.

— А вы… — он посмотрел на леди Шер.

— Вы обещали лорд, — произнесла она, подходя, и требовательно взглянула на мужчину.

— Конечно, — он поморщился на секунду. — Вы идёте со мной. Алиара, — он дождался её внимательного взгляда и продолжил: — Приведите ко мне Ринэль и Тэйрона.

— Канцлера?

— Именно. И Сагмара захватите, — бросил он уже разворачиваясь и двигаясь к выходу. — Мы будем в комнате с запечатанными адептами.

Он ушёл и за ним поспешили две женщины, а Алиара тяжело вздохнула и вдруг вспомнила о конверте, что привлёк её внимание до нападения. Жёлтый краешек больше не торчал из верхнего ящика, теперь конверт плавал в луже, полностью пропитавшись водой из опрокинутого кувшина. Аккуратно достав то, что осталось от листа пергамента, она, недолго думая, разорвала его и подцепила край лежащей внутри вещи. Но как только пальцы ощутили гладкий край, сердце пропустило удар в страхе, рука дрогнула, роняя содержимое на пол.

«Молчалка».

Тяжело сглотнув, Алиара подняла белый кусочек металла, что сейчас был немного странной овально изогнутой формы с загнутыми более тонкими краями, отдалённо напоминая ската. Абсолютно гладкая структура приятно ощущалась в руке, но по телу всё равно прошла дрожь от воспоминаний тех ощущений. Терять дар речи оказалось немыслимо тяжело. Хмыкнув, девушка убрала артефакт молчания в карман сумки, что повесила на плечо и поторопилась на выход, стараясь не думать, о человеке, что оставил ей такой подарок.

Особое зрение привело куда нужно в считанные минуты и добравшись до зала Советов пришлось сразу свернуть в следующий коридор, где через одну дверь все тонкие и толстые разноцветные нити аур стянулись в плотный шар, перемешиваясь со знакомыми золотистыми бликами. По мере приближения, звуки, доносящиеся из залы, нарастали и клубок ауры уже заполонил всю комнату, мелькая в глазах и мешая осознавать реальность, совсем как на городских улицах нижних районов. Пришлось убрать способность, что сразу позволило почувствовать терпкий запах магических принадлежностей для телепортации, кажется это вторая такая комната, ведь первый точно был зал Советов. Однако в нём так затхло и дымно не было, здесь точно использовали свечи и благовония.

Догадываясь, что происходит, Алиара сглотнула и замедлила шаг, чтобы выглянуть из-за угла. Большая комната была заполнена людьми до отказа, мелькали спины, срывались голоса радости и чёткие команды, лекари столпились небольшой группой в центре и что-то делали на полу. Пара шагов позволила понять, что они склонились над лежащими людьми, что открыли глаза, быстро шумно дышали, но молчали и не двигались, словно не могли управлять своим телом. Неприятно знакомые лица…

— Алиара! — радостный крик прорезал общий шум помещения и даже заставил нескольких ближайших людей обернуться на неё, когда подскочивший внезапно Лиман крепко её обнял.

— Вы вернулись, — она обняла его в ответ и отстранившись сразу осмотрела. — И так быстро.

— Нас подгоняли внезапные обстоятельства, — уклончиво ответил он.

Знакомая форма разведотряда была сильно пострадавшей, но и только. Сам Лиман широко улыбался, глаза светились довольством и разглядывали её в ответ, а общий измученный вид нисколько ему не мешал.

— Рада, что ты в порядке, — улыбнулась Алиара другу.

— А ты как-то странно выглядишь, — чуть нахмурился он и начал вглядываться в её лицо, благо целительница знала своё дело и вряд ли сейчас можно заметить… — Это синяки на шее?

— Алиара! — теперь к ней подошёл Гарц и не преминул также крепко её обнять, к счастью, сбивая Лимана с мысли, начав на него ворчать. — Так вот ты куда рванул, хоть бы кликнул нас, стервец… — он осёкся и бросил на девушку виноватый взгляд. — Прошу простить, — поджал губы в улыбке и затем призывно махнул рукой куда-то в сторону.

— Как я вам рада, — не сдержалась Алиара и поняла, что даже глаза заволокло пеленой непролитых слёз. — Всё прошло хорошо?

Смутившись, она опустила голову и попыталась проморгаться, не заметив, когда к ним подошёл ещё один знакомый.

— Не сказал бы, — спокойный тон столь знакомого голоса, который она не слышала, казалось уже вечность, а ведь всего-то пришлось вновь самой столкнуться с трудностями, не рассчитывая на помощь, к которой можно так легко привыкнуть.

Алиара подняла круглые глаза на Сайдэна и его взгляд ощутимо потеплел. Он выглядел неплохо, не был ранен и в целом уверенно держался на ногах, но отчего-то пелена слёз размыла мир только сильнее и по щеке покатились первые слёзы. Она поджала губы, стараясь сдержаться и успокоиться, а мужчины вокруг неожиданно засуетились.

— Ах ты ж как, — добродушно прокряхтел Гарц, качая головой и слегка посмеиваясь, словно в умилении.

— Всё-таки что-то случилось! — воскликнул Лиман и хотел подойти, но его вдруг опередил командир.

Сайдэн неожиданно для всех шагнул прямо к ней и просто прижал к себе, укладывая её голову на свою грудь и прижимая широкой ладонью. Сначала лёгкая волна паники накрыла, сбивая мысли, заставляя нервничать, и упираться руками в крепкое тело. Но её вялые протесты были встречены лишь лёгкими поглаживаниями сильных рук по спине и голове, стало так спокойно, так уютно и тепло, что девушка и вовсе расслабилась, позволяя слезам выйти и неожиданно для себя громко всхлипнуть.

— Простите, — пролепетала она тихо и отстранившись от Сайдэна наконец смогла взять себя в руки. Всё же нервное напряжение давало о себе знать, она сильно переживала за них. — Куда вы были направлены? — неожиданно на ум пришло осознание, что она упускает драгоценное время! Она здесь не для этого. — Мне нужен господин канцлер, Ринэль и Сагмар!

Три удивлённых мужских взгляда скрестились на ней.

— Алиара, — Лиман нахмурился и решительно произнёс. — Выкладывай.

Быстро и коротко объяснив, кто нужен и кому, она не спешила рассказывать о произошедшем и тратить на это ещё больше времени. Сайдэн сразу направился искать нужных людей, почему-то отдав приказ Лиману оставаться с Алиарой. Гарц же просто остался рядом, начав шарить по карманам явно в поисках любимого портсигара. Он открыл одну металлическую коробочку, но она оказалась пустой, затем вторую, но и в ней не было желанного.

— Алиара, расскажи, что произошло конкретно, — продолжал настаивать Лиман, но она лишь отрицательно покачала головой.

— К Гарому всё, — ворчливо плюнул Гарц, бросив поиски.

— В каком особняке вы были? — вопросом на вопрос ответила она и подняла брови, показывая, что сейчас не время.

Но и Лиман молчал, только бросив быстрый взгляд сквозь толпившихся людей.

— Канцлер, Ринэль и Сагмар, — сказал Гарц, проследив за его взглядом, — именно те люди, которые сейчас нужны здесь и только здесь! Этот Стигмар прекрасно знал, что отряд вскоре вернётся и понадобится разбудить спасённых. Никогда не думает о других!

— Но он думал о сыне, — задумчиво проговорила Алиара, продолжая поглядывать вдаль, выискивая знакомые лица.

Взгляд сам собой перешёл за спины мужчин, пытаясь среди столпившихся людей вновь взглянуть на спасённых. Но стоило вернуть его обратно и она заметила, как Лиман отрицательно качнул головой на молчаливый вопрос Гарца, а заметив её взгляд лишь сделал вид, что ничего не было.

— Гарц, — резкий голос командира рассёк общий шум, и лекарь поспешил удалиться.

И ровно в этот же момент за плечом Алиары раздался бархатисто нежный тембр знакомого голоса, что пугающим ознобом прошёл по телу.

— Приветствую Алиара, — Баксмер приблизился вплотную и его неизменно чёрный сюртук полами коснулся предплечья Алиары, от чего она неловко отшатнулась и чуть не упала, но он хватко поймал её за руку, заглядывая в глаза. — Аккуратнее дорогая. Ты нужна мне целой и невредимой.

Выдернув руку, она сразу отошла на пару шагов и несдержанно произнесла:

— Поэтому вы подкинули мне молчалку? Ценной, невредимой и тихой? Для чего?

— Не понимаю о чём речь, — спокойно отозвался мужчина и ей на мгновение показалось, что он подмигнул. Показалось? Да? — Если я тебя обидел чем-то, только скажи и я всё исправлю. Не хочу, чтобы наше будущее началось с недопониманий.

— У нас нет и не может быть никакого будущего! — она повысила голос и сразу опомнилась, мельком глянув по сторонам. Этот мужчина беспокоил и заставлял её нервничать. — Чтобы вы там себе не придумали, я лучше вернусь в лес к монстрам, чем…

— Император решил не рассказывать о своих планах? — перебил её Баксмер и сверкнул белыми зубами, какой-то пугающей ухмылкой. — Что ж, я оставлю эту ношу на его плечах. Но хотелось бы отметить, что выбор…

Он подошёл ближе, но Лиман вдруг встал между ними, отгораживая Алиару широкой спиной. Ей не было видно лица друга, но с лица Баксмера улыбка мгновенно стекла. Не скрывая недовольства, он вновь посмотрел ей в глаза и сдержанно продолжил:

— …перед нами не стоит. Твоё прошлое подскажет, что обязательства Иллибов и Друидов дело привычное и необходимое. — Его взгляд липко скользнул по ней. — А в данном случае ещё и желанное.

Баксмер кивнул и вполне довольный собой откланялся, а Лиман повернулся к ней, разглядывая с немым вопросом.

— Не смотри так, — поджав губы она отрицательно мотнула головой, — я и сама ничего не понимаю. Он был мужем моей тёти.

— Что? — глаза друга округлились в неверии.

— Да вот же он! — милый женский голосок и неожиданно тяжёлая рука легла на плечи, притягивая к мужской груди и крепко прижимая.

— Рад, что ты скучала, — заявил Майнор, обжигая щёку горячим дыханием.

— Так вы пара! — тут же восклицает незнакомая девушка, обаятельно прикрывая ладошкой рот и тараща большие лазурно-синие глаза, такого оттенка, что трудно перестать её разглядывать. Алиара моргнула и на пару секунд мир вновь окрасился разноцветными пятнами и нитями. Этого хватило, чтобы выяснить, что необычный цвет глаз девушки напрямую отражает её необычный оттенок уровня магии. Её ранг — синий. Как у Гарца, должно быть она невероятно сильна.

Резкий смех наглеца заставил опомниться и Алиара дёрнулась, но он лишь сильнее сжал плечи:

— Моя любезная должница, — заявил Майнор.

— С каких это пор? — Алиара возмущённо оттолкнула его, скинув руку и торопливо отодвигаясь.

— А разве ты ничего не теряла? — он улыбнулся и хитро сощурил глаза, прямо-таки светясь довольством.

— Нет, — ответила девушка, но чётко чуяла подвох.

— Ну как же, — Майнор вдруг схватил её за ладонь и крепко прижал к своей груди. — Чувствуешь?

Алиара смутилась и растерялась, а парень искренне рассмеялся, получая от этого удовольствие. Руку выдернуть не получалось, он сжал её до боли и Алиара уже начинала злиться. Что за глупая привычка хватать людей и сжимать? Она невольно метнула взгляд к Лиману, неожиданно для себя прося немой мольбой помощи, но он замер с хмурым лицом и сжатыми губами, при этом явно понимая её просьбу. Неприятный укол зародил в душе сомнения и стыд — она забылась, привыкла к чужой безвозмездной помощи на каждом шагу. Злость затуманила все мысли.

— Отпусти, — прошипела она и краем глаза заметила, как дёрнулся Лиман.

— Майнор, ну хватит, — неуверенно заговорил он. — Ты же понимаешь, что ей неприятно.

— А ты от Гарца нравоучения подцепил? Наивен как первокурсница, — бросил Майнор не сводя глаз с Алиары. — Девушкам всё это нравится даже больше, чем нам. Поверь.

— И где ты таких нашёл только? Уверен, что то, были девушки? — продолжая дёргаться злобно осведомилась Алиара. — Если ты немедленно меня не отпустишь…

— То, что будет? — его брови взлетели, а губы искривила ироничная усмешка.

— То придётся пересчитать тебе рёбра или зубы, — рядом неожиданно возник командир и все разом вздрогнули и замерли. — Выбирай.

Тело содрогнулось вновь, когда Сайдэн ощутимо отпустил свою ауру, что плотной волной силы словно дымное кольцо быстро пронеслась сквозь ближайших людей и мгновенно растаяла. Видно её не было, но сила чувствовалась именно так.

Майнор мгновенно растерял весь настрой и всю свою уверенность, а заодно напускную важность и надменность, словно став нашкодившим ребёнком, ожидающим наказания. Ему нечего было ответить, но руку девушки он отпустил не сразу, прежде сжав ещё крепче, будто в отместку, и лишь затем разжал хватку.

— Я найду тебя позже, ты мне должна, не забудь, — не растеряв лишь наглость, сказал он через некоторое время раздумий, на что сразу услышал насмешливое хмыканье командира.

— Не советую, — голос Сайдэна был пропитан угрозой.

— Я тебе ничего не должна, — отозвалась Алиара, неосознанно потирая ноющую руку.

— У меня кое-что есть и за это я с тебя спрошу, — зло бросил Майнор.

— Уж не об этой ли вещице речь? — командир выудил из нагрудного кармана цепочку, на которой сверкнул знакомыми гранями родной кулон. Радость и облегчение затопили Алиару ровно, как и злость тенью отразилась на лице Майнора.

Он неосознанно сунул руку за воротник и поняв, что там ничего нет стиснул зубы до скрежета.

— Когда? — спросил он, но не дожидаясь ответа просто развернулся и стремительно вылетел в коридор.

— Алиара… — Лиман двинулся было к ней, но лишь поджал губы и замолчал.

Всё, итак, было понятно, Лиман имел свои причины, что не позволяли ему осадить Майнора и теперь ему за это было стыдно. Алиаре хотелось верить, что он считает её близкой подругой и потому сейчас боролся сам с собой. Командир передал кулон Алиаре, но руку сразу убрать не позволил, прежде развернув ладонь и проверяя, оставил ли Майнор следы. Затем он тяжело, но коротко выдохнул и просил следовать за ним. Понурый Лиман и аккуратная молчаливая Лория, смешно таращившая глаза и явно сгорающая в любопытстве, тоже поспешили вперёд. По пути к их группе присоединились спорящие Ринэль и Сагмар, а через пару минут их нагнал канцлер. Оказалось Гарц остался следить за состоянием новоприбывших, там уже не требовалась главная лекарка, да и остальные.

— Я передал записи их регистрации сразу императору, но от меня первого будут ждать отчёт, — переживал лорд Тэйрон спеша за их довольно шумной группой. — Мне не сказали, куда мы так спешим?

— Пробуждение в этот раз было каким-то лёгким. Не показалось? — Ринэль обратилась к Сагмару, идущему вместе с ней перед канцлером.

— Да, — ректор военной академии покачал головой в сомнениях. — Может кристалл рода…

— А вместо Тэйрона кто? — вдруг обернулся к ним впереди идущий Сайдэн.

— Виннэр, — отмахнулась Ринэль.

— А можно помедленнее? — вновь тихо спросил лорд Тэйрон, замыкающий шествие.

— Виннэр? — Сайдэн заметно напрягся, но шаг не сбавил, резко поворачивая в очередной коридор. — Не рассыпется он там от такого уровня магии?

— Сайдэн! — укорил брата ректор.

— Ты же сказал решать быстрее, — пожала плечами Ринэль и вдруг посмотрела на Алиару, с любопытством следящую за разговором, заставив её вздрогнуть от пронзительного взгляда. Затем коротко хмыкнула и вдруг подмигнула, отчего Алиара и вовсе споткнулась, но быстро выровняла шаг, не помешав идущим сзади Лиману и Лории.

— Там уже всех разбудили, больше накопители тратить не на что, глава рода то безвременно почил.

— Ринэль! — Сагмар нахмурился. — Уважение было бы здесь уместно.

— Мне ни к лицу ложь, — бросила она небрежно.

— Вам со Стигмаром вообще это слово не знакомо, — разворчался ректор.

— Далеко нам идти господа? — предпринял очередную попытку изрядно запыхавшийся канцлер.

— Просто мы с лордом Стигмаром одинаково плохого мнения об этом многоуважаемым неизвестно кем мерзавце!

Последние слова главной лекарки Роурдана прозвучали уже перед приоткрытой дверью и стоило всем ввалиться в изрядно уменьшившуюся комнату, как послышался ответ.

— Я бы его таким ласковым словом не помянул, — устало произнёс лорд Стигмар, — даже при его родных.

— Пришли, — улыбнулся Сайдэн, пытающемуся отдышаться канцлеру, что кивнул в ответ и привалился к двери, обмахиваясь изрядно помятыми листами пергамента.

Создалось ощущение, что эта «милая» братия успешно и каждодневно издевается над молодым и крайне впечатлительным новым лордом Совета. Небольшими дозами, но слаженно и неожиданно. Алиара невольно улыбнулась, но улыбка сразу померкла, стоило перевести взгляд на лорда Стигмара и младшую помощницу целителей, имя которой вновь вылетело у неё из головы.

Оба они выглядели изнурённо — кожа побелела, под глазами появились круги, а лорд и вовсе дышал через раз, пусть и упрямо горделиво стоял перед всеми с прямой спиной, скорее всего из-за напряжения. Лекарка же привалилась на тумбу у кровати бессознательно лежащего Нирана и молчала, явно не в состоянии подняться как положено или поприветствовать членов совета императора. Они потратили всю свою магию, дальше было просто нечего тратить.

— Посмотрим, — первым к парню подошёл Сайдэн и сразу положил на его грудь руку, пустив магический импульс для оценки состояния. Сразу за ним так поступила леди Ринэль, а остальные пока распределились по углам комнаты, насколько это было возможно, ведь кроме Нирана здесь также располагались ещё пять кроватей с бессознательными адептами.

И неожиданно прямо на полу возле единственного стрельчатого окна, через которое и голову не высунуть, лежала леди Шер, заботливо и немного неуклюже укрытая куском собственной белой шали, на второй половине которой сама же лежала. Алиара стояла ближе всех и могла оценить картину, остальным из-за крайней кровати должны были быть видны лишь раскинутые в разные стороны носками ноги в дорогих бархатных туфлях и белых колготах, торчащих из-под тёмного бархатного подола.

Алиара повернулась к остальным и поняв, что как раз выдалась минутка ожидания, кашлянула привлекая внимание. Все присутствующие в миг оглянулись на неё в ожидании, а потом поняв куда она показывает медленно наклонили головы, переведя взгляд за неё и вниз. Лица как по команде вытянулись, глаза округлились, брови взлетели или нахмурились, но молчание неприлично затянулось. Теперь все разом требовательно посмотрели уже на лорда Стигмара, но он не нашёлся с ответом, почесав затылок, надув щёки и издав несколько невнятных звуков тяжёлых дум.

— Это он её вырубил, — вдруг обвинительно громко в образовавшейся тишине высказалась младшая лекарка и грубо ткнула пальцем в лорда Стигмара, который укоризненно на неё посмотрел и стыдливо отвёл взгляд, вытянув губы трубочкой.

— Ошалел?! — первым набросился на него лорд Сагмар, впрочем, не спеша подходить к женщине.

— Сагмар, какие слова! — в отместку с ироничной улыбкой поспешила укорить его Ринэль и резко убрала руку от адепта.

— Ты не видишь, что он сделал? — сразу возмутился ректор.

— А что он там мог сделать? — скептически подняла она одну бровь.

— Вырубить, — не сдержала скепсиса над вульгарным словом в стенах дворца и Алиара, которая представляла всю жизнь, что эти стены подобных выражений в принципе не слышали, а возможно высшей знати и думать так запрещалось.

— Во, — кивнула, соглашаясь Ринэль.

— Окина, — тяжело вздохнул Сагмар, которого ситуация явно коробила.

— А что сразу Окина? — не двинулась лекарка с места, лишь примостившись щекой на руку и оперев локоть на боковую резную царгу кровати, что заставило её скрючиться дугой, но не успокоиться. — Я как есть говорю. Леди устроила фирменную истерику, а нам парня спасать надо было! Нам что нянчиться с ней что ли? Ну господин и…

Девушка смолкла под тяжёлым взглядом лорда Стигмара. А люди тем временем заинтересованно глядели то на неё, то на него, ожидая продолжения интригующе-короткой истории, но лекарка отвернулась и недовольно сникла.

— Лория, Алиара, прошу, — внезапно проговорил Сайдэн, отходя и довольно спокойно принявшийся деактивировать печати на покрывале, что лежало на адепте.

Алиара сразу поняла о чём он может сейчас её просить, но мельком взглянув на Лорию, что двинулась на место Сайдэна, задевая его плечом и положила обе руки на голую шею Нирана, сразу сообразить не получалось. Синяя магия девушки вспыхнула ярким огнём в центре неё, когда способность затопила комнату в цветах аур и нитях их передвижения и понадобилось время, чтобы чётко отличить каждого человека и узнать его силу. На секунду Алиара и вовсе замерла, засмотревшись на ослепительно сияющую белым светом ауру командира Сайдэна, но отложив осмысливание на потом, она перевела взгляд на адепта Стигмара. Аура Нирана была блёклой — да, рваной — да, но она ровно и чётко переливалась коричневым, что был уже так близок к бордовым оттенкам — Ниран был голов повысить магический ранг. А главное, его аура была не чёрного цвета, ни как у монстров.

— О, — тем временем вырвалось у Лории, стоило ей столкнуться взглядом с Алиарой.

Девушки мгновенно замерли, не отводя глаз и невольно приоткрыв рты. Глаза Лории сияли её магией, тонкими венками перетекая на шею и поблёскивая глубоким оттенком синего цвета, и возможно она видела у Алиары нечто похожее, судя по её реакции.

Лория первой отвела глаза и собравшись, чётко произнесла, словно докладывая:

— Он вновь привязан к роду Стигмаров, аура восстановлена.

Слово «восстановлена» несколько смутило Алиару и стоило Сайдэну перевести ожидающий взгляд на неё, она произнесла:

— Аура рваная и блёклая, но цвет магии человеческий, — она решила не говорить сейчас о ранге, но сразу спросить. — Что значит вновь привязан?

Лорд Стигмар наконец позволил себе облегчённо выдохнуть и устало сел на кровать, в ногах сына.

— Мы заметили, что у погибших возле академии адептов есть неизменная общая странность – они все теряли привязку к семейным накопителям, — сказал он.

— Их магия не только менялась на чёрную, она словно пыталась до этого накопителя дотянуться, но вмиг рушилась, и адепт терял семейную магическую связь, — дополнил Сагмар.

— Грон небесный, — пролепетала Лория. — Я этого не знала, лишь то, что эти адепты потеряли привязку. Но ведь накопители не пострадали?

— Нет. Чёрной магии видимо было недостаточно. Тела адептов не выдерживали, и монстры рождались из духов внутри, — Сагмар покачал головой и сжал кулаки в бессильной злобе.

— Стало быть, — взял слово Стигмар, — связь рушилась, тело тоже, а до накопителя и семьи дойти чернота не успевала.

— Возможно стоит как-то защитить адептов, — тихо произнесла Лория и с грустью добавила: — Или сами накопители?

— Как? — Ринэль покачала головой. — Связи нельзя разрывать. Процесс долгий, да к тому же сейчас нам очень пригодились родовые связи и кристаллы накопителей.

— Да, — согласился Сайдэн. — Стольких мы не смогли бы разбудить. А люди сейчас самый ценный наш ресурс.

Командир посмотрел на Нирана и лорд Стигмар, проследив его взгляд, устало качнул головой, нахмурился и вдруг зло произнёс:

— Я убью эту ведьму и затем лично выловлю каждую тварь в том проклятом лесу и поджарю до хрустящей корочки! — заявил он, и тут же исправился. — А может и наоборот.

Фраза прозвучала зло, но в итоге превратилась в шутку, при этом лорд растирал пальцы, словно хотел сделать щелчок, а его ноги упёрлись носками в пол и мелко подрагивали в нервном ритме — мужчина точно делал это неосознанно.

— Фрэй, — тон командира был серьёзен как никогда, — с твоим сыном всё будет в порядке.

Неожиданный сиплый вздох затмил собой всё пространство. Люди невольно сжались в напряжении и осознании, замирая и переводя внимание на содрогающегося в сухом кашле парня, что растёр глаза и чистым осознанным взглядом обвёл всех и каждого в маленькой комнате и произнёс:

— Какого Гарома здесь творится?

Глава 27. Осознание и принятие

Алиара сидела на корточках в безлюдном полутёмном коридоре и обмахивала отобранной у канцлера пачкой пергамента бледную леди Дариа Шер, что недовольно вздыхала и тихонько почти про себя ругала лорда Стигмара. Когда он приложил её своей магией то женщина вмиг потеряла сознание и, кажется, успела удариться головой, пусть лорд и сказал, что поймал даму. Сейчас она присела на мягкую красивую банкетку, которую любезно приволок всё тот же канцлер и вновь скрылся за дверью комнаты, где начался ритуал установки печатей.

Некоторое время назад, когда Ниран Стигмар пришёл в себя, а его отец долгое время не мог разжать крепких объятий, люди в комнате со спящими адептами суетливо проверяли защиту, магию и здоровье. Ринэль так и не смогла отодвинуть любящего отца и проверяла его сына как могла, в итоге придя к выводам, что если и были физические повреждения, то магия Стигмаров и младшей лекарки полностью убрала последствия — всё что осталось, это выяснить есть ли внутри ещё висельник, если конечно это был он. Черноты Алиара так и не заметила и когда рассказала о мази то, всё сразу отобрали и принялись изучать по капле намазывая на парня.

С самим Нираном поговорить не удалось, но, когда она смогла подойти ближе, он безмолвно крепко сжал её руку и благодарно улыбнулся. Затем у стены зашевелилась леди Шер и Алиара поспешила вывести впечатлительную особу в коридор, чтобы не мешать. Лория вышла следом, а канцлер помог усадить женщину у стены, невольно пожертвовал своими записями и ушёл обратно.

— Может вам водички? — спросила Лория у леди Шер, но та лишь отрицательно покачала головой. Она очень не хотела отходить от комнаты, пусть и неважно себя чувствовала. — Я сама сбегаю, тут рядом есть комната лекарей.

Услышав, что никто никуда её не гонит, женщина сразу встрепенулась:

— Ты так заботлива и добра! — воскликнула она. — Стакан холодной воды с долькой лимона или можно холодный чай. Благодарю, милая. Мне всегда так плохо, когда я долго не ем.

Фраза прозвучала словно с намёком и девушки переглянувшись синхронно скривились, пока леди прикрыв глаза продолжала обмахиваться.

— Я посмотрю, что у них может быть, — кивнула Лория и почти бегом скрылась за поворотом.

— Какая замечательная девушка, — довольно улыбнулась леди и вернула Алиаре бумагу, начав поправлять одежду и вновь аккуратно повязывать на груди уголки белой шали.

Алиара же посмотрела на дверь, за которой творилось настоящее магическое безумие и, если бы сил было побольше, с удовольствием понаблюдала бы связки нитей и вспышки аур, пока одни из сильнейших магов империи работают над укреплением и изучением комнаты. Хотелось хоть немного взглянуть, но тело начинало потряхивать, и голова кружилась. Скорее всего последствия драки, что Окина не смогла полностью убрать и теперь вспышки пока ещё слабой боли начинали путать мысли в и без того спутанном сознании.

Дверь резко распахнулась, почти ударившись об стену и из комнаты широким шагом вышел командир Сайдэн. Весь его вид выражал злость и недовольство и стоило ему подойти к ним, леди Шер вздрогнула и замерла. Но его интересовало другое — он, ничего не спрашивая схватил Алиару за руку, и немного оттащил в сторону, а затем сосредоточился и она ощутила импульс магии, растекающийся по её телу и обволакивающий каждую клеточку.

— Почему ты не сказала, что ранена?! — почти прорычал он, но девушка молчала не зная, что сказать. — Алиара?

Опустив глаза в пол, она слегка покачнулась от головокружения и это не укрылось от командира, что лишь сильнее стиснул зубы.

— Алиара…

— Простите, — вдруг тихо произнесла она и подняла на него взгляд.

Кристально-голубые глаза мужчины под густыми сведёнными бровями расширились – он сразу понял о чём шла речь.

— Я всё понимаю, — голос её стал ещё тише, — знаю, что вы хотели мне помочь, защитить. То, что я сказала…

— Не имеет значения, — уже спокойнее произнёс он.

— Вы…

— Ты.

Алиара улыбнулась и он вдруг улыбнулся в ответ, такой спокойной уверенной и тёплой улыбкой, что на сердце сразу стало легко и даже боль словно скрылась за приятными чувствами.

— Ты должна мне всё рассказать, — настойчиво произнёс Сайдэн, а затем вдруг отвёл взгляд и в этот момент дверь вновь открылась, выпуская в коридор гудящую недовольством группу людей.

— А засунь-ка ты свои убеждения… — злой рык сотряс узкое пространство и Сайдэн хмыкнув сразу направился в их сторону, не забыв прихватить Алиару, аккуратно беря под локоток.

— Стигмар! — оборвал его Сагмар Воиргран, недовольно всплеснув руками.

— Тогда сам скажи этому… в-всезнайке, — запнулся он, явно собираясь произнести другое, — что нет в моём сыне больше этой чёрной погани!

Но вместо Сайдэна, нахмурившись ответила Алиара:

— Я осмотрела его ауру и след, но это ещё ничего не значит, — лорд Стигмар удивлённо и недовольно воззрился на неё. — К сожалению спящие духи никак не выдают себя подобно монстрам.

— Замечательно, — буркнула Ринэль пожимая плечами.

— Но в прошлую встречу, когда в лесу разорвали адепта…

— Встречу? — бровь Сайдэна поднялась и взгляд наполнился колким любопытством. — Ты была там?

— Да. Тогда я заметила ненормальную искажённую тень, что дёргалась за несколько секунд до рождения косточника.

— В итоге мы не знаем как они поселяются в телах, — Ринэль принялась загибать пальцы. — Не знаем когда. Не знаем как их вычислить. И главное не знаем зачем? Для перерождения или из-за черноты, что заполняет резерв и пытается пробиться к родовому накопителю. Я ничего не забыла?

— А может будем немного потише? — нервно заозирался по сторонам лорд Тэйрон.

— Если бы Ниран только мог рассказать, — устало вздохнул Сагмар.

Алиара же попыталась перейти на особое зрение, но сразу почувствовала головокружение и крепкую руку, поддерживающую за плечо.

— Зачем? — почти на ухо произнёс Сайдэн и она невольно отшатнулась, но смутилась от этого и замерла, ожидая когда слабость пройдёт.

— Хотела посмотреть нити, они ещё должны быть видны, — ответила она, подняв мутный взгляд и поняла, что на неё смотрят вообще все, а сзади тихонько и незаметно подошла Лория, уже даже успев передать леди Шер какой-то напиток. — Не вышло.

— Нити? — с любопытством спросила миледи Ринэль.

— Остаточный шлейф от передвижений мага.

— Интересный ты светлячок, — хмыкнул Стигмар.

— Господа, тише пожалуйста, — зашипел канцлер, скривившись от бессилия. — Вообще не следует обсуждать подобное здесь.

— Тэйрон, тебе надо расслабиться, — усмехнувшись заявил лорд Стигмар и чуть тише добавил: — Мы немедленно посетим комнаты одной юной леди и сегодня ты точно не сможешь отказать мне в пробе новой настойки!

Канцлер испуганно округлил глаза и даже начал постанывать, а лекарка сразу расхохоталась.

— Пожалей его Фрэй, — пофыркивая протянула она, утирая слезу. — Мальчику ещё перед императором ответ держать, а он дрожит, не зная, как отказать даже твоей юной леди!

— Благодарю вас, конечно, — проворчал лорд Тэйрон и нервно одёрнул жилет, а затем сразу принялся поправлять манжеты и пуговицы идеально выглаженной накрахмаленной рубашки.

— И не говори потом, что я не пыталась тебе помочь! — улыбнулась она, полностью игнорируя его сарказм.

— Алиара? — голос Лимана донёсся не сразу и только через несколько секунд стало понятно, что друг подошёл ближе и что-то ей говорил. Кажется, полностью сосредоточившись на других голосах она не поняла, что начала заваливаться на бок. Лиман выглядел обеспокоенным и переглянулся с командиром.

— Рин, можно тебя…

Сайдэн не успел закончить как лекарка подняла вверх руки и поджала губы в улыбке.

— Я принимала семейку Сарванторино и пуста как императорский погреб, — ухмыльнулась она и скосила взгляд на Фрэя Стигмара, на что тот сразу возмутился:

— Да я там всего раза три был за это время!

— Вчера не считается? — тут же поддела она его ехидно, и он громко рассмеялся.

Сайдэн пристально вгляделся в лицо Алиары и отвернулся, задумавшись. А вот она поймала себя на обдумывании слов миледи о новоприбывших. Вот почему лица казались до боли знакомы. Только этого и не хватало.

— Господа… — почти моляще протянул канцлер уже и не пытаясь быть услышанным.

— А позавчера? — буркнула Окина и на неё тут же недовольно посмотрел ректор.

— Окина, сходи-ка помоги леди Шер, — настойчиво сказал он.

— И только попробуй кому что сказать потом, — пригрозил лорд Стигмар, явно расслышавший её слова.

— А я не глухая! Нечего меня было помочь просить если теперь так указывайте, — возмутилась девушка отходя. — Только мне такое сказали! Только мне не доверяйте! А как помочь, сразу Окина!

— Окина! — в два голова прикрикнули ректор и лорд Стигмар, заставив лекарку испугаться и поспешить, но не замолчать. И отойдя она продолжала с круглыми глазами качать головой и недовольно бурчать себе под нос.

— Что мне с ней делать, — устало прикрыл глаза ректор.

— Уж она то не твоя забота, — хмыкнула Рин.

— Верно, лучше завтра проверь свой артефакт защиты, — настойчиво произнёс заботливый отец адепта. — И канцлера прихвати, пусть печати обновит.

— Думаешь после твоих планов он сможет с утра встать? — скептически хмыкнула Ринэль.

— Позвольте, — сразу нахмурился тот. — Мои печати в этом не нуждаются.

— Тогда не лишним будет печать сигнала, — Сайдэн непонятно откуда выхватил короткий кинжал и направился к двери. — Нужно чтобы я и Сагмар точно знали когда открывается эта дверь.

— Я тоже поучаствую, — тихо добавил Стигмар и поспешил за ними.

Сайдэн обернулся лишь на миг, кивнул Лиману и тот сразу кивнул в ответ, положив руку на плечо Алиары.

— Всё в порядке, — она слабо улыбнулась, но он лишь нахмурился не сильно ей веря и отвёл взгляд.

— Просто нужен отдых, — произнесла тем временем миледи Ринэль, спокойно наблюдая за процессом установки печатей. — Мы не вернём тебе мазь.

— Значит придётся сделать ещё, — отозвалась Алиара.

— Могу я поприсутствовать? — воодушевлённо спросила Лория и даже предвкушающе улыбнулась. Её глаза горели интересом и Алиара согласно кивнула, не видя в этом проблемы.

— Лория, твой отчёт я тоже жду, — не отводя взгляда от занятия мужчин произнесла главная лекарка Его Величества.

— Ты лекарь? — тяжело произнесла Алиара, но вновь постаралась взять себя в руки.

— Нет, — покачала головой девушка.

— Временно она моя подчинённая, — кивнула Ринэль ни к кому не обращаясь. — Боевые лекари нужны империи, но никто не торопится менять систему военных академий.

— Лорд Сагмар Воиргран, — уверенно сказал ей Лиман на что женщина только хмыкнула.

— Уверен, что поглощало? — донёсся взволнованный голос этого самого лорда, подходящего к ним с братом и другими.

— «Жрёт» по словам Ирдана, — ответил Сайдэн, вытирая кровь с руки давно не белым платком. — Расходиться нет смысла. Наш отчёт можно сразу предоставить на собрании Совета.

— Предлагаю начать сейчас Сайдэн, — хмыкнула Рин. — Пол Совета тут. Решим, а Тэйрон передаст всё императору.

Она стрельнула хитрым взглядом в лорда Тэйрона и лица присутствующих вдруг изменились на виноватые, но непричастные — кто-то незаметно улыбнулся, кто-то обречённо выдохнул, кто-то предвкушающе округлил глаза. И канцлер, вмиг покрасневший от возмущения, не заставил себя ждать.

— Это уже не лезет ни в какие ворота! — громко произнёс он, выпучив глаза и даже сжав кулаки. — Господа, я как правая рука Его Величества должен напоминать вам, членам Совета, о секретности информации? Я приказываю, — тут эти самые упомянутые члены Совета, притихшие в безмолвии, вытянули лица и переглянулись, но продолжили лишь молча внимать гневу правой руки и прятать улыбки. — Слышите?! Приказываю немедленно прекратить какие-либо обсуждения и вернуться в зал советов. И чтобы ни одного лишнего слова по пути не донеслось до меня, иначе я непременно доложу обо всём Его Величеству!

— Сагмар! Никак твой потерянный сын! — воскликнул лорд Фрэй и это послужило спусковым крючком для лёгкого смеха. Все, включая Лорию и Алиару позволили себе расслабленно рассмеяться и даже послышались голоса леди Шер и Окины. — А я всё думаю кого он мне напоминает! Вылитый ты в юности!

— Я бы попросил! — никак не понимал общего веселья канцлер.

— Пойдём племянник, — Сайдэн хлопнул его по плечу и развернул в нужную сторону. — Либо со мной, подавать отчёты и жалобы, либо с ним, — он кивнул на хохочащего, говорящего что-то Ринэль Стигмара, — напиться, забыться и отпустить контроль. Ты слишком серьёзен.

— То, что происходит слишком важно и я…

— Не бери на себя столько, — они немного вышли из круга и встали совсем рядом с Лиманом и Алиарой.

— Я словно не достоин уважения в их глазах. Ко мне, итак, редко прислушиваются, я стараюсь, но…

— Они лишь сбрасывают напряжение, а твой возраст и малый опыт слишком удачно подходят ситуации. К уважению это не имеет никакого отношения — оно было у тебя всегда. Мы все сразу поняли, что ты за человек, как только ты начал действовать на новом посту. Поверь, здесь только твоя реакция на происходящее и позволяет им немного расслабиться. Сейчас это нужно всем.

Канцлер ничего не ответил, но успокоился и крепко задумался, скрестив руки на груди и так и оставшись стоять в стороне. А командир вернулся в круг уже в другом настроении — серьёзном, собранном; цепким взглядом прошёл по каждому и лишь одним присутствием заставил вмиг измениться общее настроение — от расслабленности не осталось и следа. Голоса утихли и взгляды обратились к Сайдэну в ожидании.

— Фрэй, пока проверка этой комнаты на тебе. Окина, — он повернулся к посапывающей в полудрёме леди и беспардонно подпирающей её бедром лекарке, — проводи леди Шер в её покои. Тэйрон, собери всех в течении двадцати минут на срочное внеплановое собрание. Лория и Лиман свободны, я предупрежу о следующем рейде. Сагмар, обсудим всё позже, мазь пока будет у тебя. Алиара, нужно сделать ещё и подробно расписать состав, но пока я провожу тебя в лечебные залы. Ринэль, ты там тоже бы не помешала, если осталось зелье.

— Спрашиваешь, — усмехнулась Ринэль Салинар. — Конечно нет!

Сайдэн кивнул ей, а затем остальным и все поспешно разошлись. Алиара лишь удивлённо внимала происходящему, в понимании приблизительно одинаковой власти в составе Совета Сайдэн совершенно неоспоримо и быстро взял единоличное управление, и никто даже бровью не повёл, беспрекословно принимая указания. Неужели он добился такого уважения во дворце?

— Алиара? — оказалось он уже ждал её, видимо, чтобы проводить до лечебницы.

Коридоры замелькали перед глазами тёмными пятнами, освещаемые лишь редкими бра, словно маяк горящими в кромешной темноте свежими высокими свечами, и их тонконогим серебряным канделябром, что Сайдэн прихватил из настенного держателя напротив комнаты с адептами. Уютная обволакивающая полутьма и тишина расслабляли разум и спавшее напряжение быстро заменилось ноющей, а где-то и пульсирующей болью. Всё же Ниран очень сильный молодой парень, да ещё и обученный. Новая вспышка усиливающейся боли и на плече вмиг оказалась тяжёлая и такая тёплая рука, мягко его сжимая и пуская в организм импульс магии.

— Ни к чему, — просипела Алиара, пытаясь отойти.

— Я не лекарь, но вижу, что тебе сильно досталось, — он посмотрел на неё в ожидании и приглашающим жестом они продолжили путь, понизив голоса. Его интонация прямо говорила о следующем вопросе. — Как это было?

— Я только вернулась в свою комнату, там была девушка. — Алиара двигалась медленно, но теперь отвлекаясь на разговор хотя бы не была сосредоточена на боли. — Младшая лекарка. Убиралась.

Прозвучало с упрёком и Сайдэн тихо хмыкнул.

— Приставленная императором, стало быть. — Сайдэн дождался кивка от Алиары и отвёл взгляд, вдруг поддев её руку и заставляя опереться на него. — Не удивительно, после твоего побега из дворца.

Алиара немного задумалась и согласно кивнула.

— Должно быть.

— Ниран появился сразу как она ушла?

— Прошло около пятнадцати минут. Я вышла из умывальной и меня привлёк конверт. В этот момент Ниран уже был в комнате и напал. — Тяжёлый вздох сам вырвался из груди от сводящей боли в животе и ей пришлось говорить ещё тише. Кажется, она неосознанно сжала руку Сайдэна. — В какой-то момент из моей сумки выпала банка с мазью и разбилась. Нирана забрызгало и он вдруг зашипел в боли, а дальше я уже действовала на инстинктах. Следующую баночку просто вылила на руки и постаралась прикоснуться к его коже.

— Какой был эффект? — нетерпеливо прозвучал вопрос.

— Шипение, покраснение, словно ожог…

— И после этого черноты в нём уже не было?

— Да, он пришёл в себя. Ненадолго.

Сайдэн замолчал лишь покрепче прижимая к себе руку Алиары и только сейчас она заметила, что они остановились у дверей лекарских залов, всегда открытых и пугающих стонами, доносящимися из-за них.

— Возьми, — он вдруг сунул в её руки крохотный пузырёк со знакомой голубоватой жидкостью, источающей лёгкий свет.

— Зелье лечения?

— Прошу прими его сразу после работы лекаря. Оно подействует лишь в сочетании с магией. — Настойчиво произнёс мужчина и обхватил своей рукой руку Алиары с зельем, крепко сжимая. — Постой здесь, я всё сделаю.

Тяжело прислонившись к косяку двери, Алиара проводила глазами широкую спину командира, наблюдая как тёмно-зелёная военная форма мелькает среди серых и коричневых рубашек и жилетов. Были и похожие оттенки явно из отрядов разведки, которых насколько было известно Алиаре числилось четыре, а также зелёные куртки и плащи командиров. И среди всего этого ужасающего безумия редкие мелькания белых чепцов, красных камней в лентах на шее и полное отсутствие камней других оттенков — лекарей с квалификацией выше младшего. Мужчин лекарей вообще не наблюдалось, красные овальные камни они носили на белом ремне на руке, по подобию часов, но должно быть их сразу распределяли по отрядам и по всему этажу дворца для помощи, скорее всего их было и того меньше. Всё это уже просто невыносимо. Безвыходность порождающая безысходность.

Мысли стали вялыми, а поплывший было взгляд поймал непонятную цепляющую чем-то койку, вот только сосредоточиться на ней совсем не получалось, сознание туманилось от усталости. Алиара нашла среди людей тот самый оттенок зелёного и понимая, что Сайдэн пока занят, направилась поближе к спящему человеку. Нечто неуловимо знакомое никак не могло прийти к пониманию, но стоило приблизиться и накрыло осознание.

Девушка подошла к кровати с крохотной тумбой, на которой лежали заскорузлые от старой крови бинты, стояла пара стаканов с жидкостями разных цветов, несколько пучков сухих трав и даже какая-то свежесваренная едко-пахнущая мазь. Влажное полотенце мирно сохло на деревянной спинке и выглядело самым белым и свежим среди тканей, а тонкое одеяло не могло согреть дрожащее худенькое тело.

Бледная как мел Фиэлия металась в лихорадке издавая тихие стоны, её губы пересохли, а тело покрылось липким потом. Она явно находилась в бреду, от метаний то и дело стягивая с раны повязку, от чего та начинала кровоточить.

Алиара протянула руки и обхватила тонкую кисть девочки, крепко сжав и опустившись на колени рядом с кроватью. Фиэлия будто почувствовав её рядом перевернулась на бок и замерла тяжело дыша. Поджав губы и даже прикусив щёку Алиара боролась с чувствами — так жаль ей было ребёнка.

Знакомый еле слышимый шаг за спиной и она, не оборачиваясь задала вопрос:

— Неужели это из-за раны? — её голос прозвучал надломлено сквозь слёзы, которые она старательно и успешно прятала.

— Нет, — Сайдэн опустился на корточки рядом с ней и вдруг положил поверх их сцепленных рук свою. Тяжёлая мужская кисть, тёплая и шершавая согрела не столько их руки, сколько сердца. — Фиэлия помогала будить свою семью.

И тут же образы приходящих в себя людей одним мигом пронеслись у девушки перед глазами, от чего рот невольно открылся, а глаза заметно округлились. Слова миледи Ринэль словно наконец дошли до измученного сознания.

— Сарванторино! — вырвалось у неё негромко. — Значит вы возвращались в их поместье.

— Да. — Сайдэн внимательно наблюдал за ней и стоило ей повернуться, она заметила, как он ловит её взгляд, словно изучая. — Почти полностью очищенное от монстров поместье и наличие магов с нужным уровнем магии. Мы были обязаны действовать как можно быстрее.

— Фиолетовый? — нахмурилась Алиара. — Но у миледи Лисарии изумрудный, а у Фии и вовсе серо-белый цвет ауры.

— У Фиэлии Сарванторино пробудился дар после всего случившегося с вами. Всевидящая распознала вспышку пробуждения сильнейшей магии вчера ночью, и как только мы проверили потенциального мага, сразу собрали отряд для вылазки.

Короткий миг и она уже разглядывала девочку совсем другим зрением, с осознанием и ужасом отмечая клочки еле светящейся полупрозрачной ауры глухого фиолетового оттенка. Боль резким уколом отдалась в затылке и заставила зажмуриться, а с губ сорвался шёпот:

— Как это возможно?

— После сильных потрясений, редко, конечно, но такое случается.

— Сразу восьмой ранг?

— И это очень помогло сейчас её семье.

— Ценой её жизни?!

— Приказы не обсуждаются, Алиара, — голос Сайдэна казался сухим, но глаза были наполнены печалью и болью. Было видно, насколько он устал, насколько разрывают его душу и тело все эти обстоятельства и невозможность обходиться без жертв.

— Императорские? — шёпотом произнесла она и он кивнул в ответ.

— Пойми, цена одной жизни здесь поставлена на кон против восьмерых кровных магов и возможных дальних родственников, которых смогут разбудить уже они. Множество жизней, большая поддержка в нашей ситуации.

Алиара молчала. Она понимала всё это, да. Но не могла принять эту правду, холодный бесчеловечный расчёт, что заставляет жертвовать кем-то одним ради крохотного шага к конечной цели. Фия ещё ребёнок.

— Опять вы? — усталый вздох заставил обоих обернуться. Сайдэн сразу поднялся и отодвинулся, освобождая место. К ним подошла пухленькая низкая лекарка с синей лентой на шее, к которой крепился угольно-чёрный камень. Она, не церемонясь, приблизилась и положила ладонь на запястье девушки. Высший лекарь, что помогала Алиаре с ранами после особняка Сарванторино. Но только в этот раз женщина выглядела иначе — изнурённо, бледная кожа, синяки под глазами, грязный в пятнах крови передник, растрёпанные волосы без всякого чепчика, простая одежда, кроме положенной ленты на шее ничто не выдавало в ней лекаря и даже когда она принялась за дело, импульс магии сверкнул слабо и тускло. Она отпустила руку Алиары и произнесла: — Хорошо, что уже подлечились. Мне сейчас и глубокий порез не дастся. Зелье?

Сайдэн кивнул и она упёрла руки в бока.

— Откуда такая роскошь? — хитрый беззлобный прищур прошёлся по командиру, но поняв, что оно не у него, сразу уткнулся в руки девушки. — Ещё есть? — вопрос прозвучал безлико, но и без того было ясно, что в мыслях женщины сейчас меркнут последние крохи надежды.

— Нет. Это последнее, — произнесено было так, что сомнениям места не осталось и женщина позволила себе короткий вздох.

— Ну, — она прикрыла глаза на секунду и повернулась к Сайдэну, — Вас не держу. Мне помощники не нужны, лорд Воиргран.

— И мне не позволительно задерживаться, — с полуулыбкой кивнул он и повернулся к Алиаре. — Хотелось бы остаться, но император ждать не должен.

— Конечно, — она слабо улыбнулась мужчине.

— Надеюсь на ваши опыт и мастерство, — сказал он лекарке, коротко кивнул и, на секунду задержав тревожный взгляд на Алиаре, ушёл.

А стоило ему скрыться среди людей, Алиара поднялась и серьёзно взглянула на лекарку, что, поняв её настроение, с любопытством вскинула брови, ожидая вопроса.

— Можно ли разделить зелье лечения?

— Удивила, — хмыкнула она. — Думала спросишь про койку свою.

— Можно?

Алиара не сводила с неё ожидающего взгляда, и женщина протянула руку, а когда в неё лёг сияющий магией стеклянный крошечный пузырёк, принялась внимательно его разглядывать. Она подняла сосуд к глазам и ударила по нему ногтем, а затем пустила совсем лёгкий магический импульс и вновь щёлкнула давно нестриженным ногтем по стенке пузырька. Тонкий мелодичный звон повторился ещё дважды и каждый раз женщина прикрывала глаза и причмокивала, словно пробуя зелье на вкус.

— Можно, — наконец сказала она и отдала пузырёк Алиаре.

— Эффект уменьшится вдвое? Этого хватит, чтобы снять лихорадку?

— Вот чего не знаю, того не знаю. — Покачав головой женщина подошла к Фиэль и положила руку ей на плечо, посылая новый синеватый импульс. — Резерв сожжён. Через неё прошло огромное количество магии и сейчас я не смогу помочь. С меня станется температуру минут на пятнадцать сбить, а проблему не убрать. Всё вернётся.

Алиара испуганно посмотрела на Фиэль.

— Она может умереть?

— Да, — спокойно произнесла лекарка.

— Вы поможете ей?

— Основу я создам, но не больше. — Пожала плечами женщина. — Общая поддержка организма поможет зелью – если оно вообще подействует – раскрыться и начать полноценное лечение. Дальше вряд ли вообще что-либо произойдёт, но в теории тело сильного мага поддержит даже зачаток резерва.

Алиара опустилась на край кровати и решительно произнесла:

— Приступайте.

Лекарка лишь вновь хмыкнула.

— Меня не вини потом. Моей магии и на твоё-то полное восстановление не хватит, что говорить об умирающем ребёнке.

Женщина тем не менее принялась водить руками и поток плотной синей магии накрыл тела Фии и Алиары. Кончики пальцев рук и ног приятно закололо, дышать сразу стало легче. Сосущее чувство в животе пропало, а ноющая боль стала почти незаметной.

— Не обманывайся, внутренние повреждения я не способна залечить, — хмыкнула женщина, оказывается наблюдающая за её лицом. — У тебя гематомы, ушибы, ссадины, треснуло ребро, но большинство внешней шелухи и синяков были подлечены, видно, что лекарь старался – на шее и руке внутри всё прекрасно снято, кровоизлияние грамотно убрано. А я смогу лишь добавить облегчения. Молись Всевышнему, чтобы половина зелья подействовало. Лекари пусты и сами по грани ходят.

Алиара не отводила взгляда от Фии.

— Я восстановлюсь. А вот её борьба уже станет не одинокой и непосильной, но обретёт поддержку и главное время. Она справится. Я верю.

— Даже если резерв уже не спасти? — услышала она в ответ упрёк. — Хорошая ты девушка, но наивная. Дети умирают и без войны, а уж в нашем положении это и вовсе неизбежно.

Последние слова женщина не сказала, а скорее устало выдохнула и с громким стоном опустилась прямо на пол, там, где стояла.

— Всё, — тяжело дыша произнесла она, — больше нельзя. Сама так выгорю. Чтоб эту белую ведьму её же твари подрали.

Не мешкая Алиара откупорила пузырёк с зельем и отмерив на глаз половину, аккуратно приподнимая голову девочки, поднесла маленькое горлышко к её губам. Фиэль не реагировала, но дышала немного легче и перестала метаться. Её тело всё ещё было горячим, но сознанию точно стало легче – сухие губы приоткрылись и две трети зелья ушли в один большой глоток. Стоило дать ей воды пока есть возможность, но прежде… Алиара взглянула на остатки. Был ли смысл делить? Может отдать всё Фиэль, а она и сама оправится…

— Итак много отдала, — послышался ворчливый голос с пола, где цепким взглядом лекарка следила за её действиями, при этом располагаясь поудобнее и уже улёгшись, закинула руки за голову. — Пей сама, у тебя отбито там всё.

Алиара отвела глаза, вновь разглядывая пузырёк и хотела ответить, но лекарка не дала и слова вставить.

— Я поняла уже, что ты натура жертвенная и, чего уж лукавить, сильная и волевая, — сказала она. — Вот только глупая. Подставишь ты своего лорда, он же перед императором ответ держит, а зелье уже явно не из своих запасов брал. Сильное, крепкое, плотная настойка – эк такое где попало не взять, видно блеск имперской магии, небось из личных запасов.

Глаза округлились и вязкий комок тяжело протолкнулся в сухое горло, но затем его обожгло прохладой и впрямь сильной магии невероятно горького зелья. Алиара выпила всё до капли и зашлась в сильном кашле.

— Всех мы не спасём, — прозвучал грубый задумчивый голос женщины. — Погибнут ещё сотни, а то и тысячи…

— Замолчите, — сквозь кашель хрипло и грубо бросила Алиара.

— А видела ли ты сколько тварей было у Академии? Небось раз с лордом рядом ходишь всегда, то видела? — не столько вопросы, сколько утверждения. Беззлобные, спокойные слова, больше догадки и лёгкое любопытство женщины, что уверенно смотрела на неё с пола, словно сверху вниз, снисходительно, неприятно.

Алиара молчала и начинала злиться. Она перевела взгляд на девочку и нашла её руку, крепко сжимая.

— Тогда возможно ты видела и сколько в центральной лечебнице успели сожрать народа пока император не создал коконы для спящих. — Слова ударили обухом по голове, дыхание сбилось и даже руки вспотели. Она всё и сама понимала, но думать об этом совсем не хотелось, после всего что пришлось увидеть у академии, после всех стараний было слишком больно понимать, что спасённые адепты не выжили. И не только они. — Барьер лопнул в самом центре Роурдана, в тот же миг, когда все заснули и вот я сама не видела, но мне рассказали, что никого из спасённых ранее при атаке на академию, тех кого разместили в центральной лечебнице, спасти так и не удалось. — Озвучила лекарка её же мысли бесцветным голосом. — Туда разведка почти сразу сунулась, у меня и самой брат под началом одного из их командиров. Был. Погиб в той самой лечебнице. Из всего отряда в добрых пятнадцать магов восьмого ранга выбрался один сержант. Всё мне рассказал пока я его лечила и умер на руках своего же отца. И отец через несколько дней за ним ушёл в очередной зачистке города.

Лекарка тяжело поднялась с кряхтением и пошла прочь, тихо добавив через плечо:

— Надеюсь тебе повезёт больше.

Шаги женщины быстро растворились в общем шуме лечебных залов, что неожиданной волной вернулся в сознание, а стоило выдохнуть, отпуская напряжение, как Алиара поняла, что слёзы крупными каплями срываются с подбородка, впитываясь в рубашку на груди и рукаве. Тело потряхивало от сдерживаемых эмоций, но она проглотила остатки слабости, лишь крепче сжимая руку ребёнка.

Глава 28. Груз ответственности

Оглушительно-громкий удар об стол заставил многих напрячься, а императорская корона, лежащая рядом тонко звякнула в образовавшейся тишине зала Советов.

— Какого Гарома я вас спрашиваю?! — злобно прорычал правитель и тяжело дыша опустился обратно на стул. Последние дни он выглядел всё хуже – его кожа серела, руки подрагивали, круги под глазами становились всё чернее, а борода неряшливо отросла и давно немытые волосы паклями облепили потную кожу лица и шеи. Эндэриан чах на глазах, его разъедали запретные заклинания и это лишало его нормального сна и спокойствия, а заодно и тех, кто его видел, ведь император словно последняя преграда между смертью и остатками «неспящих» людей сейчас в прямом смысле рассыпался на куски.

Сайдэн не мог ему помочь даже теперь, с получением нового ранга, высшего ранга и окрепшего расширенного резерва, стать лишь единственным глотком свежей воды, чистой магии, но не дать столько силы, сколько нужно. Бесполезно и бессмысленно, нужно другое и он уже знал, что именно, вот только сможет ли и насколько уместен этот риск – другой вопрос. Пока он промолчит и подготовится, возможно Алиаре удастся создать хоть пару камней в поддержку его резерва.

— Ваше Величество… — начал было Сагмар, но был грубо оборван правителем.

— Вы видно слишком заняты. Я понимаю, решение было не обдуманным и результат ваших трудов необходим всем нам. — Ледяной, злой тон слов императора заставил ректора нахмуриться, он стиснул челюсть и в молчании откинулся на спинку стула. Эндэриан же не глядя на Сагмара, недовольно сжал губы, стягивая их в сухую тонкую нить, от чего несколько мелких трещин набухли тонкими кровавыми полосками, сокрытыми в густой бороде. — Я приставлю к иллибу своего человека.

Сайдэн готов был спросить кого именно, но понимал, что император сейчас не ответит ему, он словно зол на всех и каждого в этом дворце — должно быть из-за усталости и боли. А для себя отметил, что стоит проследить за этим. Голова гудела от новой информации и измотанности, но Эндэриан продолжал и продолжал задавать вопросы, словно перестал улавливать суть, понимать речь или просто задумывался, пропуская всё мимо себя. Лорд Виннэр Давор давно посапывал, прикрываясь длинными седыми волосами и любимой старой шляпой; миледи Ринэль делала явно личные записи, совершенно не слушая отчёты и всплески злости императора; лорд Генрэд Кард увлечённо ковырял собственные ногти и периодически пробывал на зуб с задумчивым видом, явно забывая где находится; лорд Айдэр Шер уже минут десять переглядывался с подмигивающем ему лордом Фрэем Стигмаром, что с намёком поглаживал свои усы и невзначай проводил пальцем по шее возле уха — явно приглашая коллегу вновь наведаться в императорский погреб — да ещё и стреляя глазами в сторону невозмутимой лекарки, чьи запасы горячительного давно уже иссякли под напором этого высокого громогласного мужчины. И только предельно сосредоточенный канцлер и разочарованный происходящим Надмар Итэрион продолжали внимать разговору братьев Воиргран с Его Императорским Величеством.

И всё это продолжалось не меньше часа, уже после разбора рапортов и отчётов. Сайдэн выдохнул, пытаясь успокоиться и растёр рукой затёкшую шею. Опустевшие желудок и резерв синхронно сводили тело с ума ноющими спазмами, пока растёкшаяся по мышцам усталость впитывалась в каждую клетку организма и насыщала их тяжестью и ломотой. Сдерживать эмоции становилось всё труднее, а тут ещё и «свой человек» императора возле его лесной девочки – очень вовремя, ничего не скажешь.

— Друид снимается с ближайших вылазок отряда. Он нужен мне здесь. — Продолжил правитель рассыпать «великолепные» новости и Сайдэн не заметил, как сильно сжал челюсти. — Что касается новой твари чёрного леса…

Люди замерли, наконец обратив всё внимание и поняв, что вопросы окончены.

— Бежать, — тихо, словно в отклик своим мыслям произнёс император и тяжело вздохнул, замолчав.

— Бежать? — переспросил Надмар в непонимании сведя брови вместе и скрестив руки на груди. Создавалось ощущение, что его доверие к императору рушится прямо сейчас, с каждым новым решением.

Взгляд на мгновение испуганных глаз Эндэриана прошёлся по командующему его гвардией и вдруг обрёл пугающую уверенность и серьёзность. Он встал со своего места и чётко повторил, едко выделяя каждую букву.

— Бежать. Мы не знаем как с ним бороться, людей нет, камней света нет, накопители пусты, — каждое слово его повышало тон и копило злость, пока он вдруг не опёрся на край стола и не закричал: — Бросать всё и бежать!

— А если он сломает барьер дворца? — спокойно и тихо произнесла Ринэль, оторвавшись от своих записей.

— Бежать, — также тихо повторил ей император, прожигая своего лекаря гневным взглядом и выпрямляя спину. — Свободны…

— Но, Ваше Величество, а ведьмы? — подскочил на месте лорд Генрэд.

— Ищите дальше.

— А Полост? — буркнул лорд Стигмар.

— Ищите людей! Делайте артефакт! Убирайте бурю и вытравите эту гниль из моего города! Вылечите адептов и приведите ко мне иллиба!

Зал Советов застыл, люди не смели пошевелиться, пока последние слова правителя не потонули в глухом эхе, но даже тогда замешательство царило и лишь император сильней опёрся о стол, пыхтя усталым гневом и обливаясь потом. Сайдэн же, поняв, что большего они не добьются кивнул Стигмару и он первым резко встал из-за стола, поклонился правителю и направился на выход. За ним последовали остальные, явно не понимая происходящего. Надмар и вовсе чуть не опрокинул свой стул, но взял себя в руки и с поклоном удалился, а вот Сагмар сидел каменной статуей до последнего и лишь короткий кашель Сайдэна привёл его в чувство. Он поднялся и взглядом попытался что-то сказать, кривя лицо и играя бровями, пока Сайдэн вновь и вновь мотал головой и указывал на выход. В итоге брат закатил глаза и всё же покинул зал советов.

— Приведи иллиба, — не поднимая головы прокряхтел Эндэриан, но Сайдэн застыл на месте, ровно стоя и заложив руки за спину. — Ты слышишь меня?!

— Слышу, — спокойно ответил он и император наконец посмотрел на своего командующего, на старого друга, на верного подчинённого, спокойствие которого вмиг отрезвило и привело его в чувство. Коротко выдохнув и словно надломившись, властитель грузно опустился в своё кресло и опёрся локтем о стол.

— Сайдэн, я…

— Я вижу, Эндэриан. — Он понимающе кивнул и неторопливо сел рядом, разворачиваясь к императору. — Ты на пределе.

— На пределе? — усмехнулся тот в ответ. — Я умираю.

— Ты, к сожалению, не имеешь на это право, — заметил командующий, наблюдая как император поглаживает большим пальцем лежащую рядом корону.

Эндэриан коротко рассмеялся, но закашлялся.

— Сила друида станет опасна если я…

— Почему? Что ты сделал?

— Я провёл запрещённый ритуал и сейчас все возможные магические всплески впитываются в печать, — он потянул правый рукав, обнажая запястье и продемонстрировал маленький витиеватый узор, напоминающий, как ни странно, его же корону. — Моя смерть разорвёт узы печати, и его магия вновь станет опасной.

— Я думал он смог побороть это проклятье.

— Не смотря на полную изоляцию друидов, — тяжелый вздох обратился затяжным кашлем, заставляя его прерваться, — они в большинстве своём были опасны вплоть до моего правления. Отец рассказывал, что даже один единственный друид, нарушивший запрет мог привнести в их магию ту крохотную часть ауры монстров, что когда-то заразила весь род. — Император тяжело выдохнул и растёр лицо ладонями. — Как же я устал… разгребать за этой тварью всё скопившееся столетиями дерьмо…

— Ты про белую ведьму? — нахмурился Сайдэн и потянул за ручку стеклянный кувшин с центра стола. Затем плеснул воды в кубок правителя и протянул ему.

— Да, — кивнул он и в два глотка осушил всё до капли, но сразу отказался от новой порции.

— Согласен со мной? — не сдержал скепсиса командующий.

— Прекрати, — отмахнулся от намёка император. — Ты знаешь, что я тоже так считаю. Слишком много совпадений. И пусть она дряхлая развалина, но всё-таки живая. Не исключено, что и рецепт нашла и возродилась или спаслась в том пожаре…

— Так много столетий, — задумчиво произнёс Сайдэн.

— И такая сила.

— О чём ты?

— Уже не важно, — вновь отмахнулся правитель, заставив Сайдэна с сомнением нахмуриться и серьёзно произнёс: — Баксмер должен быть изолирован.

— И где я могу сейчас это сделать? Роурдан кишит монстрами, если ты забыл.

— Придумаешь, — скривился Эндэриан и пожал плечами. — Ну, или поставь свою печать. Ты в состоянии держать запретную магию.

— Мне она также вредит, как и всем, лишь скорость влияния разная, — недовольно хмыкнул командующий, закатывая глаза. Ну где сила имперского рода, и где его одиннадцатый ранг – недостижимые вершины.

— Брось! Когда-то сильнейшие обучались ей.

— И по итогу все знания были сожжены, чтобы потомки не повторяли глупых ошибок, — Сайдэн позволил себе улыбнуться.

— В любом случае, мне долго не протянуть, — ответ прозвучал решительно и смиренно, словно император давно ждал этого, приняв судьбу. — Вытяжение сил друида в печать идёт постоянно, затем я её растворяю.

— Растворяешь чужую смерть пока ждёшь свою? — фраза вышла немного грустной и Сайдэн покачал головой, посчитав, что зря сказал такое.

Но Эндэриан вдруг усмехнулся:

— Возвращаю долг своей империи! — довольно, но как-то иронично произнёс он и добавил, обрывая мысль командующему: — По-другому быть не могло.

Стук в дверь раздался неожиданно и слишком громко для больной головы. Сайдэн незамедлительно встал и дождавшись запоздалого кивка правителя устремился к дверям. Как и ожидалось за ними стояла Алиара – испуганная, замученная, злая, но в тоже время собранная и довольно решительная. Он почувствовал, как губы сами расползаются в улыбке, а заметив стражника позади, захотелось и вовсе рассмеяться от облегчения – он его знал, и давно. И мужчина был надёжным, спокойным и рассудительным, ему можно было доверять.

— Нужно было подождать? — с сомнением произнесла девушка, наблюдая за эмоциями Сайдэна, но он лишь покачал головой.

— Проходи, император тебя ждёт.

Сайдэн собирался уже закрыть дверь, когда непререкаемым тоном громко прозвучало:

— Благодарю, командующий, вы свободны.

Он обернулся и не сдержав удивления уставился на правителя. Вот только в ответ получил лишь тяжёлый взгляд и неясный кивок головой. Император хотел остаться с ней наедине, а ему оставалось надеяться, что ничем плохим это не закончится.

Сайдэн слегка склонил голову и покинул Зал Советов. Очередное собрание не принесло ему ни ясности, ни облегчения, ни даже конкретных задач. Ничего. Абсолютно бесполезное собрание высших членов знати. Да они больше обсудили возле комнаты спящих адептов, при этом затратив гораздо меньше времени.

— Алиара должна попасть в свою комнату без приключений и проблем, — ровным тоном произнёс Сайдэн, подойдя к стражнику.

Предельно собранный мужчина понятливо кивнул и положил руку на эфес меча, висящего у него на поясе, показывая тем самым свою серьёзность. Это удовлетворило командующего, и он поспешил к брату, надеясь толи на отдых в любом тёмном углу его маленького и зловонного сейчас кабинета, толи на разрешение проблемы с артефактом. Одно он знал точно – брат поддержит любую его затею. Сайдэн улыбнулся своим мыслям и широким шагом свернул в центральный коридор.

***

Очередной приступ кашля был сдержан, но мурашки всё равно пронеслись неприятной прохладой по всему телу, заставляя девушку содрогнуться и сжаться под внимательным взглядом пугающих чёрных как омут глаз императора. Правитель откинул платок, который уже полчаса сжимал в руке, периодически закрывая им рот и впервые за всё это время вновь сел на своё место.

— Ты не стараешься! — заявил он, не скрывая разочарования и злости. Покоившаяся на краю стола золотая корона с потускневшими солнечными камнями звякнула, когда тяжёлая рука императора, сжатая в кулак с силой, опустилась рядом. Кубок с водой с глухим звоном опрокинулся на бок и покатился, в миг достигнув пола и заполняя зал переливчатым тонким звуком разбитого горного хрусталя. Осколки замерли россыпью ярких точек и красиво заблестели, переливаясь и отражая яркость света масляных сосудов многоярусного кадила под потолком.

Алиара заворожённо уставилась на перекатывающиеся по осколкам блики, но император вновь закашлялся, привлекая её внимание и разрушая короткую атмосферу безмолвия.

— Продолжай, — захрипел он. Но девушка, поколебавшись секунду, встала и дошла до стены, где на пристенной тонконогой консоли расположился серебряный изящный поднос с другими кубками. Она взяла один из них, вернулась и щедро наполнила водой, после чего села на своё место, пододвигая кубок к императору.

Под заинтересованным удивлённым взглядом она вернулась к своему занятию. На столе перед ней лежали пустые полупрозрачные серые камни разных размеров и форм и вот уже около получаса император Эндэриан требовал наполнить светом хотя бы самый малый из предложенных. Вот только…

— Я не могу, — сорвалось с губ прежде, чем она успела осмыслить сказанное вслух.

— Ты должна! — спокойствие бесследно исчезло с лица правителя, и он почти зарычал, вновь вскакивая на ноги и начиная бродить из угла в угол. Остановившись, он повернулся к ней. Шальной взгляд пробежался по её рукам, и император вмиг оказался рядом. — Пробуй!

Второй час пролетел незаметно. Ноги сводило от долгого сидения и живот жалобно урчал от голода. Алиара выходила из зала Советов медленно, пытаясь справиться с головокружением и трясущимися руками, пока сзади раздавались гневные крики разочарования и грохот бьющихся об стену так и оставшихся пустыми камней света.

Понимая, что кто-то идёт за ней, но совершенно не замечая ничего вокруг, она вскоре добралась до своей комнаты и рухнула на кровать, в очередной раз в одежде, с прижатой к груди родной частичкой дома – сумкой с вещами – и мгновенно провалившись в беспамятство.

***

Множество переплетающихся звуков и голосов слой за слоем накладывались на сознание, становясь всё громче и мешая мужчине сосредоточиться, пока его поредевшие родственнички жужжащим ульем оценивали предоставленные их семейству комнаты, а слуги, они же целители, угодливо исполняли любой приказ.

— Папа, — тихий плач коснулся ушей одновременно с маленькой ручкой и Брайм недовольно открыл глаза, поднимая голову и убирая скрещенные руки, которыми упирался о стол.

Большой дубовый письменный стол со множеством потайных ящичков и прилагающихся к ним ключиков только что перетащили, по-другому не скажешь, в главный зал – центральную комнату, объединяющую все остальные помещения, а потому являющуюся проходной, гостевой, чайной, обеденным залом и теперь ещё и кабинетом. И несмотря на то, что каждый член семьи получил возможность поселиться в отдельной спальне с супругами, а освободившийся кабинет отдали под общую детскую комнату, подобные стеснённые условия уже сказались на новоиспечённом главе рода и его не обошёл стороной приступ мигрени, а все имеющиеся сейчас в распоряжении лекари бегали по обычным делам совершенно с пустыми резервами. Немыслимо!

— Магии днём с огнём не сыщешь! — воскликнул Брайм, привлекая внимание одной из слуг. Она округлила глаза и торопливо удалилась.

— Папа… — новый детский всхлип у его ног. Шестилетняя Эмариль неустанно ревела уже целый час, и никто не мог её успокоить, после того как её мать, супруга Брайма и старшая дочь рода – Майрис, ушла в лечебницу ко второму их ребёнку Фиэлии, которая ко всему прочему оказалась ведьмой! Да ещё и с восьмым рангом! Брайм просто закипал от злости — милорд Гериан умолчал о ведьмах в своём роду и в итоге его дочь, Фиэлия переняла эту проклятую силу! Ведьм ненавидели, презирали, гнали из города, да он даже лично участвовал в запечатывании проклятого дара у новорождённой. И что теперь? Его дочь!

— Папа…

— Проклятье, Эма! — сорвался он на крик, а увидев страх в глазах малышки, разозлился ещё сильнее. Зарычав, Брайм подскочил на ноги, схватил за руку ребёнка и поволок к первой замеченной прислуге. Он насколько мог аккуратно подтолкнул ревущую дочку к женщине средних лет с белой кружевной лентой на шее и чёрным круглым камнем в её центре и произнёс: — Накормить, успокоить и передать матери. Мне некогда сейчас.

— Конечно, господин, — миролюбиво кивнула женщина, скрывая во взгляде осуждение.

— Милорд!

— Прошу прощения. Милорд, — исправилась она явно нехотя.

— Брайм! — от центрального входа их комнат раздался недовольный женский голос. Его супруга быстро прошла к дальней стене и указала на бархатную кушетку у окна, к которой и направился высокий страж в стандартных дворцовых доспехах, обременённый плащом, кислым выражением на небритом лице и, неожиданно, маленькой девочкой на руках, в которой Брайм признал свою старшую дочь. — Я не могла оставить её там, — затараторила женщина, гневно сведя брови и беспечно отмахиваясь от стражника, что положил ребёнка и ждал указаний. — Там вокруг кровь, грязь и нищая шваль!

— Что ты такое говоришь, — укорил её супруг, кивнув стражнику на дверь и посмотрел на спящую дочь. — Послушай себя, мы же во дворце…

— Именно! — воскликнула она, возвращая его взгляд на себя. — Общая огромная палата для множества мерзких грязных безродных магов.

— Но они маги, — непонимающе глянул он.

— Они! Не имеют! Статуса! — скривилась в ответ жена и продолжила: — Омерзительно воняющие стражники и гвардейцы в полуголом виде при нашей девочке! Маги без рода и достатка, неизвестно как живущие до этого!

— Миледи, — неожиданно для супругов их прервала лекарка, которой Брайм недавно вручил дочь. — Ваша дочь…

— Мне сейчас некогда, — ответила леди Майрис и недовольно посмотрела на неё, лицом выражая своё замешательство и непонимание ситуации и после небольшой заминки сощурилась, вопросительно поднимая бровь.

— Конечно, — наконец отмерла женщина и с лёгкой улыбкой пошла к дверям бывшего кабинета, потащив за собой уже спокойную, но расстроенную девочку.

— Ты говорил с канцлером? — спросила у мужа миледи, провожая неотрывным взглядом лекарку.

— Зная тебя, дорогая супруга, могу заверить, что это лучшие покои из возможных сейчас.

— Серьёзно? — она повернула к нему голову и скривилась. — В огромном-то дворце?

— Всё эти проклятые монстры, — ворчливо негодовал Брайм. — Постоянно атакуют и буря им помогает. Сейчас используют только один дворцовый этаж, слишком мало людей для защиты периметра.

— И куда только смотрит император? Никто ничего не делает, даже дворец не могут обезопасить! На месте правителя, я давно бы выпроводила со службы всех этих увольней, а может и за решётку бы бросила! За халатность!

— Потише, Майрис, — огляделся Брайм, ища взглядом прислугу.

— А то я не права!

— Мне сказали, — полушёпотом произнёс он, склонившись поближе, — что я новый глава нашего рода.

— О, Грон, так значит он мёртв?! — округлив рот почти прокричала Майрис.

— Да тише ты женщина!

— Уже радуетесь смерти нашего отца? — надменно произнесла Лорана, неторопливо проходя к столу в центре и усаживаясь за него. — Как своевременно.

— Что отец и мать мертвы, теперь неоспоримый факт! — насупилась Майрис, подходя ближе. — Не вижу ничего своевременного и уж тем более предосудительного. Естественно, Брайм новый глава рода Сарванторино. И уж коли вы все являетесь частью нашего рода, попрошу выказывать должное уважение нам.

— Так говоришь, будто глава ты, — ворчливо отозвалась Таина, проходя вместе со своим супругом Ракнаром и устраиваясь за столом рядом с Лораной.

— Я жена главы рода! — вскинула подбородок Майрис, занимая место рядом с Браймом во главе же стола.

Таина собиралась что-то ответить, но входная дверь скрипнула и в комнату зашёл Тоин. Он замер, увидев всех за одним столом, но затем собрался и с виноватым видом любезно пропустил вперёд свою жену. Лисария была бледна, исхудала и в целом выглядела замученной, её даже не удивила представшая сцена. Они сели на самый край, в отдалении от остальных и Брайм громко прочистил горло, а стоило всем лишним слугам выйти, встал со своего места.

— Милорд Гериан и миледи Ильрисс безвременно нас покинули. — Трагично и немного театрально произнёс он. — Но, к счастью, все мы смогли спастись.

— Нас спасли, — поправила Лорана, скрещивая руки на груди. — И мы проспали в странных непонятных гробах много дней. Зачем нас вообще тогда разбудили?

— Из-за нехватки людей, — недовольно ответил ей Брайм, растеряв весь настрой. — Мы как никак маги.

— Мы не просто маги, — вмешалась Майрис. — Мы высокоранговые, родовитые и очень уважаемые представители…

— Будем уважаемо мыть полы или пойдём чистить город от тварей? — не выдержала Таина и начала нервно растирать руки.

— Помолчи Таина! — огрызнулась Майрис.

— Но она права, — неожиданно для всех воскликнул Ракнар и сразу стушевался под обращёнными к нему взглядами.

— А ты думаешь сможешь спокойно отдыхать и вкусно есть? — иронично хмыкнула Лорана. — А может даже грезила о балах во дворце? — Майрис сразу стушевалась, отводя взгляд и Лорана округлила глаза, а затем громко рассмеялась. — Не верится! Сестрёнка, ты же старшая, должна жить не мечтами, а опытом.

— Да я ни о чём таком не думала! — закричала Майрис, вскакивая на ноги, краснея и зло следя как Лорана стирает слёзы в уголках глаз. — Ты путаешь меня с Таиной! Я, итак, глава рода! Я сама балы устраивать буду и ещё подумаю кого приглашать!

Брайм ощутимо дёрнулся и бросил злой взгляд на жену.

— Ты теперь разве что чаепитие можешь устроить. — Тихо добавила Лисария и недовольно отвернулась.

— А ты сиди помалкивай ведьма! — закричала Майрис.

— Сама ты ведьма! — вдруг огрызнулась та в ответ.

— А кто не спал?! Я что ли?

— Твоя дочь! Которую я оберегала всё это время и даже после того, как она разбудила вас, рискуя своей жизнью! — кричала Лисария.

— Ничего бы с ней не случилось, — беспечно отмахнулась Майрис. — А вот…

— Конечно! — перебила Лисария, чем удивила окружающих. — Мы искали еду, прятались, выживали на чердаке! Мы еле спаслись от чёрных тварей пока убегали оттуда! Её лечили не один день! А сейчас она жертвовала собой, чтобы разбудить своих родных и, если бы не лекарство, что ей дала Алиара, она могла и вовсе умереть!

Майрис задохнулась от возмущения, открывая рот и пыхтя гневом, она хлопала глазами пытаясь придумать что сказать, но супруг вдруг вскинулся и даже дёрнул её за руку, не дав произнести и слова.

— Ещё одна ведьма?! — возмутился он и сам поднялся со своего места, размахивая руками и периодически стуча по столу кулаком. — Вас всех надо посадить в камеры за магические решётки и лишить дара! Вы опасны для общества!

— По закону вы даже не имеете права находиться в городе! — закивала Майрис, обрадованная сменой темы. — Всех надо отловить!

— И Фиэлию тоже?! — вновь напомнила горе-родителям причину спора Лисария.

— Поэтому император всех усыпил? — вдруг спросила Таина ни к кому не обращаясь, и сразу обратила на себя гнев старшей сестры и удивлённые взгляды родственников.

— Что?! Это не он! — накинулась на неё Майрис. — Он всех спас, поместив в коконы, чтобы монстры никого не сожрали. Какая же ты непроходимая идиотка!

— Сама идиотка, — обиженно насупилась Таина. — Это же ты сказала, что ведьмам запрещено быть в городе!

— И ты решила, что из-за них усыпили целый город?! Ты в своём уме?

— Да прекратите вы! Сколько можно?!

— Я не виновата, что она тупица…

— Что мы будем делать теперь! У нас две ведьмы.

— Ну их же ещё не выгнали.

— Я должен решить эту проблему! — заявил Брайм, стукнув по столу и пресекая споры.

— У Фиэлии отнимут силы! — вдруг зарычала на него Майрис. — Восьмой ранг Брайм! Восьмой! Да она лучшая невеста своего возраста!

— И ведьма! Дорогая супруга ты забыла отношение к ведьмам? Ты ещё помнишь историю? Друиды мертвы из-за них! Иллибы мертвы!

— Кстати, — лениво подала голос Лорана, устав быть наблюдателем, — канцлер не сказал тебе, что Алиара иллиб?

— Ведьма? — непонимающе скривился Ракнар и глянул на жену.

— Та девушка с редкими артефактами… — принялась объяснять Таина. — Аториас.

— Которую мы продали Баксмеру? — догадался Ракнар расплывшись в улыбке.

— Да тише ты! — гаркнул на него Брайм.

— Но направил ли он деньги? — осторожно заметила Таина и вдруг нервно икнула.

— Я затребую обещанное! Он нам должен, — начал было Брайм, но замолчал.

— Вы вообще слышали, что я сказала? — терпеливо спросила Лорана, но никто не обратил внимание.

— А ещё она забрала обратно все артефакты пока мы спали, да сестра? — Таина вновь икнула и вмиг покраснела до кончиков ушей.

— Да, — тихо подтвердила Лисария.

— И ты не могла её остановить?! — взбесился новоиспечённый глава рода.

— Это её вещи, — нахмурилась женщина.

— Это наши артефакты, они принадлежали нам, пока Марэя их не украла!

— Но господин Тавард сказал, что артефакты Данкона Риуса и Маэль Маи Ри из рода Аториас! — почти истерично заголосила Таина.

— И кто это подтвердит?! Тавард мёртв или спит, Марэя давно чёрным мхом покрылась в своём лесу, да и эти предположения нечем было подкрепить!

— Вы меня совсем не слышите? — удивление сменилось возмущением, но пока Лорана лишь поджимала губы и терпеливо слушала.

— А ты думаешь у них здесь своего артефактора не найдётся? — скептически хмыкнул Тоин.

— Да услышите вы меня или нет?! — не выдержала Лорана наконец. — Та девушка иллиб, а мы её продали!

Слова медленно опустились и пронеслись волной осознания – лица вытянулись, понимание отразилось в глазах членов семьи, а рты округлились. Брайм на секунду замер, затем изменился в лице, побледнел и резко опустился на свой стул.

— Лучше вообще не попадаться императору на глаза, — заключил он севшим немного писклявым голосом.

— И затаиться, чтобы не попасть под раздачу и не угодить в отряды на зачистку или не дай Грон всемогущий на работу на кухне, — залепетала Майрис, принявшись жевать губы и рукой поглаживать супруга по плечу.

Тяжелое молчание накрыло комнату, напряжение сделало воздух плотным и дышать стало невероятно трудно, каждого одолевали жадные, обидчивые или злые мысли. Корысть и страх сражались, а хитрость и врождённая изворотливость составляли планы, как нажиться и спрятаться, пока люди ищут спасения и готовы отдать всё.

— Прошу прощения, — дверь резко распахнулась и в комнату чинно вошёл лорд Генрэд Кард, довольно улыбаясь и щурясь, словно наконец раздобыл то, что так долго желал. — О! У вас семейное собрание.

— Приветствую, милорд Кард, — Брайм вновь вскочил со своего места и сразу принялся суетиться, что не укрылось от гостя. — Чаю? Прошу занимайте удобное вам место! Мы как раз обсуждали смену положений в роду. Эльмис! Эльмис немедленно принеси чай многоуважаемому лорду совета!

Миледи Майрис на секунду скривилась и сразу заслужила любопытствующий взгляд от лорда Генрэда.

— Я вас смутил, миледи? — поинтересовался он, усаживаясь на место Лисарии, что спешно отошла вслед за мужем.

— Ну что вы, я всегда рада подобным визитам! — постаралась оправдаться миледи и еле удержалась, чтобы не бросить злобный взгляд на лебезящего супруга.

— Значит это был не я, — как бы между прочим уточнил лорд и попросил перепуганную молоденькую лекарку добавить в чай сливок.

— Что? — растерялась Майрис.

— О, нет-нет, это я не вам, — отмахнулся лорд-советник. — Как расположилась ваша семья? Канцлер вам всё объяснил и рассказал?

— Благодарю, комнаты великолепны, — залился любезным голосом Брайм, пододвигая к гостю только что принесённые с кухни сладкие яблочные корзинки. — Канцлер был очень любезен и рассказал нам что жители Роурдана спят и как сильно нам повезло проснуться, ещё он поведал о белой ведьме и трагичной смерти родителей моей супруги, а также, — Брайм понизил голос, — о Фиэлии и её открывшемся…эм, даре.

— Не беспокойтесь, сейчас ни малышка Фиэль, ни леди Лисария, — он повернул голову к указанной из сестёр, и та испуганно придвинулась к мужу, — не попадают под установленный закон в ограничении ведьм. Советом было решено временно приостановить закон, так как сила не заснувших от магии белой ведьмы, может пригодиться членам их семей – как вышло в вашем роду!

Довольно заключил лорд Генрэд и шустро стянув с подноса корзинку, сразу захрустев золотистой корочкой. Брайм же облизал губы, взглянул на супругу, что сердито ему кивнула и сглотнув, спросил:

— Фиэлии оставят дар?

— Пока что вы можете не волноваться, — только и ответил лорд и закатил глаза от удовольствия.

— Мне вернут гримуар? — неожиданный тихий вопрос и все повернули головы к Лисарии, включая переставшего жевать лорда. Он замер лишь на пару секунд и вдруг резко рассмеялся, забыв прикрыться, от чего крошки из его рта разлетелись по столу впереди, что, впрочем, самого лорда нисколько не обеспокоило.

— Естественно нет, — отсмеявшись снисходительно бросил он и, покряхивая, взялся за вторую корзинку.

— Но эта книга…

— Прошу прощения! — спешно перебил её Брайм и взглядом показал жене чтобы она успокоила сестру. — Конечно гримуар попадает под запрещённые вещи, и мы понимаем необходимость его изъятия.

— Ну и чудесненько, — лорд вытерся белой салфеткой с вышивкой и, бросив её на стол, поднялся. — Вижу вы замечательно устроились и всё поняли. Жду вас, милорд Брайм позднее, — он дотронулся до кольца, показывающего время и сразу засуетился. — Да! Сейчас меня ждут дела. Загляните ко мне позже.

— Для чего? — растерялся Брайм и гость повернулся в дверях, снисходительно и очень надменно посмотрев на него.

— Конечно для характеристики магов вашей семьи и распределения их для помощи во дворце.

Произнесено это было так, словно лорд только и ждал возражений и споров, но Брайм лишь скупо улыбнулся и любезно распрощался с одним из членов совета. А как только за ним закрылась дверь медленно повернулся к остальным, что замерли, боясь произнести хоть слово.

— Ничего, — первой произнесла Майрис. — Мы выкрутимся. Получим удобную работу и заодно найдём эту ведьму!

— Белую? — испуганно ахнула Таина и три её сестры разочарованно вздохнули.

— Девчонку, Таина! — прикрикнула Майрис. — Заберём наши артефакты.

— И стребуем с Баксмера причитающиеся по договору деньги! — вдохновился уверенностью жены Брайм.

Глава 29. Души ведьм

Стук собственного сердца заглушал собой звук каблуков и громкое тяжёлое дыхание. Перед глазами мелькнул очередной поворот и желанная лестница. Спуск занял не больше десяти секунд и порыв свежего ветра, сдобренного кислородом и запахом бури ударил в лицо, заставляя девушку остановиться и, замерев, вздохнуть полной грудью.

Алиара стояла у арочного проёма, выводящего в дворцовый сад, один из многих, небольшой, но очень уютный закуток, закрытый стенами со всех сторон и радующий глаз разномастными цветами, за которыми никто сейчас не ухаживал. Здесь защита дворца работала также прекрасно, как и внутри, не позволяя ураганному ветру, периодичному ледяному дождю и маленьким грозовым искрам проникать вниз, в центр дворика. Постоянная полутьма из-за бури делала это место очаровательно уютным и умиротворённым, и каждый раз влекло.

Открыв глаза, девушка взглядом поймала бегущий грозовой шарик, что резво дёрнулся в её сторону, озаряемый очередной вспышкой молнии в черноте неба, но тут же с треском разбился о плотную «ткань» магии защиты дворца. Тяжело вздохнув, она привычно дошла до плоского широкого камня и присела на край, осмотрелась, вновь замечая клочки плотного тумана, что иногда проникал под защиту, словно был обычным природным явлением, безопасным, а не магическим, скрывающим чёрных тварей и откинулась на вытянутые за спиной руки, запрокидывая назад голову.

Очередной отвратительный день следовало закончить очередной бесполезной попыткой. Алиара скрестила ноги, прикрыла глаза и замерла, сосредотачиваясь на своём особом зрении. И пока глаза искали цвета аур среди черноты, окутавшей весь город, мысли плутали между событиями последних дней, мешая сосредоточиться.

Сегодня шёл уже шестой день как император впервые вызвал её к себе, и она попыталась наполнить светом серые пустые камни и с тех пор дважды в сутки она повторяет эти бессмысленные, изматывающие попытки, что лишь ведут к потере сил, магии, времени, нервов, да ещё и вызывают головную боль. И ничего, абсолютно ничего не меняется! Как и сейчас!

Ни единой ауры живого человека, никакого следа передвижений, все цветные нити поглощает буря и даже следы выходов отряда стираются в считанные минуты. Но она продолжала — ведьм нужно найти, они не могли умереть все, просто их ауры не видно за этой непроглядной чернотой бури и плотной завесой из переплетённых многослойных нитей аур монстров, что уже были чуть ли не плотнее тумана. Конечно, она сомневалась, что в городе остались ещё ведьмы, но списки, которые ей позволил изучить Сагмар пока проверял кулон, прямо говорили о том, что во многих родах есть отсутствующие женщины, которые должны были быть спасены или же оставаться в коконах. Однако, когда удавалось разбудить очередную семью, порой пары человек женского пола найти не удавалось. Естественно, первые мысли, да и в целом единственные у отрядов возникали однозначные — они находились на окраинах города или вблизи академии и были съедены тварями тёмного леса. Но Алиара сразу пришла к выводу, что если ведьмы не были запечатаны императорской магией и не погибли, то им после стольких дней нужна помощь, ведь Лиса и Фия при встрече уже говорили о нехватке еды, а сейчас прошла ещё целая неделя! Дрожь пробежала по телу от осознания чужого страха и мучительной смерти.

Громовой раскат немного напугал и отвлёк от мыслей. Алиара открыла глаза и не сдержавшись зарычала в небо, затем опустила ноги и легла спиной на камень, пытаясь успокоиться. Снова неудача. Как и везде в последнее время. Не приглушая способность, она бегло осмотрела стены, окружающие дворик и уже внимательнее лестничный проём, а затем спокойно выдохнула и поморгала, давая глазам отдых. С некоторых пор приходилось использовать этот навык чаще. Когда шесть дней назад она вернулась от императора и проспала несколько часов, её разбудил голод, но открыв дверь своей комнаты, единственное, что она смогла, так это захлопнуть её обратно. А если бы не раздражающий издевательский смех из коридора, возможно, ещё долго не выходила. Тогда краснея и злясь Алиара покинула своё убежище, закрыла дверь, стараясь не поднимать глаза и отойти как можно дальше, но всё равно нос к носу столкнулась с Майнором.

— Что ты здесь делаешь? — прошипела она, отталкивая его в сторону.

— Всего лишь выполняю свою работу, ведьмочка, — он галантно поклонился и не спрашивая, схватил её за руку, чтобы тут же припасть к ней горячими губами, а через секунду уже ловко увернуться от пощёчины. — О! Мне непозволительны даже манеры?

Майнор притворно расстроился, но не переставал издевательски и крайне довольно ухмыляться.

— Тебе непозволительно даже рот открывать, — огрызнулась девушка, — ведь из него всегда льётся ложь и предательство.

Алиара прижала к себе руку и отвела взгляд.

— А как же поцелуй? — хитро прищурился он, а она вновь зло повернулась в его сторону. — Сногсшибательный вышел. Ты не находишь?

Тогда она так злилась, что просто молча ушла, лишь бы чего не натворить на глазах у случайных прохожих, которых даже в её отдалённом коридоре становилось всё больше. А он, посмеиваясь пошёл за ней. В столовой сидел рядом и, как назло, знакомых лиц там не нашлось — даже Лиман лишний раз вместо отдыха ушёл на очередную зачистку у стен дворца.

С тех пор Майнор повсюду её сопровождал, отпускал неприятные замечания и шуточки, а ещё позволял себе хватать её вещи, заходить в комнату и забирать то, что ему приглянулось. Но ночью у двери его не было и этим Алиара и смогла воспользоваться, как только узнала в какое время он приходит. И теперь она выслеживает его ауру и старается даже близко не подходить к магам фиолетового ранга, но их как раз было не так много, большинство всегда находились в рейдах, в госпитале, в личных комнатах, либо в столовой. Гулять по коридорам таким магам было просто некогда. В большинстве случаев. А исключения, к счастью, не все были молодыми, высокими мужчинами с довольно крупным носом и вечно недовольным выражением лица, чьи черты оказались узнаваемыми даже на расстоянии, когда девушка забывала просмотреть коридоры или когда увлекалась и пропускала его приближение.

Несколько раз её прятали знакомые — Гарц в госпитале, лорд Шер в столовой, даже лорд Сагмар в своём кабинете прямо под столом, ведь тогда она впервые пыталась делать мазь у него, но запахи его экспериментов невозможно было переносить и теперь мазь она варит в соседней комнатке, которая кажется раньше была кладовой или гардеробной. Она несколько часов выносила оттуда вещи непонятного назначения в комнату на этаж ниже, где застывшие спящие в коконах люди создавали ощущение замершего времени и буквально гробовой тишины и заставляли тело покрываться мурашками. В итоге узкое помещение со стрельчатым витражным окном имело два книжных шкафа и небольшой круглый стол со стульями, не обделённые цветочными узорами и золотым кантом, а также крохотными серебряными письменами на канелюрах, вырезанных вдоль створок одного из шкафов. Невероятно красиво, особенно в вечернем свете масляных ламп, что Алиара вешала на стены.

И именно в той комнате, она передала свой кулон Сагмару повторно для снятия всех блокировок, что явно были нарушены и сейчас мешали ей пользоваться светом, по словам Сайдэна. В тот злосчастный день, когда его отряд встретил нового монстра и смог забрать семью Сарванторино кулон находился у мужчины. И даже без активации он отдавал свою магию, помогая и поддерживая. Вот только когда магия артефакта закончилась, он принялся тянуть силы носителя. Поняв это, Сайдэн запечатал его, и чтобы Алиара смогла вновь пользоваться любимой вещью, пришлось отдать кулон Сагмару для снятия блокировок памяти, что путали силу кристалла, когда император лично убрал барьеры в её голове. Сайдэн тогда извинился за него, за себя, что не досмотрел, не знал, что есть такое зелье, но ей не пришло ни единой мысли, что он в чём-то виноват. Она лишь горячо поблагодарила и, поймав себя на непристойных мыслях и желаниях, убежала в свою комнату.

Вечером того же дня, Алиара искала безлюдное спокойное место и нашла идеальный вариант — спокойный дворик лишь с парой выходящих на него окон, под защитой, скрытый от глаз и с двумя выходами, лестницей и заколоченным арочным проходом. Тогда она наконец смогла вновь полноценно использовать собственную магию и вздохнув полной грудью испытала неописуемую радость, такое удовлетворение и облегчение, что сердце защемило, а на глаза навернулись слёзы — часть её души вновь была с ней.

Вот и сейчас девушка, поддавшись воспоминаниям и желая немного выпустить эмоции, лёжа на спине, подняла руки к небу и принялась тереть большие пальцы о подушечки остальных и в полутьме прорезался яркий лучик света. С руки сорвался первый крохотный световой светлячок, затем второй и третий и вскоре вокруг закружил целый вихрь маленьких световых шариков, так похожих на насекомых, также озаряющих светом пространство вокруг. Алиара улыбнулась, опустила руки и рой светлячков начал, плавно кружась, оседать на цветы в высокой траве, создавая красивые длинные тени и медленно растворяясь.

— Очень красиво, — низкий голос разрезал умиротворяющую тишину, и атмосфера спокойствия сразу распалась.

Алиара поднялась на руках и вздрогнула, а затем шумно сглотнув вскочила на ноги, зачем-то хватаясь за свою сумку, словно в боевой готовности.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — от тени лестничного проёма отделилась высокая гибкая фигура как всегда облачённая в строгий чёрный костюм, вот только модная стрижка сменилась лежащими в беспорядке сосульками, а вытянутое лощёное лицо густо покрылось завитками сальной бороды.

Лорд Баксмер Тальдори выглядел измотанно, с синяками под глазами и кривоватой улыбкой, словно он испытывал боль.

— Вы меня не испугали. — Алиара не хотела прерывать зрительный контакт, но всё же не сдержалась, на миг бросив взгляд ему за спину, на единственный выход. — Как вы меня нашли?

— Я не искал тебя, просто гуляю, — усмехнулся мужчина, но через секунду улыбка сошла с его лица, и он добавил: — Хотелось бы поговорить.

Светлячки меркли, с каждой секундой возвращая этому месту полумрак.

— Нам не о чем разговаривать.

— Это не так.

Определённо она лукавила и по отношению к себе. Следовало узнать у него всё, пока он расположен, пока считает, что они будут вместе, пока идёт на открытый диалог… а не цепляет на рот артефакты и не покупает тебя насильно. Алиара содрогнулась своим мыслям и не дожидаясь его слов, направилась к лестнице.

— Постой, — он преградил ей путь. — Возможно тебе интересно узнать о Марэе?

Алиара нахмурилась, но постаралась не выдавать эмоций, ведь интерес был огромный. Кто ещё мог бы рассказать о тёте? Сарванторино? Новоиспечённая бабушка? Определённо, нет. Но Баксмер пугал, он был непредсказуем, имел свои цели и, судя по всему, не чурался способами их достижения. А его чёрная как лесная мгла аура словно оковы тяжёлым грузом окутывала и ложилась на плечи, даже дышать рядом было труднее.

— Марэя ведь многого не рассказала тебе? Я прав? — мужчина подошёл ближе и, несмотря на то что Алиара не шелохнулась, схватил за запястье, поднимая руку к своему лицу. Она огромными глазами, с оглушительно стучащем сердцем наблюдала как он медленно прижимает её запястье к своим губам и одновременно принюхивается, при этом не разрывая зрительный контакт. Чёрные глаза следили за её шеей, когда она сглотнула, за каждой капелькой пота, стекающей по виску, за вытянутыми в напряжённую линию губами, что она сжимала в страхе. Баксмер словно хищник наблюдал как добыча мечется, загнанная в угол и руки Алиары задрожали, а он, почувствовав лишь стиснул запястье сильнее, вдруг проведя по нему языком — шершавым, мокрым, горячим. Обжигающим ледяным страхом настолько, что голос прорезался тонким писком.

— Пустите! — Алиара вырвала руку и сделала пару шагов назад, а стоило выйти из плотного кольца его ауры как сразу почувствовался порыв прохладного ветра и твёрдая земля под ногами, свет и звуки ударили по чувствам волной, приглушая страх.

Баксмер резко выпрямился, становясь будто бы выше и неожиданно легко, как-то свободно вздохнул, затем посмотрел на свою руку, которой он её держал и широко улыбнулся.

— Что ж, — спокойный уверенный голос отдавал потерей интереса и одновременно удовлетворения. — Кажется ты не хочешь меня слушать.

— Как прозорливо, — тихо отозвалась девушка неожиданно дрогнувшим голосом.

— Император всё равно принудит тебя войти в мой род. — Хмыкнул в ответ и вдруг вновь сделал шаг вперёд Баксмер. — Если, конечно, Роурдан вообще сможет выстоять.

— Что вам нужно? — прямо спросила она, начиная двигаться в сторону, не скрывая намерения уйти и накатывающей злости из-за нерешительности и собственного страха.

А Баксмер лишь замолчал, застыл, сложив руки за спиной и растянув губы в нахальной улыбке. Если бы не следящий за ней взгляд, можно было решить, что он закаменел, безвольно покрываясь пылью времени. Однако отблески последних искр её магии, отражающиеся в его хитром взгляде, позволяли видеть провожающие её чёрные во тьме глаза. Страх вновь принялся пожирать мысли и тело, но в этот раз Алиара ускорилась и, обогнув мужчину, поспешила к лестнице.

Каждый шаг давался с трудом, каждый поворот головы лишь заставлял тело напрягаться в готовности, неизвестно для чего, а он продолжал молча следить за ней. Даже когда она вышла в коридор на спине словно липким слоем осталось ощущение его взгляда. Не сбавляя шага, она подняла руки недовольно отмечая мелкую дрожь.

В этот вечер она была нервной и дёргалась от любого шороха, чудом успела скрыться от Майнора, попыталась найти Лимана в столовой, но в итоге вернулась в свою комнату, чтобы полностью опустошённая морально и физически уснуть в одной рубашке, так и не погасив расставленные по комнате свечи. А на следующее утро её разбудил громкий стук в дверь. Вздрогнув Алиара открыла глаза и прислушалась — два стука, пауза и ещё два стука. Зачем она пришла в такую рань, что ещё даже Майнор не появился?

Откинув тонкое одеяло, девушка спустила ноги на холодный пол и содрогнулась всем телом от утренней прохлады. Комната остыла и даже немного успела отсыреть, по окнам вместе с ураганным ветром, к которому казалось успели привыкнуть, сегодня хлестал ещё и ливень. Барабанный звук множества капель заполнял собой тишину, растворялся в завывании ветра и с новой силой лупил по каменным стенам дворца, пока влага старательно пропитывала воздух, всю одежду, бельё на кровати, остатки дров в дровянике у камина, и пыталась добраться до настроения, нагоняя тяжесть и тоску.

Вздохнув, Алиара быстро на цыпочках подбежала к двери и стукнула по ней, а когда дождалась ответа, открыла и стоило подруге зайти, вновь закрыла дверь на замок.

— Ну ты чего не открываешь? — почти шёпотом насупилась Лория.

— Сейчас лишь... — Алиара взглянула на каминную полку, где стоял артефакт времени, недовольно вздохнула, вспоминая, что его забрал Майнор ещё в первый визит к ней и растрепала волосы руками от бессилия.

— Да, — Лория сразу всё поняла. — Сейчас пол пятого утра. Майнор придёт в шесть, самое время. Пошли!

— Ты-то почему здесь так рано? Разве ты не с рейда?

Алиара огляделась в поисках одежды и схватив её, направилась в ванную комнату.

— Вчера вернулись вечером, — отмахнулась Лория и быстро добавила: — Я, кажется, знаю, как нам их найти!

— Кого? — сквозь шум воды пробурчала Алиара.

— Да ведьм! — воскликнула Лория.

— Тише ты! — сразу зашипела Алиара в ответ, выходя из ванной и вешая на плечо сумку.

— Ты что не слышала меня? — насупилась подруга.

— Слышала, — отозвалась спокойно Алиара и пошла к двери, на ходу повязав низкий хвост.

— Так почему ты не рада?

— Мы ещё ничего не сделали.

— Не веришь мне? — стрельнула она глазами.

— Верю.

— Не веришь. Попробуем и сама убедишься.

Надутый вид этой миловидной девушки вызвал улыбку.

— Чего ты смеёшься? Я серьёзно.

— Ты так упорна. Иногда, кажется, словно мы ищет твою семью, а не женщин с опасной запрещённой магией.

Молча закатив глаза, Лория ускорила шаг и буквально скрылась за поворотом, заставив Алиару почти споткнуться. Не могла же она её обидеть? А вдруг…

В первый день их полноценного знакомства Лория разговаривала с Майнором и когда Алиара их заметила, то не сразу успела сориентироваться, почти попавшись парню, который стал для неё настоящим цепным псом…вот только без цепи. Лория лишь поймала её взгляд тогда и, быстро сориентировавшись, успела схватить Майнора за руку ровно в тот момент, когда он начал поворачиваться. Она же его отвлекла каким-то разговором и даже увела подальше. Алиара успела проскользнуть. А позже узнала, что Лория и Майнор оба выходцы Приюта Небесного Грона на окраинах Роурдана.

Лория оказалась приятной собеседницей и смелой девушкой, которую когда-то мать выгнала из дома, посчитав её способности ведьмовскими. А ведь она просто имела особый дар. Совсем как Алиара. Это и помогло им сдружиться всего за несколько дней, а ещё возможно то, что Лиман стал частенько появляться в компании Майнора и начал избегать Алиару. В любом случае, пока что думать об этом ей было некогда. Сейчас они активно искали ведьм. А ещё Лори очень помогала с изготовлением мази для спящих адептов и прикрывала вылазки.

Да, с некоторых пор Алиара начала выбираться в город — одна. В рейды её не брали по приказу императора и из-за этого же ей запрещалось выходить за пределы дворца в принципе, вот только, по словам Сайдэна, Всевидящая была неспособна найти ауры ведьм, а ещё она точно не могла отыскать следы камней света. Не нужно было кого-то спрашивать, чтобы точно это знать.

Два раза в день приходилось в пустую тратить свои силы, выливая всё до капли в серые гулко звенящие пустотой камни и одновременно выслушивать ругань правителя, который и сам серел, превращаясь в такой же пустой камень — иссушённый, с изорванной пеленой тонкой блёклой ауры и кругами под глазами чернее центра тёмного леса. И девушка не видела выхода. Сначала она винила себя в неспособности помочь, а затем поняла, что кое-что она всё же может. Теперь она старалась выходить в город, когда уходит отряд Сайдэна сразу после визитов к императору, для единственно правильной цели — поиска камней света в богатых домах, в особняках знати, до которых невозможно было добраться отряду или до тех, в которых они уже побывали — ведь ауру, что источала сила камней даже ей было трудно увидеть. Она и поняла то это случайно, когда император наконец притронулся к своей короне и единственный заряженный светом камень оставил слабо заметное облако, как лёгкий пыльный след после себя, который растворился за секунду.

После этого Алиара провела несколько экспериментов как можно незаметнее от императора и внимательно следила за камнями его короны. Пока камень долгое время оставался на одном месте он сосредотачивал силу вокруг себя испуская настолько слабую световую пыль, что заметить её было невозможно пока камень не уберёшь, но всё же, особое зрение позволяло ей не только видеть это накапливаемое свечение остатком от заряженного камня, но и если дольше смотреть и сильнее сосредотачивать магию в глазах, получалось заметить свет от нетронутого камня, остающегося в покое. Особенно хорошо это работало в темноте. Так образовалась идея вылазок и благодаря решительности Лории сразу была реализована.

И сейчас показалось, что Лория могла и обидеться при упоминании семьи. Возможно, и её мать могла оказаться ведьмой, а сама Лория и не узнала бы, да и её мать могла не знать собственной сути. Может девушка этого боится или даже ждёт, ведь тогда обида на мать станет справедливым козырем или возможностью простить.

Алиара тяжело вздохнула.

— Извини, если я тебя обидела, — начала было она, но Лория лишь отмахнулась.

— Ты мне поверишь, когда мы попробуем!

Заявила она и прибавила шаг. Они довольно быстро добрались до новой лабораторной комнаты Алиары и зашли. Мельком глянув на соседнюю дверь кабинета Сагмара, в котором сейчас никого не было, Алиара осмотрела коридор на наличие фиолетовой ауры и загасив особое зрение, плотно закрыла дверь.

— Выкладывай, — теперь можно было начинать.

— До этого ты пробовала искать ауры и нити передвижений, правильно? — она принялась рассуждать и её лицо озарила предвкушающая улыбка. Дождавшись кивка Лория продолжила. — Ты можешь как Всевидящая видеть всё на расстоянии и стены тебе не помеха, и чернота.

— Нити чернота стирает, — покачала головой Алиара и прошла к столу, облокачиваясь на него бедром, от чего стоящие плотно стеклянными боками приборы для изготовления мази слегка зазвенели.

— Они нам и не нужны!

— Нам? — нахмурилась Алиара начав догадываться. — У нас, конечно, похожие способности…

— Именно! — перебила воодушевлённо девушка и даже сжала кулачки перед собой, широко улыбаясь. — Мы объединим способности. Ты ищешь, а я усиливаю. Я могу видеть ауру только прикоснувшись, но если я прикоснусь к тебе, то смогу усилить твои способности своими!

Алиара задумалась. В теории похожие способности могли бы раскачать друг друга и усилить, но на практике вряд ли получится. Она уже думала об этом, когда они раньше искали ведьм — смотрели списки спасённых и потерянных, считали женщин, выписывали отдельно погибших и разрисовали честно украденную из кабинета Сагмара карту, выделяя области передвижений отряда, где разбудили людей. Затем принялись отмечать новые пути — передвижений Алиары, когда она начала выходить в город и проверять отдельные дома по их составленным спискам.

— Я вижу скепсис в твоих глазах, — ворчливо произнесла Лория, надувшись и скрестив руки на груди.

— Это так, — кивнула Алиара и пока Лория не разразилась праведными гневными уговорами, добавила: — Но это не помешает нам попробовать.

Лори замерла на пару секунд и обрадованно вскликнула нечто нечленораздельное, от чего Алиара удивлённо заморгала и приоткрыла рот. Заметив это, девушка стушевалась и смущённо улыбнулась.

— Я просто обрадовалась.

— Что это за язык такой?

— Эмарийский, — нехотя сказала она.

— Ты знаешь южный язык?

— Всего несколько слов, — хихикнула Лория, поглядывая на удивлённое лицо Алиары. — Моя бабушка частенько радовалась, а ещё чаще ругалась на этом языке. Она с юга.

— Вот почему у тебя такие глаза, — улыбнулась Алиара.

— Цвет морской волны – её родовая гордость.

Произнесено это было тоже не без гордости. Глаза девушки на секунду странно блеснули и в этот миг она словно стала взрослее, увереннее и умнее, чем казалась. Это даже вызвало у Алиары лёгкую грустную улыбку.

Следующие полчаса они аккуратно настраивали магию друг на друга. Лория положила одну руку на плечо Алиары и пыталась сливать воедино их магические потоки. Это как добавить к чужому огню свой, но только поток магии шёл от глаз, и чтобы его поймать Лория вскоре перевела руки на виски Алиары и они обе мгновенно застыли, почувствовав сплетение силы.

Лёгкая боль стрельнула в висках, но сразу прекратилась и множество аур за стенами в черном городе мгновенно стали ярче. За ураганным ветром с дождём, в каждом закоулке, здании, в каждом «металлическом» коконе, что всегда заглушал свет людских жизней вспыхивало разноцветье, множеством пятен накладываясь друг на друга, смешиваясь воедино и путая сознание.

Алиара издала тихий стон, но всё же постаралась сосредоточиться и разделить ауры, а затем метнула взгляд к дворцу и резко зашипела, словно обжёгшись.

— Ты сможешь, — шёпот Лори достиг ушей. — Найди.

Не открывая глаз, аккуратно, словно шаг за шагом, она зацепила лишь мельком жилую область дворца и поняв, что яркость ауры не спящего не спутает ни с чем, вернула зрение к Роурдану. Глубокий вздох, тихий, шелестящий выдох. Замелькали тропинки, дороги, дома, обволакивающая чернота бури и ауры монстров, бродящих меж угловатых изломанных «гробов», серость мира разрезали слабые огни света спящих, огибая деревья, проходя сквозь стены и землю, как маяки заманивая всё дальше на свой свет. Взгляд метался хлыстом, цепляясь на мгновения и блуждая дальше, пока не упёрся в еле-еле видимый слабый огонёк, неясного серого оттенка, что почти сливался с серостью мира при особом зрении.

Рука сама потянулась за флажком, и на карте появилось первое белое пятнышко, которым ранее было решено отмечать найденные души ведьм.

Глава 30. Желая против воли

Яркие вспышки ветвистых молний, озаряющих черноту неба своими росчерками, прорезали тьму, заполонившую Роурдан и отражались в голубых, расширившихся от ужаса глазах. Женщина стояла у окна и нервно теребила в руках драгоценный редкий артефакт в виде крохотного кулона на золотой цепочке с камнем света в центре. Пока по земле тянулся густой туман, выше ураганный ветер ломал остатки высоких старых лип, что её отец высадил ещё ребёнком. Редкие грозовые искры, летающие сквозь туманную завесу, освещали слабым светом чёрные движущиеся пятна — это монстры бродили по пустынным улочкам в поисках еды.

Кошмарные твари чёрного леса давно окружили дом, но её так и не смогли почуять. Не зря мать ещё ребёнком учила её прятать ауру с помощью семейной реликвии, но вот уйти всё равно не могла. Пусть она скрыта от монстров, но в такую бурю ей не пройти, да и тварей так много, не почуят, так увидят столкнувшись нос к носу.

Тяжело вздохнув, она плотнее задёрнула шторы и вернулась к столу, чтобы убрать остатки еды. Мысли кружили вокруг домов соседей и, заворачивая в холщовую ткань кусок вяленого мяса, женщина планировала вылазку по поиску еды, когда почувствовала внезапный магический толчок.

Глаза округлились и мясо выпало из рук, переворачиваясь по полу и теряя ткань. Женщина бегом вернулась к окну, схватила мешок, висевший на стене, и сунула внутрь, лежащую на полке книжного шкафа, толстенную старую книгу. Взгляд заметался по залу, ища потайное место, руки затряслись, пока драгоценные секунды утекали в никуда. Ни сбежать, ни подать знак, ни защититься — она ничего не могла!

Осознание этого заставило слёзы навернуться на глаза. Как её нашли? Это невозможно. Женщина точно знала, что за магический толчок почувствовала, уж следящие за такими выбросами камни по дому она ещё была в состоянии расставить. Тяжело сглотнув, она сцепила зубы и принялась толкать старый тяжёлый книжный шкаф, пока вдруг не услышала тонкий скрип дверных петель. Дрожь пробежала по телу в тот миг, когда она развернулась, уставившись на белого гостя в проёме.

— Прочь нечисть! — только и успела выкрикнуть женщина, вскидывая руку и активируя защиту кулона.

И в туже секунду длинные белые волосы так неприятно защекотали оголённые предплечья. Тело замерло в напряжении, глаза смотрели в бесцветные зрачки на морщинистом вытянутом в безумии лице старухи, нависшей над ней. Рот её приоткрылся, но слов было не разобрать. Старуха пожевала сухими губами и дёрнулась в сторону, а молодая женщина вдруг ощутимо потяжелело, груздем падая на пол.

Страх затмил собой всё — она не чувствовала своего тела, не слышала звуков, не понимала, что произошло. А в следующую секунду всё изменилось и из собственного горла послышались омерзительные булькающие звуки, а боль сковала даже разум, пока просачивающаяся сквозь пальцы вязкая горячая кровь расплывалась по грудине.

Стон вырвался из умирающего тела, когда маленькие иссушенные ноги старухи коснулись пола рядом. Она аккуратно, будто боясь что-то спугнуть присела на корточки возле головы женщины и вдруг положила костлявую руку ей на голову, принявшись беспорядочно гладить по чёрным волосам. Движения её были рваными и дёрганными, а стоны, что она издавала пугали чуть ли не сильнее смерти.

Глаза давно затмила пелена слёз и даже тонкие шерстяные ручки косточника, что пробежал мимо не испугали. Жизнь покидала женщину и единственное о чём она жалела, что никогда не узнает — как? Как её нашли? Кулон идеально скрывал ауру, и никто не мог узнать, что она здесь. Никто не приходил, не открывал порталы, семья замурована в блестящих коконах, а безжизненный дом, окутанный бурей, тихо простоял каждый одинокий день не привлекая внимание даже чёрных тварей.

Так как же она нашла её?

Поглаживания вдруг закончились, старуха оттолкнулась, опираясь на голову женщины с силой и поднялась, издав какой-то непонятный призывный звук, а сама направилась к мешку, что валялся у книжного шкафа. И когда гримуар в старой кожаной обложке появился в сухих руках женщина на полу могла слышать лишь топот страха.

Сотни крохотных ножек окружили её, скребя ногтями костлявых почти костяных пальчиков, крик вырвался из горла хриплым карканьем и мир померк в цветных пятнах боли, когда тысячи бритвенно-острых зубов вонзились в ещё живое тело.

***

Воодушевление переполняло, делая тело невесомым и готовым воспарить. Беззвучная поступь уверенного твёрдого шага несла молодую девушку по хорошо освещённому широкому коридору с мягкой ковровой дорожкой, сквозь толпу гомонящих людей, неторопливо собирающихся на завтрак. Запах, тянущийся с кухни, легонько щекотал нос манящим ароматом, желудок урчал в такт, а мысли успешно игнорировали желания тела. Потому что прежде всего ежедневная утренняя проблема, которая, впрочем, сегодня не пугала.

Утром всё получилось как нельзя лучше! Они нашли первую странную выделяющуюся ауру, немного обидно, что Лория ничего не смогла увидеть, но почувствовала, когда они достигли цели. Точка на карте была отмечена — некий особняк рода Харкандэр. И вечером, когда отряд выдвинется на зачистку Роурдана, Алиара выйдет на поиск.

— Так жалко, что не могу пойти с тобой, — вздыхала Лория.

— Это слишком опасно, свою ауру я могу скрыть, но не твою.

Лори всё понимала и не настаивала. Ей и самой предстояла опасная вылазка с отрядом. Очередная, благодаря которой они знали планы передвижения и время выхода. Ей не хотелось ничего говорить Сайдэну или его брату, или кому-то ещё, вполне возможно их мнение совпадает с императорским и её просто запрут, без возможности помочь.

Неприятные мысли, но ничего не поделать. Особое зрение и кулон-артефакт позволяли ей не просто выйти в город, а остаться незамеченной для всех, включая тварей, рыскающих сквозь бурю. Ни к чему рисковать отрядом, если можно искать целенаправленно, видя ауру и избегая возможных сражений.

Привычно кивнув стражникам, Алиара без стука вошла в зал Советов и замерла, ожидая, когда Эндэриан Аркантар позволит ей пройти дальше. Серое лицо императора сегодня казалось ещё больше осунулось, утягивая вниз чёрные мешки, в которых в безумстве метался шальной взгляд. Пакли сальных волос торчали в разные стороны, не прикрывая ни сухих потрескавшихся губ, ни впалых щёк, ни синих вздувшихся на шее вен.

В этот раз корона была на голове властителя, а по столу россыпью поблёскивали острые грани стекла. Осколки заполонили собой половину стола и весь пол под ногами императора, а в углу у стены валялась пристенная тонконогая консоль, отражаясь золотистыми боками в луже воды под собой.

Сухая рука приподнялась на столе и пальцы взмахнули, подзывая. Алиара поспешила занять своё место, быстрым жестом стряхнув со стула стекло. Камни уже лежали перед ней, правитель молчаливо ждал, и она принялась за очередные попытки наполнить серые пустышки светом.

Вскоре силы иссякли, и она встретилась с тяжёлым взглядом измождённого мужчины. Он смотрел разочарованно, исподлобья и нервно пожёвывал губы. Молчание затягивалось, и девушка решила его нарушить.

— Я делаю что-то не так?

— Нет, — коротко ответил император и поднялся.

— Значит я просто не могу…

— Именно. — Он приблизился, захрустев стеклом под сапогами, и поднял один из серых камней к лицу, принявшись всматриваться, словно мог найти в его неровной глади все ответы. — Ты просто не тот иллиб. — Лицо императора исказила гримаса злости, он замер и вдруг резко запустил в стену камень, раскалывая на мелкие кусочки. — Второй в этом Гаромовом городе и всё такой же!

Крик заставил содрогнуться. Алиара невольно сжалась, а когда за руку внезапно дёрнули, она встретилась глазами с правителем, чувствуя, как страх сжимает горло с той же силой, с которой кисть сдавливает огромная рука мужчины.

— Мне хватит сил, — зашептал правитель, беря в другую руку камень и уже громче продолжил. — Я хочу увидеть сам, что мешает! Делай! Живо!

Глаза округлились в страхе, Алиара шумно сглотнула и положила свободную ладонь на последний камень перед собой. Остатки резерва тягуче зашевелились, засосало под ложечкой, и голова начала кружиться — магия кольнула на кончиках пальцев — свет плавной струйкой остатка магии охватил собой камень.

Секунда, вторая, третья…

Мир перед глазами потемнел, дыхание оборвалось, сила больше не подчинялась, утекая безвольно в пустоту, обдавая огнём резерв и обжигая подушечки пальцев. Мгновение и охватившая слабость стала привычной, размытые краски позволили сориентироваться и тяжело повернуть голову, с трудом сдерживая подкатывающую тошноту.

И она увидела. Император сиял! Он сжимал её руку, не позволяя завалиться на бок, его тело светилось желтоватым светом, на лице расплылась улыбка блаженства, а глаза были прикрыты в настоящей эйфории. Он словно питался — пожирал её магию, не позволяя свету коснуться ни одного из камней. Воздух вновь оборвался, от увиденного дышать больше вообще не выходило и ноги перестали слушаться. Алиара попробовала подняться, борясь со слабостью, но рука будто тисками сжатая в руке правителя не двинулась. Из горла вылетел каркающий хрип. Она дёргала руку, пыталась оборвать поток магии, старалась сказать хоть слово, но не могла ничего, чувствуя, как силы покидают.

Лишь когда она неосознанно опустилась на колени, с грохотом опрокинув свой стул, император дрогнул, опомнившись. Он смотрел затуманенным взглядом на неё слишком долгие секунды и вдруг его глаза расширись, и он разжал руку, позволив девушке с тяжёлым хриплым стоном упасть на пол и закашляться.

Тишина залы содрогалась в мучительных хрипах и громком тяжёлом дыхании обоих. Алиара лежала на полу, лелея на груди пульсирующую болью руку, шумно пыталась отдышаться и огромными глазами, сквозь пелену накатывающих слёз смотрела на правителя. А он стоял, возвышаясь над ней и не двигался, продолжая разглядывать её и тяжело громко дышать. Шок проходил, дыхание выравнивалось, и мужчина отмер. Неопределённо хмыкнув, он резко отвернулся и отошёл.

— На сегодня всё.

Бросив это, император вернулся на своё место, всем видом показывая, что ждёт, когда она покинет зал Советов. Алиара же не только не могла встать, не получалось даже отвести взгляд от посветлевшего, словно отдохнувшего лица, казалось, он даже помолодел. Тело затрясло от осознания. Он добился, чего хотел — пополнил свою магию за счёт неё, просто убрав лишнее — вывел из цепочки серые камни.

***

Хруст треснувшего стекла поглотил вязкую тишину крохотной лаборатории, заставив девушку вздрогнуть и замереть. Глаза округлились, Алиара отодвинулась и на вытянутых руках медленно поставила горячий сосуд на деревянную подставку. Задержав дыхание, она ждала реакции — дыма или разбитого стекла или очередного взрыва. Сразу вспомнилась башня и тело содрогнулось от неприятных ощущений ещё не забытой боли.

А всё этот Майнор! Все мысли во время процесса кружились вокруг него. Четыре часа назад, после того, что произошло, и о чём даже думать не хотелось, она так и не смогла встать в зале советов и император вызвал Майнора, что поднял её на руки и абсолютно молча отнёс в её комнату. Тогда она просто без сил рухнула на кровать и забылась крепким сном без сновидений, думая лишь о случившемся, и не замечая, что довольный улыбающийся парень, спокойно запер её снаружи и ушёл, а когда она проснулась, то ещё целый час барабанила в дверь, пока этот наглец не вернулся и не соизволил её выпустить.

Теперь же и вовсе глаз с неё не сводит. Сначала сидел напротив в столовой, молчаливо следил за каждой ложкой, поднесённой ко рту, затем шёл по коридорам, пока она старательно соображала куда ей деться, чтобы не раскрывать свои тайные места, но адепты ждали мазь и пришлось под скрип собственных зубов показывать дорогу в свою лабораторию. Майнор собирался и туда войти, но Алиара моментально закрыла перед его носом дверь, отсекая свои последние нервные клетки от его издевательского смеха, который перешёл в довольное посвистывание ещё минут на десять.

Скрежет собственных зубов нарушил её мысли, и она тяжело вздохнула. Всё это невероятно злило. И император, и его собачонка! Майнор мог не оставить её и до утра, раз ему наконец удалось её поймать, вот только сегодня она собиралась навестить первую найденную душу и вылазку никак нельзя было откладывать. Взгляд опустился на собственные подрагивающие руки. После того, как правитель выпил всю её магию, резерв так и не напитался полностью, чувствовалась усталость и лёгкая пустота.

Пустота. Тоска сжала сердце и тело покрылось мурашками от воспоминаний. Перед глазами встала круглая лабораторная комнатка в невысокой башне, пристроенной к их дому. В крохотное окошко виднелись шапки заснеженных деревьев, озаряемые нежным лунным светом, а сосуды с зельями и мазями, расставленные повсюду красиво переливались разноцветными стеклянными бликами в свете множества свечей. И запах. Да, пахло пучками подвешенных под крышей сухих трав, свечами, маслом, даже мылом для рук откуда-то. Тётушка тогда застыла в дверях, сложив руки под грудью. На её плечах висела тяжёлая шерстяная шаль серого цвета, а волосы были привычно заколоты в пучок на затылке.

— Ты опять выходила на охоту одна! — тётя ворчала и причитала уже минут десять, сердито наблюдая как Алиара убиралась. — Ты знаешь, как это опасно! Ты же не глупая девица!

Улыбка сама растянулась на губах — голос был так хорошо слышен, будто тётя и правда была здесь. В тот зимний вечер они крупно поссорились и у тёти Марэи случился первый серьёзный приступ. Алиара до сих пор винила себя за это. И даже после, услышав от тёти, что она здесь уж точно ни при чём, эти мысли не оставили её в покое.

Рука сама собой отыскала во внутреннем кармане сумки письмо и рядом лежащую пластину, которая должна была сжечь тело родной женщины. На глаза невольно набежали слёзы. Как же она скучала по ней, как хотелось услышать её голос или дотронуться до мягких рук; приготовить ей завтрак в их старой печи и может даже уронить пару яиц на пол, чтобы потом послушать ворчание. Скупую улыбку сопроводила одинокая слеза и девушка тяжело вздохнула. Передёрнула плечами, бросив быстрый взгляд на затихший сосуд и взяла другой, чтобы перелить получившийся состав.

Сегодня было запланировано ещё одно дело. Следовало передать артефакт Данкона Риуса Лисарии возле лечебного зала — когда её отпустят за лекарствами для Фии, о которой казалось заботилась и переживала только она. Иррационально артефакт совсем не хотелось отдавать, но логически следовало поступить правильно и передать лечащий артефакт на помощь девочке, что рисковала собой ради своей семьи.

Пару дней назад им с Лорией удалось встретить госпожу Лисарию в коридорах возле лечебных залов. Она рассказала, что раны Фиэлии наконец затянулись, но последствия помощи для пробуждения родных никуда не ушли — у неё держалась температура, беспорядочно прыгая от тридцати девяти до сорока и даже магией не удавалось её сбить. Организм ребёнка пытался подстроиться, бороться, но женщина переживала, что он проигрывает и уже скоро оставит борьбу…

И тогда Фия…

Тряхнув головой, Алиара смахнула набежавшие слёзы страха и убрала руку из сумки. Быстро собравшись, она повесила на крючок передник, притушила свечи и погасила масляный сосуд для нагрева стекла. Положила баночки с готовой и давно остывшей мазью в мешочек в сумке. Немного подмела, повесила на плечо сумку и убедившись, что ничего не забыла направилась на выход. Майнор подпирал стенку и, заметив Алиару, не смог сдержать удивления.

— Неужели это всё? Куда мы идём?

«Мы никуда не идём!». Так хотелось прокричать это прямо ему в ухо, но она сдержалась и со спокойным выражением лица отправилась к комнатам спящих адептов.

Сегодня Ниран выглядел совсем здоровым и после проверки ауры привычно положил свою руку на кисть Алиары и дождавшись её терпеливо ожидающего взгляда горячо зашептал:

— Я по тебе вижу, что всё прекрасно. Алиара, я не могу здесь больше валяться без дела! От моих мышц так вообще ничего не останется!

— А так ничего бы не осталось от твоей ауры, — она попыталась встать с табуретки, на которой сидела рядом с его кроватью во время проверки.

Ниран сильнее сжал её руку, не позволяя, а затем бросил обеспокоенный взгляд на приоткрытую дверь, ведь в соседней комнате у других адептов вместе с канцлером сейчас находился его отец и вот-вот должен был вернуться.

— Ну пожалуйста! Скажи ему!

— Да не могу я перечить члену Совета, — она сбросила его руку и отошла к тумбе, принявшись закручивать баночки с мазью. — Лорд Стигмар считает, что ты ещё не готов покинуть эту комнату.

— Он слишком беспокоится…

— Он прав.

— Алиара, — разочарованный стон вышел громче, чем хотелось парню, и он на пару секунд замер, вслушиваясь в шаги, а когда ничего не услышал вновь зашептал. — Отец боится, что во мне ещё могла остаться чернота духа.

— А если это так? — последняя баночка со стуком опустилась на столешницу тумбы и Алиара сердито посмотрела на Нирана.

— Я чувствую, что нет. Ты всё выжгла.

— Считай, что я…

— Нет, — перебил её он. — Я так всю жизнь могу прожить, думая есть во мне эта тварь или нет!

— Не драматизируй, — тяжёлый шаг разнёсся по комнате. — Мы убьём белую старуху, и ты сможешь вернуться к обычной жизни.

— О чём ты отец?! — больше Ниран не сдерживал голоса. — Даже если получится её отыскать и убить, монстры чёрного леса никуда не денутся!

На это лорду Стигмару ответить было нечего, и он лишь стиснул зубы, забирая у Алиары оставшиеся банки с мазью.

— Алиара, будь добра…

— Посмотри на меня! — неожиданно зарычал Ниран, заставив отца напрячься, а Алиару вздрогнуть. — Я молод и здоров. Сейчас не хватает магов. И пусть я не обучен, — он говорил не громко, но отчётливо зло. — Но я сильный маг и не должен быть в стороне, пока другие отдают свои жизни защищая меня в том числе!

Фрэй Стигмар округлил глаза и даже открыл было рот, но из коридора неожиданно послышался резкий смех и в комнату, лениво облокачиваясь на дверной косяк, заглянул Майнор. Алиара заметила, что по закрученным густым усам лорда искрой пробежала синяя магия, отразившись в глазах и пульсируя в венах на мощной шее, но мужчина лишь сжал кулаки и предупреждающе произнёс:

— Выйди, Майнор, тебе здесь не рады.

Довольно сдержанно для лорда Стигмара. Алиара нахмурилась и перевела взгляд на парня, который самозабвенно водил кончиком языка по верхним зубам и медленно окидывал взглядом Нирана и всё помещение.

— Вижу у вашего сынка здесь отдельная комната, — хмыкнул Майнор, поигрывая бровями. — А он всё за чернотой гоняется. Ниран тебе Алиары не хватило, решил ещё на кого-нибудь наброситься?

Алиара задохнулась от возмущения. Ниран замер с открытыми глазами, поджав губы. А вот его отец в два шага преодолел разделяющее их расстояние и резко схватил наглеца за грудки, сразу приподнимая над полом. Ноги Майнора уже не касались опоры, и он начал кряхтеть, вот только мерзкая улыбка не ушла, наоборот, она стала шире, и он хрипло выплюнул в лицо лорду:

— Ударь, и потеряешь место в совете. — Оглушающий шёпот дрожью окатил замершую комнату и лишь тяжёлое, почти рычащее дыхание Стигмара, вперемешку с треском вырывающейся из него силы заполняли собой плотную тишину.

— Ты много о себе возомнил, щенок. — Прорычал лорд.

Несколько мучительно долгих секунд и Майнор полетел за дверь, с грохотом врезавшись в стену в коридоре и с глухим стоном падая на пол. Затем лорд с силой захлопнул дверь и замер под звуки осыпающейся штукатурки.

— Ты будешь в моём отряде или Сайдэна. — Неожиданно проговорил лорд, выравнивая дыхание. — Это не обсуждается. Разведка или ближайшая зачистка, никаких дальних рейдов и вылазок за стены. Твою ауру будут проверять ежедневно, мазь ты будешь носить с собой. Всё понял?

— Да, — хрипло и тихо отозвался ошарашенный парень.

Лорд Стигмар кивнул Алиаре, видимо желая убедиться в её согласии на проверки ауры и быстро покинул комнату. И лишь тогда Ниран шумно втянул носом воздух и выдохнул со стоном облегчения.

— Редкие рейды. Ни его группа, ни командующего Сайдэна почти на них не ходит, — тихо произнёс он и затем приглушённо рассмеялся. — Лучше, чем ничего.

Алиара пожала плечами и улыбнулась в ответ.

— Буду ждать каждое утро возле императорского крыла.

— Спасибо. — Ниран немного виновато улыбнулся. — Прости за обременение.

— Мне пора, — произнесла она, подхватывая со стула свою сумку. — Нужно ещё успеть застать канцлера или Окину.

— Она ушла сразу как нанесла на всех мазь.

— Не быстрое занятие, — нахмурилась девушка. — Она сегодня пришла раньше?

— Да, кажется её ждали в покоях рода Сарванторино.

Невольно передёрнув плечами от упоминания этой семейки, она ушла, не став в итоге беспокоить ни канцлера, ни лорда Стигмара. Окина ежедневно ухаживала за одиннадцатью адептами, продолжая обмазывать мазью и проделывая другие экспериментальные процедуры, которые лорд Тэйрон и миледи Ринэль без устали придумывали для спящих ребят. Четверых, кроме Нирана уже удалось очистить и разбудить. Стоило начать обмазывать их мазью, духи словно просыпались и начинали захватывать сознание человека, а после почти сразу сжигались, испаряясь на теле и истошно вопя.

Однако некоторые ещё держались, не желая отпускать носителя и продолжая истончать его ауру, подбираясь к привязке рода. Выяснить, почему овладевший дух пришёл именно к Алиаре так и не удалось, толи что-то почуял в её магии, толи им управляли. Одно хуже другого.

До назначенного времени оставалось чуть меньше десяти минут и, решив, что уже не успевает узнать о состоянии других адептов, Алиара направилась к лечебным залам, не сдержав тяжёлого вздоха, когда немного уязвлённый, но всё такой же непонятно чем довольный Майнор увязался следом своей раздражающе уверенной походкой.

Высокие двустворчатые двери лечебных, когда-то бальных залов, что сейчас потеряли свой лоск и даже шторы-габардины с ярким узором из золотой нити и подвесами-кисточками, которые бросались в глаза каждый визит сюда, были открыты. Алиара покрутилась на месте в поисках Лисарии, заглянула внутрь, невольно поискав глазами и шторы, чисто из любопытства. И неожиданно наткнулась взглядом на круглые серые глаза, на таком знакомом лице. Лиман сидел на одной из коек у входа, полностью обнажён сверху, а молоденькая девушка аккуратно бинтовала его грудь и плечо.

Сердце пропустило удар, губы поджались, и нога уже делала шаг, когда над ухом раздался взволнованный голос.

— Алиара! Как я рада, что ты пришла.

Миледи Лисария озиралась по сторонам и теребила в руках маленькие мешочки с травами, видимо для Фиэлии. А вот Лиман внезапно отвернулся и Алиара постаралась сосредоточить всё внимание на женщине, нервно кусающей губу.

— Вот артефакт, — она было полезла в свою сумку, но Лисария внезапно покачала головой и затараторила.

— Я же не знаю, как им пользоваться. Было бы замечательно, если ты смогла…

— О нет, — сразу вскинула руку Алиара, останавливая молящее бормотание. — Я к вашей семье и близко не хочу подходить.

— Я понимаю. Правда понимаю! — женщина закусывала губу через слово, а её брови так и застыли углом в мольбе. — Но, если бы ты смогла проверить целостность ауры Фиэль и помогла разобраться, я так была бы обязана! Она… Ей совсем не лучше! Магия довлеет над телом, она не справится!

Лисария неожиданно всхлипнула и принялась сразу стирать бегущие по щекам слёзы, не позволяя им докатиться до подбородка.

— Прошу! Молю тебя! Только взгляни.

— А лекари…

— К нам приходят полупустые! Они уже не способны почувствовать, насколько всё плохо. Не успевая восстанавливаться, им не хватает сил даже на поддержку. — Лисария стыдливо огляделась и разочарованно тихо добавила: — Уже даже горничных можно брать раз в двое суток…

— В смысле лекарей? — покачала головой Алиара.

— Так ты придёшь?

Тяжело вздохнув Алиара промолчала и женщина сразу улыбнулась, складывая руки у груди и явно спешно молясь.

— Подождите здесь. — Произнесла девушка, возвращая взгляд к Лиману, что, судя по увиденному что-то зло выговаривал Майнору, который как раз смотрел в её сторону.

— Я пойду вперёд по этому коридору, — женщина махнула рукой указывая направление. — Мне нужно немного успокоиться. Иначе эта мегера опять станет лезть не в своё дело.

Последнее было сказано тихо и Алиара задумчиво проводила миледи взглядом, пока спины других людей не скрыли её. А затем направилась в сторону Лимана, но его уже не было на месте. Койка пустовала, а от неё к девушке направлялся невероятно злой Майнор. Он схватил её за руку и ничего не говоря потащил прочь.

— Сдурел? Отпусти меня сейчас же!

Она попыталась вырваться, но он не слушал, сжимая руку до боли.

— Майнор!

Некоторые прохожие оборачивались и с любопытством следили за происходящим, а он всё тащил её вперёд, не слушая и не отпуская.

— Майнор!

Наконец, он резко встал как вкопанный и немного ослабил хватку, что позволило ей вырваться. Это словно вывело его из транса, и он уставился на неё круглыми глазами, хмурясь и явно пытаясь что-то осознать.

— Да что случилось?

— Это не твоё дело, — тихо ответил он и опустил взгляд.

— А я думаю, что заслужила знать, за что мне достался новый здоровенный синяк, — зашипела Алиара ему прямо в лицо. — Где Лиман?

— Ушёл.

— Куда? Он же был ранен.

— Мне почём знать, — прицыкнул парень и выражение его лица из обеспокоенного вновь стало привычно надменным.

— Ты ему ничего не рассказал? — настороженно спросила она и на его губах заиграла ухмылка.

— О чём? — Майнор сразу расправил плечи и придвинулся поближе, наклоняясь к её лицу.

— Ты не сказал ему о моих визитах к императору? — она не двинулась, ожидая ответа.

— Он же, итак, это знает, — усмехнулся парень. — Или ты про то, что мне явно не последний раз придётся нести тебя в комнату на своих руках?

Алиара нахмурилась, не пытаясь скрыть злой взгляд.

— Расслабься девочка, — он поднял руку и коснулся её лица, медленно проведя по скуле и ниже, опуская пальцы на губы и поднимая её за подбородок. Алиара замерла, глядя ему в глаза и чувствуя, как шершавая горячая кожа его рук обжигает отвращением, а наглый взгляд уже скользит по шее, между расстёгнутыми пуговицами ворота рубашки и ниже в декольте. — Это будет нашим маленьким секретом на троих.

Его шёпот заставил её содрогнуться, и она невольно шумно сглотнула, что его казалось только развеселило. Но всё же Майнор отодвинулся и проведя по ней взглядом, рукой пригласил идти вперёд. Алиара в ответ бросила на него злой взгляд и направилась в сторону, куда ушла миледи Лисария.